Пря́шевско-руси́нский язы́к (также пряшевщина; самоназвание: русиньскый язык) — кодифицированная форма карпаторусинского языка в Словакии, одна из двух литературных форм, созданных русинами лемковского диалектного ареала наряду с лемковским литературным языком в Польше. Официально декларация о кодификации словацкого варианта русинского литературного языка была принята в 1995 году. Основой для пряшевской литературной нормы стали говоры Северного Земплина. Область распространения русинских (южнолемковских) говоров, для носителей которых пряшевский является стандартным — Пряшевщина (Пряшевская Русь), один из регионов на северо-востоке Восточной Словакии.
 Согласно переписи 2011 года в Словакии носителями русинского языка являются 55 469 человек.
 К особенностям пряшевского языка относят такие основные черты, как произношение гласной i на месте исконной o в новозакрытом слоге и наличие разноместного ударения. В лексике наблюдается большое число заимствований из словацкого языка.
 Письменность основана на кириллице. Ранее отмечались попытки применить для языка русин Словакии также латиницу словацкого типа.
 Пряшевская литературная норма (нередко наряду с местными русинскими говорами) ограниченно используется в разных сферах общественной жизни тех регионов Словакии, которые преимущественно населены русинами. На пряшевском языке создаются произведения художественной литературы. Печатается периодика: в Восточной Словакии издаются «Народная газета» («Народны новинкы», с 1990 года), журналы «Русин» (с 1990 года) и «Артос». На пряшевском создаются программы на Словацком радио и телевидении, предназначенные для национальных меньшинств.
 Пряшевская литературная норма создана с опорой на говоры русин, распространённые на сравнительно небольшой территории в северной части исторического восточнословацкого региона Земплин. Данный ареал включает земли между реками Цироха и Вырава, западную часть района Снина, северо-восточную часть района Гуменне и юго-восточную часть района Медзилаборце.
 
 
Его [пряшевского литературного языка] основа опирается на говоры, размещённые на границе западноземплинского и восточноземплинского диалектов, по линии сёл: Осадне, Гостовици, Паризивци, Чукаливци, Пчолине, Пыхни, Нехваль, Полянка, Зубне, Нижняя и Верхняя Яблинка, Светлици, Збийне и некоторых других.
 По утверждению кодификаторов, говоры пограничья западноземплинского и восточноземплинского диалектов были выбраны в качестве основы для пряшевского литературного стандарта из-за наибольшей распространённости говоров Земплина среди словацких русин и из-за размещения этих говоров в переходной зоне между лемковскими и среднезакарпатскими диалектами. По мнению Ю. Ванько, выбор диалектной базы для пряшевской литературной нормы был связан с тем, что земплинские говоры были родными для большинства представителей русинской интеллигенции, принимавшего участие в кодификации, что значительно облегчало практическое использование создаваемого стандарта. Между тем, в характеристику пряшевской нормы были включены черты отсутствующие в базовых земплинских говорах. Согласно утверждению В. Ябура, указанные языковые черты были призваны сблизить словацкий вариант русинского языка с вариантами русинского в других странах.
 Первым литературным языком словацких русин был церковнославянский язык. В первой половине XX века на Пряшевщине недолго некоторые функции, в частности, в образовании выполнял русский литературный язык. После Второй мировой войны русский сменил украинский язык.
 Кодификация пряшевского русинского языка происходила на волне подъёма русинского национального движения, начавшегося в конце 1980-х годов. В 1992 году состоялся Международный конгресс русинского языка, в котором приняли участие представители интеллигенции всех стран, в которых живёт русинское меньшинство. Участники конгресса выработали теоретически принципы кодификации карпаторусинских диалектов. Создавать русинскую литературную норму было решено в два этапа по так называемой романшской модели. На первом этапе предполагалось создание литературных стандартов для отдельных стран с русинским населением, на втором этапе планировалось формирование общей для всех русин языковой нормы. В частности, стандартизации общерусинского языка должна была способствовать публикация текстов на всех разновидностях русинского в пряшевском журнале «Русин».
 Основой пряшевского литературного стандарта стали работы русинских авторов В. Ябура, Ю. Панько и Я. Гриба. В их числе правила правописания, орфографический словарь, букварь, хрестоматия для школьников и словарь лингвистических терминов.
 В настоящее время практически все функции официального для русин выполняет словацкий язык. Частично в сфере образования и средствах массовой информации используется русинский язык.
 Алфавит пряшевского литературного языка включает 36 букв:
 Орфография пряшевской нормы, разработанная в 1990-е гг. (В. Ябур, А. Плишкова, К. Копорова), в значительной мере унаследовала принципы системы Желеховского. Одним из коренных отличий как от желеховки, так и от современной украинской орфографии является последовательное различение звуков «и» и «ы» (в украинском — только «и»), в основном этимологического характера.
 Система вокализма пряшевско-русинской литературной нормы состоит из 7 гласных фонем. Гласные различаются по степени подъёма языка, по ряду и по наличию или отсутствию лабиализации:
 В системе консонантизма пряшевско-русинского языка согласные по способу образования (подля способу творїня) разделяют на шумные и сонорные (сонорны согласны). В таблице в парах согласных сверху приведены глухие согласные (глухы согласны), снизу — звонкие (дзвінкы согласны), после обозначения согласных в МФА в круглых скобках приведены обозначения согласных кириллицей, в квадратные скобки заключены некоторые из позиционных вариантов фонем:
 Ударение в пряшевской форме русинского языка динамическое, разноместное и подвижное. Место ударения не связано с определённым слогом, оно может падать как на первый слог от конца слова (росá, малá), так и на второй (мáма, сїдáти), третий (на бéрезї), четвёртый (поперечíтовати) и другие слоги. Часто при словоизменении ударение остаётся на той же самой морфеме во всех формах слова, но нередко возможно и изменение места ударения: нóга — ногáми; збéрам — зберáме. Ударение в русинском в ряде случаев может выполнять сонологическую (смыслоразличительную) роль: се́ла — село́, мукá — мýка.
 Тип ударения, выбранный в пряшевском языке, сближается с типом ударения, распространённым в говорах закарпатских русин и в украинском языке. Для западного карпаторусинского ареала характерен фиксированный тип ударения на предпоследнем слоге, такой же как и в восточнословацком диалекте и в польском языке. В частности, фиксированное ударение принято за норму в лемковском литературном языке.
 Части речи (части речі) пряшевско-русинского языка:
 Имя существительное характеризуется категориями рода (род), числа (чісло) и падежа (пад). Выделяется три рода: мужской (мужскый род), женский (женьскый род) и средний (середнїй род); два числа: единственное (єднотне чісло) и множественное (множне чісло) и шесть падежей с отдельно рассматриваемой звательной формой: именительный (номінатів), родительный (ґенітів), дательный (датів), винительный (акузатів), творительный (інштрументал), местный (локал) и вокатив (вокатів, клічна форма). Именительный — прямой падеж, остальные — косвенные. Формы вокатива принимают одушевлённые и персонифицированные неодушевлённые существительные.
 Все существительные в зависимости от грамматического рода, окончания форм именительного падежа и окончания основы группируются по характеру склонения (склонёваня, деклінація) в четыре типа.
 К существительным первого склонения относят формы мужского, женского и общего рода с окончанием в именительном падеже единственного числа -а (-я) типа стїна, земля, слуга и судця с твёрдым или мягким согласным основы:
 Существительные общего рода типа сирота склоняются по типу слов женского рода с твёрдой основой (стїна, жена). У существительных с мягкой основой типа партія в местном падеже отмечается окончание -ї. Формы вокатива существительных единственного числа с твёрдой основой: жено, старосто, с мягкой основой: землё, судцё. Формы вокатива существительных множественного числа совпадают с формами именительного падежа: жены, старостове/старосты, землї, судцёве/судцї. У лиц и имён собственных возможны сокращения звательных форм: мамо — мам, Марё — Марь.
 К существительным второго склонения относят формы мужского рода на согласную и формы среднего рода с окончанием в именительном падеже единственного числа -о, -е, -я, -є с твёрдым или мягким согласным основы. В этот тип склонения включаются также существительные на -о, -е, изменяющиеся по типу форм среднего рода:
 Местоимения (містоназывникы, прономіна) пряшевско-русинской литературной нормы группируют в 8 разрядов:
 Склонение личных (первого и второго лиц) и возвратного местоимений:
 Склонение личных местоимений третьего лица:
 Глагол выражает процесс (действие, состояние). Для него характерны категории времени (час), лица (особа), наклонения (способ), залога (часословный род), вида (вид), числа, а также в прошедшем времени и сослагательном наклонении категория рода. Синтаксической функцией глагола в предложении является функция сказуемого (присудок, предiкат).
 По выполняемой функции в предложении глаголы разделяют на полнозначные (чiтати, танцёвати, спiвати) и неполнозначные (вспомогательный — быти; глагол-связка — быти; модальные — хотïти, мочi, мати, мусити; фазовые — зачати, продовжовати, перестати и другие).
 По грамматическому значению глагольные формы разделяют на финитные (фiнiтны, вызначены часослова) и нефинитные (iнфiнiтны, невызначены часослова). К финитным относят спрягаемые глаголы, для которых характерны категории наклонения и времени — личные (особны часослова) и безличные (неособны часослова). К нефинитные формам относят инфинитив (iнфiнiтiв), причастие (часоприсловник) и деепричастие (часопридавник).
 Безличные глаголы выражают процесс без действующего лица или предмета: барз загырмiло.
 Для большей части инфинитивов характерны формы на -ти (произносится [т’i]): писати, носити, вести, знати, куповати. Формы на -чi характерны для ограниченной группы глаголов: мочi, волочi, печi. Все глагольные формы образуются от основы инфинитива и от основы настоящего времени (теперïшнïй час, презенс). Реже выделяется как основа форма прошедшего времени (минулый час, претерiт). При определении основы от инфинитива отсекаются флективные морфемы -ти и -чi: роби-ти, стоj-а-ти, нес-ти, а от основы настоящего времени в форме 2-го лица единственного числа отсекаются флексии -еш, -иш/-iш, -ш: роб-иш, стоj-иш, нес-еш.
 Категория вида выражает завершённость/ограниченность или незавершённость/неограниченность процесса. По этому признаку различают глаголы совершенного вида (завершеный вид) и глаголы несовершенного вида (незавершеный вид). Большинство глаголов являются одновидовыми (єдновидовы часослова) — принадлежат только к одному виду. Наряду с ними отмечается ряд глаголов, называемых двувидовыми, которые могут выражать значения обоих видов. Глаголы, обозначающие одно действие и различающиеся только семантикой, формируют видовые пары: робити — зробити, говорити — повiсти. Глаголы совершенного вида могут образовываться от глаголов несовершенного вида при помощи префиксов (писати — написати, переписати), суффикса -ну- (копати — копнути) и чередования или выпадения гласных и согласных в основе (являти ся — явити ся, называти — назвати). Глаголы несовершенного вида могут образовываться от глаголов совершенного вида при помощи суффиксов (забыти — забывати), а также путём расширения основы (начати — начiнати) или расширения суффикса в глаголах на -ерти (стерти — стерати). Глаголы видовых пар могут образовываться также супплетивно: брати — взяти.
 В зависимости от характера образования основы инфинитива глаголы в пряшевско-русинской норме включаются в шесть словоизменительных классов, в ряде из которых образуют отдельные группы:
 Глаголы изменяются (спрягаются) по лицам, числам, наклонениям и временам. В пряшевско-русинской норме выделяют два спряжения (часованя, конъюґацiя):
 Не входят ни в 1-ое, ни во 2-ое спряжение глаголы ïсти, дати, быти, повiсти.
 Категория времени выражает отношение действия к моменту речи. В пряшевской литературной норме различаются формы настоящего времени, прошедшего простого (простый минулый час) и прошедшего сложного времени (зложеный минулый час), а также будущего (будучiй час, футурум) простого (простый будучiй час) и будущего сложного времени (зложеный будучiй час).
 Формы настоящего времени образуются от глаголов несовершенного вида. Особый подтип I спряжения составляют глаголы с исконным суффиксом -а- (-я-), который не выпадает при словоизменении: чiтати, гадати, звiдати ся, и глаголы без суффиксов с основой на -а: знати.
 Спряжение глаголов настоящего времени нести, чути, чiтати, спiвати, вертïти, доïти':
 При спряжении у глаголов пити, бити, вити в личных формах выпадает гласная -и-: пю, пєш, пють. Также происходят чередования гласных, согласных, выпадение гласных и другие изменения в основе у глаголов типа вести — веду, ведеш; нести — несу, несеш; жати — жну, жнеш; дерти — дру, дреш; молоти — мелю, мелеш; вертïти — верчу; сидïти — сиджу; писати — пишу, пишеш; брати — беру, береш; ковати — кую, куєш и т. д. Глаголы с основой на -а имеют в единственном числе две равнозначные формы: знаю — знам, знаєш— знаш; знає — знать. Равнозначны формы имеют также глаголы типа давати — даю/давам, даєш/даваш, дають/давають и глаголы с суффиксом -ова- (-ёва-) типа куповати — купую/купiю, купуєш/купiєш, купують/купiють.
 Спряжение глаголов быти «быть» и ïсти «есть»:
 Формы прошедшего времени образуются от основы инфинитива двумя способами — простым и составным. В форме простого прошедшего времени к основе инфинитива добавляются флексии -в, -ла, -ло, указывающие на род глагола, и флексия -ли, указывающая на множественное число. В функции указания лица могут выступать личные местоимения: чiта-ти — я, ты, он чiтав; я, ты, она/вна чiтала; я, ты оно/вно чiтало; мы, вы они/вни чiтали. Особые формы мужского рода образуются от основ инфинитива на согласные з, с, р, г, к, б, п, в: вiз, тер, мiг, пiк, скуб. В то же время в глаголах на -с типа плести (с основой настоящего времени на -д, -т) в формах мужского рода отмечается флексия -в: красти, крад-еш — крав, плести, плет-еш — плïв.
 Составное прошедшее время образуется из форм глаголов простого прошедшего времени в сочетании с формами 1-го и 2-го лица настоящего времени вспомогательного глагола быти, при этом в формах среднего и женского рода возможно сращение этих глаголов с последующим стяжением гласных: чiтав єм, чiтав єм, чiтала єм/чiталам, чiтало єм/чiталом, чiтали сьме; чiтав єсь, чiтала єсь/чiталась, чiтало єсь/чiталось, чiтали сьте.
 Спряжение глаголов прошедшего времени писати и нести:
 Глаголы типа привыкнути, стиснути имеют две равнозначные формы прошедшего времени: привык/привыкнув, стис/стиснув и т. п. У глаголов на -лоти (молоти, колоти) формы мужского рода образуются при помощи окончания -в: молов, колов, полов. Особые формы прошедшего времени отмечается у глаголов рости (рiс, росло, росла, росли), лячi (лïг, легло, легла, легли), iти (iшов/йшов, iшло/йшло, iшла/йшла, iшли/йшли).
 Формы прошедшего времени глаголов быти, ïсти, дати, повiсти: был, было, была, были; ïв, ïло, ïла, ïли; дав, дало, дала, дали; повiв, повiло, повiла, повiли.
 Формы будущего простого времени (синтетические формы) образуются от глаголов совершенного вида. Для них характерны те же окончания двух спряжений, что и для форм настоящего времени.
 Спряжение в будущем простом времени глаголов принести, вывертïти и прочiтати:
 Особые формы простого будущего времени отмечаются у глаголов лячi — ляжу/лягну, ляжеш/лягнеш, ляжуть/лягнуть; сïсти — сяду, сядеш, сядуть; взяти — возьму, возьмеш, возьмуть.
 Формы простого будущего времени глаголов дати и повiсти: дам, даш, дасть, даме, дате/дасте, дадуть; повiм, повiш, повiсть, повiме, повiсте, повiдять.
 Формы будущего составного времени (аналитические формы) образуются при помощи инфинитивов глаголов несовершенного вида и стоящих перед ними личных форм глагола быти.
 Спряжение в будущем составном времени глагола нести: