Армяно-азербайджанская война 1918-1920 гг

## Армяно-азербайджанская война

### Причина

Территориальные споры между Арменией и Азербайджаном в районах со смешанным населением, главным образом в Шарур-Нахичевани, Зангезуре, Карабахе; социальные, этнические и религиозные противоречия между азербайджанцами и армянами.

### Итог

Достигнута договорённость о границах между Азербайджаном и Арменией: Карабах оставлен в составе Азербайджана, Зангезур (кроме Курдистанского уезда) вошёл в состав Армении, Шарур-Нахичевань стала автономной республикой в составе Азербайджана.

Военный конфликт происходил на фоне взаимных территориальных претензий новообразованных государств (Азербайджанская Демократическая Республика и Республика Армения), поддерживавших на спорных территориях азербайджанское и армянское ополчение, соответственно. Республика Армения непосредственно вела боевые действия против азербайджанских ополченцев в Нахичеванском, Сурмалинском, Шарур-Даралагезском, Эриванскомуездах Эриванской губерниибывшей Российской империи, в то время как Азербайджанская Демократическая Республика противостояла формированиям Армянских национальных советов в Карабахе и Зангезуре. При этом республики не вступали в прямой военный конфликт между собой. Война сопровождалась вспышками этнического насилия (мартовская резня 1918 г., резня армян в Баку 1918 г. и шушинская резня 1920 г.) и массовыми этническими чистками, приведшими к изменению демографической ситуации в регионе.

## Противостояние в Шарур-Нахичевани

### Первые столкновения в Нахичеванском уезде

Вскоре после Октябрьской революции в Нахичевани и Джульфебыли созданы совместные армяно-азербайджанские комитеты, ставившие перед собой задачу поддержание межэтнического мира и спокойствия. В тот же период в этих городах возникли армянские и азербайджанские отряды самообороны. Совместные комитеты, однако, просуществовали недолго. Постепенно отношения между азербайджанцами и армянами ухудшались, и в определённый момент стало очевидно, что совместной армяно-азербайджанской власти больше не существует. Армяне, жившие в центральных азербайджанских кварталах Нахичевани, массово переселялись в армянские кварталы; в то же время армянские магазины были переведены в армянскую часть города. Азербайджанцы расценили это как подготовку к войне и начали вооружаться. 15 марта в городе начались армяно-азербайджанские столкновения.

Столкновения в Нахичевани с использованием стрелкового оружия, а затем и артиллерии, шли с переменным успехом. Попытка посредничества со стороны Макинского сардара Муртузакули-хана не имела успеха.

В других районах уезда ситуация складывалась в пользу армян. В ходе боевых действий были уничтожены многие азербайджанские селения. Согласно турецкому историку Ибрагиму Этхему Атнуру, в распоряжении армян находился военный склад в Джульфе, способный обеспечивать целую армию, в то время как азербайджанские ополченцы были вынуждены платить за каждый патрон. Тем не менее, азербайджанцам также удалось организоваться и вооружиться. Сложившееся относительное равенство сил между враждующими сторонами позволило во второй половине апреля заключить перемирие. Согласно условиям перемирия, в каждом городе и районе уезда назначался один азербайджанский и один армянский комиссар. Согласно Ибрагиму Атнуру, вплоть до прихода Андраника летом 1918 года в регионе установилось относительное спокойствие. Единичные стычки и столкновения своевременно пресекались.

### Нахичеванский поход Андраника и установление турецкой администрации

4 июня 1918 года подписанием Батумского договора завершилась армяно-турецкая война. Генерал Андраник, командир армянской Особой ударной дивизии, отказался признавать этот договор, назвав его унизительным, а подписавших его — предателями. Он также отказался признавать Республику Арменияи подчиняться приказам, за что 5 июня был уволен из армии.

Андраник повёл свой отряд через Нахичеванский уезд в Иран, где планировал соединиться с английскими войсками и продолжить борьбу с турками. По прибытии 20 июня в Нахичевань он приказал взорвать туннели и мосты для того, чтобы помешать передвижению турецких войск по железной дороге к Джульфе.

21 июня Андраник прибыл в Джульфу, где перешёл иранскую границу, разоружив небольшой турецкий отряд, охранявший мост через реку Аракс.

24 июня отряд Андраника был перехвачен частями турецкой 12-й пехотной дивизии в 3 км от города Хой. Потеряв в столкновении с турками 125 человек, Андраник был вынужден отказаться от своих планов и вернуться обратно в Нахичеванский уезд. Реку Аракс Андраник переходил у селения Яйджи в нескольких километрах от Джульфы, где ввязался в бой с местным ополчением. В азербайджанских и турецких источниках отряд Андраника обвиняют в том, что в ходе этого столкновения они устроили массовую резню мирных жителей. Служившие у Андраника русские офицеры опровергали эти обвинения. После столкновения в Яйджи Андраник со своим отрядом обосновался в армянском селении Чаннаб в окрестностях Ордубада. Находясь в уезде, отряд Андраника разгромил несколько азербайджанских селений, но и сам также понёс большие потери в ходе столкновений с азербайджанским ополчением.

28 июня, когда сообщения о нападениях армян на местное население распространились по округе, находившийся в Шаруре турецкий офицер Халил-бек призвал население Шарура и Шахтахтовподниматься на войну против Андраника, а также обратился к командованию с просьбой отправить в Нахичеванский уезд войска.

Узнав об отправке турецкой дивизии, Андраник отвёл отряд в армянское селение Абракунис, где рассчитывал набрать пополнение, но его планы не оправдались.

Не сумев пробиться к британским войскам в Иране, Андраник попытался найти союзника в лице Советской власти, которая весной 1918 года утвердилась в Баку. 14 июля Андраник издал приказ о переходе Нахичеванского уезда в состав Советской России, объявил военное положение и потребовал от населения сдать оружие. В тот же день Андраник отправил письмо комиссару по делам Кавказа Степану Шаумяну, в котором сообщил, что переходит под власть центрального российского правительства и объявляет Нахичеванский уезд территорией РСФСР, а также собирается воспрепятствовать продвижению турецкой армии на территории уезда. В ответном письме «народному руководителю Андранику» Шаумян сообщил, что передал его обращение в Москву, и объявил, что считает Андраника настоящим народным героем. В Москве обращение Андраника встретили с одобрением; в нескольких газетах появились статьи, превозносившие Андраника как народного героя. Сам Андраник объяснял свое решение тем, что сам он и армянский народ связаны с русским народом честью и совестью.

Мусульманский национальный комитет Нахичевани, однако, отказался сдавать оружие и начал готовиться к наступлению армян. 16 июля Андраник выступил со своим отрядом из Абракуниса на Нахичевань. По пути утром 17 июля Андраник ударил по селу Нехрам, но получил отпор. Понеся потери, Андраник отступил к берегу реки Нахчыванчай, заняв позиции на холмах на подступах к Нахичевани.

Попытавшись овладеть городом, армяне в ходе трёхдневных ожесточённых боёв не смогли взять верх над местным ополчением и были выбиты из города подоспевшей 20 июля турецкой дивизией. Под ударами турецкой армии и азербайджанского ополчения Андраник отступил в Зангезур, где его отряд в дальнейшем сыграл большую роль в армяно-азербайджанском противостоянии.

Установившие контроль над Нахичеванским уездом турки овладели участком Шахтахты — Джульфа Завкавказской железной дороги, которую они смогли использовать для переброски войск в Тебриз. 7 августа в Нахичевани обосновался штаб генерала Кязыма Карабекира, командира I Кавказского Особого корпуса, которому была поручена оборона районов Тебриза и Нахичевани. Вслед за турецкими войсками в уезд пришла и турецкая администрация. Территории, отошедшие Османской империи по Батумскому договору, включая Шарур-Нахичевань, были аннексированы.

Согласно председателю Ордубадского национального комитета Мир-Гидаяту Сеидзаде, с приходом турок в регионе на три месяца прекратились столкновения[неавторитетный источник?]. В то же время, как указывает американский историк Ричард Ованнисян, вследствие турецкого наступления около 100 тысяч армянских жителей южных уездов Эриванской губернии стали беженцами.

### Установление армянской администрации и восстание в Араксской долинеПравить

Основная статья: **Мусульманские восстания в Карсе и Шарур-Нахичевани**

К марту 1919 года политика англичан в отношении Шарур-Нахичевани стала меняться. Британская разведка стала опасаться растущего турецкого влияния, а подполковник Лоутон жаловался на всесилие ханского правительства, агрессивность Национального совета и отсутствие авторитета и влияния, который он как генерал-губернатор должен был иметь. Британцами сообщалось о систематических убийствах и грабежах армян в районе Ведичай-Садарак; британского батальона было недостаточно для предотвращения беспорядков, попытки Лоутона наказать преступников и попытки полковника Темперли, британского военного представителя в Эривани, договориться с ханами были безрезультатны. Отношения британского командования и мусульманского населения ухудшались; Мешади Али Аскер Гамзаев писал в письме Келбали-хану, что английские солдаты совершили ряд преступлений в селе Ханлыглар и поджог в Баш-Норашене, и это подтверждается местными жителями.

Обеспокоенность британского командования в Закавказье сильным мусульманским влиянием в регионе привело к решению об аресте Карского совета и расформировании генерал-губернаторства в Шарур-Нахичевани на стратегической конференции в Батуме 2—3 апреля. Местное азербайджанское руководство было разгневано и опротестовало решение, однако в конце концов подчинилось требованиям англичан. 16 мая Геворг Варшамян вступил в должность губернатора, а 20 мая в Нахичевань вошла первая рота армянских солдат. 22 мая началась эвакуация английских сил, последние из которых покинули регион к 7 июня; в Нахичевани было принято решение оставить лишь военную миссию во главе с лейтенантом Швиндом.

Хоть население Нахичевани и приняло армянскую администрацию холодно, первоначально отношения с ней были терпимыми — до прибытия армянских вооруженных отрядов. Присутствие армянских солдат стало беспокоить население, кроме того, был начат процесс разоружения азербайджанского населения, усиливший напряжение и порой приводивший к крупным столкновениям. Турецкий историк Ибрагим Атнур указывает, что под предлогом разоружения проводились этнические чистки.

Вскоре после установления армянской администрации начался процесс репатриации армянского населения, покинувшего Шарур-Нахичевань после османского вторжения летом 1918 года. Параллельно происходила репатриация мусульманского населения Даралагеза, на что армянское правительство дало согласие под давлением генерала Томсона. Процесс репатриации армян не всегда проходил мирно. Так, азербайджанцы, занявшие армянские дома шарурского села Кештаз, отказались их покидать, сославшись на то, что их собственные дома все ещё в руках у армян. Чтобы заставить их покинуть дома, в село был направлен армянский отряд в 30 человек, однако 4 турецких офицера, остававшихся в селе, организовали оборону и отбили атаку; было убито 15 армянских солдат и чиновник. Следующая армянская атака была проведена при поддержке бронепоезда и артиллерии, и хоть и армянам вновь не удалось взять село, оно было превращено в руины.

Армянская администрация установилась лишь в населённых пунктах вдоль шоссе и железной дороги. Как указывает советско-азербайджанский историк Мадатов, в Шаруре управление было в руках Мешади Али Аскер-ага Гамзаева, на севере Нахичеванского уезда правил Беюк-хан Нахичеванский, а в Ордубаде Самедбеков. Турецкий историк Атнур указывает, что после ухода англичан, на момент смены администрации считавших целесообразным не допустить военные действия, армяне начали процесс установления контроля и над этими частями Араксской долины. 1 июля в окрестности Ордубада прибыл с вооруженным отрядом один из дашнакских лидеров Ашот Мелик-Мосесянц, назначенный уездным начальником Ордубада (Гохтна), требуя от местного населения подчинения. За отказом на следующий день последовал ультиматум армянской стороны, вновь требовавший подчинения. Азербайджанское население снова ответило отказом и отбило последовавшую армянскую атаку. После этого ордубадцами была запрошена помощь у Азербайджана, который вскоре послал туда политического чиновника Самед-бека Джамиллинского.

Тем временем, в Араксской долине антагонизм между азербайджанским населением и армянской администрацией достиг предела. В селе Карачуг был создан партизанский отряд в 50 человек, возглавляемый нахичеванскими демократами Мамедом Рагимовым и Мирзали-беком Бекташевым. Вскоре за этим в Ордубаде, Шаруре, Яйджи, Булгане, Ведибасаре и на севере Нахичевани также стали появляться партизанские отряды, начавшие вооруженную борьбу с армянской властью. Керим-хан Эриванский, создавший штаб в селе Джахри, поймал 6 армянских чиновников, предлагая обменять их на арестованных ранее мусульман.

Беюк-Веди, крупное азербайджанское село Ведибасара, недалеко от Эривани, два раза отбивавшее армянские наступления в декабре 1918, также было фактически нетронуто в ходе занятия армянскими войсками Шарур-Нахичевани. Как указывает Ричард Ованнисян, Беюк-Веди стал точкой сбора мусульманских партизан. В июне повстанцы нанесли удар в направлении села Давалу, а 1 июля убили 9 армянских солдат и 12 крестьян. По совету британского военного представителя в Эривани полковника Плоудена, беспокоящегося по поводу того, что Беюк-Веди стал символом сопротивления для остальных азербайджанских сел, армянские власти послали отряд в 400 человек под начальством полковника Апреснянка для подавления восстания. Однако после неудачных переговоров повстанцы устроили засаду армянскому отряду и разгромили его. Армяне, получив тяжелые потери, были обращены в бегство, оставив большую часть тяжелого вооружения и полевого снаряжения. Армяне потеряли 26 офицеров и 200 солдат убитыми. Согласно Ричарду Ованнисяну, это было крупнейшим и наиболее унизительным поражением армянской армии за весь год. Армянские власти пытались убедить британскую миссию, что в поражении армян были виноваты турецкие солдаты, сражавшиеся на стороне повстанцев, однако турецких солдат в селе не оказалось.

Следующие десять дней прошли в неудачных попытках армянских войск захватить Беюк-Веди. Посол Азербайджана в Армении Мамед-хан Текинский 14 июля сообщал, что армянские войска стремятся захватить Ведибасар и что «даже армянские священники призывают разгромить Беюк-Веди в ходе Крестового похода». Однако беюк-вединцы, на помощь которым пришли добровольцы из нескольких близлежащих азербайджанских сел, отбивали атаки. Очередное наступление армян на село возглавил Дро, привлекший к операции наряду с регулярными войсками маузеристов (армянское ополчение). Аббаскули Шадлинский, возглавлявший оборону Веди с 1918 года, решил дать отпор армянским силам на подступах к селу. Отсутствие сопротивления убедило армян в том, что село оставлено защитниками, после чего они ускорили наступление, однако на подступах к селу столкнулись со шквальным огнем. Потеряв половину личного состава, армяне отступили к укреплениям в селе Иова.

Вединские бои мобилизовали население Шарур-Нахичевани против армянской власти; батальоны, созданные в 1918 году, стали восстанавливаться. Мамед-хан Текинский сообщал в Баку о положении дел в Араксской долине и призывал азербайджанское правительство принять энергичные меры, например, сосредоточить на границе войска для воодушевления повстанцев и усиления замешательства армян. Премьер-министр Азербайджана Усуббеков, тем не менее, отказался от военного вмешательства и ввиду деникинской угрозы с севера, ограничился отправкой 200 тысяч патронов и 300 тысяч российских имперских рублей через Иран. 20 июля было дополнительно послано четыре миллиона рублей через Тифлис Текинскому, а от него через его заместителя Искендер-хана Нахичеванского и личного курьера в Нахичевань. Текинский сообщал, что повысит количество солдат в Нахичевани за неделю с 6 до 10 тысяч человек.

Тем временем, кризис распространился на всю губернию, теперь азербайджанцы от Ведибасара и Аралыха до Нахичевани были готовы на восстание. По мнению командированного генералом Кори в Нахичевань британского офицера Швинда, причинами являлись армянская экспедиция на Беюк-Веди, вмешательство извне и «врожденная неспособность обеих сторон урегулировать любую проблему, кроме как с помощью убийства или резни». В сельской местности происходили единичные столкновения, и уже 21 июля Мамед-хан Текинский сообщал, что жители ряда армянских сел Шарура спасаются бегством. Турецкий генерал Кязым Карабекир, осознававший важность долины реки Аракс, направил туда ряд своих офицеров во главе с капитаном Халил-беем — последний возглавлял оборону Шарура в 1918 году, покинув его с падением Араксской республики. Халил-бей после пересечения границы в ночь с 17 на 18 июля возглавил азербайджанскую повстанческую кавалерию в Шаруре.

На фоне эскалации конфликта генерал-майор Джордж Нортон Кори, заместитель британского командующего в Закавказье, потребовал немедленного прекращения огня. В то же время полковник Плоуден настаивал на том, чтобы Азербайджан отозвал своих офицеров, которые сотрудничали с турецкими инструкторами, и посла Хана Текинского, замешанного в организации восстания.

Попытка полковника Плоудена и британского офицера Швинда предотвратить эскалацию конфликта провалилась, и уже 20 июля в Нахичевани начались столкновения между азербайджанскими жителями и армянским гарнизоном генерала Шелковникова. Лейтенант Швинд после встречи с Келбали-ханом Нахичеванским и армянским губернатором добился трехдневного перемирия, однако оно продлилось недолго. Вторая попытка установления перемирия также провалилась, и 22 июля повстанцы захватили полицейский участок и окружили армянский гарнизон численностью в 500 человек в северной части города, однако так и не смогли разбить его.

На севере 22 июля повстанцы, возглавляемые капитаном Халилом, атаковали все армянские посты в Шаруре. На станции Шахтахты, кроме местного армянского гарнизона, был разбит шедший на поддержку войск в Нахичевани армянский эшелон под командованием хумбапета Япона. Двум ротам из Шахтахты удалось соединиться с гарнизоном полковника Каракешишяна в селе Баш-Норашен, однако через два дня гарнизон был окружен. 25 июля колонне Каракешишяна удалось выбиться из окружения в Баш-Норашене и вместе с армянами Баш-Норашена и Улиа-Норашена подняться вдоль Арпа-чая к высокогорным районам Эривани и Даралагеза. В ходе боев у станции Норашен азербайджанские повстанцы разбили роту III полка, заполучив в качестве трофеев 42 пулемета, 4 орудия и бронированный поезд, большое количество снарядов и патронов. Армянский гарнизон села Ханлыглар капитулировал без боя: 5 офицеров и 195 солдат сдались в плен. 26 июля повстанцы захватили армянский бронепоезд между Волчьими Воротами и станцией Норашен. Позже в Армении был устроен трибунал по поводу сдачи бронепоезда без сопротивления.

Двухдневные бои у прохода Волчьи Ворота на границе Эриванского уезда также окончились поражением армян и захватом азербайджанскими повстанцами прохода. Армяне отступили от Волчьих Ворот к селу Давалу, однако и там были разбиты азербайджанцами, после чего отступили к селу Ширазлу. Отсюда после разгрома ряда азербайджанских сел армянские отряды 24—25 июля предприняли очередную атаку на Беюк-Веди при поддержке артиллерии. Однако атаки были отбиты. Все 4 армянские колонны понесли большие потери, после чего заняли оборонительную позицию по линии Агдамлар—Масумлу—Иова—монастырь Хорвираб на реке Аракс. В то же время повстанцы Аралыха ударили по армянскому тылу вдоль периметра Эриванского уезда.

Поражение армян в Шахтахты и Норашене поставило армянский гарнизон в Нахичевани в невыгодное положение, и 25 июля генерал Шелковников повел своих солдат к горной цитадели Мартирос. К ним также присоединились армянские жители Нахичевани и Азнабурта.

Между тем, армянские пограничники и беженцы в Джульфе бежали в иранскую часть города, откуда были отправлены в Тебриз. Лейтенант Швинд пытался покинуть Нахичеванский уезд тем же путем, но был задержан Ханом Нахичеванским. Лишь 28 июля британским офицерам и представителям американской благотворительной организации были отправлены на поезде в Джульфу, где пересекли границу. При этом у них были конфискованы две машины.

В целом, июльские бои окончились полным разгромом армянской армии. 25 офицеров 2-го и 3-го пехотных полков были убиты, в два раза больше ранены. Полный список потерь сержантского состава так и не был опубликован. Кроме большого количества военного снаряжения и припасов, армянами были потеряны бронепоезд, 8 локомотивов и более 100 товарных вагонов. К 25 июля в Армении оставалось всего 100 тысяч патронов. Капитан Халил-бей дал понять армянам всю серьёзность ситуации, послав 25 июля в армянский штаб 29 тяжело раненных армянских солдат, предупредив, что продолжение военных действий предрешит судьбу большого количества находящихся у него в плену армян.

### Установление армянской администрации и восстание в Араксской долин

К марту 1919 года политика англичан в отношении Шарур-Нахичевани стала меняться. Британская разведка стала опасаться растущего турецкого влияния, а подполковник Лоутон жаловался на всесилие ханского правительства, агрессивность Национального совета и отсутствие авторитета и влияния, который он как генерал-губернатор должен был иметь. Британцами сообщалось о систематических убийствах и грабежах армян в районе Ведичай-Садарак; британского батальона было недостаточно для предотвращения беспорядков, попытки Лоутона наказать преступников и попытки полковника Темперли, британского военного представителя в Эривани, договориться с ханами были безрезультатны. Отношения британского командования и мусульманского населения ухудшались; Мешади Али Аскер Гамзаев писал в письме Келбали-хану, что английские солдаты совершили ряд преступлений в селе Ханлыглар и поджог в Баш-Норашене, и это подтверждается местными жителями.

Обеспокоенность британского командования в Закавказье сильным мусульманским влиянием в регионе привело к решению об аресте Карского совета и расформировании генерал-губернаторства в Шарур-Нахичевани на стратегической конференции в Батуме 2—3 апреля. Местное азербайджанское руководство было разгневано и опротестовало решение, однако в конце концов подчинилось требованиям англичан. 16 мая Геворг Варшамян вступил в должность губернатора, а 20 мая в Нахичевань вошла первая рота армянских солдат. 22 мая началась эвакуация английских сил, последние из которых покинули регион к 7 июня; в Нахичевани было принято решение оставить лишь военную миссию во главе с лейтенантом Швиндом.

Хоть население Нахичевани и приняло армянскую администрацию холодно, первоначально отношения с ней были терпимыми — до прибытия армянских вооруженных отрядов. Присутствие армянских солдат стало беспокоить население, кроме того, был начат процесс разоружения азербайджанского населения, усиливший напряжение и порой приводивший к крупным столкновениям. Турецкий историк Ибрагим Атнур указывает, что под предлогом разоружения проводились этнические чистки.

Вскоре после установления армянской администрации начался процесс репатриации армянского населения, покинувшего Шарур-Нахичевань после османского вторжения летом 1918 года. Параллельно происходила репатриация мусульманского населения Даралагеза, на что армянское правительство дало согласие под давлением генерала Томсона. Процесс репатриации армян не всегда проходил мирно. Так, азербайджанцы, занявшие армянские дома шарурского села Кештаз, отказались их покидать, сославшись на то, что их собственные дома все ещё в руках у армян. Чтобы заставить их покинуть дома, в село был направлен армянский отряд в 30 человек, однако 4 турецких офицера, остававшихся в селе, организовали оборону и отбили атаку; было убито 15 армянских солдат и чиновник. Следующая армянская атака была проведена при поддержке бронепоезда и артиллерии, и хоть и армянам вновь не удалось взять село, оно было превращено в руины.

Армянская администрация установилась лишь в населённых пунктах вдоль шоссе и железной дороги. Как указывает советско-азербайджанский историк Мадатов, в Шаруре управление было в руках Мешади Али Аскер-ага Гамзаева, на севере Нахичеванского уезда правил Беюк-хан Нахичеванский, а в Ордубаде Самедбеков. Турецкий историк Атнур указывает, что после ухода англичан, на момент смены администрации считавших целесообразным не допустить военные действия, армяне начали процесс установления контроля и над этими частями Араксской долины. 1 июля в окрестности Ордубада прибыл с вооруженным отрядом один из дашнакских лидеров Ашот Мелик-Мосесянц, назначенный уездным начальником Ордубада (Гохтна), требуя от местного населения подчинения. За отказом на следующий день последовал ультиматум армянской стороны, вновь требовавший подчинения. Азербайджанское население снова ответило отказом и отбило последовавшую армянскую атаку. После этого ордубадцами была запрошена помощь у Азербайджана, который вскоре послал туда политического чиновника Самед-бека Джамиллинского.

Тем временем, в Араксской долине антагонизм между азербайджанским населением и армянской администрацией достиг предела. В селе Карачуг был создан партизанский отряд в 50 человек, возглавляемый нахичеванскими демократами Мамедом Рагимовым и Мирзали-беком Бекташевым. Вскоре за этим в Ордубаде, Шаруре, Яйджи, Булгане, Ведибасаре и на севере Нахичевани также стали появляться партизанские отряды, начавшие вооруженную борьбу с армянской властью. Керим-хан Эриванский, создавший штаб в селе Джахри, поймал 6 армянских чиновников, предлагая обменять их на арестованных ранее мусульман.

Беюк-Веди, крупное азербайджанское село Ведибасара, недалеко от Эривани, два раза отбивавшее армянские наступления в декабре 1918, также было фактически нетронуто в ходе занятия армянскими войсками Шарур-Нахичевани. Как указывает Ричард Ованнисян, Беюк-Веди стал точкой сбора мусульманских партизан. В июне повстанцы нанесли удар в направлении села Давалу, а 1 июля убили 9 армянских солдат и 12 крестьян. По совету британского военного представителя в Эривани полковника Плоудена, беспокоящегося по поводу того, что Беюк-Веди стал символом сопротивления для остальных азербайджанских сел, армянские власти послали отряд в 400 человек под начальством полковника Апреснянка для подавления восстания. Однако после неудачных переговоров повстанцы устроили засаду армянскому отряду и разгромили его. Армяне, получив тяжелые потери, были обращены в бегство, оставив большую часть тяжелого вооружения и полевого снаряжения. Армяне потеряли 26 офицеров и 200 солдат убитыми. Согласно Ричарду Ованнисяну, это было крупнейшим и наиболее унизительным поражением армянской армии за весь год. Армянские власти пытались убедить британскую миссию, что в поражении армян были виноваты турецкие солдаты, сражавшиеся на стороне повстанцев, однако турецких солдат в селе не оказалось.

Следующие десять дней прошли в неудачных попытках армянских войск захватить Беюк-Веди. Посол Азербайджана в Армении Мамед-хан Текинский 14 июля сообщал, что армянские войска стремятся захватить Ведибасар и что «даже армянские священники призывают разгромить Беюк-Веди в ходе Крестового похода». Однако беюк-вединцы, на помощь которым пришли добровольцы из нескольких близлежащих азербайджанских сел, отбивали атаки. Очередное наступление армян на село возглавил Дро, привлекший к операции наряду с регулярными войсками маузеристов (армянское ополчение). Аббаскули Шадлинский, возглавлявший оборону Веди с 1918 года, решил дать отпор армянским силам на подступах к селу. Отсутствие сопротивления убедило армян в том, что село оставлено защитниками, после чего они ускорили наступление, однако на подступах к селу столкнулись со шквальным огнем. Потеряв половину личного состава, армяне отступили к укреплениям в селе Иова.

Вединские бои мобилизовали население Шарур-Нахичевани против армянской власти; батальоны, созданные в 1918 году, стали восстанавливаться. Мамед-хан Текинский сообщал в Баку о положении дел в Араксской долине и призывал азербайджанское правительство принять энергичные меры, например, сосредоточить на границе войска для воодушевления повстанцев и усиления замешательства армян. Премьер-министр Азербайджана Усуббеков, тем не менее, отказался от военного вмешательства и ввиду деникинской угрозы с севера, ограничился отправкой 200 тысяч патронов и 300 тысяч российских имперских рублей через Иран. 20 июля было дополнительно послано четыре миллиона рублей через Тифлис Текинскому, а от него через его заместителя Искендер-хана Нахичеванского и личного курьера в Нахичевань. Текинский сообщал, что повысит количество солдат в Нахичевани за неделю с 6 до 10 тысяч человек.

Тем временем, кризис распространился на всю губернию, теперь азербайджанцы от Ведибасара и Аралыха до Нахичевани были готовы на восстание. По мнению командированного генералом Кори в Нахичевань британского офицера Швинда, причинами являлись армянская экспедиция на Беюк-Веди, вмешательство извне и «врожденная неспособность обеих сторон урегулировать любую проблему, кроме как с помощью убийства или резни». В сельской местности происходили единичные столкновения, и уже 21 июля Мамед-хан Текинский сообщал, что жители ряда армянских сел Шарура спасаются бегством. Турецкий генерал Кязым Карабекир, осознававший важность долины реки Аракс, направил туда ряд своих офицеров во главе с капитаном Халил-беем — последний возглавлял оборону Шарура в 1918 году, покинув его с падением Араксской республики. Халил-бей после пересечения границы в ночь с 17 на 18 июля возглавил азербайджанскую повстанческую кавалерию в Шаруре.

На фоне эскалации конфликта генерал-майор Джордж Нортон Кори, заместитель британского командующего в Закавказье, потребовал немедленного прекращения огня. В то же время полковник Плоуден настаивал на том, чтобы Азербайджан отозвал своих офицеров, которые сотрудничали с турецкими инструкторами, и посла Хана Текинского, замешанного в организации восстания.

Попытка полковника Плоудена и британского офицера Швинда предотвратить эскалацию конфликта провалилась, и уже 20 июля в Нахичевани начались столкновения между азербайджанскими жителями и армянским гарнизоном генерала Шелковникова. Лейтенант Швинд после встречи с Келбали-ханом Нахичеванским и армянским губернатором добился трехдневного перемирия, однако оно продлилось недолго. Вторая попытка установления перемирия также провалилась, и 22 июля повстанцы захватили полицейский участок и окружили армянский гарнизон численностью в 500 человек в северной части города, однако так и не смогли разбить его.

На севере 22 июля повстанцы, возглавляемые капитаном Халилом, атаковали все армянские посты в Шаруре. На станции Шахтахты, кроме местного армянского гарнизона, был разбит шедший на поддержку войск в Нахичевани армянский эшелон под командованием хумбапета Япона. Двум ротам из Шахтахты удалось соединиться с гарнизоном полковника Каракешишяна в селе Баш-Норашен, однако через два дня гарнизон был окружен. 25 июля колонне Каракешишяна удалось выбиться из окружения в Баш-Норашене и вместе с армянами Баш-Норашена и Улиа-Норашена подняться вдоль Арпа-чая к высокогорным районам Эривани и Даралагеза. В ходе боев у станции Норашен азербайджанские повстанцы разбили роту III полка, заполучив в качестве трофеев 42 пулемета, 4 орудия и бронированный поезд, большое количество снарядов и патронов. Армянский гарнизон села Ханлыглар капитулировал без боя: 5 офицеров и 195 солдат сдались в плен. 26 июля повстанцы захватили армянский бронепоезд между Волчьими Воротами и станцией Норашен. Позже в Армении был устроен трибунал по поводу сдачи бронепоезда без сопротивления.

Двухдневные бои у прохода Волчьи Ворота на границе Эриванского уезда также окончились поражением армян и захватом азербайджанскими повстанцами прохода. Армяне отступили от Волчьих Ворот к селу Давалу, однако и там были разбиты азербайджанцами, после чего отступили к селу Ширазлу. Отсюда после разгрома ряда азербайджанских сел армянские отряды 24—25 июля предприняли очередную атаку на Беюк-Веди при поддержке артиллерии. Однако атаки были отбиты. Все 4 армянские колонны понесли большие потери, после чего заняли оборонительную позицию по линии Агдамлар—Масумлу—Иова—монастырь Хорвираб на реке Аракс. В то же время повстанцы Аралыха ударили по армянскому тылу вдоль периметра Эриванского уезда.

Поражение армян в Шахтахты и Норашене поставило армянский гарнизон в Нахичевани в невыгодное положение, и 25 июля генерал Шелковников повел своих солдат к горной цитадели Мартирос. К ним также присоединились армянские жители Нахичевани и Азнабурта.

Между тем, армянские пограничники и беженцы в Джульфе бежали в иранскую часть города, откуда были отправлены в Тебриз. Лейтенант Швинд пытался покинуть Нахичеванский уезд тем же путем, но был задержан Ханом Нахичеванским. Лишь 28 июля британским офицерам и представителям американской благотворительной организации были отправлены на поезде в Джульфу, где пересекли границу. При этом у них были конфискованы две машины.

В целом, июльские бои окончились полным разгромом армянской армии. 25 офицеров 2-го и 3-го пехотных полков были убиты, в два раза больше ранены. Полный список потерь сержантского состава так и не был опубликован. Кроме большого количества военного снаряжения и припасов, армянами были потеряны бронепоезд, 8 локомотивов и более 100 товарных вагонов. К 25 июля в Армении оставалось всего 100 тысяч патронов. Капитан Халил-бей дал понять армянам всю серьёзность ситуации, послав 25 июля в армянский штаб 29 тяжело раненных армянских солдат, предупредив, что продолжение военных действий предрешит судьбу большого количества находящихся у него в плену армян.