Адельхайда фон Рихтхофен

***Графиня, агент Императора Рудольфа, служительница Конгрегации в чине следователя.***

Родилась в 1363 году.

Ее мать умерла в родах, воспитывал Адельхайду отец. Он страстно желал сына, однако к дочери не проникся неприязнью и не счел возможным жениться второй раз, просто начал воспитывать дочь, как мальчика. Тем более, что умирающей жене он дал обещание позаботиться о дочери и сделать для нее все, что только будет в его силах, чтобы она выросла счастливой и не знающей бедствий. Понятия о заботе и счастье у него были свои, равно как и методики ограждения от бед, что при наложении на не ослабшее с годами страстное желание иметь наследника дало эффект неординарный и непредсказуемый.

Окружающий мир был жесток, враждебен и готов в любой миг преподнести самые страшные и порою смертельные неожиданности, а это означало следующее. Позаботиться о человеке более, нежели он сам, не может никто, а посему следовало научить дочь самостоятельности во всех сферах бытия. Счастье приходится вырывать у судьбы с боем, а потому надлежало приучить девочку быть стойкой, храброй, независимой и упорной. Оградиться от бедствий возможно лишь своими силами, ибо только в них можно быть уверенными и лишь их возможно оценить верно, не преувеличив и не преуменьшив свыше меры, а значит, будущая владелица его имения и единственная, следовательно, заступница оного должна уметь защищать и его, и себя саму.

Адельхайда постигала не женские науки - от изучения латыни и логики до математики и экономических сводок, то есть, все то, чему обучают своих сыновей землевладетели, не имеющие возможности отпустить оных в университет, но идущие с последними временами в ногу и осознающие назревшие вокруг перемены.

На ночь Адельхайда не слушала сказок о прекрасных дамах, спасенных отважными рыцарями; вместо этого отец повествовал ей об Ордене Чудесной Святой Марии, каковой создан был в Италии еще в 1233 году и в который входили исключительно женщины-воительницы, удостоенные официального звания 'militissa'. Был еще Орден Подвязки, в который наравне с мужчинами было принято и несколько дам, были рассказы о женах или дочерях замковых владетелей, в их отсутствие с оружием в руках оборонявших свои имения от осаждающих армий соседей и недоброжелателей. Подрастающая девочка выслушала еще множество историй, в которых не было ранимых беззащитных девиц, а избираемые в мужья рыцари проходили установление пригодности боем не с пленившим ее злодеем, а с будущей супругой.

Занятия с пяльцами заменяли упражнения с оружием и без него, и эти увлечения Адельхайдой не просто воспринимались как нечто должное, но и приносили искреннее удовольствие.

Спохватился отец нескоро - лишь когда на торжества по поводу конфирмации собрались его друзья и приятели с женами и дочерями. Избежать полнейшего позора и всеобщего ужаса удалось только потому, что не лишенная сообразительности девочка сумела вовремя понять, насколько выделялась бы из толпы сверстниц, если б не предпочла держать рот на замке и без необходимости не шевелиться. И все же странность хозяйской дочери отметили все. Когда гости разъехались, к штату наставников была спешно приписана пара дам, которые должны были обучить подрастающую девицу всему тому, что полагается уметь согласно сословным установлениям. И она сама, и отец сошлись во мнении, что эти премудрости также необходимы для выживания в окружающем мире, а потому, стиснув зубы, пришлось таки учиться подбирать пояса к платьям и платья к соответствующим событиям, равно как и постигать сложную науку общения на темы, вращающиеся возле кухни, нарядов и соседских красавчиков. По прошествии довольного времени в качестве экзамена Адельхайда была отправлена к одному из друзей семьи, чтобы там, в обществе его дочерей, на практике закрепилось все пройденное.

С выбором будущего мужа возникли довольно проблемы: отец положился на решение дочери, разумно рассудив, что жить с будущим супругом предстоит все же не ему. Адельхайда же с избранием тянула долго, оставаясь недовольной то умственными, то физическими данными претендента, а то и, чаще всего, тем и другим вместе. Претендентов оказалось немало, к удивлению ее самой и окружающих дам.

Неизвестно, на какие именно из ее достоинств обратил внимание граф фон Рихтхофен, однако он явился к отцу Адельхайды с предложением руки, сердца и имения. Характером, привычками и воззрениями на мир граф оказался настолько близок Адельхайде, что согласие было получено.

В отличие от прочих замужних дам, она действительно знала мужа. Знала, где и когда бывал и с кем он общался, какие дела он вел, со временем став в этих делах ему главным помощником. Она имела в своем распоряжении полную информацию обо всех расходах и доходах и их источниках, словом, разбиралась и участвовала во всем, чем занимался супруг. А занимался граф фон Рихтхофен, в полном соответствии с веяниями последнего времени, арендными сделками с собственной землей и помощью в них своим менее подкованным в таких делах приятелям, знакомым друзей и друзьям приятелей.

Спустя год после свадьбы граф однажды утром был найден мертвым в своей постели внутри запертой комнаты. В замок вскоре явился инквизитор и без лишних раздумий постановил, что, раз человек умер во цвете лет, причиной такой смерти может являться лишь малефиция. А поскольку выгодна смерть графа была только его супруге, распоряжение о ее аресте было отдано в тот же день.

Адельхайда из супружеского замка бежала, оставив инквизитора со сломанной рукой, а сопровождавшего его стража с сотрясением мозга.

Тогда вдруг необходимым оказалось все, чему учил отец - от некогда казавшегося бесполезным умения вести разговоры до способности постоять за себя в одиночку. В городе, свернув не на ту улицу, Адельхайда оказалась в компании пары весьма враждебно настроенных молодчиков. Правда, уже через полчаса молодчики, утирая кровь с разбитых носов, беседовали с ней почти по-свойски за одним столом, косясь настороженно и даже уважительно, к вечеру даже предложив ужин и ночлег без последствий. И именно их помощью и мелкими услугами пришлось воспользоваться ей, чтобы собственными силами докопаться до правды в смерти супруга, не гнушаясь постигать и новые умения, которыми охотно делились ее новые знакомые. Во многом их отношение было скорее любопытствующим, словно к заморской диковине или говорящей зверушке, но Адельхайду это тревожило мало.

В бегах она провела не одну неделю, и за это время удалось узнать различными путями, в том числе и не слишком законными, что последнее дело покойного графа свело его с темными личностями, а если сказать точнее, то с этими личностями сошелся его двоюродный брат - как оказалось, ныне также покойный. Согласно добытым сведениям, смерть настигла его незадолго до гибели графа фон Рихтхофена.

Это был единственный случай, когда граф фон Рихтхофен не рассказал жене о какой-то из своих тайн, а ведь смерть близкого родственника от удара ножом в горло, при котором возле обескровленного тела не было обнаружено ни капли, пустяком не являлась. Промолчать супруг мог лишь по одной причине: ради ее безопасности.

Проникнуть в заколоченный дом покойного родственника при помощи своих незаконопослушных помощников Адельхайда сумела довольно легко. Среди записей покойного обнаружились труды по алхимии крови, а среди них, исправленые и переписанные, отдельными главами - подробное описание стригов. И из этих описаний было видно, что покойный знал, о чем рассуждает, и даже видел своими глазами.

Дальнейшие поиски и расспросы вывели Адельхайду на клан стригов, при слежке за которым она столкнулась с Александером фон Вегерхофом, который помог ей разобраться с тварями, а по завершении дела предложил службу в Конгрегации. Как Адельхайда узнала позже, Совет разумно рассудил, что подобные ей персоны, мягко говоря, на дороге не валяются.

Ее имя обелили, от конгрегатского агента она довольно скоро поднялась до ранга следователя. Кардинал Сфорца сумел обратить на нее внимание Императора, стать доверенным лицом которого оказалось хоть и сложно, но вполне исполнимо. О том, что она состоит на службе в Конгрегации, Император не знал.

С Куртом Адельхайда познакомилась на деле в Ульме, где между ними случилась физическая близость. Оба понимали, что все вышло далеко за рамки простой интрижки, но вслух никто из них об этом не говорил, понимая, что специфика работы обоих не подразумевает счастливых отношений.

Однако их неосторожность не прошла бесследно: Адельхайда забеременела. Курту она об этом сообщать не стала, и вообще об этом факте не было известно никому, кроме членов Совета. Ребенка (сына) она с малых лет передала на попечение академии, где он рос под именем Мартин Бекер.

Во второй раз Курт и Адельхайда виделись мельком в Праге.

Третья их встреча состоялась в Бамберге. На следующую ночь Адельхайда была убита: агент Каспара, ранив ее, поджог ее дом и оставил гореть заживо. Ее смерть для Каспара была лишь способом задеть Курта.

**Фан-арт**