Предыстория «Сафари Биатлон»

В самом начале месяца Пайни, на шестой декаде Сезона Зноя, когда маленькое оранжевое солнце Хор начинает по утрам появляться на небе рядом с ослепительным бело-жёлтым Ра, и на полях долины Аникет созревает урожай сладкого риса, начинаются Гонки.

В этот день оживают каменные трибуны, построенные вдоль древнего караванного пути, ведущего из Мемфиса — столицы мира Сохмет — в торговый город Хатор. Первыми с рассветом появляются тяжёлые транспорты — поднимая тучи липкой жёлтой пыли, они садятся прямо на растрескавшиеся плиты старой дороги. Из глубоких трюмов бесконечной чередой выплывают платформы, нагруженные специальным оборудованием. Выбираются наружу хмурые, не выспавшиеся механики, электронщики, медики, связисты, репортёры со своими камерами и гости — из числа V. I. P. и не очень. Наконец, под натужный рёв мощных моторов, пронзительный свист турбин и гудение силовых полей осторожно выбираются на свет машины: тяжёлые приземистые броневики — барратские пескокаты; неуклюжие на вид болотоходы с полей Шонтина; стремительные глайдеры Тавискарона и элегантные экранолёты, сработанные на Форкисе.

Ближе к полудню появляются зрители, а вслед за ними — вездесущие торговцы, которые ловко снуют в воздухе между скамьями, предлагая желающим знаменитые сохметские сладости; ароматы экзотических пряностей и приторный запах медовой пыли висит над толпой. Под тентами крытых лож собирается публика побогаче: местные чиновники и землевладельцы; туристы, уроженцы других миров Федерации и космолётчики — пилоты Торгового Флота. Лениво переговариваясь между собой, они бесцеремонно разглядывают пёструю шумную толпу на трибунах, но осмотрительно стараются держаться подальше от высокомерных и задиристых уроженцев Баррата. Высокие поджарые мужчины и женщины, дотемна загоревшие под жгучими лучами Истануса, солнца их родной планеты, эти люди неизменно появляются на любых соревнованиях и притом частенько ведут себя так, будто Гонки являются их личной собственностью. В известном смысле, так оно и есть: соревнования, известные на территории Федерации как Сафари Биатлон, впервые появились именно на Баррате.

\* \* \*

Планета Баррат была открыта ещё в 3643 году экспедицией под командованием Франсуа Дюмениля (Федеральная Служба Изысканий). В 3648 году он основал в долине реки Кройн первое постоянное поселение — базу и порт Сен-Морис, однако первые колонисты — горожане, обитатели покрытых куполами городов Саркиса — появились там примерно около 3710 года. До этого на планете работали только отдельные партии археологов и ксенологов. Археологи изучали руины городов «загадочной культуры Хаа» — исчезнувшего народа, уровень развития которого соответствовал раннему бронзовому веку, а специалисты по контактам пытались наладить «дипломатические» отношения с туземцами, крупными двуногими рептилоидами — кочевниками Хаа-Таги обитателями редких оазисов, земледельцами Хаа-Тин.

Баррат — суровый и жаркий мир, почти целиком покрытый солёным мелководным океаном. Из трёх «континентов» (точнее, больших островов), расположенных почти точно по экватору, для жизни человека пригоден только один — так называемый «континент, А» или Нехбет — остальные острова сильно заболочены, а на возвышенных местах покрыты непроходимыми джунглями. Практически вся территория «континента, А» представляет собой одно большое засушливое плато — пустыню Сутех. С севера на юг её прорезают реки; спокойный широкий Кройн и бурный стремительный Келпи — они берут начало среди ледников горного массива Себек в ущелье Силь-Гебел. Только на территории речных долин возможно надёжное земледелие и, естественно, только здесь можно обнаружить покинутые старинные городища Хаа.

Первым колонистам невероятно повезло: из-за странного суеверия или, по другим предположениям, из-за неясных воспоминаний о какой-то ужасной древней катастрофе, кочевники Хаа-Таг избегали спускаться в речные долины. Долгое время племена Хаа занимались меновой торговлей с людьми и маленькие фактории, разбросанные по самой границе пустыни, процветали. Положение изменилось после 3730 года, когда человеческие поселения стали появляться за пределами речной долины: в горах Себек возникли старательские посёлки и шахты, а у подножья гор, вокруг артезианских скважин — маленькие «оазисы», ранчо и фермы.

Сразу же вслед за этим начались стычки между колонистами и туземцами. Столкновения эти становились всё более жестокими и мало-помалу переросли в самую настоящую войну. Разумеется, огнестрельное оружие теоретически было куда смертоноснее отравленных стрел, копий и обсидиановых топоров аборигенов, но на деле обычный пистолет или охотничья винтовка оказывались не такой уж хорошей защитой от разозлённого ящера в добрых три центнера весом. А пескоход вряд ли мог послужить надёжным укрытием от шести- семи тонного «динозавра» — из тех, что Хаа-Таг держали в качестве домашнего скота. Поэтому многие поселенцы, часто вместе с семьями, гибли в этих жестоких стычках. Или, в лучшем случае, вынуждены были бросить своё добро и, как говорят местные уроженцы, «податься поближе к реке». Постоянная угроза набегов мало-помалу изменила прежний миролюбивый нрав старателей и фермеров — в конце концов, на Баррате даже вошло в обычай свободное ношение оружия. Именно поэтому сейчас даже на территории вполне цивилизованных миров Федерации редко встретишь барратца без жутковатого вида тесака на боку (шутники называют его «барратской зубочисткой»).

В конце концов, для защиты караванов и небольших посёлков в предгорьях массива Себек были организованы так называемые «песчаные патрули», фактически, отряды самодеятельной милиции, которые на свой страх и риск выезжали в пустыню на «сафари» — поиски военных отрядов Хаа. Это было, мягко говоря, весьма небезопасное занятие — не только нападение туземцев, но даже случайная поломка машины вдали от населённых мест очень часто означала смертный приговор. Поэтому немудрено, что в патрульные шли люди далеко «не робкого десятка».

Понятно, что и развлечения у них были соответствующие: наибольшей популярностью пользовались «гонки на выживание» или «гонки без правил», в которых участвовали тяжёлые патрульные машины. Во время этих соревнований не считалось зазорным таранить соперника для того, чтобы повредить его машину или вовсе выбросить её с трассы. Нередко случалось, что гонщики даже пускали в ход оружие. Такое поведение, разумеется, единодушно осуждалось как «неспортивное», но факт оставался фактом: «гонки на выживание» оставались исключительно жестоким и азартным состязанием.

Надо думать, по этой причине мода на «гонки без правил» молниеносно распространилась по всей планете. Дошло до того, что «сафари» сделались для барратцев чем-то вроде национального вида спорта. Правда, первые официально зарегистрированные гонки на трассе Санта-Камила-дель-Норте состоялись много позже — в 4163 году. К организации соревнований приложил руку легендарный основатель FFF («Forshaw Free Freight Co») Тони Форшоу. С 4160 года начались регулярные полёты его кораблей к соседним обитаемым мирам и «сафари» быстро сделались популярными практически на всей территории Федерации.

Легко понять, что всё это означало для Баррата: туристический бум и неплохие доходы — немудрено, что подобные же состязания были организованы и на других планетах.

\* \* \*

Сейчас соревнования по старым «жестким» правилам проводятся только на самом Баррате, да ещё, пожалуй, на ледяном щите Тавискарона — в самый разгар «долгой зимы». На остальных планетах Федерации большей популярностью пользуются современные спортивные «гонки без правил» или, как их называют официально, «сафари-биатлон». Финальные заезды этих соревнований проходят в три этапа — на планетах:

* Лекеон (Хорс III);
* Сохмет (Ра IV);
* Морена (Арэг II).

В отличие от классических «гонок на выживание», «Сафари Биатлон» — это гонки для машин неограниченного класса. То есть участник соревнований имеет право выставить на трассу любую машину, какую только сможет раздобыть. На деле устроители гонок всё же оговаривают некоторые ограничения на класс, конструкцию машин и состав участников заезда — хотя бы для того, чтобы не лишать состязания и зрелищности и азарта. Кроме того, реальный выбор ограничивается продукцией организаторов «сафари» — фирм, производящих машины и специальное оборудование для гонок.

Другая особенность, неизменно вызывающая брюзгливое недовольство «знатоков и ценителей», заключается в том, что пилоты «сафари» давно уже не рискуют жизнью на трассе — они управляют машинами дистанционно, используя системы виртуальной реальности. Хотя, конечно, ходят легенды о том, как ровер-операторы сходили с ума и даже умирали от напряжения прямо за пультом управления.

Итак, пилотом «сафари-биатлон» может стать любой человек, вне зависимости от пола и возраста — лишь бы у него хватило средств на покупку машины, вступительный взнос и оплату стоимость заезда. Конечно, новичку в гонках почти невозможно пробиться «на самый верх», но всё же немало призов и впрямь было завоёвано такими «любителями» — вот почему «гонки без правил» называют «самым демократичным видом спорта».