Керлы (или кэрлы; англосакс.: churl или ceorl) — слой простых свободных земледельцев-крестьян в англосаксонский период истории Британии. Керлы составляли социальную основу англосаксонского общества. Постепенно имущественная дифференциация в среде керлов привела к выделению различных групп зависимого крестьянства и падению значения свободных земледельцев как социальной страты древнеанглийского общества.
 В Скандинавии существовал аналогичный социальный слой карлов.
 Первоначально англосаксонское слово ceorl означало просто «человек»: керлы представляли собой потомков той массы свободных англов, саксов и ютов, которые в V-VI веках пересекли Северное море и расселились в Британии. В ранних англосаксонских документах (законы Этельберта, короля Кента, начало VII века; законы Инэ, короля Уэссекса, 694 г.) не содержится никаких упоминаний о зависимых крестьянах, что позволяет сделать вывод что основная масса населения англосаксонских королевств VI—VII века была свободной. Личные права и свободы керла подчёркивало установление достаточно крупного вергельда (штрафа за насильственную смерть): 200 серебряных шиллингов в Уэссексе и 100 золотых шиллингов в Кенте.
 Экономическую основу хозяйства керла и гарантию его личной свободы составлял достаточно крупный земельный надел — гайда (в Кенте — сулунг), принадлежащий крестьянину на праве собственности. Размер надела варьировался от 40 до 200 акров и обрабатывался силами «большой семьи» керлов. Крестьяне пользовались полной хозяйственной самостоятельностью на своём наделе, за исключением некоторых ограничений, налагаемых коммунальным способом ведения хозяйства в отдельных регионах страны (система открытых полей в Средней Англии). Помимо пахотной земли, разделённой, обычно, на участки, керлы имели в общинном пользовании прилегающие леса и пастбища. Господствующим типом поселений керлов были небольшие деревни, расположенные в ранний период англосаксонской Британии, главным образом, по берегам рек. Однако община не играла главную роль в англосаксонском крестьянстве, на первый план с самых древних времён вышли индивидуальные (точнее, семейные) способы хозяйствования.
 Свободный статус керла предполагал целый ряд повинностей в пользу государства. Наиболее тяжёлой была обязанность уплаты продуктовой ренты (англосакс.: feorm) королю. Эта повинность возникла, вероятно, из традиционного обычая «кормления» короля у своих подданных во время его перемещения по стране. Размеры продуктовой ренты из-за скудности источников не поддаются определению, однако общим принципом было предоставление группой керлов продуктов в размере, достаточном для содержания короля и его свиты в течение одного дня в году. Сбор ренты проводился королевскими сборщиками по округам. Некоторую оценку величины продуктовой ренты дают законы Инэ 694 г., в которых содержится предписание, что с земельного участка в 10 гайд ежегодно причитается собирать следующие продукты:
 Денежных платежей и вообще налоговой системы в англосаксонских королевствах до вторжений викингов не существовало.
 Кроме продуктовой ренты керлы были обязаны нести ещё три вида повинностей в пользу государства, которые в англосаксонских хартиях именуются trimoda neccessitas:
 Эти повинности, обычно, были неотделимы от земельного участка даже при даровании его королём своим приближённым или церкви. Величина этих повинностей определялась исходя из размера земельного участка в гайдах.
 Важнейшим процессом трансформации слоя керлов в англосаксонской Британии была постепенная потеря ими экономической и личной свободы, приводившая к образованию слоя зависимого крестьянства. Толчком к началу процесса закрепощения свободных земледельцев Англии стала недостаточная экономическая устойчивость крестьянского хозяйства: земельный надел керла позволял ему лишь существовать и любое негативное внешнее влияние (несколько лет неурожая, междоусобицы или набеги викингов, необходимость уплаты датских денег) могло привести к разорению. В то же время короли всё более активно передавали земли своим приближённым из англосаксонской знати (тэны) или церкви. При передаче земельных участков право на сбор продуктовой ренты и получение некоторых других повинностей керлов переходило к новому владельцу земли. Постепенно часть бывших свободных земледельцев была вынуждена вместо уплаты продуктовой ренты отрабатывать определённое количество дней в году на домениальных землях своего лорда, а затем и уступить право собственности на свой надел взамен на покровительство последнего. В результате в англосаксонской Британии к IX веку появился класс зависимого крестьянства.
 Свободное крестьянство до конца англосаксонского периода продолжало играть существенную роль, особенно в областях датского права (Данелаге). Об этом свидетельствуют и законы Кнуда (1016—1035), направленные на защиту мелких землевладельцев. Тем не менее, основной тенденцией социального развития стала потеря личной свободы крестьянством. Этот процесс шёл неравномерно и привёл к выделению нескольких типов полусвободного и зависимого крестьянства:
 Тем не менее до нормандского завоевания керлы как слой лично свободных, хотя и обязанных определённым кругом обязанностей сеньору, крестьян продолжал оставаться социальной основой англосаксонского общества, противостоя, с одной стороны, рабам, а с другой — служилым людям и знати.
 Нормандское завоевание не привело к коренному изменению социального статуса англосаксонского крестьянства. Хотя существует точка зрения, что в результате установления «нормандского ига» крестьянство было почти полностью закрепощено, большинство современных исследователей её не разделяет. Опустошения времён завоевания, безусловно, способствовали росту числа зависимых крестьян, а введённая нормандцами социальная система феодализма ускорила процессы закрепощения, однако кардинального изменения положения керлов непосредственно после 1066 г. не произошло. Новые нормандские землевладельцы оставили практически без изменения систему социальных и экономических связей в деревне.
 В «Книге Страшного суда» 1086 г. основная масса крестьянства именуется латинским словом villani, что давало возможность некоторым историкам приравнивать её к вилланам эпохи развитого феодализма и, соответственно, говорить о несвободном характере этой категории. Однако более обоснованной в настоящее время признаётся точка зрения, что villani «Книги Страшного суда» представляют собой просто сельских жителей, проживающих в деревнях и владеющих наделом, за который они несли определённые повинности в пользу сеньора. Таким образом в эту категорию попадали самые широкие слои крестьян, включая генитов, гебуров и другие категории лично свободных земледельцев, чьи обязанности в отношении феодала могли быть минимальными. Фактически villani конца XI века соответствовали керлам более ранних периодов, частично потерявших экономическую свободу. Этой категории противостояли bordarii, представляющие собой потомков котсетлов англосаксонской Британии и полностью зависящие от своего сеньора. Слой лично свободных крестьян сохранялся и позднее, на всём протяжении истории Англии.