Розалия Шор, "Дидактическая литература" в: Литературная энциклопедия III, 1930, 275-277.

ДИДАКТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА [от греч. didaskein — поучать] — условное обозначение весьма многообразных лит-ых жанров, вводящих нелитературный (философский, богословский, научный, практически-моральный и т. д.) материал в обычные формы художественно-словесного творчества. Традиционное определение Д. л. как «формы художественного творчества, имеющей целью поучать, показать полезность какого-либо предмета или популяризировать отрасль какой-либо науки», несколько суживает границы понятия, выводя за пределы его, с одной стороны, формы так наз. описательной (см.), или дескриптивной поэзии, с другой — формы тенденциозной и агитационной лит-ры (см.), в действительности тесно связанные и часто сливающиеся с формами собственно Д. л. Включение Д. л. в область художественно-словесного творчества предполагает наличие в ней эстетического оформления, воспринимаемого, как таковое, и производителем и потребителем Д. л. Поэтому ни дидактический материал, поданный без эстетического оформления (напр. современные формы научного произведения), ни лит-ые формы, преследующие другие (напр. мнемотехнические) цели (рифмованные правила грамматики, катехизисы и т. п.) не входят в понятие Д. л.

Формы Д. л. особенно продуктивно представлены, с одной стороны, в специфических культурах Востока, античного мира и европейского средневековья; именно на почве этих культур создаются канонические формы Д. л. — дидактический эпос, фабульный {275} и бесфабульный, малые фабульные жанры (притча, басня, аполог), дидактическая лирика — различные формы изречения. Возможность эстетического оформления такого своеобразного материала, как агрономия («Труды и дни» Гезиода, «Георгики» Вергилия), космогония («De rerum natura» Лукреция), философия (Парменид и др.), астрономия (Арат), поэтика («Ars poetica» Горация) свидетельствуют о недостаточной дифференцированности различных форм идеологии, следовательно отображают сравнительно малую дифференциацию производственных отношений и процессов: синкретизм науки и искусства — характерный признак этих культур.

С другой стороны, преобладание дидактических форм наблюдается в словесно-художественной продукции некоторых группировок, к-рые можно признать на первый взгляд чисто идеологическими, — религиозных сект, лит-ых школ. Исключительно дидактический характер носит лит-ра раннего буддизма и христианства, лирика суфиев и вообще мистиков Востока и Запада, пуритан и пиетистов; явно преобладает Д. л. в эпоху реформации и контрреформации. Анализ исторической обстановки, слиянной с периодом расцвета Д. л., ее характера (преобладание практической морали), особого значения в ней форм сатиры и риторики (см.), сближающих ее с агитационной и тенденциозной лит-рой (ср. сатирическую Narrenliteratur реформации), риторический характер лит-ой продукции раннего христианства, мрачный пафос пуританской дидактики (Бэньян, Мильтон), чувственность и сентиментальность пиетистов — все это раскрывает связь роста дидактической продукции с борьбой за определенные идеологии и лежащие в их основе реальные интересы. Именно в эпохи обострения борьбы за эти интересы и выступает Д. л. как прямое орудие пропаганды, защиты и нападения.

Поэтому-то вполне реальные причины — борьба за классовую аристократическую культуру, кодификация и охрана ее, с одной стороны, нападение на старые устои, в частности на церковное мировоззрение, с другой, — лежат в основе и, казалось бы, чисто подражательного явления — расцвета Д. л. в эпохи классицизма и просвещения XVII—XVIII вв. (Буало, Делиль, Поп, Дидро, Руссо, Сен-Ламбер, Ломоносов, Херасков, Сумароков и др.).

Поэтому и расцвет в известные эпохи Д. л., типологически совершенно тождественной с описанными выше формами, невозможно связать с выступлениями лит-ых или религиозных группировок, тогда как совершенно четко выступают лежащие в его основе явления классовой борьбы: таков, напр., подъем дидактической продукции в XIV—XV вв., отражающей энергичное наступление городского сословия на старую феодальную культуру. Разумеется, явления второго типа можно наблюдать {276} и в мало дифференцированных культурах; и такие явления, как расцвет Д. л. в греческой лит-ре VII—VI вв., в римской лит-ре I в., современными исследователями ставятся в связь с крупными экономическими и социально-политическими сдвигами в соответствующие эпохи.

Специфическая установка Д. л. — «miscere utile dulci» — ставит ее перед разрешением ряда своеобразных стилистических задач, определяющих ее оформление. Это, прежде всего, колебание между большими формами, допускающими всестороннее обсуждение предмета, и малыми формами, допускающими мнемотехническое заострение темы. Это, далее, искания фабульной формы: отсюда — тяготение Д. л. к аллегорическому выражению, позволяющему подавать динамически (путем введения фабульной интриги, драматического конфликта и т. п.) в сущности статический материал.

В области внешнего оформления — Vortrag — можно отметить в Д. л. преобладание торжественной периодической речи, обильной философскими и научными терминами и соответствующей важности трактуемого предмета. Однако формы фабульных дидактических жанров (басня, моралитэ и т. п.) допускают и введение сниженных житейски-речевых форм выражения.