Добрик

**Добрик** (псевдоним) - редактор книги Биокиборг с Земли, а также соавтор некоторых глав, и автор некоторых строк и идей.

## Строки, написанные Добриком

### Часть 2 глава 2 (Драгоценный щуц)

— Весьма неплохо,
весьма. А об реализации ты позаботился? Считаешь, что он потратился на
содержание коллекции и не сможет организовать погоню с тем, чтоб перехватить
нас и пустить на корм мангалайцам? Глубоко ты заблуждаешься, ох, глубоко. При
первых же подозрениях на кражу из своей коллекции Таллер не ограничится
перекрытием всех путей отхода с планеты, нет, он заблокирует весь рукав
галактики вокруг этого проклятого камня, и как это избежать?

— Жемле прав, помнится
раз по молодости решили мы ограбить старый заброшенный астероид Ременвуор, но обломались:
камень не охраняется, грабь - не хочу, да только перехватили нас, когда мы
отлетали, еще и так, что лишились мы и корабля, и половины груза, и что тут
будешь делать? Так что нам, в этот раз и вовсе голов лишиться? Если те смогли, то чего уж и говорить о Дрындырырындындыне?

— Пусть даже и
так, но все это было в юности, а сейчас я бы дал вам лет пятьдесят, не меньше. Вдобавок,
тогда вы были ничем, так, изредка перебивались тем, что своровали у мирных
жителей, а сейчас вы имеете в своих руках самый крупный арсенал в галактике!

— Эх, — с
неохотой согласился Жемле, — кто б я был, если бы не рисковал всем: кто не
рискует, ничего не наворует. Рассказывай свой план поподробнее!

### Часть 3 глава 1 (Реальность сновидений)

Бирг стоял
посреди небольшого неопрятного поля, испещренного ямами, каналами и воронками
от многочисленных снарядов, пролетавших некогда здесь. Наш герой огляделся - он
был на Земле, на побережье какого-то из ее многочисленных морей и проливов;
сильный, жестокий ветер дул ему прямо в лицо, но отвернувшись от береговой
линии, он пришел в ужас от увиденного: всюду, куда бы ему ни возможно было
бросить взгляд, находились мощные бетонные фортификационные укрепления, все
пространство между которыми было заполонено мотками колючей проволоки, а за ней
в беспорядке ходили люди с древними автоматами и в старомодной темно-зеленой
одежде.

Вдруг все переменилось. Время полетело, будто
убегая в страхе от этого проклятого места, и спустя несколько часов,
показавшихся Биргу парой минут, на посеребренной водной глади показались
многочисленные суденышки, спешившие к этому месту. Еще минута - и пулеметчики
открыли огонь. Солдаты тут же повыскакивали из своих лодок, падая в воду, и
сразу же залив окрасился кроваво-алым цветом - цветом их крови. Бирг смотрел на
все это с каким-то неясным смешанным чувством страха и недоумения, пока на
песках развертывалась ожесточенная битва, солдаты пробегали около и сквозь
него, а совсем рядом, в метре от уха, рвались снаряды. Тут он и решил дать деру
и прыгнул в одну из траншей, где ненароком подслушал разговор двух раненых
защитников укрепления.

— Как думаешь,
это конец? Ведь этому всему должен быть конец, правда? Как нам обещали хорошую
жизнь, как клялись в том, что скоро все будем разъезжать в Фольксвагенах по
провинциальному Манчестеру, а что теперь - сидим здесь по щиколотку в грязи
вперемешку со своей же кровью и ждем чуда, как ждали мы его и при кайзере
Вильгельме, и при фон Гинденбурге, и при нынешнем царьке все ждем - не дождемся,
а сколько было обещано! И монументальные заводы Судетской области, и обширные
польские поля, а как пошли договоры заключать да Краков делить, так все и
лопнуло. Знаешь ведь, что и на нас зуб точили, и что мы сами ударить собирались
да спаслись - первыми их бомбить начали.

Усатый одноногий
солдат, на груди которого красовалась необычная медаль в форме джаскадиорской
розы, только по непонятной биокиборгу причине имевшая странный изогнутый крест
в центре и число 1939 под ним, явно не хотел соглашаться со своим моложавым
товарищем и с первых же секунд начал ему возражать:

— Так  ты не веришь в нашу скорую победу? Либерал,
предатель, иудейская крыса! Зачем ты только пошел в ряды нашей славной
дивизии?! Чего же не отсиживаешься в Пфорцгейме, зачем пошел во Францию? Ну
ничего, победа будет за нами, орел Карла Великого воспрянет из пепла, и такие
как ты будут покорены силой его могущества!

— Э, брат, не
воспрянем мы из пепла, Карла Великого давно нет, как и Священной Римской
Империи, а орел ее покоится на дне Селифа. Видишь ли ты, где мы? Британцы бьют
нас и со своего дрянного островка, и из Африки, Советы, бравшие с нами Варшаву,
уже вернулись к ней, а нам ничего и не остается, как пойти поневоле на верную
смерть, и все ведь понимают, что положения дел это никак не изменит.

— Эге-ге, —
подумал Бирг, — я смотрю, вам ваша судьба не нравится, а кому ж такая участь
будет по душе? Хорошо хоть меня так не посылают и не собираются убивать лишь
ради собственной выгоды.

Между тем
разгоряченный солдат продолжал.

— Говорю тебе,
разве этот самодур хоть что-то понимает? Да, может он и был хорош, когда водил
армады танков по пустыне, если не брать в расчет Эль-Аламейн и другие
немаловажные сражения, но что он сможет сделать здесь? Британцы уже показали
всю его несостоятельность и с радостью проделают то же самое во второй раз, да
и цель у Эрвина одна - выслужиться перед командованием, ведь каждый знает, что
он готовит покушение на австрийскую крысу; мы лишь пешки в их игре, и что бы
они вместе с карликом не говорили нам по радио, не внушали нам, какую великую и
важную миссию мы выполняем - не для сохранения мира и даже вселенной со всеми
существующими и несуществующими богами, нет, бери выше - для сохранения
неприкосновенности Бранденбургских ворот, Унтер-ден-Линден и Колонны Победы;
вот и помирай в нищете, только и делай, что кидай руку в небо в бессмысленном
жесте покорности, а разве это наш правитель? Кто их призвал из самых глубин
ада, с самого девятого круга? Ради них мы жертвуем жизнью, а они предали нас,
назвав площадь, объединявшую наше прошлое, от Карла до Вильгельма, своими именами!
Разве можно им верить?!

— А вдруг и Профессор
вовсе не тот, за кого себя выдает?, — что-то щелкнуло в голове Бирга, — а вдруг
и он предаст меня, а кристаллы нужны ему лишь для получения власти над
галактикой...

В этот самый
момент тяжелый снаряд ударил точно в траншею и он проснулся в холодном поту на
борту звездолета.

### Часть 3 глава 3 (Бессмысленные поиски)

Да и я похож на него: а если б мне вложили
в голову такую программу и не видел бы я никогда ни всех этих построек, ни
коллекции Таллера, ни прочих удивительных сюрпризов галактики… Это было бы
ужасно.

\*

— Каждому свое. Для меня все это есть
воздаяние памяти своему отцу.

— А чего хотел ваш достопочтенный отец?

— Полный мешок денег и умереть пьяным.

— Какие странные пожелания!

— Ставлю на то, что ты немало удивишься,
если я скажу, что хочу того же самого.

Бирг ахнул.

— Я смотрю, ты мне не доверяешь: ну тогда
слушай. У нас на Зьяле власть имеет тот, кто имеет много денег, но я думаю, что
ты и сам понял, что наш жизненный цикл весьма недолог, и сам посуди, разве есть
смысл жизни, если ты вот так берешь и отпускаешь удачи прямо из своих… своих
щупалец, верно?

— Но нельзя же быть настолько эгоистичным,
в конце концов, да и с такими планами на жизнь, как у вас и вашего папаши,
лучше оставаться никчемным рабом, день за днем драящим до блеска загаженные
коридоры торговых центров.

— То есть мой смысл жизни для тебя никчемен.

— Абсолютно. Умрете вы, наследник пустит
имение по ветру и останется только вспоминать, как хорошо было сто-двести дней
назад. Неудивительно, что в вас угас интерес к жизни - в вас его никогда и не
было, вся ваша цель - нагрести побольше, сесть на груду и сторожить нажитое.

— Знаешь, а вдруг ты прав? Всю свою жизнь я
ничего не делал, только все чего-то ждал и так и не дождался…

— Вот именно.

\*

— Правда? Мне казалось, что многие думают о
причине существования?

— Скажем так: да, они действительно
задумываются, но знаешь, что выделяет тебя, чем ты отличаешься от них всех? Все
они зависимы и, не подумай ничего дурного, им это необходимо. Каждый нуждается
в опоре и они находят ее: кто в так называемом боге, кто в сотоварищах, кто еще
в чем, даже одиночки, привыкшие противопоставлять себя миру и любящие, чтобы
свет шел им наперекор, имеют в своей голове утешение: они убеждают себя в том,
что все не такие, как они, что именно им доведено вдохновлять людей на подвиги и
взмахом руки стирать с лица вселенной целые империи, — Уэнст многозначительно
вздохнул, — но ты не такой. Ты смог избавиться от этого. Ты больше не
нуждаешься в своем создателе.

— Но как же мой смысл жизни?

— В этом и есть суть. Смысл жизни есть
всегда, но в отличие от многих несчастных тебе ничто не мешает его искать:
религиозные ищут его в боге, алчные в деньгах, тщеславные в известности да и
будь все они прокляты, ты можешь жить своей жизнью, не отвлекаясь на мелочные события,
и поверь, просто живя ты гораздо больше обогатишься духовно нежели если бы ты
провел всю свою жизнь, ограничиваясь лишь разговорами о мифических существах
или покупке акций.

— То есть, смысл жизни в том, чтобы ее
прожить?

— Жить чтобы умереть? Оригинально. На самом
деле, если ты будешь раз за разом повторять одно действие, оно тебе надоест, и
так ты поймешь, что это не твое. Твори то, что тебе хочется творить, а не то,
что тебе прикажут. Вот послушай мою историю: родился я двадцатого брюмера на
Тисворе, лет сорок тому назад, и воспитывался в религиозной семье. Мой отец был
пастырем и воспитывал меня на свой лад: по двенадцать часов в день я сидел
перед священным писанием, вбивая себе в голову все эти религиозные истории, и,
когда я ушел из родного дома, естественно я стал искать себе пристанище, где
меня бы приняли. Так я попал на Марх, святыню моего народа, где молился
господу по ночам в своей келье и был счастлив долгие годы. Но время шло, и
когда мне все это осточертело и я решился сбежать. Впервые взглянув на прекрасное
ночное небо и увидев сотни миллионов звезд и пролетающий недалеко космический
корабль, поняв сколько есть всего в мире, кроме этих святыней, я все осознал и
мне открылась правда: без учения писаний в детстве я не считал бы смыслом своей
жизни служение в Мархе, а мог бы достичь чего угодно и стать кем угодно:
писателем, инженером, ученым, механиком, психологом… Мы сами выбираем свои
пути, разве не так?

— Так.

.