Письмо мистеру Смиту

**Письмо мистеру Смиту** (The Message to Mr. Smith) - текст, опубликованный Чжан Цзин в социальной сети Weibo в 2030 году. Чжан Цзин утверждала, что это один из расшифрованных текстов, найденных на компьютере Маркуса Бёрджесса. Он был якобы создан в сентябре 2020 года, незадолго до бегства Бёрджесса из Китая в США. Десятилетнюю задержку с публикацией она объясняла тем, что только в 2029 году в КНР появились квантовые компьютеры, способные взломать криптостойкий алгоритм шифровки файла.

От имени Бёрджесса было немедленно опубликовано опровержение, но установить его подлинность невозможно, как и подлинность оригинального текста. Тем не менее, этот документ сообщает важные детали об истории императорского дома Евразии и не противоречит другим имеющимся у нас сведениям. Так, бывшая императрица Констанция в интервью 2032 года подтвердила, что информация о генетических особенностях её бывшего мужа императора Вячеслава верна.

Ниже даётся перевод полного текста документа.

## Письмо мистеру Смиту

Дорогой мистер Смит,

Благодарю за быстрый и любезный ответ на мой вопль о помощи. К сожалению, я не совсем понял смысл — РЕАЛЬНЫЙ смысл — фразы «мы постараемся сделать всё возможное». Пожалуйста, поясните. ЦРУ всё-таки СДЕЛАЕТ всё возможное, чтобы вытащить меня из Китая, или ПОСТАРАЕТСЯ сделать?

В контексте ваших предыдущих слов о том, что я сам виноват в моих проблемах, и что операция по моему спасению грозит какими-то сложностями в американо-китайских отношениях – у меня есть сильнейшие опасения, что вы не очень-то заинтересованы стараться.

Поэтому сейчас я подстегну ваш интерес.

Да, шантажировать ЦРУ – одна из худших идей, какие могут прийти в голову кому бы то ни было. Но мне нечего терять. Я был в здешних тюрьмах и видел, что там делают с людьми, куда меньше моего провинившимися перед китайским правительством. Я знаю, что по моему следу идут. Моя афера с препаратом В3 скоро раскроется. Когда меня начнут допрашивать, я заговорю. И хотя меня будут спрашивать о другом, я расскажу им и эту историю:

В 2000 году, когда я только начал работать в SequenceMe, мне попался интересный случай. Сейчас объясню на пальцах. Все знают: у мальчиков хромосомы XY, у девочек ХХ. Но мальчика делает мальчиком не вся Y-хромосома, а один её конкретный ген под обозначением SRY. Так вот, в исключительно редких случаях этот ген при оплодотворении перескакивает с Y-хромосомы отца на его же X-хромосому, а та рекомбинирует с X-хромосомой матери. В итоге плод получает женский набор из двух Х-хромосом, но одна из них несёт мужской ген SRY. Это называется синдром де ля Шапелля. Редчайшая, довольно плохо изученная мутация.

Я заглянул в историю болезни. В анонимизированной форме она была мне доступна. Пациент был мальчик 10 лет, причина обращения – незначительное отставание в развитии. Причиной мог быть синдром де ля Шапелля, а мог и не быть. Ничего толком неизвестно. Тем не менее, я примерно знал, что скажет родителям врач, если я дам положительное заключение:

– В генетическом плане ваш ребёнок — девочка. Фенотипически он развился как мальчик из-за дефекта одной из Х-хромосом. Мы пока не знаем, как это проявится в период полового созревания. Вероятно, оно будет заторможено. Хромосому исправить нельзя, но могут помочь гормональные инъекции. Далее, мы не знаем и того, будет ли ваш сын бесплоден. Скорее всего да, но не исключено, что нет. Если он будет способен зачать, то ребёнок унаследует либо нормальную Х-хромосому – и тогда родится здоровая девочка, либо дефектную Х-хромосому – и тогда уж как повезёт. Вам повезло. Ваш ребёнок в целом здоровый, отставание в развитии не критичное, оно выправится. Но при синдроме де ля Шапелля нередко бывают тяжёлые врождённые патологии. Нет никакой гарантии, что с внуком повезёт во второй раз.

Так сказал бы врач при положительном заключении с моей стороны. Но. Фокус в том, что я не собирался давать положительное заключение. Синдром де ля Шапелля настолько редок, что результат анализа скорее всего был ЛОЖНОположительный. Ложно! Вероятность ошибки, даже после двух перепроверок, была выше, чем вероятность реального дефекта. Не буду грузить вас теоремой Байеса, но поверьте, у нас есть точные методы оценки этих вероятностей. Вот так я в своём заключении и написал.

Через неделю меня вызвал мой босс Пит, и, почему-то глядя в стол, попросил:

– Маркус, перепроверь ту историю с де ля Шапеллем. Мне кажется, там всё-таки должен быть истинноположительный результат.

Я был ещё молод и наивен. Я не сразу понял, почему Пит глядит в стол. Я уверенно ответил, что даже после двух перепроверок байесовская оценка не позволяет исключить ложноположительный результат. Тогда Пит поднял взгляд на уровень бейджика на моём белом халате и повторил с нажимом:

– Результат ДОЛЖЕН быть истинноположительным. Мне пофиг, как ты это посчитаешь. Мы с тобой хорошо поняли друг друга, Маркус? Мы всё ещё на одной волне?

Повторяю, я был молод и наивен. Я всё ещё верил, будто фальсификация результатов — вопиющее нарушение научной этики, а не рутинная, неизбежная часть нашей работы. Я сказал:

– Нет, Пит, я тебя не понял. Мне показалось, будто ты предлагаешь что-то типа фальсификации. Но это, конечно, не так?

Тогда Пит наконец посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

– Маркус, я считаю тебя очень перспективным специалистом, поэтому не уволю прямо сейчас, а объясню всё как есть. Отец мальчика – очень крупный иностранный политик, и вся эта история на контроле у ЦРУ. Этим ребятам позарез нужен истинноположительный результат, а это не те люди, с которыми можно ссориться. Особенно когда речь идёт о национальных интересах США – а тут, как мне сказали, именно такой случай. Иди, пожалуйста, Маркус, перепроверь в третий раз, и больше никогда, никогда не вынуждай меня к таким объяснениям.

Что ж, я всегда был тряпкой. Я пошёл и выдал заключение, которое от меня хотели. Но я сделал кое-что ещё.

Фальсификация результатов — нарушение научной этики и правил компании, а раз уж начал нарушать, то глупо останавливаться на первом шаге. Я не имел права знать имена пациентов. Теоретически я вообще не имел доступа к базе данных с именами. Но был 2000 год. Люди придумывали пароль «1234», писали его на стикере и приклеивали к своим ЭЛТ-мониторам, или засовывали как закладку в книгу «Жёлтые страницы: Все 10,000 сайтов Всемирной Паутины». Мне не составило труда войти в базу и посмотреть имя. Мальчика звали Вячеслав, а его отца – Алексей Козлов. Император Евразийской Империи.

На этом, дорогой мистер Смит, история заканчивается и начинаются мои размышления.

Сейчас Вячеславу 30 лет. Он выглядит как вполне нормальный мужчина. Возможно, гормональная терапия сработала? Но он уже 11 лет в браке и не имеет детей. Он бесплоден? Или сознательно предохраняется, чтобы не произвести урода? Причина бездетности в том, что у него реально де ля Шапелль? Или в том, что ему сказали, будто у него де ля Шапелль?

Вячеслав — второй в очереди наследования престола после Юрия. Я читал в «Нью-Йорк Таймс», что между Юрием и Вячеславом идёт борьба за наследство, и что Юрий вроде как проамериканский либерал и хороший парень, а Вячеслав совсем даже наоборот. То, что у Вячеслава нет детей, ослабляет его позиции, не так ли? И это хорошо для США, правильно? А что будет, если китайцы узнают от меня, что ситуация несколько сложнее? Что для Вячеслава, возможно, не всё потеряно? Не захотят ли они поделиться этой информацией со своими евразийскими друзьями? И что будет, если Вячеслав узнает? Если узнают его сторонники?

Короче, вытаскивайте меня отсюда, мистер Смит.

С уважением,

д-р Маркус Бёрджесс.