Без названия (Ragss)

Автор

Опубликовано 7 октября 2003

```

```

Тим сидел в темном, сыром углу, зажав в зубах окровавленный ствол "Беретты". Слезы текли из его глаз, прокладывая дорожки телесного цвета сквозь скопление крови и грязи.

Не прошло и трех дней, как он и его разношерстная команда охотников за приданым были в Москве, наслаждались водкой и говорили о том, что через несколько недель у них будет достаточно денег, чтобы купить собственную страну.

Теперь все изменилось, Тим был один в какой-то огромной системе туннелей глубоко внутри Зоны. Теперь эти артефакты, конечно, казались неважными. Они прошли по черным как смоль туннелям, как показалось Тиму, не менее 10 миль. Веревка, которую они изначально привязали к столбу у входной двери, давно была оборвана. Он был совершенно один в леденящей душу тишине, давно отделенный от своей команды после того, как они испугались и бросились врассыпную. Он сидел в этом углу, не смея пошевелиться, в течение нескольких часов. Первые несколько минут он сам бежал так быстро, как только мог, он даже не знал, какого черта они испугались. Он попытался последовать за товарищем по команде, но Тим завернул за угол, и он мгновенно оказался один, он напрасно кричал, но его никто не мог услышать. Несколько минут он жалко брел, спотыкаясь, в темноте; он поскользнулся в огромной луже чего-то недостаточно холодного, чтобы быть водой.

Он забился в этот угол, застыв, его фонарик, который был единственной вещью, сохранявшей ему рассудок, был уронен во всей этой суматохе. Все, что он мог слышать, были его собственные всхлипы и стук, когда его зубы стучали о холодный пистолет. Время от времени он клялся, что слышал что-то, сначала крики, затем, казалось бы, близкое царапанье когтей по ледяному бетону.

Наконец, после того, как, казалось, прошла вечность с его собственным пистолетом в зубах, он вытащил его и медленно встал; его колени были слабее грязи. Он шагнул к дверному проему, нащупывая одной рукой, а другой мертвой хваткой сжимая рукоятку "Беретты". Он двигался черепашьим шагом, не осмеливаясь издать ни звука. Он шаркая вышел из маленькой комнаты в тесный коридор; он чувствовал, что обе стены находятся на расстоянии менее 4 футов друг от друга. Почти десять минут спустя он продвинулся в общей сложности на 18 футов. Ужас был ошеломляющим, его глаза были расширены, как у оленя в свете фар, хотя единственный источник света находился за много миль отсюда. Ему показалось, что он почувствовал, как кто-то дышит ему в затылок, и он повернул свою "Беретту" на уровне глаз, неудержимо дрожа. Он тщетно вглядывался в темноту в течение нескольких секунд, затем минут. Он начал слышать низкое шипящее дыхание, он сдержался, чтобы убедиться, что шум продолжался не из-за него. Тим застыл как вкопанный, его кровь застыла как лед, и каждый волосок на его теле встал дыбом. Шум становился все громче и больше, и ужас рос в Тиме. Он кричал так громко, как только мог, когда выпустил 5 пуль по коридору, сквозь мгновенно вспыхнувшие короткие вспышки света он увидел, как безрукое тело одного из его товарищей упало на землю. Все тело Тима начало трястись от ужаса. Он привалился к стене, его пистолет свободно болтался в руке. Прошла вечность, прежде чем он на четвереньках дополз до комнаты, из которой только что, жалко спотыкаясь, вышел. Он сидел в углу сырой комнаты, плотно прижав колени к груди.

Он раскачивался взад-вперед, казалось, не замечая, что пистолет все еще находится у него в руке. Царапанье когтей становилось все более частым, а крики уже давно прекратились.

Пистолет снова был перевернут, ствол царапал небо у него во рту. Снаружи он услышал цоканье когтей по земле. Тим начал дышать все быстрее и быстрее, пока не начал издавать тихие взвизги. Щелчок тщательно перемещался, пока не оказался перед дверью; Тим чувствовал, что он смотрит на него. Его сердце разрывалось в груди.