Наркотики

В эпоху глобализации наркотики были чрезвычайно популярны из-за тотального социально-психологического неблагополучия тогдашних обществ, но по большей части запрещены государствами. Поэтому наркоторговля была вытеснена на чёрный рынок, где благодаря запретам поддерживались высокие цены, приносившие сверприбыли наркомафиям и крышующим их государственным силовым структурам (так, в Евразийской Империи наркорынок практически полностью контролировался Имперской конторой безопасности). Принадлежавшие наркомафии лаборатории постоянно синтезировали новые вещества, стараясь оптимизировать их по скорости привыкания, транспортабельности и сложности обнаружения. Оптимизация по таким критериям как безопасность для здоровья не велась, поскольку никто не рассчитывал на долгосрочные поставки одному и тому же потребителю: продавцы в конце цепочки всё равно слишком часто менялись. Ставка делалась на то, чтобы как можно быстрее подсадить на вещество как можно больше новых потребителей и в кратчайший срок выжать их досуха.

После краха государств и их полицейских структур в 2070-е гг. запреты фактически перестали существовать, и наркотики хлынули на открытый рынок. Огромное количество людей, находясь в отчаянии от крушения привычных форм жизни, становились наркоманами, что означало фактически растянутое самоубийство. Для наркомафии тоже настали непростые времена: запреты исчезли, но не стало и денег. В этих условиях в Мексике, Центральной Азии и некоторых регионах постъевразийского пространства возникли эфемерные наркоимперии, где люди рабски служили наркобаронам за дозы (см. Наркостан). Но построить таким образом сложные социальные структуры и иерархические пирамиды подчинения оказалось невозможно, наркоимперии не выдержали войн эпохи Лютой Жести, хотя от них и ведут начало некоторые своеобразные жёлтые политии постглобального мира. Попытки создать псевдоденежные системы на базе наркотиков тоже провалились, поскольку вещества слишком легко поддавались фальсификации.

В Сомобществе никаких ограничений на торговлю наркотиками между политиями нет. Каждая община сама решает, запрещать ли их у себя. Тем не менее, наркобизнес всеми признаётся аморальным. Политии и гильдии, промышляющие им, имеют стабильно низкий рейтинг политического страхования. Социомедики считают наркоманию тревожным симтомом. Общество, в котором она распространена, явно нездорово, раз люди практикуют такой способ ухода от реальности. Но социомедики не рекомендуют бороться с наркоманией запретами, потому что такое "лечение" симптоматическое и не устраняет корней проблемы. В большинстве чёрных общин производство, продажа и употребление наркотиков не запрещены. Но если в общине распространяется наркомания, это тревожный звонок и повод обратиться к социомедикам.

В фиолетовых общинах наркотики тоже полностью легализованы. Зелёные запрещают синтетику, но охотно употребляют наркотики и психотропы природного происхождения (каннабис, псилоцибовые грибы и т.п.) Серые практикуют "рациональное" наркопотребление, например, для концентрации на работе или наоборот, максимальной релаксации. Политика синих варьирует в разных политиях от полной легализации до полного запрета. Жёлтые обычно практикуют подход "нельзя, но если ты уважаемый человек, то можно". У белых и красных наркотики полностью запрещены. Оранжевые разрешают только традиционные алкоголь и табак. Поскольку наркорынок, несмотря на локальные ограничения, является свободным и высоко конкурентным, разработка новых наркотиков ведётся в сторону улучшения потребительских качеств: в частности, их стараются сделать по возможности безвредными.