Два дня

Автор

Опубликовано 26 мая 2004

```

```

Убить человека своими руками. Когда я первый раз убил человека, не помню, мне уже было за двадцать. Мы с братом зарабатывали на жизнь тем, что подстерегали одиноких сталкеров на выходе из опасных участков Зоны и забирали у них товар. Не потому, что нам нравилось мародёрство, а просто мы тогда ничего другого делать не умели, да и не хотели.

В Зоне, и только в ней можно найти действительно ценные, а иногда и бесценные Артефакты. Подумать только, за один неплохой Артефакт мы получали столько денег, за сколько наши родители надрывались несколько месяцев. Продавали всё Скину - старьёвщику. Этот покупал всё, от оружия и до осклизлых шкурок мутантов. Сказать, что такое занятие мне особо нравилось, не скажу, но идти работать на завод хотелось ещё меньше. Себя и себе подобных мы называли хантерами, охотниками на сталкеров. В народе же нас прозвали “грязными сталкерами” или же просто мародёрами.

Ранней весной два хантера гнали сталкера по прозвищу Аббат. Его взгляд не выказывал особой усталости, но взмокшие волосы, выбивающиеся из-под темно-зеленого шлема и посеревшее от пыли лицо и камуфляж говорили об изрядном марш-броске. Сапоги были перемазаны глиной настолько, что невозможно было разобрать их изначального цвета.

Пахло плесенью. Из открытых канализационных люков выветривались тошнотворные запахи тухлой воды. Кое-где уже стала пробиваться скудная растительность. Начинали набухать почками растущие прямо из выбитых окон домов чахлые деревца с уродливыми наростами. Теперь в этом городе обитали только крысы и мутанты.

Сталкер бежал, выбивая сапогами струйки пыли и хрустя битым стеклом, повсюду валяющимся на дороге. За его плечами висел рюкзак, который он старательно пытался не трясти во время бега и все время поправлял. В руках он держал штурмовую винтовку, которую нашел на заброшенной военной базе. Винтовку заклинило, и сейчас она была абсолютно бесполезна. Аббат не бросал её только потому, что она придавала ему призрачное чувство уверенности в себе. “Ну что за работа”, думал он, крутя головой и выискивая более простой путь для бега. Пару раз он останавливался и бросал болты в казавшиеся подозрительными места, но всё было нормально.

Дорогу впереди перегородили развалины кинотеатра. Слева тянулись бесконечные девятиэтажки. Аббат свернул направо в лабиринты покинутых полуразвалившихся пятиэтажек. Судя по карте, вскоре должен был начаться частный сектор и, главное, там протекал ручей. В погоне участвовал пёс, только поэтому сталкер до сих пор не ушел от хантеров. “А может, присоединиться к инженерам, сталкерам-разработчикам? Тем более, предлагали, и не раз. И образование позволяет. Буду ковырять новые виды поставляемых артефактов, отдыхать в кровати, а не где получится. Разработаю новый сканер, новый алгоритм наведения ракет, десяток другой безделушек. Пора завязывать с поисками Артефактов. Только и делаю, что бегаю и теряю годы жизни”.

Тишину разорвала автоматная очередь, прервавшая его раздумья. Аббат повернулся и увидел двоих людей, чуть впереди них бежал здоровенный черный пёс. Сталкер навел бесполезную винтовку в сторону противника. Хантеры спрятались. Аббат метнулся в сторону и исчез в поднявшейся от ветра туче серой пыли.

Преследователи вышли из укрытия. Один из них, сухой и довольно высокий, сплюнул на дорогу и что-то зло сказал второму, поменьше ростом и пошире в плечах. К ним подбежал пёс, немного покрутился, взял след и взглядом пригласил продолжить прерванную погоню. Два человека с калашами наперевес тяжело потопали за ним.

Согласно карте, Аббат скоро должен был выйти к частному сектору. Чтобы сократить путь и сбить преследователей со следа, он, заскакивал в окна первых этажей пятиэтажек и выпрыгивал с другой стороны. Это было достаточно опасно, но приходилось рисковать, беглец все время слышал погоню. Бывало, он даже различал слова преследователей. Несколько раз он падал, поскользнувшись на слизистом мху, растущем сплошь и рядом.

Аббата гнали умело, прижимая к тупикам и завалам. Он бежал, и в такт дыханию в голове бухала одно лишь слово: “...уй-ти, уй-ти, уй-ти...”. Забежав в очередной двор, он увидел развалины дома, перегородившие проход. Сзади послышались крики врагов. Приняв единственно верное решение, Аббат заскочил в первый попавшийся подъезд, выбил дверь в квартиру, подскочил к окну и еле затормозил перед ним. Глаза его стали круглыми от страха - окно было засыпано развалинами соседнего дома. Он выскочил из квартиры и увидел пса, караулящего подъезд. Послышался крик: “Отдай нам то, что у тебя есть, и ты останешься жить”.

Аббат вынул последнюю гранату и рикошетом послал её из подъезда. Граната, звякнув, полетела вниз, сам сталкер стал подниматься по лестнице вверх. Послышался грохот сапог убегающего сталкера и крик “Тол, ко мне”. От взрыва весь первый этаж просто разнесло на осколки. Лестничный пролет, на котором только что был сталкер, рухнул вниз. Будь Аббат в этот момент ниже на пролет, он бы погиб. Одним ударом ноги он выбил дверь на втором этаже и заскочил в смрад брошенной квартиры. Бросив взгляд на окна, он увидел лишь почерневшие глыбы железобетона. Выхода не было. Осмотревшись, он разглядел в полумраке холодильник. Не долго думая, Аббат, обдирая кожу с ладоней, придвинул его к двери. Переведя дыхание и прислушавшись, сталкер с горечью понял, что использовал гранату зря.
- Сука, чуть Тола не завалил. Бедный мой пёсик, иди сюда. Что, испугался?
- Он завалил проход. Попробуй теперь его выкурить. Ты точно уверен, что он не выскочит с той стороны?
- Да, с этим нам прифартило. Гадство, ногу натер пока за ним бегали, болит.
- А давай вообще завалим ему выход. Сдохнет, а мы через недельку его примем и всё заберем.

- Ага, кто-то его найдет и ничего нам не оставит. Давай, помоги мне этот камень оттащить.
- Сашка, не гони смотри какие булыжники, может, поговорим с ним?

- И что ты ему скажешь, что мы пошутили?? Если бы он хотел, всё давно отдал бы. Трясется над своими Артефактами.

- Да, пожалуй. Давай сначала с ним спокойно, а то он со страху весь дом разнесет. Вообще тогда ничего не найдем. Дай мне сигарету.

- Не дам. Осторожно, сзади тебя муха, наверно на солнце проснулась.

Аббат облегченно вздохнул. У него появилось время для починки винтовки. Он положил её на холодильник, скинул рюкзак и вынул из него мятую коробку из-под обуви. Глаза его загорелись, когда он достал из коробки стеклянный шар и провел по нему пальцем. Шар засветился, разгоняя темноту. Сталкер закрепил шар на вешалке для одежды с помощью самодельной сеточки и взял винтовку. “Может, действительно отдать им всё? Может, не тронут тогда? Не, вряд ли, Смуглого только недавно пристрелили. Зачем им оставлять следы”.

Через дверь послышался грохот - враги пытались откопать проход к нему.
- Сашка, убери ногу. Да не тащи, кати его.
- Вот сам и кати, раз такой умный.
Послышалось кряхтенье и шум перекатывающихся камней.
Аббат начал разбирать оружие. “Недаром я её все это время нес, своя ноша не в тягость”, - думал он, быстро работая пальцами. “Лишь бы починить”. Он несколько раз собрал и разобрал оружие. Стрелять оно не желало. Сталкер вынул из рюкзака фляжку и, поперхнувшись, хлебнул.

- Чтоб вы сдохли, - ругнулся он, - как я всех ненавижу.

Медленно осмотревшись в поисках хотя бы чего-нибудь, что можно было использовать в качестве оружия, сталкер остановил взгляд на перевернутом столе. Не раздумывая, он выломал ножку стола, помахал ей немного, привыкая к весу, и принялся ждать.

За стеной закричали:
- Мужик, отдай нам товар, и мы клянемся, что ты останешься жив.
Аббат молча перехватил дубину покрепче и отошел к стене так, чтобы сбоку ударить противника.
- Сталкер, мы знаем, что ты там. Отдай товар...
- Давай я на хрен разнесу стену, - перебил его второй противник, - а потом разорву козла на куски.
- Игорь, прекрати размахивать гранатами. Товар можешь испортить. Сталкер, мы не убийцы, оставим тебя жить, только отдай товар.

Пот струями стекал по лицу Аббата, зрачки были расширены в ужасе, но он упорно продолжал молчать, не веря ни единому слову врагов.
- Сталкер, - продолжал хантер, - не глупи, ты же понимаешь, силы на нашей стороне.

Аббат достал из кармана фотографию девушки, посмотрел на неё прощальным взглядом и спрятал обратно.

- Тол, сидеть.

- Ладно, мужик, не хочешь по-хорошему, будем по-плохому. У меня есть двустволка. Стреляет дробью. Тебе в живот или в голову?

- Не, пальнём из дробогана в пах, мучиться будешь, собака, весь день. Ну, что ты молчишь? Выходи! Убью козла.

Один из хантеров стал бить ногами в дверь и выкрикивать ругательства. Аббат сжался в комок, и, казалось, перестал дышать.

Раздался взрыв, и дверь вместе с холодильником занесло во внутрь квартиры. Сталкер не ожидал этого, совсем не ожидал. Взрывной волной его отнесло на несколько метров назад. Он ударился о грязный стол, стоящий около стены и упал на колени. Перед глазами всё крутилось как на карусели, ноги не повиновались. Сталкера чуть не вырвало. От взрыва поднялась стена пыли и гари. Ничего не было видно уже в метре, не хватало дыхания. Это спасло Аббата, его не смогли сразу найти. За несколько минут он сумел придти в себя. Он сел на корточки, прижался к стене с дубиной в руках и стал ждать.

Из пыли вынырнул хантер. Одним движением, без замаха, сталкер выбил из его рук оружие, вторым хотел раздробить череп, и тут его прошила автоматная очередь второго хантера. Пули пробили ему живот и выбили дыры в стене. Аббат упал в шаге от своего убийцы, попытался подняться с пола и вскочить на стоящий рядом стол, но у него подкосились ноги. Он попытался снова. Истекающий кровью, он медленно залез на стол, даже не понимая зачем. Яркой вспышкой в мозгу полыхнуло какое-то слово, Аббат попытался понять, какое, и не смог. Дрожащей рукой он достал фотографию девушки из кармана, погладил её пальцами и закатил глаза. Рука его судорожно сомкнулась, с хрустом сминая последнюю память о нормальном мире. Хантеры стояли и молча смотрели, как из человека уходит жизнь. А кровь все текла и текла, заливая пол темной лужей.

- Игорь, я, кажется, его убил. Меня сейчас вырвет.

- Ты меня спас, спасибо.

- Я думал, его оглушило, расслабился. Игорь, я же его убил!!! Что делать будем?

- Ничего, заберем товар и уйдем. Так даже лучше, мстить не будет.

Игорь старательно обыскал рюкзак Аббата, его одежду.

- А его похороним? - Сашка мотнул головой в сторону сталкера.
- Зачем?
- Ну, чтобы... Так по-человечески будет.
- Вот и хорони, мне неохота. - Игорь тяжело взвалил рюкзак сталкера на плечи, - Ты идешь?
Игорь вышел. Сашка помочился на остатки холодильника, окинул взглядом разгромленную квартиру, схватил свой рюкзак и выскочил за дверь.

* + -

Шло время. Хантеры, как и сталкеры, стали объединяться в кланы. Мы стали организованной группировкой. Но если у сталкеров объединение основывалось по большому счету на дружбе, наше объединение было кровавым замесом зависти, подлости, жадности и страха. Одна группировка поглощала другую, убивая лидера. К этому времени я уже порядочно устал грабить и убивать сталкеров и мечтал переметнуться на их сторону. Но путь к ним был заказан для меня – я засветился как матерый хантер, я участвовал в нескольких рейдах на базы ученых. Вернуться к нормальной жизни я уже не мог, потому что ничего не умел. А идти в органы или к криминалу не хотелось.

За годы хантерства я понял, что самым страшным мутантом и монстром является сам человек. Свои меня прозвали Химера. Потому что на лицо я нанёс татуировки с изображением змей. Не хочу сейчас вдаваться, почему я это сделал. Сам не знаю.

Мы уже имели все навыки сталкеров, пробирались в труднодоступные районы, имели необходимую для этого аппаратуру и снаряжение.

Я хочу рассказать, как я стал одиночкой.

После очередного выброса выяснилось, что на одном из участков наблюдается просто огромное количество артефактов. Атаман, наш очередной босс, с денежным блеском в глазах долго компостировал мозги нам, четверым, убеждая, что только мы можем добраться до зоны Х, потому что мы – “лучшие”. Когда он закончил, и мы вышли, к нему зашла следующая группа “лучших”.

На сборы не ушло много времени. Основным транспортом нашей четверки были горные байки. Это относительно дешево, удобно и маневренно. Лучше байка мог быть только танк с кучей сталкерских примочек на борту, но мы пока не располагали такой техникой. Без мобильности в Зоне делать нечего. А мы на своих байках разве что по деревьям не лазали, хотя один раз всё-таки пришлось.

- Багато вас сёгодни тут йидэ, кожен бы дэнь отак, - саказал усатый офицер блокпоста, считая деньги, полученные за наш проезд в Зону.

- Что, много уже проехало?

- Тильки за сёгодни хлопцив двадцять, нэ мэнш.

Мы переглянулись. Встретить конкурентов хантеров, а тем более сталкеров абсолютно не улыбалось.

- Что делать-то будем? - нарушил молчание Бес когда мы отъехали от блокпоста.

- Придется ехать по ямам и лесам, не стоит лишний раз на сталкеров натыкаться. На трассе маячить не будем, - ответил Длинный, голова четверки.

- Мне с самого начала не понравилась вся эта канитель. Ну его на хрен, давайте вернемся пока не поздно, - Корень начинал этими словами любое наше предприятие.

Я промолчал. Мне тоже не нравилась вся эта затея, но у нас не было другого выбора, мы не могли отказаться и не могли придти с пустыми руками.

Пришлось свернуть с дороги. Езда на байке по пересеченной местности дело тяжелое, но у нас был большой опыт. В некоторых местах мы тащили свой транспорт на плечах. Бес беззлобно переругивался с Длинным из-за проложенного маршрута. Пусть даже и понимал, что голова прав, не нужна нам лишняя стрельба. По дороге не встретили ничего интересного, пару раз прошмыгивали небольшие мутанты, но Тол, пес нашей четверки, быстро разбирался с ними. Встретили несколько аномалий. Одну засёк пёс, другие датчик на груди Беса. Всё было как обычно, ничего нового и необычного. Тревожное напряжение, сковывающее нас поначалу, отпустило, мы начали разговоры ни о чём. О приборах, Артефактах и бабах, затем об оружии, о машинах, о зоне, ну и конечно же снова о бабах. Корень рассказал бородатую историю о сталкере, которого убил собственный болт, брошенный в аномалию и пулей вылетевший назад. Все для приличия хихикнули. Эта история постоянно обрастала новыми событиями. Хантеры рассказывали, как преследовали сталкера, и как были приятно удивлены, увидев болт, застрявший у него в черепе. Сталкеры рассказывали, что один из них наловчился бросать болты в аномалии так, чтобы они вылетали под нужными углами и убивали врага. Однажды этот чудак напился и на спор стал бросать в аномалию болты, бить ими бутылки. Что-то не рассчитал.

- А мне сон недавно снился, - совершенно невпопад начал Бес, - идем мы по какому-то лесу. Кругом одни ели, всё мертвое какое-то. Небо всё черное, тучи как уголь, нити какие-то плавают. И тут мы выходим к замерзшему озеру. Идем, и тут видим, в лёд человек вмерз. Как я испугался, смотреть не мог. А вы его откопали. Глядим, а это Атаман. В тулупе, мертвый, бледный, а в руке две гривны зажаты. К чему бы это?

Так весело мы не смеялись давно.

Вышли мы к зоне Х около двух часов дня. Гейгер был спокоен, датчики показывали норму, Тол не волновался. Вроде всё было тихо. Слишком тихо, не шелестели даже листья деревьев позади нас. Мы залегли на пригорке и приложились к биноклям. Х находилась в низине, густо заросшей уже начинающими желтеть невысокими деревцами. Оттуда тянуло болотом и плесенью. От пригорка до леса, в который мы должны были попасть, не росло ни единого дерева, не было ни единого прикрытия.

- Смотрите, - Корень ткнул пальцем вниз.

Примерно в километре параллельно нам, на границе с Х, опираясь на корявый посох с привязанными колокольчиками, неспешно шла сутулая фигура в коричневой рясе с капюшоном. При ходьбе колокольчики издавали приятный звон. С такого растояния их физически не могло быть слышно, но каждый из нас явственно слышал тон каждого отдельного колокольчика. Всё, что я знал о ведьме, это то, что от неё надо бежать. Ведьма шла, иногда пригибаясь к земле, иногда словно отрываясь от неё и паря в воздухе. Пару раз она поднимала свой посох и с силой ударяла им о землю, внимательно прислушиваясь к звону.

- Всем лежать, - процедил сквозь зубы Длинный, - Она идет не к нам. Корень, спокойно. Уйдем, если она к нам повернет.

Увидеть ведьму считалось очень плохой приметой. Мы лежали и нервничали. А вдруг она не одна, вдруг ведьмы уже нас окружают? Все хряпнули по 50 грамм для бодрости. Разглядывали мы горбатую фигуру минут пятнадцать, а потом поняли, почему она шла не к нам. Она шла к другому отряду, расположившемуся в зарослях кустарника. Почему парни ждали её подхода? Почему не ушли? Бой продолжался минут пять от силы. Ведьма визжала так, что перекрывала звуки оружия. Гранаты не производили на неё никакого эффекта. По-видимому, она перебила всю группу, потому что затихла, развернулась и пошла назад, издавая всё тот же тихий и мелодичный звон, заставлявший нас ещё сильнее прижиматься к земле. Вскоре её силуэт исчез за кромкой леса, но звон колокольчиков стоял ещё некоторое время у нас в ушах.

- Надо посмотреть, что там осталось, - шепнул я, - По-любому она всех кончила.

- Химера, ты как обычно. Она и тебя кончит, я не пойду, мне ещё жить охота, - Корень был полон решимости остаться.

- Проголосуем, - коротко предложил Длинный.

Я и Длинный были “за”, Басмач воздержался.

Бухтя, Корень подчинился. Крадучись, мы отправились к месту перестрелки. Ведьма не обратила на нас абсолютно никакого внимания. Обыскав кусты, мы нашли трупы и поняли, почему эти люди ждали ведьму. Это были военные сталкеры во главе двух ученых. Столько аппаратуры, собранной в одном месте, я ещё не видел никогда. Это была удача, огромная удача. Теперь не надо было лезть в Х, достаточно было принести Атаману кое-что из трофеев.

Военные сталкеры. О них ходили легенды. Лучшие из лучших, прошедшие умопомрачительные тренировки. Сталкеры с большой буквы. Настоящие фанатики своего дела. Спонсируемые и узаконенные государством. И так глупо погибли. Ведьму нельзя убить. Есть твари, которых легко убить, трудно убить, очень трудно убить. И есть те, которых невозможно убить. Ведьмы относятся к последнему типу. Наверно, ученые хотели испытать свою новую разработку. Испытали нам на радость. Признаться, если бы хоть один из только найденных нами людей остался жив, мы бы его попросту добили.

Мы начали запаковывать добычу. Что не поместилось в рюкзаки, мы закрепили на байки. Предстоял нелегкий путь домой.

Так хорошо я не чувствовал себя уже очень давно. Скин даст за товар приличную сумму, пусть даже дав нам полцены. Я шел и размышлял, как потрачу деньги. Судя по всему, остальные, отупев от радости, тоже думали только об этом. Глупые улыбки блуждали по нашим лицам. Дань Атаману составит не больше десяти процентов, и то, он останется очень доволен. Мне хотелось смеяться и кричать, прыгать и палить в воздух, напиться вдрызг. Такого улова у нас не было никогда.

Мы потеряли бдительность и нас окружили. Восемь хантеров появились как из ниоткуда. Вперед вышел голова, Тундра. Мой брат. Тол, узнав его, подбежал и, радостно виляя хвостом, закрутился рядом.

- Хай, Длинный. Не тяжело? Может подсобить чем?

- Без тебя управимся.

Я прекрасно знал методы брата, знали их и мои напарники. Мою группу не пристрели из засады сразу только потому, что боялись попасть в меня. Все, кроме меня, достали оружие.

- Длинный, я не люблю разговоров, ты же знаешь. Отдавай товар. Тогда мы тебя и твоих отпустим, даже оставим Химере ствол.

Длинный прищурил глаза.

- Тундра, ты же понимаешь, я буду мстить. Одной половине твоих людей выпустим кишки, другой перережем глотки, - он навел ТТ на голову хантера, - Скажи своим чтобы бросили пушки на землю.

Ни один мускул не дрогнул на лице Тундры.

- Химера, стой и не дергайся, и пасть захлопни. Длинный, ты рискуешь. Не зли меня. Сейчас я буду считать до трех, потом мои бойцы разнесут твоих щенков к чертовой матери.

- На счет два я прострелю твою тупую башку.

- Ты жив только потому, что Химера в твоем отряде.

- Ты жив только потому, что Химера твой брат.

Они замолчали, сверля друг друга глазами. Так они простояли несколько минут, пытаясь взглядом разбить волю противника. Пистолет в руке Длинного начал слегка дрожать. Мой брат не выдержал первым.

- Как знаешь, Длинный, как знаешь.

Тундра пригнулся. Стоящий сзади него хантер выстрелил в Длинного из калаша. Бес и Корень попытались отпрыгнуть в стороны, но было уже поздно. Я стоял и смотрел, как на моих глазах умирают друзья. Длинный и Корень не мучились. Бес ещё дышал. Я, с трудом передвигая ногами, подошел к нему и опустился на колени. Он попытался что-то сказать, но, забулькав кровью, не сумел. Тогда он знаками показал мне, что хочет что-то написать. Я достал карту местности и карандаш. Он взял карандаш и коряво вывел “Уходи. Стань свободным”. Рука его опустилась. Взгляд полный боли и отчаяния говорил больше чем тысяча слов.

К нам, бесшумно ступая, подошёл Тундра и вынув свой пистолет навел его на лицо Беса.

- Химера, отойди, испачкаю.

- Игорь не надо, прошу тебя, не надо...

- Я тебе не Игорь. Тундра. И меня из-за тебя, только что чуть не порешили.

Голос его был холоден и чёток, и каждое слово отчеканилось в моём мозгу на всю жизнь. Я поднял лицо на человека, бывшего когда то моим братом и поймал его взгляд. Взгляд этот был ещё холоднее голоса. Я зажмурился, не в силах выдержать этот мертвенный блеск. Грянул выстрел. Я открыл глаза и почувствовал, как два влажных ручейка проложили свой путь по моему лицу. Тундра отошел. Тол лизнул моего друга в лицо и непонимающим взглядом уставился на меня.

Фигуры людей, копающихся в наших вещах, расплылись.

Я поднял глаза вверх.

Небо было точно таким же, как если бы ничего не случилось.