...и не смог уволить сотрудника, который был в этом виноват.   Автор: Артём Наливайко. Есть такой замечательный французский банк – Societe Generale. Точнее не банк даже, а финансовая группа, но не суть. Каждый год правление банка рассылает сотрудникам письмо с кратким рассказом о результатах года. Меняются события, история, менеджмент. Лишь одно имя уже много лет остаётся неизменным. «В этом году Societe Generale близок к тому, чтобы закрыть убытки, нанесённые действиями Жерома Кервьеля».     Так кто этот страшный человек, Жером Кервьель? Как простой трейдер смог нанести такой огромный ущерб? Зачем он это сделал? Но прежде всего – а так ли Жером Кервьель был виновен, или у этой истории есть очень неприятное для банка двойное дно, и она достойна быть одним из лучших финансовых детективов 21-го столетия? Разбираемся. «Группа Societe Generale раскрыла преступление, исключительное по масштабам и своему характеру: трейдер-одиночка, которому доверили выполнять рядовые операции, незаконно открыл множество позиций в течение последнего года. Воспользовавшись обширными познаниями в области контроля за сделками, почерпнутыми на предыдущей должности, он смог долгое время скрывать свою деятельность. С учетом размеров позиций и чрезвычайно неблагоприятной конъюнктуры рынка мошенничество повлекло за собой убытки в размере 4,9 миллиарда евро» - такими словами начинался знаменитый пресс-релиз, опубликованный 24 января 2008 года одним из крупнейших банков Европы. В одночасье его имя оказалось на первых полосах газет. «Финансовый Бен-Ладен» - кричали банкиры. «Мистер Никто», «великий махинатор», «трейдер-мошенник» - вторили журналисты. «Я невиновен» - пытался оправдываться Жером, но его толком никто не слушал. Кем вообще был этот Кервьель? Обычным трейдером невысокого ранга, в задачи которого входила в том числе торговля деривативами – сложными и высокорисковыми финансовыми инструментами. Долгое время его работа не вызывала особых нареканий – сделки Кервьеля приносили прибыль банку и бонус ему самому. Платили ему не так много – около 100 тысяч евро в годовом эквиваленте, достаточно небольшие деньги для банковского трейдера. Поначалу его работа была достаточно однообразной – ребалансировать портфель и работать на «арбитраже», зарабатывая на разнице в цене на одни и те же финансовые инструменты на разных рынках. Финансовый арбитраж – штука практически безрисковая, но, как правило, весьма низкодоходная. Бывший коллега Кервьеля называл эту работу «обезьяньей», то есть достаточно примитивной. Сам Кервьель в мемуарах иронично называл трейдеров «уличными проститутками на большой банковской оргии» и много раз подчёркивал, что ценность трейдера (как и представительницы древнейшей профессии) определяется только одним – его дневным заработком. Фактически, банк требовал от них делать деньги – совершенно любым способом. Ответственность давила чудовищно. Ещё больше давили семейные проблемы – годом раньше у Жерома умер отец, а вскоре его бросила жена. «Он всегда отлично выглядел и всегда был один, мы никогда не видели его с девушкой» - вспоминали потом бывшие коллеги. Вскоре Жером ушел от арбитража в сторону сложной финансовой инженерии, получая то огромную прибыль – то не менее гигантские убытки. Так, к лету 2007го его портфель был в минусе на 2,5 миллиарда, но к декабрю он смог не только отыграть потери, но и получить полтора миллиарда прибыли. Та ещё работа, надо сказать. В один прекрасный день Жером принял на себя чуть больший риск. Потом – ещё чуть больший. Потом начал торговать со счетов клиентов – практика крайне порочная, но, судя по всему, достаточно частая в те времена. В итоге, стоимость совокупных открытых позициий трейдера перевалила за 50 миллиардов евро – в полтора раза больше капитализации самого банка! «Пуркуа бы не па» - подумал Жером и пустился во все тяжкие. Он не хотел обманывать своего работодателя, но годовой бонус лучшему сотруднику банка не оставлял ему выбора. По большому счёту он не делал ничего такого, что не делал бы любой другой трейдер. Жером открывал огромные позиции с огромным риском, вот и всё. EUREX несколько раз сообщала в банк о крупных сделках, но реакции на это … не последовало. Финансовый контроль самого банка операции Кервьеля долгое время просто игнорировал. Сам банк потом скажет, что трейдер умело прятал такие сделки за сотнями тысяч рядовых низкорисковых операций на огромные суммы. Скорее всего, это правда - но для чего тогда вообще нужен финансовый контроль? В начале января Кервьелю позвонили с работы и предложили на несколько дней покинуть Париж – трейдер отказался. А через несколько дней разразился грандиозный скандал. Банк объявил о выявлении сотрудника, который в результате мошеннических и несанкционированных операций нанёс огромный ущерб. Биржи в январе 2008 года и без того лихорадило, а «дело Societe Generale» изрядно усилило падение, превратив ситуацию в идеальный шторм. Акции компании колоссально упали в цене, всерьёз начались разговоры о банкротстве. Из-за поднявшегося скандала SG был вынужден закрыть все позиции трейдера с огромным убытком – порядка 5 миллиардов (!) долларов. Проблема быстро перестала быть чисто европейской. Мировая финансовая система это по-сути множество сообщающихся сосудов, и известный закон там тоже работает. «Волна» от брошенного камня превратилась в небольшое цунами. Где-то за океаном в холодном поту проснулся глава ФРС Бен Бернанке, прозванный «Helicopter Ben» за своё легендарное предложение разбрасывать деньги с вертолёта. Посмотрев на происходящее, он почесал лысый затылок и снизил ставку резервирования (аналог нашей ключевой ставки) аж на 0,75 процентных пункта – впервые за 25 с лишним лет! Самое смешное, что банк не смог уволить Кервьеля сразу – согласно французскому трудовому законодательству и контракту трейдера, для этого требовалась личная встреча его представителей с сотрудником, что было невозможно – судья первым делом запретил сторонам общаться между собой напрямую до окончания процесса. Результат был предсказуемым, Кервьеля признали виновным в мошенничестве и приговорили к пяти годам тюрьмы (два – условно) и выплате штрафа в размере 4,9 миллиардов евро. Кервьель отсидел пять месяцев и стал самым большим должником в мире, ведь для выплаты долгов ему пришлось бы работать непрерывно около 200 000 лет. Своей вины Кервьель не признал и настаивал на аппеляции. Банк говорил: «мы понимаем абсурдность штрафа и готовы к обсуждению», как бы намекая – признай свою вину, и мы откажемся от претензий к тебе. Кервьель настаивал на своей невиновности и требовал пересмотра дела. В 2014-м году суд оставил приговор в силе, лишь отменив штраф ввиду его полной абсурдности. Самого трейдера на суде не было – он в это время совершал паломничество в Ватикан и встречался с Папой Римским. Его вина казалась совершенно очевидной, вот только дальнейшие события пошли по совсем неожиданному сценарию. Через два года он сумел … выиграть очередную аппеляцию. Внезапно начали всплывать малоприятные для банка подробности – так, SG не смог привести сколь-нибудь серьёзных доказательств того, что он не знал об операциях Кервьеля. Также банк не смог доказать, что лишь Кервьель совершал огромные и рискованные сделки, превышая все возможные лимиты. То есть действия трейдера были совершенно нормальной практикой для французского банка! Да и сам Кервьель не получал никакой особой сверхприбыли, кроме предусмотренного контрактом вознаграждения. Но самое удивительно вскрылось дальше – офицер полиции, которая в 2008 году вела расследование, заявила, что на неё оказывалось колоссальное давление с требованием сконцентрироваться лишь на фактах, которые бы доказывали вину трейдера (привет, французская коррупция!). В итоге, суд обязал Societe Generale выплатить трейдеру 150 000 евро за незаконное увольнение и ещё 300 000 в виде неполученного годового бонуса. Жером Кервьель стал на шаг ближе к тому, чтобы доказать собственную невиновность. К слову, французское общество в этой ситуации поддержало скорее Кервьеля, чем его работодателя – 77% французов верили в том, что он был скорее жертвой обстоятельств. Даже Николя Саркози потребовал «принять меры» - правда, меры оказались не совсем такие, каких ожидала общественность. Вместо наказания для менеджмента банка, французское правительство просто закрыло образовавшуюся дыру в его балансе за счет денег налогоплательщиков. А теперь попробуем разобраться, как это произошло и что это вообще было. Действительно ли Жером Кервьель был «финансовым террористом №1», в одиночку провернувшим гигантскую аферу? Или история была немного сложнее? Собственно говоря, что делал Кервьель? Он открывал ОЧЕНЬ высокорисковые позиции на ОЧЕНЬ волатильном рынке. В какой-то момент Жерому не фортануло, он привлёк таки внимание банка, который был вынужден как-то реагировать. Вы спросите - а каковы шансы на то, что финансовый контроль «пропустит» такую несанкционированную открытую позицию на 50 миллиардов? В наши дни они стремятся к нулю. Ей-богу, даже пролететь на вертолёте над Кремлём будет проще. В 2008 году всё было немного иначе, НАСТОЛЬКО иначе, чтобы допускать подобное. Я задал этот вопрос человеку, который в 2008 году работал (какая ирония) на trading desk в Lehman Brothers. По его мнению, финансовый контроль того времени был исключительно "дырявым" и "формальным" - и при желании Кервьель мог легко его обмануть. Вообще, сам факт сделок Кервьеля возможен в одном из двух случаев. В первом случае мы признаём, что в одном из самых уважаемых банков Европы работали сотрудники столь бездарные, что в качестве руководителя контроллинга можно было с чистой совестью нанимать даже моего кота. Ну а что – пользы столько же, зато задорно мяукает, да и на годовом бонусе можно сэкономить даже если выдать его самосвалом корма. Другой вариант куда прозаичнее - руководство трейдинга банка было прекрасно осведомлено о сделках Кервьеля, но закрывало на них глаза просто потому, что они были совершенно нормальной практикой. Если так – то почему в критической ситуации менеджмент SG сделал всё наихудшим для банка образом? Ведь их действия на первый взгляд выглядят совершенно нелогично – ситуация была немедленно предана максимальной огласке, а позиции трейдера были будто нарочно закрыты быстро и с огромным убытком – то есть максимально невыгодным для банка образом? Есть две гипотезы - реалистичная и конспирологическая. Согласно первой, информация о сделках Кервьеля дошла до топ-менеджмента, который поседел от ужаса, и, оценив возможные последствия, предпочел болезненный, но надёжный вариант развития событий. С конспирологической теорией всё немного интереснее. Ещё в феврале 2008 года журналист Сергей Голубицкий высказал такую идею – а что, если SG фактически осознанно манипулировал рынком, играя на понижение? И что всё произошедшее – грандиозная финансовая афера, а Жером Кервьель в ней – лишь пешка? Реакция рынка на произошедшее была с самого начала совершенно очевидной – аналитики и до всех событий предсказывали весьма «медвежье» начало года, а после Кервьеля падение было более чем очевидным. Фактически, потеряв 5 миллиардов долларов, банк (пусть и опосредованно) мог заработать куда больше. О склонности к риску говорит и другой факт – в 2018 году американцы наложили на французский банк штраф в размере 1,3 млрд долларов за торговлю с Ираном и Кубой в обход американских санкций. Для того, чтобы его покрыть, SG пришлось продать несколько региональных подразделений. К слову, мой собеседник из Lehman в эту теорию не верит. Французы – не идиоты. Французы великолепно понимали, что они делают, понимали последствия, возможные риски и возможную прибыль. И согласно конспирологической теории, SG на «деле Кервьеля» в итоге отлично заработал. Кервьель был обвинён по статье «мошенничество», но были ли действия трейдера следствием его желания получить годовой бонус, или он сам был всего лишь пешкой, которой умело манипулировал менеджмент банка, а сама ситуация – не более чем попыткой «подвинуть» рынок? Вероятно, мы никогда этого не узнаем. А ещё про Кервьеля сняли неплохой фильм ("Аутсайдер"), а перед вторым судебным процессом он выпустил книгу воспоминаний. Такие дела. Традиционный словарь и комментарии: Деривативы – производные (от базового актива) финансовые инструменты, главная «фишка» которых – привязка к «будущей стоимости» актива. Деривативы могут представлять собой как относительно простые конструкции, так и совершенно чудовищных финансовых кадавров. Самый простой дериватив – договор на поставку товара через полгода по заранее оговоренной цене. Или право его купить. Или право продать. Или всё вместе. Касаемо действий Бена Бернанке – по сути, он резко снижал ключевую ставку для того, чтобы «заткнуть деньгами» падающие рынки и таким образом сгладить это самое падение и добавить рынку ликвидности. Подобным образом, например, действовал Алан Гринспен во времена «пузыря доткомов» и много кто ещё. О личностях Бернанке, Гринспена (которого незабвенный Нассим Талеб называл худшим финансистом всех времён) и самом подходе можно написать небольшую книгу. «медвежий» и «бычий» тренды – тренд рынка к сокращению или росту соответственно. Lehman Brothers - американский банк, обанкротившийся в 2008 году на фоне американского ипотечного кризиса. "Мошеннический трейдинг", "rogue-trading" - проведение неавторизованных (нанимателем) операций, в результате которых трейдер принимает на себя излишний риск в обход принятых в банке практик. Один из двух "великих грехов" трейдера наряду с инсайдерской торговлей. Зачастую является скорее gambling чем trading. Более полный список "трейдерских" потерь: там есть и российские компании!(https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_trading_losses) Автор: Артём Наливайко  Оригинал   Обозреватель