"Маргинальный бестиарий...", Агнесса Домбровская

ttp://saint-juste.narod.ru/Trotskisty.html

2013-14 гг.

   "фундаментальные для революционера задачи — научный анализ общества и осуществление антибуржуазной революции на его основе — не то чтобы отвергаются, но отодвигаются на задний план, а политическое сообщество вместо того, чтобы быть политическим, становится группой психологической взаимопомощи" - здесь опять прослеживается излюбленная тарасовская идея насчет "антибуржуазной" революции против "социалистической"!

Будрайтскис. На самом же деле его вместе с Олегом Верником (это такой троцкистско-каддафистский украинский Будрайтскис, на момент скандала он возглавлял секцию КРИ на Украине) из КРИ *выгнал* Роберт Джонс[42], потому что Илья Б. с Верником стали путём обмана и мошенничества выкачивать деньги изо всех западных троцкистских (и не только) «интернационалов» и заодно паслись в *ливийском посольстве*, получая там деньги на «пропаганду» «Зелёной книги» ныне покойного Каддафи и на «революционный туризм». Мы имеем дело с чистой уголовщиной[43]. Обидно, что западные троцкисты не воспользовались советом Ленина обращаться в таких случаях к буржуазной юстиции, не подали на Будрайтскиса в суд и его не посадили, дабы он на собственной шкуре испытал ужасы российских тюрем

Чем ещё радует нас «Опенлефт»? Переводом статьи Питера Фразе (США) «Воображаемое сообщество» — о том, «что любая политика — это политика идентичности». Матвеев дал этому тексту такую характеристику: «об ограничениях „классизма“»[44]. Что мы находим в статье? «Предшествующие поколения марксистов располагали концепцией коллективного революционного агента — так называемого „рабочего класса“». Все уловили? «*Так называемого*». Не было, товарищи марксисты, рабочего класса в XIX — начале XX вв., «Положение рабочего класса в Англии» Фридрих Энгельс писал под грибами!

Автор статейки приводит в пример очередные протесты в штате Висконсин в США и предлагает по этому образцу сформировать «широкую идентичность», которая сможет «охватить не только крепких фермеров, но и их беднейших соседей из Милуоки и иммигрантов-хмонгов из западного Висконсина»[45]. Фразе пишет, что «как иронические субъекты постмодерна, мы не можем не столкнуться с искусственностью своих идентичностей». И в Висконсине люди боролись за «идею Висконсина». «Опенлефт» занимается открытой пробуржуазной подрывной работой среди левых, рекламируя намеренный отход от классового анализа и предлагая начать строить «коллективные идентичности», которые боролись бы за свои уникальные интересы: «Борьба за городское развитие, экологическую справедливость, государство благосостояния — в той же степени классовая борьба, как забастовки и другие акции, связанные с трудом». Выходит, что борьба против эксплуатации человека человеком, согласно точке зрения редакции «Опенлефт», больше не является фундаментальной задачей марксистов. Необходимо купить себе дом/квартиру, подружиться с соседями и вместе бороться за хороший водопровод и газоны (это если повезёт жить в хорошем районе), а в гетто нищие пусть и дальше гниют в своей нищете, но с общей идеей. Сколько сил положили многие поколения марксистов, чтобы показать, насколько выгодно правящему классу отрицать классовое содержание политики, и теперь вот Фразе и опенлефтовцы добровольно сдаются в интеллектуальный плен противнику, ещё и смея настаивать на собственной правоте" - подобным страдает и укр. журнал "Commons". Liberalism in “socialist” shirt. Ideology of “the middle class” in the former Soviet Union.

Пусть попробуют ответить на один простой вопрос: где в результате пресловутой политики идентичности произошла социальная революция? Раз мы марксисты, то практика для нас — критерий истины.

Эрик Хобсбаум справедливо указывает на то, что все *серьёзные* революционные движения были пуританскими и концентрировались на магистральных — классовых — вопросах социальной борьбы. Псевдолевое индивидуальное культурное диссидентство, связанное с употреблением наркотиков, беспорядочным сексом и повальным «занятием искусством», несовместимо с построением успешной революционной организации[47].

Они, как подлинные эскаписты, от реальности бегут. Менее притязательная публика ударяется в «рабочизм», «более интеллектуальная» гниёт в академическом гетто и сосёт гранты на развлечения: на покатушки на Запад, пьянки и пр. Я за этими людьми давно наблюдаю и могу сказать, что, с одной стороны, уже ко всему привыкла, а с другой, они нет-нет, да и выдадут что-нибудь вроде «ограничений классизма»

Придерживается тезиса Тарасова, что еще «не сформировался» рабочий класс.

Мы с товарищами и не искали вокруг себя «когорт пролетариата», потому что знаем, что их нет в современной России *как класса*, потому что классообразование в стране *не завершено*, а те отдельные пролетарии, что есть, представлены в основном гастарбайтерами. Тут я согласна с Александром Тарасовым

На самом деле, рабочий класс уже исчезает, распадается, в связи с автоматизацией и компьютеризацией. Как это задокументировать? Как обосновать? Указать будущее.

Будущее – за универсалами. Не за «частичным» человеком (терминология Фетисова), или за “one-dimensional man” (терминология Маркузе), или за каким-то одним «классом» (то ли физического, то ли интеллектуального труда). Будущее – за бесклассовым обществом, следовательно за людьми которые стремятся быть универсалами.

Опять, главный вопрос - это вопрос о революционном классе современности.