Артур IV Ветар (Полночь без пяти)

**Император Артур IV Ветар, граф Красного холма** (*р. 826, Красный холм - ум. 862, Столица, Империя людей*) - правитель Империи людей, основатель династии Ветаров (845 - 1061),

Его стремительное возвышение произошло в тяжелые времена "Тьмы и пламени" - нашествия Седьмого Владыки Сурии на земли Империи. Страна Творца утратила свою полевую армию, а равно и контроль над большинством провинций, ее династия пресеклась, а крупнейшие города находились в безнадежной осаде. В подобной обстановке Артур Ветар, граф Красного холма, покинул родной замок и отправился спасать свой народ: его тяжелым трудом и упорством, как и помощью его верных друзей и надежных соратников, в **845-м** году была одержана решительная победа над главным сурийским войском у стен ключевого для религии Творца города Лайтстейна.  С согласия сословий и по прошению войска, граф Холма принял от первосвященников корону и стал Артуром IV.

С его правлением связывают период восстановления государства от последствий сурийского вторжения и начала новой политики монархов по отношению к сословиям; налаживание отношений с Вольными городами и стабилизацию внутренней обстановки в царстве. Ранняя смерть молодого императора в **конце 862 года** повергла всю страну в траур: во многом его заслуги стали основой для легитимности новой династии.

Признан Церковью Святым и покровителем воинов: его культ является одним из самых распространенных на территории Континента. Считается одним из самых заслуженных императоров в истории, а пристальное изучение его деяний и свершений традиционно признано частью классического образования в Империи людей.

## Биография

### Становление героя

О первых годах жизни графа Ветара, будущего императора, известно совсем немного - если сравнивать с объемом самых разнообразных и зачастую противоречивых сведений насчет его дальнейшей, полной событий и деяний жизни. Если в хрониках сохранились правдивые свидетельства его подвигов в юности и зрелости, то сведений о рождении и взрослении будущего героя не так и много, и большинство исходит из той или иной народной истории. Самые верибельные истории были отобраны учеными книжками и включены в "Историю династии Ветаров"; впрочем, в народе и даже у рыцарей остаются популярными отдельные "апокрифы", не имеющие официального подтверждения.

Так, само происхождение Артура вызывает споры. Безусловно, что он был законным сыном Филиппа, графа Красного холма, и Алиены, его любимой супруги; что он родился в **826-м году** в родовом замке, окруженный заботой и почтением. Однако вопросы у знающих людей вызывает происхождение самого рода Ветаров, где не все так просто, как кажется на первый взгляд. Формально дом Ветаров появился в **774-м году**, после воинского подвига его основателя под стенами Столицы, когда им был спасен от смерти император людей Филипп III. Именно тогда Ветары получили графский титул, герб и земли вокруг Красного холма под свое управление.

### Путешествие в вечность

#### Решение

Стратегические ошибки Седьмого Владыки, слабость его командиров и банальный фактор логистики давали людям Империи шанс дать отпор. Трусливое решение многих феодалов запереться в своих землях неожиданно оказалось возможной надеждой: их профессиональные воины остались живы, целы и готовы к сражениям, отбиваясь лишь от незначительных сурийских сил, дававших им знание и умения, а не смерть и гибель. Не все города были разорены; даже сепарация Западных городов не означала, что там не осталось союзников. Многие наемные отряды ждали своего часа, равно как и ополчения, толком не видевшие боя. Леса были заполнены бравыми егерями да удалыми охотниками, которыми часто предводительствовал одинокий рыцарь или харизматичный священник. У всех был резон ненавидеть сурийцев: сожженый дом, убитые родственники и любимые, грабеж - мало ли что. В хорошо укрепленных монастырях собрались не только монахи, люди довольно крепкие, но и беженцы, рвущиеся вернуться домой. Замки, города, леса, монастыри - они могли выставить новую армию, взамен потерянной под Фальцем. Армию, способную бросить вызов основным силам Владыки и иметь при этом шансы на победу, победу, которая означала бы собой освобождение Запада от угрозы. Оставалась всего-навсего одна маленькая загвоздка: оную победоносную армию надо было бы собрать, желательно, до того, как сурийцы возьмут Столицу или Лайтстейн.

Тут начинается увлекательная, полулегендарная история Артура Ветара - молодого и благородного рыцаря, которому Создателем было суждено стать Артуром IV и Рассекшим тьму клинком. События происходили в **VIII-м веке**, они не настолько далеки от нынешнего поколения как Эра двух сотен королей, Славная битва или тем более мифические времена, предшествовавшие приходу людей на Континент. Однако сила его личности, характер совершенных им деяний, масштабность подвигов - всё это сделало основателя новой династии чрезвычайно популярной, по-настоящему легендарной фигурой, и его история моментально обросла целым ворохом мифов, легенд, преданий и сказок почти что на любой вкус. Это серьезно затруднило и без того непростую жизнь хронистов и писателей: поиск истины оказался действительно затруднен.

Сохранилось немало письменных источников, повествующих о жизни, личности и деяниях Артура IV, а еще большее число преданий передается в устной форме. Здесь встречаются все жанры: от серьезного исторического исследования до простонародной кабацкой песенки, от религиозного наставления до увлекательной легенды, полной чудес и магии. Очень сложной задачей стало создание подробной истории восхождения Артура Ветара, поэтому дальше будет взята информация сразу из нескольких источников. Во-первых, основой послужила классическая "История династии Ветаров", написанная в **1050-м году** для воспитания кронпринца Вильгельма, но сумевшая покорить аристократических читателей и стать распространенной классикой. "История" была создана кропотливым трудом и тонким анализом, и, даже несмотря на ее явную предвзятость и склонность к прославлению героя, она все еще остается главным сочинением на заданную тему. Церковь Творца еще раньше создала свою "Хронику Тьмы и пламени", в которой значительная роль отводилась изображению характера Артура и его взаимоотношениям с Церковью. Информация же о связях Ветара, его друзьях, конкретных эпизодах его приключений - они взяты из рассказов и легенд, которые с одинаковым удовольствием и почтением слушают от придорожной таверны до блестящих залов дворца Столицы. Возможно, ученые мужи, преисполненные надменности, и воротят носы от них, но подлинно образованные люди никогда бездумно не отвернутся от мудрости, неважно кто ее произносит.

Он и его младший брат Гилеон начали вооружаться при первых слухах о нападении сурийцев, так что в момент разгрома у Фальца они были готовы защищать свои земли. Всего у Артура и Гилеона было только 700 ополченцев и 30 младших рыцарей, вассальных им, но владения Ветаров крайне удобно располагались по реке, и им удалось организовать патрулирование. В их земли зашло несколько сравнительно крупных отрядов врага, но ни одному не удалось вернуться, они все были убиты в землях, за счет которых думали легко поживиться. Именно тогда братья Ветары впервые вкусили настоящей войны, проявив себя с наилучшей стороны. Артур - как харизматичный командир и одаренный мечник, а Гилеон - как исполнительный адъютант и хороший исполнитель чужих приказов. В это время никто еще не знал, что старшему брату была предначертана столь грандиозная судьба, как спасителя Империи и защитника веры, поборника простонародья и союзника аристократии.

Но скоро вскоре все изменилось. С очередным караваном беженцев, который Ветары согласились принять, прибыли и двое людей, которым суждено было накрепко связать свою судьбу с жизнью Артура. То были отец Годрик, совсем недавно получивший благословение Конклава молодой священник, и магесса Латрия из Красного холма, подруга детства Ветаров и некогда приближенная Артура. Она и убедила Годрика привести караван сюда, зная, что ее хорошие знакомые не откажут в гостеприимстве и помощи нуждающимся. Но на пути в Холм Годрика посетило видение, ниспосланное Творцом в час нужды: настоятель уверился, что Артуру будет под силам спасти всю Империю, нежели только лишь свой феод да пару десятков пришлых. Латрия, с которой он поделился своим видением, поддержала отца в начинании: верная дочь Церкви, она была в восторге от перспективы видеть своего друга избранным воителем и спасителем.

Темной и долгой ночью, Годрик и Латрия встретились с Артуром в занятой им хижине, желая внушить ему свои мысли и раздумия. Потрескивали дрова в печи, нервно колыхался огонек единственной свечки на столе, а на лавках сидели трое и отчаянно спорили. Как говорят легенды, Артур продолжительное время отказывался покидать родной феод, полагая, что Годрик либо блефует, либо льстит, желая получить лучший прием и паек. Дискуссия была сложной и долгой, но считается, что уговорить героя взяться за меч и сесть на лошадь удалось благодаря грамотной реализации нескольких случаев. Во-первых, когда Артур в раздражении от назойливости гостей, взмахнул рукой, он нечаянно погасил свечу: Годрик подметил, что Империя людей ему напоминает именно эту свечку, готовую погаснуть от малейшего дуновения. Ища свет, группа спорщиков вышла на улицу, где они стали свидетелями ужина семьи беженцев: ослабленная, потускневшая и уставшая, молодая мать, остатки платья которой говорили о былой зажиточности, отдала свой кусок хлеба дочери, пожертвовав собственным пайком. Тогда Латрия, всегда полная сострадания и любви к ближнем, спросила Артура, неужели его рыцарские обеты и клятвы о защите обиженных и обездоленных имеют сугубо местечковое значение, неужто он клялся защищать справедливость, ограниченную земельными наделами. Наконец, подойдя к дороге, они увидели, как по ней в молчании двигались новые беженцы, направляясь на Запад. Отец Годрик тогда указал, что Творец, в своей милости, дал людям ноги, но не крылья: когда сурийские орды прижмут их к берегу Закатного моря, бежать им будет уже некуда.

Решение было принято. Вот здесь истории заметно расходятся: официальные источники и авторитетные книги опускают важный эпизод, сохраненный в легендах и песнях. Согласно устным свидетельствам, Артур призвал Годрика и Латрию стать свидетелями принесения им клятвы, обязавшей бы его не сходить с избранного пути. Священнослужитель Годрик напомнил о необходимости клятвы на вещи, и Ветар пообещал, что под камнем, куда он их приведет, они найдут эту вещь. Рядом с местом их беседы находилась небольшой лес, куда сир рыцарь и повел И действительно, при свете полной Луны на поляне, поросшей маленькими цветами, Артур извлек из земли прекрасный меч, словно только что сделанный талантливейшим мастером. Пролежавший в тайнике многие поколения, он не покрылся ржавчиной, не утратил ни остроты, ни смертельно опасной красы; пользуясь своим правом, отец Годрик благословил оружие, и рыцарь на нем принес торжественную клятву изгнать сурийцев с территории Империи.

Брат Гилеон, узнав о решении старшего, вспылил: он не мог поверить, что разумный и всегла так здраво мыслящий Артур отправится преследовать мираж, небылицу. Между ними разгорелся спор, в зоде которого большинство вассалов встало на сторону Гилеона. Мало кто верил в победу, а помирать вдали от отеческого крова, отчаянно пытаясь найти какой-то фантом, добровольцев не нашлось. И рыцари, и крестьяне посчитали предложение блажью, предпочитая остаться подле своих очагов и не покидать их. Раз поражение дело практически решеное, так зачем помирать в чужих краях? Гилеон предложил брату одуматься и снова заняться обороной своего участка земли, но теперь уже ему пришлось выслушать отказ. Будущий спаситель понял, что здесь он не найдет ожидаемой им помощи, и решил не тратить ни силы, ни время. Разочарованный Артур покинул башню, служившую их штабом, с Годриком, Латрией и своим верным оруженосцем Сэмом Тиготом - всего-навсего 4 человека начинали предприятие, которое в дальнейшем спасет все государство.

#### Обретение артефактов и рождение Братства

Вновь сформированное Братство, названное Братством Алого Знамени, отправилось на Юг, где Артур рассчитывал договориться о помощи с влиятельными и богатыми феодалами тех земель. По крайней мере, именно такую цель своим людям объявил Артур, нуждавшийся в их преданности. На самом деле, хорошо зная южное дворянство и его эгоистический характер, ему требовалось составить собственный список успехов и побед, достаточно длинный и убедительный для Леви и их вассалов. Но кроме оного списка, не помешало бы обзавестись некоторыми регалиями и артефактами, тесно связанными со славным прошлым Империи людей. Учитывая огромную значимость символов в мировоззрении западных людей, Артур нуждался в таковых. В его семье передавалась легенда об утраченном людьми сокровище, перстне, который носил сам Альфред I Основатель и который был утерян в ходе Войны сестёр - обретение подобной вещицы точно помогло бы, и именно за ней отряд направился в свой первый поход.

Они сразились с несколькими сурийскими мародерствующими отрядами, а избежали схваток еще больше, перешли через реки и разоренные деревни. Братство взяло за правило не вмешиваться в бои, которые невозможно выиграть, поэтому им приходилось увиливать и уклоняться от крупных банд сурийцев. В последнее время никто не мог гарантировать путникам добрую волю встреченных ими вооруженных людей Запада, так что их тоже приходилось по мере возможностей избегать. Впрочем, группе приходилось порой извлекать клинки из ножен и крайне редко дело доходило до лечебного искусства Латрии: Артур, Годрик и Сэм показали себя достойными бойцами. Где рыцарь-Ветар брал опытностью и специальными навыками фехтовальщика, грузный Годрик прибегал к чистой силе мускулов, а бойкий Сэм использовал ловкость и хитрость для обмана противника. Глава группы обычно отдавал предпочтение сочетанию щита и фамильного меча, Годрик дрался дубиной, а потом раздобытым молотом, Сэм применял кинжалы, а Латрия отбивалась коротким мечом или простенькими оборонными заклятьями.

Наконец, компания очутилась у границы Запретного леса - прозванного так за строгий запрет окружавших его лордов на охоту в нем, так никогда и не объясненный публично. Лежащий в северных провинциях, он был давно предоставлен самому себе: уже век окрестные лорды отказались от продвижения в чащобы, чем-то явно испуганные, убежденные, что покой окрестностей лучше не тревожить. Но теперь героям легенды предстояло пробраться в самую глубину леса, ибо, как говорилось в рассказах семьи Ветаров, именно там было утеряно кольцо Земледельца; разумеется, им требовалась помощь. За дело взялся Годрик, сумевший разговориться с сельским старостой, чье село лежало по соседству с деревьями. Старик явно считал себя мастером поболтать да вынюхать, но вот нарвался он на достойного соперника. Совсем скоро отцу стало очевидно, что в деревне действует некий гарнизон, который ее оберегает от недоброжелателей, но при этом гарнизон этот счел компанию Артура нестрашной и не проявил себя в открытую.

Егерь Дуглас оказался действительно хорошим следопытом и опытным лесничим: в Запретном лесу он ориентировался так естественно, как его любой естественный обитатель. Как и любой закаленный охотник, он отличался суеверностью и требовал от гостей леса строжайшего соблюдения всех выдаваемых ими инструкций, насколько бы абсурдными, лишенными смысла и логики они не казались бы. По счастью, все герои рассказа отличались здравомыслием и не ставили под сомнение компетентность проводника, благодаря которосу они миновали смертельно опасные топи, густые заросли да логова диких зверей. Однако на закате первого дня произошел конфликт: Дуглас отказывался сопровождать группу в настоящую чащу, говоря, что там обитает угроза опаснее диких зверей, распугавшая всех крестьян окрестных сел. Уговаривать бывалого охотника пришлось всеобщими усилиями, и только когда Ветар шепнул ему нечто на ухо, разговор был окончен. Впереди у них была еще долгая и тяжелая дорога,

Завладев артефактом, Артур смог заполучить и поддержку первого отряда: "веселой компании" своего нового знакомого. Бывалый егерь признал в нем достойного лидера, и его примеру последовал весь небольшой отряд умелых стрелков и опытных разведчиков, тем самым значительно увеличив силу Братства, которое начало напоминать воинское подразделение. Он покинул окрестности Запретного леса с куда более внушительной компанией и направился на исследование слухов: один из егерей рассказывал, дескать, небольшой город Штадхольм на юго-востоке страдает от самоуправства и лиходейства разбойника-рыцаря, и отчаянные магистранты предлагают каждому, кто их прогонит, щедрую награду по его выбору.

Братство двинулось по этому направлению, по пути разбив несколько мелких шаек и присоединив к себе нескольких младших рыцарей, бесцельно путешествующих от места к месту. К этому моменту всем сопровождавшим с самого начала Артура людям стала очевидна его удивительная харизма, берущая исток в подлинном аристократизме. Некая возвышенная отстраненность, профессионализм и глубокое чувство собственного достоинства одновременно поднимали его над остальными, и возбуждали в остальных удивление, постепенно перераставшее в восхищение. Его уверенная фигура истинного лидера внушала соратникам послушание, а врагам - страх; посреди боя Артур мог одним своим видом повернуть ход битвы. По крайней мере, так о нем говорили - но и бойцом он был выдающимся, хотя бы за счет этого способным вызывать у противников боязнь.

И действительно, проникший в город Сэм вернулся ночью с неутешительными новостями. Штадхольм действительно был захвачен бандой сира Алотея, состоящей из нескольких сотен бывших наемников, бандитов с большой дороги и даже парочки магов. Горожане платят им деньги "за защиту", вынуждены снабжать "гарнизон" всем необходимым и желаемым, а сам Алотей и его доверенные адъютанты пользуются положением и открыто грабят богатых горожан в свою пользу. Поговаривают на улицах, будто бы он дезертировал из армии императрицы Жанны еще до ее поражения, а теперь насильно Банда сидит внутри стен, она численно превосходит Братство и находится в превосходящей позиции - Годрик спросил, не сигналить отход? Нет, Артур велит трубить вызов, и трубить громко, пока не будет дан со стен ответ, а пока что разбить лагерь в пределах видимости и ждать действий противника... Пока сам Артур инструктировал Латрию и Сэма об их особом задании.

Неожиданно скоро, показался сам сир Алотей в сопровождении нескольких подручных; между двумя рыцарями произошла короткая, но яркая сцена, в ходе которой Ветар официально вызвал ренегата на поединок. Возможно, при других обстоятельствах, или другой человек могли бы ему смело отказать - но Артур смог прочитать характер оппонента и сыграть на его слабостях. Тщеславный гордец не мог допустить, чтобы с ним разговаривали требовательным и презрительным тоном, а главарь шайки не мог отклонить вызов на бой в присутствии своих бойцов, не рискуя потерять авторитет и начальственную позицию. Атаман повелся на уловку и согласился, сам того не зная, сыграть по правилам противника в его игру. Уже вечером состоялся поединок предводителей, и менее чем через десять минут ренегат рыцарского сословия был сражен наповал. Против него сыграли как продолжительное отсутствие практики, так и тот простой факт, что его-то противник действительно был настоящим мастером меча. Деморализованные смертью главаря бандиты замешкались, и в это время посланные вчера ночью в город Сэм и Латрия провели в него отряд Братства - сражения в итоге не состоялось. Горожане приветствовали освободителей, бандиты были взяты под стражу, восстановлено самоуправление, а отцы города предложили Артуру воспользоваться их предложением награды.

Тогда инициативу взял отец Годрик, потребовавший установить небольшой помост на главной площади: владетельные горожане без споров командовали своим работникам исполнить это поручение. Отец взошел на трибуну с подлинным достоинством и умиротворенным спокойствием, хоть за несколько минут до этого Латрии приходилось его успокаивать и убеждать в его силах. Толпа слушателей собралась заранее: прийти послушать молодого проповедника захотели богатые отцы города и полунищие поденщики, гордые хозяйки мастерских и приниженные служанки, юнцы и старцы. И Годрик создал настоящий шедевр ораторского искусства: он воззвал к их оскорбленным чувствам и гордости, он обещал им честь и богатство, спасение и защиту - в его грамотно составленной речи, которую он считал откровением Творца, он умел обратиться практически к каждой значимой городской аудитории. Результат был налицо: жены и дочери богатых горожан добровольно снимали с себя украшения, их братья и мужья кричали о своем желании помочь Братству, а правители города признали Артура своим военным начальником и объявили о переходе города под его опеку и попечение на время войны.

Очередная победа принесла Артуру новый отряд копейщиков-горожан и желающих заслужить прощение Творца боевых магов. Усиление позволило Братству смелее перемещаться по дорогам, долам и весям: только самые крупные мародерские отряды сурийцев теперь могли представлять угрозу. Несколько недель силы Артура перемещались по провинции, уничтожая шайки и банды, очищая леса и дороги от наводнившего их сброда: сурийские мародеры, потерявшие страх и человеческий облик местные бандиты, дикари из Речных земель - все они были преданы мечу без пощады. Штадхольм служил центром его операций и штабом, куда подразделение неизменно возвращалось после каждой победы с торжеством и под радостный колокольный звон. Постепенно к походам Артура присоединялось все больше людей: во многих горожанах выросла уверенность, спасенные люди желали отблагодарить спасителя и, наконец, случилось то, на что Артур изначально рассчитывал, отправляясь в казавшееся его брату безнадежным предприятие. По Империи людей пошли гулять слухи и рассказы о Братстве и его командире, их победах и свершениях; об этом шептались в замках, болтали на площадях, за их успех молились в церквях. Щедро отправляемые их Штадхольма гонцы, равно как и простые люди, заметно способтвовали популяризации Алого знамени.

Тогда же настал момент личного триумфа Артура, принесшего ему и заметное облегчение, и еще большую уверенность в своих силах. К стенам города прибыл хорошо вооруженный отряд рыцарей во главе с его братом-Гилеоном, недавно столь яростно призывавшего Артура отказаться от идеи. Гилеон и его спутники целый день провели за стенами Штадхольма в рубахах и без головных уборов, молясь на церковные башни и прося Создателя даровать им прощение и помочь им на их мирском пути. О реакции Артура сведения противоречивы: одни источники говорят, мол, он хотел немедленно привести брата к себе, а ему помешал благочестивый Годрик; другие же утверждают, что это мягкотелая Латрия пыталась убедить непреклонного Артура смилостивиться над заблудшим Гилеоном. Так или иначе, но только следующим утром состоялось воссоединение Ветаров, встреченное радостью и аплодисментами Братства: Гилеон и его соратники публично подтвердили свои вассальные обязательства, а Артур с видимым удовольствием принял их под свой стяг.

Здесь можно сделать отступление и рассказать несколько подробнее об устройстве и особенностях Алого знамени. Братство полностью подчинялось Артуру Ветару, на верность которому приносили присягу все желающие встать под знамя; отдельно же подчеркивалось, что будут соблюдаться и выполняться не только отданные им самим приказы, но и распоряжения назначенных им лейтенантов - вне зависимости от сословной принадлежности получающего задание. Таким образом, формально, рыцарь из знатного рода должен был подчиняться сыну мельника отцу Годрику, а Латрия могла командовать зажиточными горожанами: не всегда обходилось без споров, особенно с новоприбывшими, но в целом эта система работала, к тому же Артур проявлял тонкость и чуткость, стараясь по мере возможного подбирать подходящих начальников и всегда находить правильные объяснения. Так, рыцарям он обещал славу или спасение; горожанам - стабильность и защищенность; магов обещал ценить и поддерживать, а крестьянам - землю и вольность от сурийцев. Здесь зарождался новый тип имперской армии; здесь же врачевалась гниль, доставшаяся в тяжелое наследство от павшей династии и столь дорого .

Лейтенанты руководили отрядами по тысяче человек, которые играли роль главной ударной силы организации. Постепенно Артур заполучил в свое распоряжение как рыцарскую конницу, так и боевых магов; как метких лучников, так и стойких копейщиков. Грамотно используя свои преимущества,

В Братстве сложилась особая духовная атмосфера, позднее ставшая предметом восторга и любований имперских хронистов. Ее уникальность объясняется необычайной разнообразностью этого объединения и его многосторонностью: здесь можно было встретить представителей любого сословия и почти что любой провинции, мужчин и даже женщин самых разных возрастов и занятий. Были закаленные в десятках кампаний рыцари, а были и только что в них посвященные юнцы; отчаявшиеся и обозлившиеся патриархи крестьянских семейств и молодые подмастерья; верные церковники, сельские священники и свободолюбивые магессы - и еще более разнообразными оказывались их мотивы. Кто-то желал славы и чести; кто-то рассматривал это как покаяние за свои и чьи-то еще грехи; кем-то двигали благородные и романтические идеалы, а глаза других людей  горели лишь жаждой мести; не стоит забывать и о других, кем двигали простая жажда наживы и элементарное желание стабильности. Но в лагере эти люди смешивались воедино: они стремительно погружались в совершенно новую для себя походно-полевую обстановку, становились подчиненными совершенно незнакомых им прежде людей и именовали соратниками тех, на кого раньше поленились бы и взор поднять. Постепенно они втягивались: у них появлялись надежные друзья и, порой, соперники; они проникались общей идеей освобождения государства и восхищением -  к своему лидеру, что неизменно вел Братство от победы к победе. Участвуя в яростных столкновениях и коротких пирушках они становились частью чего-то большего, чем они сами - частью Братства Алого знамени.

Оставалось лишь надеяться, что это все не окажется зазря.

#### Заключение союзов

Настала пора менять тактику. Слава Братства уже стала новым оружием, которое можно было обратить на свою пользу: пришло время отправиться к Луаре и договариваться со здешним дворянством о его поддержке. Объединенными усилиями Артур Ветар планировал нанести удар по главным силам сурийцев, разбить их и тем самым повернуть ход войны вспять. На тот момент под его началом находилось примерно от пяти до восьми тысяч человек, спаянных стальной дисциплиной - попросту невозможным при Шатийонах понятии  - и твердо верящих в свою способность одержать долгожданную победу над захватчиками.

Продвигаясь на юг, по направлению ко владениям Леви и южного дворянства, Братство как раз наткнулось на крупный отряд в тысячу орков при поддержке нескольких сотен дикарей из Речных королевств. Посланные на разведку следопыты донесли, что они разбили хорошо укрепленный лагерь на перекрестке дорог, который служит их штабом; что буквально день назад туда вернулась очередная "партия" с богатыми трофеями, и банда продолжает праздновать свой сказочный успех. Отряды мародеров никогда не отличались высокой дисциплиной, но только по-настоящему стоящий повод мог распугать всех дозорных и оставить стены лагеря без единого наблюдателя. Еще не зная, какому же трофею грабители так сильно обрадовались, Ветар решил уничтожить гнездо мародеров и очистить от их присутствие дороги; заодно добавить очередную победу в свой послужной список.

Атака состоялась поздней ночью, примерно через час после того, как веселое и пьяное пение в лагере улеглось. По совету Дугласа, бойцы делали как можно больше шума и старались остаться незамеченными: им это удалось. Атака получилась молниеносной и беспощадной: пьяные и потерявшие любое понятие об организации мародеры не смогли оказать никакого сопротивления, а бойцы Братства не давали никому пощады. Действуя слаженно, аккуратно и в то же время отважно, Братья одержали легкую и важную победу. Все закончилось менее чем за двадцать минут и даже - по сведениям хроник - обошлось без потерь для Ветара.  Теперь ему досталось награбленное мародерами богатство: сундуки с золотом, хорошее, качественное вооружение, лошади и повозки, съестное... И тогда же Артур выяснил, что же так широко отмечали его противники - и он нашел свою судьбу.

Оказалось, что в плен к мародерам попала Катерина Леви - старшая дочь предводителя южной аристократии, чей конвой был перебит по пути домой, а сама она попала в плен. Беглый осмотр, совершенный Латрией, показал, что ничего необратимого не произошло, а пленители в издевательствах ограничились угрозами да обещаниями. Искренне благодарная Ветару за спасение, Катерина сама подсказала следующий шаг: доставить ее отцу и потребовать за спасение дочери не только ее руки, но и помощи ее отца, его будущего тестя, в идущей войне. Тем самым Братство обретет, наконец, поддержку южной аристократии и сможет сформировать полноценную армию для ведения крупных боевых действий. Освобождение девушки дало Братству конкретный пункт назначения: столица южных земель и родовое владение герцогов Леви, до тех пор ограничивавшихся исключительно оборонительными действиями. Спасение благородной дамы по всем традициям Империи давало Артуру полное право просить ее руки... И, само собой, помощи будущего тестя в кампании против сурийцев - а за ним должны были пойти его многочисленные вассалы, союзники и клиенты, тем или иным образом зависимые от богатого и владетельного клана.

Обладая подобным козырем на руках, Артур продолжил свой путь в Левипорт, уверенный, что теперь-то ему на переговорах обязательно улыбнется удача. Ко всеобщему удивлению, виконтесса Катерина вела себя в высшей мере сдержанно, скромно и почтительно: она без жалоб переносила дорожные трудности, довольствовалась простой пищей и показывала   . Приставленная к ней для надзора Латрия довольно быстро сдружилась с ней, даже будучи дочерью служанки и чародейкой: стоит сказать, что подобный характер Катерины значительно облегчал поставленную перед Ветаром задачу.

К Левипорту Братство добралось быстро: крупных вражеских отрядов не встречали, а мелкие спешили исчезнуть с их пути. Виконтесса поспешила письмом предупредить своего отца, так что в столице Юга бойцов и лейтенантов Знамени ждал самый тепоый и радушный прием. Не говоря уж о немолодом отце, возвращению Катерины радовались простые горожане, искренне любившие дочь феодала за красоту, добрые дела и приятный характер. И пока простые братья гуляли и веселились в городе, сир Артур просил графа в высоком замке о руке его дочери. Граф Раймонд, человек в летах и прирожденный политик, был не чужд благородства и общественной морали: Ветар спас его дочь и тем самым вполне заслужил ее саму... А вот его помощь всей этой авантюре с Братством - это уже отдельная дискуссия. Да, конечно, он и его рыцари помогут в борьбе, но за определенную цену... Союз в конечном итоге был заключен, но на душе Артура после знакомства с тестем остались лишь брезгливость да некоторое презрение.  На скорую руку сыграв импровизированную свадьбу, Артур Ветар с Братством и Раймонд Леви с вассалами направились в поход, на спасение Престола Творца, расположенного в городе Лайтстейне. Хорошо укрепленный и населенный фанатично преданными горожанами, Лайтстейн полгода держался против основных сил Седьмого Владыки, но теперь силы Конклава были на исходе, и первосвященники, прибегнув к помощи магии и посыльных птиц,

#### Изгнание тьмы

Настал час, которого Артур Ветар и ждал, и опасался - во главе новой армии Империи людей он двигался на встречу со своей судьбой. Несколько лет назад императрица Жанна, вышедшая в чистое поле сражаться с Седьмым Владыкой, была разбита, повержена в прах, унижена и, наконец, умерщевлена в плену. Ее бойцы разбежались, были перерезаны или порабощены - и теперь этот зловещий призрак нависал над ним, как бы Артур не пытался его отогнать от себя. Он хорошо понимал, что третьего шанса уже не будет: гибель этой армии и падение Престола станут концом всего родного для Артура мира. Груз столь тяжелой ответственности давил на его плечи, вызывал сомнения и способствовал непростому душевному поиску. Разумеется, он никому не давал повода заподозрить себя в малодушии: он ехал во главе войска с той же смелостью, что и всегда; его голос, обращенный к ополченцам и рыцарям, не дрожал и не ломался; армия была уверена в своем полководце. Только отец Годрик, брат Гилеон и магесса Латрия знали о его сомнениях и тревогах, только им долгими ночами он доверял свои опасения и душевные терзания.

Каждый доверенный лейтенант помогал по-своему: Гилеон убеждал дорогого брата, что Артур собрал лучшую армию в истории Империи; что он сам являет собой пример героя-рыцаря, героя-полководца, он не может потерпеть неудачу. Припоминая их детство, юность и взросление, Гилеон твердо знал: старший брат снова справится, как справлялся всегда и со всем.  Отец Годрик напоминал Артуру, как все это начиналось: четверо, осмеянные и обруганные, покидающие ночью домашний очаг и уходящие в неизвестность. Брошенный собственными вассалами рыцарь,  неприкаянная магичка, молодой и даже карикатурно смотрящийся "отец", и, наконец, переодетая девчонка-оруженосец - и все равно тогда Ветар пообещал Творцу победить, хоть ситуация и казалась безнадежной. Теперь, когда он объединил тысячи человек и десятки семейств, когда он добился признания и уважения, когда он собрал настоящую армию, сомневаться в  помощи Создателя его делу попросту неразумно. Наконец, Латрия тихо пообещает своему кумиру, что она будет с ним. Неважно, что случится у Лайтстейна: будет ли эта битва великим триумфом или устрашающим поражением. Она будет там.

Вскоре с войском Ветара-Леви объединилось последнее крупное вооруженное объединение Империи людей, все еще сохранявшее свою независимость. Герцог Эдгар Ройсс, тесть покойного императора, все это долгое время отбивался от набегов северных дикарей и лишь теперь смог прибыть на юга, дабы отомстить сурийцам за унижения и смерть дочери. Бок о бок с ним сражался Герберт Монфор, последний представитель герцогского рода Восточных провинций, за неделю до начала вторжения направленный Ройссу на ученичество. Эти двое собрали последних ветеранов, вольные команды да уцелевших рыцарей разоренных и потерянных Восточных земель. Их бойцов было не так много, но предоставленные ими силы отличались как высоким боевым духом, так и настоящим профессионализмом. В сумме имперцы теперь могли располагать тридцатью тысячами человек, при острой необходимости численность можно было довести до 35 тысяч. Подобным составом рать и двинулась к Престолу Творца на свою решающую битву.

Впрочем, перед единой армией остро, острее, чем прежде, встал вопрос лидерства. На руках герцога Эдгара оказался синий императорский плащ, один из символов императорской, высшей власти - и хотя в открытую никто не начинал дискуссии, все хорошо понимали ответственность, даже опасность, момента. Братство Алого знамени, разумеется, держало сторону Артура; граф Леви учуял уникальную для его семьи возможность и первым выступил с предложением вручить реликвию Артуру Ветару. Со смешанным чувством Артур подметил, что теперь Раймондом двигал энтузиазм, коего на переговорах он не видел. Если у Братьев и своих людей он встретил полное понимание и одобрение, то люди герцога Ройсса не испытали подобного энтузиазма. Отнюдь - они хотели видеть начальником своего сеньора, которому они и больше доверяли, и за которым они были готовы признать больше прав на престол. Однако здесь ход сделал герцог Ройсс: призвав войсковых представителей и своих вассалов, он пересказал им легенду об основании Империи людей. В года нашествия Сурии, Творец велел королям людей преподнести императорский жезл и плащ первому встреченному ими землепашцу, отказав владыкам в их правах и притязаниях. На глазах у десятков человек Эдгар преклонил колено перед  Артуром, вручил ему плащ и объявил, что признает только за ним право повести себя и своих людей в сражение. Граф Леви незамедлительно поддержал порыв герцога Ройсса, и немногим скептикам пришлось смириться с подобным раскладом.  К городу, к месту своего назначения, и важнейшему испытанию армия подойдет единой.

Ночь перед решающей битвой... Последние часы, которые люди Братства и их новые союзники могли провести в тишине, готовясь к главному сражению. Проверить оружие, подбить щит, запастись бинтами, проведать товарищей да помолиться, помолиться с чувством, с каким обращает мысли и надежды к Создателю только готовящийся к страшному испытанию человек. Менее духовные люди украдкой подпивали, иные громко пели, общались между собой и смеялись, находя более земной путь к обретению храбрости и покоя. А как их лидер и глава провел ту ночь, пока его братья и сестры собирались с силами и искали поддержки как у Творца, так и у друг друга? "История династии Ветаров", "Хроника Тьмы и пламени", "Деяния Творца через людей" и иные классические, признанные источники расскажут, что сир Артур Ветар провел всю ночь во смиренной молитве наедине со Создателем, прося небесного покровителя даровать ему победу. Тому же учат многих молодых дворян и горожан: но вечерами те же школяры и сквайры будут распевать различной степени похабности песни о первом Ветаре, да и народная молва

С первыми лучами Солнца имперские войска покинули лагерь и заняли позицию на вершине холма. Вражеская армия теперь оказалась зажата между силами Артура, стенами Лайтстейна и текущей здесь рекой - у сурийцев не было возможности уклониться от боя, даже пожелай они этого. Но их Владыка никогда не страдал трусостью: и с холмов командиры Братства видели, как сурийцы покидают свой осадный лагерь, в полном порядке и готовые к бою.

## Знаковые личности вокруг Артура

Вокруг Артура собирается не только Братство, но и его доверенные адъютанты, помощники и в скором будущем друзья, чьи жизни сплелись во единый клубок судеб. Можно смело сказать, что без этих людей не было бы того Ветара, каким история его запомнила. Пожалуй, имеет смысл рассказать о компаньонах Артура несколько подробнее, призвав на помощь легенды и сказания, дабы оживить образы этих героев. Конечно, упоминания о них разбросаны и по официальным хроникам, но там эти люди появляются без контекста, без пояснений, что вызывает недоверие и не дает полностью осознать значимость каждой маленькой фигуры в столь грандиозной игре. О каждом из людей, сопровождавших Артура, складывались свои истории, песни и рассказы, сочетавшие подлинную правду с нереальными до смешного элементами. Да, многие высокоученые мужи смотрят свысока на такие источники, открыто высказывая презрение к сплетням и толкам простонародья да песням менестрелей... Забывая, что именно подобные рассказы, если их очистить от наносного, доносят самую подлинную и красноречивую правду. Начать стоит с лиц, первыми присоединившихся к походу: отца Годрика, магессы Латрии и оруженосца-леди Джанет Тардисской.

Годрика "отцом" можно было назвать только из уважения к священному сану: годами он был очень молод, только недавно получив посвящение от самих первосвященников, что стало огромной честь для сына мельника. Выпускник колледжа Лайтстейна, он вел жизнь доброго студента: регулярно шатался по тавернам, активно участвовал в кулачных диспутах, прогуливал занятия и веселился как мог. Только любовь к чтению и феноменальная память помогли ему закончить обучение, а его ученая диссертация на тему допустимости браков в Церкви принесла ему определенную известность; но крепок в вере он никогда не был... До совсем недавнего времени. Ему в видении явился сам Творец и приказал отыскать Артура Ветара из Красного холма и помогать ему в сложном и тяжелом путешествии - тогда-то отец Годрик и направился в путь-дорогу. Которую он переносил с достоинством: крепкий детина, известный в колледже как "Бык", он отличался силой и выносливостью, по случаю мог всем доказать это.

В Братстве Алого знамени Годрик служил полевым священником: он . Но ничуть не менее к месту пришелся его красноречивый язык, заостренный в схватках во времена учебы...с

Магесса Латрия сравнительно поздно проявила свои силы: в возрасте семи лет, когда она, дочка любимой служанки матери Артура, играла с оным наследником. Артура угораздило разбить коленку, и, желая ему помочь, Латрия впервые применила целительную магию. Вскоре ее забрали для обучения, где стали очевидны ее потенциал и альтруистическое желание помогать окружающим, которое еще больше питало магию силой. Ее обучение шло очень гладко: манеры и воспитание она усвоила с детства, находясь при Ветарах, а природная любознательность...

Латрия сыграла важную роль в формировании Братства и сопровождала его от начала и до самого конца. Она, будучи профессиональным лекарем, отвечала за здоровье офицеров и бойцов, собирала травы и ягоды, варила по мере сил и возможностей зелья и пыталась