Противота́нковый ёж (чешский ёж) — простейшее противотанковое заграждение, представляющее собой объёмный шестиконечный крест. В отличие от надолбы, является относительно мобильным.
 Ежи активно применялись при строительстве укреплений начиная с тридцатых годов, например при постройке Чехословацкой стены на границе Чехословакии и Германии. Новый принцип действия и усовершенствованный образец этого невзрывного противотанкового оборонного средства предложил в 1941 году Михаил Львович Гориккер, генерал-майор технических войск, тогдашний начальник обороны Киева и начальник Киевского танкового училища. Ежи менее эффективны, чем минные заграждения, однако их можно в больших количествах изготавливать из подручных материалов без применения высоких технологий и легко перебрасывать с одного участка на другой, что особенно ценно в военное время.
 Ёж делается из трёх кусков бамбука, бруса или стального проката, обычно двутавра с номером профиля 25—40 (рельс, уголок и т. д. и т. п. менее прочны), таким образом, чтобы концы балок образовывали октаэдр. Соединяют балки заклёпками на косынках (конструкция должна выдерживать вес танка — до 60 тонн). На ежах промышленного производства оставляют отверстия для колючей проволоки, одну из балок делают съёмной. Чтобы усложнить работу вражеским сапёрам, ежи можно соединять цепями или тросами, минировать территорию вокруг и т. д.
 Высота ежа — порядка 1 м, по высоте лобового листа вражеского танка. По Ю. Веремееву, высота до 1 м, по М. Гориккеру — длина балки до 2 м, что соответствует 1,15 м высоты, по наставлениям США — длина балки около 1,2 м, что соответствует 70 см высоты.
 Ёж устанавливается на твёрдом грунте (лучше всего подходит асфальтовое покрытие улиц). Бетон не годится — на нём ёж будет скользить. Если танкист попытается оттолкнуть ёж, тот перекатывается под днище, и танк оказывается в воздухе, гусеницы теряют сцепление с землёй, танк начинает буксовать и зачастую оказывается неспособен съехать с ежа; выступающая балка может даже пробить днище. Обороняющимся силам остаётся только уничтожать остановившиеся танки и не давать танкистам растащить ежи буксирными тросами. А если противник повёл танки другим путём — противотанковая оборона тем более выполнила свою задачу.
 Рогатки — заграждения против пехоты и конницы — были известны ещё со времён Древнего Рима. С появлением колючей проволоки рогатки стали оплетать ею, что привело к позиционной войне — для успеха атаки атакующие силы должны были в несколько раз превосходить обороняющиеся. Впрочем, танк был изобретён как раз для того, чтобы эффективно преодолевать такие заграждения.
 Попытка использовать данное заграждение против танков была впервые предпринята в Чехословакии (отсюда английское название ежа — Czech hedgehog, «чешский ёж»). Чешская конструкция повторяла принцип действия древних рогаток — заграждение должно быть настолько массивным, чтобы замедлить танк почти до остановки.
 Дальше в ход пошла рационализация: бетонного ежа заменили более лёгким стальным, а затем нашли и новый принцип: не остановить массой, а вызвать застревание танка. В СССР описал этот принцип, а также предложил устройство ежовых заграждений генерал-майор инженерных войск Михаил Гориккер.
 На практике ежи делались из любого проката, какой был под рукой — швеллера, уголка, рельса — соединённого зачастую сваркой даже без косынок. Не понимая принцип работы ежа, могли даже завысить размер или сварить несколько ежей в одну рогатку. Впрочем, немецкие танки были особенно уязвимы для ежей — на начальном этапе были в основном лёгкие танки, да и наезд на ежа зачастую ломал трансмиссию, которая у немецких танков спереди. На Ленинградском шоссе Москвы стоит памятник в виде трёх ежей — так символически отмечен рубеж, до которого дошли немецкие войска в 1941 году. На изготовление противотанковых ежей для обороны Москвы были пущены стальные балки, изначально предназначавшиеся для строительства Дворца Советов.
 Также ежи использовались в обороне Нормандии.