Воспоминания: дева-страж

Воспоминания о персонаже Чума, доступные в архивах в рамках седьмого тома книги "Покинутый". Для открытия нового воспоминания необходимо пройти соответствующее испытание от мастера в сети Ауриса. Наградой за открытие всех воспоминаний является небольшой видеоролик, кратко пересказывающий фрагменты собранных воспоминаний.

### Воспоминание №4097

>
> "Пусть голос твой достигнет запределья; пусть голос твой достигнет запределья; пусть голос твой..." Адирис произносит эту фразу в унисон соратникам по вере, пока слова не сливаются в единое слово. "Пу-го-тво-сти-дель... Пу-го-тво-сти-дель..." Тринадцать женщин стоят вокруг каменного алтаря. Через какое-то время Адирис начинает запинаться, уставшие голосовые связки лишь подергиваются в такт песнопению других. Каждый возглас приносит страдания. Она почти забыла, что на алтаре лицом вниз распростерлось корчащееся тело, перехваченное кожаными ремнями.
>
> Верховный жрец Хабан поднимает руку. Адирис и остальные замирают, склонив головы. Она напоминает себе: лелей боль, как жертву Морскому Козлу, богу Воды и Творения. Единоверцы расходятся, и Адирис бредет к мужчине на алтаре. Слезы текут из налитых кровью глаз. Она хочет успокоить и ободрить его. Сказать, что боги любят его. В ней зреет невольное желание поднять его с алтаря и унести от грядущих страданий. Она улыбается ему, как ребенку. Ах, если 6ы ты понимал важность своей жертвы, то смеялся 6ы от радости. Она нежно и любовно целует его в лоб.
>
> "Пусть голос твой достигнет запредельях".
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4098

>
> Призыватель делает шаг вперед: это маленький и морщинистый человек, полностью укрытый алым - нет, белым, но перемазанным в крови - плащом. Адирис склоняет голову и присоединяется к прочим шепчущим. "Пусть омоет тебя море звезд". Призыватель нависает над привязанным к алтарю человеком, кивает и закатывает рукав. Он выставляет сжатое в руке копье, поднимает оружие... и с силой опускает его. Наконечник пронзает поясницу связанного. Тот с криком выгибается и бьется в конвульсиях, но нижняя часть тела остается неподвижной, а мочевой пузырь опорожняется на алтарь. Призыватель упирается ногой в каменную плиту и давит на копье, пока не раздается жуткий хруст. Визг... вой... мольбы? Нечто большее, нечто неразборчивое. Из открытой раны торчит позвоночник. Кровь хлещет фонтаном.
>
> Желчь подступает к горлу Адирис, и она отворачивается, чтобы сдержать тошноту. Прочие единоверцы поднимают глаза. Слава! Хвала богам! Крики мужчины заглушают все. Его голос непременно достигнет запределья. Адирис берет себя в руки и вспоминает священные писания: "Не должно оспаривать волю богов, ибо им ведома красота, недоступная человеку. Не должно оспаривать волю богов, ибо им ведома..."
>
> Верь в них, Адирис, верь в них! Она спасается в вере, возносит хвалы вместе со всеми, но замечает Хабана. Он не успевает прикрыть лицо, и она замечает, как по его щеке катится слеза... А его лицо... выражает безутешность.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4099

>
> Адирис плещет на алтарь водой и начинает тереть. Разводы остаются круглые, яркие, красные.., как солнце в тот день, когда ее оставили у дверей храма. Жаркая духота, мучительные шаги по горячему песку... Мать и отец... Выпавший осколок памяти, расплывшийся, замененный... Хабаном. Толпа напыщенных верховных жрецов, и лишь в одном взгляде видно тепло. Она плачет, а он поднимает ее и опускает свой капюшон. Во дворе он позволяет ей трогать статуи богов: Ришана, Хранителя Звезд, Ортареса, Часового Пустыни, Атил-Алары, Матери Человечества - божеств, что будут наблюдать за ней и защищать ее. Хабан становится ее учителем. Названным отцом. Он рассказывает ей о религии, основанной изгнанниками, уверовавшими, что их прошлые учения осквернены мирскими дрязгами. Они приняли новое видение жизни после смерти и объединили всех богов под началом единого творца - Морского Козла.
>
> Она обретает истину в его учениях, смысл в служении и покой в понимании того, что страдание - суть любви. Мысль о том, что сострадание не рождается без кровавого жертвоприношения, приводит ее в трепет, но со временем она преодолевает сомнения. За долгие годы служения ее вера крепнет, но меняется и Хабан. Его походка становится тяжелее. Во время чтения священных писаний голос его тускл и лишен жизни. Щедрые жертвы богам, что некогда вдохновляли его, ныне вызывают лишь муку.
>
> Что за мрак поглотил солнце пустыни?
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4100

>
> Адирис сидит во дворике, напротив Хабана. Ее глаза прикованы к игровой доске. Она бросает деревянную кость и двигает черный диск по клеткам доски, останавливается на диске Хабана и убирает его. Хабан не реагирует. Адирис обеспокоенно глядит на него. "Какое замечательное жертвоприношение было утром, не правда ли? Боги ликуют, да славятся они вечно". Хабан едва поднимает глаза. "М-гм... Да-а, славятся". Веет прохладный ветерок, где-то чирикают птицы. Хабан оглядывает дворик. Никого не увидев, он смотрит Адирис прямо в глаза. "Он был хорошим человеком. Другом. Мир стал темнее без..."
>
> Адирис кажется, что ее проверяют. Она знает, что сказать, поэтому перебивает его фразой, которую ей тысячи раз повторяли прежде: "Такова воля богов; ныне он купается в благодати Морского Козла". Хабан переводит взгляд на игровую доску, смахивает диск Адирис и ставит свой на другой конец. "Кажется, я победил... Такова была воля богов". Адирис отодвигает стул и возражает. Тогда Хабан смахивает доску со стола и говорит: "Нужно переписать правила игры ур. Я включу в них декреты, наказания, воровство и жертвоприношения. А если кто-то возразит, я непременно отвечу, что такова воля проклятого морского козла и его трижды проклятых божков". Адирис мотает головой. Его слова потрясли ее разум до боли. Что за... богохульные речи! Она замечает темные мешки под глазами Хабана. Да, истина часто ошарашивает.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4101

>
> Наступает День Добродетели - ежемесячного ритуала очищения от всех тяжких грехов. Слышится звон колокола. Адирис и прочие собравшиеся в храме падают на колени. Их лбы касаются прохладного камня. Она поднимает взгляд и видит, как ведомая верой Дева-страж идет сквозь толпу в поиске грешников. Она ждет, считая царапины на полу. Ждет, пока не слышит вопль. Женский вопль. Женщина умоляет, кашляет, задыхается. Адирис смотрит в ее сторону и видит, как простолюдинку за шею волокут из храма. Она едва замечает, как перед лицом останавливаются две оливково-бронзовых ноги. "Встань. Встань!" Адирис сжимается под взглядом Девы, замечает остатки фиников в ее раскрытом рту. "Пред очами Морского Козла свидетельствуй об увиденном зле. Говори о ворах, изменниках и маловерных, да очистим мы их души". Плечи напрягаются. Адирис видит лицо Кабана - лицо ставшего ей отцом. Вспоминает мягкий голос... и сбивчивые речи нечестивца. Нерешительность сжимает ей грудь, превращается в тугой, скрученный узел.
>
> "Я... не видела зла. Свидетельствую пред богами, что глаза мои чисты". Бегут мгновения, реальность замедляется и растягивается до треска... Затем Дева кивает. "Пусть омоет тебя море звезд". Она уходит, не замечая, что Адирис изо всех сил старается не упасть.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4102

>
> Адирис подметает полы у алтаря и слышит торопливую поступь. Она оборачивается и видит Хабана. Его обычно спокойное лицо выражает напряжение. Хабан подзывает ее и молвит: "Дочь моя, будь проклят тот, кем я был. Я принял тебя ребенком и осквернил учениями о священном возмездии. Я вижу, как ты мучаешься от того, что эти мысли почти одержали верх. Умоляю, отринь мои учения и посмотри на кровь, пролитую в этом храме. Никакой водой не отмыть эту залу от творившегося здесь ужаса.
>
> В ее голове всплывает догмат: "Воля богов - закон. Смертным не должно оспаривать божественное. Дерзнувший противостоять волне утонет в море". Удивляясь самой себе, она все же хранит молчание. Хабан пользуется этим: "Я стар, и жизнь моя близится к концу, но за твою я еще поборюсь. Встретимся здесь в ночь полузрелой луны. Тогда мы и вырвемся вместе из когтей порока. А если вдруг ты усомнишься, обратись к своим богам. Пусть их молчание будет тебе ответом, дочь моя".
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4103

>
> Хотя сердце Адирис бьется, она ощущает на его месте пустоту, из которой в живот выливается кислота. Разбивая колени, она бухается на пол и молится богам, беззвучно взывая к ответу. Тишина... Ветер хранит молчание. Она одна сидит в окружении камней и неподвижных статуй богов. Пыль носится в воздухе и оседает на ее коже. Эта пыль реальнее всего, во что она когда-либо верила. Жизнь в вере, понятная и безопасная, разрушена. Она не чувствует землю под ногами, а уверена лишь в одном - отсюда нужно уходить. Она встает, поворачивается к храму спиной, но вдруг...
>
> Шепот!
>
> Приглушенное бормотание у нее в голове звучит неразборчиво, невнятные слова стекают с раздвоенного языка. И все-таки она слышит их, потрясенно понимая главное. Она не останется одна. Никогда.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4104

>
> Сгорая от стыда, Адирис бежит в свою келью. Она посмела усомниться в богах! В их беспорядочном шепоте слышатся боль, злость и жажда крови. ИСКУПИТЬ! Она сдирает с себя одежды, хватает грубый хлыст, усеянный шипами и бронзовыми иглами. ИСКУПИТЬ! Она бьет изо всех сил. Шипы пронзают ей спину, впиваются в плоть, не отпускают. Она кричит сквозь плотно сжатые зубы, не выпуская звуки из горла, чтобы никто ее не услышал. ИСКУПИТЬ! Новый взмах, кровь брызгает на пол. Ее трясет от боли, а кожа слезает и свисает бледными клочьями. Она собирается с духом и хлещет себя вновь и вновь, до багровых лужиц на полу. ИСКУПИТЬ! Сколько нужно крови? Тело бьется в агонии. Она хочет бросить хлыст и убежать прочь, но вспоминает догмат Хабана. Страдания - суть любви... Она крепче сжимает рукоять и хлещет вновь.
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4105

>
> Из пор Адирис на простыни льется пот. С каждым движением от тела хлопьями отваливаются струпья. Ей едва удается поднять голову и обернуться на голос. Хабан. Он стоит на коленях возле нее с влажной тряпкой в руках. Говорить не хватает сил, но ей достаточно и шепота в голове. Шипящего и едкого, как ее чувства. Как слово, что стегает ее разум. НЕЧЕСТИВЕЦ! Он смывает кровь с ее спины и приближает губы к ее уху: "Это сделала Дева-страж? До этого их довела слепая вера?"
>
> Она проваливается в полузабытье, а нечестивец берет ее за руку. "Я подвел тебя, дочь моя. Но довольно. Крепись, скоро мы уйдем".
>
>
>
>
>
>
>

### Воспоминание №4106

>
> Каждое движение сопровождает боль, но Адирис поднимает лицо к небесам и благодарит богов за наставления. Их шепот не ушел. Он стал глуше и звучит менее разборчиво, но все такой же властный. Сердце открыто, и шепот захватывает все ее тело. Вот и покои Девы-стража. Брать облачение запрещено, но никто не станет ее винить, ведь боги на ее стороне. Увидев на столе небольшую курильницу с благовониями, она обретает решительность. Руки словно живут своей жизнью. Она не противится, когда они наполняют курильницу маслом и тлеющими углями. Воля богов непреложна, и она знает, что каждая нить ложится на свое место в узоре ткани вселенной. Доверься им, Адирис!
>
> Она шагает навстречу лунному свету. На дворе ночь. Струйки дыма танцуют вокруг ее тела. Босые ноги несут ее по каменной тропе к входу в храм. Она заглядывает внутрь и с трудом различает дрожащую фигуру сквозь танец теней. Вот он, верховный жрец Хабан. Наставник, отец... нечестивец.
>
> Пусть голос его достигнет запределья.
>
>
>
>
>
>
>