Древний Рим
 яподыдалматысегестанысалассы и др.
 ОктавианАгриппаСтатилий ТаврАнтистий ВетМессала КорвинМенодор
 ВерсТестим
 Иллирийская война 35—33 до н. э. — походы Октавиана и его полководцев против иллирийских и альпийских племен. Эти кампании начали длительную серию завоевательных войн Октавиана Августа.
 Римляне овладели значительной частью иллирийского побережья в ходе ряда военных кампаний в III—I веках до н. э. Однако, внутренние районы, так же как и альпийская страна к северу и востоку от Цизальпинской Галлии оставались вне их власти. Кроме того, контроль над побережьем Далмации был в значительной степени утрачен за время гражданских войн 40-х годов до н. э. По мере стабилизации положения в Италии правительство Октавиана возвращалось к традиционной для Рима политике экспансии.
 Как полагают исследователи, Октавиан планировал поход против даков с 40 до н. э., когда по условиям Брундизийского мира получил римские территории к западу от Скодры. Эта экспедиция должна была осуществить планы Цезаря по покорению Дакии, и существенно повысила бы престиж Октавиана. До начала 35 до н. э., пока не закончилась война с Секстом Помпеем, Октавиан не мог приступить осуществлению своего замысла, но после покорения Сицилии и присоединения войск Лепида у него оказалось 45 легионов, 40 тыс. легкой пехоты и 25 тыс. конницы. Эти войска были частично демобилизованы, а оставшиеся требовали денежных наград. Содержать большую армию в разоренной гражданской войной Италии было не на что, поэтому завоевательный поход, в котором войска могли бы кормиться за счет покоренных народов, становился ещё более необходимым.
 Для нападения на даков требовалось подготовить плацдарм, и в этом качестве больше всего подходила крепость племени сегестанов Сиския (Сегестика), расположенная у слияния Савы и Колаписа (Купа). Чтобы её достичь и обеспечить коммуникации, следовало взять под контроль течение Савы и покорить племена, обитавшие к востоку от Юлийских Альп. Исходной точкой для наступления была крепость Сения (Сень) на далматинском побережье. Октавиан с армией прибыл туда из Тергеста, Агриппа с флотом и частью армии — с Сицилии. Общая численность сухопутной армии оценивается примерно в 10 легионов (от 8 до 12). Корабли Агриппы провели операции у побережья, разгромив пиратствовавших либурнов и захватив весь их флот. Жители островов Мелитусса (Млет) и Коркира Нигра (Корчула), также занимавшиеся пиратством, были наказаны: взрослые мужчины перебиты, все остальные — проданы в рабство.
 Соединившись в Сении, римские войска выступили на северо-восток, в земли яподов. Из племен яподов, живших на равнине и в предгорьях, моэнтины и авендиаты подчинились римлянам, а самое сильное племя — арупины — собралось из деревень в свой главный город и приготовилось к обороне, но затем разбежалось по лесам. Покорение альпийских племен салассов и яподов, живших к северу от Альп, представляло большие трудности. Против салассов был направлен легат Гай Антистий Вет, который неожиданным нападением и при помощи военной хитрости овладел горными проходами, а затем в течение двух лет осаждал салассов, пока те не сдались и не приняли римские гарнизоны.
 Против яподов выступил Октавиан с основными силами. Идти пришлось по крутым и скалистым ущельям, где яподы делали завалы из деревьев и устраивали засады. Чтобы справиться с ними, Октавиан послал специальные отряды, чтобы те двигались с обеих сторон ущелья по вершинам, параллельно основным силам, которые внизу прорубались сквозь лес. Когда яподы совершали нападения из засад, легкая пехота поражала их сверху. Захватив город Терпон, Октавиан двинулся к столице яподов Метулу (возле совр. Огулина).
 Метул располагался на горе, покрытой густым лесом, на двух вершинах, разделенных узким ущельем. Крепость обороняло около трех тысяч хорошо вооруженных молодых воинов. Римляне стали сооружать насыпь, а защитники пытались им помешать частыми вылазками и обстрелом с помощью машин, которые они захватили во время войны Децима Брута с Антонием. Когда римляне разрушили стену, яподы построили новую, внутри города, и укрылись за ней. Легионеры возвели против этой стены две насыпи, с которых перекинули на неё четыре штурмовых моста. Затем небольшой отряд был направлен в обход города, чтобы разделить защитников, а основные силы пошли по мостам на штурм. Яподам удалось обрушить один за другим три моста, после чего на четвёртый никто не решался ступить. Октавиан, схватив щит, бросился на мост вместе с Агриппой и несколькими телохранителями. Когда они добежали до вражеской стены, остальное войско устремилось за ними, но мост не выдержал и рухнул, убив и покалечив много людей. Октавиан был ранен в правую ногу и обе руки, однако, показался перед войсками, чтобы среди них не возникло паники.
 Октавиан приказал строить новые мосты. Защитники крепости были поражены упорством римлян, выдали 50 заложников и приняли римский гарнизон, для которого освободили более высокую вершину, а сами перебрались на другую. Когда гарнизон приказал им разоружиться, яподы в отчаянии пошли на штурм занятого им укрепления, но были отбиты и уничтожены. Тогда оставшиеся жители подожгли город, «причем многие женщины убивали себя и своих детей, другие же, держа в руках ещё живых, сами с ними бросались в огонь». В результате население погибло, «и не осталось никакого следа бывшего здесь раньше большого города». Падение Метула внушило страх прочим заальпийским яподам, и они впервые подчинились римлянам.
 После взятия Метула римляне, двигаясь берегом Колаписа, вступили в Паннонию. По словам Аппиана, паннонцы, жившие между яподами и дарданами, все вместе могли выставить до ста тысяч войска, но живя отдельными общинами, не могли сопротивляться римлянам и прятались в лесах, убивая солдат, отделившихся от войска. Видя, что жители не идут ему навстречу, Октавиан за восемь дней предал их поселения огню и мечу, пока не достиг Сискии (Сисак) на реке Саве в земле сегестанов. Город был окружен рекой и большим рвом, и Октавиан планировал создать там базу для наступления на даков и бастарнов. Он приказал построить речную флотилию, которая бы подвозила припасы по Саве на Данубий.
 У жителей Сискии он потребовал принятия гарнизона, выдачи заложников и обеспечения войска хлебом. Старейшины согласились на его условия, но когда римский отряд подошел к городу, простой народ закрыл ворота и приготовился к обороне. Октавиан навел мост через реку, а город окружил валами и рвами. Другие паннонские племена пытались оказать помощь Сискии, но их отряды попали в засаду, и частью были перебиты, частью бежали. Дион Кассий сообщает, что союзники римлян (вероятно, скордиски) предоставили Октавиану корабли, которые прошли из Данубия к Сискии и сформировали флотилию, давшую несколько речных сражений варварам, сражавшимся на лодках-однодревках. В одном из этих боев был убит наварх Менодор. На тридцатый день осады крепость сдалась. Октавиан никого не казнил и не изгнал, ограничившись контрибуцией. В городе было создано укрепление, в котором разместились 25 когорт под командованием Фуфия Гемина.
 Взятием Сискии кампания закончилась и Октавиан вернулся в Рим, но после его ухода одно из племен яподов — позены — подняло восстание. Легат Марк Гельвий его подавил, «виновников отпадения казнил, а остальных продал в рабство». Сегестаны также восстали, и Октавиан уже зимой 35/34 до н. э. выступил против них в поход, так как появились слухи, что они перебили гарнизон Сискии. Слух оказался преувеличенным, но в результате внезапного нападения сегестаны и правда убили много римских солдат, однако, на следующий день римляне одержали над ними победу. Дион Кассий пишет, что отряд Гемина даже был изгнан из Сискии, и ему пришлось дать несколько сражений, чтобы подавить восстание.
 В 34 до н. э. стратегические планы Октавиана изменились. Исследователи полагают, что ухудшение отношений с Марком Антонием заставило его отказаться от далекого дакийского похода. Октавиан выбрал более близкую цель — покорение внутренних районов Иллирии, что, помимо расширения территории государства и доходов от грабежа, давало ему выход к границе Македонии, принадлежавшей коллеге-триумвиру, и позволяло создать удобный плацдарм на случай войны.
 Весной Октавиан выступил против далматов. Это племя, по словам Аппиана, настолько возгордилось тем, что в 47 до н. э. разгромило Авла Габиния и захватило легионных орлов, что с тех пор не складывало оружия. Собрав 12-тыс. войско и выбрав вождем некоего Верса, они укрепились в городе либурнов Промоне. Помимо укреплений, этот город был защищен самим расположением, «место это гористое, и вокруг него со всех сторон находятся холмы с краями, острыми, как пила». Основная часть далматского войска находилась в городе, а на окрестных холмах были размещены гарнизоны. Внезапным ночным нападением римский отряд овладел самым высоким из холмов, и Октавиан, направив ему подкрепления, повел основные силы к городу. С захваченной вершины римляне атаковали соседние, ниже лежащие холмы. Среди далматов началась паника, и опасаясь оказаться отрезанными, они бросили свои позиции и бежали в Промону.
 Затем Октавиан начал возводить стену вокруг города и двух холмов, которые ещё были заняты противником. На помощь осажденным подошло другое далматское войско во главе с Тестимом, но римляне его разбили и загнали в горы. Осажденные сделали вылазку, но были отражены, и на плечах бегущих римляне ворвались в город. Там они перебили треть вражеского войска, остальные заперлись в цитадели. Октавиан поставил когорту сторожить её ворота, но на четвертую ночь далматы напали на неё, и легионеры в страхе бежали. Вылазка была отбита, и на следующий день цитадель сдалась. Бежавшую когорту Октавиан подверг децимации, казнив ещё и двух центурионов. «А остальным он велел в течение этого лета давать в пищу вместо хлеба овес».
 После этого римляне захватили и сожгли город Синодий, на краю леса, где далматы устроили засаду Габинию. Затем Октавиан двинулся к Сетовии (Синь), сжигая все захваченные селения. Сетовия была осаждена. Войско, пытавшееся её деблокировать, было разбито. В этом бою Октавиан был ранен камнем в колено и потом долго лечился. Затем он вернулся в Рим, оставив Статилия Тавра заканчивать кампанию.
 Вступив в должность консула, Октавиан в тот же день передал полномочия Автронию Пету, и вновь отправился на войну. Далматы, будучи блокированы, и страдая от голода, сдались и выдали в заложники 700 детей, а также вернули легионных орлов. Следом сдались дербаны и ещё несколько племен. Аппиан пишет, что «Цезарь покорил всю Иллирийскую землю, как ту, которая отпала от римлян, так и ту, которая раньше не была им подчинена», однако, уточняет, что заключали с римлянами договоры и выдавали заложников только те племена, до которых дошел Октавиан со своим войском. Сенат постановил предоставить Октавиану триумф.. Он справил его после победы над Антонием; победе над иллирийцами был посвящён первый день трёхдневного триумфа 13—15 августа 29 до н. э.
 В Альпах салассы после ухода римской армии изгнали оставленные гарнизоны. Посланные против них войска ничего не могли сделать, и Октавиан согласился признать их независимость, если они не будут нападать на римлян. Салассы отвергли эти предложения и продолжили набеги, тогда против них был послан Мессала Корвин, который блокадой принудил это племя к капитуляции. Дион Кассий пишет, что Мессала покорил и другие племена, «восставшие против римлян», но не указывает, какие именно. Тибулл в одной из своих элегий упоминает о победе полководца «над русоголовыми карнами». Предполагается, что кроме салассов и карнов, Мессала в 34—33 до н. э. действовал против ретов и таврисков Норика.
 Насколько далеко продвинулись римские границы в результате этой войны — вопрос спорный. Предполагается, что на севере они достигли среднего течения Савы, возможно, были подчинены племена междуречья Савы и Дравы. Не исключено, что передовые отряды достигли нижнего течения Савы, и обитавшие там племена формально признали власть Рима. Значительная часть Иллирии была подчинена, хотя внутренние районы Далмации между Савой и границами Мёзии и Македонии вряд ли были захвачены уже тогда. В альпийском регионе были взяты под контроль важные перевалы и создан плацдарм для наступления на племена Реции и Норика. Началось освоение захваченных областей, куда выводились римские колонии: Пола (Пула), Ядар (Задар), Эмона (Любляна), Сиския (Сисак), Нарона и др. Из своей доли иллирийской добычи Октавиан выделил средства на постройку библиотеки, названной в честь его сестры, и портика Октавии.