Арканар: Тропою Тайных Знаний/25.08.2019

### Сессия 57

- А что если дать ему форму левиафана? Огромного существа, похожего на... Хмм... Представте такую рыбу, только размером с мир! Но без чешуи и которая ещё поёт вот так, - Альберт пытается подражать пению китов

- Не в ту сторону мыслишь, док. Совсем не в ту, - Молния задумчиво поскребла подбородок. – Страж смерти должен быть таким, чтобы не внушать страх... сразу. Только после внимательного рассмотрения. Страж смерти должен быть безликим и многоликим одновременно. Смотрящим в душу твоими же собственными глазами. В броне из белой кости, украшенной обсидианом и золотом.

- Верно... - сказал Ранвэ, подмигнув Драконокровке - Как там было ... Глаза- зеркало души? А еще лучше. Еще лучше чтоб он был зрим только для тех, кто ему нужен. Чтоб шаги его были тише звуков самой безлюдной улицы - затем эльф, немного притихнув, продолжил - Он должен воплощать того, с кем существо было готово шагнуть за грань смерти само. Само готово было бы отказаться от жизни. А уж будет это он сам, его мать, возлюбленная или возлюбленный или кто другой - пусть уж сам решает. Тут мы ему не помошники.

- Нет в мире врага стращнее, чем ты сам? Хех... Куда уж китам, - Альберт скрестил ладони на груди, - лишь бы только рыжим не был, а так, наверное, вы правы будете.

- Хм... киты. Водную гладь не разобьешь, как зеркало. А есть у нас течение что находится везде и нигде? - с легким вопросом эльф посмотрел на предводителя.

- Хммммм... Поток? – Шейден посмотрела на Арона.

- Искры созидания может хватить на то, чтобы сделать это существо вездесущим? Одного стража в физическом смысле может не хватить. Хмм... - повторил мычание за друзьями полустранник.

- Кажется, чем больше мы думаем, тем больше ограничиваем, врученную нам силу: Поток не единственная... концепция. Мы сейчас касаемся изначальной силы творения и мир тому доказательство, что нужные качества найдут своё воплощение.

- Я почему-то подумал о Реке Душ, когда говорил - выдал невпопад эльф.

- Именно, - заговорил Акурай, - У вас сейчас в руках то, что стоит у истоков всей магии, уж поверьте мне – я был магом долгие годы и хорошо помню свою жизнь. Ни одно абсолютное заклинание не сравнится с мощью ваших искр. Не знаю, что вам показала эта скрижаль, но знаю точно – все в ваших руках и все возможно.

Молча выслушав всех и каждого, Альберт похлопал себя по карманам и вышел вперёд. Он сжал ладонь и зажмурился, всеми силами представляя у себя в руке... Мелок. Самый обычный белый мелок.

- Сюда вот так, потом вот так... А здесь вообще во-о-о-о-о-т так! Ага! Замечательно! - кажется, что Альберт хаотично размахивает мелком, вытанцовывая посреди дворца, - сюда немного этого, а туда немного того, три-четыри, семь отмерил и вот так поставим точку. Нет!!! Никаких точек! Многоточие... Эй вы! Что стоите как вкопанные? Я что? Один должен всё рисовать, а?

- Страж должен положить конец проявлениям Тьмы в нашем мире. Я согласен с тем, что проникать в души разумных существ одно из самых необходимых качеств для аватара - они становились проводниками Тьмы, а действовать самой в нашем мире ей затруднительно. Вот пусть и будет надеждой и страхом одновременно, способный проникнуть куда угодно, что в разум, что точку пространства, а то и одновременно.

- Ranyaem auna! – прикрыв глаза и сложив руки перед грудью так, словно в них был зажат средних размеров шар, полупроизнесла-полупропела Мураками. В центре «шарика» замерцала золотистая звёздочка, увеличилась в размере... и вдруг хлынула вниз ручейком, растекаясь и постепенно обретая форму.

- Что ж ... любой конец это очищение. Стражу дано должно быть отбирать то, что любой смертный и бессмертный отобрать не сможет. Имя и даже память. Ведь истинная смерть это забвение. Конец концов. Несуществование. И эта же память - прошлое и мечты - будущее может стать твоим грозным оружием.

И в дополнение к золотистому свету и меловым плоскостям Эльф поднял руку, и над его ладонью сгустилась тень, не тьма. Возможно его собственная, а возможно просто отбрасываемая вещами в этом зале. И он оставил пару штрихов. Штрифов придающих форму, создающих безликое лицо. А затем забросил уголек внутрь, чтоб то, что уже почти было тут смогло дорисовать себе нужное вместилище. А то, что не нужно - он всегда успеет затереть мелом.

Поток золотого света потек по линиям, нарисованным Альбертом, застывая, создавая причудливый и странный рисунок. Свет дополнила и тьма… нет, тень. Тень, сделавшая рисунок объемным…

И… ничего не произошло. Так казалось поначалу. Но потом иномирцы стали замечать, что стало уж слишком тихо. Тихо настолько, что исчезали даже звуки голоса. Лишь мысли оставались слышимы в разуме. Со звуками начало меркнуть и окружение, словно бы расплываясь, становясь более блеклым…

А потом спустился туман, поглотив собою стены и потолок зала. Серая мгла окружала центр помещения с семью тронами. Постепенно туман начал вращаться, все быстрее и быстрее, пока не обратился в смерч. Души избранников богов оказались буквально в оке бури, в центре бушующей стихии неведомой природы. А потом… хлопок!

Громкий, неожиданный хлопок. Будто бы что-то лопнуло, разорвалось прямо в центре помещения. Там, где чуть ранее был создан рисунок из золотого света и тени. А теперь там мерцал блеклый белый огонек, становившийся с каждой секундой все ярче и ярче…

Звуки и цвета вновь вернулись в норму, а огонек все разгорался и разгорался, становясь ярким бушующим белым пламенем. И по мере того, как оно разгоралось, иномирцы чувствовали, как они теряют нечто знакомое и теплое. То, что было с ним давно, но то, что они использовали столь редко. Пламя впитывало их искры…

А пламя тем временем будто бы менялось, обращаясь во что-то. Словно в нем проявлялись очертания силуэта. Это походило на обратное сгорание, когда пламя не выжигает нечто, а формирует, обращает в реальность.

И силуэт ожил. Небрежным движением рук, он сбросил белый огонь, словно пыль. И тот плавно стек на костяной пол и угас…
Перед иномирцами предстал высокий силуэт в черном балахоне с широкими рукавами, к низу обращающийся в стелящийся по полу черный дым или нечто похожее. Этот балахон был соткан будто бы не из ткани, а из самой черноты. Как если бы взять ночное небок как кусок ткани, стряхнуть с него ненужный звезды и сшить из такого полотна. У шеи и рукавов этот балахон был украшен живым золотом… Нет, правда – живым, перетекающим золотым узором, похожим на подтеки воды, которые текли от краев рукавов и исчезали, не успев начаться…

Поверх балахона на силуэт ниспадали три золотых цепи, лежащие на его плечах и свисающих на груди. Из гулкий, еле слышимый звон казался каким-то нездешним, потусторонним, эхом отдаваясь в разуме…

А под капюшоном на иномирцев смотрело выпуклое зеркало, отражая их самих. И чем больше гости Ирия вглядывались в это зеркало, тем больше оно становилось похоже на них самих. Выпуклая отражающая зеркальная гладь обращалась в бледную версию их лиц. Лицо, не живое не мертвое, для каждого свое – подобно искаженному блеклому отражению, а вместо глаз – лишь тьма…
Пустые глазницы, в которых бушевали потоки Реки Душ. Бескрайние волны великой реки мертвых, незримой и неосязаемой, находящейся где-то, где не существует жизнь. Потоки реки окутывали, омывали Ирий со всех сторон, принося в него новые яркие души и защищая от посягательств. Мир мертвых – лишь островок сущего в потоке душ. И этот поток иномирцы видели в пустых глазницах Стража.

Медленно и беззвучно он пропарил к одному из тронов – центральному и, опершись костяными кистями рук с длинными и золотыми когтями, сел на него… И тот в ту же секунду на трон опустился мягкий белый луч света, знаменуя о то, что один из Стражей здесь…

- Привет, красавчик - низким голосом произнёс Альберт, осматривая стража оценивающим взглядом, - можешь называть меня папой.

- Доброй вечности, о Страж - прошептал эльф, стараясь урыться от его взгляда. А затем улыбнулся - все таки никто больше не сможет похвастаться, что сидел на троне одного из Стражей.

Всякое заклинание требует сообразных затрат сил. Это оказалось слишком энергоёмким.

- Сейчас бы вздремнуть... денька четыре, - опустившись на колени от внезапно навалившейся усталости, выдохнула девушка.

- Хвала Божественной паре, мы сделали это. - сказал Арон икивнул стражу.

Осматривая окружение и окружающих, Страж внезапно улыбнулся своим множеством лиц. И улыбка эта была такой… искренней? Обыденной, улыбкой смертного, привычным выражением эмоций. А после Страж заговорил…

Голос его был похож на эхо множества других голосов. Сливающийся воедино хор множества душ. Иномирцы сейчас как никогда понимали, что перед ними – воплощение Реки Душ, всего множества душ всего Всемирья.

- Вы справились. Как никто мы знаем. Как никогда мы осознавали свершенное. И теперь мы здесь, в своей обители. И здесь мы приветствуем вас от имени Смерти. Спрашивайте, если найдутся вопросы. Мы ответим, если найдутся ответы.

- Вы есть все, кто был и все кого нет? Каждый и никто? Можно ли будет задать вопрос тому, кого я больше никогда не увижу... Не услышу?

- Хотел бы Акурай, наш проводник... что-то передать живым? И в особенности Нариан Тио. Это для меня важно. Я не хочу чтоб слова были несказаны - затем эльф, скорее по инерции вдохнул, ведь дышать ему сейчас не требовалось и продолжил - И сможете ли вы помочь справиться с НЕЙ, с древним врагом. Я не рискну произносить даже то, что использют для ее названия здесь, в обители Смерти.

- Никаких вопросов, кажется я и так узнал слишком много. Потом всю оставшуюся жизнь кошмары сниться будут. Надеюсь мир во всём мире или хотя бы порядок достижимая цель...

Для Альберта лицо Стража начало меняться. Обращаясь сначала в зеркальную гладь, а затем обретая черты того, кого он хотел спросить о чем-то. И этот кто-то сейчас смотрел на него уже обычными, столь знакомыми Альберту глазами, хоть и похожими больше на призрачные огоньки, чем на живые очи.

- Спрашивай Альберт… Ответ мы скажем лишь тебе. Другие не услышат…

И в то же самое время Страж взирал на других их лицами-отражениями. Река душ, воплощенная в своем аватаре, чего-то ждала…

- Мы не забираем свободу воли, Ранвэ. Мы лишь храним посмертие. Акурай волен сам решать за себя. Мы знаем о том, что ты называешь – ОНА. Мы видим ЕЕ. Мы ощущаем отголоски ее действий всюду, везде, всегда, во всем… ОНА уже здесь, во владениях Первых Двух. И образ ее, подобно нашему, уже почти воплотился стараниями ее паствы.

Страж повел головой куда-то в сторону.

- Мы ощущаем грани Закона. Отзвуки касания струн его значения. ОНА близка к его постижению. Постигнув его, ОНА поймет сущее, так же как мы. ОНА сможет читать вселенную. ОНА сможет слышать отзвуки граней Закона…

Страж вновь замолк, слоив костяные ладони перед собой домиком.

- Мы лишь одним из многих. Время других еще не пришло.

Страж раскинул костяные руки в стороны и в то же мгновение на каждом из оставшихся шести тронов загорелось по маленькому белому огоньку.

- Используя ключ, вы воплотили нас. Теперь, используя ключ, мы воплотим остальных. Помните и знайте: мы вмешаемся лишь тогда, когда и если ОНА прочтет Вселенную через грани закона. Момент близок, недалек, совсем рядом… И тогда, будучи там, в том моменте бытия, мы видим три отражения возможного из великого множества. То не в нашей власти, то во власти Времени и Первых. Три отражения для нас – три тропы, три варианта исхода для вас. Иного не дано. Все три исхода приемлемы, все три исхода допустимы для Вселенной. Вы исполнили предначертанное и свободны, но мы видим возможности… Вы можете сделать все, а можете не делать ничего – исход сведется к одному из трех вариантов. Выбор варианта – за вами. И… мы благодарим за службу. Когда ваше существование подойдет к концу, вас будет ждать Ирий. Мы лично придем. Мы лично проводим и поможем обрести покой. Сейчас же ваше время здесь на исходе. Как будете готовы – мы отправим вас обратно…

Альберт прикрыл рот рукой и вытер стекающие по лицу слёзы.

- Спасибо... Мама. И нет. Ты не права. Я всегда считал твой поступок верным. Прощай...

- Мне кажется я готов тогда. Пускай хранит вас Божественная Пара, а вы постарайтесь сохранить ее. И мы постараемся. Удачи, господа Страж.

- Ну что, близится конец команде спасателей, так? – ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотала Айона.
Время пребывания в этом измерении действительно истекало. Осталось сделать только одно последнее дело, тяжёлым грузом вины давившее ещё со момента того памятного сражения, когда метаморф впервые приняла драконий облик. Она до сих пор ощущала себя ответственной за гибель чародея.

- Дайн Акурай, - обратилась она к магу, - пока мы все здесь, я бы хотела попросить у вас прощения. За то, что всё обернулось вот так...

- Подождите, подождите. Из того, что мы слышали, то возможные исходы не всегда то, что могут пережить смертные. Порядок может и сохранится, а мир в привычном нам виде нет. Какие варианты могут быть?

Страж простер костяной перт перед собой.

- Тогда возвращайтесь. Помните – мы и остальные придем не раньше того, как она прочтет Вселенную через грани Закона и воплотится, подобно нам. И тогда, как Стражи Закона, мы свершим Суд и вынесем Приговор. Приговор изначально справедлив и неминуем. Неотвратим. Написан же он будет вашими действиями и поступками.

Тем временем, Акурай подошел к Айоне ближе и положил руку ей на плечо, смотря прямо в глаза. Маг был спокоен, а взгляд его лучился теплом и добротой. Он понимал девушку. Понимал, о чем она хотела сказать – кому, как не рыцарю-чародею не знать о том, как тяжко терять соратников и как хочется все исправить. Акурай знал, что такое чувствовать вину за смерть других…

- Не переживай, девочка. Все случилось так, как должно. Все мы делаем что можем, всегда. Это тяжело, да. Но таков путь воина. Мы не должны прощать себя, не должны каяться. Не должны и постоянно винить себя. Мы должны принимать случившееся и принимать ответственность за него. Тут нет твоей вины. И я никогда никого не винил – я умер с честью, в битве за мир, что полюбил, как родной. Это ли не гордость для настоящего воина, м? Иди и знай, Айона, что я принимаю твои слова и не виню тебя. Иди с легким сердцем и ясным взором… Живи как воин.

Старый маг кивнул и чуть отстранился, все так же тепло смотря на девушку.

- Мы благодарим вас. Удачи на вашем пути. И помни, путешественник – каждый из трех Приговоров написан вашими поступками и действиями.

- Ах да, на прощание. Не в службу, а в дружбу. Можешь вернуть одного маленького духа на круги своя? - спохватился эльф, явно говоря про последнего оставшегося элементаля, скрепленного кровавой магией с ним самим.

- Вот так ответственность. Как не хотелось бы узнать больше, похоже, время здесь подошло к концу, я готов вернуться.

- Пожелание будет исполнено, Ранвэ…

С этими словами страж повел пальцем и души иномирцев понеслись прочь из Ирия, в привычную им реальность…

- Последнее, - прозвучал напоследок голос Стража, - Дар первых иссяк, но его отголосок все еще живет в вас. Мы видим. Лишь один раз вы сможете им воспользоваться. Лишь один!..

- Эй, эй вы живы там, ау, ребята? – услышали иномирцы чей-то знакомый голос.

Каждый из четверых избранников очнулся на мягкой удобной кровати. Над головой потолка не было – лишь марево серого тумана. Видимо, они оказались там же. где и были – в убежище Мастера Порталов.

- Ну вот, очнулись наконец, - радостно произнес Эсмар, бродя между кроватями, - Мизерис сказала, что ваши души вернулись, а вот в сознание вы пришли не сразу. Мы с Ридархом уже думали, так и не проснетесь…

- Да уж, - подтвердил дед, держа какие-то склянки в руках, - Я уж было хотел лекарство вам вливать, покамест совсем не заснули, а вы вот… Проснулись, значит.

- У нас получилось... Страж воплощён. Он же воплотить и... Остальных.

- Я сидел на его троне, умереть не встать .... Есть что-нибуть выпить? - спросил эльф, жадно вглядываясь в содержимое бутылок в руках старика.

- А к стати, Госпожа мне Ленточки не оставляла?

- Весьма... интересный опыт, - произнесла мечница, пялясь в плывущий вместо потолка туман. На душе было легко. – Но пережить это еще раз – увольте, не хочу.

- Страж воплощён, Тьма на пороге. В смысле, которыми смыслят Божественная пара мир спасён, но что это значит для нас? Что произойдёт никто не знает. - проснулся Арон с вытаращенными глазами и остался лежать.

- Да тут твои побрякушки, придурошный ты эльф, - Эсмар расхохотался и отдал эльфу его ленты, - Мизерис уже ушла – Ренар ее отправил на Трискелион. Дела не ждут, да…

Эсмар нашел где-то стул и, пододвинув его поближе к кроватям, уселся и закурил трубку. Дед Ренар тем временем подкатил небольшой круглый столик с вяленым мясом, сушеной рыбой и фруктами и овощами. Стояла та ми бутылка красного вина со стаканами.

- Винцо-то добротное, с Авалона, дети леса делают из ягод одних, м… Замечательное винцо…

- Так что, значит получилось? – Эсмар искренне улыбнулся, - А знаете, я до последнего не верил. Нет, не в вас – не подумайте. Просто такое дело, слишком уж тянет какой-то нереальностью. И не-не! – Эсмар предупреждающе поднял ладонь, - Не стоит мне рассказывать в подробностях о том, что было. Некоторые вещи, знаете ли, лучше не знать. Тяга к непознанному такие вещи с людьми делает – ух! Так что пусть ваше знание будет тайной. И лишь вам решать, кем с ней делиться и делиться ли вообще. С нами – точно не стоит.

- А мы чегось теперь? – спросил дед, разливая вино.

- А чего мы – я вернусь на Суллиаст. Там сам знаешь… есть чем заняться. Думал было помирать пора, а вон видишь как. Видать еще поживу, а раз так – так поживу хоть с пользой. А ты куда?

- Домой, - грустно ответил Ренар, - На Арканар. Битва грядет. Покамест мы тута сидим, там такое творится… Пора Мастеру Тысячи Путей отыскать тропочку к родному краю. Помогу чем смогу там… А вы, робяты, куда? Айда со мной, вы ведь для арканарцев не чужие стали… Могу, конечно, по домам вас отослать. Атлас миров у меня хороший…

- Да, с Арканаром надо что-то делать, - кивнул Эсмар, - Воплотились там Стражи или нет, война с тварями там идет прямо сейчас… Пока вы тут валялись без душ, мы туда сходили, посмотрели… Грядет что-то страшное.

- Последний бой, - кивнул старик, - Так там говорят…

Альберт прищурился и посмотрел на Эсмара и Ренара, заглядывая прямо в их души.

"Это ведь... Что это? Хмм... Интересно-интересно."

- Ну это, ленты при мне, мозги набекрень, на троне посижено. Вроде всё в порядке. Я полагаю на Арканар.

Альберт увидел их. Души, как они есть. Увидел он и связи душ с этим миром. И обе души как-то особенно сияли, ярко, будто маленькие солнышки. Свет был не слепящим, скорее мягким, теплым…

- В Шенкире с моими теперешними способностями мне вряд ли обрадуются, - мрачно заявила золотоволосая, осторожно садясь. – То есть, конечно, родня будет мне рада, но я подвергну их всех очень большой опасности. Так что... Мне предстоят безвременное изгнание и долгие поиски Ведьмы. К тому же нужно вернуть кое-что кое-кому, - указав на ножны с закрифовым мечом, сказала Айона. – Так что пока что я в деле. Пока тамошние маги не уберут завесу.
Визля08/25/2019
- Так, по завесам я тут спец! - скорчил гаденькую улыбочку эльф.

- На Арканар, Ренар. На Арканар. Нужно решить эту проблему перед тем, как я... - глянул на Ранвэ, - перед тем как я отойду к своим обязанностям.

- Ради этого всё и затевалось, не так ли? Пора возвращаться на Арканар. Надеюсь за это время политическая ситуация улучшилась в свете опасности. - нахмурившись вспомнил отбытие Путешественник.

- Тогда удачи вам! А пока отдохните… Пейте, поешьте… - Эсмар затянулся и выпустил клубок дыма.

- Да. А уж потом – на Арканар… - старик улыбнулся и отпил вина из бокала.

- Как же я устала от всего этого, Создатель милосердный, - тихо пробормотала она. И осеклась. Там, за гранью, в момент воплощения, ей показалось... Или не показалось? Сунув руку под тунику, девушка извлекла камень-талисман. Кристалл снова поменял свой вид: теперь он был янтарно-золотым с перламутровыми прожилками.

- Значит, не показалось. Выходит, я действительно коснулась магии Руны... То, что доступно только Владыкам. Хм... А может быть, выйдет и ещё кое-что?

Ответить могло только одно существо во вселенной.

Нихтиур, я хочу задать вам вопрос.

Мураками сама удивилась тому, как прозвучал её голос. Так обычно говорила сиан Сафирия: решительно, но спокойно.

Дракон отозвался не сразу. Поначалу Айоне вообще могло показаться, что ее не услышали. А может и вовсе позабыли спустя столько времени. Но нет… Через пару минут в ее мыслях раздался знакомый голос черного дракона.

- Я здесь, дитя. Спрашивай. Далеко же ты забралась – тебя не легко отыскать в Пелене, даже несмотря на общую кровь…
Голос Нихтиура звучал в мыслях так. Будто бы он был рядом, как простой собеседник. Впрочем, так же это ощущалось и ранее. Мыслесвязь, подкрепленная общей кровью.

Спустя некоторое время отклик всё же пришёл.

Многое произошло. И это... долгая история, - вздохнула воительница. – Мой вопрос таков: известно ли вам что-нибудь о большом белом драконе с ярко-синими глазами? Я увидела его образ, когда впервые взяла в руки фиал. В летописях не упоминается имя, но у меня есть все основания полагать, что это он помог появиться Шейден.
Айона помолчала.

А ещё у меня есть основания полагать, что кровь прижилась.

Нихтиур вновь затих, но Айона ощущая его рядом. Он не уходил, он скорее размышлял.

- То, что в тебе был отголосок нашей крови – это я вижу. Об этом белом драконе ты говоришь, верно? Я не знаю таких… Нет, не так… Я не знаю всех собратьев по крови. Нас хоть и мало, но достаточно, чтобы двое из нас ни разу не встретились. Но… если хочешь, я узнаю о нем. В Архиве хранятся родословные всех карадриас…
Черный дракон сделал паузу.

- Что же до твоей крови – я и не сомневался. Ты слишком стойко и твердо перенесла ее жар, а потому… Помешательство и обращение в падшего тебе не грозит. Не теперь. Теперь мой долг, как отдавшего кровь, обучить тебя быть той, кто ты есть. Когда будешь готова – дай знать…

Да. Об этом. Или об этой. Хотелось бы знать, кто всё-таки стоял у истоков.

Или на кого ругаться в случае чего.

Потому что отчасти я знала, как оно могло быть. Думается, Правила не на пустом месте создавались, - пожала плечами метаморф. – И я всегда готова учиться.