Племя

## Общественный строй

Известно, что карелы жили большими семьями, состояв­шими из нескольких поколений. Браки внутри такой семьи не допуска­лись. Группа семейств, связанных между собой брачными отношениями, образовывала родовую общину —**кихлакунту**. Несколько кихлакунт объединились в **маакунты**, т. е. земли или области. Во главе маакунты стоял **кунингас** — старший в племени, однако он не имел единоличной власти, и некоторые вопросы (судебные и другие) обсуждались на собрании (**ка-ряят**) всех взрослых членов маакунты.

Можно думать, что карелы миновали развитый рабовладель­ческий строй, хотя археологические находки, «Калевала», данные топони­мики (например**,Ориенлахти — залив рабов**, **Ориенсаари — остров рабов)** свидетельствуют о существовании рабства.

**Религиозная знать**

Помимо образа noita (колдуна), средневековые карело-финские руны содержат изображения близких к нему arpoja («знахаря», упоминаемого в древнерусских грамотах как «арбуй») и карело-финского velho (волхва, колдуна). Первый из этих терминов встречается в грамоте архиепископа

Макария, где в 1534 г. он пишет о язычестве карел: « . . . У которые жены дитя родитця и они деи наперед к тем своим родильницам призывают тех же скверных арбуев, и те деи арбуи младенцем их имена нарекают свойски, а вас деи игуменов и священников они к тем своим младенцам призывают после».77 Прямой иллюстрацией к этой грамоте архиепископа может служить следующий отрывок финско-ижорской руны, в котором появляются как термин «арбуй», так и «волхв»: Anteroi ylemmais poikoi Антеро знатный парень, Mani velhoille Vennoon, Пошел к волхвам из Венно, Alla linnoin arpoillen. Шел к арбуям под город.

«Которые жены дитя родитця и они деи наперед к тем своим родильницам призывают тех же скверных арбуев, и те деи арбуи младенцем их имена нарекают свойски, а вас деи игуменов и священников они к тем своим младенцам призывают после».»

**Народное собрание**

Киряят

**Военная власть**

Валиты

**Военная демократия** (англ. *military democracy*) — догосударственная форма организации исторических обществ, которые находились в состоянии постоянного военного конфликта со своими соседями. Эта форма общественной организации характеризуется избранным (и, следовательно, сменяемым) военачальником, Народным собранием свободных, избирающих его, и Советом старейшин. Право голоса имеет только тот, кто носит с собой оружие. Военачальники набираются не по критериям кровного родства или племенной принадлежности, а на основе их военных заслуг и за их безусловное повиновение верховному вождю. С другой стороны, старая племенная знать родового общества в значительной степени лишена власти в этих обществах.  Таким образом, можно сказать о том, что управление обществом осуществлялось на уровне рода — старейшинами. Объединение родов, да и племен могло происходить только на сакральной основе, а «князья» были лишь военными предводителями, иногда, возможно, одновременно и главами родов.

**Старейшины**

Во время разложения первобытно-общинного строя и в период становления феодальных отношений **кунингасами** у древних карел назывались родо-племенные старейшины, сохранявшие права на владения рода и закреплявшие за собой родовые собирательные имена-эпонимы: Ильмаринен,Куллерво, Вяйнямейнен, Лемминкяйнен и другие, так как в сознании людей карело-финского средневековья они продолжали представляться именами их могущественных предков.

## Поселения

В карельской избе сохранились традиции северной деревянной архитектуры. Жилищами древних карел служили полуземлянки. Они имели шалашеобразные перекрытия из жердей, покрытые ветками или кожами зверей. Посередине имелся очаг из камней, вверху было отверстие для дыма. Летом пищу готовили на улице, возле летнего шалаша.

Появление и распространение железа привело к созданию железного топора, вместо каменного. Это значительно изменило жилище. Сперва появились четырехугольные столбовые постройки, а потом срубные. В первое время строили без окон, потолка и пола. Обходились без гвоздей /железа было мало/ - все соединения отдельных частей сруба выполнялись различными хитроумными плотницкими приспособлениями из того же дерева. Крыши были безстропильными

Глиняные печки появились в первом тысячелетии н.э. Они были без труб и дымоходов, и весь дым шел в жилище. В русских избах дым выходил через “волоковое” оконце в передней избе, “протягиваясь” через все помещение. Карелы устраивали отверстие в потолке над печью. В русских избах печи ставились “лицом” к передней стене. У карел устье печи располагалось в сторону боковой стены и дым частично мог выходить в находящуюся рядом дверь. Окна изб затягивались “бычьим пузырем” вместо стекла. Такие избы были у карел когда они жили на своей прародине в Приладожье и когда переселились в Тверской край. В Толмачах сохранились два старинных дома с безстропильными крышами.

## Одежда

Женская одежда со стояла из рубашки, сшитой из двухниточной шерстяной ткани, с разрезом впереди, края которого украшались каймой, верхней одежды типа длинной юбки из двух полотнищ плотной шерстяной четырехниточной ткани, сшиваемых сверху и под рукавными вырезами. Согласно другому предложенному Швиндтом варианту, верхние концы заднего полотнища перекидывались на передние, слегка касаясь друг друга, и на предплечьях скреплялись овально-выпуклыми фибулами. В качестве обшивки краев применялась светлая или ярко окрашенная шерстяная ткань либо фасонная лента.

Для передников употреблялась толстая, чаще всего четырехниточная, шерстяная ткань, края которой украшались спиралями из медных сплавов и бахромой. Наплечная накидка из четырехниточной ткани, согласно Т. Швиндту, тоже отделывалась по краям бахромой. Накидка крепилась под грудью застежкой. Платок из той же ткани, что и юбка7

свисал с головы, где крепился сюкерё.Юбка из Кекомяки-1б почти белая, окаймленная красно-черной узорчатой тесьмой, передник темно-серый или черный с широкой полосой бронзовых крестиков, головная накидка синяя. В той же могиле на другом женском костяке, сообщает П.-Л. Лехтосало-Хиландер, юбка выдержана в темно-коричневых или черных тонах, окаймлена сине-красно- желтой тесьмой. Наплечная накидка и передник со спиральками серые.Для мог. 5 характерна иная цветовая гамма: юбка, украшенная двухцветной каймой, наплечная накидка с бахромой и головной платок темно-коричневые, передник синий с красивой, как и в предыдущих случаях,полоской из металлических крестиков. Исследовательницей подмечено налобное украшение из спиралек, однако возможно и другое предположение (по аналогии с западнофинскими могильниками) — спиральки могли украшать головной платок. Юбка из мог. 6 этого же памятника, вероятно, светло-серая, украшенная жгутом, наплечная накидка серая,передник, видимо, синий. Головной платок, согласно осуществленному в музее анализу, выкрашен синим индиго.

Финляндскими учеными оставлено без внимания присутствие в некоторых погребениях типичных для мужских захоронений частей ременных украшений. Эти детали не были чужды и женскому костюму. В Кекомяки-1 на умершей обнаружено поясное кольцо, в Кекомяки-5 на обоих женских костяках зафиксированы концевая поясная пряжка и ременные детали (какие именно, не выяснено из-за значительной коррозии изделий).

Кроме того, в женских погребениях этого могильника (1, 5, 6)встречены остатки льняных, возможно нательных, рубашек.Женские погребения могильника Ховинсари дают еще большее разнообразие. В Ховинсари-1 (1888 г.) среди украшений одежды отсутствуют Ф-образные пронизки и фартук со спиралями, но зафиксированы остатки головного платка, наплечной накидки и юбки. В другой могиле Ховинсари-1 (1886 г.), возможно, были и наплечная накидка, и головной платок, но передник отсутствовал. На поясе обнаружена В-образная пряжка. В Ховинсари-3 (1886 г.) найден передник, подол которого украшен бахромой и спиральками, на поясе — лировидная пряжка, но погребениеповреждено и при реконструкции одежды не может браться в расчет.

Отмечены некоторые отклонения в способах застегивания наплечной накидки. Так, например, в нескольких захоронениях Карельского перешейка (и в Туккала-16) наплечная накидка крепилась на середине груди; в Кекомяки-6 — в области левого плеча; в Туккала-26 — на правом плече.

Для реконструкции мужской одежды слишком мало данных. Она, видимо, включала шерстяную или льняную рубашку, похожую на женскую, скреплявшуюся маленькой застежкой, почти всегда серебряной, изредка позолоченной. Кафтан шился из валяной шерсти и на груди украшался крупной фибулой. Пояс был кожаным с железными или бронзовыми пряжками, к нему подвешивались нож в чехле, огниво, брусок. Обувь восстановить не удалось — слишком маленькие обрывки извлечены из погребений.

У древних карел практиковалась аппликация, когда бронзовые спиральки, нанизанные на нить (в новгородской Карелии чаще всего использовались ссученные вместе конская и шерстяная нити) и сгруппированные в композиции, нашивались на ткань.

## Украшения

Нагрудные украшения состояли из овально-выпуклых фибул (крепились на плечах) и цепедержателями, между которыми располагали пронизки в фрме буквы "Ф". Через них пропускали шнур, концы которого крепились к верхнему и нижнему украшению. К ушкам Ф-образных пронизок подвешивали треугольные, ромбовидные, сердцевидные украшения, в форме бубенчиков и лапок водоплавающих птиц, которые характерны также для перми вычегодской. Железные цепи и спиралевидные держатели цепей заканчивались с правой стороны копушкой, с левой - ножом с рукоятью в ножнах. Ворот скреплялся фибулой. Темно-серый передник украшался широкой полосой из медно-бронзовых спиралей, составляющих сложные композиции. Это оригинальное украшение характерно и для северо-западного Приладожья, и для Финляндии. Синий платок крепился с помощью застежки "секерё" и подковообразной фибулой карельского типа. Пальцы украшали перстнями. Среди мужских украшений - небольшая застежка у ворота, фибула служила застежкй для кафтана. К кожаному поясу крепились железные и бронзовые пряжки, нож в чехле,  кресало, брусок. Носили также ленты из бересты, обтянутые тканью, с нашивками из позолоченного серебра и крестообразной подвеской в центре. Для древнекарельской культурны характерны ножи с рукоятками с орнаментом, в кожаных ножнах, украшенных железными и бронзовыми пластинками.

Головные украшения — **серебряные застежки (сюкерё)** — сделаны из тонких проволочек в петлеобразной технике; их три поперечные косички тоже сплетены из серебряных проволочек. Концы застежек, полые и гладкие, заканчиваются петлями. На иглу со спиральной головкой иногда подвешивалось дополнительное проволочное украшение с закрученными внутрь концами.

Еще ранее была подмечена тенденция к постепенному увеличению размеров изделий. Действительно, подвески из Рауту, Рантала (Финляндия) имеют диаметры 3.4—4.4 см, из клада Рантуэ — 3.9 и 5.5 см. Изделие из Кекомяки достигает в диаметре уже 6 см.

Тенденция к укрупнению особенно отчетливо проявляется у эстонских находок. Например, нагрудные бляшки X V I—XVII вв. в диаметре доходят до 12 см. Э. Ю. Тыниссон писал о них: «Нагрудные бляшки получают в Эстонии широкое распространение в особенности с 13 в. Возможно, что их прообразом были монеты-подвески. Но в появлении украшений этого типа несомненно сказались и внешние влияния. Подобные нагрудные бляшки характерны также для древнего населения Финляндии и Карелии. К тому же они нередко имеют такой же орнамент, как и эстонские бляшки. Из этого нельзя,однако, еще заключить, что нагрудные бляшки оттуда проникли в Эстонию.

**Круглые выпуклые фибулы**-Круглые, слегка выпуклые застежки изготовлялись из серебряного листа. К нижней части припаивалась, в редких случаях приклепывалась, петля обычно в виде стилизованной головы животного, с продетым в нее кольцом, с которого (зафиксировано в нескольких случаях) свисала металлическая цепочка, иногда — шерстяной шнур. На внутренней стороне сохранились следы иглы и иглодержателя из бронзы или серебра плохого качества (их нетна подвесках, найденных в древностях Ижорского плато, эстонских и лапландских). По контуру броши шли три ободка: первый (от края) в виде напаянного дрота («бусинный» дрот); второй более широкий с косой насечкой; при переходе к выпуклой части — третий, гладкий. Центральная сферическая часть покрывалась разнообразными, чрезвычайно редко повторяющимися орнаментами, представлявшими собой сочетание разнородных элементов и художественных традиций. Контур рисунка резко выделялся на фоне покрытой гравировкой и пуансонным орнаментом гладкой поверхности, благодаря чему достигались контрастность и художественный эффект. С этой же целью, т. е. для усиления восприятия центрального, основного, узора, применялись чернь и позолота. Судя' по ритмичности гравировки, мастера-торевты использовали различные штампы. Все перечисленные технические особенности присущи фибулам как Северо-Западного Приладожья и Юго-Восточной Финляндии, так и материковой Швеции и Готланда.

Круглая брошь носилась женщинами на груди у ворота рубашки между овально-выпуклыми фибулами. В женском погр. Туккала-26 она соединялась цепочкой, свисавшей с кольца, прикрепленного к нижней части изделия, с цепедержателем под овально-выпуклой фибулой на правом плече погребенной.

Фибулы,с орнаментацией,напоминающей клешню рака.

**Подковообразные фибулы**

Подковообразные фибулы карельского типа исполняли определенную функцию в женском костюме. В пяти погребениях встречены фибулы обоих типов. По трем хорошо сохранившимся захоронениям выясняется, что пластинчатые фибулы использовались для прикрепления головного платка,выпуклые — наплечной накидки.

Еще в двух комплексах пластинчатые фибулы применялись и как головные, и как наплечные.В мужском костюме для застегивания верхней части одежды применялись некоторые типы подковообразных и кольцевидные фибулы. Серебряные круглые застежки, у которых половина дуги ложновитая с рядом мелких выпуклостей  встречены в мужских захоронениях Кекомяки-2 и 3, Ховинсари-8, Туккала-51. Разнообразны пластинчатые небольшие фибулы с узором из зигзагообразных линий,кружков, точек и без орнамента; для держания иглы на кольце сделана специальная выемка. Они известны на памятниках Ижорского плато, в которых датируются (по аналогиям) X II—X III вв. [66, с. 188], в Новгороде в слое конца X II в. [106, рис. 6, 2{, в курганах Олонецкого перешейка.29 Среди кольцевидных есть необычные серебряные экземпляры: фибула с изображением сцепленных рук из Суотниэми-1 [53, табл. 16, З],30 застежка с надписью «Ауе М апа О. Т.» из Кекомяки-1.31

Ажурная серебряная круглая фибула с орнаментом пальметта — единственное изделие из памятников летописной корелы (Суотниэми-4), имеющее, согласно Э. Кивикоски, шведское происхождение.Наиболее распространенной категорией женских украшений являются парные овально-выпуклые фибулы.

Ф-образные пронизки  в женских нагрудных украшениях располагались между овально-выпуклыми фибулами и цепедержателями. Через них проходил кожаный шнур, один конец которого привязывался к верхнему украшению, другой — к нижнему. В некоторых случаях между Ф-образной пронизкой и цепедержателем помещались металлические цилиндрические бусины. К ушкам подвешивались миниатюрные украшения. Известно три типа:

I — пронизки с одной парой ушек (по одному с каждой стороны);

II — с двумя парами (по два ушка, одно под другим, с каждой стороны);

III — с большим числом ушек на одной стороне.

Пронизок типа I найдено 39 (рис. 23, 1—7). Население, по-видимому, не выработало определенного стандарта — встречено несколько вариантов изделий этого типа, отличающихся друг от друга некоторыми деталями.Первый вариант (5 экз.; рис. 23, 1) 42 — на стержне в виде гофрированной трубочки имеется два бочонкообразных утолщения, орнаментированных 8-образными завитками. Второй вариант (10 экз.) 43 — края и срединная зона цилиндрического стержня окантованы выпуклым жгутом. У некоторых экземпляров в центре пронизки помещен спиральный завиток (рис. 23, 2), у других на первой и третьей зонах — нарезной орнамент. У изделия из Туккала стержень бочонкообразный. У пронизок этого варианта сохра нились подвески треугольной формы, сердцевидной и в виде бубенчиков на восьмеркообразных звеньях цепочек. У экземпляра из Ховинсари-5 помимо сердцевидной подвески была еще круглая, с деградировавшим звериным орнаментом. Третий вариант (17 экз.; рис. 23, 3, 4) 44 — концы пронизки имеют вид шарообразных утолщений, края которых отделаны несколькими рядами жгутов, срединная часть цилиндрическая, гофрированная. На некоторых экземплярах утолщенные части украшались зигзагообразным узором. Подвесками служили изделия, своей формой напоминающие лапки водоплавающей птицы. Четвертый вариант (1 экз.; рис. 23, 5) 45 — в отличие от остальных образцов типа I у пронизки утолщение находится в средней части, а четыре напаянных шарика — у ушек, с которых свисали цепочки из одинарных колечек. У пятого варианта (2 экз.; рис. 23, 6) 46 концы цилиндрического стержня и середина оформлены парными жгутами. У шестого (4 экз., рис. 23, 7) 47 — концы и утолщения на стержне подчеркнуты жгутовыми полосами. Две пронизки — одна из них с двумя ажурными ромбовидными подвесками — не отнесены ни к одному из перечисленных вариантов,поскольку в публикациях .нет их изображений.

Цепи и их фрагменты из серебра, бронзы и железа встречены во всех женских погребениях. Как выяснилось по комплексам удовлетворительной сохранности, они соединяли нагрудные украшения, от которых спускались дополнительные отрезки цепочек с висевшими на концах копоушками,ножами и некоторыми другими предметами. Нагрудные цепи состояли из одинарных, двойных, тройных колечек различной толщины и диаметра.

Исследовательница приходит к заключению, что на Карельском перешейке использовались железные, ’а в могильниках Саво — только бронзовые цепи.**Копоушки** являлись неотъемлемой принадлежностью костюма древних карелок. Они крепились железной цепочкой к правой части нагрудного гарнитура (овально-выпуклая фибула—Ф-об-разная пронизка-цепедержатель) и спускались ниже пояса.

**Шумящие коньковые подвески** не получили широкого распространения в древнекарельской среде. Носились они на длинной цепочке, спускающейся от одного из нагрудных комплектов до пояса. К сожалению, коньковые подвески в большинстве происходят из разрушенных погребений.

Установлено, что в одном случае подвеска находилась с правой стороны нагрудного комплекта, в другом — как будто бы слева. Такое расположение характерно для всех финно-угорских захоронений, где украшения играли роль оберегов.

**Ножи** — наиболее распространенная и универсальная категория предметов. Среди них есть боевые ножи, бытовые и ножи с медными орнаментированными рукоятями в ножнах. Нарядные, искусно украшенные изделия находились, за редким исключением, в женских погребениях.Их прикрепляли к нагрудным цепочкам, свисавшим чуть ниже поясас правой или левой стороны (в 13 случаях местоположение не зафиксировано).

Медные рукояти

У других ножей были деревянные и костяные рукояти, украшенные серебряными и бронзовыми оковками. Иногда полая ручка ножа была с металлическим или деревянным заполнением, заканчивающимся петлей и кольцом.Ножи хранились в кожаных ножнах, украшенных орнаментированными бронзовыми пластинками. В верхней части боковых оковок имелось отверстие для подвешивания. Таким образом, нож в ножнах крепился к одежде дважды: через кольцо в верхней части рукояти и через отверстиев ножнах. Ножны древних карел, хорошо задуманные и прекрасно исполненные, производили парадное впечатление. Длина их от 13 до 20 см, средние размеры 14—16 см. Среди ножей есть ажурные, в виде сплошных оковок,89 украшенных растительным орнаментом и прочерченными линиями, выполненными гравировкой. И хотя используются одни и те же мотивы, одни и те же детали орнамента, композиционное построение различно.

У ножен кроме боковых пластинок есть еще и перехваты. Максимальное число перехватов — семь — сохранилось у ножен из Туккала, но чаще всего их было четыре-пять. Число перехватов от длины ножа не зависело.

## Оружие

**Мечи** - У него круглое навершие (6.5 см), железная рукоять (11 см), перекладина (длина 19.5 см, ширина 1.8 см), клинок (длина 82.7 см, ширина 5 см), ножны из дерева икожи. Такого же типа меч длиной 96 см обнаружен с правой стороны покойного в мог.

Перекладина, рукоять и навершие его железные, украшенные растительным узором из серебряного дрота. На конце меча сохранился ажурный бронзовый наконечник с остатками деревянных ножен, у которого центральные и боковые выступы одинаковой высоты. Орнаментирован ленточным плетением, по контуру — грубыми рельефными линиями. Судя по рентгеновским снимкам, сделанным в последнее время, оба меча из могильника Кекомяки идентичны. Орнамент (прямые линии, штрихи, спирали различного диаметра, образующие ленты аканта и пальметты, малый круг, лист и везду) на рукояти создан накладыванием серебряной нити и резко контрастировал с железным темным фоном. Этот способ инкрустации был известен в Центральной Европе уже в начале периода Меровингов.

В Финляндии (Сатакунта, Хяме и собственно Финляндия) мечи с длинной перекладиной и плоской круглой головкой — довольно обычный тип для периода крестовых походов (встречено около 20 экз.). Они появляются в конце 1000-х гг. и используются длительное время. Широко представлены и в древнерусских землях

Встречаются мечи Рейнского типа.

**Категория наконечников копий** в памятниках X II—XIV вв. немного численна. Втульчатый дамаскированный наконечник копья из Рокосина (был еще один, но информации о нем нет) датируется Ё. Леппяахо X II в. Длина его 33 см, ширина пера 3.6 см. Ржавчина в значительной степени повредила изделие, но исследователь полагает, что по краям наконечника имелась узорная стальная наварка.

Наконечников копий с длинной втулкой известно. Длина их от 26.8 (как раз такой наконечник копья найден в упомянутом погр. Ховинсари-1) до 37.2 см. Относятся к типу Ш А — по классификации А. Н. Кирпичникова [35, с. 14]. Тип Ш Б — длинные (36.4—48 см), узкие, почти пиковидной формы, наконечники копий X II—X III вв. — представлен шестью изделиями из могильников Карельского перешейка.

Широких и массивных наконечников копий (тип 1УА — по Кирпичникову) встречено 5 экз. Длина их 24.3—33.6 см, ширина пера 5—5.5 см, диаметр втулки 3.5 см. Вполне возможно отнесение таких копий к рогатинам [53, табл. 1 3 ,10]. К данному же типу примыкают наконечники копий с многогранной тульей — тип 1УБ (6 экз.). Великолепный образец найден в Рэткя (No 157) — широкий и мощный наконечник копья с короткой граненой втулкой, украшенной растительным орнаментом из серебряного дрота (приблизительная длина 27.5 см, тульи — 8.4 см, ширина пера 5.2 см, диаметр втулки 2.9 см; рис. 31, 7). Период использования копий типа IV (обоих вариантов) — X II—XIV вв. [37, табл. 1, 1—3 \.

Сулица длиной 22 см обнаружена в Ховинсари (No 160); время ее бытования довольно широкое.Вток высотой 7.6 см, диаметром втулки 2.2 см, с квадратным отверстием в верхней части выкопан на Паасо [53, табл. 10, 15\.; второй, с зауженным концом и овальным отверстием, — на городище Куркийоки (длина 9:8 см, диаметры втулки 2.2 X 2.9 см; рис. 31, 6). На памятниках Северо-Западного Приладожья наконечники стрел (11 экз.) зафиксированы в пяти мужских захоронениях (2 экз. — случай.Среди наконечников стрел из погребальных памятников выделяются три типа: срезни, листовидные и ромбические черешковые. Наиболее полна эта категория вещей на поселениях, и в первую очередь в Тиверске.

Первая группа — **срезни** Они представлены четырьмя типами.Подобные наконечники были, как правило, черешковые. Само их название говорит о том, что эти наконечники не были предназначены для прокалывания брони. Их широкая режущая кромка имела большую поражающую способность для незащищенного доспехами воина или лошади. Глубокие резанные раны, которые срезень мог нанести жертве, приводили к серьезным кровотечениям. Помимо плоских срезней (рис.2), были также и трехлопастные срезни. Известны случаи применения срезня также для охоты.

Первый, в виде расширяющейся к острию лопаточки без упора для древка включает семь образцов: пять с городища Паасо [53, табл. 10,2\, по одному из Тиверска [53, табл. 5, 7} и Куркийоки, — датирующихся X II—XIV вв. (последний, возможно, более поздний).К типу 66 — веслообразным срезням — отнесен экземпляр длиной 8 см (рис. 31, 9). Срезни в виде узкой, вытянутой лопаточки (тип 67; рис. 3 1 ,10) длиной 6.3 и 9.1 сми секторовидный длиной 8.5 см (тип 68) [53, табл. 5, 4, 5] датируются,согласно Л. Ф. Медведеву, X I I I —XIV вв. и занесены на Русь монголами [69, с. 751. По всей вероятности, тесные политические и экономические связи древнекарельского населения с Новгородом, который в свою очередь имел контакты с Золотой Ордой, обусловили появление южных типов стрел на западных рубежах Новгородского государства.

Вторая группа — **плоские черешковые наконечники стрел** (15 экз.);их шесть типов.К местным изделиям следует отнести два плоских ромбовидных наконечника.

С наибольшим расширением пера у острия и без упора для древка (длина 10.4 и 12 см, максимальная ширина соответственно 1.4 и 2 см; рис. 3 1 ,11,12). Один из них изготовлен по ранней технологии трехслойного пакета. К типу 33 — килевидные, вытянутые, с наибольшим расширением в средней трети длины пера — относятся два наконечника длиной 9.3 и 9.8 см (рис. 31, 13). По данным А. Ф. Медведева, они использовались в X II—X III вв. но присутствие их в Тиверске свидетельствует, возможно, о бытовании и в XIV в.

Третья группа — **граненые бронебойные черешковые наконечники стрел**. Появление их, считают оружиеведы, связано с распространением воинских доспехов (кольчуги, панциря и т. д.), против которых обычные стрелы были неэффективны. Два ланцетовидных ромбического сечения.

Черешок –стержень внутри, помогающий насаживать стрелу.

Бронебойные наконечники для поражения пластинчатых доспехов и кольчуги имели узкое хорошо заточенное массивное острие (рис. 3). Эти наконечники позволяли стреле глубоко ранить воина защищенного броней, но обычный деревянный щит они не пробивали, для этого служили, как описано ранее, долотовидные наконечники.

Бронебойные наконечники постепенно вытеснили срезни, ведь воины со временем стали носить все более совершенные виды защиты. Для того чтобы эффективнее пробивать броню, подобные наконечники имели в сечении форму ромба, либо креста.

Четвертая группа — **арбалетные наконечники стрел** (12 втульчатых,4 черешковых).

**Топоры**

Тип I (2 экз.) — секиры с широким, равномерно расширяющимся тонким лезвием, на концах которого отчетливо видна наваренная полоса из другого, чем сам топор, металлического сплава, с длинными щекавицами. Такие топоры свойственны памятникам X —XIV вв. Северной Европы; В новгородской Карелии секиры

найдены на памятниках X —XI вв.

Тип II (8 экз.) — топоры с прямой верхней гранью, двумя нижними щекавицами и пологим нижним вырезом (тип А — по А. Н. Кирпичникову). Аналогично вышеописанному типу, они встречались длительное время. В Юго-Восточном Приладожье датируются X —XI вв., многочисленные экземпляры в Финляндии — периодом викингов; топоры, собранные на памятниках летописной корелы 4 могли бытовать дольше.

Тип III (9 экз.) — топоры с оттянутым книзу лезвием и двумя парами щекавиц (верхние короче нижних). Этот тип был назван П. Паульсеном северо-восточнобалтийским (тип VI — по А. Н. Кирпичникову). Ранние экземпляры его появились в Центральной и Северной Европе еще в V III—IX вв., в Финляндии (около 60 экз.) использовались в период викингов и во времена крестовых походов В районе Миккели собрано 6 экз. (рис. 32, 2).5 К данному же типу относятся три топора,у которых есть треугольные выступы на нижней щекавице и на уступе бородки (рис. 32, 3),6 — готландский тип топоров 950—1050 гг. (по Пауль-сену). Однако, как видим, в Северо-Западном Приладожье он бытовал и в более позднее время.

Тип IV (7 экз.) — узколезвийные, колуновидные топоры с двумя парами щекавиц: верхние довольно короткие; нижние длинные, языкообразной формы (близки типу V III — по А. Н. Кирпичникову). На финляндских экземплярах между втулкой и лезвием, в самой узкой части, и на нижних щекавицах проходят поперечные линии. Из 70 топоров этого типа (20 более поздних) 14 имеют орнамент [174, 8. 117, АЬЬ. 876]. В могильниках летописной корелы помимо раннего боевого топора из Паасо встречено семьобразцов (рис. 32, 4, 7).8

Тип V (9 экз.; рис. 32, 5, 6) 9 — колуновидные топоры без щекавиц с трубообразным обухом (тип У Ш А — по А. Н. Кирпичникову) — позднее развитие только что рассмотренного типа. Их массовое распространение падает на X II—X III вв., но отдельные экземпляры доживали до XV в.[35, с. 40]. На некоторых изделиях в самой узкой части топора имеется орнамент из прочерченных линий (3 экз.).

Тип VI (1 экз.) — топорик-молоток с узким треугольным лезвием. Встречен в Тиверске [53, табл. 5, 24]. Близок изделиям типа I (поА. Н. Кирпичникову) X II—X III вв. и топору-чекану конца XIV в. изНовгорода [68, рис. 5, 2; 6, 2].

Как уже было доказано анализом огромного материала, боевые и хозяйственные топоры типологически не разграничиваются, разница между ними в размерах и весе. Каждый тип, за исключением VI, включал универсальные изделия, использовавшиеся в сражении и в разнообразной хозяйственной деятельности: земледелии, деревообрабатывающем ремесле,строительстве и т. д.