«Мистер Твистер» — сатирическая поэма Самуила Маршака, написанная в 1932—1933 годах, в которой высмеивается расизм.
 Бывший американский министр, а ныне банкир, «владелец заводов, газет, пароходов» мистер Твистер решил на досуге объехать мир. Он посоветовался с женой и дочерью Сюзи. Последняя настояла на поездке в СССР (а именно в Ленинград), представления о котором у неё самые «клюквенные»:

 Я буду питаться зернистой икрой,
Живую ловить осетрину,
Кататься на тройке над Волгой-рекой
И бегать в колхоз по малину!
 Твистер с семейством едет в СССР на пароходе, предварительно договорившись с конторой Кука о том, чтобы ни на пароходе, ни в гостинице не было «негров, малайцев и прочего сброда, т. к. он не любит цветного народа». Приехав в Ленинград, мистер Твистер и его семья остановились в гостинице «Англетер», и всё было гладко, пока они не увидели на одном из этажей чернокожего постояльца. Твистер вспылил, отменил бронирование и уехал, однако в других ленинградских гостиницах свободных номеров не нашлось:

 Прибыло много народу на съезд.
Нет, к сожаленью, в гостинице мест!
 Вернувшись в «Англетер», уставший Твистер обнаружил, что номера уже сданы. Не менее уставшая Сюзи даже предлагает отцу купить дом, но тот отвечает, что ему «не захочет продать Ленинград». Семейство с большим трудом переночевало, и мистеру Твистеру приснилось, что он вернулся на родину, но его не пустили домой:

 Старый слуга отпирает подъезд.
— Нет, — говорит он, — в Америке мест.
 Утром спящего Твистера обнаружили игравшие в холле чернокожие дети. Они пожалели его, однако чистильщик башмаков, служащий в гостинице, объяснил им, что таких, как Твистер, жалеть нечего. Ведь причиной такого положения послужила его собственная непомерная гордость, из-за которой он брезгует находиться рядом с чернокожими:

 Очень гордится он белою кожей,
Вот и ночует на стуле в прихожей.
 В конце концов Твистеру и его семье нашли два номера, и он согласился, даже несмотря на наличие в соседях «цветного народа».
 Толчком к созданию поэмы послужила история, рассказанная Маршаку академиком Дмитрием Мушкетовым, — о том, как один из американских туристов остался в Ленинграде без ночлега после того, как отказался поселиться в одной гостинице с негром. Об этом рассказывал сам поэт в одном из своих писем.
 Поэма, как и многие произведения Маршака, подвергалась многократной авторской правке. Так, например, ранее бывший министр носил фамилии «Блистер» и «Пристер», а также был вариант с бизнесменом Порком (от англ. pork — «свинина»), который делает «знаменитый бульон». Автомобиль, перевозивший Твистеров по Ленинграду, в некоторых редакциях — «ЗИС» (серебряный «ЗИС» — марка на пробке машины), а в некоторых — иномарка «Линкольн» («серебряный пёс…»).
 В ранних вариантах привратник «Англетера» после отъезда семейства Блистеров (они же Твистеры) обзвонил все ленинградские гостиницы и попросил швейцаров отвечать заезжим американцам, что мест нет, и те согласились. Впоследствии Маршак исключил этот эпизод из поэмы: как он писал одному из своих знакомых, редакции убеждали его, «будто бы интуристы перестанут ездить к нам, если несколько швейцаров могут объявить мистеру Твистеру бойкот… Я очень неохотно согласился на изменения, но спорить тогда было трудно».
 По словам Евгения Шварца, Корней Чуковский отозвался о поэме так: «Это такое мастерство, при котором и таланта не надо! А есть такие куски, где ни мастерства, ни таланта — „сверху над вами индус, снизу под вами зулус“ — и всё-таки замечательно!».
 Дело в том, что в одном из первоначальных изданий предупреждение швейцара звучало так:

 Номер направо снимает китаец,
Номер налево снимает малаец,
В номер над вами въезжает индус,
В номер под вами приехал зулус.
 Был у Чуковского и другой отзыв об этой поэме:

 
Помню, когда он впервые прочитал мне ранний вариант своего «Мистера Твистера» — в ту пору тот был ещё «Мистером Блистером», — я считал стихотворение совершенно законченным, но оказалось: для автора это был всего лишь набросок, первый черновик черновика, и понадобилось не меньше десяти вариантов, пока Маршак наконец достиг того звукового узора, который ныне определяет собой весь стиль этих звонких и нарядных стихов… И даже после того как стихи напечатаны, он снова и снова возвращался к ним, добиваясь наиболее метких эпитетов, наиболее действенных созвучий и ритмов.
 
 Были всякие туристы,
И когда-то, говорят,
Сам министр мистер Твистер
Приезжал к нам в Ленинград.
 "...вскорости после моего возвращения в Россию прочитал я маршаковского «Мистера Твистера», но у меня неискоренимая адвокатская привычка: несправедливо обвиняемых защищать, ну и написал я в защиту мистера Твистера пародию в маршаковском стиле...:
 Дети, не верьте, все врет вам Маршак,
 Мистер Твистер совсем не дурак,
 Быть не могло этой глупой истории
 Ни в «Англетере» и ни в «Астории»…"