Обожженный листок

Но вообще я не замечаю в себе каких-то перемен. Слегка раздражен – из-за голода. Голод, знаете, редко пробуждает любовь к миру, так что загадка невелика.
    Да, да. Я в курсе, что это медицинские требования, которые когда-то кем-то придуманы ради нашей же безопасности. Важный момент – когда-то и кем-то. Может, в те времена люди переживали двадцать два часа без крошки во рту с куда большей стойкостью, однако вот я, к примеру, заинтересован в полноценном питании. Неужели потому, что каждый день рискую жизнью по приказу?
    Не знаю, как обозначать сарказм на письме; подчеркну волнистой линией.

Участие в этой исследовательской программе тоже не было моим выбором. Тут никто не выбирал. Ответьте мне, добрые доктора, объективно ли ваше «изучение гнева», когда подопытных по указке командира просто собрали в кучку и закрыли в дальнем крыле лазарета – с хрипящими водопроводными трубами и дикими сквозняками? Да это же идеальные лабораторные условия – никаких неблагоприятных факторов!
    У меня-то с контролем гнева все в порядке. Холодная боевая ярость, которая сворачивается змеей где-то в районе солнечного сплетения, готовая ударить в нужный момент. Никакого неуправляемого бешенства.
    А вот за остальных беспокоюсь, мы все только недавно вернулись из старого города и не успели отдохнуть как следует. Вот так, воротнички, представьте себе: пребывание в четырех стенах, сон на жесткой койке и вынужденная голодовка к отдыху не располагают.
    Пойду разомнусь, скоро рычать начну. От безделья.

Я здесь. И знаете, что мне больше всего непонятно? Непонятно, как человек, пробывший в гарнизоне два месяца, мог быть назначен моим командиром. Мне прекрасно известно, что вы будете это читать – а никуда не денетесь, это входит в ваши обязанности. Но со мной все в порядке, поэтому послушайте, что не в порядке с нашим офицерским корпусом.
    Два года в академии не дают ему никакого права командовать боевым ветераном. Какие он там навыки получить мог? Чистописания? Столового этикета? Лизания задниц? Вот по этой дисциплине он был круглым отличником, иначе с чего бы такой стремительный карьерный рост. Честное слово, я пару раз проигнорировал его приказы не потому даже, что они были идиотскими (а уж они-то были, поверьте), а потому что банально не разобрал отдельных слов в этом медовом голоске. Теперь томный полушепот у нас – показатель спокойствия? Как мужественно.

Он хочет избавиться от нас. Особенно от меня, ведь я могу нанести наибольший урон его «авторитету». Отсюда и вся недавняя беготня с управлением гневом, с проверками на одержимость. Только в академии могли такое придумать – ясное дело, опытный дозорный ведь не заметит, если в него вселится огненный демон, тут нужна руководящая длань с кафедры. Мы же тут все дети неразумные, одержимость от несварения не отличим.
    А может, это банальное отмывание денег? И правда, кто будет считать траты во благо науки! Кто выступит с критикой властей, когда обыватели трепещут в страхе! И кто усомнится в реальности демонов, если с каждым днем доклады все драматичнее…
    Мне надо многое обдумать. Я умнее и сильнее, чем вы рассчитывали, и я начинаю понимать, что стоит за всем этим.

Твари. Ненавижу. Ненавижу вас.
    Вас всех нужно собрать и сжечь, никак иначе. Вы – угроза для человечества, вы подвергаете опасности лучших из нас, прячете истину в фальшивых отчетах о каком-то инфернальном вмешательстве. Рыба гниет с головы, и самый верный способ избавиться от гнили – дать волю очистительному пламени.
    Я бы мог заняться этим сам. Да, я бы мог.
    Огонь подвластен мне.