За горизонт

Что-то сдавливало мне сердце. Нет, это была боль души. Я не хотел покидать это место. Но завтра мне надо уходить за Кордон, к семье, за горизонт. Не знаю, почему и чем меня притягивало к Зоне. Я нашёл, что хотел – мне нужен был артефакт «Душа», этот великий артефакт, который лечит болезни. Казалось, что работа закончена, но что-то в душе, под названием совесть, давило на меня и просило остаться. Зачем – известно только ей. Когда я ощутил это чувство, был вечер. Наша группа сталкеров сидела у костра и обсуждала завтрашний прорыв через Кордон. Все сталкеры, которые собирались возвращаться домой, собирались в группы. Это было не для прикола – вояки на Кордоне никогда просто так не пропускали людей в Зону – а о пропуске домой и речи не шло. Конечно, были понимающие нас солдаты – они принимали плату всем чем угодно, кроме еды: «стволами», одеждой, деньгами и даже артефактами. Но никто из нас не собирался отдавать что-то в обмен на путь домой – мы единогласно решили прорываться следующей ночью. Таких «Рембо», как мы, считают придурками. Мол, прорываться через Кордон вшестером, с автоматами Калашникова является суицидом. Хоть таких групп очень мало, мы не отступаем от своего решения.
В этот вечер мы готовились очень тщательно: каждый разобрал своё оружие до основы, проверил, сделал улучшения – кто-то поставил подствольный гранатомёт, кто-то – прицел. Я сделал и то, и другое. После такой подготовки мы все дружно захрапели. Дежурил тогда Шишка. Когда я проснулся, он жевал копчёную колбасу, на плече висел автомат, а рядом стояла открытая банка пива. Я спокойно на это отреагировал – он был любитель пива – и начал завтракать. Часа через полтора все были на ногах. Когда все были готовы, наша группа отправилась к лагерю новичков, около Кордона. Там мы должны были отдохнуть и закупить всё необходимое.
День пролетел быстро, наверно из-за моей тяги к Зоне. Я так и не понял, почему у меня болит душа. Было поздно о чём-то думать – все уже собрались около костра, было десять часов вечера. Дикий, наш глава в этом «походе», что-то говорил, но мне было не до того. Я глянул в рюкзак – «Душа» лежала в пакете и светилась красным светом.
- Васька! Ты меня слушаешь? Васька! ВОРОБЕЙ!
- ЧТО? – я глянул на Дикого, который послал мне грубый взгляд.
Спустя полчаса мы уже двинулись на территорию Кордона. Двое солдат стояло у забора, ещё двое – за забором. Один – на вышке. Дикий решил разделить нас по трое – сказал, что так будет легче. Он ошибался. Китель сразу убил караульного на вышке – к счастью, тело осталось на верху, и нас не заметили. Дальше – больше. Китель не унимался, у него свои счёты с вояками – они отняли у него лучшего друга. Дикий был в нашей группке, и пытался его остановить, но Китель начал стрелять по солдатам. Ещё две минуты он стоял и стрелял, пока не заработала сирена. Вопреки просьбам Дикого, он пошёл к караульным, в ближний бой. Мы бросили его и побежали к границе Кордона. Дальше мы начали ползти. Фонарь пересекал траву рядом с нами, но всё обходилось. Мы уже перелазили через забор, когда нас заметили. Вояки сразу открыли огонь на поражение. Вдруг я ощутил резкую боль в области живота – меня пронзило пулей. Я упал пластом на траву. Дикий попытался меня поднять.
- Брось меня, беги – я нежилец. Мне уже ничего не поможет.
- Нет. Я тебя не брошу. Тебя ведь ждут там да? – в его глазах горел огонь тоски.
- Забудь обо мне, уходи – так мы сами погибнем.
- Ответь мне, тебя ждут там?!
- Да!.. – я не хотел ему врать.
- Вот и всё, - Дикий снял с предохранителя автомат и остался со мной.
Он отстреливался до последнего, а я лежал и невольно вспоминал все моменты из жизни. Душа разрывалась от боли на две части – я понял, почему совесть пыталась меня удержать. Она предупреждала меня об этом, а я не слушал. Дикий недолго тратил на меня патроны – он скоро достал бинт и перевязал мою рану. Потом он поднял меня и понёс к горизонту. Всю дорогу он уверял меня, что я выживу, и смотрел, не возобновилось ли кровотечение. Спустя десять минут мы пересекли холм – дошли до города, в котором я жил. Моё сердце начало биться сильнее. Дикий положил меня и решил передохнуть.
- Теперь мы в безопасности. Осталось переодеться.
Я взглянул на него, потом на город и закрыл глаза.