Рассказы странника: Теневой танцор

Рассказы странника: Теневой танцор

Вечное странствие есть одновременно и благословение, и проклятие. Никто не видит мир таким, каким его вижу я, сквозь бесчисленные завесы в самом что ни на есть первозданном и обнаженном виде, взором, нетронутым наивностью или ненавистью. Моя судьба странника началась с того самого момента, как я покинул утробу матери. Обучение, что превратило меня в того, кто я есть сейчас, потребовало полного подавления всех моих чувств. Оно было тяжелым и изматывающим и требовало полной сосредоточенности на одной цели. Уверен, вы задаетесь вопросом - зачем необходимо собирать и систематизировать сведения о боевых стилях этого мира? Если бы вы только знали... ни один человек, даже я, не способен дать ответ на этот вопрос. Все это служит высшей цели. Это работа всей моей жизни. С тех пор, как я закончил обучение в монастыре мастера, я стал свидетелем множества приключенческих историй. Это одна из них, одна из самых ранних.

В тот день что-то было не так. Об этом объявили вороны на крышах. Тяжелый как горный хребет воздух давил мне на плечи. Ночь была морозной, а солнце еще не поднялось. Над гаванью Арка расстилался туман. Он приходил с моря и блуждал, заполняя собой переулки, подобно призрачному змееподобному существу. Дыхание прохожих облачками пара устремлялось в сумрачное небо. Все они собирались в месте, где все произошло. Несколько портовых рабочих, один нищий. Никто больше не появился, хотя в это время этот переулок быстро заполнился бы людьми.

"Бедняги. Это уже пятое убийство в этом месяце. Вот теперь мне действительно страшно. Вы только поглядите, сколько здесь крови, а у этого череп - раздавлен как протухший помидор! Должно быть, по округе разгуливает настоящий псих," - сказал один из рабочих сиплым голосом.

"У этого даже была личная охрана... и все равно это не помогло. Так убивать людей способен только чертовски сильный ублюдок," - заметил другой.

Я стянул с головы капюшон. Времени уже почти не оставалось. Скоро должна была появиться стража, и было крайне маловероятно, что они подпустят сюда кого-либо. Три трупа. Куски одного из убитых все еще оставались на стене, о которую его размазали, а под ней лежало то, что от него осталось. Двое других были разбросаны вдоль переулка. На стенах были нарисованы странные белые символы - вероятно, ради устрашения. Люди должны были поверить, что все это было делом рук какого-нибудь тайного общества. Я склонился над одним из мертвецов. Он лежал на спине. Из-за холода невозможно было определить время смерти с какой-либо точностью. Это был упитанный мужчина. Дорогая одежда пропиталась кровью, на шее висел металлический значок. Богатый торговец, член Золотого серпа. Я взял его за голову, отодвинул уголок его рта и принюхался.

"Эй, парень, ты чего? Он мертв, здесь уже ничего не поделать".

Я ничего не ответил. Изо рта трупа исходил запах. В монастыре, в третьем зале чувств, меня многие дни заставляли нюхать этот запах, чтобы я всегда мог его различить. Сейчас его едва можно было уловить. Отвратная смесь протухших яиц и копоти. Его горло было перерезано, что вело к единственно возможному заключению: его зарезали со спины при помощи крайне острого лезвия. На коже не было ничего необычного, а порез был гладким - даже более гладким, чем порез бритвы. Телохранители торговца погибли под воздействием невероятной по силе мощи. То, как их убили, сильно отличалось от того, как умер торговец - даже слишком сильно. Что-то здесь было подозрительным. Я поднялся. Рабочие уже начали перешептываться. "Это еще кто такой?"

"Что он тут делает?"

"Может, он соучастник. Знаете, иногда эти уроды возвращаются посмотреть на свою работу, ловят с этого удовольствие".

"Он же шатался тут на прошлой неделе, нет?"

"Я вызову стражу..."

И один из них убежал. Мне пора было идти. Когда они повернулись в мою сторону, я уже испарился. В моей комнате на чердаке таверны я описал все, что мне удалось найти и пришел к некоторым заключениям.

Пять убийств. Пятеро высокопоставленных торговцев Золотого серпа. Это давно перестало быть совпадением. Последний держал при себе охрану не просто так. Кто-то вел охоту на торговцев. Представители данной профессии наживают множество врагов - так что вполне вероятно, что мотивом могла быть личная месть. И это была бы сфера ответственности городской стражи. Но была одна зацепка, из-за которой именно я и расследовал это дело. Магия. Подозрительный запах. С тех пор, как начались убийства, во всех трех случаях, что мне посчастливилось исследовать лично, это был верный признак использования энтропии, запретной магии.

Мой давний друг апотекарий Белиус Браунгринд, работавший на орден, немедленно связался со мной, когда первая из жертв оказалась на его столе. Хотя вся городская стража была поднята на уши, убийца и дальше творил свои жуткие дела, с каждым разом проворачивая все новые трюки. Но я боялся, что рано или поздно он совершит ошибку и будет схвачен. Мне необходимо было воочию увидеть его самого и его несравненные способы убивать до того, как его голова покатится по улицам Арка. Если мои предположения были верны, был только один кандидат на следующую жертву - глава Золотого серпа, Эван Даль'Волар.

* + - * +

В последующие дни я незримо всюду следовал за Даль'Воларом. Путешествуя столько, сколько путешествую я, узнаешь много нового об изворотливости и о том, как наблюдать и следовать за теми, кто этого не ожидает. Он и шагу не мог ступить без своей шайки тяжеловооруженных наемников. Даже в темное время суток они стояли настороже у его поместья. Если убийца появится - а в этом сомнений нет - учитывая то, как безрассудно он действовал до настоящего момента - его жажда мести должна была быть по-настоящему сильной.
Ночь была холодной и туманной. Наемники играли в карты и пили горячее вино, чтобы согреться. За огромным двухстворчатым окном наверху, Эван закончил надевать пижаму и присоединился к своей любовнице - элитной шлюхе, что ублажала лишь богатых клиентов. Вечер был как и любой другой - но идиллию нарушила четкая черная тень, что летела по крышам. Я, конечно же, ее заметил. Похоже, она разведывала местность. Убийца держал курс на сладостный аромат потрескивающих деревяшек, струящихся из поместья торговца. На сладостный аромат смерти.

Он танцевал в ночных тенях, избегая света луны. Я едва за ним поспевал, что было крайне удивительно. Мои глаза были идеально натренированы на такого рода вещи. Наемники у главного входа были для убийцы ничем иным, как легкой закуской. Прежде, чем они произнесли хоть слово, их глотки уже были разорваны, а кровь полилась водопадом. Мне следовало проявлять осторожность. Один неверный шаг и меня ждала бы та же участь, что и тех бедняг. Серией изящных движений убийца вошел на первый этаж. Когда он исчез во тьме, я ринулся вперед и открыл замок заклинанием - для честного взлома времени не было.

Внутри стояла мертвая тишина. Я надеялся, что я не опоздал. Пробираясь вперед, я почувствовал дуновение ветра. Задняя дверь была открыта. Но почему?.. Мне не дали закончить эту мысль. Из темноты на меня надвигалось огромное существо. Я смог разглядеть лишь две светящиеся в темноте точки - и ничего более. Я метнулся в сторону и едва сумел избежать столкновения. Оно чавкало, хрипело и волокло труп наемника по полу. Это не мог быть человек. Но что тогда? Из оцепенения меня вывел пронзительный крик и следующий за ним гулкий грохот. Я что есть мочи помчался вверх по лестнице. Перед дверью, ведущей в спальню, лежало несколько наемников, сама дверь была открыта. Все они были жесточайшим образом обезображены. Казалось, будто весь коридор утопал в крови. Пройдя в дверной проем, я потерял дар речи: существо было гигантским, больше, чем двое взрослых мужчин; оно схватило Даль'Волара за ногу. Он висел вверх тормашками и неуклюже барахтался. Омерзительное, уродливое, чудовищное, с кожей от синего до фиолетового оттенка, с красными гноящимися волдырями, опухолями и наростами, откуда торчали искаженные кости - такое существо дышало ему в лицо. Издали оно походило на человека. До этого я видел такое существо всего один раз. Лишь мутация, лишь синяя смерть могла породить такое чудовище. Убийца, скрытый за темными одеждами, рядом с этим существом казался почти что крошечным и исхудавшим - впрочем, он выглядел таким и без этого сравнения. Шлюха торговца все еще лежала на кровати, из-под ее простыни сочилась кровь.

"Прошу, я дам столько золота, сколько скажешь. Только не убивай, умоляю", - вопил Даль'Волар, все еще не оставляя вялых попыток освободиться.

Существо сжало его сильнее. Послышался отчетливый треск, торговец заорал от боли. Его нога, похоже, сломалась.

"Ты помнишь мое лицо, мессир Даль'Волар?" - спросил убийца.

Он снял капюшон - передо мной стоял молодой симпатичный блондин. Пламя свечи подсветило длинный шрам над его правым глазом. Эван поперхнулся.

"Нет! С чего бы?! Кем бы ты ни был, отпусти меня, прошу", - выпалил он.

"Жаль", - сказал убийца голосом, холодным, как лед. - "Я был еще очень молод, когда ты забрал все, что у меня было. Моего отца звали Джорлинн... Джорлин Камнедрозд. Слышал о нем? Похоже, ты и его забыл, хоть когда-то звал его своим "другом". Тогда ты выкинул моего отца из Золотого серпа и уничтожил его бизнес. Зачем, спросишь ты? Потому что он был лучшим торговцем, чем ты. Он превзошел тебя. Он даже мог бы занять твое место главы Серпа. Но ты всегда поступаешь так со всеми, кто стоит между тобой и успехом. Вместе с группой таких же гнилых приспешников ты всех их уничтожаешь. В этот раз, желая навредить другому, ты сделал хуже сам себе. После того, как ты уничтожил моего отца, он покончил с собой. А вскоре и мать. Я стал сиротой из-за тебя, мой дорогой мастер Даль'Волар. Твои дружки, которые тебе тогда помогли, уже получили свое. Настал твой черед. Впервые твой долг не может быть погашен золотом. Единственная допустимая цена..."

Убийца поднес кинжал к горлу торговца. "... это твоя смерть".

С омерзительным хрустом его лезвие вскрыло глотку Даль'Волара. Кровь залила его щеки. На лице убийцы была написана радость от зрелища кончины торговца. Он вытер лезвие об одежду.

"Отличная работа, Сильви", - сказал он существу. Она не ответила. "Наконец мы можем приступить к следующей фазе нашего плана. Я слышал об одном капитане городской стражи, который может быть замешан в нашей истории..." Он затих.

Я все еще стоял в проеме, бесшумно наблюдая. Сначала он вытащил кинжал и был готов атаковать меня. Затем, однако, опустил его, при этом не предпринимая попытки скрыться. Я сделал шаг вперед.

"Ты кого-то воскресил, я прав?" - спросил я, кивнув в сторону чудовища. "Я чувствую темную магию, что ты использовал. Она прямо здесь, в этой комнате, и я также нашел ее следы на телах твоих жертв. Этот запах окутывает их безжизненные тела, он следует за тобой повсюду - потому что ты связан с этим существом".

Убийца разглядывал меня, выжидал, проводил расчеты.

"Если судить по мощности связи между вами, вы, должно быть, были очень близки. Близкие друзья? Любовники?.."

"Брат и сестра", - прервал он меня с угрюмым взглядом.

Повисла напряженная тишина.

"Кто ты такой? Хочешь получить награду за мою голову?" - спросил он.

"Я - заинтересованный наблюдатель. Я не имею отношения к органам правопорядка и обычно не вовлекаю себя в такие авантюры", - я рассматривал существо с безопасного расстояния.

"Почему я должен тебе верить?"

"А зачем мне смотреть, как ты совершаешь убийство, будь это иначе? Если принимать во внимание все, что о тебе известно, было бы наивно пытаться тебя арестовать", - ответил я.

Снова установилась тишина. Я подошел к столу с двумя стульями, сел и налил два стакана вина торговца. Хоть я и не горжусь этим, но должен признать, что в тот момент во мне не было уверенности. Я обнаружил внутри себя растущие ростки страха и усилием воли заставил себя их подавить. Человек передо мной был непредсказуем.

"Присядь. Я хотел бы с тобой поговорить. Не думаю, что стоит волноваться о времени. Ты перебил всех охранников, не разбудив при этом ни единую душу".

Убийца озадаченно взглянул на меня. Похоже, что своим бесстрашным жестом я пробудил в нем интерес, ибо, верьте или нет, в конце концов я сидел за столом с хладнокровным серийным убийцей и его измененной смертоносной тварью. Мы долго разговаривали о способах, которыми он убивает, и о многих других вещах.

"Так вот в чем секрет этого Оорбайя. Ты управляешь тем, что оно - прости - она, делает. Ее душа заперта внутри тела, и она не осознает, что происходит вокруг. А также не управляет своим телом. Я никогда не слышал, чтобы такое происходило во время воскрешения или поглощения души. Как это произошло?"

"Она так и не смирилась со смертью наших родителей. В своем стремлении обрести чародейское могущество и отмщение, она зашла слишком далеко. Сначала была лихорадка, затем пришло безумие. Мне пришлось ее убить, иначе она убила бы меня. Мое заклинание воскрешения связывает ее с той формой, которую она приняла во время обращения. Но в таком состоянии она даже не может говорить. Я ищу силу, способную вернуть ей прежнюю форму или, по крайней мере, дать ей возможность снова чувствовать", - убийца говорил настолько безэмоционально, что от одной его речи мне стало не по себе. Существо по имени Сильви замычало, словно бодрствовало лишь наполовину. Она смотрела на стену пустыми безжизненными глазами.

"Ты еще очень молод, почти что ребенок. И все же ты убиваешь с такой решительностью и отвагой, какой, вероятно, не обладает никто в твоем возрасте. Мне жаль твою сестру, но говорить это не имеет смысла. Ты давным-давно отрекся от всех своих чувств. Я вижу железный барьер вокруг твоего сердца".

"Я живу лишь ради мести. И ради Сильви. Такие, как ты, этого не поймут".

"Ты ошибаешься. Я понимаю. Ладно. Хоть у нас, наверное, мало общего, есть одна вещь, которая нас объединяет: без нашей миссии наше существование не будет иметь смысла. Его будет не больше, чем у булыжника на обочине. Единственным логичным результатом будет наша неминуемая смерть".

"Осторожнее с тем, с кем себя сравниваешь, Странник. Сравнения со мной приведут тебя ко тьме ближе, чем бы ты этого хотел".

"Я больше не боюсь тьмы, о которой ты говоришь. Поверь мне, я хорошо с ней знаком".

"Тогда это означает, что ты никогда не видел истинной тьмы. Поверь мне".

"Неправда. Она сидит передо мной, приняв форму человека", - сказал я.

Мы пили в тишине. Прошло некоторое время, прежде чем убийца вновь заговорил.

"Джаспер".

Я вопросительно посмотрел на него.

"На случай, если придется использовать имя в твоих записях. Это делает историю более личной, не так ли? Потомки не должны запомнить меня как безымянного убийцу. Зови меня Джаспер. Почему-то мне всегда нравилось это имя".

Я засмеялся и выглянул из окна. Наконец-то наступило утро. Убийца допил и поднялся.

"Скоро ночь закончится. С рассветом это место будет кишеть солдатами. Уходи, пока тебя не повесили за мои преступления".

Я кивнул.

"Джаспер, у меня есть для тебя имя получше", - сказал я, переступая через порог. Сильви неуклюже топала впереди и была уже неразличима. Он повернул голову так, что я мог без труда рассмотреть шрам на его лице.

"Теневой танцор".

Он насмешливо ухмыльнулся. Но, по правде говоря, это была ухмылка маленького мальчика, потерявшего всю свою семью.

"В какой-то мере поэтично. Но я бы привык".

Затем он исчез, и ни одна живая душа больше никогда его не видела.