Моско́вский лингвисти́ческий кружо́к (МЛК) — объединение российских филологов, действовавшее в 1915—1924 годах.
 Кружок возник как объединение студентов историко-филологического факультета Московского университета при Московской диалектологической комиссии; патроном кружка предполагался академик Ф. Е. Корш, умерший, однако, до начала его работы. В скором времени состав кружка пополнили такие выдающиеся учёные, как С. И. Бернштейн, С. П. Бобров, С. М. Бонди, О. М. Брик, Н. И. Жинкин, В. М. Жирмунский, С. О. Карцевский, М. М. Кенигсберг, А. М. Пешковский, Е. Д. Поливанов, Б. В. Томашевский, Ю. Н. Тынянов, В. Б. Шкловский, Г. Г. Шпет, Б. И. Ярхо, Н. С. Трубецкой. Посещали кружок и фольклористы (Ю. М. Соколов, П. Г. Богатырёв), и поэты (В. В. Маяковский, впервые читавший здесь «150 000 000», Б. Л. Пастернак, О. Э. Мандельштам, Н. Н. Асеев). Председателями кружка были Роман Якобсон (1915—1919), Михаил Петерсон (январь — сентябрь 1920), Алексей Буслаев (1920—1922), Григорий Винокур (1922—1923) и Николай Яковлев (1923—1924).
 С 1919 года интересы МЛК переходят в сферу поэтики и теории поэтической речи. В 1920 году кружок насчитывал 34 действительных члена и 3 почётных (профессора Н. Н. Дурново, В. К. Поржезинский и Д. Н. Ушаков). В последующие годы число действительных членов выросло до 51 (в их число входили Д. Д. Благой, Ф. М. Вермель, Б. В. Горнунг, С. Я. Мазэ, А. И. Ромм, Б. В. Шергин, Вл. Б. Шкловский, Р. О. Шор), а также появились 12 членов-соревнователей (сотрудников), в том числе Н. В. Вахмистрова-Реформатская, Д. Е. Михальчи, А. А. Реформатский, А. И. Смирницкий, А. М. Сухотин, Е. Б. Тагер.
 Работа кружка определялась как лабораторная. В 1915—1918 годах преобладали занятия диалектологией, фольклором, этнографией; в 1919—1922 годах интересы перемещаются в область поэтики, стиховедения и теории поэтической речи. Этому способствовало сближения кружка с ОПОЯЗом. Однако, несмотря на принятие кружком терминологии и методологии ОПОЯЗа (а также издательской марки), между обеими группами имелись различия как теоретического, так и проблемного характера: кружок в большей степени рассматривал художественную форму не как нечто самоценное, а как явление лингвистически обусловленное, функционально организованное («поэтическое языкознание», «поэтическая диалектология», «язык в его поэтической функции». С 1922 года происходит переориентация кружка, с одной стороны на сугубо лингвистическое изучение бесписьменных языков Северного Кавказа (Н. Ф. Яковлев, Л. И. Жирков), с другой — на ЛЕФ (Г. О. Винокур), с третьей — на ГАХН (Г. Г. Шпет, Б. В. Горнунг), в результате чего около 1925 года деятельность кружка прекращается.
 Московский лингвистический кружок в определённом смысле (через Якобсона и Трубецкого) — предтеча Пражского лингвистического кружка; его идеи способствовали созданию подобных объединений в ряде стран.
 Важную роль в деятельности кружка сыграли экспедиции его членов (Ф. Н. Афремова, П. Г. Богатырёва, Г. Г. Дингеса, Б. В. Шергина, Н. Ф. Яковлева) по сбору диалектных материалов и конспектирования фольклорных текстов. Из-за сложностей при публикации многое созданное в кружке осталось только в архивах, а основным путём распространения идей кружка было устное повествование.