Живой груз

```

```

– Я все еще не понимаю, почему они хотят, чтобы мы привезли одну из этих проклятых вещей целой и невредимой, – пожаловался Ридли, поправляя ручки носилок, чтобы облегчить боль в руках.

Его спутник, Дмитрий, беззаботно улыбнулся.

– С каких это пор они говорят нам, зачем им нужны артефакты и тому подобное? Знаю только, что за те рубли, которые нам дадут, я бы с удовольствием притащил полдюжины.
– Ну, может быть, ты и счастлив, просто танцуя под их дудку, но я планирую заняться чем-то другим со своей жизнью в зоне. Например, исследования или что-то в этом роде. Слушай, мы можем остановиться на минутку?

Кивнув головой, Дмитрий остановился и опустил свой конец носилок на землю. Положив руки на спину, он слегка застонал, вставая.

– Спасибо, Ди. Где мы сейчас? – спросил Ридли, оглядывая улицы мертвого города, которые блокировали их со всех сторон.

Осматривая место происшествия, русский сталкер указал на то, что когда-то было преимущественно стеклянным зданием через дорогу от них.

– Кажется, это была новая библиотека, – сказал он, прежде чем переключить внимание на ламинированную карту, которую достал из рюкзака. Проведя пальцем по странице, он сделал несколько шагов по дороге и попытался получше разглядеть дорожный знак, украшавший угол нависшего над ними здания.

– А это улица Сталинградская, – просиял он. – А это значит, что мы всего в нескольких шагах от машины!

То, как Дмитрий и Ридли вообще заблудились в городе, было чем-то вроде смущения, и Ридли выплеснул свое разочарование, ударив ботинком в бок зомби, которого они несли последние двадцать минут.

Они бросили машину в маленьком тупике, чтобы не привлекать внимания слишком многих шаркающих мертвецов, которые все еще бродили по городу, планируя вместо этого красться вокруг, пока не найдут одинокий экземпляр, который они могли бы легко одолеть. Однако по какой-то причине они уже больше часа не видели вокруг ни одного зомби, и поэтому, расширяя схему поиска, они потеряли точное представление о том, где они находятся.

С одним полуразрушенным зданием, очень похожим на другое, когда они в конце концов выследили одного зомби, они понятия не имели, как вернуться туда, где они припарковались. Но, по крайней мере, они нашли свою добычу, пробираясь по проходам того, что, похоже, когда-то было продуктовым магазином.

Это была единственная хорошая черта зомби; у них не было никакой самомотивации и они полагались на других, гораздо более неприятных существ для своих мыслей. Это означало, что если бы вы могли избежать того, чтобы вас заметил один из шаркающих трупов, когда вы приближаетесь к нему, вы могли бы просто каким-то образом ухудшить его зрение, и он был бы почти безвреден, возможно, иногда немного размахивая руками, но, конечно, не представлял серьезного риска. В этом случае повреждение было довольно беспорядочно выполнено с помощью пули, пробившей один висок и вышедшей из другого.

– Кстати, ты действительно думаешь, что они не будут возражать? – спросил Ридли, указывая на мягко сочащуюся рану, которая занимала большую часть верхней половины головы зомби.
– Вовсе нет, – ответил его жизнерадостный спутник. – Ученый даже предположил, что таким образом можно вывести эту штуку из строя. Я думаю, что единственное, что действительно важно для них, находится где-то в другом месте мозга, как здесь, – продолжал он, постукивая себя по затылку.
– Если ты так говоришь... – с сомнением произнес Ридли. – Как ты думаешь, когда мы вернемся к машине? Скоро стемнеет.
– Знаешь, для человека, который пришел в это Богом забытое место совершенно добровольно, ты, кажется, очень стремишься выбраться оттуда внезапно, – заметил Дмитрий, нахмурившись, когда заметил выражение беспокойства на лице своего друга.

И Ридли не мог с этим спорить. В конце концов, он пришел сюда по собственному выбору. Всего шесть месяцев назад он жил в Англии, но постоянные сообщения о странных событиях после Чернобыльской катастрофы возбуждали его любопытство. И когда он услышал о сталкерах и таинственных историях, которые они должны были рассказать, искушение было слишком велико, и он решил применить свою армейскую подготовку к хорошей практике и увидеть это место воочию. Это было решение, которое едва не стоило ему жизни на второй день исследования зоны, и только счастливая встреча с Дмитрием позволила ему безопасно проложить свой путь из минного поля концентрированных гравитационных полей.

– У меня просто плохое предчувствие, будто надвигается буря или что-то в этом роде. – мрачно сказал он.

Сунув руку в карман, он вытащил свой детектор аномалий, несколько раз щелкнул выключателем, чтобы убедиться, что он все еще работает, а затем раздраженно постучал по нему.

– Не беспокойся об этом, – рассмеялся Дмитрий. – Не далее как три дня назад сообщалось о взрыве в этом районе. Это самое безопасное время, чтобы быть здесь, и ржавчина вернется не раньше четверга. Тебя всегда пугают вещи, которых не существует! Ты заставила меня немного побыть там! А теперь пошли, потащим мистера Лича обратно в лабораторию.

Оглядевшись в последний раз, Ридли поднялся на ноги и вернулся к носилкам с медленно извивающимся телом зомби, привязанным к ним.

– Хорошо, но на этот раз я возьму перчатки и пойду в заднюю комнату. Клянусь, мои окровавленные руки убивают меня...

Прошло около получаса, когда они наконец завернули за знакомый угол и увидели место, где оставили свой транспорт.

– А, так значит, три дня назад произошел взрыв? – воскликнул Ридли, роняя свой конец носилок и заставляя их пассажира судорожно дергаться и противно булькать.

Дмитрий опустил свой конец более осторожно, не сводя глаз с открывшегося им зрелища. Вокруг того места, где они припарковались, был густой, почти идеально сферический туман, его характерный грязно-коричневый оттенок безошибочно узнавался и причудливо выделялся на фоне окружающего ясного неба.

– Ну, этого там быть не должно.
– Черт возьми, Ди, ты же говорил, что в это время недели мы в безопасности! – крикнул Ридли.
– Как правило, так и было бы, – спросил Дмитрий с озадаченным выражением на лице. – Ты не можешь винить меня, когда аномальная зона оправдывает свое название.

Дмитрий снова достал из рюкзака карту и принялся ее изучать. Они находились на окраине города Припять, а это означало, что они находились на значительном расстоянии от научной заставы, куда им предстояло доставить зомби. Конечно, вдвоем им было слишком далеко тащить мертвый груз, особенно теперь, когда надвигалась ночь.

– Я думаю, будет лучше, если мы отсидимся в одном из этих зданий, – сказал он, указывая на промышленный комплекс, выстроившийся вдоль дороги. – До утра все будет в порядке, а если повезет, туман к тому времени рассеется.

При упоминании об этом Ридли бросил еще один долгий взгляд на туманную гряду. Несмотря на его смертоносную природу, было что-то прекрасное в идеальной симметрии его формы. Часто Ридли ловил себя на том, что, находясь на границе зоны, он смотрит на облака, наблюдая, как пушистые белые фигуры пересекают границу и почти мгновенно меняют цвет и форму, темнеют и странно текут, словно избегая определенных участков неба. Теперь облака над городом все еще были видны в слабеющем свете, угнетающе нависая над ними и демонстрируя злобу, отражавшую ландшафт в аномалии.

Оглянувшись на своего напарника, Ридли кивнул и, взяв свой конец носилок, направился к ближайшему зданию с открытыми дверями.

– Думаешь, это место подойдет? – он спросил.
– Есть только один способ узнать, – ответил Дмитрий.

Внутри здание было похоже на большинство других, с которыми они сталкивались, с ржавыми балками и осколками стекла, разбитыми небольшими участками растительности, которые каким-то образом закрепились за эти годы. Однако большая часть строения оказалась бетонной и, следовательно, вряд ли рухнет в ближайшее время.

Первый этаж здания казался довольно открытым, и с включенными факелами, раскачивающимися по дугам, Ридли и Дмитрий вскоре убедились, что в их непосредственной близости не было других обитателей.

– Давай посмотрим, что там наверху, – предложил Дмитрий, направляя луч фонарика на лестничную клетку, занимавшую одну из боковых стен.

Они подняли носилки по почти неповрежденной лестнице и через несколько минут, кряхтя и толкаясь, оказались на третьем этаже здания, которое, казалось, было приспособлено из обычной открытой планировки для размещения множества небольших офисов.

Давным-давно двери были ярко раскрашены маленькими серебряными табличками с подробным описанием того, для чего предназначалась каждая комната, но пренебрежение десятилетием означало, что оставшаяся краска потрескалась и облупилась, а вывески странно потускнели. Ковер в холле тоже был не в лучшем состоянии, в него въелась грязь и пострадала от воздействия стихии, а то, что осталось от офисной мебели, было перевернуто или разбито, скорее всего, в панике эвакуации, которая произошла после первой катастрофы.

– Мы должны попытаться найти внутренний офис без окон. Последнее, что нам нужно, это какой-нибудь контролер, который увидит нас с соседней крыши и пришлет своих марионеток, – посоветовал Дмитрий. – Если уж на то пошло, нам, вероятно, следует поместить тело в другую комнату. Возможно, он больше не сможет нас видеть, но я не хочу, чтобы он учуял нас, а потом что-то рядом уловило сигнал.
– Верно, – согласился Ридли, осматриваясь по сторонам в поисках подходящего помещения.

Выбрав один из них, он бегло осмотрел его при свете фонарика, а затем потащил носилки с пассажиром в комнату. Убедившись, что все ремни надежно закреплены, он закрыл дверь и в качестве дополнительной меры защиты подтащил к ней ближайший картотечный шкаф.

«Нельзя быть слишком осторожным, а?» – поморщился он. – «Вообще-то мне лучше поберечь батарейки в фонарике. Я не уверен, когда я заменил их в последний раз», – продолжил Ридли, щелкая выключателем и погружая свой угол кабинета в почти полную темноту.

«Странно», – заметил он. – «Можно подумать, что сюда проникает часть света снаружи».

Любопытствуя, почему так темно, Ридли завернул за ближайший угол и заметил, что все окна на этом этаже уже закрыты. Иногда это была мебель, которая была навалена перед ней, чтобы блокировать свет, а в других случаях полистироловые потолочные плитки были удалены и помещены туда, где когда-то было стекло.

Вернувшись за угол, он заметил, что Дмитрий тоже осматривает завалы там, где раньше были окна. Его русский друг обернулся, и свет факела на мгновение ослепил Ридли.

– Эй! Осторожнее, друг, – укоризненно сказал он.
– Извини, – извинился Дмитрий. – Может быть, мы не первые, кто остался здесь, в замке дерьмовом, а?
– Да, может быть, это сделали первые жильцы, когда Чернобыль взорвался, – пожал плечами Ридли. – Чтобы попытаться остановить радиацию или что-то в этом роде?

Дмитрию пришлось признать такую возможность. В мире, который был достаточно глуп, чтобы учить детей, что "утка и укрытие" спасут их от ядерного взрыва, он легко мог поверить, что люди будут достаточно глупы, чтобы думать, что кусочки дерева и штукатурки обеспечат им такую же степень защиты.

– Интересно, что случилось с людьми, которые работали в этом месте? – он задумался.
– Рак, если им повезло, – мрачно предположил Ридли.

Дмитрий вздрогнул, вспомнив ужасное наследие катастрофы.

– В любом случае, я думаю, что мы должны дежурить по очереди. Я пойду первым, если ты хочешь немного отдохнуть.
– Да, спасибо, – с благодарностью сказал Ридли.

Он устал как собака после того, как нес их груз в течение последнего часа, и был бы счастлив немного поспать.

Он устало вошел в выбранный ими кабинет и тяжело опустился в одно из потрепанных, но удобных кресел, стоявших вдоль дальней стены. Очевидно, в прошлом это была комната ожидания, и он был благодарен бывшему владельцу за явный вкус в мебели.

– Я разбужу тебя через четыре часа, хорошо?

Ридли сонно кивнул и что-то пробормотал, но события дня быстро настигли его, и через несколько минут он погрузился в сон.

Но это не был спокойный сон. Здесь, в зоне, ничего подобного не было. Даже на многие мили вокруг периметра люди не могли нормально выспаться из-за этих снов. Странные темные окровавленные цвета кружились в его сознании, формы формировались и менялись прежде, чем он мог определить их должным образом, но все они предполагали органическую форму. Затем зубы, казалось, вырывались из темной плоти, прежде чем снова обволакивались. Молочно-белые, невидящие глаза время от времени всплывали в красных лужах, слепо поворачиваясь туда-сюда, прежде чем снова погрузиться вниз.

– О боже! – Проснувшись, Ридли резко вдохнул.

Комната казалась черной и пустой. Напрягаясь, чтобы разглядеть детали, Ридли попытался вспомнить, где он находится, и, когда в фокусе появились такие предметы, как ближайшая стойка регистрации, он вспомнил свою ситуацию. Выглянув в комнату, он попытался разглядеть фигуру своего друга, но ничего не вышло. В дальнем углу комнаты не было ничего, кроме темноты, странной зернистой, но странно окрашенной темноты, которая сопровождает полное отсутствие света, заставляя стержни и конусы в его глазах вспыхивать спорадически, добавляя детали там, где их не было.

– Дмитрий? – прошептал он, но ответа не последовало.

Может быть, он заснул? Слегка оттянув рукав, он нащупал на часах кнопку, которая должна была зажечь дисплей. Найдя его, он залил все вокруг неземным голубым светом. Было уже больше трех часов утра, по крайней мере через два часа после того, как Дмитрий должен был разбудить его.

– Дмитрий? – спросил он несколько громче.

Когда ответа не последовало, он понял, что должен сделать.

– О, черт, - сказал он.

Неуверенно поднявшись на ноги, он потянулся к ближайшему столу, чтобы не упасть. Затем, похлопав себя по карманам, он отыскал фонарик, включил его и стал методично водить им по углам комнаты. Свет, исходящий от него, был не ослепительно белым, к которому он привык, а немного более темным желтым, который тускнел прямо у него на глазах.

– Черт побери, только не сейчас! - выругался он себе под нос.

Он прекрасно понимал, что легко может споткнуться и потерять сознание, если попытается ориентироваться в темноте по незнакомому зданию. Сунув руку в нагрудный карман, он вытащил детектор аномалий и ощупал его, пока ему не удалось открыть батарейный отсек. Потирая пальцами цилиндры внутри, он понял, что, как он и опасался, они совершенно не того размера.

– Ну, думаю, мне лучше не торопиться, - рассудил он.

Осторожно пробираясь вдоль края стола, он вскоре добрался до двери, которую открыл так тихо, как только мог, открывая еще большую черноту за ней. Затаив дыхание, он медленно вышел из дверного проема, и совершенно рациональный страх охватил его, когда он медленно и неуверенно шагнул в неизвестность.

Где же Дмитрий? В голове он прокручивал все сценарии, сознательно придерживаясь более безобидных, вроде того, что его друг просто отправился исследовать место или просто пытался найти тихий уголок, чтобы взять лук-порей. Но как бы он ни старался, в его голове продолжали всплывать все более неприятные сценарии.

Что, если он мертв? Что же его убило? Где он сейчас?

Прижавшись спиной к стене, с бешено колотящимся сердцем он добрался до следующей двери. Комната, где он спрятал зомби. Протянув руку, он помахал ею, пытаясь приобрести что-нибудь на картотечном шкафу, чтобы не наткнуться на него. Но он ничего не чувствовал. Его охватила паника. Почему его там не было?

Будьте благоразумны. Будьте благоразумны. Может быть, Дмитрий просто хотел проверить, что зомби все еще связан?

Шаркая ногами в сторону, он услышал резкий металлический лязг, заставивший его подпрыгнуть. Картотечный шкаф, очевидно, упал и лежал поперек коридора. Она по-прежнему частично закрывала дверь, не давая возможности открыть ее, не сдвинув предварительно тяжелое препятствие. Но Ридли должен был знать, что находится в комнате. Может быть, зомби пытался выбраться и из-за этого шкаф упал? Почему шум не разбудил его, если это случилось?

Наклонившись, он медленно просунул пальцы под металлическую раму и приподнял, перекатывая ее на угол так осторожно, как только мог, все время внимательно прислушиваясь к шуму вокруг.

Когда он почти закончил катить шкаф, он удвоил свою хватку на нем, беспокоясь, чтобы он не врезался в землю, возможно привлекая к себе внимание.

Снова встав, он повернул ручку двери так бесшумно, как только мог, и отступил назад, открывая ее. Из комнаты не доносилось ни звука, но зомби могли быть тихими, как могила, когда хотели.

Пристально вглядевшись в комнату, он заметил, что крошечный уголок окна не был прикрыт должным образом, а это означало, что единственный кусочек лунного света прорезал комнату и упал на верхнюю часть распростертого тела на носилках. Бесшумно двигаясь вперед, Ридли попытался рассмотреть его поближе, и странным образом ожил, когда увидел, что единственная часть, которую свет правильно осветил, была ужасно искалеченная верхняя часть лица, густая черная кровь запеклась вокруг раны.

– Рад видеть, что ты все еще наслаждаешься пребыванием в отеле, – тихо пошутил он, пытаясь поднять себе настроение.

Отступив назад так же бесшумно, как и вошел, он снова закрыл дверь и наклонился, чтобы вернуть шкаф на место. На этот раз он почувствовал себя немного увереннее и едва поморщился, когда нижний угол шкафа громко заскрежетал о дверную раму.

Все еще сидя на корточках, он решил, что следующим его шагом будет попытка найти, куда ушел Дмитрий, но когда он поднялся, он заметил движение в пятне темноты у лестницы и услышал легкие шаги, когда кто-то вошел в коридор вместе с ним. Его дыхание немедленно остановилось, и каждый мускул в его теле напрягся. С тихим щелчком у ног фигуры появился луч света, он держал факел, и тот указывал на землю, но лужица света медленно ползла по ковру к Ридли.

– О, слава Богу, – сказал Ридли, шумно выдыхая. – Я не был уверен, что произошло. Почему ты меня не разбудил?

Ответа не последовало, но лужица света становилась все ближе и ближе.

– Дмитрий? Во что ты играешь? - спросил Ридли, и к нему вернулась неуверенность.

По мере того как луч света поднимался все выше, он начал отражаться от окружающей обстановки, высвечивая острые углы шкафов и сломанные куски дерева, отбрасывая растянутые тени, которые танцевали на стенах.

Нащупав свой собственный фонарик, Ридли понадеялся, что в нем достаточно заряда, чтобы слишком быстро осветить того, кто стоял не более чем в десяти метрах от него. Направив его на расстояние вытянутой руки, он щелкнул выключателем и на долю секунды отчетливо увидел фигуру.

Он сразу узнал одежду, потому что это была та самая одежда, на которую он обратил внимание, когда подкрался к ее владельцу ранее в тот день. Но хуже всего было лицо, хотя он видел его всего несколько мгновений и знал, на что смотрит, потому что, хотя верхняя половина его была все еще разбита, под спутанными волосами покоилась пара глаз, которым явно не было места.

Внезапно Ридли понял, кто находится в соседней комнате. Как это произошло, в данный момент не имело значения, потому что короткая вспышка света также показала ему, что зомби нес пистолет Дмитрия, и по мягкому звону, который он слышал из конца коридора, его поднимали.

К счастью, армейская выучка Ридли сослужила ему хорошую службу, и он легко перекатился влево, когда первый град пуль пробил перегородку над его головой. Зомби, очевидно, не привык обращаться с оружием, поскольку отдача заставила его откатиться назад к стене, факел выпал из его руки и быстро остановился, бросая лужу света вниз на Ридли и делая его нынешнее укрытие за сломанным шкафом маловероятным, чтобы продержаться долго.

Выругавшись про себя, он вспомнил, что оставил оружие на полу возле стула, в котором спал, а добраться до него означало пересечь освещенный коридор и стать явной мишенью. Сняв шлем, он нащупал небольшую щепку дерева, на которую можно было опереться. Пригнувшись как можно ниже, он поднял шлем на вытянутых руках, чтобы зомби мог его заметить. Еще один короткий град выстрелов оторвал его от палки и швырнул в коридор. Как он и надеялся, он услышал звук, с которым зомби ударился о стену, а затем упал, когда незнакомый удар оружия снова заставил его пошатнуться.

Разумно использовав купленные секунды, Ридли вскочил на ноги и ворвался в приемную, бросившись к своему креслу и поскользнувшись на влажном ковре. Падая вперед, он потянулся за пистолетом, лежавшим на полу перед ним, но ему удалось только опрокинуть его под стул, на котором он спал, и пистолет со стуком остановился, ударившись о заднюю стену. Торопливо закатав рукав, он сунул руку под кресло, но оно было привинчено к земле, и зазор под ним был так мал, что он едва мог дотянуться до половины.

Встав, он оглядел ряды стульев, пытаясь найти хоть какой-нибудь способ дотянуться до них. Из коридора снаружи донесся лязгающий звук - зомби пытался пробраться через шкаф с картотекой. Это означало, что у него всего несколько секунд.

Подбежав к концу ряда стульев, он увидел, что сбоку у основания их задних сидений образовалась большая щель, когда они изогнулись и уперлись в стену. Он еще раз попытался дотянуться до пистолета под этим углом, но так и не смог приблизиться. Еще один грохот снаружи сигнализировал, что зомби наконец-то преодолел препятствие и будет там через несколько мгновений.

Дико озираясь в почти полной темноте, он заметил, что у одного из кресел в этом конце подлокотник торчит под странным углом. Схватив его, он с легкостью выскользнул из его руки. Распластавшись на полу, он снова сунул руку под стул, на котором спал, и толкнул так сильно, что порвал кожу на предплечье. Но с подлокотником в руке он теперь мог дотянуться до пистолета, которым отчаянно бил, пытаясь отбросить его в конец ряда стульев, чтобы схватить.

Позади него с грохотом распахнулась дверь, и, оглянувшись через плечо, он увидел силуэт в дверном проеме, свет факела все еще отбрасывал тусклый свет на стену в коридоре. Стойка регистрации закрывала зомби его вид, а это означало, что у него было еще несколько драгоценных секунд, чтобы добраться до пистолета.

С последним ударом по подлокотнику она выскользнула из конца ряда стульев, и он выдернул руку и сделал стремительный рывок к своему оружию. Почувствовав это движение, зомби поднял пистолет и выпустил несколько выстрелов, расколов стол и проколов ногу Ридли. Закричав, он схватил пистолет, перевернулся и сделал два выстрела через стол туда, где, как он надеялся, находился зомби. Раздался мягкий треск, а затем он услышал, как зомби снова упал.

Поднявшись на ноги с помощью стола, Ридли прицелился в упавшее существо, но вскоре понял, что дальнейшие пули не понадобятся. Оба его выстрела оказались верными, ударив зомби в лицо и разорвав верхнюю часть его головы и разбрызгав содержимое по стене.

Сильно дрожа, Ридли повернулся и сел на стол, крича от боли и выворачивая раненую ногу.

Внезапно вспомнив о своем павшем товарище, он наполовину вышел, наполовину выпрыгнул обратно в холл, а затем снова опрокинул картотечный шкаф, не обращая внимания на производимый им шум. Распахнув дверь, он ввалился внутрь и рухнул на пол рядом со своим другом. Ощупывая шею в поисках пульса, которого больше не было.

– О Боже. Зачем ты сделал такую глупость, Дмитрий? – спросил он у трупа, прижимаясь к стене. – Почему ты позволил себя убить?

Размышляя об этом, Ридли рассудил, что Дмитрий, должно быть, пришел проверить ремни и был атакован, а затем в каком-то болезненном возмездии зомби украл его глаза и поместил их в его собственные разрушенные глазницы.

Но почему? Это не позволило бы зомби снова увидеть, так зачем же вырывать ему глаза? И даже тогда, как мог привязанный зомби одолеть Дмитрия в первую очередь. И если зомби не мог видеть, как он последовал за Ридли в приемную? Это просто не сходилось.

И тут он услышал. Тихий детский смех в коридоре, а затем топот босых ног. Контроллер. Недостающая часть головоломки.

Ридли молча подошел к двери и выглянул налево, откуда доносился шум. В свете фонарика было совершенно ясно, что в коридоре ничего нет, поэтому он подошел и поднял его, проверяя уровень заряда батареи и с некоторым удовлетворением отмечая, что он все еще на шестидесяти процентах.

Пробираясь обратно мимо шкафа, он остановился перед дверью приемной и приготовился, затем одним быстрым движением развернулся и вошел в комнату. Прихрамывая так быстро, как только мог, он осветил фонариком всю комнату, проверяя, в частности, за стойкой регистрации. Пустой.

Решив, что ему нужно больше, чем пистолет, как средство защиты, он посмотрел туда, где упал зомби, но автомата Калашникова, который он нес, нигде не было видно. Хотя контролеры предпочитали дергать за ниточки издалека, в прошлом были истории о том, как они использовали оружие, которое находили вполне пригодным. Ридли выругался и неловко вышел в коридор, повернул налево и направился к оставшимся кабинетам на этом этаже.

Один за другим он осторожно повернул дверные ручки, а затем ворвался в комнаты, но в каждой из них не было ничего, кроме сломанного дерева и металла. Вернувшись в холл, он направился к лестнице, отодвинув шкаф с документами к левой стене, чтобы тот больше не мешал. Посветив фонариком сначала вверх, а потом вниз по лестнице, он убедился, что контролера там нет. Затем он снова услышал детский смех, возвращаясь к офисам, которые только что проверил.

Рассерженный тем, что существо явно играло с ним, он изо всех сил попытался бежать обратно на шум, заметив, что дверь в самом конце коридора медленно открывается. Поигрывая фонариком, он поднес его к более узкому лучу, сфокусировал на дверном проеме и, присев за вращающимся стулом, увидел грязную кожу контролера.

– Ты ублюдок... – тихо сказал он, поднимая пистолет.

На долю секунды он удивился, почему контролер не пытается прицелиться в него, но потом увидел, что тот, похоже, вообще не держит автомат Калашникова.

Взяв себя в руки, он выбросил сомнения из головы и нажал на спусковой крючок. Раздался резкий треск, а затем раскаленная добела боль распространилась по груди Ридли, как паутина агонии. Посмотрев вниз, он заметил несколько завитков пара, поднимающихся из разорванной ткани на его куртке.

Непонимание нарастало в его голове, когда его тело рухнуло на пол, перевернувшись на спину. Он чувствовал вкус крови на языке и знал, что очень скоро потеряет сознание, поэтому из последних сил ощупал пальцами кнопки фонарика, каким-то образом переключая его с узкого заднего луча на широкий.

И тут он увидел Дмитрия. Раскачиваясь из стороны в сторону и все еще обильно истекая кровью, он, тем не менее, казался настороже. Остро принюхиваясь, он наклонил голову вниз и, казалось, посмотрел на ногу Ридли.

Ридли глупо усмехнулся. Если они могут видеть тебя, почему они не могут чувствовать твой запах? На самом деле это казалось довольно очевидным. Глупо было не думать об этом раньше.

И он снова рассмеялся про себя, к его голосу присоединился голос игривого ребенка.