История одного сталкера (В. Гапчич)

Глава 1

```
              Я бежал... бежал размеренно, следя за дыханием, держа темп и размышляя о своих шансах. У меня их, собственно, не было, но я отчаянно искал любую возможность зацепиться за тонкую соломинку жизни, которая то и дело норовит ускользнуть от меня... Все началось в тот злополучный вечер, когда я просаживал последние деньги в баре. Мутная жижа в заляпанных стаканах уже начинала заволакивать мое сознание, как раз к тому моменту, когда, рядом с моим, на стул опустился некий тип с низко надвинутым промокшим капюшоном. Он попросил то же, что и я, тем самым показывая, что расположен на беседу. Мне, собственно, уже было  все равно, поэтому я даже не удивился тому, что он знает мое настоящее имя и желает заказать мне артефакт. Более того, он хотел заказать  необычный артефакт, артефакт, который в шутку называют «нецке», потому что тот имеет форму, издали напоминающую китайского божка и, якобы, человек, который потрет его, обретет неуязвимость к радиации. Конечно, многие не верили в это, некоторые относились к слухам с подозрениями, но мне лично было все равно, потому что все, увиденною мною в зоне ранее, отрицало все мыслимые и немыслимые законы, поэтому я охотно верил в любые небылицы, которые слышал. К тому же, сталкеры, конечно, любят приукрашать свои рассказы парой-тройкой мертвых кровососов или сотней слепых псов, но в каждой шутке, как говорят, есть доля шутки, поэтому нужно уметь выделять зерно правды из целой горы нахваливаний и принимать его к сведению. К тому моменту, когда незнакомец закончил говорить, хмель окончательно выветрился из моей головы, и я начал воспринимать все более адекватно. Вероятно, мне следовало задать ему больше вопросов, но, одурманенный достаточно легкой наживой, я согласился принести ему этот артефакт…

```

```
               Развернув карту в последний раз, я удостоверился, что нахожусь именно там, где указал заказчик. Ну что ж, подвал, значит подвал... - старался успокоить я себя. Получалось весьма скверно, потому что мне еще с детства все подземные сооружения казались ужасными и устрашающими. Будучи мелким пацаненком, я, так же как и все шлялся по подвалам, погребам и им подобным зданиям, но скорее не ради интереса, а ради триклятого престижа. Ведь все лазят, значит и я должен. Только вот если в глазах моих друзей горел огонек азарта и здорового интереса, то в моих глазах была тьма, тьма, которая все глубже забиралась в сознание, добираясь до самого сердца, хватая его и сжимая в своей руке, как резиновый мячик. Страх подталкивал ноги идти обратно, но упрямая гордость шагала все глубже и глубже, пока мальчишеский интерес моих друзей не будет удовлетворен окончательно и бесповоротно.

```

Так и теперь, я стоял перед каким-то полуподвалом-полупогребом, присыпанным сверху мусором и ветками. Прогнившая дверь сквозила дырами, которые смотрели на меня своими пустыми глазами и завлекали вовнутрь. От них так и веяло холодом и сыростью мрачного подземелья, но у меня не оставалось выбора: либо сейчас спуститься и найти артефакт, либо сидеть без денег в баре и ждать, когда мне подвернется хоть какая-нибудь вшивая работенка. А то ведь и вообще придется возвращаться... Хотя нет, возвращаться мне больше некуда, вне зоны жизнь совсем другая, каждый сталкер, который побывал в зоне больше года, любит и проклинает ее одновременно… Она как наркотик, каждый день ты говоришь себе, что больше не пойдешь туда, но стоит появится хорошему заказу, как ты уже забрасываешь все принципы и идешь прямо в аномалии, готовый целовать псевдопса под хвост, лишь бы достать товар… Нет, я пойду в эту вонючую конуру и добуду артефакт, будь он неладен. Тогда все будет хорошо, жизнь наладится...

```
               Фонарик работал плохо, то и дело потухал, заставляя мое сердце сжиматься, словно в  предсмертной судороге. Как только свет исчезал, мне казалось, что из темноты сразу же обязаны выскочить стаи кровососов, снорков и еще куча всякой нечисти, не отличающейся добрым нравом. Но вот фонарик снова работает, сердце продолжает разгонять кровь по моему замерзшему телу, и я продолжаю свою подземную одиссею по длинным коридорам сооружения. По углам то и дело шастали крысы, которые энергично шевелили маленькими глазами, показывая свое недовольство нежданным гостем. По стенам тоннелей проходили трубы, переломанные каким-то взрывом, острые края торчали, норовя задеть меня своими стальными зубами. Поворачивая за каждый новый коридор, я задерживал дыхание и прислушивался к окружающим меня звукам. Бульканье аномалий да шорох крыс, больше ничего, повторял я себе, больше ничего...

```

Судя по карте, мне удалось пройти уже порядочное расстояние, отсюда выходит, что я должен находиться где-то рядом с артефактом, хотя вокруг и не было ничего, даже отдали напоминающего «нецке»… Хотя, с другой стороны, я их никогда и не видел, откуда мне знать, как они выглядят...
Вдруг, благодаря какой-то неведомой силе или небывалому чутью, теперь уже не понять, я задержал дыхание, потому что услышал какой-то невнятный звук на грани слышимости позади себя. Через некоторое время послышался шорох и уже гораздо отчетливее, он то и заставил меня развернуться на 180 градусов за долю секунды, что фактически спасло мне жизнь. В предвкушении чего-то нехорошего все тело покрылось холодным потом, кровь бешено запульсировала в висках, сердце забилось так, словно я только что нырял на большую глубину и всплыл, чтобы отдышаться. Дробовик в руках зажат намертво, указательный палец на курке предательски дрогнул и на всю немыслимую сеть тоннелей раздался мощный выстрел. Существо, оказавшееся впереди меня, попыталось прыгнуть в сторону, но дробь все же задела его за бок, свидетельством тому была кровь на стене, которую можно было разглядеть при свете фонарика. Тогда я увидел его глаза, они были наполнены, нет, просто светились злобой и ненавистью, пытаясь сжечь меня на расстоянии! Я думаю, что мало кто выстоял бы перед ним, но все сдерживаемые мною страхи вдруг разом вырвались на волю и я, сделав пару выстрелов в то место, где только что была эта тварь, двинул в сторону выхода. Карта тоннелей перемешалась в моей голове, я уже не знал точно в каком направлении двигаться, но одно мне было ясно как день, по моим пятам бежит тварь, которую можно увидеть лишь тогда, когда она начинает двигаться, и то, это очень трудно было бы сделать, если бы не красные, горящие адским пламенем глаза, наполненные всей горечью, отчаяньем, смертельной опасностью зоны. Я думаю, что все вы уже догадались, что это за существо... Да, это был кровосос, он гнал меня все глубже в подземелье, не смотря даже на то, что я его ранил, он был полон решительности и не отставал от меня. Потеряв счет поворотам и коридорам, я бежал в беспамятстве, редко постреливая назад, понимая всю тщетность моих попыток. Но вдруг, в одном из бесчисленных проходов, я почувствовал, как в ноздри ударил резкий аромат свежего воздуха (да, именно аромат, таким сладким и чистым казался он мне после затхлых тоннелей подземелья). Меня охватило непередаваемое ощущение радости и восторга, наконец-то, выход был близок! Повернув на очередном углу, я увидел лестницу, которая вела к спасительному выходу, но один едва заметный факт не мне давал покоя, хотя сразу я не мог отчетливо определить, что это было... Подбежав к отверстию, я схватился на ржавую лестницу, осознавая, что сейчас от нее зависит моя судьба. Дернул раз, другой, мне стало понятно, что она должна выдержать мой вес, хоть и заскрипела в момент следующего рывка. Я заносил руку для того, чтобы ухватиться за следующую ступень, но сделать мне это помешал мой преследователь, схвативший меня за ногу, явно не желая отпускать ее. Я предпринял отчаянную попытку отбиться от него, дернув ногой пару раз, угодив ему при этом по морде, вскоре хватка ослабла и я выдернул ногу. Когда моя голова уже находилась снаружи, я почувствовал содрогания лестницы, по которой стремительно поднимался мутант. Только безумная удача помогла мне в тот момент, потому что под моим весом и весом кровососа лестница не выдержала, и сухой треск падающей конструкции заглушил протяжный вой твари, когда я же сам находился на поверхности, держась руками за сухую землю. Однако не все было так хорошо, как мне показалось изначально, это можно было объяснить двумя вещами: первая – на улице была ночь, вторая – на ноге была кровоточащая рана. Не знаю, что может зона сделать с человеком, но на меня она, видать, подействовала очень сильно, потому что когда я заходил в подвал, было еще утро... Ладно, времени на размышления было не так уж и много, ведь кровосос, в отличии от меня, знал свое подземелье хорошо, а так как сейчас была ночь, то для него никакого труда не составит выйти наружу в такое время суток.
Итак, при осознании того, что за мной по-прежнему будет охотиться эта тварь, я решил двигаться сразу после того, как забинтую свою рану. Времени на ее обработку не было, но я и не чувствовал особой боли, наступая на ногу, поэтому, поприседав и оценив свое положение на местности, взял темп и рысцой начал потихоньку ковылять в ту сторону, где по моему мнению находится база долговцев. Вообще, в жизни мне довольно легко удавалось определять необходимое направление и на этот раз я четко чувствовал стороны света и двигался в нужную мне сторону. Когда я пробежал минут пять, в боку начало неприятно колото, а дыхание стало прерывистым и тяжелым. Надо было сбавлять темп, хотя мне этого и не хотелось делать, но до базы было еще ой далеко, да и ни одного знакомого ориентира я еще не встречал...
Когда моя бдительность была усыплена длительным бегом и жуткой усталостью, я услышал это... Протяжный вой, несущий в себе боль и жажду крови охотника, который, наконец, нагнал свою добычу. Он был далеко от меня, но видел меня так же, как я видел его. Расстояние между нами не превышало трехсот метров и мне стало по-настоящему жутко.

```
               И я снова побежал... бежал размеренно, следя за дыханием, держа темп и размышляя о своих шансах. У меня их, собственно, не было, но я отчаянно искал любую возможность зацепиться за тонкую соломинку жизни, которая, то и дело норовит ускользнуть от меня... Пробежав какое-то время, я понял, что не вынесу больше этот темп и рухну на землю, если не остановлюсь. Мне оставалось одно – принять бой. Легенды о способностях кровососов всплывали в моем мозгу одна за другой, преумножая его силу в десятки раз. Сейчас я как никогда осознал, каким никчемным созданием был всю свою жизнь: когда ушел из дома, когда выделывался меж таких же зеленых сталкеров, как и я. Да, я видал мутантов, да, я проползал между аномалий и смотрел в лицо смертельной опасности, но сейчас до меня дошло, что все это было тщетным. Зона – это беда, это несчастье всего человечества, как язва на теле, которую необходимо излечить. Тогда из моего горла вырвался крик, преисполненный слепого отчаяния, осведомления своей беспомощности и глупости. Я взял дробовик наперевес и зашагал навстречу неясно передвигающемуся мареву с огненными глазами движимый яростью подстрекаемой отчаянием. Наша схватка осталась для меня загадкой, как и то, что я выжил... Помню лишь пламенный взгляд, сверлящий меня двумя красными углями, расплавляющий волю и желание сопротивляться. Но во мне вдруг все перевернулось, я почувствовал, что должен выжить, мне показалось, что моя смерть будет не такой, да я просто обязан был убить эту тварь! Затем - ничего, пустота... Тупая боль в плече, резь в глазах, солнечный свет, болезненно пробивающийся сквозь ресницы. Нога ныла, все тело ломило усталостью, во рту был привкус крови, но я забыл это в ту же секунду, когда увидел рядом с собой... мертвого кровососа... Его руки были безвольно разбросаны по земле, туловище - усеяно дробью, морда вся искорежена, я посмотрел на дробовик и вздрогнул, он был весь в крови... «Да, наверное, так я должен умереть» - пронеслось в моей голове и я закрыл веки..

```

Очнулся я на кушетке, рядом со мной стоял парень, лицо его было рассечено двумя шрамами, в руках он держал шприц, на губах его играла улыбка.

```
- Приветствую тебя, брат...

```

Глава 2

Очень часто в нашей жизни происходят такие вещи, которые, как нам кажется, уже когда-то происходили. Проходя по улице, замечаешь, как на тебя взглянула проходящая мимо девушка, казалось бы, ну что тут особенного? А внутри тебя что-то тихонько дернулось и шепнуло: «такое уже с тобой было…». Не знаю кому как, но мне почему-то становится страшно, не знаю почему, и не спрашивайте даже, страшно и все тут. И сейчас, когда я голый лежал на кровати и рассматривал потолок, мне было очень страшно, казалось, что все это уже когда-то было, вполне возможно что не со мной, не здесь и не сейчас, но было… Раньше я никогда не ложился в больницу, как-то все обходилось без этого, поэтому мне не с чем было сравнить это ощущение, но что-то до боли знакомое в этом есть… Неуловимое, но значительное. Потолок оказался облупленным и серым. Белили его давно, хотя оно и понятно, кому же он тут нужен побеленный? Побелка местами потрескалась и свисала грязными лохмотьями, местами слезла полностью и обнажала бетонную поверхность, которая тоже была покрыта сетью трещин и осыпалась. После осмотра потолка мой взгляд плавно переходил к окну. Сначала было очень трудно смотреть на солнечный свет, но потом глаза привыкли и я увидел закат. Это был первый закат в моей второй жизни, я любовался им и попытался вспомнить, когда мне доводилось вот так вот последний раз просто наблюдать завершение дня… Вспомнить так и не удалось, поэтому я бросил это дело и решил перейти к осмотру комнаты, когда в нее вошел тот парень со шрамами. Он опять улыбнулся и представился: «Привет, я вижу тебе уже лучше. Можешь звать меня Слепым, а тебя как звать?». Я слегка опешил от такой открытости, потому что по жизни мне часто приходилось знакомиться с новыми людьми, но, так называемая, «процедура знакомства» никогда не была столь открытой и непосредственной. Видно это отразилось на моем лице, однако он понял все не совсем правильно, поэтому сказал: «Не боись, раз уж мы тебя подлечили, то убивать не собираемся, расслабься». После этого мысли мои, наконец, собрались в пучок и я кое-как смог выразить свою благодарность этому парню. Вскоре мы нашли общий язык, он показал мне, где моя одежда, я вышел и огляделся. База этого клана располагалась на пустынной территории, дома были расположены хаотично, некоторые из них были совсем разрушены, в некоторых недоставало стен или крыш, что придавало пейзажу некий шарм пост - апокалипсического времени. Голоса, раздававшиеся со стороны костра, отвлекли меня, и я поспешил присоединиться к их обладателям. Компания, сидевшая за костром, была разношерстная, если не сказать более. Одни были высокими, другие низкими, возрастная группа тоже сильно контрастировала: среди парней были и совсем юные, которым едва завалило за 18 и бывалые сталкеры с многочисленными шрамами на руках и лице, взгляд которых был суров, как и их внешний вид. Мы познакомились с ними так же легко, как со Слепым, посидели за костром, потравили байки, послушали музыку... Вроде и нет никакой зоны с ее аномалиями и мутантами, вроде и не умирали тут сотни людей, не обрывались их судьбы, не ломались жизни... Что было самым приятным, так это легкость во всем, парни были улыбчивыми и общительными, они любили посмеяться, понимали твои печали и радости. Мне стало так легко, что уже не хотелось ни денег, ни артефактов, ни славы, только сидеть здесь, разговаривать с этими людьми и смотреть на костер... Теплые языки пламени тянули свои пальцы к небу в трескучем стремлении оторваться от земли и лишь искры ненадолго вздымали над огнем, показывая свое презрение над силой тяжести. Они улетали к звездам, туда, где их ждал вечный покой и умиротворение...

Нас было трое, я, Денис (он же Демон) и Ванек Бравый. Вылазка наша была ничем иным, как испытание. Слепой хотел проверить меня, как проверяют всех тех, кто только поступил к ним. Пусть моя битва и была решительным аргументом для вступления, но традиции нарушать нельзя, потому что тогда обрушится вся система. Сам я не понял всей тонкости этой мысли, но так сказал Слепой и у меня не было причин ему не верить. Нашим заданием было пострелять по мутантам, так сказать подчистить местность вокруг базы , заодно парни потренируются в стрельбе, заодно меня проверят... Так мы и передвигались троицей, бесшумно пересекая метр за метром, в поисках любого движения по периметру. Приятным фактом было то, что я мог заодно поближе познакомиться с парнями в полевой обстановке. Песни песнями, но вылазка в зону спина о спину делают людей практически родственниками. Во время привала, до которого, кстати, мы так и не нашли ни одного признака живности в этом месте, я первым заговорил с ними. Демон, оказался парнем простодушным и веселым. Он любил пошутить, но больше всего – посмеяться. Росту – среднего, телосложения – крепкого, под такое описание подходило большинство сталкеров в зоне, но, Демон не был обычным. Общение с ним было легким и непринужденным, есть такие люди, которым, бывает, хочется выложить душу, ознакомившись с ними всего пять минут назад. Именно таким он и был. К тому же понял, что с этим человеком в зону ходить не страшно, мой тыл будет всегда надежно прикрыт , так как он был снайпером. Бравый – тоже уникальная в своем роде личность. Не смотря на то, что он предпочитал средние и ближние дистанции, его одежда всегда была легкой, не сковывающей движений и абсолютно непригодной в качестве брони. Он всегда считал, что в бою важна мобильность, а не защита. Я, в принципе, был с ним согласен, но мне почему-то было неловко выходить в зону в одной легенькой курточке и штанах. Ни бронника, ничего, что хоть как-то может повлиять на скорость передвижения. Я думаю, что это в какой-то мере и показывает характер человека. Общаться с ним тоже было нетрудно, и более того, у нас всегда возникали какие-нибудь оживленные споры, которые сам он настойчиво называл обсуждениями. Причем причиной «обсуждения» могла быть любая мелочь, но мы всегда заканчивали его возбужденные, считая, что доказали оппоненту неправоту его точки зрения. Он был высоким, выше Демона, да и постарше, пожалуй. Однако на зоне уже давно перестали людей делить по возрасту. Как показал себя в бою, так тебя и оценивают, не важно, пять тебе лет или пятьдесят. Мы быстренько перекусили, перебросились еще парой фраз и продолжили наше движение. Я еще никогда не участвовал в групповом бою, поэтому мне было слегка боязно, мало ли что я могу там натворить в ответственный момент?... Обычно приходилось воевать самому один на один с врагом (в редких случаях – один на многих), так что я точно не знал, что мне нужно делать в определенные моменты, думаю, что когда надо будет – мне скажут... Как и ожидал Ваня, до серьезных мутантов было еще далеко, зато мы заметили невдалеке, метров за 150 стаю слепых псов. Они развалились под деревом и о чем-то перескуливались между собой. Наверное, тоже обсуждали необходимость ношения брони в зоне... Впрочем, это неважно. Мы решили, что коли уж вышли пострелять, то будем стрелять, к тому же, эти собаки могли переждать нашу битву с каким-нибудь более серьезным противником, а затем уже добить нас, раненых и обессиленных. Мы распределили роли между собой таким образом: Демон поднимется на возвышение и начнет снимать собак одну за одной, я с Бравым должны будем стать по обе стороны ниже от него, чтобы они не разбежались, пока наш снайпер их отстреливает. Как это обычно у всех бывает, хотелось как лучше, получилось как всегда... Собаки слишком рано почувствовали наше присутствие, поэтому мы не успели занять наши позиции, пришлось отстреливаться из крайне неудобного положения. Сначала все шло довольно нормально, со стороны Бравого были слышны автоматные очереди, после которых несколько собак всхлипывали в последний раз и умолкали уже навсегда. Я тоже не давал им подойти близко и стрелял по зазевавшимся носам, не успевшим вовремя спрятаться в кустах, в ответ на что слышал вой раненых псов. Для меня остается неясным до сих пор, как эти бедные животные ориентируются среди всех препятствий, которые встречаются у них на пути. На том месте, где у всех обычных собак находятся глаза, у этих тварей были два безобразных шрама, которые перекрывают все мертвой пеленой не давая мутантам видеть мир. Однако, при этом они без труда обходят аномалии, «видят» все вокруг и всячески доказывают всем новеньким сталкерам, что слепые могут убивать не хуже чем некоторые зрячие. Из размышлений меня вывел укус, на этот раз зазевался я, за что и был незамедлительно наказан. Странно, но вместо того, чтобы продолжить обгладывать мою ногу, пес вдруг резко бросился прочь, хотя я не видел на то никаких видимых причин. Через несколько мгновений уже был слышен встревоженный голос Бравого: «Удивительно, но похоже они уходят... Эй, Демон! Что там у тебя?». У меня вдруг создалось неприятное ощущение внизу живота и это явно было не к добру. Что-то там как-то медленно мешкает наш зоркий снайпер на вершине холма... На миг в округе все притихло, даже вороны перестали каркать, только ветер по прежнему ожесточенно дергал листву на деревьях да вздымал клубы пыли с земли. Через мгновение начал медленно появляться какой-то гул, потом все громче и громче, вдруг Демон неистово закричал и замахал руками: «Парни! Немедленно сваливайте оттуда! Прямо на вас бежит волна мутантов! Целая куча кабанов, скорее бегите оттуда!». Да… давно я не бегал, надо, пожалуй, повторить, для разнообразия… однако мои ноги опередили мои мысли и я уже очнулся, когда бежал в сторону дерева, надеясь залезть на него до того, как сюда прибудут мутанты. Не прошло и секунды после того как я взобрался, в него сразу влетело несколько опрометчивых кабанов. Они не слабо трухнули ствол, но я все же удержался, зато им, мягко говоря, поплохело. Мутанты непроизвольно попускались на зады и начали потерянно осматривать местность вокруг в поисках резко исчезнувшего врага. Два тихих хлопка – и их отбросило в сторону на добрых полтора метра, кабаны замерли в безмятежном спокойствии, они даже не успели испугаться внезапно наступившей смерти. Я мысленно поблагодарил бога за тот день, когда повстречал Демона. В поле моего зрения вроде никого не было, поэтому я решил спуститься с дерева и подойти к парням. В этом-то и была моя ошибка, ведь сигнала отбоя никакого не было… Он медленно появился слева, приглядываясь ко мне и оценивая ситуацию. Мне этой полусекундной задержки хватило, чтобы навести автомат на кабана и сделать первый выстрел. Животное, однако, оказалось довольно ловким, потому что пуля, выпущенная из «гадюки» всего лишь пропахала грунт в том месте, где он только что стоял. Зверь начал обходить меня сбоку и набирать скорость, чтобы вспороть живот своему противнику мощными клыками, которые в этот момент мне напоминали слоновьи бивни – настолько массивными и устрашающими они были. Я сделал шаг в сторону и выпустил весь магазин в него, пока он не упал замертво, пролетев мимо меня по инерции несколько метров. Судя по крикам с холма, все кабаны были мертвы. Я шел к Бравому, чтобы обсудить с ним прошедшую битву с мутантами.

Ваня был впереди, он заметил меня, обрадовался (наверное, тому, что я выжил) и зашагал навстречу. В этот момент куст по его правую руку вдруг неестественно зашевелился, я посмотрел на него, слегка прищурившись, и заметил блеск глаз на свету. Именно моя удивленная гримаса спасла парню жизнь, как бы это ни было парадоксально. Сам он мне говорил, что зона обучила его реагировать на все молниеносно, поэтому он незамедлительно сиганул вперед, когда увидел признаки рассеянности на моей физии. И именно в этот момент, на том самом месте, где Бравый был одну сотую долю секунды назад, в воздухе пролетела черная тень, обнажившая клыки. Псеводпес явно был удивлен своим промахом, он выставил на лету вперед лапы с по-исполински громадными острыми когтями. Тварь рухнула и покатилась кубарем, собирая на своей облезлой шерсти высохшую траву и грязь. Он, было, хотел подняться, ощерился, но наши с Бравым автоматы не дали ему совершить свой второй прыжок. Буквально через полсекунды его отбросила пуля СВД, сделавшая большую дыру в ребрах мутанта. Демон припоздал, но мы сами прекрасно все сделали.

Идя обратно в лагерь мы много разговаривали и все обсуждали нашу сегодняшнюю перестрелку. Я в основном помалкивал, а Ванек с Демоном все спорили, кто больше кабанов пристрелил. Один говорил, что восемь, другой говорил, что семь, после чего мне пришлось им тонко намекнуть, что мутантов всего было двенадцать... Уже потом я понял, что сделал это абсолютно зря, потому что спорить они начали еще активнее. Наверное, спорили бы они так до самой базы, если б я не заметил, что вдали лежит какой-то человек, судя по всему - раненый. Мы рысцой подбежали к нему, осматриваясь по сторонам. Мало ли, с кем он мог повздорить, если с какой-нибудь тварью, то она все еще могла быть поблизости, чего бы нам крайне не хотелось. Парень был в балахоне весьма потертого вида, его ботинки все были в грязи, что указывало на долгую дорогу, которую прошел незнакомец, прежде чем оказаться здесь, распластанным перед нами. В этот момент я вспомнил свою битву с кровососом, точнее не саму битву, а то, что осталось в памяти. Мне сразу представилось, что если бы не Слепой, то валялся бы я там сейчас мертвый, объеденый мутантами, покрытый пылью и политый дождями, которые были не редкостью на зоне... После таких размышлений мне стало чертовски жалко сталкера, поэтому я первый подошел к нему, перевернул его и осмотрел тело. В целом, сильных повреждений не было, его ранило в ногу, но пуля не вошла, а лишь оставила после себя большую борозду на ноге. Повезло же. С другой стороны, на лицо были все признаки истощения, судя по всему, он уже очень давно убегает от кого-то, его ранили, обыскали и оставили здесь умирать. Что ж, сегодня явно чей-то счастливый день, хотя это еще с какой стороны посмотреть... Мы взгромоздили парня на Демона и несли его до базы по-очереди, хотя каждый из нас норовил как-нибудь отмазаться - уж больно тяжелым был этот сталкер...

Еще по пути, когда мне в очередной раз выпала участь нести раненого, я понял, что его черты мне знакомы. Но кто он? У меня не так уж и много знакомых среди сталкеров, а тех, кого я знаю - вспомнил бы сразу... Что-то в нем было пугающее, не знаю почему, но с его образом в моем мозгу возникали плохие ассоциации. Что же это за тип, черт побери? Выглядел он, скажем так, не выдающееся, худой, помятый, небритый... Таких как он по зоне бродит немеряно. Но с другой стороны, не все предпочитают носить балахоны, этот же с ним не расставался, судя по всему, очень долго, что придавало ему вид шпиона из детских мультиков. Ладно, шпион, донести бы тебя до базы, а там уже посмотрим, кто ты и что ты...

Подведу итоги нашей вылазки - мы подстрелили двенадцать кабанов, семь слепых псов, одну псевдособаку, и принесли раненого сталкера, правда ранили его не мы, но это не важно. Слепой был доволен, что я все еще жив, да и парни отрекомендовали меня как хорошего бойца, несмотря на лазанье по деревьям, до того я успел подстрелить не слабо собак. В общем, формально я уже был членом их общества. Официально церемонии принятия не было, но меня уже не считали чужим, здоровались, делились сплетнями, все как и с остальными. Я потихоньку вошел в ритм их жизни, совершал вылазки, приносил артефакты, даже один раз лазил в каком-то складском подвале, парни уговорили меня и обещали, что будут стрелять сразу же, как только кто-нибудь заметит движение. В итоге мы убили больше тридцати несчастных крыс, которые всего лишь интересовались незваными гостями, хотя я думал, что это были несомненно орды монстров. После этого все дружно решили, что меня в подземелья брать не будут - себе дороже. Зато на открытых пространствах я был неплох, автомат в руках, хорошая броня, прикрывающая меня на случай попадания и в моим рукам можно было доверять отстрел любого противника. Конечно, бывало и так, что промахивался, но кто из нас не промахивается? Правильно – никто, к тому же редкие промахи не были фатальными, ведь рядом всегда оказывался кто-нибудь, кто уже не промахнется. Вот так мы и ходили: я с несколькими бойцами в поле, снайпера нам по рации рассказывали о местоположении противника, мы занимали ключевые позиции и атаковали по команде. Столь бесхитростная тактика приносила победу нам и поражение нашим врагам.

Таким вот бесхитростным способом я влился в команду, теперь же стоит сказать пару слов о нашей «находке». Мужиком он вроде оказался неплохим. Много шутил, пел песни со всеми, играл на губной гармошке, помогал слепому в организации, подсказал парням пару мест с жирными артефактами. Но мне по прежнему в нем что-то не нравилось. Со мной он практически не общался, как только я не попытаюсь с ним заговорить, он улыбнется, даже нет, скорее осклабится, мол, задавай свои вопросы, но тут же вспоминает, что его ждут ребята или срочно нужно помочь слепому и т. д. Но что самое странное, всегда отводил взгляд, когда я хотел заглянуть ему в глаза. Я думал, что он что-то темнит и дел у него никаких нет, проверял, но все оказывалось правдой, его действительно ждали сталкеры или он нужен был Слепому, и все вроде ровно и складно, но не нравился он мне и все, хотя остальным он более чем нравился. Хотя вот, я забыл об одной важной детали, да, он действительно выглядел как все остальные сталкеры, такой же худощавый, среднего роста, но голос его был сильно контрастирующим с внешностью. Когда не видишь этого парня, но слышишь, как он говорит, то кажется, что рядом стоит бугай 2 на 2 и старается изобразить из себя напрягшегося медведя. Короче говоря, если сказать, что его голос был низким, то это значит - ничего не сказать. Да и кличка у него была соответствующая – Гром, звуки раздаются совсем уж устрашающие, а на деле оказывается, что это всего лишь пустой пшик...

Глава 3

```
           Мы сидели в засаде и ждали сигнала, пока дождь беспощадно барабанил затылкам и спинам бойцов тысячами маленьких молоточков. Монотонное выстукивание выстраивалось в какую-то замысловатую ненаписанную симфонию классиков и вызывало смешанные чувства. С одной стороны - холод и сырость, некоторые уже прикрывали рот кулаком, срываясь в беззвучном кашле, дабы не выдать наши позиции. Ноги уже были мокрые, в ботинках хлюпало, а сверху все лило и лило. С другой стороны, обстановка была какой-то умиротворяюще-успокаивающей: перестукивание капель, ленивые переползания туч, перешагивающие сталкеры, изредка шевелящиеся снайперы чуть позади на возвышении… Чувствуешь расслабляющую уверенность и начинаешь невольно засыпать... Выстрел раздался неожиданно, когда все уже и забыли, зачем они сюда пришли. Впереди что-то зашевелилось и упало, так и не успев издать ни одного звука. Меня определили в напарники к Хмурю, Бравому дали Саню Левого. Подбежав к проходу с правой стороны, вторая группы – с левой, мы замерли в ожидании следующего выстрела. Пойманные зэки сказали, что тут двое патрулирующих... Что ж, будем надеяться на правдивость их слов, как бы парадоксально это не звучало. Опять неловкая пауза, выстрела все не было, поэтому Хмурь решил не дожидаться сигнала и первым зашел в здание. Внутри со всех сторон капало, в некоторых местах даже лилось. Все сплошь протекало и издавало капающе-булькающие звуки. На стенах со всех сторон виднелись борозды – следы от проводки, кто-то ободрал ее, только вот непонятно, зачем? Все равно сталкерам здесь ее сдавать негде, а остальным забираться в зону только ради металла было сомнительным способом заработка.

```

```
               Расскажу вкратце, зачем мы вообще сюда заявились – есть у нас такой сталкер, зовут его Володька Фикс. Обычно он с нами в вылазки не ходит, в основном сидит на базе и занимается ее обустройством, еще он продает наши артефакты. Берет двух парней покрепче да попроверенней и шурует к границе зоны  на встречу с покупателем, эта «операция» в большинстве случаев занимает много времени и возвращается парень только дня через три. О самом походе знают только два человека: Слепой и Волк, так как они сами и давали ему задание. В последний раз, очевидно, произошла откуда-то  утечка информации и наших торговцев перехватили бандиты. Одного бойца убили, Фикса забрали, второго по ошибке оставили в живых, от него-то мы и  знаем о происшествии. Урки, наверное   решили, что убили его, поэтому не стали тратить патрон на контрольный в голову. А зря, теперь вот один уже пожалел. Скорее всего сейчас Фикс где-то наверху, его, должно быть, пытали, вообще непонятно, зачем они оставили его в живых, но сейчас это не главное, главное, чтобы он по прежнему был жив и здоров, об остальном позаботимся попозже. Бравый и Санек забежали вовнутрь вслед за нами и быстро осмотрелись. Вроде особых признаков чьего-либо присутствия не было. Хотя нет, вру, пройдя лишних пять метров, я заметил прямые улики доводящие присутствие в этом здании человека разумного. Вряд ли человек, сделавший это, был разумным, но урки , они и в Африке – урки, что с них взять... Переговоривши со снайперами, мы поняли, что помощи ждать от них нечего, здание было для них в мертвой зоне, но Демон обещал переместиться в другое место, чтобы просматривать окна. Когда мы начали продвигаться дальше по коридору, появился второй патрулирующий. Судя по его глазам, он был удивлен не меньше нашего, вот что значит отстрел врагов с глушителем... Быстрее всех среагировал в этой ситуации Левый, он моментально сделал два выстрела, первый – мимо, второй был на упреждение. Пуля вошла в область солнечного сплетения, брызги крови разлетелись в стороны, а тело безвольно рухнуло на пол. На глазах бандита застыло выражение удивления и растерянности, у рта выступила алая пена, которая начала маленькой струйкой стекать на пол. На этот раз стреляли без глушителя, поэтому на верхнем этаже послышалось какое-то оживление, которое характеризовалось командами наперебой с матом и парой тройкой выстрелов наружу. Наверное, и Демон тоже уже перешел в сторону окон и навел шмон в рядах урок. Что ж, это было хорошим отвлекающим маневром, пока зэки прячутся под окнами, боясь снайперского огня, мы сможем незаметно для них пробраться наверх. Бойцы одели противогазы, Хмурь и Бравый приготовили дымовые шашки со слезоточивым газом. Я с Левым пару раз пальнул в проход с лестницы на второй этаж и в то время наши командиры забросили туда дымовухи. Через несколько мгновений со второго этажа донеслись стоны, надрывный кашель и чихание,  это было самым, что ни есть, явным признаком нашей победы. Наш отряд поднялся, и то, что мы увидели, вызывало лишь жалкое презрение... Десяток скорчившихся зэков валяются на полу, издавая звуки, отдаленно напоминающие некое подобие хрюкающего плача... А вот и Фикс, тоже рыдает... Но ничего, зато он жив и, кажется, невредим. Не многие скоро смогут этим похвастаться... Парни отвязали сталкера от стула, особо не церемонясь с веревками и перерезая их остатки уже на пути к выходу…

```

Мы пинками вытолкали всех урок до одного на улицу, сопротивляющихся казнили на месте, неспособных двигаться – тоже. Оставшиеся были построены в ряд и ожидали той же участи, что и их менее удачливые друзья. Хотя кто, знает, кому больше повезло, тем, кто умер во время битвы или тем, кого расстреляют чуть позже под открытым небом. Они были выстроены и выслушивали список обвинений, который зачитывал Демон. Он считал, что их нельзя просто так расстреливать. Ну что ж, если наш снайпер считает, что так нужно, значит так нужно... После строк: «За совершенные вами преступления, вы приговариваетесь к немедленному расстрелу», четыре автомата дали очередь и строй чихающих, кашляющих, во всех отношениях жалких зэков, которые вряд ли до конца осознавали все то, что с ними случилось, подкосился и рухнул в канаву. Потом Демон у меня спрашивал, не жалко ли их мне было... Нет, я скажу, что мне их абсолютно не жалко, если этих тварей не убить сейчас, то они не станут хорошими, не перевоспитаются. Это только в фильмах отъявленных злодеев оставляют в живых, мотивируя свой поступок тем, что ты, мол, опускаешься до их уровня. На самом же деле, ты точно опустишься до их уровня, если не убьешь заразу незамедлительно. Живыми эти люди наделают намного больше зла, нежели мертвыми, поэтому я считаю, что моя совесть кристально чиста перед всеми судами, и я не буду испытывать угрызений совести темными одинокими вечерами. Когда мы уходили, Хмурь сказал, что видел какое-то движение возле трупов, скорее всего завтра здесь уже не будет следов сегодняшней битвы, разве что большие пятна крови будут безмолвными свидетелями нашего ночного штурма...

Придя на базу, мы отправили Фикса в наш «госпиталь», где его должны были осмотреть. Нашими докторами были три недоученные студента медицинского, все они по каким-то своим причинам бросили обучение и попали сюда. Один был на третьем курсе, когда его отчислили, второй на четвертом и только последний едва окончил первый курс. Для нас вообще казалось немыслимым, как эти три парня встретились здесь, настолько необычным было стечение обстоятельств. Первые два медика встретились еще у начала зоны, одного запрягли новички на своей базе, но он от них убежал, второго постигла та же участь, только в другом лагере. Видно родственные души встретятся когда-нибудь рано или поздно, так вот эти нашли друг друга блуждая в «какой-то посадке», как они сами выразились. Потом уже вдвоем набрели на нашу базу. Третий же попал сюда совсем при других обстоятельствах. Его другу кабан вспорол живот, прямо недалеко у базы. У самого же бывшего студента с собой не было ничего, что могло бы помочь ему, но парень увидел базу и быстро побежал к ней. Трое добровольцев пошли с ним, но когда они уже прибыли на место, то увидели кровавое месиво, в котором копошились слепые псы... Жаль, конечно, но зона не смотрит на возраст или личные качества человека, она отбирает всех неугодных, на этот раз неугодным оказался друг нашего медика... Псов пристрелили, труп присыпали землей и закидали камнями, хотя обычно этого никогда не делали, но потрясенный парень настоял на этом. После этого он остался у нас, потому что ему просто некуда было идти. Через некоторое время, уже побывав не в одной вылазке и поотмораживав себе задницу на ночных дежурствах, он признался, что еще и знает о том, как правильно оказывать первую помощь раненым. Так появились медбрат и два недоврача в нашей группировке.

Глава 4

Фикс рассказал нам, что бандиты в основном спрашивали его о месте расположения базы, о том, сколько еще артефактов там осталось, сколько человек состоит в группировке и т.д. Он во всех подробностях описывал, чем эти урки занимаются, когда у них нет никаких важных дел, как они смешно дерутся между собой после каких-то мелких неурядиц, как они по-свински себя ведут друг с другом и вообще какими свиньями они были. Во время повествования Фиксом его истории, вокруг него образовалось кольцо из слушателей, ближе всех к рассказчику сидели Волк с Саймоном. Некоторые переговаривались между собой, другие посмеивались, запоздало прикрывая улыбки ладонями. Среди всех опять выделялся Гром, он внимательно слушал Фикса, внимая каждому его слову, заглядывая ему в рот и чуть ли не пересчитывая ему зубы. Меня это в конец разозлило, хотя сейчас я уже осознаю, что явных причин на то не было, но к тому моменту мне это показалось последней каплей, поэтому я встал и подошел к нему. Мы отошли за угол ближайшего здания, я начал разговор первым.

- Послушай, Гром, я уже довольно долго за тобой наблюдаю, ведь это именно я заметил тебя тогда в зоне. Сначала ты мне показался нормальным парнем, таким же как и все, но с небольшими странностями.

- Да я не...

- Подожди, не перебивай. - Я остановил его жалкую попытку что-либо объяснить. - Но чем больше ты находился с нами в лагере, тем больше росло мое подозрение относительно тебя.

- И что же я такого сделал?

- Эти твои ужимки! Какого ты каждый раз улыбаешься, когда я с тобой разговариваю?! Неужели я такой смешной или у меня на лбу написано «осел»?! Это раздражает, понимаешь, создается такое чувство, что ты знаешь что-то такое обо мне, чего не знаю я! Почему ты боишься посмотреть мне в глаза? Разве я так страшен? Да мы с тобой вообще ни разу нормально не пообщались! Как бы я не старался тебя выловить, ты все время занят, то Слепой тебя за чем-то посылает, то мужикам ты пообещал быть через две секунды... - в этот момент мои глаза окончательно выпали из орбит, потому что, в этот раз он смотрел на меня без улыбки, взгляд его был серьезным и вдумчивым, вроде как он не меня слушал, а думал о чем-то своем отдаленном, находясь при этом в астрале. - Да ты вообще слушаешь меня или нет?!

Он дернулся вроде только проснулся, будто я прервал его размышления и посмотрел на меня удивленно и даже несколько испуганно.

- Эй-эй, чего ты так завелся? Разве я сделал тебе что-то плохое? Все то, что ты говоришь, это всего лишь стечения обстоятельств и не более!

- Какие нафиг стечения?! Чего ты все время лыбишься?

- Да ничего я не лыблюсь! Один раз улыбнулся ему, так сразу «все время»! Мужики, может, мне анекдот смешной рассказали, вот я и смеялся, понимаешь? Вот и все! - уже после этих слов моя уверенность в том, что он враг народа, начинала рассеиваться, но я все еще продолжал атаку.

- Ладно, пусть так, пусть тебе анекдот рассказывали, ну а чего ты все время избегаешь разговора? Как я к тебе не обращусь, все у тебя какие-то дела. Вряд ли ты был все время занят, чего это у тебя так много дел все время, а?!

- Чего ты придираешься ко мне? Да, меня действительно звал Слепой и, более того, ты сам это прекрасно знаешь, он мне говорил, что ты у него все обо мне расспрашиваешь. Теперь у меня к тебе вопрос, что тебе-то от меня нужно?! Что плохого я тебе сделал? Ну, подумаешь, улыбнулся пару раз, подумаешь - дела у меня были, так что теперь? Стрелять меня за это что ли?! Поверь мне, я не монстр, а такой же человек как и все, давай забудем все наши разногласия, хотя я бы сказал, что их нет, и попробуем не смотреть друг на друга как волки в голодную зиму. Если мы, находясь по одну сторону баррикад, будем так грызться, то чем мы тогда будем отличаться от тех же самых урок, о которых рассказывал Фикс? Ну, что скажешь?

После его миниатюрного выступления, мне как-то немного полегчало, я остыл, начал ровно дышать и размышлять уже более трезво. Ну, действительно, чего это я так взъелся на него? Ну, улыбался он, и что? Мне каждый день Демон улыбается, я ж его за это не хватаю за грудки. Чувство стыда вдруг так сильно охватило меня, что щеки сразу же залило краской, но уже не от возбуждения, а именно от неловкости. Бедный мужик, его гнали бандиты по зоне, подстрелили и оставили умирать, а я его еще и за это подозреваю в чем-то и пытаюсь разоблачить. И сейчас, он стоял и смотрел на меня – испуганный, волосы растрепаны, капюшон отброшен назад благодаря мои стараниям, грудь вздымалась и опускалась очень часто, вроде он только что пробежал стометровку на ускорение, ну как я мог такое подумать... Он меня понял без слов, мы протянули друг другу руки и безмолвно разошлись, вроде и не было никаких разборок, вроде и не кричал я на него только что. Ну что ж, я оказался не прав, и это не так уж и плохо, лучше обрести еще одного товарища, чем разоблачить еще одного врага. У меня даже несколько поднялось настроение и я начал насвистывать какую-то известную мне одному мелодию себе под нос, весело перебирая ногами в сторону костра, где группа людей распивали что-то в бокалах и закусывали мясом кабанов. Я тоже хотел есть и к тому же, мне чертовски нужно было в компанию, посмеяться, пошутить и раствориться среди всеобщего веселья и непринужденности...

На следующий вечер мне выпала очередь дежурить в ночь, так что, как бы мне этого не хотелось, а днем пришлось спать, пока несколько людей откровенно скучали, охраняя лагерь, а остальные отправились восвояси: кто пошел на охоту, кто в бар, в общем - днем здесь делать особо было нечего, даже спать не хотелось, хотя обычно я большой любитель вздремнуть часок другой просто так. Но сегодня все было не так, как всегда. Спать не можно, а НУЖНО, поэтому мое чувство противоречия мешало мне закрыть глаза и окунуться в мир подсознания. То мухи слишком назойливо жужжали, энергично махая своими крыльями прямо у моего лица, то ветер резко прекращал дуть в окно, мне становилось жарко и я выходил на улицу подышать свежим воздухом, то подушка становилась жесткой и неудобной, отчего я боролся с ней, пока она не становится вновь мягкой и податливой. Проведя в такой тихой борьбе со сном очень большое время, я в итоге не выспался, настроение мое накрылось медным тазом, а вечером еще дежурить...

Мне показали, где надо сидеть, дали автомат, два рожка, пару гранат и фонарик. С таким нехитрым обмундированием нужно было просидеть всю ночь и следить за своим постом, чтобы никто не вошел и не вышел, как сказал Слепой. Ночь выдалась холодной, а я оделся довольно легко, решив, что раз днем тепло, то и ночью будет не холодно. На мне были осенние ботинки, темные джинсы, футболка и ветровка, которая, как я убедился, не оправдала своего названия. Холодный ветер дул не прекращая, обдавая меня ледяным потоком, заставляя съеживаться и глубже кутаться в куртку в поисках хоть какого-нибудь тепла. Деревья шатались в такт завываниям ветра, трава даже не пыталась сопротивляться, мощные порывы держали ее у земли, так и не давая ей толком подняться. Во всей этой атмосфере хаоса и неразберихи мне предстояло выявить врага и не дать ему проникнуть на территорию лагеря... Не хило... Сначала все привлекало мое внимание, казалось, что под кустом ползет кровосос, или снорк прыгает меж деревьев, хотя на самом деле там, конечно же, никого не было, только листья и пыль, поднятые ветром, возбуждали мое воображение и рисовали в мозгу невообразимые картины ужаса. На деле же, реально невдалеке пробежало пару испуганных до смерти тушканов, которые, завидев меня, улепетывали, попискивая на ходу. Со временем ветер только усиливался, небо постепенно заволакивало облаками и звезды исчезали с небесной глади, так же плавно и непосредственно, как появились. Похоже, собирался дождь, что меня не особо радовало. Где-то вдали блеснула молния, вот еще одна, но звука пока нет, вроде они еще далеко... Следующий разряд ударил совсем близко, я не успел насчитать и трех секунд, как на меня молотом обрушились звуки грома. Яркая вспышка озарила небо, на одно мгновение стало светло как утром, к земле потянулась рваная линия молнии. Она за долю секунды достигла своей цели и исчезла, оставив по себе оглушительные раскаты и след на глазах, который появляется после того, как они привыкают к темноте, и ты вдруг смотришь на что-нибудь яркое. Это «яркое» стояло передо мной еще несколько секунд. Я наклонился, протер глаза, но видение все еще стояло перед взором, как некий таинственный символ. Удивительно, но дождя не было, хотя тучи, на мой взгляд, были донельзя чернее и выглядели угрожающе. В воздухе витал запах озона, который практически бил в ноздри и выводил из сонливого состояния. Спать уже не хотелось совсем, я осмотрелся вокруг, убедился в том, что никого нет и вышел немного, чтобы размяться. Обычно, во всех дешевых боевиках именно на этих моментах на главных героев нападают злые враги, которые незамедлительно будут уничтожены в последствии через несколько секунд после феерического сражения, по окончании которого супер-мачо обязательно скажет какую-нибудь коронную фразу, обозначающую конец всех событий и показывающую его крутизну и неубиенность. У меня же никаких врагов не повыскакивало из-за углов (тут-то и углов так особо не было: поле, редкие деревца да кусты), где-то поблизости гремел гром, ветер рьяно теребил деревья с травой и свистел в ушах, пытаясь разбудить меня, и так уже не спящего. Вроде все следят за мной и качественностью моего дежурства. Это уже начинает надоедать... Я забрался обратно в смастеренный на скорую руку шалашик, располагавшийся в разрушенном здании, укутался поглубже в куртку и продолжил наблюдать за окрестностями. Вскоре, этот воздушный напор тоже приобрел какие-то усыпляющие свойства, мне опять захотелось спать, глаза потихоньку начинали закрываться, хоть я и отчаянно пытался с этим бороться. Вроде мне это удавалось, я был доволен собой, что, не смотря ни на что, выполняю свои обязанности и не сплю... Потом меня разбудил выстрел. Еще один. Я страшно разозлился на стрелявших, мол, че это они посреди ночи тут стреляют, пока я сплю, делать им больше нефиг? Еще секунды три до меня доходило, где я и что делаю. Когда мой разум уже, наконец, пробился через тонкую пелену сна, я быстро вскочил и прислушался – так и есть, на другом конце лагеря стреляют. Причем как-то странно, стреляли не из одного места, а каждый раз из разных, как молния, которая никогда не бьет в одно и то же место и все время перемещается, так и звуки выстрелов двигались в мою сторону, причем по окружности, это я понял выстрела, где-то, после четвертого. Стреляли с наших постов, с каким-то промежутком времени. До меня уже донеслись какие-то странные крики, вроде радостные, но они тут же прерываются звуками стрельбы и так еще три раза. Значит, семь постов уже прошли... «Твою мать! Что это?!» - Послышалось с восьмого поста, за ним следует мой... Повисла драматическая пауза, которая символизирует напряженный момент в пьесе. Вроде сейчас должна произойти развязка какого-то хитро-закрученного сюжета. Пауза затягивается, а развязки все нет, хотя я уже убрал «калаш» с предохранителя, направил его куда-то в пустоту и внимательно в нее всматривался, в поисках какого-либо движения. Двигалась только трава, больше ничего... Серебристое марево выплыло откуда-то справа из-за дерева, хотя я смотрел туда полсекунды назад, и там ничего и никого не было. Оно медленно передвигалось в мою сторону, игнорируя сильный ветер, вроде его и не было. Я навел на него автомат и выстрелил... Ответной реакции не последовало. Вообще никакой. Облако по-прежнему подплывало ко мне, ровно и уверенно, не дергаясь и не проминаясь под сильными порывами воздуха. Я выстрелил еще два раза, результата не последовало. Мне ничего не оставалось, кроме как убегать или просто ждать своей участи. В тот момент мне почему-то показалось бесполезным убегать от этого марева, раз оно прошло через семь постов наших бойцов. Я думаю, что если бы можно было убежать, то они это сделали бы, но от всех постов слышны были непонятные крики, ровно восемь, как они и располагались. Поэтому я просто опустил оружие и начал рассматривать эту «вещь». Когда она приблизилась больше чем на тридцать метров, я смог разглядеть ее довольно подробно. Она представляла из себя некий сгусток тумана, состоящий из отдельно расположенных маленьких клубков дыма, которые плавно перетекали из одного места на теле существа в другое, образуя, таким образом, непрерывно движущееся месиво из сгустившегося воздуха. Никаких четких границ не было, всего лишь расплывшийся образ, медленно передвигающийся по определенному направлению. Никакой злобы, вообще ничего, просто нейтрально расположенное облако, каких на небе превеликое множество, только они пока не способны двигаться по земле. По мере приближения ко мне, «облачко» замедляло свое движение, не знаю, что это символизировало, но на агрессию вроде не похоже. Все ближе и ближе, все медленней и медленней, вот оно уже совсем рядом со мной... Существо остановилось в каком-то метре от меня, достаточно было просто протянуть руку и коснуться его... Вдруг все звуки, окружавшие меня, померкли: шум ветра, скрежет накренившихся деревьев, шелест листьев, все это стихло, глазами я видел буйство природы, но никакие звуки не подтверждали видимое, вроде какой-то звуконепроницаемый кокон окутал нас. Я обернулся, посмотрел по сторонам, ничего не изменилось, но звуков никаких не было. Ну что ж... Мой взгляд опять уперся в это существо, оно безмолвно парило возле меня, изображая некую ожившую скульптуру. Я ждал хоть какого-нибудь знака, но ничего не было. Просто тишина и висящее рядом со мной марево. Я медленно поднял правую руку, на которой безвольно болталась ветровка (ветер по-прежнему никто не отменял) и попытался коснуться этого существа... Опять вспышка – молния ударила прям возле меня, звук был оглушительным, буквально нестерпимым, особенно после этой тишины, повисшей между мной и маревом. Я прикрыл руками уши и упал, все поблекло, стало каким-то неосязаемым, мои ноги подкосились и я рухнул на землю, как раз в том месте, где только что парило то существо... Очнулся я на том же месте, но от того, что меня кто-то дергал за плечо. Голова жутко болела, словно ее сначала набили ватой, а теперь начали ее нещадно рвать, во рту был привкус крови, в глазах резало от яркого света. Наверное, мне везет на замечательные утренние пробуждения. Это Демон будил меня, изображая всем своим видом недовольство.

- Какого хрена ты спишь на посту?! А если бы какой-нибудь кровосос залез в лагерь, пока ты спал, а?!

- Какой кровосос? Тут ночью было такое... Да тут же на всех постах стреляли! Ты видел это?

- Да уж, тут целая волна мутантов проходила... Но ты то в сторону разговор-то не уводи! Хорошо, блин, что другие не спят, в отличии от некоторых!

- Какие мутанты? О чем ты? Тут чертовщина какая-то была всю ночь, разве ты не видел?! - удивился я.

- Да видел, я, видел. Четыре кровососа, три снорка и один псевдогигант, много их тут понабежало... Теперь встает вопрос, а что ТЫ делал этой ночью?

- Какие снорки, какие кровососы? Значит, вы ничего не видели... Но как же посты?... Ничего не понимаю...

Я все рассказал изредка посмеивающемуся Демону, который все пытался делать суровый вид, о своих ночных приключениях, он вроде бы и поверил мне, но отнесся ко всему с подозрениям, вроде я придумал это ради отмазки... Я, конечно же, был возмущен этим, но и доказать-то все равно было нечем. Никаких следов молнии или марева, только мои собственные воспоминания и ощущения... Остальные парни, дежурившие на постах наперебой хвастались подстреленными мутантами, рассказывая взахлеб: «Сижу я значит, сижу, и тут вижу, в кустах что-то шевелится...» «Здоровенный такой! Чернющий! А лапищща то!» «Ну и я давай по нему очередью! Он сволочь крепким оказался, после третьей очереди его завалил, ну и урод...». Я же почему-то ничего не хотел никому рассказывать, вряд ли кто-то поверит, хотя сам я был абсолютно уверен в том, что все увиденное мной было не сном и не видением, а реальностью... Потом я решил рассказать все Бравому. Он тоже отнесся к моему рассказу с изрядной дозой скептицизма и, уже собираясь уходить куда-то по делам, вдруг замер и уставился на мою голову. «А что это у тебя? Седина что ли?» - он подошел ко мне и начал внимательно осматривать мои волосы. Ощущение возникло такое, будто меня проверяет на вши какой-нибудь школьный доктор, которому на самом деле абсолютно все равно, что у меня в голове, блохи, клещи или вши. Я резко отпрянул.

- Что ты там нашел? Нет там ничего.

- Да, знаешь, у тебя на правой стороне... Волосы белые, причем это не седина, а именно побелевшие волосы, вроде ты блондин, но только отчасти. Фигня какая-то...

- Чегоо?! - я бегом метнулся в дом, взял зеркало и начал осматривать волосы. Так и есть – белое пятно, аккуратно расположившееся справа, чуть ниже макушки... Чертовщина.

Вот так, теперь я на одну десятую долю – блондин... Ну что ж, чего в зоне только не встретишь, а блондины не такая и редкость, вполне можно пережить...

Глава 5

```
               После того дня со мной произошло много разнообразных и удивительных событий, на описание которых уйдет очень много времени. Я встречался с интересными и необычными сталкерами, делал какие-то открытия для себя, видел множество таких вещей, которые я до сих пор не могу для себя объяснить... Однако я смог несколько приоткрыть завесу тайны над тем, что беспокоило меня во время первой встречи с тем подстреленным парнем.

```

```
               Мы с Громом двигались в сторону бункера медленно, стараясь не переговариваться и не создавать лишнего шума. В лагере нам рассказывали, что здесь всегда можно встретить какого-нибудь мутанта, причем всегда серьезного, всякая мелочь старается обходить это место стороной, вроде чего-то опасается. Сейчас было около пяти часов утра, солнце еще не успело встать, но на улице уже было светло. Прохладный утренний ветер трепал наши волосы, обдавая свежестью, деревья приветливо покачивались из стороны в сторону, небо открывало всю свою синюю глубину перед любопытным зрителем, расчистив на своем теле все тучки до единой, вроде кто-то, перед тем как я туда взглянул, тщательно вытирал их с небесной глади щеточкой, чтобы не пропустить ни одного кусочка. Такая обстановка придавала нашей вылазке оптимистическую нотку и мы не могли не наслаждаться природой в эти моменты. Я был одет как раз хорошо для такой погоды: неизменные ботинки, легкие штаны, футболка и некое подобие балахона с капюшоном. Капюшон я не одеваю принципиально, но сам балахон довольно теплый и, в то же время, не жаркий, именно то, что нужно. Гром оделся примерно так же как и я, только если я одел свободные широкие штаны из хебешной  ткани, то он предпочел одеть джинсы и, опять-таки, неизменный балахон, с которым не расставался в любую погоду. Всю красоту такого, казалось бы, весеннего пейзажа испортил нам крик какого-то животного. Он звучал откуда-то издалека, но нам этого хватило, чтобы опомниться и начать внимательно смотреть по сторонам, чтобы не быть застигнутыми врасплох кем-либо. Наконец, через несколько часов ходьбы мы дошли до этого бункера, точнее сказать до того, что от него осталось. Полуразрушенная бетонная постройка напоминала о могуществе и величии некогда развалившейся империи... В том месте, где стены обвалились, торчали куски ржавой арматуры, как кривые зубы какого-то монстра, навечно заточенного внутри... Гром притащил меня сюда, рассказывая о каком-то неизвестном никому артефакте. Он попросил Слепого выделить ему одного или двух человек, чтобы отправится на вылазки за этим самым артефактом, и тот почему-то выбрал именно меня, хотя вроде уже знает, как я отношусь ко всем этим заброшенным развалинам. Мне пришлось согласиться, хотя я дважды подумал, перед тем, как делать это. Просто многие уже откровенно посмеивались надо мной после тех случаев, когда я со всеми ходил по подземельям. Передо мной уже была цель – доказать всем, что я могу перебороть свой страх, пойти в этот бункер и достать артефакт. Я обычно стараюсь придерживаться данным самому себе обещаний, вот теперь и иду теперь рядом с тяжело дышащим Громом навстречу темным катакомбам. Мы в последний раз осмотрелись по сторонам и нырнули в любезно предоставленную коррозией дыру, дышащую сыростью и мрачностью... Я сразу же включил фонарик и изучил обстановку. То, что я увидел, меня несколько поразило... Вроде время совсем не касалось этого помещения, оно представляло собой четыре стандартные стены, в той, что была напротив нас, располагалась лестница вниз, по обе стороны от нее стояло по столу с какими-то бумагами и принадлежностями. Столы были крепкими, пусть и покрытыми слоем пыли, но они даже не пошатнулись от того, что я опирался на них. На стене, что располагалась слева от дыры, висел какой-то портрет. Я не смог разобрать надпись под ним, хотя сама картина сохранилась хорошо, на меня сверху смотрел некий мужчина интеллигентного вида со всеми надлежащими аксессуарами: худым лицом, очками, аккуратненькими усиками и коротко стрижеными волосами. Скорее всего какой-нибудь забытый ученый, потому что лица его я не узнал (хотя откуда мне-то знать их?). По углам комнаты были разбросаны всевозможные стеклянные колбы и странноватые приборы, о назначении которых можно было только догадываться. Все указывало на то, что здесь проводилась исследовательская деятельность, но всех, кто ее проводил, убил один из взрывов. Так и остался здесь этот бункер, как бетонное напоминание о тех людях, которые тянулись ко всему неизвестному и неизведанному, которые отдали свои жизни во благо людей, во благо науки, но об их открытиях, скорее всего, никто и никогда не узнает, потому что они погребены глубоко под временем и его разрушительным действием... Гром, судя по всему, не оценил всей обветшавшей красотой этого момента и быстро устремился вглубь, как только убедился, что здесь нет ничего интересного или опасного. Спустившись вниз, я понял, что все подземные бункеры одинаковые... Все та же сеть туннелей, те же трубы, тот же запах ветоши, тот же мрак... В последний раз, когда я был в таком месте, мой визит окончился не очень хорошо. Я слегка разнервничался, но потом вспомнил о данном самому себе обещании и взял себя в руки - надо, значит надо. Мне вдруг стало интересно, за каким хоть артефактом мы сюда пришли, но Гром лишь отмахнулся и сказал что-то неразборчивое, вроде «не мешай». Он уверенно вел меня по запутанным коридорам, вроде каждый день здесь ходит. У меня не было времени даже посмотреть по сторонам, так быстро он гнал вперед, не реагируя на мои просьбы идти помедленнее и не торопиться так сильно. Он бурчал и шел еще быстрее. Шли мы довольно долго, потому что я уже забыл о том, где мы находимся и что мы здесь делаем, а лишь пытался не отставать от впередиидущего. Все, что меня окружало, уже не имело никакого смысла, потому что километры туннелей сливаются в однообразную серую массу со змеящимися оборванными трубами, следующими за нами по пятам. Секунды медленно тянулись и нехотя собирались в минуты, лениво капая в чашу времени, и в тот момент, когда я уже хотел остановиться и заявить, что не сделаю больше ни шага, пока он не объяснит мне, куда и зачем мы идем, Гром вдруг остановился. Он просто встал как вкопанный, слегка нагнулся и приподнял правую руку ладонью вперед, наверное, это означало, что я должен остановиться, что я, собственно, и сделал. После долгой ходьбы мои ноги немного гудели, а в ушах стоял какой-то неприятный звон, только когда я прислушался, мне стало понятно, что это так звенит у меня в ушах тишина. Видно я настолько привык слышать шаги, звук которых отбивается от стен многоголосым эхо, что вмиг наступившая тишина стала непривычной и чуть ли не тревожной. Ее оборвал Гром своим сочным басом: «Похоже мы на месте». Его реплика разошлась, наверное, по всему бункеру и неведомые пересмешники повторили ее тысячи раз, все тише и тише, пока она совсем не растворилась среди вязкой тишины подземелья. Он опять ни слова не говоря быстро зашел в комнату, которая находился в темном углу прохода, удивительно, но я ее даже не заметил сначала. Как только я зашел следом за Громом, он сразу сказал мне, чтобы я охранял вход, пока он будет здесь что-то искать. Что он будет искать, я опять-таки не понял... Ну и ладно, если найдет – то покажет, если не найдет, то расскажет наверху, что я, в конце концов, как маленький ребенок, не могу подождать что ли? У меня вдруг поднялось настроение и я, как-то весело перебросив в руках автомат, стал у входа и начал насвистывать себе что-то под нос. Вскоре смотреть в пустоту мне надоело, и мой взгляд плавно перешел с дверного проема на стену. Она, как и все другие стены, оказалась ужасающе стереотипной и ничем не приметной, как вдруг я заметил пятно на ней. Это была не краска и не ее отсутствие, это была кровь... Я быстро обернулся и посветил в ту сторону, где копошился мой напарник. Так и есть, тот же беспорядок, в котором я пытался найти «нецке», опрокинутые столы и куча всякого непонятного хлама. У меня мороз пошел по коже от нахлынувших воспоминаний. Черт, да это тот же бункер! От нервных переживаний я дернулся, свет от фонарика, прикрепленного к голове, дрогнул вместе со мной, отчего Гром повернулся и уставился на меня удивленно.

```

- Что случилось?

- Гром, твою мать! Это тот же самый бункер! Тот самый, понимаешь?! Что ты тут ищешь? - я смотрел прямо не него, поэтому его голова была хорошо освещена, но на нее был наброшен капюшон, отчего глаз его видно не было. Когда он что-то сказал, я даже не обратил внимание – что именно. Из моей памяти всплыл образ того человека, который дал мне заказ не «нецке». Тот же грубый низкий голос, лицо так же накрыто капюшоном... - Черт! Гром, ты... ЭТО ТЫ МНЕ ТОГДА ДАЛ ЗАКАЗ! Боже, как я сразу не понял?! Ты мне еще тогда, когда мы возвращались с задания, показался знакомым, но в баре я видел твое лицо прикрытым капюшоном... Сволочь, почему ты мне ничего не сказал?! Я чуть не умер из-за тебя! Какого хрена, объясни мне, мы опять здесь?! Говори все сейчас и здесь, иначе ты больше никогда не выйдешь отсюда! - Мою челюсть аж свело от нахлынувшего потока чувств, я весь дрожал и с нетерпением ждал того, что скажет Гром, а он, гад, все молчал...

- Ну ладно, раз уж ты так поставил вопрос, то слушай... Начну с того, что на самом деле подставлять я тебя не хотел, сам понимаешь, что я не мог знать, кто или что там есть. В общем, слушай, я сам, как ты видишь, не особо развит физически, мне довольно трудно приходится в зоне. За ее пределами меня ищут за убийство, я грохнул одного придурка из снобов, что вечно ошиваются по ночным клубам, когда он собирался вспороть меня ножом ночью возле одного из таких заведений. Вроде как самооборона, но ты сам понимаешь, как у нас судят, учитывая объемы кошелька его родителей. В итоге я оказался здесь. Сначала довольно успешно ходил с мужиками на вылазки, но потом меня как-то сильно ранила псевдособака, и я провалялся в лихорадке много дней. После нее я высох в буквальном смысле этого слова. На задания меня больше не брали, всегда мотивируя это чем - угодно. Хорошо, что деньги у меня имелись после старых артефактов. Я в основном сидел в баре и слушал, о чем говорят мужики да выпивал с ними. Однажды кто-то рассказывал, что у бармена есть список супер-пупер артефактов, собрав которые становишься буквально неуязвимым. Мне терять было нечего, поэтому я, не долго думая, пошел и в шутку спросил, правда ли это. Однако бармен отнесся к этому серьезно, даже слишком. Он отвел меня в сторону и рассказал, что какой-то сталкер до этого тоже хотел собрать артефакты, но не вернулся с очередной вылазки. Список тоже составлял он и даже подписал, где какие артефакты можно найти. В общем сталкера нет, а бумага у бармена. Тогда я решил, что если соберу эти артефакты, то может тогда вообще сам смогу ходить в зону без чьей-либо помощи. И деньгами обзаведусь и покажу всем, что они зря меня не брали с собой. Короче, я нанимал людей время от времени, чтобы они доставали мне арты. Потом деньги заканчивались и я работал опять таки на бармена. Задания были на такими уж тяжелыми, но прибыльными. Не знаю из-за чего, но он почему-то проникся ко мне, может жалко ему стало меня... И вот одним вечером я увидел тебя, допивающего свои последние деньги, судя по твоему энтузиазму. Для меня это было только к лучшему, потому что в таком состоянии сталкеры обычно задают мало вопросов и довольно легко соглашаются на любое задание. Дальше ты знаешь, задание я тебе дал, но ты с него не вернулся. Тогда я нашел еще одного парня, но он оказался слишком хитрым для него. Сталкер расспрашивал меня о том, куда он пойдет, зачем он пойдет и тому подобное, а я возьми да ляпни ему, что собираю артефакты. Он тогда сразу оживился, сказал, что соглашается взять задание, взял у меня карту и быстро ушуршал куда-то. На следующий день он вернулся, сказал, что хабар у него, но он его припрятал где-то, а я как дурак, поперся за ним. Еще тогда меня смутило, что он так быстро все это сделал, ведь это не простой бункер... Тут, говорят, исследования проводили, изучали влияние зоны на течение времени... И умерли он говорят вроде даже не от взрыва а от старости. Ну, это может и байки, но что-то тут определенно не так, вот я и торопился все. Короче, парень этот общался с бандитами, причем так близко довольно, вот он им и доложил обо мне. Урки перехватили нас на полпути к тому месту, где сталкер сказал, что спрятал хабар, хотя теперь-то я понимаю, что никакого хабара не было. В общем, пытали они меня, били... Спрашивали, где я артефакты припрятал. Мне ничего не оставалось делать, потому как вряд ли меня сразу кинутся искать, а к тому моменту как кинутся (Если), от меня уже вряд ли останется мокрое место, вот я и сказал где все спрятал. Причем не соврал, я о реальном месте рассказал. Ну а пока они пошли за ним я смог убежать. В подробности вдаваться не буду, скажу лишь, что за мной гнались. Гнали меня долго, потом подстрелили, я упал и уже распрощался с жизнью, но они решили не добивать меня, сказав мол, «на него еще патроны тратить» и ушли. Ранение то сквозное было, но крови много, вот они и подумали, что мне кирдык. В принципе, мне и был бы кирдык, если бы не вы...

- Если бы не я! Это я тебя тогда увидел... Впрочем, ладно... Так что, и вправду эти артефакты дают неуязвимость?

- Да я не знаю и теперь уже вряд ли узнаю, бандюки скорее всего забрали их из моей нычки.

- Тогда зачем ты сюда опять пошел? И меня с собой взял к тому же... И ты знаешь, ведь вправду время тут течет быстрее! Я прошлый раз сюда зашел утром, а вышел уже вечером. Вот ведь фигня какая... Ладно, проехали с обвинениями, будем считать, что ничего не было. Твоей вины в том, что меня чуть не грохнул кровосос, нет. Ну что, нашел свое «нецке» или как там его?

- Да нет, вот – ищу. Давай тогда уже помоги мне что ли, может, быстрее найдем.

После разговора мы уже вместе принялись рыскать в этой куче мусора, тогда-то он и нашелся. Я отодвигал очередную стопку бумаг в сторону, чтобы добраться до пола, вдруг вижу, светится под ней что-то. Это и оказался наш артефакт. Врут, блин, сталкеры, вообще не похож он на восточного божка, ни капельки. Просто бесформенный светящийся кусок непонятно чего, на ощупь как сухое мыло. Я показал его Грому, он безмерно обрадовался, положил его к себе в сумку и мы двинули на выход. Опять бесконечные запутанные коридоры, по которым меня вел Гром, слились в бесформенную текучую серую массу, неясно мельтешащую перед глазами. Я уже расслабился и представлял, как мы вернемся в лагерь, где нет никаких темных туннелей, мутантов и радиации... Мои размышления прервал какой-то звук, который никак не вписывался в симфонию топота наших с Громом ног. Как будто кто-то тиранулся о стенку то ли спиной, то ли боком. Я, конечно же, сказал об этом своему напарнику, но он сказал, что это от нервов, потому что он ничего не слышал, и мы лишь ускорили шаг. Шагал он не слабо, потому что мне нередко приходилось переходить на бег, чтобы нагнать его. Когда я в очередной раз отстал, мне опять послышался какой-то шорох, причем намного четче и ближе, чем в прошлый раз. Теперь уже было понятно, что мне это явно не послышалось. Я бегом рванул вперед с криком: «Гро-о-о-м! За нами кто-то идет!». Он остановился и прислушался. Я даже затаил дыхание, оно мне казалось слишком громким и мешало услышать что-либо. Больше звуков не было, Гром развернулся, сказав, что мне пора лечиться и из темноты на него выпрыгнуло существо... Снорк вцепился в его предплечье зубами и выдрал из него неслабый кусок мяса. Сталкер закричал и оттолкнул свободной рукой мутанта, чтобы я мог пристрелить его, что и было сразу сделано. Тварь немного подергалась и затихла, зажав в зубах сочащийся кусок плоти. Мой напарник, в прошлом – работодатель, держался за руку и дрожал как в ознобе. Кровь стекала по балахону и капала на пол, еще несколько мгновений и земля под его ногами уже становился влажной и блестела при свете фонарика. Мы переглянулись и еще быстрее двинули к выходу, но я предварительно оторвал кусок футболки и перевязал ею рану Грома. Когда мы продолжили движение, за нашими спинами опять послышалось движение, на этот раз его уже услышали мы оба. Я решил прикрывать нас со спины и просто постреливал время от времени в темноту, чтобы отпугивать настигающих мутантов. Я светил фонариком в проход и время от времени на свету поблескивали чьи-то глаза, что давало мне повод для новых выстрелов. Когда у меня закончился первый магазин, я начал заменять его и в это же время выпрыгнул второй снорк. Он был покрупнее предыдущего и летел прямо на меня. Я крикнул и отскочил в сторону, поэтому мутант пролетел мимо меня, но не мимо Грома... На этот раз тварь вцепилась ему в шею и вгрызалась в нее все глубже и глубже. Когда я вставил второй рожок, парень уже прекратил сопротивляться, и представлял из себя кровавое нечто, над которым усердно трудится снорк... Я застрелил мутанта и склонился над телом… Не буду описывать увиденное, скажу лишь, что по уцелевшим полоскам лица трудно было понять, кто это был. Я извлек из его сумки артефакт, положил в свой рюкзак и побежал в ту сторону, где должен быть выход. Как ни странно, за мной больше никто не гнался, наверное их уже удовлетворило то, что осталось позади... В лагерь я вернулся утром, следующим утром. Настроение было ниже плинтуса, я рассказал все Бравому и Слепому, потом пошел в барак, уткнулся носом в подушку и заплакал. Плакал я от души, не только по Грому, а по всей зоне, по всем тем несчастным людям, что заключены в ней, по всем горям и несчастьям, которые пережили люди, находясь здесь, ведь легче всего, наверное, пришлось тем, кто умер сразу. Намного труднее тем, на чьих глазах умирали их друзья, на глазах которых их разрывали мутанты, убивали люди... Ведь рано или поздно, нас всех ждет та же участь, что и этого парня.. Или быть застреленным или быть съеденным – иного не дано, иного не дано...