L/N: Часть 1. Том 2. Глава 10/Русский

— А-а-а-а, всё рвётся и рассыпается...

— У меня то же самое.

Прототип бумаги изготовленный из тро́мбэ, был прочным, но листы бумаги изготовленные из других пород дерева получились так или иначе неудачными. Было ли это из-за того, что волокна оказались недостаточно липкими или из-за того, что волокна были короче, чем мы рассчитывали, и потому они они не слишком хорошо переплетались друг с другом, но в результате бо́льшая часть бумаги разваливалась в процессе сушки.

— Возможно, будет лучше, если мы добавим в неё больше тороро? Лютц, как ты думаешь?.

— Надо просто попробовать всё, что мы сможем придумать.

Для нашей следующей партии мы добавили большее количество тороро и сделали листы бумаги толще, чтобы она не рассыпалась так легко.

— Ну как? — спросила я Лютца.

— Надо подождать, пока она высохнет, но надеюсь, что у нас получится.

Толстая бумага с бо́льшим количеством тороро оказалась настолько твёрдой, что она сломалась, когда мы попытались снять её с доски. Мы могли лишь поражённо наблюдать, как бумага разваливается на куски на наших глазах.

— Это провал.

— Ага. Она сломалась, а не разорвалась, так что её трудно назвать «бумагой».

Возможно, требуемое соотношение волокон, тороро и воды было нарушено, или же само дерево не годилось для изготовления бумаги. Сложно сказать. В книге я читала, что практически из любого растения можно сделать нечто похожее на бумагу, но я не могла сказать, насколько мои земные знания применимы в этом мире. От наших неудач мне просто хотелось кричать: «Ну почему так?!»

— Как жаль, что мы не можем выращивать тромбэ сами.

— Даже не думай об этом!

— Возможно, у нас получиться, если мы найдём семена тромбэ?

Я подумала, что несложно было бы вырастить тромбэ, если мы сможем найти тот красный фрукт, который я выкопала в прошлый раз, но Лютц лишь покачал головой.

— Не ищи их! Ты хочешь уничтожить лес?!

— Если у нас будут семена, то мы как и в прошлый раз сможем срубить тромбэ до того, как он разрастётся.

Сложность с тромбэ была в том, что мы не знали, когда и где он появятся, но если бы мы смогли найти семена, то с группой людей, стоящих наготове, справиться с ним не было бы слишком сложно. Однако, Лютц лишь потёр свои виски, а затем настоял на абсолютной бесполезности моей идеи.

— Никто не знает, когда и где начнёт расти тромбэ! Он слишком опасен!

— Ну ладно...

Я не могла отрицать возможность того, что тромбэ лишь по чистой случайности начал расти, после того как я бросила тот фрукт, и это не означало, что другие семена также начнут немедленно прорастать. Лютц был настолько зол, что мне пришлось оставить мысли о таинственном разрастающемся дереве.

— Постарайся побыстрее запомнить, что означает «здравомыслие».

— Я стараюсь изо всех сил, ты же знаешь.

У Майн практически не было каких-либо полезных воспоминания из-за того, что она практически не покидала дом с рождения, в то время как у меня сохранилось много воспоминаний о том как я была Мотосу Урано. Разумеется я полагалась на них больше, чем на воспоминания Майн. Но в последнее время, после того, как я рассказала Лютцу, что у меня есть воспоминания о прошлой жизни, он начал поправлять меня, когда замечал, что я чего-то не понимаю в этом мире.

— Проще говоря, тромбэ опасен. Когда он прорастают, то высасывают энергию из земли вокруг себя, и на его месте какое-то время ничего не будет расти. Невозможно выращивать его самим.

— Ох! Он так опасен? Но похоже, что с тем, который мы видели такого не было, верно?

— Вот почему я и сказал, что это странно. Или ты не слушала?

— Я даже не знала, что из себя представляет обычный тромбэ, так что не понимаю насколько тот был странным.

Из тромбэ получилась наилучшая бумага, но, похоже, что он рос только осенью и был чрезвычайно опасен, поэтому его культивирование невозможно. Желать невозможного было бы бессмысленно. Важнее думать о том, что мы можем сделать, чем надеяться на то, что может и не случиться, поэтому мы должны продолжать идти по пути проб и ошибок.

Чтобы сделать возможным массовое производство бумаги из тех деревьев, что легко доступны в лесу, мы экспериментировали с соотношением компонентов, с тем насколько сильно отбивали волокна, с заменой фруктов эдила на телесные жидкости шрам-жуков при изготовлении тороро, и так далее, постепенно улучшая бумагу ,

— Похоже, что для бумаги лучше всего подойдет древесина фоли́на.

— М-м-м, я думаю, что бумага, изготовленная из древесины фоли́на, с небольшой добавкой тороро сделанного из шрам-жуков, достаточно хороша, чтобы продаваться.

Поэкспериментировав с тремя видами мягкой древесины, о которых нам рассказали на складе древесины, мы выяснили, что из фоли́на получается самая тонкая и качественная бумага. Волокна фолина оказались несколько твёрже, чем у двух других пород дерева, из-за чего их сложнее было отбивать, но чем больше мы били по нему, тем более липкими становились волокна. Как только мы это поняли, мы смогли делать достаточно хорошую бумагу, сильнее отбивая волокна.

Затем, постепенно изменяя соотношения компонентов при изготовлении каши́цы, мы нашли наилучший состав. Я записала рецепт на своей грифельной дощечке и хлопнула в ладоши, отряхивая пыль.

— Думаю, что у нас получилось.

— Ага. Не должно возникнуть никаких проблем с массовым производством такой бумаги.

Лицо Лютца сияло от радости из-за того, что мы наконец-то нашли хороший рецепт для изготовления бумаги. Он несколько раз погладил законченную бумагу.

— Но для её массового производства нам придётся дождаться весны. Сейчас сложно собирать дерево, а с приближением зимы кора начнёт затвердевать, не говоря уже о том, что вода в река становится всё холоднее.

Мы можем сделать более качественную бумагу, если дождёмся весны, когда в лесу появится много мягкой древесиной и молодых ветвей. Кроме того, сейчас, честно говоря, заходить в реку для замачивания коры было весьма неприятно. Беспокоясь о Лютце, я хотела отложить работу, пока не потеплеет.

— Хорошо, давай продолжать, а затем отнесём законченную бумагу господину Бенно. С наступлением зимы я начну ходить к воротам, чтобы помогать господину Отто.

— Ага. Давайте закончим до того, как наступит время для приготовлений к зиме.

— Да. Завтра я пойду к воротам и спрошу господина Отто, как написать благодарственное письмо. Я хочу сказать, мы ведь наконец-то сделали бумагу. Мне хочется написать об этом в письме.

Лютц, собирая наши сегодняшние неудачные листы, кивнул на моё предложение.

— Я оставлю это на тебя. А что до неудачных листов… ты собираешься забрать их домой?

— Да. Хорошую бумагу мы отнесём господину Бенно, но из неудачной и той, что мы случайно порвали я собираюсь сделать книгу.

Я уже поговорила с господином Марком, и он согласился, что мы можем забрать себе всю ту бумагу, что оказалась неудачной. С ней я смогу начать делать свою первую настоящую книгу.

\*\*\*
На следующий день, впервые за долгое время, я направилась к воротам. Поскольку с приближением зимнего учётного сезона количество документов которые требовали расчётов заметно увеличилось, Отто встретил меня с сияющей улыбкой.

— Привет, Майн. Я ждал тебя.

Улыбка Отто стали ещё шире, когда он похлопал по стопке деревянных дощечек рядом с ним, явно указывая мне на них. Похоже, что я пришла, когда он занимался подсчётами и записью полной стоимости покупки определенного числа неких товаров, указанных на дощечках.

Когда я помогла ему разобраться с работой, то спросила его, как написать благодарственное письмо.

— Господин Отто, я бы хотела, чтобы вы научили меня, как написа́ть благодарственное письмо.

— Благодарственное письмо? То, что дворяне посылают друг другу?

Я готова была сказать, что это не обязательно должно быть такое, что посылают дворяне, но остановилась. Возможно, что в этом мире лишь дворяне пишут благодарственные письма.

— Ну, есть ведь рекомендательные письма, так что я подумала, что могут быть и благодарственные письма, чтобы выразить признательность за рекомендацию... или я не права?

— Насколько я знаю, дворяне посылают друг другу благодарственные письма, но я не знаю ни одного торговца, который бы стал писа́ть их. Бессмысленно тратить бумагу на что, кроме договоров.

Ну, это имело смысл. Бумага являлась очень дорогой вещью, и её не следовало использовать легкомысленно.

— Тогда как мне выразить свою благодарность?

— Торговцы как правило дарят человеку то, что он желает, используя те товары, которые они продают. Независимо от того, доставляет ли подарок слуга или сам торговец, смысл в том, что благодарят именно подарком, а не письмом.

Я предполагала, что в культуре, где есть рекомендательные письма распространены и благодарственные письма, и даже планировала написать одно такое на той бумаге, что я сделала при поддержке Бенно, но в действительности было естественным благодарить подарком, а не письмом.

— Я этого не ожидала. Господин Отто, как вы думаете, что мне следует подарить господину Бенно? Я не могу представить ничего, что бы у нас было, и что бы он хотел получить.

Не думаю, что среди того, что есть у меня или Лютца найдётся хоть что-нибудь, что Бенно будет счастлив получить. Он выглядит таким человеком, у которого и так есть всё необходимое. Отто лишь пожал плечами и дал мне несколько советов.

— А разве не достаточно той бумаги, которую вы сделали? Это единственный продукт, который у вас есть, и если он чего-то сто́ит, то Бенно сможет получить прибыль от своих вложений. Мне кажется этого хватит. Но если тебе и правда хочется добавить что-то ещё, то как насчёт информации о каком-нибудь новом продукте на продажу или о чём-то подобном?

— Поняла. Большое спасибо, господин Отто.

Хм... Я могла бы как-либо повысить ценность бумаги или дать ему информацию о новом продукте... Мне кажется, что с этим я справлюсь.

\*\*\*
На следующий день я предложила Лютцу сделать особую бумагу, чтобы выразить так нашу благодарность.

— Отто рассказал мне, что торговцы не отправляют благодарственные письма, они используют в качестве подарков те продукты, которые будут полезны для того, кого они хотят отблагодарить. Так что я думаю, что мы должны использовать тромбэ, чтобы сделать особую бумагу для него. У нас ведь ещё осталось немного белой коры тромбэ, верно?

— Ага. Наилучшая бумага была бы для него хорошим подарком... постой, что это у тебя такое? Легра́с? — спросил Лютц, смотря на красные растения в моей руке.

— Так они называются? Вчера я нашла их растущими у колодца и положила их под пресс, чтобы они стали плоскими и сухими.

— И для чего они тебе нужны?

— Разумеется, я собираюсь использовать их, чтобы сделать бумагу особенной.

Легра́с — это такое растение, похожее на красный клевер. Моя задумка заключалась в том, чтобы поместить леграсы на бумагу, пока та сохнет, или же можно положить цветы в каши́цу, делая вас̧и. Сначала я собиралась сделать что-то вроде открытки с надписью и леграсами по сторонам от неё, а затем я решила сделать ещё один лист бумаги оборвав лепестки со стеблей, и расположив их по центру в форме сердца, сделав таким образом нечто вроде декоративной японской бумаги т̧иёгами.

Когда мы с Лютцем закончили нашу открытку, то написали: «Господин Бенно, благодаря вашей поддержке мы смогли закончить эту работу. Большое вам спасибо!», после чего написа́ли наши имена.

— Эта бумага выглядит безумно красивой.

— Леграсы смешаны с бумагой так, что они выглядят словно нарисованные на бумаге картинки, не так ли? Получилось мило.

— Ага. А что насчёт этого листка бумаги?

— Я собираюсь сделать из него [оригами].

— Что сделать?

Вырезав ножом из бумаги в стиле т̧иёгами квадрат, я сложила из неё журавля. Из своих воспоминаний Урано я знала, что иностранцам больше всего нравились с̧юрикены, но люди этого мира, вероятно, не узнали бы их, а что-то сложное, вроде , большого цветка, оказалось бы пустой тратой бумаги. В то же время журавль выглядел весьма элегантно и мог быть легко сделан из одного листа бумаги. Я сложила заднюю часть похожей на хвост павлина, так что он выглядел даже лучше, чем обычный журавль.

— Ну как? Что ты об этом думаешь? На мой взгляд выглядит неплохо.

— Ничего себе. Как ты смогла сложить из бумаги такое? Я не понимаю, что ты только что сделала.

Лютц робко дотронулся до журавля. Его благоговение заставило меня понять кое-что. Подождите-ка... а сколько будет стоить этот журавль с точки зрения использованного материала?

— Эй, Лютц, если хорошо подумать, то разве это бумажное украшение, не будет чем-то излишне роскошным?

— Ох-х, ну, раз уж это подарок для мастера Бенно, то всё должно быть хорошо.

Я подумала, что оригами будет хорошим сочетанием дешевизны и необычности, но, принимая в расчёт цену бумаги, похоже что я сделала что-то очень расточительное. А-а-а... Возможно, мне стоит сказать Бенно, что он может разложить бумагу и всё же использовать её, пускай и с некоторыми складками?

— Господин Отто также упомянул, что мы могли бы дать ему информацию о том, что могло бы стать хорошим новым продуктом.

— Майн, ты наверное смогла бы что-нибудь придумать?

Лютц с лёгкостью возложил эту задачу на меня. Ну, я размышляла о нескольких продуктах, но мне бы хотелось узнать мнение Лютца о том, будут ли они продаваться.

— Господин Бенно похоже заинтересовался моей прической, когда мы впервые встретились с ним, так что я подумала, что могла бы подробнее рассказать ему о ней… но это ведь просто деревянная палочка?

Я указала на свою голову, на что Лютц кивнул.

— Ага. Просто палочка.

— И как ты думаешь, она будет продаваться?

— Её легко сделать дома, так что не думаю, что найдётся кто-нибудь, кто купит её.

Как я и ожидала, неважно насколько это необычно, она не будет продаваться, и Лютц думал о том же.

— Если ты хочешь продать украшение для волос, то как насчёт чего-то другого? Вроде того, что ты сделала для крещения Тури.

— Лютц, ты гений! Всем действительно понравилось то украшение для волос! Я могла бы делать эти украшения в качестве зимнего рукоделия в этом году.

Таким образом у меня были подходящие подарки для Бенно. Всё, что нам осталось, так это назначить встречу, когда у него появится время.

— Эй, Лютц. Не мог бы ты спросить господина Марка о расписании господина Бенно, когда пойдёшь возвращать ключ?

— Да, конечно.

\*\*\*
В назначенный Марком день, мы с Лютцем взяли сделанную нами бумагу и направились в магазин Бенно. В качестве готовой продукции у нас была бумага из тро́мбэ и бумага из фоли́на. По три варианта различной толщины для каждой. Поэтому в общей сложности у нас было шесть видов бумаги.

Кроме того, у нас была украшенная легра́сом открытка с сообщением и оригами журавль. И, наконец, в моей сумке лежало украшение Тури, чтобы проконсультироваться насчёт того, будет ли оно продаваться.

— Доброе утро, господин Бенно. Мы закончили с примерами бумаги и принесли, чтобы вы могли их оценить. Благодаря вашим вложениям и помощи бумага вышла действительно хорошей.

— Я уже слышал это от Отто, но вы на самом деле сделали её?

— Да. Взгляните.

Я достала бумагу из своей сумки и положил на стол Бенно. Посмотрев на стопку с широко раскрытыми глазами, он протянул руку и взял лист.

— Давайте посмотрим.

Подняв его на свет и оценив текстуру, он достал чернила. Затем он отрезал полоску от листа и провёл по ней ручкой.

— На ней можно писа́ть. К тому же писа́ть на ней легче, чем на пергаменте, потому что она более гладкая. Правда чернила немного растекаются, но в этом нет большой проблемы... хм-м.

— Мы проходим? Вы возьмёте Лютца к себе учеником?

Бенно, поглаживая подбородок, улыбнулся, а затем потянулся к следующему листу бумаги.

— Да, я ведь обещал. Сколько бумаги вы сможете сделать?

— М-м-м, эта бумага была сделана лишь для примера, поэтому нам понадобятся инструменты большего размера, если мы собираемся перейти к массовому производству. Я думаю, что эта бумага слишком мала, чтобы быть полезной. Бумагу какого размера вы используете чаще всего?

Рекомендательные письма, которые я видела у ворот, были настолько различными по размеру, что я не могла использовать их в качестве ориентира для изготовления собственной бумаги. Сукеты используемые для изготовления настоящего вас̧и, были настолько массивными, что требовали намного больше силы для работы с ними, чем обладали мы с Лютцем. Нам нужно было делать бумагу самим, а потому я бы хотела для массового производства бумаги выбрать наиболее часто используемый размер.

— Бумага, которую я использую для рекомендательных писем и договоров, обычно такого размера. Для неё нет установленного стандарта.

Бенно взял с полки лист пергамента, размер которого оказался где-то между бумагой формата А4\* и В4\*\*. Создание такого потребовало бы сукеты большего размера.

*(прим.: \*А4: 210 × 297 мм, \*\*В4:250 × 353 мм )*

— Понятно, тогда нам понадобится новый экран и рамка такого размера. Но мы не начнём делать бумагу до весны. Сейчас становится слишком холодно, чтобы собирать древесину, которая нам нужна, и для прочей работы.

— Просто подготовьте инструменты до весны. Попросите Марка помочь вам. Несомненно, эта бумага принесёт хорошую прибыль.

Бенно одобрил нашу бумагу и признал её ценность. Я и Лютц смотрели друг на друга и счастливо улыбались, что наш труд наконец-то принёс свои плоды.

— Эта бумага особенно высокого качества, — сказал Бенно, касаясь бумаги, изготовленной из тромбэ.

Он сразу же смог определить, что она была более высокого качество. Она была более гладкой и белой.

— Эта бумага сделана из тромбэ.

— Ты сказала тромбэ?!

Бенно взглянул на нас, выглядя потрясённым. Мы с Лютцем переглянулись. В конце концов, тромбэ, похоже, очень известное своей опасностью растение. Я сделала шаг назад и оставила объяснение Лютцу, чтобы не сказать ничего странного. Уловив моё намерение, Лютц вышел вперёд и заговорил.

— Майн случайно обнаружил растущий тромбэ, когда мы собирали в лесу. Срубив его вместе с другими детьми, мы забрали тромбэ себе. Заполучить его было действительно сложно, и кто знает, где в следующий раз появится тромбэ, так что я не думаю, что мы сможем делать бумагу из него часто.

— Ну да, наверняка. Но тромбэ, да?

Было ясно, что Бенно размышлял о способе массового производства бумаги из тромбэ. Выражение его лица было как у расчётливого торговца, но тромбэ был достаточно редок, поэтому, вероятно, будет сложно что-либо придумать.

— В результате всех наших опытов, мы выяснили, что бумага из тромбэ оказалась наилучшего качества, но без сырья, для её изготовления, мы не сможем её продавать. А вот эту бумагу мы сделали из фоли́на. Его намного легче получить, так что бумага из него больше подходит для стабильного производства.

— Действительно. Фолин определенно подойдёт для массового производства.

Бенно несколько раз кивнул, и похоже, он пришёл к неким выводам по производству и продаже бумаги, так что я достала свои подарки.

— И ещё, вот... господин Бенно, мы сделали для вас благодарственное письмо. Господин Отто сказал, что вы оцените увеличение стоимости бумаги, поэтому мы сделали особую декоративную бумагу.

— Благодарственное письмо, да? Однажды я отправлял такое высокопоставленному дворянину, но сам такое не получал. Такое чувство, что мой статус в обществе только что вырос.

Бенно улыбнулся и, выглядя довольным, посмотрел на открытку с посланием. Затем он замер, смотря на неё со слегка расширенными глазами.

— Во время изготовления мы поместили в бумагу леграсы. Вам нравится?

— Что? Леграсы? Такие сорняки, что растут повсюду? Но... они так красиво выглядят. Я думаю, что эта бумага будет пользоваться спросом у жён и дочерей дворян.

Тот факт, что увидев новый продукт Бенно сразу же подумал о покупателях, хорошо показывал, насколько умелым торговцем он был. То, что он ожидал, что бумага заинтересует дворян, было негласным подтверждением того, что нам действительно удалось повысить ценность бумаги.

— Эм-м, а это подарок за то, что вы вложились в нас и помогли нам завершить задуманное. Это украшение из бумаги, [праздничный журавль]\*.

*(прим.: Праздничный журавль/ 祝い鶴 / celebration crane: Видео)*

— Хах! Это бумага?

Я поставила журавля на его стол, и Бенно со сверкая глазами поднял его. Он рассматривал его со всех сторон, но ведь, на самом деле это было простое украшение и не более того.

— Я поняла, что сделала нечто очень расточительное лишь после того, как сложила его. Это просто украшение. Но если вы разложите его, то сможете вновь использовать как бумагу. Пусть и мятую, но всё же...

— Чем плохо украшение? Это станет хорошей рекламой для бумаги, которая будет продаваться здесь.

Поставив журавля на одну из своих полок, Бенно пробормотал, что хочет поставить его на прилавок с бумагой, когда та начнёт продаваться. Похоже, что на некоторое время эта полка станет домом для журавля. Честно говоря, я не ожидала, что журавль ему так понравится. Я была очень счастлива, что решила сделать такой подарок.

— Буду честен. Я не думал, что у вас получиться сделать бумагу из дерева. Качество намного лучше, чем я ожидал. Из неё получиться отличный продукт. Хорошая работа. Я с нетерпением буду ждать массового производства, которое начнётся весной.

Мы с Лютцем были очень счастливы от высокой похвалы Бенно, и, взявшись за руки, прыгали от радости. Я вспомнила, сколько стараний нам пришлось приложить, и мои глаза непроизвольно стали влажными от слёз.

— Майн, у нас получилось.

— Всё потому, что ты, Лютц, так много работал.

Бенно, наблюдавший с кривой улыбкой как мы радуемся, положил бумагу обратно на стол.

— Я куплю всю эту бумагу. Когда будете уходить поговорите с Марком, вам заплатят.

— Правда?!

Кстати, он упоминал, что оставшиеся деньги после вычитания затрат на материалы и комиссионных будут выплачены нам.

Ух ты! Это мои первые заработанные деньги! Я принялась раздумывать о том, что, возможно, стоило бы использовать оставшуюся белую кору, чтобы сделать бумагу для продажи, как вдруг внезапно кое-что вспомнила. Я ведь принесла украшение для волос Тури, чтобы спросить господина Бенно о том, станет ли она хорошим продуктом.

— Кроме того, господин Бенно, я бы хотела кое-что с вами обсудить. Как вы думаете, это будет продаваться?

Я достала украшение для волос и положила на стол Бенно. Это была короткая шпилька с букетом из маленьких синих, белых и жёлтых цветов. По какой-то причине, Бенно дернулся, увидев её, и слегка напрягся.

— Девочка, что это?

— Украшение для волос. Если украсить им причёску, то она станет выглядеть красивее. Вот так.

Я взяла украшение для волос Тури и воткнула её рядом с собственной шпилькой.

— Я сделала его для крещения своей старшей сестры, поэтому не могу продать именно его, но, думаю, что я могла бы делать такие украшения в качестве своего зимнего рукоделия. Как вы думаете, они будут продаваться?

Бенно, пристально смотря на украшение, ответил тихим голосом.

— Да-а... они будут...

— Хорошо, значит я буду делать их. Ну-у, тогда... могу ли я попросить вас профинансировать меня снова, чтобы я могла сделать их, а затем продать вам?

Бенно вздохнул и взглянул на меня. Думаю, что мне лишь показалось, что он выглядел очень уставшим.

— Что для этого тебе нужно?

— Нитки. Это не обязательно должна быть высококачественная нить, но мне бы хотелось, чтобы нитки были разноцветные, и чем больше цветов тем лучше.

Делать все украшения одного цвета было бы скучно, и я уверена, что всем захочется, чтобы украшение подходило к цвету их волос. Чем разнообразнее дизайн и цвета, тем лучше.

— Просто нитки? А что ещё?

— Мне понадобиться немного дерева, но поскольку я уже собираю дерево на дрова, то с ним нет проблем.

— Девочка, ты будешь делаешь их одна?

Бенно пристально посмотрел на меня. Это напомнило мне, что наша работа здесь вращалась вокруг идеи «Майн придумывает, Лютц делает». Думаю, было бы лучше, если бы Лютц каким-то образом помог мне.

— Нет, я буду делать украшение из ниток, а Лютц займётся деревянной частью. Так что мы будем работать вместе. Лютц, ты согласен?

— Ага. Работу с деревом оставь мне.

Лютц сжал мою руку и поспешно кивнул. Бенно внимательно наблюдал за нами, и похоже хотел что-то сказать, но в итоге лишь натянуто улыбнулся.

— Ну хорошо. Теперь, когда мы со всем разобрались, у вас найдётся время и силы, чтобы прямо сейчас сходить кое-куда?

— Да.

— Замечательно. Тогда пойдём в торговую гильдию.

— Торговая гильдия?!

О нет, ещё что-то новое для меня. Каким местом окажется эта гильдия?