Происхождение богов Раменты

*Ниже описана легенда так, как она рассказывается жрицами Империи.*

## Сотворение мира

> "*Какой смысл показывать то, что некому увидеть?" (Цицеро)*
>
>

В начале времен были только Свет и Тьма, и не было ничего другого.

Долго тянулась их одинокая вечность, неизменная и спокойная, пока однажды, соединившись, Свет и Тьма не породили четыре стихии: Пламя, Воду, Твердь и Эфир. Стихии оказались подвижны и любопытны, и стремились к творению.

Нежная Твердь захотела придать миру форму, и сотворила землю, вырастила на ее теле причудливые и величественные горы и расписала ее узорами ущелий.

Изобретательная Вода захотела обнять Твердь и подарить ее творению изменчивость, и заполнила землю океанами, морями и реками.

Гордая Эфир, желая превзойти других, сотворила неподвластные никому переменчивые небеса и упросила Свет разукрасить их звездами, солнцами и лунами - и так появились младшие боги.

Лишь Пламя долгое время ничего не творила, и, как ни спрашивали ее, она все размышляла и чего-то ждала. Когда Твердь, беспокоясь за нее, спросила, наконец: *"Почему же ты не хочешь тоже показать свое мастерство?",* она ответила: "*Какой смысл показывать то, что некому увидеть?".* Услышала то Вода и сказала: "*Но ты можешь это исправить".*

Восхищенная этой мыслью, Пламя много дней трудилась без устали, пока не смогла вдохнуть искру жизни в слепленное из земли, воды и воздуха тело. Когда увидели стихии первое живое создание, то захотели они и сами создать что-то подобное, и принялись заполнять землю животными, птицами, рыбами, насекомыми, большими и маленькими, красивыми и странными, и только Тьма наблюдала за этим со стороны.

Наконец, боги решили слепить последнее творение вместе и наполнить его каждый искрой собственной силы. Но по какой-то причине оно оставалось недвижимым и холодным. Они пытались снова и снова, но тщетно. Лишь тогда Тьма пришла в движение. Она едва коснулась существа, с пальца на его тело соскользнула капелька тьмы, - и существо вздохнуло.

И то был первый человек.

### Замечание к легенде

Существует и другая версия, рассказываемая в Криполи и Эуфоре: по ней всю жизнь, включая людей, единолично создала Пламя.

## О рождении младших богов

> "*Разве не должны мы заботиться о своих созданиях? Разве не хотим мы подарить им счастье в сотворенном нами мире?" (Дуция)*
>
>

> "*Нельзя платить жизнью одного за мимолетное счастье другого*" (Виаттория)
>
>

Увлеченные творением, стихии не сразу заметили, что все, к чему прикасались они, наполнялось собственной волей. Так было, пока не стала Свет придирчиво изучать разложенные ею по небу солнца и луны, и не заметила, что те раскатились по сторонам, нарушая изначальную гармонию - одни части мира оставались все время темны, а в других все время царил день - и там пересыхали моря и океаны, а земля шла трещинами.

Заметила она, что один из любимых океанов Воды измельчал вдвое, а солнце над ним сияло жарко и безжалостно. Протянула она руку, чтобы поправить светило - и то вдруг отпрянуло, обдавая ладонь своим жаром. Свет не придала этому значения и переложила солнце на другое место.

Тогда до нее донесся горький плач.

Спросила она: *"Что это? Кто из детей моих плачет? Нет, вижу я дочерей своих, и все они веселы и заняты делом, но все равно слышу этот плач!"*

И ответил ей робкий голос: "*Это я, Солнце, верная слуга Света, созданная, чтобы сиять над миром"*

"*Почему же ты плачешь?*"

"*Потому что прогневала вас. Я увидела прекрасный Океан и покинула место, отведенное вами, чтобы вечно смотреть на него".*

"*Ты не прогневала меня. И, хоть мне жаль вас разлучать, но от твоего жара Океан пересыхает. Если я оставлю все как есть, скоро его вовсе не станет".*

Заплакала Солнце пуще прежнего, понимая, что навлекла гибель на своего любимого.

"*Если это так, то пусть я больше никогда его не увижу!*" - горестно воскликнула она.

Их разговор услышала Вода. Восхитилась она, увидев, что за каждым их творением скрывается жизнь. Но затем стало ей жаль разлучать влюбленных. Она сказала Свету:

"*Разве не должны мы заботиться о своих созданиях, пусть и ненамеренных? Разве не хотим мы подарить им счастье в сотворенном нами мире?"*

"*Все это так. Но нельзя платить жизнью одного за мимолетное счастье другого"*

"*И это верно".* Погрузилась Вода в раздумья. И вдруг посмотрела она на реку, бравшую начало в высоких горах и бежавшую по равнинам. *"Разве нужно солнцам, звездам и лунам всегда стоять на одном месте?"*

"*Ты хочешь изменить их порядок?"*

"*Если бы Солнце и другие светила кружили над землей, они бы смогли дарить свет каждому уголку мира, и в то же время давать отдых. Тогда бы не пересыхали моря и океаны. И Солнце смогла бы встречаться с Океаном а через время покидать его, чтобы не убивать его".*

Обрадовалась Солнце такому предложению, и очнулись все светила и стали упрашивать Свет прислушаться к совету Воды. Тогда улыбнулась Свет и кивнула.

"*Так тому и быть".*

И светила пришли в движение. И в тот миг, когда солнца осветили прежде затененные земли, из их недр вышла **богиня дня Исиг**. А лишь тьма накрыла океан, из его остывших вод появился **бог ночи Гече**.

## О падении человечества

> *"Мы возвели алтари для богов, ибо они сотворили землю и небеса, океаны и солнца, они рассыпали леса и наполнили их дичью, пустили течь реки и наполнили их рыбой, но ты для нас ничего не сделала".*
>
>

От праведных трудов устали боги, и погрузились в заслуженную дрему, наблюдая за сотворенным ими миром. Одна лишь Тьма не дремала. Давно пожирала ее молчаливая зависть к другим, и зрели в ней недобрые мысли. И выпросила она у стихий позволение одарить мир и своими чудесами.

Тьма спустилась к людям.

И увидела, что люди строили богато украшенные алтари другим стихиям и приносили им жертвы, но не было среди них алтаря и жертв для нее. Обиженная, явилась Тьма людям как тень на скалах, как шепчущая темнота ночи, и потребовала возвести алтарь и для нее. Но люди возразили: *"Мы возвели алтари для богов, ибо они сотворили землю и небеса, океаны и солнца, они рассыпали леса и наполнили их дичью, пустили течь реки и наполнили их рыбой, но ты для нас ничего не сделала".* Высокомерные речи людей сильней разгневали Тьму, и, подумав недолго, она сообщила вкрадчиво: "*Есть и у меня для вас дар, особенный, но взамен я хочу, чтобы вы приносили мне самые богатые жертвы".* И люди ответили: "*Если дар твой действительно будет так хорош, то мы исполним твою волю"*.

Улыбнулась Тьма, и окутали землю черные туманы, а когда рассеялись - почувствовали люди внутри себя силу, новую, неведомую, бурлящую. И была то сила менять мир и исполнять желания. И так она понравилась людям, что забыли они обо всем и избавили себя от всех невзгод, выполняя каждую свою прихоть движением пальца, и вскоре не представляли они своей жизни без этой силы. Как и обещали, возвели они Тьме пышный алтарь и приносили ей в жертву лучших быков, вино и чистое золото.

Одного лишь не сказала мстительная Тьма людям. О цене, которую нужно будет заплатить за новую силу и их высокомерие.

Безумели люди от могущества, и не видели даже, как подаренная им сила трещинка за трещинкой разрушала мир вокруг. Не видели они, как, поворачивая реки вспять, плодили пустыни, как гасли звезды. Их стали заботить лишь власть и безделье, и стали они сражаться между собой, сотрясая землю и насылая друг на друга злые молнии. Не видели они, как крепла и ширилась Тьма вокруг, и как стонал мир, не способный вместить ее в себе. Не слышали они изнуренного гула земли и тревожных птичьих криков.

Когда по земле побежали огромные трещины, встрепенулись младшие боги, встрепенулись звезды, луна и солнца, и осмелились разбудить стихии-создатели.

Но было поздно.

Великая Тьма разрослась, и стремительно разрывала ослабший мир на части. В ужасе стихии ринулись остановить это, они сразили Тьму, лишили сил и отбросили прочь от своего творения, но когда оглянулись - от него остались лишь осколки.

А Тьма, воспользовавшись заминкой, вырвалась из их плена и скрылась среди обломков мира.

## О явлении богинь и войне

Страшным и безнадежным местом стал расколотый мир посреди вечной тьмы. Из ночи выходили чудовища, пожиравшие людей, а сами люди утратили былое величие и могущество. Оторванные друг от друга росли целые поколения, обеспокоенные лишь выживанием на своих тесных клочках земли, окруженные опасностями. Забыли они прежние верования, заброшены стали алтари, и будущее их оставалось печальным.

Боль пронзала стихии, когда смотрели они на страдание своих созданий. Наконец, они решили спуститься в мир сами, и принять человеческий облик, чтобы помочь сбившемуся с пути человечеству.

Отправились они вместе в мир, но поняли, что угодили в ловушку. Темная сила разлучила их и отбросила в разные части расколотого мира, а, приняв человеческую форму, обнаружили они себя запертыми в сердце проросших из земли кристаллов. И, запертые внутри, бились они, силясь освободиться из плена.

### **Цицеро**

Впервые разделенная с другими стихиями, Пламя не испытывала страха. Красный кристалл вокруг был слишком плотным, чтобы легко его разбить, и она не стала зря тратить силы, а принялась наблюдать и обдумывать, как до этого она наблюдала за своими сестрами. За красными прозрачными стенами слышались голоса и виделось движение. Поняла она, что была найдена людьми, и попыталась обратиться к ним, но голос ее разбился о стены кристальной темницы.

Тогда Пламя изучила кристалл еще раз, и заметила слабое место в одной из стен. Собрав все силы, она принялась бить в него, пока кристалл не пошел трещинами, а затем - не разлетелся на мелкие осколки.

Выйдя на свободу, она оказалась окруженной людьми, напуганными и зачарованными произошедшим. "Женщина, рожденная камнем" стала она для них, что на древнем языке звучало как **Цицеро**.

Чудесная сила, которой обладала Цицеро, убедила людей, и поняли они, что перед ними богиня. И рассказала Цицеро людям о других богинях-создательницах, и о тьме, из-за которой мир стал страшным и раздробленным.

> *"Гордыня и жажда стать равными богам погубила ваших матерей и наполнила этот прекрасный мир чудовищами. Смирение и упорство теперь единственные могут спасти вас от гибели".*
>
>

Она обучила людей божественным ремеслам и азам истинной магии, и собрала верных малых богов со всех уголков клочка земли, на котором очутилась. Тот клочок земли она назвала "терминус", что значило "временный", ведь, как и люди, Цицеро мечтала вернуть целостность своему израненному миру.

Но этого было мало. Очень скоро Цицеро впервые пришлось столкнуться с ужасными чудовищами - изуродованными темной силой животными, людьми, растениями и младшими богами. И даже ее душа дрогнула при виде их изуродованных тел и клыков. Каждую ночь чудовища нападали на людей, и каждую ночь те яростно и самоотверженно отбрасывали их прочь, но все равно людей становилось все меньше и пригодной для жизни земли тоже. Сердце Цицеро наполнялось печалью.

Однажды перед рассветом, когда богиня после очередного сражения разжигала погребальные костры, увидела она на светлеющем горизонте одинокую звезду.

Для людей та звезда была обычной, но Цицеро знала все солнца, луны и звезды, и этой звезды среди них не было.

Это могла быть только Свет.

Новая надежда вспыхнула в ней. Собрала Цицеро поклонявшихся ей людей и сказала:

> "*Вы сражались храбро за свой дом, но больше в нем надежды нет. Чтобы жить, вы должны покинуть его. Я отведу вас к своей сестре, в место, где вы сможете начать все заново"*
>
>

Не все люди поверили своей богине. Треть ее людей остались и погибли от лап чудовищ, треть - предали и ушли во тьму искать другого хозяина. С оставшейся небольшой горсткой Цицеро приготовилась к путешествию. Взяла она в руки свои волшебные инструменты и подняла их над головой, напитывая силой далекой путеводной звезды. А затем взмахнула зубилом и молотком - и прорубила в воздухе золотую дверь, и первой шагнула в нее.

### **Виаттория**

На той стороне она увидела огромный желтый кристалл, который вершиной своей задевал облака. Из-под толстых желтых кристаллических стенок бил ослепительный свет. Его окружали одичавшие люди, они молились, приносили дары и напитывались исходившей от него надеждой, и называли они тот кристалл **Виаттория**, "Путеводная*".*

Никогда они не видели, чтобы люди выходили из ниоткуда, и приняли Цицеро и ее последователей как дорогих гостей. Их посадили за богато накрытый стол с закусками, и самые красивые юноши танцевали для них. Откушав и выпив вместе со всеми, Цицеро достала свои волшебные инструменты и сказала:

"*Время празднований подошло к концу, теперь должна я освободить богиню из ее плена".*

Ужаснулись хозяева, что гости решили разрушить их святыню, и исчезло все их гостеприимство. Повелела вождиня людей окружить кристалл стражей, а еретиков схватить, но Цицеро лишь усмехнулась. Воительницы бросились на нее - и не смогли приблизиться даже на пять шагов, словно удерживала их невидимая стена. Встала Цицеро из-за праздничного стола, и без препятствий направилась к самому кристаллу, и бросались на нее воины, но невидимая стена удерживала их. Воткнула Цицеро зубило в кристалл, ударила по нему молотом раз, другой - и раскололся он. И из недр его показалась юная и прекрасная богиня, которая сжимала в своей руке яркую звезду.

Тогда упали ниц и вождиня, и ее воины и молили свою богиню о прощении.

> *"Вы готовы были отдать жизни чтобы защитить то, что для вас священно, чтобы защитить меня. И я прощаю вас. Но должны ваши глаза быть всегда открыты и смотреть в даль, чтобы хорошо видеть, когда опускается ночь и нужно зажигать факелы, а когда наступает день и нужно их погасить"*
>
>

Богини объединили свои усилия. Виаттория научила людей открывать двери и путешествовать по расколотому миру, а Цицеро смогла построить порталы. Вместе они проложили первые дороги и открывали терминус за терминусом, находили там новых последователей. Но тьма продолжала преследовать их по пятам, и были они слишком слабы, чтобы противостоять чудовищам, а потому жизнь их стала похожа на вечное бегство.

Теперь, когда они проложили дороги, узнали они, что Тьма прочно обосновалась в их мире. Что была у нее цитадель, где служили чудовища и присягнувшие тьме люди, что владела она многими чудесами, которыми легко соблазняла людей. И, словно в насмешку, называла себя **Венен Деи**, "Истинный бог".

Надеялись богини найти остальных своих сестер. Однажды в путешествии почувствовали они знакомую силу, и бросились за ней. Но ждали их лишь боль и разочарование - пустые и обгоревшие обломки зеленого кристалла посреди высохшего сада.

Чудовища же набирали силу и уверенность. Армия Венена набиралась силы и опыта с каждым днем, и все трудней стало скрываться или отражать их атаки. Все чаще разведчики и первопроходцы богинь попадали в ловушки, все яростней стали ночные нападения. Как волки свою дичь гнала их тьма на самый край света, и, на самом краю, когда казалось, что бежать дальше некуда и надежды нет, богини снова ощутили знакомую силу и увидели на горизонте белый отблеск.

И был то кристалл, белоснежный, как горные вершины вокруг него. Это могла быть только Эфир.

### **Белла**

Изнуренные постоянным бегством и сражениями, богини добрались до кристалла, гонимые полчищами чудовищ ночи. Богини и верные им люди отчаянно сражались. Из последних сил воткнула Цицеро свои инструменты в прозрачные стенки - и брызнул кристалл в стороны. И вырвалась из него с яростным криком богиня, облаченная в доспех и вооруженная сияющим копьем. Набросилась она на чудовищ, размахивая своим оружием и откидывая их легко, как мышей, и прогнала чудовищ прочь, подарив своим сестрам еще один день.

И была она названа **Белла**, "Непобедимая".

Боевой дух пылал в Белле, не теряя времени, она стала обучать людей воинскому искусству, а Цицеро направила шахтеров в местные горы добывать металлы, а кузнецов - ковать из них доспехи и оружие по примеру тех, что носила богиня. Белла же научила людей возводить крепости и копать рвы, и метать во врагов уничтожающие заклинания. Она была так искусна в тактике и стратегии, что очень скоро люди не только отбросили чудовищ, но и выставили границу, которую постепенно отодвигали все дальше.

Своей магией она вознесла в воздух огромные острова, до которых не могли добраться чудовища Венена, и нарекла их летающей крепостью, Эу Фора, или, на современный лад, Эуфор.

Под ее началом малые и большие отряды отбивали у тьмы терминусы один за другим, и очень скоро по всему миру разнеслась молва о безопасном пристанище под защитой богинь. И потекли беженцы рекой в Эуфор, готовые сражаться и защищать свой новый дом. И возвели они вокруг не только крепости, но и дома, и закипела жизнь впервые с Раскола. Смех, песни и вино стали частыми гостями в домах людей. И теперь уже никто не сомневался, что победа над тьмой возможна.

Радовались Цицеро и Виаттория, наконец-то сполна отдаваясь своим любимым занятиям. Лишь Белла, что каждую ночь выходила в дозор с дюжиной лучших всадниц, становилась все более хмурой. С каждой ночью чудовища все меньше осаждали их границы, и все, даже ее сестры считали это добрым знаком близкой победы. Но слишком хорошо помнила Белла, какой тихой и незаметной была Тьма, и как легко усыпила их бдительность в прошлый раз. Ее ум, предрасположенный к военному делу, подсказывал, что противник умен и коварен, и подобное затишье могло стоить богиням очень дорого.

И пока бродила она в дозорах, выискивая ловушки на границе, пока Цицеро затворницей оттачивала свое мастерство в глубине гор, а Виаттория исследовала каждый клочок доступной им земли, в Эуфоре зрели семена раздора.

Оставленные без надзора богинь, расслабленные победами и миром, люди услышали старый зов власти и могущества. Тьма, когда-то посеянная в сердцах их предков, снова давала всходы. Вновь пожелали они заполучить то, что не принадлежало им по праву. Захотели смертные вождини стать королевами, занять место между людьми и богинями. И никто из них не хотел уступать место. И началась великая междоусобица.

Забыли люди, кто их истинный враг, поглощенные своими раздорами.

Когда богини попытались вмешаться и напомнить о враге там, за границей, королевы лишь отмахнулись:

> "*Тот темный враг скрывается по ночам и дрожит от наших копий. А истинные враги здесь, улыбаются, пьют вино и точат ножи, чтобы вогнать их в наши сердца, пока мы спим".*
>
>

И все уговоры были безнадежны. Тогда, оскорбленные человеческой гордыней и жаждой власти, и не желающие служить смертным прихотям, богини покинули Эуфор в сопровождении небольшого числа преданных.

## Легенда о жадном Океане

Покинув Эуфор и вступив на земли, принадлежавшие Тьме, поняли богини, как права была Белла. Чудовища не ослабли и не растворились, они затаились, набираясь сил и выжидая, когда станут стражи на границе беспечны. Власть Венена простиралась на многие и многие тысячи терминусов, тысячи людей служили ему, и десятки тысяч были его рабами, обреченными на бедность, тяжкий труд и болезненную смерть.

И сказала тогда Белла: "*Если не сплотим мы людей и не изгоним тьму сейчас, все, что сотворили мы, будет разрушено".*

Возразила ей Цицеро: "*Люди упрямы и ослеплены своим высокомерием, они не будут нас слушать".*

И печальный вздох вышел из груди Виаттории: "*Мое сердце тоскует по Воде. Случилось ли с ней то же, что с Твердью? Потеряна ли она для нас навсегда? Если мы не смогли убедить королев объединиться, то Вода бы обязательно нашла способ.*"

Однажды, остановившись на ночлег, богини увидели один и тот же сон - бескрайний океан, в шепоте волн которого слышался призыв. Встревоженные, проснулись они одновременно, и спросили у местной богини луны, нет ли поблизости океана. Та ответила, что есть и указала им путь.

Океан был действительно таким, как во сне, - от горизонта и до горизонта, и Белле пришлось парить над его водами, чтобы не упасть вниз. Обратились богини к богу океана, и спросили, не видел ли он что-то необычное.

Он ответил: *"Самое необычное - это наиценнейшее сокровище, которое я храню в своих водах"*

"*И что же это за сокровище?"* - спросила Виаттория.

"*Раковина с прозрачными створками, с жемчужиной, которой нет равных по красоте".*

Переглянулись богини. Вышла вперед Цицеро: "*Хотим мы посмотреть на ту раковину".*

Но бог океана покачал головой: *"Стоит вам увидеть это сокровище, как вы захотите обладать им"*

Вскипела Белла: "*Хочешь ты противиться тем, кто создал тебя?"*

Океан был непреклонен: "*Ведома мне моя создательница, и среди вас ее нет".*

Тогда решили богини торговаться: "*Что же ты хочешь за свою раковину?"*

"*Мне не нужно чужого, я доволен тем, что имею. Да и во всем мире не найдется ничего, на что бы я променял ее".*

Пришлось тогда богиням уйти с пустыми руками. В ту же ночь Цицеро отправилась к ближайшему вулкану, достала его сердце и вытесала для этого сердца мраморные створки, похожие на раковину. На другой день богини снова встретились с Океаном.

*"От слова своего я не отступлюсь, и раковину не отдам" -* стоял на своем Океан.

"*Мы не будем более просить о ней" - с*казала Цицеро. - "*Я хотела попросить тебя об услуге. Ты похож на того, кому можно доверять. Мы отправляемся в опасные места, и я хочу оставить у тебя для сохранности мое собственное сокровище" -* и достала ему мраморную раковину, в которой красным и золотым мерцала жемчужина.

Стоило Океану увидеть раковину, как загорелись его глаза жаждой обладания.

"*Конечно! Я сохраню твое сокровище так же бережно, как и свое!"*

И с радостью принял раковину в свои воды, и упала она на самое дно. А, как упала, раковина треснула, и стал жар вулканической жемчужины печь Океан. Закричал он от боли, попытался сдвинуть раковину, но она намертво приклеилась ко дну.

*"Спасите! Она жжет меня! Заберите ее!" -* закричал он.

"*Мы заберем ее, но только вместе с твоим сокровищем" -* ответила Цицеро.

От боли Океан был согласен на все. И так богини смогли попасть на самое дно.

## Путешествие во тьму

### **Дуция**

Виаттория проложила путь через воды, Цицеро смастерила шар, наполненный воздухом, а Белла отгоняла своим копьем морских чудовищ.

И так они достигли дна.

И увидели чудо: на дне растянулся прозрачный купол, что удерживал темные воды, а под куполом в самом центре разросся огромный синий кристалл, не тронутый ни тьмой, ни временем. Богини не мешкали, они разбили темницу и выпустили на свободу свою сестру. Не теряя времени, поведали они ей обо всем, что случилось, о победах своих и поражениях, о городе-надежде Эуфоре, и о человеческой гордыне, которая грозила гибелью всему миру.

И вызвалась Вода помочь, и взяла она себе имя **Дуция**, Объединяющая.

Но когда кончили сестры свой рассказ, с тревогой спросила она: *"Где же Твердь? Почему она не с вами?".* Со скорбью и болью пришлось Виаттории поведать о зеленых обугленных осколках. Но Дуция не хотела сдаваться.

"*Были мы неразлучны с первого дня творения, и так будет всегда. Я помогу вам уладить раздоры среди людей, но прежде пообещайте мне, что мы найдем Твердь. Живую или погибшую. До того момента мое сердце не сможет найти покоя, и не смогу я найти слов для ваших королев".*

Пытались спорить с ней сестры, но Дуция стояла на своем. Тогда сдались они и согласились.

И отправились в царство Венена на поиски.

### О всевидящей тьме

Поиски богинь длились долго. Они обошли все земли, не захваченные Тьмой, но не нашли ни следа. Не оставалось им ничего другого, как отправиться в самое царство врага, проходя глубже и глубже, каждую ночь сражаясь против чудовищ, и каждый день проходя десятки тысяч шагов. И с первого мгновения, как ступили богини во тьму, преследовал их шепот на грани сознания.

> "*Отступите"* - призывал он - "*Вы пытаетесь вернуть жизнь мертвому миру*".
>
>

Тьма как будто знала о каждом их шаге: в месте ночлега все чаще попадались им засады, а на пути их постоянно подстерегали ловушки. Самые верные последователи богинь шептались, что от черных глаз не спастись, они видят все и знают все. Но не хотела Белла верить в ясновиденье своего врага. И пошла она на хитрость: однажды днем она сняла свои доспехи и сказала остальным богиням так же избавиться от облачений, и переодеться в черные лохмотья, снятые с тел чудовищ, и испачкаться дорожной пылью и золой. Тела чудовищ же она одела в одежды богинь, начинила взрывчатым порошком красного кристалла и заставила стоять, насадив на копья вокруг костра. Затем Цицеро своей магией заставила их двигаться, как живых.

Богини вместе со своими последователями укрылись в лесу, и стали ждать ночи. И едва опустились сумерки, из теней показались новые чудища - и яростно бросились на чучела, так, словно они были настоящими. И взорвались тогда чучела, уничтожая всех врагов в один миг.

Встала тогда Белла в полный рост и подняла свое копье к небу, и обратилась к людям:

> *"Не верьте врагу, что притворился всесильным. Его глаза и уши - глаза и уши его шпионов, и не наделен он никаким знанием или мастерством, которое превосходило бы знание и мастерство истинных богинь".*
>
>

И перестали люди верить во всемогущество тьмы, и ушел их страх.

### **Сальватор**

Все земли прошли богини в поисках Тверди, и оставалась им лишь самая темная - где стояла подземная цитадель самого Венена. Стекались туда сотни слуг врага - преклониться перед его троном и заслужить его благосклонность. Не смогли бы богини проникнуть внутрь большим отрядом - как ни думала Белла, но взять твердыню осадой они бы не смогли, а потому с тяжелым сердцем пришлось богиням расстаться с сопровождавшими их людьми, которые отправились к безопасной границе дожидаться их возвращения.

Переоделись богини слугами тьмы, замаскировали свое оружие, и отправились в цитадель. Дуции удалось обмануть стражей у входа, а Виаттория помогла богиням пробраться мимо главных ходов и посторонних глаз. И так прошли они в самую глубину, где под огромным сводом располагался мрачный тронный зал.

Черный трон в самой глубине зала оставался скрыт за плотной ширмой, сквозь которую виднелись лишь колкие белесые глаза.

Перед троном суетились слуги, чуть дальше зал заполонили чудища и воины, присягнувшие Венену.

Ближе всего к трону на плетеном стуле сидел понурый арфист и развлекал бога своей игрой. Стоило ему тронуть струны, как волшебная музыка разливалась под куполом, и от нее сердцу становилось легче. Но была она полна печали и тоски от невосполнимой утраты.

Вдруг понял арфист ясные зеленые глаза и посмотрел прямо на богинь. И дрогнула Дуция, узнавая силу и мягкость за этим взглядом.

Не замечая ничего вокруг, пошла она прямиком к арфисту, и не смогли сестры ее остановить.

Рассмеялся тогда Венен со своего трона:

> "*Хотели вы проникнуть незаметно в мои чертоги? Но даже муравью не дано ускользнуть от моего взгляда".*
>
>

И приказал он немедленно схватить богинь. Бросились на сестер сотни врагов, и даже ярости Беллы, ловкости Виаттории, мастерства Цицеро и хитрости Дуции было недостаточно, чтобы победить в этой схватке. Их бросили в темницу с зачарованными стенами, откуда не было выхода даже Виаттории.

Тянулись долгие дни заточения. Богини не оставляли попыток сбежать, но силы их постепенно таяли.

А арфист никак не мог забыть ту встречу.

Однажды, нарушив все запреты своего господина, он прокрался к пленницам, терзаемый тоской и любопытством.

Арфист не помнил ничего о своем происхождении. Он называл себя Сальватором, Одиноким Соловьем, а своего господина - Вененом Бесплотным. Но каждое слово Дуции, обращенное к нему, отдавалось в сердце юноши трепетом и надеждой. Он стал приходить часто, и говорил много с ней и другими богинями, но долго не мог он поверить в то, что его самого считали они богом. К тому же его терзал страх перед господином.

И однажды Дуция сказала ему:

> *"Если хочешь ты зачахнуть здесь, в темноте, ни разу не узрев солнечного света, если страх твой превосходит печаль твою, то слова мои бессильны. Позволь лишь в последний раз взять твою ладонь".*
>
>

И от того печального прикосновения и горьких слов что-то переменилось в Сальваторе. Не хотел он прожить остаток своих дней в безвестности и вечной ночи.

Следующим вечером на пиру играл он для Венена и его слуг не простую песню, но зачарованную. И летела та музыка по коридорам цитадели, усыпляя всех, кому доводилось ее услышать, усыпляя и людей, и чудовищ и самого Венена. Тогда выкрал Сальватор ключ от темницы, где держали богинь, и освободил их.

### О побеге и неудержимой воительнице

Богини ринулись на свободу через коридоры и залы со спящими стражами. Путь их был свободен.

Но вдруг остановилась Белла. Настигло ее понимание, что враг беспомощен и открыт, и другой возможности ей может не представиться. Сказала она об этом сестрам, но те возразили, что они слишком слабы и должны восполнить силы для боя.

Упрямая воительница не смогла убедить сестер, но не оставила свою затею. Решила она одна уничтожить врага.

В руке ее возникло сияющее копье, и ринулась она обратно в тронный зал. Вошла она ровно в ту минуту, когда действие сонных чар ослабло. И раздались крики стражи и звон тревожных колоколов. Бросились на нее полчища слуг Венена, и отбрасывала богиня их яростно своим копьем прочь, но наступали они снова и снова. Чудовища наваливались на богиню, прорывая ее защиту, нанося глубокие раны. И стало ясно Белле, что из этой схватки ей уже не выйти живой, и решила она положить все свои силы на решающий удар. Яростно крича, прыгнула она на Венена, метя копьем в самое сердце, и пропорола черную вуаль, и пронзила врага.

Но не было у него тела, а потому копье лишь ранило Венена. Опалило тьму.

В тот же миг повалили Беллу слуги врага.

Остальные богини, едва заметив пропажу, повернули назад и бросились сестре на выручку. Они добрались до зала в момент, когда чудища почти сразили Беллу, и ввязались в схватку.

Надежды на победу не было. Огромных усилий стоило добраться до распростертой на полу Беллы сквозь полчища врагов. И тогда Виаттория, подхватив подругу, открыла портал...

Богинь выбросило в неизвестном месте.

К счастью, никто не последовал за ними. Белла еще дышала, но была тяжело ранена. Теперь четыре богини и Сальватор должны были вернуться к людям.

### О королевах, склонивших и не склонивших голову

Когда богини вернулись в Эуфор, то не узнали его. Город обеднел, всюду виднелись разрушения от постоянных межусобиц, на границах творились беспорядки. Им повезло, что раненная тьма отступила. У них было время на передышку.

Самоназванные королевы людей не собирались мириться. Каждая из них тайно обратилась к богиням, принесла непомерно богатые дары, убеждая, что именно она должна возглавить человечество. Если бы не постоянная угроза уничтожения, они бы раздробили Эуфор на крохотные королевства. Дуция ласково приняла каждую из королев и взяла их подношения. Той же ночью, переодевшись простой девушкой, отправилась она в таверны, и услышала, как простые люди возмущались и гневались на жадных и властолюбивых королев. Следующим утром Дуция написала каждой королеве, что главной над людьми была выбрана одна из ее соперниц и приказала немедленно явиться ко дворцу богинь и выразить почтение новой королеве.

Когда Дуция прибыла в гостевой зал дворца, там стояли всего две королевы: Валия Дочь Солнца и Кей Мека Мела. Обе они глубоко склонились перед богиней. Поняли они, что обманулись письмом и надеялись на разъяснения. И сказала им Дуция:

> "*Думали вы, что мои сестры покинули род людской из-за стремления к власти? Нет. Власть может нести благо, а может разрушать. И нет греха в том, чтобы бороться за нее, когда видишь несправедливость и стремишься помочь своим людям. Но мудрость умирает там, где царит одержимость. Тот, кто сохранил здравость суждений, имеет уважение к законам, что стоят выше него, и знает, когда нужно бороться, а когда - склонить голову.*
>
>

> *Решение, написанное в моем послании к вам, было очевидно несправедливым. Но вы помнили, что мои сестры уже оставили вас однажды, и остались вы беззащитны перед врагом. И ради своего народа вы склонили голову."*
>
>

Сочтя их достойными, назначила Дуция Валию и Кей Мека Мелу своими генералиями. Своих новых приближенных она послала к солдаткам неподчинившихся королев, с частью даров, что ей преподнесли ранее и с предложением отныне служить ей, а не человеческим королевам. Другую часть даров она раздала людям, со словами *"Возвращаю то, что взяли у вас из эгоизма и жадности"*. А после этого вновь велела королевам явиться, но в этот раз, чтобы отказаться от своих амбиций и склониться перед ней.

И в этот раз не пришли они. Тогда послала она генералий и солдат взять их под стражу, и попросила простых людей прийти свидетелями на суд. Королевы пытались сражаться, но, отдав приказ, обнаруживали, что их солдатки более им не служили. Когда привели их на суд, пытались они оправдаться, но люди не хотели их слушать.

Повелела Дуция изгнать высокомерных королев, и простить их, только если они покаются и навсегда откажутся от власти и амбиций. Но не хотели те и думать о покаянии, а потому навсегда покинули границы Эуфора.

Вместе с ними город оставили и их приближенные. Но, очищенный от раздора и избавленный от взяточничества и борьбы за власть, город стал оживать.

## О днях славы

Вернувшись в Эуфор, богини открыли, что Сальватор обладал не только талантом музыканта, но и даром врачевания. Никто в мире не знал лекарства, чтобы лечить богиню, по чьим венам текла жидкая магия, а Сальватор с поразительным умением обработал и зашил рану Беллы так, что вскоре она вновь могла сражаться, как прежде. Остался лишь пугающий, но не опасный черный ожог правого плеча и руки, который служил вечным напоминанием об опасности тьмы.

Выздоровев, Белла вновь возглавила объединенную армию и с удвоенной яростью принялась очищать терминусы от присутствия врага.

Несколько лет длилась эта тяжелая, но уже не безнадежная война. Пока не осталась одна лишь твердыня Венена.

### О последней осаде

Даже ослабленный враг оставался опасен. Он скрылся в глубинах своей цитадели и окружил себя сотнями приспешников. И, хотя большинство людей отказались от присяги Венену, боясь навлечь на себя гнев богинь, в его распоряжении оставались изуродованные чудовища и младшие боги.

Твердыня его казалась неприступной - множество потайных ходов, ловушки, враги на каждом шагу. Но обнадеженная близкой победой армия богинь продвигалась вниз и вниз.

Наконец, богини окружили Венена в его тронном зале. Полчища чудовищ лежали на полу бездыханные, но сразить Тьму было не так-то просто. Кидала Белла свое копье, взвивались под свод зала стрелы ее лучниц, и все это причиняло врагу боль, но не было способно остановить или победить его.

Глядя на его туманную бестелесную форму, задумалась Цицеро о том, что нельзя победить дым. И вспомнила она тогда о том, как сами они оказались заточены в кристаллах, и сказал об этом сестрам.

Тогда встали богини вокруг врага, и прочитали заклятие, обратившее их когда-то в людей.

Закричал Венен, но было поздно - из тьмы проступили человеческие очертания, а затем вокруг стремительно разросся огромный лиловый кристалл, пропоров верхушкой свод тронного зала.

Чтобы не дать тьме более освободиться, наложила Цицеро зачарование непробиваемости на этот кристалл. И, лишь убедившись, что врагу никак не сбежать, смогли богини успокоиться.

## О правлении

Достигнув своей цели, богини стали наводить порядок в освобожденном мире. Стали они править людьми, направлять их и делиться своей мудростью. Основали они вечные города по всем сторонам света. И долго длился благословенный час процветания.

Но и ему пришел конец. Когда миру уже ничего не угрожало, одна за другой вернулись богини в свои прежние бестелесные формы, чтобы править своими посмертными чертогами и наблюдать за своим миром издалека. Первой вернулась Цицеро, научившая людей ремеслам, второй Белла - подарившая им боевую славу, за ней - Виаттория, проложившая тысячи путей. Последними мир покинули Дуция и Сальватор, что не желал оставлять ее. Лишь закрепив мир среди людей, они оставили мир.

Но, когда боги ушли, из-под земли стал пробиваться тихий шепот.