Воспоминания: Кинг - звучит гордо

Воспоминания о персонаже Дэвид Кинг, доступные в архивах в рамках одиннадцатого тома книги "Преданность". Для открытия нового воспоминания необходимо пройти соответствующее испытание от мастера в сети Ауриса. Наградой за открытие всех воспоминаний является небольшой видеоролик, кратко пересказывающий фрагменты собранных воспоминаний.

### Воспоминание №384

>
> Своды старого паба то и дело сотрясаются от взрывов хохота и пьяных воплей. Посетители хлещут эль, бросают дротики и смотрят футбол на плоском телевизоре над стойкой. Дэвид одиноко сидит на деревянном барном стуле. Образ Жасмин уже стоит у него перед глазами: голубоглазая блондинка в короткой юбке выходит из квартиры в облаке ванильных ароматов. Она сыплет изящными остротами - как в тех черно-белых фильмах, которые его мать любила в одиночестве смотреть на кухне. Она сама словно вышла из фильма. Идеальная женщина для его отца, более того -идеальная пара для прощальной вечеринки Старика. Все глаз не смогут оторвать, а ему-то как будет приятно.
>
> Дэвид глотает свой эль, морщится от горечи и шлепает кружкой о металлический поддон. Напряжение из плеч и шеи не уходит. Чтобы первое свидание прошло как по маслу, видать, придется добавить нектара общения. Напортачить перед вечеринкой ему точно не хочется.
>
> Дэвид оглядывает бар и машет Рику - своему старому приятелю. Жестом просит повторить, но тут левый бок пронзает резкая боль.
>
> Рик возвращается с золотистой кружкой, над которой дрожит пенная шапка, и Дэвид нетерпеливо ее выхватывает. Горечь не должна быть такой сильной, он это знает.
>
> Он машет Рику и наваливается на стойку. Эта хрень кишки мне сожжет, а на вкус будто кто-то набздел в ванну ослиной мочи. Ты свою бормотуху из мотора сливаешь, или она настоящая?
>
> Настоящая, Дэйв. Реальнее некуда.
>
> Что ж вкус-то такой говенный?
>
> Ну... может, тогда не стоит так мучиться?
>
> У Дэвида снова тянет в левом боку. Он безуспешно старается вспомнить, где расположен аппендикс - слева или справа? Кто б знал. Да и пофиг. В животе и груди все болит, и он решает, что с порванным аппендиксом жить будет лучше.
>
> Иногда пьешь какую-нибудь мерзость, а всяко польза.
>
> Рик не соглашается, крутит головой. Ты 6ы все равно полегче, иначе придет эта, как ее там, а ты уже никакой.
>
> Жасмин.
>
> К Дэвиду направляется упившийся поклонник.- Да вы гляньте! У нас тут сам Дэвид Кинг! Пойдем, с нами посидим?
>
> Дэвид не обращает на него внимания и смотрит футбол.- Мне 6ы одному посидеть. Давай в другой раз.
>
> - Да хорош, я ж фанат! Чего не выпить-то вместе?
>
> Дэвид пялится на Рика, лишь бы не смотреть на пьяного здоровяка.- Спасибо за предложение, но у меня сейчас черная полоса в жизни. Я потому и сижу тут один, так что, пожалуйста...
>
> Пьянчуга тычет его кулаком в плечо.- Я только спрошу. Как тебя судья тогда назвал, что ты так расстроился?
>
> - Тебе в уши насрали?! Вали на хрен!
>
> Фанат снова тычет Дэвида. Тот ловит палец, ломает его прямо по суставу и продолжает потягивать ослиную мочу, пока бедняга с дикими воплями падает на колени.
>
> Рик быстро подманивает гигантского мужика, и тот выводит пьяного поклонника вместе с его дружками. Драка заканчивается, не успев начаться. Затем он смотрит на Дэвида и неодобрительно качает головой.- Ох, довыделываешыя ты однажды. - Я же сказал, что хочу побыть один.
>
> - Можно было объяснить получше... если только проблема не в другом.
>
> - Ну сломал я ему палец, бывает. Нечего тут обсуждать.
>
> Рик сводит брови к переносице.- Кстати, а ведь ты мне не рассказывал?
>
> - 0 чем?
>
> - Что там за дела с судьей?
>
> Дэвид пожимает плечами и трясет головой. Он сказал кое-что не к месту и не ко времени.- Не о чем рассказывать. - Ага, оно и видно.
>
> Дэвид вздыхает, но не реагирует на сарказм. Под буравящим взглядом Рика он набирает полный рот эля и медленно глотает.- Сказал же... Не о чем...
>
> -А-а-а... Тайны. Сколь глубока бездна под тонким льдом, мистер Кинг. Вот уж и впрямь глубока. Мы знакомы шестнадцать лет, а ты для меня все еще закрытая книга. Но ты еще расскажешь.
>
> Рик забирает пустую кружку и уходит.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №385

>
> С каждой кружкой язык и губы тяжелеют. Дэвид продолжает хвастаться новой белой рубашкой, новым одеколоном и новой подругой Жасмин. Он рассказывает Рику, как они познакомились у фонтана, где ее снимал знаменитый фотограф, а все прохожие останавливались, чтобы полюбоваться такой красотой. Он вглядывается в лицо Рика в поисках одобрения, но понимает, что тот просто кивает из вежливости.
>
> - Видел 6ы ты ее. Все мужики пялились. Она стояла в купальнике, под палящим солнцем. На нее смотрели все... а она смотрела на меня...
>
> - Ты это уже раз десять повторил.
>
> - Правда?
>
> - Ага. Как будто не хвастаешь, а убеждаешь.
>
> Дэвид хмурится и долго смотрит в пустоту. Затем сует руку в карман и нащупывает старую записку, склеенную скотчем.- Да не убеждаю я тебя ни в чем.
>
> - Я и не говорил, что убеждаешь.
>
> - А кто говорил?
>
> - В этом-то и вопрос, правда?
>
> - Не понимаю. Какой вопрос? Хватит меня забалтывать.
>
> - Дэйв... А давай ты перестанешь меня забалтывать? Приходишь ко мне в паб, рассказываешь о супермоделях, да с такими подробностями, что какая-нибудь желтая газетенка их с руками оторвет. И неплохо так рассказываешь. Не знай я тебя, непременно 6ы купился.
>
> Дэвид моргает и отворачивается.
>
> - И вот ты заявляешь, что счастлив, а у самого морда кирпичом, и пальцы чужие ломаются, а если что не так - готов кого-нибудь прибить. А ведь мешает тебе только один тип - ты сам.
>
> - Нельзя тыкать кого попало в плечо. Нехорошо так делать.
>
> - Можешь сколько угодно твердить, как ты счастлив, но я вижу перед собой засранца самого печального образа во всем Манчестере. Но этот засранец так мне дорог, что я не собираюсь ему врать, будто верю этой чепухе.
>
> - Во, опять меня психоанализируешь? Ща скажешь о моей связи с каким-нибудь странным древним дебилом, о котором никто не помнит, да и ты вычитал о нем из своих тупых книжек.
>
> Рик качает головой.- Опять ты хорохоришься, когда я по-дружески хочу понять, что с тобой происходит.
>
> - А ты опять трагедию разводишь, когда я по-дружески хочу бухнуть.
>
> - Дэйв... Наверняка она милая девчонка, но ты ведь знаешь, что я скажу. Нафиг. Не ходи. Брось ее и сделай то, что тебе действительно хочется.
>
> - Хватит нести пургу.
>
> Рик подается ближе.- Я серьезно, Дэйв. Я серьезен не меньше, чем записка у тебя в кармане. Та, которую ты читаешь раз за разом, когда думаешь, что никто не видит.
>
> Дэвид отшатывается.- Не суй нос, куда не просят!
>
> - Что, задело?
>
> Дэвид допивает кружку, вытирает рот и сползает с табурета.- Я в порядке!
>
> Он продирается через пьяную толпу, толкает толстую деревянную дверь и неуклюже вываливается в холодную и безразличную летнюю ночь.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №386

>
> Дэвид ковыляет по переулку за пабом и чувствует, что кто-то следует за ним. Обернувшись, он видит обиженного поклонника и шайку его дебильных прихвостней. Они выкрикивают какие-то насмешки, оскорбления... Их слова сливаются в одну кашу, но интонации и смысл понятны.
>
> Фанат со скрюченным пальцем приближается.- Скажи спасибо, что тебя вообще помнят, говнюк. А знаешь, почему? Потому что редко кто вот так, за секунду, спускает свою карьеру в унитаз.
>
> Дэвид чувствует, как кровь приливает к голове. Его кулаки начинают молотить обидчика сами собой. Слишком поздно ему удается взять себя в руки. Он стоит и стирает кровь с костяшек, но дурак не унимается и пытается затащить его в темный переулок. Тут вперед с воплем бросается другой баран и впечатывает Дэвида в кирпичную стену.
>
> Дэвид ногой отталкивается от стены и толкает обоих на мусорный бак. Разворачивается, бьет третьего придурка, и тот немедленно шлепается оземь. Нападают еще несколько. Он держит оборону и упивается расправой, пока все враги не оказываются на земле.
>
> Дэвид нависает над ними, удивляясь собственной силе, но вдруг получает пинок в спину. Падает, и тут же рука, словно удав, обвивается вокруг шеи и начинает сжимать ее со всей дури, будто заправский удав. Взгляд затуманивается, и он едва видит, как придурки по очереди бьют его, пинают в живот и лицо.
>
> Удав отпускает Дэвида. Тот падает в канаву. Глаза заплыли и распухли, став похожими на теннисные мячи. Из носа хлещет кровища, а в горло, кажется, провалился зуб. Он выползает из переулка и забирается на тротуар, а люди проходят мимо, словно не замечая его.
>
> Потом он ложится на спину и устремляет взгляд к звездам, мерцающим над перегоревшим фонарем. Хорошо, что не сблевал. Хотя он и не блевал никогда. Ни от выпивки. Ни перед игрой. Даже на семейных посиделках - ни-ни.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №387

>
> Дэвид с трудом различает ноги прохожих. Слышит, как они шепчут, разговаривают, смеются и умолкают, стоит приблизиться к нему. Пару раз кто-то шепотом предлагает взглянуть, не нужна ли ему помощь, но шепот исчезает вдали, и на помощь никто не приходит. Да и не надо. Он вглядывается в размытые и гаснущие пятнышки звезд и размышляет, какой оказалась 6ы его жизнь, пойди он по родительским стопам. И вдруг приходит осознание. Он понятия не имеет, чем они занимались. Не знает, кто они. Знает только какие-то стороны их жизни, статус, фасад, всякую хрень. Но он ни разу не вникал в их суть, не прикасался к их тайнам, делам и привычкам.
>
> Дэвид смотрит во тьму над собой и слышит, как некая женщина уговаривает мужа сделать что-нибудь с несчастным избитым человеком на тротуаре. Их размытые тени склоняются над ним, и он видит их обеспокоенные взгляды. Перешептываясь, они отдаляются и возвращаются к своей поспешной жизни.
>
> Сквозь туман в голове пробивается воспоминание: однажды некий тип умер на стадионе от инфаркта, потому что никто не остановился посмотреть, все ли в порядке с беднягой, что сжал телефон до белых костяшек и хлопнулся наземь. А ведь его можно было спасти одним звонком.
>
> Рик как раз недавно рассказал ему эту историю. Он не помнил, когда и по какому поводу, но у Рика много бесполезных историй, которые рассказывают друзья и клиенты, а он с их помощью поддерживает разговоры у стойки.
>
> Дэвид на секунду прикрывает глаза. Глубоко вдыхает и чувствует цветочные нотки собственного одеколона, будто ночной ветер принес несколько мягких лепестков. А нос-то еще работает. И сердце не отказало, хотя кто-то так прописал ему в грудь, что оно должно было выпрыгнуть наружу.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №388

>
> Дэвид чувствует, как кто-то ложится рядом.
>
> - Мне сказали, что ты наслаждаешься ветерком на улице.
>
> Он узнает голос Рика, но не отвечает.
>
> - Хороша ночка. Никогда еще такой не было.
>
> Дэвид вздыхает.- Уйди, а? Пожалуйста...
>
> Рик не обращает на него внимания.- Жестковато так валяться, конечно, но чего не сделаешь ради таких звезд?
>
> - Пожалуйста...
>
> - Взгляни на облака. Будет буря. Нужно наслаждаться, пока можешь.
>
> Дэвид поворачивает голову и смотрит на Рика сквозь опухшие щелочки, но ничего не говорит.
>
> - Ты в курсе, что кокосы убивают больше людей, чем акулы? Я специально уточнял, потому что услышал историю, как одна пара прожила вместе много лет. На курортах жена все время подбивала мужа искупаться, а тот боялся. Говорил, вдруг акула сожрет...
>
> - ...И вот они двадцать лет катались на один и тот же курорт, но он даже в воду ни разу не зашел. А на ее шестидесятилетие решил нарушить традицию. Она вся такая счастливая, он себя подбадривает... И вот идет он на пляж... и ему на макушку падает кокос, убивая на месте.
>
> - Вот, казалось бы, такое не забудешь. Она много лет была моим клиентом и ни разу не рассказала историю с кокосом. Кто-то другой проболтался. Она, вообще, очень много рассказывала... но только не об этом... А я ей завидовал. Потому что по-моему люди, которые знают, кого любят - самые счастливые на земле. Слабейшие из них сильнее сильнейших жителей пустыни разбитых сердец.
>
> Дэвид прокашливается.- Это ты меня подбодрить пытаешься?
>
> - Не собираюсь я тебя подбадривать, Дэйв. Я тебе завидую. Жасмин и все прочие тут ни при чем.
>
> - Сдается мне, ничего ты не понимаешь, а просто выделываешься.
>
> - Я понимаю тебя. Понимаю любовь. И понимаю достаточно, чтобы знать - таким нельзя разбрасываться, даже если вот-вот на нас свалится вселенский кокос.
>
> Дэвид закрывает глаза.
>
> Рик посмеивается.- Вот 6ы снять кино по ее рассказу. Только финал с кокосом никуда не годится. Пришлось бы его менять.
>
> Дэвид тяжело вздыхает. Через ком в горле он шепотом просит Рика отвалить. Просто отвалить.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №389

>
> Дэвид разжимает распухшие веки и видит, что над ним стоит Рик.
>
> - Была у меня в пабе постоянная клиентка, но пару лет назад вдруг куда-то пропала. Я поспрашивал у народа. Оказалось, посадили ее. Прикинь? За убийство. Дела сердечные. Узнала, что муж крутит шашни с другой бабенкой, заманила его в их деревенский дом, накачала снотворным, забила окна и двери, а после подожгла домишко, пока он спал.
>
> Мужик проснулся, попытался выбить доски, но она поджидала его с молотком. И когда он пытался отдирать щепки и шарил по углям...
>
> Бац! Бац! Бац!
>
> Била по рукам, пальцам, плечам. била до тех пор, пока он мог шевелиться. Осталась только жуткая куча мяса, которая пыталась просочиться сквозь проломленные доски, а по ней текли струи черного дыма. Как патока. А она стояла и смотрела, как он истекает кровью, горит, задыхается, кричит, умоляет... но не двинулась, пока не приехала полиция.
>
> Дэвид отворачивается от Рика, но не говорит ни слова.
>
> - Муж не впервой ей изменял, и она терпела, но на этот раз... Видишь ли, на этот раз он влюбился. Кино, кстати, тоже вышло бы неплохое. Только в конце она б его не убила, а он вдруг осознал 6ы, что это кризис среднего возраста. У меня никогда не было кого-то, за кого можно было 6ы умереть или убить. Иногда даже интересно, каково это... испытывать нечто подобное.
>
> Дэвид чувствует, что Рик на него смотрит.
>
> - Мне кажется, я больше года ни с кем еще не встречался. Говорили, что я эгоист и со мной фиг договоришься. Это правда. А еще правда в том, что я не встречал никого, с кем мне захотелось бы договориться.
>
> Дэвид прислушивается к шуму бредущей мимо толпы прохожих.
>
> - Знаешь, один мой клиент рассказывал, что волки живут стаями, по одиночке или парами. Причем у пары такая связь... что если один волк умирает, второй тут же дохнет следом... Как будто у них выключатель какой. Душа следует за душой на тот свет, если веришь в такие штуки.
>
> Дэвид поворачивается к Рику.- Пожалуйста... Я не хочу говорить.
>
> - Еще одна байка, и я уйду. Тоже правдивая история, кстати. Сотню лет назад приключилось то, о чем тогда не принято было рассказывать. Не помню, как все началось, но жили-были Ричард и Уилл, которые влюбились друг в друга. Никому, конечно, не сказали, потому что... за такое могли и повесить. Ну... за любовь не к тем, к кому положено.
>
> Внезапно Дэвид ощущает, как по шее поднимается тепло.
>
> - В общем, жили они вместе тайно, но в конце концов попались. И хотя перед палачом все обычно дрожали и врали, эти двое не стали врать о своих чувствах... О том, что нашли друг в друге. Коль суть да дело, поставили их на телеги, накинули петли на шеи и предложили таки покаяться... а они все равно не стали. Любовь оказалась сильнее страха. Верили они в нее. Уилл схватил Ричарда за руку, поцеловал ее, и тут палач подстегнул коней.
> Распухшие глаза Дэвида наливаются слезами. Он словно видит, как влюбленные болтаются на виселице. Хочет что-то сказать, но невидимая петля сжимает горло и не дает излить скопившееся на душе.
>
> - Отличное бы вышло кино.
>
> Губы Дэвида дрожат. Он хочет столько всего сказать, но слова застревают, и он словно тонет в грязной трясине. Затем его лицо твердеет, тело сводит судорогой, и он пытается победить приступ боли. Однако бой проигран, и он стонет, выплевывая обрывки слов и отчаянно пытаясь дышать.
>
> А Рик держит его за руку и не отпускает, не давая пропасть в пустыне, где столько людей потерялось и сгинуло без следа.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №390

>
>  - Что в нем было такого?
>
> Вопрос ставит Дэвида в тупик. Мгновение он молчит, пробуя взять себя в руки.- Так просто и не скажешь... Много мелочей, от которых мне было радостно на сердце. Перед всеми мне приходилось что-то из себя строить. Перед всеми, но не перед ним.
>
> И пресса о нас врала.
>
> Родители терпеть друг друга не могли. Им нужно было развестись много лет назад... Но они продолжали строить из себя не пойми кого, а сами хранили тайны друг от друга... Наверное считали, что так и должно быть.
>
> Некоторые, вон, так живут и вполне довольны.
>
> Знаешь, я по нему скучаю. Скучаю по нам. Как вчера помню нашу встречу. Сразу понял - просто оказавшись рядом, - что он особенный и навсегда останется в моей жизни. Мы встретились в музыкальном лагере. Мне было семь, и я не хотел туда ехать. Представляешь, мать заставила. Получается, она сама меня и подтолкнула, устроив нашу встречу. Я же ни на одном инструменте играть не умел...
>
> А вот Тристан... Это было нечто... Я заслушивался его игрой на пианино... Сначала мать была счастлива, что у меня появился музыкальный друг... Думала, что я могу стать скрипачом...
>
> Кажется, она все поняла раньше, чем я. В один прекрасный момент ему просто запретили у нас появляться. Вроде как, его семья нам не ровня.
>
> Потом мне стали рассказывать всякое. Говорили о6 ответственности перед фамилией Кингов. Про имидж нашего рода и силу нашей семьи, о высокой планке, к которой я должен стремиться... 0 жертвах во имя семьи и прочей ерунде. Но никакой конкретики. Мать ходила вокруг да около, но так ничего прямо и не сказала.
>
> Дэвид смеется.- Оказалось, что Тристан идет со мной в одну школу. Жизнь умеет подкидывать сюрпризы. Он писал мне записки... цитаты, стихи, поговорки... хитрожопости всякие, чтобы меня рассмешить.
>
> Мы снова начали видеться, только уже втайне. Несколько лет встречались, пока он не предложил открыться моим предкам. А я не смог. Порвал с ним, он со мной... Сраный круг шизанутой жизни.
>
> Год назад... он хотел, чтобы все было по-настоящему... Семья, дети... Я чуть не согласился, но... нет. Я разорвал наши отношения и разбил ему сердце.
>
> Он, ясное дело, не проглотил и утерся. Тристан разозлился и приперся ко мне на день рождения в паб... Прикинь, вот так запросто берет и заявляется, говорит тост в стиле Гэтсби, и я, вроде, знаю, что он сейчас сделает... только фиг там.
>
> Он просто рассказывает, каким я был ему классным другом, а потом ехидничает, что, мол, такой бабник, как я, никогда не остепенится... Только я видел, что у него слезы в глазах стояли. А под занавес он заявил: "Кинг - это звучит гордо". Вот же хитрая жопа! Все, ясное дело, за это выпили, даже Старик.
>
> Кинг смеется, потом внезапно умолкает.- Тристан добил кружку и ушел, оставив на столе записку. Он так делал на уроках английского, когда учительница препарировала его любимых писателей, по-идиотски разбирая их творчество.
>
> Пару дней назад он позвонил... Пригласил на посиделки в кафе "Золотой фонарь". На прощальную вечеринку... Сегодня... В Нью-Йорк собрался. Какой-то концерт, вроде. Едет с каким-то парнем, с которым едва успел познакомиться. Месяца не прошло, а тот уже катит с ним в Нью-Йорк... Нет, прикинь? Чушь какая.
>
> Рик ничего не отвечает, и они тихо смотрят на тускнеющие звезды. Из узких щелочек распухших глаз беззвучно катятся слезы. Дэвид прокашливается и вытирает их рукой.
>
> - Ты никогда не хотел все прекратить?
>
> Рик поворачивается к Дэвиду.- По-моему, чтобы прекратить, нужно сперва начать. По-моему, ты всегда был эдаким львом. Все лез драться с задирами, засранцами, обидчиками. Сколько тебя знаю, всегда за это уважал. Есть препятствие? Ты его порвешь, как Тузик грелку. Если это препятствие - не ты сам, конечно. Но не попробовать ли тебе что-то создать? 0 чем-то заботиться? 0 самом себе, например.
>
> Рик сжимает его руку.- Ты лев, Дэйв, но, нравится тебе это или нет, лев ты цирковой. Тебя стреножили и обрядили в клоунское платье. Разорви веревку, сорви дурацкий костюм зубами и когтями. Тогда и поймешь, каков ты на самом деле.
>
> Хочешь все прекратить? Для начала прекрати скакать через обручи. Это недостойно чертового настоящего льва, которым ты был рожден. Есть то, о чем ты будешь жалеть до конца жизни, и ты это знаешь.
>
> Дэвид глядит в пустоту.
>
> Рик вновь сжимает его руку.- По-моему, ты задолжал кое-кому тост.
>
> - Ты рехнулся? Я не собираюсь вваливаться к нему на вечеринку и устраивать там переполох.
>
> - Да ты сам скоро рехнешься, если сейчас же туда не побежишь.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №391

>
> Дэвид проносится по улице и проталкивается в кафе. Осматривается и понимает, что ни Тристана, ни вечеринки здесь нет. Диким воплем он подзывает официантку с другого конца зала и к собственному ужасу узнает, что Тристан уже отправился в аэропорт. От этих известий его лицо горит, как от пощечины. Слишком поздно. Мир плывет у него перед глазами. Он замирает на мгновение, берет себя в руки, потом решительно бежит на улицу. Громко зовет такси, и вот оно уже тормозит у обочины. Водитель с сомнением смотрит на Дэвида, потом запускает счетчик и вдавливает педаль газа в пол.
>
> Дэвид вдруг понимает, что несется по шоссе, а в голове мечется единственный вопрос: что сказать Тристану? Он перебирает идеи и слова, понимая, что ничего хорошего на ум не приходит. Такси тормозит у раздвижных стеклянных дверей аэропорта, и Дэвид вываливается наружу.
>
> Слышит вопль водителя, возвращается, платит по счетчику и вновь ломится внутрь. Автоматические двери едва успевают разойтись. За ними огромное, полное людей пространство. Он быстро находит глазами огромное табло со списком отбывающих рейсов. Видит надпись «Нью-Йорк» и бежит к терминалу, но...
>
> Его останавливает охранник! Без посадочного талона дальше не пройти. Дэвид смотрит на него, тяжело дыша и пытаясь осознать все сразу. Пробует объяснить, но громила безучастен. Он не двигается ни на дюйм.
>
> Дэвид поворачивается и бежит к стойке регистрации. Покупает билет бизнес-класса до Нью-Йорка. бежит обратно и все-таки минует охранника.
>
> Быстрее, еще быстрее.., и вот он почти на месте. Сейчас он это сделает. Он действительно это сделает! Внезапно он врезается в старика с багажной тележкой, похожего на его отца: волосы с проседью, могучий подбородок. Страх кулаком бьет под дых, на миг Дэвиду становится нечем дышать.
>
> Но лишь на миг.
>
> В неразберихе он замечает на полу записку Тристана. Хватает ее. Держит. Вспоминает. Мужчина возмущенно кричит, но Дэвиду не до старика. Он сует записку обратно в карман, перелезает через кучу багажа и несется дальше.
>
> Через мгновение он видит выход. Видит Тристана...
>
> И его пару. Они смеются.
>
> Счастливо.
>
> Дэвид замирает на месте. Чувство вины падает, как кирпич на голову, сжимает внутренности в мерзкий комок. Мир начинает вращаться, и он понимает...
>
> ..что вот-вот блеванет!
>
> Дэвид быстро разворачивается и убегает в туалет, зажимая рот рукой, врывается в кабинку и опорожняет желудок. Ковыляет наружу, смывает эту дрянь с лица и называет себя величайшим эгоистом в мире. Разбитое и опухшее лицо обмякает от неожиданного осознания: если он любит Тристана... по-настоящему любит... он его отпустит.
>
> Рик задурил его по пьяной лавочке. В этом все и дело. По правде говоря, он должен просто порадоваться за Тристана. Отправиться домой и проспаться, поставив точку на этой безумной ночи.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №392

>
> Чувствуя, как кружится голова, Дэвид идет прочь от 72-го выхода. Он знает, что не может мыслить связно, и что тащить за собой Тристана - форменный эгоизм. Он сам вырыл себе яму, и теперь, блин, придется в нее лечь.
>
> Дэвид подходит к посту охраны, и сердце будто останавливается. Он не может пошевелиться. Нечто большее, чем его сомнения, вина, страх, не дает сделать и шага.
>
> Рука скользит в карман, и он без остановки вертит в руках записку. А потом он с пронзительной ясностью вспоминает ссору.
>
> Как он мог его отпустить? Отказаться от единственного голоса, который мог его успокоить, единственного смеха, который дарил ему радость. От того, чье существование наполняло его жизнью и желанием стать лучше.
>
> Как можно было уйти, не попытавшись сказать, что он на все готов ради того, что у них было.
>
> Дэвид понимает, что если он сейчас упустит момент, его ждет вечное чувство вины и раскаяния. Тристан не просто его дополнял, он делал его жизнь реальной, он, и никто другой. Внезапно...
>
> Он оживает.
>
> И поворачивается.
>
> И бежит, блин!
>
> - Не знаю, что я скажу... Что-нибудь... Что угодно. Скажу все, что придет в голову... Может... Может, те три слова из его любимого фильма...
>
> Энергия распирает Дэвида, словно в него попала молния, которая сделала его быстрее, сильнее и как-то увереннее, пусть даже он сам понятия не имеет, что скажет или сделает. Он просто бежит, но бег превращается в неровный рывок, когда он видит, что Тристан с пассией...
>
> Вот-вот сядут в самолет!
>
> Из его рта вырывается беззвучный вопль, он спотыкается и летит навстречу асфальту.
>
> - Дэвид... Это ты?
>
> Тристан хватает Дэвида за руку и помогает подняться.
>
> Дэвид пытается выглядеть достойно, несмотря на разбитую физиономию и букет ароматов бухла, рвоты и одеколона. От него разит, как от ложа из цветочных лепестков, на которое смачно наблевали. Он прекрасно это понимает.
>
> Но так старается унять дрожь в руках, что забывает о вони. Вдох, выдох... успокоились. Он крепко сжимает руку Тристана. Слова вязнут в горле, словно цемент, и ничего поэтичного на ум не приходит. Он безуспешно пытается вспомнить цитату из фильма.
>
> Партнер Тристана шагает вперед, но Тристан жестом просит его подождать и отводит Дэвида в сторону.
>
> - Дэвид, что случилось? Черт, что с тобой?
>
> Дэвид пытается сказать Тристану, как много тот для него значит. Пытается признаться в любви. Но вместо этого говорит...
>
> - На хрен отговорки.
>
> Тристан беззвучно повторяет, пытаясь понять.
>
> Дэвид шепчет слова опять и опять, он отчаянно ждет ответа. Любого. Тристан ничего не отвечает, но глаза его затуманиваются, и внезапно он кажется счастливым, грустным и крайне озадаченным одновременно.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №393

>
> В дождливой ночной темноте Дэвид бредет по незнакомой улице, промокший и продрогший, напевает полузабытую фолк-песенку. Конечно, он не ожидал сказочного финала. Конечно, Тристану нужно время, чтобы все обдумать. Сколько времени? будем надеяться, не очень много. Ровно столько, чтобы сойти с самолета, позвонить и сказать...
>
> - Как хочешь...
>
> Блин!
>
> Вот теперь он вспомнил!
>
> В самый неподходящий момент.
>
> Дэвид усмехается. Да пофиг. Никогда еще он не чувствовал себя так хорошо, так свободно, так... приподнято. Он позволяет накатившему чувству струиться сквозь него, подобно нежному потоку, и ощущает, будто родился заново... или впервые. До этой ночи он не жил, а влачил существование. Был вырезанной из картона фигурой без руля, ветрил и царя в голове. Он знал только страх, и страх этот правил его жизнью.
>
> Дэвид надеется, что Тристан, едва сойдет с самолета, немедленно позвонит ему и потребует прибыть следующим же рейсом. Он сразу же прилетит, вот только отыщет свой кошелек. Да и какая разница? Если он смог дойти до дома от самого аэропорта, то и пруд переплывет. Он посмеивается и думает, что кошелек найдется. Как всегда.
>
> А если он позвонит и скажет, что все кончено?
>
> Эта мысль застает его врасплох.
>
> А ведь так, пожалуй, и будет. По правде говоря, любовь никогда не побеждает, а вот страх - вечный победитель. Потому люди и пишут сказки: для отдыха от бесконечного разочарования и тягот бытия. Что ты ни думай, а любовь не так уж сильна, и он позвонит тебе только для того, чтобы порвать. Навсегда. Потому что не хочет вновь остаться с разбитым сердцем.
>
> Дэвид пытается заглушить эти мысли пением и орет все громче и громче. Затем внезапно умолкает, когда видит полузнакомый парк. В похожем они с Тристаном могли сидеть целыми днями и наблюдать за людьми.
>
> Он проходит через ворота. В какое-то мгновение кажется, будто голос Тристана подпевает ему. Он останавливается, но сквозь плотную пелену дождя никого не видно.
>
> Дэвид продолжает брести через сонные кусты и поникшие цветы к плотному промокшему навесу, с которого ручьями стекает вода. Шагает вперед и вдруг слышит тихий шепот.
>
> - На хрен отговорки.
>
> Поворачивается и видит...
>
> Тристана.
>
> Дэвид недоверчиво потирает опухшие глаза.
>
> Тристан смеется.- Только ты мог так скомкать фразу.
>
> - Не может быть... Невозможно...
>
> Дэвид щурится, вглядываясь в силуэт Тристана. Как он сошел с самолета? Или он попросту не садился? Дзвид ничего не понимает, но спорить с удачей не намерен.
>
> Он бежит к Тристану, раскрывая объятия, но прежде, чем успевает коснуться силуэта, тот рассыпается, подобно увядшему цветку. Дзвид со вздохом падает на колени, пытаясь поймать падающий лепесток, но тот тает в руке и сливается с окружающим туманом.
>
> Он едва успевает понять, что происходит, как слышит хлюпанье грязи и видит, как его медленно обступают полуразмытые фигуры. Каждый хулиган, каждый задира, каждый говнюк, которому он хоть раз в жизни набил морду, теперь здесь и собирается на него напасть. Дэвид невольно пытается себя ущипнуть, но ничего не происходит.
>
> Он глубоко вздыхает и отдается на волю судьбе, потом сжимает челюсти и бросается в бой. Он бьет, пинает, машет руками, пока не остается единственным, кто способен стоять на ногах, но толстые щупальца черного тумана оплетают его и тащат в мир тьмы, куда не проникает ни единого лучика любви.
>
>
>
>
>
>
>