Апокрифы

Упомянутая Вами книга относится к числу так называемых апокрифов - книг, авторство которых Церковью не признается подлинным, а сами книги, соответственно, чаще всего не считаются полезными для чтения.

Что же такое апокрифы? Эти книги не входят в библейский канон (попросту говоря, в Библию) и считаются не духовно-религиозным руководством к жизни, а скорее литературными памятниками той эпохи, когда первые поколения христиан стали вступать в контакты с языческим миром. Основные апокрифические тексты появляются значительно позже канонических новозаветных книг: со II по IV век - с этим фундаментальным фактом сегодня согласны все исследователи, независимо от религиозных убеждений.

Все апокрифические книги можно разделить на две большие группы: первая - это некое фольклорное творчество -

апокрифы, в немыслимо-фантастической форме рассказывающие о "событиях" из жизни Христа, которых нет в канонических Евангелиях и вторая - это "идеологические" апокрифы, возникшие в результате стремления различных мистических и философских групп оправдать свои воззрения с помощью христианства. Прежде всего это относится к гностикам (от греческого гносис - знание), чье учение является попыткой язычества переосмыслить христианство на свой лад (точно так же, по мнению диакона Андрея Кураева, поступают и многие современные сектанты, пытающиеся написать свое "евангелие").
Одной из главных причин появления апокрифических писаний первой, "фольклорной" группы является естественное человеческое любопытство. Эти апокрифы обращены к тем отрезкам из земной жизни Христа, которые в Новом Завете не описаны, либо описаны мало. Так появляются "евангелия", подробно повествующие о детстве Спасителя. К этим книгам и относится упомянутое Вами "Евангелие детства Иисуса". Примечательно, что по сути апокрифы не содержат никаких принципиально отличающихся от канонических писаний вещей, которые могли бы быть существенными для христиан, а по форме и стилю много уступают богатому, образному языку Библии. Кстати, сам факт рассказа в апокрифических писаниях о событиях, которые не освещены в Библии, еще раз подтверждает то, что апокрифы были написаны ПОЗЖЕ, чем Евангелия канонические - авторы апокрифов домысливали то, о чем Евангелие хранит молчание (по оценкам исследователей, из дошедших до нас апокрифов ни один не был написан ранее 100 г. н.э.).
Характерной особенностью апокрифических писаний данного типа является их фантастический характер: авторы часто давали волю своему воображению, нимало не думая о том, насколько их фантазия соотносится с правдой. Чудеса, совершаемые Христом в этих книгах, поражают своей бессмысленностью (мальчик Иисус собирает в лужице воду, делает ее чистой и начинает управлять ею одним словом), либо жестокостью (мальчика, разбрызгавшего лозой воду из лужицы, "Иисус" обзывает "негодным, безбожным глупцом", а затем говорит ему, что тот высохнет, как дерево, что тут же и случается). Все это сильно отличается от основного мотива евангельских чудес Христа - любви.
Причиной появления апокрифических текстов второй (идеологической) группы было стремление к пере толкованию христианства в стереотипах языческой мысли. Евангельские имена, мотивы и идеи становились лишь поводом к пересказу совершенно иных мифов: языческое содержание стало облекаться в христианские формы. При всем разно- и многообразии гностических учений почти все они исходили из одной идеи, которая утверждала греховность материального мира. Творением Божиим они считали только Дух. Естественно, такая традиция предполагала и предлагала принципиально иное прочтение евангельской истории. Так, например, в гностических "Евангелиях Страстей" можно прочитать, что Христос, в общем-то, и не страдал на кресте. Это якобы только казалось, так как страдать Он в принципе не мог, поскольку у Него и плоти-то не было, она тоже только казалась! Бог не может обладать материальной плотью.
Конечно, апокрифическая литература настолько широка и разнообразна, что ее не так просто привести к какому-то общему знаменателю. Более того, отдельные апокрифические рассказы воспринимаются в качестве дополнения к сжатому евангельскому повествованию и никогда Церковью не отвергались (например, повествование о родителях Девы Марии, Ее введении во храм, повествование о сошествии Христа во ад и др). Но парадокс апокрифов заключается в том, что при всей их претензии на таинственность, подлинно ТАИНСТВЕННЫМИ христианскими книгами являются книги библейские. Раскрытие Тайны Библии требует духовных усилий и состоит в очищении сердца, а не в фантастических описаниях, как Христос сначала лепит из глины птичек, а потом оживляет их, и они улетают прочь ("Евангелие детства"). По замечанию современного индолога и религиоведа В.Шохина, апокрифы принципиально отличаются от Евангелий библейских именно ПОДАЧЕЙ материала, способом описания тех или иных событий: апокрифический подход, скорее напоминает журналистские приемы программы "Времечко", чем серьезный рассказ о тайном знании. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно прочесть и сравнить апокрифы и Евангелия. После чего, кстати сказать, становится очевидным еще один важный момент - это БОГОВДОХНОВЕННОСТЬ Евангелий. В Православной Церкви принято считать, что, хотя новозаветные книги и были написаны людьми (что подтверждается особенностями авторского стиля), люди эти писали, будучи движимы Духом Святым. Именно это руководство Святого Духа созидает подлинные Евангелия, которые Церковь с течением времени безошибочно собирает в библейский канон.
В целом, можно вполне согласиться с оценкой, данной апокрифической литературе современным христианским писателем: "Когда мы с вами из любопытства или в поисках каких-то действительно сокровенных знаний, какого-то тайного христианства (сейчас часто говорят об эзотерическом христианстве) начинаем обращаться к этой литературе, мы должны помнить, что эта литература есть только памятник, только свидетельство о человеческих поисках. Она содержит в себе блуждания и заблуждения, вопрошания и ошибки человека. А Евангелие содержит в себе ответ. Ответ ясный. Не предназначенный для узкой аудитории избранных ответ, который предполагает избранным любого человека, у которого есть искреннее желание постичь истину, у которого сердце открыто к ней".