Побег Бобика-террориста

**Побег Бобика-террориста** — седьмая история первого цикла «Приключения кота Мяунжика Враузера». Перед прочтением рекомендуется ознакомиться хотя бы с первой и четвёртой историей цикла.

## Читать!

Обыкновенная картина вечернего времени в нашем
дворе: местные котята вылезают из своих подвалов, собираются в центре двора и
принимаются ждать. Впрочем, сегодня ждать им не пришлось, ведь большой кот по
прозвищу Мяунжик Враузер, местный рассказчик, который ежевечерно забавлял котят
историями о своих приключениях, уже был тут как тут.

— Ура! Мяунжик
пришёл!

— Ну, что ж,
будете слушать историю?

— Конечно!

— Начинаю!

### **Побег Бобика-террориста**

Как вы помните, местного пса-хулигана по
прозвищу Бобик-террорист, прежде неуловимого, не без моей помощи однажды наконец-то
поймали. В тот раз он пытался вандализировать местный музей, теперь же он сидел
в тюрьме, что ему, естественно, ой как не хотелось. Но если бы он сам не желал
отбывать наказание, то это одно, но, похоже, псам во главе с Рыкалой, который
ещё давно пытался переманить Бобика на свою сторону, тоже хотелось освободить
хулигана. Несколько раз псы подсовывали осуждённому средства побега: один раз
дали ему напильник, другой даже умудрились передать бомбу, однако тюремные
сторожа вовремя это заметили и все инструменты для побега поотбирали. Осознав,
что на чудесное спасение товарищами надеяться не приходится, Бобик-террорист
принялся сам придумывать план побега. Неожиданно для всех, пёс заявил, что
отныне будет есть только еду, качественно смазанную острым соусом. Тюремщики
крайне удивились, но просьбу заключённого всё-таки стали выполнять. День ото
дня пёс только и делал, что выпрашивал новые порции еды с соусом, причём чем
соуса больше, говорил он, тем лучше. Тюремные повара удивлялись: да сколько же
такого острого соуса может есть Бобик?..

А он соус не ел. Неизвестно откуда, но
пёс знал одно: с помощью соуса можно было растворить решётку на окне, чем он и
занимался. По несколько раз в день собака голыми лапами наносила на основания
прутьев огромное количество острой приправы, так что его лапы прямо таки стали
похожи на перемазанный соусом бутерброд. Такие «процедуры» с решёткой
проводились долго, несколько раз Бобик чуть не оплошался, и его дело чуть было
не пошло насмарку, но в конце концов собаке удалось выломать раскисшие прутья и
кое-как протиснуться наружу. Поскольку в то время тюрьма охранялась не особо-то
хорошо, то беженца хоть и заметили, но ничего сделать не смогли: сторожа только
и успели увидеть, как он перебирался через забор, а прохожие рассказывали, что
с другой стороны тем временем его уже поджидали дружки. Тем не менее, новость о
побеге Бобика-террориста разлетелась по городу едва ли не быстрее, чем весть о
его поимке, так что через пару часов каждый котёнок и каждый щенок знал, что
такой-то пёс сбежал из тюрьмы, оно и неудивительно, ведь соратники уводили
Бобика, мягко говоря, совершенно не скрытно.

Как только о побеге узнал и я, то сразу
же вслед за этим получил приказ от «верхушки» Кошачьего НИИ — моего места
работы — отправиться на поимку пса, ибо он, так сказать, мог причинить ущерб
всем проводящимся в данный момент разработкам. Что ж, тут не поспоришь, ведь
Бобик-террорист не раз устраивал погромы или драки в окрестностях нашего
института, так что для своей же спокойной работы мне требовалось его во что бы
то ни стало вернуть обратно за решётку. Собрав всё необходимое, я отправился
ловить собаку.

Неизвестно почему, но я считал, что
Бобик должен был укрываться где-нибудь у себя в конуре. Тем не менее, когда я
наведался к нему домой, пса там не оказалось, и тогда я решил поискать его у
Рыкалы: как-никак, главарь собачьей банды давно хотел присоединить Бобика к
себе. Дойдя до Рыкалиного дома, я не стал утруждать себя подглядываниями в окна
и тому подобными вещами, а просто внаглую распахнул дверь и заглянул внутрь.
Бобик был там, вместе с хозяином конуры — Рыкалой.

— Смотри, кого сюда занесло! — прошипел
Рыкала, едва увидев меня.

— Это тебя вместе с Бобиком-террористом
сейчас унесёт! — отрезал я в ответ.

Не дожидаясь, пока псы схватятся за
«стволы», которых в Рыкалиной конуре всегда было много, я вытащил из-за спины и
бросил в сторону собак гранату. Сия граната предназначалась не для поражения, а
для оглушения: будучи практически безосколочной, она создавала сильную ударную
волну, разбрасывающую всё в стороны. Сработала безотказно: не успели псы даже
отбежать, как прогремел взрыв, от которого псы в буквальном смысле взлетели:
Рыкалу откинуло влево, а Бобика — вправо. Однако засидевшийся в неволе
Бобик-террорист, похоже, не особо-то и оглушился от такого полёта: как только
он приземлился, причём весьма жёстко, сразу же вскочил на лапы, выхватил
откуда-то свой новый пистолет и выстрелил из него в мою сторону
шарик-бомбочкой. Хотя нет, последствия встряски всё же сказались на Бобике, а
вернее, на его меткости: его выстрел не то что не задел меня, а пролетел от
меня в полутора метрах и угодил в стену. Будучи недостаточно прочной, стена не
перенесла такого взрыва, и с шумом рухнула прямиком на стоявший под ней ящик с
какой-то едой.

— Мазила ты!!! — вскричал Рыкала,
только сейчас оправившийся после ударной волны. — Лучший корм разбросал и стену
сломал!

Не успел пёс закончить свою
сверхэмоциональную реплику, как вслед за одной рухнувшей стеной начали коситься
и другие. Псы в недоумении запрокинули головы к потолку, а я, недолго думая,
кубарем выкатился из грозящей обрушиться постройки, и как раз вовремя. Через
пару мгновений конура исчерпала возможности держаться на трёх стенах и крыша с
треском обвалилась прямо на собак. Тем не менее, псам повезло, похоже,
отделаться лишь ушибами. Рыкала выбрался из-под обломков и, не догадавшись
оглядеться вокруг, принялся со всей силы колотить лапами по остаткам крыши,
вероятно, надеясь таким образом ударить меня. Но я-то был не под обломками!
Зато в порыве ярости пёс вдруг сам не заметил, как замахнулся да и огрел
выбиравшегося из-под развалин Бобика-террориста. Тот, естественно, разозлился,
выскочил и дал Рыкале сдачу. Между псами началась потасовка, и, вероятно, она
переросла бы в настоящую драку, если бы Рыкала не выкрикнул:

— А Мяунжик где? Почему мы меж собой
крысимся, а не с ним?!

Бобик посчитал замечание главаря разумным,
собаки огляделись по сторонам и, наконец-то увидев того, кого искали, помчались
на меня, но я уже был готов к любому повороту событий. Поскольку псы побежали
на меня с двух сторон, пытаясь окружить (сзади меня росла ель, так что назад
отступать было невозможно), я в предпоследний момент быстро-быстро завертел
хвостом и поднялся на метр над землёй, а собаки, уже разогнавшись, столкнулись
лбами с тем самым деревом. Утерев лапой ушибленную голову, Рыкала вдруг вытащил
откуда-то из-под себя широкую сеть, которая, вероятно, была припрятана им же в
своём дворе. Пока псы распутывали её, я уже убрался слегка в сторону, и когда,
наконец, взявшись за разные концы, собаки попытались словить меня сетью, я
сумел схватить её за край и поспешно зацепить за ближайший сук, да так, что
собаки того и не приметили. Затем я сделал вид, будто мне придавило лапу, и
принялся удирать от собак прихрамывая. Они обрадовались и погнались за мной,
размахивая сеткой и норовя её набросить на меня, но не тут-то было! Я убегал от
псов не по прямой линии, а по кругу, вокруг ели, за которую была зацеплена
сеть, и Рыкала с Бобиком не успели оббежать и двух кругов, как запутались. Я
собирался уже праздновать победу, но было ещё рано: Рыкала, поняв, что «угодил
в собственную яму», со злости рыкнул, да так драпанул когтями всех четырёх лап,
что сумел разрезать сеть, которая, на собачье счастье, оказалась сделанной из
ткани. Я ожидал, что пёс набросится на меня, и приготовился отбить удар, но
собачий главарь неожиданно отскочил и помчался к развалинам конуры.

Но и тут расслабляться было нельзя: вслед за
Рыкалой из сетей выпутался Бобик-террорист, и мне пришлось драться в лапопашную
с ним. Несмотря на длительное заточение, пёс-хулиган практически не растерял
боевых навыков, но уступал мне в изворотливости. Мы обменялись десятками
тумаков и царапин, я уже собирался заканчивать драку и поскорее повалить Бобика
наземь, чтобы связать, как тут вернулся Рыкала, да как вернулся: в обломках
конуры он отрыл базуку, и теперь целился в меня! Бобик-террорист, увидев сперва
моё замешательство, а затем хитрую морду своего товарища, злобно усмехнулся,
отпихнул меня и помчался к Рыкале, чтобы избежать задевания взрывом. Пёс
выстрелил. Я кувырком отскочил вбок, надеясь избежать ракеты, но оказалось, что
она была самонаводящейся. Раздумывать не было времени, так что я просто со всех
лап помчался в сторону Бобика с Рыкалой, а ракета — за мной. Собаки не поняли
моего поведения, и замерли, как вкопанные, в нехорошем предчувствии. Я
проскочил между ними и, отбежав на некоторое расстояние, вдруг остановился и,
развернувшись, уселся на задние лапы, как ни в чём не бывало. Рыкала с Бобиком
проводили меня взглядом, и тут сообразили, что что-то совсем не так.
Бобик-террорист открыл пасть от удивления, а затем в ужасе перевёл взгляд туда,
где я пролетал ещё пару секунд назад. Бежать было поздно: выпущенная Рыкалой
ракета мчалась по моему следу, а теперь летела прямо в псов, оказавшихся у неё на
пути!

Прогремел взрыв, содрогнулось всё, что было не
приделано к земле, поднялись клубы дыма, смешавшиеся с пылью, исходившей от
руин конуры. Я стал всматриваться в то место, где только что стояли собаки, но
так ничего и не увидел. Наконец, когда дым рассеялся, можно было с точностью
убедиться, что на месте взрыва абсолютно никого (и ничего) не было. Но куда-то
же должны были деться псы-хулиганы! Я стал глядеть вокруг, и наконец заприметил
кого-то на верхушке ели. Ага, точно, это Бобик повис там и совсем никак не
может слезть вниз! Отлично, осталось его только снять и отправить назад за
решётку. Так, а там что? Пробоина в крыше соседнего дома? Ну и ну, наверное,
Рыкала совершил нехилый кульбит и приземлился прямо посреди дома своего соседа!
Пойду его забирать, пока не удрал…

— Вот и всё!

— Как интересно!

— Понятное дело. Ну, до следующей встречи, котята!