Всадники Тичи-Уичи

### **Внешность**

Тичи-Уичи – алый сцинк, отмеченный величием солнечного бога Чотека. У него высокий гребень, обозначающий его духовную связь с холодными. Все холодные в отряде – чёрные с алыми пятнами или подпалинами. Все большегребневые сцинки-наездники – зелёные, с алыми гребнями, как того требует Тичи-Уичи.

Владыка гномов Борик, нанимающий Всадников Тичи-Уичи

**Всадники Тичи-Уичи** — отряд ящеролюдов-наёмников из джунглей Южноземелья.

## История

На пятитысячном солнечном цикле, в равноденствие Топека, на меридиане Змеиной Звезды в нерестилище разрушенного храма Эншилады случилось рождение. Все священные скрижали, которые могли бы предсказать это рождение, были давно утрачены. Храм стоял в отдалении от великого города Златлан, что в Южноземелье, и многие годы стоял заброшенным. Долгое время ни один сланн не обращал мысль в направлении этого храма, посему рождение прошло незамеченным. Это было воистину неожиданное рождение, вызванное необычными предзнаменованиями и сочетаниями звёзд. Возможно, такова была таинственная воля Сотека.

За этим рождением наблюдал лишь один взрослый ящеролюд. Это был Тичи-Уичи. Это он присматривал за разрушенным храмом и возносил хвалу Солнцу, лишь только оно восходило утром. Он был последним жителем Эншилады, все же остальные погибли годами ранее от таинственного мора.

Тичи-Уичи увидел, что выводок сцинков, родившихся в нерестилище, отмечен добрыми знаками. Им определённо благоволили боги. Он почувствовал гордость за то, что именно он был избран присутствовать при таком событии. Он наблюдал за тем, как личинки росли, крепли, вылезали на землю погреться на солнце. Он увидел, что у них большие гребни, что говорило об их способности укрощать холодных. Эта мысль заняла Тичи-Уичи, и он решил спуститься в тёмные пещеры под руинами. Ожидания его не обманули, здесь появился на свет связанные с первым иной выводок. Маленькие холодные, вылупившиеся из яиц, носили те же отметины, что и сцинки. То, что эти выводки родились одновременно, несомненно, было волей Древних.

В последующие годы Тичи-Уичи стал обучать растущее поколение сцинков всей мудрости Эншилады, которой он обладал. Они видели в нём наставника и предводителя. К этому же времени подросли и холодные, и сцинки стали приучать их к седлу. Этот процесс шёл легко, духовная связь между наездниками и скакунами была предопределена. Первые становились хозяевами вторых.

В это же время на Эншиладу обратил свой разум один из магов-жрецов далёкого Златлана. В бдительном разуме Тичи-Уичи пробудились глубокие мысли. Ему стало ясно его предназначение. Его долгом было возглавить избранный полк, рождённый по воле Древних. Был сезон дождей. Зловонными, душными ночами Тичи-Уичи являлись видения. Он видел далёкие земли, странные расы и невиданных существ. Среди них он почувствовал присутствие великих сокровищ — могущественных талисманов Древних, украденных из Эншилады и других мест, священных артефактов, которые Древние с его помощью желали вернуть.

Тичи-Уичи, наконец, осознал свой долг и причину рождения выводка. Его судьба была ясна. Именно он должен был отправиться в дальние страны, найти и вернуть реликвии, которые явили ему Древние. Следуя инстинкту и позволяя разуму великих руководить собой, Тичи-Уичи во главе своего полка всадников отправился в путь. Во время дождей они не теряли времени, они совершенствовали искусство езды и сражения на холодных. Это искусство было инстинктивным, давать прямые указания почти не было нужды.

В первом встреченном поселении новых существ, принадлежавшем кочевому арабийскому племени, Тичи-Уичи вел себя загадочно, желая лишь следовать ходу событий, разворачиваемых перед ним волей богов. Арабийский вождь, пришедший в смятение при виде настоящего Аль-Заурим, с охотой взял его полк к себе на службу. Много сокровищ разложил он на песке перед Тичи-Уичи, но тот лишь щурил жёлтые глаза от их сияния на солнце. Однако затем он разглядел священный талисман, который был явлен ему во сне, и скрежещуще квакнул от радости. Шейх со смехом передал его Тичи-Уичи. Сделка была заключена. Полк вместе с арабийцами совершил множество набегов в земли Неехары. Они разоряли могилы в некрополях этой пустынной страны. Сокровища были рассеяны по пескам. Однажды грабителей могил со всех сторон окружили воины-скелеты и перебили всех арабийцев до единого, однако Всадники Тичи-Уичи продолжали сражаться с ними до рассвета. На рассвете жрец-лич воздел посох и остановил своих скелетов. Он достал замотанный в тряпьё предмет и развернул его. Тичи-Уичи увидел воочию второй талисман из своих видений. Он велел спустить знамя. Жрец понял его. Сражение закончилось. Тичи-Уичи и его воины вступили в армию царя гробниц, который восседал на троне внутри своей пирамиды. Казалось, жизнь в нём поддерживал некий дух извне. Последовали годы сражений на северных рубежах пустынь. Сражений с гномами. Их было легко догнать и поймать, тщетными были их попытки скрыться с грузом награбленного.

Однажды Тичи-Уичи вёл погоню несколько дней и зашёл очень далеко. Гномы встали, готовые умереть, и воцарилась напряжённая пауза перед решающей атакой. Тут Тичи-Уичи увидел, что из заплечного мешка одного гнома торчит статуэтка бога-обезьяны. Метко брошенный дротик разрезал ремень, мешок упал и раскрылся, и из него выпала золотая статуэтка. Гном бросился собирать награбленное, но тут тяжёлый, подбитый гвоздями башмак его предводителя врезался ему в зад. «*Брось, Гронги! Это наш последний шанс!*» — прорычал тот. Гномы отступили, и Тичи-Уичи приказал сцинкам забрать священный образ, что явился ему в его третьем видении. Гномы осторожно развернулись и пошли прочь, за ними на расстоянии следовали сцинки-наездники.

Так пришёл день, когда Тичи-Уичи нанял гномий владыка крепости Барак-Варр. Это случилось на встрече, во время которой, как показалось гномьему владыке, ему давал советы давно умерший предок. Торги были долгими, но три золотых скрижали превзошли в цене большой сундук самоцветов. Гномы посчитали этих ящеролюдов странными, но прекрасно отрабатывающими свою цену. Так думали гномы, привыкшие ценить золото лишь по весу, чуждые божественного промысла. Для них эти скрижали были лишь кусочками металла, которые можно было бы и расплавить. Они не знали, что Древние писали на золоте лишь из-за того, что оно не подвержено влиянию веков!

Так Тичи-Уичи и его Всадники стали сражаться против орков и гоблинов. Затем и эти наняли их. Гоблинские вожди думали, что выполняют волю Морка, Горка или обоих сразу, беря ящеролюдов на службу. Всадники Тичи-Уичи сражались во множестве битв, собирая всё новые и новые утерянные реликвии. С очередным поворотом колеса фортуны им доставался ещё один священный артефакт. Даже если хозяева, которым они служили, бежали с поля боя или были полностью разбиты, неким чудом Всадники выходили целыми из любого боя. Их бывшие враги, видя бессмысленность продолжения битвы, в которой сцинки могли перебить ещё бессчётное множество противников до того, как пали бы сами, решали, что их необходимо взять на службу к себе. Не зная ни слова человечьего, орочьего, казалида или эльфийского языка, Тичи-Уичи всякий раз заключал очередную сделку. Направлял ли мысли его собеседников великий ум, восседающий на пирамидальном храме Златлана? Воистину, неисповедимы пути Древних!