Проклятие Кантерлота, ч.2

Однажды, прогуливаясь по внутреннему двору вверенного мне здания, я окидывал скучающим взглядом каменные постаменты, когда неожиданно наткнулся на то, чего не замечал ранее. Приблизившись к одному из постаментов, я увидел ровную каменную выпуклость. Повинуясь сиюминутному стремлению, я присел перед постаментом и надавил на выпуклость рукой. Она легко поддалась, и я понял, что это кнопка. На меня обрушилась череда резких механических звуков, и гравий под ногами зашевелился, обнажая вытянутую дыру и каменную лестницу, ведшую в непроглядный мрак. Когда механизмы замолкли, я напряг слух и в тишине услышал мерное гудение, от которого кожа моя покрылась мурашками. Однако любопытство превозмогло страх, и я решил спуститься вниз, к источнику звука. Опираясь на стену, чтобы не упасть, я нисходил в глубины Кантерлота до тех пор, пока впереди не замаячил свет факела. Чем дальше я шёл, тем громче становилось гудение. Внезапно я различил в этом звуке пение: будто несколько голосов тянули одну очень низкую ноту. За всё время, что я шёл, пение ни на секунду не замолкло, словно певшим не нужно было дышать. Дойдя, наконец, до факела, я вступил в круг света и увидел то, от чего меня охватил первобытный страх.

Это была небольшая комната с горящим кроваво-красным алтарём посередине. Вокруг алтаря стояли певшие: это были огромные существа нечеловеческого вида с четырьмя ногами, по копыту на каждую, с вытянутыми до потолка шеями и выпученными безумными глазами без зрачков. Существа пели, и их горла вибрировали, волнуя мягкую шерсть, покрывавшую чудовищ с ног до головы. Когда я вошёл в комнату, пение резко оборвалось, и существа одновременно обратили взгляды на меня, неестественно вывернув свои длинные шеи. Не помня себя от ужаса, я попятился назад, но вместо выхода наткнулся на чьи-то руки: обернувшись, я увидел моего нанимателя, господина в чёрном костюме, смотревшего мне прямо в глаза. Затушив единственный факел, так что источником света в комнате стал лишь алтарь, господин улыбнулся: "Мы ждали тебя, и ты не разочаровал нас" - довольно протянул он. "Знаки оказались верны. Сны привели тебя к нам. Воистину, сила Его велика". Я хотел сказать что-то, возразить, но страх полностью овладел мной, и я мог лишь озираться затуманенным взором. Видя моё замешательство, господин в чёрном костюме рассмеялся: "Тебе страшно, но это ничего. Скоро ты не будешь испытывать страх. По сути, у тебя не будет вообще никаких чувств, потому что ты умрёшь. Я сожалею, но это необходимость. Твоя смерть послужит благой цели. Если бы у нас было больше времени, я мог бы всё тебе растолковать, однако ситуация требует скорого вмешательства. Тем не менее, прежде чем всё кончится, позволь кое-что тебе показать".

Господин в чёрном костюме протянул руку, указывая мне вглубь комнаты. Прищурившись, я различил то, что упустил ранее, напуганный видом чудовищ вокруг - в тенях таилась ещё одна человеческая фигура. В воздухе разнёсся сиплый кашель, и человек сделал шаг вперёд, вступив в красный свет алтаря. Не сдержав эмоций, я вскрикнул: предо мной стоял мой отец!

Вид его был донельзя болезненный: изрезанное рвами морщин лицо казалось деревянной маской; под глазами чернели мешки, а сами глаза будто утратили зрачки, став похожими на две кровавые раны, наполненные студнем. Подавшись вперёд, отец открыл рот,но вместо слов из него вырвалось лишь невнятное клокотание я с ужасом понял, что у него нет языка. Позади послышался насмешливый голос человека в чёрном: "Мы, Ламы, были здесь до вас. Вы: шахтёры, строители, аристократы, люди - вам здесь не место. Скоро всё вернётся на круги своя. Ритуал завершится, и это будет началом нашего триумфа. А теперь смотри"!

Существа, Ламы, ранее безмолвно буравившие меня взглядами, неожиданно вскинули головы и снова запели в унисон ту же самую низкую ноту, что и ранее. При первых же звуках, мой отец и господин в чёрном упали на колени, сотрясаясь в конвульсиях. Меня сковал паралич: не в силах пошевелиться, я, будто во сне, наблюдал самое страшное представление в своей жизни. Я видел, как с отца и с господина в чёрном начала сползать кожа; на локтях и под коленями открылись зияющие раны, во все стороны брызнула кровь и кость. Люди изогнулись в ужасной агонии, и я увидел, как их тела преображаются, искажаются черты, вытягиваются конечности. Пальцы срослись и покрылись роговой коркой, образуя копыта, а шеи начали расти, натягивая мышцы, жилы и вены. Наконец, глаза отца лопнули, и в открывшихся ранах образовались кровавые пузыри, которые, надувшись до громадного размера, словно загорелись изнутри холодным багровым огнём, который я видел в своих снах. Спустя несколько секунд, я остался единственным человеческим существом в комнате.

Лама, которая была господином в чёрном костюме, торжествующе забулькала и толкнула меня к алтарю. Затем она повернула голову к Ламе, бывшей моим отцом, и что-то низко проурчала: подсознательно я понял, что для завершения ритуала бросить меня в огонь должен был именно отец. Сил сопротивляться у меня не было, и я уже принял свою судьбу. Отец безотрывно смотрел на меня огненными буркалами. Наконец, он сошёл с места, массивное, гротескное существо, и на негнущихся ногах подобрался ко мне, занося копыто над моей головой. Но тут случилось нечто удивительное: вместо того, чтобы раздробить мне голову и завершить ритуал, отец отступил на шаг и с пронизывающим до костей воплем опустил копыто прямо в алтарь, разрушив кровокамень и потушив огонь! Комната резко погрузилась в абсолютный мрак. Дизориентированный темнотой и шумом, я зажмурился и заткнул уши руками, как вдруг ощутил резкий толчок в спину. Инстинктивно вытянув руки вперёд, я наткнулся на остов потушенного факела и понял, что нахожусь недалеко от выхода. Упав на четвереньки, я быстро пополз в направлении, казавшемся мне правильным. Я не ошибся - руки нащупали ступени. Силы вернулись ко мне, и я со всех ног побежал вверх, цепляясь за стены и молясь, чтобы за мною не было погони.

Почти целую ночь я скитался по Кантерлоту, пока не наткнулся на полицейский патруль. Дрожащий от холода и ужаса, испачканный в крови и безумно бормочущий себе под нос, я представлял собой зрелище неприглядное, так что меня немедленно арестовали. Несколько дней после этого я пребывал в сильнейшем психическом расстройстве, пытаясь в редкие проблески сознания и здравого смысла отвечать на вопросы полицейских и врачей, но чем дольше это продолжалось, тем яснее я понимал, что ситуация безнадёжна. Вскоре меня признали невменяемым и увезли на принудительное лечение в Старый мир - туда, откуда мы с матерью так хотели уехать. Меня определили в психиатрическую лечебницу в Верховных Фениксах, где я и пребываю по сию пору и где пишу это послание. Я знаю, что Ламы не оставят меня в покое, знаю, что они лишь выжидают нужного момента, чтобы похитить меня, поэтому на утро охранники лечебницы найдут меня мёртвым. Ламам не удастся довершить свой ритуал, по крайней мере тем способом, который они изначально задумали. Я понимаю, что вы думаете. Что всё это заблуждения, бред неизлечимого больного, однако уверяю вас - я здоров, и всё описанное в этом письме правда. Пожалуйста, читатель, если вы человек храбрый и верите в то, что мир не так прост, каким кажется, отправляйтесь в Кантерлот, убедитесь в сказанном мной и донесите правду до всех!

ЛАМЫ УПРАВЛЯЮТ КАНТЕРЛОТОМ

ЛАМЫ
ЛАМЫ
ЛАМЫ...