Тимофей Бакулин

Тимофей Бакулин (1894-1936 ) – один из высочайших людей, уроженец села Терновое Острогожского уезда Воронежской губернии. Рост великана достигал 2 метров 40 сантиметров, а весил 208 килограммов.

Силищи Тимофей был необыкновенной – запросто мог шутки ради поднять угол бревенчатого амбара и подсунуть под него свою видавшую виды шапку. Потом этот угол приподнимался еще раз, и превратившаяся в блин шапка вновь водружалась на большую кучерявую голову Тимоши.
Настроен он был неизменно превосходно. Здоров на редкость. Сложен отлично. Он был бы даже красив, если б не бурый загар, не слегка выпирающая нижняя челюсть и не наволочь какой-то затаенной грусти в больших голубых глазах. Он часто с ласковостью гиганта удивленно улыбался, откидывая голову, показывал чудесные молодые зубы. И приятный запах шел от него. Смешан он был с ржаным ветром степняка, с запахом дегтярных, крепко кованых сапог, с мятным ароматом нюхательного табаку: Тимоша не курил, а нюхал.
Настоятель сельской церкви отец Петр, крестя детей, нередко после молитв присовокуплял: «Пусть растет малец добрым, сильным и здравым, как наш Тимоша».
Батюшка один из первых в Терновом оценил богатырские способности молодца, когда тот однажды на Святках играючи ухватил трехпудовый бочонок со льдом и забросил его на крышу амбара. Тимоша не знал, куда деть дарованную ему Богом силу, и отец Петр посоветовал удальцу прибиться к какому-нибудь бродячему цирку: и людям будет занятно смотреть на него, да и какой-то заработок к стараниям приложится.
Все нормально было с развитием Тимоши до десяти лет. А потом вдруг чуть ли не на глазах стал прибавлять в росте, необыкновенно раздаваться в плечах. Тесным сделался отцовский полушубок, перестали влезать ноги в сапоги. К шестнадцати годам дело с ростом у Тимоши зашло так далеко, что он начал входить в избу чуть ли не четвереньках. Нельзя было ему уже распрямиться в горнице во весь рост, нельзя было уместиться на полатях. Да тут еще, на беду, зверский аппетит разыгрался - запросто мог Тимоша ухлопать чугун щей. А этот чугун приготовлялся матушкой на всю многолюдную семью.
Все чаще стал малый выказывать свой характер. Однажды отец не захотел взять Тимошу в Острогожск на ярмарку: тяжеленько придется их мерину тащить обоих. "Ах так!.." - вспылил Тимоша и, ухватившись за задок телеги, потянул ее назад вместе с лошадью. Пришлось бате идти на попятную.
Когда Тимоше пошел восемнадцатый год, переехала их семья в Острогожск. Поселились они на улице Авдеевской, напротив фабрики столярных изделий (ныне улица Освобождения). Задерживался фабричный люд у подворья Бакулиных, стараясь увидеть через забор Тимошу-великана, услышать его громоподобный бас, от которого испуганно позвенькивали стекла. От окрестных пацанов не стало Тимоше проходу. Им очень хотелось взглянуть ему в лицо, и оттого, что круто задирали они головы, сваливались наземь их шапки. Слезно упрашивали иногда великана ребята перебросить их через высокую ограду городского сада, куда вечером пускали только по билетам, и Тимоша сдавался, предупреждал только, чтоб не шибко путались огольцы под ногами танцующих.
В том саду гастролировал однажды цирк-шапито. И вспомнил Тимоша былой совет терновского священника приблизиться к циркачам-искусникам, умеющим выделывать перед публикой самые необыкновенные вещи. "Что ты умеешь?" - спросил директор шапито Тимошу. "Да могу, к примеру, - простодушно ответил он, - подбросить тебя под самый твой цирковой купол и обратно поймать целехоньким".
С той поры началась у Тимоши новая жизнь. Выступал он в труппе с огромными удавами, обвешиваясь ими кольцами. Вдребезги одним махом молота разбивал многопудовый камень-валун. Боролся с трехаршинным медведем, который в могучих Тимошиных руках казался плюшевым мишкой. Словом, делал то, чего никому не удавалось сделать.
Особый шарм выступлениям великана придавало его появление с акробаткой Полиной, имевшей рост в один метр. Она делала с Тимошей все, что хотела: белочкой прыгала по его плечам, устраивала себе турник на его вытянутых руках, размах которых достигал почти четырех метров. Для красоты номера Тимоша высоко подкидывал Полину, ловил ее, снова подкидывал - и цирк разрывался от шквала аплодисментов.
То шквальное время связалось со знаменательным событием в жизни Тимоши - он женился на горничной цирка красавице Марусе. По этому поводу пришлось жениху выбирать обручальное кольцо. Но такого, чтоб могло просунуться на великанский палец циркача, нигде не находилось. И тогда на помощь Тимоше пришел знакомый ювелир, изготовивший "колечко" размером в николаевский серебряный рубль.
После шапито выступал Тимофей Антонович в больших цирках. Под непременным аншлагом встречали его Москва, Санкт-Петербург, Киев, Харьков, Одесса, Тифлис. Потрясенные его великанской удалью, горцы подарили ему специально сшитый костюм черкесца с папахой, и в этом парадном одеянии совершил он турне по Европе, Азии, Северной Америке. Газеты тогда с восторгом писали, что Гулливер по имени Тимоша достоин Великой России. Именно такие сказочные богатыри оградили в свое время Европу от нашествия татаро-монголов.
Конечно, не забывал Тимофей Антонович про свой родной Острогожск. Тимошу встречали как звезду, как человека, ставшего при жизни легендой. Созывал он в специально заказанный ресторан всех своих друзей и знакомых, рассказывал про виденные им Париж, Лондон, Нью-Йорк, и не было конца тостам. Очевидцы тех застолий утверждали, что мог Тимоша-великан преспокойно осушить за вечер целую четвертину водки (3 литра!) и "заполировать" сорокаградусную двумя десятками бутылок холодного пива.
В городском ресторане держали для Тимофея Антоновича специально сколоченный дубовый стол и такого же большого габарита стул на толстенных ногах, который мог выдержать столь необыкновенную персону. Сажал Тимоша-великан рядом с собой своего баяниста Изотова и циркового кассира Сухинина. Подсаживался иногда к великану и известный в городе мастер сапожных дел Суханов. Преочень ценил его Тимоша за то, что мог он, как никто, тачать ему сапоги, которые ничуть не отличались от модных, петербургских, если, конечно, не считать их нестандартных размеров - 54-й номер!
В революцию, в годы Гражданской войны стало, конечно, Тимоше не до цирка. Подрабатывал кое-чем, не гнушаясь и самых незавидных работ. Старожилам железнодорожного узла Лиски запомнился Бакулин тем, что разгружал вагоны за десятерых, взваливая на свои плечи ношу необъемную. Но особенно поразил он Лиски на одном коммунистическом субботнике в 1923 году, взявшись вручную перебросать на соседнюю железнодорожную ветку с десяток многопудовых колесных пар от товарных вагонов.
Память о великане, славном русском богатыре, достойно сберегает сегодня Острогожский историко-художественный музей имени И.Н.Крамского. Собраны письма, воспоминания супруги Бакулина Марии Платоновны, их детей - Ларисы, Татьяны и Владимира, друзей и почитателей.
Умер Тимофей Антонович совсем неожиданно - в 1936 году. Всю жизнь даже насморка не знал - так что никакого внимания не обратил поначалу на хворобу под народным названием "желтуха" (гепатит). Положили Тимофея Антоновича в Боткинскую инфекционную больницу в Москве. Только не смогла тогда медицина эту желтуху обуздать. Житие великана было 42 года…
Ученый консилиум решил: необходимо сохранить для потомков скелет самого высокого, самого сильного человека России. И это было сделано.
Тело великана, без разрешения семьи, использовали в анатомических целях, а скелет Тимофея Бакулина и сейчас находится в патологоанатомическом отделении клинической больницы №7 города Москвы.
Только никак не могла понять этого решения супруга Бакулина Мария Платоновна. Добилась она приема у Всесоюзного старосты товарища Калинина, и он сказал ей доверительно, что "надо с этим фактом смириться". Наука, мол, необходима народу. Факты в этой науке то же самое, что и опыт в общественной жизни.
Русскому богатырю, великану Бакулину сотрудники Острогожского краеведческого музея посвятили целый раздел. Под стеклом можно увидеть его фотографии, то самое обручальное кольцо, невиданных размеров, почти полуметровую колодку, по которой мастер сапожных дел Федор Сахнов тачал великану сапоги...
В его семье никто не отличался необыкновенными качествами. Только один из внуков, Володя, имеет рост 1 метр 98 сантиметров. На фото рядом с силачом стоит его отец, человек вполне ординарного роста.