Прутков, Козьма

**Козьма́ Петро́вич Прутко́в** — литературная маска, под которой в журналах «Современник», «Искра» и других выступали в 50—60-е годы XIX века поэт Алексей Толстой, братья Алексей, Владимир (наибольший в количественном исчислении вклад) и Александр Жемчужниковы (фактически — коллективный псевдоним всех четверых).

Сатирические стихи, афоризмы Козьмы Пруткова и сам его образ высмеивали умственный застой, политическую «благонамеренность», пародировали литературное эпигонство.

== Биография ==
Большая часть сведений о жизни Пруткова стала известна из «Биографических сведений о Козьме Пруткове» (включавших «Некролог Козьмы Петровича Пруткова»), опубликованных после его «смерти».

Козьма Петрович Прутков родился 11 апреля 1803 года в деревне Тентелевой около Сольвычегодска, скончался 13 января 1863 года. Имел поместье в хуторке «Пустынька» около железнодорожной станции Саблино. По посмертному утверждению медиума получил домашнее образование от приходского священника, имел хорошие оценки.

Провёл всю свою жизнь, кроме детских лет и раннего отрочества, на государственной службе. В 1820 году поступил на военную службу в гусарский полк «только ради красивого мундира» и пробыл на службе два года с небольшим. В ночь с 10 на 11 апреля 1823 года после товарищеской попойки Пруткову привиделся сон: он увидел перед собой голого бригадного генерала в эполетах, который, не дав Пруткову одеться, повёл его на вершину высокой и остроконечной горы, и там стал вынимать перед ним из древнего склепа разные драгоценные материалы, показывая их ему и даже прикладывая некоторые из них к его телу. Вдруг от прикосновения самого дорогого материала Прутков ощутил сильный электрический удар, от которого проснулся весь в испарине. Неизвестно, какое значение придавал Козьма Петрович Прутков этому видению, но, часто рассказывая о нём впоследствии, он всегда начинал волноваться и заканчивал свой рассказ громким возгласом: «В то же утро, едва проснувшись, я решил оставить полк и подал в отставку; а когда вышла отставка, я тотчас определился на службу по министерству финансов, в Пробирную палатку, где и останусь навсегда!» Действительно, устроившись в одну из Пробирных палаток (являвшуюся частью Департамента горных и соляных дел в Министерстве финансов) в 1823 году, он оставался в ней сорок лет, до самой смерти.

В Пробирной палатке Прутков дослужился до действительного статского советника и получил наивысшую должность — стал её директором (на самом деле такой должности там не существовало; Пробирная палатка управлялась обер-контролёром проб). Награждён орденом Святого Станислава 1-й степени.

Прутков был очень доволен своей службой. Только в период подготовки реформ Александра II он растерялся: сначала стал роптать, повсюду заявляя о преждевременности любых реформ и о том, что он «враг всех так называемых вопросов!». Однако потом, когда реформы оказались неизбежными, старался отличиться преобразовательными проектами и сильно негодовал, когда эти проекты браковали из-за очевидной невозможности их выполнения. Он объяснял это завистью, неуважением к опыту и заслугам, стал впадать в уныние и отчаяние. В один из таких моментов он написал мистерию «Сродство мировых сил». Вскоре, однако, он успокоился, почувствовал вокруг себя прежнюю атмосферу. Он снова стал писать проекты, но уже ограничительного характера, и они принимались с одобрением. Это дало ему основание ожидать значительного повышения по службе.

Внезапный апоплексический удар, постигший его в своём директорском кабинете, привёл к смертельному исходу 13 января 1863 года.

## Образ

Один из авторов Пруткова, Алексей Жемчужников, в письме А. Н. Пыпину довольно подробно разъяснял образ Козьмы Пруткова:

> «<...> тип Кузьмы Пруткова, кото­рый до того казённый, что ни мысли его, ни чувству недоступны никакая так называемая злоба дня, если на неё не обращено вни­мания с казённой точки зрения. Он потому и смешон, что вполне невинен. Он как бы говорит в своих творениях: „всё человече­ское — мне чуждо“.»
>
>

> «<...> В афоризмах обыкновенно выражается житейская мудрость. Прутков же в большей части своих афоризмов или говорит с важ­ностью казённые, общие места; или с энергиею вламывается в открытые двери; или высказывает мысли, не только не имеющие соотношения с его эпохою и с Россиею, но стоящие, так сказать, вне всякого места и времени. Будучи очень ограниченным, он дает советы мудрости. Не будучи поэтом, он пишет стихи. Без образо­вания и без понимания положения России, он пишет „прожекты“. Он современник Клейнмихеля, у которого усердие всё превозмо­гало. Он воспитанник той эпохи, когда всякий, без малейшей подготовки, брал на себя всевозможные обязанности, если Начальство на него их налагало».
>
>

Образ Козьмы Пруткова отличается высокой степенью проработки, что является уникальным случаем для литературных масок: у него есть чётко определённые биография, портрет, семья и место службы.

## История творчества

Первым произведением, ещё не имеющим сформировавшегося образа Пруткова, стала пьеса («шутка-водевиль» как называл её впоследствии Прутков) «Фантазия», написанная Алексеем Толстым и Алексеем Жемчужниковым в 1850 году. Пьеса была поставлена 8 января 1851 года в Александринском театре. Оба автора в то время были молодыми камер-юнкерами, любящими проказы и тяготящиеся казёнщины, окружавшей их. Их пародия на популярные в то время водевили прошла сквозь цензуру, несмотря на царивший в то время николаевский реакционизм. В «Фантазии» (названной по имени собачки одной из героинь) доводятся до абсурда банальные водевильные ситуации. Во время премьеры разразился скандал: возмущённый император Николай I, не дождался окончания и ушёл из театра, заявив: «Много я видел на своём веку глупостей, но такой ещё никогда не видал». На следующий день пьеса была запрещена
.

Басня «Незабудки и запя́тки» была написана Александром Жемчужниковым в 1851 году и так понравилась первым двум авторам, что были написаны другие басни: «Цапля и беговые дрожки», «Кондуктор и тарантул», «Стан и голос», «Червяк и попадья». Все басни, кроме последней, были изданы в журнале «Современник» (кн. XI, в «Заметках Нового Поэта») в том же году без указания авторства. В шутку поставив эти басни в один ряд с творчеством Ивана Крылова, авторы решили писать подобные произведения совместно под именем: «Козьма Прутков».

К лету 1853 года образ Пруткова был сформирован и написано достаточно произведений (включая комедию «Блонды») для того, чтобы передать их для публикации в специально созданном разделе «Литературный ералаш» журнала «Современник». Предполагавшееся первоначально издание сборника произведений Козьмы Пруткова не состоялось.

После шестилетнего перерыва публикации Пруткова возобновились в 1860 году.

13 января 1863 года Козьма Прутков «умер» от инсульта на рабочем месте. В «Современнике» вышла подборка статей «Краткий некролог и два посмертные произведения Козьмы Петровича Пруткова» и «Проект: о введении единомыслия в России», а также комедия «Опрометчивый Турка, или Приятно ли быть внуком?» Некролог и примечания к двум ранее не издававшимся произведениям были подписаны якобы племянниками Шерстобитовым и Воскобойниковым. К тому времени настоящие авторы жили далеко друг от друга и им было тяжело согласовывать творчество и сохранять образ Пруткова целостным. Кроме того, появившиеся литературные подделки под Пруткова и приписываемые ему произведения, заставили авторов ещё раз задуматься о публикации собрания сочинений, но опять печать книги была отложена на неопределённый срок. В 1863 году Ф. М. Достоевский написал в «Зимних заметках о летних впечатлениях»: «Есть у нас теперь один замечательнейший писатель; краса нашего времени, некто Кузьма Прутков. Весь недостаток его состоит в непостижимой скромности: до сих пор не издал ещё полного собрания своих сочинений».

В 1875 году умер Алексей Толстой, и над изданием сборника остались работать Владимир и Алексей Жемчужниковы. Владимир имел чёткое представление об образе Пруткова и о том, что должно включаться в сборник, а что — нет: «для Пруткова недостаточно просто „смешного“, а нужна литературная отделка и известный *род* смешного». По этой причине «прутковской» первоначально не была признана комедия «Любовь и Силин», написанная Александром Жемчужниковым самостоятельно.

В начале 1860-х годов была написана комедия «Торжество добродетели» (первоначально названная «Министр плодородия»), но царская цензура не разрешила опубликовать её в «Свистке». Рукопись на долгие годы была утеряна, и только в 1959 году В. Э. Боград отыскал её в архиве Академии наук СССР в Ленинграде. Впервые комедия была опубликована в издании «Литературное наследство». Она оценивается критиком Б. Я. Бухштабом как «наиболее значительная комедия Козьмы Пруткова, единственная, содержащая политически острые мотивы».

«Полное собрание сочинений Козьмы Пруткова с портретом, fac-simile и биографическими сведениями» вышло из типографии М. М. Стасюлевича в 1884 году небольшим тиражом в 600 экземпляров. Книга была быстро раскуплена и в следующем году была переиздана уже тиражом в 2000 экземпляров. С тех пор сборник регулярно переиздавался, и в 1916 году вышло уже 12-е издание.

=== Имя ===
По свидетельству современников, в качестве основы для псевдонима авторами Пруткова было взято имя реально существовавшего человека — крепостного дворецкого у Жемчужниковых Кузьмы Пруткова (по другим сведениям, Фролова).

Произведения Пруткова до 1863 года подписывались именем «Кузьма Прутков», а после «смерти» — «Козьма Прутков» (или Козьмѣ Прутковѣ, но в «Некрологе», «Биографических сведениях» и других статьях авторы подчёркнуто именовали Пруткова Ко**с**ьмой для усиления гротескности мнимой значимости: «<...> он писался всегда: Косьма (а не Кузьма), подобно прочим своим великим тёзкам — Косьме Минину, Косьме Медичи и т. д.»<. В частной переписке братья Жемчужниковы могли называть его и Козьмой, и Косьмой, и Кузьмой.

## Портрет

Портрет намеренно написан таким образом, что о Козьме Пруткове складывается образ как о напыщенном и самодовольном человеке. На портрете он смотрит на зрителя сверху вниз и саркастически улыбается. Волосы его умышленно всклокочены в артистическом беспорядке.

Карандашный набросок Козьмы Пруткова выполнил Лев Михайлович Жемчужников в 1853 году во время подготовки к печати сборника произведений Пруткова (сейчас он хранится в Государственном Русском музее в коллекции Л. М. Жемчужникова). Затем набросок был передан художникам Александру Егоровичу Бейдеману и Льву Феликсовичу Лагорио, «которые нарисовали и перерисовали на камень». Портрет был отпечатан в типографии Тюлина для включения его в отдельной книге, которая так и не вышла — вместо этого произведения Пруткова печатались в журнале «Современник». Несмотря на то, что портрет был создан и готов к печати в 1853 году, его публикация была запрещена цензорами на том основании, что он может оказаться карикатурой на какого-либо реального чиновника. Через 30 лет, когда полный сборник сочинений Пруткова готовился к печати, Владимир Жемчужников был вынужден разыскивать по знакомым литографическую копию этого портрета.

После официального издания портрета выходило множество интерпретаций, колоризаций и шаржей на оригинал. Например, к изданию сборника Пруткова в 1961 году художником Н. В. Кузьминым была нарисована серия портретов и иллюстраций.