Рудольф Филиппеску

**Рудольф Филиппеску**, урожденный **Фэлкояну** — высокопоставленный функционер Министерства имперской безопасности Тирагетии, начальник lV Генерального Управления(Контрразведка). Причисляется к "ортодоксальным геррлайнистам" и считается главным сторонником фон Фаузеля.

Видный деятель Нового Курса, Филиппеску отметился как политический руководитель тирагетского атомного проекта и главный следователь "Дела бюрократов". За вклад в объединение Службы Безопасности и Министерства внутренних дел, а так же за активное участие в проектировании объединенной системы госбезопасности Тирагетии именуется одним из "архитекторов" МИБ.

## **История**

### **Детство**

В семилетнем возрасте Рудольф Фэлкояну лишился отца, оставшись на попечении старшей сестры.

Образование - 6 классов городского училища. После учебного дня, Рудольф отправлялся на строительную площадку, где работал за еду. Спал в рабочем бараке. Под конец войны сошелся с городскими беспризорниками. Слыл ловким, агрессивным ребенком. Был связан с левым подпольем, и, вероятно, был участником серии вредительских акций с ноября 1932 по февраль 1934 г., в особенности поджога бараков, где в январе 1933 г. разместился пехотный полк. Семилетку в училище не окончил, будучи выгнанным за нахождение при нём коммунистических агиток. После двух месяцев скитаний, был взят подмастерьем сочувствующим делу коммун заводским слесарем.

### **Работа на Сигуранца**

Точно неизвестен момент, когда Рудольф Фэлкояну стал осведомителем тайной полиции. По собственному заявлению, он стал внештатным сотрудником ещё во время работы на стройплощадках Табру. По словам Рудольфа, ему в задачу ставился мониторинг коммунистических настроений в «уязвимой» пролетарской среде. По другим данным, вербовка Фэлкояну прошла после его отчисления из училища, когда учителя донесли о «радикальных воззрениях» одного из учеников. По третьей версии, Рудольф сам предложил свои услуги после одной из неудачных акций, совершенной его группой.

Фэлкояну, получивший оперативный псевдоним «Филипп», обязался сообщать имеющуюся у него информацию по коммунистическому подполью в Сигуранца.

В 1936 г. он пополнил ряды социалистической рабочей ячейки завода. Уже через год, на фоне участившихся налетов партизан, руководство завода получает санкцию на образование вооруженной охраны, в которую попадает и 16-летний Фэлкояну.

До начала 1938 г. деятельность «Филиппа» ограничивалась донесениями. В частности, благодаря оным, удалось узнать, что рейды партизан были инспированны смежной им рабочей ячейкой, с помощью серии нападений, получившей право сформировать из своих членов охрану, которая облегчит совместный с партизанами захват вооружения и подрыв предприятия.

В назначенное время Рудольф участвует в захвате нападавших, оцеплении завода и захвате главарей. По настоянию ответственного офицера, присутствует на допросах. Первый опыт силовика обрел в борьбе с бандформированиями, предпринявшими попытки подрыва основных путей сообщения. Летом, его куратор добился зачисления Рудольфа, взявшего фамилию «Филиппеску», ассистентом в уездное отделение Сигуранца. Параллельно им посещалась вечерняя школа. Стал полноценным агентом службы по завершению подготовки в школе при окружном штабе.

С самого начала своей работы в Сигуранца, внештатной включительно, Филиппеску состоял в отделе по борьбе с коммунизмом. В 1945 г. отдел был расформирован в пользу узкоспециализированных. Филиппеску был зачислен в штат Отдела Контрразведки по борьбе с саботажем. Стажировался в промышленном центре Гетии, где погрузился в тонкости противодействия диверсиями в тылу.

В 1953 г. в звании капитана прикомандирован к центральному управлению контрразведки, предварительно пройдя специализированные курсы. *«Донельзя провинциального молодого капитана с темпераментом прапорщика»* в столице невзлюбили.

Взваливая одну обязанность за другой, коллеги рассчитывали на скорейшее «выбывание» Филиппеску. Тот, однако, старательно справлялся с каждым возложенным делом, проявляя незаурядную интуицию и организацию. Вскоре неприхотливым в работе Рудольфом заинтересовался Тобеску, взявшим на заметку топорного, но чрезвычайно исполнительного офицера.

По инициативе Тобеску капитан Филиппеску в июне 1956 г. назначен и.о. заместителя начальника столичного отделения контрразведки. На тот момент столичное Сигуранца находилось в непрерывной борьбе: отделы разведки и контрразведки боролись за контроль над информацией, обслуживая интересы разных придворных кругов, зачастую без оглядки на руководство службы. Филиппеску, названный полковником Киу "подосланным головорезом", активно включился в следственно-оперативную работу. На посту исполнял личные поручения Тобеску, в частности сфабриковал дело против начальника тираградской разведки Киу, чем упрочил влияние шефа Сигуранца.

> *«Руди из кожи вон лезет, чтобы получить одобрение. Не обнадеживай его, посмотрим, что еще он сможет сделать.»* **— записка В. Инкулеца на имя И. А. Тобеску.**
>
>

С Филиппеску так же связывают смерти заместителя Киу майора Рихтера, официально скончавшегося по причине нарушения условий хранения отравляющих веществ в лаборатории Сигуранца. В 1969 г. Филиппеску возложит вину за смерть Рихтера на Инкулеца.

Пример Филиппеску ярко демонстрирует процесс смены поколений Сигуранца, занятие служебных вершин наиболее *«политически-агрессивными»* агентами.

11 января 1958 г., накануне роспуска парламента, Филиппеску был назначен в МВД, представителем Сигуранца и связным между Тобеску и Барботом, а позже Геррлайном. Филиппеску пытался маневрировать, и одновременно быть мостом между лидерами силовиков. Информировал Геррлайна о ходе допроса путчистов. Присутствовал при их расстреле.

В конце июля, ради повышения эффективности совместной работы МВД и Сигуранца был образован Координационный Штаб, куда вошли как полицейские чиновники так и агенты Сигуранца. Филиппеску занял пост заместителя начальника штаба. Тогда же стал майором.

Первые месяцы после убийства Тобеску, Штаб используется чтобы объединить Сигуранца и Министерство внутренних дел под общим руководством. Майор Филиппеску способствует этому процессу, разделяя надежды, что объединенный аппарат госбезопасности может стабилизировать Тирагетию. С Геррлайном его взгляды расходились лишь по вопросу подчиненности: Филиппеску считал, что спецслужба должна превалировать над полицией, когда как Майн Герр видел их равными ведомствами под своим началом. Примерно в конце ноября-начале декабря, Филиппеску набросал проект реформированного ведомства, который позже, с правками, ляжет в основу МИБ.

### **Геррлайнистский организатор**

22 декабря Майн Герр, назначенный «временным руководителем» Сигуранца, создает при Разведывательном и Контрразведывательном Управлении «организационные отделы», призванные облегчить руководство. Филиппеску становится заместителем начальника организационного отдела при контрразведке. На фоне обострения политической борьбы 1959-1960 г. всё больше повседневных вопросов перекладывалось на ОргОтделы.

С мая 1960 г. - подполковник. Большую часть Июньского Кризиса оставался в столице. Узнав, что шеф разведки по Гетии Драгош Шумский является осведомителем Орегану, Филиппеску арестовал того в своем кабинете.

В начале июля подполковник возглавлял сбор информации, способной уверить как можно большее число людей в существовании заговора. Был одним из организаторов массовых арестов 15-18 июля. Подполковник Филиппеску, как один из следователей «Дела Думхаммера», сфабриковал причастность к ССзС чуждых социалистическому движению офицеров, которые, тем не менее представляли угрозу для окружения Геррлайна. Стараниями Филиппеску, расстрельные списки пополнились 50 новыми фамилиями.

Филиппеску сделал значимый вклад в формирование МИБ, в частности оформления контрразведки, - **lV-го Генерального Управления**. Участвуя в комплектации персонала, Филиппеску проявил немалые усилия, дабы избавить МИБ от нелояльных и заведомо враждебных режиму кадров. Были подвергнуты заключению два десятка особистов, не вызывающих доверия у Правительства. Самые видные, как Виктор Инкулец, сохранили членство в спецслужбе, дабы не вызывать лишнего возмущения, но оказались задвинуты на второй план.

Как начальник Организационного отдела lV-го ГУ вошел в комитет по разработке ядерного оружия. Одной из первых задач комитета был подбор нового состава рабочей группы. Филиппеску отвечал за проверку участников участников проекта. Геррлайн опасался, что ученые, столь продолжительное время пребывающие под давлением и угрозами фон Думхаммера уже растеряли те достоинства, благодаря которым были включены в проект. Филиппеску убедил Геррлайна сохранить основной состав, благодаря чему замене подверглась лишь 1/3 научной группы.

В ноябре Рудольф стал председателем инспекции испытательных полигонов. Когда Филиппеску попросил освободить его от этого обременительного поста, в связи с занятостью в основной сфере работы, Геррлайн припомнил ему *"персональную ответственность за ход работы"*. Не смотря на загруженность в МИБ, Филиппеску продолжал обеспечивать безопасность испытательных объектов вплоть до начала 1963 г..

В ноябре 1962 г. включен в Бюро Безопасности с повышением до полковника. В ББ Филиппеску курировалась промышленная безопасность. 29 января 1963 г. прошли успешные испытания тирагетского ядерного оружия. В качестве наблюдателя ББ присутствовал полковник Филиппеску.

В апреле Геррлайн заявил, что оставляет lV-е ГУ. Филиппеску стал одним из двух кандидатов на руководство "Четверкой", вместе с Эриком Кристеску. Однако Кристеску, поддерживающий с Рудольфом дружеские отношения с середины 50-х, высказался в пользу Филиппеску. Повышение Рудольфа совпал с сокращением числа «реакционных» геррлайнистов в руководстве Тирагетии, чему Филиппеску решился препятствовать.

### **«Салон Китти»**

В 1964 г. фон Фаузель совместно с Филиппеску "взял в государственное пользование" элитный публичный дом Тираграда, - т.н. "Салон Китти". Владелица дома, Катерина "Китти" Арнеску, имела связи в высших кругах, и охотно предоставила своё заведение на нужды МИБ. Фаузель и Филиппеску решили использовать бордель для сбора данных по высокопоставленной клиентуре, включающей в себя чиновников, промышленников, общественных деятелей, дипломатов и заграничных гостей.

Помещения были отремонтированы и переоборудованы. Помимо того, что персонал публичного дома состоял из осведомителей "Четверки", так и в стены были вмонтированы прослушивающие устройства и камеры, а зеркала были прозрачными. Подвал заведения был ангажирован под нужды технического персонала, откуда велось постоянное фиксирование происходящего.

Через подобную "информационную точку" ортодоксы получили компрометирующие материалы на таких людей как Даниэль Зогу, Алексис Мерсеру, Михаил Мыловаров и многих других. В дальнейшем, увидев успех предприятия, начальник lV-го ГУ распространил формат "Салона", организовав подотчетную МИБ сеть престижных публичных домов.

> *"Церковь борется с пороком, а мы подчиняем его национальным интересам."* **- сказал Филиппеску.**
>
>

### **Опала**

К началу 1969 г. Филиппеску принадлежал к верхушке геррлайнистского режима, состоял в окружении главы правительства. Получал указания непосредственно от Майн Герра, лично участвуя в мероприятиях политического сыска и контр повстанческих операциях. Именно ему Геррлайн доверил вести дело об измене высших административных чиновников Тирагетии. Департамент Филиппеску установил факт связи *«клики бюрократов»* с экстремистским Движением Гармонистов, попытка захвата которого спровоцировало восстание на севере страны.

В личном разговоре, глава правительства поставил перед Филиппеску «Задачу №1» - захват живыми вожаков Движения. Филиппеску лично отправился в Трансмонтию, где взял под командование полевые части «Четверки». И, хоть Филиппеску были успешно захвачены полевые командиры гармонистов, высший руководящий состав предпочел не сдаваться живыми. После провала задания, на Филиппеску, пользуясь его пошатнувшимся положением, обрушилась критика со стороны реформистов. Филиппеску обвинили в *"преждевременном одряхлении"* и *"скатыванием в бюрократизм"*. Майн Герр не мог игнорировать подобных нападок, и отправил Филиппеску генерал-губернатором Трансмонтии, с целью *"профессионального оздоровления"*. На время исполнения этой задачи, его лишили руководства контрразведкой.

За краткий период управления севером, Филиппеску сосредоточится на восстановлении территорий пострадавших от восстания. Уничтожение же оставшихся гармонистов им возлагалось на городские и районные комитеты, состоящие из тех, кто более всех пострадал от понипоклонников. Таким образом, Филиппеску придавал репрессиям «народный» окрас, избегая прямого участия. Но даже в Моборане его не оставляли нападки, тем более, что через 3 месяца к ним присоединился сам Шефнер.

Кэтсби на заседании Бюро Безопасности предложил Шефнеру самому возглавить Трансмонтию.

Чтобы спасти Филиппеску от продолжающихся гонений, Кристеску публично пригласил Рудольфа в Левославль, где был обер-комендантом, в качестве консультанта. Следующие 4 месяца Филиппеску проведет в Левославле под защитой Кристеску. Шефнер не решился конфликтовать с Церковью и отступил.

Пользуясь отсутствием Филиппеску в столице, в его ведомстве созрел заговор, поддержанный левыми геррлайнистами. Шеф lV-го Управления жестоко подавил попытку смещения. Вернуть себе фавор, генерал-майор смог только в 1970 г., когда его ГУ раскрыло сеть берденской агентуры, задействованной в промышленном комплекса. Филиппеску связал агентуру с арестованными заговорщиками, чем он вызвал одобрение канцлера. Филиппеску был вызван в МИБ, где имел 2-часовую беседу с Геррлайном, по итогу которой был восстановлен во всех правах.