Светлана Никольская

## Внешность

"Администратор отеля, привлекательная брюнетка, одетая в строгую красную форму"

Сорванный венец

– Света-а-а, посмотри на меня. Чего ты хочешь?

– Тебя, – призналась так же тихо и печально, поднимая на него серые глаза.

Сорванный венец

## Семья

Бывший инженер, Иван Ильич и Тамара Алексеевна, учитель.

Беречь друг друга было нормой в ее семье.

Скрытое пламя

## Образование

До того, как начать работать в гостинице, Светлана училась на историка. К сожалению, в гостиницах платили больше, и диплом с отличием так и остался пылиться в родительской квартире. Как и выпускная работа под названием «Древние расы Туры: классификация, история, мифология».

Сорванный венец

## Рудлог, Иоаннесбург

### Знакомство Светланы и Четери

Начало сентября

Света работала администратором в том отеле, где остановились Нории, Энтери и Четери, прилетевшие искать и похищать жену для Нории.

Позвав еще двух подруг Светы, компания отправилась на ночную экскурсию по городу, причем роль экскурсовода досталась Светлане, и в итоге основным ее собеседником оказался Энтери, с которым они душевно проболтали остаток ночи, а после и спали в одном номере – целомудренно на разных кроватях.

Наутро сонные, но ужасно довольные предательницы-подружки спустились в холл в обнимку со своими партнерами, и утащив не такую довольную Свету в бар, показали ей подаренные мужчинами драгоценные камни.

– Девочки! Вы что, с ума сошли? Вы же не проститутки, чтобы плату за секс брать!

Она уж точно не стала бы брать «подарок», пусть на него можно лет пять безбедно жить, не работая. Есть что-то, что отличает девушку от шлюхи, и платный секс это различие стирает начисто. И поведение подруг Свету сильно разочаровало.

А когда по возвращении из бара и ей в ладонь вложили сверкающий «орех» за экскурсию, Светлана подошла к столу и разжала пальцы.

– Я же сказала, что бесплатно.

– Светлана, не сердись и извини за грубость, – сказал старший из троицы – не откажись вечером помочь, отвези нас в главный храм.

– Хорошо, – она помедлила, но спросила: – А подруг звать?

– Нет, не надо. Тебе быть с нами, тебе интересны мы, а не наши деньги.

В душе Светланы что-то запело от его слов. Эта троица была необычной, и интуиция подсказывала – они что-то поменяют в ее судьбе. Если уже не поменяли.

Вечером Света спокойно пригласила братьев-магов в машину. Рядом со Светланой теперь сел Чет, поминутно достающий ее вопросами и подколками.

– Отстань, а? Уже голова болит от твоих брачных стонов, – беззлобно ответила она и с удовольствием увидела, как он хмурится.

Нет, ну почему он такой придурок, а? Красивый до невозможности, но совершеннейший придурок.

А после боя в храме, который устроили божественный воин-огонь и троица братьев-магов, после того как Чет подхватил и выдернул Светлану крепкой мужской рукой из-под огненной колонны, после увиденного танца с клинками, назвать его, даже мысленно, «придурком» у нее уже язык не поворачивался.

Подробности читать – Сорванный венец, часть 4, глава 1

### Светлана поняла, что Четери - дракон

– Я знаю, кто ты, – прошептала она, не раскрывая глаз. Под ухом размеренно бухало чужое сердце и хорошо пахло мужчиной, а от поглаживающей ее руки она совсем обмякла и снова провалилась в полудрему.

– И кто же? – через какое-то время равнодушно спросил он, так и не собираясь просыпаться. Она слышала вопрос, уже уплывая на волнах настойчивого сна.

– Дракон, – еле слышно сказала Света и замерла, щекоча дыханием его кожу.

– Да. Засыпай, наконец, – недовольно пробурчал он, перекатил ее, как куклу, спиной к себе, обнял, уткнулся носом в волосы, шумно выдохнул и засопел.

И она тоже заснула, с полным ощущением, что шагнула за пределы обычного мира и оказалась в волшебной сказке.

Сорванный венец

### Сон. Синяя вручила Светлане ключ

1 октября

В вечер коронации Света побродила по улицам и заглянула в маленький, совсем не богатый храм. Там девушка долго молилась о том, что известно только ей одной, а Богиня Воды и Любви ласково смотрела на нее чуть раскосыми глазами и немного укоризненно косилась на Белого Целителя Жизни. Но, возможно, Свете это только казалось.

И после храма она уехала к родителям.

Спать она легла в своей детской, и снился ей белый тусклый город, занесенный сыпучим песком, шепчущим ее имя, и по-матерински обнимающая ее Синяя Богиня, прохладная и текучая, которая гладила Свету по волосам и обещала, что у хороших девочек все обязательно бывает хорошо. А уходя из сна, Богиня-Вода вручила ей тонкий тяжелый ключ, который льдинкой поместился в Светиных ладошках и медленно там растаял.

### Явь. Свету уволили и арестовали

1 октября

Похищение принцессы удалось, и Чет, подчиняясь Зову Владыки, вынужден был без предупреждения улететь назад в Пески, а Свету уволили задним числом за неподобающее поведение и арестовали за государственную измену и пособничество похитителям.

Но Четери ничего этого не знал.

Сорванный венец

Где-то там, за окном, далеко на юге был и Четери, который обещал, что вернется. И ей очень хотелось в это верить. И не верилось.

Стекло запотело от дыхания, и Света прикоснулась к нему губами, а потом долго рассматривала отпечаток. Самые обычные губы самой обычной девушки. Зачем она Чету? Правильно, незачем.

Скрытое пламя

### Беременность

Середина октября

Ранним утром дождливого октябрьского четверга Света узнала, что беременна. И несмотря на то что ждала этого, и хотела, и подозревала еще тогда, когда никакие тесты не могли показать, новость все равно была ошеломляющая.

Родители не моргнув глазом выслушали новость, засуетились, заохали. И ни слова упрека. Все-таки ей с ними очень повезло.

— А отцу-то сообщать будешь? — спросил папа, ненавязчиво ставя перед ней блюдце с творогом. — Обрадуется небось.

— Отец далеко, пап, — со вздохом призналась Света. — И вряд ли приедет сюда снова.

— Тем лучше, — преувеличенно жизнерадостно заявил старый инженер, — значит, останетесь с нами.

— Светочка, — забеспокоилась мама, — время, время, в школу опоздаешь!

Светлана, погоревав несколько дней, устроилась на работу в местную школу — вот и пригодился диплом историка. Кроме истории, ей предложили вести уроки иностранных языков — работа в гостинице предполагала их знание, а с методикой подсобила завуч. В школах спальных районов учителей не хватало, а Свете очень не хватало работы, которая помогла бы забыться. И пусть деньги были небольшие, но были ведь!

Скрытое пламя

### Сны про Тафию

Середина октября

Сны к ней приходили удивительные. Она даже стала записывать их, чтобы понять, разобраться. Уж очень реально все было. Все время один и тот же засыпанный песком город.

Света даже ухитрилась составить план этого города — сказалась привычка систематизировать и удерживать в голове информацию. Пыталась понять, в какой части света он расположен. Вспоминала о том, что ей рассказывали драконы, и уже поверила, что это один из засыпанных городов в Песках. Но зачем раз за разом сны приводили ее сюда — понять она не могла.

Скрытое пламя

### Света получила ключ наяву

Середина октября

— Да, — вспомнила вдруг мама, — я тут твою постель перетряхивала, и смотри, что нашла. Между стенкой и кроватью завалился. Прелесть какая. Откуда, Светочка?

На ладони мамы подмигивал ей ледяными бликами тонкий серебряный ключ.

— Это подарок, — сказала она внезапно севшим голосом. — Я и забыла про него совсем, мам.

Ключ Света повесила на шею на цепочку к шестиугольному знаку богов, и после, проверяя тетради, готовясь к завтрашним урокам, моясь в ду́ше, постоянно чувствовала, как он холодит ей кожу.

Скрытое пламя

### Разговор с Богиней

А ночью Светлане снова приснился город. Только она была не одна. Рядом с ней стояла маленькая и хрупкая Богиня-Вода.

— Долго же ты, — ворчливо сказала она, чуть не притопнув ножкой. — Хорошая девочка, но непонятливая. Не веришь себе?

Свете было стыдно, хоть она и не знала за что.

— Я так любила бывать здесь, — говорила Богиня, мечтательно улыбаясь. — Здесь была такая река, самая большая река была! И вот, мужская дурь — и нет моей реки. А надо, чтоб была! Поняла? — строго спросила она у слушающей ее девушки.

— Нет, — честно ответила Света.

— Поймешь, — отмахнулась Богиня.

— А можно прямо сказать, что нужно сделать? — жалобно спросила Светлана. — Я сделаю, только я вас не понимаю совсем.

Маленькая Богиня печально покачала головой.

— Прямо — нельзя, девочка. Нельзя. Я и так нарушаю, но сезон мой, может, и обойдется. Что делать, если мужчины у нас такие сильные, но такие глупые?

Скрытое пламя

### Загадка ключа

Конец октября

Светлана открыла глаза и еще долго приходила в себя после сна. Последнюю неделю Свете начало казаться, что она сходит с ума. Днями она работала в школе, преподавала историю, общалась с коллегами, проверяла контрольные и готовилась к урокам. Это была одна жизнь.

Ночами наступала вторая жизнь, и она была не менее реальна, чем первая. Света бродила по городу на берегу высохшей, засыпанной песком реки и видела свои — вчерашние — следы на улицах, и чувствовала раздражение и уныние от безрезультатных поисков решения задачи, обозначенной маленькой богиней. У Светланы менялся рост — от человеческого до огромного, выше крыш, — она могла мгновенно оказаться в той части города, о которой думала, и в темноте ночи видела не хуже, чем днем.

Светлане нужно было понять, как оживить город и заполнить реку.

Света терялась в догадках и расстраивалась. Ну хоть какую-то подсказку можно было дать? Великая, помоги, пожалуйста!

Проклятый трон

Света решила, что займется изысканиями материала про Пески. Должна же где-то быть разгадка! Нашла толстенький ежедневник, покрытый пылью, пролистала его и, отыскав нужное имя, позвонила.

— Сереж, ты все еще имеешь доступ в архивы Рудложского географического общества? Мне нужна твоя помощь.

Они встретились на выходных в литературном кафе. Бывший одногруппник достал из папки листы, ткнул пальцем в карту — границы обведены четко, но внутри ландшафт прорисован только вплотную к границам, буквально на полсантиметра, дальше — пустота.

— Тут эффект блуждания. В десяти-двадцати километрах от границы перестают работать компасы, фотоаппараты, камеры, электронные системы слежения. Даже если идешь по солнцу или звездам, чуть отдаляешься от гор — и все, начинаешь ходить по кругу. Территорию Песков не видят спутники, там прекращают работать листолеты и внедорожники. Та же история с морем — пробовали подплывать на катамаранах или весельных лодках, проходили с десяток километров по суше, и все, снова блуждания. А в старых источниках указывается, что в Песках раньше были города, уникальная цивилизация.

Но нескольким группам повезло наткнуться на бедуинов. И по всей видимости, люди, живущие внутри, в Песках, спокойно по пустыне ходят и не блуждают. В отличие от тех, кто пытается проникнуть снаружи.

Сережка собрал листы со стола, сложил их в папку, протянул Свете.

— Здесь все, что я нашел по научным работам о Песках, плюс исследование мифов, сказок, плюс выдержки из архивов других стран. У нас информация про драконов и их города не сохранилась, но, например, в Инляндии есть занимательные «Заметки о путешествии достопочтенного Уильяма Мерроуза в землю изобильную драконью», почитай, полную копию тебе сделал. И упоминания других путешественников, королевские архивы о встречах Владык с нашими королями…

Проклятый трон

Вечером, вернувшись домой, Света поужинала с ними и засела за папку. Засела — и пропала.

Ей было безумно интересно — будто она прикасалась к жизни Чета, хоть про него не было ни слова. Но она узнавала про то, в каких условиях он жил, когда ее, Светы, еще на свете-то не было. Она читала, делала пометки, освежала то, что уже слышала, выписывала себе источники. За окнами стемнело, родители давно легли спать, но Света все сидела и читала.

«Символ власти Владыки — простой ключ, который берегут, вплетают в волосы и носят всю жизнь, корон и украшений они не признают. Ключ тот молодой дракон получает в храме Синей по совершеннолетии — сим Богиня подтверждает его право и силу. Рождаются драконы с силой Владык редко, не обязательно в правящих семьях, и бывают только красноволосыми мужчинами, число одновременно живущих не превышает десяти …»

Светлана дочитала до конца и другие документы, но подробнее о ключах написано нигде не было, хотя упоминались они часто. Судя по всему, ключ никуда не вставлялся и замков для него не существовало. Если отбросить все предположения, остается только то, что ключ вплетали в волосы.

Девушка сняла с шеи ключ, заплела тонкую прядь темных волос в косичку и вплела его в кончик. Ничего не произошло.

«Ты же не красноволосый мужчина-дракон, родившийся с силой Владыки», — усмехнулась Света своему отражению. И пошла спать, не убрав ключ из волос. Вдруг во сне он все-таки подействует?

Увы, не подействовал, и она снова бродила по городу, оставляя следы на песке. В ту ночь она так и не решила загадку.

Проклятый трон

### Перо Чета

Прилетев под пологом невидимости к дому Светиных родителей, и не сумев разбудить Светлану, Чет старательно почиркал ногтем по оконному стеклу, и сопротивляясь зову Нории, аккуратно просовал в щель окна на кухне небольшое пушковое перо, которое вырвал зубами у самого сгиба своего крыла.

Света проснулась рано.

Мама подметала пол, а в пыли у совка лежало большое, со Светину руку, пушистое белое перо.

— Смотри, — мама ткнула шваброй в перо, — ничего себе, какие птицы у нас водятся. Дочь, ты чего?

Дочь, опустившись на пол, прижимала к лицу легкий пух, щекочущий ноздри, и с совершенно неадекватным видом улыбалась. Вскочила, метнулась к окну кухни, выглянула в него, побежала в свою комнату, отдернула занавески, всхлипнула. Встревоженные родители следовали за ней по пятам. И очень удивились, увидев на стекле коряво выведенное неровными буквами-царапинами слово.

«Жди».

— Мама, папа, — сказала Света, волнуясь, — мне очень надо вам кое-что рассказать.

Рассказ получился долгим и трудным. К концу на маленькой кухоньке сидело два очень удивленных родителя и одна беременная дочка, прижимающая к себе пушистое перо.

— Доча, тебя могут арестовать в любой момент, потому что ты помогала похитителям наследницы и влюблена в ящера, который жил больше пятисот лет назад! Светочка, это же колоссальная разница в менталитете, во взглядах на жизнь, в образовании. Есть ли оно, это образование?

— Писать точно умеет! — жизнерадостно вставил папа. — Криво, правда.

Проклятый трон

### Света пробудила Белое море

Начало ноября

Легко сказать «жди»; трудно ждать.

Во снах Четери больше не приходил, и она скучала, кутаясь в теплое одеяло, и каждый раз, засыпая, надеялась: может, сегодня?

В новой стопке переданных одногруппником документов обнаружилась на удивление хорошо сохранившаяся карта Тафии, которую Света успела изучить за время своих путешествий во сне; была прорисована даже полноводная река со смешными маленькими корабликами и указанием течения.

Светлана просмотрела другие карты Песков, река была одна. Неру тонкой нитью начиналась от огромного предгорного озера недалеко от Йеллоувиня и, пройдя через половину страны, набирала силу, расширялась, разливалась у Тафии. У озера была сделана маленькая надпись на йеллоувиньском, в переводе получилось «Ключ великой неру море белое».

Задачка, заданная ей Синей Богиней, никак не решалась. Пока ничего лучше, чем дождаться Чета и отдать ему Ключ, в голову не приходило. С другой стороны, если бы Богиня хотела сделать его Владыкой, она бы, наверное, сама отдала символ власти? Или нет?

Так ни до чего и не додумавшись, Светлана легла спать.

И, конечно, проснулась в том городе, карты которого изучала перед сном. Раз она не нашла, куда приложить Ключ в городе, так почему бы не проверить идею о том, что замо́к для Ключа находится где-то у истока реки, на дне большого озера? Может, там артефакт какой — засунешь Ключ Владыки, повернешь, и польется вода, как из крана?

Она зашагала по теплому песку русла, потом зажмурилась и представила, как растет в вышину, да так, чтобы сделать шаг — и уже далеко. Получилось, и она побежала вперед, вдоль русла, соображая, что будь она в материальном теле, то двигаться из-за своего веса просто не смогла бы. А тут летит, почти не касаясь земли, перепрыгивая через холмы, и высокие барханы кажутся волнистым песочком. Русло становилось совсем тонким, а впереди вырастали горы.  И она отчетливо почувствовала, как от гор тянет сыростью — даже увидела голубоватые прозрачные языки тумана, слишком яркие, чтобы быть настоящими, которые стекали с горных террас на дно большой белой чаши, куда и вело русло.

Света закрыла глаза и представила, как уменьшается. Хотя бы вчетверо. Получилось, и она присела на дне, рассматривая сочащийся призрачным туманом песок. Может, все просто, и исток завалило каким-нибудь камнем?

Ключ потяжелел. Или ей показалось?

Она до дна, до белого камня расчистила от песка довольно большой участок и стала думать. Потом уменьшилась еще и вгляделась в небольшую впадинку. Белый камень шел тонкими темными трещинками, и из них, словно волшебные травы, произрастали голубоватые нити, поднимаясь прозрачным фонтанчиком, и опадали вниз, расходясь по дну озера. Вода была здесь, совсем близко.

Светлана, намотав на руки столько прохладных нитей, сколько смогла захватить, медленно, чувствуя, как проваливается в камень, начала вытягивать воду на поверхность. Уже все тело стало голубым, призрачным, прохладным, уже стонала она от усилия, и в глазах темнело — и вдруг дно поддалось, треснув, и наружу хлынула вода. Света только успела поднять голову, ощутив странную слабость, — и растворилась в стихийном потоке, став одной из лазурных туманных нитей, трепещущих в медленно заполняемой водой чаше озера.

Связанные судьбы

### Четери получил ключ и узнал, что Свету надо спасать

10-20 ноября

Мастеру клинков было беспокойно, уже несколько дней он чувствовал воду у Белых гор.

Четери летел долго, он следовал вдоль изгибов русла реки Неру, вспоминая, как плескала она синью и прохладой. Зов воды, ощущаемый всем телом, становился все сильнее, пока дракон не достиг Белого озера. И в вечернем сумраке закружился над толщей воды, заполнившей каменную чашу на двадцатую часть, чувствуя почти священный трепет. Как? Когда? Кто смог призвать подземную водную жилу, ушедшую в толщу породы полтысячелетия назад?

Четери спустился, перекинулся, присел, наклонился к воде — и вздрогнул. Из темной воды на него смотрела девушка, прозрачная, словно сотканная из тускло светящихся лазурью струй. Ног у нее не было, как и тела, — только лицо, плечи, руки и изгибающиеся призрачными потоками волосы, поднимающиеся к поверхности.

— Света?

Дракон протянул ладонь, и она снизу тоже потянулась к нему ладошкой — поверхность от его прикосновения дрогнула, пошла кругами, и девушка исчезла, словно и не было ее.

Морок какой-то? Великая мать, что это?

«Сам, — прошелестел в его голове тихий голос, — не могу, сын мой, сам. Благословляю тебя женщиной твоей».

Чет вынырнул, откинул мокрые пряди назад — и пальцы наткнулись на тонкий тяжелый Ключ, вплетенный в волосы. Он несколько секунд тупо смотрел на него, перебирая ногами в холодной воде, затем поплыл к берегу, подтянулся, забравшись на камень и, перекинувшись, взлетел. Ему нужно было убедиться, что с его Светланой все в порядке.

Связанные судьбы

### Спасение Светланы

20 ноября, Иоаннесбург, Королевский лазарет

Бледная, с закрытыми глазами, Светлана лежала на кровати, вся в каких-то трубках, проводах.

— Я пытался ей помочь, — сказал Тротт. — Она спит и не может проснуться. Я пытался дотянуться до ее сознания, но она не дается, ускользает. Я с таким еще не сталкивался. Такое ощущение, что со своим «я» тело связано сейчас лишь тонкой ниточкой, а сама личность где-то в воде. Она видит воду, Четери. И на зов не откликается.

Четери подошел к ней, погладил по темным волосам, склонился и поцеловал. Дыхание у нее было свежим, спокойным. И аура — мягкой и теплой, очень маленькой и светлой. Он положил руку ей на живот и улыбнулся, чувствуя отклик стихий.

Чет перевел задумчивый взгляд на Ситникова.

— Лаурас? — спросил он что-то непонятное.

— Это фамилия моего прадеда, — недоуменно ответил семикурсник.

— Я знал, — глухо сказал дракон, замолчал на мгновение, закрыв глаза, продолжил тяжело, — знал одного твоего далекого предка. Он учился у меня, в Песках. И, значит, Светлана — твоя сестра и тоже его кровь? Великая мать, как причудлива твоя пряжа!.

Связанные судьбы

20-е числа ноября

Четери принес Иппоталию к Белому морю, чтобы она помогла Светлане проснуться.

— Удивительно, — говорила она, вынырнув и одеваясь, — все я видела, но такого не припомню. Там она, там. Красивая, прозрачная, чисто водница. Дух ее стихийными водными нитями прошило, вот и не может вернуться, болтается, как на якорях. Но она не умерла. Я что могла распутала, перерезала, Четери, но мало этого. Она сама теперь не вернется — слишком долго здесь пробыла, — так что лети-ка ты к Хань Ши, проси встречи с его шаманами, пусть обряд по возвращению духа проведут.

Связанные судьбы

28 ноября

Незадолго до полудня в Королевском лазарете произошло явление четырех одетых в пестрые лохмотья и вооруженных бубнами йеллоувиньцев, возглавляемых знакомым уже драконом.

— Да что же это такое? В палату к больной! — вскричала медсестра.

— Они помогут ей проснуться, женщина, — терпеливо объяснил Чет.

Лечащий врач Светланы посмотрел на живописную компанию и решил:

— Пусть идут. Если ни медицина, ни витализм не могут ей помочь, то почему бы не попробовать шаманов?

Связанные судьбы

После ритуала в палате, провонявшей дымом и по́том, царила тишина. И в тишине этой очень отчетливо прозвучал кашель Светы. Чет шагнул к ней, склонился над койкой и обнял крепко, так крепко, что она застонала и засмеялась одновременно.

— Четери, — проговорила она, когда дракон наконец-то разжал руки. Неверяще прозвучал ее голос, слабо, и Мастер почувствовал укол вины. Но Светлана робко улыбнулась, коснулась его волос, погладила — Чет прикрыл глаза, — дотронулась до свисающего ключа.

— Ключ… Я просто должна была отдать тебе его.

— Ты мой Ключ, Света, — сказал он с грубоватой нежностью. — Ты.

Она полежала еще немного, осторожно гладя его по лицу, по плечам — дракон тянулся за лаской, как маленький, — и набралась-таки смелости признаться.

— Я беременна, Чет.

— Хорошо, — отозвался он весело. По-хозяйски провел рукой по ее груди, животу, залез широкой ладонью под больничную рубашку. Закрыл глаза и прислушался.

— От тебя, — зачем-то уточнила она с настороженностью.

— А от кого еще? — искренне удивился дракон с такой непрошибаемой самоуверенностью, что она даже не нашлась, что ответить. Четери еще послушал — под его пальцами покалывало, холодило.

— Мужчина будет, — сказал он довольным тоном. — Сын. Сейчас слетаю за выкупом, и пойдем к твоим родителям за благословением.

— За каким благословением? — непонимающе спросила девушка. Для нее всего оказалось слишком много.

— В жены я тебя беру, — сообщил дракон.

— А, — сказала Света и замолчала. И правда, что тут было непонятного?

Когда Чет вышел, сестра помогла ей раздеться, встала у душа, и Света с некоторой опаской включила воду. Она помнила тонкие светящиеся струи, такие красивые, которые прошили ее, будто гарпуны, — Светлана увидела это, но ничего не почувствовала. Только вот уйти из воды больше не смогла. Помнила как появлялся Чет — сначала один, потом с очень красивой женщиной, царицей Иппоталией, которую Света видела по телевизору. Помнила свою тоску, когда ее дракон улетел.

Связанные судьбы

### Предсвадебные заботы

Знакомство с родителями Светы, испытание манной кашей, предсвадебные хлопоты и приглашение друзей жениха на свадьбу – подробно читать: Королевская кровь. Медвежье солнце, часть1, глава 5.

### Свадьба и благословление богов

Свадьба Четери и Светланы состоялась 30 ноября в Иоаннесбурге по рудложским традициям в маленьком храме спального района.

Как только жрец произнес заключительную часть славословия — «И пусть боги благословят вас», мужчина защелкнул на запястье своей избранницы браслет и подвел ее к маленькой статуе Великой Богини. Поклонился:

— Вот моя жена, Великая Мать.

Тут же воздух в храме дрогнул, наливаясь запахом чудесных цветов, и крошечная каменная богиня моргнула раз, другой — священник аж за сердце схватился, — сделала по своему помосту несколько шагов к спокойному жениху и побледневшей невесте, развела руки и снова застыла. Из-под потолка посыпалась свежая водяная пыль, оседая на лицах и волосах людей пахнущей травами росой, и ласковый шепот, похожий на шум прибоя, пронесся по храму:

— Благословляю, сын мой, тебя и жену твою. И детей твоих. Сильными будут.

— Благословляю, — прогрохотал мощный мужской голос, и полыхнули вверх шесть зажжённых свечей, мгновенно истаивая в восковые лужицы на песке.

— Благословляю, — ветром вторил еще один: взметнулись волосы у людей, затрепетал подол платья, задребезжали окна, как во время урагана, в храме потемнело на мгновение — и тут же все успокоилось.

Подробно о свадьбе и ее праздновании читать: Королевская кровь. Медвежье солнце, часть1, глава 6.

## Пески, Тафия

### Оживление Тафии. Четери стал Владыкой.

1 декабря

Назавтра они улетели. Дракон несся очень быстро, а на его спине, уцепившись за твердый шип гребня и замирая от страха, сидела укутанная в сто одежек Светлана.

Но он принес ее не в свой дом. Четери опустился на знакомой площади недалеко от дворца Тафии. Стряхнул собранный скарб, подождал, пока жена разденется, спустится по крылу, и обернулся в человека. И они вдвоем пошли к высоким, ждущим именно их воротам.

На этот раз резные двери откликнулись ему. Засветились, заскрипели натужно и стали открываться, разгребая песок. И в тот момент, когда он ступил на территорию дворца и замер, раскинув руки и запрокинув голову, от ног его полилась по истощенной, иссушенной земле сокрушительная сила потомка Воды и Жизни. Город-на-реке стал оживать. Земля гудела опасно, мощно. Света ухватилась за створку ворот и пыталась устоять на почве, подрагивающей от поднимающейся из глубоких слоев воды. А Четери вдруг рухнул на колени и закричал от боли, срывая голос.

И разом все стихло.

— Четери, Четери! Че-е-ет! Да что же это!

Дракон пошевелился, открыл глаза — болезненные, яркие, неземные.

— Не кричи, женщина, — сказал он сипло. — Вот так, подержи меня еще немного, погладь… да. Покормишь меня, и пойдем принимать хозяйство. Теперь это твой дом.

Медвежье солнце

### Жизнь в Тафии

Начало декабря

Первый день в Тафии Светлане запомнился на всю жизнь. Никак она не могла осознать, что Чет владеет и городом, и огромным пространством вокруг него и что жить они будут в том самом дворце, в котором она столько раз бывала во снах.

— Почему ты мне не сказал? Так уверенно говорил про свой дом, про озеро, а тут целый дворец…

— Я не знал, получится ли открыть Тафию, — ответил дракон, прикончив взятые с собой запасы. Он был еще голоден — дышал тяжело, поводил носом, и глаза у него были вишневые, дикие. — Вот что, Светлана. Мне нужно поохотиться, а у тебя есть время. Выбери нам покои. Решай сама, где мы будем жить, женщина. Тебе вести дом, и пусть он большой — это твое дело. Я заниматься этим не смогу.

Он обернулся и улетел, а Света отправилась бродить по дворцу. Ей было очень любопытно и немного страшно: неужели и вправду она здесь хозяйка? Хозяйка всего этого великолепия?

Светлана помнила этот дворец тусклым и запыленным, а сейчас он светился, ослепляя великолепием резной, воздушной архитектуры. Он словно узнавал ее и радовался ей. Поскрипывал тяжелыми дверями, шелестел легкими цветными занавесками, приветствовал журчанием фонтанов и светом магических светильников. Наполняющиеся бассейны, фонтаны и высокие искусственные водопады притягивали Свету как магнитом — и оказалось, что страх после заточения в Белом море совсем прошел. Стоило опустить руки в прохладную воду, и их начинали целовать и щекотать упругие струйки, будто балуясь. И очень отчетливо вспомнились слова старого шамана в Королевском лазарете: «Вода ее теперь любит».

Под конец Света устала удивляться. И покои для себя и Чета выбрала скромные, уютные. У самого края дворца, с выходом в сад и видом на озеро. Большие, спокойных расцветок, с комнатой, в которой можно будет устроить детскую.

Наутро Четери не дал полениться.

— Вставай, — скомандовал он, — нас уже ждут.

К дворцу пришли люди, очень много людей. Грязные, уставшие, запыленные, они заполнили площадь на перекрестье улиц перед дворцовыми воротами и молча ждали, пока выйдет новый Владыка ожившего города.

— Приветствую вас, мой народ, — громко сказал дракон. — Меня зовут Чете́рии, я Владыка этого города. Это моя женщина, моя жена и ваша госпожа. Чего вы хотите?

— Господин, — сказал один из стариков, — позволишь ли ты нам жить в этом городе и служить тебе?

— Позволю, — кивнул Чет. — Я рад вам. Занимайте дома, какие кому по нраву, кроме старых драконьих, только знайте: жадности и дрязг я не потерплю. Кто преступит старый закон — будет изгнан. И другим людям скажите, что Тафия открыта и ждет народ Песков.

И все это людское море, к ужасу Светланы, поклонилось им, прежде чем заволноваться, зашуметь, растекаясь по улицам Тафии.

— Я боюсь, что не справлюсь. — Света взяла мужа за руку, и он без лишних слов притянул ее к себе, сжал крепко. — Я никогда не управляла людьми. И слуги… как-то стыдно, Четери.

— Привыкай, — сказал он со смешком. — Справишься, куда тебе деваться? Твоя мать боялась, что тебе будет скучно. Точно не будет.

И действительно, скучно ей с того момента не было ни секунды. Ей было неловко и совестно назначать на работу почтительно глядящих на нее людей, страшно было выходить к ним.

Дворец шумел, заполняясь людьми: уже тянуло запахами еды из кухни, уже служанки вымыли их с Четом покои, и так сверкавшие чистотой, в саду собирали фрукты в большие корзины. Дворец оживал, и Света явственно ощущала, как он радуется этому — как верный конь, к которому вернулся хозяин.

Но вечером в постели Светлана бурчала мужу в плечо про заглядывающихся на него девушек, а он гулко хохотал.

— Ревнивая, — сказал дракон с удовольствием. — Света, — низко пророкотал он, — делай что хочешь. Хочешь — набирай старушек, у которых уже внуки есть. Хочешь — только мужчин. — Он звучно засопел ей в шею, щекотно и возбуждающе. — Глупая ты, чего себе придумываешь? Других женщин много, а ты такая одна.

Медвежье солнце

### Строптивый Вей Ши

Вторая половина декабря

Выполняя данное императору обещание, Четери слетал в Йеллоувинь и с толпой людей на спине вернулся в Тафию.

Света, как всегда, вышла встречать его — красивая, загоревшая, прохладная. Удивленно посмотрела на спускающихся со спины мужа гостей — не ожидала, что их будет так много, — остановила взгляд на женщинах.

— Это помощницы тебе, жена, — сказал Четери после того как обернулся и выпил чашу крови. Пил жадно, но Света смотрела не морщась, только спросила: «Еще налить?» Дракон мотнул головой — его глаза медленно приобретали обычный цвет. — Сестра доброй Люй Кан лечит детей. А сама Люй Кан имеет волшебные руки. Массаж делает.

Светлана настороженно осмотрела опустившую глаза в пол крупную массажистку, ее сестру, испуганно прижимавшую к себе мальчонку лет пяти, решила, что соперничеством тут и не пахнет, и кивнула. Повернулась к расположившемуся неподалеку стройному йеллоувиньцу с длинными черными волосами и узкими темными глазами, и шепотом спросила:

— А это кто?

— А, — вспомнил Четери. — Это мой ученик. Вей Ши, подойди, — позвал он. И, когда внук императора, чуть задержавшись, приблизился, приказал: — Это моя жена, Светлана. Слушай ее как меня. Говорит она на рудложском, поэтому с ней общайся на ее языке.

— Каких она кровей? — не глядя на Светлану, величественно поинтересовался молодой человек.

— Простых, — усмехнулся.

— Мастер, для меня нет позора подчиняться вам. Но я не могу служить женщине, тем более простолюдинке, вся слава которой — в ее муже.

— Гордыня — первый враг того, кто учится бою. Так что, — дракон оглянулся, — вставай на ворота, будем гордыню проветривать. На одной ноге, руки в стороны. Спустишься только в кухню, котлы драить. И только после того, как у жены моей попросишь разрешения.

Принц насмешливо хмыкнул, побежал к воротам, полез наверх, как обезьяна, и встал на створку, подняв ногу в колене.

— Света, — предупредил Чет, — не жалей.

— Ну ты и грозный, — прошептала Светлана, сделав большие глаза, — детей наших тоже так гонять будешь?

— Это не ребенок, а нахаленок, — отмахнулся Владыка Тафии с усмешкой. — Не научится подчиняться мне — не сумеет подчиниться мечу. Пусть стоит.

Вечером Светлана дожидалась мужа во дворе. Давно уже было темно, она зевала, но упорно ждала. Маячащий на воротах плотной тенью наследник ее так и не позвал, хотя пережил и жаркий день, и двигающиеся туда-сюда створки, и к концу светового дня выглядел уже мрачным, по сторонам не глядел, и руки его, раскинутые в стороны, периодически подрагивали.

Жалость в ней, конечно, плескалась, но не столько к «нахаленку», сколько к Чету. Это же сколько он выдержал в таком обучении, пока научился так танцевать с оружием?

Позже Света решила все-таки идти спать. Но сон не шел, и все тут. Вздохнула, накинула легкое платье и пошла во внутренний двор.

Тяжелое дыхание стоящего на воротах парня она услышала еще с галереи. Остановилась, переживая. Нарушить просьбу Чета? Или все же не помогать?

Все-таки подошла.

— Эй, — позвала она тихо. — Как тебя там? Май Ши? Спускайся давай. Хватит с тебя.

— Уходи. Как великий воин мог взять в жены женщину простых кровей? — раздался сверху злой голос. — И тебя он предпочел моей сестре? Прекрасной деве рода Ши?

Света улыбнулась и пообещала себе приласкать Чета по возвращении.

— Скажу твоему мужу, что ты мужчину без него принимала, — продолжал очень уж дерзкий ученичок. — И что приказ его нарушила не отпускать меня. Вот он тебя и выгонит.

— Ну ты и дурачок, — без обиды сказала Светлана. — Спускайся, герой, кому говорят. Я тебе приказываю. Отоспишься — и завтра на кухню.

— Учитель сказал стоять, значит, буду стоять, — высокомерно ответила тень на воротах. — И меня зовут Вей Ши, женщина. Такие, как ты, обращаются ко мне господин Вей Ши.

— Господин Вей Ши, — с иронией произнесла Света, — ты будешь с беременной женщиной спорить? А что скажешь учителю, если я ноги сейчас застужу?

Парень молчал, и пришлось пойти на военную хитрость.

— Ой, — крикнула она и чуть не рассмеялась от ненатуральности, — живот прихватило! Ох, не дойду до кровати!

И для правдоподобности согнулась и обхватила себя за живот.

Рядом раздался стук — парень спрыгнул с ворот и застонал, тряся затекшей ногой.

— Ну что ты, — произнес он растерянно, — обопрись на меня, говори, куда идти.

— Да конечно, — едко ответила Светлана, — тут еще кто на кого опираться будет. Пойдем, покажу тебе твою каморку. Покоев не заслужил, уж извини, поселю, куда муж распорядился. И ко мне нужно обращаться на «вы», господин Вей Ши. Ну что? Обратно полезешь? Или пойдешь со мной? Все равно ведь уже спустился.

Она, не оглядываясь, пошла вперед. За ней, нахмурившись и прихрамывая, шагал наследник Желтой империи, мрачно рассуждающий, что все женщины коварны, а простых кровей — особенно.

Чет прилетел во второй половине следующего дня. Обнял подошедшую Светлану, оглянулся на ворота.

— Пожалела-таки? — спросил он и усмехнулся. Аккуратно провел ладонью по ее животу, поцеловал в висок.

— Я заснуть не могла, — жалобно ответила Света, ластясь к нему, гладя по спине и просительно заглядывая в глаза. — Не сердись. Тебя не было, я себя каким-то палачом почувствовала. Совесть замучила. Четери?

— Я так и думал, — сказал он и добавил со строгостью: — Я не сержусь, но, Света, не балуй мне учеников. Насколько ты сумеешь, конечно.

— Я постараюсь, — пообещала она.

Темное наследие

### Семейная жизнь. Чет

16 января

После ночи, когда Ангелина спасла Нории в терновнике, Четери вернулся к Светлане под утро, вымотавшийся, как сотня тягловых жеребцов. Он лечил, он нес двух упрямцев в Истаил – и Энтери и другие драконы летели слишком медленно, а пострадавшим нужен был покой.

Ни охота, ни кровь не восстановили его достаточно, и Владыка Тафии долго обмывался во внутреннем дворе, а потом нырнул к Светлане под бок, обнял ее, положил большую ладонь на живот. Она шевельнулась и расслабилась.

- Не спишь, - пробормотал он, коснулся ее плеча губами и пожаловался: – Как же я устал, Светка…

Все напряжение этой ночи осталось за пределами их спальни, и Четери вздохнул, окунаясь в тепло и уют их маленького мирка. Сонная, льнущая к нему жена, ее запах, биение ее сердца.

- Что случилось? – шепотом спросила Света, притискиваясь поближе. От Светланы шла прохлада родственной стихии - Воды, и Чет окончательно расслабился, впитывая ласковую энергию.

Огненный путь

### Встреча с Иппоталией

24 января

Когда начал работать телепорт, Четери встретил делегацию из Маль-Серены.

— Наконец-то я тебя увидела во плоти, — сказала Иппоталия с удовольствием, — а я все думала, какая же женщина у этого воина? Мягкая, красивая. Хорошая девочка.

Света смутилась, а царица сощурилась и вдруг ахнула.

— Маленькая сестричка! — изумленно заявила она. — Никогда такого не было, чтобы простой человек так напоен был силой госпожи нашей, Матушки-Богини. Да ты вся светишься лазурью, девочка!

И, ничуть не стесняясь, царица шагнула вперед и обняла покрасневшую Светлану. И столько ласки было в ее объятьях, столько тепла, что ушли все ревнивые мысли, которые появились, когда Света увидела, какими взглядами обмениваются Чет и эта великолепная женщина. Остались только уют и радость, как будто прижимаешься к маме.

— Я слышала, что вы спасли меня, — тихо сказала она царице. — Спасибо.

— Спас тебя муж твой, — ласково ответила Иппоталия, — а я лишь подсобила. — И она наклонилась к уху Светланы и восторженным шепотом добавила: — Какой у тебя мужчина, маленькая сестричка! Какой мужчина! Люби его всегда!

Света улыбнулась, засияла как солнышко и с обожанием посмотрела на Четери.

— Люблю, — сказала она еще тише. Но Чет услышал, повернулся, обжег горячим взглядом, усмехнулся довольно — и продолжил возиться с малышней.

Огненный путь

### Семейная жизнь. Света

26 января

Утром во внутреннем дворе дворца тренировался дракон Четери, похожий на грозовой ветер — так быстр был он сам и его клинки, что за их движением и фигура Мастера казалась чуть смазанной.

Он смеялся, улыбался, как ребенок, успевая в битве с невидимым соперником подставлять лицо солнечным лучам, и был так совершенен, и двигался так красиво, что, будь у солнца воля, оно бы задержало свой ход, желая полюбоваться на лучшего воина в мире.

А пока им любовалась жена, сонная, завернувшаяся в цветастое покрывало, — и счастливо жмурилась оттого, что этот мужчина — только ее.

Расколотый мир

### Брачные полеты

1 февраля

Далеко над рекой происходил бой, драконы казались не больше голубей, но рычание и поощряющие крики кружащей вокруг драконицы доносились и сюда.

Четери подошел к Светлане, склонился, потерся щекой о щеку, обнял. Света подняла голову: глаза у него были багровыми, но в остальном он казался совершенно спокойным.

Она напряглась, и Чет захохотал, сжимая ее крепче.

— Света, — пояснил он, растягивая слова, — я старый ленивый дракон. Женатый старый ленивый дракон. У меня столько было уже полетов, что ничего нового я там не узнаю.

— Но ты хотел бы, — пробурчала она с горькой неловкостью. — У тебя глаза красные. А я не могу тебе этого дать.

— Инстинкт, — Четери пожал плечами. — Когда видишь еду, выделяется слюна, а в брачный полет драконов тело реагирует возбуждением. Но я — это больше чем голод, инстинкт или зов крови, Света. Меня этому научил Мастер Фери: он испытывал нашу волю, и еще тогда меня переломало, и я стал хозяином своего тела. Меня волнует запах эльвиэля и крик дракониц, мне приятно наблюдать за битвами, — он кивнул в сторону реки, откуда снова донесся грозный рев, — но этот день пройдет, а ты останешься со мной.

Расколотый мир

### Тихая семейная жизнь

Седьмое апреля

В кабинет, где Четери просматривал указы, подготовленные советниками, уже заглядывала Света, пополневшая и цветущая. Она каждый день заходила и утром, и незадолго до обеда, целовала мужа в макушку, распускала ему косу, массировала голову. Как-то сразу приходило понимание, что пора отдохнуть.

— Ты не забыл про обед? — спрашивала она строго. — Через полчаса, Чет.

И Мастер подчинялся: в делах домашних он полностью уступил главенство жене и никогда не оспаривал ее решений. Она вела дом, пусть он и был побольше обычных, управлялась со слугами, хотя могла этого не делать, с радостью вместе с родителями занималась садом и следила, чтобы муж был накормлен и обихожен. Только поначалу Света спрашивала его разрешения на переделку их покоев, например, или обустройство беседок в саду — потом Чет приучил, что это ей решать.

— Делай что хочешь, — говорил он, — только чтобы ты была довольна. И чтобы, — добавлял он, жмурясь, — у тебя всегда хватало времени на меня, Света.

У нее хватало. И так ему с ней было хорошо, так смягчала она его сердце, что он и понять уже не мог, как жил без нее пятьсот лет назад.

Только однажды он запретил ей что-то, когда Света попросила разрешения передать похудевшему и обносившемуся Вей Ши еду и одежду.

— Ты против, я уже вижу, — сказала она со вздохом, не успел дракон и рта открыть. — Я не стала бы делать это без твоего ведома, Чет. Но мне так жалко его!

Четери забрался к ней в кровать, обняв и прижавшись лицом к плечу, как мальчишка, — он очень любил ощущение уюта, которое появлялось рядом с женой, — и Света ласково поцеловала его в макушку.

— Ты навредишь, он не готов смиренно принять помощь и искренне поблагодарить за нее, Света. Я люблю твою доброту, но ты правильно сделала, что спросила меня.

Светлана снова вздохнула, но не стала спорить.

Она была теперь немного рассеянной, в глазах появился влажный блеск, походка стала более осторожной. Шел седьмой месяц беременности, сын уже вовсю ворочался в ее чреве, и она то и дело замирала, прислушиваясь к себе. И если драконицы в период вынашивания ребенка или высиживания яиц становились агрессивными, то Света с каждым днем наполнялась спокойствием и любовью. Аура ее, напоенная стихией Матушки-Воды, стала немного мощнее, а в центре теперь сияло ровное сине-белое сплетение.

Стальные небеса

### Расставание

Десятое апреля

— Опять соленую воду льешь? — спросил Четери ворчливо, обнимая Свету. Щеки ее были мокрыми, глаза — красными.

— Уходишь? — прошептала Светлана дрожащим голосом, вжимаясь лицом в его плечо. Большой уже живот не позволял прижаться, как надо, и сын внутри дергал ножками, пиная мать куда-то под сердце.

— Как ты проницательна, женщина, — сказал Четери, с нежностью целуя ее в висок. — Все ты чувствуешь. Все знаешь.

— Не уходи, — попросила она едва слышно и снова заплакала, вытирая слезы о его рубаху. — Не уходи! Как я без тебя, Чет?

— Я уйду в ночь, — проговорил он строго, гладя ее по распаренной от жары спине. — Это решено. Поплачь сейчас, со мной, Света, и успокойся, затем я слетаю в храм и вернусь, чтобы собраться и отдать нужные приказы. И тогда ты проводишь меня так, чтобы я уносил не горечь твоих слез, а сладость твоих поцелуев. Хорошо?

Она мотала головой, заглядывала ему в глаза, плакала навзрыд — а Четери терпеливо поддерживал ее, пока она не стала успокаиваться.

— Ты не останешься одна, — говорил он уверенно. — Все драконы Тафии готовы прийти к тебе на помощь, и всегда ты можешь обратиться к Ле́ри — он все исполнит, что попросишь. И Нории не оставит тебя без внимания и помощи. Я должен вернуться до рождения сына, но даже если нет — здесь твои родители, родные, и врачи рядом, и крылатый Лери — сильный виталист, он поможет тебе. К тебе даже будет заходить Вей Ши, и ты сможешь кормить его столько, сколько пожелаешь.

Света через силу улыбнулась и закрыла глаза.

— Тебе остается только ждать меня, женщина. Просто жди, Света. Мне легче будет возвращаться, зная, что ты ждешь меня.

— Лети в храм, — проговорила она тихо. — И возвращайся поскорее, Четери. Я не могу не отпустить тебя, но я хочу провести с тобой оставшееся время.

Она действительно ждала его у окна, уставшая, с печальными глазами, поникшая.

Светлана не плакала, как и просил он, — обняла его в спальне, постояла, греясь в руках, и отпустила. Села на край постели, слушая пение вечерних птиц, вдыхая привычный запах цветов и глядя, как роется муж в большом сундуке. Наконец Чет выпрямился, держа в руках две фляги.

— Вот что возьму. Набери мне воды из колодца, что в часовне Богини, — попросил он, — своей рукой. Будет мне благословением твоим и благословением Матери в чужой земле.

— А больше ты ничего брать не будешь? — встревожилась Светлана, прижимая фляги к груди.

— У меня есть оружие, — ответил Четери, доставая из сундука и простой нож в ножнах, — остальное я добуду.

Она медленно, ковыляя, словно пытаясь отсрочить неизбежное, отправилась по коридорам дворца к неприметной двери, ведущей к маленькой часовне Синей. Когда она вернулась и подала Чету фляги, холодные от ледяной воды, он прикрепил их к поясу, привлек жену к себе и поцеловал в висок.

— Мне страшнее всего то, что я не смогу получать от тебя весточек, — проговорила Светлана глухо. — Неизвестность страшна, Чет.

— Возможно, у Матвея получится передать тебе весть, — ответил дракон, глядя за окно — туда, где тонкая закатная полоса уже стремительно гасла, уступая ночи. — Но если не выйдет, есть еще способы, женщина.

— Какие? — Она поцеловала его, вопросительно заглянула в глаза.

— Будут знаки, — проговорил он. — Рано или поздно поймешь, что они говорят тебе. А если не разберешься, сходи в часовню, шепни вопрос Матушке-Воде. Она тебя любит, может, покажет что, Света.

Она еще коснулась его губ, и еще — и, чувствуя слабость и опустошение, отступила сама, потому что ощущала уже, как не терпится ему лететь.

— Я буду ждать тебя, — сказала она тяжело. — У тебя все получится, Чет. Тебя никто не способен победить.

— Пусть богиня говорит сейчас твоими устами, женщина, — сказал он тихо и нежно. Все же притянул ее к себе, поцеловал еще раз — крепко, захватнически, словно выпивая и горечь, и боль, словно и не улетал сейчас, а собирался заняться жаркой, нетерпеливой любовью. А оторвавшись, посмотрел на нее вишневыми глазами, сделал к окну несколько шагов и выпрыгнул в него, сразу разворачиваясь в дракона и стрелой устремляясь в небо.

Закат догорел, и на Тафию опустилась ночь. Но Четери знал, что Света все равно будет стоять у окна и смотреть ему вслед, пока хватит сил.

Стальные небеса