Энн Бонни

## Детство

Ирландский стряпчий Вильям Кормак имел юридическую практику в городе Кинсале, что в графстве Корк. Деловая жизнь у него складывалась удачно, и личная тоже. Помимо законной жены у него был роман со служанкой по имени Мэри Бреннан. Между 1697 и 1700 годом у них родилась дочь, которую назвали Анна (некоторые историки называют даже точную дату рождения – 8 марта 1700 года, но это спорно). Вскоре, однако, законная супруга узнала об этом, и оскандалила неверного мужа по всему графству. Пришлось незадачливым любовникам вместе с маленькой Анной бежать с позором из родной Ирландии. Куда же направили они свои стопы? Конечно в Америку, страну где никто не интересуется прошлым человека, поскольку почти все приехавшие туда имели либо уголовное, либо постыдное прошлое.

В Южной Каролине, возле города Чарлстона, Вильям Кормак купил себе плантацию (земли в Америке было много и стоила она не очень дорого) и стал преуспевающим плантатором, так же как раньше был преуспевающим юристом. Мэри Бренннан он представил обществу как законную свою жену, и вскоре чета Кормаков стала частью высшего света Чарлстона.
Между тем Анна подрастала. Девочкой она была красивой, сильной, но характер у неё был на редкость вспыльчивым. Мэри умерла когда девочка была ещё подростком, и всё хозяйство огромной усадьбы легло на плечи Анны. О её крутом нраве ходили легенды, а мальчишки на улице прозвали её «тигрёнок Энн». Известно, что когда один из уличных парней попробовал ущипнуть четырнадцатилетнюю Анну, то она его избила до такой степени, что он несколько недель не мог встать с кровати. Существует легенда о том, как девушка убила в припадке гнева свою служанку и только авторитет отца спас ее от тюрьмы. Но она не имеет подтверждений и учитывая откуда родом её матерь - это может быть просто миф. К тому же к шестнадцати годам у нее явно проявилась склонность ко всякого рода авантюрам.

## Тайное венчание и побег

Поскольку Чарлстон – портовый город, то неудивительно что его жизнь была во многом связана с морем. Когда Анне было 16 лет, она влюбилась в ленивого молодого матроса по имени Джеймс Бонни. У этого парня не было ни гроша за душой и естественно отец не позволил ей продолжать сей роман, не сулящий никакой выгоды. Но в один прекрасный день Анна поставила его перед фактом: они с Джеймсом уже повенчаны. Под именем Анны Бонни она и вошла в историю.

Брак, скреплённый священником, значил тогда гораздо больше чем сейчас. Взбешённый отец выставил обоих из дома и сказал что не желает больше ничего слышать про свою дочь. Чему Энн абсолютно не расстроилась, чего нельзя было сказать о Джеймсе - молодой человек не на шутку был разочарован тем, что свадьба с дочерью богатого человека не принесёт ему дохода. И Энн отправилась искать счастья за морем, чтобы только жить в любви (так же как её отец в своё время). Молодые отправились в Нью-Провиденс – столицу Багамских Островов находившуюся на одноимённом острове. Сейчас этот город называется Нассау, но остров сохранил своё название – Нью-Провиденс.

### Жизнь в Нью-Провиндесе

Об этом месте следует сказать подробнее. К тому моменту Нью-Провиденс превратился в главную базу пиратов Атлантики. После того как (лет за 40 до описываемых событий) самый удачливый пират Генри Морган был назначен вице-губернатором Ямайки, он проявил особое усердие в деле борьбы со своими бывшими товарищами и истребил всех пиратов этого острова, а то что он не успел сделать, закончило страшное землетрясение 1692 года, похоронившее Порт-Роял, столицу Ямайки. На Тортуге французкие власти тоже сумели кое-как навести порядок.
Но затихшее на несколько лет пиратство вспыхнуло вновь, на этот раз на Нью-Провиденсе. Между 1706 и 1718 годами это было настоящее, никому не подконтрольное, пиратское царство.

В этом-то злачном месте и поселились молодожёны. Бонни работал по специальности, но был ли он честным матросом или пиратом – не известно. В любом случае он имел много друзей среди пиратов, о чём будет сказано ниже. Первые два года Анна мирно наслаждалась своим счастьем и добросовестно ждала мужа из очередного плавания. Но такая жизнь не могла ей не наскучить. А тут ещё произошли события которые полностью потрясли жизненный уклад острова.

Англия, которая никак не могла найти управу на багамских пиратов, решила воспользоваться удачным опытом с Морганом: на Багамы был назначен губернатор - Вудс Роджерс, в прошлом удачливый корсар. Корсар, в отличие от пирата, грабит корабли имея в кармане разрешение правительства. Во время каждой войны европейские государи считали своим долгом раздавать корсарские лицензии самым отъявленным головорезам и натравливать их на торговые корабли противника. США продолжали такую практику вплоть до начала ХХ века.
После заключения мира, корсар должен был прекращать свой промысел, а если он этого не делал, то становился обычным пиратом и при поимке не мог рассчитывать ни на что кроме виселицы. Вудс Роджерс никогда не был пиратом, а только корсаром – поэтому английские власти с чистой совестью могли сказать что они не запятнаны союзом с преступником. С другой стороны корсары по своим качествам ничем не отличались от пиратов, со многими из них были в дружбе (а часто корсарами и становились пираты попавшие под королевскую амнистию), и поэтому логично было надеяться что Роджерс, как и Морган в своё время, сможет прижать к ногтю своих бывших «коллег».

Приплыв 26 июля 1718 года на Багамы с эскадрой из пяти военных кораблей, Роджерс сразу взял быка за рога: «Пиратам месяц на размышление. После этого - амнистия раскаявшимся, петля всем прочим.». Большинство пиратов предпочли королевское прощение. Более упёртые решили уплыть от греха подальше в Индийский океан. *(Среди этих последних были капитаны Ингленд, Тейлор, и Ле-Буше. Они бесчинствовали в Индийском океане целых пять лет - очень большой срок для пиратских капитанов, правда Индийский океан был безопаснее для пиратства чем восточная Атлантика. К числу их «подвигов» относится захват вице-короля Гоа - португальской колонии в Индии. Этот эпизод упомянут Робертом Стивенсоном в «Острове Сокровищ», но там он приписывается одному только Ингленду. На самом же деле корабль «Каса Сеньора де Сабо» с вице-королём на борту и несметными сокровищами в трюмах, захватили Тейлор и Ле-Буше, а Ингленда к этому времени команда высадила на необитаемый остров Маврикий – пиратская вольница была крута на расправу.)*

Были же в Нью-Провиденсе наиболее дерзкие пираты, которые не пожелали ни принять амнистию, ни уплыть в Индийский океан. Эти разбойники, одним из которых был капитан Вейн, продолжали пиратствовать в Атлантике ещё несколько лет, пока не были переловлены английскими фрегатами направляемыми Роджерсом. Для успешной охоты на пиратов Роджерс завёл целый штат платных осведомителей.

Вот одним из таких осведомителей и стал Джеймс Бонни – муж Энн. Предавать своих товарищей за деньги! Энн была взбешена. Все её друзья либо были пиратами либо так или иначе получали доходы за счёт пиратства. Она никогда не могла подумать что её муж падёт так низко. В возмущении она ушла от Джеймса, причём во время последнего обьяснения между супругами Энн пришлось хорошенько стукнуть своего благоверного медным чайником, дабы он понял, что удерживать жену бесполезно.

Остаться одной в таком месте как Нью-Провиденс – не самый лучший вариант для молодой девушки. Но Энн чувствовала себя среди подобной публики как рыба в воде. На какое-то время она свела дружбу с Чидли Баярдом – местным богачом. Однажды губернатор Роджерс давал бал, куда съехались все знатные особы багамского и карибского архипелагов. Был приглашён и Чидли Баярд, который явился туда вместе с нашей героиней. Там он представил её сестре жены губернатора Ямайки, и оставил женщин в комнате развлекать друг друга. Дождавшись пока они останутся одни, сестра жены губернатора язвительно высказала своё отвращение к тем женщинам, которые заводят любовников чтобы войти в приличное общество, и добавила что она не считает нужным знаться с такой женщиной как Анна. Анна весело ответила, что она сделает всё возможное, чтобы между ними ничего общего не было. С этими словами она ударила высокопоставленную родственницу кулаком в лицо, выбив ей два передних зуба. После этого её дружба с мистером Баярдом прекратилась, и Анна снова осталась одна. Но не надолго. В мае 1719 года она встретила пирата Джека Рэкхема.

## Новый любовник

Джек Рэкхем был квартирмейстером на бригантине уже упоминавшегося пирата Чарльза Вейна. У пиратов должность квартирмейстера была очень значительной - по сути это был второй, после капитана, человек на борту. В августе 1718 года они улизнули из порта Нью-Провиденса, обстреляв при отходе один из военных кораблей эскадры Роджерса, и продолжили свою пиратскую карьеру.
24 ноября того же года Вейн, однако, перестал быть капитаном. Вот как это произошло: пиратская бригантина погналась за очередной жертвой. Но был туман, и только подойдя поближе пираты увидели что это не торговый корабль, а военный фрегат. Мнения разделились. Капитан Вейн и некоторые другие считали что нужно уносить ноги – у фрегата было намного больше пушек и, судя по его размеру, людей на борту тоже было значительно больше. Но Рэкхем и большинство разбойников кричали что они могут под прикрытием тумана подойти к кораблю вплотную, взять его на абордаж, *«и тогда пусть продолжат сей день те, кто окажется лучше».*Наконец Вейн прекратил спор и приказал уходить от фрегата на всех парусах. Во время боя и в других критических ситуациях пиратский капитан имеет неограниченную власть, поэтому команда беспрекословно подчинилась. И вовремя: на фрегате заметили бригантину и погнались за ней. Погоня длилась целый день, и только к ночи пиратам удалось уйти от преследования. Но на следующее утро Вейну пришлось держать ответ перед командой. Его обвинили в трусости и сместили с капитанской должности. Капитаном вместо него был выбран Джек Рэкхем. Через несколько дней они захватили очередной торговый шлюп, и тогда Вейн и все кто его поддерживал были пересажены на захваченное судно. Таким образом пути пиратов разошлись.

Вейн на своём новом корабле пиратствовал ещё 3 месяца, после чего попал в сильный шторм; корабль его пошёл ко дну и все пираты кроме самого Вейна погибли. Сам же он чудом сумел доплыть до какого-то необитаемого острова. Несколько месяцев Вейн прожил там робинзоном, а потом его подобрало судно плывшее на Ямайку. На Ямайке Вейна опознали (по доносу его приятеля), судили за пиратство и повесили.

Рекхем же со своей шайкой разбойничали до мая 1719 года, когда до них дошла весть о новой амнистии объявленной Роджерсом в Нью-Провиденсе. Поразмыслив и подсчитав свою добычу, разбойники решили что они уже имеют достаточно, чтобы на берегу жить как настоящие богачи, и что можно с честью принять амнистию.
(Вообще, очень многие пираты, очень много раз приходили к этой же мысли, но пиратская натура не приспособлена для размерной жизни. Как правило эти новоиспечённые богачи умудрялись пропить и прогулять всё своё добро за несколько недель, и снова выходили в море.)

## Становление пираткой

Итак в том же мае месяце наши пираты возвратились в Нью-Провиденс и получили от губернатора королевскую амнистию. Тогда-то в одной из таверн Ситцевый Джек и встретился с Энн Бонни. Её красота сразила даже привыкшего к женским прелестям Рэкхема. Энн ответила ему взаимностью. Казалось, она нашла своё счастье.

Некоторое время любовники наслаждались жизнью. Трудно описать размах того разгульного веселья, которуму предаются дорвавшиеся до богатства пираты.
Вскоре однако они заметили что если целые дни проводить в пирушках, пьяных драках, и игре в кости, то деньги быстро улетучиваются. Это же было подмечено и остальными бывшими пиратами Рэкхема, и они стали подкатывать к капитану с предложениями снова выйти в море.

К середине лета большая часть команды «созрела» для очередного плавания. Энн наотрез отказалась расставаться со Джеком, и переодевшись в мужскую одежду, присоединилась к пиратам.

Начались дни полные приключений. Анна очень быстро освоила все премудрости пиратского ремесла. Метко стреляла из ружей и пистолетов, виртуозно владела катласом (абордажной саблей), матросским ножом, и даже тяжеленной алебардой, которой могли орудовать только особо сильные мужчины. Кстати заниматься фехтованием Анна начала ещё в Нью-Провиденсе у профессионального учителя и, согласно рассказам, под конец она даже превзошла своего учителя, причём она его победила в присутствии многих свидетелей. Надо сказать, что Анна не призналась товарищам в том, что она не совсем мужчина. Она называла себя «матрос Андреас». Впрочем, хорошо развитая физически, она прекрасно умела пользоваться почти любым видом оружия. Вдобавок Энн проявила отменную храбрость, когда дело доходило до рукопашной. Плюс ко всему у нее очень неплохо работала и голова. Да и выпить рому «матрос Андреас» был очень даже не против.

Однажды несколько моряков отпустили шутки по поводу того, что Андреас отлучается для справления нужды. Энн вызвала их на дуэль. После этого над ней уже больше никто смеяться не смел. Таким образом постоянно устраивая конфликты Энн достигла высокого авторитета среди матросов, но в тоже время её дерзкий нрав постоянно помогал команде выходить сухими из воды.

Вскоре однако, среди пиратов появилась ещё одна переодетая женщина. Мэри Рид.

Энн сражу же поняла, что юноша по имени Мак на самом деле был женщина переодетая в мужчину. Две пиратки стали неразлучны. Ситцевый Джек начал было ревновать к статному молодому матросу. Пришлось и его посвятить в тайну.

Долго ли, коротко, но Анна забеременела. Она скрывала своё положение сколько могла, но в конце концов её тайна раскрылась. К этому времени её авторитет среди матросов вырос настолько, что узнав её истинный пол никто не стал требовать для неё наказания.
Рэкхем высадил её на побережье Кубы, где у него было что-то вроде запасного убежища, и оставил на попечении друзей.
По свидетельству её друзей-пиратов (свидетельствовали они тоже на суде), Анна очень хотела родить девочку. И действительно она родила девочку, но на два месяца раньше срока, и ребёнок умер через несколько часов. В то время дети умирали чаще чем выживали, и это не считалось чем-то ненормальным, но Энн впала в тяжёлую депрессию. Она обвиняла себя, что это её образ жизни привёл к такому результату. Когда Рэкхем вернулся за ней и увидел, в каком она состоянии, то решил вернуться в Нью-Провиденс и попробовать снова начать честную жизнь, благо к этому времени была объявлена очередная амнистия. Команда против такого решения не возражала.

Но на берегу их поджидала новая опасность. Джеймс Бонни, который как-никак оставался официальным мужем Анны, дослужился к этому времени до должности чиновника при губернаторе. Узнав о присутствии Анны и Ситцевого Джека, он приказал их арестовать и среди ночи(!) притащил к губернатору Роджерсу с требованием повесить как пиратов. Однако Рэкхем и его команда уже получили амнистию, поэтому Роджерс не мог их казнить. Он только приговорил Анну к порке за измену супругу. Да, дорогой читатель, тогда за измену мужу женщин могли выпороть, и это ещё считалось гуманным - на Востоке с изменницами поступали (и сейчас иногда поступают) намного хуже. Джеймс Бонни был в истерике. Он кричал что если Анна останется жива, то она обязательно убьёт его. Роджерс ничего не мог для него сделать. Он только предупредил Энн и Рэкхема, что теперь они у него «на мушке» и если с Джеймсом Бонни что-нибудь случиться, то он будет знать, кто это сделал; тогда виселица обоим обеспечена. Следующей же ночью Анна, Ситцевый Джек, Мэри Рид, и ещё несколько их друзей, скрытно подплыли к стоящему в порту шлюпу «Виллиамс», захватили его, и снова вышли в море.

Снова пошли пиратские будни. Атаки, сражения, шторма, попойки. «Виллиамс» был переименован в «Дракон». Всё приходилось теперь начинать сначала. Большинство из их старой команды осталось в Нью-Провиденсе. Конечно, желающих присоединиться к пиратам всегда было много в Карибском Море, но теперь и до самого конца, команда Рэкхема варьировала в пределах всего 20-40 человек. Несмотря на это им удавалось захватывать такие корабли, которые считались под силу только большим пиратским армадам. И не последнюю роль в успехах играла Анна. Теперь она всегда гордо носила женское платье. Она всегда возглавляла

абордажную команду, наводя ужас на своих жертв.

В конце концов бригантина Рэкхема навела ужас на весь Карибский Архипелаг. Корабли стояли в портах боясь выйти в море. Казалось, что вернулись времена Моргана и Олоне. Были случаи что команды втрое превосходившие по численности, сдавались едва завидя флаг Ситцевого Джека.

Кстати о флаге. Вначале Рэкхем плавал под «Весёлым Роджером» - типичным флагом багамских пиратов. Но потом его матросы стали острить, что перекрещенные кости – это и есть те самые, из которых сотворены две женщины из их экипажа (ведь по Библии женщина создана из кости Адама). Тогда Рэкхем переделал флаг и вместо костей нарисовал два огромных кривых ножа.

Такая привольная жизнь резко оборвалась 2 ноября 1720 года.
Надо сказать что военный фрегат оказался там не случайно - узнав о том что возле Ямайки крейсирует бригантина Ситцевого Джека, губернатор Ямайки, Николас Лоуэс, специально отрядил этот, единственный бывший в его распоряжении корабль, для их поимки. Такое усердие в деле борьбы с пиратом объясняется просто – губернатора очень просила его свояченица, которая горела злобой к Анне, оставившей её без передних зубов.
Как уже говорилось, все пираты были мертвецки пьяны, и только Энн, Мэри, и ещё один матрос (возлюбленный Мэри) до последнего сражались на палубе. Всех пиратов-мужчин повесили, Анна и Мэри остались в тюрьме, ждать родов (так ка обе были беременны) и петли. У судей с Энн сложились хорошие отношения, но ситуацию осложняло то, что она изменила мужу, что по меркам тех времён было совершенно немыслемым!
Говорят, что перед казнью Ситцевый Джек попросил последнего свидания с Анной. Когда он подошёл к ней, то она опустила глаза и сказала: "Мне жаль видеть тебя в таком положении, но если бы ты сражался как мужчина, тебя бы не повесили как собаку". Казнь Энн и Мэри постоянно оттягивали и в конечном итоге она так и не состоялась. Энн либо отпустили, либо она сбежала, либо была выкуплена своей богатой семьёй.

Следы её теряются где-то глубоко в неподъемных пластах истории с бесчисленными наслоениями легенд и баек. По одним источникам губернатор жаловал ей свободу, она вышла замуж за капитана Робертса, участвовала в его рейдах на Порт-Ройяль, по другим — её видели в мужских одеждах при абордаже торгового шлюпа, идущего в Норфолк.