Человек

## Имена

**Русский:** род. п. -а; диал. челэ̀к, дмитровск., чилэ̀к, обоянск.; укр. чоловíк "муж, супруг", блр. челове́к, др.-русск. человѣкъ, ст.-слав. чловѣкъ ἄνθρωπος, болг. члове́к, чове́к, челя́к, чиля́к, сербохорв. чо̀вjек, чо̏вjек, словен. člóvẹk, род. п. človẹ́ka, чеш. člověk, слвц. človek, польск. czɫowiek, в.-луж. čɫowjek, н.-луж. сɫоwjеk, полаб. clúovak.

Праслав. \*čelověkъ или сокращенное из него – \*čьlověkъ, откуда лтш. cìlvę̃ks "человек"; см. М.–Э. I, 382 и сл.; И. Шмидт, Vok. 2, 39. Прочие реконструкции невероятны; см. Бернекер I, 140 и сл.; Шахматов, Очерк 152. Первая часть – čеlо- – сближается с че́лядь, далее – с др.-инд. kúlam "стадо, множество, семья, род", греч. τέλος "толпа", ирл. cland, сlаn "потомство, род", лит. kìltis, kiltìs "род". Во второй части усматривают слово, родственное лит. vaĩkas "мальчик, ребенок", лтш. vaiks – то же, др.-прусск. waiх "слуга" (Циммер, AfslPh 2, 347; Фортунатов, ВВ 3, 57; М.–Э. 4, 436; Бернекер I, 141; Младенов 687; Мейе, RS 2, 63; Траутман, ВSW 339; Арr. Sprd. 455; Ягич, AfslPh 13, 294; 30, 295). Другие ученые пытаются, что менее правдоподобно, установить в \*čьlо ступень чередования к cělъ (см. це́лый), которая больше нигде не засвидетельствована, а в -věkъ – знач. "сила" (в противоположность слову уве́чье, см.), то есть первонач. "исполненный силы"; см. Потебня и Брандт, Сб. Вс. Миллеру 308 и сл.; Вайан, ВSL 39, 2, XIII и сл. (здесь – "совершеннолетний"). Этой этимологии противоречит др.-русск. форма человѣкъ. Еще менее удовлетворительны др. гипотезы, напр. сближение первой части \*čеlо- с д.-в.-н. helid "герой" и греч. κέλωρ "сын" (Бругман, IF 12, 26; 19, 213; против см. Бернекер, там же; Буазак, МSL 17, 113) или с греч. πάλλΒ̄ξ, πάλληξ "юноша, девушка", παλλάκιον ̇ μειράκιον (Гесихий), παλλακή, παλλακίς "наложница" (Фик, ВВ 18, 134; Бецценбергер, ВВ 16, 249), потому что эти греч. слова не считаются теперь исконными; см. Гофман, Gr. Wb. 251; Шахматов, ИОРЯС 17, 2, 322. Мало что дает польск. сhоrоwiеk "болезненный человек", которое производит впечатление эфемерного шутливого образования; см. Бернекер (там же) против Карловича (Sɫown. gwar polsk. I, 199), Пастрнека (LF 29, 304). В пользу -věkъ в знач. "сила", кроме примеров, приводимых на век (см. выше), может также свидетельствовать диал. обезве́кнуть "ослабеть", арханг. (Подв.). -- *Этимологический словарь русского языка Макса Фасмера*

**Украинский:** людина, от праслав. \*ljūdъ, от кот. в числе прочего произошли: церк.-слав. людъ, русск., укр., белор. люд, словенск. ljûd, др.-чешск. ľud, чешск. lid, польск. lud, далее отсюда др.-русск., ст.-слав. людиѥ мн. (λαός, ὄχλος; Супр.), русск. лю́ди мн., укр. лю́ди, болг. лю́де, сербохорв. љу̑ди, словенск. ljudjȇ, чешск. lidé, др.-чешск. ľudiе, словацк. ľudiа, польск. ludzie, в.-луж. ludźo, н.-луж. luźe, полабск. ľäudé, далее др.-русск., ст.-слав. людинъ «свободный человек», укр. люди́на «человек», др.-русск. люжанинъ (λαϊκός); восходит к праиндоевр. \*lewǝdh- «человек, люди». Родственно лит. liáudis «народ», латышск. l̨àudis «люди», лит. liaudžià ж. «домочадцы», др.-в.-нем. liut «народ», ср.-в.-нем. liute, бургундск. leudis «свободный муж (человек)», а также греч. ἐλεύθερος «свободный (человек)», лат. līber – то же, līberī «дети», пелигн. loufir «liber», далее др.-инд. rṓdhati «растет», готск. liudan «расти» (ср. род, наро́д). -- *Викисловарь*

**Английский 1:** man, от староанглийского *man, mann* "человеческое существо, лицо (мужское или женское); храбрец, герой", а также "слуга, вассал, взрослый мужщина, находящийся в распоряжении другого лица", от прагерманского *\*mann-* (отсюда также древнесаксонское, шведское, голландское, древневерхненемецкое *man*, древнефризское *mon*, немецкое Mann, древнескандинавское *maðr*, датское *mand*, готское *manna* "человек"), от протоиндоевропейского корня *\*man- (1)* "человек."

Иногда связывается с корнем *\*men- (1)* "мыслить," но не все лингвисты это принимают. Например, Либерман пишет: "Наиболее вероятно, что *man* 'человеческое существо' это секуляризованное имя божества" от *Mannus* [Тацит, *"Германия,"* гл. 2], "считающего прародителем людского рода." -- *Etymonline*

**Английский 2:** human, середина XV в., *humain*, *humaigne*, от старофранцузского *humain*, *umain* (прил.) "присущий или принадлежащий человеку" (XII в.), от латинского *humanus* "присущий человеку" а также "гуманный, человеколюбивый, кроткий, вежливый; ученый, утонченный, цивилизованный." Отчасти происходит от протоиндоевропейского *\*(dh)ghomon-*, букв. "обитатель земли" в отличие от богов (от корня \*dhghem- "земля"), но нет устоявшегося объяснения фонетических изменений. Ср. иврит. *adam* "человек," от *adamah* "почва." Родственно древнелитовскому *žmuo* (вин. п. *žmuni*) "муж, лицо мужского пола." -- *Etymonline*

## Определения

"...эти понятия образуются не всеми одинаково, но различны для каждого соответственно с тем, со стороны чего его тело чаще подвергалось действию и что его душа легче воображает или вспоминает. Так, например, тот, кто чаще с удивлением созерцал телосложение человека, понимает под словом *человек* животное с прямым положением тела; а кто привык обращать внимание на что-либо другое, образует иной общий образ людей, — что человек, например, есть животное, способное смеяться, животное двуногое, лишенное перьев, животное разумное. Точно так же и обо всем остальном каждый образует универсальные образы сообразно с особенностями своего тела." -- ***Спиноза**, "Этика", теор. 40, схолия 1*

## Апории

"Хотя Анаксагор и говорит, что человек - самое разумное из животных благодаря рукам, но логично предположить, что вследствие разумности он имеет руки". -- ***Аристотель***, *"О частях животных"*

"Человек рождается свободным, но повсюду он в оковах. Иной мнит себя повелителем других, что не мешает ему быть рабом в большей еще мере, чем они. Как совершилась эта перемена? Не знаю. Что может придать ей законность? Полагаю, что этот вопрос я смогу разрешить". -- ***Ж.-Ж. Руссо**, "Об общественном договоре", кн. 1, гл. 1*

## Умозаключения

"Человек вместо передних ног и лап имеет руки и так называемые кисти, ибо он один только из животных стоит прямо вследствие того, что природа его и сущность божественны; ведь дело божественного существа разумно мыслить, а это не легко, если много тела лежит сверху, ибо тяжесть делает мышление и общее чувство трудно подвижными. Поэтому, когда тяжести и телесности становится больше, тела необходимо должны склоняться к земле, так что для опоры природа дала четвероногим вместо рук и кистей передние ноги". -- ***Аристотель**, "О частях животных"*

"Хотя Анаксагор и говорит, что человек - самое разумное из животных благодаря рукам, но логично предположить, что вследствие разумности он имеет руки. Ведь руки есть орудие, а природа всегда предоставляет, так же как разумный человек, каждую вещь тому, кто может ее использовать. Ведь скорее подобает дать флейту тому, кто действительно флейтист, чем имеющему флейту преподать искусство игры на флейте, ибо тогда к большему и более важному прибавлено меньшее, а не к меньшему-более ценное и большее. Если же 'так лучше', а природа из возможного всегда делает лучшее, то человек - разумнейшее животное не потому, что имеет руки, но потому и имеет руки, что он - разумнейшее существо, ибо разумнейший будет пользоваться хорошо очень многими орудиями, а рука, очевидно, не одно орудие, а многие; она - как бы орудие орудий. Тому именно, кто может воспринять наибольшее число искусств, природа дала руку, наиболее пригодное из орудий. А те, которые утверждают, что человек устроен нехорошо и даже наихудшим образом из всех животных (ибо он бос, говорят они, и гол, и не имеет оружия для защиты), утверждают неправильно, ибо прочие животные имеют одно средство защиты и переменить его на другое не могут, но им необходимо всегда и спать, и делать все обутыми и покров на теле никогда не снимать, и оружие, которое им случилось иметь, не менять; у человека же вспомогательных средств много и всегда есть возможность их менять, затем и орудие иметь, какое он захочет и когда захочет; ведь рука становится и когтем, и копытом, и рогом, так же как копьем, мечом и любым другим оружием и инструментом; всем этим она становится, потому что все может захватывать и держать. В этом отношении и форма руки устроена соответственно ее природе, ибо рука может разжиматься и расщеплена на много частей, а в возможности разжимания заключена и возможность соединения; в последней же-первой нет. Пользоваться можно и одной рукой, и двумя, и на многие лады. Один палец помещается сбоку; он короткий, толстый, но не длинный, ибо как нельзя было бы взять что-нибудь, не имея совсем руки, так нельзя было бы сделать этого и в том случае, если бы этот боковой палец не был таким, каков он есть. Именно, он давит снизу вверх, на что другие пальцы давят сверху вниз: когда требуется соединить что-нибудь как бы крепким узлом, надо, чтобы этот палец один уравновешивал несколько. Короток он вследствие своей силы и потому, что не было бы никакой пользы в его удлинении, а называется он большим, будучи малым, оттого, что все остальные пальцы без него, можно сказать, бесполезны. Что крайний палец мал, а средний длинный, как весло по середине корабля, - это устроено правильно, ибо для действия необходимо взятый предмет охватывать кругом посредине. Хорошо приспособлены и ногти: у прочих животных они существуют для пользования ими, у человека они - покрышки, так как служат защитой для концов пальцев. Сгибание рук для привлечения пищи и в других целях происходит у человека в направлении, обратном тому, какое наблюдается у четвероногих, ибо этим животным необходимо сгибать передние конечности внутрь ввиду того, что они пользуются ногами для ходьбы, хотя у многопалых передние конечности пригодны не только для ходьбы, но и в качестве рук, как они ими и пользуются: передними лапами они и схватывают, и защищаются". -- ***Аристотель***, *"О частях животных"*

"...человек по природе своей есть существо политическое, а тот, кто в силу своей природы, а не вследствие случайных обстоятельств живет вне государства, – либо недоразвитое в нравственном смысле существо, либо сверхчеловек; его и Гомер поносит, говоря 'без роду, без племени, вне законов, без очага'; такой человек по своей природе только и жаждет войны; сравнить его можно с изолированной пешкой на игральной доске.

Что человек есть существо общественное в большей степени, нежели пчелы и всякого рода стадные животные, ясно из следующего: природа, согласно нашему утверждению, ничего не делает напрасно; между тем один только человек из всех живых существ одарен речью. Голос выражает печаль и радость, поэтому он свойствен и остальным живым существам (поскольку их природные свойства развиты до такой степени, чтобы ощущать радость и печаль и передавать эти ощущения друг другу). Но речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо. Это свойство людей отличает их от остальных живых существ: только человек способен к восприятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливость и т.п. А совокупность всего этого и создает основу семьи и государства." -- ***Аристотель***, *"Политика", 1278a2-18*

"Человеческую натуру можно рассматривать двояко: исходя из конечной цели существования человека, и тогда он возвышен и ни с кем не сравним, или исходя из обычных присущих ему свойств, как мы судим о лошади или собаке по обычным присущим им свойствам — резвости бега et animum arcendi, — и тогда человек низок и отвратителен. Эти два возможных пути суждения о нем привели ко множеству разногласий и философских споров. Ибо одни, оспаривая других, утверждают: 'Человек не рожден для этой цели, потому что все его поступки несовместны с ней', а те, в свою очередь, твердят: 'Эти низменные поступки просто удлиняют путь к цели — вот и все'.

Величие человека тем и велико, что он сознает свое горестное ничтожество. Дерево своего ничтожества не сознает. Итак, человек чувствует себя ничтожным, потому что сознает свое ничтожество; этим-то он и велик". -- ***Блез Паскаль**, "Мысли", 254-255*

"Человек — всего лишь тростник, слабейшее из творений природы, но он — тростник мыслящий. Чтобы его уничтожить, вовсе не нужно, чтобы на него опол­чилась вся Вселенная: довольно дуновения ветра, капли воды. Но пусть бы даже его уничтожила Вселенная, — человек все равно возвышеннее своей погубительницы, ибо сознает, что расстается с жизнью и что он слабее Вселенной, а она ничего не сознает. Итак, все наше достоинство — в способности мыслить. Только мысль возносит нас, отнюдь не пространство и время, в которых мы — ничто. Постараемся же мыслить благопристойно, в этом — основа нравственности.

Мыслящий тростник. — Наше досто­инство — не в овладении пространством, а в умении здраво мыслить. Я ничего не приобретаю, сколько бы ни приобретал земель: с помощью пространства Все­ленная охватывает и поглощает меня как некую точку; с помощью мысли я охватываю всю Вселенную". -- ***Паскаль**, "Мысли", 264-265*

"Большинство тех, которые писали *об аффектах* и *образе жизни людей*, говорят как будто не об естественных вещах, следующих общим законам природы, но о вещах, лежащих за пределами природы. Мало того, они, по-видимому, представляют человека в природе как бы государством в государстве: они верят, что человек скорее нарушает порядок природы, чем ему следует, что он имеет абсолютную власть над своими действиями и определяется не иначе, как самим собою. Далее, причину человеческого бессилия и непостоянства они приписывают не общему могуществу природы, а какому-то недостатку природы человеческой, которую они вследствие этого оплакивают, осмеивают, презирают или, как это всего чаще случается, ею гнушаются, того же, кто умеет красноречивее или остроумнее поносить бессилие человеческой души, считают как бы божественным." -- ***Спиноза**, "Этика", ч. 3, предисловие*

"Невозможно, чтобы человек не был частью природы и претерпевал только такие изменения, которые могли бы быть поняты из одной только его природы". -- ***Спиноза**, "Этика", часть IV, теор. 4*

"Область философии в космополитическом смысле можно возвести к следующим вопросам: 1) Что я могу знать? Это показывает метафизика. 2) Что я должен делать? Это показывает мораль. 3) На что мне позволено надеяться? Этому учит религия. 4) Что такое человек? Этому учит антропология. Всё можно назвать антропологией, поскольку первые три вопроса отсылают к четвертому". -- ***Иммануил Кант,** Akademieausgabe von Immanuel Kants Gesammelten Werken. Bd. 28. S. 533.*

## Афоризмы

"Человек человеку волк." -- ***Латинская пословица***

"У лис есть норы и у птиц есть гнезда, а Сыну человеческому негде голову приклонить". — ***Мф. 8:20***

"[Человек] мыслящий тростник". -- ***Паскаль**, "Мысли", 264, 265*

## Загадки

"Кто из живых существ утром ходит на четырёх ногах, днём на двух, а вечером на трёх?" (ответ) -- *Псевдо-Аполлодор*. ***Мифологическая библиотека** III 5, 8*