Кожевник и дикая магия

Кожевник и дикая магия

Она знала, что ее время пришло.

Пытаясь сдержать слезы, она глубоко вздохнула и постучала в стальную дверь. Через какое-то время дверь открыл человек с характерным носом и густыми черными, как смоль, волосами. Не обменявшись ни словом, женщина решила, что он ей понравился. Его прямая осанка вызывала чувство безопасности, а черные глаза говорили о мудрости и сострадании. Хранитель не задавал никаких вопросов - они были бессмысленны. Бесчисленное количество женщин - как и мужчин - уже приходили к этой двери на исповедь, и этот случай не был исключением.

"Проходите, миледи", - он пригласил ее и указал правой рукой в перчатке на массивный письменный стол. С опущенной головой она последовала его приглашению и вошла. Обстановка "комнаты исповеди", как ее называли в народе, была обставлена более чем скудно. Три больших окна позволяли яркой луне освещать дальний конец комнаты, позади стола, где она позволила себе присесть. Исповедоваться. На языке появился горький привкус. Она никогда не осмелилась бы представить, что может прийти к этому.

"Как вас зовут?" - хранитель начал разговор, когда они оба сидели, он спиной к окну, она спиной к двери.

"Кузнец", - женщина не поднимала взгляд. - "Мирта Кузнец".

Хранитель кивнул, взял кусок пергамента, перо, и записал имя.

"И о чем?.."

Мирта на мгновение заколебалась. Уже поздно. Пути назад нет.

"Мой спутник, Мерон Кузнец".

Она заплакала, когда произнесла эти слова. Фразы выдавливались, как медленная и горькая масса.

"Сначала я думала, что есть шанс. Но он стал приходить все позже и позже вечерами, а то и не появлялся вообще. Тогда я проследила за ним".

Хранитель печально посмотрел на нее и продолжил что-то писать.

"Каким путем следовал ваш муж?"

"Кожевник. Мы..." - она сделала пренебрежительный жест рукой. - "Его семья шла путем кожевника многие поколения, но разве это имеет отношение к моему свидетельству?"

"Простые формальности, моя леди", - сказал он и отметил путь в пергаменте.

"Таким образом, вы последовали за своим мужем - и куда он шел?" - спросил он, уже имея смутные подозрения.

"В..." - женщина была близка к истерике. - "в Подгород. Я никогда не видела его там, в этих трущобах, полных шлюх и попрошаек, это, это..." - выпалила она вместе с еще большим количеством слез.

"Пожалуйста, успокойтесь и расскажите мне, что именно там произошло", - хранитель говорил спокойно, но решительно.

Свидетельские показания женщины подтвердили его подозрение - Подгород, кол в сердце ордена. Раковая опухоль в руинах под Верхним городом растет все больше и всегда жаждет новых жертв. Грабители, проститутки, мошенники, наркоманы, головорезы и тому подобные - короче говоря, всякого рода беспутные мрази бродили в темноте и по запутанным переулкам, спасаясь от справедливого наказания. И хотя там существовали и регулярные патрули и средства управления, орден до сих пор не был в состоянии привести всех этих заблудших агнцев снова на истинный путь. Эта мысль причиняла боль.

После того, как женщина вновь обрела самообладание, она продолжила медленно говорить: "Он постучал в дверь старой, убогой хижины в самом сердце района. Сначала ничего не происходило. Но потом закутанная в плащ фигура выглянула из окна прямо над дверью. Тогда Мерон обменялся странным паролем с голосом за дверью и она открылась. Мой муж вошел в хижину. Я немного подождала и пробралась к окну хижины".

"Вы были чрезвычайно смелы, миледи", - сказал хранитель, одобрительно кивая - он слишком хорошо знал, как трудно бывает войти в "пещеру ватира" в подобных ситуациях.

"Когда я наконец снова увидела Мерона, он был одет в ту же коричневую одежду, как и этот дьявольский привратник. Они сформировали круг, окруженные свечами и клубами дыма, источающими сладкий, гнилостный запах. А потом..." - молодая женщина пробормотала. - "Потом... потом в комнату внесли обнаженную девушку, с кляпом во рту и связанными ногами. Она барахталась и боролась, но рябой мускулистый мужчина начал бить ее, пока она не перестала сопротивляться". Тогда слезы ручьями потекли из ее глаз, тяжело падая на каменный пол комнаты.

"И ваш спутник стоял там?" - спросил хранитель, тронутый болью женщины. Он уже слышал такое, чтобы понять то, что она испытала и что произошло с ее мужем.

"Он... я не понимаю этого. Как он мог это сделать? Это не имеет... никакого смысла. На протяжении всей своей жизни он следовал пути! Мы... он..." Ее голос умолк посреди фразы, и она уставилась на стол пустым взглядом, как будто ее молчание могло изменить то, что произошло.

Хранитель снял кожаные перчатки и положил свою грубую, шершавую руку на руку женщины.
"Часто путь, который Мальфас предназначает для нас, приводит нас к перекрестку - и мы не всегда осознаем этого. Магия течет в жилах вашего спутника, и достижение осознания этого становится одним из самых страшных искушений".

Молодая женщина все еще всхлипывала, но постепенно жизнь вернулась в ее честные глаза. Прикосновение бородатого воина успокоило ее.

"И поступки вашего спутника понятны. В правильных руках магия - сформированное, управляемое и тщательно контролируемое - один из самых больших даров Мальфаса нам", - он наклонился к сломленной женщине. - "Без направления, однако, она может разъесть нас изнутри, приведя к беспутности".

Он размышлял о правде его слов. Магия действительно была подарком, доступным только некоторым избранным, прежде всего аэтерна. Слишком многие следующие пути жители Эндерала обнаружили талант к магии в юности, но не сообщили о нем ордену как требовал Мальфас, чтобы орден решил, как должны использоваться их таланты.

Судьба молодой женщины была печальна.

Он подозревал, что ее спутник недавно обнаружил в себе магические способности и дал себя запугать одним из безжалостных ловцов душ Подгорода. Они использовали иррациональные страхи и ложь, приправляя их осколками истины, связанными с испытанием ордена - необходимого для всех эндеральцев с волшебными способностями - и как много магически одаренных новичков не пережило его. В любом случае, это был единственно возможный путь.

Дикие маги - название, данное людям, которые не в состоянии контролировать магическую энергию своего тела, могут достичь впечатляющих способностей, но эти способности сродни бешенству волка - он азартно пожирает своих врагов, но время неумолимо направляет гнев на своего хозяина. Магия, практикуемая в ордене, больше напоминает могущество верного боевого коня - имея собственную волю, он, тем не менее, действует в гармонии со своим наездником.

Дрожащий голос вывел его из собственных мыслей. "Вы ведь не... убьете его, правда?" - шептала она.

Он убрал свою руку с ее и оперся подбородком на руки. Сначала медленно, потом решительно, он покачал головой. "Нет. Каждый эндералец заслуживает возможности вернуться на правильный путь". Облегчение появилось в ее грустных глазах.

Конечно, он знал о катастрофических последствиях, вызванных магически отравленным разумом - было сомнительно, что найдется способ вернуть назад ее мужа, но он не хотел забирать у нее этот проблеск надежды. "Мальфас поможет нам", - подумал он и продолжил допрос. -

"Но нам, очевидно, придется вмешаться. Если круг, как вы утверждаете, действительно похищает невинных людей - даже если они из Подгорода - мы должны найти корень этого зла. Если мы будем ждать его в вашем доме, у других беспутных будет повод для беспокойства и они смогут уничтожить следы своих ритуалов. Поэтому я предлагаю больше не медлить - вы приведете нас на место преступления как можно скорее".

Кажется, молодая женщина вновь обрела часть своего хладнокровия. Она кивнула и посмотрела прямо на мужчину.
"Как вас зовут?" - спросила она.

Он удивленно поднял брови. "Симас. Симас Даль'Церон".

Впервые за эту ночь она говорила спокойным голосом, противоречащим отчаянию ее слов. "Пожалуйста, защитите его, Симас. Я умоляю вас".

"Я обещаю сделать все от меня зависящее", - громко и четко произнес хранитель.

Приготовления были сделаны быстро. Симас пересказал Натаре Даль'Верам, главе ордена, обстоятельства дела. Хотя вмешательство в обычные преступления или беспутность относилось к обыденным задачам ордена, пожилая воительница предоставила Симасу часть опытных воинов ордена, чтобы сопровождать в Подгород его и молодую Мирту - потенциальное обнаружение целой группы преступных диких магов было слишком опасным, чтобы рисковать.
Прибыв в Подгород, группа не стала терять время и с помощью Мирты вышла прямо к подозрительной хижине. Даже если она притворялась спокойной и уверенной в себе, Симас знал, как все разрывается у нее внутри.

Дойдя до хижины, Симас, воины ордена и Мирта укрылись в темном переулке, чтобы спланировать последующие действия.

"Вы не заметили другие выходы, кроме входной двери, когда были там?" - спросил Симас Мирту.

"Не помню", - ответила она и добавила, более вдумчиво и спокойно. - "Но после того, как мне пришлось увидеть... страшное деяние, я побежала назад в Верхний город, не оглядываясь назад - и ничего не смогла заметить".

"Вы не должны винить себя за это. Никто не мог ожидать, что вы останетесь уравновешенной, увидев весь этот ужас", - Симас попытался подбодрить ее и обратился к своим людям. - "Вот наш план: вы трое - обходите хижину сзади. Убедитесь в том, что вы нашли все возможные пути отхода. Двое остаются здесь с леди, остальные следуют за мной в логово".

"Я могу пойти с...", - Мирта начала говорить, но сразу замолчала. Хотя эта операция затевалась ради Мерона, она знала об опасности, и что ее смерть не принесет пользы никому. Ситуация и без того была сложной, чтобы еще дополнительно отвлекаться.

"Вы умная и честная женщина, Мирта, я хорошо понимаю ваши мысли - но ради вас самой я прошу, подождите здесь", - сказал Симас с понимающим, но строгим выражением на лице.

Она смотрела на него некоторое время, затем все услышали ее голос: "Хорошо, я буду ждать здесь, но не забывайте того, что вы обещали мне".

Симас кивнул и повернулся к своим людям: "Все поняли наши позиции и план действия? Хорошо, тогда начнем".

Он и его люди рассредоточились, и когда трое, которым было поручено охранять заднюю часть хижины, добрались до места, он дал сигнал. Он выбил дверь и ворвался внутрь хижины со своими людьми. Из хижины сразу начали доноситься испуганные, но яростные вопли: "Как они нас на?.." "Неважно, мы лучшие маги, чем эти ватировы сы..." Шум боя становился все громче и Мирта уже не могла разобрать слова.

С тех пор, как Симас ворвался со своими воинами в хижину, она ни разу не оторвала взгляд от двери, молясь. Она молилась Мальфасу за спасение и безопасность мужа.

Потом все стихло. Бойцы ордена вышли на улицу вместе с Симасом - двое из них несли безжизненное тело.

Когда Мирта увидела тело, она на секунду замерла, а потом яростно кинулась к этим двоим. До того, как она достигла их, Симас остановил ее: "Это ваш муж? Ему невероятно повезло оказаться рядом с дверью, и я смог вырубить его раньше, чем кто-либо понял, что происходит. Другим диким магам не повезло: кроме двух раненых, они все мертвы. Один из моих тоже потерял свою жизнь - может, Мальфас сопроводит его на последнем пути".

Гнев сразу оставил ее, и она почувствовала радость: "Значит ли это, что Мерон сможет жить нормальной жизнью?"

"Сейчас ничего нельзя сказать определенно, сначала мы должны понять, сможет ли он обуздать дикую магию внутри себя и стать воином ордена. Кроме того, ему придется ответить за убийство молодой девушки", - предупредил ее Симас.

"Но если он выдержит ритуалы приема в орден и поклянется оставаться верным его пути в будущем, он может быть прощен - так как его дух был затуманен магией," - сказал он с намеком на улыбку.

Мирта просияла: "Я благодарю вас от всего сердца. Но еще больше я благодарю Мальфаса, который сжалился над моим Мероном, предоставив ему возможность начать жизнь с чистого листа, хотя он и повернулся спиной к пути".

"Мальфас похож на милосердного пастуха - хотя его паства время от времени покидает правильный путь, он не оставляет их, пока те снова не заверят его в своей лояльности и не начнут вести в дальнейшем правильную жизнь", - объяснял Симас, когда они покидали темный туннель, соединявший Подгород и Верхний город, чтобы вступить в теплый свет восходящего солнца.