Колколесское Княжество

**Возникновение государства**

Когда после окончания гражданской войны на обломках Древней Империи затихли серьезные бои, большая часть когда-то богатых провинций лежала в руинах. Люди потихоньку выстраивали новые отношения, кто-то лез на вершину пирамиды власти, кто-то становился костями в ее основании. Обычно новые государства образовывались вокруг тех мест, которые были не сильно разорены во время войны. Как правило, это были захолустные по Имперским меркам места.

Местность, на которой возникло Колколеское княжество, во времена Империи была промышленным и научным центром - неудивительно, что бои там шли серьезные. Инфраструктура была практически полностью разрушена, города превратились в руины. Учитывая, что применялось и оружие массового поражения, первую пару сотен лет после окончания гражданской войны здесь было сложно вести сельское хозяйство, да и риск подцепить неизвестную смертельную болезнь был велик. Поэтому люди селились по большей части в северной части этой области Риттермарка или на побережье Внутреннего моря.

Те, кто имел какие-то проблемы с законом в более благополучных областях или просто не хотел платить лишние налоги, переселялся в эти негостеприимные места. Поскольку прокормиться обычным трудом тут было сложно, местные жители быстро освоили прибрежное пиратство и набеги на соседей. Небольшие клановые банды на гребных кораблях наводили ужас на побережье Внутреннего моря, потрошили караваны купцов и в целом были довольны жизнью. До тех пор, пока в в 1075 году ярл Хильгви Безжалостный не решил, что ярлов много, а конунг может быть только один.

За десять лет методичной резни он убрал всех своих конкурентов и убедил всех остальных ярлов, что даже вольнице нужен жесткий вожак. Опыт и удачливость позволили Хильгви последовательно организовать три успешных военных похода к ближним и дальним соседям - с захватом добычи и рабов, среди которых было довольно много людей с образованием. На волне популярности и авторитета Хильгви упрочил свое положение, в 1089 году продавив на Большом Тинге решение об образовании нового государства - Вольного княжества, где правитель - Великий Князь - избирается общим собранием пожизненно.

Дружинники ярлов, после походов ставшие довольно богатыми людьми, согласились, что пора перестать складывать яйца в одну корзину. Пора сделать так, чтобы купцы сами платили им деньги без того, чтобы каждый раз приставлять топор к их шее. Захваченных рабов и часть добычи Хильгви использовал для грандиозной стройки - восстановления водно-сухопутного пути от Драконьего хребта до равнин закатной части Риттермарка. Большую часть этого торгового маршрута составлял путь по реке Хлал через Серебряное озеро, но для создания непрерывной системы пришлось проложить около трехсот километров дорог. Причем Хильгви требовал, чтобы качество пути было сопоставимо с древнеимперским. Конечно, до такой планки строители не поднялись, но и по нынешним меркам дорога получилась очень добротной. Историки считают, что именно это решение и определило будущее Колколесского княжества, столицу которого перенесли в город Дуат на берегу Серебряного озера.

**Развитие страны**

Поскольку в северной части Внутреннего моря по-прежнему пиратствовали ярлы из тех, кому был дорог их образ жизни, сухопутный маршрут для торговли обрел огромную популярность. Австерское герцогство, Речь Польска, Славское царство - купцам всех этих стран было проще оплатить пошлины в Колколесье, чем делать огромный крюк с сомнительным результатом. Казна молодого государства получила мощный приток золота, которое было использовано для строительства городов и дальнейшего развития инфраструктуры.

Тут княжеству скорее повезло: два следующих князя оказались людьми здравомыслящими и умеющими думать о будущем. Пусть один из них и проморгал заговор, в результате которого лишился жизни, но и заговорщикам воплотить задуманное не удалось. Преемник, князь Норман, оказался даже более успешен: ему удалось удержать в узде вольных ярлов, плюс он прекрасно понимал, что требуется государству для развития. Он смог создать регулярную княжескую армию, сделав князя не первым среди равных, а просто первым. После чего формально объявил пиратствующих ярлов вне закона (но реально не предпринимал никаких мер по ограничению их деятельности, такой выгодной для княжества).

Когда соседи, которых напрягали пиратствующие банды, попытались предъявить Норману “за пиратов”, тот с людоедской усмешкой обкатал на вольных ярлах свою новую регулярную армию, мудро выбирая сначала тех, кто послабее. Оценив новый инструмент, князь окончательно прижал вольницу, обложив ее налогами, после чего Колколесское княжество превратилось во вполне себе стабильное государство. Самые отмороженные “вольники” были безжалостно выполоты, остальные поумерили свои амбиции, пиратствуя теперь только там, где требовали интересы княжества. Ну, или хотя бы тогда, когда грабеж не нарушал этих интересов.

Конечно, были и нюансы. Свободолюбивая вольница не собиралась так просто сдавать свои позиции и попыталась организовать два мятежа, которые были успешно подавлены. Правда, это не спасло Нормана от отравления кровяной колбасой. Но некоторые потери позиций центральной власти все равно вернуть прежние времена не могли.

**Религиозные противоречия**

Все 1200-е годы по миру активно распространялись различные версии религий - как правило, из тех центров, в которых они оказались сильны после развала Империи. Колколесью не повезло: на его территории из-за географических причин столкнулись сразу три конфессии. С запада двигались миссионеры церкви Единого, с северо-востока - адепты Нордики, а с юга - проповедники Ортодоксальной церкви Единого. Ситуация осложнялась тем, что в начальный период формирования государства дружины ярлов захватывали множество рабов, которые принадлежали к разным конфессиям. Поэтому на территории страны получилась довольно пестрая смесь с преобладанием Нордики и Ортодоксальной церкви Единого. Западные миссионеры пришли несколько позже и оказались в ситуации, когда почти все вкусное уже разобрано до них. Конечно, эта ситуация церковь Единого не устроила.

Никаких законов, регулирующих взаимоотношения религий, в княжестве не существовало. Поэтому довольно быстро начались интриги, заговоры и расследования. К 1350-м годам Колколесское княжество уже превратилось из сборища пиратов в уважаемых купцов, поэтому миссионеры церкви Единого быстро нашли общий язык с представителями власти “на местах”. Конечно же, этот процесс сильно ударил по интересам в первую очередь Ортодоксов, ведь обе ветви церкви Единого в то время были сильно “на ножах”, вплоть до объявления друг друга еретиками.

Первые раунды противостояния остались за Ортодоксами. Святая Инквизиция, корни которой уходят еще в доимперский период, имела большой опыт интриг и непрямых действий. Как из рога изобилия посыпались скандалы, по итогам которых с должностей снимали симпатизирующие церкви Единого чиновники. Стало ясно, что простой подкуп здесь не поможет. Позиции церкви Единого в Колколесье стали очень шаткими. Время работало на ортодоксов, да и адепты Нордики не оставались в стороне, делая гадости и тем, и другим. Тогда иерархи церкви Единого решили ответить своим оппонентам слегка асимметрично.

Отступив от практики организации отдельных комиссий под каждую новую проблему, в 1392 году на собрании архиепископов было решено организовать новый орден. Конгрегация Ордена истинных рыцарей Единого, конечно, не могла сравниться опытом со Святой Инквизицией, но рыцари сделали ставку не на интриги. Набирались в Конгрегацию в основном бойцы, и ортодоксы очень быстро осознали, что ценные специалисты готовятся долго, а вот умереть могут очень быстро. Победы в теологических спорах не могут возместить потерь тех, кто способен спланировать и осуществить тонкую интригу - бойцов-то найти гораздо проще.

Конечно, боевые группы Конгрегации действовали неофициально, маскировались под светских наемников. Но как раз в раскрытии тайных обществ опыта у Инквизиции было больше. Несмотря на некоторое ошеломление, ортодоксы приспособились к новой тактике, и в 1401 году сумели провести грандиозную интригу, которая привела к захвату не только боевой группы Конгрегации, но и выявлению ее связных и резидента. Грянул скандал. Поскольку в сердцах колколесцев была жива память о вольных дружинах, наводящих ужас на соседей, горячие головы быстро нашлись с обеих сторон. Масла в огонь подлили жрецы Локка, и в 1402 году в ночь святого Варфы в Дуате грянула масштабная резня, в которой заранее сговорившиеся ортодоксы убивали своих религиозных оппонентов. Позднее это было объявлено как месть за резню ортодоксов в торговых кварталах Дуата осенью 1401 года, но объяснений уже никто не слушал - началась полноценная гражданская война.

Война длилась 24 года, то затихая, то разгораясь с новой силой. Начавшись как противостояние двух ветвей церкви Единого, она быстро втянула в себя и адептов Нордики (тем более, что локкианцам под шумок традиционно припомнили все, что можно и что нельзя). Перевес сначала был на стороне ортодоксов, но из-за наличия третьей стороны церковь Единого смогла удержать свои позиции. Князь Карл IX симпатизировал ортодоксам, но напрямую двинуть свои войска в бой не решился - уж больно заинтересованно глядели ближайшие соседи на происходящее в стране.

Сил уничтожить противника и не получить смертельный удар от третьей стороны конфликта ни у кого не было. К 1426 году установилось шаткое равновесие. Сменивший Карла IX на троне Анри III воспользовался моментом и призвал иерархов различных конфессий встретиться за столом переговоров. Истощенные бойней стороны получили повод свести противостояние к худому миру, сохранив лицо.

**Вторжение Механикуса**

Открытые военные действия прекратились, но, как говорится, “осадочек остался”. Князь, тем не менее, приложил все усилия для того, чтобы противоборствующие стороны были максимально стеснены в повторении войны. В частности, были приняты ограничения по собственности, активности проповедников и личной ответственности клириков за призывы к бунту по религиозным причинам. Это сильно не понравилось обоим ветвям церкви Единого, и в 1429 году Анри III получил удар кинжалом от монаха-ортодокса Жака Клеймана.

Взошедший на княжеский престол Анри IV в качестве урока серьезно прошелся по кошельку ортодоксальной церкви, что формально приглушило накал страстей, но превратило князя в личного врага церкви. Но возмущения были направлены лично против князя, а не против религиозных оппонентов.

Следующие 15 лет в стране вяло тлели искры мятежа, периодически прорываясь открытым пламенем. Самые массовые выступления случились в 1446. Анри IV разбил наиболее боеспособные силы мятежников под командованием герцога Майненского при Арк-ла-Батай, но практически сразу же ему пришлось воевать с герцогством Гольтштадт, которое поддержало своего претендента на княжеский престол. Война затянулась на два года, но окончилась победой Колколесского княжества, после чего в стране наступил долгожданный мир. Князя, правда, это не спасло от кинжала очередного фанатика - в 1452 году Анри IV был убит неким Франсуа Равайяком.

Небольшой городок Механикус, располагающийся в северной части страны, никогда не участвовал в религиозной резне. Наоборот, туда бежали люди, которые хотели спокойствия, в том числе и Искры. К 1450 году это был уже огромный город, размерами и мощью способный поспорить с Дуатом.

Как выяснилось, все это было неспроста. В 1458 году герцог Механикуса объявил себя наследником династии Осциллиусов и двинул на столицу армию, насыщенную  огромным числом артефактов Искр.

Сказать, что окружающие малость офигели от такого поворота сюжета, значит ничего не сказать. Колколесью повезло только в двух вещах: народ в целом еще на забыл, как держать в руках оружие, да и новоявленные наследники Осциллиуса сразу заявили, что “весь мир должен принадлежать им” - это позволило колколесцам получить помощь от соседей, хоть за нее и пришлось заплатить полновесным золотом, окончательно опустошив казну.

Как ни странно, большую роль в получении помощи извне сыграли религиозные иерархи княжества. С помощью клириков удалось добиться более мягких условий найма людей и покупки вооружения, а также привлечь большое количество добровольцев. Война с вторжением Механикуса, получившая позднее название “тридцатилетней”, оказалась кровавой и реально длилась 34 года.

Довольно быстро выяснилось, что противник превосходит княжеские и наемные войска качественно. Огромное количество различных артефактов Искр позволяли нивелировать численное превосходство колколесцев. И даже более того, часто имея трех-четырехкратное превосходство, колколесцы терпели поражение в открытом столкновении. Основным противником Механикуса стало пространство и партизанские рейды.

Захватив примерно ¾ территории княжества, Механикус просто не смог как следует контролировать всю территорию и продолжать давление на остатки войск колколессцев. Но было понятно, что если в войну не вмешаются другие страны, со временем этот кризис будет преодолен, и княжество с политической карты исчезнет. Однако и у Механикуса нашлась своя ахиллесова пята. Ей оказался сам город - как научная и промышленная база, на которую опиралось все вторжение.

Где люди князя Луи XIII нашли древнее оружие времен гражданской войны в Древней Империи - до сих пор неизвестно. Способ, каким эта супербомба была доставлена в город так и не был официально раскрыт. Даже по поводу мощности устройства до сих пор ведутся споры. Часть исследователей считает, что за силу взрыва следует “благодарить” местные небезопасные производства.

По слухам, эту задачу выполнила боевая группа Конгрегации, которая полегла в процессе выполнения задания в полном составе. Но, как бы то ни было, в начале 1491 года Механикус был полностью уничтожен огромной силы взрывом, а на его месте до сих пор находится пустошь.

Лишившись руководства и притока артефактов и боеприпасов, войска Механикуса были быстро разгромлены, а частично рассеялись сами. Уже к концу 1491 года боевые действия полностью прекратились, а княжество стало зализывать раны и выплачивать огромные внешние долги.

**Войны с Баварией**

Окончание войны привело не только к финансовому кризису, но и к теологическим проблемам. Однако верховным иерархам конкурирующих церквей хватило выдержки не заходить на второй круг бойни. В 1492 году, после трехмесячных теологических диспутов в столице, было заключено “соглашение о проповедях”, согласно которому были определены базовые зоны влияния конфессий и порядок взаимодействия проповедников на других территориях. После чего у великого князя осталась только экономическая часть проблемы.

Колколесское княжество исторически поднялось на контроле торговых путей с востока на запад. Чтобы поправить финансовые дела, было решено вернуться к проверенному способу - монополизации торговых путей. Правда, за время войн многие старые маршруты потеряли свою актуальность.

Пиратство во Внутреннем море осталось только в южных регионах, где господствовали галеры Султаната. Север был вычищен соединенными усилиями Колколесья и Конфедерации Независимых Герцогств. Герцогства Бавария, Грюневальд и Нассау, захватившие побережье до Корната, оставили пиратов без баз. Более того, очень удобный маршрут из Восточной Империи на запад Риттермарка теперь проходил через Баварию и порт Кильбург.

Имея опытную армию, пусть и потрепанную гражданской войной, и не имея денег на ее содержание, князь Луи ХIV изрек исторические слова: “Война должна кормить себя сама”. Момент был подобран довольно удачно - Бавария воевала с герцогством Ангальт, и формально Колколесье в 1506 году заключило с Ангальтом союз. После чего спущенная с поводка армия потопталась по Баварии как следует. В заварушку вписались еще несколько герцогств, и, чтобы избежать поражения, Бавария вынуждена была заключить с Колколесским княжеством мир на очень невыгодных условиях, отдав часть побережья северному соседу.

Еще трижды вмешиваясь в конфликты Конфедерации Герцогств, Колколесье смогло поправить свои финансовые дела: торговые маршруты через Конфедерацию стали очень невыгодными, поэтому основной поток товаров вернулся в княжество. Территориальные приобретения тоже имелись. Особенно удачная кампания получилась во время второго вторжения Механикуса в 1636 году - удалось оттяпать у Баварии Рур и все пространство от Кильбурга до Драконьего хребта. Как оказалось позже, в Баварии это запомнили и не простили.

Поворотной точкой оказался конфликт за первенство в Конфедерации Герцогств и хитрый план Фридриха Великого. Три войны, молниеносно последовавшие друг за другом, привели к тому, что в 1861 году армия и флот Колколесья оказались не готовы к внезапной войне с уже мобилизованными и получившими боевой опыт армиями Баварии и Грюневальда. Построенные на границах форты, призванные остановить потенциальное вторжение, не смогли выполнить свою задачу. Рейд главных сил флота к столице княжества вошел в военные учебники, оглушительное поражение с захватом столицы породило политический кризис и обошлось княжеству в огромную сумму контрибуции плюс отторжение Рура и прилегающих территорий побережья. Национальная гордость княжества получила огромную моральную травму.

**Современность**

Несмотря на недавнее поражение в войне с Баварией, после которой на политической карте мира появилась новая Великая Держава, Колколесское княжество является  сильной страной, имеющей большой военный и экономический потенциал. Значительная концентрация Искр, три огромных академии наук (не считая более мелких учебных заведений) позволяют ему оставаться на острие научного прогресса. Множество новинок и прототипов увидели свет именно в Колколесье и только потом распространились в другие страны.

Княжество традиционно считается центром мирового искусства - не в последнюю очередь потому, что здесь давление традиционализма на общество всегда было самым низким - сказывались торгово-пиратские корни и отсутствие монополии на единственно верный духовный путь среди представителей основных религий. Дуатская академия Высокого Искусства имеет мировую известность как колыбель знаменитых драматургов, театральных режиссеров, актеров, художников и скульпторов. Даже мода в княжестве является наиболее легкомысленной и ветреной, что не мешает ей быть весьма притягательной среди фрондирующей молодежи в других странах. Хотя консервативные круги других Великих Держав крайне не одобряют эти “колколесские новшества” - еще бы, ведь эта мода позволяет дамам открывать для всеобщего обозрения колени, и даже нижнюю часть бедер!

Страной по-прежнему правит князь. Но жесткая линия вертикали власти и даже абсолютизм ушли в прошлое, сейчас князь - это обычно компромиссная фигура, позволяющая соблюсти баланс между интересами тех олигархов, которые реально правят княжеством. Титулы аристократии сильно поблекли, последние полтораста лет они отражают в основном размер состояния владельцев. Хотя есть еще “старые рода”, которые получали свои титулы за свершения на ниве войны или управления государством. Как правило, они не имеют серьезного влияния.

Эта ситуация сильно повлияла и на армию с флотом. Военные Колколесского княжества являются наименее кастовой структурой среди всех Великих Держав. Еще со времен гражданской войны и первых войн с конфедерацией герцогств даже рядовой мог сделать внушающую уважение карьеру и стать офицером - а некоторые становились даже генералами. В последнее время здесь не удивляются и женщинам-офицерам, в том числе и на флоте.

В стране сильно распространена коррупция - откаты, распределение бюджета, производство в интересах иностранных контрагентов, а не собственной армии или флота - на все это закрывают глаза, если участники не забывают поделиться с заинтересованными лицами. В случае скандалов до судебных процессов обычно в таких вещах не доходит - за редким исключением, когда требуется приструнить кого-то сильно зарвавшегося.

Страной правит Великий князь Анри Паскуэтен. По принятому в 1814 году закону,  Великие князья больше не имеют королевской привилегии именоваться исключительно по имени с соответствующим номером. В качестве парламента выступает Национальное собрание, в котором на данный момент борются три влиятельные партии, в той или иной степени лоббирующие интересы соответствующих групп олигархов. Реваншисты, которые требуют отобрать “исконные колколесские владения, подло отторгнутые Кайзеррайхом” и пересмотреть итоги войны 1872 года. Умеренные - партия,  лоббирующая интересы тех, кто делает состояние на торговле с Кайзеррайхом, и традиционалисты, которых интересует союз с Объединенными королевствами и развитие промышленности в ближайшей перспективе.

Религия все еще имеет большое значение в жизни многих жителей княжества. Конечно, до страстей прошлого далеко, но, тем не менее, в 1878 году в столице произошла большая резня на религиозной почве, правительству даже пришлось вводить войска для восстановления порядка. В последнее время увеличивается напряженность в отношениях между разными ветвями церкви Единого. Приведет ли это к серьезным последствиям - покажет время.