Авария на Фукусиме

### Следствие

Масштабное загрязнение, множество пострадавших и умерших, прекращение работы объекта

### Дата

11 марта 2011 года

**Авария на Фукусиме** — крупная радиационная авария, произошедшая на атомной электростанции в Фукусиме. По Международной шкале ядерных событий имеет максимальный 7-й уровень.

## Описание

Промышленная авария на японской АЭС в Фукусиме, начавшаяся в пятницу, 11 марта 2011 года в следствии сильнейшего в истории Японии землетрясения и последовавшего за ним цунами. Землетрясение и удар цунами привели к полному обесточиванию станции, в том числе к отказу резервных источников электроснабжения, что явилось причиной неработоспособности всех систем нормального и аварийного охлаждения и привело к расплавлению активной зоны реакторов на энергоблоках 1-3 и взрывам водорода на энергоблоках 1, 3 и 4. Их здания частично разрушились, произошёл значительный выброс радиоактивных материалов в окружающую среду. Из-за радиоактивного загрязнения территории Японии было эвакуировано около 164 000 человек. При этом в ходе эвакуации из больниц вследствие недостатка ухода погибло 50 тяжелобольных пациентов. Уже после эвакуации, в течение нескольких лет, из-за физического и психологического стрессов и плохого медицинского обслуживания и ухода произошло более 1000 преждевременных смертей, в основном среди эвакуированных людей пожилого возраста. Из-за того, что Японская нация является самой престарелой нацией в мире около 90 % смертей пришлось на лиц старше 66 лет. Из них около 70 % смертей произошли в течение первых трех месяцев после эвакуации. Подобное количество смертей среди пожилых людей произошло и среди эвакуированных из соседних префектур, пострадавших от цунами и землетрясений. Эти цифры являются дополнительными к 19 000 человек, погибших в результате цунами. На момент декабря 2013 года АЭС была официально закрыта. На территории станции и по сей день продолжаются работы по ликвидации последствий аварии. По оценке TEPCO приведение объекта в стабильное, безопасное состояние может потребовать до 40 лет. Вся территория вокруг АЭС превратилась в зону отчуждения.

## Ход событий

11 марта 2011 года в 14:46 местного времени произошёл основной толчок землетрясения магнитудой 9 единиц c эпицентром, расположенным в 180 километрах от АЭС Фукусимы. В это время энергоблоки 1-3 работали на номинальной мощности, а энергоблоки 4-6 были остановлены на перегрузку топлива и обслуживание. Землетрясение привело к немедленной автоматической остановке работавших реакторов. Вызванные землетрясением разрушения высоковольтного оборудования и опор линий электропередачи привели к потере внешнего электроснабжения станции, после чего были автоматически запущены резервные дизельные электрогенераторы. Анализ работы станции до прихода волны цунами показал, что АЭС в целом выдержала воздействие сейсмических толчков. В результате смещения горных пород произошла деформация морского дна с его подъёмом на 7-10 метров, что вызвало несколько волн цунами. Первая волна высотой 4 метра достигла станции через 40 минут от времени основного толчка, а в 15:35 пришла вторая волна высотой 14-15 метров, что превысило высоту защитной дамбы, рассчитанной на волну в 5 метров, и уровень самой площадки АЭС. Волна цунами смыла стоявшие на улице тяжелые резервуары, оборудование и автомобили, дошла даже до удаленных от берега зданий, оставив после себя множество обломков конструкций и домов. Затопление цунами привело и к человеческим жертвам: два сотрудника TEPCO, находившиеся в турбинном здании четвёртого энергоблока, были настигнуты нахлынувшей водой, задохнулись, и погибли. Станция никак не была защищена от удара стихии такого масштаба, в результате чего пострадало критически важное оборудование, обеспечивавшее безопасное расхолаживание реакторов. Вышли из строя береговые насосы морской воды, которая являлась конечным поглотителем тепла как для самих реакторов, так и для резервных дизельных генераторов. Вода затопила подвальные помещения турбинных зданий, в которых располагались дизель-генераторные установки, распределительные устройства переменного и постоянного тока, а также аккумуляторные батареи. Два резервных генератора с воздушным охлаждением, расположенные на первом этаже общестанционного хранилища отработанного топлива не подверглись затоплению, однако водой было повреждено их распределительное электрооборудование. В подобной ситуации быстрое восстановление электроснабжения было невозможно. Из всех источников резервного электропитания в распоряжении персонала остались батареи постоянного тока энергоблоков № 3, 5, 6 и дизель-генератор блока № 6, имевший воздушное охлаждение. По мнению парламентской комиссии TEPCO была абсолютно не готова к аварии такого масштаба, и судьба станции была уже предрешена. На блочных щитах управления погасло освещение и пропала индикация приборов. Информация о состоянии станции также перестала отображаться на мониторах защищенного пункта управления в котором располагался кризисный центр во главе с управляющим станции Масао Ёсидой. Мобильная PHS-телефония не работала, и единственным способом коммуникации осталась проводная телефонная связь. Персоналу на энергоблоках пришлось в свете карманных фонарей перечитывать аварийные инструкции, однако в них не оказалось никаких указаний, относящихся к полному обесточиванию. Более того, документация была составлена исходя из того, что будут доступны все критически важные показания приборов. К персоналу станции и управляющему Ёсиде пришло осознание того, что сложившаяся ситуация превосходит все ранее предполагавшиеся сценарии тяжелых аварий. При отсутствии относящихся к делу процедур, персонал был вынужден действовать большей частью исходя из собственного понимания ситуации. Изначально наиболее тяжелое положение сложилось на блоке № 1, однако это далеко не сразу было осознано. До прихода цунами отвод теплоты остаточного энерговыделения от реактора осуществлялся при помощи двух независимых конденсаторов режима изоляции. Система изоляции способна охлаждать реактор в течение примерно 10 часов за счет естественной циркуляции теплоносителя. При работе системы пар от реактора проходит по теплообменным трубкам, расположенным под водой в баке конденсатора, где, охлаждаясь, конденсируется и конденсат сливается обратно в реактор. Чистая вода из бака постепенно выкипает и пар сбрасывается в атмосферу. При работе система не потребляет электричество, однако для запуска циркуляции необходимо открыть электроприводную арматуру. Так как инструкциями ограничивается скорость охлаждения реактора, операторы практически сразу отключили один конденсатор и до прихода цунами несколько раз запускали и останавливали второй. После потери электропитания и, соответственно, индикации на панели управления, персонал не смог однозначно определить состояние системы. Как показало расследование, система изоляции не функционировала уже c момента полного обесточивания станции. Согласно анализу TEPCO, поддержанному правительственной комиссией и МАГАТЭ, из-за особенностей логики системы управления, при перебоях питания вся арматура в контуре система автоматически закрылась, включая и ту которая должна быть постоянно открыта. Никто из персонала на момент аварии не знал о такой возможности. Не зная точного состояния системы , операторы тем не менее полагали, что она всё ещё отводит тепло от реактора. Однако в 18:18, при самопроизвольном восстановлении питания некоторых приборов, на панели управления загорелись индикаторы закрытого положения арматуры. После поворота соответствующих ключей управления, над реакторным зданием на некоторое время показался и затем исчез след пара из бака конденсатора. По всей видимости было уже поздно, и циркуляция в системе была заблокирована образовавшимся при пароциркониевой реакции водородом. Эта ключевая информация не была адекватно передана руководству кризисного центра, где по-прежнему полагали, что реактор охлаждается. Только после того как в 21:51 радиационный фон рядом с реакторным зданием достиг значения 1,2 мЗв/ч, и в 23:53 было зарегистрировано повышенное давление в гермооболочке, опасность ситуации на первом энергоблоке стала очевидна всем.

Ещё на ранних этапах аварии персонал кризисного центра проанализировал способы подачи воды в реакторы. По мнению Масао Ёсиды, ни один из описанных в аварийных инструкциях методов не мог быть применён в сложившейся ситуации. Большинство из них требовали электропитания, а использование стационарного дизельного насоса системы пожаротушения вызывало сомнения, так как баки, из которых он забирал воду, были расположены на улице и вполне вероятно повреждены землетрясением и цунами. Предложенный Ёсидой способ состоял в использовании обычных пожарных машин, рукава которых можно было подключить к выводам системы пожаротушения, расположенным снаружи турбинных зданий. Возможность подачи воды в реактор от стационарной системы пожаротушения не была предусмотрена в оригинальной конструкции станции и была реализована в 2002 году, путём установки перемычек между трубопроводами реакторной установки и системой пожаротушения. Дополнительные выводы этой системы на наружных стенах турбинных зданий были смонтированы в 2010 году, всего за 9 месяцев до аварии. Применение пожарных машин для подпитки реактора не было предусмотрено аварийной инструкцией, в которой для этой цели использовались только стационарные насосы, в том числе с дизельным приводом. Таким образом решение Ёсиды было импровизацией, заранее не был установлен порядок действий и не распределены обязанности персонала, что в конечном счете привело к значительной задержке подачи воды в реактор. На территории станции имелось три пожарных автомобиля, принадлежавших подрядной компании Nanmei, нанятой TEPCO. Одна машина была доступна изначально, для перемещения второй потребовалось расчищать завалы на дороге, а третий автомобиль был слишком поврежден в результате цунами и использовать его было невозможно. Никто из персонала АЭС не был обучен управлению пожарной машиной, и TEPCO была вынуждена просить Nanmei помочь выполнить опасную работу в сложной радиационной обстановке, что выходило за рамки контракта. С двух до четырёх часов ночи продолжались поиски вводов системы пожаротушения в турбинное здание. Лишь при помощи работника, ранее участвовавшего в их установке, вводы обнаружились под завалами обломков, нанесенных цунами. Пожарные машины не могли подавать воду в реактор пока в последнем сохранялось высокое давление. Однако в 02:45 12 марта давление в реакторе внезапно снизилось с 6,9 МПа до 0,8 МПа без каких-либо действий персонала, что свидетельствовало о серьёзном повреждении корпуса реактора. Только в 05:46, через более чем 14 часов после отказа систем охлаждения, удалось наладить сколь-либо стабильную подачу воды в реактор первого энергоблока. Согласно выполненному после аварии анализу, вполне вероятно, что только малая часть подаваемой воды достигла реактора. После взрыва потребовалось несколько часов для того чтобы восстановить подачу морской воды в реактор первого блока, расчистив завалы и заменив поврежденные пожарные рукава. Сами пожарные машины, хоть в них и были выбиты стекла, сохранили работоспособность. Усилиями сотрудников удалось запустить пожарные насосы в 19:04. Незадолго до этого в кабинете премьер-министра в Токио обсуждалось положение на АЭС. После получения информации о взрыве Наото Кан решил расширить зону эвакуации с 10 до 20 км от станции, хотя планы эвакуации для этой зоны отсутствовали. Также у премьер-министра возникли сомнения касательно использования морской воды для охлаждения реакторов, и он спросил не вызовет ли такой способ проблем с контролем подкритичности. Этот вопрос вызвал некоторое замешательство у присутствующих, которые опасались, что если не развеять сомнения Кана, то это ухудшит ситуацию на станции. В перерыве между совещаниями, вице-президент TEPCO Итиро Такекуро созвонился напрямую с Ёсидой и узнал, что подача воды уже началась. Полагая, что вопрос об использовании морской воды должен решаться на самом высоком уровне, Такекуро приказал остановить насосы. Ёсида, видя всю серьёзность и непредсказуемость ситуации на АЭС, принял самостоятельное решение, и отчитавшись руководству о прекращении подачи воды, приказал своим подчиненным продолжать работу. В конце концов официальное разрешение было получено, и TEPCO сообщила о начале подачи морской воды в реакторы в 20:20, хотя фактически насосы работали уже больше часа.

Пока шла борьба с аварией на первом энергоблоке, ситуация на втором и третьем блоках оставалась относительно стабильной. На этих блоках использовалась система расхолаживания, состоящая из паровой турбины и соединенного с ней насоса. Турбина приводилась в действие паром из реактора, а насос подавал охлаждающую воду в реакторную установку. Для контроля и регулирования требовался постоянный ток, но поначалу даже на полностью обесточенном втором энергоблоке система справлялась со своими функциями. 13 марта операторы третьего блока приступили к реализации своей стратегии. В 02:42 система расхолаживания была вручную остановлена при давлении в реакторе 0,580 МПа, однако попытки открыть предохранительный клапан оказались неудачными. Наиболее вероятно, что к этому времени батареи уже не могли дать необходимый ток для привода клапана. Давление в реакторе стало расти, к 03:44 достигнув значения 4,1 МПа, что значительно превышало возможности насоса пожаротушения. Резервные батареи, используемые на АЭС Фукусима для управления такими системами, невозможно транспортировать вручную. Маловероятно, что даже найдя такую батарею, персонал смог бы её доставить в реакторное здание. Узнав, наконец, о ситуации на третьем блоке в 03:55 Масао Ёсида не нашел иного способа наладить охлаждение реактора, кроме как использовать пожарные машины. Первоначально планировалось подавать морскую воду так же как и на первом блоке, и к 7 утра персонал протянул и подключил необходимые пожарные рукава. Примерно в это же время директор по эксплуатации TEPCO позвонил Ёсиде из офиса премьер-министра и выразил мнение о том, что приоритет должен быть отдан использованию обессоленной воды. Ёсида воспринял это указание весьма серьёзно, думая, что оно исходит от самого премьер-министра, хотя это было не так. Персоналу пришлось расчищать завалы перед баками с пресной водой и тянуть к ним рукава пожарных машин. Параллельно с этим сотрудники TEPCO собрали 10 аккумуляторных батарей из частных автомобилей, припаркованных на станции. В 09:08 им удалось подключить батареи к панели управления, создав напряжение 120 В, и открыть предохранительные клапаны реактора третьего блока. Давление быстро снизилось до 0,46 МПа и в 09:25 вода в реактор была подана, более чем через 7 часов после остановки системы расхолаживания. Запасы пресной воды были малы и переключение на морскую воду, в конечном итоге, оказалось неизбежно, что и было сделано в 13:12 этого же дня. Также как и на первом блоке персоналу удалось реализовать сброс среды из гермооболочки, давление в которой снизилось с 0,63 МПа в 09:10 до 0,27 МПа к 10:55. Только один из двух клапанов на линии сброса можно было открыть вручную, для удержания в открытом состоянии второго клапана требовался сжатый воздух. Первоначально персонал использовал для этого баллоны сжатого воздуха, затем мобильные компрессоры. Эти усилия не были в достаточной мере эффективны, давление в гермооболочке в течение суток периодически возрастало.

К 6 утра 14 марта Масао Ёсиду всё больше стала беспокоить возможность взрыва водорода на третьем блоке АЭС. Для этого было достаточно поводов: вероятное осушение активной зоны, повышение уровня радиации около реакторного здания, появление за его дверями пара и рост давления в гермооболочке — всё как и ранее на первом энергоблоке. В 6:30 Ёсида приказал удалить всех работников с площадки у блока, однако ситуация с охлаждением морской водой требовала активных действий. Запасы воды в камере переключения третьего блока, откуда забирали воду и на охлаждение первого реактора, иссякали. Уже в 07:30 Ёсиде пришлось возобновить работы. Несколько прибывших пожарных машин использовали чтобы организовать подачу воды непосредственно из океана, поднимая её на высоту более 10 метров. Работы по организации бесперебойной подачи морской воды в реакторы активно велись, когда в 11:01 прогремел взрыв водорода на третьем энергоблоке. Четыре сотрудника TEPCO и три сотрудника Nanmei пострадали при взрыве, также пострадали четыре члена пожарных бригад сил самообороны Японии, которые прибыли для помощи персоналу АЭС. В очередной раз охлаждение реакторов было прервано, и из-за сложной радиационной обстановки и продолжавшихся повторных толчков восстановить его удалось только к вечеру этого же дня (в 16:30 блок 3, в 19:57 блок 2, в 20:30 блок 1). Персонал испытывал постоянные проблемы с поддержанием низкого давления в реакторе второго блока, подача от пожарных машин периодически прерывалась, и Ёсида начал всерьёз рассматривать возможность эвакуации большей части персонала со станции из-за риска разрушения контайнмента. В три часа ночи 15 марта премьер-министру Кану было сообщено о возможной эвакуации со станции, и он сразу же отверг это предложение как абсолютно недопустимое. Ещё до этого запроса Кан испытывал стойкое недоверие к TEPCO и сомневался в адекватности принимаемых мер по управлению аварией. В 05:30 премьер-министр прибывает в кризисный центр TEРСO в Токио и официально объявляет о создании объединённого (правительство и TEPCO) центра по управлению аварией. По мнению официальных лиц это в дальнейшем позволило правительству взять ситуацию под контроль. Тем временем на АЭС, после того как персонал очередной рабочей смены прибыл 15 марта на 3-й блок, даже через свои защитные маски сотрудники услышали звук мощного взрыва в 06:10. Вскоре им приказали вернуться в защищенный пункт управления. Выйдя на улицу персонал увидел разрушения реакторного здания четвёртого энергоблока и множество обломков, затруднявших передвижение. Сотрудникам пришлось идти пешком, и они смогли передать информацию о разрушениях в кризисный центр только к восьми утра. Как установило расследование, причина взрыва на четвёртом энергоблоке — водород, поступивший по системе вентиляции от третьего блока, когда на последнем выполнялся сброс среды из контайнмента. Источника водорода на самом четвёртом блоке не было, топливо из реактора было выгружено, а в бассейне выдержки было достаточно воды. Взрыва на втором блоке станции не произошло. Хотя топливо было повреждено и шла пароциркониевая реакция, образовавшийся водород уходил в атмосферу через вышибную панель реакторного здания. Панель оказалась сорвана со своего места и упала на крышу здания турбины после взрыва на соседнем блоке.

Разрушительное землетрясение и цунами привели к выходу из строя большинства стационарных постов радиационного мониторинга, а плохое состояние дорог значительно затруднило радиационную разведку с использованием автотранспорта. Кроме того после обесточивания АЭС её дозиметрическое оборудование не функционировало, и соответственно отсутствовали исходные данные для расчета последствий выброса. По этим причинам в первые дни аварии выбор областей, подлежащих эвакуации, был основан на техническом состоянии самой станции, а не на оценке радиологических последствий для населения. Первый приказ об эвакуации из 3-километровой зоны, выпущенный 11 марта, был вызван необходимостью провести вентиляцию герметичных оболочек блоков 1 и 2. Однако длительная задержка в выполнении этой операции вызвала дополнительные опасения, и после 05:00 12 марта зона эвакуации была расширена до радиуса в 10 км от АЭС. Дальнейшее ухудшение ситуации, взрывы на блоках 1, 3 и 4, привели к очередному расширению закрытой зоны. 15 марта её размер ограничивался радиусом в 20 км от станции, а жителям 30-километровой зоны предписывалось оставаться в помещениях. Несмотря на разрушенные дороги и автомобильные пробки, эвакуация проходила довольно быстро. Многие жители покинули свои дома уже через несколько часов после того как узнавали о приказе. С другой стороны, из-за быстро расширявшихся границ закрытой зоны многим приходилось несколько раз менять место пребывания. Так 20 % жителей ближайших к АЭС городов пришлось переезжать более шести раз. Полностью эвакуация из 20-километровой зоны заняла три дня. Временное укрытие в домах не является сколь либо долговременной мерой защиты, однако указание об укрытии проживающих в пределах 30-километровой зоны оставалось в силе до 25 марта и жителям не было разъяснено, как следует вести себя в такой ситуации. Это привело к серьёзному нарушению условий проживания населения. Так в городе Иваки закрылись все магазины и только к 21 марта правительство организовало доставку в город продуктов и медикаментов. На момент аварии около 2220 пациентов проходили лечение в учреждениях здравоохранения в пределах 20-километровой зоны от АЭС. Из-за того, что тяжелая авария на атомной станции не считалась вероятной, только в одной больнице был подготовлен план реагирования на случай радиационной аварии. Медицинский персонал оказался не готов к эвакуации большого количества пациентов, некоторые из которых требовали постоянного ухода и не могли передвигаться самостоятельно. Так 14 марта при эвакуации психиатрической клиники Футабы потребовалось перевезти людей на расстояние около 230 километров. Три человека погибло в пути и ещё 11 на следующий день умерли от недостатка медицинской помощи. Из-за плохой организации эвакуации четыре пациента скончались в самой клинике, а один пропал без вести. Всего на апрель 2011 года зарегистрирован 51 смертельный случай, связанный с эвакуацией из больниц. В ходе продолжающего радиационного мониторинга были выявлены загрязнённые территории за пределами 20-километровой зоны отчуждения. Эти территории протянулись в северо-западном направлении вдоль следа выброса, образовавшегося 15 марта в результате осаждения дождями радиоактивных веществ на поверхность земли. 22 апреля правительством Японии эти территории, на которых прогнозируемые дозы для населения превышали 20 мЗв за год, были включены в зону эвакуации. Сама эвакуация была проведена ещё через месяц. Всего из зоны отчуждения было эвакуировано более 164 000 человек и по состоянию на 2020 год 39 000 из них всё ещё не могут вернуться в свои дома. По оценкам Японского агентства реконструкции, ответственного за восстановление пострадавших от стихийного и техногенного бедствий территорий, за несколько лет после аварии физический и психологический стрессы, недостаток медицинской помощи привели к преждевременной смерти более чем 1000 эвакуированных, в основном людей пожилого возраста.

## Последствия

Первоначальный выброс радиоактивных веществ в атмосферу произошел в период с 12 по 14 марта, и был обусловлен сбросом давления из гермооболочек и взрывами на блоках 1 и 3. Этот выброс протянулся в восточном направлении и был рассеян над океаном. Основной вклад в загрязнение сухопутной территории Японии внесли радиоактивные вещества из контайнмента второго энергоблока после его разгерметизации 15 марта. Следуя за переменой ветра, направление выброса сменилось с южного на северо-западное, а вечером 15 марта, начавшийся дождь привёл к осаждению радиоактивных веществ на поверхность. После 23 марта атмосферные выбросы значительно снизились и уже мало сказывались на загрязнении территории Японии. Большую часть выброса составили инертные газы и летучие элементы, полностью вышедшие из топлива при его плавлении. Выход в окружающую среду более тугоплавких компонентов ядерного топлива, таких как стронций и плутоний, был крайне ограничен. Всего в атмосферу было выброшено до 32 ПБк криптона, до 12 000 ПБк ксенона, до 400 ПБк йода и до 20 ПБк цезия. Около 80 % атмосферного выброса было вынесено далеко за прибрежную зону где радиоактивные вещества постепенно осели на поверхность океана и были подхвачены трансокеаническими течениями. В результате аварии население Японии подверглось дополнительному облучению. Жители префектуры Фукусима получили дозы в среднем ниже 4 мЗв, а облучение большей части населения Японии оказалось сопоставимо с облучением от природного фона или гораздо ниже его. 25 000 работников, участвовавших в ликвидации аварии с её начала до октября 2012 года, в среднем получили дозы в 12 мЗв. Из этого числа у 173 сотрудников дозы превысили 100 мЗв, а у шести работников TEPCO 250 мЗв. Наибольший вклад в переоблучение этих шести сотрудников внесло вдыхание радиоактивного йода. При этом четыре сотрудника носили пылезащитные респираторы вместо респираторов с активированным углём, из-за нехватки последних в первые дни аварии. За время аварии не было зарегистрировано ни одного случая острой лучевой болезни. В дальнейшем, по оценкам МАГАТЭ и ВОЗ, прирост онкологических заболеваний, обусловленный аварией, будет чрезвычайно мал, а число радиационно-индуцированных заболеваний составит малую долю от числа спонтанных раков. Министерство здравоохранения, труда и благосостояния Японии совместно с TEPCO реализовало программу медицинской поддержки аварийных работников. Все сотрудники, в том числе и те кто сменил работу, проходят регулярные медицинские осмотры с целью выявления профессиональных заболеваний. Министерство сформировало набор критериев, по которым возникшая болезнь может быть расценена как последствие аварийного облучения (хотя невозможно достоверно отличить радиационно-индуцированный рак от спонтанного). В этом случае пострадавшие имеют право на получение страховых выплат. По состоянию на 2019 год таким образом официально было подтверждено три случая лейкемии, два случая рака щитовидной железы и один случай рака легких, приведший к смерти человека в 2018 году. Эта смерть является первой, отнесённой на счёт аварии.

Первоначально радиус зоны отчуждения составлял 30 километров, и увеличивался на северо-запад до 45 км, так как во время катастрофы в ту сторону дул ветер. В связи с активной проходящей в Японии после катастрофы с 2011 года дезактивацией пострадавших земель, уровень радиации в воздухе в префектуре Фукусима значительно снизился по сравнению с апрелем 2011 года. По состоянию на 2019 год обеззараживание и дезактивация земель префектуры завершено во всех районах, за исключением фукусимской зоны отчуждения. В префектуре Фукусима некоторые районы обеззараживаются национальными правительственными учреждениями, а другие — муниципальными учреждениями. С 2011 и до 2019 года радиус зоны отчуждения значительно уменьшился до 3,5 км на север, 35 км на северо-запад до небольшого южного района села Иитате, 16 км на запад, 7 км на юго-запад и 7 км на юг. В связи с особенностями административного деления Японии, в административные границы городов, посёлков и сёл Японии входят не только непосредственно сами населённые пункты, но обширные не заселённые территории окружающие их. Так называемый «северо-западный радиационный след» растянувшийся на 35 километров в северо-западном направлении от АЭС Фукусима-1, проходит в основном по горным, малонаселённым районам, дезактивация которых из-за гористой местности во многом затруднена и не приоритетна для правительства Японии. Всё население эвакуированных населённых пунктов проживало примерно в 10 километровой равнинной прибрежной зоне, зажатой между горами на западе и морем на востоке, где непосредственно располагались жилые и застроенные территории самих населённых пунктов и дезактивацию которых считает важной задачей японское правительство. По состоянию на декабрь 2018 года 43 214 человек продолжают находиться в статусе эвакуированных из-за землетрясения, цунами и аварии на АЭС. После пересмотра закона о специальных мерах по реконструкции и возрождению Фукусимы (май 2017 года) национальное правительство смогло определить специальные зоны для реконструкции и возрождения (SZRR). В зоны по данному закону входят населённые пункты или их части, которые сегодня по состоянию на 2019 год входят в фукусимскую зону отчуждения: посёлок Футаба, посёлок Окума, посёлок Намиэ, посёлок Томиока, село Кацурао, село Иитате. Пересмотренный закон будет сосредоточен на проведении дезактивации и развитии инфраструктуры обозначенных зон с целью создания условий для отмены эвакуации и возвращения жителей. По состоянию на 2019 год населёнными пунктами, непосредственно расположенными в 10 км равниной прибрежной зоне, где непосредственно располагались жилые и застроенные территории самих населённых пунктов, где жило всё население и входящими в фукусимскую зону отчуждения и дезактивация которых всё ещё продолжается, являются: посёлок Футаба (кроме, северо-восточного района, а также района железнодорожной станции Футаба), посёлок Окума (кроме, юго-западного района) и посёлок Томиока (входит только северо-восточный район). Правительство Японии решило, что огромное количество радиоактивной почвы, удаленной во время дезактивации затронутых радиацией населённых пунктов, будет временно храниться вокруг атомной электростанции АЭС Фукусима 1 в зоне временного хранения радиоактивных отходов, с планами перенести её на постоянное захоронение за пределами префектуры Фукусима через 30 лет. Если бы правительство не приняло план по созданию зоны временного хранения радиоактивных отходов, заражённая почва была бы оставлена ​​в полиэтиленовых пакетах, разбросанных по префектуре Фукусима. Все усилия правительства Японии по дезактивации пострадавших территорий с самого начала были бы напрасны. По планам японского правительства к 2022 году на равнинных прибрежных территориях фукусимская зона отчуждения уменьшится до границ зоны временного хранения радиоактивных отходов, её размеры будут составлять от 3,7 км на север, 2,35 км на северо-запад, 2,65 км на запад, 4 км на юго-запад и 4 км на юг. Западная граница зоны временного хранения радиоактивных отходов будет проходить по дороге национального значения № 6. Вокруг зоны временного хранения радиоактивных отходов будут открыты непосредственно жилые и застроенные территории практически целого посёлка Футаба и центральных районов посёлка Окума, восточная часть которого будет отдана под зону временного хранения радиоактивных отходов. Но за равниной прибрежной территорией, где жило всё эвакуированное население и которая к тому времени будет по большей части очищена, также будет продолжать тянуться «северо-западный радиационный след» занимающий малонаселённые, горные и частично равнинные территории населённых пунктов, входящих в фукусимскую зону отчуждения: северо-запад посёлка Окума, две трети посёлка Футаба (северный, западный и южный район), северо-восточный район посёлка Томиока, две трети посёлка Намиэ (центральный, северо-западный и юго-западный район), северо-восточный район села Кацурао, небольшой южный район села Иитате. К 2022 году японское правительство хочет дезактивировать основные равнинные прибрежные территории, низины и долины между гор, где собственно и была основная застройка и где жило всё население эвакуированных посёлков и сёл. Зона в пару километров вокруг самой АЭС будет передана под временное хранилище радиоактивных отходов, а горные, малонаселённые территории вокруг равнин на западе и северо западе, так называемый «северо-западный радиационный след», так и останутся частью фукусимской зоны отчуждения радиусом от 10 км до 35 км. В префектуре Фукусима ведутся работы по дезактивации зараженной почвы силами как специалистов, так и добровольцев. Процедура очистки радиоактивной почвы является крайне дорогостоящей; однако сделать почву вновь пригодной для использования и полностью очистить её невозможно. Поэтому власти вынуждены уничтожать снятый верхний слой почвы. Планируется, что вывоз пластов почвы в специальные хранилища и её уничтожение займут тридцать лет. Дезактивация пострадавших территорий в Японии проводится с целью уменьшения количества радиации, получаемой в жилых помещениях, путем удаления радиоактивных материалов или захоронения их под землей. Удаленная почва и растительность, загрязнённые радиацией, покрываются незагрязненной почвой, чтобы «блокировать» радиационное излучение. Снятый заражённый верхний слой почвы собирается в специальные мешки, которые вывозятся на хранение на специальный склад под открытым небом. Проблема с хранением мешков с загрязнённой почвой состоит в том, что они на долгое время остаются складированными под открытым небом и со временем портятся и их герметичность нарушается, также в Японии нет выделенных территорий для захоронения радиоактивных отходов и ни одна префектура не дала согласия на захоронение у себя радиоактивной почвы из Фукусимы. Но самая большая проблема в более чем одном миллионе тонн радиоактивной воды, которую собирают и содержат в специальных цистернах, чтобы она не попала в мировой океан, очистить её от трития пока не могут из-за отсутствия такой технологии.

Японский центр экономических исследований в Токио оценивает финансовый ущерб, включая затраты на ликвидацию последствий, затраты на дезактивацию и компенсации, по состоянию на 2019 год между 35 трлн. иен и 81 трлн. иен ($322 280 000 000 и $745 848 000 000), его оценка как минимум на 60 % и в 3.7 раза больше, чем оценка министерства экономики, торговли и промышленности Японии в 2016 году в 22 трлн. иен ($202 645 300 000). В ходе аварии сильно пострадали сельское хозяйство, пищевая промышленность и электроэнергетика.

## Интересные факты

* Несмотря на то, что не было зарегистрировано ни одного случая острой лучевой болезни, повышенное облучение аварийных работников увеличивает среди них риск возникновения онкологических заболеваний, являющихся отдалёнными последствиями облучения. Правительством Японии было подтверждено несколько случаев таких заболеваний, и одно из них привело к смерти человека в 2018 году.
* Авария на Фукусиме считается второй по своей масштабности после аварии на Чернобыле радиационной катастрофой. Тем не менее выброс радиоактивных материалов в окружающую среду при Фукусиме, составляет всего 20 % от выбросов при Чернобыльской аварии.
* Интересно, что в отличии от того же Чернобыля Фукусима не имеет особой популярности в массовой культуре, а о туристических турах, самовольных вылазок в зону отчуждения и самосёлов не может быть и речи — этого всего по тем или иным причинам просто нет, хоть данное место довольно известное.

Во время аварииВо время ликвидации последствий