В России уникальными кодами маркируются даже молоко и бутилированная вода. И каждый год список маркируемой продукции увеличивается. Многие воспринимают маркировку как что-то негативное, только обременяющее бизнес. На самом деле это не совсем так. Есть ряд преимуществ, которые может ощутить каждый из нас.  Под катом расскажу немного о том как устроена маркировка и что хорошего она несёт для простых граждан. На продукцию наносятся коды стандарта Data Matrix. В отличие от других двумерных кодов в целом и QR-кодов в частности, они занимают меньше места на упаковке и позволяют считывать код с бОльшим количеством повреждений, например, царапин. Код маркировки состоит из нескольких групп символов, их идентификаторов и разделителей. Основных групп три - это уникальный серийный номер товара, криптохвост для проверки валидности кода и GTIN. Последнее - это международный код продукта по стандарту GS1. Если очень упростить, то это EAN-13 из привычного нам штрих-кода, только с нулём в начале. Именно поэтому на кассе не обязательно сканировать штрих-код, если уже просканирован код маркировки. Уникальность кода - это важный момент. Благодаря нему у нас теперь нет и в теории быть не может двух одинаковых упаковок молока, воды, лекарств и некоторых других товаров. На каждой свой собственный код.  Коды выдаёт единый оператор, который называется ЦРПТ. Эта организация формирует правила маркировки, следит за их соблюдением и поддерживает операционную деятельность всех участников системы. Коды можно получить только там и нигде больше. При продаже некоторых видов товаров, касса на лету проверяет валидность кода и отказывает в продаже товаров с невалидным или нераспознанным кодом. Вообще говоря, у магазинов есть право включить в чек, например, молоко с нераспознанным кодом маркировки, но таких товаров должно быть не более 2% от всего оборота. В апреле 2024 года это будет 0%. Таким образом контролируется жизненный цикл товара от момента упаковки до момента продажи. Степень контроля этапов между изготовлением и продажей зависит от того, о каком именно товаре идёт речь. Больше всего “повезло” фармацевтам. Чтобы начать работать в системе маркировки, производитель должен зарегистрироваться и подписать договор. После этого ему нужно зарегистрировать свои товары в национальном каталоге. Только потом он может начать заказывать коды и только под конкретный, заранее известный товар. Уже в этом моменте нелегальный производитель фактически лишается возможности изготовить неотличимую от оригинала подделку. Он просто не сможет заказать коды. Сгенерировать коды самому, вскрыв ключ шифрования, в теории можно, но на практике особого смысла не имеет. Потому что коды ещё надо ввести в оборот, об этом ниже.  После нанесения кода на товар, производитель должен отчитаться об окончательной упаковке. То есть сообщить регулятору какие именно коды из ранее заказанных он нанёс на упаковки. При этом он также сообщает когда истекает срок годности конкретного товара и ещё ряд параметов. Далее, в зависимости от того, с каким товаром он работает, производитель выполняет ещё несколько подотчётных действий. Например, группирует упаковки в гофрокороба и паллеты. То есть, регулятор знает какие именно пачки лежат на конкретной паллете. Если речь идёт о лекарствах, то учёту и отчёту подлежит каждое действие, вплоть до перемещения товара из производственного цеха на склад и отбора образцов для контроля качества.  Когда продукция прошла все этапы контроля и готова к отгрузке, производитель должен отправить отчёт о выпуске готовой продукции. Иначе говоря, ввести её в оборот. Только после этого касса магазина и мобильное приложение “Честный знак” будут распознавать продукцию как подлинную. Для некоторых категорий товаров обязательно ещё и зафиксировать отгрузку потребителю, указав кто именно является следующим собственником партии, а также коммерческая это партия или она отгружена по государственному контракту. Если перейти в практическую плоскость, то мне доставляет особое удовольствие читать новости как эта. Вкратце, правоохранителям удалось поймать аптеку на незаконной торговле дорогостоящими препаратами для онкобольных. На самом деле, эти препараты были закуплены государством для госпиталей. Но вместо того, чтобы быть выданными пациентам бесплатно, они продавались в аптеке. Подчеркну что это онкология, то есть в ряде случаев препарат можно принять только один раз. Если не поможет, второго шанса может и не быть. Кроме того, некоторые препараты не могут находится при температуре выше восьми градусов по Цельсию дольше двух часов. Потом они становятся бесполезны. Их даже фасуют в холодном цехе. И вот представьте: в больнице подменили одну единственную упаковку оригинального препарата на подделку. Подделку наверняка везли в аптеку с нарушением температурного режима. По итогу сразу два человека получат бесполезную субстанцию и, возможно, лишатся шанса жить дальше. Препараты из истории по ссылке были промаркированы при помощи системы, в разработке которой я участвую. По коду маркировки всегда можно однозначно установить куда должна была попасть конкретная упаковка препарата, зафиксировать нарушение и пресечь незаконный оборот.  Некоторые продавцы сознательно портят коды маркировки, чтобы их невозможно было разобрать. Но это тоже нарушение, с которым будут разбираться. Да и касса не позволит продать такой препарат. Приведу здесь пару самых ярких примеров.  Начнём с молочной продукции. Когда производитель отчитывается о выпуске готовой продукции, он указывает ветеринарный сертификат. Этот сертификат однозначно говорит о том, сколько сырья закупил производитель.  То есть государство знает, что производитель в рамках партии выпустил, например, 5000 литровых пакетов пастеризованного молока. Ведь на каждом из них уникальный код, о котором нужно отчитаться - спрятать ничего не выйдет. Но если при этом производитель приложил сертификат всего на 1000 литров сырого молока, к нему будут вопросы. Это позволяет защититься от использования пальмового масла и других заменителей молочного жира. Гайки в этом отношении закручиваются постепенно. С 1 сентября этого года их обещают закрутить окончательно и наказывать всех подряд, у кого не сошлись объёмы сырья и готовой продукции.  А производителям артезианской воды необходимо указывать номер лицензии на пользование недрами. В лицензии указан максимально возможный объём добычи воды. Далее государство проверяет сколько литров воды было произведено и сравнивает с тем, сколько литров производителю было разрешено добыть из скважины. И если произведено больше, чем можно было, к производителю опять же возникнут вопросы. В этом году крупнейшая сеть супермаркетов начала жёстко контролировать срок годности при продаже молочной продукции. Для этого касса в момент сканирования товара делает запрос регулятору. И если регулятор говорит что товар просрочен, касса не позволит его продать. Судя по новостям, многие крупные сети присоединились или планируют присоединиться к инициативе с проверкой срока годности на кассе. Благодаря маркировке, государство точно знает сколько продукции отгружает производитель со склада или, как минимум, вводит в оборот. При продаже на кассе коды маркировки обязательно сканируются. Значит, государство знает сколько продукции отгрузил изготовитель и сколько продали магазины. Это сильно затрудняет махинации с налогами и другие.  Кроме того, после ввода обязательной маркировки для упакованной воды, на рынке сразу “появилось” 180 предприятий. Подозреваю, что они просто вышли из тени. На 1 октября 2023 в России будут маркировать лекарства, БАДы, молочную продукцию, воду, пиво, шубы, фототовары, шины и другую продукцию - всего 15 категорий товаров. В некоторых категориях маркировке подлежит пока лишь часть товаров. Например, пиво в кегах маркируют уже сейчас, а в алюминиевых банках начнут маркировать только с 15 января 2024 года.  В ближайших планах добавить в перечень маркируемых товаров икру, велосипеды, безалкогольные напитки и титановую металлопродукцию. В глобальных планах маркировать все товары. Кроме того, маркировка начнёт охватывать всё больше этапов жизненного цикла товаров. Например, в систему мониторинга будут включать дистрибьюторов для тех групп товаров, где это пока не так. Станет виден весь путь товара и остатки на складах. Помимо тотального контроля со стороны государства, это позволяет, например, выявлять грядущий дефицит определённых лекарств в конкретных регионах и принимать меры по его предотвращению. Производителям пришлось закупить довольно дорогое оборудование для маркировки и программное обеспечение. Многие расширили штат. Кроме того, само по себе нанесение каждого кода обходится в определённую сумму, обычно в пределах 10 копеек.  Думаю, что это безусловно сказалось на цене продукции. Но я также думаю, что это подорожание было совсем небольшим. А выгоды, которые мы все приобрели, гораздо весомее. Ведь принятое в критической ситуации поддельное лекарство может нанести непоправимый ущерб здоровью. А фальсифицированный творог, если им регулярно кормить детей, вряд ли будет способствовать их развитию. Теперь же шансов встретить подделку или некачественный продукт гораздо меньше, чем до введения обязательной маркировки.