Лейбницов осёл

Абсолютный осёл Готфрида Лейбница – мысленный эксперимент, описывающий «совершенную» версия Буриданова Осла, иллюстрирующую границы свободы воли и её отсутствия, придуманный Сербским Милорадом в 2020 году и названный в честь Готфрида Лейбница, благодаря коему и стала широко известна версия Буриданова Осла, в коей тот погибает от голода.

## Формулировка

"Рассмотрим классического Буриданова Осла. Стоящий голодный на лужайке меж двух совершенно одинаковых стогов сена, он не может определиться – и, по заветам великого математика Готфрида Лейбница, должен потому умереть. Но, как мы знаем, на выбор осла повлияет любое малейшее различие сторон окружающей его среды (освещение, ветер, ровность дороги) – но, снова же, по Лейбницу, мы убираем таковые различия и помещаем осла в абсолютно симметричную среду. Но осёл, как известно, левша или правша, или, как известно, может косоглазить, или посмотреть на тот или иной стог раньше, или на одну ногу быть длинней – потому мы берём абсолютно симметричного осла без предпочтений сторон. Но и теперь у нас проблемы – случайная мысль ослика может подтолкнуть такового на движение в ту или иную сторону. И, дабы избежать таковой, мы лишаем нашего осла какого-либо опыта. Тогда нам могут на беду Лейбница возразить классическим аргументом: якобы отказ от выбора тоже есть выбор, а осёл, выбирая между жизнью и смертью (или, при его непонимании, между голодом и утолением голода), явно выберет жизнь. Но в ответ мы можем заменить нашего абсолютного ослика на обычную программу, сравнивающую два числа и выбирающую число большее и при том имеющую только данную функцию. Тогда, если, к примеру, мы положим программе числа 13 и 13, она не сможет определить большое и, не имея функции указания равенства, должна будет прекратить работу собственную, пав смертью осла буриданова (точнее, лейбницова). Значит, различие между классическим ослом Жака Буридана и абсолютным ослом Готфрида Лейбница будет заключаться в наличии функции указания равенства стогов у первого. Тогда, рассмотрев причину возникновения такового различия в лице наличия опыта, мы можем сказать, что эмпирическое наблюдение порождает функцию равенства. Но тогда, думая далее, мы можем сказать, что умение приобретения новой функции оперирования понятиями и умение усовершенствования таковой функции и есть способность мыслить (уровень развитости коей (способности мыслить) и определяется количеством функций, коя она вырабатывает). Тогда мы скажем, что Буриданов Осёл, мысля, никогда не умрёт с голоду, а Лейбницов Осёл, не имея способности мыслить, умрёт. А теперь, посмотрев на миры Ослов Готфрида Лейбница и Жака Буридана, мы можем заметить, что функции ослов соответствуют миру, ими наблюдаемому. Значит, Осёл Лейбница, не мыслящий, продолжит существовать в неменяющемся мире, пока не умрёт, а Буриданов Осёл, будет жить, не замечая, как мыслит, приобретая функции новые оперирования, и как вокруг него меняется мир. Тогда, скажем мы, в том и есть начало сознания – умение изменятся и создавать восприятием уникальный мир, и тем мы, ослы, свиньи и прочие будем отличаться от Осла Лейбница или подобной ему программе. Но теперь мы к тому же ещё можем сказать, что мир наш никогда не был миром Лейбницова Осла, а Осёл Лейбница, как мы поняли, не смог бы в нём существовать. Значит, всё живое будет априори стремиться расширить своё восприятие – что, в частности, и даёт понять данный Мысленный Эксперимент."