Волк (Илья Ветров)

Если разум человека пытается продумать ситуацию, смертельно опасную, то
он может смело считать, что его обладатель уже труп.
Любимая поговрка Лика. Была когда- то. А теперь, как год прошёл, я не
был в Зоне. Одиночество было моим жизненным
правилом, и, собственно поэтому, семьи у меня нету, да и друзей тоже. А
ведь были. Раньше. Но то, что было раньше,
уже прошло. Сейчас есть только настоящее. Как говорил один великий
русский поэт: "Настоящее уныло, что пройдёт, то будет мило." Настолько
глубокий смысл заложен в этих простеньких словах. Сталкеры обычно не
красноречивы.
Это редкость, когда человек, ходящий в Зону больше месяца, разговаривает
открыто. Все ведут себя замнкнуто, не доверяют свои душевные тайны
никому, даже друзьям. Да и себе, порой, не так верит. Разум потихоньку,
шаг за шагом,
опускался до нижнего уровня, не риагируя на опасность, а сразу слушал
подсказки сердца и раздавал команды организму.
Это было уже на автоматическом уровне. Как какой- нибудь механизм,
отробатывающий и оттачивающий свои действия до
кристальной чёткости и плавности.

```
  Я отложил винтовку на комод. Сам вышел на болкон, и стал любоваться

```

восходом солнца. В огромном, рыжем, горящем
круге выросла Чернобыльская Атомная Электро-Станция. Сколько раз мне
приходилось наблюдать похожую картину
с развалин старого завода, или же сгнившей насквозь деревушке, молчащей,
словно партизан, не выдавая своих летальных
секретов...
Да уж. Непонятно как- то всё. А что будет потом? Если бы знать, что с
нами случиться завтра, то любых смертей и конфликтов удалось бы
избежать. Тогда мне казалось, что всё должно быть трудно, натужно...
познать тайны Зоны
пытались многие люди, совершенствуя своё мышление изо- дня в день. А
познали еденицы. Они вообще не думали.
Залезли в саркофаг, и сразу всё поняли. А я... я натуральный сталкер.
Сталкерство заключается ни в сборе артефактов,
их продаже, не в любопытности, не в мышленнии... а в познании самого
себя.
Зона: это путь, по которуму проходят те, кого она не сломала.
Я не собираю артефактов с былого времени. Не ставлю вешек. Не обманываю
смерть.
Я познаю, смогу ли я пробраться вон через те завалы, или же кровосос, в
них притаившийся, думает иначе?
Вот в чём заключается сталкерство...
Солнце уже робко залило мою комнату шаловливыми зайчиками, прыгающими по
предметам и стенам. Я пригляделся.
Взял бинокль и направил его в сторону станции.
Там кружил, подобно гигантской стрекозе, Ми-24. Я увидел человека,
бегущего по длинной бетонной постройке.
Вертушка выпустила в него ракету. И тут стёкла у бинокля лопнули. Будучи
оброненным на пол, он ещё несколько секунд
звенел и трещал. Я вгляделся в четвёртый энерго- блок. Там уже гне было
ничего.
Ни вертушки, ни человека.
Значит, скоро будет выброс. А после выброса... я снова прийду к тебе,
Зона. Жди меня.
Взгляд упал на СВД, лежащую на комоде, и на губах у меня, сам собой,
появился привычный волчий аскал.
Я иду, Зона. Давненько я к тебе не ходил... ну, ничего. Сегодня
исправим.

```
                                                                                     Глава

```

Я, облачившись в истрепанный армейский камуфляж, вышел из подъезда и
побрёл за город. Там у меня была уже намеченная тропинка, по которой
можно было проскользнуть через периметр, и остаться незамеченным. Погода
испоганилась. Лазурное голубое небо сменили так привычные глазу могучие
серые тучи. Ездили жигулёнки, мелтешили
туда- сюда прохожие, которым было глубоко насрать на двухметрового дядку
в истрепанном армейском камуфляже,
придержевашего одной рукой здоровенную винтовку. А знаете почему? Да
потому, что похожую картину они видели
чуть ли не каждый день, сталкеры уходили и приходили, быстро забегая к
себе в конуру на день- другой, а затем снова
шли обратно. И даже сейчас я видел идущего по другой улице человека, из
по длинного плаща которого нагло торчал
приклад Абакана. Он будто почувствовал на себе мой взгляд, развернулся и
помахал рукой. Я сделал то же самое.
Он завернул в переулок и скрылся. Через север идёт. А я с востока
заходить предпочитаю, так надёжней вроде...
Мысли в голове пролетали быстро. Уже верный признак того, что давно в
Зоне не был. Обычно как к КПП подходишь,
остонавливаешься, думаешь так глубоко, сосредотачиваешься... а потом
раз! И в голове пусто. Спокойно. Не тревожит ничего, тихо везде. И вот
тогда ловишь за хвост уверенность, подтягиваешь потихоньку, а потом и
сам садишься,
и уже тебя ничего остановить не может. Даже пули мимо летят. Морально их
в другую сторону... хоп! Свист рядом, казалось бы, а шлепок в метре
ухает. Вот так то. Надо будет на Агропром сегодня сходить. Там вроде
артефактище лежит в
катакомбах, да только вот проподают там люди. Зона слухами полниться,
опять же... но действительно, проподают.
Зашёл один, и поминай, как звали. Испаряется. Ни крови, ни криков, ни
гильз... утонул в темноте, и всё. Жутко стало.
Жутковато. А если вспомнить, что мне рассказывали ребята из "Сталкера"
(бар такой, ближе к западу стоит.) то просто
страшно. Но ведь я то и хожу туда именно за этим, в принципе. Аретфакт,
если и обладает кой-какими свойствами, то
возможно, на пояс повежу. Или на руку, как удобней будет.

```
   Пятиэтажки уступили место маленьким бетонным домикам и комунальным

```

жилищам. Скоро до окраины доберусь, а там
уже и маршрут ровный. И ещё: сегодня нужно нарисовать карту: от границы
и до самого Ростка, нет ли аномалий каких.
А то, помнится, в прошлом году, хлопушка прямо над кустарником висела.
Ползу я ползу, наёмники перекрикиваются,
затворы лязгают, а я ползу... тихо ползу, мирно... и тут эта сволочь как
шарахнет тебе по ушам, и всё... один звон стоит, нихера не слышно. А
ведь час назад там ходил, между теми же кустами, и ничего не было. Так
что это входило в обязательные планы.

```
   Вот наконец я подошёл к разрушенному КПП. Кругом пустынно. Только

```

ветер тихо подвывает меж унылыми завалами
камней. Слева, на углу дороги красуется знак: "Стоп! Ведётся огонь на
поражение!" вымазанный чёрными буквами по
выцвевшей жёлтой краске. Я приостановился. Подумал, поразмышлял... мысли
все выветрились, а в голове теперь твёрдо
и решимо восседала уверенность. Как всегда, пощёлкал кусачками. Звук
звонкий: хорошо. Быстрее колючку порежем.
Затянул рюкзак, поправил корманы. Попрыгал, пробежался... вроде
нормально, ничего лишнего. Пошёл подороге.
Кустарник тянулся по бокам длинного шоссе, асфальт заметно потрескался,
а пыльная трава не издавала теперь тихого
шелестящего звука, который обычно так ласкает слух. Пройдя с пол
километра, я свернул на тропку, убегавшую бурым
ручейком среди травы за холмы, и вползающей в лес. А там, за лесом,
начинается пиреметр. Я зарядил пистолет и поставил его на
предохранитель. Над головой потихоньку сгущался дождик.

```

```

* \*

Я подошёл к высокому забору, вдоль которого тянулась ржавая колючая
проволока. Лёгкий весенний моросит щекотал
лицо, струя пара вылетала при выдохе.
Патрули не изменились. Ровно в каждые пятнадцать минут происходила смена
часовых.

```
Я распахнул карман, извлёк оттуда кусачки и принялся, с видом ювелира,

```

резать забор. Занятие не из лёгких, если учесть,
что стали было ровно три слоя.
Наконец расправившись с забором, я отшвырнул кусачки в близлежащие
кусты, и полез через сетку.
Рыжее от лучей заходящего солнца небо, покрытое кое-где серой пушниниой
облаков и туч,расстилалось до горизонта и
переливалось в фиолетовыое зарево у края земли.
В два прыжка окозавшись в небольшой роще, я побежал на север. Винтовка
весело побрякивала взведённым патроном:
признак того, что за ней давно не ухаживали и не смазывали.
Бежалось легко. Тяжести на ногах и подавно не было, создавалось
ощущение, будто течёшь. Плавно и размерянно.
Откупорив на ходу флягу, и глотнув кое как горячей водки, остановился у
дерева. Прислушался. Втянул воздух.
Что-то было в этом лесу. Измученная инутиция кричала на ухо. Я на всякий
случай выключил ПДА.
Раздался хруст. Ещё, ещё и пропал. Не человек. Люди давно бы уже
стрельнули, да и запах я чую. Тварь.
Определённо.
Прицелился, осмотрел уходящие вглубь искорёженные деревья. Далкео от
периметра могло быть, что это какая-нибудь
крепкая зараза, которую завалить, в принципе, невозможно. А тут
наверняка водилась всякая мелкотня, которая и к
человеку притронуться боится.
Я ещё разок вгляделся в лес. И тут совсем рядом. Хруст. Нервы
взбунтовались. Почему не нападает? Ещё хруст...
Из-за дерева вышла собака. Она прихрамывала, тихо подскуливала и пускала
слюни. Но при этом она не была слепа.
Зрячие карие глаза уставились на дуло винтовки. Всем своим видом она
хотела взглянуть мне в душу. Мало того, что ей это, прямо скажу,
удалось, так она ещё и покопалась там мальенко, пошуршала мыслями...
Передо мной стояла обыкновенная дворняга. Спина черная, брюхо и лапы
окрашены ярким карием цветом, так хорошо
сливающейся с глазами.
У псины была поранена лапа, и она не смогла больше стоять и тихо
опустилась на три конечности. Тут то и я опустил наконец
винтвку, покозавшеусю мне в тот момент чем-то плохим и недобрым.
Сунув железо за спину на рюкзак, я взял собаку на руки, и побежал в
Зону. Не за периметр же с ней возврощаться?
В баре может оставлю, или вон Доктору... но как я доберусь до бара? Ах,
да, я совсем забыл про Агропром. Прекрасно.
Чувствую, что сегодня будет мне нехорошо. Ну, была не была.
Сталкеры и не такие судьбы уделывали...

```
                                                                         Глава

```

Я ввалился в бар, неся на руках Джека. Так обозвал собаку.
Джек успел заснуть, и теперь тихо посапывал. Все уставились на меня,
или, вернее, на то, что свернувшись калачом
лежало у меня на руках, и ненароком потянули с плеч автоматы.
-Отбой, - Глухо рыкнул я. Никакого эффекта на них не произвело, и
пришлось повторить ещё раз, уже пострашнее.
Только тогда они угомонились. Взгляды искоса на мои руки я чувствовал
отовсюду, даже невозмутимый Бармен сделал
удивлённую гримасу, когда я подошёл к стойке.
- Что это? - Глаза толстяка впились в маленькую собачку.
- Собака, - Буркнул я, - У тебя для неё место есть?
Теперь глаза его полезил на лоб.
- Что? Как? Зачем? - Бармен заморгал в непонимании.
- У тебя есть место для этой собаки, а?
- Ах... место... нету. Вся каморка забита. Да и еды тоже нету.
- Ты уверен?
- Да.
- Отлично, - Я отлип от стойки и положил спящего Джека рядом со
столиком. Он мнгновенно открыл свои карие глаза, и уставился жалобно на
меня.
- Чего тебе? - Деловито осведомился я. Джек лишь тихо заскулил, - Жрать
хочешь? Ладно, сиди здесь, - Я снова подошёл к
Бармену.
- Ты где целый год был? Небось дома сидел? - Встретил меня вопросом
толстяк.
- Да. Хлеба мне ломоть, да... у тебя собачий корм есть?
- Корм? Зачем? Слепых псов кормить? Их и сталкеры нормально
устраивают...
- Хлебу и колбасы давай.
- Ага, сейчас... - Бармен принёс еду. Я кинул на стойку сто рублей, и
рыкнув "Сдачи не надо", поплёлся к псине, на ходу откупоривая упаковку
колбасы. Швырнув ему половину, я уселся на стул и стал наблюдать за
собакой.
Он немного походил вокруг несчастного ломтя, поняхал его, двинул лапой,
и, сделав жадные глаза, умял его за секунд десять, снова уставившись на
меня. Теперь удивлён был я.
- Ещё? Ну и ни фига себе, - Я бросил ему ещё кусок. Его ждала та же
участь, что и первого.
- Ну, брат, на тебя так еды не хватит. На диету садись.
Джек в ответ лишь хмыкнул. По собачьи. Мол, чё ты ко мне, зараза,
присосался, как хочу так и ем.
Мы с Джеком сдружились. Псина полюбила угрюмого дядьку, и теперь
послушно исполняла все его прихоти.
Так мы ловили бандитов: сперва на ихнем пути вырастсет скулящая собака,
и, пока он переваривают, эта
собака кидется на одного, а уж о остальных заботится хозяин.
Но, к сожалению, пёс быстро старел и уже был непригоден к ходкам. Я стал
оставлять его соседу.
Сумашедешму, но очень мудрому, седовласому старичку по лестничной
клетке.
Старик любил животных, и с охотой принялся ухаживать за Джеком.

* \* \*

Я расстегнул ворот пыльника. На пересохшие губы дохнуло морозом.
Лежать на хломе, прячась от снайперов, совсем не входило в мои планы. В
роще сверкнуло.
Я вскинул винтовку и выстрелил. В рации послышался захлёбывающися гогот.
Ешё один.
Теребил волосы южный вессенний ветер, пальцы отмерзли и на спусковой
крюк нажать мне удовалось лишь
с огромным усилием. Хорошо, что псину я оставил дома.
Зона разрослась. Покрыла ещё один город энергетиков: Чернигов, множество
сёл и деревень.
Неподалёку от моей позиции вырастала проржавевшая водонапорная башня,
которая вот вот могла
обрушиться. Это выдавал режущий скрип с её подножия.
Осмотрев кустарник и рощу, я заметил ещё одного снайпера. Выстрел, тело,
ломая сучья и ветки, шлёпается
на сырую выженную землю, а в наушнике тихо булькает порванная артерия.
Все было по стандартной схеме: восемь снайперов, два взвода пехоты.
Половина валяется на холме
неподалёку отсюда.
Осталось, выходит, четыре снайпера. Размышления прервал рёв пули.
Столбец грязи вспорхнул рядом с моей головой. И тут же прозвучал по
долине второй выстрел: ответный.
Как видно, в цель. Этот вскрикнул. Мазать я стал, ничего не скажешь...
Трое осталось. По рации не бормочат: знают, что прослушиваю.
Звякнул затвор в роще. А этот, похоже, новичок, глушитель нацепил. С
секунду ко мне прилетела посылка:
брякнув лениво, пуля отрекошетила от бетонной преграды, и улетела в
кусты.
Я выдохнул. Лёгкие глухо сжались и прохрипели. Да я ещё и простудился...
вот уж где где, а в Зоне, мать ее,
простудиться совсем не желательно.
Зря не надел перчатки: руки натужно отлипали от лакированного цевья.
Стало тихо. Остальные, видать, не спешили. Пошушукались немного,
похрустели корягами, и, пропищав
"огонь", залпом жахнули по холму.
Я тут же прицелился, высмотрел тёмный силуэт в чаще, выстрелил.
Но где второй? Пошарив прицелом по кустам, забору, я его не обнаружил.
Сучья сыть, спрятался. Самый матёрый. Напарника по пули, а сам в
кустики. Реакция сработала быстро: как
только прогремел выстрел из рощи, уносимый лёгким полуденным ветерком, и
спотыкаясь о деревья,
буркнула и моя винтовка. Причём моя пуля долетела первой: крик на весь
лесок был слышен.
А вот сволочь из рощи тоже настигла цель. Впившись мне в руку
раскалённой осой, она немного поелозила там,
накручивая сухожилее. Теперь вскрикнул я: боль адская, если не больше...
Порвав пакет с бинтом, я вырезал её оттуда ножём, после чего туго
забинтовал.

```
Я спустился с холма. Осмотрел лесок, и нашёл там четыре трупа с

```

продырявленными головами. Неплохое начало дня.
Что же вам так не имётся? Вы же знаете не хуже меня, что уже проиграли.
Впрочем, вам уже не нужно ни о чём думать.
Я ухмыльнулся, вытер с руки кровь, и поплёлся к Агропрому.

* \* \*

Перевалочный пункт между Агропромом и свалкой на севере был самым
пустынным и опасным.
Мало кто по нему ходил, а если и ходил, то живым возвращался редко.
Именно такие не совсем оптиместические мысли ворочались в моей голове,
когда я шёл быстрым шагом по бетонной дороге,
убегающей в гору, и скатывающейся как раз к бывшим воротам завода
"Агропром".
Это дьяволом проклятое место я не любил, мягко говоря, поскольку
сталкеров туда ушло много, и не вернулось никого. И что- то меня туда
тянуло. Знаю ведь, что какая- нибудь тварюга сейчас цапнет,
или военный грохнет, так ведь нет, иду, и нормально, птички поют, травка
колышется... мёртвая...
Люди всегда лезут туда, куда им лезть абсолютно не надо.
Единственная причина, из- за которой я рискую жизнью, это артефакт. И он
нужен мне исключительно для финансов.

```
  Спустя пятнадцать минут я прошёл автостоянку, ещё через пять окозался

```

напротив старого ангара,
обогнул его и двинулся по железнодорожным путям. С минуту они уперлись в
туннель, и я сошёл с них,
поплёлся по бетонной дороге на север.

```
  Никогда не хожу по прямой. Идти по прямой - верная смерть. Всюду

```

нужно петлять, заметать следы,
двигаться к цели не опрометчиво, а легко и непринуждённо. Такой принцип
вот уже добрый десяток лет
спасает меня от смерти.

```
  Бетонка под ногами уходила за горизонт, из-за линии которого уже

```

начинала виднется чёрное страшилище Агропрома. Лёгкие порывы весеннего
ветерка колыхали ветки скрюченных серых дереьев,
раскидывали мутно-зёленые листья с дороги. Прогулочный шаг, с которым я
шёл, сменился быстрой,
лёгкой поступью.

```
   Сделал недолгий привал на обваленном дереве. Поправил рюкзак,

```

подтянул лямки, винтовку перекинул ремнём через грудь, сменил филтр в
противогазе. Начинало смеркаться. Голубое небо, усыпанное белыми
барашками далёких, свежих облаков, потихоньку перелилось в тёмный, с
отцветом
заката океан.

```
  Когда-то давно завод "Агропром" был институтом. Небольшие казармы,

```

выставленные военными вскоре после первой катастроффы для поставки
лекарств и медикаментов, окружали высокое, полуразрушенное здание. Сам
завод перенесли в другое место, ибо для различных манипуляций
производства не хватало места, и обустроили недалеко, километра в три
ходьбы, на небольшом отшибе.
Четыре производственных цеха, с десяток помещений, ныне освещаемых
только скрипучими аварийными лампами от, ещё непонятно как, работающего
энергоблока на юге, с десяток помещений
для персонала и самое жуткое место, пожалуй, во всей Зоне: подземелье,
знаменитое своей активностью аномалий и не только аномалий...
Как бы то ни было, мои намерения от этого ничуть не изменились, цель
намеченна и отступать от неё я не собирался.

Волк. Продолжение.
"Агропром. Не место для людей..."

ОбычныйТерминСписокопределенийАдресЦитатыФорматированныйСкрипучие ворота
подали голос. Я швырнул болт в образовавшуюся щель и скользнул внутрь.
Обдало смрадом, в нос ударил запах разлагающейся плоти. Даже через
фильтр противогаза смердело жутко.
Небольшими перебежками оказался подле технического цеха. Высветилась
мини карта на ПДА. Лиловый кружок показывал такую надпись: "Вниз, 20
метров".
Это означало то, что артефакт находится под землей на расстоянии
двадцати метров. Весело.

Пробраться под землю можно было только из главного здания:
биологического ангара, расположенного в центре гигантского спрута,
разбросавшего свои трубы- щупальца по окружным цехам и фабрикам.
Небольшие перебежки от здания к зданию, броски болтов,
царапанье вешек: минут десять я занимался именно этим.

На углу одного из маленьких переулков я заметил движение впереди.
Высокая сутулая фигура проскользнула в руинах бывшего отдела
технического производства. Нехорошо.
Я включил датчик биологической активности, поставил радиус обнаружения
до пятидесяти метров.
Выведено сообщение: "Биологической активности не обнаружено".
Фигура прошла метрах в двадцати. Непорядок.

Маршрут лежал через три здания. Первое было (по чертовом закону
подлости) как раз отдел технического производства. Туда мне идти не
хотелось очень. Просмотрев другие пути, я убедился, что другой дороги
нет, и, стянув винтовку на грудь, ринулся по направлению к отделу.
Добежав, спрятался за старым станком, торчавшем из развороченной стены
какого - то зала. Никто не объявился ни с минуту, ни с пять.

Выждав еще немного, я вспрыгнул на небольшой выступ, подтянулся, пролез
через пробоину в стене и оказался как раз в том зале, из которого торчал
станок. Это было длинное помещение, уставленное по краям сгнившими
токарными станками.
Легкий полумрак окутывал предметы, лизал потрескавшиеся стены.

Опять что-то метнулось в конце зала. Мне показалось, он был настолько
длинным,
что я с трудом смог различить всю ту же сутулую фигуру. Вспорхнуло пламя
из дула моей винтовки, гильза простучала чечетку по полу.

Раздался усталый вздох. Но какой: будто тому, кто вздохнул, вырвали
кадык и облили легкие кислотой.
Сухое клокотание повторилось, но уже значительно ближе.
И зачем только я полез сюда...

Глава 1. Пролог.
Тихо подвывает ветер в высоком кустарнике, небо над головой затянуто
мутными серыми тучами...

```
Отряд мародеров шел вот уже несколько дней по лесу, не отмеченному на

```

картах. Змей, лидер отряда, заправщик бандитскими делами, состоящий на
службе у самого Червя, был крайне недоволен положением, в котором они
оказались, и теперь все чаще порыкивал на и без того уставших бандитов.
И вот сейчас он, в который раз, останавливается и рассматривает чащу в
бинокль. Сом, Крыс, Патрон и новичок Сапог остановились.
- Что там?
- Цыц... твою мать, круговую, быстро... тише только...
- Да что там?
- Кровососы. Нарвались мы. Быстро!
Группа рассыпалась по кустам, попряталась за корягами. Змей, схватив
Сапога за ворот, потащил за собой.
В глубине чащи что-то хрустнуло. Метнулась бурая фигура сквозь ветки
ели.
- По моей команде... - Проводник жестом указал на свой автомат Патрону.
Тот кивнул, потянул ленту.
- Огонь!
Выскочившее из малинника существо тут же упало, подогнув под себя ноги.
Треск "Калашникова" улетел эхом в лес. И снова тишина.
Лишь немые тени ходили в чаще. Забухал "Дегтярев". Хрустнули сухие ветки
под еще одним телом.
- Подходят! В кольцо не давайте зажимать! - Гаркнул Змей, и хищно
оскалился. Автомат уставился дулом на крадущегося монстра. Вильнув на
уровень груди, цокнул затвором, выплюнул тусклое пламя.
Кровососу снесло пол черепа, но, не смотря на это, он удивленно
покосился на кусок мозга у своих ног, и бросился в атаку. Однако тут же
был остановлен очередью в грудь. Работал Сом.
Кольцо постепенно смыкалось. Все чаще в кустарнике мелькали серые спины
мутантов.
Залп из всех орудий глухим раскатом унесся вдаль ровной стены деревьев,
а вскоре раздался стон.
Непутевый кровосос попал в аномалию. Змей наблюдал несколько секунд
крутящееся в воздухе тело.
Поскольку сам был кулич тертый, сразу надел на голову капюшон.
Создалось ощюшение, что рвут мягкую игрушку.
Кровавый дождь прыснул из- под крон деревьев, кишки повисли на ветках.
- Птичья карусель, хе- хе... - Проводник брезгливо смахнул с плеча
ошметок.
Вскрикнул Крыс, натрескаться АКМ.
-Твою мать!
-Что там с ним?
В ответ говорит пулемет, кровь брызгает на деревья. Из кустов выходит,
прихрамывая, Патрон, тащит за руку бессознательного Крыса.
Глава 2.
Павел в спецбатальене недавно. Вот уже как месяц прошел с того времени,
как его зарекомендовали в десант. Но здесь Павлику не нравилось и он
скучал по учебе, скучал по дому. Здесь
все быстро забывалось. Лица отца и матери, родственников, соседей...
он уже смутно помнил, как звал своего кота.
Сегодня для солдата выдался хороший
день - он нашел в казарме сигарету. Своих то у него не было. А если
и были, то их тут же конфисковали деды.
Он положил автомат в стойку, подошел к зеркалу. Ослабив бляху,
спустил ремень на бедра и стал изображать сержантов. Засунув руки в
карманы, Павлик расхаживал по оружейной, пьяным хохотом смеялся,
как это делал старослужащий Просин. Вдруг дверь в помещение
отворилась, и на склад вошел оригинал. Завидев Пашку ,который
его не заметил, дед быстрым шагом направился к нему. Павлик, тем
временем корчил рожи перед зеркалом, говорил любимые словечки Просина,
и, надо сказать, у него хорошо получалось.
-Малышев? Привет, Малышев! Какие мы веселые!
Павлик обернулся. Перед ним стоял тот самый дед,которого он секунду
назад изображал.
-Значит так. Сейчас ты дочистишь свой автомат, и сразу после этого
зайдешь на склад. Нам с тобой
надо поговорить...
Затем дед бросил на него взгляд ,которые делают шакалы куропаткам

```
Он повернулся на каблуках армейских сапогов, и двинулся к выходу

```

спокойным шагом.
Павлу припомнился грузовик, с которого он стащил ящик спирта. А ведь
Лёха просто стоял на шухере.
-Суки!- не выдержал солдат. Ожидание чего-то страшного приводила солдата
в смятение.
Наконец, он докурил сигарету, выкинул окурок, и вышел.
На улице шел дождь, небо покрыли огромные, серые облака. Павлик слышал
про радиацию, про мутантов, ведь часть его находилась рядом с
Чернобылем. А еще он слышал про сталкеров. А одного даже видел и
разговаривал с ним.
Сталкера поймали на кордоне, и приказали Пашке Малышеву охранять его.
-Эх солдат...-Говорил ему сталкер- Если ты когда нибудь окажешься в
ней... слушай сердце. Ты славный малый, отпусти меня, а?
И Павлик отпустил. Взял из тумбы ключ, открыл наручники. Сталкер
сказал ему на прощание: "увижу тебя в Зоне, сочтемся хабаром".
Солдат не знал,что такое хабар. Да и не хотел знать. Слава богу, не
будет он в Зоне никогда. По крайней мере, он так думал. А потом на
следующий день, Павлик узнал, что если бы сталкер не сбежал, то его
расстреляли бы на утро как преступника.
Воспоминания его прервались, он зашел на склад. В нос ударило дегтем,
свежим деревом.
Правая дверь вела в подсобку, левая: на склад боеприпасов. Эти
две двери стояли по бокам большого зала со всякими контейнерами,
ящиками, коробками и бочками. Вздохнув, солдат, пошел в правую дверь.
Осторожно приоткрыв ее, он увидел через щель лежащего на полу Алексея, и
трех дедов, стоявшим поодаль. Так тянуло его просто взять и убежать
сейчас, неважно куда, главное, чтобы подальше от этой чертовой части. Но
рука уже провела роковую петлю на ручке двери.
-Опа! Малышев! Ходи сюда.
Пашка невольно подошел к Симонову.
-Проболтался он лейтенанту, Малышев. А кто водку таскал?
-Я, товарищ сержант.
-Правильный ответ. А для кого?
-Для вас,товарищ сержант
-Не правильный ответ.
Пашка не успел опомниться, как получил мощнейший удар носком сапога в
ухо. Ноги его подкосились, и он упал. Его стали пинать его ногами по
почкам, затем снова подняли, и ударили прикладом автомата в нос. Кровь
брызнула из переносицы. Его били ногами, кулаками, а потом еще и
добавили тем же прикладом в грудь. Спустя пятнадцать минут дедам это
занятие
надоело, и они вышли, оставив двух друзей лежать в подсобке.
Оба молчали. Боль не давала ни говорить, ни двигаться. Все ныло.
Разбитая переносица кипела свежей кровью...

```
Что делать дальше, Пашка не знал.

```

Глава 3.
Над головой Пашки рубили воздух вертолётные лопасти.Серый,как
ни в чем не бывало,стоял,оперевшись о борт МИ-28.В отряде было
человек двадцать,все потихоньку забирались в десантный отсек.В
их числе были Павлик и Алексей. Набрали, собственно, отряд новеньких,
пороху не нюхавших, поэтому все боялись.
Наконец, когда десантники залезли, Серый втоптал сигарету,затем
тоже забрался в отсек,предварительно хлопнув люком с такой силой,что
стекла в пилотской кабине задрожали.Тяжелая махина начала отрываться от
земли. Сам взлет Павел не очень любил, в
учебе его каждый раз тошнило. Но сейчас все чувства заглушал страх.
Страх перед Зоной. Все очень боялись, автомат в руках Пашки
стал влажным, блуд-то его только что вытащили из речки.
Вертолет то и дело подскакивал,кренился,при это вздрагивал с такой
силой,что десантники бились головами о низкий потолок.
В иллюминаторах была видна Зона, раскинувшаяся на десятки километров.
Вертушка пролетала на полуразрушенными фабриками,
поселками, заросшими ядовиты бурьяном. В отсеке послышалось
шипение рации, затем голос второго пилота.
-Прием, первый на подходе.
Вертолет плавно начал снижение.Вдруг первый пилот,штурман,заметил
впереди вертолета какой-то сгусток воздуха. Но поздно потянул рычаг.
Ми-28 со страшной силой подбросило вверх, лопасти мгновенно разорвались,
хвостовой винт полетел куда-то в сторону, Люк в десантный отсек порвался
на две половины. А рядом с этим люком
Сидел Павлик. Солдата дернуло, он шмякнулся головой о потолок,и,
не успев потерять сознание, полетел вниз.Падение заняло секунды две,и
десантник приземлился на стоявший в месте его посадки высокий дуб.Спину
Пашки пронзила раскаленным лезвием жгучая боль. Он приземлился на
ветки,и переломав их всех, слетел на землю.
Воздух перекрылся, легкие сдавило.Десантник попытался вздохнуть,но
тщетно: воздух застрял в горле. Не успев вдохнуть, десантник потерял
сознание.

* \* \*

Сознание потихонечку начало посещать голову Павлика, он уже
более-менее размышлял, но подняться на ноги он был все таки не в силах.
Минут пятнадцать спустя к нему полностью вернулся рассудок.
Он вспомнил и взлет,и падение с вертолета.Лейтенант Сергей Бордов,
или Серый,приказал ему чтобы автомат с плеча в Зоне не снимал.
Теперь Павел понял, почему рука так сильно болит.Он нехотя повернул
голову в сторону болевого очага.То,что он увидел,ужаснуло
его.Затвор Калашникова воткнулся в предплечье,оттуда,сквозь
мокрый бушлат,текла кровь.Павел с силой,что у него осталась,
рванул плечом вверх.Тут же океан раскаленной боли обрушился на его
руку.Он простонал,пытаясь побыстрее успокоить шрам,но безуспешно.
Он оперся локтем здоровой руки о землю,попытался резким движением встать
на колени.У него это получилось.Затем он полез
в подсумок,достал армейский бинт,и кое-как одной рукой перевязал
место,откуда хлестала кровь.
-Ч-е-р-т,-Прохрипел Павлик,наматывая бинт на руку.Кистью он
шевелить вроде бы мог,а вот согнуть-разогнуть руку в локте у него
не получалось.Наверное трещина.Вколов себе шприц с каким-то медикаментом
в руку,десантник почувствовал облегчение:адская боль
начинала успокаиваться.Он осмотрелся.Кругом рос кустарник,трава
была выжжена.Наконец его взгляду предстали языки пламени,которые
танцевали хоровод на близлежащем
холме.-Ага...
С этими словами Павлик поднял автомат здоровой рукой,и двинулся
пошатываясь в сторону упавшего вертолета.Погода стояла пасмурная,
потихоньку начинал накрапывать дождь.Порывы ветра колыхали
ветки деревьев,поднимали с земли опавшие осенние листья.Была
ночь.Дальность видимости метров пятьсот,а еще туман дымкой осел в
долине.
Взобраться на холм Павлик сумел раза с третьего,постоянно скатываясь
вниз,но все же он сумел одолеть это препятствие.Весь
вертолет поглотило рыжее пламя,которое взвивалось вверх,превращаясь
затем в черный,как смоль,дым.Отряд в то время
насчитывал погибших.Получилось,что из двадцати человек выжило
только двенадцать.Пилоты тоже погибли.Павлик увидел Серого,который
ощупывал пульс какому-то рядовому,потерявшему сознание.Радист пытался
установить связь с базой,но тщетно.
-База,база,говорит первый.Прием!
В этот раз,рация заработала и оттуда донесся голос,который тонул в
радио помехах.
-Прием,первый,база слушает.
-Товарищ лейтенант,-обратился солдат к Серому,-Есть сигнал!
-Давай сюда!База!Говорит младший лейтенант Сергей Бордов!Вертолет
потерпел крушение в квадрате...
Хлопок с соседнего холмика прервал его,в ту же секунду рация разлетелась
на куски.Если бы Серый не отпрыгнул бы в сторону,его
ждала бы такая же участь.Пуля стукнула в то место,где сидел серый.
Отряд весь лег,вскинув автоматы,но дальнейшего ведения огня не
последовало.Из кустов,тех самых,откуда только что выбрался Пашка,
Вышел человек в камуфлированном защитном костюме.
-Вояки,чтоб вас!-Сказал человек,окидывая презрительным взглядом
отряд.
-Мои снайперы редко промахиваются,и все же сегодня один из них
промахнулся.Поэтому они очень злые. Но я добрый. И предлагаю вам сделку.
-Что за сделка?,-не задавая лишних вопросов,поинтересовался Серый.
-Ваш вертолет попал в аномалию.Притом в противную,она действует
только один раз,и вы ее,если можно так выразится, уничтожили. Так
вот;Предлагаю жизнь:вы будете сопровождать моих людей,до того места,до
которого я скажу.Смерть:вы все дохните здесь прямо сейчас.
Солдатню мы не любим,но для вас я готов сделать исключение.
Серому было уже плевать на задание,он беспокоился за своих пацанов.
Поэтому он согласился. Внезапно незнакомец гневным взглядом посмотрел
сначала на Лёху, затем на Пашку, и, остановив свой
взгляд на Малышеве, процедил:
-А ты, погань, пойдешь впереди.
Павлик невольно встал вперед и отряд двинулся в путь, по дороге
приняв в свои ряды людей человека. Один из них был ранен, Пашке
и Лёхе приказали нести его на носилках. Наконец встав в авангард без
автомата в руках, неся носилки, два друга пошли вперед, отряд пошел
следом.
Глава 4.
Бармен лениво провел тряпкой по дорогой стойке из красного дерева,
подобрал шестигранный стакан с полки,налил туда водки и протянул
стакан сталкеру. Тот взял его, и одним залпом осушил, поморщившись.
Со звоном поставив стакан на стойку,сталкер попросил еще.
-Слушай, Бармен,-сказал вдруг сталкер, выпив и этот стакан,-А тебе,
случаем,выполнить работу какую-нибудь не нужно?
Бармен задумался.Выждав секунд десять,продолжил разговор.
-Да есть тут одна.Тяжелая.
-Валяй.
-Пять дней назад я послал маленький отряд мародеров за артефактом,
не помню названия, зато помню цену. Пятьдесят штук советских рубликов.
У сталкера глаза на лоб полезли.
-Сколько?!
-Пятьдесят тысяч.
-Не финты себе...
-Слушай. С момента ухода, от них поступало четыре сообщения из пяти
обговоренных.
Последнее должно было отослаться вчера днем. Но его так и не было.
Задание:найти их и забрать груз. 50% от выручки - тебе. Найти живыми,
или мертвыми, мне все равно,но груз должен прибыть сюда в целости и
сохранности.

```
- Ну,знаешь...вот если бы поднять мой гонорар тысяч на десять...

```

-Граф,я не шучу,-Помрачнел бармен
-Ну ладно.Берусь.
-Искать будешь по координатам.Я тебе скину инфу на ПДА.
Затем сталкер встал с высокого стула,и подмигнув бармену,вышел
из бара.
А сам бармен,тем временем,пошел в подсобку.Зайдя во мрачное помещение,в
темноте нашарил деревянный ящик.Бармен открыл крышку,залез туда рукой,и
нашарив клетку,успокоился.Затем он
встал,подошел к двери и включил свет.Подойдя к ящику снова, снял с с
него перегородку.В клетке сидел бюрер с забинтованной головой.
-Хорошо...-Протянул бармен,осматривая тело в черном плаще.
Бюрер спал,его тяжелое сопение раздавалось эхом по всей подсобке.
Выключив свет,и вернув ящик в прежнее положение, бармен вышел.

* \* \*

```
      Выйдя с территории Долга,сталкер Граф направился в первою точку

```

назначения - Темная Долина.Судя по координатам,которые ему
дал Бармен,отряд проходил там три дня назад.Граф направился
туда,намереваясь пройти через Свалку,а выйти рядом с Агропромом.
Погода стояла ясная,было утро.Ослепительно белые облака покрывали
лазурное небо,которое только начинало впитывать в себя краски.Счетчик
гейгера под защитным костюмом ни подавал ни звука.
Обстановка была спокойная,выброс будет через неделю.
Граф был профессионалом.Мастерское обращение с оружием,хитрость и
коварство:вот были его отличительные черты.Бывший наемник,служил
в спецназе,Зону топчет уже года четыре.За все это время он успел
повидать многого.Сейчас он быстрым шагом топал прямо на свалку,на
восток.Противогаз одевать не стал,ограничился капюшоном,который
прекрасно защищал от радиационного ветра.Радар у Графа был
просто отменный.Улавливал
аномалии,мутантов,сталкеров,предупреждал о вероятной опасности,
сообщал массу объекта,рост,возможную силу...
Поэтому обходить опасные участки он мог без труда.Из оружия у него
была довольно дорогая немецкая штурмовая винтовка с оптикой,подствольным
гранатометом,два кольта 1911,изящно торчавших из кожаных кобур на
ногах,НРС-нож разведчика стреляющий.Ходил Граф в прекрасном защитном
броне костюме,со
вшитыми кевларовыми пластинами,закрытым циклом воздухо-подачи,
он не сковывал движения,пропитан насквозь целебным бальзамом.

Тем временем Граф уже прошел долговский блокпост,ведущий на Свалку.Горы
радиоактивного мусора,два полуразрушенных заводика - вот самые главные
достопримечательности этого унылого места.
Граф свернул на небольшую полянку и
двинулся теперь уже на запад.Пройдя маленький пруд,ему нужно
было повернуть налево и пройти еще метров тридцать.Здесь
сталкер решил сделать небольшой привал.Осмотрев окрестности в
бинокль,принялся вскрывать банку с тушенкой.Это нехитрое дело
заняло у него секунд семь,затем он принялся за еду...

* \* \*

.... Ночь...Ночи в Зоне тёмные. Темнота...она как огромное черное
покрывало ложится на все. Военные боятся ночей в Зоне. При этих
мыслях сталкер усмехнулся, но мышцы лица его были напряжены
до такой степени, что усмешка превратилась в искаженную
гримасу. Он лежал на животе в кустах, промокший, замерзший, ему
уже чудилось, что сейчас он увидит автоматную очередь, а потом
умрет.Умрет, и никто больше о нем не услышит.Но деньги брали верх.
Пока. А сейчас ему просто надо было дождаться того момента, когда
ботинок военного сталкера, отливающего на эти же кусты, наконец
скроется во тьме. И, о! Браво! Ботинок сдвинулся с места, повернулся
в противоположную сторону, и зашагал вместе со своим братом.
Тогда металлические мышцы расслабились, тело обмякло, по лицу
скатился град пота. Теперь нужно аккуратно и медленно пролезть в
другие кусты, которые стояли метрах в десяти от тех, в которых валялся
сталкер. Только он начал движение по пластунски, как острая
ветка впилась в глаз. Сталкер хотел было крикнуть, но вовремя
одумался.Он в Зоне. А крик в Зоне: всегда предсмертный.
Он аккуратно отодвинул ветку, и пополз дальше. Наконец, он наполовину
выполз из кустарника, немного выждал, осмотрелся...
Что-то было не так...Куда то подевались отмеченные красными точками
военные сталкеры. А главное: ни звука, ни хруста веток, ни
скрипа гнилой коряги, ни воя, ни криков, ни выстрелов...ничего...
Тишина резала уши, глаза налились кровью, привыкая к кромешной тьме. ПНВ
сломался, когда сталкер только входил в лес. Он пополз
дальше, гонимый страхом и жадностью. Локти утопали в грязи, сапоги
промокли насквозь, и теперь противно хлюпали при каждом движении.
А он все полз и полз. Какие-то жалкие десять метров, которые прошел
бы за три секунды, показались ему километрами. Метр за метром, сантиметр
за сантиметром он приближался к спасительным кустам. Но
ни звука...руки суетливо разгребали слякоть вперемешку с грязью,
шея онемела от холода, по спине строями бегали мурашки, оморозевшая кожа
застыла, пальцы отмерли и стали синими, глаза
начинали закрываться сами собой, все тело охватил озноб, и оно
судорожно дрожало при каждом напряжении мышц, мозг отключился,
работали инстинкты, сердце гулом отзывалось в груди, с быстротой
молнии качая кровь по венам и сосудам...а он все полз... он уже
не боялся ничего, рассудок скрылся в тумане, мысли уже не тревожили
его... Он дополз до кустарника, залез в него и замер. Тело обмякло,
сталкер был похож на трупа. Обессиленная шея разогнулась, и голова
с шлепком упала в жидкою глину.
Он молчал. Не шевелился. Так он пролежал минут пять, прежде чем
высунулся из кустов. Он перевернулся на спину, и стал смотреть
бессмысленным взором на чернеющее небо. Но вдруг на щеку ему
приземлилось что-то теплое и начало растекаться по лицу. Сталкер
пришел в недоумение, попытался подняться но только сейчас понял:
на него капала кровь висевшей на ветках половина туловища военного
сталкера. В эту же секунду на грудь ему наступила огромная когтистая
лапа, сдавила легкие, сталкер испустил было вопль, но
острые, словно лезвие бритвы, когти пронзили сердце. Он начал
захлебываться своей же кровью, но и в лицо ему тоже впилась
лапа, и тогда глаза сталкера помутнели, боль уже не чувствовалась,
он провалился в небытие. Химера, тем временем отпустила сталкера, и
одна из ее голов сказала:Смерть.
Другая процедила:Деньги.
И две головы начали тараторить:Деньги-Смерть,Деньги-Смерть...
А сталкер уже остыл, кожа начала блекнуть, глаза больше не казались
живыми, а Химера все говорила под свой уродливый нос:
Деньги-Смерть...
Глава 5.

```
                Отряд шел. Две ночи и три дня они идут по Зоне. Четырех

```

человек
убили наемники, еще двое попали в аномалии. Не удивительно.
Змей хмыкнул. Сколько еще идти? Этого он не знал. Знал только, что
придется совершить довольной длинный по его прикидкам путь, от
бывшей деревни "" до Темной долины. Если они не попадут
в лапы какой-нибудь сволочи. А их (сволочей) в Зоне до фига и больше.
Все взмыленные. Несмотря на то, что погода довольно прохладная,
солдаты как буд-то вылезли из пруда. Бушлаты промокли, сапоги
обтерлись и начинали рваться. А впереди всех шел Павел. Он не знал,
почему его поставили первым, и знать не хотел. Он уже ничего
не хотел знать. Пару раз на привале даже пытался пустить себе пулю
в лоб, но каждый раз его ловили, избивали, и снова ставили в авангард.
Такие большие отряды в Зоне:редкость. Если уж людей
то мало, а групп...Солдат отчаялся. Надежда покинула его. Он стал
мясом. Просто мясом. Именно об этом думал Павлик, в данный момент
сидящий около костерка и греющий руки. Днем жара, ночью холодрань такая,
что кажется, кругом вот-вот выпадет снег. Тихо
подвывала какая-то зверюга в лесах, крики, приглушенные
автоматные очереди, разрывающие своим треском гробовую тишину...
К Пашке подошел главный.
-Молись, паскуда,-Сказал он.Павлик не ответил. Лишь угрюмо
вздохнул.Человек присел на корточки рядом с костром. Языки пламени
осветили его лицо. Шрам на челюсти, черная борода и полные зла и
коварства глаза: вот все, что Павлик успел разглядеть.
Затем главный посмотрел на солдата. Одного взгляда хватило, чтобы
рядовой поспешно взял автомат и удалился. Змей харкнул ему в след.
Павлик тем временем пошел прочь от костра. Подальше, куда подальше от
этого человека. Времени было четыре утра. Десантнику
захотелось спать, но зверский холод не давал ему этого сделать.
Утро. Змей поднялся и гаркнул:
-Пошли!
Солдаты потихоньку начали вставать, один только продолжал спать.
Вы наверное догадались, кто это был. Небо затянулось тучами, легкий
начал моросить легкий дождь.
Ветер гонял туда-сюда осенние листья, Зона...Какой-то человек встает
на холм, и что-то шепчет...Затем смотрит на небо,и говорит:"Главный
закон твой, Зона, свобода...Но удар ноги прерывает сон, а почки
начинают гудеть. Павел открыл глаза. Над ним стоял главный, и еще
несколько человек, похоже сообщники.
-Вставай, мразь!-Прорычал человек, и еще раз ударил солдата ногой.
Павлик поднялся, и получил кулаком в нос. Но ничего, он уже привык,
и даже не упал, а лишь слегка пошатнулся.Тогда главный отстал от
него, развернулся в другую сторону и показал пальцем на носилки.
Его дружки подняли их с земли, и пошли вперед.
Рана Пашки болела, на затворе запеклась кровь, видимо началось
нагноение. А обработать нечем, да и времени особо нету...
Тогда он поднял автомат и пошел вслед за остальными десантниками.
Подошва сапога стерлась и начала отваливаться. У одного бойца он
совсем разорвался, по носок, и вот до сих пор ходит с черными
пальцами...Павлик взглянул на небо. Лицо в момент стало влажным,
по щекам покатились мелкие дождевые капли. Воздух наполнился
влагой. Караван пошел. К Темной Долине. Струя крови из носа
портила всю свежесть своим соленым запахом, нос теперь дышать
вообще не мог, отбили напрочь. Где-где, а в Зоне солдата били все-таки
меньше, чем деды в казарме. Ярко-серые облака сгущались,
дождь усиливался. Но одна радость! Пашку не поставили вперед, и
он мог встать в конец и застрелиться. Эта мысль обрадовала его,
словно в ней действительно было что-то хорошего. Ну ладно.
Плевать. Павлик пошел за остальными, высматривая в толпе Лёху.
Но друг сам нашел его.
-Сильно он тебя?-Кокетливо поинтересовался рядовой.
-И не так били.
-Да ладно?
-Ну тебя то они не тронули бы, ты же умеешь задницу лизать?
-Пошел ты,- с этими словами Лёха ускорил шаг.Пашка плюнул ему вслед. Все
что хотел сказать, сказал. Теперь он остался совсем один.
-Змей, как думаешь, дойдем?-Спросил Патрон у бандита, поморщившись.
-Зона знает. Чтоб ее...
-Значит...дойдем.
Ветер хлестал по ушам, срывал с отряда головные уборы и плохо
закрепленные магазины на поясах. На горизонте искрились змеями
молнии, гремел гром, небо покрылось черными тучами. Пятнадцать
минут спустя отряд остановился по команде ведущего. Змей подозвал
к себе бандитов, достал карту и указал на то, что они срезали путь,
и теперь до Долины доберутся через пол часа. Лейтенант присутствовал. А
когда эта лекция закончилась, спокойно объяснил
рядовым, что скоро их отпустят и дадут рацию. Они пошли дальше.
Эти мучительные пол часа показались Павлику чем-то зловещим.
Он с детства обладал отменной интуицией, и теперь она вопила ему на
ухо:"Опасность, опасность!". Но он ее не слушал. Плевал на все и на
всех. Он не боялся умереть, он видел смерть и не боялся ее. Но не знал
он тогда, что ему предстоит заглянуть ей в глаза...
Ветер сотрясал кроны деревьев, разряды молний били в Зону,
гром трещал так, что уши закладывало напрочь, дождь непроницаемой стеной
хлестал по кустам и траве. Отряд приближался
к Темной Долине. Здесь и предстояло перейти поле, которое отделяло
долину от территории бывшего института НИИ Агропром. Затем отряд
должны были отпустить. Змей ступил ногой на булыжник, достал бинокль,
осмотрелся...поднятая вверх рука, и дальнейшее ее движение по дуге
возвещало о том, что путь безопасен. Продвижение
к середине доказывало, что никто или ничто не пытается атаковать.
Поле было небольшое, дальше на востоке лесополоса, на западе Свалка.
Змей еще раз окинул пристальным взглядом окрестность. Рык, раздавшийся
эхом из близлежащей рощицы заставил всех обернуться
с удивленным выражением лица. Тут кусты начали трястись, захрустели
ветки, и на поляну неуклюже выбрался здоровенный кровосос.
-Опять!-Вскричал взбешенный Змей. Но дальнейшие слова его утонули
в оглушительном реве, сливаясь со громом. Разъяренный зверь устремил
злобный взгляд на солдата, который замыкал строй. Павел
окоченел от ужаса. Но в этот момент с другой стороны поляны вылез
еще один зверь, отрезая путь к отступлению. Змей уж расслабился.
"Самец и самка"-Думал он."Застрелим, и с концами. Но его мысли не
оправдались. Со стороны свалки вылезло еще двое животных, из
кустарника начали возвышаться четыре здоровые фигуры.
"Нет,нет,нет! Не может быть! Стая! Чтоб вас!"-Змей начал конкретно
волноваться, что и не говори о других.
-Какие планы?-Шопотом поинтересовался Сом.
-Круговую, солдатня прикроет, а мы уходим.-Еле слышно процедил Змей, не
отрывая взгляда от кровососа. Животное постояло, затем
резким движением ринулся на одного из десантников. Пули не смогли
остановить несущееся тело размером с хорошую гориллу, а солдат
вначале был проткнут насквозь когтями, кровосос схватил его за горло, и
кулаком треснул ему по пояснице, предварительно подняв жертву в воздух.
Хруст костей, казалось, услышали все. Солдат сделал гримасу и задергался
в конвульсиях, будучи брошенным на землю. Тогда мутант развернул свое
мускулистое тело в сторону оцепеневшего Пашки. Тот в свою очередь начал
медленно передергивать затвор, боясь разозлить монстра резким движением.
Но запекшаяся кровь дала о себе знать: кожаная перчатка соскользнула с
рычага, и затвор лязгнул, загоняя патрон в патронник.
Кровосос издал то ли вопль, то ли какой-то боевой клич, но по его
команде вся стая начала атаку. Пашке предстала перед глазами махина,
движущаяся прямо на него, он направил автомат на мутанта
и выжал спуск. Затркотал калашников, плюясь раскаленными гильзами, и
поливая кровососа пулями. Тогда зверь начал движение
как-то зиг- загом, уходя от пуль. Павлик тщетно пытался поймать в прицел
приближавшегося с быстротой локомотива монстра, зря нажимал на спусковой
крючок опустевшего автомата. Все показалось
ему медленным, хотя эта сцена продлилась всего секунды две.
Кровосос подлетел к солдату и со всего размаху ударил когтистой
лапой снизу-вверх. Пашка подлетел метра на на два,и приземлился в
заросли колючки. Лапа распорола бронежилет, как нож масло.
Кровь заполнила рот десантника, адская боль бурлила в груди, а раскаты
грома еще сильнее сотрясали сознание, готовое вот вот погрузиться во
тьму. Павел закричал, и с этим криком фонтан багровой
крови брызнул изо рта.
Тем временем бой продолжался.
-Лейтенант,прикрой!-Надрывался Змей.-Мы отойдем и приведем помощь!
-Отряд, круговая оборона! Малышев! Малышев! Мне нужен пулеметчик!
Живо!-Его никто не слушал. Павел не видел его смерти. Увидел лишь
оторванную голову, докатившуюся до своей ноги. Отряд перебит, солдат
услышал предсмертный крик бывшего друга. А затем тишина.
Заметил Пашка и поднимающихся по склону холма бандитов. Дальше
сознание покинуло его.

* \* \*

Человек идет по полю. Он что-то шепчет. Кадр сменяется, теперь тот
же человек стоит напротив огромного голубого кристалла. Смена
картины, человек идет по Зоне и держит за руку мальчика лет пяти.
Ветер гудит, закатное солнце блестит на мокрых деревьях.
Он стоит напротив четвертого энерго-блока. И на руках у него мальчик.
Мужчина поднимает глаза к небу.
-За что?! -Восклицает он. Тут же гром раздается в облаках, дождь
начинает стучать по бетону. Темнота...вдруг резкая смена картины.
Человек бежит по бетонной дорожке к кристаллу. Ноги заплетаются,
ярость сверкает в серых глазах, скулы напряжены, при этом много
людей находятся в том месте. Вертолет выпускает ракету в сторону
бегущего человека, но человек продолжает движение. Он говорит.
Но что? Зачем бежит? Почему злоба переполняет его душу? И тут все
обрывается...снова темнота...кромешная тьма, словно занавес, пытается
скрыть эту тайну...

* \* \*

Павел очухался ото сна, с трудом разлепив глаза уставился на небо.
Что призошло? Он забыл. Только тут рана на груди и порванный
бронежилет напомнили ему всю роковую сцену, произошедшею
на это триклятом поле. И что за сон? Что за человек играет в нём роль?
Почему это всё свалилось на простого десантника, который и из автомата
то стрелять не умеет? Павел мысленно плюнул. Элита, чёрт её задери! И в
этот момент до его истерзанного разума дошло, что
он ещё жив, и что до сих пор валяется в кустах, с разорваннми
лёгкими,сломанной ногой(он заметил торчавшую кость) и не может
пошевелиться. Он подвигал пальцами сломанной ноги, и
обнаружил, что перелом не такой серьёзный, как могло показаться на
первый взгляд. Дождь падал на рану, с каждой своей каплей
прожигая царапину. Всё это время солдат не отрывал глаз от облаков.
И немного был обескуражен и испуган, когда посмотрел себе на грудь. Два
ребра торчали
и красного кровоточащего мяса, лужа багровой крови растеклась
чуть ли не на половину поляны, а лёгкие при каждом вздохе
гулко звенели.
-Б-л-и-н...-Только и сумел выдавить солдат. Молния, подобно
гигантской змее, сверкнула в густой толще кучных облаков и раздался
гром. Но Павлик увидел,
что при ударе молнии, что-то отбросило тень на колючку. Затем,
тень пришла в движение, как понял солдат, при очередном всплеске
тока. Захрустели кусты, и , сквозь заросли протиснулась рука в перчатке.
Прежде всего на солдата упало облегчение, ибо рука была
человеческая. Он, хоть и с трудом, но всё же потянул свою руку. Когда
они
сцепились в крепкоую хватку, это что-то потащило десантника на себя.
Надо сказать, солдату пришлось вытерпеть адскую боль, прежде чем он
оказался на ногах. Перед ним стоял человек в
обычной штормовке, с большим рюкзаком за спиной и пистолетом в кабуре.
Павлик хотел расстегнуть бронежилет, но человек взял его руку за кисть и
отвёл её в сторону. Солдат наконец рассмотрел
незнакомца, помогшего встать. Волевая челюсть, седая борода и
черные глаза выражали доверие.
-Везучий ты. Долго жить будешь. Сильно он тебя? А, не отвечай, вижу,
что сильно.
-Кто?
-Как кто? А кровосос, что, тебя не бил?
-Бил, кажется...
Человек его не слушал. Он со взглядом хирурга осматривал порванную
грудь.
-Долго не протянешь-Поставил диагноз он-...но я то тебя вылечу.-На губах
появилась добродушная улыбка.-Тем более выброс уже через три
часа...пойдёшь со мной.
-Хорошо,я пойду, но...
-Мертвы.Все. Я сожалею.Ты видно военный?
-Да.
-Тем лучше. Давай сюда руку.-С этими словами человек сделал знак,
что руку надо поднять медленно. Павел повиновался, человек подхватил
его, и пошёл, таща на себе полумёртвого солдата. Павлик успел даже
удивиться тому, как быстр
этот человек. Он нёс на себе рюкзак килограммов в тридцать, да ещё
и тело весом в шестесят восемь килограмм.
-Кстати гворя, можешь звать меня Лик.-Сказал человек.
Шаг, еще, еще, Павлик теперь не удивлялся, он был изумлён. Дождь лил как
из ведра. По бокам мелькали посёлки, рощи
и поляны, заросшие ядовитым бурьяном.
" И почему он меня спасает?"-Подумал десантник.
-А потому, что бросить тебя в тех кустах было бы эгоизмом.-
Спокойно пояснил Лик. Пашка только рот открыл. Дальнейший путь
прошел без разговоров. Мысли, словно рикошетившие пули, бились
в голове солдата. Он ничего не понимал, всё казлось ему дурным сном, но
проснуться он не мог. Все перевернулось вверх-дном с того момента, а он
оказался в Зоне. Крушение вертолёта, бандиты, путь,
стрельба...всё слилось в один большой ком, и ком этот усердно катался в
мозгу Павлика, истощеннуму до такой степени, что происходящее казалось
каким-то смутным и ненатуральным. Наконец, после двухчасового
маршрута, взору открылся какой-то заводик советских времён, который по
размерам превосходил разве что казарму. Лик пошёл
к старому ангару, отворив железную дверь, ввалился во внутрь.
Он положил Пашку на пол, а сам принялся открывать люк, ведущий
в подземелие. Справившись с этим нехитрым делом и отворив железную
крышку, Лик протащил десантника в подвал. Аккуратно
сьехав со ступенек, солдат оказался в кромешной мгле. Послышались
стук люка и скрип завинчиваемых засовов. Затем раздался щелчёк, и
тусклый свет залил помещение. Обшарпанные стены, туалет, стол,
два стула, и два рваных матраца на полу: вот были, пожалуй, единственные
его достопримечательности. А ещё в глаза бросались
развешанные под поталком на ниточках лягушачьи лапки и какие-то
травы, несущие благовонием на весь подвал, да старенький ноутбук
на столе. Лик тем временем снимал с себя рюкзак, достал из кобуры
Макаров, расстегнул перчатки и подошёл к ржавому сейфу. Как понял
потом Пашка, это был холодильник.
-Тебе есть пока нельзя, извини-Сказал Лик-Но после обработки раны
хоть уешься.- И на губах снова мелькнула мимолётная улыбка.-Можно
я поужинаю? Потом займёмся тобой. Ты мне нравишься. По этому есть я буду
в два раза быстрее, чем обычно. - Лик достал коробку хлопьев, насыпал их
в тарелку, залил молоком, затем аккуратно оттащил Пашку на матрац. След
крови на полу тянулся за солдатом.
Лик принялся за трапезу.
Спустя пятнадцать минут Лик съел хлопья, оставив тарелку на столу,
подошёл к Пашке, и присел на корточки.
-Значит так. Слушай внимательно, мальчик. Я говорю тебе это по тому,
что у тебя нет другого выбора. Со временем ты привыкнешь, как я.
Ты должен остаться в Зоне. Пути назад нет. Она приняла тебя, она тебя не
отпустит. Ты умрешь, если пытаешься сбежать отсюда. Ты должен стать
сталкером. Свободным. Ты толжен противостять ей. Понимаешь?
Солдат попытался что-то промычать в протест, но из горла донесся только
бюлькающий хрип.
- Спи. На утро и не вспомнишь ничего...
Спустя пятнадцать минут солдат спал, а задумчивый Лик сидел на табурете
перед ним.
- Ничего. Привыкнешь потом. - Буркнул он, и вышел из подвала.