Христианство и теософия

**Христианство** и современная **теософия** в течение всего периода после образования Теософского общества имели сложные, а иногда — плохие отношения. Для большинства западных теософов христианство было религией, в которой они родились и выросли, но многие из них пришли к теософии через процесс изучения и даже противодействия христианской вере. По мнению профессора Эллвуда, «причина, вызывающая разногласия, заключалась в самой теософии».

## Из христиан — в теософы

* Елена Петровна Блаватская, основательница современного теософского движения, соосновательница и главный идеолог Теософского общества.[4][K 2] Она была «по происхождению и воспитанию» православной христианкой. Все её близкие относились к людям консервативным, считавшим себя «добрыми христианами».[7][K 3]
* Генри Олкотт, сооснователь и первый президент Теософского общества, «ключевая фигура» в современной истории ланкийскогобуддизма[10]. Родители Генри воспитали его на традициях пресвитерианской церкви[11]. В 1860 году он женился на дочери священника Епископальной церкви[12][13].
* Франц Гартман (англ.)русск., член Теософского общества, работал в Адьяре с Блаватской и Олкоттом[14]. Франц был воспитан «на догмах Римско-католической церкви» и какое-то время мечтал стать монахом капуцинского Ордена[15].
* Анни Безант, второй президент Теософского общества Адьяр. Анни воспитывалась на принципах англиканства, и в двадцатилетнем возрасте вышла замуж за преподобного Фрэнка Безанта.[16][17][K 4]
* Чарлз Ледбитер, вначале англиканский священник, затем член Теософского Общества. Помогал Олкотту возрождать буддизм на Цейлоне. После смерти Блаватской Ледбитер стал «главным идеологом» Теософского общества Адьяр. Он также был вторым президент-епископом и «ведущий теологом и литургистом» Либеральной католической церкви (англ.)русск..[19][20][K 5]
* Джеймс Веджвуд (англ.)русск., член Теософского общества Адьяр, был генеральным секретарём его английской секции. Отказался от подготовки к «карьере священнослужителя церкви Англии»[22] и стал епископом-основателем Либеральной католической церкви[23].
* Джордж Арундейл (англ.)русск., третий президент Теософского общества Адьяр. Его отец, преподобный Джон Кей, был священнослужителем Конгрегациональной церкви. В 1926 году Джордж стал региональным епископом Либеральной католической церкви в Индии[24][25].
* Готфрид де Пурукер (англ.)русск., лидер Теософского общества Пасадена (англ.)русск.. Отец Готфрида, англиканский священнослужитель, «видел его в будущем только священником»[26].
* Алиса Бейли, вначале член Теософского общества Адьяр. Воспитывалась в духе «консервативного евангелического крыла» церкви Англии. В 18 лет стала миссионером в Молодёжной женской христианской ассоциации (англ.)русск..[27][K 6]
* Дэниел Данлоп (англ.)русск., вначале член Теософского Общества. Основатель журнала *The Irish Theosophist.* Его отец, Александр Данлоп, был квакерским проповедником[29].
* Джеффри Ходсон, член Теософского общества Адьяр и священник Либеральной католической церкви. Вырос в атмосфере «традиционной христианской веры», работал в YMCA как организатор. Интересовался эзотерическим толкованием Библии и написал несколько работ, содержащих «обширные и часто глубокие эзотерические интерпретации» сюжетов из Ветхого Завета и жизни Иисуса Христа

## Полемика

### Бог

Согласно теософским духовным учителям, ни их философия не нуждается в этом понятии, ни они сами не верят в Бога, особенно «в того, местоимение которого требует прописной буквы». Учитель Кут Хуми писал: «Мы знаем, что в нашей [солнечной] системе нет такого существа, как Бог личный либо безличный. Парабрахман — это не Бог, но абсолютный и неизменный закон… Слово „Бог“ было изобретено для определения неизвестной причины тех следствий, которыми, не понимая их, восхищался либо устрашался человек».[K 8] Аналогично писала Безант: «Бог есть как бы составная фотография бесчисленных богов, олицетворяющих силы природы… Вся суть этого обобщается в одной фразе: религии есть ветви одного общего ствола — человеческого невежества».[K 9][K 10] «Мы отвергаем, — писала Блаватская, — идею личностного, или вне-космического и антропоморфного Бога».[K 11] Священник Русской православной церкви, кандидат богословия Димитрий Дружинин заявил в связи с этим, что теософия в своей основе «не приемлет и ненавидит имя Бога»[42]. Блаватская полагала, что Библия не является «словом Божьим», но содержит, в лучшем случае, «слова ошибавшихся людей и несовершенных наставников».

В «Тайной доктрине» Блаватская писала, что представление о «*вне*-космическом боге является убийственным для философии, тогда как *внутри*- космическое Божество — *то есть* Дух и материя, неразделимые между собой — есть философская необходимость. Если отделить одно от другого, останется лишь грубое суеверие, замаскированное эмоциональностью».[K 13] Профессор Сантуччи писал, что она определила Всевышнего в прологе «Тайной доктрины» как «Вездесущее, Вечное, Беспредельное и Неизменное **Начало**, все рассуждения о котором не имеют никакого смысла, поскольку оно выходит за пределы человеческого понимания».[K 14] Джон Дрискол, теолог и один из авторов «Католической энциклопедии», в 1912 году писал, что теософия отрицает личностного Бога, и это «аннулирует её притязания называться духовной философией».[3][K 15]Блаватская утверждала, что теософы верят «в Божество, которое есть **Всё** — источник всего сущего, беспредельность, которую нельзя постичь или узнать, одна лишь вселенная раскрывает *Это,* или, как предпочитают говорить некоторые, Его, тем самым наделяя полом (англ. *giving a sex*), [то есть,] антропоморфизируя это божество, что является *богохульством*».

Профессор Мэри Беднаровски писала, что теософы «видят Единое как причину вселенной», но не как её творца. Когда Блаватскую спрашивали: «Кто создал вселенную?» — она отвечала: «Никто её не создавал. Наука назвала бы этот процесс эволюцией; дохристианские философы и востоковеды называли его эманацией; мы же, оккультисты и теософы, видим в нём лишь универсальную и вечную *реальность,* периодически отражающуюся в бесконечных глубинах пространства».[K 17] Религиозный философ Николай Бердяев писал, что современные теософские книги отличаются тем, что читатель не находит «в них имени Божьего»[54]. Он заметил также, что «в современной теософии трудно найти учение о Боге».[K 18] Религиозный мыслитель Владимир Соловьёв, к тому же, писал, что теософия Блаватской является доктриной не только «антирелигиозной», но и «антинаучной» и «антифилософской».

### Иисус

Американский теолог Уолтер Мартин писал, что теософия полностью «игнорирует подлинную сущность, личность и служение Господа Иисуса Христа»[59]. Согласно Блаватской, Иисус был великим «философом и духовным реформатором».[K 20] Она считала Иисуса «великим Учителем», аватарой, имеющим способности исцелять и изгонять злых духов. Она рассматривала его не как Второе Лицо Святой Троицы, но как «посвящённого учителя-брахмана» с ясновидением, сверхъестественными способностями и «безразличием к завтрашней судьбе, свойственным факиру».[K 21] По мнению Блаватской, «Иисус Христос-Бог есть миф, выдуманный два столетия спустя после того, как умер действительный еврейский Иисус».[K 22] Согласно теософии, термин «Христос» означает «пребывание» личной божественности в каждом отдельном человеке[66]. Однако, Джеймс Скин, защищая христианство, писал:

В декабре 1887 года Блаватская опубликовала в «Люцифере» открытое письмо архиепископу Кентерберийскому, высшему руководителю церкви Англии. В этом послании редактор журнала предъявила доказательства того, что «почти в каждом пункте, доктрины церквей и практика христиан находятся *в прямой оппозиции к учению Иисуса*».[K 24] Она всегда выступала против тех, кто воспринимал учение Иисуса буквально.[70][K 25] Её представление об Иисусе, как о равном Будде, «сильно раздражало» христиан.[72][49][K 26] Мартин писал, что Воскресение Иисуса Христа «и, в этом отношении, воскресение всего человечества не оставляют места теософской догме о сопутствующих перевоплощениях»[38]. Александр Мень, православный священник и богослов, утверждал, что теософская псевдохристология стала «исполнением пророчества Христа о лжемессиях и лжепророках, которые явятся, чтобы соблазнять мир».[74][K 27][⇨]

### Молитва

На вопрос: «Верите ли вы в молитву и молитесь ли вы?» Блаватская ответила: «Нет. Вместо того, чтобы *говорить,* мы *действуем* <…> Видимая вселенная в своём существовании и явлениях зависит от своих взаимодействующих между собой форм и их законов, а не от молитв и молящихся».[K 28] По её словам, молитва убивает в человеке «способность полагаться на себя» и противоречит теософскому пониманию божественной имманентности. Она заявила: «Мы стараемся заменить бесплодную и бесполезную молитву достойными и плодотворными делами».[K 29] Не признавая личностность Бога, Блаватская отрицала действенность молитвы, кроме как в смысле «внутренней команды». Она говорила: «Мы называем нашим „Отцом Небесным“ ту божественную сущность, которую сознаём внутри себя».[K 30] Бердяев писал, что опыт «молитвенного богообщения», открываемый человеку христианской церковью, не признаётся теософской доктриной. Молитва в теософии есть лишь «одна из форм медитации»[81]. Чтобы доказать антихристианство Блаватской, Андрей Кураев, протодиакон Русской православной церкви и кандидат богословия, процитировал «Ключ к теософии»:

Кураев писал, что «гипотеза» Блаватской о том, что Бог не может услышать молитвы людей, а люди «не могут встретиться» с Богом, противоречит самому важному в христианстве. Так, она перенесла свою «неудачу» на всех людей[85].

### Посмертные состояния

Блаватская выступала против христианского понимания загробной жизни, «потому что она описывалась как вечная». Она утверждала, что «нет ничего вечного и неизменного».[K 33]Она говорила: «Мы не верим в ад и рай, как в какие-то места, как не верим в объективное существование ни вечного адского пламени, ни бессмертных червей, ни Иерусалимов с улицами, вымощенными сапфирами и бриллиантами».[K 34] Согласно Блаватской, на теософских «небесах» состояние человека такое:

В связи с этим, Дружинин писал, что христианские истины посмертного бытия человека «несравнимо превосходят бредовые фантазии основоположников теософии».[91][⇨]

### Карма и реинкарнация

Основные теософские учения — карма и реинкарнация. Карма — это закон этической причинности. В прошлом воплощении Эго приобретало определённые способности и «приводило в движение» определённые процессы. Последствия этих поцессов и процессов, приведённых в движение в предыдущих воплощениях, которые Эго «ещё не исчерпало», являются его кармой, определяющей условия, в которых оно «возрождается». Таким образом, перевоплощение «напрямую» связано с кармой[3][18]. Скин заявил, что теософское учение о карме и его «отношение к прощению и вере» противоречит библейским определениям этих важных понятий[18][K 36]. Мартин писал, что, оппонируя христианской доктрине искупления и наказания, теософия не обещает никакого прощения грехов, кроме как «через мириады перевоплощений»[92]. Теософская доктрина не предполагает «ни Живого Искупителя, ни свободы от власти греха»[59]. *Encyclopedia of New Age Beliefs* утверждает, что законы кармы и реинкарнации фактически являются «учением о самоспасении»: поскольку человек, совершавший проступки, расплачивается сам, нет смысла в «заместительной смерти Иисуса Христа за наши грехи».

Блаватская и другие теософы верили, что «безошибочный закон воздаяния, называемый **кармой**», является системой наказаний, «по своей строгости и жесткости не уступающей кальвинистской, но лишь более философичной и согласующейся с принципом абсолютной справедливости»[K 38]. Согласно Блаватской, «карма — это абсолютный и вечный закон, действующий в проявленном мире», это «безличная сила», которая осуществляет возмездие за мысли, слова и поступки людей без «нарушения их интеллектуальной и индивидуальной свободы», чтобы продемонстрировать, что они должны отвечать за свой выбор[K 39]. По её словам, душа «должна очиститься путём циклической трансмиграции»[K 40]. Таким образом:

Согласно Дружинину, концепция реинкарнации принципиально противоречит основным догматам православного христианства. Более того, он писал, что имеются веские основания полагать, что концепция перевоплощения была привнесена в теософию «инспирировавшими её тёмными духовными силами» для подготовки явления антихриста[101]. Он писал также, что теософская доктрина реинкарнации принижает трагизм смерти и прославляет её как позитивный момент космической эволюции. Умаляя смерть, это учение тем самым умаляет и жизнь, примиряя человека «с любым страданием и несправедливостью»[102].

Е. П. Блаватская ввела в оборот идею о том, что христианство признавало доктрину реинкарнации с самого момента своего зарождения. Блаватская принимала идею реинкарнации в качестве основополагающего метафизического принципа, присущего всем религиям мира, а отсутствие её в христианстве трактовала как намеренное искажение первоначального смысла этого учения недобросовестными популяризаторами, которые «скрыли, что первоначально идея переселения душ присутствовала в учении Христа»[103]. В соответствии с этой идеей так было вплоть до Пятого Вселенского собора 553 года, когда был осуждён оригенизм. Этот альтернативный взгляд на историю получил широкое признание среди теософов конца XIX — начала XX века, а позднее был принят приверженцами движений нью-эйдж.

Настойчивые поиски идеи реинкарнации в христианстве исследователи объясняют тем, что эта идея имеет особую значимость для всей системы оккультных представлений, поскольку теософская теория существования общего ядра всех религий нуждается в обосновании, а констатация отсутствия принципиальной общности всех верований человечества ставит пропагандистов теософии в тяжёлое положение. Теософы вышли из затруднительного положения ценой отрицания существующей системы христианского вероучения, утверждая свои представления о едином сакральном слое религиозных верований и об обязательном присутствии идеи переселения душ в первоначальном христианстве[104].

## Обвинения

### Мошенничество

В сентябре 1884 года преподобный Джорж Паттерсон, ректор Мадрасского христианского колледжа, написал об оккультных феноменах Блаватской так: «Что, если эти знаки и чудеса являются доказательством чего-то совсем другого? <…> [Тогда] вместо сообщений от существ сверхъестественной мудрости и силы у нас останутся только личные мысли умной, но не очень совестливой женщины»[105][106]. Антитеософские публикации в *The Madras Christian College Magazine* в сентябре 1884 года совпали по времени с прибытием в Адьяр по поручению ОПИ эксперта Ричарда Ходжсона, направленного с целью изучения феноменов Блаватской[107]. Комитет ОПИ «после анализа и обсуждения» исследований Ходжсона пришёл в отношении к самой Блаватской к следующему заключению, которое было опубликовано в декабре 1885 года: «Со своей стороны, мы не рассматриваем её ни как рупор невидимых провидцев, ни как рядовую авантюристку; мы думаем, что она останется в памяти человечества как одна из самых опытных, изобретательных и интересных обманщиц в истории»[108][107]. По мнению Паттерсона, именно оккультные феномены и «откровенно выраженный антагонизм теософии к христианству стали причиной быстрого распространения в Индии нового культа».

### Общение с духами

Согласно Кураеву, теософским авторам свойственна «одержимость духами». Если обычная научная или философская книга есть результат систематических и длительных поисков её автора, то теософские сочинения пишутся под диктовку «капризных духов». Автор-медиум не является собственником «сообщаемого» ему текста, поэтому он не вполне властен в его построении и обработке.[111][K 43] По мнению Дружинина, теософия проповедует «безрассудное» общение с духами, а духи, представившиеся «учителями-махатмами», могут вообще вытеснить ученика из его тела. Дружинин привёл слова святителя Игнатия: «Желание видеть духов, любопытство узнать что-нибудь от них есть признак величайшего безрассудства и совершенного незнания нравственных и деятельных преданий Православной церкви»[113]. Мартин писал, что Библия запрещает практиковать общение с духами[114]. Тем не менее, в 1860 году в Задонске митрополит Русской православной церкви Исидор, увидев проявления медиумизма Блаватской, сказал ей: «Пусть дар, которым вы обладаете, не беспокоит ваше сердце, но не позволяйте ему стать источником страданий для вас в будущем»[115][116]. Согласно Блаватской, медиумизм несовместим с адептством, потому что медиум является «пассивным инструментом» чужих воздействий, в то время как адепт «активно управляет самим собой и всеми ниже его стоящими силами».

### Демонизация

Илон Слоун, редактор и учитель Библии, заявил, что теософское посвящение представляет собой процесс «замаскированной» демонизации, «грубо пародирующий» христианское духовное возрождение[119]. Он писал:

По мнению Дружинина, теософия преследует цель: овладеть с помощью магии силами, которые дадут ей возможность «управлять миром». Теософ-практик стремится развить магические способности, которые возвысят его над другими. Таким образом, отрицание веры «в истинного Бога» приводит к тому, что «практикующий магию теософ сознаёт богом себя».

После исследования теософии Дружинин пришёл к выводу, что «создать столь путаную, противоречивую, фантазёрскую доктрину» могли только душевнобольные.

### Сатанизм

Христианское духовенство относилось к Теософскому Обществу как к «исчадию Сатаны»[124]. Блаватская в 1879 году писала, что христианские священнослужители называли теософов его «неверующими эмиссарами».[K 46][K 47] По утверждению Кураева, теософы объявили, что вообще нет другого Бога, кроме Люцифера: «Именно „сатана является Богом нашей планеты — и *единственным* Богом“, и это без всякого аллегорического намёка на его злобность и развращённость. Ибо он един с Логосом».[K 48][K 49] В «Тайной доктрине» её автор писала:

## Конфронтация

Священник Дружинин отметил, что Блаватская «лично принимала участие в вооружённой борьбе против Римско-католической церкви»[135]. В 1866 году она сопровождала Гарибальди в его экспедициях. В 1867 году вместе с итальянскими добровольцами «сражалась у Витербо, затем в Ментане» против папско-французских войск.[K 53] В столкновении при Ментане она была «тяжело ранена».[137][138][K 54] В 1941 году четвёртый президент Теософского общества Адьяр Джинараджадаса сообщил, что теософия Блаватской была «официально запрещена именем Папы Римского как страшная ересь, и ежегодно один раз в месяц возносилась через Деву Марию молитва о спасении мира от теософии».

В 1880 году Олкотт взял на себя обязательство восстановить истинный буддизм Шри-Ланки и «противодействовать усилиям христианских миссионеров на острове».[K 57] Для достижения этой цели он позаимствовал некоторые методы протестантских миссионеров[10][144]. Стефан Протеро писал, что на Цейлоне Олкотт исполнил «роль антихристианского миссионера». Он писал и распространял антихристианские и пробуддийские трактаты «и привлёк для поддержки своих образовательных реформ представителей трёх монашеских сект острова»[145]. Он использовал христианские образцы для буддийских средних и воскресных школ, «начав, таким образом, продолжительную и успешную кампанию по организации в западном стиле буддийского образования Шри-Ланки».[146][K 58] По ходу дальнейшего сотрудничества с Блаватской и своих собственных усилий в интересах азиатских буддистов, Олкотт «всё больше и больше проявлял антипатию к христианской вере».

Кураев писал что, согласно Блаватской, цель теософии состояла «не в том, чтобы восстановить индуизм, а в том, чтобы смести христианство с лица земли». В Великобритании местная церковь попыталась запретить продажу «Люцифера».[152][K 61] Отвергая христианские обвинения в том, что Теософское Общество является «авангардом антихриста и исчадием сатаны», Блаватская заявила архиепископу Кентерберийскому, что оно «выступает в роли практического помощника», а возможно, и «спасителя христианства».[K 62][K 63] В 1893 году некоторые члены Парламента религий были теософами, и главный руководитель церкви Англии отказался поддержать его, потому что, как он заявил, «христианская религия — это единственная [правильная] религия», и он не понимает, как «христиане могут быть участниками парламента религий, без признания своего равенства с другими участниками и с их позициями и притязаниями».

В 1994 году, 2 декабря, Архиерейский собор Русской православной церкви принял определение «О псевдохристианских сектах, неоязычестве и оккультизме», которое квалифицировало современную теософию как антихристианское учение. Таким образом, теософы, считавшие себя русскими православными христианами, были отлучены от церкви[161].

Известный теософ Франц Гартман написал о церковном духовенстве следующее:

«Любая критика ошибочных мнений и эгоизма церковных автократов воспринимается ими как нападение на религию; не на „их“ религиозные взгляды, а именно на религию. Их церковь является их Богом, а интересы церкви — их религией; другого Бога и другой религии они не знают; они не могут составить никакого представления о Боге без священников или о религии без выгоды для церкви».

## Новая христианская теософия

По мнению Эллвуда, в дополнение к линии Блаватской-Олкотта в теософии было другое, «квази-теософское», отношение к христианству. Кроме антиклерикального направления появилась современная «христианская/католическая теософия» Кингсфорд-Мейтленда. В 1882 году они опубликовали книгу *The Perfect Way, or the Finding of Christ,*[163] которая впоследствии произвела большое впечатление на Безант. В этой книге говорится об освобождении духа из материи, о спасении, предсказанном после «мистической» драмы распятия, смерти Христа и Его воскресения[1].

В своей книге «Эзотерическое христианство» Безант продолжает теософскую интерпретацию этой религии.[K 66] По её мнению, «разумная» религия должна содержать секретный элемент, доступный лишь для духовной элиты.[K 67] Чтобы доказать, что этот секретный элемент передавался от Иисуса к апостолам, она цитирует Второе послание к Тимофею 2:2. Стих гласит: «И что слышал от меня („ученик от учителя“) при многих свидетелях, то передавай („в тайне“) верным людям, которые были бы способны („также в тайне“) и других научить».[K 68] Безант назвала это эзотерическое знание Великими мистериями. Частичное раскрытие глубоких истин называлось Малыми мистериями, которые нужно было усвоить перед вступлением в Великие мистерии. А Великие мистерии могли проводиться только «лицом к лицу», когда ученик становился компетентным.[K 69] По мнению Безант, возвращение к эзотерическому христианству первых веков — это единственный способ сохранения значимости христианства.[K 70][K 71]

Согласно Безант, Христос «больше, чем человек Иисус»[170]. У неё три видения Христа: «исторический Христос, мифический Христос и мистический Христос»[18]. Она писала о Нём так:

«Вокруг этого славного Образа скопились мифы, соединяющие Его с длинным рядом Его предшественников; мифы, дающие в аллегорической форме историю всех подобных жизней, символизирующих действия Логоса в Космосе и высшую ступень духовной эволюции индивидуальной человеческой души».

## Теософское христианство

По утверждению Эллвуда, после смерти Блаватской, «прежний антиклерикализм» в трудах теософов явно отсутствовал, а отношение к христианству стало почти доброжелательным. В частности, Безант и Ледбитер продемонстрировали новое отношение к «доктрине кафолического типа и богослужению в его эзотерической и теософской интерпретации». Они рассматривали Христа вместе с церковными циклами, праздниками и таинствами не только в качестве «символа духовной истины, но и как средство передачи трансцендентных энергий». Большая группа теософов присоединилась к Либеральной католической церкви, хотя некоторые из них были англиканцами и католиками.[1][K 74] Ян Хукер, бывший президент-епископ Либеральной католической церкви, писал:

«Либеральная католическая церковь возникла из-за ощущения утраты среди многих английских теософов, новое положение которых сделало их нежелательными в церкви, где они поклонялись, и от стремления этих людей найти место христианскому богослужению в английском отделении европейской Старокатолической церкви».

Епископами-основателями Либеральной католической церкви стали Джеймс Веджвуд и Чарлз Ледбитер, принимавшие «активное участие» в работе Теософского общества Адьяр. Доктрина этой церкви предложила толкование христианства, в котором «суд и спасение» после одной жизни были заменены освобождением от необходимости возрождаться только после многих жизней; в котором освобождение от последствий греха за счёт «искупительной жертвы Христа» было заменено справедливым и воспитательным переживанием последствий деяний, совершённых в предыдущих воплощениях по «закону кармы»[174]. Значение обрядов Либеральной католической церкви было описано в книге Ледбитера *The Science of the Sacraments.*[176] Идея автора заключалась в том, чтобы, сохраняя основные формы традиционного христианства, влить «в его старые мехи новое вино». «Новое вино» — это новый характер Древней Мудрости, переданный современной теософией. Согласно Эллвуду, христианское священнодействие, «особенно когда оно хорошо принято и правильно поддерживается созидательными идеями со стороны всех участников, производит мыслеформы, которые являются резервуарами и каналами божественных сил, вызываемых этими возвышенными идеями».

## Основа для взаимопонимания

Профессор Стефан Хёллер, епископ Гностической церкви (англ.)русск., заметил, что в современном диалоге между христианством и теософией «не следует возвращаться» к темам полемики 19-го века[179]. Дэвид Блэнд, член Теософского общества с 1970 года, заявил:

«На прошедшем недавно [с 5 по 7 ноября 2000 года] семинаре, посвящённом сближению позиций теософов и христиан, было признано, что некоторые принципы христианской веры могут действительно препятствовать диалогу и создавать то, что может оказаться непреодолимым барьером. Поскольку участники семинара, работавшие над этими вопросами, были теософами с различными представлениями о христианстве, мы определили нашу дилемму. Каждый из нас признал, что догмы, если к ним подходить формально, будут оставаться непреодолимым препятствием, но мы также поняли, что есть принцип, который поможет его преодолеть. Если следовать императиву любви, то все разногласия можно отбросить и так создать атмосферу взаимопонимания»

Профессор Эллвуд, учёный-религиовед и священник Либеральной католической церкви, заявил, что христианство можно перестроить, приведя его в соответствие с «глубочайшими прозрениями теософии и сделав средством передачи этих прозрений и скрытых в них сил»[148]. В своей книге «Крест и Святой Грааль: эзотерическое христианство в 21-м веке» Эллвуд писал:

«Православная литургия, относящаяся к кафолической форме богослужения, говорит о мечте сделать физически видимым происходящее на астральном и ментальном планах, с помощью намеренного создания ритуальных мыслеформ, направляющих божественную энергию из сердца Бога. Фактическое соответствие не всегда может быть точным, так как ни одно человеческое ремесло или искусство не может полностью воспроизвести миры внутренних планов, но присутствует ощущение цвета, богатства и единства в разнообразии. В православии, алтарь, скрытый за *иконостасом,* украшенным иконами и изображениями святых, подобен сокровеннейшему вековечному царству пневмы, духа, атмы, Бога внутри. Кажется, что святые излучают эту силу своими светящимися глазами, как если бы они были существами на небесах ментального плана, в дэвачане. Служба сопровождается незабываемой мистической музыкой, и пока богато разодетые священники медленно исполняют древний ритуал с его вздымающимися облаками ладана, над собранием формируется купол серебристо-голубого света, который сливается вверху в золото, подобно куполам множества православных церквей. Структура настолько приподнята, что едва касается земли, но не все присутствующие могут воспринимать её непосредственно»

## Интересные факты

* Махатма Кут Хуми предложил Блаватской перевести на английский «Великого инквизитора», поэму из романа Достоевского «Братья Карамазовы». В связи с этим, он писал Синнетту: «[Эта идея] моя, ибо его автор, будучи фактически при смерти, дал более верное и убедительное изображение Общества Иисуса, чем когда-либо давалось раньше. В нём содержится великий урок для многих».[182][183][⇨]
* И христианство, и теософия были интересным образом отражены в «Эпизоде 9» романа Джойса «Улисс»: