Исцеление

У всех бывают неприятности. Но лежать со сломанным позвоночником в болоте и постепенно захлёбываться - это уже не неприятность - это жопа. Рядом лежал кровосос. С отстрелленой башкой он был уже не опасен. У меня двигалась только голова, тела я не чуствовал. Вода подобралась к носу, я сделал последний вдох и голова ушла под воду. Борясь с болью, я терпел сколько мог. Потом сделал выдох и ко мне пришла, наконец, блаженная темнота.

```
...В глазах посерело, почувствовав резь в груди, я вдохнул и меня вырвало болотной жижей.

```

- Ну что - очухался? - это был болотный Доктор.- Сейчас попробую тебя подлечить, - сказал он, расстилая плащ на траве.
- У меня сломан позвоночник, - прохрипел я, прокашлявшись.
- Ничего, у тебя есть хороший донор, - кивнул он в сторону кровососа. - Попробую подсадить тебе его спинной мозг. Если не приживётся - тогда ты не жилец. Так что терпи и не дёргайся.

```
Краем глаза я увидел, как он всаживает большой шприц в хребет кровососа и втягивает в него бурую жидкость. После этого вцепился зубами в плащ и закрыл глаза...
Через три дня, когда прекратился зуд, я смог пошевелить рукой. Ещё через два - я сделал первый шаг. В конце недели я смог перепрыгнуть двухметровый забор у берлоги Доктора.

```

Понаблюдав за мной ещё пару дней Доктор сказал:
- У тебе сильно ускорились процессы регенерации, других изменений пока не заметно.
Потом подумав, добавил странную фразу, - Если почуствуешь себя частью чего-то большого, значит моё лечение не совсем удачно и ты изменился. Ну, удачи тебе сталкер! Я тебя больше не задерживаю...

```
Впрочем далеко я не ушёл. На радостях от чудесного исцеления, на выходе с болот прошляпил засаду монолитовцев.
Так я оказался в бетонном подвале, прикованный цепями к стенкам. Оставили свободной только левую руку.

```

- Будешь сидеть здесь пока Монолит не позовёт тебя. А это твоя еда, - сказал сержант бросая мне дохлую крысу.

```
Ускоренный метаболизм требовал усиленного питания.  Тех дохлых крыс, что кидали мне раз в день, я съедал вместе со шкурой, отплёвывая шерсть и потроха.
Чтобы выбраться, мне требовалось какое-нибудь оружие. Я вспомнил про опыт японцев в карате и решил пожертвовать мизинцем. Для огнестрельного оружия он бесполезен, а для набивания пойдёт. На то что у японцев уходили годы, у меня заняло пять дней. Благодаря бешенной регенерации, ломающийся при каждом ударе в пол палец, обрастал все новыми слоями костных мозолей. Он окостенел и перестал гнутся, ноготь стал толще и окаменел. Я его заточил о камни, как штык.
Остальное было просто. Принёсший очередную крысу вертухай, подошёл слишком близко. Ударом снизу я проткнул ему кадык и обратным движением вырвал нижнюю челюсть. Он только захрипел - орать ему было нечем. Отстегнув кандалы, я переоделся и подкрепился свежим мясом. Прежде чем уйти, заглянул в дежурку охраны и заколол двух монолитовцев, отрабатывая удар острым пальцем. Кольчужка им не помогла...
Вернувшись на базу, какое-то время я выступал на арене. Бабло платили неплохое, да и работка не сложная. Эта лафа закончилась после того, как меня выставили против двух пленных монолитовцев. За победу надо мной им обещали свободу . Когда я узнал этих фанатиков, то озверел. Заколол обоих, как свиней. В приступе бешенства, у одного из них, отрезал голову и швырнул в орущую толпу зрителей. Она застряла в решётке ограждения. Даже для Зоны это было слишком. После этого арена для меня закрыта. Уйти отсюда некуда - а за кордоном никто не ждёт. Ничего не пропаду! Вон Бармен звал дежурным разводилой в долю. Сейчас по Зоне лохов много шариться.
По ночам я плохо сплю. Я слышу голоса. Меня что-то гложет. Я выхожу на улицу и смотрю на звёзды. Я понимаю, что я не должен здесь быть. Я здесь чужой. Меня зовёт к себе не Монолит. Меня зовут небеса...

```

Зачистка.

...Из подвала доносился вой электроточила. Я спустился туда. Сын стоял возле наждака и стачивал остриё пуль, беря патроны из цинка с надписью 7,62. Увидев меня, он проорал: - Батя, мы с ребятами сегодня на сафари улетаем, так я взял АКМ из оружейки.
- Надолго? ...И куда?
- На недельку. А куда - это секрет. Приеду - расскажу, - он выключил наждак и принялся ножовкой на сточенных пулях делать крестообразные надпилы.
- Ты что - пули дум-дум делаешь? Они же по полкило мяса вырывают. Вы на слонов охотиться полетели? - хмыкнул я, повертев готовый патрон в руках. - В аэропорт позвонить? Чтоб пропустили без проблем.
- Не надо, пап. У ребят свой самолёт.
- Ну, ни пуха, Боня... Возвращайся быстрей!
...Посмотрев из окна, как Хаммер сына выезжает за ворота, я вызвал своего шофёра. Добравшись за пару минут до ближайшей точки входа, я в сопровождении офицера спустился на лифте на станцию ветки правительственного метро. Ездить по Москве с мигалками и с сопровождением, распугивая обывателей, я считаю пустой тратой времени и лишними понтами. В вагоне, кроме меня, было только два человека, тоже в гражданском. Выйдя в Сокольниках, я спустился ещё на несколько этажей ниже и оказался в одном из заглубленных командных пунктов. Моя команда была уже на местах.
- ...Спутники готовы? Тогда начинаем. Ориентировочное время подхода техники к Кордону?
- В 14.15, товарищ генерал-лейтенант, - ответил начальник штаба. - Не желаете сами слетать на место?
- Нет. Картинку со спутников на экран. ...Рязань готова? Отправляйте.
...Уже под вечер, через пятисоткратную оптику спутников, я смотрел, как через Кордон в Зону вползают многотонные бронированные монстры. Это были армейские магнитроны нового образца, с настройкой на резонанс с белком мозга. За каждой был прицеплен свой электрогенератор на основе вертолётного двигателя - только он мог обеспечить достаточную мощность. У всех, кто попадал под его излучение, мозги становились похожи на варёное яйцо. К базе Долга, из шести установок, на расстояние эффективного удара, подобрались только две. Остальные попали под аномалии. Но и этих оказалось достаточно. Распределив сектора облучения, они врубили свои генераторы. После двадцати минут работы их ресурс был выработан, но база Долга превратилась в сборище зомби. С базой Свободы поступили проще. Через зачищенную территорию Долга подтянули несколько установок дистанционного минирования и засеяли Армейские склады минами нового образца. Теперь какое-то время там даже комары не смогут летать. Прыгающие мины, начинённые титановыми иглами, имели ультразвуковые датчики объёма и были объединены в сеть. Их контролировал спутник, следящий за территорией в инфракрасном режиме... Из рязанской десантуры, посланной в Припять, не вернулся никто...
...Я лежал в шезлонге возле бассейна и подводил в уме итоги операции. Сегодня, наконец-то, отправлены деньги через несколько фирм-однодневок, в оффшор, а оттуда на мой номерной счёт в швейцарском банке. На нём стало уже неприлично много нолей. С госбюджета на операцию удалось слить полмиллиарда евро. Хватило всем - и оружейникам, и нужным людям в правительстве, и минобороны. И даже пару миллионов отстегнул в фонд партии, ведь скоро выборы. Правительство теперь может отчитаться об эффективности борьбы с Зоной, деньги потрачены не зря - уничтожены две самые сильные зоновские группировки. Да и группировка Монолита укреплена батальоном рязанских десантников, которые попав под излучатель, уже вряд-ли вспомнят свои имена...
- Товарищ генерал! - из рации послышался голос охранника. - Тут ваш сын, у ворот. Он пешком пришёл...
- Пропустить, - я встал и радостный, пошёл к сыну. Навстречу мне, волоча ноги, двигалась фигура в рваном камуфляже, с вытянутыми вперёд руками. Так ходят только в кошмарах...
- Паа-пааа... - глухо промычал он синими губами.
Ещё не веря, я заглянул в бессмысленную пустоту его глаз. Сомнений нет... У меня из глаз потекли слёзы. Я обнял его и долго стоял в нерешительности. Потом, решившись, сделал подсечку и со всего маху размозжил ему голову о бордюрный камень.
- Прости, сынок...
Утерев слёзы, я поднялся на лифте на третий этаж и зашёл в свой кабинет. Достал самого крепкого виски. Постоял у окна со стаканом в руке, глядя на сына, лежащего посреди двора. Так и не выпив, поставил стакан, открыл шкаф. Долго смотрел на парадный мундир деда, со звездой Героя на груди. Одел свой мундир. Снял и выбросил в корзину для мусора свои ордена. Сел за стол, напротив которого висел портрет деда. Вынул из ящика именной ТТ. Засунул его ствол себе в рот. И посмотрев, наконец, в глаза деду, нажал на курок...