Портрет Александра Сергеевича Пушкина — картина русского живописца Ореста Кипренского (1782—1836), написанная в 1827 году; хрестоматийный шедевр романтического портрета первой трети XIX века, наряду с написанным в том же году полотном В. А. Тропинина — одно из самых известных и популярных изображений классика русской словесности. Является частью собраний Третьяковской галереи в Москве (инв. 168), выставляется в зале № 8 в историческом здании галереи на Лаврушинском переулке. Техника исполнения картины — масляная живопись на холсте, размер полотна — 63 × 54 см.
 С. Либрович сообщает, что портрет был заказан другом Пушкина, Дельвигом. Пушкин позировал Кипренскому в июне-июле 1827 года в Шереметьевском дворце.
 Впервые картина экспонировалась на выставке Академии художеств в год своего создания.
 На полотне Пушкин представлен по пояс с повёрнутой налево головой и скрещенными на груди руками. На правое плечо поэта накинут клетчатый шотландский плед — этой деталью художник обозначает связь Пушкина с Байроном, кумиром эпохи романтизма. Этот приём — реминисценцию — художник применял неоднократно. Так, в исполненных ранее портретах Швальбе и Авдулиной Кипренский цитирует Рембрандта и Леонардо да Винчи, здесь же он объединяет имена двух поэтов. В глубине изображена статуя Музы с лирой.
 Портрет выполнен с «предельной завершённостью», тщательной отделкой деталей, что было вообще характерно для последних лет работы Кипренского. Цветовая гамма строго уравновешена. Художник передаёт ощущение торжественной тишины, подчёркивающей значительность встречи с поэтом.
 Пушкин написал по этому поводу стихотворение «Кипренскому». Некоторые из современников считали, что портрет верно передаёт черты лица поэта, другие критиковали работу Кипренского, который, по их мнению, не смог передать «изменчивое выражение лица», энергию, живость, свойственные Пушкину. Брюллов, по словам Шевченко, критиковал Кипренского, изобразившего Пушкина не поэтом, а «каким-то денди». Сам Брюллов предпочитал создавать образы людей искусства в момент романтического порыва, строя динамичную эффектную композицию с выразительным цветовым решением.
 
Либрович отмечает, что знавшие Пушкина считали этот портрет недостаточно передающим характерные черты «африканской породы», унаследованные поэтом от его прадеда Ганнибала, и которыми он гордился:  «Но зато работа Кипренского наиболее приближается к тому идеальному изображению, какового … ищут обыкновенно поклонники поэта». После смерти Дельвига Пушкин купил портрет у его вдовы, Софьи Михайловны. На последней квартире Пушкина в доме Волконской на Мойке работа Кипренского висела на видном месте. После смерти поэта картина хранилась у Н. Пушкиной, а от неё перешла к сыну Александру.
 Портрет был известен по гравюре Уткина, который выполнил её также по заказу Дельвига. В 1875 году копию маслом с него сделал Н. Ге. Ещё одна живописная копия, возможно, выполненная самим Кипренским, хранилась у Павлищевых.
 Ещё одна реплика, выполненная пастелью, хранилась у наследников Льва Пушкина в Болдине. С 1911 года она находилась в Пушкинском доме. В семье рассказывали, что копия создана самим Кипренским. С этой версией соглашались Н. Врангель, А. Бенуа и П. Нерадовский.