Гекторская Смерть

Гекторская Смерть — книга от Шеллентода. Здесь рассказывается о начале истребления Гектора, и о попытке его спасения Эллетом Фантером.

## Маленький пролог

Доброе, радостное летнее утро началось в стране *Фнатии*. Со стороны гор поднялось белое солнце, облака отступили за них. Город *Дефр* покрылся алым и милым светом *Шеврона*. Не каждый день увидишь такое. Почти всегда звёздный свет жег город, превращая его в безжизненную станицу.

Но войны посетили даже эту добрую местность! Злобные захватчики *сакеты* приходили сюда, грабили мирный люд, уничтожали здания, и сравнивали с землёй целые памятники. Черные деревья пылали, люди тонули в реках крови, казалось, миру конец...

Но это было за сотню лет до сегодня. Ныне идёт 1716 год. Войны переместились на юг, а местные территории расцвели. За километр было видно плантации вина, пашни. Лица жителей горели счастьем, и народ весело хвалил великого императора, *Норгайла I*. Даже часто возникающие трудности не уничтожали жизнерадостности *фнатов*, они по прежнему жили, трудились, старались.

Любой путник мог прийти в восторг от Дефра. Большие рынки, прекрасные статуи, громадные церкви — все это было создано кропотливым трудом фнатов! Стены очень тесно окружали город-столицу, стражи на башнях тщательно следили за приближением врагов.

Отличаясь трудолюбием, фнаты имели один существенный минус — слабость. Очень мало было во Фнавикии сильных людей, еды не всегда хватало. Но если нет силы, тогда надо её найти! И фнаты строили различные строения: от механизмов для передачи воды до гигантских военных катапульт.

Известных имён и фамилий в стране фнатов хватало. Это были и *Ленриксоны*, и *Надлерги*, и *Ванго*, и *Преоды*, и *Запраки*, и *Карты*, и *Арканцевы*. Не всегда люди с такими фамилиями пользовались славой. Некоторые из них совершали дурные поступки, воюя со своим же народом, отбирая деньги, уничтожая памятники истории. Но слава Богу *Ферезу*, такие люди недолго пользовались своим положением.

Правит Фнатией доблестный государь император — Норгайл I. Совсем недавно он сменил ушедшего с престола великого мага, *Данилиана I Энзайра*. Запомните эти имена — мы вскоре с ними встретимся! Не каждый государь способен получить уважение народа, но Норгайл его заслужил, причём с лихвой. Ведь он не только защитил Фнатию от атак сакетов, он же и помог ей усилиться, укрепить границы.

Много лет было Фнатии. Её предки жили далеко на юге, у берегов реки *Карназа*. Мирно рядом проживали соседы *шальвари*. Но когда шальвари были околдованы Злой Богиней *Гезз* и превращены в сакетов, то фнатам, гонимым ими, пришлось уйти на север, к берегам *Прагры*.

Фнаты делили себя на пять видов. В западных горах жили *маунтцы*. Они были очень гордым своей историей народом, и мало кто отваживался спорить с ними. В северных лесах жили *шесемцы*. Они были очень трудолюбивыми, даже более, чем все другие фнаты, и не любили войн. В центральной степи жили *дефрцы*. Отличались они большим умом. На восточном побережье жили *чартцы*. Были они жадными, но честными. А в южных пустынях жили *страпбургцы* — очень воинственные и смелые люди.

## 1.1. Доктор и воин

Итак, мы начали повесть на том, что в Дефре началось хорошее утро, а это гарантировало всем хорошее настроение и радость. Фнаты, ко всему прочему, зависели и от погоды: какая погода, такое и настроение. Вот почему особо счастливы были чартцы, а дефрцы и страпбургцы обычно ходили грустными.

На улицах Дефра еще не засветился Шеврон, но мигающие лампы говорят о приближении утра. Перед ними маячят длинные перья *махальщиков*, которые получили эти перья от охотников на *маоней* — дивных больших нелетающих птиц с радужной раскраской. Мигающий свет бьет прямо в прорези внутри разноцветных маленьких домиков. Стекла еще не знают.

Люди стали просыпаться. Вставая у большого ведра, они берут из других маленьких ведер воду, умываются, чистят зубы нитками. После они садятся за стол, кипятят воду на камине, добавляют сладкий *тлонь*, и пьют то, что называют *керном*. Эти действия дошли у фнатов до автоматики, они делают это каждый день.

В одном из домов молодой 54-летний (люди на *Гекторе* растут и молодеют в два раза быстрее, чем на Земле), а по земным меркам, 27-летний, главврач *Эллет Фантер* нарушил весь длительный утренний процесс. Он сразу встал, оделся, и вышел на улицу заняться зарядкой. Махальщики посмотрели на Фантера, как на преступника, но оказались не в силах что-либо сделать.

Зарядка не была преступлением, но выглядывать из стен общества каралось порицанием. Пока что никто, кроме махальщиков, Эллета не видел. Ему на счастье. После зарядки герой вернулся домой и занялся обычными делами: умылся, причесал коричневые волосы, поел, после чего пошел на работу.

Работа врача во Фнатии была очень востребованна. Это не значило, что каждый фнат любил самокалечиться, но жизнь вокруг была такой опасной... Прийдя в больницу, зайдя в кабинет, и сев за стол, Эллет получил три листа по больным, отданных ему помощником *Пенсом*.

— Перелом ноги, сильный порез руки, и ранение в шею. О чем думали эти люди? — сбаритонил Фантер.

— Первый, 64-летний Грехер Манриан, упал с обрыва; второй, 32-летний Роден Мендел порезался ножом; третий, 20-летний Аркадонн Мизл, ударился о домашнюю пику, — ответил Пенс.

— Пора бы запретить людям хранить дома опасные вещи, — проворчал врач.

— Да не то слово. Думаю, власти скоро заметят это недоразумение, и не допустят подобных издевательств.

Эллет вздохнул. Хорошо еще, что хотя бы не десять человек, а то и такое бывает! Взяв *готик* (заменитель наших перьев и ручек), врач написал соответствующие указания, и отдал Пенсу раздать местным докторам. Но вдруг за дверью зазвучал колокольчик.

— Кто там? — спросил Фантер.

— Я, — ответил пришедший. Войдя в комнату, он дал листок врачу.

— *Грамбер Коундик*! Какими судьбами? — стал расспрашивать врач.

— Мой господин, *Джейкл де Арканцев*, заболел странной болезнью. Его все время бросает в дрожь, тело покрылось огромными синеватыми пятнями, а щеки распухли. Мы не можем привести его вам, наш господин так слаб! Пожалуйста, приедте к нему в Маунт, доктор, помогите! — взмолился Грамбер.

— Ох, батюшки! Джейкл де Арканцев! Впервые такие гости! Ох, конечно конечно, я приеду. Фнавикия не должна лишиться такого великого человека. Я подожду Пенса, расскажу ему все, и в путь, — решил Эллет.

— О нет, давайте сейчас! Нельзя ждать ни минуты, кто знает — может, мой господин уже помирает? — испугался слуга.

— Ферез ж, тогда в путь! Если мне не удастся поговорить с Пенсом, то придется оставить ему письмо. Погодите.

Фантер достал из-под стола листок, готик, и стал писать письмо. Руки дрожали, готик поворачивал не туда. Грамбер нервно переступал с ноги на ногу, лицо покрылось сперва жуткой краснотой, а затем мертвенной бледнотой.

Наконец, врач кое-как дописал письмо. В порыве он бросил лист на стол, кинул готик, схватил чемодан с необходимыми вещами, и побежал вслед за трясшимся Коундиком. На улице уже горело солнце, люди ходили по дорожкам, стоял большой экипаж из *кирлей* (сеи животные — смесь лошадей и артилоп, с антилопными рогами и скоростью, и лошадиными телом и гривой). Грамбер впрыгнул в седло, врач вбежал в пустую высокую тележку. Люди окружили экипаж с удивлением, как он со всей скоростью рванул! Колеса застучали по дороге, врача мутило из стороны в сторону. Никогда в жизни он не ездил с такой скоростью.

Наконец, через час экипаж стал замедляться. Бедолага Фантер себя не чувствовал, и представлял жалкое зрелище. Когда кирли полностью остановились, врач просто упал. Сил не было. Но долг звал помочь больному. И тяжелоотбитый Эллет, с трудом перелесший через забор из досок, встал на землю, покачнулся на ней, и вновь упал.

— Простите за столь резкую, и наверное, непривычную для вас, молниеносную поездку, доктор. Вы ведь застегнулись за специальный ремень? — вежливо спросил Грамбер.

— Какой ремень? — честно недоумевая, спросил Эллет.

— У забора есть специальное место с ремнем, для вашего крепления. Оно нужно для того, чтобы вам по дороге от резкой скорости не стало плохо. Вы что, и вправду не зацепились за него? Тогда понятно, почему вам плохо.

— О Ферезе... Вот я дурак...

— Вам нужна помощь? Слуги могут помочь освоиться.

— Ага, слуги будут лечить доктора. Спасибо, я и сам. Ну у вас и вид!

Да, в Маунте был прекрасный вид. Город, построенный на трех горных снежных пиках, в Долине Горных Пород; город, состоящий из красивых коричневых домиков с разноцветными крышами; город, видный из очень далекого расстояния. Говоря по нашему, от уровня моря до высоты Маунта около 2000 метров, весьма внушительное число. Такая Родина, которой можно гордиться.

— Что с вами, доктор? Вам плохо?

— Нет, все нормально. Я посмотрел на красоту вашего города.

— Мы не особо любим им хвастаться, но я польщен вашим предложением. Дом моего господина вон в той стороне, около большого озера, озера *Менти*.

Грамбер Коундик и Эллет Фантер пошли пешком, ведя при этом с собой кирлей. Люди в сером вокруг никак не удивлялись этому. Самые лучшие и быстрые дикие кирли добывались именно в горных долинах Маунта, а экипажи из этих животных были маунтцам не в диковинку.

Пройдя по людной тропинке, герои завернули за угол. Стало очень хорошо видно озеро Менть, и воду, плескавшуюся в нем. Грамбер очень быстро шагал к своему дому. Если бы не уставший от тряски Эллет, он бы бежал сломя голову. Но врач очень часто задумывался и отвлекался. Жизнь маунтцев была гораздо более интересной, чем у дефрцев. Они и бегали по камням, и устраивали различные уличные беседы, и изучали местность.

Наконец, начался спуск вниз, ближе к озеру. Дома по сторонам закончились. Герои стали осторожно спускаться по склону, а Фантер увидел впереди лишь один, очень большой синий дом. Он даже догадывался, чей это дом.

Наконец, наши герои подошли к зданию. Грамбер проводил лошадей в загон, и Фантер стал ждать его. Когда верный слуга подошел к врачу, они оба вместе подошли к большой деревянной двери и постучали.

— Кто там? — спросил молодой женский голос.

— Тысяча девятьсот восемьдесят. Откройте! — ответил Грамбер.

Дверь распахнулась, и герои увидели девушку в синей одежке.

— Госпожа *Джейла*, о, ваше величие! Как дела с нашим господином? — испуганно прошептал слуга.

— Здравствуй, Грамбер, и... — не закончил тонкий голосок.

— Я врач Эллет Фантер, мадам. К вашим услугам, — сказал врач.

— О, я так рада, что помощь пришла! Брат лежит на своей кровати. Ему несколько хуже — руки одревеснели, и голос задрожал.

— Благодарю, госпожа! — обрадовался Грамбер, и вместе с Эллетом пошел по коридору.

— Чего веселого, Коундик? — спросил Фантер.

— Наш господин еще жив; уже это хорошо. Ваш врачебный арсенал при вас?

— Конечно.

Грамбер и Эллет прошли темноватый коридор и завернули за угол. Джейла шла вслед за ними. Впереди стала видна кухня с белыми стенками, но слуга спешил завернуть направо, к лестнице. И не успел.

— Грамбер! Какого сакета ты шляешься по моей квартире, при этом не поздоровавшись? Я тебя так проучу, что на свой короткий век это запомнишь! — прокричал из кухни тяжелый мужской голос.

— Простите, господин *Джегор*, но ваш сын нуждается в срочной помощи!

— И это позволяет тебе пройти мимо меня, да еще и хамить? А ну на кухню! Бегом!

Троим не осталось ничего другого сделать, как не пойти на кухню. Вернувшись назад, Эллет разглядел большой стол, и упитанного барина, сидевшего на стуле.

— Джейла, выйди отсюда. Хм, это и есть доктор для Джейкла? Неплохо, неплохо... Ваше имя, сударь?

— Я врач Эллет Коунд... Тьфу ты, Эллет Фантер, ваша честь.

— Хотя нет, я ошибся. Грамбер, ты ездил часа два до Дефра ради этого? Знаешь, я был о тебе большего мнения.

Врач обиделся.

— Знаете, ваша грубость не очень красива, — произнес он.

— Ну да, ну да. Пошли тут разговоры серьезные. А попроще быть нельзя? "Ваша грюбость ни очень красива". Ха! — спародировал Джегор.

— У вас сын, может, помирает, а вы тут над врачом издеваетесь! — в отчаянии возопил Фантер.

— И? Вы бы знали, какой мой сын богатырь — весь в отца! Да его ни какой болезнью в могилу не сведешь!

— Мне все равно. Я пойду лечить вашего сына.

С такими словами Эллет Фантер вышел из кухни, а вслед за ним пустился и Грамбер. Джегор сперва тоже привстал, но потом передумал.

— Богачи толстые! Наелись досыту с нас! Чтоб вас Ферез наказал! — наругался он, а потом снова сел за стол. Живот мешал нормально поместиться.

Когда Эллет вместе с Коундиком подошел к лестнице, к ним обоим приблизилась Джейла.

— Господин Фантер, вы, пожалуйста, осторожнее с моим отцом. Он бывает, считает себя большим барином, и потому ведет себя дома ужасно. Уж простите его, таков он!

— Ничего. На свете много людей, почему бы не быть и таким? — с этими словами врач полез на лестницу.

Залезши на нее, доктор и слуга узрели большую по размерам комнату, "зал Джейкла", как назвал ее в мыслях Эллет. Около дальней стены стояло шесть кроватей, а около лестницы — одна ("кровать в лестницы для Грамбера, а шесть других — для Джегора, его жены, Джейкла, Джейлы, и его братьев Арнэна и Зикфрида").

На дальней кровати лежал больной. Фантер подбежал к нему и посмотрел в лицо. И вправду, Джейкл выглядел жутковато. Распухшие щеки, беззрачковые глаза, синие пятнищи на теле, дрожь по телу. А сейчас немного о семье Арканцевых.

Арканцевы были довольно старой фнатской фамилией. Отец Джейкла, Джегор, имел богатых родителей, но потерял их во время снежной лавины в горах. Выросши в новой семье и получив новую фамилию, Джегор женился на сакетской генеральше Изабелле, перешедшей на сторону Фнатии.

У Джегора и Изабеллы родилось три сына: Джейкл, Зикфрид, и Арнэн. Первые два родились в 1680 году, в один и тот же день, в одну и ту же секунду, но не были близнецами. В 1698 родился Арнэн, в 1700 — Джейла, а в 1703 усыновили 12-летнего Таз'Рэнна, двоюродного брата Трех Братьев.

Мальчики. росли под строгими запретами. В юности они получили тяжелую военную дисциплину, стали отличными солдатами. Отец, воспитавший детей, постепенно устал от этого, и начал набирать вес. Мать воспитывала Джейлу.

Джейкл и Зикфрид пошли в армию. Там они в составе фнатского войска в 1714 году вернули Фнатии занятый сакетами город Фанфокс, а потом и вовсе дошли до столицы Сангеззорана, Каноулы. Их храбрые имена висели на устах всей страны, герои получили заслуженные Ордена и Награды!

Таз'Рэнн пошел по стопам старших братьев. Он также пошел в армию, также сражался с сакетами, и добился такой же популярности, после чего вместе с Зикфридом отправился странствовать по свету. Арнэн развратился, и вместо службы в войсках ушел в Сангеззоран, где стал весело проживать свой век.

Джейкл остался совсем один. Все братья ушли, отец стал ворчлив, сестра и мать были женщинами. Даже походы на врагов, верный слуга, и прекрасная местность Маунта не помогали герою почувствовать умиротворение.

Эллет Фантер стоят около смертельно-больного Джейкла, а тот... Курил папиросу. Нормальное дело.

— Господин Джейкл, я ваш доктор, Эллет Фантер. Ау!

— Здравствуй, — ответил скучный голос.

— Почему вы курите папиросу? Она очень опасна для вас!

— С чего это она опасна?

Фантеру показалось, что или он сошел с ума, или Джейкл сошел с ума. Как можно курить вредные папиросы, когда твоя жизнь висит на крючке!?

— Господин, вы понимаете, что вредные вещества из папирос плохо влияют на вас?

Джейкл поыернулся к врачу и зевнул.

— Да на меня все плохо влияет. Я лучше умру, потому что в жизни нет смысла.

— Что вы говорите, сударь? Вы же должны понимать, что Фнатия не может лишиться такого великолепного героя!

Джейкл очень выразительно посмотрел на Эллета, и тот, испугавшись страшных больных глаз, задрожал.

— Доктор. Вы, конечно, мастер своего дела, но я говорю вам — лечение мне не нужно. Я лучше умру, — повторил он.

— Что вы говорите, господин!? Как вы мож... — не успел воскликнуть слуга.

— Замолчи, Грамбер, — приказал Джейкл.

— Умереть или жить вы хотите, да я желаю лично второго, — произнес Фантер. Взяв таблетки из сумки, он подошел к великому воину, — давайте, примите вместе с водой. Грамбер, дайте господину воды.

Джейкл смотрел самыми безразличными глазами, что можно создать на свете. Он безразлично принял таблетку, безразлично выпил с нею воду, безразлично лег и отвернулся.

— Вы уверены, господин Фантер, что лекарство сработает, и мой хозяин вылечится? — спросил Коундик.

— Его болезнь — это редкая, но почти безвредная вариация охатки смертельной. Лекарство точно проверено. Арканцевым повезло — их воин останется жив.

— Но что мы будем делать?

— Ждать твоего господина. Через десять минут симптом утихнет. Что он скажет нам, когда его посетит новый прилив сил?

## 1.2. Табунские бандиты

Время прошло.

— Сударь Джейкл, мы это... Хотели спросить вас — какие проблемы у вас, что вызвало болезнь? — спросил Фантер.

Джейкл повернулся. Его лицо было полностью здорово. Но лицо выражало большую печаль.

— Проблемы? Хех, проблем у меня много, — не особо весело сказал он.

— Какие? Мой пациент должен быть здоров как и физически, так и духовно. Так наставлял меня учитель, — продолжил допытываться врач.

Джейкл стал напрягать извилины, пытаясь вспомнить как можно больше.

— Вы странный человек, доктор. Но ладно. Я и так не часто встречаю особых людей. Так, проблемы по хронологии... Во первых, мой младший брат Арнэн пропал в Сангеззоране. Я не знаю причин, да это и неважно... Ферез разве что знает, что за чертовщина тут ввязалась. Во вторых, перед болезнью я собирался съездить в Чат за своей подругой, которая не знает, откуда я. А мы планировали жениться... В третьих, во время болезни я вспомнил о Посохе Данилиана, который я планировал усовершенствовать вместе с Шевалье де Картом, но который также исчез во время моей болезни. Его похитили пару часов назад два особо наглых вора. Я пытался позвать родственников, но смог лишь прошептать их имена. Воры влезли через окно, вытащили все из шкафчиков, в том числе и Посох, а затем смылись. Данилиан Энзайр убьет меня... Думаю, господин, вы поняли все причины моего несчастия. Хотя, это слишком сложно для вас... — подумал Джейкл.

— Нет нет. Я смогу, врядли это займёт уж слишком много времени, а я написал в записке о отпуске до двух недель, на всякий случай. Итак, мои пункты? — решился Фантер, придавая лицуц самое решительное выражение.

— Первое — Маунт. Здесь должны находиться воры. Второе — Чат. Там моя подруга Элизен. Третье — Каноула. Туда, по записке, уехал Арнэн

— А как выглядят бандиты?

— Я не смог разглядеть — моё зрение было подпорчено болезнью. И они оба были в чёрных плащах.

— Ага. Все понял. Так, сперва обшарить Маунт. Может, найдём зацепки. Спасибо за задачи, господин Джейкл! До свидания! — воскликнул Эллет и направился к лестнице.

— До... Кхе-кхе, до свидания. Извините, — сказал Лимфоиль.

Эллет ничего не ответил, так как уже начал спускаться по лестнице. Но Грамбер поклонился.

— Грамбер, останься у меня! Мне одному будет скучно, а два трусливых вора и смелый доктор — это дело не для нас, — приказал Джейкл.

— Как скажете, господин.

Фантер спустился вниз, и опять прошёл мимо кухни. Разнесся громкий голос: "Опять вы, доктор! Что там с моим сыном? Я же говорил, он просто богатырь!"

— Господин Джегор, извиняюсь, вы были правы. Ваш сын самый настоящий богатырь, — и Фантер весело подмигнул.

— Так, что это значит? — проревел Джегор.

Но Эллет не слушал — он спешил, так как две недели — не такое уж и громадное время. Быстро одевшись, он вышел из дома, даже не ответив на "До свидания, доктор" Джейлы, и отправился в город.

План Фантера был прост: сдружился с местными, разузнать тайн, и подыскать подозреваемых. Быстро поднявшись по склону и подойдя к местному пабу, он вошёл туда и спросил бармена: "Здравствуй, сударь. Что есть?". Ответ бармена был максимально краток: "*Шедь*, 30 корсов. *Цурр*, 70 корсов. *Ллиондрель*, 120 корсов"

— Что!? Цурр — 70 корсов? Да у нас он корсов 40 стоит!

— Где, у вас?

— У нас в Дефре! Да ну вас, пойду в другой бар. Где другие бары?

— Их ещё два, но уверяю вас — у них *маргедель* (по нашему — алкоголь) раза в два больше стоит.

— О Ферезе, ну и жёсткая жизнь. Давайте тогда один шедь.

— Будет сделано, — ответил бармен с лицом самым стойким.

Через минуту Эллет Фантер уже сидел у стола и пил шедь. Да, шедь все же не такая крепкая, как старый добрый цурр. Ну и ладно, в принципе, все-таки доктор ещё никогда не пробовал адски крепкого ллиондреля.

Рядом сидело множество людей: около десятка. Эллет стал просматриваться к ним. Его внимание сконцентрировалось на трёх подозрительных типах, сидевших у самого тёмного уголка. Уж больно странно они себя вели.

Как бы невзначай, врач подошёл к мусорке, которая стояла близко с типами, и стал долго кидать туда всякие бесполезные вещи, что находились у него в кармане. А таких вещей у него было очень много. Предполагаемые воры сразу перешли на шепот, но острые уши доктора расслышали каждое слово.

— Черт, Фрэнд, этот парень что-то подозрительно смотрит в нашу сторону, — сказал пухленький мужичок.

— Ну ты и дурила, Гексон! Замолчи, делаем доброе лицо, — ответил тонкий и высокий человек.

Три бандита повернулись к Эллету и улыбнулись. Тот, стараясь выдержать самообладание, отвернулся и продолжил выкидывать всякие безделушки.

— Вроде он отвернулся, Вансог. Продолжим разговор? — спросил тот, кого звали Фрэндом.

— Не против, — продолжил Вансог, человек среднего роста со слабыми и худыми ручками.

— Ребята, мы нашли большой куш. Все-таки старый мошенник Халари оказался прав — в верхней комнате Арканцевых реально нашлись целые богатства...! — глаза Фрэнда жутко заблестели.

— Тише, парень, а то получишь пулю прямо здесь. От полицаев. Короче, куда угоним эти драгоценности? И Посох? — стал думать Вансог.

Фантер понял — он нашел след. Надо просто следовать за этими парнями. Не заметно доставая вещи из мусорки, он нарочно продлинял время своей тайной слежки.

— Так, где остановился Шеллентод? Где его табун? — спросил Гексон, до того молчавший.

— Идиот, мы же сказали — к северу, около Горы. Там дубрава с синими листьями, иди вперед, и ты снова дома, — объяснил Вансог.

Врач решил что бы то не стало, пойти за ворами и напасть на след табуна. А если там будет мало человек, то можно и вернуть сворованное.

— Так, пошлите, Вансог, Гексон.

Господа стремительно встали и отправились к выходу. Так стремительно, что Фантер сперва даже не успел отреагировать. Но опомнившись, он окончательно кинул весь мусор и отправился вслед за господами-мошенниками.

Выйдя из паба, воры пошли за город. Эллет решил не отставать, и старательно, тайно дошел до леса за городом. Высокие деревья *чемберы* ярко светили синим отблеском листьев. Зайдя за деревья, бандиты побежали. Фантеру оказалось гораздо трудней — мало того, что было трудно следить за фигурами подозрительных типов, так и случайный кустарник мог обнаружить доктора с лихвой.

Солнце было в самом разгаре, переходя к вечеру. Наконец, врач увидел белые домики на колесах, сливавшиеся с синим деревьями в нашу "зебру". Бандиты вбежали в самый близкий дом. Громко хлопнула деревянная дверь. Фантер подошел к прорезям в стенах, и узрел все богатство внутренностей домика. Стены украшались фресками на религизиозную, *ферезианскую* тематику. Там были и сцены сражений Пророка *Граста* с жуткими черными монстрами, там были и сцены улета Пророка на Чистое Небо.

На деревянном узорчатом полу стоял каменный, грубо сколоченный стол. На столе находились *куборки* с тлонью, чистая вода. Бандиты сидели на таких же каменных, грубых, как и стол, стульях и оживленно болтая. Эллет заметил, что к трем старым знакомым присоединилось еще два: бородатый старичок, все время трясшиеся, и высокий сильный мужчина в самом расцвете сил.

— Старичок Халари, а как ты угадать то смог? Я же знаю, ты просто мошенник! — рассмеялся Фрэнд.

— Я не мошенник. Я настоящий прорицатель, и это даже Шеллентод подтвердит, да? — пролепетал старичок, обращаясь к самому высокому и сильному парню в доме.

— Ну... Как сказать. Дар Халари очень редок. Я верю ему, как верил и мой отец, — на полном серьезе сказал Шеллентод.

— Ха ха! Шеллентод ты наивен, как *кирли* перед человеческой ловлей! Все это бред семьи Халари, которым она давно мутит воду в нашем таборе! — сказал Вансог.

— А давайте дадим старику сказать свое дело! Пусть что-нибудь реальное предскажет. Давай давай, старик! — начал хитрить Гексон.

— Действительно! — хором поддакнули Вансог и Фрэнд.

Шеллентод не смог ничего сказать против. Большинство в выигрыше.

— Я чую, господа... — закрыв глаза, стал гадать старичок, — Что... За нашим домом стоит пришелец!

Врач задрожал. Он сам до последнего не верил, что Халари реально умеет предсказывать. Не было времени думать — пора бежать!

Эллет ринулся за деревья. Но не успел он пробежать и десяти шагов, как молниеносная петля скрутила ему руку. За ней последовала еще одна, на ногу.

— Думал сбежать, темнолицый? Надо же, так криво спрятаться, и быть незамеченным! Ручаюсь, господа: если бы не предсказания Халари, этот враг бы остался бы жив! — иронически заметил Шеллентод.

Эллет нервно дышал.

— Я не враг! Я не имею ничего против вас; я бы поговорил с вами с самыми добрыми намерениями.

— Хах, незнакомец, большой хах. Друзья не шастают тайкой; друзья не подслушивают; друзья не убегают.

— Я не знал, какие могли быть намерения у вас. Вы могли убить меня на месте.

— А тут ты прав. Это извиняет тебя. Ты же не из Правительства?

— Какого?

— Хм, еще лучше... Парень, считай себя принятым в наше дурное общество. Смерть миновала тебя.

Через пять минут Фантер и Шеллентод сидели оба в комнате, не утружденные присутствием Халари, Фрэнда, Гексона, Вансога, и других.

— А вы мне нравитесь, доктор. Откуда вы?

— От Джейкла Арканцева. Я должен помочь ему: найти брата в Сангеззоране, невесту в Чате, и у вас Посох Данилиана.

— Посох Данилиана? Буду рад вам его достать; он у меня в шкафчике.

— О, спасибо!

Глава табуна залез в шкаф, достал орудие и отдал его в руки удивленному Эллету. Посох так и сверкал деревянной палкой и зеленым изумрудом.

— Ничего не пострадало. Палка и изумруд охранены.

— Вау, вы не обманываете. Вы честный человек, господин Шеллентод.

— Не говорите истины, она соблазняет. Лучше скажите, откуда вы родом?

— Из Дефра.

— Довольно странно. Я думал, все жители Дефра — карлики.

— Да, большинство жителей моего города малы ростом. Я исключение.

— Весело там у вас, наверное. У нас в Маунте все нормального роста.

— А почему вы живете здесь, в табуне? Ведь возможна прекрасная жизнь в городе!

— После инцидента с Правительством уже невозможно.

— Какого инцидента?

— Видите ли, доктор. В далеких 1590-х годах наши отцы встретились, чтобы устроить партизанское восстание против Правительства. Причина проста: поднялись налоги, повысились цены на хлеб. Глупые пращуры реально восстали, устроили погромы в городе, и скрылись. Сперва народ считал наших отцов глупцами, но потом понял, как они были правы. Началась дискриминация, жители Чата и Дефра стали называть нас "недокарликами", хотя почти все из нас были выше маленьких чатцев и дефрцев.

— Согласен, не справедливо.

— Так что понеслось далее! В 1680 году началось восстание маунтцев, недовольных этими неправильными законами. Наши отцы назвались "героями", им даже поставили памятники. Но предки не смогли уйти к восстанию: они были больны, а отдавать гонцов было опасно. В результате спустя пару месяцев Правительство разгромило маунтцев. Памятники были снесены, дискриминация осталась, а то и усилилась. Мы вообще не являлись исключением; также "недокарликами" считались страпбургцы, шесемцы. Мой отец умер в 1712 году — он был застрелен в бою против Правительства. Я, родившийся в 1648 году, был еще молод управлять табуном. Но пришлось, так как отдавать пост помешанному Халари было безрассудно, а воришкам — глупо. У нас в табуне вообще только я, Халари, дети и женщины — честные; все остальные — воры. Воры воруют даже у нас самих — отбросы нашего общества. Мы их терпим только из-за военной и рабочей силы, да веселых рассказов, хотя по моему, рассказы Халари куда интересней. Этот старик, родившийся в далеком 1548 году, повидал за свою жизнь просто кучу интересных событий. Он просто притворяется странным, на самом деле он нормален...

— Спасибо за информацию. Но почему вам не выступить против Правительства?

Глаза Шеллентода раскрылись от удивления.

— У Правительства... Сотни тысяч солдат! Сотни *кирляков* (всадников на кирлях)! Десятки *шашей* (танков)! А у нас только двадцать воров. Ну разве это сила?

— Хм... Двадцать воров, старик, мужчина, и эта мощь против тысяч бравых солдат. Ничего бы потеха вышла! Ладно, спасибо за вашу воду. Я, пожалуй, отправлюсь в путь.

— Так быстро? Мой доктор, вы побыли очень мало. Расскажите о себе, что ли?

— Хватит. Моя жизнь скучная. Лечу всех, хожу по одним и тем же маршрутам. Мне пора в Чат.

— Эх, доктора всегда такие. В поисках лекарств мечутся туда-сюда. Может, вам помощь в Чате? Правительство всегда выявляет наших агентов.

— А с каких пор я агент?

— По крайней мере, вы нам друг, а на языке Правительства фраза "друг маунтцев", как и "друг шесемцев" и "друг страпбургцев", означает "агент".

— Кривой язык у Правительства. Не волнуйтесь, я смогу и сам добраться. Никто мне не помешает. А если кто-то полезет — Посох поможет, я найду, как им пользоваться.

— Ладно, доктор Фантер. Если хотите найти нас, то мы на своем месте. Но если Правительство начнет нас искать, то мы перейдем еще дальше на север. Давайте я провожу вас до выхода из табуна.

Фантер припрятал кружку от керна в карман — не каждый день такую найдешь! Шеллентод проводил Мастер-Друга, как уже прозвали доктора местные, до выхода из табуна. Эллет Фантер помахал рукой, и побежал со всех ног в город. Одна цель достигнута, осталось еще две.

## 1.3. Погоня в Чат

Фантер довольно быстро вернулся в Маунт. Ничего не изменилось, разве что Шеврон уже готовился садиться. Он нашел экипаж, дал деньги, и на полной погнал в Чат. Путь следовал очень долгий: от западного края страны до восточного. Но если проезжать все города, да еще и ехать на полной скорости — то он может успеть.

В уме доктор поставил себе задачу: успеть все сделать за три дня. Так как Посох был найден, то надо найти и подругу Джейкла, и его брата. Пожалуй, задачи весьма сложные. Но догадливый врач успел взять с собой альбом Джейкла. Все тайком, все бесчестно, да знать то всех надо! Посмотрев на первую картинку, доктор увидел Арнэна, брата Джейкла. У него были коричневые волосы, кривые глаза, и тонкие руки. Такого легко узнать.

На одной из последних страниц Эллет нашел Элизен, подругу Джейкла. У нее были золотые волосы, яркая одежда, и красивые изумрудные глаза. Если надо, то доктор легко отыщет ее. Экипаж гнал все быстрее.

Вокруг крутились леса. Фантер листал альбом, смотря на семью Джейкла. Такие разные, а такие похожие. Два неуместных в обычной семье факта соединяются воедино в семье Арканцевых. Забивши на это, доктор выглянул. Судя по всему, совсем недавно экипаж проехал Дефр. Половина пути готова, скоро прибудем в Чат.

Эллет Фантер сел на кресло у кучера и стал смотреть вдаль. Вдруг что-то привлекло его внимание. Большая серая точка все росла, и росла. Наконец, она приблизилась, и доктор понял, что увидел... Полицейский экипаж. Бичом полиция остановила кучера, и он вместе с Фантером вышли.

— Ваши пропуски, господа? — спросил полицейский.

— Какие пропуски? — в ужасе спросил кучер. Эллет его в душе пожалел.

— Вчера были введены пропуски на проезд в Чат. У вас у обоих они должны быть, — нагло заметил второй полицейский.

— Но я только сейчас о них слышу! Я требую, чтобы мне дали проехать.

— Боюсь, это невозможно, пока вы не предъявите пропуск. Таков закон правительства.

— Бросьте! Вы обязаны дать.

— Мы обязаны не впускать таких подозрительных личностей, как вы. Забудьте...

Фантер отвернулся от спорящих. Он пошёл по трассе обратно, завернул за угол, и полез в чащу. Осторожно ползя, он незаметно пробрался мимо споривших, и вылез в километре впереди. Довольный своей хитростью, Эллет пошёл по дороге.

Шеврон, несмотря на то, что он уже почти исчез за горизонтом, все-таки зажарил напоследок трассу. Фантер снял шляпу, но все равно долго плелся по обочине, готовый в случае появления полиции спрятаться в траве. Наконец, на горизонте замаячила новая точка. Горевший Фантер, уже практически не думавший, упал на дорогу.

\*\*\*

— С тобой все нормально? — спросил Эллета твердый мужской голос.

Доктор очнулся. Он лежал в странном экипаже без кирлей. На соседнем кресле, мягко поворачивая какой-то круг, сидел белый мужчина в куртке. Несмотря на окружающую жару, он был тепло одет.

— Со мной... Со мной все хорошо... — процежил сквозь зубы Эллет.

— Ты там лежал, на трассе. Сперва шел, а потом упал, и лежал. Хорошо, что я подъехал на своем ахтилитике, а то ты бы уже бац...

— А как вас зовут?

— В самом деле, как меня зовут? А зовут меня Генри Ахтиль. Я с Шесема родом, перевожу местных и неместных. Полиция вообще оборзела; пропуска ей подавай. Хорошо, что я купил пропуск, а ты купил?

— Н... Ет.

— Жалко, лишний раз контрабандить придется. А тебе зачем в Чат?

— Я должен одному парню подругу привести. Блондинку в красивой одежде с зелеными глазами. Парень болен, а я не мог бросить его. А почему контрабандить?

— Нда... Таких женщин, как ты описал, я каждый день вижу. А как зовут ее, ты хотя бы знаешь?

— Элизен вроде.

— А, такая одна. Под твое описание подходит. А картинка есть?

— И это есть. Возьми.

Генри отвернулся от руля, ибо круг в его руках был руль, и рассмотрел фотографию Элизен с Джейклом.

— Я обоих знаю. Тот мужик слева — крутой пацан-солдат, а женщина справа — та, что Элизен — тоже мне знакома! Я недавно перевозил ее. На удивление добрая и вежливая. Пхех.

— Бывает. А до Чата недалеко?

— Скоро приедем. Пара поворотов, и мы в городе... Черт, копы!

Сзади безкирлевого экипажа Ахтиля возник другой экипаж, экипаж полиции.

— Эх, давай замедляться, — предложил доктор.

— Замедляться? Что за бред, мы только гнать!

Генри ускорил свою махину ("вперед, ахтилит!"), и погнал по дороге. Полиция начала отставать.

— Сейчас поворот! — крикнул Эллет.

— Я знаю весь маршрут! — ответил Генри.

Разворот — и Фантер увидел гигантский мегаполис под названием Чат.