Немецкая слобода

**Немецкая слобода** — место поселения иностранцев в Москве в XVI—XVIII веках.

### **Старая немецкая слобода**

Первая Немецкая слобода в Москве появилась при Василии III, который завёл при себе почётную стражу из наёмных иноземцев и отвёл им для поселения слободу Наливки в Замоскворечье, между Полянкой и Якиманкой. Эта слобода была сожжена крымским ханом Девлетом I Гиреем во время его нападения на Москву в 1571 году.

Походы царя Ивана IV в Ливонию доставили в Москву очень большое количество пленных иностранцев. Часть их была разослана по другим городам, другая часть поселилась в Москве, где для постройки домов им отвели новое место, близ устья Яузы, на её правом берегу. Московский иноземный пригород русские прозвали Кукуем, по названию протекавшего по близости ручья Кукуй, притока реки Чечёра. В XVI веке Немецкая слобода была лишь одним из поселений иностранцев в городе. По свидетельству англичанина сэра Джерома Горсея, шотландцы проживали в районе Болвановки. Найденные на территории Данилова монастыря немецкие надгробные плиты возможно свидетельствуют о проживании вблизи монастыря иностранцев. В 1578 году Немецкая слобода была подвергнута Иваном IV погрому.

В правление Бориса Годунова, благоволившего к иностранцам, в Москве появилось много немецких купцов, которым он дал «полную свободу и права гражданства в Москве наравне со всеми московскими купцами». По свидетельству пана Станислава Немоевского, «лифляндские изменники» построили около полутораста домов, а голландский купец Исаак Масса в своём сочинении о Московии пишет, что эти пленные лифляндцы получили здесь свободу с запрещением выезда из Москвы. Однако Смута принесла с собой новое разорение: Немецкая слобода была выжжена дотла. Компактные поселения европейцев перестали существовать, иноземцы разбежались по городам, а те, кто остались в Москве, стали селиться в местности у Поганых прудов, а также на Арбате, на Тверской улице и в Сивцевом Вражке.

### **Новая немецкая слобода**

Согласно указу царя Алексея Михайловича от 4 октября 1652 года, иностранцы, не принявшие православия, должны были разобрать и перенести свои дома на новое место и образовать иноверческое поселение за пределами города — в Новой Немецкой слободе. Под эти цели был выделен пустующий участок на правом берегу Яузы, западнее Басманных слобод и южнее дворцового села Покровского. Границами территории Новонемецкой слободы были: на севере — Покровская дорога, на востоке и юге — река Яуза, на западе — река Чечёра. Иностранцы застраивали Новонемецкую слободу преимущественно деревянными домами. Участки для постройки отводились каждому, в зависимости от его состояния, должности или промысла. Поселение было разделено правильными улицами, центральной из которых стала Большая улица (Немецкая, ныне — Бауманская).

Конец XVII века является расцветом Немецкой слободы. К тому времени Немецкая слобода представляла собой уже настоящий иностранный городок с чистыми прямыми улицами, набережной аллеей, садами, уютными и опрятными домиками с цветниками. Бернгард Леопольд Таннер писал о московских «немцах», что «они сохранили… порядок на образец германских городов при сооружении и умножении домов, которые строили красиво и расчетливо». Некоторые обитатели слободы нашли расположение у молодого царя Петра I, который был частым посетителем этой слободы. Здесь он познакомился с Францем Лефортом и Патриком Гордоном, будущими сподвижниками царя, завёл роман с Анной Монс. При Петре Немецкие слободы потеряли свою автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате.

С начала XVIII века слободской уклад почти исчез, территория стала застраиваться дворцами аристократии — по сей день сохраняются памятники этой эпохи. В 1799 году в Немецкой слободе родился Александр Пушкин. В 1701 году Я. Г. Грегори открыл в Немецкой слободе частную аптеку. Переулок, на котором стояла аптека, получил название Аптекарского переулка. На берегу Яузы появилась Шёлковая фабрика русского предпринимателя П. Белавина, ленточная фабрика Н. Иванова и др.

Немецкая слобода сильно пострадала от пожара в сентябре 1812 года, когда выгоревшим оказался практически весь район. После наполеоновского погрома 1812 года бывшая Немецкая слобода заселена главным образом купцами и мещанами. По Немецкой слободе получила название Немецкая улица (с 1918 года — Бауманская улица). С середины XIX века название Немецкая слобода исчезает в московской лексике и на её территории частично распространяется название Лефортово.

### **Этнический состав немецкой слободы**

Немецкая слобода по своему этническому составу была очень разнородной. В ней были представлены почти все западноевропейские народы французы и англичане, шведы и голландцы, итальянцы и немцы. Последних было большинство, поэтому их язык был в слободе господствующим. Впрочем, жители слободы отличались не только страной исхода и языком. У них было разное вероисповедание. Религиозные разногласия еще в те времена делили население и государства Западной Европы на враждебные лагеря. Однако в Москве не было отголосков этой борьбы, какие бы резкие формы она не принимала за рубежом.

Мирное сожительство различных конфессий – одна из отличительных черт российского государства — отразилась и в быту Немецкой слободы. Московские лютеране и кальвинисты жили у нас мирно. Не враждовали между собой на нашей территории и католики с протестантами.

Важным принципом московской политики по отношению к иностранцам была охрана православия. Власти категорически запрещали пропаганду западноевропейских вероисповеданий и вообще старались, чтобы москвичи поменьше общались с иноверцами. Да и сами москвичи настороженно относились к чужим религиям, а на их приверженцев смотрели как на неполноценных христиан, существ более низкого уровня и вообще нечистых.

Если такой иноверец входил в русскую церковь, она считалась оскверненной. Существовал даже особый чин очищения церкви, в которой побывал иноверец. По смыслу он приравнивался к чину очищения после случайного входа в церковь собаки. Считалось, что своим присутствием иноверец оскверняет иконы и в частных домах. Даже в собственных домах иностранцам запрещалось держать православные иконы, которые они пытались заводить ради русских знакомых.

В то же время часты были случаи принятия иноземцами «русской веры». За такой переход, который сопровождался перекрещиванием по православному обряду, из казны новообращенным выдавалась весьма щедрая премия. Только после перехода в православие иноземец мог жениться на русской.

### **Род занятий**

По роду занятий население слободы было также неоднородно как и этнически. Изначально преобладали военные. Московские власти практиковали найм на службу европейских военных инструкторов. Офицерам платили хорошо, и они были весьма зажиточными людьми.

Но первое место по размерам казенного вознаграждения занимали врачи. В XVI-XVII веках докторов-иноземцев начали выписывать из Европы для царской семьи. Немало получали и аптекари, которые состояли на службе в Аптекарском приказе. Память об аптекарях, живших в немецкой слободе, сохранилась в названии Аптекарского переулка. Другую группу слободского населения составляли иноземные торговцы. Многие купцы благодаря коммерческой сноровке и льготам наживали в России огромные состояния.

Иноземцы подчинялись русским законам. Торговые и приезжие иноземцы судились Посольским приказом, а служилые – Иноземным.

### **Ступень к Петербургу**

Немецкая слобода и ее обитатели сыграли весьма заметную роль в истории России. Вспоминаются слова русского историка Сергея Соловьева о том, что «немецкая слобода – это ступень к Петербургу, как Владимир когда-то стал ступенью к Москве».

После того, как Петр I перенес столицу на берега Невы, многие его сподвижники, жившие в немецкой слободе, вслед за царем перебираются в Санкт-Петербург. Сразу же меняется как национальный, так и социальный состав слободы. Со смертью Петра Великого закончился самый интенсивный период жизни Немецкой слободы. Следующее поколение ее жителей растворилось в русском обществе. Многие приняли православие и обрели дворянские титулы, но многие продолжали хранить традиции и уклад недавнего прошлого.

Вскоре ухоженная территория слободы влилась в Москву и стала привилегированным местом. Здесь поселились графы Воронцовы, Демидовы, канцлер Бестужев-Рюмин, канцлер Безбородко, граф Алексей Орлов. Теперь же лишь названия некоторых улиц и сохранившихся с тех времен зданий говорят об ее истории, до сих пор еще стоит дом, в котором по преданию жила немецкая красавица Анна Монс.