Кусочек пазла

Автор

Опубликовано 26 мая 2004

```

```

“Имя?” Угрюмый широкоплечий британский солдат бросает скептический взгляд на темнокожее лицо Эдрика.

“Адрик Суворов”, - отвечает Адрик. Когда глаза британца сужаются, Суворов закатывает свои. Он так привык к различению, что его это больше не волновало. Отношения между Советским Союзом и первым–м миром ухудшились после газовых атак в Лондоне три года назад, Суворов видел множество разъяренных американских и британских военных подразделений, расхаживающих по окраинам зоны, ища любой предлог, чтобы размозжить головы нескольким русским. Официальная причина, по которой они здесь, остается только догадываться. Британец пытается проверить свой контрольный список, не сводя усталого взгляда с длинных паучьих рук Эдрика.

“Меня пригласили”, - пытается объяснить Адрик.

Британец смотрит на Эдрика, опускает взгляд на свою страницу, раз, другой, а затем, наконец, хрипло кивает. “Так и есть. Но ничего не предпринимай; я положил на тебя глаз.”

Адрик слабо улыбается. “Замечательно. Я буду чувствовать себя намного безопаснее, когда ты прикрываешь мою спину ”. Он толкает дверь и входит в кабинет лейтенанта Берна, за ним немедленно следует британский коммандос.

Сэр Берри Крач, доктор философии в области молекулярной биологии, полевой профессор и глава биологического факультета Оксфорда, автор более 400 научных статей, недавно нанятый британским правительством для научного исследования аномалий зоны, нарушающих правила, и, по сути, один из самых умных людей в мире, стоит на четвереньках посреди британского военного лагеря, разглядывая богатую железом землю с помощью увеличительного стекла, игнорируя многочисленных удивленных зрителей.

Лейтенант Берн бросает на Эдрика подозрительный взгляд, прежде чем прочистить горло. Светловолосый ученый с вьющимися волосами, казалось, ничего не заметил. Адрик замечает, что он тихо напевает себе под нос, когда ползает вокруг, просеивая руками грязь, растирая ее между пальцами, а затем пристально смотрит на нее. Берн осторожно подталкивает ногу профессора ступней, что дает невероятные результаты. Взвинченный Берри Костыль подпрыгивает в воздух с визгом удивления и падает на спину, его круглые очки съезжают набок.

Берн выглядит пораженным. “Мои самые смиренные извинения, профессор”, - нервно говорит он, помогая мужчине подняться. Адрик находит очки, тщетно пытается счистить грязь своим и без того грязным пиджаком и передает их доктору Крачу.

“Все в порядке, мой друг”, - тепло отвечает Берри Крач, надевая очки. “Иногда я могу совершенно потеряться в своем собственном маленьком мире”. Он дважды моргает, а затем смотрит на человека, с которым разговаривает. “О, лейтенант Берн! Какой замечательный сюрприз!”

“Э-э, да ... Все в порядке, не так ли?..”

“О, вовсе нет, совсем нет! Все здесь были очень любезны! Почему ты спрашиваешь?”

“Э-э... ничего… просто выполняю свой долг ведущего, сэр.” Берн некоторое время смотрит на него, вероятно, задаваясь вопросом, какого черта он делает. Адрик просто улыбается. Гениальность и безумие действительно идут рука об руку.

Берн, наконец, восстанавливает самообладание и переходит прямо к делу. “Мы, наконец, нашли подходящего гида для вашего путешествия в зону, профессор. Я хотел бы познакомить вас с Эдриком Суворовым, ветераном-сталкером зоны.”

Берри Крач повернулся к Эдрику и протянул руку. “Рад познакомиться с вами”.

Адрик поколебался, затем взял руку старика и крепко пожал ее. “Аналогично”. Есть что-то необычное в том, как этот британец пожал руку Адрику, в том, как он посмотрел на Сталкера мерцающими голубыми глазами, тепло, излучаемое его широкой улыбкой. Адрик оказывается более шокированным искренностью своего приветствия, чем предыдущим событием. Казалось, что прошло много времени с тех пор, как кто-то действительно был рад его видеть, особенно в районе, контролируемом британцами. Адрик не может удержаться от ответной улыбки, хотя и пытается.

Но затем взволнованный голос Берна проникает в его ротовую полость, разрушая момент. “Вашему, эм, гиду прямо приказано доставить вас в пределах Зоны, куда вы пожелаете, профессор”, - говорит Берн, многозначительно глядя на Эдрика. “Но я действительно рекомендую вам взять с собой нескольких моих британских рекрутов, по крайней мере, до границы ...”

“Я уверен, что в этом нет необходимости”, - отвечает доктор Крач. “Мистер Суворов, похоже, более чем способен показать мне, что к чему ”.

Адрик не смог удержаться, чтобы не воспользоваться ситуацией. “Кроме того, твоим маленьким новобранцам может быть трудно угнаться за нами”. говорит Адрик с мерзкой улыбкой. “Я бы не хотел все время спасать их задницы”. Он с немалым удовлетворением замечает, как мышцы челюсти Берна напрягаются, когда он скрежещет зубами.

... И, как и ожидалось, этот британский карлик-стероидоголик несется через территорию к Адрику с таким видом, словно убийство дюжины людей и разрушение половины городского квартала является следующим в его ежедневной повестке дня. Адрик готовится к урагану, когда начинает кидать всякое дерьмо в кузов своего семнадцатилетнего ржавого ведра P.O.S., NIVA 4X4. Он работает так, словно его подпитывают влажные опилки, но самое удивительное, что это вообще работает.

“Ты придурок!”

Адрик предпочитает пока игнорировать довольно громкий паровой двигатель по имени Берн позади себя, но вскоре обнаруживает, что Берн не в настроении ждать. Адрик поднимается с земли, потирая подбородок и вытирая грязь.

“Послушай меня, ты, грязный ублюдок!” Лицо Берна похоже на помидор, слишком долго оставленный на солнце. “С меня почти достаточно твоего отношения! Если бы это зависело от меня, мои собственные солдаты повезли бы доктора Костыля на экскурсию по зоне, а не какого-то нанятого панка. И я бы арестовал тебя за то, что ты умник.”

Адрик медленно вытирает горячую слюну со своей щеки. “Тогда, наверное, я рад, что это зависит не от тебя”.

Лейтенант Берн хмурится и яростно хватает Эдрика за куртку. “Этот человек, которого вы собираетесь отправить в зону, стоит больше, чем вся ваша страна. Если ты позволишь, чтобы с ним что-нибудь случилось, скажем так, я буду наслаждаться охотой на такого подонка, как ты.”

“Полегче, товарищ”.

“Заткнись, черт возьми. Начальство, должно быть, сошло с ума ...”

В этот момент сам Гений, спотыкаясь, выходит из "НИВЫ", выглядя потерянным. Ну, возможно, не потерян, просто в данный момент его нет. Берн быстро отпускает Эдрика. “Профессор. Ты готов уходить?”

“А?” Чары рассеяны, и Берри Крач безучастно смотрит на Берна, как будто его разум только что восстановил контроль над телом после долгой борьбы. “Ох. ДА. Конечно. Мне просто нужно взять свое оборудование и загрузить его в ...” Он смотрит на металлический лист на колесах и хмурится. “Это наш транспорт?”

Берн запинается, но умудряется пробормотать: “Э-э, ну нет, конечно, нет, если вы предпочитаете что-нибудь, э-э, более подходящее ...” Боже, этот британец такой подлиза.

К удивлению Адрика, Костыль переводит на него задумчивый взгляд. “Вы, сэр, гораздо более осведомлены, чем я, в вопросах, касающихся Зоны. Что вы думаете? Нужен ли нам превосходно оборудованный автомобиль для достижения наших целей?”

Адрик не мог решить, что было более забавным: потрясенное лицо Берна или тот факт, что опрятный британец высокого положения назвал его сэром. Он изо всех сил старается сохранить серьезное выражение лица, когда отвечает: “Абсолютно, профессор. На этой куче хлама мы далеко не уедем.” Он замечает, что Берн бросает на него предупреждающий взгляд уголком глаза, но игнорирует его. “На самом деле, я думаю, мы должны выложиться по полной. Берн, теперь я знаю, что прошлой ночью ты получил несколько новеньких "хаммеров" для своего отряда. Не могли бы вы уделить один?”

Лейтенант хмурится. Предполагалось, что никто еще не знает о новых разведывательных машинах. “Ну, моему подразделению они нужны для патрулирования ...”

“О, перестаньте”, - мягко прерывает профессор Крач. “Вам, конечно, не нужны все эти устройства, не так ли?”

“Я... э... а...” Берн опускает голову в знак поражения. “Конечно, нет, сэр. Я подготовлю один в течение часа ”. Его глаза поворачиваются, чтобы посмотреть на Эдрика. Сказать, что Берн выглядит немного сердитым, все равно что сказать, что ядерная боеголовка вызвала бы небольшие разрушения.

“Тогда я сейчас возьму свое оборудование и подготовлю его к погрузке”, - говорит Берри Крачу и поворачивается, чтобы уйти.

Один взгляд на пылающее лицо Берна заставляет Эдрика принять решение. “Скажите, профессор, вам нужна какая-нибудь помощь? Я пойду с тобой...”

После нескольких месяцев слушания унылого шума маломощного двигателя NIVA, а затем ожидания около трех или четырех секунд, пока автомобиль действительно отреагирует, 275-сильный дизель V8 кажется чертовой реактивной турбиной. Тяжелые колеса без усилий катятся по каменистой местности, а тяжелая подвеска поглощает все это. Адрик даже не замечает рывков и падений на полфута. Находясь в окружении бронированного тела толщиной 3 дюйма и глядя сквозь пуленепробиваемое лобовое стекло, Адрик испытывает чувство, которого он давно не испытывал. Он начинает чувствовать себя непобедимым. Черт возьми, это плохо. Если и есть что-то, чему Эдрик научился за последние четыре года, так это никогда никогда не думать об этом. Чувство непобедимости - это то, что тебя убивает. Ты живешь, ожидая смерти каждые пять минут.

Так не могло продолжаться. Тормозные суппорты сомкнулись на блестящих стальных дисках, и 2600-фунтовый бегемот с визгом остановился.

“Э-э ... есть проблема?”

Адрик чуть не подпрыгивает от голоса. Он совершенно забыл, что Берри Крач сидел на пассажирском сиденье рядом с ним с тех пор, как они покинули аванпост чуть больше часа назад. Общение не было обильным. Адрик бросает взгляд на любопытное лицо. “Э-э, без проблем. Я просто должен провести собственный эксперимент ”. Он открывает дверь и выпрыгивает, оставляя двигатель включенным.

Берри Костыль, кажется, очень заинтересовался. “Эксперимент? Правда? Какого характера? Какие переменные вы тестируете?” Он высовывается из окна, когда Адрик обходит "хаммер", так что его вопросы все равно будут услышаны. “Я не думал, что у нас есть что-то общее...”

Адрик смотрит на массивную блестящую решетку менее чем в метре от него, похожую на зубы какого-то ужасного механического зверя длиной 16 дюймов. Затем он быстро наклоняет голову и смотрит на свое пустое сиденье через лобовое стекло. “Мы не знаем”. Он лезет в карман пальто и достает свой Смит и Вессон модели 500 с инициалами. Два оглушительных треска эхом разносятся по Зоне с такой громкостью, что слух Эдрика находится под угрозой. По стеклу разбросаны узоры серебристой паутинки, спиралью расходящиеся от двух очень заметных отверстий. Берри Костыль в ужасе уставился на массивный револьвер, как будто он только что осознал, что компания, в которой он состоит, имеет прискорбную склонность вести себя как сумасшедший.

Адрик медленно опускает пистолет и медленно выдыхает. Он все еще чувствует болезненные вибрации, которые отдача 50-го калибра вызвала у него в руках и позвоночнике, угрожая разорвать мышечные ткани. Он подходит к водительскому сиденью и заглядывает через все еще открытую дверь. У него не хватает двух довольно больших кусков обивки от подголовника, а на заднем стекле есть трещины. Адрик улыбается сам себе, забираясь обратно на свое сиденье, и переключает хаммер на привод. Он с ревом рванулся вперед.

Пять минут спустя профессор, наконец, выдавливает слова, которые застряли у него в горле. “Что… что все это значило?” Ах, Берри Костыль, всегда тактичный и вежливый в своем обращении. Другой на его месте, вероятно, крикнул бы что-то вроде ‘Что, во имя всего святого, с тобой НЕ ТАК!?!’.

“Мой эксперимент”. Адрик отвечает, все еще улыбаясь. “Защитные качества этого хаммера ничего не значат в Зоне. Меня нужно было убедить, что меня все еще можно легко убить ”.

Тишина, а затем: “И тебе удобно это знать?”

“Больше, чем раньше”.

И он поехал дальше, теперь полностью осознавая, что метко пущенный снаряд может пробить это ‘пуленепробиваемое’ стекло и забрызгать мозгами Эдрика весь армейско-зеленый салон. Он больше не чувствует себя непобедимым. На самом деле, он чувствует себя чертовски параноидальным и уязвимым. Но, по крайней мере, это паранойя и уязвимость, к которым Адрик привык.

Они были в пути чуть больше трех часов. Назвать это ‘дорогой’ на самом деле было бы совсем не правдой. Более адекватным описанием было бы ‘длинная цепь выбоин, заросших травой, со случайными наводнениями, стволами деревьев или другими препятствиями из окружающей среды на пути, созданными специально для того, чтобы препятствовать продвижению’; но гораздо проще просто сказать ‘дорога’.

В течение этого времени Адрик не мог не задать себе тот же вопрос, который задавал лейтенант Берн и, вероятно, все еще задает себе. Какого черта британское правительство решило нанять безымянного наемника для руководства одним из, возможно, самых важных людей своей страны? У них есть ресурсы; они, вероятно, могли бы послать целую армию присматривать за задницей этого Эйнштейна, и они определенно справились бы с работой намного лучше, чем Адрик. Он прокручивает в голове около дюжины возможных сценариев, но ни один из них не кажется по-настоящему правдоподобным. Что-то было не так во всей установке.

Особенно большая шишка выбивает Эдрика из мыслительного процесса. Не из-за дерганий самого автомобиля; он был практически невосприимчив к этому, благодаря двум годам вождения "НИВЫ", подвеска которой проржавела до неузнаваемости. Нет, он выбит из задумчивости, потому что внезапное движение впечатывает его лбом в рулевое колесо.

Стон. Поморщившись, Адрик искоса смотрит на профессора, который наблюдает за стервятниками, которые преследуют их уже минут тридцать или около того. И вообще, что именно доктор Крач здесь должен делать? Кажется, сейчас самое подходящее время, чтобы это выяснить.

Они не разговаривали со времени ‘эксперимента’ Эдрика, за исключением того случая, когда Доктор спросил, ‘был ли поблизости лу’. Адрик все еще не может понять: если они оба говорят по-английски, то почему, черт возьми, он не может понять этого человека? Британцы сумасшедшие. Как только Эдрику удалось расшифровать, что "лу" означает "туалет", они от души посмеялись. Или, по крайней мере, он смотрел. Профессор Крач, казалось, не понимал, что такого смешного в том, чтобы попросить общественный туалет посреди Зоны.

Адрик решает попытаться завязать светскую беседу, чтобы немного разрядить обстановку, прежде чем стремиться к главному призу. “So um… Врач. Скажи мне. Ах.... Какого рода оборудование вы упаковываете?” Отличная работа, Адрик. Тебе действительно нужно поработать над своими социальными навыками.

Берри быстро поворачивает голову, выглядя удивленным, но затем задумчивым. “Ну, я только что купил себе новую модель в прошлом месяце на правительственный грант, специально для этого рейса”.

“Правда?” Адрик доволен, что не слишком испортил разговор. “Какая модель?”

“ВайТек 6600-TX”.

Адрик хмурится. “Никогда не слышал об этом”.

“Неудивительно. Это очень ново. Был запущен в производство только в этом году ”.

“Ах. Это бы все объяснило. Я здесь довольно изолирован от внешнего мира ”.

“Понятно. У него очень мощный оптический прицел. Идеально подходит для полевых работ. Я тебе покажу ”. С этими словами Берри разворачивается и начинает рыться в своем оборудовании, хранящемся на заднем сиденье. Адрик немного впечатлен. Он ожидал, что у Берри не будет при себе ничего, кроме маленького пистолета или чего-то подобного, неподходящего для большинства опасностей в Зоне, но, судя по звуку, он действительно пришел подготовленным. Надеюсь, он тоже знает, как им пользоваться.

“И вот мы здесь”. Профессор кладет себе на колени довольно большой черный кейс, расстегивает крепления и открывает крышку.

Адрик бросает взгляд на содержимое. И чуть не врезался в дерево. Он смотрит на VayTek 6600-TX. “Это микроскоп”.

“Ну конечно. Чего ты ожидал?”

“Пистолет”.

“Пистолет?”

“Да, чертов пистолет! Вы знаете, огнестрельное оружие, оружие самообороны, что-то, из чего можно стрелять в дерьмо! У тебя есть один, не так ли?”

“Боже, нет! Я пацифист ”.

Адрик стонет. “Вы пришли в Зону безоружным? Господи Иисусе, какого черта я согласился это сделать? Единственное, что пацифизм может сделать для вас здесь, это помочь выкопать себе могилу.” Адрик некоторое время смотрел прямо перед собой, ругаясь себе под нос.

“Никто не сказал мне, насколько здесь опасно”, - тихо говорит Берри.

Адрик вздыхает. “Ладно, извини, что разозлился. Я был просто шокирован. Это не твоя вина.” Он многозначительно смотрит на ученого. “Но если ты хочешь задержаться здесь надолго, тебе лучше привыкнуть носить с собой хотя бы пистолет. Как этот.” Он вытаскивает свой невероятно мощный револьвер и ударяет им по приборной панели.

Берри Костыль тычет в него пальцем и хмурится. “Это не пистолет. Это пушка ”.

Адрик смеется. “Возможно, вам лучше подошло бы менее мощное оружие. Вот.” Он наклоняется, поднимает штанину, вытаскивает "Беретту" 9000-го калибра из кобуры и бросает ее Берри. Он ловит снимок с испуганным выражением лица и быстро кладет его на приборную панель. Адрик останавливает хаммер. “Я покажу тебе, как им пользоваться”.

Берри слабо кивает.

Адрик сидит на валуне, с интересом наблюдая, как Берри Крач пытается перезарядить "Берретту". “Поверни клип в другую сторону. Вот и все. ” Профессор начинает осваиваться. Со щелчком магазин встает на место. Он отодвигает крышку, взводя курок пистолета и готовя его к стрельбе. Затем он держит его двумя руками перед собой, аналогично демонстрации Адрика, и выстраивает в линию дерево в прицеле. “Ну вот. Ты начинаешь это понимать ”.

Берри улыбается и снова практикуется в извлечении обоймы. Затем он случайно роняет его.

“Итак, э-э ...” Эдрик переходит к главному вопросу. “В любом случае, какова цель ваших исследований в Зоне?”

Выпрямившись, ученый выглядит задумчивым. “Проще говоря, я расследую причину этого необычного выпадения радиации; почему Зона стала такой, какая она есть. Вы должны признать, что это явление довольно необъяснимо ”.

“Верно”.

“Должна быть какая-то глубинная причина этой самой экстраординарной катастрофы. Если мы сможем выяснить, как это произошло, мы надеемся, что сможем предотвратить это повторение ”.

“Я думаю, в этом есть смысл”.

Берри снова направляет огнестрельное оружие на дерево. “Я рад, что ты понимаешь”.

Над травянистыми холмами раздался громкий хлопок. Адрик ругается. Это был не пистолетный выстрел.

Берри таращится на "Берретту" в своих руках. “Но я даже не прикасался к триггеру ...” Его слова были прерваны весом тела Эдрика, выбившим воздух из легких, когда прозвучал еще один выстрел. "Хаммер" слегка тряхнуло в двух метрах от него, когда пуля срикошетила от его бронированной обшивки. Когда Берри восстанавливает дыхание, он садится. “Что происходит?”

“Иисус, не ложись!” Адрик резко шепчет, снова опрокидывая Доктора на спину. “В нас стреляют”. Чтобы хорошо проиллюстрировать заявление Эдрика, разбивается зеркало бокового обзора Hummer. Будь проклята высокая трава на этих равнинах. Если нападающий лежит, шансов заметить его практически нет. По крайней мере, у Эдрика будет такой же камуфляж. Неистовая пуля попадает в грязь в трех дюймах от левой руки Эдрика, и пыль летит ему в лицо. С другой стороны, может быть, и нет. “Ползи под "хамви"!” Он наносит профессору неточный пинок, чтобы поторопить его, а затем начинает откатываться в другую сторону. Снайпер должен был стоять, чтобы произвести выстрел под таким углом. Он продолжает катиться несколько метров, а затем осторожно встает на одно колено, мышцы напряжены и готовы в любую секунду ткнуться лицом в грязь.

Вот. Примерно в ста пятидесяти метрах от него стоит одинокая фигура, одетая в белое. Пригвоздить его массивным пистолетом Smith & Wesson, который Эдрик всегда держал под рукой, кажется немного притянутым за уши, но он не мог придумать более адекватного решения в своей нынешней ситуации. Все его дальнобойное оружие хранится в задней части хаммера, на расстоянии мучительных шести метров. Адрик ложится на живот и вытаскивает револьвер. Он может разглядеть белую голову нападавшего сквозь длинные стебли травы, которые окутывают его. Он совмещает двойной прицел с белым пятном и нажимает на спусковой крючок. Получи это, ты, мудак. Совершенно очевидно, что снимок получился не очень удачным, но это определенно дало ублюдку пищу для размышлений. Белая точка исчезла из поля зрения. Адрик стоит на коленях, когда делает еще один выстрел, на случай, если наводчик подумает о том, чтобы снова выглянуть, чтобы посмотреть. Эдрик пятится назад со скоростью ленивца ленивым воскресным днем, осматривая горизонт в поисках чего-нибудь движущегося. Примерно через неделю спина Эдрика ударяется о холодный металл "хамви". “Все в порядке, Берри?” Он мог слышать хныканье из-под автомобиля.

После нескольких судорожных вдохов Берри сумел пробормотать, что он немного потрясен, но невредим.

Адрик проницательно улыбается. “Добро пожаловать в реальность Зоны, профессор”. Три выстрела, прозвучавшие в быстрой последовательности, прерывают момент. Адрик наносит ответный удар, выпуская оставшиеся три пули, целясь в общем направлении, где он видел нападавшего в последний раз. Он бросает револьвер, рывком открывает багажник "хамви" и ныряет внутрь.

Перед ним лежит снайперская винтовка Драгунова, принадлежавшая его отцу. Идеальный. Может, он и старый, но Адрик сохранил его в наилучшем состоянии, и он все еще может передавать снаряды с высокой скоростью на огромные расстояния. Он заряжает его и готов к действию в течение нескольких секунд, но прежде чем он успевает сделать что-либо еще, он слышит автоматический огонь, советующий ему пригнуться. И хорошо, что он это делает. Десятки пуль врезаются в хамви с другой стороны, разбивая стекла и раскачивая кузов взад-вперед от силы удара. Адрик прикрывает голову руками, когда тысячи крошечных осколков врываются внутрь, обнажая его крошечными ножами. "Хаммер" внезапно наклоняется вниз, когда лопаются одна, а затем две шины. Переднее лобовое стекло разлетается на части, когда второй пулемет начинает кашлять свинцом с другого направления. Подвеска стонет и угрожает полностью выйти из строя. Открытая дверь багажника полностью сорвана с петель и падает на землю. Срань господня.

Стрельба наконец прекращается. Адрик не смеет пошевелиться. Там по меньшей мере трое преследователей, один с винтовкой слева от него, и двое с огромными пистолетами спереди и справа от него. Он окружен. Он на мгновение задумывается, жива ли еще Берри. После еще нескольких секунд молчания он сдвигается, позволяя стеклу соскользнуть на спину. Исцарапанный, в синяках и крайне напуганный, Адрик начинает жалеть, что не купил этот M60 три недели назад.

Шаги. Адрик затаил дыхание. Проверял, нет ли выживших? Скорее всего. Судя по направлению, откуда доносился звук, тяжелый стрелок № 1 (справа от Эдрика) был тем невезучим парнем, которому пришлось покинуть укрытие, чтобы убедиться, что враг мертв. В акте профессионализма и контроля (на самом деле, слепая паника и самоубийственная глупость были бы более точными), Адрик вскакивает на колени, поворачивает длинный ствол винтовки вправо, замечает удивленного маньяка с автоматом и пронзает его грудь иглой длиной 54 мм, прежде чем кто-либо успевает отреагировать. Когда они, наконец, это делают, Адрик выплывает из задней части подбитого хамви. Следует примерно пятнадцать секунд яростной стрельбы, еще больше разрушающей дорогой автомобиль. Вот и еще одно колесо. Господи, Берн сорвется, когда увидит это.

Адрик переворачивается и замечает снайпера в тот же момент, когда снайпер видит его. Обе винтовки обмениваются патронами. Пуля пробивает край куртки Адрика и пробивает его плечо. Белому стрелку повезло меньше.

Схватившись за плечо, Эдрик садится, морщась. Под "хаммером" виднелась какая-то фигура, но из-за всей пыли в воздухе Эдрик не мог сказать, живая ли она. Он роняет Драгунова; с его искалеченным плечом ему повезет, если он сможет попасть в машину перед ним. Теперь, присев, Адрик вытаскивает из-за пояса еще один маленький пистолет, на этот раз полуавтоматический, с обоймой на 15 патронов, и начинает осторожно обходить "хаммер" сбоку. Где был последний парень? Внезапное движение заставляет глаза Эдрика переместиться влево. Помяните дьявола; ублюдок обошел его с флангов. Горячее дуло уже направлено на Адрика, когда стрелок делает еще один шаг вперед, с пулемета свисает пояс с боеприпасами.

Звук тысяч крошечных пильных полотен, смешанный со статическими разрядами электричества, врывается в слух Эдрика примерно на ста восьмидесяти децибелах. Его голова раскалывается, глаза слезятся, а барабанные перепонки жалуются, когда он зажимает уши руками. На его глазах покушавшийся на него убийца исчезает в красно-серебристом тумане, в то время как близлежащая трава и грязь разлетаются в пыль.

Звук прекращается. Адрик задыхается, слезы текут по его пыльным щекам. Все, что осталось, - это голый круг взрыхленной земли радиусом в метр, медленно окрашивающийся в красный цвет по мере того, как оседает туман. Вау. Это было событие, свидетелем которого Адрик надеется больше никогда в жизни не стать. Он слышал истории о сильной аномалии, похожей на то, что должно было быть, но Иисус Христос! Каждая клетка в теле этого Сталкера была разрушена, каждая молекула отделена и разорвана на части. Это называлось "Мясорубка", и не зря.

Думаю, пришло время проверить профессора. Адрик падает на живот и заглядывает под автомобиль. “Эй, доктор? Ты все еще жив?”

Некоторое время тишина, затем стон. “Я презираю это место”.

Адрик смеется, но затем на него нападает сильный кашель. Проколотые шины, вероятно, спасли Берри Крачу жизнь. Это позволило наклонить правую сторону кузова ближе к земле, что защитило его от большей части выстрелов. “Как ты себя чувствуешь?”

“Испытывая мучительную боль. Я думаю, у меня сломана нога ”.

“Я сомневаюсь в этом. Вероятно, это просто пуля ”.

“Просто пуля!?”

Адрик вздохнул. “Давай вытащим тебя оттуда, и я посмотрю”.

К удивлению Эдрика, двигатель все еще работал. Благослови производителей, которые приняли решение защитить блок двигателя. Три шины спущены, все стекла выбиты, в раме, похоже, дырок больше, чем в металле, и пружины опасно стонут, но машина все еще едет. Эта сука крутая.

Он туго перевязал плечо; винтовочная пуля прошла прямо сквозь его плоть, едва не задев лопатку. Хотя в ноге Берри все еще были гильзы. Адрик не смог их вытащить. В него попали дважды: один раз в икру, а второй раз в бедро. Он тоже перевязан и постоянно оказывает дополнительное давление на бедро (самое тяжелое из двух ранений), как советовал Адрик.

Адрик рассказал Берри о необычном явлении, свидетелем которого он был, разрывающем его противника на части. Несмотря на свои травмы, Берри, кажется, приободрился. “Это завораживает! Хотел бы я быть свидетелем этого происшествия. Как ты думаешь, мы увидим еще один?”

Адрик отрывает взгляд от дороги, чтобы недоверчиво взглянуть на Костыля. “Я, конечно, надеюсь, что нет”.

Берри смотрит в пространство, размышляя про себя. “Аномалия окружающей среды, которая может мгновенно разрушить естественное магнитное притяжение частиц ... Это, должно быть, какой-то прорыв в физике!” Он хватает блокнот, который держал в бардачке, и начинает яростно делать пометки, совершенно забыв о своей ноге.

Адрик позволяет ему некоторое время воевать с бумагой. Ему есть о чем подумать. Обыскивая тела перед тем, как они ушли, он узнал знак прапорщика, вышитый на белой форме снайпера. Это был символ - красная змея, обвившаяся вокруг черного кинжала. Это символ фракции сталкеров Dark Venom. Они - гильдия убийц, целью которой не является охота за странными сокровищами на просторах Зоны, как у других сталкеров. Это охота на охотников за сокровищами за самую высокую цену. Членов этой фракции мало, и они редко встречаются, и обычно они никогда ни с кем не вступают в бой, за исключением противников или целей. Для троих их членов действовать в тандеме и устроить засаду Адрику Суворову и его британскому спутнику было слишком большим совпадением. Более вероятно, что кто-то назначил награду за их головы, и Темный Яд пытался ее собрать. Но зачем кому-то желать смерти Эдрика? В последнее время он никого не выводил из себя, о чем только мог подумать…

“Посмотри на эти деревья! Здешнее излучение сильно повлияло даже на их физические свойства!”

Адрик на мгновение закрывает глаза. С замиранием сердца он смотрит на профессора Крача из Оксфордского университета в Англии. В данный момент он пытается зарисовать растительность, мелькающую за окнами, или ее отсутствие.

“Э-э, Берри?”

Берри Крач поднимает взгляд от своих рисунков. “Да?”

Как сказать это мягко, не встревожив его? “Есть ли у кого-нибудь причина желать твоей смерти?” Очень тонко, Адрик.

Как и ожидалось, Берри выглядит пораженным. “Я… Я не знаю. Это не совсем то, о чем я думаю каждый день ”. Внезапное осознание; его глаза расширяются, когда он устанавливает связь. “Ты думаешь… ты думаешь, эти люди пытались меня убить?”

“Ну, я не уверен, но что-то в том, как они в нас стреляли, неоднократно, заставило меня заподозрить, что да, возможно, они действительно хотели тебя убить”, - саркастически парирует Адрик. “Эти люди были наемными убийцами. Они столкнулись с нами не случайно.”

“О”, - очень тихо говорит доктор. Очевидно, что это новая перспектива для него. Никогда не покидая своего изолированного мира микробиологии и пацифизма, он, вероятно, никогда бы и мухи не обидел. Но то, что ты один из умнейших людей в мире и сейчас расследуешь причину, возможно, одного из самых конспиративных событий в истории, обязательно заставит людей обратить на тебя внимание. И Адрик по опыту знает, что, привлекая к себе внимание, можно легко вляпаться с головой в дерьмо.

Кто-то не хотел, чтобы высокоуважаемый ученый рыскал по Зоне. Черт возьми, они, вероятно, планировали его смерть с самого начала. Это могло бы объяснить, почему Адрика, единственного ненадежного наемника, наняли, чтобы он проводил этого Профессора по Зоне вместо полностью вооруженного британского эскорта. И как в дело вмешался Темный Яд. Если бы это было политическое убийство, найм нескольких случайных головорезов для выполнения грязной работы предотвратил бы нежелательное внимание к ситуации.

Этот кто-то или группа, должно быть, могущественны и влиятельны, имея высокие связи в британских вооруженных силах и, возможно, даже в других международных организациях.

С другой стороны, может быть, Адрик просто параноик.

Обеспокоенный голос Костыля прерывает его мыслительный процесс. “Что нам делать?”

“Я не уверен. Может быть, залечь на дно на пару дней ...” Его дьявольская совесть вспыхивает в нем. Они хотят убить человека, рядом с которым он сидит, а не его самого. Если бы он просто оставил Берри где-нибудь, он мог бы избежать многих неприятностей. Старайся не привлекать к нему внимания, как он всегда предпочитал. Снова растворитесь в лесу и снова станьте безымянным преследователем. Его жизнь была бы намного проще. Адрик бросает на Берри косой взгляд, а затем отвергает эту идею, чувствуя стыд за то, что даже подумал об этом.

Профессор выглядит глубоко обеспокоенным и напуганным. На самом деле он не такой уж плохой персонаж, хотя и немного странный. За последние пару часов он привязался к Адрику. Даже три года работы сталкером не полностью уничтожили совесть Эдрика. Он не мог нанести удар этому восхитительному человеческому существу в спину.

“Эдрик, берегись!”

Глаза Эдрика переключаются на дорогу как раз вовремя, чтобы увидеть силуэт, проносящийся перед автомобилем. Он нажимает на разрывы, но они работают не так хорошо, как следовало бы, благодаря Dark Venom и их ревностному использованию пулеметов. Тяжелый хаммер врезается в форму с тошнотворным хрустом.

“Что, черт возьми, это было?” Когда "хаммер", наконец, останавливается несколько секунд спустя, Адрик выпрыгивает, проверяя, можно ли достать его револьвер. Он медленно перемещается к передней части автомобиля, осматривая местность. В двух футах от него лежит собачье животное, очевидно, мертвое. Несмотря на серьезные повреждения, Адрик узнает вид, который встречается только в Зоне. “Черт”, - говорит он.

“Что это?” - спрашивает Берри из грузовика.

“Это слепая собака. Подумайте о волке-убийце, который доводит себя до безумия ради забавы. Наслаждается измельчением человеческой плоти. Хуже всего то, что они никогда не бывают одни. Мы должны двигаться. Быстро.”

“Подожди. Вы можете занести тело в грузовик? Я хотел бы проанализировать это.”

Адрик пристально смотрит на ученого. “Из всего того дерьмового дерьма, что ты наговорил сегодня, это выигрывает”. Он смотрит на собаку. “Это дворняга, черт возьми. Разве ты не препарируешь это дерьмо в медицинской школе?”

“Не те, которые живут в радиационной среде, чьи виды, по сути, были созданы мутациями. Это может стать следующим биологическим прорывом ”.

Адрик застонал. “Ты, должно быть, издеваешься надо мной”, - бормочет он себе под нос, обнимая изуродованное тело. С ворчанием он проталкивает тушу через оконную раму заднего сиденья. “Там”.

От пронзительного воя у него по спине пробегает холодная дрожь. “Ого”. Адрик быстро поворачивается, вытаскивая револьвер. Три, нет четыре, серых пятна несутся к нему, в тридцати метрах от него, и быстро приближаются. “ЗАВОДИ МАШИНУ!” Адрик отчаянно кричит. Так быстро, как только могут нести его ноги, Адрик обегает хаммер и запрыгивает на водительское сиденье, его ноги ищут нужную педаль. Он находит его и вдавливает в пол обеими ногами, даже не потрудившись закрыть дверцу.

Берри кричит, когда одна из собак прыгает на пассажирское окно, с ее длинных клыков капает слюна, но прежде чем она достигает автомобиля, пуля 50-го калибра пролетает мимо носа Берри и попадает в заднюю часть разинутой собачьей челюсти. Его голова и плечи жестоко взрываются, и сила удара отбрасывает оставшуюся тушу назад. Адрик морщится. Кажется, что его плечо вывихнуто от отдачи. Стрельбы из неприлично мощного пистолета одной рукой он всегда старался избегать. “Вытащи пистолет, придурок!” - кричит он Берри.

Когда автомобиль набирает скорость, Адрик начинает крутить руль взад-вперед, пытаясь объехать большие деревья, но он игнорирует деревья поменьше, молясь, чтобы хаммер смог понести наказание. В результате близкого столкновения он получает глубокую рану на щеке от сучковатых веток. "Хаммер" сильно раскачивается, когда другая собака врезается в боковую дверь.

После еще одной мучительной минуты рычания собаки, протестующего подвешивания, треска деревьев и криков Берри, вой, кажется, наконец-то становится более отдаленным. Еще через пять минут изображение полностью исчезло. Адрик вздыхает с облегчением, а затем чуть не падает в обморок на месте.

Адрик не может в это поверить. Он едет по Зоне в военном "хаммере", который под завязку набит свинцом и имеет три спущенных колеса, множество царапин и вмятин, а на заднем сиденье сумасшедший ученый препарирует тело слепой собаки ножницами и скальпелем, которые он нашел бог знает где.

“Это очаровательно, Адрик. Внутренние системы этого животного сильно отличаются от вашего обычного Canis familiaris. Похоже, у них необычно большие надпочечники. Возможно, именно поэтому они такие агрессивные ”. Что ж, по крайней мере, Берри, кажется, доволен собой. “Мммм... это интересно ...”

Адрик позволяет своим мыслям блуждать. Его мышцы болят, рана на плече пульсирует, и он чувствует себя измученным. Он тоже не может вспомнить, когда ел в последний раз. Примерно через час солнце сядет. Может быть, ему следует держать глаза открытыми в поисках укрытия.

Его размышления прерывает похлопывание по плечу. “В чем дело, доктор?” он спрашивает раздраженно.

“Er… Я уверен, как это объяснить ... ”

“Просто выкладывай”.

“Ну, если быть откровенным, этот вид не был создан сильной радиацией из Зоны, как я сначала подумал”.

“Что ты хочешь сказать?”

“Этот вид, слепые собаки, как вы их называете, были созданы искусственно. Люди.”

Некоторое время Адрик ничего не говорит. Затем: “Что ... нет ... ты уверен?”

“Я полагаю, что да. Есть свидетельства того, что ферменты рестрикции когда-то использовались для вырезания и вставки фрагментов генетического кода в ДНК этого животного. Я сразу узнал это. Мы проводим точно такие же процедуры в лаборатории в Оксфорде. Животное генетически модифицировано, хотя до такой степени, которой я никогда не видел ”.

“Мой... бог...” Адрик ошарашен. Он вспоминает те далекие времена, когда все могли говорить только о продуктах GE, и они казались потрясающими с научной точки зрения. Они вывели клубнику, невосприимчивую к заморозкам, и увеличили рост кукурузы. Но он никогда ничего не слышал об ученых, испытывающих эту практику на животных или создающих совершенно новые виды, если уж на то пошло. “Зачем кому-то создавать что-то настолько ... жестокое?”

Берри качает головой. “Понятия не имею. Однако странно, что они выпустили его на волю в дикой природе ”.

“Может быть, оно ускользнуло”. Несколько минут никто ничего не говорит.

Параноидальный разум Адрика начинает верить, что знает, как эта новая и шокирующая информация вписывается в грандиозную головоломку того, что, черт возьми, происходит. Возможно, эта собака была выведена или, скорее, создана в качестве какого-то эксперимента, но ситуация вышла из-под контроля. Собаки вырвались на свободу и начали терроризировать сельскую местность. Было бы легко обвинить в создании этого вида вторую катастрофу Чернобыля. Это решило бы множество проблем, поскольку вся эта путаница была затеяна известной корпорацией.

У Эдрика появилась другая мысль. За последние несколько лет в Зоне было большое присутствие военных… так совпало, что созданный вид оказался машинами для убийства. Идеальное оружие. Возможно, эксперименты проводили сами военные… Вау. Это становится немного притянутым за уши.

Адрик приводит в порядок свои мысли и пытается снова прокрутить сценарий в голове. Военные всегда ищут новые виды оружия и технологии, чтобы получить преимущество над остальным миром. Военные исследователи изучали генетическую модификацию, и они обнаружили, что могут создать и разводить более крепкую и злобную разновидность атакующей собаки, способную разорвать армию на части. Но затем что-то пошло не так. Собаки сбежали ... или, может быть, их спустили с поводка. Эдрик дрожит. В любом случае, они, очевидно, вырвались из плена. Теперь ошибка такого масштаба погубила бы репутацию военных, не говоря уже о том, что из-за нее уволили бы нескольких высокопоставленных лиц. Поэтому они обвинили внезапную вспышку слепых собак в радиационном отравлении. Казалось, это срабатывало, пока известный микробиолог не решил прийти и осмотреться. В панике военные приказывают не отправлять сопровождение с Берри Костылем в самую опасную зону мира и вместо этого нанимают Эдрика для его защиты. На случай, если Зона не оборвет его жизнь, они нанимают убийц из Dark Venom, чтобы убедиться, что исследования профессора не будут завершены. Берри Крач, несомненно, обнаружил бы доказательства генетических изменений.

И он только что это сделал. Это глубоко. Адрик хотел бы, чтобы он никогда не соглашался на это задание. Если кто-нибудь узнает, что Адрик знает то, что знает он, он покойник. Но теперь, когда он заглотил наживку, ему больше ничего не остается, как бежать с ней.

Зона - это бесконечная загадка. Где-то спрятан великий секрет, нечто огромное и непостижимое, которое ждет, чтобы его раскрыли. Сотни сталкеров каждый день бесконечно обыскивают Зону в поисках улик, и большинство умирает напрасно. Адрик почему-то сомневается, что причина второйnd катастрофы в Чернобыле и для самой Зоны будет раскрыта в ближайшее время. Но они с Берри Крачем только что нашли огромную часть головоломки.