Воспоминания: человеческий фактор

Воспоминания о персонаже Мор, доступные в архивах в рамках двенадцатого тома книги "Разлад". Для открытия нового воспоминания необходимо пройти соответствующее испытание от мастера в сети Ауриса. Наградой за открытие всех воспоминаний является небольшой видеоролик, кратко пересказывающий фрагменты собранных воспоминаний.

### Воспоминание №1721

>
> Еще не совсем пришедший в себя Тальбот продирает глаза, возвращаясь из обрывками оставшегося в его памяти путешествия к реальности деревянного стула, на котором он сидит. Он помнит цветы, яркие цветы. Синие, лиловые. Светящиеся, источающие необычную нектароподобную жидкость. Странные синие и лиловые цветы из другого мира. Он тяжело и сонно вздыхает, толком не понимая, действительно ли он переместился со скоростью мысли, обманув время и на миг прозрев будущее...
>
> ...или же это был искусный плод его яркого воображения, сотканный воедино из забытых обрывков прошлых воспоминаний? Так или иначе, видение казалось настоящим. Пока что этого было достаточно.
>
> Тальбот смотрит на маковый цветок в своей руке. Поразительно! Единственного бутона достаточно для путешествия сквозь внутренние миры, сквозь - возможно! -внешние миры, сквозь неизведанное.
>
> - Мистер Граймс, вы вернулись!
>
> От неожиданности Тальбот резко оборачивается, лицом к лицу сталкиваясь с Юнием, инвестором Компании. Все в этом человеке вызывает отторжение, даже черный костюм и навощенные усы. Взгляд, с которым Юний на него пялится. Оправдание всего, что они делают, стремлением к выгоде.
>
> - Что вы здесь делаете?
>
> - Нам нужно ваше, так сказать, экспертное мнение. Требуется собрать кое-какие образцы в дальнем уголке Северной Африки.
>
> - К сожалению, я занят другими делами. Уверен, вы сможете отправить других химиков.
>
> - Уже отправляли.
>
> - И?
>
> - Они пропали, как и несколько других экспедиций, снаряженных нами.
>
> Тальбот отвернулся, оглядывая подвал, в котором находился. Он вдохнул его запахи: черных клубов дыма, дурманящего опиума, мочи, пота, блевотины. В притоне было два ряда соломенных матрасов с небольшими столиками. На них стояли масляные лампады для нагревания опиума, который затем отправлялся в трубки длиной с винтовку.
>
> Люди здесь то стонут, то улыбаются с закрытыми глазами. Один из них пристально всматривается в глаза Тальбота и хохочет - медленно, тяжело, сквозь зажатую в губах трубку. При каждой затяжке из горящего комка опиума раздается адский шипящий звук.
>
> - Мистер Граймс, поймите, для Компании нет более важного дела, чем это, - прокашлявшись, увещевает Юний.
>
> Тальбот понимает, что под "важным" он имеете виду "выгодное".
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1722

>
> Юний выразился не совсем правильно. Из экспедиции вернулся один ученый. Томас, старый друг и соперник еще со школы. Он вернулся из путешествия в Истечение - как его называл Юний, - не сказав ни слова о6 увиденном и испытанном там. Если точнее, он вообще не сказал ни слова с момента своего возвращения. Юний ведет Тальбота к его дому по грязным улицам Лондона и объясняет, что вид Граймса может вернуть Томаса к реальности. Спустя несколько минут они добираются до входа в скромный домишко. Юний громко стучит. Дверь открывает врач, приветствуя обоих и объясняя, что Томас не в себе и не реагирует ни на какие раздражители. Затем врач ведет их в маленькую сырую комнатушку, в которой старый школьный друг Тальбота нервно покачивается, сидя на краю кровати. Стоящая на соседнем столике свеча едва выхватывает его фигуру из темноты.
>
> Медленными шагами Тальбот приближается к Томасу, ужасаясь измученному лицу и опустошенным глазам, смотрящим на него. Он садится на табуретку рядом.
>
> - Ну что, старый мой приятель... Несколько дней назад мне рассказали, что ты вернулся с весьма, как мне дали понять, необычного задания.
>
> Томас не отвечает, но глаза его внезапно наполняются слезами.
>
> - Все хорошо. Ты можешь рассказать мне, что случилось.
>
> Томас пытается что-то произнести, но лишь непонятно бормочет. Спустя пару мгновений слеза скатывается по его землистой щеке. Он показывает дрожащим пальцем на комод.
>
> Тальбот встает, проходит мимо Юния и берет с комода кожаную сумку. Открыв ее и достав оттуда журнал с записями, он показывает его Томасу. Томас кивает и пытается что-то сказать, но тут его глаза широко распахиваются. Вместо слов он издает протяжный дьявольский вой, с каждым вдохом становящийся все громче и громче.
>
> В комнату врывается паникующий врач и спешно спроваживает посетителей, но Тальбот успевает бросить последний долгий взгляд на друга и задумывается, что же могло сломить настолько стойкий и сильный ум.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1723

>
> Тальбот сидит в кэбе и читает записи. В них ничего, кроме бреда и тревожащих заметок теряющего разум химика. Если допустить, что этим записям можно верить... тогда получается, что Томас прожил целую вечность в мире, в котором люди выступают в роли охотничьей добычи ужасных существ, словно вышедших из темных народных сказок. Он пропал всего на неделю, но записей были сотни. Может, даже тысячи. Странно все это, очень странно. Да и Юний оказался странным. Тальбот недооценил торгаша. Тот оказался куда более сострадательным, чем ожидалось. Похоже, он искренне сочувствовал Томасу.
>
> Несмотря на свою одержимость звонкой монетой, он все же был человеком.
>
> Тальбот приходит к неожиданному пониманию возможной сути Юния. Тот будто является двумя разными людьми, а катализатором превращения служит Компания. Представляя ее интересы, Юний становится другим человеком. Видимо, Компания дает ему что-то, позволяющее полностью меняться.
>
> Целиком и с потрохами.
>
> Может быть, защиту.
>
> Может, анонимность.
>
> Или то и другое сразу.
>
> Тальбот догадывается, что подобное можно сказать и о нем самом, особенно с учетом его интересов. Впрочем, он полагает, что даже с защитой и анонимностью Компании он способен сохранять свою способность сострадать. И все же... изучая записи своего друга, он испытывает скорее любопытство, чем горе. Граймс поневоле задумывается, отнимает ли объективный взгляд такую черту, как человечность? Или, наоборот, позволяет стать настоящим человеком?
>
> Любая тварь может действовать, исходя из злости, ярости, горя. От зверей нас отличает наш интеллект, наша способность преодолевать эмоции во имя высшего блага. И все же...
>
> Тальбот не может не задуматься о том, что от машин людей отличают наши эмоции. Или нет. Даже не эмоции. Эмпатия. Способность чувствовать то, что чувствуют другие, просто представляя, через что они проходят... как они страдают. Эта способность стоит выше простых механизмов интеллекта.
>
> Поразительная власть - поставить себя на место другого человека. Только за счет этого и существуют театр, поэзия, рассказы. без умения сопереживать человеческую жизнь следовало было 6ы назвать чем-то другим... чем-то меньшим... чем-то сродни существования насекомых.
>
> И все же...
>
> ...именно это самое сопереживание мешает достичь настоящей объективности. Достичь истины. Но зачем нужна истинная объективность, добытая ценой собственной человечности?
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1724

>
> Тальбот не может с определенностью сказать, сколько уже сидит в маленькой посудине, поднимающейся вверх по реке под палящим африканским солнцем. Его сопровождают военные - солдаты Компании. Она настолько огромна, что под ее началом одна из крупнейших наемных армий е мире. Это достойно уважения. Ученый невольно отдает должное ее возможностям. Представители Компании могут заниматься чем и когда угодно без последствий или опасений, что посрамят репутацию короны и страны. Он молча глядит на прохлаждающихся на корме солдат. Это юные и жестокие парни, ухватившиеся за возможность преследовать, убивать, пытать людей без огласки. Кок Освальд с одинаковым упоением рассказывает о подавленных восстаниях в колониях и новых рецептах, которые он находит в дальних странах. Колдер - известный следопыт, изловивший нескольких диссидентов; он любит хвастаться коллекцией отрубленных у негодяев ушей. Даллин заполняет тишину рассказами о своей невесте. Она красивая, интересная, из хорошей семьи... Тальбот догадывается, что он вечно о ней твердит больше для того, чтобы убедить себя в привязанности. Его раздирает между солдатской жизнью и любовью к женщине. Мальчишка понимает, что нельзя быть женатым и вольным. Невеста будет задавать слишком много вопросов, заставлять думать о том, о чем он 6ы предпочел не думать, напоминать ему, что он может быть лучше.
>
> Тальбот очень хорошо его понимает. Когда-то он тоже был влюблен. Ина... Но его любви к ней было недостаточно. Искра была слишком слабой и не позволила забыть о6 экспериментах. Ина ревновала его к работе и лаборатории. Ко времени, проводимому в ней, ко всем усилиям, вкладываемым в исследования.
>
> Когда Ина разгромила лабораторию и устроила в ней поджог, он сразу понял, насколько она его любила. При виде уничтоженных трудов он почувствовал всю боль и страдания, что причинял ей. Больше он не желал ощущать ничего подобного. Ни боли, ни вины.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1725

>
> Восседая на верблюде под обжигающим солнцем, Тальбот стирает со лба капли пота, следуя за Колдером и другими солдатами к крупному лагерю, полному желтых от песка палаток. Они останавливаются, когда к ним приближается человек в пустынных одеяниях. Он представляется, назвавшись Фэрли. Тальбот слезает с верблюда, и они обмениваются любезностями. Затем Тальбот следует за Фэрли через весь лагерь: мимо бессчетных костров, окруженных перешептывающимися наемниками, внутрь самой большой палатки. Зайдя внутрь, Фэрли заводит разговор.
>
> - Должен предупредить, что положение... как бы точнее выразиться... нетрадиционное. Я расскажу вам тайну, о которой больше никто не должен знать.
>
> Тальбот слегка наклоняет голову в кивке.
>
> Фэрли отходит в заднюю часть палатки и откидывает полог. За ним, вдалеке, виднеется огромная туча черного тумана. Из нее льется странный лилово-синий свет.
>
> - Что это? На что я смотрю?
>
> - Мы называем это "Истечением", - отвечает Фэрли, глядя на туман. - Есть теория, что это другое измерение. Оно... как 6ы так выразиться... проникает в наше. Мы и раньше наблюдали и отмечали подобные феномены, но они никогда не длились столь долго. Нам никогда не хватало времени исследовать их. Вот почему нужно, чтобы вы зашли внутрь, сделали записи о6 увиденном и собрали образцы флоры и фауны, если таковые найдутся.
>
> Тальбот вглядывается в преграду из тумана.
>
> - Вы считаете, это другое измерение?
>
> - Мы не знаем, что и думать. Собственно, потому мы и послали за вами, мистер Граймс.
>
> - Вы могли бы пригласить более опытных химиков. Есть несколько...
>
> - Так мы и сделали. Они не вернулись, и нас искренне беспокоит их благополучие. Но если вы сможете собрать и принести образцы из этой аномалии, их жертва не окажется напрасной!
>
> Тальбот хмурится. Фэрли вздыхает, закрывает полог и оборачивается к Тальботу.
>
> - Мы даже рассмотрим ваше предложение улучшить... образно выражаясь... качество ваших экспериментов. Я имею в виду, что мы наверняка сможем найти способ присылать так необходимых вам подопытных.
>
> - Король казнит нас.
>
> - Дорогой мистер Граймс... мы не подчиняемся королю.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1726

>
> "Мы не подчиняемся королю". Тальбот вновь и вновь раздумывает над всей значимостью этой фразы, собирая кожаную сумку и укладывая туда блокнот, инструменты и склянки. Он закрывает сумку и задается резонным вопросом: кому же подчиняется Компания, если не королю? Юний как-то сказал, что Компания была сродни человеку и пользовалась таким же уважением, что и человек... Нет. Все же Компания не была похожа на человека. Она больше смахивала на нечто иное. Возможно, на... зверя, притворяющегося человеком. На темную тварь, пробравшуюся в мир для разрухи и грабежа. Для того, чтобы затем вернуться к хозяевам с пригоршней золота и пастью, полной смерти. Какая-то частичка Тальбота ненавидела факт бытия частью этой темной твари. Но с течением лет он нашел способ преодолеть свое чувство вины и вместо этого впечатляться невероятной мощью и гениальностью того, что Компания может сделать с миром. Он превозносил высоты, которые становились доступны хозяевам этой твари.
>
> Стань зверь проблемой, хозяева теоретически могли 6ы оборвать его жизнь, похоронив в безымянной могиле боль, смерть и ужас, принесенные их порождением. Но они никогда не убьют то, что приносит золото и добычу. Все эти блага хозяева оставят себе. Даже в случае гибели прежнего зверя они вдохнут жизнь в новую тварь, а то и многих тварей. Компания не была человеком, но она точно была формой жизни... Сущностью, которую питало золото, заменяя кровь.
>
> Тальбот ощущает прилив вдохновения. Золото есть энергия... Нет, не золото. Валюта. Валюта есть энергия... Нет, не энергия. Способ управлять людьми и манипулировать ими. Направлять паству. Да. В этой мысли что-то есть. Ее надо попробовать развить. Выудить из нее что-то, что пригодится Компании и ее хозяевам. Он спрашивает себя, есть ли способ изобразить людей в сокращенном виде? В виде энергии и уравнений?
>
> Тальбот достает записную книжку и набрасывает концепцию "Энергия паствы". Пишет уравнение. Зачеркивает. Пишет новое. Изучает эту функцию, вздыхает, вновь зачеркивает и надолго задумывается. Можно ли и впрямь низвести людей до уровня химического уравнения, определяющего потенциал и результат?
>
> Странная идея. Возможно, ужасная. Но этой идее было на что опереться, прямо как зверю. Несомненно, допустимо восприятие людей в качестве энергии, которую можно содержать, контролировать... Все портит одна переменная, один человеческий фактор.
>
> Эмпатия. Сопереживание.
>
> Способность валюты формировать, направлять и контролировать поток энергии будет напрямую зависеть от ценности, которую эта валюта имеет в их жизни. Но... Наверняка есть способы убрать человеческую переменную или уменьшить ее влияние. Превратить валюту в общего Бога или хотя бы полубога. Кого-то, перед кем паства будет трепетать, кому она будет возносить мольбы, на кого она будет смотреть без оглядки. Один Золотой Телец, контролирующий всех. Одна переменная, стимулирующая, катализирующая, направляющая энергию паствы...
>
> Тальбот смотрит в блокнот и усмехается. Что за нелепая мысль! Нет у идеи звериной опоры! Ни в настоящем, ни в будущем мире ни он, ни кто-либо другой не будет экспериментировать над удалением человеческой переменной. Даже Компании это не сойдет с рук!.. А если 6ы сошло?
>
> Если бы сошло...
>
> Этот метод контроля паствы даровал бы куда более сильную и долговечную власть, чем есть у любого короля и любой империи.
>
> Тальбот перечеркивает все свои уравнения, понимая, что это просто плоды богатой фантазии, притворяющиеся наукой. Даже если бы Компания получила возможность экспериментировать над паствой без преград и ограничений, он не мог представить, как неосязаемую человеческую переменную можно было 6ы уменьшить, а уж тем более убрать из уравнения. Ни одна культура, ни одно общество, ни одна система ценностей, при всем их разнообразии, не позволили бы существовать подобному богу или полубогу.
>
> Покачивая головой, вновь поражаясь нелепости своей теории, Тальбот закрывает блокнот, кладет его в сумку и готовится к предстоящему путешествию.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1727

>
> Тальбот ведет свой отряд к стене из тумана, игнорируя ахи и охи за своей спиной. Он резко останавливается прямо у нее, едва не заходя внутрь. Освальд говорит, что им всем стоит повернуть обратно. Мол, тогда он состряпает вкуснющую жратву, которую научился готовить в Индии. Колдер отвечает, что за такие деньги сверкать пятками никак нельзя. Даллин согласен с Колдером. Тальбот выслушивает их, а затем протягивает палец и трогает им чуть ли не жидкий туман... а тот вытягивает щупальце и трогает его в ответ. Не веря увиденному, Тальбот вновь касается стены, чтобы понять, получится ли повторить эту реакцию.
>
> В этот раз туман не отвечает.
>
> Возможно, в первый раз он наблюдал физическую реакцию на концентрацию тепла их тел. Мысль о разумном тумане кажется абсурдной. Он долго смотрит на туман, а потом слышит голос Ины, зовущий его из Истечения. Тальбот вздыхает, игнорирует голос и на мгновение сожалеет, что глотнул лауданума для успокоения нервов и сосредоточенности мыслей. А затем, пока его спутники охают и перешептываются о страхах по поводу тумана, Тальбот закрывает глаза и делает шажок в неизведанное.
>
> Тальбот открывает глаза и видит вокруг себя странные светящиеся лилово-синие лозы, обвившие на удивление знакомые вулканические камни. Едва различимые крупные вороны каркают и кружат по небу. Рядом с ним в Истечение входят двое солдат Компании с широко распахнутыми от удивления глазами.
>
> Тальбот оборачивается к Колдеру и Освальду. Он всматривается в проход в тумане за их спинами в ожидании Даллина.
>
>
> - Где ваш друг?- спрашивает Граймс. Колдер и Освальд понимают, что Даллин отстал. Они пытаются разогнать туман руками в попытках увидеть его и позвать к себе. Затем Колдер порывается выйти из тумана наружу, но Тальбот хватает его за плечо и останавливает.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1728

>
>
> - Мы уже здесь. Пора заняться делом.
>
> - А как же он? - спрашивает Колдер, отходя от ученого. - Надо и его прихватить.
>
> - Подозреваю, он оставил нас и вернулся обратно, - замечает химик, глядя на стену тумана между ними и лагерем.
>
> Колдер и Освальд переглядываются с Тальботом. Затем Освальд первым шагает вперед и ведет отряд в лилово-синий полумрак.
>
> Вскоре они приближаются к преграждающей им путь стене из переплетенных лоз, внутри которых струится светящаяся синевой субстанция, похожая на нектар. Тальбот протягивает руку, аккуратно отрывает лепесток у небольшого цветка и помещает его в склянку.
>
> Колдер замахивается мачете. При свисте клинка лозы внезапно сотрясаются.
>
> Тальбот чувствует неладное и перехватывает руку Колдера, который едва не рубанул заросли.
>
> - Лучше не надо.
>
> - Глупости.
>
> Колдер вырывает руку из пальцев Тальбота и яростно прорубает себе путь сквозь лозы, из которых на него брызжет лиловая жидкость.
>
> Порубленные лозы тут же вянут и тают, превращаясь в маленькие облачка тумана. Тальбот с отвисшей челюстью наблюдает, как остальные лозы отодвигаются от Колдера, будто понимая его убийственные намерения. Они избегают опасности.
>
> Колдер подталкивает Тальбота и показывает, что тому стоит прийти в себя. Он делает шаг, но тут вулканическая порода под его ногами внезапно раскалывается. Из нее вырывается черный туман, а вслед за ним выползает толстая лоза, касающаяся сапога Колдера.
>
> Тальбот не успевает остановить солдата. Тот давит лозу, как змею. Колдер смеется, качает головой, но тут лоза неожиданно оживает, оборачивается вокруг его щиколотки и с невероятной силой тянет за ногу, отрывая ее напрочь. Алая артериальная кровь фонтаном выплескивается в холодную темноту, а тишину разрывают вопли агонии.
>
> Тальбот сглатывает комок в горле, пока паникующий Освальд пытается помочь проводнику. Ученый проходит мимо вопящего человека и глядит на отступающие лозы со смесью удивления и любопытства.
>
> Похоже, этот мир весьма разумен. Он их анализирует, испытывает. зачем? Это не совсем ясно, но...
>
> Из потока мыслей Тальбота выдергивают крики. Он оборачивается к Колдеру и подавляет желание наорать на умирающего. Скорее всего, тому просто невероятно больно. Тальбот натягивает на лицо выражение сострадания и склоняется над дрожащим телом, задумываясь, сколько человек может прожить без ноги.
>
> Освальд бормочет, что паренька нужно отнести обратно в лагерь, но Тальбот не собирается упускать шанс наблюдать и изучать то, что до этого не наблюдал и не изучал ни один химик. Впрочем, он не хочет тратить время на споры с Освальдом. Тот попросту не поймет. Ученый говорит Освальду, что раны Колдера надо обработать перед эвакуацией.
>
> Освальд согласно кивает. Тальбот достает бутыль с настойкой лауданума, сделанной по личному рецепту. Такую не купишь в аптеке. Он подносит бутыль к губам Колдера и говорит, что снадобье облегчит боль. Затем аккуратно вливает содержимое в трясущийся рот.
>
> Несколько мгновений спустя Колдер перестает трястись, его глаза закатываются, и он испускает последний вздох. Тальбот слегка ухмыляется, но тут чувствует дуло пистолета, упирающееся ему в затылок.
>
> - Что ты сделал с моим другом?!
>
> Тальбот закрывает глаза и ждет смерти.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1729

>
> Освальд орет на Тальбота, называет его чертовым убийцей и поглаживает пальцем спусковой крючок, но огромное облако тумана подлетает к нему, сжимает в будто 6ы огромном кулаке и утаскивает упирающегося, вопящего благим матом наемника во мрак. Тальбот с неверием глядит на развернувшуюся перед ним сцену, поднимаясь на ноги. Колени ходят ходуном, но здешний мир словно защищает его. Как будто пытается сохранить его в живых, только зачем? Он чувствует укол вины из-за Колдера и Освальда, но приступ самобичевания быстро проходит. Химик идет дальше по петляющей тропе между расколотыми камнями, слабо освещаемой гнилушным светом лоз и более ярким отсветом цветов. Спустя долгое время он снова слышит ее голос. Но этого не может быть. Ина? Он останавливается и озирается в отчаянных поисках. В этот раз он уверен - дело не в лаудануме. Мир... играется с ним... как кошка играется с мышкой. Он закрывает глаза, прикрывает уши и продолжает следовать по извилистому лиловому пути.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №1730

>
> Светящиеся синие капли стекают с кроны, усеянной яркими цветами. Вниз падает лепесток. Тальбот смотрит за его полетом и хватает на полпути, изучает округлую форму и гладкую текстуру, а затем помещает лепесток в склянку. Потом он готовит еще одну склянку и ловит капли внеземной жидкости. Может быть, как и мак, она способна открывать пути в разуме человека? Придушенный всхлип неожиданно нарушает почти что осязаемую тишину. Среди низеньких кривых деревьев и кустов он быстро находит прислонившегося к камню Освальда. Тот быстро и неровно дышит, прикрывая рукой рану в животе. Наемник поднимает взгляд на Тальбота.
>
> - Быстрее, прошу... Он скоро вернется за мной.
>
> Тальбот не уверен, стоит ли ему помочь или просто пойти дальше.
>
> - Кто "он"? Кто за тобой вернется? Кто с тобой это сотворил?
>
> Тальбот содрогается и приседает на колени рядом с Освальдом, открывая сумку в поисках ниток, которыми можно того залатать.
>
> - Он охотится на нас... Зверолюд. Его ничто не берет... Ничто... Я стрелял в него, рубил его, а он продолжал за мной гнаться...
>
> - Побереги силы.
>
> - Я нашел остальных. Они живы... Этот гад... что-то с ними делает.
>
> Тальбот находит нитку и начинает зашивать рану. Он глядит в сумку - на светящуюся синюю жидкость, собранную с лоз и цветов. Он не знает, какие у нее свойства. Пройдет уйма времени, прежде чем он их изучит.
>
> Тальбот вновь смотрит на Освальда. Нельзя это делать. Не стоит. Но ситуация экстренная. Нужно сделать все возможное, чтобы помочь больному, даже если для этого придется рискнуть использованием непроверенного препарата.
>
> У него ведь почти нет выбора, так?
>
> После секундных размышлений Тальбот берет склянку, задерживая на ней взгляд. Он знает, что врет сам себе. Знает, что есть другие способы помочь раненому. А еще он знает, что официально Компания не приняла его предложение проводить эксперименты над людьми. Могут пройти годы, прежде чем у него снова появится подобный шанс. Можно начать с одной капли... всего лишь капли... и выяснить, какие медицинские свойства имеются - или не имеются - у нектароподобных выделений.
>
> Эти выделения - подарок другого мира. Ученый прекрасно понимает, что не желает годами глядеть на собирающую пыль склянку на полке своей лаборатории, пока Компания взвешивает выгоду и убытки от его предложения. Да они будут только рады, если он возьмет на себя инициативу.
>
> Граймс медленно подносит склянку к ране и слегка наклоняет ее, позволяя маленькой капле выскользнуть и упасть на рваную плоть. Он ждет, пока кровь впитает жидкость, и пристально наблюдает за реакцией организма.
>
> Сначала ничего не происходит. Затем лицо Освальда искажается от ужаса, а вслед за этим начинает корежить и все тело. Огненно-синий свет пронзает его изнутри, туловище покрывается синими и лиловыми наростами.
>
> Тальбот изумленно глядит на происходящее. Он никогда не видел ничего подобного. Поразительно! Одной капли хватило, чтобы за несколько минут перетряхнуть всю органическую систему. Даже увиденные воочию, мутации и выброс энергии казались невозможными. И все же вот они... прямо перед его глазами.
>
> Освальд визжит, волдырь за волдырем лопаются и источают лиловый гной.
>
> Изумление сменяется ужасом: Тальбот смотрит на кошмарное зрелище и понимает, что он сотворил с коком. Он отчаянно пытается найти способ помочь бедняге, но ничего не может поделать. Сквозь крики он слышит бестелесный голос Ины за своей спиной.
>
> - Тальбот, дорогой, что ты наделал? Что ты наделал?!
>
> Тальбот вскакивает на ноги, оборачивается и бросается прочь сквозь этот безумный, невозможный мир, не в силах справиться с обуревающими его эмоциями.
>
> - Что я наделал? Что я наделал?!
>
> Тальбот продирается сквозь мясистые лозы, карабкается по нагромождениям булыжников и перелезает через заросшие светящимися цветами трупы. Он спотыкается и падает на землю, убеждая себя в том, что действует во имя высшего блага. Что кок все равно 6ы умер. Что он, как ученый, занимался важнейшим делом. Что он искал вещества и соединения, способные переносить людей в другие миры со скоростью мысли.
>
> Лишь скорость мысли позволяет путешествовать между мирами. Двери к этим неизведанным местам сокрыты внутри... и любой шаг на пути к ключам от этих дверей перевешивает жизнь какого-то кашевара.
>
> В отчаянии химик вновь поднимается на ноги. Со всех сторон Тальбота окружают клубы черного дыма. Они кажутся ему живыми. Он внимательно вглядывается во мглу. Паника сменяется спокойным изумлением, когда Граймс различает в тумане крохотные клетки, колеблющиеся в унисон подобно газообразной мембране. И тут... Туман медленно расступается, являя взору дерево, покрытое плотными черными листьями.
>
> Тальбот смотрит на дерево и замечает, что ствол шевелится, потому что состоит из людей. Так вот куда делись пропавшие сотрудники Компании! Тальбот медленно шагает к древу смерти с распахнутыми глазами и отвисшей челюстью. Оно прекрасно и ужасно в равной степени. Оно...
>
> Потрясающее.
>
> На ум приходит только это слово.
>
> Когда химик подходит к кривому дереву, черные листья внезапно взлетают, оказываясь огромными воронами. Он поднимает взор к небу и наблюдает, как вороны скрываются во тьме. Затем он слышит постукивание о камни и быстро опускает взгляд. Зверолюд стоит прямо напротив него.
>
> Существо с распахнутой пастью смотрит на Тальбота светящимися синими глазами, будто узнавая его. Оно не торопится, словно не может решиться, и тоже не сводит глаз с химика...
>
> Неожиданно существо издает скрежещущий звук. Из его лап вырываются лозы, опутывают грудь химика и выдавливают из нее воздух. Сознание гаснет...
>
> С резким вдохом Тальбот открывает глаза. Он один посреди пустыни, под палящим солнцем. Он потерял счет времени, но помнит, как оторвался от дерева. Помнит, как кто-то звал его на помощь. Помнит, как собирал образцы, пока все вокруг него истончалось и исчезало. Следующее и последнее, что он помнит - бездумные шаги куда-то вперед и падение под раскаленным светилом с непониманием, проснется ли он в другом мире или, возможно, в опиумном притоне.
>
> Тальбот пытается подняться и сесть. Он видит скачущих в его сторону людей на верблюдах. То ли явь, то ли мираж, то ли опиумные грезы... Смотрит на сжатый кулак и медленно разжимает пальцы. На его ладони лежит лилово-синий цветок.
>
>
>
>
>
>
>