L/N: Часть 1. Том 1. Глава 4/Русский

— Хорошо, теперь мы купим мяса. Нам нужно купить побольше, чтобы затем его засолить или закоптить.

После покупки овощей и фруктов мама пошла вглубь рынка. Прилавки с мясом были, по-видимому, ближе к внешним стенам.

— Почему мы покупаем так много?

— Ты ведь понимаешь, что нам нужно готовиться к зиме? Сейчас конец осени, поэтому во всех деревнях забивают бо́льшую часть своих животных, оставляя лишь столько, сколько смогут пережить зиму. Сейчас продаётся больше мяса, чем в любое другое время года. Кроме того, животные, как правило, набирают вес готовясь к зимовке. Поэтому сейчас намного легче получить вкусное и жирное мясо.

— Хм-м, значит ли, что рынок закрывается зимой?

— Разве не очевидно? Вряд ли возможно выращивать урожай зимой. И не забывай о снегопадах, поэтому зимой рынок практически всегда закрыт.

Я и не задумывалась об этом, но теперь всё казалось очевидным. Даже в Японии, ещё до того, как домашние теплицы стали популярными, фрукты и овощи были сезонными и исчезали с прилавков магазинов до тех пор, пока на рынок не поступал новый урожай. До того как появились холодильники и морозильные камеры позволяющие хранить продукты в свежем виде, людям приходилось консервировать продукты в своих собственных домах. В общем, в этом мире естественно покупать и заготавливать еду.

Честно говоря, я определённо не считала себя хоть сколько-нибудь полезной в подобном. Я очень рада, что я переродилась маленькой девочкой на которую не будут кричать за то, что она не будет помогать по дому.

— ...Воняет.

Грязный воздух становился всё хуже, чем ближе мы подходили к мясным прилавкам. Я должна была затыкать нос, чтобы хоть как-то выносить это, но мама продолжала идти вперёд, и глазом не моргнув. Я едва могла в такое поверить. Запах был настолько ужасен, что даже держать нос закрытым было недостаточно. Он проникал через мой рот и атаковал столь сильно, что из моих глаз брызнули слёзы. И всё же она, казалось, совсем о нём не беспокоилась. Мясо всегда так плохо пахло? Мда, у меня плохое предчувствие по этому поводу.

Мы достигли мясных прилавков. Сверху свисали полоски ветчины и бекона, а также вполне узнаваемые трупы животных, с которых, очевидно, только что была снята кожа. Внутри прилавков свисали с крюков истекающие кровью мёртвые животные, а под ними с широко раскрытыми глазами лежали кролики и птицы.

— А-а-а-а-а!

Я раньше видела шкуры животных на фотографиях, но вот всё мясо, которое я когда-либо видела в реальной жизни, всегда было предварительно нарезано и упаковано в пакеты. Мясные лавки этого мира были слишком шокирующими для меня. Мурашки пробежали по моей коже, и слёзы потекли из глаз. Я хотела закрыть глаза, чтобы не видеть всё это, но мои глаза оставались открытыми, словно я забыла как их нужно закрывать.

— Майн?! Майн!

Мама слегка встряхнула меня и шлепнула по попе. Но секунду спустя я увидела, как свинья визжит в страхе перед готовым зарезать её мясником. Их окружила толпа улыбающихся людей, с нетерпением ожидая момента её смерти.

— А!

Я издала краткий крик и, прямо перед последними мгновениями жизни свиньи, потеряла сознание на спине мамы.

Что-то текло в мой рот. Это была жидкость, которая так сильно пахла алкоголем, что мне хотелось его закрыть. Я не хотела её пить, и жидкость случайно попала в моё дыхательное горло. Я вскочила, сильно кашляя и быстро моргая.

— Кха! Черт! Кха, кха!

Это был алкоголь?! Кто в мире дал бы маленькой невинной девочке столь крепкий алкоголь! Что вы будете делать, если я получу острое алкогольное отравление?! Я широко раскрыла глаза и увидела свою маму, держащую нечто похожее на бутылку вина.

— Майн, ты пришла в себя? Как хорошо, что пробуждающее лекарство действительно подействовало.

— Кха! Мама?

Она держала меня на руках и на её лице читалось облегчение, так что я не могла просто высказать свои мысли вслух, но позвольте мне немного поразглагольствовать про себя.

Пробуждающее лекарство или нет, но какого черта ты даёшь ребёнку такой крепкий алкоголь?! И под ребёнком я имею в виду маленькую слабую девочку, которая всегда болеет и только что оправилась от сильной лихорадки, которая чуть её не убила!

— Хорошо, Майн. Теперь, когда ты пришла в себя, давай купим немного мяса.

— А-а?!

Я инстинктивно покачала головой. То, что я только что видела, уже было выжжено на моей сетчатке. Это было столь ужасно, что мне, вероятно, будут сниться кошмары. От одной лишь мысли об увиденном у меня мурашки бегут по коже. Я бы никогда не хотела снова идти туда.

— М-м-м, я всё ещё чувствую себя немного нехорошо. Могу ли я остаться здесь? Мама, ты можешь пойти без меня.

— Что? Но… — мама нахмурилась.

Я оглянулась и решила попросить о помощи женщину, управляющую прилавком позади нас. Мне нужно было где-то остаться, прежде чем мама утащила бы меня.

— Тётенька, можно ли мне немного побыть здесь? Я буду сидеть тихо и не помешаю вам.

— Ты хочешь побыть здесь, вежливая маленькая девочка? Твоя мама купила у меня алкоголь, так что я не против. Всё хорошо, вы можете заняться вашими покупками. Вы же не потащите с собой свою больную дочурку, чтобы она снова упала в обморок?

Мужчина средних лет работающий за прилавком похожим на ломбард, сочувственно посмотрел на меня и указал жестом.

— Ты можешь остаться за моим прилавком. Никто не похитит тебя здесь.

Я подошла к его прилавку и без колебаний села на землю. Моё тело и без того шатало от крепкого алкоголя. Для меня было бы опасно ходить в таком состоянии.

— Я скоро вернусь. Майн, никуда не уходи, ладно?

Когда мама поспешила закончить с покупками, я осталась сидеть и лениво смотрела на товары двух прилавков. Сейчас, по-видимому, был сезон, когда женщина получала новые партии фруктового вина, поэтому клиент за клиентом подходили, чтобы купить у неё небольшие бочонки.

С другой стороны, у ломбарда людей останавливалось не так много. Хм... Интересно, что люди вообще закладывают в этом мире? Я взглянула на окружающие меня товары и не могла понять для чего использовались больше половины из них. Я указала на вещи, выложенные передо мной, и спросила мужчину об их предназначении.

— Дяденька, что это?

— Ты раньше этим не пользовалась? Это то, что вы используете для ткачества. А это ловушка, используемая для охоты…

Похоже мужчине было немного скучно из-за отсутствия клиентов, поэтому он пояснял мне всё, на что я указывала. Почти всё, что считалось нормальным для повседневной жизни в этом городе, было тем, что я не узнавала. Даже просматривая воспоминания Майн, я обнаружила, что она тоже не была знакома ни с одним из них, возможно, из-за отсутствия интереса. Я рассматривала вереницу его товаров, благоговейно изумляясь от случая к случаю, и в конце концов достигла угла его прилавка, где я обнаружила плотную и тяжелую пачку тесно связанных бумаг — книгу!

Переплет был сделан мастерски. Кожаная обложка обработанная по всем четырём углам золотом. Книга была около сорока сантиметров в высоту и выглядела похожей на те, что я видела на витринах библиотек, которые посещала.

Книга? Подождите, разве это не книга? В тот момент, когда я поняла, что переплетенные бумаги на самом деле были книгой, мир вокруг меня окрасился розовым. Моё сердечко сияло, и я почувствовала, что тёмные облака, нависавшие надо мной в течение последних дней, наконец-то были сметены.

— Д-дяденька! Что это? Что это?!

— О, это книга.

Да! Я наконец-то нашла одну! Книга! Пусть только одна, но здесь есть книги! В разгар моего отчаяния по поводу того, существуют или нет в этом мире книги, я наконец-то нашла одну! Я посмотрела на переплетенную бумагу, дрожа от нахлынувших эмоций.

Это была довольно больша́я и тяжелая на вид книга с богатым декором. Я не смогла бы нести её своими слабыми, болезненными руками. Плюс, она определенно выглядело дорого, и я точно знала, что моя мама не купит её, как бы я ни просила. Но раз уж книги вообще существуют, то это наверняка означает и то, что найдутся книги поменьше, которые будет легче носить с собой.

Я развернулась и начала́ допрашивать мужчину средних лет с явным безрассудством.

— Дяденька, вы знаете, где продают книги?

— Продают? Ты имеешь ввиду магазин? Тут нет магазинов для книг.

Мужчина посмотрел на меня, озадаченный самой идеей. Моё возбуждение тотчас спа́ло.

— Почему книги есть, но нет магазинов в которых их продают?

— Потому что требуется переписа́ть каждую книгу вручную, чтобы получить новую. Они столь дорогие, что их нет на рынке. Даже эта книга здесь лишь потому, что дворянин, заложил её для погашения долга. Она пока что не продаётся. Похоже, он не заплатит мне вовремя, и, хотя мне скоро придётся её продавать, готов поспорить, что ей заинтересуются лишь другие дворяне.

Г-р-р-р, черт побери! Это значит, что я тоже могла бы читать книги, если бы переродилась как дворянка? Бог, почему ты сделал меня простолюдинкой? Я почувствовала немного убийственной ярости по отношению к дворянам. Они были несправедливо благословлены тем, что могут жить в окружении книг с рождения.

— Ты впервые видишь книгу, маленькая девочка?

Я кивала снова и снова, не отводя взгляда от книги. Во всяком случае, это был первый раз, когда я увидела книгу в этом мире. А так как только дворяне имеют дело с книгами, и к тому же книжные магазины отсутствуют, то возможно сейчас мой первый и последний раз. А значит!

— Д-дяденька! У меня есть просьба! — я крепко сжала кулачки и, встав прямо, сразу же опустилась на колени.

— Хм? Что это ты вдруг?

Мужчина средних лет широко раскрыл глаза от удивления, когда я опустилась на колени перед ним. Это были самые базовые действия, которые вам нужно выполнить чтобы показать свою искренность прося что-либо. И высшей формой искренности было жалостное падение ниц. С опущенной головой я рассказала ему о своих истинных чувствах.

— Я знаю, что не могу позволить себе эту книгу, но, пожалуйста, позвольте мне хотя бы прикоснуться к ней! Я хочу потереться о неё своими щеками! Я хочу понюхать книгу и вдохнуть запах её чернил, прежде чем она покинет меня!

Несмотря на мою страстную мольбу, единственное, что последовало за этим, было мучительное молчание. Он не отвечал мне. Я робко подняла голову и увидела, что по какой-то причине у мужчины средних лет на лице читались отвращение и шок, как будто он смотрел вблизи на невероятную извращенку. Эм? Такое чувство, что моя искренность до него не дошла.

— Я... я не знаю, что на тебя нашло... но у меня такое чувство, что я определённо не должен позволять тебе трогать эту книгу.

— Только не это!

Я попыталась попросить его снова, но прежде чем я смогла повторить свою попытку, отпущенный мне срок истёк.

— Майн, я вернулась. Пойдём.

Услышав мамин голос я чуть не заплакала. Книга была так близко, но я её не прочитала. Я не потрогала её. Я даже не почувствовала её запах.

— Что не так, Майн? Он что-то сделал с тобой?!

— Нет, он ничего не сделал! — я поспешно покачала головой, после того как мама свирепо посмотрела на мужчину.

Если бы я быстро не разрешила это недоразумение, то доставила бы неприятности хорошему человеку, который укрыл меня от мясника и рассказал мне о книгах.

— С моей головой что-то странное. Мама, что ты заставила меня выпить? Я чувствовала себя странно после пробуждения.

— А-а-а-а, пробуждающее лекарство, возможно, было слишком для тебя. С тобой всё будет в порядке, если ты выпьешь немного воды и отдохнешь, когда мы вернёмся домой.

Мама кивнула, но, не похоже, что она раскаялась в том, что заставила своего ребёнка пить алкоголь. Она взяла меня за руку и потянула, чтобы я пошла с ней домой. Я повернулась к двум владельцам прилавков и мило улыбнулась.

— Спасибо, что позволили мне остаться здесь.

Для моего психического здоровья было бы плохо, если бы я не поблагодарила их. По воспоминаниям Майн, в этом мире не было принято кланяться, поэтому я решила просто улыбнуться и помахать рукой. Улыбки были важны для успешного взаимодействия с людьми. Они провожали меня с улыбками на лицах, так что, вероятно, у меня получилось.

— Майн, ты всё ещё плохо себя чувствуешь?

— М-м-м...

Мы мало разговаривали по дороге домой, и я снова была у мамы на спине. Я вновь осматривалась по пути, но книжных магазинов действительно не было. Я думала, что буду просить детскую книжку с картинками и медленно учить буквы, но день закончился, и я ничего не получила.

Всё, что я узнала, было то, что тут не было никаких книжных магазинов. Сейчас я жила в городе с за́мком и великолепными каменными воротами, но у него не было ни одного книжного магазина. Поскольку тот человек сказал, что книги на самом деле не продаются, возможно, этот город не был особенным. Возможно, что во всём мире не было книжных магазинов.

Ужасно. Я любила книги так сильно, что могла проводить столько дней без еды, сколько могла читать, и теперь, Бог, ты говоришь мне жить без книг? Это так жестоко. Даже если бы я сказала родителям, что хочу стать дворянкой, чтобы читать книги, они бы просто отнеслись ко мне как к глупому ребёнку с большими наивными мечтами.

Я не могла сказать им, что не хотела рождаться в их семье. Но, по крайней мере, мне бы хотелось родиться в семье с достаточным богатством, чтобы иметь возможность выискивать книги в оставленном дворянами имуществе. Обстоятельства моей семьи настолько ужасны, что я уже полностью раздавлена ими. Я знаю, что не получу книгу, независимо от того, как сильно я пла́чу или сколько истерик закатываю. Без книжных магазинов у меня нет возможности получить книги.

...Ну и что мне делать, если я не могу их получить? Мне не остаётся иного выбора, кроме как сделать их самой? Когда на пути возникают трудности, только сильные духом продолжают идти вперёд. Я получу книги, несмотря ни на что! Я не позволю жизни сломить меня!