Иной подход

Автор

Опубликовано 7 ноября 2003

```

```

Нет, всё хватит с меня! Зачем мне туда? Чего я там не видел? Нет, не пойду!

Кактус сидел за столом перед мерцающим экраном монитора. Его буйная голова, с растрёпанной прической мирно лежала на клавиатуре. Из системного блока слышался жалобный писк писи-скрипера. Это придавленные клавиши жаловались на размеры и вес придавившей их головы.

Скрипит… скрипит, значит, что-то не так. Когда что-то не так это сразу видно. Но когда это видно это не значит что что-то не так именно в том, о чем ты подумал. Там всё не так. Зачем мне туда? Там опасно. Маринка потом рыдать будет.

Рядом с клавой стояла початая бутылка водки, чуть правее на блюдечке нарезанный тонкими ломтиками лежал лимон. Ломтиков осталось всего два, и они угрюмо плавали в собственном соку, ожидая своей участи. Кактус поднял голову, глянул на лимоны мутными глазами и положил руку, до сих пор безвольно свисавшую вниз, на стол. Лимонный сок, в котором лежали ломтики, испуганно вздрогнул, и заволновался. Пристально рассмотрев остатки былой роскоши, и убедившись, что в глазах не двоиться, и ломтиков и в прям два, взгляд ученого обратился в сторону бутылки.

Вот тут точно что-то не так! Надо это дело исправить.

Кактус шарит по столу руками в поисках рюмки, но не найдя таковой хватает бутылку и выливает остатки водки себе в рот. Глотает. Потом, скривив рот, он берёт лимон, нюхает его во всё силу своих лёгких и под конец этой страшной экзекуции поедает его.

Причина возникновения. Черный монолит допустим. Откуда он, черт его возьми, взялся. Дыра в измерении допустим. Тогда что же такого в этом черном монолите такого? А ведь не известно. Как узнать? Сходить и узнать. Я бы сходил, да денег только на бутылку хватит, а одной бутылкой, как известно жив, не будешь.

Пи-си скрипер сухо и нудно поскрипывал. Кактус, сделав над собой усилие, встал и выдернул вилку питания компа из розетки. В ушах у ученого тут же зазвенело, будто уши вантузом прочистили. Кактус провёл по стенке рукой. Шершавая стена поманила его своей прохладой. Не смея даже сопротивляться, учёный упёрся в неё лбом, надеясь таким образов остудить, ошпаренный кипящими мыслями, мозг.

Нужды финансы. Где их сегодня взять? Правительство финансирует? Да финансирует, вот сегодня на его инвестиции купил бутылку водки, чем внёс непоправимый вклад в изучение “зоны”!

Кактус оторвался от стены и своих глупых мыслей. Осмотрел кабинет. Пусто. Стерильно чисто и пусто. Ни ученых, ни лаборантов. Не видно людей, чьи умные лица бороздят тени задумчивости и размышлений. Не слышно возгласов: “Эврика”! Аура загадочного величия и белых халатов исчезла, пропала под неизбежным давлением жажды денег.

Неделю назад прибыла комиссия, но об этом соответственно никто даже не догадывался. Пустили в НИИ людей, и те, не законными методами стали скупать результаты исследований. А так как зарплата у персонала оставляла желать лучшего, то результаты исследований продавались весьма активно. Уже через пять дней две трети ученого штата была уволена, или в худшем случае посажена. Почти все лаборанты тоже были выгнаны с позором. Половина тех, кого миновала суровая участь, ушли сами. Профессор же Иван Федотович по прозвищу Кактус, не пал жертвой грязного заговора, так как работал за идею, а не за деньги, и результаты своих исследований хранил как зеницу ока, дабы в последствии вписать себя в анналы мировой науки!

Великий профессор Белов Иван Федотович! Звучит! Вот ведь черти поганые! Загубили дело. Я же один не смогу эту кучу замеров проанализировать. Даже пусть и Яшка поможет и Николай Петрович. Суки! Все вокруг продажные гниды, одним, значит, что б только себе, другим, что б раз ни себе значит никому. И всем насрать, что сначала нужно сделать дело, а потом гулять смело. У, гады! Что я теперь буду как Лейст, который в одиночку Курскую магнитную аномалию двадцать лет изучал.

С этими мыслями Кактус взял пустую бутылку. Взвесил её на руке, и легко без злобы кинул её в открытую дверь кабинета. Из коридора раздался звук бьющегося стекла и чья-то ругань.

- Иван Федотович ну нельзя же так! – послышался старческий голос.

- Извините, Николай Петрович, экспериментирую! – заплетающимся языком ответил Кактус.

- Оно и видно! – в кабинет осторожно вошёл маленький старичок. Он был в старом потёртом свитере, в тренировочных штанах “Adidas” синего цвета, и с грустной улыбкой спрятавшейся в белоснежной бороде.

- Как настроение Николай Петрович?

- Как, как! Напился бы давно, с горя, да я вижу, ты уже за всех нас выпил, - грустно ответил он, поправляя рукой, прядь всё так же белых волос, густо поросших на его светлой голове, которая никак не подавалась процессу облысения.

- А давайте ещё выпьем! – весело предложил Кактус.

- Ты же вроде эксперимент ставишь, рассказал бы хоть.

- Видели бутылку? – спросил профессор.

Старичок бодро кивнул.

- Представьте себе, что кто-то на другом краю вселенной сидит, себе жрёт водку, а бутылки пустые в дверь кидает! Вы, когда бутылка разбилась, испугались?

- На мгновение.

- Вот, а я вас не видел, видел бы, не стал кидать. А тот, на другом краю не видит, и кидает, и кидает.

- Эх, жаль, что бутылки пустые, были бы полные! – мечтательно сказал Николай Петрович.

- Смеётесь? – надувшись, спросил Кактус.

- Да нет, просто шучу. Так что ж получается у тебя, зона это чья-то муссорка? Значит, правы были пророки Стругацкие.

- Наверное.

- Эх, ты! – старичок махнул рукой, - Дроздов пьяный и не такие версии выдвигал.

- А какие?

- Ты в магию веришь? - Николай Петрович прищурил глаза и посмотрел на коллегу.

- В белую, или черную!? – хохотнул Кактус.

- Да ты послушай, не смейся. Значит, напьётся Дрозд и говорит, мол, раньше, в хрен знает какие времена, когда ещё фараоны в Египте жили, существовала магия. И тут же говорит что магия это не что иное, как защитный организм мира! Во как! И древние жрецы и колдуны были вроде негативных возбудителей. Они с помощью особых умений, силы из мира высасывали, миру это конечно не зачем, вот он и включал защитный организм, и таким образом уничтожал нарушителей. Так эти гады, изловчились это противодействие мира себе на благо использовать. Возбудит он этот защитный организм, тот в него огнём плюнет, а колдун этот плевок как-то направлял на врагов своих. Как они это делали, Дрозд не рассказывал. Но я это всё, конечно, утрирую, но ты думаю, понял.

Кактус коротко кивнул.

-И Зона он говорит это, что-то вроде одного из проявлений этого защитного организма. Он говорил, что давно никто не трогал эту магию, она и заскучала, эй говорит никак без дела быть нельзя, вот она и шалит, разминается, что б форму не потерять!

- Вроде чушь! А как всё складно выходит, - Кактус потёр подбородок, - Сколько людей столько и мнений.

- Складно! Это фантастика всё. Люди, значит, не понимают, а понять то хотя. И подстраивают всё под своё мышление. А под наше мышление не всё подстроишь к сожалению. Всё это только домыслы, а нам нужны факты.

- Зона – факт? – резко то ли спросил, то ли утвердил Кактус.

- Факт, - согласился Николай Петрович, - Но его нужно исследовать.

- Как?

- Вот как раз за этим то я и пришёл.

- Слушаю, - насторожился Кактус.

- Есть человечек один, говорит, до черного монолита довести может, - как ни в чем не бывало, заявил старичок.

- Там же радиация, мутанты, контролеры, там же никто не ходил, как это возможно?

- Всё просчитано, не бойся.

- А оборудование, защита?

- Оборудование наше, зашита, у нас тоже есть, в отделе радиометрии возьмём, им всё равно без надобности. А сталкер этот не один, у него команда, единственное, что им нужно так это пропуск.

- И что они всё это за бесплатно сделают?

- Нет, конечно, но я и спонсора уже нашёл, всё готово, только тебя не хватает.

- Спонсора?

- Да человека, которому маниакально хочется узнать о Зоне побольше, причем он очень богат.

- Американец, - уточнил Кактус.

- А что с того? – пожал плечами старичок, - Сходим в зону, если вернёмся, расскажешь ему свою теорию о бутылке и всё!

- Не нравиться мне это.

- Ну, как знаешь, сиди, глотай горькую и плачь горючими слезами о карьере великого ученого. А если надумаешь, приходи в среду ко мне домой, - Николай Петрович встал, сделал ручкой и удалился, оставив бедного Ивана Федотовича в полной растерянности.

2

Вертолёт чуть накренился и стал поворачивать. Его лопасти нудно и безжалостно мешали воздушную массу, от чего та выла и стонала, заставляя, морщится своего невольного слушателя. Внизу растелилась зона. Отсюда она выглядела обычным клочком земли, и Кактус не как не мог поверить, что они уже две минуты летят над самым страшным и в то же время самым манящим местом в мире.

Их спонсор Дэрек, с идиотской ухмылкой на круглом, холёном лице вглядывался в пейзаж, о котором он наверняка уже давно мечтал. Американец был крупным малым, гладко выбритый и свежий как огурец. Его круглое лицо с узкими глазами, и маленьким носом, просто сияло наигранным добродушием, чрезмерным удивление и любопытством. Но, на Кактуса, он не производил впечатления богатого человека, слишком поджарым и энергичным был Дэрек. “Что ж мечты сбываются, и дуракам везёт” - невзначай подумал Кактус.

Рядом сидел их проводник, сталкер по прозвищу Хранитель, не ангел конечно, но где-то близко к этому. Его лицо будто грубо вытесанное из глыбы серого камня, с неподвижными, но цепкими карими глазами, вызывало у Кактуса ассоциации с “терминатором” из судного дня. С ними было ещё двое сталкеров Хмырь и Глобус, это группа поддержки, они будут ждать их у точки эвакуации. Все были одеты в защитные костюмы из Демрона, эта ткань хорошо защищала от всех видов радиоактивного излучения, даже лучше свинцовых накладок, но хватало, этой зашиты при достаточно интенсивной ионизации на три четыре часа, после чего костюмы превращались в кучу радиоактивного тряпья. По верх костюмов, защитные скафандры, напичканные электроникой, и защищающие, как и от радиации, так и от других видов негативных воздействий. Так же все предварительно закинулись по горсти таблеток, и теперь мучались от изжоги.

Вертолёт стал снижаться. Медленно и осторожно как хищник он подкрадывался к точке безопасного приземления. Когда до земли осталось метров пять, Хранитель открыл дверь, запустив в кузов жуткий сквозняк и рёв лопастей. Он, внимательно наблюдая, скинул вниз несколько гаек.

- Давай ниже! – гаркнул сталкер сквозь гул лопастей.

Когда шасси коснулись земли, кабину изрядно тряхнуло, видно пилот нервничал, и превысил скорость снижения. Первым на “землю отчуждения” ступил Хранитель. Он, пригнувшись под напором воздуха, отбежал от вертушки, и досконально изучив приборы, велел высаживаться.

Кактус, бережно обняв рюкзак с дорогими приборами, вылез из кабины, и трусцой поскакал к своему проводнику. Ветер толкал его в спину, и Кактус осторожничал, что б ненароком не упасть и не повредить приборы. Пока он ковылял, его перегнал Дэрек. Американец как мальчишка, чуть ли не в припрыжку бежал на свидание с Зоной, на первое и возможно последнее.

-Идиот! - шепотом обругал Дэрека Кактус, благо тот по-русски плохо соображал.

- Согласен, - отозвался в динамике Хранитель.

Вертушка выкинула пассажиров и взмыла в небо, оставив лишь воспоминание о неприятном гуле лопастей. Хмырь и Глобус стали искать подходящее место для ожидания, ждать им придётся максимум сутки. Но это чисто символические подсчеты, так как и день в зоне мог стать вечностью.

- Дэрек, fallow me (следуй за мной), Иван идёшь за америкосом и держишь дистанцию в два метра, - распорядился Хранитель.

- With pleasure (с удовольствием)! - весело ответил Дэрек.

- Не могу сказать того же, - пробубнил Кактус.

Тронулись. Пейзаж вокруг растелился спокойный и безмятежный. Вдоль дороги, по которой осторожно шагали люди, ползли заросшие поля. Местами на них проглядывались выгоревшие клочки земли, или просто прижатые к земле заросли. Когда-то здесь расстилались буйные заросли картошки вперемежку с коноплей, а теперь оставалось только гадать, что там растёт. Ветер, лихо, носящийся по простору, что-то тихо насвистывал, именно насвистывал, а не свистел. Мелодия была странной, спокойной и в то же время тревожной, будто это шептали духи погибших сталкеров, приговорённых навечно скитаться по Зоне вместе с ветром. Они шептали, как бы предвещая, чью то гибель, и Кактус невольно ёжился, как будто ветер нашёл щель в его скафандре, и стал задувать во внутрь, заставляя дрожать человека от резкого холода.

- Иван не трясись, это лишь страх. Не бойся до тех пор, пока я не разрешу, - прогудел Хранитель в динамике.

Как тот понял, что Кактус трясётся от страха, было не ясно. Иван Федотович тут же стал размышлять на эту тему, но его мысли быстро перетекли в другое русло.

Они петляли, как зайцы уходящие от погони. Шли будто по невидимым туннелям пещеры, которые причудливо извивались, от чего само собой появлялось ощущение, что они ходят по кругу. Но шли без заминок и происшествий. Казалось, Хранитель вел их по обычной земле, где нет ни мутантов, ни аномалий. Кактус начал было успокаиваться, но когда они в сотый раз сделали крюк через заросли и вышли на дорогу, Хранитель выпендрился:

- Дерек, look hear (смотри сюда), - сталкер покрутил в руке гайку, потом резко без замаха отправил её назад вдоль дороги. Пролетев, каких то три метра она как в стену врезалась, но не упала, а наоборот взлетела высоко в небо, и как счастливый американец не всматривался в даль, так и не смог определить, насколько высоко та улетела.

- May I(могу я)?- Дерек весело улыбнулся и протянул раскрытую ладонь, в которую тут же упала гайка.

И ещё одна железная слега улетела в сторону “комариной плеши”. Но на этот раз гайка просто отскочила от неё и полетела обратно, и если б Хранитель не уронил Кактуса, то та бы пришлась ему прямёхонько по шлему. Ивана подхватила неведомая сила, над головой что-то вжикнуло, а из динамика уже сыпались извинения Дерека.

- Эх, курва, не разу такого не встречал! – просипел сталкер.

- Что это было? - Кактус всё ещё лежал, пытаясь понять, что же произошло.

- Так маленький инцидент, всё в порядке вставай, пошли.

-I’m sorry, I can’t even expect... (извините, я даже не подозревал…) – трепетал Дэрек.

- Silens(тишина)! – прошипел Хранитель и махнул рукой, мол, пошли.

Впереди показалась развилка. Перед отрядом на разбитом асфальте сидела комариная плешь, её было видно без приборов, асфальт был искорёжен и разломан, будто танк прогарцевал на этом месте вальс. Долго не думая, отряд спустился в кювет, и стал осторожно продвигаться дальше. Кювет был сухой и засыпанный пожухлой листвой, которая громко шелестела при каждом шаге, норовя выдать осторожных посетителей зоны. Хранитель шёл тихо даже гайки не кидал, и не трогал приборы, которые имели обыкновения трещать и сигналить. Они свернули на право по развилке. И тут же увидели человека в камуфляже стоявшего на асфальте. Человек тоже заметил их и поднял правую руку, этот жест означал желание вести переговоры.

- Сидите, не высовывайтесь, - приказал Хранитель, и поудобнее перехватив оружие, вылез из кювета.

Переговоры были короткие. Кактус не слышал, о чем они говорили, но незнакомец, в армейском камуфляже махал руками и куда-то показывал, потом он замолчал, сверля взглядом сталкера, оба молчали. Незнакомец сказал ещё что-то и, развернувшись, исчез в ближних зарослях акаций. Хранитель за всё время переговоров не обронил ни фразы, по крайней мере, так показалось Кактусу, так как он видел Хранителя лишь со спины.

- Кто это? – спросил профессор, когда сталкер вернулся к ним.

- Армейский патруль, идут на задание, нам, слава богу, не по пути, - объяснил Хранитель.

Примерно через пол часа накручивания петель и крюков они вышли к железнодорожному полотну. Там где дорога пересекалась с рельсами, стоял КПП. Маленькая будка накренилась градусов на сорок, будто кто-то большой давил на неё с боку. Так казалось из-за того, что поза её была более чем неестественной. По сути, она давно должна была упасть, но что-то заставляло её стоять. Хранитель направился к ней.

По мере того как он приближался к КПП, Кактус видел, что его фигура скашиваться в ту же сторону что и будка, он зажмурил и открыл глаза, но фигура сталкера так и осталась скощенной влево.

- Не боись, оптическая иллюзия, мираж, - успокаивал Хранитель.

Самое удивительное было в том, что искажалась только будка, но фон, на котором её было видно, был в полном порядке.

Слова сталкера не успокоили Кактуса, и он замер в полной нерешительности, наблюдая за кривой фигурой. Потом фигуру спонсора постигла та же участь.

- Иван, не тормози, живо ко мне, - сердито приказал сталкер.

Но Кактус лишь крепче обнял рюкзак и сглотнул набежавшую слюну. Потом он увидел, как Хранитель резво бежит к нему.

- Иван мать твою за ногу! Быстро за мной, - крикнул он, вскидывая пистолет автомат Калашникова с глушителем.

Пистолет нервно задёргался в руках сталкера, и лишь свист пуль вокруг, шелест травы и чей-то холодящий визг за спиной. Кактус как стоял, так и рухнул на землю, прикрыв руками голову.

- Вставай придурок! – и снова пули засвистели.

Кактус растерялся лишь на мгновение, он резко подскочил, и обернулся.

Из густых зарослей, молча как призраки, сыпались слепые псы. Тогда Кактус вскочил с несвойственной для его ученого тела ловкостью и побежал. А Хранитель всё стрелял и стрелял, метко, экономя патроны. Визг раненых собак быстро захлёбывался в густой тишине Зоны, ровно как топот трех пар ног. Когда профессор пробегал мимо будки, он чуть не упал. Мир вокруг исказился и странным образом поплыл. Но железная рука Хранителя не дала ему упасть. Когда они выбежали из зоны искажения, мир на мгновение затрепетал, подобно лимонному желе и вновь приобрёл нормальные черты. Кактус чуть не сблевал.

- Иван держи, - крикнув это, сталкер на бегу кинул ему пистолет.

Профессор ловко поймал его, и тяжело дыша, прибавил ходу, пытаясь поспеть за Хранителем который уже поравнялся с Дэриком, во всю прыть удирающим вперед, и наградил его увесистой оплеухой по шлему.

- Get back in line (назад в строй)! – рявкнул он.

Дэрек от неожиданности замер, но, поняв, что к чему, побежал за сталкером, соблюдая дистанцию в два метра. За ними, отфыркиваясь, летел, не бежал, а именно летел Кактус. Его башмаки безжалостно топтали сухую траву, от чего за ним вился буро-жёлтый шлейф пыли.

Хранитель резко свернул, его взгляд был устремлён, на приборы, и датчики, а свободная от оружия рука как бы сама собой метала гайки. Продвигаться стали куда быстрее, но и псы сзади тоже не тормозили.

Тяжёлый утробный хрип приближался. Кактус не видел преследователя, но прекрасно чувствовал. Он, не смотря, закинул руку с пистолетом назад и выпалил всю обойму в предполагаемую цель.

- Иван, дурень не пали, не трать патроны, - бесновался Хранитель.

Вдруг сталкер остановился, встал как вкопанный, и стал наблюдать за часами, будто не от голодных бестий убегал, а опаздывал на свидание. Дерек чуть не налетел на него и тоже замер, оглядывая черное выгоревшее дотла поле.

- Чего стоим? – поравнявшись с ними, выпалил Кактус, и было, бросился вперед.

- СТОЙ!!! – что мочи заорал сталкер, так что в транслокаторе ученого динамик чуть не накрылся медным тазом.

Иван резко затормозил, но инерция была велика, и он упал, у самой кромки выжженной земли. Пистолет выпал и прокатившись по пеплу как мячик, и залетев за черную границу, со звоном разлетелся по деталям.

- Стоять бояться! – гудел Хранитель, - Ещё пять секунд.

Кактус вставая посмотрел назад, туда где не жалея сил, десятки голодных глоток рвались к своему желанному обеду.

- Четыре! – псы выстраиваются в колонну.

- Три! – звери выходят напрямую.

- Два, - оружие в руках Хранителя опять сотрясается, плюясь, горячим свинцом.

- Один! – псов не остановить.

- Пошли, - и сталкер бросается бежать через черное поле. За ним, не теряя времени даром, и его подопечные подгоняемы сухим хрипом, вырывающимся из оскаленных пастей преследователей.

- Быстрей, быстрей! Go, go, go! – подгонял проводник.

Слепые псы уже дышали в затылок ученого, но тут их накрыло. Казалось, что на плечи упал сто тонный груз, к голове резко прилила кровь, от чего та пошла кругом. Ещё три секунды и их головы бы взорвались как перезрелые арбузы, но они управились за две.

Бегуны вылетели из черного круга, оставляя за собой тучи встревоженного пепла, как будто все демоны ада гнались за ними, что было не далеко от истины. Кактус даже не обернулся, когда за спиной раздался звук рвущейся плоти. Они упрямо бежали, прочь от черной поляны ставшей кладбищем их преследователей.

Бежали они ещё не долго. Ведущий, остановился и посмотрел назад, поляну уже не было видно. Все трое мрачно замерли, напрягая слух, пытаясь предупредить всё ещё возможную опасность. Опасность миновала, частично.

Хранитель нажал что-то на своём шлеме, тут же на его лицо упали разноцветные блики, от цифровой карты высветившейся на бронированном забрале шлема, с жидкокристаллической прослойкой, для отображения информации. Такой шлем был редкостью, но для Хранителя эта редкость являлась необходимостью. Сталкер что-то покрутил на шлеме, карта поплыла, предоставляя его взору скрытые фрагменты. Он ещё минут пять, разглядывал карту, масштабируя и что-то помечая.

- Иван, ты занимался медитацией? – как бы меж делом спросил Хранитель присевшего и загнанно озирающегося ученого.

- Да, а что?- казалось, этот вопрос вытащил его из оцепенения.

- По медитируй, поможет.

- Не думаю, - неуверенно ответил Кактус, оглядываясь на безмятежного Дэрека, сидящего на корточках с закрытыми глазами, как будто прислушивался к чему-то. Хотя прислушиваться было не к чему, кругом была тишина, подозрительная и давящая на нервы, не хуже свиста пуль и взрывов десятка артиллерийских снарядов.

- Мне же помогает! Время есть, пока я со спутника карту обновлю, пока курс проложу, - не унимался Хранитель, - Между прочим, с помощью медитации можно добиться неплохих эффектов. Оказывается наш организм, а точнее, его аура, самый лучший детектор аномалий, надо лишь уметь их применять, вот животные умеют, те же слепые псы. Это так сказать шестое чувство, о котором все мечтают, и я чуть умею им пользоваться, - хвастался он.

А Кактус разинул рот, всё, что сказал сталкер, смахивало на правду, и его удивляло то, что он, чуть ли не самый продвинутый профессор по изучению Зоны, не то, что этого не знал, и даже краем уха не слышал этого!

- Вы со всеми так откровенны? – напрямую, не лукавя, задал вопрос профессор.

- Вы первый! И не задавайте вопроса почему! – сказал Хранитель как отрезал.

- Я если честно не очень умею медитировать, я самоучка, - упорно сопротивлялся Кактус.

- Меня в Непале тоже забраковали, сказали сомати мне не видать, но здесь всё по иному.

- Сомати? – профессор пропустил меж ушей название города.

- Это состояние когда душа на время покидает тело, при этом тело как бы консервируется, редко, кому удаётся добиться сомати, но я добился, - Хранитель замолчал, думая о чем-то, - Во внешнем мире, мне это не удавалось, а здесь удалось. Похоже, это место вскрывает резервы человеческого сознания, или что-то ещё в этом роде. Вот был человек Дроздов, он всё об этом знал, изучал восточную культуру, вы знакомы с его теорией?

- Поверхностно, но как ученого она меня не устраивает, - бросил Иван, и опять посмотрел на американца. Тот спокойно сидел, и прислушивался, на мгновение Кактусу показалось, что тот прислушивается именно к их разговору.

- Человек пятой расы жалкое существо, - внезапно молвил Хранитель, - Я являюсь приверженцем теории Дроздова, но руки не как не доходят изучить это самостоятельно, если хотите узнать об этом чуть больше, нужно ехать в Тибет, к тамошним ламам, или в Индию. А лучше притащить их сюда, он то разберутся быстро. И ещё как ученому вам бы не помешало прочесть книгу Эрнеста Мулдашева “От кого мы произошли”. Вы, конечно прочитав её, можете сказать, что это чушь, и будите иметь на это полное право. Но с другой стороны…

Хранитель внезапно замолчал и вздрогнул. Как будто кто невидимый кольнул его булавкой в зад.

- Хотел бы я знать, как вам удалось ЗДЕСЬ медитировать? – не удержался Кактус от каверзного вопроса.

Хранитель, сделал вид, что не услышал вопроса. С его стороны это было более чем надменно, но Кактус понял это, как конец разговора и что пора было двигать дальше. Профессор встал.

Не говоря не слова, Хранитель развернулся и тронулся вперед. Его подопечные тронулись следом.

Я видел то, чего никто до меня не видел

Я видел много, но не понимал

И за это я себя тихо ненавидел

Я видел много, но ничего так и не узнал

Этот странный стишок прошептал в динамике Хранитель, от чего Кактусу стало не по себе. Буд-то сталкер что-то хотел этим сказать, но что, ученому оставалось только гадать. Поймав себя на этой мысли, Кактус вдруг осознал, что испытывает то же, о чем говорилось в стишке. Он не понимал!

- А что случилось с Дроздовым? – внезапно спросил профессор.

- Стал жертвой своей теории, - неопределённо ответил Хранитель, - представьте себе, что бы вы узнали, пролетев по Зоне бесплотным духом, - вдруг продолжил он.

- Сомати?

- Да оно.

- Было бы не плохо, - усмехнулся профессор.

- Дурак, - не пытаясь оскорбить а, просто констатируя факт, буркнул сталкер, и вновь замолчал.

Они опять вышли к железной дороге. Местами рельсы поросли ржавыми волосами, которые чуть вздрагивали, потревоженные слабым ветерком. Вокруг насыпи уже разрослись неизвестные Кактусу кусты, с зелёно-бурыми листьями, будто не водой они питались, а чьей-то кровью.

- До саркофага осталось немного, часа два ходу. Но по его периметру шастают, чуть ли не стаи контролеров. Я знаю, у нас есть, зашита, но когда на тебя давят сразу шесть телепатов, она тебе не поможет, - заговорил Хранитель, Дэреку он не стал переводить, и это весьма удивило Ивана.

Сталкер порылся в сумочке с гайками. Достав оттуда три длинные папиросы, протянул одну Кактусу, а другую американцу.

- Это ещё зачем! – возмутился профессор.

- Сознание, одурманенное наркотиком незаметно для контролера. Я, конечно, мог бы взять чего по крепче, но сам этого не люблю. Есть специальные сильнодействующие средства, но они разрушают иммунную систему и психику, делаю тебя, чуть ли не зомби, а аноша по равнению с ним детская забава. К этой штуке привыкнуть можно, но не так легко, как к более сильным наркотикам. Правда нужный на эффект сопровождается массой нам ненужных, но мы это переживём.

- Ага, травокурение да ещё плюс медитация, даже не знал, что такие способы очень эффективны! – негодовал Кактус, ему всё происходящее казалось фарсом.

- Ты не должен знать, ты должен делать. Всё, что нужно я знаю за тебя, - сурово тоном, не терпящим возражений, заявил сталкер.

Кактусу нечего было возразить, раз уж пошёл на дело, так иди до конца.

Они присели у насыпи, сняли шлемы скафандров, благо радиационный фон был не большим, да и костюмы из Демрона позволяли такую опрометчивость. Закурили. Дэрек чуть не схлопотал, ещё одну оплеуху, когда стал курить не в затяг как сигару. Хранитель ему быстро растолковал, что к чему. Кактус с видом заправского наркомана сидел и свистел кукушонка. Когда с ракетами было покончено, они встали и посмотрели друг на друга. На лице Дэрека опять расплылась дурацкая улыбка. Кактус хотел вновь обозвать его идиотом, если б не поймал себя на том, что сам улыбается во все тридцать два зуба.

- Лыбтесь, но главное не ржите, - строго наказал Хранитель, глядя на хрюкающего Кактуса.

Они надели шлемы и тронулись. Шагая за Дэриком, Иван боролся с наглой улыбкой, которая ни как не сходила с его лица. Казалось что кто-то, не он сам, а кто-то заставляет его улыбаться. И он упорно боролся, пока его старания не увенчались успехом. Потом всё вокруг как бы замедлилось, пространство превратилось в тягучий гудрон. Шаги эхом отзывались в черепной коробке. Сердце забилось медленнее, а дыхание участилось. Кактус испугался.

- Что это? – спросил он, и услышал, как медленно тянуться его слова подобно зажёванной плёнке.

- Дурь действует на всех по-разному, не бойся, это не опасно, - услышал он всё так же растянутые слова Хранителя.

Профессор потряс головой и зажмурил глаза. Впереди стихли шаги. Иван поднял голову и открыл глаза. Он увидел, как Хранитель что-то кидает, что-то крупное, крупнее гайки, скорее всего разрядник. Потом раздаётся громкий хруст, и всё дорога свободна. Эффект тягучести стал отступать, но за место него Кактус стал ускоряться. Его мысли, его движения стали быстрее и четче. Пульс участился, а дыхание замедлилось. Ещё большая паника охватила Кактуса, но он успокоил себя тем, что это пройдёт. Но это не проходило. Всё внимание Ивана обратилось в сторону его же мыслей, столь быстрых и неопределённых, что он сам не мог уследить за ними.

Вдруг что-то яркое и длинное пролетело слева от них. Кактус молниеносно обернулся, но нечего не увидел.

- Вы это видели? – шепотом спросил он.

- Что? – удивился Хранитель.

- Что-то пролетело мимо нас.

- Это, наверное, чья та душа, - ответил сталкер.

Кактус подумал, что тот смеётся над ним, но серьёзный тон Хранителя отбросил этот вариант назад.

- Когда мы вернёмся, я хотел бы побеседовать с вами, - бросил Кактус, а сам подумал: “Ну и прёт же меня!”

- Если мы вернёмся, обязательно побеседуем - буркнул сталкер.

Что не понравилось Ивану в тоне Хранителя, как будто их будущий разговор не предвещал ничего хорошего. В его голове творился полный бардак. Ему казалось, что слишком уж просто они продвигаются в самую глубь. Единственное что успокаивало его, так это понимание того, что Хранитель идёт по этому пути не в первый раз, и он знает что делает. Хранитель не был лучшим из сталкеров, он был профессионалом, эти рассуждения казались ученому самым рациональным объяснением происходящего.

Так он и шагал, обременённый своими мыслями. Вскоре заросли у насыпи сменились полным их отсутствием. Голая земля предоставляла взгляду ее израненное тело. Куда не кинь гайку всюду комариная плешь. Хранитель уже в пятый раз кидал железку, но она упрямо натыкалась на невидимое препятствие. Где-то вдали, были еле различимы силуэты блуждающих контролеров. Профессор насчитал около семи, и хотя расстояние между ними было чуть меньше километра, но он всё равно не мог сдержать мистический трепет в душе.

- Черт, тут прямо стена из комариных плешей и мясорубок! – если б не закрытый шлем сталкер наверное бы сплюнул, - Будем искать щель.

Они стали делать обход вокруг невидимой преграды. Хранитель шагал очень медленно, аккуратно ставя ногу на новое место. Пройдя, пять метров за десять минут, они натолкнулись на ведьмины мины. Эти бугорочки, похожие на болотные кочки, при давлении на них взрывались брызгами ведьменного студня, так что наступать или вообще трогать их было смертельно опасно. Не думая не секунды, они повернули обратно.

Кактус брёл, а перед его взглядом маячила спина Дэрека. Ивану этот вид уже начинал надоедать. Американец замер, потом повернулся и поманил Кактуса рукой. Профессор подошёл к нему и посмотрел, куда тот указал. В двух метрах от них стоял контроллер.

Он не был похож на тех, что описывали сталкеры. Кожа его была чуть смуглой. Большие глаза без белков походили на глаза буйвола. Длинные черные волосы жемчугом переливались в лучах солнца повисшего в зените. И не менее длинные когти, которыми контролер перебирал, будто в руках его было по два шарика из слоновой кости. Но самым неожиданным был его рост. Трёхметровый исполин, как жердь возвышался над людьми, равнодушно смотря поверх их. И тут все трое почувствовали головную боль, и негодование.

Не знамо почему, но Хранитель не стрелял! Контроллер внимательно оглядывался, вертя головой и сужая черные глаза. Потом, видимо потеряв к ним интерес, он развернулся и, сделав пару шагов, растворился в воздухе подобно наваждению. Головная боль исчезла, негодование сменилось удивлением.

- Ариец, - усмехнулся Хранитель, - Вы заметили что-нибудь необычное, - обратился он к Кактусу.

- Необычное! – негодовал Иван, - Да он нас игнорировал, а эта была неплохая возможность войти в контакт!

- Он не воспринимает нас как равных, для него мы жалкие слабые духом существа, которых нужно игнорировать подобно жалким насекомым, и тем более наш жалкий разум затуманен аношой.

- Может вы ещё, и знаете кто они? – Кактус побагровел от злости, и из ушей его готов был повалить пар.

- Возможно лемурцы или атланты. Но они гуманоиды, вы сами видели.

- А почему они нас игнорируют.

- Почему? – усмехнулся Хранитель, - Это существо может спокойно подмять ваш разум под себя, он лишь мыслью могут передвигать сто тонные глыбы, они контролируют аномалии. Они знают почти всё, имея свободный выход в информационные слоя земли, или проще сказать, контактируют с тем светом. Думаю, теперь вы поняли.

- От, куда вы взяли весь этот бред? – Кактус готов был закричать.

- Пойдёмте, - сталкер тронулся дальше, и по пути стал рассказывать, - Лемурци, атланты, вам знакомы эти названия?

- Мистика, не чем не подтверждённые мифы! – бросил профессор.

- Вы ярый приверженец Дарвинизма, но если б Дарвин узнал о существовании атлантов, он бы выстроил, куда удачную теорию, - говорил Хранитель, осторожно наступая на гравий, который тут же сухо заскрипел под подошвой ботинка его скафандра.

Они вышли на край большого открытого пространства, где железнодорожная насыпь сливалась с землёй, и рельсы резко обрывали свою прямую нить. Дорога была изуродована кокой-то гигантской силой, изогнутые рельсы обрубками торчали в разные стороны. Голая земля, язвой тянулась на километр вперёд. Посреди её Кактус ожидал увидеть черное тело саркофага. Но его там не было. Виднелись лишь искорёженные куски железных пластов и другого хлама, разбросанных по пространству вокруг места, где за место атомной электростанции виднелись руины. Лишь вокруг стояли целые прилежащие здания, и подъемный кран с погнутой стрелой, который каким-то чудом остался стоять. Кактус при виде этой картины запаниковал, саркофаг пал, но признаков биологической катастрофы за пределами зоны не наблюдалось, в такой степени которая должна была быть, судя по сложившейся картине. Сразу напрашивался вопрос, почему? Где тонны радиоактивной пыли? Приборы показывали бешенный уровень радиации, Кактусу даже не пришлось брать в руки трубку с монокристаллом йодистого натрия(NaI), дабы улучшить эффективность регистрации. Радиометр был хороший, армейский под названием ПД-5.

- Фон очень большой, нельзя долго здесь, - обронил профессор.

Хранитель кинул последнюю гайку и та, не встретив препятствий, упала в сухую траву.

- Двадцать минут назад здесь было не пройти! – изумился Кактус.

Хранитель кинул разрядник, но тот спокойно упал на землю, показывая, что можно идти и не бояться, что тебя превратят в фарш.

- Видно наш друг постарался. Как вы думаете, египтяне строили свои пирамиды? С помощью кранов? – сталкер задал вопрос и тут же сам на него ответил, - Атланты могли поднимать каменные глыбы, находясь в состоянии сомати, могли управлять гравитацией. Ну не могли египтяне за столь малое время построить пирамиды, с помощью одних лишь кранов.

- Хватит, этот бред меня достал, вы это сами придумали или у вас есть веские аргументы под этим?- не выдержал Кактус, - Вас послушать так сума сойти можно, я даже не представляю каким надо быть идиотом, что б придумать всё это!

- А каким надо быть идиотом, чтоб придумать всё это, - парировал сталкер обводя рукой окрестности.

Кактус заткнулся, Хранитель был по-своему прав и даже больше.

- Извини, я просто не понимаю, - профессор развёл руками.

- Всё проблема в том, что вы пытаетесь понять физический смысл, а не духовный. К зоне нужен другой подход, какой, пока неизвестно, - изрёк Хранитель, целеустремлённо шагая к цели их вылазки.

Сталкер не смотрел на приборы, и даже не кидал взятые у Дэрека гайки с бинтами. Он просто шёл как по городскому парку, ему разве что не хватало воздушных шариков и мороженого. Догадка Кактуса, что Хранитель здесь не в первый раз подтверждалась.

Они остановились в двадцати метрах от черного монолита. Но самого его не было видно из-за груды обломков.

- Но как это возможно, снимки со спутника показывают что, саркофаг стоит с пробитой крышей, но стоит! – негодовал Кактус. (в момент катастрофы черный монолит упал с неба, и пробил крышу саркофага остался лежать в недрах атомного реактора, позже он был обнаружен первооткрывателями смертниками когда зона было не столь активна, и четвертый энергоблок был более доступен)

- Посмотрите наверх, - спокойно молвил сталкер.

Профессор и Дэрек одновременно подняли головы. Там на верху творилось что-то невообразимое. Ивану на мгновение почудилось, что он стоит на дне морском, во время шторма. Огромная дыра, километром в диаметре растелилась в полу километре над ними. В нутрии её что-то сверкало и переливалось, но всё было так прозрачно и мягко, что создавалось впечатление, будто это плещется вода, удерживаемая неизвестными силами, которые до сих пор не дали ей пролиться на землю и смыть всё к чертовой бабушке.

- Ебиться сердце перестало! – выдавил Кактус.

- Ученый не зевай, делай дело, - одёрнул Хранитель Ивана от лицезрения нового чуда.

- Угу!

Кактус расстегнул рюкзак достал оттуда приборы, ноутбук и стал копаться и настраиваться. Приборы были новые дорогие, вся считываемая с них информация тут же записывалась на флеш карту ноутбука..

- Не может быть! Епона мать! – чуть не заорал он, - Уровень радиации в сто раз меньше чем у периметра! Это чуть больше нормы!

Иван стал судорожно проверять радиометр. Но неполадок не нашёл. Кристалл был новый, он сам купил его за бешеные деньги, на заказ.

- Эй Дэрек! – вдруг крикнул Хранитель, - Не хочешь подойти к черному монолиту и не загадать желание?

Сталкер говорил по-русски, но американец вздрогнул от этих слов.

- Ладно, не ломайся, я же знаю что ты не Дэрек, и что ты работаешь на ФБР, - с наигранным добродушием говорил Хранитель.

Кактус на время отвлёкся от приборов, наблюдая за странной сценой.

- Давай иди, я даю тебе выбрать или к черному монолиту, или пулю в живот! – сталкер навёл оружие на Дэрека.

- Что вы делаете? – испугано спросил профессор.

- Служу родине! – весело ответил Хранитель, - Ну давай Джеймс Бонд сраный, смелее!

Дэрек замер в нерешительности, его взгляд не выражал испуг или злобу, он был чист и жесток. На лице его не дрогнул ни один мускул, а в голове плыл холодный расчет.

- Я вас недооценил капитан Тимошенко, - на чистом русском прошипел Дэрек.

У Кактуса чуть глаз от удивления не выпал.

- Ну что давай иди или языком чесать будешь, пока меня до смерти не заговоришь? – Хранителя эта ситуация крайне забавляла.

- Давай решим всё как мужчины в рукопашную, ты же мне не оставляешь шанса! – звеня сталью в голосе молвил американец.

- Я даю тебе выбор! А шансы тебе не нужны, ты не дал шанса Стасу и Валерке, хотя мог! Ты заранее лишил себя шанса, давай иди, может быть, ты выживешь, может монолит, исполнит твои желания, как у Стругацких! – злорадствовал сталкер.

И тогда Дерек рванул, рванул молниеносно, как спринтер, не смотря на тяжесть скафандра. Было без сомнения, его целью являлся Иван, самый подходящий живой шит. Но цели он не достиг.

Кактус услышал два шлепка, и американец рухнул как куль с картошкой, даже не пискнув.

- Всё доигрался! – Хранитель повернулся в сторону испуганного профессора, - Теперь ваша очередь!

- Что вы имеете в виду! – с дрожью в голосе взвизгнул Кактус.

- Давай вставай и к монолиту, нужно же его изучить.

- Но это же физический подход, вы же предпочитаете духовный.

- Ты что и впрямь поверил в ту чушь, что я нес? Наивная душа! Вставай быстро.

Ствол уставился в сторону профессора. Кактус сглотнул набежавшую слюну и встал, взяв в руки зонд.

- Иди, - Хранитель повёл дулом в направлении монолита.

- Иди, послужи родине, сделай великое открытие! Человек без предрассудков, ученый всезнайка, иди, докажи что человек царь природы! Докажи что ему всё подвластно, – в голосе сталкера было столько иронии что Кактусу стало вдруг стыдно.

Иван понял, что оказался обманутым со всех сторон, и ещё он понял, что, но сам всю жизнь обманывал сам себя. Осознав это, он, покрепче сжав зонд, уверенным шагом направился к черному монолиту.

Чем ближе он подходил, тем больше ему этого не хотелось. Коленки стали предательски дрожать, руки тоже не слушались, и навалилось такое отчаянье, что хотелось пустить пулю себе в лоб главное прекратить это!

И тут у Кактуса случилась истерика.

- Не могу!- он упал на колени, его лицо исказила гримаса боли, боли от собственного бессилия, - Великий ученый, - скулил он, пытаясь сдержать слёзы, но те как бы сами собой брызнули, предательски защипав глаза.

- Ладно, перестань, тоже мне великий ученый, не можешь не ходи, - раздался спокойный и даже чуть виноватый голос Хранителя.

Кактус обернулся и странно воззрился на сталкера.

- Я тоже пытался дойти до монолита, но со мной тоже приключилась истерика, я то думал ты дойдешь, но видно не судьба.

Профессор молчал, непонятно выкатив мокрые глаза.

- Ну, чего смотришь? Ну, извини! – Хранитель старался не смотреть в сторону Ивана.

- А Дэрек?

- Дэрек шпион, ты не в курсе, что вокруг зоны идёт самая настоящая шпионская война! Я капитан федеральной службы расследований, и по совместительству сталкер и состою в секретной организации “Патриот” которая контролирует доступ иностранных граждан к Зоне.

- А зачем ты давал ему выбор?

- Хотел осмотреть, на что способен монолит. Но я знал, он не пойдёт, был один человек, который дошёл, но он исчез.

- Дроздов, - уточнил Кактус.

- Он самый, ну что кидай зонд, или так и будем стоять и болтать! - возмутился Хранитель.

Иван Федотович встал, раскрутил зонд за шнур, который тянулся к приборам, которые в свою очередь подключались к ноутбуку. Единственным недостатком зонда была в том, что с его помощью нельзя было сделать химический анализ объекта, можно было изучить лишь состояние окружающей среды, и уже из этого делать выводы.

Зонд, просвистел над головой Кактуса, описывая петлю и потянув за собой шнур, полетел в направлении груды обломков, под которыми лежал черный монолит. Упал удачно, на край плиты, Кактус чуть потянул шнур на себя, и зонд свалился с края и завалился в щель, потянув за собой шнур.

- Подождём пять минут и обратно, - Хранитель подошёл к Ивану.

- Зачем всё это? - всё ещё дрожа, спросил Куктус.

- Вы ничего для себя не поняли? – ответил вопросом сталкер.

- Я понял много, и в тоже время не понял ничего, как в том стишке, - улыбнулся профессор, - Я понял, что шёл не тем путём, понял, почему до сих пор ничего толком и не узнал. Я забыл про воображение, я увлёкся погоней за мечтой своей жизни, увлёкся чересчур. Как дурак, я пытался разгадать загадку, которой нет логического решения, логического в смысле нашей научной логики.

- Я понимаю, здесь воображение пасует, и логика бесится, но это лишь видимость, я же нашёл выход! Вот что вы узнали о Зоне в результате своих исследований?

- Практически ничего, до тех пор, пока не побывал здесь.

- А что сейчас вы узнали о ней?

- Что, возможно, это происки древних или иных цивилизаций. Магия! То, что не подстроишь под наше понимание и тем более методы, – профессор не смеялся, он был серьёзен как не когда.

- Приятно осознавать хотя бы это! – Хранитель присел на корточки.

- Ещё как приятно, вы правы, тут нужен другой подход. Духовный. Может Зона это предупреждение, ведь в нашем мире духовности почти не осталось, всех привлекает в основном моральная сторона жизни.

- А я то считал вас помешанным ботаником, вы не так просты, как кажетесь, - Хранитель встал, и хлопнул Ивана по плечу.

Кактус внезапно обратил внимание, что сталкер перешёл на “вы”. “Что же за спектакль он играл?” - подумал профессор: “Может, он пытался меня переубедить? Если так то он добился своего”

Иван развернулся и направился к ноутбуку, посмотреть результаты. Когда он шагал, его посетило неприятное чувство, что что-то здесь не так. Хотя здесь всё было не так, но всё ж что-то особенно настораживало. Он покрутил головой, и понял, причину своей тревоги. Тела Дэрека нигде не было.

- Карамба, - услышал он шёпот сталкера в наушнике.

Они бросились к ноутбуку.

Прямо посреди истерзанной клавиатуры торчал нож, дисплей безжизненно светился зелёным.

- Сука! Вонючка американская, пидор ебучий… – что Кактус говорил дальше было сложно разобрать.

Сталкер присел у компьютера.

- Он стащил флеш карту.

Иван по-прежнему нечленораздельно ругался.

- Как же так, ты же его того, завалил!

- Скафандр у него не простой оказался, - Хранитель и не думал оправдываться, или причитать, - Если он прибудет к точке эвакуации раньше нас, и мы не успеем в течении получаса, то вертолёт заберёт его.

- А твои напарники разве не знают что он шпион?

- Нет, - коротко бросил сталкер, - Придётся побегать!

Проход, которым они прошли, был всё ещё открыт. Следы Дэрека, четко выделялись на сухой траве. Было видно, что он спешил, очень спешил.

- Если он будет так бежать, то я не удивлюсь, если мы скоро встретим его останки, - обнадёжил Хранитель профессора.

Но к несчастью, его останки не спешили встречаться на пути преследователей. Они вышли к краю черной поляны, через которую ушли от слепых псов. Тел животных не было видно. След вёл в обход, Здесь Дэрек не стал рисковать. Хранитель невольно отдал ему должное. Хотя идти в обход через неисследованную территорию, было ещё рискованнеё. Хранитель просто удивлялся везучести этого засранца. Создавалось такое впечатление, что Дэрек видел аномалии без всяких там приборов и гаек. Благодаря четким следам американца преследователи передвигались быстро и без помех. Раз уж шпион прошёл то, и они пройдут. Постепенно они перешли на бег, уже не боясь залететь случайно в комариную плешь или мясорубку.

Вот пред взором опять предстала скощенная железнодорожная будка. Хранитель шел первым, и Кактус опять лицезрел, как его коренастая фигура подвергается неестественной трансформации. Собрав все оставшиеся силы, Кактус направился вперёд. Но тут увидел, как от будки метнулась тень в сторону сталкера.

- Хранитель, слева! - успел крикнуть Иван.

Но две фигуры уже катались по земле, пытаясь вырвать, друг у друга оружие. Со стороны это смотрелось забавно. Два неуклюжих кривых силуэта в скафандрах как гималайские мишки кувыркались в пыли. Но Кактусу было не до смеха, он рванул на помощь Хранителю.

Когда мир вокруг переколбасило, профессор услышал сухой треск вырывающихся из ствола пуль. Что-то горячее и маленькое ударило его в левую руку и опрокинуло на землю. И за дальнейшим развитием событий он уже наблюдал лёжа скрепя зубами от боли парализовавшей руку.

Фигуры, ещё не долго кувыркались, подобно двум пьяным дворникам. Наблюдая за ними, как бы через донышко пивной кружки Кактус видел, как одна из фигур таки вывернулась из смертельной борьбы вместе с оружием. И опять глухой треск пуль. Чей-то стон в динамике.

- Где флешка урод! – раздался свирепый рык Хранителя.

Сталкер стоял над поверженным Дэреком, на скафандре которого красовалась не одна свинцовая лепёшка. Защита, у американца, оказалась и вправду необычной. Но от внутреннего кровоизлияния она его не спасла. Десять пуль в упор, это тебе не пупом консервные банки ковырять!

Сталкер наклонился над Дэреком, он был ещё жив и находился в сознании. Его глаза бешено вращались, а рот раскрывался, как у рыбы в беззвучных криках.

- Где результаты замеров? – орал Хранитель.

- В аду! – выплюнув эти слова, Дэрек протянул сжатый кулак к шлему Хранителя и разжал его.

Профессор видел, как молниеносно Хранитель рванул от тела американца. А потом вспышка, хлопок и вибрация воздуха заставили его зажмуриться. Когда вокруг стихло, и земля, подброшенная взрывом в воздух, зашелестела по шлему, Иван открыл глаза.

- Хранитель, хранитель ты жив? – лепетал Кактус в транслокатор, но ответа не последовало.

Тогда скрипя зубами, он встал, держась за левую руку, осмотрел её. Скафандр не пробило, удар был силён, но кость, скорее всего не была сломана. Тут он стал чувствовать, что ощущение быстроты, к которому он уже было, привык, стало проходить. Действие аноши прекращалось, а в месте с этим на тело навалились жуткая усталость. Он осмотрелся через скошенное пространство.

В трёх или пяти метрах от него лежало тело шпиона и дымилось, чуть поодаль лежал Хранитель лицом в низ, разбросив руки в стороны. Кактус, преодолевая головокружение, поспешил к нему.

- Очнись же, - присев рядом с телом, профессор перевернул сталкера на спину.

По забралу шлема вились мелкие трещины, больше видимых повреждений не наблюдалось. Но через трещины была хорошо видна кровь, льющаяся из носа Хранителя.

- Слава богу, только оглушён, - порадовался Иван, отгоняя мысли о возможности внутреннего кровотечения.

Кактус снял с пояса сталкера мешок с гайками. Потом долго корячился, пытаясь закинуть оглушённого, на плечи. Но громоздкие скафандры не позволяли этого сделать, долго не думая, он вытащил Хранителя из его скафандра, оставив ему лишь шлем. Теперь стало полегче, и сталкер повис на плечах профессора.

Благодаря своей хорошей зрительной памяти Кактус легко вспомнил путь, по которому они шли. Усталость давила его, колени предательски дрожали под тяжестью тела сталкера. Профессор еле шагал, но при всём при этом не забывал кидать гайки.

Вяло, кинув очередную гайку, он не удержался. Ноги ныли и дрожали от усталости, слабленные ноги Кактуса невольно подломились, и он упал, оказавшись под Хранителем, который придавил его сверху. Профессор, было, хотел выругаться, но и даже на это не было сил. В голове металась одна последняя мысль, лишь бы дойти. Но и она медленно угасала, вместе с днём, который уже плавно переходил в вечер. Полное безразличие к самому себе охватило его, он расслабился и решил так и лежать, пока смерть или чудо не придёт за ним. Но вдруг Хранитель застонал, и этого было достаточно, что б Кактус пришёл в себя. Он был безразличен к своей судьбе, но судьба сталкера была в его руках, и он не мог подвести. Кактус мысленно обругал себя. Профессор, покачиваясь, встал и, собрав волю в кулак, стал поднимать Хранителя. Подняв тело, Кактус со всем упорством двинулся дальше, но, не пройдя и двух метров, вновь упал. Усталость брала верх, и он лежал, сжимая скулы в припадке дикой злости и отчаянья.

Тогда он снова встал, держась лишь на собственном упорстве и силе воли, от которой остались последние крохи название, которым - надежда, и, оставив Хранителя лежать на голой земле, поплёлся дальше.

- Глобус, Хмырь помогите. Глобус, Хмырь ответе. Глобус, Хмырь…

Так он и шёл медленно, разбрасываясь гайками, и пытаясь добиться по радио эфиру до ожидающих их сталкеров.

Когда солнце уже собиралось нырнуть за горизонт, и отдать Зону во власть ночи, Кактус, шатаясь, вышел к точке эвакуации. Хмырь и Глобус не замедлили появиться. Они аккуратно подхватили беспамятного профессора и уложили на расстеленный тент.

- Гром, я молния, жду в точке эвакуации номер двадцать три, - сухо проскрипел в динамике Глобус.

- Там Хранитель лежит, оглушённый, он жив ещё, поспешите, - выдавил Кактус и закрыл глаза.

Звук удаляющихся шагов, шелест травы и опять тишина. Ивану казалось, что всё ничто сегодня не нарушит эту чертову тишину. Тишина, тишина, тишина слева, справа, сверху, везде. От этого проклятого безмолвия начинало гудеть в ушах, напряжение нарастало. Когда оно достигло своего пика, Кактусу захотелось проорать какую-нибудь песню кричалку, дабы разжать тиски неизвестности, которая крылась за тишиной. Но спеть не удалось. Вновь раздались звуки шагов. Кактус открыл глаза и увидел Хмыря, на плече которого висел раненный сталкер. Стонущего Хранителя уложили рядом с профессором и стали пичкать лекарствами.

Когда же небо на закате налилось цветом запёкшейся крови, и призрачные сумерки придали пейзажу зоны поразительно загадочный и от чего более пугающий вид, вдалеке раздался гул приближающегося вертолёта.

Кактус, услышав стон лопастей, который входил в четкий контраст с тишиной зоны, встрепенулся. Этот звук показался ему самым приятным звуком за последние тридцать семь лет. С боку заворочался очнувшийся Хранитель.

- Где результаты зондирования? – было первое, что спросил он.

- В аду, - усмехнувшись самому себе, ответил Кактус.