Котлован

Автор

Опубликовано 28 января 2003 года

```

```

* + -

Шкура крысы дымилась. Полутораметровая туша все еще подергивала и сучила по земле хвостом и перебитыми лапами. Свет закатного солнца, пробивающийся через серые тучи, отблеском гас в черных глазах твари.

«Сволочь» — как-то буднично, без злобы, без ненависти к несчастному мутанту, возникла мысль.

— Сволочь — слова сами сорвались с языка. Привычка. Сталкер стоял в пяти метрах от дымящегося трупа. Огнемет был уже бесполезен. Как крыса смогла полчаса плестись за спиной Сталкера, не издавая ни единого лишнего звука, каким образом смогла прокусить террапластовый бронежилет, почему её не отогнали выстрелы, как всегда бывало? Сталкер не понимал. Да и не хотел понимать, он устал, нужна была передышка. Сталкер знал, находиться слишком долго в зоне нельзя было даже таким как он. Он же был здесь уже третью неделю. Это очень много. Зона забирает силы и высасывает чувства из человека. Он знал и это. Только также он знал и то, что не знал никто из обычных людей, и, что было известно всем, кто работал непосредственно с Зоной, в Зоне. Здесь все было подчинено одному закону, хотя Зона не признаёт никаких законов, ни природных, ни человеческих, но это правило вывели сами люди, ходившие в Зону не раз. «Если Зона не калечит, не заражает, не убивает тебя сразу, значит, она признала и приняла тебя, иди и возьми её дары, если сможешь» — говорил старый Глаз… …старика, пожрало Месиво месяца 4 назад, а ведь это был старейший из «старателей Зоны» (как называли их городские торговцы). Зона никогда не дарит, она дает в долг, все зависит насколько долго, ты сможешь бегать от расплаты. Эта простая истина стала понятна Сталкеру совсем не давно, когда он потерял партнера. Ах, Москит, Москит, пусть спится тебе спокойно, да не поднимет тебя зона. Сталкер пнул ногой труп мутанта, счетчик, вшитый в наружный карман штанины, подал сигнал. Мелькнула красная лампочка на рукаве, экранчик рядом с часами показал — уровень радиации не критичен.

— Хм… — В руке появился широкий армейский нож. Умелыми движениями Сталкер стал отрезать хвост и уши мутанта. Темная, плохо пахнувшая кровь брызгала на траву, грязную дорогу, но ни капли не попадало на одежду Сталкера. Он прикинул, брать ли зубы, они высоко ценились на черном рынке, да и ученые могли бы дать за зубы, крысы такой величены, достаточно хорошее оборудование и медикаменты. Но ему не хотелось возиться с черепом, да и начинало подташнивать от запаха паленого мяса. Нужно было искать ночлег, обеззараживать одежду, вводить сыворотки в измученное тело. Завтра он будет в Городе. Завтра. Сегодня он подошел вплотную к третьему пограничному кольцу, до него каких то шесть километров. Конечно, нужно было бы пройти все кордоны ночью, но он слишком устал. А народ здесь нервный. Стреляют во все, что движется, и не мудрено, Зона никогда не шутит. Нужна вся его сноровка и наблюдательность, чтоб его не подстрелили еще на подходе автоматические турели. А он даже не смог заметить приближение, какой то крысы. Хотя ни одна крыса, даже таких размеров, не могла, до этого, прокусить терропласт. Ладно, он еще вернется. А сейчас… сейчас спать, как пелось в одной старой песне.

Почти, что ночью, он заметил сарай, довольно большой и расположенный посреди молодой рощи мутировавших яблонь. Сарай был не ахти — проржавевшая конструкция из листов железа, нашитых на сваи, но Сталкеру доводилось спать в местах и похуже. Внутри везде валялись металлические пластины, и детали. Видимо здесь была мастерская, или склад.

В углу пристроился кузов трактора. Кузов фонил, как и все в Зоне, но не сильно. Для одной ночи сойдет. Из темноты прибор ночного видения выхватывал все больше и больше деталей. Вот здесь был убит Хрипун, животное безобидное, но неприятное, как по внешности, так и по звукам которые оно издает, местное подобие коровы, вернее её потомок. Бесформенные кучи шкуры хрипуна и старые пятна крови, разбрызганные по полу и стенам, говорили о том, что убивали хоть и быстро, но беспорядочно и жестоко. Наверняка обглоданный труп животного валялся где-нибудь рядом с сараем.

Зубастики. Здесь — безопасно, естественно насколько безопасно бывает в Зоне. Там где прошла стая зубастиков, не остается ничего живого. Ну, разве что им не встретится на пути другая стая или они не наткнуться на старателя Зоны. Даже самый неопытный Новичок, проведший в Зоне хотя бы с неделю, умеет отогнать или уничтожить этих безмозглых тварей. А вон там, в противоположном углу, было гнездо Упырей. Неприятные создания, еще одно порождение Зоны. Мелкие, с собаку величиной, похожие на безволосых обезьянок с противными физиономиями, живут в семьях по 3-4 особи. Жертву парализуют с помощью ввода специальных ферментов в кровь. Возможно, в других обстоятельствах, Сталкер не стал бы здесь останавливаться — Упыри имели неприятную особенность, их основной пищей были кровь и, если удавалось легко до него добраться, костный мозг теплокровных животных. Но они имели и приятные особенности — упыри тащили в гнездо не только пищу, но и все что им нравилось, то есть все, что блестело и вкусно пахло. Упыри видимо бежали незадолго до появления зубастиков. Подойдя к гнезду — набросанным тряпкам, бумажкам, старательно обмазанным навозом и слизью, Сталкер разбросал горку мусора. Там оказалось, среди всякого блестящего хлама, 2 гранаты (со следами зубов и когтей на облупившейся краске), рожок для автомата и армейская каска. Вот так подарок, в Зоне очень трудно найти боеприпасы. Правда при ближайшем рассмотрении в каске оказалась засушенная голова, с высосанными глазами, мозгом и выеденными ушами и носом. Какой-то бедняга, видно с заставы, попал в скрюченные лапки кровососов, что само по себе большая редкость, там обычно сидят очень опытные люди. Возможно, конечно, что безалаберный новичок не внял никаким правилам безопасности. Вообще то Упыри не причиняют бОльшего вреда человеку, чем заражение крови, ну возможно, еще, если семья упырей большая, человек может потерять достаточно крови чтобы ощутить слабость и головную боль, но никак не умереть — чтобы насытиться им нужно совсем не много. Видимо парализовав солдата, Упыри пытались снять каску, но, не справившись с застежками, они просто перегрызли солдатику шею. Не повезло. Зона жестока с теми, кто не знает правил. Сталкер улыбнулся — «правила зоны», смешно, надо бы запомнить шутку.

Расположившись в кузове от трактора, разведя огонь в портативной жаровне, обработав кожу и одежду из распылителя с обеззараживающей жидкостью и вколов препарат по выводу античастиц из крови, Сталкер попытался уснуть. Сон не шел. Что-то его тревожило, что-то давно забытое и несущественное тогда, сейчас всплыло и скреблось о железные листы души, коготками упыриных лап. Мысли безумно метались в голове.

«Почему? Что я делаю здесь? Почему когда меня зовут, я откликаюсь, на странное прозвище «Сталкер». В одной книге, которую я читал в детстве, да, у меня было когда-то детство, я читал про сталкеров. Фантастическая история про последствия прилета на землю инопланетян. Кто знал, что люди создадут свою собственную Зону?

26 апреля 1986 года Чернобыльская АЭС показала, что бывает, когда человек берет на себя слишком много… Это было как в Библейской притче про Вавилонскую башню — Человек возомнил себя Богом, и Бог покарал Его… Что за чушь лезет в голову? Причем здесь Библия. Авария создала Зону… радиация, природные аномалии, мутанты и… …мы старатели…" — Усмехнувшись, Сталкер погасил миниатюрный, не дающий запаха и дыма костерок, на сухом топливе, в жаровне. Повернувшись на другой бок, стараясь не слышать звуков ночи (где-то совсем рядом надрываясь, кричала Кликалка) он продолжал думать. — «Те которые хотят выжить, те которые приносят из Зоны столь нужную всем информацию и материалы… Хотя среди нас встречаются и те кто делает это ради наживы… Но такие не живут в Зоне долго. Зону надо понимать, жить вместе с ней, Зону надо любить… странно как-то звучит «любить»… Да, все мы приносим частичку Зоны на продажу, но только для того, чтобы вернуться и увидеть еще больше, зайти еще дальше… А ведь когда-то я был обычным учителем литературы и английского языка… Алексей Макарович! — кричали дети наперебой… Алексей Макарович… Когда же я стал таким, каким стал? Может, когда случилась катастрофа, и нас повыгоняли из родных деревень? Или когда, глядя как остатки моей школы, в которой я учился и в которой я учил, закапывают экскаваторы на трех метровую глубину? Или же когда нашел в радиоактивной грязи светоидный камень? Не знаю. Я уже привык к такой жизни. Почти 4 года я живу как Сталкер…" Вот тут он услышал глухой стук, шипение и почувствовал запах газа… Но было уже поздно. Он упал в темноту.

* + -

… — Дядя Лёша, а вы еще придёте? — на девочке был грязный синий сарафан и истоптанные босоножки, что совершенно не подходило к её внешности — белокурая улыбчивая синеглазая мордашка не увязывалась с грязью и копотью повседневности.

```
— Не знаю, Юля. — Сталкеру не хотелось обманывать, так искренне верившего в него маленького человечка. — Но если я буду проходить мимо вашего двора, я обязательно загляну…

```

— Ой, — Юля захлопала в ладоши. — а можно мне будет тогда с вами на речку пойти?…

— Вот придет дядя Леша, тогда и сходите — женщина вошла в комнату, неся в руках рюкзак — а сейчас марш брату помогать! Он уже в подвале час дожидается, вещи надо разложить по шкафам, прибрать коробки…

— Ну мама! Я не долго, только дядю Лешу провожу!… — Юля сразу надула кукольные губки.

— Марш, я сказала! — Девочка со слезами на глазах выбежала. Женщина положила рюкзак на стол, единственную мебель в комнате. И подошла к Сталкеру вплотную. — А может ты, всё-таки, останешься? — глаза женщины были печальны, она не рассчитывала услышать «Да». Рука женщины легла на плечо Сталкера.

```
— Нет… Не могу… Вы бы тоже уезжали. Гиблое это место. — Он отвел глаза от умоляющего взгляда женщины. — Сама не убережешься, детей погубишь. Нельзя так близко… Езжайте к родственникам…

```

— Нет у нас родственников, здесь все родились, здесь и помрем… Спасибо тебе за деньги, не ты, не протянули бы мы зиму эту. — Женщина резко отступила в глубь комнаты — Вот здесь, я тебе еды собрала — консервы, хлеб, крупа… Ты когда пойдешь, задними дворами иди, что бы дети не видели, прикипели они к тебе. Всё прощай… — с этими словами она выбежала. Хлопнула входная дверь.

«Что же ты делаешь Сталкер? Неужто Зона роднее тебе, чем эти люди? Сталкер? Сталкер. Сталкер…"

* + -

```
— Сталкер!… Мать твою! … Вот зараза! Чем вы его? А? Ооо… я уж думал упыри. Да очнется, он, очнется… Эй Доктор чего ты там возишься? Давай это сюда!

```

Откуда-то, сквозь туман и боль, послышались голоса, приглушенные сначала, но все больше приближающиеся и заполняющие собой все гулкое пространство в голове. Грубый хриплый голос продолжал свой диалог с кем-то, еще пока не слышным.

```
— Во-о-от, зашевелился! УУУ курва! Я те подохну! Нет, это не тронь, это дорожник — он для определения пути в Мареве — те он будет как кошке второй хвост. — Гогот говорившего был похож на звук неисправного дизельного движка, бульканье и хрипение. — А это… это гайки… Гайки, те говорю! Вот дурья твоя башка — университет, небось, кончал, а таких вещей не знаешь! Да ты б со своей командой ноги протянул бы сразу, как только от блокпоста отошел бы,… Скажи спасибо, что я взялся помочь…

```

```
— Господин Галкин мы хотели бы поговорить с господином Сталкером, а не слушать ваши шутки весь день. — голос был сухой, без раздражения или других эмоций.

```

— Так и говорил бы, если б, по-нормальному, по-человечески, а не газовую шашку… все у вас Америкосов, не как у людей… — Теперь Сталкер узнал говорившего. Могильщик был в своем репертуаре, нахально-хамский стиль общения был его козырем во всех переговорах. — Ну-ка, ну-ка солдатик — ты б энто, винтовочку то опустил! Рэмбо, мать твою так, это же Слизянка — стрельнешь — всю жизнь отмываться будем. Док, мы так не договаривались или все слушаются меня или дальше вы уже в гордом одиночестве… Эй… Воды сюда быстро…

Холодная жидкость ударила в лицо, стало легче, веки начали поддаваться усилиям мышц, хотя открыть глаза пока не получалось. Боль ударила в голову, замутняя разум, с новой силой. Стон вырвался с губ и улетел в, уже, светлевшее небо.

— Да вставай же ты! — Удар под рёбра был не сильным, но болезненным, Сталкер открыл глаза.

Картинка, открывшаяся ему, была совсем не той, которую, он, Сталкер хотел бы сейчас увидеть. Он увидел ногу, в камуфляже, с облепленными грязью армейскими ботинками — нога была занесена для повторного удара. Рефлекторно он поймал ногу, тело отозвалось болью, дернул на себя — человек пытавшийся ударить, полетел в мокрую траву, Сталкер вывернулся, оказываясь на обидчике верхом.

— С-Сука-а! — Теперь Сталкер мог рассмотреть окружающую обстановку во всех деталях: Они находились в том самом «саду» где был гараж, в котором он так неудачно решил заночевать, наступало утро, трава была в росе. Под ним, страшно матерясь и безрезультатно пытаясь освободиться от захвата, барахтался Могильщик, вокруг стояло еще шесть человек — все в камуфляжной форме, все без нашивок и опознавательных знаков, все смотрели на Сталкера. Четверо направляли на него черные дула новеньких М-16. Поодаль плечистый здоровяк копался в рюкзаке Сталкера. Невысокий, лысый человек в очках, до сих пор не двигавшийся, поднял руку, с раскрытой ладонью, вверх, как если бы готовился отдать команду огонь, и подошел поближе:

— Спокойно, если вы не будете делать резких движений… — это был оппонент Могильщика.

— Кто вы такие? И почему напали на меня? — Вопрос был риторическим, Сталкер и так уже многое понял. Откуда-то он знал, что эти люди пока не причинят ему вреда, и что они ищут его. Хотя в Зоне все это становиться неважным.

— Прошу извинить нас за столь бесцеремонные меры предосторожности, но мы потеряли уже трех человек из-за «Старателей»… здесь не действуют моральные законы, поэтому… приходиться прибегать к крайним действиям, что бы выйти на контакт…

— Да снимите же с меня эту Суку!!! Или я его… сам замочу! — Могильщик прекратил попытки высвободиться и лишь злобно ругался и пыхтел. «Кишка у тебя тонка» — подумал Сталкер, — «этим людям понадобился именно я, поэтому …"

— Старатель, — Сталкер выговаривал это слово, казалось, целую вечность — не будет убивать, если на него не нападут первым. — Довод был железным, Лысый скривился, как если бы ему пришлось вспомнить нечто нехорошее.

— Да вы правы… они не убивали, просто замечая нас, уходили в Зону, а преследование их там, в итоге обошлось нам дороже… прошу вас отпустить господина Галкина, и отойти, держа руки на виду… мы не хотим причинять вам вреда, мы хотим сотрудничать…

— Для Американца вы неплохо говорите по-русски. — Сталкер плавно и медленно стал приподниматься. Освободившийся Могильщик быстро отполз к Лысому.

— Спасибо. Это входило в курс моей подготовки. Хотя почему вы решили что я Американец… О простите — я забыл с кем имею дело. — Лысый прошелся цепким взглядом по стоящему теперь у дерева Сталкеру, будто оценивая, и продолжил:

— Но мы отвлеклись, давайте перейдем к делу. — После этих слов солдаты опустили оружие, Лысый подошел и теперь смотрел прямо в глаза. — Нам нужна ваша помощь.

* + -

Струи тумана заворачивались в такие тугие спирали, что будь он еще плотнее, людям пришлось бы прорубать себе дорогу с помощью ножей-мачете. Люди шли молча и медленно, как будто опасаясь нападения. Только хлюпала жидкая грязь под армейскими ботинками, тихо позвякивало оружие о пряжки одежды, и разносились над болотом звуки падающих в грязь маленьких предметов, камушков или гаек. Последние три или четыре всплеска сопровождались глухим чуть слышными ударами о землю под слоем грязи.

— Надо ждать. — После много часового молчания голос Сталкера прозвучал как удар в гонг. Люди покорно остановились.

— Сколько?

Сталкер не оглядываясь, понял, вопрос был задан командиром отряда специального назначения, только у него в этом отряде был стальной, негнущийся голос. Таким же голосом Брэд Коннорс мог отдавать приказ своим солдатам расстрелять толпу митингующих.

— Около трех часов — эта «плешь» здесь давно, она достаточно большая и продержится здесь недолго. Плюс, минус полчаса, час для уверенности. — Сталкер на секунду задумался, проводя какие то расчеты. — Да, путь будет свободен через три — четыре часа.

Могильщик мелкими, вороватыми, хлюпающими шажками обозначил себя в тумане за спиной Сталкера.

— Чаго то я не помню, что бы у нас карта Плешей была! Эй, начальник! Что-то ты не то говоришь. Откуда ты знаешь сколько ждать? Этого никто из наших не знает! Плешь или есть или нет. И не тебе решать когда её не будет! Или ты чаго недоброе задумываешь? — Могильщик обежал Сталкера и заглянул в его глаза и отпрянул — я вижу ты совсем свихнулся, а жаль… Да, что вы слушаете его! — он уже обращался к Лысому. Никто не называл его имени, поэтому Сталкер звал его просто «Док».

— Какой смысл ждать? Я эту лабуду уже слышал от многих, мол «давайте подождем пока спадет вода» или «ждать осталось недолго и мы пройдем», и где они сейчас? Нету! Сдохли в Зоне, и портянок не осталось. Вы это, лучше меня послушайте — плешь мы обойдем, правда, придется идти по лесу, ну это ничего — у нас оружие. Ну ладно оружие, есть у вас. Ну и естественно я подмогу…

— Нужно подождать полчаса и плешь рассосется — Я знаю. — Сталкер по-прежнему не оборачиваясь, всматривался в реки тумана. Казалось, в тумане возникают какие-то смазанные фигуры, они манили и призывно изгибались. «А как давно я не был с женщиной!» — вдруг пронеслось у него в голове. Улыбка дрогнула на тонких губах и растворилась во рту горько-сладким привкусом недоумения — он не помнил.

— У вас есть гарантия, что через четыре часа мы сможем пройти? — Док тоже подошел поближе, теперь они стояли и смотрели в туман втроем. Солдаты во главе с Коннорсом остановились, отрезав путь назад, всем своим видом демонстрируя желание драться. Конечно! Бравые американские спецназовцы рвались в бой, им так и не встретились никакие чудовища, или зомби, или все то о чем они слышали из передаваемых шепотом слухов о Зоне, на своей базе в Огайо. Они были разочарованы. Тем временем Док продолжал — То о чем говорит господин Галкин, -

При этих словах Могильщик сплюнул и с приглушенным матом вперемешку с фразой «господин Галкин?! Ха!…" стал рыться в карманах, пока не выудил оттуда промокшую сигарету. Он еще раз сплюнул и пошел за куревом к солдатам. — Вполне логично и обосновано. По нашим данным, области аномальной гравитации — так называемые «Плеши» действительно не поддаются пока систематизации и просчету вероятности, как появления их, так и исчез…

— Мне все равно, что вам рассказали про зону, мне совершенно безразлично какие данные у вас были. — Сталкер смотрел прямо в серые спокойные глаза Лысого. Его голос был столь же спокоен, как и эти глаза. — Но в Зоне свои законы, в зоне ваши данные не стоят ничего. Вы просили меня отвести вас в то место, которое на вашей карте значится как квадрат 34-О, это место находиться сразу за горой, в пятистах метрах от нас, нужно только подождать три или четыре часа. Я обещал отвести вас и вы туда попадете, если будете слушать меня и выполнять условия, о которых мы с вами говорили вчера. Но мало того, что вы не отдаете мне моего снаряжения, мало того, что вы считаете, что я ваш пленник или заложник, вы еще и пытаетесь навязывать свои правила мне, а значит и Зоне. Док, так не пойдет либо вы идете за мной, либо меня ведут за вами. Третьего не дано. Поймите Док, я хожу по зоне четыре года, я уже чувствую её … хм. Нет, не чувствую, а могу «читать» Зону. И здесь написано, что Плешь рассосется через три часа. — Он пожал плечами, почему-то он не хотел спорить, апатия опутывала его тело и разум. «Зона забирает силы, мне надо выбираться отсюда как можно скорее» — Подумал он, и сам удивился своему безразличию к этой мысли. Сталкер отвернулся и вновь уставился на туман. — но как очень точно заметил Могильщик, в конце концов у вас оружие, вам решать. Но я вам советую подождать.

— Что скажете Капрал? Стоит нам подождать? Или мы последуем совету — ухмылка застыла на губах Лысого — господина Галкина?

— Сэр! Я считаю, что обойти болото было бы тактически вернее, чем терять здесь время. Сэр! — Стальной Брэд (так звали его солдаты) отделился от остальных бойцов — Смею заметить Сэр, мы и так потеряли слишком много времени, блуждая по этим болотам. Если верить карте квадрант 34-О находится прямо в лесной полосе. Идя по болоту, мы сделали крюк в полторы мили. Сэр!

— Что вы на это скажете? Сталкер?

— Ничего. Я уже понял, что решение принято уже давно и без моего участия.

— Вы как всегда поражаете меня Сталкер — ухмылка на лице Лысого стала еще больше, Капрал, по нашим данным безопасный вход в Лес находится именно в этих координатах, — он ткнул пальцем в карту поднесенную капралом Брэдом. — Вот здесь находится так называемая «Резонирующее пятно» — палец Лысого описывал замысловатые окружности на карте — единственный, безопасный вход в лес, ведущий в квадрант 34-О находиться в километре от нашего положения. И он лежит через пятикилометровую полосу леса. Именно по лесу мы обогнем этот пласт горных пород. Лагерь разобьем вот здесь…

Сталкер перестал прислушиваться к разговору. В голове у него клубился не менее густой и беспросветный туман, чем на этом богом забытом участке промокшей суши. В мозгу проносились какие-то видения и размытые образы, раздавались приглушенные звуки и крики. Но у него не было сил даже удивляться. Он фиксировал и отдавал себе отчет во всех своих действиях и словах, но наблюдал за разыгрывающейся «сценой из жизни» из отдаленного партера разума… Он так устал. И еще было желание… Оно уже было давно — оно билось в его сердце с каждым вздохом: «Я хочу домой!». Сталкер опустился на корточки и туман тут же обволок его подбородок. Сталкер попытался поймать туман ртом. «Я хочу домой… может, если я прыгну сейчас в туман я смог бы, нет, наверняка я ушел бы. Так почему же я сижу и жду, когда они решат идти к старому котловану!» Ведь именно старый котлован находится в том самом квадранте 34-О. Говорили, что там захоранили, сразу после аварии, трупы рабочих и несчастных которые попали под первую волну радиации. В стране не знали тогда, как обращаться с таким количеством «грязных» трупов. Какой то умник решил уладить все с помощью одной большой братской могилы из песка, бетона и грязи. «Как странно я исходил Зону вдоль и поперек, был на юге и на севере, на склизком западе и удушливом востоке, а в котлован не заходил. Почему? Ну наверное что все старатели обходят то гиблое место. Но почему меня так тянет… да действительно тянет туда сейчас!»

— Итак, решено! Господа, мы направляемся в Лес, прошу пристегнуть ремни — Теперь физиономия Лысого выражала веселую решимость, как будто его заветное желание вот-вот сбудется: нужно лишь сделать пару шагов к нему. И он, конечно же, сделает эти шаги. — И следовать за капралом.

* + -

Хотя в Зоне было много маленьких лесков, чащоб, и заброшенных, разросшихся садов, именно эта полоска деревьев звалась «Лесом». Он окружал с трех сторон старый котлован по добычи щебня, подступал к нему вплотную, но так и не смог одолеть гору, у подножия которой и был вырыт котлован.

Деревья в Лесу были белесые, с чумными наростами грибов паразитов, их голые склизкие ветки тянулись к небу, как будто в мольбе прекратить бесконечные страдания. Кора, точно больная кожа, скользкими кусками слезала при прикосновении к ней. К тому же там было такая пронзительная тишина, что войдя под своды больных деревьев хотелось кричать. И еще поговаривали, что из-за близости котлована там происходят совсем уже необычные и странные вещи, Лес с котлованом был своего рода Зоной в Зоне.

Они остановились, когда последние лучи солнца скрылись за низкими серыми облаками. Завтра они должны будут выйти к котловану. Капрал Коннорс крыл матом расслабившихся солдат, расставляя их по постам. Лысый-Док общался с командованием по портативному передатчику, тихим голосом докладывая ситуацию. Казалось, все забыли о Сталкере и Могильщике. Сталкер сидел на земле безучастный ко всему, что происходило вокруг. Могильщик, как только оказалось, что сигарет больше нет и взять их негде, стал вести себя еще более дергано, чем обычно. Те, кто общался с ним ранее сказали бы, что он чего-то боится. И были бы совершенно правы. Могильщик был тем человеком, который чувствует опасность задолго до ее появления и старается забиться в угол как можно дальше, и поэтому он выжил в Зоне так долго. Мечась от одного солдата к другому, пытаясь завязать хоть какой-то разговор, с молчаливыми, смотрящими на него с презрением, солдатами, он все больше и больше впадал в панику. Наконец он подошел к Сталкеру, нервно оглядываясь, он сел рядом на гнилую землю.

— Что тоже не спиться? — попытался пошутить Могильщик, и продолжил дрожащим надтреснутым голосом — Да, ладна братан, не бери в голову, ну ты чаго на меня обиделся чтоль? Я ж никогда бы сам — это все они, они заставили… они все стравливали, все ружьем мне тыкали: мол давай… давай показывай где тут у вас Сталкер… Денег мне даже предлагали, но я в никакую… — Сталкер не обращал на его слова никакого внимания. Голос Могильщика перешел на шепот, и в нем появились молящие нотки — Мы ж с тобой здесь два родных человека. ТикАть отсюда надо, слышь, чаго говорю то? По ихнему то я конечно не бельмеса, но я понимаю не спроста им котлован то понадобился. Ох, чувствую поляжем мы там… если не уберемся отсюда щас. Давай, когда ночь то будет, мы зубастиков то приманим, а сами в суматохе убежим, а? Ну или просто сбежим: огреем вот того Чудилу по башке, и видали нас, а? — все еще не видя реакции со стороны Сталкера, Могильщик напрягся и осторожно, положил руку ему на плечо. Ничего не произошло. — М-м-мать! Начальник! — Могильщик решил предпринять последнюю попытку, он поднялся и обратился к Лысому. — Начальничек, можь отпустите меня то? Ну зачем я вам? У вас же есть Сталкер, а у меня жена еще дома, детишек кормить надо, а? Вы ж почти на месте обещал я вас довести, вот оно то место — довел! — Лысый оторвался от передатчика и вцепился взглядом в Могильщика, тот же уже не мог остановиться, Могильщика «несло». — Ну отпусти начальник, забирайте все что было мое, а я пойду, мне пора уже, я и так слишком долго здесь, ты доктор ты знаешь…

— Капрал Коннорс. Верните ему его вещи и отдайте обещанные деньги. — голос был сух, лицо Лысого ничего не выражало.

— Есть Сэр! — Капрал встал наизготовку.

— Да и проводите его до дальнего отметки нашего лагеря капрал. — Эти слова Лысый сказал, когда вновь повернулся к передатчику. Капрал кивнул и одним рывком скинул со своего плеча рюкзак Могильщика. Тот же стоял не двигаясь, шевеля губами, все еще не веря в то, что он свободен.

Когда они скрылись за деревьями, стало совсем темно. Только стволы и ветви светились слабым белесым светом, отчего лица людей становились мертвенно бедными. Спустя десять минут раздалось два выстрела, и воцарилась все та же «мертвая тишина». Выстрелы проревели в голове Сталкера как раскаты грома, он вздрогнул, все еще не до конца осознавая реальность, попытался сфокусировать взгляд. Понимание всей ситуации пришло сразу же за третьим выстрелом.

— Зачем? — недоуменно и скорее задавая этот вопрос себе, чем окружающим его людям, Сталкер оглянулся на Лысого. Лысый уже некоторое время смотрел на него.

— Наше задание не подразумевает свидетелей. — просто и коротко ответил Лысый.

— Но зачем?! — Все еще ошарашенный Сталкер, начал приподниматься. — Зачем было убивать его? Все что происходит в Зоне никогда не выходит за её пределы, Зона не выпускает своих секретов, да и Могильщику никто бы не поверил, принеси он хоть видео съемку… — Сталкер смотрел на спокойное и усталое лицо Дока, и не мог объяснить ему элементарных вещей, которые знали все, кто хоть раз побывал в Зоне.

— Нам нужно поговорить — Сделав знак солдату, он поднялся, подошел к все еще стоящему у дерева Сталкеру и деликатно взял его за локоть. — Пойдемте, поговорим вон за тем упавшим стволом у оврага. — Все так же деликатно сжимая его локоть, Док, повел ошеломленного Сталкера в указанном направлении.

* + -

Капрал Коннорс вернулся немногим позже. Увидя, что Лысого нет в их маленьком лагере, он прослушал доклад своего подчиненного и позволил себе немного расслабиться. На лице играла легкая улыбка.

— Эта вонючая крыса пыталась сопротивляться! — Он сказал эти слова словно хорошую шутку. — Я выпустил в него две пули, причем одну в голову, а он все еще полз за мной. Жил как крыса и подох как крыса. — Стальной Брэд удовлетворенно сплюнул. К нему подошел солдат:

— Сэр на наших датчиках обозначилось движение…

Капрал сразу стал серьезным и собранным — он не зря занимал свой пост.

— Откуда идет движение?

— Со стороны северо-запада, на расстояние примерно четыреста футов. Что-то небольшое приближается к нам. Сэр.

— Позови ребят. — по рации был отдан коротки сигнал, когда все подтянулись, капрал спросил — Где Док и другая помойная крыса?

— Док не отвечает на наши позывные, Сэр, прикажете пойти на поиски …

— Двести метров, Сэр…

— Нет, сначала разберемся с тем, что движется сюда, проверить оружие, занять позиции… без приказа огонь не открывать…

* + -

— Итак, давайте начистоту, я представляю здесь международную разведку, — как только они отошли на то расстояние, с которого уже не видно их маленького лагеря, Лысый заговорил. — Мой отряд состоял из десяти человек, нашим заданием было тайно пробраться на территорию Зоны, и любыми способами собрать информацию о том, что твориться в квадранте 34-О. Мы уже посылали две группы, но, к сожалению ни одна из них не вернулась. Мы теряли связь с ними в радиусе пятнадцати километров от квадранта 34-О. Вы спросите чем он так для нас интересен — что ж вам я могу доверить эту информацию. В этом квадранте наши разведывательные зонды обнаружили температурную аномалию, как если бы там под землей было большое скопление живых организмов, или одна живая биомасса. Так же из этого квадранта выходили электромагнитные волны на коротких частотах, один из зондов записал сигналы. Ученые, проанализировав их пришли к выводу что это волны имеют направленный характер и несут в себе зашифрованную информацию. Ученые пришли к выводу, что мы имеем дело с разумным живым организмом, появившимся здесь в Зоне, около двух лет назад.

— Зачем вы рассказываете мне это все? Намекаете что я теперь не жилец? Ну, так убейте меня здесь и сейчас. Довольно пустых разговоров. — Сталкер снова тяжело прислонился к склизкой коре.

— Не все так просто, как вам кажется, вы не такой как Могильщик, вы не такой как все старатели. Изначально успех нашей экспедиции должен был быть положен на фундамент нашего сотрудничества. Эта экспедиция разрабатывалась пол года тщательнейшим образом, нам казалось, мы продумали все. К сожалению, наша самоуверенность сыграла с нами злую шутку. Да мы преодолели все заслоны и кордоны без происшествий и жертв. Но, пытаясь найти вас, мы потеряли трех солдат и второго руководителя экспедиции, мы не могли рисковать далее и пошли на крайние меры — нам пришлось нанять ненужного свидетеля, он был обречен с того момента, как согласился помочь нам найти вас. Мне очень жаль, но обстоятельства сложились не в нашу пользу.

— Если все так сложно, — Сталкер уже взял себя в руки. Теперь пришло время его вопросов. — Почему вы не обратились к нашему правительству? К военным? Почему искали именно меня? Вы чего-то не договариваете…

Со стороны лагеря что-то вспыхнуло. И Сталкер и Лысый обернулись одновременно, но все было тихо.

— Очень спокойно не делая резких движений, идем к лагерю, предупреждаю у меня пистолет — впервые голос Лысого был подвержен эмоциям — страху.

Молча, они направились обратно, деревья мертвенно мерцали, хлюпала грязь. Оказавшись на краю поляны, они ничего не увидели. Не было солдат. Не было капрала Коннорса. Только грязь, в грязи вещи солдат и Сталкера, брошенная станция связи, да белое свечение деревьев.

— Что произошло? — голос Лысого был глух, но отчетлив в мертвой тишине Леса.

— Я не знаю, я не видел ничего подобного за все четыре года, что я хожу по Зоне. — Сталкер направился к разбросанным там и тут рюкзакам и сверткам.

— Капрал Коннорс! Отзовитесь! — Лысый уже орал в шипевшую рацию, — Капрал! Это не смешно!

— Не кричите Док. Они мертвы. — Сталкер вдруг остановился и, не отрываясь, смотрел на корни ближайшего дерева. Лысый подошел к нему и посмотрел туда же. Между осклизких корней была видна кисть человека. Будто обладатель этой руки бы закопан под деревом. Причем ни дерево, ни корни не были повреждены.

— Это один из солдат — на указательном пальце татуировка с аббревиатурой подразделения. — Констатировал Лысый. Он отвернулся и его стошнило. Сталкер не спеша подошел к своему рюкзаку, надел лямки на плечи и пошел в направлении котлована.

— Стой! Что ты задумал? — Лысый уже вытирал лицо платком, лицо выражало решительность, в руках он держал пистолет. — Ты пойдешь туда, куда я тебе скажу…

— Нет, я не буду больше слушать тебя, Док, я знаю куда идти. Я пойду к котловану. Прощай Док.

— Ты никуда не пойдешь… — Время замедлилось, пистолет в руках Лысого выплюнул струю пламени, маленькая свинцовая пулька устремилась в сторону Сталкера.

Но, уже падая Док увидел вспышку в районе груди Сталкера. Цепкий, стремительный ум полковника внешних разведывательных сил международной организации объеденных наций не мог переварить всей информации. Прокручивая события, пока тело падало в грязь, мозг полковника никак не мог соединить разрозненные кусочки реальности. Вот он стреляет, вот пуля попадает в грудь Сталкеру, вот он видит на месте раны яркую вспышку, вот он падает на землю с острой болью в области груди. И вот наступает тьма.

* + -

Человек лежал на серой поверхности в центре бетонной плиты. Плита была неопределенной формы и имела в радиусе, где-то километр, лежала на дне огромного котлована. Как будто здесь застыло озеро. Уже день, солнце жгло беспощадно. От плиты шли струйки горячего воздуха. Сталкер очнулся оттого, что лицо начинало саднить и чесаться. Его взору предстало безоблачное синие небо, которое было настолько прозрачно и глубоко, что глаза начали слезиться. В мозгу было пусто и оттого спокойно, вот если бы не эти шаркающие шаги … Шаркающие шаги? Сталкер вспомнил все события вчерашней ночи, тело внезапно свело судорогой отчаянья. Он вспомнил, как падал в грязь от выстрела Дока, он вспомнил жуткую боль в груди и струйку крови, стекающую на его ладонь.

Шаги приближались.

```
— Сталкер? — голос был сиплым и каким-то странным. — Как давно Мы не видели тебя.

```

Повернув голову, Сталкер увидел Москита, вернее то, что осталось от Москита. Тело стояло качаясь, на легком ветру. Почему Сталкер принял этого мертвяка за Москита?

— Это действительно тело Москита. — Голос был странен из-за булькающей черной жижи, все время вытекающей изо рта трупа — Мы нашли его тело, чтобы тебе было легче общаться с нами.

— Но Москит утонул! Зона Забрала его! — Почему-то Сталкер не чувствовал сейчас страха, паники или чего то подобного, ему было просто обидно. Как если бы отобрали его любимую игрушку. — Я давно уже ничего не понимаю… Казалось, вот я сижу здесь и разговариваю с ходячим трупом… Что? Ничего, это Зона, в Зоне все бывает… Наверное просто я сошел с ума от радиации и влияния зоны и сейчас лежу и брежу в том самом сарае, где я заночевал… ДА ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ, НАКОНЕЦ!!! — Крик Сталкера разнесся по плите, отразился от стенок котлована. Труп повернул голову как бы следуя взглядом за эхом..

— Успокойся. Здесь ты в безопасности. Здесь Ты дома. Пойдем Нам надо Тебе кое-что показать. — Труп развернулся и поплелся к противоположному концу плиты, оставляя за собой, маленькие, зловонные черные лужицы.

— Ну что ж если я спятил, то хуже быть уже не может — и с улыбкой сумасшедшего Сталкер поднялся и пошел вслед за Москитом.

Труп шаркал ногами по горячему бетону и все время что-то бубнил, отрывки фраз долетали до слуха Сталкера: «…Он хорошо справился… Он молодец… с каждым разом все лучше и лучше… Да… в тот раз он попытался убить себя… »

— О чем ты говоришь? — Вопрос сорвался с губ Сталкера сам собой.

— Мы говорим, что ты прекрасно справился с заданием, последняя группа была превосходна, столько воспоминаний, столько знания, столько эмоций. Оооо, да эти эмоции. Они сделали нас сильнее, теперь мы можем общаться с нашими детьми на большем расстоянии.

— Прости раз уж это мой бред, «Мы» это кто?

— Мы — это все, мы это разум, разум животного, разум человека, мы это Зона… Мы так долго осознавали себя, что прежде Мы были маленькими и слабыми, разрозненными, сейчас же Мы одни, Мы вместе. И Ты нам очень во многом помог, без тебя бы не было нас. Ты молодец… — в горле Москита булькнуло и кусок толи водорослей, толи внутренностей вывалилось с противным звуком на бетон. — Дааа… ты нам помог, хотя ты и не Мы… ты был до нас…

— Может я ошибаюсь, но мне кажется с Вами мы встречаемся впервые, да я вообще не слышал что бы в Зоне было что-то подобное.

— Мы пока таимся, тем, кто Вне незачем пока знать что Зона это Мы. Но тебя Мы знаем давно, да ты прав Нас ты встречаешь каждый раз заново, но ты нам знаком… И ты всегда приходишь на Зов, вспомни Болота, вспомни Лес, Мы звали тебя и ты пришел. Пришел, хотя не хотел идти, Мы видим это в тебе.

Сталкер задумался над словами зомби, теперь он понимал, что действительно в Лесу и на болотах он вел себя совсем не правильно, его разум будто был замутнен, или отошел куда-нибудь, пока тело выполняло привычные действия.

— Да… ты пришел и привел материал… молодец… Ты знаешь, Мы не говорили тебе, раньше, у Нас было много таких, как ты… да… вы ходили по нашим землям и водили к Нам материал… теперь же остался только ты… ты молодец… Когда мы делали тебя мы не ожидали что ты станешь таким… да…

— Погоди, погоди, значит я … ваша поделка? Ваше изделие? — Сталкер не мог найти нужного слова, но разговор из фарса превращался в трагедию.

— И да и нет… Ты это наша воля, облеченная в плоть и одаренная разумом… Ты часть Зоны и сам являешься Зоной. Когда ты вышел на свет Мы были еще слабы, Мы пока не сознавали Себя, и ты долго был самостоятельным, ты ходил по Зоне как по родному дому, а теперь твой дом это Мы. — Сталкер вдруг вспомнил все то, что он знал и чувствовал, Зона раскрывалась для него как любимая книга — И ты пришел на зов… Видимо поэтому ты оказался самым лучшим из творений… Ты пришел сам и привел с собой материал… И когда ты выйдешь в свет вновь, ты будешь счастлив, как всегда… как всегда… Мы почти пришли…

— Почти пришли куда? — они подходили к краю бетонной плиты, и там где бетон смешивался с землей, наблюдалось движение какой-то массы.

— В купель. Мы уже настолько сильны, что можем управлять нашими детьми на расстоянии… — мимо Сталкера пробежала огромная черная крыса-мутант, эта была даже больше чем та, которую он сжег накануне. — Но это привлекает внимание… Нам оно не нужно… пока, поэтому Нам все еще нужен ты.

Сталкер завороженно смотрел на разноцветную биомассу, так значит, то о чем говорил Док, было правдой, в котловане действительно появилась новая жизнь… Верне не появилась (она всегда была там), а осознала себя. Видимо под воздействиями радиации, давления и газов разложения человеческих тел создалась та самая среда где Зона могла создать себя, свой физический эквивалент.

Так вот куда в конце концов попали все экспедиции ООН, дураки они пытаются завладеть этим разумным феноменом в одиночку, подкармливая его знаниями и генетической памятью тех кого Зона приносит под эту плиту, в котлован.

Но почему тогда он, Сталкер не варился в этом страшном котле? Почему не лежал с простреленной грудью где-нибудь на дне этого месива?

— Потому, что ты такой же как и Мы, потому что ты вышел из Нас, в то время ты был воплощением Зоны, теперь воплощение Зоны это Мы. И Зона подчиняется Нашим законам, а значит подчиняешься и ты… но ты молодец. Ты послужишь Нам, послужишь Зоне еще много раз…

— Погодите, я же не помню ничего из того, о чем вы мне говорите! — Сталкер вдруг начал понимать чего от него ждут. — Я за четыре года здесь в первый раз!

Он попятился — поздно, сзади непонятно как, там оказавшись, еще один труп схватил его в железный захват. Раздалось сипение, и надтреснутый голос сказал — УУУ Курва…

— Все правильно, ты ничего не помнишь, потому что мы сильны и можем изменять тебе память. За те четыре года ты отвечал на зов шестнадцать раз. И каждый раз уходил счастливым. Разве тебе не хочется быть снова счастливым? Разве тебе не хочется домой? — масса зашевелилась, масса начала вываливаться из-под плиты

— УУУ Курва… — повторилось словно эхо …

Масса накрыла Сталкера, одним мощным «приливом». И он увидел свет. Он оказался дома.

* + -

Утро было серым и дождливым. Люди, с которыми он ютился в старом сарае, начали молча собирать рюкзаки и проверять оружие. Радиоактивный дождик накрапывал вяло и грустно, как будто он болел и вот-вот умрет. Но Сталкер знал, что это не так. Этот дождь будет идти еще 3 дня. Но не это было самым страшным, от «грязного» дождя были и препараты и вполне надежная защитная одежда, страшно было другое — Сталкеру надо было попасть в квадрат 34-О. Сталкеру надо было попасть домой. И почему-то на душе у него становилось погано от этой мысли.