Вопрос: Как избавиться от последствий буллинга?
Здравствуйте.
Меня буллили десять лет. Я переходила из школы в школу, едва ли не каждые пару лет, но это не спасало.
Когда маленькие девочки смотрели мультики и мечтали стать принцессами, маленькая я читала кинологическую литературу и мечтала стать собакой. Конечно же, я понимала, что это невозможно, как и то, что Дед Мороз - на самом деле моя бабушка, но любому ребёнку хочется верить в чудо. Собачья жизнь казалась мне весёлой и интересной, не состоящей из бесконечного труда, обязанностей рожать, жениться и страдать - именно такое представление у меня сложилось о жизни женщины. Вскоре моя мечта переросла в фантазию, и фантазией я поделилась с друзьями - будто бы я генетический эксперимент, получеловек - полусобака,и потихоньку превращаюсь в последнюю - и дети, такие же как я, верили мне, шестилетке, и у меня возникало ощущение сказки. Это не было для меня ложью, обманом, я фантазировала; фантазировала, и увлекала их за собой. Я была весёлой, начитанной для своих лет (читала с четырёх) заводилой, экстравертной и оптимистичной девочкой с хорошей самооценкой.
Один раз меня попытались забуллить за "оканье", обзывали "дерёвней". Я без страха подошла к старшему мальчишке во дворе, разобралась в этом вопросе, и перестала "окать". 
Но тут вдруг всё пошло не так.
Над моей мечтой посмеялся мальчишка. Не по-доброму, а именно унизительно, с превосходством указывая пальцем. 
"Ты что, хочешь стать собакой?" 
Тогда это стало для меня звоночком номер один. Меня вдруг впервые захлестнул такой ужас перед реакцией кого-то на мой поступок, и в моём разуме зародилось первое ограничение:
"Ни в коем случае нельзя делиться своим личным с людьми. Они не поймут, они осудят, они... "
Прогонят. Выкинут из своей приятной тёплой компании. Не будут со мной играть. Конечно же, мне было больно. Я промолчала  и ушла. 
Теперь я понимаю, что вероятно, именно эти ребята разнесли в школе слух обо мне и моей мечте, поняв её по-своему, ведь никто из них не рос на кинологической литературе. А я росла. Книги стали лучшими друзьями. 
Второй такой момент был уже в школе. Меня дернули мальчишки за косичку. Я задрала носик, понимая, что они просто дураки. Я была отличницей, обожала учиться, учителя говорили, что меня нечему учить, потому что я успевала прочитать учебники заранее и даже подсказывала им на уроках. 
Потом, дальше, при попытках меня оскорбить я угрожала тем, что не дам списать. 
Но по-другому постоять за себя я не умела. 
Я помню, как старалась учиться, показывала пятерки дома и хвасталась. Однако, в очередной раз не встретив особой радости, я вывела для себя очередное утверждение:
"Зачем стараться? Я стараюсь, учусь, и делаю всё, чтобы меня любили, чтобы радовались моим победам, но если всем всё равно - зачем это надо мне?" 
Всё равно было не всем. Да и навряд ли вообще было. Но я тогда, почему-то, увидела именно это. 
А бабушка считает, что я молодец только потому, что любит. Это же бабушка.
Меня послали на музыкальные занятия. Но дома решили, что мне это не нужно. 
Что ж, им лучше знать. Я тогда слушалась взрослых. 
Постепенно дети вообще перестали со мной общаться. Вероятно, им было неинтересно. А ещё у меня был энурез, из-за которого, возможно, был запах. И плохая репутация у семьи. И идиотская мечта, которая не могла стать явью. 
Они не были виноваты. Они – обычные. А я – странная, не такая… 
Я помню, как выходила на перемену и ходила из одного конца коридора в другой. Так намного лучше получалось погружаться в свой внутренний мир, в котором у меня были друзья, в котором меня все любили... В котором замечали мои таланты и плюсы. Понимали и принимали такой, какая я есть. Я была героиней в этих вымышленных мирах, спасала слабых и обиженных. Я знала о том, что если буду желать другим счастья, это вернется ко мне... И я с искренней радостью смотрела на смеющихся, радующихся друг другу друзей, отмечала, у кого какое красивое платье, и была счастлива из-за того, что счастлив кто-то другой. И я всегда была готова помочь каждому. 
У меня были подруги. Они учились не в моём классе, и мы особо не общались в школе, но общались на каникулах, и это было здорово. Но с каждым годом я всё чаще думала о том, что они общаются со мной только из-за жалости... А потом наши пути разошлись. Мы остались в том же городе... Но они больше не общались со мной. К своей лучшей подруге я, наверное, в третий раз пришла покричать под окна, позвать её гулять... Но она так и не вышла. Я поняла, что больше не интересна ей. Она уже интересовалась более взрослыми вещами, а я ещё задержалась в детстве. Нам было лет по двенадцать. Как ни странно, я понимала её тогда, и понимаю сейчас. Но это не значит, что я её не осуждаю. 
Как-то раз толпа мальчишек отпинала меня за школой. Не сказать, что сильно, даже, вроде бы, не было синяков, но это было больно морально. 
Я пожаловалась дома. Родители пришли и разобрались, но это не помогло.
И я перестала жаловаться, поняв, что не поможет. 
А когда я всё же решилась снова пожаловаться на то, что меня обижают в школе, дома, то услышала: "Значит, сама виновата". 
И я поверила в это. Я верила в это и до того, ведь не бывает дыма без огня. Я была трусовата, я боялась своих обидчиков, я не представляла, что будет, если я вдруг дам им отпор, ведь то, что было каждый день в школе, и без того было ужасно. 
Мне подставляли подножки, тыкали, пинали, швыряли, угрожали, обзывали, говорили гадкие вещи... Я молчала, опускала взгляд, я не делала НИЧЕГО, что могло бы им навредить... Я надеялась, что рано или поздно они отстанут. Я уговаривала себя, что надо просто потерпеть, ничего страшного, я же каждый день это терплю, да мне уже пофиг... 
И не дотерпевала. 
Я пила свою свою мочу в туалете, надеясь, что мне станет плохо, и меня отпустят. 
Имитировала головную и зубную боль. Боль в животе. 
Если бы я знала, что ещё можно сделать, я бы обязательно сделала. 
Как-то раз я пошла в школу. И, немного пройдя, огляделась вокруг. 
Красивые золотые листья. Осень. Я любила бродить наедине с собой, любоваться этой красотой, мечтать и фантазировать. 
Собакой я стать уже не мечтала, это было невозможно. Не то, чтобы я не согласилась на это прямо тогда - конечно, лучше хвост, свободу от глупых человеческих правил и другую жизнь, без людей, радость которым доставляет издевательство над другими. 
Но собакой я стать не могла. Тогда что же? 
Правильно. В школу я не пошла, и это был прекрасный день. Я прогуляла всё это время, и чувствовала себя просто замечательно. 
Я зачастила с прогулами. Начались проблемы с учёбой. С учителями. У меня появились и тройки, и двойки, но мне было плевать. Ремня мне можно было не бояться, никогда в семье на меня не поднимали руку, а осуждение было до боли привычным. 
Потом мне случилось перебраться в другую школу. 
Там моя жизнь несколько улучшилась, там многие были из неблагополучных семей, появились друзья, и даже мальчик, которому я понравилась. Но я оттолкнула его, не зная, как принять это его чувство, среагировав жестоким сарказмом на невинный чмок в щёчку - и это было одним из худших решений в моей жизни. Я так и не смогла перед ним извиниться. 
Потом я попала в детский приют - и там, впервые за свои тринадцать лет, влюбилась. 
Он был немного старше меня, и защищал меня от любых задир и обидчиков, был моим героем. Но, будучи прямолинейным, в лоб при всех сказал, что у меня нет шансов, когда я случайно спалилась перед ним в своей влюблённости. Тогда это меня только раззадорило, и ни капли не обидело - или, рана была настолько глубокой, что я скрыла её даже от себя. 
Я была влюблена в него до беспамятства, и он был ещё более недостижимой мечтой, чем мечта стать собакой. 
И это, в самом деле, было очень больно. Но я, почему-то, скрыла это даже от себя. Сейчас я понимаю, что это тоже оставило неслабый след на моей психике, эта моя "недостойность", но тогда... 
Тогда я делала акцент на эйфории и убеждала себя в обратном.
Я была рядом с ним несколько месяцев, после чего его увезли в детдом в другой город. Я искала его уже в более зрелом возрасте, но так и не написала ему. Я так и не призналась. 
Ещё два года я лелеяла мечту о том, что я встречу его вновь, и он полюбит меня... Но, увы, этого не произошло. 
Вернувшись из приюта домой, я вернулась в старую школу – а вскоре её перенесли в другой город, и я перешла в школу, где меня не любили - но и не обижали. Со мной просто никто не общался. Один мальчишка разбил мне нос. А на выпускном я была с подругой, под которую всегда подстраивалась, чтобы не потерять ещё и её. 
Но, в конце концов, потеряла. Она перестала со мной общаться. 
После я пошла в училище. Мне было совершенно плевать, какое у меня будет будущее, какая у меня будет профессия. Отучиться было нужно - для галочки - и я решилась выбрать "Соц. Работника" за хорошую рекламу завхоза училища. Громкое и любимое мною "помогать людям" пришлось по душе. 
В гапе я подружилась ещё с двумя девчонками, в одну из которых позже влюбилась, поскольку она отнеслась ко мне с теплотой и тактильным вниманием... И мои гормоны решили, что да, это то, что мне нужно. 
Подруга тоже, кстати, на мои чувства не ответила(она была бисексуальна), а когда об этом стало известно в моей группе... Видео с моим пьяным признанием смотрели все, благодаря девочке, которая решила самоутвердиться за мой счёт, сняв и показав это видео одногруппницам, а я выла в три ручья на лестнице, захлебываясь болью. 
Подруга, в которую я влюбилась, тогда ко мне даже не вышла. Зато вышла другая. Посочувствовала и предложила проплакаться и возвращаться. Вероятно, её посылали узнать, что я там делаю. Думаю, она рассказала. Они не демонстрировали столь открыто своей дружбы… но, возможно, я искажаю факты. 
В гапе меня тоже начали чморить, прямо сразу. Я была хмурая, неухоженная, необщительная, и уже не радовалась их счастью. Я ненавидела их, этих маленьких сук с обезьяньими повадками и чересчур завышенной самооценкой. 
Но даже им я сочувствовала, когда видела, что им плохо. 
Учиться я не хотела. Мне не нужно было ни это образование, ни моё будущее, ни этот мир. Ни-че-го из этого. Я хотела лишь одного - чтобы меня, наконец, оставили в покое. 
Но я всё же хотела близкого общения. Я была подростком с бушующими гормонами и недостатком тактильных ощущений, я обнимала себя и пыталась восполнять эту потребность, как могла, самостоятельно. Я не верила в то, что могу быть кому-то нужна. 
А потом появился он. На втором курсе. Спросил мой телефон, и это затянулось на восемь лет. Восемь лет созависимых отношений, восемь лет, наполненных алкоголем, отчаянием и полнейшим абсурдом. С этим я, к счастью, разобралась. 
Теперь у меня крайне низкая самооценка, я панически боюсь общаться и сближаться с людьми, я стараюсь не привыкать даже к единственной подруге, которая у меня сейчас есть, а ведь мы знакомы уже десять лет(нас познакомил тот чел, с которым я прожила восемь лет). Но я всё ещё жду окончания лимита её жалости. Я стараюсь не привязываться. 
Мне очень нужен ваш совет и помощь. Я очень хочу жить нормально, у меня растёт дочка, которую нужно учить общаться, которой нужна нормальная мать, которая научит её взаимодействовать с обществом, а не такая калека… Простите, что так сумбурно и так много воды, я надеюсь, вам достаточно за это платят)
Спасибо за потраченное время, и всего доброго) В ожидании любого ответа.

Ответ психолога: Здравствуйте, Анна!
Вы описали действительно непростые события, происходившие ваши детские годы. Безусловно, такой опыт меняет человека и его отношение к людям. Эти тягостные воспоминания и сформировавшиеся отношения с миром мешают вам комфортно жить сейчас. 
Анна, конечно, работать с такой травмой нужно очно с психологом. При очных встречах вы сможете подробно разобрать каждую ситуацию, проработать их, разделить свои переживания со специалистом и приступить к поиску возможных решений. К сожалению, детские обиды сами по себе не проходят. Их необходимо прорабатывать: отыгрывать, разряжать эмоцию через психологические техники. Часто в такой работе используется арт-терапия.
Люди, прошедшие через травлю в детстве, часто вносят этот негативный опыт во взрослую жизнь. Казалось бы, пора забыть прошлое и жить настоящим, но обиды от несправедливости оставляют глубокую душевную рану, которая не заживает годами.
Некоторые люди справляются с травлей и сохраняют свою самооценку. У других эта история никак не компенсируется, и во взрослом возрасте они остаются одинокими и боятся подпускать людей к себе близко. Им бывает очень сложно найти вторую половинку. Не верят, что их примут такими, какие они есть. Ощущение себя, знание того, что «я нравлюсь такой, какая я есть», сильно нарушено. Появляется страх отвержения, страх общения, страх сближения. Травля на всю жизнь оставляет след в мироощущении человека, и чем раньше проблема решится — тем лучше. Когда человек в такой ситуации получает профессиональную поддержку, то он становится сильнее.
Возможно, настало время взять инициативу в свои руки. Подумайте о себе. Задумайтесь о том, что вы хотите, каким вы видите свое будущее? То, что вы написали нам, уже говорит о вас как о человеке, который видит свои проблемы и готов решать их. Такие черты присущи сильным людям.
Анна, вы не всегда имели низкую самооценку, не всегда панически боялись общаться и сближаться с людьми. Вы пишите, что когда-то вы были заводилой, общительной и оптимистичной девочкой с хорошей самооценкой. Это значит, что все возможно поменять, если начать работу в этом направлении. Возьмите на себя ответственность за свою жизнь и своё счастье.
Вы можете обратиться за помощью к специалисту по месту жительства. Например, в центре (управления) социальной защиты есть специалисты, помощь которых будет предоставлена вам бесплатно. Также для получения психологической помощи Вы тоже можете посетить поликлинику или в центр психологической поддержки в своем городе.
Берегите себя!
С уважением, консультант службы.