Бизнес

Автор Мэтью Де Пиацци

Опубликовано 26 апреля 2004

```

```

“Так как Анна?” Я зажег сигарету и рассеянно затянулся.

“Она сейчас работает полный рабочий день на этого долбаного адвоката Мука. Он всегда пытается залезть ей под юбку”. Я ненавидел этого несносного придурка с его стрижкой за четыреста долларов и самодовольной ухмылкой, когда он эксплуатировал всех вокруг, находясь под странным впечатлением, что мы этого не замечали..

“Тебе следует пригласить его куда-нибудь выпить. Мы с ним поговорим”. Да, точно. Беседа, спокойная разумная: "Эй, что это у тебя на лице, о, это моя нога", беседа.

“Нет. Проблем больше, чем они того стоят. ”Анна все равно держит его в напряжении", - я направил луч прожектора на траву в конце файер-брейка. Ничего.

Эта работа была такой чертовски скучной большую часть ночей. Мы с Ником слишком хорошо поработали в дневную смену, поэтому нас перевели на ночную. Какая-то схема вознаграждения. Прожектор гудел и нагревал воздух вокруг себя. Я потерла свои ноющие руки перед ним.

“Есть закурить?” Я вытащил пачку обратно из кармана и дал ему одну.

“Эти штуки убьют тебя”. Он засмеялся, и я затянулся сигаретой, направляя точечный светильник обратно по траве. Ничего.

Мы не должны были курить здесь. То же самое, что нам не предназначалось включать свет над нашими головами. Снайперам было во что стрелять. Зачем вообще было зажигать здесь свет, если мы не должны были им пользоваться.

“Она все еще достает тебя из-за детей?” Я покачала головой, приступ депрессии просачивался в меня.

“Нет. Мы ходили к врачу после того, как ты рассказала мне ту историю о детях того Сталкера. После пяти минут просмотра фотографий и десяти минут того, как большинство этих детей превращаются в животных до наступления половой зрелости, она вроде как изменила свое мнение ”. Он кивнул и вдохнул. Он ударил меня в плечо и схватил свою винтовку. Я бросил сигарету и втер ее в землю ногой.

“Не человек”. Я направил луч прожектора туда, куда он целился. Семейство крысиных волков вынюхивало что-то у костра. Двое молодых и один большой толстый. Большой поднял голову, уставившись на прожектор. Ник раскрылся.

Выпала левая, затем правая. Бедная толстушка в середине не знала, что делать. Он упал и корчился в грязи, когда Ник поймал его в грудь. Он продолжил опустошать магазин в них. Это должно было быть забавно убрать.

Какой путь предстоит пройти. Обоих твоих друзей застрелили по обе стороны от тебя - я бы тоже не знал, что делать. Ну что ж, у Фатти в любом случае было не так уж много времени, чтобы запутаться.

Ник включил второй прожектор и направил его на мертвых крыс. Мы наблюдали за ними в течение следующих двадцати минут. Убедись, что они были мертвы. Ничто не входит без разрешения и ничто не выходит, не пройдя через нас. Ну, кроме этих парней.

Два сталкера ползли по траве, выделяясь, как собачьи шары, выкрашенные в ярко-желтый цвет и украшенные флажком с надписью ‘Не смотреть’.

Я повернул прожектор влево, медленно удаляясь от них. Позволяю им совершить быстрый пеший рывок к воротам, где Игорь пропустил бы их. Потом они шли и продавали все, что находили, и мы получали свою долю. Или то, что Игорь решил, было нашей долей.

“Посмотри на них, чувак”. Они пробрались через пожарный пролом, как подражатели коммандос. Я направил луч прожектора обратно через траву в их сторону. Ник засмеялся, когда они обосрались и побежали как ветер к Игорю. Их спасительница.

“Иди, иди, маленький мародер”. Я удерживал центр внимания на траве и отвел его от них.

“Ты думаешь, они действительно думают, что Игорь только в книгах?” Он пожал плечами.

“Кого это волнует?” Ник затушил сигарету, взял гильзу, вставил в нее фильтр и поставил ее на перила.

Наша семья крысо-волков была занята ничегонеделанием, а Игорь уже зачистил следы Преследователей. Мы могли бы сказать, выходил ли кто-то из зоны, потому что они оставляли следы, выходящие из зоны.

Проблема в том, что нам приходилось перемещать тела тех, кого мы снимали, иначе они просто привлекали больше объектов для съемки. Итак, бедняге, которому пришлось убираться, также пришлось разгладить грязь, чтобы мы могли сказать, вышел ли кто-нибудь. Содержи все это в чистоте. Я схватил свое радио.

“Привет, Игорь. Крысы такие.” Я отпустил трубку и стал ждать. Я увидел, как он покачал головой и посмотрел на нас.

“Пошел ты”. Он показал нам палец, и я рассмеялся. Я схватил гильзу со стального пола и швырнул ее в Игоря. Даже близко нет. Игорь продолжил разглаживать грязь, стирая улики. Да, у нас здесь была действительно хорошая система.

“Мне так скучно. Который час?” Я покачал головой, глядя на траву.

“Не спрашивай меня об этом. Солнце еще даже не близко к тому, чтобы взойти. Еще слишком рано смотреть на время”. Ник все равно посмотрел на свои часы.

“Два сорок пять”. Еще три часа и пятнадцать минут.

“По крайней мере, больше половины пути”. Я ненавидел узнавать время. Мне понравилось узнавать об этом, когда до нашего выхода оставался всего час. Тогда ты мог бы отсчитывать минуты, не сходя с ума.

“Перерыв на кофе”. Я схватила термос и налила нам обоим по чашке, поставив их на перила. Сегодня ночью ветер был слабым, даже на такой высоте. Кофе был теплым и на вкус был дерьмовый. Но это заставило бы меня не спать до шести, и это все, что имело значение.

“Ты когда-нибудь беспокоился о том, чтобы пропустить кого-то с чем-то опасным?” Ник покачал головой.

“Рано или поздно все это выплывет наружу. Если бы мы не пропустили их, это сделали бы парни дальше. По крайней мере, так нам платят”. Я кивнул.

“Но что, если кто-нибудь придет сюда с ведьминым желе или одной из тех ламп смерти, о которых вы всегда слышите?” Он отхлебнул коричневого напитка и поставил его обратно.

“Почему ты всегда рассуждаешь гипотетически, когда мы пьем кофе?” Ник уставился на меня в ожидании ответа, я в замешательстве оглянулась.

“Что?” Он засмеялся и толкнул меня.

“Ты всегда так делаешь. Ты всегда выпиваешь полчашки кофе и начинаешь говорить о том, что если. Никто не настолько глуп, чтобы приблизиться к "ведьминому желе", не говоря уже о том, чтобы попытаться переместить его, а лампы смерти - это миф.” Я посмотрела на свой кофе. О чем он говорил? Я не всегда рассуждаю гипотетически.

“Я слышал, кто-то однажды нашел лампу смерти. Он вернул его, и ему не понравилась предложенная цена, поэтому он забрал его обратно и больше не выходил.” Ник смотрел на траву.

“Для меня звучит как миф”. Я допил кофе и поставил чашку рядом с винтовкой.

“Я думаю”. Ветер не шевелил траву, ночь была легкой, если она вообще когда-либо была. “Итак, как продвигаются дела с Джоуи?” Ник отхлебнул кофе и поставил его обратно.

“Нет. Мы несколько раз переспали, а потом она решила, что мы должны быть просто друзьями. Для меня пахло трахом в лоб. Поэтому я развлекаю ее, когда она звонит мне, и остаюсь, блядь, в стороне до конца”. Я кивнул.

Боже, я рад, что у меня есть Анна. Самый рациональный человек, которого я когда-либо встречал. Никаких этих дерьмовых романтических "ты меня любишь?", проверяющих каждые двадцать минут. Она знает, что я чувствую к ней, и я знаю, что она чувствует ко мне, поэтому мы не тратим время на беспокойство. Трудно найти расслабленных людей, я не тратил впустую время, которое у меня было с ней. Не тогда, когда я работал здесь.

Трава на полпути между нами и следующей башней зашевелилась. Я постучала по Нику и показала. Ник направил винтовку на движение, снова уперев винтовку в плечо.

Я переместил луч прожектора подальше от этого района, он был слишком близко к середине, слишком удобно, чтобы было больше крыс. В любом случае, прицел показал бы его лучше, чем прожектор. Ник говорил шепотом.

“Сталкер”. Никто другой не должен был прийти сегодня вечером.

“Привет, Игорь, у тебя есть какие-нибудь поздние заявки для нас?” Я ждал.

“Нет”. Ник вздохнул. Он ненавидел эту часть работы так же сильно, как и я. Я бы предложил сняться в этом, но я снял последние два.

“Подожди, пока он не попытается убежать за ограду. Если он настолько глуп, то он заслуживает того, чтобы его застрелили”. Мы ждали. Я переключил внимание, как обычно. Позволь ему успокоиться, позволь ему попытаться совершить рывок. Ник вернулся к ожиданию. Без дыры в заборе маленький ублюдок не проскользнул бы, и пока он не сделал свой ход, не было смысла пугать его. Трава перед воротами зашевелилась, и я почти неловко схватил свою винтовку. Я не взял его сегодня вечером.

“Поехали”. Ник поднял винтовку, и я услышал, как он дважды выстрелил в идиота, бегущего к забору. Второй мужчина вырвался из кустов перед нами. Я поднял винтовку и прицелился ему в грудь. Если повезет, я бы его не убил.

Пистолет отскочил, и мужчина упал в грязь. На нем был один из наших костюмов, дерзкий ублюдок. Я держал его на мушке, когда Ник направил прожектор на второго парня и включил сирену. Я наблюдал за парнем на полу, он двигался, схватившись за грудь. Возможно, костюм спас его.

Рядом с ним была Национальная фабрика. Еще кое-что из нашего снаряжения. Этот ублюдок отбирал наших мальчиков или что? Это был глупый ход. Для них обоих. Этот идиот должен был быть приманкой, я так и предполагал. Думаю, они просто неправильно рассчитали время.

Игорь отшвырнул пистолет и надел на него наручники, когда Стефан встал над ним с винтовкой наготове. Я просканировал линию травы вторым прожектором, пытаясь убедиться, что там больше никто не прячется. Они бы сейчас не двигались, если бы были.

Я предпочитал сталкеров, у которых была подсказка. Те, кто согласовал это с нами, прежде чем войти и выйти. Все эти разговоры о том, что там творятся странные вещи, только разжигали в людях жадность. Все эти новые идиоты приходили и все портили.

Это был четвертый подобный трюк с тех пор, как месяц назад нас поставили на "ночи". Завтра, рано утром, к нам в задницу приползет другой офицер. Оставляя нас в полусне завтра ночью. Я посмотрел на свои часы. Осталось три часа. Это дерьмо не пошло на пользу бизнесу.

“Я бы хотел, чтобы эти идиоты хотя бы поспрашивали вокруг, прежде чем заходить”. Ник кивнул и попросил у меня еще одну сигарету.

“Считай это глупым налогом”. Я рассмеялась и протянула ему сигарету. Еще три часа, и все это снова стало чьей-то проблемой.

wayfaerer@iinet.net.au