Урглом

Кто знает, по какой причине сила, что таилась в разуме Урглома была поглощена безумием короля Унылое Сердце? Некогда Урглом был чемпионом смертных из Лабиринта Разбрызганного Стекла, что в землях Улгу. Когда же извивы Лабиринтов были опустошены демонами Хаоса, Урглом не поддался зову Тёмных Богов - или смерти от рук их слуг - скрываясь во тьме и питаясь собственными сородичами. Долгие годы он охотился на любое существо, достаточно глупое, чтобы забрести в его владения, пока не попал под чары Омерзительного короля и его долгий путь погружения во мрак не завершился.

С той поры Урглом высоко поднялся при дворе короля Унылое Сердце, глубоко испив чудесным образом переплетённой крови Омерзительного и пережив наступившее затмение превращения в кладбищенского завсегдатая. Ныне он - лорд Рвущий Печень, верный слуга своего господина и надёжный надсмотрщик над Бойней.

## Тёмный голод

Омерзительный король-вурдалак Унылое Сердце и его последователи в поисках пищи обыскивали Отравленные леса в Гиране. Однако проклятые, больные земли раз за разом обманывали надежды протравленных, пока те разоряли одни руины за другими. И в конце концов голодные протравленные наткнулись на вражеские силы, идущие под знамёнами Тёмных Богов.

Двор Унылого Сердца был голоден. В поисках пищи он послал своего лорда Рвущего Печень, завсегдатая кладбищ Урглома, в дебри Отравленных лесов, но тому не удалось найти ничего для прокорма протравленных, кроме оставленных Тёмными Богами протухших останков. Некогда во Владениях Жизни пиры были обильны и вкусны, но не теперь. День за днём двор тёк через земли империи Ивородцев, но на их мангровых континентах находил лишь покрывших все пространства копошащихся ядовитых червей, что шептали бесчисленные имена Нургла. По Плавающим равнинам, где луга дрейфовали на тучах летающих насекомых, бродили Унылое Сердце и его двор. И здесь не нашли они ничего, кроме испорченных кормов, пропитанных опасной хворью и непригодных для королевского стола. Король понимал, что если его двор вскоре не найдёт пищи, то пожрёт сам себя.

Когда двор Унылого Сердца набрёл на Гнилодревую дорогу, вдоль вечно извивающегося пути которой выстроились ряды измученных деревьев, Урглом увидел вдали развевающиеся тёмные знамёна. Взметнувшиеся в небеса, кладбищенские живодёры Караула мёртвых вскоре вернулись с искажёнными вестями о хорошо укомплектованной вражеской армии, что двигалась им навстречу. Унылое Сердце не стал терять даром время и по его резкому приказу барон Жвачный и его патруль гулей ринулись вперёд, дабы устроить засаду.

Властелин Хадрак Тёмный Кулак вёл свою армию вниз по извивающейся дороге через гниющие разваливающиеся деревья, его хаоситская орда была обновлена недавней резнёй сильванетов в Оакадийских пиках. Ряд за рядом шли сверкающие полированным металлом доспехов воины Хаоса, отяжелевшие от награбленного, кровь-сок ещё не высохла на их жестоком оружии. За ними двигались рыцари, всадники внимательно оглядывали гниющие деревья, что выстроились вдоль извивающейся дороги. В хвосте колонны брели неуклюжие мутанты, которые тащили пару массивных святилищ войны, каждый осквернённый алтарь пульсировал от наполняющих его тёмных энергий.

Гончие властелина Хадрака были первыми, кто учуял гулей. Поначалу их рычание и тявканье было встречено затрещинами латных перчаток да пинками подкованных сапог, но постепенно их всё возраставшее беспокойство обратило на себя внимание Хадрака. Воины Хаоса, внимательно всматривающиеся в лес, успевали мельком увидеть бледные тела и красные глаза, что смотрели им в спину, пока, наконец, с громким шипением первая волна гулей не вырвалась из-за деревьев. Чистый голод наполнял их безумные глаза.

Будь его двор не столь голодным и уставшим, Унылое Сердце мог бы соорудить и более искусную засаду. Ныне же Омерзительный был вынужден смириться, что его воины рвутся в бой, и позволить им устроить потеху по их собственному разумению. Единственной его уступкой тактике стал приказ лорду Рвущему Печень перекрыть врагу пути к отступлению. Урглом скользнул между извитых деревьев, сопровождаемый в тень отрядом могучих кладбищенских страшилищ, чтобы отрезать вражескую колонну и заставить вступить в битву.

Тем временем воины властелина Хадрака окрасили землю багрянцем из разорванных тел протравленных. Воющие клубки гулей бросались на них с ветвей деревьев, но их беспорядочные атаки разбивались о дисциплинированные ряды Порабощённых Тьмой. На вершине святилищ войны, властелины святилищ кричали хвалу богам, приводя воинов во всё большую ярость и подпитывая их гнев и силы. Посреди своих рыцарей Хаоса-телохранителей, Хадрак безжалостно улыбался, убивая, довольный возможностью отвлечься от унылого однообразия дороги. Даже когда из загнивающего леса вырвался отряд кладбищенских страшилищ, они были быстро вырезаны десятком тёмных бойцов, подстёгиваемых соперничеством за честь забрать черепа бледных чудовищ.

Укрывшись от взглядов среди деревьев, лорд Рвущий Печень знал, что Хадрак едва ли понимает, с кем он столкнулся. От дороги армия Хаоса могла видеть лишь малую часть двора короля-вурдалака. Скрытая же деревьями земля колыхалась от шипящих протравленных, и с каждым ускользавшем мгновением капкан всё крепче стискивал свою вонючую пасть. Урглом отправил слуг перекрыть все пути отступления Хадраку, пока массивные ряды тщательно отобранных кладбищенских страшилищ шли вверх по дороге по направлению к командованию хаоситских полков, делая любой успех хаоситов невозможным.

Вскоре обратный путь был забит толпами воющих, кусающихся гулей. Стена искажённой плоти бесчисленных протравленных рвала на части задние ряды воинства Хадрака, грязные когти находили бреши в доспехах и погружались в сладкую плоть под ними. С небес, словно огромные хищные птицы, в круговерть битвы нырял Караул мёртвых. И постепенно улыбка сползла с лица Хадрака, когда он неожиданно обнаружил, что вынужден сражаться, чтобы просто оставаться на месте, и понял, что жалкие враги смогли окружить его. С громким рёвом рогов, Владыка собрал своих рыцарей, чтобы нанести удар и вырваться из капкана, прежде чем его армия будет окончательно уничтожена.

Урглом проревел приказы и вырвался из-за деревьев во главе своего собственного отряда протравленных, чтобы помешать бегству Хадрака и его рыцарей. И всё же он опоздал со своей атакой. Клин рыцарей Хаоса врезался в толпу кладбищенских страшилищ, словно кольчужный кулак. И пусть гнилозубым, с грязными когтями протравленным и удалось стащить некоторых воинов Хаоса с коней, вслед за чем тут же раздавался тошнотворный треск ломающихся костей и мерзкий звук рвущейся плоти, даже несмотря на всё это, движимым импульсом их скакунов и чистой ненавистью к окружавшим их нечистым врагам, большинству рыцарей удалось таки проломить брешь в рядах протравленных. Одно единственное, восхитительное мгновение путь к свободе лежал открытым перед армией Хаоса и её повелителем.

А затем из окутавшей лес хмари за спинами рыцарей низвергнулся с небес Омерзительный король верхом на зомби-драконе. Сметая ветви распростёртыми крылами, зверь налетел прямо на один из алтарей войны туманом из чудовищных когтей и клыков. Массивная платформа была подброшена в воздух, разлетевшись на сотни вращающихся осколков, в то время как её мутировавшие носители съёжились в грязи на земле. Когда пыль осела на землю, Унылое Сердце заставил своего зверя сесть на дорогу и посмотрел на лидера хаоситов.

Лорд Рвущий Печень расцвёл гнилозубой ухмылкой, когда увидел, как его расчудесный восхитительный король вступил в битву. Оставив хаоситов-пехотинцев на растерзание полчищам королевских гулей, завсегдатай кладбищ-придворный издал леденящий душу вой и вместе с Бойней низринулся с небес, встав бок о бок со своим повелителем. Пока Унылое Сердце и Урглом преследовали рыцарей, выжившие воины Хаоса продолжали сражаться вокруг оставшихся святилищ войны. Даже крепкие доспехи и затянувшая разум ярость не могли помочь хаоситам против бесчисленных орд протравленных, что нескончаемым потоком продолжали изливаться из леса. Когда бессчётные гули затопили святилища войны и вонзили клыки в кричащих властелинов святилищ, битва уже почти закончилась, и внизу под ними гули уже начали свары за трофеи.

«*Омерзительный король-вурдалак почувствовал, как его мёртвое сердце забилось быстрее, уже почти закончилась, и внизу под ними гули уже начали свары за трофеи.увядшая мышца жаждала насладиться красным даром, что он собирался пожать. Под ним, обрамлённая мерцающими крыльями его дракона, проносилась битва. Цвет врагов уже был втоптан в грязь его храбрыми лакеями, некоторые из его наиболее дерзких воинов поднимали вверх взятые у противников блестящие трофеи. Таково было правило для всех, кто служил его двору, размышлял король, и оно было простым и логичным: доблесть воинов должна быть вознаграждена.
Его взгляд переместился на убегающего вражеского лорда. Унылое Сердце приказал своему дракону снизиться и устремился вперёд, обогнав даже крылатых воинов из Караула Мёртвых. Раскачивающиеся по обе стороны деревья нависли высоким, дубовым ликом, что ухмылялся сквозь мрак. Пусть кони врагов и были быстры, но с крыльями его дракона им всё равно было не сравниться. Замыкающие рыцари были выдернуты из седла и заключены в тёмные объятия короля, как бы они не размахивали топорами и мечами. И вот, наконец, он настиг свою добычу. Развернув коня, закованный в броню генерал посмотрел на Унылое Сердце.
- Тьма заберёт твою душу, пиявка! - заорал владыка Хаоса, сверкнув наполненными ненавистью глазами.
Король лишь улыбнулся - он уже привык к ярости недалёких, что не могли оценить его истинного величия. Спикировав вниз, его дракон приземлился посреди уцелевших рыцарей и их господина. Мечи замелькали в тени, рассекая мёртвую плоть или выбивая искры из древних костей. Быстрый, как мысль, Унылое Сердце сбросил всадников на землю, наполнив воздух алыми дугами и сливавшимися в неразличимое пятно взмахами своего оружия. Более крепкий, чем его люди, владыка Хаоса рванул вперёд, устремив меч к груди Унылого Сердца, но и дракон был силён - его челюсти устремились навстречу и длинные клыки сомкнулись вокруг протянутой руки и плеча. Спрыгнув вниз по шее своего "скакуна", Унылое Сердце сорвал шлем со своего противника. На мгновение, их взгляды встретились, прежде чем король наклонился и оскалил клыки. Из него можно будет сделать достойное пополнение для его двора...*»
–