Лагеря главного управления исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения (ГУЛаг) в Салавате (строительство № 18) — подразделение НКВД, министерства внутренних дел, министерства юстиции СССР, осуществлявшее руководство системой исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ) в 1948—1953 годах в Салавате. Салаватские лагеря ГУЛаг организованы 08.01.1949, закрыты 14.05.1953
 В соответствии с постановлением Совета Министров СССР № 1001-346 от 30 марта 1948 года Министерство внутренних дел СССР должно было организовать лагеря для заключённых в районе Ишимбая для строительства комбината № 18 и завести в них 12 тысяч заключённых.
 Управление лагерей города Салавата располагалось по адресу: Башкирская АССР, г. Ишимбай, Садовая ул., д. 5. Лагеря имели подчинение ГУЛПС с 07.02.1949, ГСНС с 06.10.1951, ГУЛАГ МЮ с 02.04.1953. Литер лагерей — ВН, Телеграфтный код — «Кама». Литерное обозначение «ВН» ранее принадлежало Хакасскому исправительно-трудовому лагерю (ИТЛ), но по просьбе Главнефтегазстроя на базе ресурсов последнего и был организованы ИТЛ Строительства № 18.
 С 1948 года в городе Салавате находилось пять лагерей системы ГУЛаг. Лагеря города имели общий режим. Лагеря каторжного режима находились у горы-шихана под городом Ишимбаем. Там заключённые работали на добыче камня, жили рядом в кирпичных строениях. На работу выходили в кандалах и никогда их не снимали. Спали на голом полу, получали по 400 грамм хлеба и два раза в сутки кипяток. Хоронили их тут же, недалеко от выработок известняка. В зоне имелись столовая, пекарня и магазин. Кроме общей столовой с трёхразовым питанием действовала и платная. Там можно было поесть за деньги. Кино в лагере показывали регулярно, работали радио, библиотека.
 Всего в 1951 году в Салавате было шесть лагерей № 1, № 2, № 3, № 4, № 5, № 6. Чуть позже их стало десять. Рядом со вторым лагерем, в сторону нынешнего молокозавода, через проволочное ограждение, размещался женский лагерь № 3.
 Лагеря общего режима в Салавате находились в районе улиц Северной, Первомайской, Строителей. Бараки для заключённых лагерей были огорожены забором с колючей проволокой, проволока была подключена к высокому напряжению. Бараки, в которых жили заключённые, были отдельно для пленных и гражданских, мужчин и женщин. По вечерам между бараками стоял невероятный шум — это общались заключённые между бараками.
 Смертность заключённых в салаватских лагерях ГУЛаг превышала среднюю смертность по стране.
Люди умирали из-за несчастных случаев на стройке, из-за воспаления лёгких, осложнений после гриппа и др., так как приходилось выходить на работу плохо одетыми и обутыми, жить в плохо отапливаемых бараках, работать на стройках на открытом небе.
 Жители города помогали заключённым выживать — подкармливали их во время работы, записывали им перевыполнение плана на работе, чтобы уменьшить срок заключения.
 Работники НКВД Салавата также предлагали многим свободным гражданам сотрудничество с органами. Регулярно вызывали их на собеседования, чтобы узнать, кто о чём говорит, нет ли недовольных Советской властью. Те кто был в плену, интернирован, находился во время Великой Отечественной войны на занятой немцами территории или имел неподходящую национальность, вынуждены были регулярно являться в органы и отмечаться. Для выезда работника в отпуск было необходимо брать разрешение органов НКВД.
 Пленные немцы были выпущены к 1952 году.
После смерти Сталина в 1953 году лагеря в Салавате закрылись. Заключённые уголовники переведены в исправительные заведения. В бараках стали проживать жители города Салавата. После освобождения часть заключённых оставалась жить и работать в Салавате.
 Количество заключённых в Салаватских лагерях ГУЛаг постоянно изменялось:
 Объекты строительства заключёнными в Салавате:
 Заключённые строем ходили на работу на объекты строительства в Салавате. За работу им платили зарплату. В случае перевыполнения плана им уменьшался срок заключения.
 Трудовой день заключённых составлял до 10-12 часов максимально.
Зимой, в случае сильных морозов работы отменялись.
 Были попытки побегов из лагерей Салавата. За год совершалось по два-три побега, в том числе вооружённых. Одного бежавшего поймали уже в Ташкенте.
 Четверо заключённых лагеря захватили самосвал и рванули через лагерь. Двоих взяли живыми.
 Всем беглецам автоматически накидывали сверх уже имеющегося приговора, ещё более солидные сроки за попытку бегства. Была своего рода традиция — пойманных клали лицом на землю у входа в лагерь, чтобы всем было видно.
 В Башкортостане создана региональная организация Российской ассоциации жертв незаконных политических репрессий