Дайке-Мара, Екатерина Павловна

**Дайке-Мара, Екатерина  Павловна** — российская революционерка, деятель революционного движения в Заполярье, одна из основоположниц толуольской национальной автономии. Упоминалась в качестве символической жертвы голода в повести В.  Акунина «Толуолье».

Родилась  в 1872 году в Бессарабии.  Участвовала в основании в России тайных народнических групп. Принимала активное участие в делах народничества в Швейцарии.  Работала в редакции газеты «Дело». Участвовала в сибирской экспедиции Н.К.Михайлова. Была членом группы «Земля и воля».   За участие в подготовке убийства Александра III была приговорена к 15 годам каторги, впоследствии заменённой на ссылку в заполярный Уйкунский посёлок.   Принимала участие в революционной деятельности среди ссыльных. Автор воспоминаний «По этапу».

Вечером 15 ноября 1917 года она узнала от приехавшего из Петербурга М.М. Сперанского, что В.И.Ленин бежал из тюремной кареты и собирается взять в свои руки государственную власть. Далекая к тому времени от революционной мысли Екатерина Павловна считала, что Ленин и есть новое мессианское правительство. Немедленно отправляется в центральную Россию. Приняв идею Ленина об  учреждении партии и правительства, она поставила условие, что в партии не должно быть руководителей-эсеров, поскольку их диктатура привела бы к развалу страны. Ленин соглашался.  Идя навстречу её просьбе, он, кроме того, добавил: «Нас, большевиков, только 5, а партия будет называться коммунистической». «Если бы я не была знакома с мировоззрением Ленина, я приняла бы эти слова за шутку», – пишет Екатерина Павловна в своих мемуарах . Ей очень хотелось попасть в партию большевиков.

Её настойчивость в выполнении поставленной цели была вознаграждена: 15 декабря 1917 года она вступила в её ряды. В 1919 году, вернувшись в Заполярье, активно участвовала в Уйкунском восстании рабочих, установившем советскую власть в Уйкунском посёлке.   В первые месяцы советской власти занимала ответственные должности в управлении внутренних дел Уйкуна. После кратковременного занятия Уйкунмара белыми скрывалась  в горах. Там она написала книгу, в которой под хлесткими определениями Ленина, Каменева и Сталина подводила революционную идеологическую базу.

Обострённым чутьём подпольщицы Екатерина Павловна уловила в  происходящих в стране событиях борьбу за власть между двумя ветвями российского ревизионизма. По её воспоминаниям, когда в Уйкуне была вновь установлена Советская власть, она «подняла в городе чрезвычайный карнавал.  С циничным хохотом переоделась в косоворотку и появилась на танцульках в первой паре в качестве одной из смазливых и живых девушек».   Со своими друзьями она напивалась до такой степени, что не могла запомнить ни имен их, ни лиц.

Один из участников Уйкунского восстания так вспоминал Екатерину Павловну: «**Госпожа Дайке-Мара, съевшая пуд соли на подпольной работе, произвела на всех такое впечатление, что и наши, и финские** **рабочие высоко оценили ее мужество, ее партийное рвение.** **Я иногда видел, как она появлялась среди рабочих на больших собраниях, и меня поражала ее выдержка.** **Казалось, что она находится под сильным нервным напряжением, но ее внутренняя сила непоколебимо выдерживала удары внешнего мира.** **Когда она говорила, часто слышался одобрительный гул: ей единодушно аплодировали.** **Люди понимали, что она руководствуется не партийной дисциплиной, а непреодолимым зовом собственного сердца.**»

Несмотря на последовавший партийный выговор, была включена в состав делегации, в 1922 году согласовавшей с Лениным образование Толуольского национального округа.  Кроме того, в том же году Екатерина Павловна была избрана руководителем Толуольского комитета и входила в состав бюро райкома комсомола Уйкуна. Екатерина Павловна вспоминает: «На работу в Укунскую коммуну меня поставили в 1936 году, до того я ни на что другое не годилась .  Я была работником районного комитета ВЛКСМ.   Ко мне обращались люди, которым в данную минуту нужна была помощь и совет. Им я давала самые дельные советы.  Всем этим я была обязана знанию области и местных условий».

В 1940 году, чувствуя, что она больше не способна к партийной работе, отравилась морфием в туземной больнице.  Ее предсмертная записка была передана в парткоме партии. На вопрос, последовавший за заявлением об отставке: «Куда вы хотите уйти от нас?  Мы вам по-прежнему доверяем». Екатерина Павловна ответила: «Конечно же, мне хочется пойти в шаманы». Современными исследователями обсуждается гипотеза о тяжёлом умопомешательстве, которое настигло Дайке-Мара в последние годы жизни.