Освоение Торагара

**Освоение Торагара** - период в истории орков с неопределенного момента эры Созидания до 60 года эры Восхода.

## Генезис

Согласно легенде, которую хранят и передают из поколения в поколение, в небесном царстве парящих островов царил Троммель, жестокий бог войны и разрушений, убивший всех старых богов за то, что они решили принести в жертву его возлюбленную Физею, и скинувший их тела с небес на Эмиран, тем самым создав проходы в ущелье Тораган, и его многоликая жена Физея, мать стихий, вместе с их детьми: Громмоком, богом кровных уз, сошедшим с ума в юности после того, как он обуглил свои руки до локтей по "совету" своего брата, Углака, бога дурных замыслов, известного, с одной стороны, своим коварством в сторону остальных жителей неба, с другой стороны, малодушием и нерешительностью, если с проблемой приходится встречаться лицом к лицу, а так же Макх, бог мудрости, неудачно попытавшийся скинуть своего отца с трона, но после неудачи обреченный до конца жизни по распоряжению отца держаться на расстоянии вытянутого копья рядом с Углаком и следить за тем, чтоб больше никому не навредил.

В какой-то момент Троммель, разочарованный тем, что он может лишь ломать, а не создавать, и своими детьми, каждый из которых имел плохие качества, а следовательно был недостоин править всем, он решил объедить все лучшие черты жителей небес в одно целое. Собрав кровь каждого он с Физеей приступили к созданию достойного наследника, но результат его только разочаровал. Сгустившаяся кровь всех богов сформировала из себя двух орков, вид которых привел Троммеля в ярость, напомнив ему о самом себе, и в то же время очаровал Физею, которая приметила их жизнеспособность и усердность. Неспособный удержаться он схватил их и съел так же, как когда-то съел детей старых богов. Углак, услышавший яростные крики Троммеля и истеричные возгласы Физеи во время прогулки по темной стороне Луны, потом встретился с ней, и предложил ей масла теневого цветка, уверив её в том, что это единственное, что может спасти новых жителей неба, даже не попросив чего-либо взамен. Макх, почуяв подозрительность предложения брата, вмешался и тщетно пытался отговорить свою мать от сделки с Углаком.

Во время ужина Троммелю стало плохо. Его могучая туша проломила собой стол и неспособная пошевелиться единственное, на что был способен завоеватель небес, - это изрыгнуть поглощенных недавно орков, которых сразу же схватила Физея, ожидавшая своего момента за углом, и запрятала в единственное место, по которому Троммель не мог стукнуть кулаком и одним хлопком уничтожить неприятность - в каньон Торагар, который использовался Троммелем, как террариум-арена для самых суровых и убийственных животных, которых только могли создать Углак и Физея. Пришедший в себя бог войны не мог поверить, что его предаст его же возлюбленная и зарубил её своим топором, тем самым совершив то, что когда-то хотели сделать старые боги. Углак, наблюдавший за этим и желавший лишь узнать, как выглядит его отец в ярости, ушел в самоизоляцию на луну, закрывая своим домом Солнце каждый раз, когда он вспоминает о том, как его шалость убила его мать. Душа Физеи покинула её бездыханное тело, распавшись на бесчисленные тысячи фрагментов, которые заполнили бывший дом старых богов и стали стихиями. Три дня на Эмиране шел штормовой ливень. А из её крови образовалась Шель, богиня жертвы, насмехающаяся над Троммелем до конца дней. Сам же Троммель поклялся избавиться от орков.

## Начало орды

Несмотря на суровость фауны каньона вскоре первое племя орков, сначала состоявшее только из Урагака и Шелмеш, начало разрастаться, а лишние рты для племени отправляли в "одиссею" на дальнейшее изучение бескрайнего каньона и основание новых племен. Уже через 200 лет орки пусть и не оказались на вершине пищевой цепочки, но имели племена во многих местах каньона и начали своё расширение в болота на севере и ущелья с горами на востоке и юге, где столкнулись с дварфами, которые закономерно считали ущелья своей территорией. Не имея огромной необходимости в продвижении на восток, орки решили не ухудшать отношения с новыми знакомыми, ограничиваясь торговлей, которая сначала не заладилась из-за того, что дварфы отказывались брать на себя божественные долги.

Потратив еще триста лет на освоение болот, орки столкнулись с новой проблемой. Им было больше некуда расширяться. На севере их ждал лишь бескрайний снег и леденящий мороз. Привыкших к теплым условиям орков это не устраивало и смысла идти дальше они уже не видели, ведь там даже ничего не растет, кроме деревьев и мха. Это привело к тому, что на собрании вождей большинство согласилось с решением предъявить дварфами ультиматум свободного прохода через ущельям с объявлением войны в случае отказа. Вождь Мотгук Ураган, сын стихий, с таким решением был несогласен, впрочем убедить остальных в том, что в освоении севера есть какой-либо смысл он не смог. Вместо этого он воспользовался своим правом вето и заявил именем Громмока, что его племя докажет, что даже в таких условиях орки смогут расширяться таким же темпом, что и до этого, иначе они не вернутся обратно.

Впрочем, даже такой сильный шаман, как Мотгук Ураган, не смог доказать, что он хозяин тундры, с трудом сохраняя свое племя в целости. Остальные орки ждали возвращения Мотгука. Ждали 10 лет. И на 20 году решив, что он и его племя сгинули на севере, выдвинули свой ультиматум дварфам, что привело к маленькой, но не победоносной войне. Дварфы, знавшие ущелья и горные тропинки, как свои пять пальцев, без каких-либо весомых проблем смогли выстроить оборону против желавших экспансии орков, правда не имели какой-либо возможности перевести оборону в наступление, ведь в каньоне преимущество было уже у орков. Фактически война закончилась спустя год, когда обе стороны потеряли какое-либо желание попытаться отобрать кусок земли у оппонента.

Тем временем, к оркам болот пришли первые признаки жизни с севера, но это был не Мотгук или кто-либо из его племени. Это были циклопы. Хоть это и были сильные соперники, но суровые болота смогли задержать их наступление, позволив оркам выстроить оборону и отправить разведчиков на север, желая узнать что же случилось с их братьями. Через полтора года поисков они узнали от обнаруженых выживших орков, продолжавших партизанскую войну против циклопов, называя себя кланом Белого Мха, что Мотгук и его племя 5 лет сдерживали циклопов в месте их обитания до тех пор пока циклопы не нанесли сокрушительный удар оркам, спустив на них лавину, погребя весомую часть боеспособных орков под слоем снега. Остальное племя, узнав от шаманов о том, что теперь последняя надежда на них, выбрало знакомый им еще с каньона путь партизанской войны, заставляя циклопов пожалеть о каждом пройденном на юг метре. Единственные, кто смогли выбраться из снега спустя три дня, были Мотгук с десятком орков и, видя патрули циклопов направляющиеся на юг, они решили, что являются единственными выжившими из своего племени. Их жажда мести была настолько безграничной, что, не имея возможности обрести покой, они выбрал путь вечной войны, а те, кто познакомились с ними поближе, нарекли их Яростью Бури. В своем походе их воля, закаленная убийственным морозом, не дрогнула даже в те моменты, где остальных нахватила бы паника, а циклопы, терявшие поселение за поселением на родине после каждой снежной бури вырезали их название на деревьях, табличках и камнях рядом с потерянной территорией, как предостережение остальным, впрочем они знали, что когда-нибудь снежная буря дойдет и до них. Не имея подкреплений с севера циклопы в болотах вскоре были вынуждены перейти в отступление, в то время как Мотгук и остальные выжившие гнали остальных с такой яростью, что циклопам не осталось ничего кроме отступления под землю, где в 57 году Эры Восхода из-за эльфийского ритуала с артефактом Ан'Меран все они оказались отрезаны от возвращения обратно по поверхность. На поверхности же объединенные силы орков беспощадно отыгрались на вторженцах, истребив их всех, что закрепило за ними статус нового владельца данных земель, а Клан Белого Мха, чьи разведчики прошли по следам Ярости Бури, и орочьи шаманы затаили обиду на пока неизвестных им наглецов, которые посмели играть с силами, которые сильнее того, что они могут себе представить.

Клан Белого Мха стал важной связующей цепочкой между остальными племенами орков и остальным континентом, организовывая доставку товаров и их торговцев до, например, тифлингов, что было куда выгоднее, чем платить огромную дань дварфам за право проезда по ущелью. Вожди большинства племен же обязались взять на себя и свои племена божественный долг, что нападение чужаков на одно из племен орков равнозначно нападению на всех орков, независимо от того, как далеко от родного каньона они находятся.