Люций "Кровавая струна"

Музыка всегда даровала жителям фаервелла радость и надежду завтрашнего дня, но порой за пеленой мелодичных звуков и красивых песен кроется нечто зловещее, кровожадное, эта легенда как раз об этом.

Когда-то человека под прозвищем “Кровавая Струна” знали как Люция, он был обычным бардом который путешествовал по странам исполняя различные композиции в трактирах и постоялых дворах. С первого взгляда ничего необычного, ведь бард есть бард - таков его удел. Но Люций был человеком глубоко творческим, с каждым его выступлением, с каждой исполненной песней аппетиты творца росли. Он старался постичь новые вершины искусства, и когда уперся в потолок своих возможностей то стал искать альтернативы обычному ремеслу барда. Но в каком бы искусстве он не практиковался, где бы не достиг вершин - его душе все равно не было покоя. Люцию нужно было больше, ему нужно было то что пробудит в нем те старые чувства вдохновения, те чувства что придавали жизни барда красок.

Но обычные песни, картины, искусные поделки из камня и дерева уже не вызывали в Люцие тех чувств, все для барда стало блеклым словно мир погрузился в черно-белую картину. И хотя тот разочаровался в своем ремесле - бард не бросил свои выступления. Люция ценили как искусного мастера своего дела, чьи песни можно было слушать хоть до конца жизни. Один раз барда пригласили к постоялому двору, было это где-то на территории Империи Мадези. Бал, именитые гости, меж столов туда-сюда ходит прислуга и элитные эскортницы. Люций видел это все уже тысячный раз, и его начинало бесить эта безвкусица, никакого шика, никакой экспрессии - лишь типичный светский прием.

Бард отлучился от выступления и вышел во двор поместья, ему нужно было перевести дух перед своим следующим выступлением. Тихий дворик с искусно созданным лабиринтом из живой ограды, хорошее место чтобы побыть в одиночестве со своими мыслями и тревогами. Но сегодня Люцию не повезло, по следу барда следовала пьяная эскортница, что жаждала внимания такого именитого исполнителя.

Парень лишь хотел побыть один, дабы немного успокоить нервы после своих выступлений, но сегодня у него это сделать не получилось. Барышня говорила и говорила, Люций же в рамках приличия не мог просто взять и послать даму куда подальше, хоть и очень хотел этого. Раздраженность Барда переросла в злость, злость же в ярость, он накинулся на даму и стал душить ее собственными руками. Парень не разжимал свои ладони на её шее пока та не перестала брыкаться, все было кончено.

И в этот же момент, словно бурным потоком - чувства снова захлестнули душу и разум Люция, он сделал немыслимое. Но это не вызвало у того отрицательных эмоций, он словно снова приобрел что потерял когда-то давно.  В тот вечер Бард отыграл свои композиции как никогда прежде, он был на высоте и он знал, как облегчить свою участь.  Тело тогда нашли слишком поздно чтобы найти преступника, через некоторое время и вовсе расследование прекратилось из-за невозможности дальнейшего поиска виновного.

Люций же тем временем лишь наращивал свои аппетиты, он понял, что смерть — это тоже искусство, только наиболее изящное по сравнению с остальными. Разум Барда всецело погрузился в эту тему, его тяга к смерти, к убийствам переросла в настоящую манию, и если бы тогда хотя бы кто-то мог остановить его - возможно мир бы вздохнул с облегчением. Но его не остановили.

Помутненное сознание Люция принялось за работу, оно двигало парня на убийства. Сначала это были обычные проститутки которые работали по ночам в больших городах, убивал Люций их либо с помощью своих рук или же используя стилет.

После каждого убийства бард переезжал в другой город где продолжал свое мрачное ремесло. Но простой смерти было недостаточно чтобы утолить жажду Люция, он хотел большего. Теперь он украшал трупы своих жертв различными узорами которые вырезал прямо на телах бедняг что попались тому под руку.

Но и этого было недостаточно, смысл всех этих смертей угасал с каждой жертвой, поэтому Бард понял, что нужно было придать неких красок этой кровавой картине.

Люций осел в Молидее, и стал “Творить”. Это должно было быть его величайшее представление, он долго следил за своими жертвами, изучал их распорядок дня, повадки, пороки. Как хищник что выжидает в высокой траве, выжидал и Люций подготавливая “сцену”.  Первой его жертвой пала проститутка, бард подкараулил женщину в переулке и ловко перерезал глотку бедняжке, после чего украсил ее тело вырезав на нем узоры цветов, и самое главное вспоров той детородный орган до пупка. На груди же вырезал одно слово: “Блуд”

Следующей жертвой стал зажиточный купец, в чей дом пробрался Люций дабы вершить свое темное искусство. Убил свою вторую жертву парень так же быстро, при этом тот отрезал кисти рук купцу после чего грубо закрепив их на голове у торгаша. Люций вспорол живот и вытащив оттуда потроха человека оставил там мешок с золотыми монетами, на лбу же жертвы теперь красовалась надпись “Алчность”

Третьей жертвой стал бедняк, что днем побирался на улицах города, а ночью отсыпался в переулке. С ним Люций разобрался быстро - подманив в темное время суток нищего в укромное место - тот ловко разобрался со своей жертвой. После чего отрезал у мужика руки и ноги, оставив на теле надпись: “Уныние”. Тело же Люций подвесил в переулке.

Четвертой его жертвой стал  местный тучный пекарь, на этот раз Люций поступил более изощеренно, сначала он при личной встрече напоил здоровяка отравленным вином, после того как толстяк погиб - Бард засунул тому кусок мяса в рот и вырезал на лбу надпись: “Чревоугодие”

Последнему акту в его представлении требовалась подготовка, в городе пропало несколько бездомных и проституток, к этому времени уже ходили слухи о маньяке и стража пристально искала виновника этих ужасных злодеяний, Люций же был всегда на шаг впереди служителей закона.

Несколько дней и ночей тот готовил себя и свой новый наряд к последнему представлению. И вот, в полдень, когда солнце стояло в зените - парень вышел дать свой последний аккорд.

Он был хорошо одет прямо как подобает успешному барду, на его спине был водружен плащ что состоял из человеческих лиц, застывших в агонии. В руках же Люций держал лютню, но не обычную, а составленную из человеческих тел. На его лице было три надписли. Левая и правая щека несли на себе “Гнев” и “Зависть”, на лбу же красовалась “Гордыня”. Местные жители пугались и сторонились зловещего барда, и перед тем как того успели схватить стражники - Люций успел сыграть свою самую знаменитую песню на площади. Он не прекращал петь даже когда находился на плахе. Когда голова барда полетела с плеч, жители города смогли наконец-таки вздохнуть с облегчением, но память о Люции которого нарекли “Кровавой Струной” осталась навсегда.