L/N: Часть 1. Том 2. Глава 4/Русский

После того, как одна из работниц магазина прибрала наш стол, Марк принёс лото́к\* с различными предметами. Слово «поднос» было бы более подходящим, учитывая, что Марк выглядел как дворецкий, но оно выглядело лишь как плоский круг, вырезанный из дерева. К сожалению, вещь, сильно уступала тому, кто её нёс.

*(прим.: \*Лото́к — продолговатое плоское деревянное блюдо, слегка выдолбленная доска, для ношения на голове товаров уличными торговцами, разносчиками (лото́чниками))*

Марк разложи́л предметы на столе. Несколько сложенных друг на друга плоских дощечек, чернильницу, ручку из какого-то растения, похожего на тонкий тростник, грифельные дощечки, грифели и немного ткани. Как только различные предметы были выложены на стол идеально ровно, Марк поднял голову.

— А теперь я научу вас, как составлять заказы на поставку, — сказал он, посмотрев на меня и Лютца.

— Лютц, ты умеешь писа́ть?

— Единственное, что я могу написа́ть — это своё имя.

Похоже, что Лютц запомнил урок, который я давала ему при изготовлении глиняных табличек. И всё же, он неловко опустил глаза, зная, что оформление заказов на поставку потребует большего, чем просто умение писа́ть своё имя. Марк кивнул и положил грифельную дощечку перед Лютцем.

— Ты умеешь писа́ть свое имя? Как я слышал, ты не сын торговца, так что я удивлён. Таким образом не будет никаких проблем с договором. Тем не менее, все наши ученики учатся грамоте. Ты можешь попрактиковаться в письме, пока Майн пишет заказы на поставку.

Похоже, что он не ожидал, что Лютц может написать свое имя. Я могла догадаться, что его первоначальные планы состояли в том, чтобы научить Лютца, как это сделать, до того, как Бенно вернётся и потребуется подписать договор.

Марк написал на доске пять букв, и Лютц принялся их заучивать. Он выглядел весьма привыкшим учить детей и помогать им. Возможно, он отвечал за обучение учеников.

— Майн, у тебя проблем с письмом нет?

— Могут быть некоторые слова, которые я не знаю, но если вы научите меня им, то я смогу написать что угодно.

— Тогда я научу тебя, как оформляется заказ на поставку.

Марк положи́л передо мной две дощечки. На одной ничего не было написано, а на другой уже были слова. Вероятно, это пример заказа. Некоторые слова я не знала, но я была способна прочитать около семидесяти процентов из них.

— Вот так пишется «заказ на поставку», — сказал Марк, указывая на слова сверху.

Затем он научил меня как правильно оформлять заказы на поставку. Это оказалось не так сложно, как только я выучила необходимые слова, указывающие кто заказывает, что именно и в каком количестве.

— Майн, ты знаешь, какие инструменты и материалы тебе потребуются?

— Да, не беспокойтесь.

Я уверенно кивнула и принялась оформлять заказы, но писа́ть на доске оказалось сложнее, чем я того ожидала. К тому же ручка чувствовалась непривычно, от чего писа́ть ей было сложнее и неприятнее. Честно говоря, сделанные мной сажевые карандаши было намного проще в использовании. Если быть неаккуратной, то буквы оказывались размытыми и нечитаемыми.

— Писа́ть ручкой сложнее, чем грифелем.

— По сравнению с большинством тех, кто пишет впервые, я бы сказал, что у тебя получается вполне неплохо.

Благодаря похвале Марка, я воспряла духом и вложила все силы в написание заказов. Когда я закончила, Марк взглянул на один из заказов и нахмурился.

— Майн, у тебя здесь записана кастрюля, но какого она должна быть размера?

— Эм-м... я думала о кастрюле размером с второй по величине котёл в моём доме.

Брови Марка нахмурились сильнее. По его лицу было видно, что моё объяснение оказалось непонятным. Ну-у... логично. Он ведь не знает, какого размера котлы у меня дома. Но я не знаю, какие единицы измерения здесь используются. Если я не могу использовать слово «сантиметр», то как я смогу точно передать длину?

— Эй, Лютц. Насколько большую кастрюлю ты сможешь нести, если она будет наполнена водой?

— А-а? Эм-м-м, вот такую, — Лютц сделал руками круг.

Оставить объяснение ребёнку, что был уроженцем этого мира, оказалось правильной идеей, хе-хе. Лютц правильно понял, что от нас хотят. Марк немедленно достал нечто напоминающее мерную ленту и измерил сделанный Лютцем круг.

— А насколько глубокий? — уточнил Марк.

— Как думаешь, Лютц?

— Наверно такой.

Марк снова быстро измерил ру́ки Лютца. У меня самой не было какой-либо мерной ленты, и потому я до сих пор справлялась образными сравнениями. Потребности в точных измерениях пока что не возникало. Но теперь, когда дело дошло до оформления заказов адресованных другим людям, неопределённость привела бы к невозможности выполнить работу. Я схватилась за голову и тихо застонала, после чего подняла руку.

— Эм-м… господин Марк, думаю, что вам придется научить меня единицам измерения, для того, чтобы я смогла закончить с заказами. Кроме того, есть некоторые вещи, которые мне нужно будет измерить дома, прежде чем мы сможем продолжить. Могу ли я взять этот измерительный инструмент?

— Эту мерную ленту? Конечно. Я закажу новую, учитывая, что она вам ещё понадобится.

Мы не сможем изготовить экран без предварительного измерения рамки, которую мы уже сделали. Наш план состоял в том, чтобы сделать экспериментальный образец размером с открытку для проверки различных видов древесины и соотношений смешивания. Как только результаты будут получены, и мы узнаем какой вариант лучше, то мы сделаем бумагу большего размера. А это, разумеется, значит, что в будущем нам понадобятся более крупные инструменты. Мерная лента будет очень нужна.

Я позаимствовала мерную ленту у Марка и стала писа́ть заказы на поставку, пока он инструктировал меня по единицам измерения. Нам были нужны пароварка, кастрюля, деревянный брусок, зола́, лоха́нь, суке́та, настил для сушки, груз и плоская доска. Не говоря уже о дровах и тороро. Я хотела записать всё это, чтобы мы приступить к изготовлению бумаги как можно скорее, но я не знала, насколько большой должна быть пароварка, не имея перед глазами кастрюли. А не зная, размеры пароварки, я не могла заказать дерево нужного размера.

Я объяснила Марку, сколько древесины нам нужно и как мы будем её использовать, чтобы он помог мне определить её оптимальный вес и размер. Тем не менее, я не знала, сколько золы нам понадобится, пока не попробую сделать бумагу. Поэтому, пока что я заказала одну маленькую сумку. Было так сложно описать всё то, что мне требовалось, а потому я быстро вымоталась.

— М-м-м... что касается экрана, то я бы хотела подготовить пример и посмотреть, что скажет ремесленник.

— Да, это может быть лучшим решением для того экрана, о котором ты говоришь. Я не могу понять, что он из себя представляет, даже увидев твой рисунок на грифельной дощечке.

Мне каким-то образом удалось написать заказы на поставку для всего, кроме непонятного для Марка экрана. Во время моей битвы с заказами, Лютц делал всё возможное, чтобы выучить буквы. Несмотря на то, что он совершенно не привык долгое время сидеть и писа́ть, его способность оставаться сосредоточенным была действительно весьма впечатляющей. Ученикам у ворот было далеко до него. Всё же, люди способны лучше сосредоточиться, когда считают, что учеба важна для них. Однако, возможно, из-за того, что Лютц слишком сосредоточился, его выражение лица стало совершенно пустым.

— Ну а теперь... кажется, у нас ещё достаточно времени, а потому давайте поучимся считать. Для расчётов, мы можем воспользоваться вот этими счётами.

После короткого отдыха Марк принялся учить Лютца пользоваться счётами. Сама я не знала, как пользоваться счётами этого мира, а потому сидела рядом с ним и слушала. Они точно такие же как счёты с Земли, подумала я, возясь с ними. Вскоре я заметила, что Марк как-то странно на меня смотрит.

— Майн, мне казалось, что ты уже умеешь считать. Мастер говорил мне об этом.

— По правде говоря, я не пользуюсь счётами.

— Но как ты тогда выполняешь расчеты?

— Я использую свою грифельную дощечку.

Я достала свою грифельную дощечку и решила математические задачи, предложенные Марком. Он был так удивлен, увидев, как я произвожу расчёты с больши́ми числами без счётов, что по какой-то причине, в итоге, я учила его письменному счёту.

— Господин Марк, почему вы хотите изучать письменный счёт? Разве вы не можете просто использовать свои счёты?

— Это будет полезно, когда у меня под рукой не окажется счётов. Не говоря уже о том, что хотя я знаю, как пользоваться счётами, я не понимаю, каким образом получается результат. Это довольно интересно.

Было довольно странно видеть, как Марк, в итоге, настолько заинтересовался математической лекцией, предназначенной для начальной школы. Для меня математика была чем-то простым, но для людей этого мира всё было иначе. Мне вновь напомнили, насколько впечатляющая японская система образования.

Эм-м… возможно, мне не стоит столь небрежно распространять такие вещи. Пускай я и считаю, что делиться знаниями — это хорошо, но я не знаю, насколько они соответствуют здравому смыслу этого мира. Вполне возможно, я только что сделала то, чего не должна была делать.

— Мастеру пора бы уже вернуться. Я подготовлю магический договор.

— А что такое магический договор?

Я не могла не почувствовать восторг от первой фэнтезийной фразы, которую услышала в этом мире. До сих пор это место было самым грязным и неудобным миром, о каком я когда-либо читала в книгах. Но всё это время, это был фэнтезийный мир с магическими вещами. Возможно, я тоже смогу использовать магию! Я взволнованно ожидала ответа, но Марк лишь слегка усмехнулся.

— Как вы знаете, магическая сила — это сила, которой обладают только дворяне.

— ...Только дворяне?

— Всё верно. Сам я не видел магической силы, а потому, боюсь, не могу многого рассказать о ней.

Моё воодушевление из-за фэнтезийного мира, полного магии, испарилось в одно мгновение. Вы серьёзно? Магическая сила есть только у дворян? Я не могу поверить, что дворяне не только прибрали себе все книги, но они также владеют всей магией. Вот же дрянь.

— В первую очередь, магический договор был разработан для сдерживания властных дворян. Поэтому требуется специальная бумага и чернила, пропитанные магической силой. С их помощью договор становится магически-обязательным, так что он не может быть аннулирован или расторгнут без взаимного согласия обеих сторон.

— Ничего себе, он действительно полезен.

Магически-обязательный договор, который нельзя расторгнуть казался прекрасным решением, когда приходилось иметь дело с людьми, более могущественными, чем ты сам.

— Он полезен, но поскольку бумага и чернила очень до́роги, и их трудно получить, то магический договор используется редко, и только для тех случаев, когда ожидается, что сделка принесёт значительную прибыль.

Видимо, Бенно многого ожидал от моего шампуня. Действительно, немногие вещи были такими же прибыльными, как расходуемые товары, что использовались постоянно. Требовалось покупать ещё всякий раз, когда шампунь заканчивался, и я могла предположить, что немногие женщины могут вернуться к грязным волосам после того, как один-два раза вымоют голову с шампунем. Особенно богатые женщины, которые обеспокоены своей внешностью.

Меня посетила мысль, что с шампунем я продешевила, но от жадности тоже ничего хорошего бы не получилось. Нам требовалась безопасность, стабильность и начальная точка для выхода на рынок. Не было причин быть недовольной нашим соглашением.

— Я вернулся. Простите, что заставил вас всех ждать. Вы закончили с заказами на поставку? — сказал Бенно, быстро входя в комнату.

Казалось, что он обеспокоен тем, что заставил нас ждать.

— Я написала всё, что могла на данный момент, — ответила я, указывая на стопку досок.

— Это много, — пробормотал Бенно, взглянув на них.

Ну-у... их станет ещё больше, когда я измерю некоторые вещи, так что будьте готовы и к этому. Благодарю и полагаюсь на вас.

— А как Лютц? — спросил Бенно.

— Поскольку он уже умел писа́ть свое имя, я провёл это время, обучая его различным вещам. Он довольно быстро учится, — ответил Марк, приложив руку к груди.

Несмотря на похвалу, Лютц просто кивнул, словно задумавшись о чём-то. Вероятно, он очень устал от того, что провёл за учёбой половину дня. Заниматься тем, с чем вы не знакомы, может быть очень утомительно.

— Уверен, Марк уже объяснил вам, что для магического договора, который мы собираемся использовать, требуется специальная бумага и чернила. Только признанные торговцы, имеющие дело с дворянами, могут использовать их.

Бенно достал чернильницу странного вида. На первый взгляд её содержимое выглядело как обычные чернила, но, похоже, они были чем-то другим. Я с любопытством смотрела на положенный передо мной лист бумаги для договора.

— А вы не против использовать что-то настолько редкое и дорогое для нас?

— Не беспокойся, я бы не стал использовать это, если бы не был уверен, что оно того сто́ит.

Ну, вы можете сказать "не беспокойся", сколько угодно раз, но я всё равно буду беспокоиться.

Бенно окунул ручку в чернильницу и аккуратным почерком записал условия договора. Чернила были синими, а не чёрными. Смотря, на изящный почерк Бенно, я могла уверенно сказать, что он был очень привычен к письму. Что до содержания договора, то оно было следующим:

«Майн полностью передаёт Бенно все права на простой универсальный шампунь. В свою очередь, Бенно будет нести все расходы, связанные с изготовлением бумаги Майн и Лютцем с даты подписания и до их крещения. Майн принадлежит право решать, кто будет изготавливать бумагу, а Лютц имеет право продавать бумагу. Ни один из них не имеет права определять цену на бумагу, и они не будут получать процент от прибыли, полученной от бумаги.

Я внимательно прочитала договор. Важная необходимость проверить, соответствует ли он нашим договоренностям, дала мне возможность наполнить свои лёгкие ароматом чернил. А-х-х... Я действительно хочу как можно скорее изготовить бумагу, чтобы я могла делать книги.

— Майн, есть ли какие-либо неточности? — смущённо спросил Бенно.

Его вопрос привёл меня в чувство. Бенно сверлил меня подозрительным взглядом, а взгляд Лютца был раздражённым. У меня возникло ощущение, что Лютц заметил, насколько я была восхищена запахом чернил.

— Ох?! Ну да, всё в порядке! Наше соглашение в договоре записано верно, никаких неточностей.

— Тогда, я тоже согласен — сказал Лютц.

Бенно кивнул ему и снова окунул ручку в чернила, а затем написал своё имя в нижней части договора. Затем он протянул мне ручку, и я, после короткого взгляда на Лютца, взяла её.

Чтобы полностью оценить дразнящую текстуру, я погладила пергамент для магического договора, который оказался намного мягче любой бумаги, которую я знала, прежде чем подписать договор. Я плавно опустила ручку в чернильницу, чтобы покрыть её наконечник чернилами, и осторожно написала своё имя под именем Бенно, чувствуя, как острый наконечник скользит по бумаге. В отличие от дощечек, на которых я писала заказы на поставку, на пергаменте писа́ть было очень легко. М-м-м. Бумага определенно превосходит дощечки.

— Лютц, держи.

Лютц нервно сжал губы и взял у меня ручку. Он опустил её в чернильницу и написал своё имя. Из-за отсутствия опыта у него был плохой почерк, но тем не менее ему удалось правильно написать своё имя без каких-либо ошибок.

— Хорошо. Теперь следующий шаг, — сказал Бенно, а затем внезапно достал нож и порезал себе палец.

— А-а-а-а?! Господин Бенно?!

Когда мы с Лютцем отшатнулись от удивления, Бенно растёр пальцами появившуюся кровь и прижал палец к своей подписи, словно печать. Синие чернила впитали красную кровь и стали чёрными.

— Твоя очередь.

Эм-м… спасибо, не надо! Эта магия такая страшная!

Бенно посмотрел на меня, но я принялась испуганно качать головой. Лютц, заметив, что капающая с ножа и пальца Бенно кровь пугает меня, со вздохом взял нож.

— Майн, протяни руку.

— Не-е-е-т!

Я инстинктивно прижала к себе ру́ки. Идея порезать себе палец пугала меня, но также меня пугала и идея, чтобы мне его порезал кто-то другой. Похоже, что это действительно больно.

— Ты ведь уже согласилась на договор, не так ли? Так что теперь мы обязаны его подписать. Но раз уж ты сама не сможешь порезать палец, то я сделаю это вместо тебя. Просто протяни руку.

— Ох, ладно…

Я набралась решимости и, зажмурившись, робко протянула левую руку, а Лютц порезал мне мизинец. Он начал гореть и покалывать от боли, пока из него капала кровь.

— Разотри эту кровь большим пальцем и прижми его к своей подписи.

— Ух ты… Хах!

Сдерживая слезы, я растёрла кровь большим пальцем и приложила его к своему имени. Чернила стали чёрными, как и чернила на подписи Бенно. Затем Марк остановил кровь и обернул мой палец тканью, а тем временем настала очередь Лютца порезать палец и проштамповать свою подпись. А-а? Почему он не колебался?! Разве он не напуган?

В тот момент, когда Лютц отвёл свою руку назад, чернила на договоре засветились, а затем начали исчезать с бумаги, оставляя вместо себя дыры, словно от огня, пока в конечном счёте весь договор не исчез. Всё происходило у меня на глазах, но мне казалось, будто я смотрю фильм с компьютерной графикой. Ух ты... Действительно фэнтези. Не могу поверить, что это и правда фэнтезийный мир!

Некоторое время я стояла ошеломленная, уставившись на то место, где только что лежал договор, пока, наконец, не пришла в себя. Похоже мы не сможем получить для себя копии договора, ведь он сгорел и исчез.

— Договор заключён. Нарушение договора подвергнет ваши жизни риску, так что даже не думайте о том, чтобы его нарушить.

— Наши жизни?!

Я подпрыгнула от шока и страха, а Бенно лишь посмотрел на меня с довольной улыбкой.

— Просто не нарушайте договор, и всё будет в порядке. Поздравляю, вы получили страховку, которую хотели.

— Большое спасибо. Мы ценим вашу заботу.

В конце концов, мы так и не получили копию договора.

Когда мы вышли из магазина Бенно после подписания магического договора, мы поняли, что день подходит к концу. Оранжевое солнце уже заходило. Я вместе с Лютцем стали возвращаться тем же путём, которым шли сюда, но сейчас нас окружал вечерний город со всеми своими особенностями.

— Это за́няло больше времени, чем я думала. Давай поспешим домой.

Люди вокруг нас тоже спешили домой, от чего создавалось ощущение, что все идут быстрее, чем обычно. Я шла в потоке людей рядом с Лютцем.

— Многое сегодня случилось, да? Ты, должно быть, устал.

— …Да.

У меня оставалось ещё много заказов на поставку, которые требовалось написать или изменить, но как только мы получим все инструменты и материалы, то сможем сосредоточиться на изготовлении бумаги. Кроме того, магический договор гарантировал наши права, что защитило нас от возможности быть уволенными из магазина Бенно как только бумага будет закончена. Сегодня был трудный день, но в то же время весьма плодотворный.

— Лютц, теперь всё, что нам остаётся, так это изготовить бумагу.

— …Ага.

Лютца ответил так тихо, что его голос потонул среди шагов окружающих нас людей, не дав мне толком его расслышать. Краткие ответы Лютца беспокоили меня, так как обычно он старался идти со мной в одном темпе и поддерживать разговор.

Сегодняшние события утомили его больше, чем поход в лес? Или, может быть, ему не нравиться писа́ть и считать? Я внимательно посмотрела на идущего рядом Лютца. Его золотистые волосы освещались вечерним солнцем и казались почти красными, но из-за той тени, что они бросали на его лицо, я не могла разглядеть какое там было выражение.

— Эй, Лютц, что случилось? — спросила я, но не получила ответа.

Лютц слегка приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но затем вновь плотно его сжал. Он продолжал идти молча, о чём-то задумавшись. Он шёл быстро, как, вероятно, ходил, если ему не требовалось подстраиваться под мой темп. Мне даже пришлось немного пробежаться, чтобы не отставать от него. Он вёл себя настолько странно, что я почувствовала тревогу.

— Лютц, подожди!

Он остановился посреди площади и обернулся, чтобы взглянуть на меня. Его губы были плотно сжатыми, а взгляд серьезным. Он посмотрел мне в глаза, а вечернее солнце, освещало лишь половину его лица.

Как только он набрался решимости, то открыл рот, и хрипло произнёс:

— Ты... ты ведь Майн, верно?

У меня сдавило горло. Мне показалось, как что-то сжало моё сердце и ненадолго остановило всю кровь в теле. Шум окружающей толпы словно исчез, и я слышала как громко бьётся моё сердце.

— Если ты Майн... то как тебе удаётся так говорить?

— Что?

— Как тебе удаётся так разговаривать с Бенно? Я не мог понять и половины того, о чём вы говорили. Ты знаешь так много о вещах, о которых я ничего не слышал. Ты даже можешь разговаривать со взрослыми на равных. Это не похоже на обычную Майн. Это странно.

Моё сердце забилось сильнее. Я с трудом сглотнула, слушая Лютца.

— Ты действительно Майн? Правда?

Отчаяние в голосе Лютца заставило меня попробовать хоть что-то сказать, несмотря на пересохшее горло. Я попыталась отыграть недоумение и наклонила голову, словно в замешательстве.

— Эм-м... Лютц, кем я ещё могу быть, кроме Майн?

— Прости. Я сказал глупость. Просто я удивился, когда увидел как ты на равных разговариваешь со взрослыми.

Лютц заставил себя улыбнуться и вновь зашагал домой. Я бы выглядела странно, если бы тоже не пошла. Но на мгновенье, я замерла, смотря на удаляющуюся спину Лютца, прежде чем последовать за ним. Ох, я действительно всё испортила.

До сих пор я мало общалась с людьми этого мира. Отсутствие силы и выносливости делало меня бесполезной почти во всём. Мне удалось стать помощницей Отто, но для него я была всего лишь ребёнком, который просто немного лучше считал, чем остальные, и в любом случае, другие дети не видели, как я общалась с ним. Кроме того, всё, чем я занималась с Лютцем, так это копала глину и обрезала ветки. Независимо от моих целей, в основном я делала то, что мог бы делать любой другой ребёнок.

Но сегодня, чтобы удержаться свои позиции против расчётливого торговца Бенно, я вложила все силы в переговоры. Я слишком переусердствовала. С точки зрения Лютца, я определенно являлась слабой маленькой девочкой, которую он намеревался оберегать, словно маленькую сестренку. Но отныне, нам потребуется больше общаться со взрослыми. Мы должны будем давать инструкции ремесленникам, чтобы они, например, могли изготовить наши инструменты. С каждым разом, мои действия всё меньше и меньше напоминали бы ребёнка. Тем не менее, у меня не осталось другого выбора, если я хотела получить в свои руки бумагу.

С каждым днем ​​я бы всё сильнее отдалялась от той Майн, которую знал Лютц. Я провела столь много времени рядом с ним, что, вероятно, пройдет ещё не так много, прежде чем он увериться в том, что я не Майн. Интересно, что он сделает, если узнает мой секрет? Как он отреагирует на то, что я другой человек в теле Майн?

По пути домой я не решалась идти рядом с Лютцем, лицо которого всё ещё окутывали вечерние тени.