L/N: Часть 1. Том 3. Глава 30/Русский

Дон, дон…

Тёмный город огласил бой колокола, сообщающий, что людям, которым нужно рано идти на работу, пора вставать.

— Ум-м-м, уже утро?

Раньше я я мог спать, не обращая внимания на колокол, пока мама не будила меня, но теперь, когда я стал учеником торговца, мне нужно было вставать.

Проснувшись, я поднялся, жалуясь на то, что всё ещё хочу спать. Как ученик, что заключил договор даруа́, теперь до десяти лет я буду работать через день. Сегодня как раз был такой день, когда я должен был идти в компанию «Гилбе́рта».

— Ха-а-а, я так устал…

— Лутц, это то, что ты хотел. Прекрати жаловаться.

Я направился на кухню и принялся завтракать, пока мама отчитывала меня. Я обмакивал твёрдый хлеб в оставшийся со вчерашнего дня суп, чтобы съесть его. Заканчивая завтракать, я выпил немного молока, которое мы получили, продавая яйца от наших куриц, и вытер рот рукавом. Именно в тот момент я осознал свою ошибку.

— Вот же…

Я сразу же взглянул на молочные пятна на моем рукаве, вспомнив, как господин Марк говорил мне, чтобы я ел изящно и вытирал рот тканью.

Чтобы работать с богатыми клиентами компании «Гилбе́рта», я действовал и говорил слишком грубо. Несмотря на то, что я старался следовать данным мне советам и избавляться от вредных привычек, стоило мне перестать следить за собой, я начинал вести себя как обычно. Майн сказала мне брать пример с господина Марка, и хотя я изо всех сил старался следовать её совету, часто я не мог понять что и как мне следует исправить. Трудно заметить подобные вещи, если кто-то не укажет на них.

Я вырос в семье ремесленников, занимающихся строительными работами, и я ничего не знал о мире торговцев. Только после того, как я сделал бумагу и получил возможность стать учеником в компании «Гилбе́рта», я начал получать небольшие советы от господина Марка. Никто раньше не советовал мне чистить рот после еды, содержать одежду и волосы в чистоте, вежливо говорить, иметь правильную осанку и осторожно относиться к вещам. Благодаря этому я, наконец, понял, как чувствовала себя Майн, рассказавшая мне, что у неё есть воспоминания о жизни в другом мире и что она часто не понимает, как ей следует себя вести в том или ином случае. Думаю, сейчас я намного ближе к Майн, чем раньше. Некоторые вещи действительно не понять, если кто-то вам на них не укажет.

— Спасибо, мама. Я пошёл!

Я быстро закончил завтракать и выбежал из квартиры.

Ворота откроются, как только пробьёт второй колокол. Тогда в город потекут проснувшиеся при первом колоколе крестьяне, намеревающиеся продать свой урожай, и торговцы, которые не успели до закрытия ворот и им пришлось ночевать в деревнях. Компания «Гилбе́рта» открывалась как раз на втором колоколе, чтобы вести дела с этими покупателями, а это значило, что работники должны были прийти ещё раньше, чтобы подготовить магазин.

Мой папа и старший брат Саша работали на стройке, а потому их работа сильно зависела от погоды. Они ушли, как только взошло солнце. Зиг и Ральф были учениками в столярных мастерских, а мама ткала ткань в текстильной мастерской. Открытие ворот не имело отношения к мастерским, поэтому те, кто работали там, обычно уходили после второго колокола, примерно тогда же, когда дети, направляющиеся в лес, начинали собираться на улице. Другими словами, теперь, когда я стал учеником даруа́ в компании «Гилбе́рта», я просыпался и начинал работать очень рано.

Пройдя через узкие, слабо освещённые переулки, я побежал по тёмной улице. Со дня моего крещения, что был в начале лета, каждый новый день становился всё жарче, но благодаря раннему часу воздух всё ещё был прохладным, и когда я бежал, он приятно холодил мои щёки.

Работники компании «Гилбе́рта», как правило, были детьми богатых торговцев, а это значило, что все они жили в северной части города. Я жил дальше всех от магазина, у южных ворот. Несмотря на то, что я вставал как только слышал первый колокол, иногда я всё же немного опаздывал. Сейчас лето, так что всё не так уж плохо, но с наступлением зимы станет куда труднее, и каждый день будет начинаться с того, что мне придётся покидать тёплую постель.

Когда я добрался до компании «Гилбе́рта», похоже, было ещё рано начинать готовить магазин к открытию. Дверь для даруа́ всё ещё была закрыта. Я вздохнул с облегчением и начал подниматься по лестнице рядом с магазином, и в этот момент послышался громкий звук открывающейся двери.

О нет! Её уже открыли. Нужно поторапливаться! Я помчался в свою комнату, которую снимал на чердаке, и вымыл лицо из маленького кувшина, после чего вытер его полотенцем. Отщипнув немного соли, я потёр её о зубы, а затем вытер их полотенцем и прополоскал горло. Как только я закончил с этим, то снял с верёвки свою одежду ученика и поспешно переоделся. Под конец я хорошенько причесался, воспользовавшись расчёской, купленной для меня господином Марком.

— Мда, сегодня мне нужно вымыть волосы.

Причёсываясь, я потрогал свои волосы и вздохнул. Они было слегка сальными. Господин Марк, вероятно, сделает мне замечание, если в ближайшее время я не помою их. У меня было немного униша́ма, который я сделал сам, но так как мои братья всякий раз смеются надо мной, когда видят, как я мою голову дома, то теперь я всегда делаю это здесь. Сегодня мне следует помыть голову и постирать одежду.

Одевшись, я схватил сумку, где лежали чернила, ручка, счёты и прочее, а затем бросился вниз по лестнице и вошёл в магазин.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Лутц. Господин Марк уже в задней части магазина, — предупредил да́пла, который убирался в передней части магазина, предназначенной для покупателей.

Я поспешно бросился в заднюю часть магазина. Практически каждый магазин хранил бо́льшую часть своих товаров в задней части магазина, чтобы избежать краж. В передней части выставлялись лишь образцы. Покупатели указывают на то, что они хотят, после чего нужное количество товара им приносят из задней части магазина или со склада в подвале. По сути, задняя часть магазина была намного больше передней и была заполнена товарами.

— Лутц, ты немного опоздал.

— Прошу прощения, господин Марк.

Я извинился перед господином Марком, который в тот момент давал инструкции даруа́, после чего я принялся работать с остальными. Работа на складе в задней части магазина была тем, что поручали недавно нанятым даруа́. Если вы не знаете, где что находится и как с этим обращаться, то вы не сможете выполнять работу в магазине. Первое, что нужно было сделать даруа́ — это научиться обращаться с различными товарами, начиная с мелких предметов и заканчивая тканями. Интересно, сколько времени мне потребуется, чтобы стать похожим на господина Марка, который помнит обо всём здесь.

— Лутц, пожалуйста, отнеси украшение для волос в переднюю часть магазина.

— Понял!

Украшения для волос, которые мы с Майн сделали зимой, продавались очень хорошо. Майн сказала, что продала метод их изготовления компании «Гилбе́рта», а потому в будущем украшения для волос будут изготавливаться в мастерской госпожи Коринны, но пока что это всё ещё были те украшения для волос, которые мы сделали вместе.

Я думал, что эти украшения будут продаваться только с конца осени до начала весны, так как после того, как начинали расти цветы, их можно было собрать самостоятельно и не тратить деньги. Но странствующие торговцы, привлечённые редким товаром, покупали весьма много украшений для волос.

Надеюсь, что и сегодня их продадут. Я аккуратно положил украшения для волос на поднос, стараясь не повредить форму цветов. Из пяти разноцветных букетов лежавших на подносе, цветы на одном выглядели немного хуже остальных. Я слегка улыбнулся, подумав, что его, вероятно, сделала Майн.

Пробил второй колокол, и ворота открылись. Покупатели приходили один за другим. Некоторые за тем, чтобы продать шерсть, ткань и нитки, другие — наоборот, чтобы что-то купить, прежде чем покинуть город. Из-за всех них в передней части магазина было довольно шумно. Поскольку я пока что был весьма бесполезным учеником, мне не разрешали работать в передней части магазина. Максимум, что я мог сделать, это отнести товары, которые закончили оценивать, в конец магазина.

Даруа́, который начал работать здесь с весны, был сыном крупного торговца, а потому он привык иметь дело с покупателями. Он обслуживал их, относил их товары, и в основном работал в передней части магазина.

— Лутц, не мог бы ты отнести это в конец магазина? Будь добр, передай это Леону.

— Понял.

Я взял у него ткань и направился в заднюю часть магазина, где нашёл да́пла Леона и передал её ему. Он кивнул и положил ткань туда, где она должна лежать. Полки с тканями были разделены по качеству и цвету, но я не мог определить качество ткани даже если бы коснулся её. Леон пришёл из магазина, торгующего тканью, и был настолько искусен в этом, что, несмотря на то, что сначала заключил договор даруа́, его вскоре повысили до да́пла. Возможно, я не смогу стать да́пла, но мне, по крайней мере, нужно было выполнять свою работу достаточно хорошо, чтобы мой трехлетний договор даруа́ не был расторгнут досрочно.

Все остальные, кто работал в компании «Гилбе́рта», были детьми торговцев. Как сыну плотника, мне не хватало понимания того, чего ожидают от торговца. Мне нужно было работать намного больше, чем остальным. Я смог стать учеником здесь лишь потому, что я делал бумагу и украшения для волос вместе с Майн, но это не было моими собственными достижениями. Это всё заслуга Майн.

К тому времени, когда раздался третий удар колокола, клиенты, которые вошли в город на втором колоколе, начали уходить и их сменили городские торговцы. Новые даруа́ отправлялись в переднюю часть магазина, когда приходила их семья, и практиковались обслуживать покупателей. Но поскольку никто из моей семьи не приходил сюда по делам, у меня не было подобной возможности учиться. Мастер Бенно сказал, что мне придётся тренироваться с Майн. Но поскольку Майн не была торговцем, то разве это можно назвать хорошей практикой?

Четвёртый колокол ознаменовал окончание утренней работы и начало обеда. Магазин закрылся, и кроме человека, который оставался охранять магазин, все вернулись домой или направились к прилавкам или закусочным, находящимся на главной улице, чтобы что-нибудь съесть. Хлеба, который мама давала мне с собой на работу, было недостаточно чтобы наесться, а потому я обычно покупал что-нибудь на прилавках. Имея собственные деньги, которые я мог потратить на себя, я чувствовал себя потрясающе. Я был благодарен Майн за то, что она научила меня копить деньги, говоря, что они понадобятся мне в будущем. Было несколько хлопотно каждый раз возвращаться на чердак, чтобы переодеться, прежде чем идти есть. Независимо от того, насколько я был голоден, я не мог позволить себе есть, будучи одетым в форму ученика. Господин Марк определённо отругал бы меня, если бы увидел, что я пошёл есть в одежде ученика магазина.

Цены в прилавках с едой, что находились ближе к рынку в западной части города были ниже, чем на площади или на востоке. Я купил там галету и съел её пока шёл под палящим летним солнцем к центральной площади. Галеты были едой, которую легко есть на ходу. В тонкое тесто из смеси гречневой, пшеничной и ячменной муки заворачивалась ветчина, бекон, колбаса или другие виды мяса. В отличие от хлеба, который пекут так, что он становится жёстким, галеты можно было легко есть без супа.

Когда погода была хорошей, я мог купить поесть на улице, но в дождливые дни мне приходилось обходиться водой и принесённым из дома твёрдым хлебом. Во время дождя мало какие прилавки продолжали работать, да и выходить на улицу в дождь было не особо приятно. От погоды зависело очень многое.

Когда я добрался до центральной площади, то как раз закончил есть свою галету и по привычке вытер руки о штаны. Я дернулся и огляделся вокруг, боясь что это мог увидеть кто-нибудь из работников магазина. Уф-ф, никого. Я с облегчением вздохнул и поспешил обратно на чердак. В отличие от мастера Бенно, который любил долго и неспешно поесть, во время обеденного перерыва у меня было много свободного времени, и я собирался использовать эту возможность для стирки. К тому же, я хотел вымыть голову. Я взял таз и поставил в него ведро, после чего положил запасную одежду ученика, полотенце, мыло, доску для стирки и банку униша́ма. Затем я спустился по лестнице и направился к колодцу. Из-за того, что комната располагалась на чердаке, было тяжело каждый раз подниматься и спускаться по лестнице.

Сперва я набрал в ведро воды из колодца, налил в него униша́м и приступил к мытью волос. Сняв рубашку, я полил из ведра с водой и униша́мом себе на голову над тазом, после чего перелил воду обратно в ведро и повторил процесс. Полностью смочив свои волосы, я затем вытер их полотенцем. Таким образом я и мыл волосы. В отличие от волос Майн, мои волосы короткие, к тому же никто не мог мне помочь, а потому такой способ был для меня наилучшим.

После того, как я вытер волосы полотенцем, я постирал одежду и полотенце. После этого я вернулся в свою комнату и развесил их на верёвке, чтобы они высохли. Таким образом, когда я приду в следующий раз, они будут сухими. Я провёл расчёской по волосам и ощутил, что голова стала чистой, а волосы гладкими. Я выдернул несколько волосков и увидев, что они снова стали шелковистыми, кивнул. После этого я переоделся в одежду ученика, в которой был утром, и вернулся в магазин.

— О, я вижу, ты помыл волосы. Хорошо, что ты научился делать это, прежде чем я укажу на это. Очень важно быть чистым, — похвалил меня господин Марк.

Признание моих усилий придало мне сил и дальше продолжать стараться. Я хотел учиться на примере господина Марка и стать таким же внимательным. Но это будет нелегко.

Хотя городские торговцы иногда и приходили в магазин в течение дня, но по сравнению с утром мы были заняты гораздо меньше. Порой в это время мастер Бенно и Марк отправлялись в дворянский район по делам.

После того, как пробил пятый колокол, опытные да́пла объясняли нам, начинающим даруа́, что за торговцы приходили в магазин, отправляли по поручениям в торговую гильдию и учили как хорошо выполнять свою работу. Сейчас у нас было намного больше свободного времени, и было гораздо легче задавать вопросы.

— Сегодня мы узнаем, как писать заказы на поставку. Каждый магазин пишет заказы по-своему, поэтому забудьте, как вы делаете это дома. Вам нужно будет выучить, как их пишут в компании «Гилбе́рта».

— М-м-м… снова переучиваться? Так трудно запоминать все эти мелкие различия, — сказал новичок даруа́.

Он знал, как оформляют заказы в его доме, но ему придётся научиться этому заново, чтобы работать в компании «Гилбе́рта». Мне было сложно изучать некоторые вещи с нуля, но, возможно, таким как он было ещё труднее переучиваться, поскольку различия были небольшими.

— Лутц, как вижу, ты уже знаешь, как писать заказы на поставку? Похоже, это то, как их пишет компания «Гилбе́рта». Да, всё хорошо. Попробуй посчитать эти числа для отчётов о продажах.

— Понял.

Да уж, Майн действительно потрясающая. Благодаря тому, что она научила меня читать, писа́ть и считать, а также научила как считать деньги и писать заказы на поставку, в связи с тем, что мы работали с господином Бенно, я каким-то образом справлялся со своей работой, несмотря на то, что мне не хватало тех знаний, которыми обладают дети торговцев. Если бы не она, то думаю, что да́пла уже давным давно бросили меня обучать.

Щёлкая счётами, я принялся за дело. Я всё ещё не спешил при расчётах, но благодаря тому, что ранее я смог немного потренироваться их использовать, то пусть я и не был столь быстрым, как другие ученики, но через некоторое время смогу их догнать.

— Лутц, мастер зовёт тебя. Пожалуйста, пройди в его кабинет.

Господин Марк позвал меня, сказав мне идти в кабинет мастера Бенно. Я встал и почувствовал завистливые взгляды окружающих меня учеников.

— Снова Лутц, серьёзно?

— Мастер Бенно всегда называет его ответственным за Майн. Могу поспорить, что это снова как-то связано с ней.

Я направился в кабинет мастера, слыша за спиной бормотание. Они не ошибались. Я стал учеником только благодаря тому, что был другом детства Майн и мальчишкой, что присматривал за ней. Именно поэтому я намеревался приложить все силы, выполняя свою работу «ответственного за Майн». Никто другой не смог бы присматривать за ней, кроме меня.

— А вот и ты, Лутц. Я хочу поговорить о Майн, — сказал мастер Бенно, подняв глаза от бумаг и дощечек, которые он проверял, как только я вошел в комнату.

— Ходят ли какие-нибудь слухи о том, что Майн присоединилась к храму?

— Не думаю, что кто-то кроме меня и её семьи знает, что она стала ученицей в храме. Все остальные думают, что она просто работает дома и ходит сюда, как и раньше. Не думаю, что её семья кому-нибудь об этом расскажет, учитывая, как плохо это будет выглядеть со стороны…

Лишь сирот отправляли в храм. Да и то, только тех сирот, которые ещё не прошли крещение, и у которых не было родственников, которые могли бы о них позаботится. После крещения, если у детей была работа ученика, то о них заботился их мастер. Пусть их жизнь станет намного сложнее, но они сохранят свою работу и свой статус.

О детях, воспитанных в храмовом приюте, ходило много слухов. Некоторые говорили, что дворяне заставляли их работать до полусмерти, а другие — что они были заперты в храме до конца своих дней. Никто и никогда не наймёт их. А поскольку они якобы никогда не участвовали в церемониях крещения или совершеннолетия, их даже не считали подданными города. Удобнее было делать вид, словно их не существует вовсе. Если станет известно, что Майн присоединилась к храму, отношение к её семье заметно ухудшится.

— К Майн будут относиться как к священнослужительнице в синих одеждах, но большинство людей не поймут, что это означает. Кроме того, мы не знаем, что может произойти, если она столкнётся с каким-нибудь проблемным дворянином. Так что не говори ничего лишнего. Я получил сообщение о том, что кто-то в городе вынюхивает информацию о Майн. Будь осторожен, — сказал мастер Бенно.

Похоже, что Фрида предупредила его, что какой-то человек посетил торговую гильдию в поисках информации о Майн. Мастер Бенно продолжил.

— Фрида решила, что он ещё один торговец, которому Майн мешает, но мы с тобой знаем, что она присоединилась к храму. Не удивлюсь, если кто-то из дворян решил собрать сведения о ней. Лутц, им не составит труда узнать, что с ней подписан магический договор. Следи за собой и своим окружением.

Мастер Бенно намеревался как можно лучше спрятать Майн, и я хотел ему в этом помочь. Честно говоря, я никогда не имел дела с дворянами, а потому не знал, насколько они страшны, и каких неприятностей от них можно было ожидать. Но раз все относились к ним с большой осторожностью, то и мне нужно быть с ними начеку.

— Кстати, Майн ведь скоро должна поправиться?

— Думаю, что да. Прошло три дня с тех пор, как она заболела, так что ей скоро должно стать лучше.

— Приведи её сюда, когда появится возможность. Мне нужно поговорить с ней о кое о чём.

— Понял.

Я кивнул и вышел из кабинета мастера. Магазин уже закрывался.

— Лутц, пожалуйста, убери те продукты в задней комнате, что ещё не успели сложить на место. Вот-вот пробьёт колокол, — сказал господин Марк.

В этот момент как раз пробил шестой колокол. Магазинам и мастерским пришло время закрываться.

— Увидимся завтра.

Все даруа́ начали расходится по домам. Магазин закрывали да́пла, которые имели комнаты на верхних этажах магазина, такие как господин Марк и Леон. Мне нужно было поторопиться и уйти, чтобы не задерживать закрытие. Я поспешно схватил свои вещи и выбежал на улицу. Затем я поднялся на чердак, чтобы собраться. Я снял свою одежду ученика и бросил её в таз, после чего переоделся в свою обычную одежду. Затем я проверил кувшин с водой чтобы узнать сколько воды осталось. Если её было недостаточно, чтобы умыться, то мне нужно было бы принести ещё, иначе утром на это не хватило бы времени. К счастью, её всё ещё было достаточно.

Я запер дверь на чердаке, сбежал по ступенькам вниз и направился домой. Почти все в городе уходили домой на шестом колоколе, поэтому постепенно темнеющая улица была заполнена людьми. Дул прохладный ветерок, но в толпе его практически не ощущалось. Мда, когда я раньше возвращался из леса, людей не было так много. Теперь, когда у меня была работа, мне приходилось идти с толпой на шестом колоколе. Когда я возвращался после сборов в лесу и звучал шестой колокол, ознамено́вывающий закрытие ворот, я наблюдал разве что перепалку между торговцами, пытающимися пройти в город, и стражей, что пытались закрыть ворота. В толпе я редко оказывался, поскольку с другими детьми мы шли домой по узким улочкам.

— Ох, с возвращением, Лутц.

Когда я вернулся домой, мама готовила ужин. Мои братья уже были дома. Мама часто велела мне помогать ей с готовкой, говоря, что все остальные устали, и сегодняшний день не стал исключением. Наш рацион немного расширился благодаря рецептам Майн, но для многих из них требовались такие вещи, как пару́, которые росли только зимой, а другие были сложны в приготовлении, а потому наша обычная еда не сильно изменилась. В основном мы ели только хлеб, суп, ветчину и колбасу.

— Эй! Ральф! Это моё!

— Сам виноват, что такой медленный!

Когда Ральф украл мой кусок ветчины, я поднял тарелку, чтобы он больше не мог до неё добраться, и гневно посмотрел на него, но затем Саша с другой стороны схватил мою колбасу.

— Ты ученик торговца, так что не слишком много двигаешься. Мы, плотники, намного голоднее тебя.

— Саша, прекрати! — взревела мама. — Сядь и ешь!

Благодаря крику мамы, моя колбаса была спасена, но по глазам своих братьев я понял, что они всё ещё нацелены на мою еду. Если бы я не поспешил всё съесть, пока они вели себя тихо под маминым взглядом, они бы снова накинулись на мою еду. Я съел колбасу и принялся за пропитанный супом хлеб.

Вот же! Они заплатят за это! Благодаря моим сбережениям у меня было достаточно денег, чтобы купить себе поесть, но, тем не менее, то что они крали мою еду, по настоящему меня раздражало.

Закончив этот наполненный ссорами ужин, я отправился спать. Чтобы рано просыпаться, мне нужно было и рано ложиться. Да и в любом случае мне было нечего делать после захода солнца. Поскорее лечь спать, чтобы сэкономить на свечах, было наилучшим решением.

Я услышал седьмой колокол, означающий, что пора спать. Думаю, завтра я схожу проведать Майн. Ей уже должно стать лучше.