Глава восемнадцатая (Левиафан)

Глава 1. Канун Рождества - Глава 2. Гранат и Ляпис - Глава 3. Галерея - Глава 4. Доцент - Глава 5. Видеозапись - Глава 6. Течение - Глава 7. Внутри - Глава 8. Экстази - Глава 9. Разуй глаза - Глава 10. Резекция - Глава 11. Аукцион - Глава 12. Коридор / Син (心) / Ман (望) - Глава 13. Расколы - Глава 14. Отраженные Миры - Глава 15. Фокус - Глава 16. Семья - Глава 17. Плачущие Голоса - **Глава 18. Вопросы и Ответы** - Глава 19. Взгляд - Глава 20. Финализация

# Глава 18 – Вопросы и Ответы

#### "Кто я – не очень важно, Вер. Давай просто немножко поговорим."

Тишина.

Столь абсолютного безмолвия я не ощущал давно. А среди нее отчетливо слышен голос той, кто провозглашает себя хозяйкой этого пространства.

Он переливается, как бы захлебываясь светом.

"Кто ты?"

Лишь выдавив из себя эти слова, я понял, что это был бессмысленный вопрос.

В этом Городе боле не осталось никого, кто называл бы меня «Вер». Я вдруг вспомнил, что когда я в последний раз слышал такое прозвище, мои глаза были не такими, как сейчас.

Интересно, был ли тогда мир, каким его запечатлели мои глаза, более зеленым, чем сейчас?

"Кто я – не очень важно, Вер. Давай просто немножко поговорим."

Все, что расстилается перед моими глазами, - это теплый и успокаивающий свет.

Как будто весь Свет и цвет, безгранично разбросанный по Городу, ожил, вызывая неосторожную иллюзию, что все недостатки смываются одним лишь присутствием здесь.

Затем на ум неизменно приходил образ. Спасение, которое, однако, как мне казалось, нельзя принимать бездумно.

"Как таковые, мы - гости друг у друга. Как у меня есть что-то, о чем я хочу спросить тебя, так и у тебя есть что-то, о чем ты хочешь спросить меня."

Пока я находился на поверхности Города, у меня было множество вопросов без ответов. Вопросы, на которые никто не мог ответить или просто не хотел признавать.

Поэтому я решил ответить этому голосу.

"Твоё сердце выглядит болезненно израненным. Дети, которых ты не смог спасти, крутятся в твоей голове, не так ли?»

"......"

Отвечать, похоже, было излишне.

"Они были совершенно невинными детьми."

В этой фразе не было ни сентиментальности, ни жалости, ни сожаления. Возможно, это существо знает, что произошло с теми детьми.

"Дети, подвергшиеся эксперименту..."

"Слишком поздно. Пути назад уже нет. Это явное незнание мира сделало детей довольно тягостыными."

Веселый голос безжалостно отметает мой вопрос.

Честно говоря, я смутно представлял себе этот факт. Но это не значит, что я не надеялся ошибиться.

"Ах... кажется, я слышала, как разбилось ваше сердце."

Мое сердце не издавало таких звуков. Однако только после того, как голос произнес это, я заметил, что тихонько раскалываюсь на части.

"Но чтобы вот так… Дети этого не заслужили."

И тут теплый, но бесчувственный голос сжал меня, словно в объятиях.

"Но знаешь, Вер? Во всем, что произошло, нет твоей вины"

Мимолетные слоги звучали как песня, как утешение, единственной целью которого было отпустить мне грехи. Если бы я послушал еще немного... Я почувствовал, что вопреки своей воле поддаюсь этому приятному голосу.

"Нет, это… это не то, что кто-то может свободно измерить."

Слова раскрывались одно за другим, но все время тесно переплетались.

К тому времени, когда я пришел в себя, в руках у меня был огромный комок вины, внутри которого не было ничего различимого.

И я...

Держал частичку Города и в себе.

"Вер, подумай вот о чем. Воспитанники приюта превратились в нечто, что больше не является ими самими... И даже юный Корректировщик, что пожелал тебе помочь, попал в кокон. Ситуация может выглядеть серьезной, но по сравнению со всем, что ты сделал, это просто незначительный казус."

"......"

"И все же, почему это ранит тебя больше всего на свете?"

Голос видел сквозь мой фасад. Он видел, какой жизнью я жил, никому не открываясь. Он видел все пути, по которым я шел, даже те, когда в моих зрачках не было крови.

Я начал вспоминать все эти пути.

Люди стенающие, молящие о спасении, некоторые погребены, даже не успев закричать, рушащиеся здания и...

Все жизни, чья кровь была пролита.

Однако на самом деле существовало теплое пространство света, полная противоположность всему, что было до этого. Это, несомненно, был тот свет, который я создал для себя. Там, где меня ждали. Где вместо воплей и криков слышались голоса восторга и волнения.

"Понятно, приют был твоей надеждой."

Голос нашел ответ.

"Ты всегда считал Город раненым. Но пятна на твоих руках не смыть, и ты и дальше будешь тем, кто не даст засохнуть крови, текущей по Городу."

Да, зловонные раны Города глубоки... и гноятся они уже давно.

"Я знала, как излечить этот Город, но путь к достижению этой цели был столь жесток, что нам пришлось бы пролить еще больше крови, чем уже пролито. Ты, неловкий и добрый, похоронил этот путь глубоко в своем сердце."

...Но существует способ сделать эту дорогу гораздо мягче.

"Значит, ты нашел его."

Не замарав руки...

"Дети, которые, возможно, смогут изменить Город вместо тебя."

Приют был моим собственным лимбом, моим местом искупления. Вопреки тому, что я никогда не рассказывал им о своих грехах, но, пробудив во мне добродетельное отношение к ним до тех же высот, мое замерзшее сердце растаяло как снег.

"Разбрызгивать воду и удобрения в свободное время... Следить за тем, чтобы солнечный свет исправно поступал, и чтобы не было насекомых, которые их кусали."

Голос говорил так, словно сам делал это сам.

"Ты заботился о них. Ты, проживший жизнь, следуя только сильным потокам, смотрел лишь только на потенциал того, что в лучшем случае было слабым потоком."

"Да. Как вы говорите, я хотел посадить семена, пусть даже слабые, но обладающие потенциалом."

Они были спрятаны в дальнем уголке, куда не проникал ни один солнечный лучик. Однако, если что-то невидимо, это не значит, что оно неполноценно.

Поэтому я ухаживал за ними, как за деревом.

"Я хотел, чтобы они жили от моего имени. Если я смогу заставить их жить тем сердцем, которого у меня не было, я был уверен, что даже слабейший поток вырастет в мощнейший."

Однако.

Неужели я действительно думал, что приют сможет изменить Город?

"Нет... Вер, ты знал, что не сможет. Дети были лишь бумажками, чтобы стереть кровь с твоих рук. Индульгенции, которые ты сам напечатал. Но теперь их всех разорвали на части..."

Её тон изменился и стал, как мне кажется, сочувственным. Но одновременно с этим в нем появилась и тревога.

"Из-за этого твои бесчисленные грехи хлынули внутрь... И поэтому твое сердце должно было треснуть. Однако благодаря этому мы смогли встретиться и поговорить вот так."

С каких пор я начал испытывать это чувство, что называется виной?

С каких пор я потерял то место, где мог опустить голову? У меня больше нет сил двигаться. Только сейчас я понимаю, что эта жизнь в игровом домике, возможно, была моей последней борьбой за то, чтобы защитить свою душу, не дать чувству вины поглотить меня.

Потому что я знаю, что место, куда я направляюсь, будет для меня слишком большим.

"Но позволь мне сказать тебе кое-что, Вер. Это место, где ты можешь свободно высказывать свои мысли. Так что... можешь ли ты позволить мне услышать все это?"

Мое сердце треснуло. И из этой маленькой щели голос видел все. Даже то лезвие, которое так долго было спрятано внутри меня, но не переставало точиться.

Этот клинок, зарытый глубоко в моем сердце, впервые открылся через трещину, как мне, так и голосу.

Мы оба знали, что это такое.

"Чего ты действительно хотел… Это не были просто игры в игровом домике. Все, что ты хочешь, это…»

"Ты... сделал все ради ████████████."

"...!"

Действительно, я снова ████████████...

.

.

Оболочка Города довольно прочная. Сколько бы крови ни пролилось, чтобы прорваться сквозь неё, ее будет недостаточно, чтобы добраться до ран Города, спрятанных в самых укромных местах. Мне, пытавшемуся проникнуть в израненную сердцевину Города, это должно быть известно лучше всего.

"Таковы были твои амбиции, но, поскольку ты продолжал искупать вину своими визитами в приют, они постепенно были похоронены. До такой степени, что от них не осталось и следа."

Нет, даже если их похоронили, они никогда не потеряют своего блеска. Это острое желание по-прежнему могло в любой момент уничтожить все ██████ ██████.

Однако всякий раз, когда подобные мысли всплывали на поверхность, я просто подавлял их в глубине своего разума.

"Но хоронить его так же больно. Это желание слишком острое, оно оставляет раны, которые не дают сердцу времени на исцеление."

Голос произносил слова агонии, как будто ему самому было больно.

"Наверное, так трудно, тоскливо, удушливо было иметь такую высокую мечту... Но теперь ее не надо скрывать. Ведь каждый может сам создать мир, который он считает правильным."

"Мир для себя… О чем ты говоришь?"

"Мир, который видят только твои глаза, именно такой. Я помогаю каждому раскрасить Город в свои цвета."

"У каждого свой мир, так? Однако у каждого человека свой цвет, и они никогда не смогут быть красиво раскрашены вместе."

Если бы такой метод существовал, я бы сделал это раньше всех.

"Действительно, как ты и сказал, цвета сливаются в Свете. Поэтому человек должен посвятить всего себя окрашиванию и защите своего цвета. Даже если ему предстоит тяжелое испытание. Тем не менее, он должен с готовностью бороться и преодолеть его, чтобы занять свое место. Даже если ему придется сражаться со всем миром."

Я хотел сломать оболочку Города, бороться и противостоять всему, что мешало моему пути, снести все это и в итоге создать новый мир.

"Что ты имеешь в виду под испытанием?"

Если есть такой путь, если он справедлив.

Тогда я хотел бы следовать ему.

"Например, что переживает этот ребенок или то, что эти дети испытали в этой лаборатории до своих изменений. Когда ты осознаешь этот невыносимый мир, ты зароешься внутрь своего яйца, чтобы отделиться и основать свой ██████."

Я вспомнил Граната, ставшего красным самоцветом.

"Что происходит, когда ты попадаешь в это яйцо?"

"Ну, ты можешь вырваться из яйца, а можешь быть охвачен грехом и быть съеденным до остатка."

Голос невинно произнёс.

"Никто не может знать исход. Чтобы выйти из яйца, тебе придется установить ████████████ изнутри. Если ты не сможешь это выдержать, то то, что вырвется наружу, будет твоими съеденными грехом остатками."

"Это отличается от Искажения?"

"Чумсун, конечно, Искажение, как их называют в мире... Но дети лаборатории стали лишь отражением своих грехов.

Отражение греха... В голове звенят крики ползающих по полу тварей.

"Однако, не странно ли это? С каких пор это стало так...? Я думал, что Искажение относится к явлению, когда люди раскрывают свои цвета, превращаясь в отражение своего эго."

Феномен Искажения возник после того, как Свет распространился по Городу. Это аномальные существа, которые заставили Город истекать кровью, раня даже тех, кто собирает кровь.

Голос начал говорить в ненормально позитивной манере.

"Ты тоже так думаешь? Но разве это не «искажённые, сломанные, извращённые фигуры»?"

"...Это определенно ненормальная форма."

"Нормальная... Для них они - нормальные, а мир - ненормальный. Но что еще важнее, они стали дорожить собой и видеть мир своими глазами."

Голос говорил сказочной мелодией.

Однако это было настолько сказочно...

Что даже слова казались сном.

"Это значит стать собой, не связанным взглядами и стандартами Города. Однако конечная форма меняется в зависимости от того, как она была раскрыта. ...Благодаря моему хубэ, который имеет отличную от меня идею, присоединиться к Свету. ."

Слово "хубэ", произнесенное вскользь и не обратившее на себя внимания, обеспокоило меня.

Оно было произнесено легким и спокойным тоном, но я чувствую, что оно участвует во всех причинах и следствиях.

"...Откуда вы все это знаешь?"

Неприятные предчувствия начинают собираться в единое целое.

"Вы - лицо, ответственное за этот феномен?"

"Верно, но я еще и друг, который хочет помочь вам сделать так, чтобы ваш цвет расцвел."

"Для вас, должно быть, очень важно заставить цвета расцветать в людях."

"Вер, а ты знаешь... куда ты сейчас направляешься?"

Я не мог ответить. Прошло много времени с тех пор, как я отводил глаза от места назначения, безучастно стоя на месте.

...Прошло много времени с тех пор, как я прятал свой взгляд.

"Мне, ну, давно это интересно. Куда все идут? Мхм, понятно, что они, по крайней мере, постоянно пытаются куда-то попасть... Но что это за место, которое может вызвать появление таких амбиций снова и снова...?"

Пока течет время, люди будут пытаться попасть туда, куда захотят.

Это само собой разумеющееся.

"Это только мои мысли, но я думаю, что люди ищут любви."

Любовь?

Непривычное для меня слово обеспокоило меня.

"Считается, что любовь - это чувство, когда человек ценит другого превыше всего, но... Я думаю, что каждый поступок, совершенный с мыслью о любви к другому, есть не что иное, как часть процесса любви к самому себе."

"Вы пытаетесь разжечь дискуссию по этому поводу?"

Нет, надо просто слушать. Голос сказал, как бы слегка подбрасывая слова, а затем продолжил свой монолог.

"Потому что, в конце концов, единственный человек в мире, который может полностью увидеть и понять, кто он такой, - это он сам... Они не могут по-настоящему понять или полюбить человека, который не является ими самими. Поэтому любовь к себе - это единственный истинный конечный пункт."

"Если то, что вы говорите, правда... Вы хотите сказать, что мы не должны смотреть ни на что, кроме себя?"

"...Ты задаëшь тот же вопрос, что и мой хубэ. Мы должны бороться, но как люди, мы должны использовать разум, а не эмоции..."

Голос подстроился.

"Поэтому, — сказал он, — мы должны сражаться наиболее человечным способом, используя одежду и инструменты, уделяя при этом большое внимание человеческому облику."

"......"

"Но это лишь портит результаты. В раскрытии себя не нужна умеренность. В конце концов, если вы пройдете через что-то, не дойдя до конца и продолжая идти таким окольным путем, ваше желание размывается и полностью забывается вновь и вновь."

"...Как у нынешних жителей Города?"

"Именно так. Более того, если инструменты, сделанные из моего сердца, сломаются, не сломается ли в свою очередь мое сердце? Иными словами, мы должны выражать свою любовь исключительно собственным телом. Твоё тело и твое сердце столкнутся друг с другом... и ты полюбишь себя."

"Значит, мне следует игнорировать… все, что не является мной?"

"Именно так."

"...Вы всегда были такой, загоняя тех, кто пытается пробудиться, на другой путь?»

" Я просто задаю вопросы, о которых другие никогда не задумывались. И обычно мы понимаем друг друга. Я поддерживаю и придаю им силы, чтобы они могли продолжить свой новый путь."

Дружелюбное, но безжалостное давление.

Не смотрите ни на что, кроме себя, и утопайте в себялюбии.

Она говорит, что даст мне силы для этого.

Затылок потеплел.

Неужели до сих пор никто не предлагал столь приятного решения?

В этом Городе, где личности незначительны, мне позволено смотреть только на "себя" и не замечать всего остального...?

Это было такое сияние, что хотелось закрыть глаза, даже в их нынешнем состоянии.

Однако.

"Как скажите... Я уверен, что был бы доволен, если бы согласился. Я буду чувствовать себя удовлетворенным и довольным. Это было бы удовлетворение, которого я никогда раньше не испытывал."

Но.

"Это было бы не более чем сиюминутное удовольствие. Даже если бы вы попытались раскрасить мир до краев, как то Искажение, заполненное точками, ради сиюминутного удовлетворения, вы никогда не смогли бы раскрасить его весь таким методом. "

Это была бы жажда, которую невозможно утолить.

"Тогда... Разве Искажение не помешает вам заглянуть вглубь вещей?"

"...Может быть. Тем не менее, эта интерпретация - твоя идея и цвет, не так ли? Что касается меня, то у меня есть свой цвет, и у других тоже есть свой цвет. Я просто сообщаю им еще один путь. "

"Как трусливо."

"Вер, разве навязывание стандартов добра и зла и осуждение меня не делают тебя таким же, как один из многих жителей города, которых ты считал ранеными?"

"...Теперь мои глаза открылись."

Очевидно, из разговора с голосом можно было извлечь какую-то пользу.

Лезвие, спрятанное когда-то в моем сердце, было обнажено, и я вновь открыл для себя, куда оно направлено и с чем мне нужно бороться.

Но идти по этому пути можно лишь тогда, когда перед моим взором будет вся красота и уродство мира.

...Даже если это отягощает мое окружение.

"Нет смысла продолжать этот разговор."

"Мое предложение тебе не понравилось?"

Голос, казалось, был весьма разочарован.

"Похоже, что вы являетесь причиной всех Искажений. У меня нет реальной возможности узнать, кто вы, однако… Чего вы надеетесь достичь всеми этими шепотами и фоновыми манипуляциями?"

"Как я уже говорила, я считаю, что каждый должен бороться с миром, чтобы раскрасить его в свои цвета. И я тоже человек. Разве я не должна ████████████████? ██, мой ██████, ██████? мой ██████, чтобы раскрасить мир цветами ████████████."

Услышав ответ, я закрыл глаза.

"Итак, когда все сказано и сделано, ██████████████████... В потоке ██████ и ██████ в целом ██████, ██████ будет ████████████».

Ах...

На моих губах появилась случайная улыбка. Я рассмеялся.

Мир, где ты, словно голодный зверь, должны бороться со всем в своей бесконечной жажде построить свой собственный мир.

Если бы я пошел по пути, который сказал мне голос, это, конечно, было бы приятно, но это не привело бы меня туда, куда я хочу идти.

Таким образом, у меня есть только один путь.

Идти со всей болью и жаждой, которую я испытывал до сих пор и буду испытывать снова в будущем...

Потому что только я могу это сделать.

"Похоже, мы пойдём противоположными путями."

"Да, тогда иди своей дорогой. Это тоже должен быть цвет твоей личности."

И вот.

Я надеваю на голову терновый венец, чтобы все вынести до будущей победы.

Увядшие листья лавра прорастают, чтобы закрыть все шипы на моей голове, и кровавые слезы текут из моих глаз, чтобы я увидел все грехи, которые мне придется нести отныне.

И тернистый путь, по которому мне предстоит пройти, - это кровавый занавес, хранящий мою карму, багровая ткань, покрывающая все мое существо.

Меня затягивает в яму.

Внутри - множество криков, всеобщая агония, сливающаяся воедино.

Яма глубокая и темная, трудно смотреть вперед.

Но я ухвачусь за нее и одержу победу.

Как только я запечатлею все в этих глазах.

Потому.

Я подарю миру вожделенный рай, который обещал старому другу.

Я,

Я попаду в ад своей кармы и останусь там один.

* Переводил и редактировал Frain. Основано на фанатском переводе @SnakeskinFS с редакцией @bluemoon\_terror