L/N: Часть 1. Том 3. Глава 24/Русский

Несмотря на то, что моё тело было настолько горячим, что кровь была готова закипеть, моё сознание оставалось ясным. Честно говоря, сейчас я чувствовала себя лучше, чем обычно. Я посмотрела на главу храма, прижимающегося спиной к двери, и заметила, что кровь отлила от его лица. Если он такой трус, то не стоило быть жестоким по отношению к другим. Вот же идиот.

Главный священник похоже заметил, что глава храма становился всё бледнее, а потому нарушил своё молчание. Он резко встал и крикнул.

— Майн, из тебя истекает магическая сила! Контролируй свои эмоции!

Я перевела взгляд с главы храма на главного священника. В тот момент, когда я перестала смотреть на главу храма, послышался звук того, как он упал на пол, похожий на звук падения какого-то тяжёлого груза. Судя по всему, когда я отвела взгляд, то ранее замершие служители в серых одеждах, обрели способность двигаться. Я услышала, как они бросились к главе храма и принялись звать его. Я не стала обращать внимание на их взволнованные голоса и обратилась к главному священнику.

— И как же мне их контролировать?

Я вопросительно посмотрела на него с гневом в глазах. Главный священник схватился за грудь и простонал.

— Кха… а как ты обычно это делаешь?

— Меня вызвали сюда, чтобы поговорить, но вместо этого глава храма начал приказывать нам, прибегнул к грубой силе и, кроме того, угрожал казнить нас, за то, что мы сопротивлялись. Как я могу контролировать свой гнев в такой ситуации? Я вот не представляю как.

Я перевела взгляд на главу храма. Теперь, когда он оказался на полу, мне больше не требовалось смотреть на него снизу вверх, поскольку наши глаза оказались на одном уровне. Он вздрогнул и на его лице появилась гримаса ужаса. Это казалось смешным. Трясясь от страха, он пытался отползти назад, желая оказаться как можно дальше от меня. Какое странное выражение лица. Сейчас он не похож ни на доброго дедушку, ни на самодовольного дворянина.

Я ведь просто слабая маленькая девочка, но он смотрит на меня так, словно я какое-то чудовище. Я почувствовала раздражение от того, насколько двуличным был глава храма, и сделала шаг к нему.

— Не подходи! Не подходи! Не подходи ко мне!

Тяжело дыша, глава храма, испуганно повторял одни и те же слова снова и снова. Со стороны моего правого плеча послышался паникующий голос главного священника.

— Остановись! Если ты и дальше позволишь своим эмоциям бушевать, изливая свою магическую силу, то сердце главы храма не выдержит!

В ответ на это я холодно хмыкнула и шаг за шагом стала приближаться к главе храма.

— Я хочу, чтобы ты умер. Ведь если я оставлю тебя в живых, то ты убьёшь моих маму и папу, верно? В таком случае, я просто убью тебя первой. И разве, пытаясь убить другого человека не нужно быть готовым к тому, что тебя самого могут убить? Я думаю, что твоя смерть осчастливит множество людей. Наверняка найдётся немало тех, кто захочет стать главой храма.

После того, как я сделала четыре шага, у главы храма закатились глаза, изо рта пошли пузыри и он потерял сознание.

В следующий момент главный священник загородил главу храма от моего взгляда, встав передо мной на колени. Он хмурился от боли и по его лбу стекал пот, но он смотрел на меня с крайне серьёзным выражением лица.

— Давай поговорим.

— Поговорим? С помощью силы? Или с помощью магической силы?

Глаза главного священника расширились, а затем он кашлянул, и из его рта потекла кровь. Мой взгляд был прикован к красным каплям, стекающим по его подбородку.

— Ты не должна убивать его. Если ты убьешь главу храма, то твоя семья будет обвинена в убийстве дворянина. Это совсем не то, чего ты хочешь, — сказал главный священник, приводя меня в чувство.

Я не могла позволить своей семье стать преступниками из-за своего безудержного желания защитить их. Я несколько раз моргнула и услышала облегчённый вздох главного священника.

— Полагаю, теперь ты пришла в себя?

— Думаю, да.

Главный священник расслабился и достал из кармана носовой платок, чтобы вытереть рот, после чего убрал волосы с глаз. Этого оказалось достаточно, чтобы он смог вернуться к своему спокойному и беспристрастному выражению лица, словно ничего и не произошло.

— Теперь давай поговорим. Как ты и хотела.

— Значит ли это, что вы выслушаете все наши условия?

На мгновение главный священник нахмурился, а затем покачал головой и положил руку мне на плечо.

— Для этого ты должна будешь сперва взять под контроль свою бушующую магическую силу. Ты можешь это сделать?

Я глубоко вздохнула и сосредоточилась на жа́ре, который распространился по всему моему телу, толкая его в центр. Сделать это оказалось сложнее, чем я ожидала, и я чувствовала, что во мне накопилось гораздо больше пожирающего меня жа́ра, чем я предполагала. Или мне следует называть пожирающий меня жар магической силой?

Пока в моей голове кружились бесполезные мысли, мне удалось запихнуть всю свою магическую силу в воображаемую коробку внутри меня и плотно закрыть крышку. Сразу после этого силы покинули моё тело, и я стала падать, словно марионетка с обрезанными нитями.

— Осторожнее!

Главный священник подхватил меня, чтобы я не упала на пол.

— Майн!

— Ты в порядке?!

Главный священник передал меня родителям, бросившимся в нашу сторону. Мама слегка согнула колени, чтобы схватить меня и крепко обнять. Папа с беспокойством смотрел на моё лишённое сил тело.

— Всё хорошо. Моё тело просто не поспевает за изменениями температуры, после того, как жар отступил. Это происходит постоянно, и я всё ещё в сознании.

— С тобой всегда так? — с тревогой спросил папа.

Я слабо рассмеялась.

— Это редкость, когда мои эмоции выходят из под контроля, но полгода назад, когда я чуть не умерла от пожирания, я постоянно теряла контроль над жаром.

— Вот как…

Пока я разговаривала с родителями, главный священник встал, и начал раздавать приказы собравшимся служителям. Он велел им позаботится о главе храма и поручил подготовить комнату для переговоров с нами.

— Как только вы уложите главу храма в кровать, возвращайтесь в свои комнаты и отдыхайте. Вы, вероятно, сильно измотаны после того, как испытали на себе подавление от того, кто обладает столь большим количеством магической силы.

— Но главный священник, вы сами…

Беспокойство служителя было оправданным. Скорее всего, из всех присутствующих священнослужителей, главный священник был измотан больше всего. Мало того, что он встал между мной и главой храма, он ещё и говорил со мной, глядя мне в глаза.

— Главный священник… с вами всё в порядке? — спросила я.

Я вспомнила, как кровь текла из его рта. Он удивлённо посмотрел на меня и улыбнулся.

— Это наказание, которое я заслужил. Вполне естественно, ведь я молча наблюдал, как глава храма злит тебя, ребёнка с пожиранием, что каким-то образом сумел дожить до церемонии крещения.

Закончив раздавать приказы, главный священник подошёл к нам. По его изнурённому выражению лица и тяжёлому дыханию я поняла, что он устал.

— Главный священник, почему вы просто наблюдали за происходящим?

— Потому что я думал, что лучше всего, если бы ты присоединилась к храму без каких-либо условий. Я был жаден и искал лёгкий путь с наибольшим количеством наград. Я не ожидал, что твои родители, не смотря на то, что они простолюдины, решительно отвергнут приказы дворян, и я, конечно же, не ожидал, что они будут готовы отправится в тюрьму ради твоей защиты.

Главный священник покачал головой, на что папа слегка улыбнулся.

— Майн — моя дорогая дочь. Разве я не говорил этого?

После слов моего папы, главный священник взглянул на меня.

На его лице появилась сложная улыбка, словно он увидел что-то невероятно ослепительное, и он мягко похлопал меня по голове.

— Майн… честно говоря, я завидую тому, как сильно любят тебя твои родители, и как они заботятся о тебе. В этом храме множество тех, кого оставили родители, будь то сироты или благородные, мы не знаем подобного тепла.

В то время, когда моя жизнь переплелась с храмом, слова главного священника, сказанные в богато украшенной комнате, звучали очень грустно и глубоко засели в моём сердце.

\*\*\*

Поскольку главу храма уложили в его постель, то чтобы всё обсудить, мы перешли в комнату главного священника. По сути, она было точно такой же, что и комната главы храма. В ней использовалась такая же мебель, но не имелось по́лки с украшениями, и его стол был похоронен под горой дощечек и бумаг. Похоже, что всей важной работой в храме занимался главный священник.

На этот раз нам предложили сесть, так что я смогла в изнеможении плюхнуться на скамью. После этого мы приступили к переговорам.

— Вы назвали произошедшее «подавлением», верно? Можем ли мы узнать, что это такое? Глаза Майн сияли, словно радуга, а от её тела исходила бледно-жёлтая дымка…

Что?! Я понятия не имела, что со мной происходило нечто настолько странное! Радужные глаза?! От меня исходила дымка? Я была потрясена словами моего папы. Вот только никто больше не был удивлен, ведь я была единственной, кто не видел себя, а потому разговор продолжался нормально.

— Это явление, возникающее когда человек с магической силой теряет контроль над своими эмоциями. Магическая сила истекает из тела, наполняет пространство вокруг энергией и подавляет тех, кого человек считает врагами, оказывая на них огромное магическое давление. Подобное вполне обычно для детей, поскольку они плохо контролируют свои эмоции. Разве такого не случалось раньше?

Мои родители переглянулись, после чего задумались.

— Я несколько раз видела, как её глаза меняли цвет. В основном, когда она капризничала. Но ничего подобного не происходило. Она всегда успокаивалась после того, как я говорила ей, что не нужно капризничать.

Для моих родителей это было лишь обычными воспоминаниями, но вот при взгляде со стороны моя ненормальность казалась очевидна. Честно говоря, я думаю, что ребёнок, глаза которого меняют цвет, когда тот капризничает — весьма жуткий. Не было бы странно, если бы меня выгнали из дома. Я впечатлена, что несмотря на всё это, они заботились обо мне.

— Результат зависит от объёма магической силы, а это значит, что подавление, которое мы видели, являлось результатом того, что магическая сила Майн постепенно росла с годами. Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы она вновь не потеряла контроль над собой.

— Мои эмоции не выйдут из под контроля, если не случится чего-то действительно ужасного.

Я намекнула, что в произошедшем вина лежала на главе храма. Главный священник пристально посмотрел на меня и прищурился.

— Как известно, те, кто страдает пожиранием, обладают необычным количеством магической силы. Но всё же, я не ожидал, что твоей магической силы будет достаточно, чтобы подавление лишило главу храма сознания. Могу я спросить, почему ты до сих пор жива?

Я не вполне понимала, о чём он спрашивает. Я в замешательстве наклонила голову, на что главный священник пояснил.

— Чем больше магическая сила, тем сильнее должен быть разум, чтобы её контролировать. Честно говоря, слабый разум ребёнка, что не привык контролировать свои эмоций, обычно может выдержать лишь небольшое количество магической силы. Чем больше магической силы у ребёнка при рождении, тем раньше он умирает. А поскольку с взрослением магическая сила растёт, то дети с пожиранием, что смогли дожить до церемонии крещения, обычно имеют лишь небольшое её количество. Очень странно, что ты с таким количеством магической силы всё ещё жива.

— Вы правы, я должна была уже умереть. Но один добрый человек отдал мне практически сломанный магический инструмент, который и спас мне жизнь.

Первоначально Майн умерла два года назад. Если бы не помощь Фриды, то я бы умерла ещё полгода назад. Как и сказал главный священник, ребёнку с пожиранием было крайне сложно дожить до церемонии крещения.

— Я понимаю. Но почему ты не заручилась помощью такого доброго человека, чтобы подписать договор с дворянином? Без этого ты не сможешь выжить. Посколько ты этого не сделала, ты можешь присоединиться к храму, что хорошо для нас, но всё же, я нахожу странным такое твоё решение.

Казалось, что он был в замешательстве, вот только я разделяла схожие чувства.

— А разве есть смысл жить, будучи лишь вещью для дворянина? Я хочу остаться со своей семьёй. Я хочу читать книги. Я хочу делать книги. Для меня жизнь, которую я не смогу прожить так, как я хочу, не имеет никакого смысла. Это всё равно, что быть мёртвой.

— Так значит, ты желаешь прожить жизнь так, как сама того захочешь? Мне трудно понять такой образ мышления.

Главный священник медленно покачал головой, чтобы взять себя в руки, а затем, окинув взглядом меня и моих маму и папу, сказал:

— Майн, я бы хотел, чтобы ты присоединилась к храму. Это не приказ, а просьба.

— От одного торговца я слышала, что сейчас дворян стало меньше, и вам не хватает магической силы. Правда ли, что магическая сила влияет на урожай?

— Этот торговец хорошо осведомлён. Но об этом лучше поговорить позже.

Похоже, что та информация, которую собрал Бенно, была верной. В таком случае недостаток магической силы окажет огромное влияние на регион.

— А разве вы не можете попросить других дворян помочь?

— Есть множество магических инструментов, работа которых должна быть обеспечена. В основном, это магические инструменты, что защищают основу города.

Я думала, что проблему можно решить, прибегнув к помощи других дворян, но похоже, что они заняты своими делами.

— Как ты могла видеть, глава храма не слишком приятный человек. Что до управления делами храма, то ими занимаюсь я. У ребёнка с пожиранием редко бывает столь много магической силы, сколько есть у тебя. Как я и обещал, я постараюсь сделать всё возможное, чтобы удовлетворить твои требования.

— Папа, полагаюсь на тебя.

Мы уже обсудили, что мне требовалось, так что я оставила проведение переговоров папе, главе нашего дома. Мама погладила меня по голове и сказала, что я могу поспать, если устала, но если я не буду пристально следить за ходом переговоров, которые определят моё будущее, то Бенно просто оторвёт мне голову. Облокотившись на спинку скамейки, я наблюдала за тем, как проходят переговоры между главным священником и моим папой.

— В таком случае вот наши условия. Поскольку вам нужна магическая сила Майн, то мы просим вас обращаться с ней так, как если бы она была дворянкой. Ни при каких обстоятельствах ей нельзя поручать работу служительниц в серых одеждах.

Главный священник кивнул на просьбу моего отца, практически не раздумывая.

— Я подготовлю ей синие одежды. Как и в случае с детьми дворян, её основная работа будет заключаться в заботе о магических инструментах. Всё же, это было то, что мы изначально намеревались сделать, если бы глава храма не устроил ту сцену. В таком случае, вас устроит, если я поручу ей заботу о магических инструментах и библиотеке, в которую она так страстно хочет попасть?

После того, как главный священник без каких-либо переговоров позволил мне посещать библиотеку, моя симпатия к нему сразу же взлетела вверх. Он казался холодным человеком, но на самом деле он был очень добрым. Он рисковал своей жизнью, чтобы остановить моё неистовство, он опытный руководитель, управляющий всеми делами храма, он читал мне священные тексты, он позволил мне посещать библиотеку, а также позволил мне посещать библиотеку, и в довершение всего позволил мне посещать библиотеку!

— Главный священник, вы очень хороший человек! — воскликнула я.

Я была невероятно тронута его словами, но, кажется, никто не понял моего восторга. Папа и главный священник лишь бросили на меня взгляд, и вновь продолжили обсуждение.

— Кроме того, мы обеспокоены тем, что ей придётся жить в храме, где мы не сможем её видеть, а потому мы просим, чтобы вы позволили ей жить дома, а в храм приходить лишь на работу. Мы не собираемся позволить кому-либо забирать Майн от нас.

— Действительно, Майн не сирота, а потому она может приходить на работу из дома. С этим не должно быть проблем, так как многие дети дворян остаются в своих домах.

— Кроме того, Майн слишком слаба и болезненна, чтобы работать каждый день. Как с этим быть?

Мама прикрыла мне рот своей рукой, чтобы я ничего не говорила, так что разговор шёл без меня.

— Ей не нужно заставлять себя, когда она больна. Но насколько я помню, Майн говорила, что когда она здорова, то ходила в лес. В таком случае, когда она не больна, не должно быть никаких проблем с её работой, верно?

Главный священник перевёл взгляд на меня, на что я покачала головой, расстроенная тем, что ранее болтала о том, о чём не следовало.

— Даже когда я здорова, мне нужно, чтобы за мной присматривал Лутц.

— Лутц? Мальчик, который приходил за тобой на днях?

— Да. Он следит за моим здоровьем. Без него я никуда не хожу, чтобы не свалиться где-нибудь в обморок, и не подхватить лихорадку. Мне нужен кто-то, кто бы следил за моим здоровьем и помогал мне.

Прежде чем я смогла продолжить и сказать, что смогу приходить на работу только тогда, когда это будет удобно для Лутца, главный священник понимающе кивнул. Ничего не говоря, он принялся что-то записывать на лежавшей недалеко от меня дощечке.

— Другими словами, тебе нужны слуги. С этим не возникнет проблем, так как каждому священнику в синих одеждах назначаются несколько слуг.

Подождите… Эм-м, слуги? Несколько? Мне это не нужно.

— Вы всё ещё не согласны, чтобы Майн присоединилась к храму? У вас есть какие-либо ещё условия?

Пока я не знала что ответить, главный священник перевёл взгляд с меня на моих родителей. Можно было не сомневаться, что он шёл на значительные уступки. Бенно был прав, говоря, что они захотят, чтобы я во что бы то ни стало присоединилась к храму.

— Главный священник, сейчас я зарегистрирована в торговой гильдии. Могу ли я продолжить заниматься своей мастерско́й?

— Хм-м… В подобном нет необходимости для тех, кто служит богам. Во всяком случае, так бы сказал глава храма.

Главный священник впервые проявил своё неодобрение нашего условия. Он нахмурил брови и задумался. Я решила попробовать договориться, воспользовавшись тем, чему меня научил Бенно.

— Но я давно работаю в своей мастерско́й. Для меня это важный источник дохода. Здесь есть приют, верно? Я могла бы дать сиротам работу и платить им, или же отдавать часть своей прибыли в храм. Разве мы не можем прийти к какому-нибудь соглашению на этот счёт?

В отличие от главы храма, который, вероятно, не задумываясь ответил бы «нет», главный священник управлял делами храма и очень хорошо знал о состоянии финансов. Бенно говорил, что с уменьшением количества дворян, храм получает меньше пожертвований, а потому будет искать другие источники дохода.

Пока я ждала ответа главного священника, то услышала как он печально пробормотал: «Как же много она знает?», потирая свои виски́.

— Хорошо, позже мы обсудим твою прибыль и какую её часть ты посвятишь храму. После этого я вынесу окончательное решение на сей счёт. В настоящее время, у меня недостаточно сведений о твоей работе.

— Поняла. Мы можем поговорить о деньгах в другой день, включая моё первоначальное пожертвование.

Мне действительно не хотелось говорить на глазах у моих родителей о том, сколько у меня было денег. Главный священник заметил это и приподнял бровь, но затем окинул взглядом моих родителей и ничего не сказал.

— Есть ли другие условия?

— Нет. Если к Майн будут относиться как к священнице в синих одеждах, она сможет остаться дома, и ей придётся работать только в те дни, когда она здорова, то как родитель, я не могу возражать.

— Очень хорошо. Майн, приходи в храм через месяц. Нам понадобится время, чтобы подготовить тебе синие одежды и прочее.

Главный священник махнул рукой, давая нам знак покинуть комнату.

\*\*\*

Когда мы покинули храм и увидели над окружающими храм высокими стенами чистое голубое небо, то почувствовали лёгкость, словно груз упал с наших плеч.

Мы пошли домой. Папа нёс меня на руках. Некоторое время мы шли ничего не говоря, но когда увидели площадь, означающую, что мы вернулись в нашу часть города, папа пробормотал:

— Все закончилось…

— Да.

— Мы победили? — недоверчиво спросил он.

Я уверенно кивнула и ответила ему с широкой улыбкой:

— Мы одержали огромную победу. Мама, папа, спасибо, что защитили меня.

Ко мне наконец вернулись силы, и я победоносно сжала кулак и согнула локоть, на что папа одарил меня своей обычной улыбкой и, поддерживая меня одной рукой, другой сжал кулак.

— Но разве это не ты была той, кто защитил нас? Этим своим подавлением.

— М-м-м, я так разозлилась, что моя магическая сила стала неи́стовствовать. По правде говоря, я не очень хорошо помню, что именно произошло.

Я хихикнула и легонько ударилась своим кулаком с кулаком папы.

Они приняли все наши условия, а денежный вопрос был предметом переговоров. Если я проконсультируюсь с Бенно и заранее разработаю план, то не смогу проиграть.

— Сейчас мне стало немного спокойнее. Думаю, раз рядом с тобой будет главный священник, то всё должно быть в порядке, — сказала мама.

Услышав её слова, я в замешательстве наклонила голову. Главный священник определённо был способным человеком, но я не особо понимала, из-за чего именно маме стало спокойнее.

— Разве он не остановил тебя, когда ты пришла в неистовство? Тебе нужен кто-то, кто мог бы удержать тебя, когда ты теряешь контроль над собой. Я бы переживала, если бы что-то произошло, отчего твоя магическая сила вышла из под контроля, а рядом не нашлось бы никого, кто бы мог остановить тебя и хорошенько отругать.

Чего и следовало ожидать от моей мамы. Она хорошо меня знала. Весьма вероятно, что главный священник будет постоянно читать мне наставления с негласного одобрения моей мамы.

— Он, вероятно, будет часто злиться на меня.

Озвученные мной ожидания рассмешили папу и маму. Подумав, что я могла никогда не увидеть этого их смеха, если бы не смогла остановить главу храма, я с облегчением вздохнула.

Я счастлива, что всё получилось. Мой приступ ярости не был ошибкой. Мне стало спокойней от осознания того, что все в безопасности. Тем временем, мы покинули главную улицу и свернули в узкий переулок, ведущий к нашему дому.

Тули ждала нас у колодца. Она ходила вокруг него, явно показывая, с каким же нетерпением она ждала, когда же мы вернёмся. Видя эту картину, я не могла ни улыбнуться.

— Тули!

— Майн! Ура! Вы вернулись!

В тот момент, когда Тули заметила нас, то бросилась бежать к нам, наступая на растущие у колодца сорняки. Папа опустил меня на землю, встав так, чтобы я могла прислониться к нему спиной. Он был готов к тому, что Тули бросится обнимать меня.

— Майн, с возвращением! Я так волновалась!

Тули, со слезами на глазах, улыбнулась мне, на что я улыбнулась ей в ответ.

— Тули, я дома!