Паноптикум

## Имена

**Английский:** *panopticon*, от древнегреч. πᾶν (pân, “все”) + ὀπτικός (optikós, “видимый”). Слово придумано Иеремией Бентамом. -- *Wiktionary*

## Умозаключения

"...полагаю, его найдут применимым во всех без исключения учреждениях, где на пространстве, не слишком большом для того, чтобы его можно было перекрыть или контролировать с помощью зданий, содержится некоторое количество лиц, подлежащих надзору. Сколь бы отличными или даже противоположными ни были цели - будь то наказание неисправимых, охрана умалишенных, исправление порочных, содержание под стражей подозреваемых, трудоустройство праздных, поддержание беспомощных, лечение больных, обучение желающих освоить любую отрасль промышленности и воспитание растущего поколения - одним словом, это применимо и для целей постоянных тюрем с камерами смертников, и мест предварительного заключения до суда, и пенитенциарных домов, и исправительных учреждений, и работных домов, и мануфактур, и сумасшедших домов, и больниц, и школ.

Очевидно, что во всех этих случаях, чем неотступнее взгляд надзирателей следит за теми, кто подлежит надзору, тем полнее будет достигнута цель учреждения. Поэтому осуществление идеала, если бы стояла такая задача, требовало бы, чтобы каждое лицо в каждый момент времени пребывало в этом затруднении. Но поскольку это невозможно, второе лучшее, к которому и следует стремиться, заключается в том, чтобы каждое лицо в каждый момент имело основание верить, [что на него смотрят,] и именно так и представляло себе свое положение, не имея возможности убедиться в противоположном". -- ***Иеремия Бентам**, "Паноптикум", письмо 1*

"Это важный механизм, ведь он автоматизирует власть и лишает ее индивидуальности. Принцип власти заключается не столько в человеке, сколько в определенном, продуманном распределении тел, поверхностей, света и взглядов; в расстановке, внутренние механизмы которой производят отношение, вовлекающее индивидов. Церемонии, ритуалы, знаки, посредством которых суверен проявлял «избыток власти», теперь бесполезны. Действуют механизмы, поддерживающие асимметрию, дисбаланс, различие. Следовательно, не имеет значения, кто отправляет власть. Любой индивид, выбранный почти наугад, может запустить машину: в отсутствие начальника — члены его семьи, его друзья, посетители и даже слуги. Точно так же неважно, каков движущий мотив: нескромное любопытство, хитрость ребенка, жажда знания философа, желающего осмотреть этот музей человеческой природы, или злость тех, кто находит удовольствие в выслеживании и наказании. Чем больше этих анонимных и сменяющихся наблюдателей, тем больше заключенный рискует быть застигнутым врасплох, тем острее становится тревожное сознание поднадзорности. Паноптикон — чудодейственная машина, которая, как бы ее ни использовали, производит однородные воздействия власти.

Реальное подчинение механически рождается из вымышленного отношения. Так что нет нужды прибегать к насильственным средствам принуждения преступника к хорошему поведению, сумасшедшего — к спокойствию, рабочего - к труду, школьника - к прилежанию, больного—к соблюдению предписаний и рецептов. Бентам восхищался тем, что паноптические заведения могут быть столь облегченными: здесь нет ни решеток, ни цепей, ни увесистых замков. Достаточно четких перегородок и правильно расположенных проемов. Громоздкость старых «домов безопасности» крепостной архитектуры можно заменить простой, экономичной геометрией «домов надежности». Эффективность власти, ее принуждающая сила в каком-то смысле перешли на другую сторону - на сторону поверхности ее приложения. Тот, кто помещен в поле видимости и знает об этом, принимает на себя ответствен­ность за принуждения власти; он допускает их спонтанную игру на самом себе; он впитывает отношение власти, в котором одновременно играет обе роли; он становится началом собственного подчинения. Благодаря этому факту внешняя власть может уменьшить свою физическую тяжесть, она склоняется к бестелесному воздействию. И чем ближе она к этому пределу, тем более постоянными, глубинными и стабильными становятся ее проявления и последствия: вечная победа достигается без малейшего фи­зического столкновения и всегда предрешена заранее". -- ***Мишель Фуко**, "Надзирать и наказывать", III. 3.*