Хуа Чэн

“
Ваше Высочество, я всегда буду вашим преданным последователем.
”
— Хуа Чэн

* ХЧ Маньхуа
* СЛ Маньхуа
* ХЧ Дунхуа
* СЛ Дунхуа

**Хуа Чэн** (花城 *Huā Chéng*), также известен как **Саньлан** (三郎, *Sān Láng*) — непревзойдённый князь демонов и антигерой новеллы «Благословение небожителей» и связанных произведений.

Второй главный герой новеллы, один из сильнейших демонов — великое бедствие «Искатель Цветов под Кровавым Дождём», ставший спутником Се Ляня в его приключениях.

## Внешность

* *Имя Хуа Чэн, скорее всего, было вымышленным, а его внешность — иллюзией. Он являлся в образе взбалмошного, капризного юнца, другим — галантного красавца-мужчины, а третьи утверждали, что повстречались с обольстительной девушкой. Одним словом, выглядеть он мог как угодно. Всё, что о нём было известно наверняка: что он носит красную одежду, вокруг него кружат серебристые бабочки, а появляется он чаще всего там, где запахло кровью.*

### Саньлан

Впервые лицом к лицу Хуа Чэн предстал перед Се Лянем в образе юноши, представившись Саньланом. Он выглядел не старше шестнадцати-семнадцати лет, был необычайно красив, с кожей белее снега и глазами ярче звёзд, но в лице читалась некая неуловимая дикость. В одежде краснее кленовых листьев и паре дорогих сапог, обтягивающих стройные голени. Тёмные волосы были небрежно собраны на затылке. Руки у него были изящные, худощавые, с длинными пальцами. Но это была не изнеженная красота, а та, что таит в себе силу.

Носил платье фасона цзяньсю — костюм с узкими рукавами. Одет был довольно небрежно, но при этом одеяния его явно были сделаны из материала высшего качества. Несмотря на шутливый тон, у него был вид человека, который полностью контролирует ситуацию. Голос его звучал немного ниже, чем у мальчиков схожего возраста, и куда приятнее. С лица его не сходила улыбка, но по тону голоса было непонятно, говорит он всерьёз или подтрунивает над собеседником.

Даже в образе Саньлана он выше ростом, чем Се Лянь, хотя и немного ниже, чем в истинном облике. Тем не менее образ Саньлана — это личина на истинном воплощении, а не двойник, поэтому он не имеет «ошибок» в исполнении — линии на его ладонях предельно отчётливые и волосы натуральные, без каких-либо странностей.

### Хуа Чэн

Хуа Чэн никогда не показывался на публике в истинном обличии, он так часто менял внешность, что даже жители Призрачного города не знали, как он выглядит на самом деле. Только Се Лянь мог знать наверняка, что когда они встретились в Призрачном городе его облик был настоящим, поскольку он перед этим пообещал, что при следующей встрече принц увидит его в истинном обличии.

Его истинное обличие — юноша восемнадцати-девятнадцати лет, он выглядел не просто на несколько лет старше, но и стал выше. Глядя на Саньлана Се Лянь с трудом, но мог заглянуть ему в глаза, при взгляде же на демона принцу приходилось задирать голову.

Его одежда также была краснее кленовых листьев, а кожа белее снега. Всё то же удивительно красивое молодое лицо — лишь черты стали более резкими, а подростковая застенчивость сменилась спокойной уверенностью. Это был ещё юноша, но в то же время уже мужчина. В облике чувствовалась неукротимая дикость. Единственный глаз — левый — блестел, как звезда, а правый — закрывала чёрная повязка. Голос звучал ниже, чем в образе Саньлана, но ещё приятнее для слуха. Распущенные чёрные волосы струились по спине. В его красоте появилось что-то зловещее, и только тоненькая косичка справа с вплетённой в неё красной коралловой бусиной придавала демону несколько озорной вид. В косицу вплетена красная нить. На линии роста волос у Хуа Чэна едва заметно выделялся «мыс красавицы» (линия роста волос на лбу в форме треугольника вершиной вниз), из-за которого черты лица визуально приобретали изящество".

На запястья надеты серебряные наручи искусной работы: металл был покрыт узорами, на его поверхности кленовые листья и бабочки сплетались с оскаленными пастями животных. В целом украшение не походило на работу местных мастеров, вещь была явно старинная — возможно, привезённая издалека. Сапоги из чёрной кожи плотно обтягивали стройные ноги, а по бокам голенища были украшены двумя серебряными цепочками, издававшими мелодичный звон при каждом шаге. С серебряного пояса свисал длинный изогнутый ятаган — тоже серебряный.

Лёгкая походка как у молодого юноши, но в то же время решительная, словно он готов был растереть в порошок любого, кто встанет у него на пути. Руки изящные и бледные, с отчётливыми суставами. На правой руке на среднем пальце повязана яркая красная нить.

### Прочее

Будучи ребенком десяти лет ему на вид было не больше семи-восьми, он был маленький и очень худой. При этом голова его была неаккуратно перемотана повязками, через просвет в которых виднелся большой чёрный левый глаз. Так получалось, что при каждой встрече с Се Лянем, когда он не был замотан бинтами, то был избит или покрыт кровью, из-за чего его правый глаз никогда не был виден.

* **[Се Лянь]* ласково улыбнулся и сказал:
— Доктора хотят осмотреть твои раны. Не бойся, отпусти ручки, хорошо?
В ответ ребёнок медренно помотал головой.
— Почему? — поинтересовался Се Лянь.
Малыш помолчал-помолчал какое-то время и наконец выпалил:
— Уродливый!*

На самом деле у него была гетерохромия — один глаз черный, другой — красный. Из-за этого он подвергался постоянной травле и побоям. Хотя в новелле никогда не говорится об этом прямо, косвенно на это указывает красный глаз ятагана Эмина, также это подтверждено в интервью и изображено в маньхуа.

Через три года после вознесения Се Ляня Хунхунэр выглядел уже на 12-13 лет. Он носил старую грязную одежду, а лицо скрывали такие же перепачканные бинты. Лицо под бинтами было сплошь покрыто синяками и ссадинами — следами неоднократных побоев. Несмотря на маленький рост, силы в нём было хоть отбавляй. К моменту начала войны с Юнъанем он быстро и сильно вытянулся, хотя ему не было и 14 лет, он выглядел на 15-16.

В какой-то момент времени в детстве самостоятельно набил татуировку (в новелле не уточняется, на какой руке, в маньхуа — на левом предплечье, в дунхуа — на правом) с непонятными символами, долго остававшимися неизвестными. Как выяснилось, это имя Се Ляня, но из-за безнадежно ужасного почерка его долгое время никто не мог прочесть.

Когда после смерти юноша стал призраком и обрёл плоть, он предстал как молодой человек в опрятном воинском одеянии чёрного тона. На вид около 16-17 лет, довольно рослый, выше Се Ляня, однако всё ещё не растерявший некой юношеской незрелости. Чёрные волосы были забраны в хвост, на его поясе висел длинный ятаган. На лице носил белоснежную маску, а на маске — кривую улыбку.

## Личность

Хуа Чэн харизматичен и умен, он мало заботился о других и в основном действовал в своих собственных интересах. Никогда и никто не мог постичь истинный смысл поступков Хуа Чэна.

Он был жесток, но не кровожаден, язвителен и высокомерен, хотя и по праву, так как являлся одним из самых сильных существ, он не стеснялся отпускать едкие и даже оскорбительные замечания в адрес как небожителей, так и других демонов. Кроме этого он собрал компромат на многих небожителей, заставив их бояться не только своей силы, но и раскрытия грязных тайн. Многим также приходилось нередко обращаться за помощью к Хуа Чэну, просить его о содействии кое в каких делах, поскольку и в мире людей тот обладал немалым влиянием и даже имел последователей. Хуа Чэн был настолько могущественен и влиятелен, что сам Цзюнь У избегал столкновений с ним и даже если демон совершал нападки, он не мог приказать никому из небожителей его покарать. Вероятно, что Хуа Чэн был единственным, кто мог проклинать и оскорблять Владыку, не опасаясь какого-либо возмездия.

### Хуа Чэн и Се Лянь

* *Если твоя мечта — помогать людям, попавшим в беду, то моя мечта — лишь ты один.*

Единственное исключение для него во всех отношениях — Его Высочество Се Лянь. Он единственный, к кому Хуа Чэн относился с добротой, заботой и величайшим уважением. Он готов был сделать для него всё, что принц пожелает, но при этом не мешал ему делать то, что он хочет. Даже если это было сопряжено с опасностью, Хуа Чэн в таких случаях старался следовать за ним и оберегать. В знак своей любви и доверия он оставил Се Ляню свой прах в виде кольца, как он сам выразился в образе Саньлана — доверив свой прах выбранному человеку, ему было наплевать, что он с ним сделает дальше: сохранит, уничтожит или будет пересыпать из руки в руку забавы ради.

Хотя Хуа Чэн канонически является одним из самых красивых людей в новелле, но из-за травли в детстве из-за гетерохромии он долго считал себя уродливым. Позже он начал сомневаться в этом и со временем его мнение о себе изменилось, но перед самым любимым на свете человеком он всё равно инстинктивно себя принижал, боялся показаться в истинном обличье и иногда старался выпросить комплименты. Кроме того, он так любил и уважал его, что поначалу даже боялся прикасаться к Се Ляню, так как думал, что будет слишком взволнован и сделает что-нибудь неправильное. Позже он не позволял себе прикасаться к объекту обожания, если совершал ошибку (например, не защитил его высочество должным образом) — так он наказывал сам себя.

Также он не мог не следовать желанию Се Ляня защищать простой народ. Став могущественным демоном он, тем не менее, не нападал на простых людей, но славился расправой над демонами (в основном — приспешниками Ци Жуна) и нападками на небожителей. Единственные люди, смерть которых можно было записать на его счёт — деспотичные князья, чья тирания достигла своих пределов и Хуа Чэн подослал к ним своих гонцов. Даже расправляясь с 33 небожителями, он только сжёг их храмы, но не трогал последователей.

Будучи глубоко подсознательно неуверенным в себе, он чувствовал, что недостоин любви Се Ляня, но когда узнал, что его чувства взаимны — очень обрадовался. После того, как они поженились, Хуа Чэн показал себя страстным, но заботливым любовником, который не любил находиться вдали от Се Ляня.

### Становление личности

Его мать рано умерла, отец его не любил и презирал, мачеха могла избить до полусмерти, посторонние его постоянно избивали из-за того, что его правый глаз — красный. Все считали это пугающим и однажды его избили настолько жестоко, что он захотел покончить с собой; кроме того он был очень эгоистичен и довольно ребячлив, поэтому, услышав, что грядёт церемония поклонения Небесам (которая, будучи проведённой неправильно, грозит бедствиями всей стране), он специально выбрал этот день, чтобы сорвать церемонию. Но увидев исполняющего роль воина Се Ляня так засмотрелся, что подошёл слишком близко к краю и упал совершенно случайно, но был спасён принцем. Восхищённый красотой и подкупленный проявленной добротой и заботой он глубоко проникся чувствами привязанности к принцу и после его вознесения стал искренне поклоняться ему, хотя его привязанность настолько походила на одержимость каким-то духом, что пугала окружающих.

Однако жизнь его не становилась лучше и однажды он, почувствовав присутствие божества в кумирне, где прятался от людей и дождя, взмолился:

* *— Мне ужасно плохо! Я каждый день жалею о том, что не могу умереть, каждый день хочу убить всех, кто есть на этом свете, а потом и себя! Моя жизнь невыносима! <…> Зачем я вообще пришёл в этот мир? Какой смысл в человеческой жизни?
Вдруг тишину прорезал мягкий бархатный голос:
— Я не знаю ответа на твой вопрос. <…> Если не знаешь, ради чего жить, живи ради меня. Не видишь смысла — на время сделай меня этим смыслом. Пусть я стану твоей причиной жить дальше.*

С тех пор он незаметно следовал за Се Лянем, изо всех сил стараясь помогать и защищать его. Даже когда от принца отвернулись все последователи из-за проигрыша в войне с Юнъанем, Хунхунэр оставался единственным, кто защищал его последний храм и поклонялся ему, собственноручно нарисовав его портрет. Однако вскоре он умер и стал призраком, отказываясь покинуть мир смертных из-за желания защитить принца. Став свидетелем жестокой пытки, когда Се Ляня сотни раз пронзили мечом, испытывая мучительную боль из-за неспособности его защитить и гнев на людей, позволивших себе сделать такое, он воплотился демоном. Позже это проявляется в том, что он испытывает душевные муки, когда Се Лянь ранится, мстит всем и всему, что позволяет себе причинить ему боль (например — взорвав скорпионовую змею, которая его укусила), а защита принца для него является неким инстинктом.

## Титулы и прозвища

* **Непревзойдённый князь демонов** (绝境鬼王 *Juéjìng guǐwáng*) — признанный небожителями статус Хуа Чэна.
* **«Искатель Цветов под Кровавым Дождём»** (血雨探花 *Сюэ Ю Тан Хуа*) — обращение к Хуа Чэну, как непревзойдённому демону, обращение отсылает к прославившему его событию. Однажды Хуа Чэн вырезал логово другого демона, и вся гора оказалась залита кровавым дождём. Уходя, он увидел у края дороги одинокий цветок, печально пригнувшийся к земле, и накрыл его своим зонтом, чтобы защитить от капель.
* **Глава города Хуа**, Градоначальник Хуа (花城主 *Хуа Чэнчжу/Hua Cheng Zhu*) — обращение жителей Призрачного города.
* **Саньлан** или Сань Лан (三郎 *Sān Láng*) — *«„— Я третий сын в семье, так что все зовут меня Саньланом.“<…> Имени он так и не назвал, но Се Лянь не стал настаивать.»* — псевдоним, которым представился Хуа Чэн в образе юноши, то есть он сказал не какое у него имя, а как к нему обращаются («Саньлан» буквально переводится как третий сын). Кроме того, это имя имеет ещё несколько смыслов и отсылок:
	+ Третий сын — продолжение шутки, где все основные любовные интересы романов Мосян Тунсю имеют прозвища по «старшинству» — ***А-Ло*** (阿洛 *Ā luò*, где 阿 *Ā*— префикс для обозначения старшинства в терминах родства, старший брат Ло) — Ло Бинхэ из первой новеллы «Система „Спаси-Себя-Сам“ для главного злодея», ***Лань эр гэгэ*** (蓝二哥哥 *Lán èr gēgē*, где 哥哥 *gēge* — обращение к мужчине старше говорящего, но одного поколения, братец Лань) — Лань Ванцзи из второй новеллы «Магистр дьявольского культа», ***Саньлан*** (обращение к третьему сыну в семье) из новеллы, ***Сы Шао*** (是四少 *shì sì shǎo* — четвёртый молодой мастер, где 四少 *sì shǎo* — четвертый ребенок/сын) — Цю Чи из анонсированной четвёртой новеллы «У Бога Смерти нет выходных».
	+ В интервью Мосян Тунсю сказала, что это может быть связано с тем, что он упал со стены когда шествие поклонения Небесам во время Праздника фонарей шло по третьему кругу.
	+ Также в его прозвище «Искатель Цветов под Кровавым Дождём» (血雨探花, *Сюэ Ю Тан Хуа*) словосочетание 探花 (Таньхуа, искатель цветов, избранный талант) является званием, которым награждали занявшего третье место на государственных императорских экзаменах.
* **Умин**, Безымянный (无名 *Wúmíng*) — прозвище, данное Се Лянем призванному призраку погибшего солдата.
* **Молодой господин Хуа**, Сяо Хуа, Маленький цветок (小花 *Xiǎohuā*) — обращение жителей деревни Водяных Каштанов, так как Се Лянь назвал Саньлана своим младшим братом, сбежавшим из дома и прибывшим погостить в его святилище.
* **Хунхунэр** (红红儿 *Hónghóng-er*) — обращение матери к Хуа Чэну в детстве, где 红 *(Hóng)* — Хун (буквально — «красный»), является изначальным именем, а удвоение слога и добавление суффикса 儿 *(er)* создаёт уменьшительно-ласкательную форму имени.
* **Хуа-Хуа** (花花 *Huāhuā*) — так Хуа Чэна называет Мосян Тунсю в авторских заметках.

## История

* *Свиток с информацией из данного раздела оказался слишком длинным и служащие дворца Линвэнь отнесли его в соседний зал: **Хуа Чэн/Сюжет**.*

## Способности

* *Свиток с информацией из данного раздела оказался слишком длинным и служащие дворца Линвэнь отнесли его в соседний зал: **Хуа Чэн/Способности**.*

## Отношения

* *Свиток с информацией из данного раздела оказался слишком длинным и служащие дворца Линвэнь отнесли его в соседний зал: **Хуа Чэн/Отношения**.*

## Судьбоносные элементы

Множество вещей, сформировавших образ и связанных с судьбой Хуа Чэна были заложены в далёком прошлом и зачастую — тесно связаны с Се Лянем. Вот перечень таких судьбоносных для него вещей, событий и элементов, перечисленных в хронологическом порядке.

**Судьба несчастливой звезды** (рождение)

* *«Советник вытер лицо, а потом вдруг отпрянул:
— Ваше высочество, вы бы знали, кого привели в горы! Этот ребёнок рождён под несчастливой звездой. Ему суждено быть одиноким, к нему тянется всякая нечисть; кто с ним свяжется — того ждёт беда, кто с ним сблизится — распрощается с жизнью! <…> Скорей уведите его с горы! И не смете его трогать. Я не шучу: у него ужасная судьба, к нему нельзя даже прикасаться!»* — в первые встречи с Се Лянем Хуа Чэн боялся притрагиваться к нему, одёргивая руку.
* *«Гороскоп того ребёнка вызывал серьёзные опасения — если такой человек удачлив, то эта удача взлетает до небес, если жесток, то жестокость его пронзает землю»* — удача Хуа Чэна выходит за рамки разумной нормы.
* *«В обычных обстоятельствах мальчик должен был в раннем возрасте лишиться родителей. Если же они не погибли, значит наверняка либо бросили его, либо издевались над ним. Кроме того, он сам не дожил бы и до восемнадцати.»* — в детстве часто сбегал из дома и слонялся по улицам, не от хорошей жизни дома, он даже хотел покончить с собой, спрыгнув со стены во время церемониального шествия поклонения Небесам (но засмотрелся на представление и в итоге упал совершенно случайно); он на самом деле умер в юном возрасте на поле битвы во время войны Сяньлэ и беженцев из Юнъаня.

**Коралловые серьги** (10 лет)

* Во время церемонии поклонения небесам Се Лянь спас упавшего Хуа Чэна. После церемонии обнаружилось, что одна из серёжек принца пропала. Впоследствии эта потерянная серёжка обнаружилась как украшение на косичке Хуа Чэна-демона. Мало кто обращал внимание на эту деталь его истинного облика и только Му Цин, которого сильно задела история с серьгой, узнал её, увидев лично. Хотя как она попала к Хуа Чэну осталось неизвестным.

**Белые цветы** (три года спустя +/- около года)

* *«Похоже, цветок, как и всю статую, изначально вылепили из глины, но он не то отвалился по вине неумехи-мастера, не то его отломал злой шутник. Чтобы заполнить образовавшуюся на ладони дыру, кто-то не поленился сорвать и вставить свежий цветок. На нежных лепестках сияли хрустальные капельки росы, а в воздухе разливался едва уловимый свежий аромат. Прелесть, да и только.»* — впоследствии Хуа Чэн продолжает трепетно относиться к белым цветам и даже заработал своё прозвище «Искатель Цветов под Кровавым Дождём», когда укрыл одинокий цветок от крови.

**Красный зонт** (три года спустя +/- около года)

* *«Принц вышел из святилища, медленно раскрыл зонт и поставил его у входа. Услышав звонкий стук капель, паренёк на полу встрепетнулся и приподнялся на локте — посмотреть, кто идёт. Никого не было, но звук не стихал, и мальчишка в недоумении встал и направился к дверям. Он сделал несколько шагов и замер от удивления: на земле под дождём одиноким цветком стоял, накренившись, красный зонт».* — это не тот же зонт, который он будет использовать в будущем, но определённо этот подарок был важен.

**Ятаган Эмин** (нет и 14 лет)

* *«— Впрочем, тебе бы больше подошёл ятаган.
— Почему? — удивился юноша.
Се Лянь припомнил, как тот расправлялся с дикими рабами, повторил рукой несколько его выпадов и пояснил:
— У тебя странная манера фехтования: двигаешься быстро и напористо, но тебе буд-то что-то мешает, не даёт развернуться. Думаю с ним ты станешь куда сильнее».*

**800 лет разлуки** (нет и 14 лет, в пещере с демоническим цветком-оборотнем сладкие узы)

* *«— Что, малыш, устоишь перед такой красотой? Не хочешь развлечься? Смотри, второго шанса не будет! Если сейчас не попробуешь, потом восемьсот лет будешь ждать — не дождёшься!»* — Хуа Чэну удалось сблизиться и добиться взаимности от Се Ляня только спустя 800 лет.

**Красная нить судьбы** (нет и 14 лет, в пещере с демоническим цветком-оборотнем сладкие узы)

* *«Наконец парень отыскал на шее Се Ляня трепещущий кадык, протянул руку дальше и ухватил его за волосы. Он осторожно срезал одну тонкую прядь мечом и сразу отрапортовал:
— Ваше высочество, готово!
К Се Ляню вернулись кое какие силы, и он даже смог поднять руку.
— Протяни мне ладонь, — велел он.
 Парень повиновался. Се Лянь взял ту прядь и небрежно обвязал вокруг пальца солдата узелком».* — позднее Хуа Чэн носит на пальце красную нить, которая кроме напоминания об этой пряди в китайских поверьях символизирует связь двух людей.

**Первый раз** (настоящее время; после возвращения спустя год после битвы с Безликим Баем)

* *«— Странно...*
* *— В чём дело?*
	+ *— Что-то не сходится... — Третий Глаз выглядел по-настоящему озадаченным. — Уважаемый даос Се, почему исходящая от вас демоническая аура стала сильнее, чем прежде?*
	+ *Принц закашлялся, а Му Цин фыркнул:*
	+ *— А вы чего хотели? Он все дни проводит в обществе князя демонов.*
	+ *— И всё равно не сходится.*
	+ *— Что именно? — вмешался Фэн Синь.*
	+ *Третий Глаз в нерешительности пожевал губами, а потом выпалил:*
	+ *— Почему демоническая аура теперь исходит изнутри?! Всё ваше тело... буквально наполнено ею! — Повисло молчание, и монах продолжил: — Боюсь, вам грозит страшная опасность. Что с вами случилось? Неужели вы тяжко заболели?*
	+ *Се Лянь от смущения уже даже кашлять не мог, лицо его густо залилось краской».*
* В интервью Мосян Тунсю сказала, что первый раз Хуа Чэна и Се Ляня случился в монастыре Хуанцзи на горе Тайцаншань, однако она не говорила, когда именно.

**Татуировка на руке** (время не уточняется, скорее всего ещё при жизни)

* *«Се Лянь с невозмутимым видом поставил на поднос две чаши с водой и приготовился к трапезе, но тут обратил внимание на руку Саньлана: из под засученного рукава виднелась небольшая татуировка с незнакомыми ему символами. Юноша заметил его взгляд и одёрнул рукав
— В детстве сделал».*
* *«Он тут же взял ладонь принца в свою и широкими мазками изобразил два иероглифа. Разумеется, не зная контекста, никто не смог бы узнать, что это за иероглифы, и тем более разглядеть в них имя Се Ляня… <…>
— Саньлан, у тебя на руке! — принц схватил Хуа Чэна за предплечье, задрал рукав и радостно воскликнул: — Это же оно!»*
* *«— Это и правда призрачный огонёк, его пособник! Вот и доказательство! <…>
— Я не знаю, откуда он тут взялся! — в гневе вскричал принц. — С чего вы решили, что раз вам попался призрачный огонёк, то это непременно моих рук дело? Призрачные огни — не такая уж редкость! Или что же, на нём моё имя написано?!»* — На Хуа Чэне и правда буквально написано имя Се Ляня.

**Призрачный город** (после смерти, после изгнания Се Ляня с Небес)

* *«— Если тебе непременно понадобилось продавать подобный товар, шёл бы в специально предназначенные для этого места и там торговал!
Старик в ответ возмутился:
— Легко сказать! Где же такие места найти?! Все на свете так и торгуют: где придётся, разложив товар у дороги!»* — Хуа Чэн создал Призрачный город, где призраки и люди могли бы торговать таким специфическим товаром, которому не место на людских рынках.

**Сражение против 33 небожителей** (после смерти, после изгнания Се Ляня с Небес)

* *«Эти небожители беспокоились, что если принц останется здесь, он заберёт себе большую часть духовной силы. А оставшуюся ещё и придётся делить между тридцатью тремя коллегами, и значит, каждому из них в итоге достанется самая малость!»* — небожители прогнали Се Ляня с горы, впоследствии Хуа Чэн стал непревзойдённым демоном, поднялся на небеса, бросил им вызов, победил и, уничтожив их храмы отправил их в небытие.

**Спасение людей на горе Тунлу** (после второго изгнания Се Ляня с Небес)

* *«— Тот призрак хотел напасть на живых людей, но почему-то в последний момент остановился, не тронув никого. Вместо их жизней он принёс в жертву собственный глаз, который и стал основой кровавого артефакта. Он уже находился на последнем издыхании и должен был окончательно исчезнуть после столь серьёзного ранения, однако произошло обратное — он, напротив, окончательно пробудился, словно что-то его воодушевило»* — следование пути, избранному Се Лянем, позволило ему выжить и стать одним из сильнейших демонов.

**Пещера Десяти тысяч божеств** (во время нахождения на горе Тунлу)

* *«И в каждом таком гроте стояла божественная статуя для поклонения. Изваяния изображали и юных божеств, и уже чуть более взрослых, но всё же молодых. Позы поражали разнообразием: полулежащие, словно в томном безделье; непринуждённо сидящие, будто за распитием вина; в подобающей торжественной позе; танцующие с мечом в руке… И от одеяний разбегался взгляд — на одних красовались роскошные парадные платья, на других — простые монашеские одежды, на третьих — рваные лохмотья, какие-то и вовсе были полуобнажены… Отличался и уровень мастерства скульпторов, где-то исполнение хромало, изваяния вышли грубыми и примитивными, а где-то, напротив, — отличалось таким изяществом и вниманием к деталям, что волосы едва не шевелились на голове от одного взгляда»* — Хуа Чэн много лет тренировался в изображении Се Ляня, благодаря чему, в частности, может превосходно нарисовать его портрет.

**Храм Тысячи Фонарей** (после основания Призрачного города)

* *«— Пару дней назад праздновали Середину осени, и я подумал, что гэгэ, наверное, примет участие в той нелепой игре, которую они устраивают каждый год, вот и выдумал такой способ. Просто хотел, чтобы гэгэ немного повеселился на пиру, разогнал тоску»* — Хуа Чэн воздвиг целый храм для Се Ляня, но прятал его ото всех до тех пор, пока не решил порадовать его. Как и просил Се Лянь в самом начале своего божественного пути — в храме отсутствовали подушки для преклонения коленей.

## Прочее

* Хуа Чэн, скорее всего, является левшой, так как многие неосознанные и не требующие целенаправленного обучения действия выполняет левой рукой (возможно из-за этого у него проблемы с каллиграфией):
	+ «— Вперёд, — он уселся рядом и склонился к Се Ляню. — Как гадать будешь?
	— Может, по руке?
	Уголки губ Саньлана поползли вверх. Трудно было понять, что означает эта улыбка, но он просто сказал: „Ладно!“ — и протянул левую руку».
	+ *«Одной ногой наступив на прямоугольную доску, в левой руке он крутил меч для рубки хвороста.»*
	+ *«Саньлан схватил пресмыкающееся ровно в нужном месте, поэтому, как бы она ни скалила зубы, напугать его уже не могла. Змеиный хвост несколько раз мягко обвился вокруг его левой руки».*
	+ *«Хуа Чэн раскрыл левую ладонь:
	— Тогда давай то, о чём договаривались.»*
	+ *«Вернувшись в святилище Водяных Каштанов, принц издалека увидел Лан Ина: тот стоял, прислонившись к старому дереву напротив обители. В левой руке он небрежно крутил метлу, а у ног громоздился ворох опавших золотых листьев».*
	+ *«Фэн Синь бился с призрачными бабочками, Му Цин же вышел против Хуа Чэна. Но тот протянул руку, и в его левой ладони появилась изогнутый ятаган, Эмин, который и принял на себя атаку!»*
* Хуа Чэн любит выкладывать из овощей «смайлики»:
	+ *«Хуа Чэн тем временем, выложив на тарелке из овощей, к которым никто так и не притронулся, улыбающееся лицо»*
	+ *«Саньлан палочками сложил из овощей на тарелке улыбающееся лицо.»*
* Он настолько богат, что обращается с легендарными, несравненно ценными сокровищами, как с мусором из местного магазина.
	+ *Сосуд звёздного неба* — сосуд для вина из чёрного нефрита, инкрустированный мелкими звёздочками, который можно оставить под открытым небом при свете луны и звёзд и он впитает в себя лучшую духовную Ци небесных светил. Не только изящный сам по себе, но и полезный в самосовершенствовании. Се Лянь случайно разбил его из-за раненой руки, но Хуа Чэн просто велел слугам убрать осколки и занялся лечением руки Се Ляня.
	+ *Кисть восьми сторон света* — артефакт из шерсти с кончика волшебного хвоста древнего оборотня и верхнего ростка нефритового бамбука, когда ею долго не пишут иероглифы, на кисти вырастают бамбуковые листья из голубого нефрита. Именно с этой кистью Хуа Чэн практиковался в каллиграфии и если у него выходило плохо — винил в этом кисть и бросал её на пол и мог запнуть куда-нибудь. Се Ляню приходилось отыскивать её, чистить и убирать на место, так как Хуа Чэн совершенно не заботился об этом.
* В то время, как Се Лянь имеет лишь несколько сменных комплектов настоящей одежды (при этом все — одинаковые белые халаты), Хуа Чэн славится своим постоянным изменением внешности. Даже после того, как он встретился с Се Лянем и путешествует или в истинном обличье или в образе Саньлана, он отыгрывается в переодевании, меняя одежду с помощью магии:
	+ *«Хуа Чэн надел простые чёрные одежды, наконец ровно забрал волосы и дополнил украшением из белой яшмы. Теперь небрежности в его образе стало меньше, зато настолько же прибавилось собранности. <…> Се Лянь, глядя на Хуа Чэна, даже поневоле вспомнил старую фразу: „Мужская красота — в чёрных одеждах“, и подумал, что это поистине так.»*
	+ *«Хуа Чэн тем временем, наблюдая за всем со стороны, уже настолько измаялся от скуки, что вновь переоделся в красное, затем опять в чёрное, а потом вовсе в белое. Почти каждый раз, когда Се Лянь поворачивался и смотрел на князя демонов, тот мгновенно преображался, меняя что-то в причёске, украшениях, обуви и других деталях.»*
	+ *«Однако к его удивлению, повернувшись, принц увидел, что Хуа Чэн уже надел чистые рыбацкие одежды.»*
* В послесловии к роману Монсян Тунсю рассказала о создании персонажей и немного о предыстории Хуа Чэна, которая не раскрывается в основном повествовании:
	+ *«По задумке отец Хуа Чэна был жителем императорской столицы Сяньлэ, мать же — роковая красавица из чужого народа. Поэтому при первом появлении от Хуа Чэна исходит немного чужеземного очарования. В черновике для создания образа этого „чужого народа“ я изучила множество народностей. К примеру, тату: кажется, у многих народностей принято делать татуировки, и эта деталь придала герою дух бунтарства и некоторую наивность, а также немного незрелой сексуальности. Ещё примеры: кленовые листья, бабочки, серебряные украшения, изображения диких зверей и так далее — по этим приметам легко догадаться, о какой народности идёт речь, всё-таки по ней есть огромное множество материалов.»*
	+ *«Кроме того, раз уж я официально определилась с характером Хуа Чэна во время поездки в Шанхай, чисто теоретически местом его рождения можно считать именно этот город. Несмотря на то, что впоследствии Хуа Чэн овладел тёмной магией иного народа, всё же он прожил в государстве Сяньлэ более десяти лет, и культура хань оказала на него гораздо большее влияние.»*
	+ *«В заметках, которые не были использованы в книге, Хуа Чэн часто пел песни о любви своему возлюбленному на древнем языке, который уже утерян и которому научила его мама. А когда Се Лянь спрашивал, что он поёт, Хуа Чэн хитро прищуривал глаза и нёс всякий вздор. Но по мере развития сюжета я заметила, что можно и не писать о родителях и происхождении Хуа Чэна.»*
* Автор подтвердила в интервью, что из трёх главных любовных интересов в её романах у Хуа Чэна лучшие навыки в постели.
* В маньхуа символическое животное Хуа Чэна — лиса, как показано как в артах официального художника, так и в настоящих главах. В главе 176 Му Цин говорит Се Ляню *«Хуа Чэну нужно всего лишь сказать пару милых слов, и ему поверят, подобно очарованному лисьим духом»*, главным образом ссылаясь на лисьих духов, которые в азиатском фольклоре — соблазнители, известные как зачаровывающие и очаровывающие невинных людей, которые заставляют людей влюбиться в духа.
* Распространено мнение, что в имени «Саньлан» есть игра слов, согласно которой обращение также можно понять как «муженёк». Однако это не совсем верно. Имя Саньлан состоит из двух иероглифов — 三郎. Первый из них, 三 (*sān*, сань), означает «три», второй же, 郎 (*láng*, лан), переводится как «молодой мужчина». Вместе они несут значение «третий сын». Согласно одному из вариантов использования 郎 (*láng*, лан) может добавляться после имени в качестве суффикса, что роднит его с 儿 (эр, обращение к младшему), 哥 (гэ, обращение к старшему брату) и другими. Когда этот ханьцзы используется как именной суффикс, он действительно образует кокетливое обращение к мужу и может переводиться как «муженек». А может в том же случае переводиться и как «молодой господин» или просто «господин», что зависит от контекста. В случае же с именем, подобного перевода быть не может, потому что 郎 в этом случае не суффикс, а часть выражения, переводящегося как «третий сын». С течением времени это выражение слилось в единое слово и стало вполне обычным именем.

## Примечания

1. ↑ 1,0 1,1 1,2 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 12: «Демон в красном сжигает храмы литературы и войны»
2. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 13: «Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть первая»
3. ↑ 3,0 3,1 3,2 3,3 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 15: «Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть третья»
4. ↑ 4,0 4,1 4,2 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 14: «Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть вторая»
5. ↑ 5,0 5,1 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 16: «Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть четвертая»
6. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 30: «Князь демонов раскрывает своё истинное лицо. Часть первая»
7. ↑ 7,0 7,1 7,2 7,3 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 37: «Любуюсь цветком сквозь алую вуаль и в душе рождается печаль. Часть вторая»
8. ↑ 8,0 8,1 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 38: «Любуюсь цветком сквозь алую вуаль и в душе рождается печаль. Часть третья»
9. ↑ 9,0 9,1 9,2 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 36: «Любуюсь цветком сквозь алую вуаль и в душе рождается печаль. Часть первая»
10. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 35: «Призрачный город. Наследный принц встречается с князем демонов»
11. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 95: «В смятенье ум, но сердце знает правду. Часть первая»
12. ↑ 12,0 12,1 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 8: «Свадьба демона. Наследный принц в свадебном паланкине. Часть третья»
13. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 7: «Свадьба демона. Наследный принц в свадебном паланкине. Часть вторая»
14. ↑ 14,0 14,1 14,2 Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 64: «Потерянная коралловая бусина приковывает алчный взгляд. Часть пятая»
15. ↑ 15,0 15,1 Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 59: «Судьбоносный прыжок на улице Шэньу. Часть вторая»
16. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 63: «Потерянная коралловая бусина приковывает алчный взгляд. Часть четвёртая»
17. ↑ 17,0 17,1 17,2 17,3 17,4 Интервью Мосян Тунсю — Вопросы и Ответы (англ. перевод) (рус. перевод)
18. ↑ 18,0 18,1 Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 72: «Тебя в огромном мире встретить — что разыскать цветок среди дождя. Часть первая»
19. ↑ 19,0 19,1 19,2 Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 73: «Тебя в огромном мире встретить — что разыскать цветок среди дождя. Часть вторая»
20. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 79: «Принц попадает в логово демонов на Горбатом холме»
21. ↑ 21,0 21,1 21,2 Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 17: «Странные беседы о Баньюэ в святилище Водяных Каштанов. Часть первая»
22. ↑ 22,0 22,1 Новелла, книга 5, (рус. том 6), глава 244: «С благословением небожителей преграды неведомы»
23. ↑ Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 192: «Воин в чёрном присягает на верность демону в белом. Часть первая»
24. ↑ 24,0 24,1 Новелла, книга 5, (рус. том 6), глава 237: «Решающая битва. Искатель Цветов под Кровавым Дождём против Безликого Бая. Часть вторая»
25. ↑ Новелла, книга 5, (рус. том 6), глава 241: «Пока играет на губах улыбка, одежды красные теряют цвет. Часть вторая»
26. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 32: «Принц встречает принца. Часть первая»
27. ↑ Новелла, книга 5, (рус. том 6), глава 243: «Ты хочешь уберечь цветы как память обо мне. Мои желания просты: беречь тебя вдвойне»
28. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 105: «Три божества и демон не замечают истинного. Часть первая»
29. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 5), глава 177: «В пещере Десяти тысяч божеств открываются истинные лица. Часть третья»
30. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 88: «Я не забуду, никогда не забуду!»
31. ↑ 31,0 31,1 Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 181: «В ночь цветных фонарей прикупи за бесценок одинокую душу»
32. ↑ Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 190: «Сердце, пронзённое сотней мечей. Демон, обрётший форму и плоть»
33. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 22: «Путешествие на тысячу ли. Затерянные в песчаной буре. Часть третья»
34. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 5), глава 179: «В пещере Десяти тысяч божеств открываются истинные лица. Часть пятая»
35. ↑ Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 198: «Замершего на краю бездны от дождя спасает шляпа. Часть третья»
36. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 4), глава 126: «Думы в разлуке. Смятенье разлилось по сердцу как чернила»
37. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 66: «Вознёсшийся или падший, человек остаётся человеком. Часть первая»
38. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 67: «Вознёсшийся или падший, человек остаётся человеком. Часть вторая»
39. ↑ 39,0 39,1 Новелла, книга 5, (рус. том 6), глава 217: «Сотни лет в непроглядной пучине, тысячи — в огненной бездне. Часть первая»
40. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 5), глава 175: «В пещере Десяти тысяч божеств открываются истинные лица. Часть первая»
41. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 80: «Сладкие узы. Искушение плоти божества. Часть первая»
42. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 81: «Сладкие узы. Искушение плоти божества. Часть вторая»
43. ↑ Новелла, книга 2, (рус. том 2), глава 82: «Сладкие узы. Искушение плоти божества. Часть третья»
44. ↑ Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 186: «Тридцать три божества никак не поделят благословенные земли. Часть вторая»
45. ↑ Новелла, книга 4, (рус. том 5), глава 185: «Тридцать три божества никак не поделят благословенные земли. Часть первая»
46. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 5), глава 173: «В пещере Десяти тысяч божеств скрываются истинные лица. Часть первая»
47. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 97: «Лунной ночью урок калиграфии скрашивает благоуханье красных рукавов»
48. ↑ 48,0 48,1 В официальном переводе отсутствует уточнение про левую руку, но оно есть в оригинальной новелле и фан-переводах.
49. ↑ Новелла, книга 1, (рус. том 1), глава 21: «Путешествие на тысячу ли. Затерянные в песчаной буре. Часть вторая»
50. ↑ Здесь Хуа Чэн маскируется под Лан Ина.
51. ↑ 51,0 51,1 Новелла, книга 3, (рус. том 5), глава 176: «В пещере Десяти тысяч божеств открываются истинные лица. Часть вторая»
52. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 107: «Божественно-демоническая четвёрка узнаёт историю кроваых гуляний»
53. ↑ Новелла, книга 5, (рус. том 6), экстра 248: «Удивительная история об украденных воспоминаниях наследного принца. Часть третья»
54. ↑ Новелла, книга 5, (рус. том 6), экстра 252: «День рождения князя демонов»
55. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 106: «Три божества и демон не замечают истинного. Часть вторая»
56. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 110: «Битва с Истинным Пустозвоном. Принц меняется местами с Повелителем Ветра. Часть первая»
57. ↑ Новелла, книга 3, (рус. том 3), глава 118: «Небесное бедствие. Шторм в Восточном море»
58. ↑ Перевод послесловия новеллы
59. ↑ Интервью Мо Сян Тун Сю — Март 2018 (Перевод)
60. ↑ Маньхуа, том 3, глава 38: «Чёрное одеяние, белое платье»
61. ↑ Разбор имени Саньлан в заметках Гуциня (переводчика 1 тома новеллы Дарьи Тебидзе)