Изобретение электронного цифрового компьютера является общественным достоянием. Хотя, казалось бы, на роль создателя первой ЭВМ претендентов хватает. Такое положение дел связано не со сложностью выбора конкретной персоны на место отца компьютеростроения, а с судебным разбирательством 1973 года о патенте на компьютер ENIAC. В этой статье взглянем на ход этого дела и на события, предшествующие ему. Так сложилось, что в начале 40-х годов прошлого столетия в нескольких частях мира шли разработки вычислительных устройств: немецкие Z1-Z4 Конрада Цузе, английские Bombe и Colossus, американский Mark. Но в контексте нашего повествования наибольшее значение имеют две машины и их непосредственные создатели: ABC Джона Атанасова и ENIAC Джона Мокли (или Моучли).   В 1929 году Джон Атанасов — ученый из Айовы - вел работу по изучению поляризующегося гелия в электрическом поле. По ходу работы приходилось выполнять большое количество вычислений, а вычислительные устройства и аналоговые методы не могли дать быстрого и точного результата. Это была существенная проблема, и она подтолкнула Атанасова к идее автоматизации сложных вычислений. Изначально он задумывался о создании аналогового устройства, однако быстро отказался от него в пользу «революционного» подхода - цифрового. Атанасов сразу выделил две проблемы: где хранить и как считать. И, собственно, эти проблемы вылились в два основных блока его, пока теоретической, машины: память и вычислительное устройство. Вычислительное устройство было относительно «классическим»: на электронных лампах с двоичной логикой. Но с памятью возникли сложности. Как сохранить числа и данные в машине? Перебирая различные виды памяти — и электрические реле, как у Цузе, и электронные лампы, которые оказались слишком дорогими для данного блока, и много чего ещё - Джон остановился на конденсаторах, относительно недорогом устройстве. Конденсаторы обладали основополагающим для памяти свойством - они могли на некоторое время (меньше секунды) сохранять заряд. Теперь появилась другая проблема — увеличить время хранения заряда, которая быстро переквалифицировалась в проблему его обновления. Атанасов придумал следующую концепцию: размещение конденсаторов на барабанах напротив электрических «щеток», обновляющих заряд на них. Подобное решение привело к двум ключевым последствиям: машина Атанасова становилась электромеханическим вычислительным устройством; о высокой скорости работы можно было забыть. Определив основную концепцию, Атанасов в 1939 году нашел себе помощника — Клиффорда Берри. Компьютер так и назвали - Atanasov-Berry Computer, или ABC. Первый прототип собрали в том же году, и относительно существовавших устройств он показал хороший результат в решении системы уравнений с 29 переменными: 7 дней против 10 недель. Однако это было все равно медленно. Все это время работа шла под крылом университета Айовы, и по непонятному стечению обстоятельств адвокат, нанятый университетом, не подал заявки на патент. Затем, после начала войны, Атанасов был призван в армию и устройство осталось пылиться в подвале университета, пока его и вовсе не разобрали из-за недостатка места.   Примечательным фактом в этой истории является то, что Атанасов демонстрировал своё устройство другому американскому ученому — Джону Мокли. Они встретились в июне 1941 года на одной из конференций. После Мокли провел пять дней в доме у Атанасова. Ученые беседовали о компьютерах, причем Берри продемонстрировал гостю работу своего с Атанасовым детища.  Через несколько лет, в 1945 году, по военному заказу Джоном Мокли и Джоном Эккертом был создан компьютер ENIAC. Устройство получилось настолько монструозным, что для создания технической документации конструкции и сбора остальных документов для подачи заявления на патент потребовался год.  Во многом ENIAC был действительно первым электронным цифровым компьютером: он был полностью электронным, универсальным, программируемым устройством. Ранее упомянутые устройства (Z1-Z4, Colossus и т. п.) по каким-либо параметрам не подходили под определение полноценного цифрового компьютера. Патент на ENIAC был выдан через 19(!) лет после создания устройства — 8 февраля 1964 года. Когда-то в 40-е годы Мокли и Эккерт создали компанию, которая к моменту выдачи патента принадлежала Sperry Rand Corp. Собственно, этой компании и достался патент. И горячие головы в Sperry решили: почему бы на этом не заработать? Фактически, патент позволял требовать процент с продаж ЭВМ, однако с некоторой оговоркой: патент, а значит и роялти, распространялся на устройства с тактовой частотой меньше 1 МГц. Подобное ограничение стало следствием неточностей, указанных в документах, поданных на патент.  Sperry потребовала 1% с продаж ЭВМ с частотой менее 1 МГц. Самый крупный игрок рынка — IBM - практически сразу согласился на такие условия, однако маленькие организации с трудом могли позволить себе выплачивать роялти. Одна из таких компаний - Honeywell - решила пойти против системы и отказалась платить. По итогу этот протест вылился в судебные иски. Судебное дело началось с двух практически одновременных исков. Sperry Rand Corporation и ее холдинговая компания Illinois Scientific Developments обвинила Honeywell Corporation в нарушении патентных прав и требовала лицензионных отчислений. Honeywell обвинила Sperry Rand в мошенничестве и создании монополии, требуя признать патент на ENIAC недействительным.    Так получилось, что оба судебных иска были поданы в один и тот же день — 26 мая 1967 года. Судьбоносным оказалось то, что Honeywell подала иск всего на несколько минут раньше. Дело в том, что адвокаты Sperry Rand хотели, чтобы дело рассматривалось в Вашингтоне. Для владельцев патента округ Колумбия считался более благоприятным местом. В то же время Honeywell подала иск в Миннеаполисе, где компания была крупнейшим частным работодателем. Финальное решение принял главный судья округа Колумбия Джон Сирика. Он постановил, что гонку 26 мая выиграла Honeywell. Таким образом, вопрос рассматривался в Миннеаполисском суде, председательствовал федеральный судья Эрл Ларсон.  Чтобы выиграть дело и не платить «дань», Honeywell нужно было каким-то образом оспорить патент. Для этого они наняли молодого адвоката Чарльза Колла, имевшего степень по инженерии и работавшего в Bell Labs. Цель Колла была ясна — доказать неоригинальность патентуемых положений для аннулирования патента Эккерта-Мокли.  Для этого адвокат отправился в Университет Айовы, где когда-то энтузиасты Атанасов и Берри собирали свою машину. Там Колл ознакомился с документами об ABC. Затем он посетил самого Атанасова в его доме в штате Мэриленд. Пожилой профессор удивился, узнав о судебном процессе, и обрадовался выпавшему шансу. Нет, никакой денежной выгоды для Атанасова дело не сулило, однако у всеми забытого ученого появилась возможность вписать себя и своего друга Берри в список пионеров компьютеростроения и получить должное признание.    Клиффорд Берри не смог бы разделить ожидаемую славу, потому что он погиб в 1963 году. Причем при крайне подозрительных обстоятельствах: его нашли мертвым в комнате, которую он снимал в Нью-Йорке. С пластиковым мешком на голове. В полицейском отчете это назвали самоубийством. Однако Атанасов по ряду обстоятельств сделал вывод о том, что смерть могла быть насильственной. К сожалению, вопросы о гибели Берри так и остались без ответа. Впечатленный осведомленностью Колла о деталях его компьютера, Атанасов охотно передал адвокату сотни писем и документов, которые могли послужить доказательством того, что Мокли присвоил некоторые идеи во время своего визита к Атанасову. Тем же вечером Колл отправился в Вашингтон, где посетил лекцию Мокли, сидя в заднем ряду. Он задал неудобный вопрос о машине Атанасова. Мокли заявил, что едва видел ее. Колл понял, что если заставить Мокли повторить это под присягой и предоставить полученные документы, то его можно было бы дискредитировать в суде. Через некоторое время Мокли осознал, что Атанасов может помочь Honeywell оспорить его патент, поэтому он вместе с адвокатом Sperry Rand посетил дом профессора, однако там его ожидал холодный прием. Сам судебный процесс шел с июня 1971 года по март 1972 года. В суде Мокли выступил плохо: давал противоречивые утверждения, сбивчиво рассказывал о своем визите к Атанасову и о том, что видел компьютер лишь приоткрытым в полутьме. Атанасов же отлично подготовился. Он воссоздал свою машину и продемонстрировал ее работу прямо в зале суда, перечисляя, какие идеи Мокли позаимствовал у него. Судья Ларсон плохо разбирался в электронике, и, скорее всего, «магия» с нажатием кнопок и загорающимися лампочками на вычислительной машине произвела на него сильное впечатление.   Дело стало самым длинным разбирательством федерального суда США по подобным вопросам. За 9 месяцев было вызвано 70 свидетелей, еще 80 дали письменное показание под присягой. Объем заключительной стенограммы составил 20 667 страниц, количество вещдоков перевалило за 32 тысячи. Корпорации с обеих сторон потратили в общей сложности более 8 миллионов долларов на расследование дела. После заседания судья Ларсон потратил еще девятнадцать месяцев на подготовку окончательного решения, которое было оглашено в октябре 1973 года. Cогласно ему: Патент на ENIAC был признан недействительным, признав то, что Мокли и  Эккерт не были изобретателями первого компьютера, а позаимствовали эту идею у Джона Винсента Атанасова. Sperry Rand стремилась монополизировать индустрию электронной обработки данных в нарушение Антимонопольного закона на основе соглашения с IBM, но фактически только IBM удалось создать такую монополию. Судья не назначил денежную компенсацию, несмотря на выводы о сговоре. Хоть Мокли и Эккерт посчитали вердикт несправедливым, решение 1973 года так и не было оспорено в судебном порядке. Sperry Rand пришла к соглашению с Honeywell и продолжила производить компьютеры вплоть до 1986 года. Сам случай был неоднозначным с юридической точки зрения: суд должен был определить, как справедливо распределить заслуги по изобретению современного компьютера. Мнение судьи было тщательно выверенным, однако Ларсон не разбирался в электронике и упустил несколько существенных деталей. ABC создавали для решения одной специфичной задачи, он не был программируемым и универсальным. ENIAC же можно назвать первым компьютером общего назначения в современном понимании. Также существовал ряд конструктивных различий. В электронной схеме Атанасова использовалась двоичная логика, у Мокли — десятичный счетчик. ENIAC являлся полностью электронным, ABC - электромеханическим.   К самому Атанасову все-таки пришла заслуженная слава. Правда не сразу после процесса, а через годы, когда ученому было уже под восемьдесят. О нем написали несколько статей и даже выпустили книгу. Мокли до конца жизни так и не признал, что позаимствовал у Атанасова что-либо существенное. Суд наглядно показал, что изобретение такого сложного устройства, как компьютер, — это компиляция идей многих талантливых инженеров и ученых. Конечно, все четверо героев нашего рассказа достойны лавров отцов компьютерной техники. В такой же степени, как Цузе, Тьюринг и множество других специалистов. Однако одно дело быть романтиком и собирать у себя в гараже нечто революционное. И совсем другое - общаться с другими новаторами, компилировать решения, находить компетентную команду и финансирование для воплощения идеи в жизнь. Некоторые считают, что решение суда во многом повлияло на дальнейшее развитие IT. Производителям компьютеров теперь не нужно было платить отчисления владельцам патента, что пришлось бы делать вплоть до 1981 года. А в то время компьютерный бизнес набирал обороты, и даже процент от продаж мог оказаться суммой с шестью нулями. Однако почему так мало людей знают об этом скандальном судебном деле? Дело в том, что на следующий день после оглашения решения полицейские задержали злоумышленников, незаконно проникших в штаб-квартиру Демократической партии США. Вскоре ниточки от взломщиков добрались до Белого дома к действующему президенту и кандидату на переизбрание Ричарду Никсону. Разгорелся так называемый Уотергейтский скандал. Внимание общественности и СМИ переключилось на политику, а компьютеры отошли на второй план.