Сагъди Вакас-ибн-Реджеб Аллакулов, 
 «О религиозных войнах учеников шейха Багаутдина против инородцев Западной Сибири» — две компилятивные сибирско-татарские рукописи, повествующие об исторических событиях, относящихся к 1394—1395 годам и связанных с распространением ислама среди тюркоязычного и частично угроязычного населения Среднего Прииртышья. Объясняют появление многочисленных астан на территории юга Тюменской области.
 Рукописи были впервые переведены на русский язык и опубликованы под названием «О религиозных войнах учеников шейха Багауддина против инородцев Западной Сибири» тюркологом, профессором Казанского университета Н. Ф. Катановым. Сначала они были изданы в 1903 году в «Учёных записках Казанского университета» (Вып. 12. 1903. С. 133—146), а на следующий год вышли там же отдельным оттиском. Чуть позже рукописи появились на страницах «Ежегодника Тобольского губернского музея» (Вып. 14. 1904. С. 191—216).
 Согласно версии сотрудника Тобольского музея-заповедника И. В. Белича, катановские рукописи приобретены 18 августа 1900 года «консерватором» музея Н. Л. Скалозубовым у смотрителя астаны в с. Большой Карагай Вагайского района Тюменской области.
 Источником опубликованного Н. Ф. Катановым текста являются две рукописи, хранящиеся в архиве Тобольского музея-заповедника. Обе написаны арабским шрифтом на татарском языке. По сути это шежере (сачара) одного из хранителей астаны. Автором одной из рукописей, давшей название всему сочинению — «Шейх Баховуддин шайхларнинг гарбий Сибирдаги диний жасоратлари», является Сагъди Вакас-ибн-Реджеб Аллакулов, автором другой — Кашшаф-ибн-Абу-Саид.
 Первый переводчик и издатель рукописей Н. Ф. Катанов считал их списками более раннего и неизвестного ему источника. В предисловии к их публикации он этот момент оговаривает особо, а именно:
 в рукописи Кашшафа в одном месте сказано, что предание списано из сочинения «Хасса-‘айны» — «Источник знатных лиц». Из сочинений с подобным заглавием Хаджи-Хальфа называет «Айну-ль-хаввас», принадлежащее некоему из г. Дейлема, но, разные ли это сочинения или одно и то же, судить не решаюсь.
 Учёные отмечают существование и других текстов, излагающих сюжет о походе в Сибирь учеников шейха Бахауддина. Так, в Институте восточных рукописей РАН (бывшем Санкт-Петербургском филиале Института востоковедения РАН) самое позднее с 1939 года хранится список под названием «Тарих» («История»), который, по словам исследователей Л. В. Дмитриевой и С. Н. Муратова, представляет собой «краткое изложение событий, связанных с историей распространения ислама в Западной Сибири и деятельностью исламских проповедников», посылаемых в «Искир йуртига» ханами Бухары. Автор «Истории», написанной, по предположению археографов, «в XIX в. в Западной Сибири», не известен и не указан. На русский язык список полностью никогда не переводился, что затрудняет его исследование. Там же находится и сочинение «Аслы нэсли Сала аулынынг» («О сущности рода (населения) аула Сала», «Происхождение аула Сала») неизвестного автора конца XIX века, сюжет которого пересекается с предыдущей рукописью.
 По утверждению И. В. Белича, в 1988 году ему довелось видеть у жительницы аула Уки Уватского района Тюменской области М. И. Исхаковой рукопись, содержание которой очень близко к рукописям, обнаруженным Катановым. Наконец, в 2004 году сотрудник Тюменского областного краеведческого музея Р. Х. Рахимов вместе с сотрудницей ТюмГУ Г. И. Зинатуллиной обнаружил в Аромашевском районе грамоту хранительницы Юрумской астаны. Грамота излагает тот же сюжет, что и опубликованные Катановым рукописи. В том же году в с. Большой Карагай Вагайского района экспедицией омского филиала Института археологии и этнографии СО РАН под руководством А. Г. Селезнёва при участии И. В. Белича был обнаружен свиток с арабографическим текстом на татарском языке («Карагайская рукопись»), который содержит сведения по истории исламизации края, именам мусульманских святых и местам их захоронений. В 2009 году были изданы факсимиле, оригинальный текст и перевод данного источника.
 Участники экспедиции Селезнёва выдвинули гипотезу, что первоначально появилась Карагайская рукопись, составленная Шимен-шейхом, смотрителем астаны Худжа-шейха. Затем текст был обработан муллой Хилкатом Йарканди и переписан Кашшафом-ибн-Абу-Саидом. Вариант Сагъди Вакаса-ибн-Реджеба Аллакулова является творческой обработкой рукописи Хилката Йарканди. А. К. Бустанов разделяет данный вывод
 В 797 году Хиджры (1394—1395) имам Бахауддин Накшбанд повелел собравшимся в Бухаре 366 своим ученикам идти к реке Иртыш и обратить местное население в ислам. Путь шейхов лежал через кочевья хана Шейбана в Средней орде, который вдохновился миссией и усилил шейхов 1 700 всадниками, сам же возглавив отряд.
 В результате развязавшейся религиозной войны погибли 300 шейхов и 1 448 воинов, а потери местного населения были неисчислимы. Хан Шейбан с остатками войска вернулся в Среднюю Орду с титулом Вали-хан (святой хан). Из 66 выживших шейхов трое остались в Прииртышье для обучения местного населения вере, к их потомству принадлежат ходжи и шейхи в Тобольске, Тюмени, Таре и Томске. Остальные 63 шейха вернулись в Бухару и доложили имаму Бахауддину о выполнении миссии.
 Далее в тексте приводятся сведения о некоторых именах погибших шейхов, местах их погребений и установлении здесь культа местных мусульманских святых.
 Уже сам Н. Ф. Катанов сомневался в правильной датировке сюжета. По упоминанию в рукописях «хана Шейбана» Катанов высказывал предположение, что речь идёт о Шибане (ум. до 1248), сыне Джучи, или о Мухаммеде Шейбани (1451—1510).
 Хронологически наиболее близок к описываемым в сюжете событиям упоминаемый Низам ад-Дином Шами поход направленных в 1389 году Тамерланом полководцев Джахан-шах-бахадура, Омар-бахадура и Уч-Кара-бахадура «в сторону Иртыша на поиски врага». Нойоны достигли Иртыша и совершенно разграбили вилайет. По крайней мере, данный поход можно привязать к одному из героев сюжета Бахауддину Накшбанду, скончавшемуся как раз в 1389 году.
 Известен и другой поход Тамерлана, закончившийся в апреле 1391 года. Сообщается, что в ходе преследования противника Тамерлан «вторгся во внутренние пределы Сибири», а на обратном пути обратил в ислам кочевавших в пределах южно-уральской и западносибирской лесостепи неких Амата и Самата, к которым он «отправил … для распространения истинных правил веры и для искоренения шаманства учителей машаиха». Возможно, именно тогда среди сибирских татар сложились предания о Тамерлане (см. например «Предание тобольских татар о грозном царе Тамерлане»).
 Исследования показали, что из 30 упомянутых в рукописях Сагъди Вакаса и Кашшафа мест захоронений и имён шейхов в 17 случаях информация полностью подтверждается этнографическими материалами. Довольно высокая степень совпадения позволила тобольскому писателю-краеведу В. Софронову поставить серию недоумённых вопросов относительно датировки принятия ислама:
 Дата прихода в Сибирь Кучума — 1557 год. Если принять 1394 год, указанный в документе, как достоверный, то меж этими двумя событиями прошло 163 года. За это время имена шейхов давно бы забылись и установить их с подобной точностью было бы просто невозможно. …Не ясно, когда сами жители узнали имена шейхов. До сражения? После? Тогда от кого? Возможно, что с войском шли писцы, которые фиксировали имена убитых и место их захоронения. Но как они могли узнать названия деревень и местечек, появившихся лишь через несколько столетий? Так что можно сделать вывод, поход шейхов состоялся в первой четверти 16 в.
 Тюменская исследовательница Х. Ч. Алишина напрямую не высказывается по поводу хронологии сюжета, однако отмечает, что все места захоронений шейхов находятся на территории Искерского юрта (возник после 1495 года), ни одна точка на территории предшествовавшего ему Тюменского ханства не задета.
 Первооткрыватель «Грамоты хранителя Юрумской астаны» тюменец Р. Х. Рахимов на основе сопоставления обнаруженной им рукописи с известиями об упомянутых выше текстах, хранящихся в Институте восточных рукописей РАН («Тарих» и «Аслы нэсли Сала аулынынг»), выдвинул версию, что участие в походе принимали ученики Баха ад-Дина Валада (1148—1231), а сам поход состоялся за 90—100 лет до царевича Тайбуги. В свою очередь, с походом 500 всадников во главе с Тайбугой связана вторая волна исламизации края. Список погибших миссионеров составлял сын Валада знаменитый Джалаладдин Руми (1207—1273). Таким образом, хронология сюжета должна относиться примерно ко второй половине XII века. Любопытно, что предложенная хронология совпадает с периодом жизни известного суфия Сулеймана Бакыргани (Хаким-Ата, 1104—1186), чьё псевдозахоронение в Вагайском районе (Баишевская астана) упоминается в сюжете.
 Впрочем, как заявляет омский исследователь А. К. Бустанов:
 К примеру, я не понимаю, зачем делать сенсацию из обнаружения очередной рукописи вместо того, чтобы не спеша досконально её исследовать и опубликовать не только в переводе, но и факсимиле и с набором текста. Я имею в виду публикацию «Грамоты хранителя Юрумской астаны». (Обнаружена пять лет назад в Аромашевском районе Тюменской области. Авт). В Петербурге мне попадались такие же тексты, и в ходе работы с ними появлялось много вопросов к переводу, так как он практически не учитывает тексты прочих сибирских рукописей, при всём уважении к высочайшему авторитету автора перевода — доктору Марселю Ибрагимовичу Ахметзянову. Становится ясно, что нужно работать над сводной, академически выверенной публикацией всех обнаруженных текстов с филологическими и историческими комментариями.
 Сам Бустанов считает, что на основании проведённых исследований пока можно сделать только предварительный вывод о том, что в исламизации Западной Сибири преимущественную роль сыграли представители Накшбандийского тариката. Это значит, что хронология сюжета должна быть отнесена к XIV веку и позже.
 Участники экспедиции А. Г. Селезнёва полагают, что распространение ислама в Западной Сибири было не самостоятельным явлением, а частью общего процесса исламизации Улуса Джучи и его наследников, проводившегося по инициативе шейхов Хорезма, ведущую роль среди которых играл Али Ходжа Занги-Ата (конец XII — начало XIII веков). При этом в качестве хронологических рамок исследователи задают правления узбекского хана Абу-л-Хайра (1428—1468) и бухарского хана Абдуллы II (1583—1598).