Иная сторона

Автор Иван Закалинский

Опубликовано 28 декабря 2002 года

```

```

Николай Михайлович Алексеев по прозвищу "Лиск" неторопливо шел вдоль забора, окаймленного кружевами колючей проволоки. Забор тянулся меж двух блокпостов, разграничивая Зону и окружающий мир. Конечно, любой сталкер или там, зомби, с легкостью мог проникнуть сквозь эту хилую сеточную ограду, но порядка ради ее продолжали поддерживать в более-менее хорошем состоянии. Человек шел вдоль забора не просто так - табельный автомат, пусть старенький, но еще рабочий прибор ночного видения и камуфляж выдавали в нем зонального пограничника. В ряды этих вооруженных сил никто вступать не стремился, благо Зона под боком - это не привычная рутина строевых учений в каком-нибудь дальнем райончике России. Лиску же было все равно - он отслужил во второй Чечне, хуже которой, как он считал, в жизни больше ничего не будет, и с тех пор решил связать свою жизнь с армией. А тут еще и Родина сказала "надо". И послала пограничником во вновь присоединившуюся к России провинцию. С тех пор, как он стал "охранником" Зоны, многое изменилось.

Лиск вспоминал как шел на войну молодым юношей, так неудачно вылетевшим из института и попавшем аккурат под весенний призыв. Тогда было страшно. А потом он привык. И, отслужив положенные 2 года, решил не возвращаться на гражданку. Хотя отец, работавший тогда на станции по исследованию последствий взрыва Чернобыльской АЭС, был против, Лиск его не послушал. Что его ждало вне армии? Работа, подобная отцовской, с зарплатой три тысячи рублей в месяц с постоянным риском поймать дозу радиации? Или богатая, но недолгая жизнь телохранителя какого-нибудь туза? Нет, это не для него. В армии он чувствовал себя на своем месте, законном месте винтика военной машины, слаженно работавшей во благо Родины.

Николай в очередной раз обвел внимательным взглядом в очках ночного видения прямо-таки пасторальный пейзаж Зоны, погруженной во тьму полуночи. Вглубь Зоны пограничники заходили редко. Чего там можно было найти? Сталкеры наперегонки с учеными вытаскивали оттуда самые разные артефакты, половина умирала во время поиска, многие во время дороги назад, когда довольные и расслабленные, они беспечно попадались в очередную ловушку чернобыльской аномалии, ну и еще треть погибала через некоторое время после возвращения, иногда прихватывая с собой близких людей. Плюс часть сталкеров оканчивала свои дни под пулями пограничников, которым вот уже год разрешалось сначала стрелять, а потом вести разговоры. Иногда с блокпостов срывали часть солдат для сопровождения яйцеголовых, с умным видом изучавших черное клеймо Зоны. Именно сопровождения пограничники больше всего не любили. Погибнуть во время такого мероприятия от когтей очередного порождения аномалии или попасть в ту же "комариную плешь" можно было в два счета. Это только опытные сталкеры умели буквально нутром чуять Зону, техника же ученых засекала далеко не все опасности. Во время очередной такой "прогулки" Лиск со всем отрядом в десять пограничников и пять яйцеголовых вляпался в "пятно" - участок невероятно повышенной радиации, к которой, по слухам, примешано что-то еще. Причем при подходе к "пятнам" всякие там счетчики всегда молчат, никак не реагируя на вольготно раскинувшую объятия ловушку. И после попадания в эту радость человек в 98 процентах случаях умирал - либо мгновенно, либо через два-три дня. Умирал просто так, при обследовании никаких повреждений органов или тканей никогда не обнаруживалось, пациент просто превращался в труп. Стоит себе, курит, смеется над чьей-нибудь шуткой удачной, а потом падает на землю с улыбкой на лице и глазами открытыми. Страшно. Ну а те два процента, которые выживали, становились мутантами. Не теми отвратительными зелеными страшилищами, которых до сих пор показывали в фильмах ужасов, нет. Просто у пережившего "пятно" открывались новые, сверхъестественные способности. Кто-то получал реакцию рыси, кто-то переставал стареть, у кого-то появлялась способность быстро регенерировать. Всего выживших было хорошо если человек 20 и львиная доля из них была военными, располагавшимся ныне по 20 блокпостам, окаймлявшим Зону.

Лиск до сих пор помнил свой панический страх, когда его вместе с двумя пограничниками, только-только вернувшимися из "пятна", изолировали в железной камере. Он не хотел умирать. Он боялся смерти, которая была совсем непохожа на ту, которая преследовала его под чеченскими пулями. На третий день, когда их, наконец, выпустили, Николай вышел из карцера вместе с другим солдатом, а позади они оставили бездыханное тело их товарища, ушедшего в мир иной на исходе второго дня. Небывалый случай - в "пятне" выжило сразу два человека.

Теперь Лиск умел перекидываться в волка. В огромного черного волчару. Все что надо было делать - это удариться грудью об землю, совсем как в старых сказках, и вот уже все ощущения невероятно обострены, небывалая мощь струится по жилам животного тела и хочется почувствовать на губах вкус соленой крови. Но разум оборотень сохранял человеческий и поэтому жажду крови худо-бедно, но одолевал. Новый дар был принят Николаем абсолютно спокойно - как будто он наконец-то обрел давно утраченную частичку себя. Несмотря на это, злоупотреблять своим талантом Лиск не любил - после обращения обратно в человека жутко болели все кости и по телу растекалась невыносимая тяжесть. К тому же, солдаты мутантов недолюбливали, а на блокпосте о его способности знали всего несколько человек, включая командира и пограничника, вышедшего с Лиском из камеры изоляции - Алексея Курчатовия, дальнего родственника того самого Курчатовия. Курча, как все звали его, из "пятна" вынес невероятно быструю реакцию. На зависть и удивление товарищам по службе он ловил брошенный в него умелой рукой метательный нож, в течении пары мгновений вынимал из кобуры табельный пистолет, стрелял и засовывал его обратно, да еще к тому же при необходимости работал мухоловкой. В последнее время он решил научиться ловить пули и поэтому ходил с израненными руками - наука давалась нелегко. Лиск же, хоть и считал рыжего Курчу своим другом, подобные показательные выступления не одобрял. Сам он в волка обращался исключительно в одиночестве и ненадолго - он еще не до конца изучил свои способности. Вопреки всем бытующим мнениям об оборотнях, процесс перекидывания в зверя происходил абсолютно безболезненно и единственные неудобства проявляли себя только при возвращении в человеческую форму. Изменений в своем характере после приобретения новой способности Лиск не замечал, да и отношение сослуживцев, вроде бы, не изменилось, так что Лиск считал свой дар скорее преимуществом, чем недостатком.

С другой стороны забора сверчки упорно напевали свои незамысловатые трели, со стороны же Зоны, по которой мягко и почти неслышно ступал военными сапогами Николай, было тихо. В отличие от неприхотливых растений, насекомые и звери старались не пересекать границу, с запасом очерченную военными вокруг чернобыльской аномалии. Разве что вездесущие комары, да всех видов мухи безо всякого опасения залетали на запретную территорию. Высокая трава неспешно волновалась под легким дуновением теплого летнего ветра, небольшими волнами перекатываясь в сторону сердца Зоны. Внезапно ухмыльнувшись, Лиск поднял ствол автомата и прицелился. Один из островков особо длинной травы слишком усиленно и демонстративно волновался. Более того, если приглядеться, можно было заметить, что он медленно-медленно перемещается все дальше и дальше от границы. Тишину ночи вспорол тихий хлопок - оружие у пограничников было снабжено неплохими глушителями. Куст травы неестественно дернулся и замер. Не двигаясь с места, Лиск выстрелил в него еще три раза. Подойдя на несколько шагов он увидел то, чего и ожидал - человека, лежавшего на животе лицом в земле, покрытого сверху плащом, прямо из которого рос бурьян, неотличимый от окружающего. Еще один прицельный выстрел - и сталкер умер по-настоящему. Не один раз, подойдя поближе ко вроде бы подстреленному охотнику за хабаром, пограничник платился за свою ошибку жизнью или серьезным ранением.

- Ну что, сволочь, спас тебя твой маскировочный плащ? А бронежилет? Думаешь, денег много, значит можно такие вещи купить, чтобы человека перехитрить смогли? - Лиск не торопясь шел к трупу сталкера, негромко с ним разговаривая. Он часто так делал - с живыми сталкерами поговорить как-то не приходилось, так сойдут и мертвые. - Я, дружок, люблю маршруты свои и время обходов менять. Спецом чтобы вас, подонков, ловить и с грязью смешивать. Тащите, уроды, всякую пакость из Зоны и продаете непонятно кому. Так ведь она на всю Землю распространится, опухоль эта. Благодаря вам, сволочам.

Закончив свою недолгую беседу с усопшим человеком, Николай забрал у него оружие, патроны к нему и какой-то очередной суперсовременный датчик. Ничего, на базе разберутся. Маскировочный плащ и бронежилет Лиск к своему сожалению взять не мог - пули и кровь безвозвратно испортили ценные трофеи. "В голову стреляй, черт, в голову." - в очередной раз напомнил себе пограничник. Тело он оттащил подальше от границы, чтобы когда разлагаться начало, не сильно пахло вблизи патрульных маршрутов. Раньше начальство пыталось тщательно вести ревизию всех обнаруженных сталкеров, но потом плюнуло и отказалось от этой идеи - солдаты не хотели напрягаться и тащить на себе тела охотников за хабаром, плюс последнее время их развелось слишком много - за всеми не уследишь.

Пора на блокпост.

По дороге назад ничего особенного не произошло. Разве что чуть ближе подползла ко блокпосту комариная плешь, четко обозначившая свои границы расплющенной в сок травой. А еще Лиск почувствовал, что скоро будет выброс. Те несколько лет, что он провел под боком Зоны научили его правильно расценивать почти неуловимо менявшиеся перед выбросом звуки: в шум листвы добавился какой-то тихий басовитый гул, подобно тому, который издает шмель, деловито летающий вокруг набухшего нектаром цветка, шаги пограничника теперь сопровождались мягким эхом, как будто он шел не по открытой местности, по которой до ближайшего объекта, способного отражать эхо, было идти и идти, а в большом пустом железном ангаре. "Полчаса до выброса." - примерно вычислил Лиск. Обычно он ошибался максимум на десять минут - все же чувствовать Зону умели не только сталкеры. Кое-что могли и "ветераны" пограничья.

Доски приветливо скрипнули под тяжелой поступью Лиска - он переступил порог блокпоста. Сдав снятые со сталкера трофеи часовому, лениво рассматривавшему ствол табельного автомата, Николай прошел через "прихожую" в одну из комнат первого этажа. Здесь его окружало уже не приветливое мягкое дерево, а холодный сверхпрочный железобетон - нижние этажи всех блокпостов представляли из себя бункеры, бесстрастно смотревшие на Зону темными глазами продолговатых бойниц, в которых жуткими зрачками торчали дула станковых пулеметов. Вокруг и сверху них надстраивались дополнительные комнаты, настилы и переходы, чаще всего из дерева. Казарма находилась именно на втором этаже - спать в сыром холоде бункера, который отапливался только зимой, не хотел никто. Прошагав через ряды коек, большая часть из которых в это время суток была занята с удовольствием храпящими солдатами, Лиск, преодолев небольшой коридор, зашел в одну из "кают-кампаний" - комнат, где чаще всего собирались солдаты, чтобы поговорить, поиграть в карты (за которые командир блокпоста уже устал раздавать наряды), да и просто посидеть в приятной атмосфере.

Как Лиск и ожидал, сейчас в "каюте" сидели трое его друзей - два мутанта, одним из которых был тот самый Курча, и простой солдат, которого, однако, все любили за веселый нрав и острые шутки. Вообще, на их блокпосте было самое большое количество мутантов - на всех остальных числилось максимум два человека, переживших попадание в "пятно". В гарнизоне Лиска же было аж 4 таких счастливчика. Двоих Николай считал своими хорошими друзьями, ну а третьего за друга не считал никто. Его звали просто Сергей и он умышленно старался держаться в стороне от других солдат. Все знали, что он мутант, но чего именно коснулась его мутация знал только командир и никто более. Кое-кто водил с четвертым мутантом приятельские отношения, но ближе он никого не пускал. Меж сослуживцами ходило мнение, что Зона его слишком изменила, но несмотря на такие слухи, вражды к нему никто не чувствовал. Сергей исправно нес службу, ничем особо не выделяясь - ну мало ли таких молчаливых бирюков встречается в России?

- Здравствуй, Лиск, заходи. - Стоило только перешагнуть порог Николаю, его тут же поприветствовал Силь, огромный негр, которого в числе нескольких десятков других бойцов отправили на службу зональным пограничником иностранные государства. Силь был мутантом. После "пятна" он почти отправился к праотцам, все три дня карантина провалявшись в полубреду, но каким-то образом смог удержаться на тонкой грани между жизнью и смертью и за это получил сполна. Прежде всего, в ночной дозор он выходил без прибора ночного видения - даже абсолютная темнота не была помехой его зрению. Раньше, по его словам, он мог спокойно спать с открытыми глазами - научился во время одной из американских антитеррористических компаний, - но теперь ему пришлось переучаться назад. "Спать невозможно" - пожимая плечами, говорил с небольшим акцентом немногословный и порою даже мрачный Силь. А второй дар, врученный им Зоной был слух, необычайно обострившийся вследствие мутаций внутреннего уха. Он мог различать звук шагов разных людей, находившихся от него метрах эдак в трехстах. При том, что те были обуты в мягкую обувь. Курча всегда интересовался - как он еще не сошел с ума или не оглох от всего того шума, который заботливые уши передают его мозгу? Силь опять-таки пожимал плечами и говорил что-нибудь, вроде "так получается". Впрочем, так отвечал каждый мутант, когда его спрашивали о том, как он контролировал свои сверхвозможности.

Вот и теперь звук шагов Лиска был безошибочно распознан и сидящий ко входу спиной Силь первым поприветствовал друга. После этого из приличия он повернулся к нему лицом, кивнул и снова устремил свой задумчивый взгляд перед собой.

- Лиск, здорова! - Курча помахал Николаю рукой и откинулся на спинку стула.

- Силь, а ты уши затыкаешь, когда мы в туалет ходим? - ехидно обратился к негру Георгий Пегасов, по незамысловатому прозвищу Пегас - третий солдат, вольготно раскинувшийся на диване. Довольно молодой парень любил подшучивать над сослуживцами, стараясь, однако, не перебарщивать с остротами. Сейчас он, как и двое других солдат, проснувшихся буквально час назад, нес ночную службу внутри гарнизона. - Лиск, привет, этот локатор меня опять опередил!

- Голову откручу. - честно пообещал ему Силь, демонстративно потирая ладони. Пегас картинно всплеснул руками и пересел на другой конец дивана.

- Привет ребята. У меня еще один сталкер. Сегодняшний прикидывался травой. Пришлось скосить.

- Трофеи есть? - заинтересованно спросил Курча.

- Нет, шкуру я неаккуратно попортил. Сейчас жалею - маскировочный костюм был просто на загляденье. Да, кстати, почувствовали: скоро выброс будет?

Мутанты утвердительно кивнули головами, а Пегас, пока не научившийся воспринимать приближение суперактивности аномалии, тоже не остался в стороне:

- То-то у меня в желудке все бурлит. Пора сделать выброс.. гхм. - взгляд парня наткнулся на Силя, лицо которого искривилось гримасой отвращения. - Ладно, избавлю вас от подробностей. Пойду-ка я лучше поскорей, а то не добегу ведь. И ты за мной не подслушивай!

И, увернувшись от пинка вечного объекта своих шуток, Пегас быстро вышел из комнаты.

- Ускакал, - удовлетворенно хмыкнул Силь. - Жаль, ускорить его не удалось.

- Да ладно тебе, пускай себе шутит - мало у кого это получается вблизи этого чертово гнойника, - кивнул в сторону раскинувшейся за стеной Зоны Лиск.

- Сегодня ученые опять поехали внутрь. Да вот, не вернулись, говорят, пока. Наших ребят не забрали - гарнизон при НИИ пока предоставляет достаточно... гм... пушечного мяса. - невесело сообщил Курча.

- Какого рожна им там надо? Проклятые яйцеголовые, это они создали Зону, попомните мои слова. - с неожиданной злостью сказал Силь. - Нам перед отправкой что-то намекали о том, что вы в Чернобыле проводили изучение последствий радиации и чуть ли не разработку какого-то бактериологического супер оружия, я не особо верил тогда. Про Россию до сих пор много всего у нас говорят. Да вот только теперь уже и не знаю что думать.

В "каюте" нависло тяжелое молчание.

Внезапно, Лиск почувствовал в висках пульсирующую боль. Она была слабой, едва заметной, но постепенно нарастала. Судя по напряженным лицам его друзей, они чувствовали то же, что и он: начинался выброс.

Сквозь стену блокпоста донесся высокий писк, истончившийся тут же до комариного, сдавливавшего мозг тяжелыми тисками. Даже Силь, который мог контролировать свой слух, побледнел - звук шел сразу в мозг, минуя барабанные перепонки. Затем всех троих резко бросило в жар, будто они оказались на самой адовой сковороде, потом в ледяной холод, который шел изнутри, прямо из костей... и все. Всего несколько мгновений продолжалась нелегкая, хоть и привычная пытка. Здесь, на краю Зоны, выброс чувствовался слабо и недолго - что же было ближе к центру солдаты не желали даже гадать.

- Теперь ученых можно точно не ждать, - приходя в себя, заметил Курча.

- Сильно сегодня выбросило. На редкость, - протирая виски, пробурчал Силь.

Лиск же молчал - боль не проходила. Она стала меньше, но все равно ощущалась.

В "каюту" ворвался Пегас.

- Ну как вам, неплохо прошло? Черт, меня аж всего передернуло - хорошо я хоть дела свои к тому моменту доделать успел. Ну, как считаете, сейчас позабавимся?

После выброса часто следовали атаки порождений Зоны. Обычно в них участвовал десяток-другой зомби, изредка сопровождаемый какими-нибудь другими зверушками. В такие моменты солдаты с удовольствием занимали огневые позиции, растрачивая патроны на противника, тупо и целеустремленно волочившегося точно на блокпост. В этих забавах Лиск участие принимал редко - лишь иногда он брал в руки любимую винтовку и на выбор выбивал из рядов зомби несколько начавших разлагаться трупов. Раньше горячие головы показывали свою удаль, выходя "в чисто поле" с одним лишь ножом - сражаться с зомби врукопашную. Но после того, как около десятка солдат были живьем растерзаны мертвецами, не обращавшими никакого внимания на кромсавшие их лезвия, или размазаны кровавой лужей по комариным плешам, нередко "сопровождавшим" атаки, сослуживцы Лиска перестали геройствовать и теперь предпочитали выкашивать увальней из-за безопасных укреплений блокпоста.

Вот и сейчас привычно заревел гудок сирены, призывая солдат занять боевые позиции. Из соседней казармы послышался недовольный ропот просыпавшихся людей - кое-кто ругался матом на проклятую Зону, кто-то все еще пытался провести грань между реальностью и миром снов, из которого его вытянула тревога, кто-то уже бежал в оружейную за табельным автоматом. Все трое не говоря ни слова встали и разошлись в разные стороны - у каждого был свой пост. Лиск по дороге на деревянный настил, к которому он был приписан, забежал в оружейную, где уже вовсю орудовали заспанные вояки. Схватив свою винтовку, Николай взял к ней снайперский прицел и положил на ее место автомат, с которым пришел с обхода. Когда он выбегал наружу, его взгляд упал на "Пикник на обочине" Стругацких, лежавшую на стуле, на котором буквально пять минут назад сидел часовой. Последнее время книга вновь приобрела большую популярность - люди искали в ней ответы на многие вопросы. Да, Зона была предсказана, как была в свое время предсказана подводная лодка Жуль Верном. Но настоящая аномалия была страшнее: ее создал не далекий инопланетный разум, а вполне близкие и такие знакомые человеческие руки.

Когда Лиск выбежал на свой пост, все посторонние мысли уже покинули его голову. Он готовился к бою - настоящему бою. Насколько позволяло зрение, вся земля была покрыта живым ковром. Если, конечно, зомби можно назвать живыми. Кое-где ряды восставших трупов были разбавлены сикерами, как с легкой руки иностранных солдат были названы похожие на небольших, по пояс человеку, существ, смахивавших на динозавров без передних лап. Толстая голова этих тварей без перехода превращалось в туловище такой же толщины, поддерживаемое мясистыми ногами, которые позволяли ей прыгать на полтора метра вверх. Большой неровный рот был окантован длинными изогнутыми зубами, с помощью которых рука человека перекусывалась на раз. Несмотря на мягкую кожу, на одного сикера приходилось тратить три-четыре патрона: твари были живучими. Глаз на тупой голове монстров не было - они ориентировались по запахам, что отнюдь не уменьшало их опасность: наоборот, множество сталкеров гибло именно от их зубов - спрятаться от них было почти невозможно.

Все это Лиск вспоминал уже прилаживая прицел к винтовке и выбирая первую жертву. В слегка дрожащее перекрестье прицела попала голова одного из зомби. Вздох - прицел зафиксирован - выстрел - выдох. Голова мертвеца разлетелась клочьями мертвой плоти без единой капли крови. Не успев коснуться земли, зомби наполовину разложился и окончательно догнил уже через несколько секунд - природа все же брала у Зоны свое.

Внезапно весь первый этаж блокпоста осветили два столба огня - заработали станковые пулеметы, буквально выблевывавшие на нескладный строй мертвецов тонны свинца. Нет, этот бой, люди, пожалуй, не проиграют. На что надеется Зона своими атаками?

Вздох - прицел зафиксирован - выстрел - выдох. Новая цель. По зомби лучше стрелять только в голову - в тело приходится высадить слишком много пуль. Повторить. Еще цель. Повторить. Еще...

- Лиск, черт тебя подери! Бросай к чертям свою пукалку и возьми нормальное оружие! - раздался справа голос Курчи. Парень не отвлекался от стрельбы. Его автомат хоть и стоял в режиме одиночных выстрелов, стрекотал как пулемет - таким образом почти каждая пуля находила себе цель.

Не говоря ни слова, Николай побежал в оружейную - действительно, стоило взять что-нибудь посерьезнее. Добежав до уже пустого помещения, он понял что с ним что-то не так. Помимо увеличившейся боли в висках, что-то происходило с сознанием. Как будто нечто темное пыталось заполнить разум Лиска, вытеснив его собственный. Что-то большое и несокрушимое пробивало себе дорогу. Боль в висках достигла апогея, Лиск упал на колени, схватился за голову и опрокинулся навзничь. Из глотки солдата вырвался долгий крик, под конец перешедший в звериный рык.

Прибежавшему на шум часовому Николай предстал уже в зверином облике. Только теперь, в отличие от предыдущих превращений, он стал просто сторонним наблюдателем: контроль над телом получила Зона, это он понял моментально. Выпутавшись из тесной людской одежды, зверь одним прыжком смял человека, уже начавшего поднимать ствол оружия. Наклонив голову, волк заглянул в угасшие глаза жертвы. Лиск почувствовал, что ему безумно хочется вцепиться в горло несчастного, разорвать его все еще теплую плоть и насладиться такой горячей и сладкой кровью. Но Зона звала зверя и он не мог ей противиться.

Еще три гигантских прыжка - и позади блокпост с двумя солдатами, буквально в клочья разорванными крепкими зубами и когтями волка. Затем Николай помнил лишь жгучую боль в боку, ряды зомби, сквозь которых он, вернее его звериная сущность, бежала абсолютно неприкосновенная, изо всех сил кидая свое раненое тело вперед, потом тьма окончательно завладела человеком и он потерял то, что лишь с натяжкой можно было назвать сознанием.

Всего через пять часов после ночного сражения, в эфир общемирового телевидения вышел экстренный выпуск новостей. Красиво и стильно одетый диктор мягким, хорошо поставленным голосом, зачитывал текст с бегущей строки: "Сегодня ночью доблестным зональным пограничникам с интернационального блокпоста номер восемь пришлось отражать атаку мерзких порождений Зоны, равной по масштабам которой здесь не видели вот уже два года. В ходе сражения героически погибли два пограничника - Антоновский Михаил и Сенов Александр, еще двое - Алексеев Николай и второй, имя которого уточняется, возможно пострадавшие в свое время от мутаций, бесследно исчезли. Также некоторые солдаты утверждают, что видели совершенно новое существо, предположительно созданное Зоной: они описывали его как, цитирую "сгусток мрака на четырех лапах". Возможно, в ходе боя существо удалось ранить. Дальнейшую информацию и комментарии специалистов смотрите в наших следующих выпусках. Мы все скорбим за погибших и пропавших без вести пограничников и призываем вас, телезрители всего мира: присоединяйтесь к борьбе против Зоны, страшного и неизведанного врага всего человечества!".

Очнувшись от липкого мрака, Лиск тут же об этом пожалел: голова буквально разорвалась от миллионов сигналов, которые организм послал в проснувшийся разум. Николай чувствовал, что его кто-то держит за ноги и тащит по мокрой от росы траве. Сделав неимоверное усилие, он открыл глаза и едва сдержал крик: в его нижние конечности вцепились крепкими руками два зомби, деловито вышагивавших (обычно мертвецы максимум могли неуверенно плестись) куда-то в утренний туман. Дорогу они разбирали не особо и после очередной кочки Лиск вспомнил о своей недавней ране, а потом и о превращении в волка и бегстве с блокпоста. Вместе с воспоминаниями нахлынула страшная слабость и он опять отключился.

Второе пробуждение было гораздо больнее и неприятней: его кто-то бесцеремонно пнул в бок. Поблагодарив про себя господа Бога за то, что рана была на другом боку, Лиск понял, что обрел хоть какую-то ясность разума и открыл глаза.

Перед глазами оборотня, все также лежавшего на влажной траве, стояли два армейских сапога. Сверху раздался знакомый голос:

- Очухался все-таки. Извини, что пришлось будить так - ты все никак просыпаться не хотел.

Подняв глаза, Лиск увидел того, кого и ожидал: Сергея, того самого четвертого мутанта. "Какого черта?" - успел он подумать, перед тем, как тело автоматически вскинуло себя на ноги и рука метнулась к кобуре. Отсутствующей. Лиск вспомнил, какой тесной показалась его волчьей личине человечья одежда и как сладостно было освободиться от ее пут. Теперь же он был кем-то наспех одет во рваные обноски, бывшие, видимо, когда-то военной формой.

- Не делай глупостей, оружие тут только у меня, - с этими словами бывший сослуживец Лиска отошел на несколько шагов. Заметив, как напряглись мышцы оборотня, он поспешил добавить: - Необдуманных поступков совершать не стоит, лучше взгляни себе под ноги.

Ожидая подвоха, Николай несколько секунд смотрел собеседнику прямо в глаза, но затем, убедившись, что тот ничего не замышляет, опустил взгляд на землю. Увиденное им заставило его моментально застыть на месте: в половине шага от него вместо травы образовалось зеленое месиво. Спустя секунду оно ровным кругом обошло пограничника, замкнув его в кольцо.

- Да-да, это комариная плешь. Ты пока еще не остыл, приходится принимать меры предосторожности. Вижу, хочешь знать как я это сделал. Мы близко от сердца Зоны, здесь наши возможности больше. Если ты пообещаешь не делать необдуманных шагов, я могу разомкнуть контур. Но учти, что создать такой же вокруг меня займет меньше доли секунды.

В конец запутавшийся Лиск только и смог, что кивнуть.

- Ну что ж, тогда идем со мной. И постарайся не очень удивляться тому, что увидишь.
Пошли молча. Николай пытался осмыслить все, произошедшее с ним за последние, насколько он мог судить, часов шесть. Он вспомнил тупой мрак, пробивавшийся в его разум и в итоге полностью им завладевший. Он вспомнил испуганные глаза тех ребят, которых он буквально разорвал на части когтями. А ведь с ними он ел за одним столом. Дьявол, что же это было? Лиску уже во второй раз за несколько лет стало страшно: он не мог забыть тот призыв изнутри, кричавший о том, насколько сладостно было бы вкусить человеческую плоть. А Сергей? На чьей он стороне? На стороне Зоны? Но как такое возможно?

Через некоторое время попутчик Лиска начал замедлять ход и через несколько шагов остановился. Николай огляделся: ничем не примечательная равнина, поросшая сочной зеленой травой, метрах в двухстах справа виднеется перелесок, слева лежит искореженный до неузнаваемости военный вертолет.

- Ага, тоже заметил эту железку? А вот эти небольшие вмятинки в земле видишь? Только по таким вот признакам и можно вычислить наши новые плеши. Сталкеры, знаешь ли, слишком глубоко захаживать к нам стали, вот и пришлось огородиться. Пока наши ловушки приборами не засекаются - только визуально, ну да техника далеко идет. Одно хорошо: полоса плешей почти сплошная, так что на некоторое время гостей можно не ожидать. Ладно, все, проход я расчистил, идем.

Когда впереди начала просматриваться стена чернобыльского реактора, Лиск понял, что идти осталось недолго. Но эти мысли недолго занимали его. Гораздо больше солдата занимало то, что творилось вокруг. Тут и там виднелись кучки зомби, куда-то деловито плетущихся. Несколько сикеров спали на земле, задрав кверху лапы, еще пара их сородичей что-то выкапывала из жесткого дерна, работая попеременно то лапами, то пастью. Меж высокой травы сновали какие-то небольшие, но чрезвычайно быстрые существа. Когда одно из таких приблизилось к вышагивавшим Николаю и Сергею, солдат разглядел, что это была достигшая невероятных размеров крыса. Таких еще не видел никто. Новыми же были и три твари, сидевших на холмике шагах в полуста. Внешне они напоминали человека, но имели очень высокий лоб, покрытый бледной кожей, невероятно большие глаза на слегка напоминавшем человеческое лице и длинные конечности. Худое тело их кое-где прикрывали обмотки ткани. Ни опасными, ни сильными существа не выглядели и Лиск, уже начавший прикидывать, как лучше будет убить ту или иную "новинку", коли ему доведется вернуться на блокпост, решил, что с этими проблем будет еще меньше, чем с зомби.

Однако тут подал голос Сергей:

- Армейская привычка - оценивать противника. Вижу, вижу, не скрывай. Ты пока что единственный, кто видел наши новые разработки. Запоминай, запоминай - ты еще сможешь вернуться на блокпост, в отличие от меня. Хотя все одно тебе память очистят... А вот с теми ребятами, на которых ты так долго задержал твой взгляд, ты уже знаком. По крайней мере, с одним из них.

Как бы в подтверждение этому один из долговязых повернулся в сторону Лиска и ухмыльнулся. От взгляда твари человека прошиб пот: от нее шел тот самый мрак, заставивший его убить однополчан и сбежать с блокпоста. Однако на этот раз чужой разум как будто просто скользнул по его собственному и тут же ушел. Существо ощутило смятение Николая и его тонкогубый рот еще шире растянулся в нечеловеческой усмешке. Поспешно опустив глаза, Лиск поспешил вслед за своим спутником.

- Те новые зомби, кстати, которые тебя сюда приволокли - дело рук, вернее, мозгов этих самых ребят. Это ни кто иные, как бывшие люди, взятую под "опеку". К сожалению, долгий контакт с разумом моих любимчиков является чрезвычайно разрушительным, так что новые зомби довольно быстро теряют свое "я" и превращаются в бездумные машины... исполнения наших идей, назовем это так.

В ответ на тираду Сергея, Лиск лишь мерно кивал, впитывая факты, не подвергая их анализу - он знал, что так или иначе ему многое расскажут и не хотел лишней головной боли.

Пройдя через военный лагерь, как назвал это место Николай, попутчики вошли внутрь чернобыльского реактора. Пройдя несколько полуразрушенных и изъеденных временем комнат, они вошли в довольно большую лабораторию, располагавшую старым деревянным столом и двумя не внушающими доверие стульями.

- Жди здесь. За тобой следят, давай обойдемся без необдуманных поступков. Все, еще увидимся. - с этими словами Сергей исчез в одном из темных коридоров, отходивших от заброшенной лаборатории. Спустя несколько секунд после ухода бывшего однополчанина, Лиску показалось, что в коридоре мелькнули два зеленых глаза, налитых животной злобой и ненавистью, но видение моментально пропало и он подумал, что это всего лишь игра солнечного света, проникавшего сквозь разбитую крышу комнаты. Что бы ни ждало Николая, он оставался спокоен. Каким-то образом за всем происходящим в Зоне стояли люди. А людей бояться не стоило.

Одного солдата оставили ненадолго. Из коридора, в котором исчез Сергей сначала раздался мягкий звук шагов, а потом показался и сам человек, при виде которого мысли Лиска снова закрутились бешеной каруселью.

Заметив смятение солдата, вошедший мягко и немного неловко улыбнулся и произнес:

- Здравствуй, Коля.

Перед Лиском стоял его отец, нисколько не постаревший с того момента, как он видел его последний раз, за пару лет до катастрофы во время его отпуска на гражданку. Перед глазами моментально встала повестка о смерти, едва не убившая мать и тяжело ударившая по самому Лиску.

- Я знаю, что ты сейчас думаешь. Как, я же мертв, уничтожен вторым взрывом Чернобыльской АЭС! И ты прикидываешь, не морок ли Зоны стоит перед тобой в образе отца? Знаешь что самое плохое в этой ситуации? Мне нечем тебе доказать обратное. Наши общие воспоминания? Всегда можно сказать, что они взяты из головы. Внешние данные? Тем более. Мы с тобой в центре Зоны, вокруг ходят стаями чудовища, здесь не до доверчивости, понимаю. Но попробуй хотя бы выслушать. Если захочешь, мы вернем тебя на блокпост, правда, уже без этих воспоминаний. Но сначала просто выслушай.

"Дьявол, что это? Как? Почему именно он?". Лиск решил пока не говорить, благо ничего путного в голову не приходило. Пускай говорит отец, или то, что приняло его облик. Медленно, глядя в глаза собеседнику, Николай утвердительно кивнул, призывая его начать рассказ.

- Ну что ж, тогда слушай. Немало слухов всегда ходило, и, уверен, все еще ходит о том, что на Чернобыле мы разрабатывали оружие. Верные слухи. Здесь был мощнейший научный комплекс, занимавшийся исследованиями физических, химических и биологических изменений материи - предпосылки для таких исследований дал первый Чернобыль. Кое-где наблюдались зачатки того, что вы сейчас называете аномалиями. В основном они встречались в самом реакторе, где под воздействием чудовищной температуры и радиации определенным, до селе не виданным образом изменялись физические свойства материи. Сам я работал на низшей ступени и всю эту информацию почерпнул уже после второй катастрофы. Но не буду забегать вперед.

Проект финансировался не только Россией: Евросоюз, а вернее, его военное подразделение делало огромные денежные вложения в исследования. Им нужно было оружие, оружие против Америки. Нет, насколько мы смогли понять, они не хотели войны, они хотели залог того, что США не начнут свою очередную антитеррористическую операцию на территории их стран. И мы работали. Физики достигли первого шага разработки: они смогли искусственно изменять гравитацию на ограниченном пространстве, создавать радиационное поле большой силы почти из ниоткуда и управлять его движением. Химики вместе с биологами в результате огромного количества опытов над живыми существами смогли за считанные минуты полностью изменять их генную структуру, структуру белка, тем самым лепя как из глины нужные им формы. Будущее оружие, по сути, должно было быть единым полуразумным организмом, "надразумом", который саморазвивался бы, захватывая все большие и большие территории. Таким образом, распространи мы споры этого сверх биологического оружия где-нибудь на границе с Канадой, через несколько часов вся Америка была бы заражена. Причем заражение это не проявляло бы себя абсолютно ни в чем, никакие медицинские исследования не смогли бы его выявить. А потом: определенный сигнал и все возвращается на круги своя. Только уже без людей. Вымерли бы все и сразу. Конечно, существовало и своего рода противоядие, представленное специально сформированным защитным полем - его использовали бы для предотвращения распространения вируса на дружественные территории. Исследования физиков, как и некоторые разработки биологов, были, в общем-то побочным проектом, они планировались к применению в мирных целях, хотя, конечно, и в военной машине им было бы место. Но ты уже, конечно, заметил огромное количество "бы" в моем рассказе.

Что-то пошло не так на самом высоком уровне разработок, мы до сих пор не знаем что - вместо головной лаборатории сейчас стоит "черный монолит" как вы его называете - какая-то физическая аномалия превратила участок материи в огромную глыбу мрака. Как бы мы не пытались, внутрь проникнуть не удалось - материал абсолютно непробиваем. Да, вот что бывает когда человек балуется с тем, чего не понял до конца... Так вот, катастрофа. Споры "заразы" в течение считанных минут распространились по всей Земле, исключая той территории, известной сейчас под Зоной. Ее взяло под свой контроль "противоядие" - тоже, по сути, полуразумный организм. Вы не замечаете, но вас направляет наш вирус, он развился до небывалого уровня - и планирует экспансию. Скоро будет дан старт новой космической программе освоения других планет, если я не ошибаюсь? Как тебе нравится, он желает распространиться по всей Солнечной системе! Зону сокрушить он не может - слава Богу, пока противоядие работает. Но все же вашими руками он не дает нам вернуть все на круги своя, более того, он старается уничтожить тот клочок земли, который ему неподвластен.

- Погоди... отец. Погоди. Как это так - нами управляет вирус? Жизнь человечества не изменилась со времен второй Катастрофы, мы все те же!

- Я уже говорил, что зараженные ничего не замечают.

- Тогда к чему все это? К чему возвращать все "назад"? Человек живет как жил! - совсем запутавшись почти выкрикнул Лиск.

- Я тебе говорил про сигнал, помнишь? Тогда представь, вдруг он каким-то образом будет подан? Человеческий род будет уничтожен. А что если вирус решит, что люди ему больше не нужны? Нет, сын, слишком велик риск.

- Но почему вы считаете, что Зона не заражена? Именно она аномальна, не весь остальной мир! По "территории противоядия" ходят монстры, проявляются жуткие аномалии, уничтожающие людей - это нормальное состояние Земли?

- Нет, это защита. От вас - служителей вируса. От самого вируса. Разработки биологов и физиков нам очень помогли - с самого начала Зона унизала себя "комариным плешами" и другими аномалиями, наводнила примитивными существами - она умна, сама предприняла эти действия, хотя такой уровень защиты в нее заложен не был. Позднее, когда мы поняли, что случилось, когда отошли от жуткого потрясения - непросто осознавать, что мы, горстка выживших ученых, являемся последними нормальными людьми на Земле, - мы продолжили исследования. Спустя где-то год после катастрофы зараженные нашли слабые места "территории противоядия" и стали на нее проникать. Но теперь и мы могли им кое-что противопоставить: "плеши", зомби, поднятые из могил, сикеры - мы смогли получить контроль над защитными функциями Зоны, по сути, она сама вложила нам его в руки. А теперь мы можем больше. Намного больше. Ты уже видел новых созданий. Да, к сожалению, внешний вид у них не слишком приятен, а кое-где даже отвратителен, но это цена за широчайшие физические и психически возможности. Мы смогли создать мозг, у которого чрезвычайно развиты те или иные параспособности - телепатия, телекинез и так далее. Да, Коля, это не сказки, это реальность. Хотя что я рассказываю, ты уже успел это испытать на себе. Извини, не слишком приятный процесс, но необходимый. Ты - наш первый шаг экспансии.

Теперь, когда наша защита находится на должном уровне, мы можем пойти в нападение. И для этого нам потребуются люди. Наши разработки хоть и чрезвычайно сильны, не смогут заходить далеко от Зоны.

- Постой, постой. Ваша защита сильна, ты говоришь? А как же сталкеры?

- Ну, во-первых, далее "комариной цепи", через которую тебя провел Сергей, они пока не пройдут, а во-вторых они своего рода наши союзники - мы можем концентрировать "противоядие" на определенные предметы, которые они выносят из Зоны и продают. Людей, долго находившихся рядом с такими артефактами проще взять под контроль нашим созданиям, да и легче убедить в том, что я тебе сейчас рассказал. Ты чувствуешь, что у тебя прошло то чувство отчуждения, которое охватило тебя с самого начала твоего похода в святая святых Зоны?

- Ну... Да, но... Я вообще-то не должен тебе верить, твои аргументы невозможно проверить, и все же... И все же где-то внутри я чувствую, что это правда. Причем это не вмешательство снаружи, нет - это пришло из меня, я знаю.

- Противоядие снимает блок вируса - если бы не оно, ты бы просто не стал меня слушать. Но артефакты - это слишком слабый способ воздействия. Гораздо сильнее - "пятна", кажется так вы их называете. Это наша гордость. Они оставляют в живых только сильнейших и даруют им полезные в нашей борьбе способности. Да, сын, я не оговорился, в нашей - противоядие "пятна" практически сразу снимает барьер вируса - поэтому мы смогли тебя вытащить. И именно поэтому ты нужен нам завтра утром.

- Что? Отец.. папа, дай мне время. Это нелегко, черт, весь мир, мой простой и уютный мир перевернулся вверх ногами. Папа, мне... не по себе. - впервые за много лет Лиск признал свою слабость перед другим человеком.

- Ничего, Коля, ничего. Представь каково было нам. Мы выдержали. Ты выдержишь тем более. Завтра мы планируем повторную атаку на твой бывший блокпост. Наша цель - два твоих друга-мутанта, Сергей называл их Силем и Курчей. Твоя задача - проникнуть как можно ближе к ним. Ты будешь чем-то вроде антенны - только так наши телепаты смогут заставить твоих друзей пойти за нами. Близко подойти сами они не пока не могут - вирус хорошо укрепил границу. Вами. Затем тебе придется увести друзей за собой. Вглубь Зоны. А потом переубедить, как только что переубедил тебя я. Тебя они услышат, только ты сможешь открыть им глаза. Пойдем, тебе многое предстоит узнать за оставшееся время.

Ощущая неимоверную тяжесть, опустившуюся за время разговора на плечи, Лиск тяжело поднялся и вслед за отцом вошел в темный коридор. Николай чувствовал, что начинает привыкать, как до этого привык к смерти, окружавшей его в Чечне, и к страху перед неизведанным, царившим на границе Зоны. Только теперь он уже не знал по какую сторону хлипкого забора, вдоль которого всего пол дня назад уверенно вышагивал, на самом деле находится проклятье всего человечества, самая агрессивная аномалия мира - Зона отчуждения.

В полдень следующего дня эфир общемирового телевидения был еще раз омрачен известиями из Зоны. Все тот же уверенный в себе и спокойный диктор с выражением зачитывал в объектив камеры:

"Сегодня утром совершена вторая дерзкая атака Зоны на пограничные блокпосты. Основной удар пришелся на блокпост номер восемь, тот самый блокпост, который был атакован прошлой ночью. В ходе сражения был замечен черный волк, предположительно убивший в прошлый раз двух солдат. Потери среди личного состава блокпоста: двое - Алексей Курчатовий и иностранный легионер Сильвестр Армстронг - пропали без вести, еще один - Георгий Пегасов - убит, предположительно тем самым волком - об этом свидетельствуют рваные раны от когтей на груди и следы укусов на шее. В связи с участившимися атаками Зоны министр обороны Содружества Евразийских государств официально заявил, цитирую: "Зона открыто объявила нам войну своими дерзкими нападениями. Очевидно, что эта аномалия пытается расширить свои границы, поглотить под своим ядовитым брюхом как можно больше земли, свободной от ее мерзкого влияния. Что ж, мы тоже не останемся в долгу: уже готовится законопроект, разрешающий людям проникать на территорию Зоны с целью поиска и дальнейшей передачи всей полезной информации о ее созданиях, аномалиях и артефактах научным лабораториям. С собой будет разрешено носить оружие и планируется всецело поддерживать уничтожение порождений Зоны. Рано или поздно мы найдем способ вылечить этот нарыв на теле планеты! А пока усиливаются гарнизоны блокпостов, вкладываются дополнительные средства в обеспечение зональных пограничников, формируются особые подразделения вооруженных сил, которые будут проводить спец операции на территории самой Зоны, рассматриваются предложения по созданию корпусов военных исследователей Зоны" - конец цитаты".

Диктор на секунду прервал рассказ, чтобы перевести дыхание после долгой речи и снова продолжил: "Что же, общемировой телевидение будет внимательно следить за всеми событиями, касающимися объявленной войны Зоны с людьми и обещает своевременно и подробно информировать о них своих телезрителей. И опять мы призываем всех людей мира: присоединяйтесь к борьбе против Зоны, страшного и неизведанного врага всего человечества!".