Герои Крестового Похода и Княжеская Дружина. Кто сильнее?

**Герои Крестового Похода и Княжеская Дружина. Кто сильнее?**- второй рассказ из серии Летописей Битв Фэнтези. Он публиковался в пилотном выпуске Летописей, а также в выпуске 8. В рассказах упоминается отряды «Сокол», служащий Чародею, а также «Кентавр», служащий Некроманту.

На основе этого рассказа была выпущена настольная игра «Герои меча: Восток против Запада», в которой два игрока разыгрывают сражение между дружиной «Сокол» и орденом «Кентавр».

Текст рассказа приведён ниже:

## **Герои Крестового Похода и Княжеская Дружина. Кто сильнее?**

Отряд «Сокол» уже давно был в пути. Дружинникам-новгородцам, закаленным в бесчисленных битвах с ливонскими рыцарями, было не привыкать - переходы по 15 верст в день были для них обычным занятием. Правда, непрерывные дожди, что лили уже которую неделю, размыли дорогу, и теперь то и дело приходилось вытаскивать из грязи магические повозки с боевыми машинами отряда. Безобидная магия легко позволяла катиться заколдованным телегам с боезапасом и пушечным лафетам, но дождь и другая проточная вода рек и ручейков полностью нейтрализовывала волшебство их хозяина. Тут уж приходилось самим катить тяжеленный обоз. Дружинники закидывали на телеги свои массивные, добротно сработанные из дубовых досок щиты (усиленные доброй толикой магии, как впрочем, и другие доспехи и оружие). Все понимали - именно боевая машина и есть главный козырь отряда, его неубиенная и вовремя припрятанная в рукаве карта при стычке с любым противником. Недаром воевода Тур, водивший «Сокол» еще в набеги на ливонские замки, носил под рубахой древний колдовской оберег - маленькое каменное ядро на бронзовой цепочке. Дружинники знали - пока оберег у Тура, их выстрелы поразят любую цель. Это очень хорошо знали стражники на стенах Копорья, Пскова, и многих немецких крепостей-форпостов. Впрочем, теперь «Сокол» служил не новгородскому князю Александру Ярославичу, а совсем другому господину.

Историю, что с ними приключилась, иначе как глупой и нелепой назвать нельзя. Во время набега на форпост рыцарей-ливонцев, передовой дозор «Сокола» - тогда в дружине было не менее 60 человек - захватил орденский обоз. И надо же было случиться, что кроме связок шкурок, пучков ясеневых древков для стрел, громоздких тюков сена и прочего добра нашлись пара бочонков с редкостным и крепким заморским напитком - коньяком. Почти никому из дружинников не доводилось его пробовать. Один монах в придорожном трактире рассказывал, что напиток этот придумал 300 лет назад король Вильгельм перед тем, как отправиться завоевывать Британию. Так оно было или нет, а только диковинный напиток обладал редкостным вкусом и ошеломляющей крепостью - не прошло и получаса, как дружинники «сокола», привыкшие к меду да браге, храпели на телегах, сраженные наповал коварным французским пойлом.

На лагерь «Сокола» наткнулся отряд чуди - исконных жителей этих земель, которые молились деревянным идолам и воевали, закутавшись с ног до головы в волчьи шкуры. Чудь белобрысая, чухна - эти полудикие обитатели лесов да болот с одинаковой яростью воевали что с ливонцами, что с воинами новгородского князя, что с татарами, которых частенько нанимали на службу русские князья. Только сам воевода Тур да четверо дружинников успели схватиться за мечи. Новгородской работы сталь собрала обильную кровавую жатву среди удальцов чуди, но в конце концов, дружинников взяли в кольцо и совсем было утыкали стрелами, как вдруг...

Дальнейшее представлялось Туру и его старому боевому товарищу Путяте дурным сном. Неизвестно откуда из пустого, морозного воздуха возник сверкающий серебряный диск, а на нем не иначе, как Волхв - мудрый чародей из бабкиных сказок! Закутанный в черный плащ отливающий металлом, он, как от надоедливого комара отмахнулся от роя чухонских стрел и властно протянул руку к дружинникам. Последнее, что помнил Тур - панический вой разбегавшейся по лесу чухны..

Пришли в себя они не скоро. Головы раскалывались - то ли от французского зелья, то ли от страшноватых чудес, приключившихся с отрядом. Осталось их пятеро - сам Тур, Путята и еще трое дружинников. Опомнились, пришли в себя, погоревали о погибших товарищах… Известие, о том, что они теперь совсем в другом мире, под другими небесами, дружинники «Сокола» приняли спокойно. Ну что ж, если незнакомому волшебнику захотелось спасти их от чухонских стрел - новгородцы добро помнят. К тому же; их новый господин оказался и вправду могучим князем и великим чародеем, его так и звали - Чародей. На службе у него воины «Сокола» такого повидали и с людьми приходилось скрещивать оружие, и с тварями, которых иначе как нечистью богопротивной и не назовешь, и с увешанными сталью скелетами. На этот раз противник был понятный - можно сказать, Тур даже обрадовался, когда узнал, с кем «Соколу» предстоит, скрестить мечи:Рыцари... ну и что, что не ливонцы? Тур их всяких навидался: на службе у Ордена состояли воины и из итальянских земель, и из далекой горной страны Шотландии. Ну что ж, узнаем, каковы в бою эти тамплиеры, кажется?

О таких ни Тур, ни остальные дружинники еще не слышали, но давно уже привыкли пробовать крепость своего оружия на кованых рыцарских доспехах. Тамплиеры... пусть их, пускай будут тамплиеры! Не они первые, не они последние.

- Босеан! - Яростный клич рыцарей-тамплиеров гремел уже у ворот - древних, истерзанных тараном ворот Аккры. Сотни крестоносцев отдали жизни за то, чтобы открыть эти ворота -ивоттеперь рыцари Храма врываются в них, сминая подобно приливной волне тех немногих воинов Пророка, кто еще пытается отстоять город.

- Мессир Хуго! - Страшен вид командора. Рогатый шлем-бекок помят ударом сарацинской булавы. Кольчуга порвана во многих местах, Орденский крест на щите истыкан стрелами и копьями - командор, каки подобает истинному вождю-тамплиеру, первым вошел в ворота Аккры, проложив путь остальным своей чудовищной секирой.

- Мессир Хуго, велите своим оруженосцам закрыть ворота! - Живей!!!

Хуго подумал, что ослышался.

- Но как же так? Только четыре копья Ордена успели войти в Аккру... сейчас подойдут фламандцы и полк из Арля.. вон,в ста ярдах их знамена! Они помогут нам, и Аккра падет!

Конь крутился на месте и в ярости грыз поводья. Командор приподнялся на стременах:

- Не спорьте со мной, брат Хуго! Или вы забыли, что первейшая доблесть рыцаря-тамплиера - повиновение? А может вам напомнить, как вчера, в ночь перед штурмом мы все, рыцари Храма, дали обет, что лишь нашими мечами будет взята Аккра? Закрыть ворота и прищемить нос этому фламандскому отродью!

    Хуго согласно кивнул. В конце концов, кто он такой, чтобы спорить с командором? Только недавно сам Хуго, младший сын бедного провансальского дворянина, получил шпоры и плащ тамплиера, Стал частью самой могущественной в христианском мире силы. И ведь обет действительно был! Сам Хуго приносил его, клялся на длинном дедовском мече - мече, помнившем еще первый крестовый поход..

- Да будет так! Босеан!!

Створки ворот медленно затворились. Фламандцы застыли в недоумении - что такое? Ведь авангард крестоносцев только что вошли в Аккру... или это предательство? А изнутри, из-за тысячелетних стен, гремело, заглушая лязг, стали - “Босеан!!! Храм!” - боевой клич рыцарей-тамплиеров.

Герцог Мо, фламандский рыцарь, снял шлем и передал его оруженосцу.

- Подождем, мессиры. Эти тамплиеры - безумцы, они не откроют ворот даже под угрозой геенны огненной. Им взбрело в голову, что вся слава взятия этого проклятого города должна принадлежать только ордену Храма. Это не лечится! Узнаю командора - он ни с кем не захочет делиться победой, чего бы это ему не стоило.

Молодой рыцарь - один из свиты герцога - удивленно переспросил:

- Мессир, это совсем как в “Песне о Роланде”, неужели рыцари Храма могут быть такими безумцами? Мы же союзники, у нас одно, святое дёло - освобождение Гроба Господня! И потом, в ворота, вошли только четыре орденских копья, а это никак не больше полусотни воинов! На что же они надеются? Да сарацины перережут их, словно баранов!

Герцог тяжко вздохнул.

- И, тем не менее, мой юный друг, все именно таки обстоит. Рыцари ордена тамплиеров славятся своей заносчивостью, я слышал, они поклялись взять Аккру любой ценой! Такое вот у них представление о долге крестоносца. А нам остается только ждать! Когда этих безумцев уничтожат, снова попробуем взломать ворота... В прошлый раз это нам увы, дорого обошлось!

- Но, монсеньер,.. не лучше ли ударить прямо сейчас, пока сарацины развлекаются там с тамплиерами? Их-то они перебьют, но хоть нам полегче будет. ворота-то ломать! Негоже позволить христианской крови пролиться понапрасну!

Герцог намотал на кулак поводья.

- Вы так наивны, молодой человек, а теперь представьте, что случится, если мы проломим-таки ворота и войдем в Аккру до того, как сарацины их прикончат? Да тамплиеры - все, кто еще уцелеет к этому моменту - повернут коней, забудут о сарацинахи набросятся на нас... как же, такое оскорбление! Кто-то посмел претендовать на их добычу! Нет, в такие игры мы не играем.

Слова герцога Мо повергли юного крестоносца в тяжкое изумление. Он, конечно, слышал о неуемной гордыне рыцарей Храма и на себе испытал их высокомерие, но чтоб такое! Подобные выходки к лицу не монахам-рыцарям, красе и гордости крестоносного воинства, а диким торцам-кельтам, с которыми до сих пор сражаются английские рыцари где-то на севере своего острова...

А там, за кольцом городских стен, четыре копья тамплиеров погибали. Они огрызались, как кабаны, на которых насели мастифы, они, словно от дождевых струй, отмахивались от метких сарацинских стрел. Синяя гарпия, вытравленная на кирасе рыцаря Хуго, внезапно засветилась, Казалось, диковинный геральдический зверь ожил и рвется теперь на свободу из теснин помятой, искореженной стали...

- Босеан! - Как сухой тростник ‘перед буйволом, рассыпались сарацинские воины от яростного натиска Рыцаря Хуго. Или они бежали от безжалостного света, излучаемого крыльями гарпии на его доспехе? Герцог Мо ошибался: не все тамплиеры были такими же кончеными безумцами, как их командор. Отойдя от первого яростного, кровавого порыва, Хуго и несколько его оруженосцев рвались обратно к воротам, чтобы успеть исправить ошибку командора - отодвинуть бронзовый многопудовый засов и открыть дорогу медлительным, но несокрушимым фламандцам герцога Мо и знаменам рыцарей Арля.

Хуго не поспел самую малость. Когда его конь уже залязгал подковами о камни превратной площади, сражающихся и погибающих в отчаянной схватке воинов накрыла серебристая тень...

- Смотри, Путята! Вот они за руинами. Обедают!

Дружинник Тур поправил тетиву своего лука. Купленный на новгородском торжище за большие деньги у ордынского купца, этот лук был сделан не из дерева, а искусно выгнут из рогов горного барана. Он обладал ужасающей мощью - пущенная из него стрела пронизывала кольчугу вместе с поддетой под нее стеганкой, как льняную сорочку. Сколько же времени прошло с того зимнего боя, а лук еще цел. Их новый господин - великий мудрец и волхв, который разбудил дружинников в этом новом, незнакомом и удивительном мире, рассказывал что-то про оберег - небольшой шарик размером с ядро лесного ореха - спас Тураи его соратников. «Сокол» уже третью неделю шел по следу другого военного отряда. Их враги и враги их господина называли себя «Кентавр», и были, похоже, достойными соперниками. Это не вонючие степняки с их вечным кумысом, и не уродливые зеленые гоблины, на которых дружинники «Сокола» уже насмотрелись в этом мире. Высокие, суровые воины, облаченные в тяжелые латы, вооруженные арбалетами и прямыми мечами - вот такой противник был им по душе! Дружинников «Сокола» ждало привычное, хотя и нелегкое дело… тяжелы мечи европейских воинов. Ну да ладно...

- Ну чо, старший, ударим пока не опомнились? - Путята подбросил в правой руке тяжеленную шипастую палицу. - Или как?

Тур вздохнул. - Нет, брате, негоже нам, как степнякам-то… труби в рог!

Низкий рев рога поплыл над лесом. Рыцарь Хуго и остальные воины отряда «Кентавр» спешно вскочили и схватились за оружие - где-то рядом был враг, и этот враг вызывал их на бой. Хуго усмехнулся, надевая тяжелый рогатый шлем - такая война была ему по душе. - Босеан!!

Тамплиеры встали плечом к плечу, заскрипела вертушка арбалета, наматывая толстый шнур из бычьих жил. Поползла тетива и, сухо щелкнув, встала на орех - массивный ролик из кости. Когда палец воина нажмет на спусковую скобу, ролик провернется и тетива швырнет во врага короткую стрелу-болт весом в целый фунт, оканчивающийся широким острием в форме листа. Лязгали доспехи, и воины в последний раз проверяли, легко ли выходят из ножен граненые кинжалы - мизерикордии. Ими так удобно добивать поверженного врага - сквозь звенья кольчуги, в щели между броневыми пластинами доспехов...

Противник показался на опушке леса. Хуго, ожидавший любой гадости - за последние полгода воины «Кентавра» всякого насмотрелись на Острове Магов - облегченно вздохнул. Ни чудищ с медвежьими челюстями, ни ручных многоствольных орудий, изрыгающих потоки свинца. Такие же, как они - закованные в доспехи, вооруженные прямыми мечами. Остроконечные шлемы были незнакомы Хуго и слегка напоминали сарацинские, но лица под кольчужными сетками были европейские… ну, почти.

Командир враждебного отряда выступил вперед и вскинул руку, Ладонью вверх - значит, не собирается нападать сразу. Что ж, Хуго был не прочь поговорить. Сначала…

- Слушай, воевода! Дороги наши пересеклись, и мы служим разным господам, Но стоит ли губить людей? Давай решим  кому достанется победа вдвоем, как подобает воинам? В поединке!

- А что будет с побежденными? - Хуго не собирался сводить предстоящее сражение к рыцарскому поединку - он-то уже давно жил на Острове и знал, чем оборачиваются пустые проявления благородства или красивые жесты. Согласишься на поединок, а противник в решающий момент вытащит из-за пазухи, какую-нибудь самопальную штуковину, а то-и похуже - магический Артефакт. Вот и воюй против него с мечом, как последний осел... Нет, Хуго прожил достаточно долго, и не намерен был останавливаться - во всяком случае, не сейчас. Но прощупать незнакомца надо. Брат Эрваль, что стоит в десяти шагах за спиной Хуго стреляет из арбалета навскидку, без промаха! В нужный момент он не подкачает.

“Ты собираешься предложить поединок мне?” - в голосе Хуго звенел металл вперемешку с пафосом. - Мне, рыцарю-тамплиеру, покорителю Аккры, сокрушителю полчищ неверных? Да кто ты такой, чтобы мечтать о подобной чести?

Хуго намеренно нес высокопарную чушь - вообще-то жизнь на Острове Магов приучила его говорить кратко и по существу, а сам нащупывал рукоять метательного кинжала в складках своего плаща. И когда воин в высоком остроконечном шлеме собрался достойно ответить, Хуго метнулся вправо, уходя с линии прицела брата Эрваля, и одновременно резко выбросил вперед правую руку - тяжелый клинок полетел в грудь предводителя чужаков. Закон Острова Магов - всегда, в первую очередь убей предводителя вражеского отряда! Только он распоряжается Артефактом! Убьешь его - пол дела сделано. За спиной хлопнула тетива арбалета, но и чужак оказался не прост - уходя от брошенного ножа, он опрокинулся на спину, и стрела Эрваля пропала зря.

- Ур! - крик Путяты сорвался в волчий рык. - Поберегись! Поможем!

Возникла небольшая пауза, пока вожаки присоединялись к своим людям, и затем два отряда, десять закованных в сталь и кожу воинов, сшиблись в смертельной схватке...