Братья Глотты

**Глотты**, также известные как *Осквернённые Братья Нургла* или просто *Братья Глотты* — представляют собой троицу чемпионов Нургла, которые вместе с другими повелителями Хаоса начали ужасающую чумную войну против Империи во время событий Конца Времён.

Мутировав за пределы своих смертных форм, Глотты считаются одними из самых могущественных чемпионов, которых когда-либо выбирал Нургл, благодаря чему они прославились как самые ужасные монстры разрушения, стремящиеся осквернить само сердце Империи и превратить земли людей в цветущий сад из гноя и болезней. Они сочетают в себе самое тёмное колдовство, самые смертоносные эпидемии и самую чудовищную силу, способную уничтожить любого противника, что решится противостоять ужасной мощи их повелителя — Отца Чумы и Разложения Нургла.

Все братья Глотты родились тройняшками. Первый брат, Отто Глотт — грозный воин и чемпион Хаоса, вооруженный фермерской косой своего отца, является лидером братьев. Его второй брат, Этрак Глот — умный и могущественный колдун Нургла, изучивший силу и знание о множестве болезней. Третий брат, Гурек Глотт, — представляет собой колосса из мутировавших мускулов и разлагающейся плоти. Он настолько огромен, что способен носить своих братьев на спине, сокрушая каждого, кто встанет у него на пути. Было предсказано, что именно эти три брата станут причиной падения Империи, и именно от их рук падёт народ Зигмара.

## История

История Глоттов началась в Империи, на берегу моря Когтей. **Олис Глотт**, отец тройняшек, был скромным фермером в провинции Нордланд, а их мать, **Этра Гринблад**, была целительницей, неплохо разбирающейся в магии жизни. В один спокойный день на горизонте были замечены драккары норскийцев. После жестокого и кровавого налёта, Олис и Этра вступили в ополчение в составе карательной экспедиции войск Империи, и отправились преследовать норскийские драккары в море Когтей. Однако там, где их товарищи искали мести для северян, Олис и Этра вместо этого желали разорвать порочный цикл насилия, а не продолжать его очередной кровавой бойней, начав обучать норскийцев основам фермерства и другим ремёслам.

Покинув армию Империи под покровом темноты, два эмиссара постепенно начали устраивать свою новую жизнь на севере. Олис построил скромный дом и возделывал непокорную землю вокруг него. Этра же выступала в роли мудрой женщины, постепенно оказывая влияние на близлежащие кланы северян. В течение следующей зимы живот Этры увеличился до невероятных размеров, ибо она вынашивала в своём чреве не одного, а целых трёх младенцев. Многие норскийцы искренне радовались за пару, однако одна, особо завистливая ведьма, порезала палец Этры ржавым ножом и мелкая рана начала быстро гнить. Однажды ночью, будучи уже не в силах исцелить себя от стремительно развивающейся инфекции, Этра начала кричать, плакать и умолять богов спасти её детей от смертельной хвори. Лишь Отец Чумы, Нургл внял мольбам женщины. В тоже мгновенье смертельная хватка инфекции ослабела и менее чем через неделю Этра родила на свет троих здоровых и на удивление сильных близнецов. У каждого ребенка было трёхлепестковое родимое пятно, — символ Повелителя Разложения, — однако счастливый отец даже не подозревал о его значении, как и тех несчастьях, которые его сыновья однажды принесут его уже бывшей родине. Своих детей он назвал Отто, Этраком и Гуреком, при этом считая себя одним из самых удачливых людей в мире.

Тройняшки, прозванные местными жителями братьями Глотт, со временем, не взирая на суровый северный климат, выросли высокими и сильными парнями и каждый из них подавал большие надежды. В частности Этрак быстро учился, буквально выпивая местные оккультные знания, которые преподавала его мать. Между тем Отто и Гурек были более склонными к физическому труду, часто борясь друг с другом среди вероломных фьордов, а также разыскивая молодых людей из близлежащих племён, с которыми они могли бы помериться силой. Какое-то время всё шло своим чередом и Глотты постепенно приносили свет цивилизации своему новому северному народу. Отто помогал отцу собирать урожай при помощи собственноручно изготовленной косы, Этрак оказывал помощь своей матери во время ритуалов плодородия, необходимых для дальнейшего роста растений среди норскийских ледяных пустошей. Лишь своенравный Гурек был более заинтересованным в драках и погоне за женщинами, чем в оказании помощи своей семье.

И хотя родители братьев Глоттов усердно работали над тем, чтобы среди северян наступил наконец долгожданный мир, они по-прежнему не могли разубедить норскийцев отказаться от грабительских налётов на Империю, из-за чего осенью 2506 г. по ИК Норланд вновь отправил карательную экспедицию. Более тысячи имперских солдат высадились на берег, дабы принести войну и возмездие племенам фьордов, среди которых и проживало семейство Глоттов.

В развернувшемся сражении тройня оказалась в самом авангарде войска северян. Отто размахивал косой, которую прежде использовал, чтобы пожинать урожай своего отца, Этрак применял свои самые тёмные заклинания, превращая врагов в массивные валуны из плоти и мяса, а Гурек своими мощными кулаками отправлял в нокаут всех попавшихся ему на пути имперских солдат и офицеров. Тем не менее, этого было недостаточно, — пороховое оружие нордландцев могло убить любого воина с пятидесяти шагов, а крупнокалиберные пушки, находящиеся на оружейных палубах галеонов, уничтожили всё вокруг. Глотты, подобно берсеркерам, сражались изо всех сил, ибо кровь людей, с которыми они общались, дружили, с кем выпивали и боролись, лилась целыми потоками, стекая по скалам в буйствующие морские волны.

Вскоре троицу братьев окружили имперские войска. Несмотря на царившую вокруг багровую резню, они увидели, как их мать и отец были убиты алебардщиками нордланда. Их единственная связь с цивилизацией отныне оборвалась, и разъярённые Глотты воспылали неистовой жаждой мести. Нечестивое семя, посаженное в их души Нурглом, политое кровью битвы и яростью от потери любимых родителей и друзей — наконец начало приносить свои плоды. Отто резал штатных пехотинцев словно осеннюю кукурузу, пока его коса качалась влево и вправо. Пули выпущенные из пистолей и ружей попадали ему в грудь и даже в лицо, однако не могли пробить его толстую мутировавшую кожу. Тем временем Этрак обнаружил, что его магия становится всё более разрушительной, превращая целые отряды воинов Империи в лужи чёрной слизи. Наконец, тело могучего Гурека наполнилось демонической силой и он голыми кулаками стал разрывать солдат на части, пока не проделав кровавую полосу через ряды нордландцев, не схватил стоящую неподалёку пушку, принявшись размахивать ею, словно деревянной дубиной. В тот день карательная экспедиция Империи была разбита яростным натиском Глоттов. С этого дня началась их легенда.

После той роковой битвы Нургл благословлял своими дарами осиротевших тройняшек, с каждым годом награждая их всё новыми подарками, словно любящий дедушка балующий своих внуков. Со временем Глотты менялись всё сильнее. Гурек становился всё больше и больше, пока его ненасытный аппетит к жизни не превратился в отчаянное обжорство. В конце концов он стал подлинным монстром, а его растущая физическая сила всё сильнее ослабляла его способность к мышлению. В конце своего преображения Гурек мог только рычать, да с большим трудом произносить своё имя. Любящий Дедушка превратил Гурека в огромное отродье, настолько большое, что его братья могли ездить на нём верхом. Из его плеч проросли огромные рога, зловонные прыщи покрыли его спину, а руки подверглись ужасной мутации: одна превратилась в изогнутую миногоподобную пасть, другая же в мускулистое щупальце, помогающее ему надёжно схватывать всё ещё извивающихся жертв, дабы утолить ими свой ненасытный голод. Отныне Гурек мог с лёгкостью одолеть великанов и даже ледяных драконов, пожрать их трупы, а затем испражниться их останками, позже из которых на свет появлялись новые отвратительно-чудовищные формы жизни.

Озлобленное потерей матери и отца, сердце Этрака ожесточилось. Его заклинания становились всё более омерзительными, а виды жизни, которые они распространяли, всё более нечестивыми. Колдун сжёг тела своих родителей на жаровне, а их прах и пепел всегда носил при себе. Останки его родителей тлеют и по сей день, являясь напоминание о мести, которую ещё предстоит совершить их сыну.

Из всех тройняшек только Отто принял свою новую судьбу с наибольшим рвением. Он стал истинным приверженцем Нургла, намереваясь сеять безудержную жизнь по всему миру во всех возможных её формах и проявлениях. Его шершавое тело раздулось и стало твёрдым, словно кора. Несмотря на то, что раны, которые он получал в результате своего возвышения, часто не заживали до конца, зараза, которая постоянно текла из его открытых кишок, становились настолько опасной, что сама по себе стала оружием. Каждый раз, когда Отто вступает в бой, он смазывает лезвие своей косы собственными ядовитыми выделениями, укрепляя репутацию предвестника чумы. Из всех братьев Глоттов, Отто — самый целеустремленный: он в одиночку уничтожал целые отряды последователей Слаанеша, Тзинча и даже Кхорна. Услышав о деяниях троицы, Архаон лично предложил им возглавить свой авангард, который должен был ослабить Империю и подготовить Старый Свет к началу Конца Времён...