Как быть, если на запущенный тобой стартап претендует бывший работодатель, обвиняя в краже интеллектуальной собственности, но не предоставляя никаких доказательств? С такой ситуацией столкнулся экс-стартапер, а сегодня руководитель направления развития технологического предпринимательства казанского ИТ-парка Алексей Таранов несколько лет назад. В статье он рассказывает о разработке продукта, совершенных ошибках и делится выводами, которые выделил для стартапам (одно из – полный документальный контроль). А еще рассуждает о черном пиаре и недооцененных айтишниках – будем рады обсуждению.  Предыстория руководитель направления развития технологического предпринимательства казанского ИТ-парка  История произошла в 2016-2017 году, а началась несколькими годами ранее.  Я работал в компании, которая занималась автоматизацией процессов в одной из крупнейших сетей магазинов электроники в Европе. Тогда еще слово «стартап» не использовалось широко, но по сути мы им были: делали кредитного брокера для сети. Помните, как было раньше? Приходишь в магазин за телевизором, в магазине сидят представители нескольких банков, и – если тебе нужен кредит – подходишь к каждому менеджеру, который отправляет заявку в свой банк.  Наше решение представляло систему, в которой не нужно будет подходить к каждому банку: оператор просто оформляет одну заявку, и она улетает сразу в несколько банков. На тот момент такая система была реализована у единственной компании – одного из лидеров в телекоме.  Мы предложили идею европейской сети, работающей в РФ, и получили согласие. Создавали ее два года, и в результате все магазины упомянутой сети перешли на эту систему. Затем в нашей компании сменились акционеры – стартап купил один банк. Сменилась команда, и я и еще несколько человек ушли оттуда.  С бывшими коллегами решили, что надо использовать наш уникальный опыт, и реализовать его в других сетях. Мы пришли со своим предложением в одну из крупнейших в России сеть бытовой техники и электроники. Там ответили, что уже работают с кредитным брокером, и дали контакт компании, обеспечивающей им работу ПО. Мы приходим в эту компанию, рассказываем о своей идее и опыте, видим интерес и начинаем сотрудничество.  Запустили пилоты, доказали, что это реально, и начали реализовывать проект в этой сетке.  Страну разделили на несколько частей, и мне достался Приволжский федеральный округ. И первая проблема, с которой я столкнулся – ПО, на котором тогда работала сеть, было, мягко говоря, устаревшим, и изначально направленным не на масштабирование, а на онлайн-магазины и интернет продажи. Для серьезных изменений компании-разработчику требовалось увеличить штат разработчиков, и она не была готова к росту и масштабированию. У нас начались ошибки, проблемы. Кроме того, само ПО не было оригинальным – это была не самописная платформа, а платформа на базе “Битрикса” (конструктор). Я считал, что нужно строить большую компанию, но руководство сказало, что это неинтересно, и мы заточены на конкретную сеть. Мне этого было мало. Я также не видел карьерного роста в компании, и решил из нее уйти.  И здесь я совершил одну ошибку.  Одновременно я принял решение о создании собственного нового проекта – стартапа, но еще не уволился. Стартап – платформа, объединяющая банки, которая позволяет оптимизировать процесс товарного кредитования.  Я понимаю, что это была ошибка, но тогда этому находились объяснения, и я не тратил на проект рабочее время (дал задачу разработчику). Мыслил так – мне нужно кормить семью, я буду искать возможности реализовать проект, и, как только пойму, что буду заниматься только им, уйду из компании. Еще одной ошибкой было то, что разработчик, с которым я решил запускать стартап, был разработчиком этой самой компании.  Кстати, забегая вперед, скажу, что от мысли «сделаю свой проект» до увольнения прошло всего 3 месяца.  Я знал, как реализовать продукт с точки зрения бизнеса, но не с точки зрения IT. Я знал, какие есть ошибки, и какие решения и возможности, но как это сделать – нет.  К кому обратиться, как не к айтишнику, который сидит рядом? Так я и сделал.  Это был один из ведущих разработчиков в компании. Как-то на корпоративе я спросил у него, было ли ему интересно создать глобальный продукт. Состоялся следующий диалог: — Да.  — Почему ты тогда его не делаешь?  — Потому что у меня нет такой задачи.  — А ты мог бы?  — Мог бы.  — Это было бы лучше, чем есть сейчас в стране в этой нише?  — Да.  — Почему?  — Потому что я умею это и это… Так разработчик загорелся этим проектом, и мы начали работать вместе. Он был максимально ответственным сотрудником, поэтому над платформой работал исключительно в нерабочее время и выходные.  Мы создавали архитектуру с самописным кодом и готовую к масштабированию. Сразу договорились, что делаем полностью оригинальный продукт. Ночами мы сидели и рисовали на бумаге,а потом переносили в Фигму, как это будет выглядеть, почему именно так, а не по-другому, проводили масштабный анализ конкурентов. Мы брали лучшее из того, что предлагалось, и убирали худшее. Мы общались и с менеджерами в магазинах, которые рассказывали, какие есть проблемы, и что есть неудобного в работе.  Банки – основные интеграторы, в которые мы отправляем заявки – тоже дали обратную связь. Я понимал, какая есть архитектура у банков, какой API, как они интегрируются, с какими проблемами сталкиваются.  Основная задача в продукте, которую нужно было решить, это интеграция банков с разными API и стеком в единое окно и систему, поэтому я начал проводить переговоры с банками о том, готовы ли они интегрироваться в новую платформу. Объяснял им, в чем наши преимущество, простота и «современность».  Банки согласились со мной сотрудничать, но один из тех, с кем я вел переговоры, сообщил о моем продукте руководству компании, из которой я еще не уволился.  Я особо и не скрывал создание своего продукта. Я понимал, что не конкурировал с существующей компанией, которая занималась ПО для упомянутой российский сети. Существующая компания обслуживала одного гиганта, а я создавал продукт, который теоретически может обслуживать кого угодно. Моя совесть была чиста. Я продолжал работать, и в один день приехало московское руководство: залетело в офис в духе «всем стоять и убрать руки от рабочих компьютеров». Забрали рабочие ноуты у меня и разработчика. В свой адрес я услышал обвинения о краже интеллектуальной собственности и предложение написать заявление об увольнении.  Мы сели и поговорили с гендиректором. Я объяснил ему все на пальцах, и спросил, что мог у него украсть. В ответ услышал «ты используешь наработки». Спросил, какие, и в какой-то момент осознал, что либо он на эмоциях, либо не понимает, что происходит внутри его компании. В этой компании тоже два руководителя: один – айтишник, второй – за бизнес. И приехал разбираться второй, который не знает и не понимает, на чем написана его платформа. Он жил в парадигме, что у него лучшее в мире ПО, которое покупает одна из крупнейших российских сетей. И не мог представить, что это не совсем соответствует действительности. Я объяснил ему, что я – не конкурент, а создаю платформу для малого бизнеса, и это не пересекается с его рынком. Меня не услышали, и снова дали заявление на увольнение. Разработчику тоже предложили увольнение, либо уголовное дело.  Я понимал, что мы ничего не воровали, потому что и воровать было нечего. Кстати, после проверки наших рабочих компьютеров на них вообще ничего не нашли – мы занимались проектом в нерабочее время, как я уже упомянул. Признаков для увольнения не было, кроме чьих-то слов, что я что-то «украл». Разработчик все-таки уволился (в октябре 2017-го), а я уволиться не мог, потому что мне только что одобрили ипотеку, и нужно было получить справку 2-НДФЛ. Эту справку мне не выдавали месяц.  Документы мне все-таки выдали, и я уволился по соглашению сторон в ноябре. Мы расписались, что ни компания не имеет претензий ко мне, ни я к ним.  После увольнения я подался на крупный российский акселератор, и стал финалистом. К этому времени я уже проводил переговоры с ритейлом и банками по сотрудничеству.  На одном из мероприятий я нашел инвестора на свою платформу, подписал с ним контракт и получил первые инвестиции на проект. В моем KPI было прописано, что я должен зарегистрировать юрлицо, интеллектуальную собственность, пройти госрегистрацию программы для ЭВМ в Росреестре, подготовить техническую документацию проекта и т.д. Хорошо, что инвестор обозначил для меня тот перечень документов, который должен быть у каждого стартапа (сейчас уже я рассказываю об этом начинающим предпринимателям).  И тут начинается следующее: когда я начинаю подавать заявку на регистрацию программы для ЭВМ, я подключаю к своей платформе крупную региональную сеть электроники. Параллельно веду интеграции с банками. Из 10 банков согласием мне ответили 8. Два банка не подписали, и один из них звонит той компании, из которой я уволился, и рассказывает, что я не пропал, а все-таки реализовал свой проект.  В феврале 2018 года я получил письма от всех банков, которые согласились со мной работать, о приостановке сотрудничества – до выяснения обстоятельств. Причина – они (и региональная компания, с которой я договорился о сотрудничестве) получили письмо от компании, в которой я работал, о том, что я вместе с компаньоном украл интеллектуальную собственность. В письме было примечание: если банки и сеть продолжат интеграцию с нами, таким образом они нарушат закон, т.к. будут работать на краденом ПО.  Это был мощный удар ниже пояса. Инвестиции в проект мне выдавались частями, но из-за этого обстоятельства проект встал. Для меня это невыполнение KPI перед инвесторами, а в случае невыполнения – серьезные санкции.  Для региональной сети, с которой я заключил контракт, мое решение было возможностью перестроить процессы внутри компании, улучшить их и больше зарабатывать. И для них это письмо было угрозой, репутационной, в том числе. Они мне позвонили и попросили все честно рассказать. Я все рассказал, по их просьбе написал письмо – с описанием ситуации и объяснением, какой код мы используем, на каком языке и прочие детали.  Суть письма в том, что мы создали собственный оригинальный продукт, опираясь исключительно на личный опыт. На основании этого письма компания собрала совет директоров, и по его итогам решила, что у той компании официальных доводов и фактов кражи нет. Она также наняла юристов и технический аудит, взяла доступы к нашим компьютерам, депозитарию, где хранится код, документации (под наше согласие). И начала собственное расследование. Параллельно мы делали то же самое. То расследование сеть проводила для себя, в своих интересах, а нам нужно было сделать это для всех потенциальных партнеров и клиентов. Мы также наняли юриста и технический аудит. Интересно и то, что за месяц до этого процесса мы подали документы в Росреестр, чтобы сертифицировать программу для ЭВМ. Чтобы пройти регистрацию, в ведомство отправляется описание программы, из чего она состоит и программный код. Росреестр проверяет код, делает исследование рынка, смотрит, есть ли аналоги. В результате ты или получаешь сертификат, или тебя не регистрируют. Мы ждем. Вся эта история длилась два с половиной месяца, в течение которых мы были практически на стопе – не делали интеграций, не заключали новых партнерств.  Первая новость пришла к нам из Росреестра – по регистрации программы для ЭВМ. Мы получили свидетельство о регистрации – наша первая победа.  Буквально через неделю пришло решение от юристов компании, с которой мы подписали контракт, и еще через неделю – от наших. К компании, которая нас обвиняла, кстати, был подан официальной запрос о предоставлении технической документации, свидетельства о регистрации от Росреестра и т.д., то есть доказательства того, что их программа уникальна и оригинальна. Ничего не было предоставлено, и выяснилось, что ничего этого и нет. Тогда же официально выяснили, что ПО написано на «Битриксе».  Все технари выдали, что наша архитектура уникальна, поддерживается современной инфраструктурой и т.д. Мы получили крутое техническое обоснование самих себя со стороны.  Получив всю эту информацию, я поехал в Москву и почти месяц занимался встречами – с банками, с которым мы собирались сотрудничать и т.д. Все банки в итоге продолжили с нами работать, кроме того, что изначально поддерживал не нас. Все, что произошло – это классный кейс черного пиара. Когда ты пытаешься кого-то в чем-то обвинить, ты должен быть уверен, что когда ты это сделаешь, не вскроется твой собственный шкаф, и оттуда не вывалятся скелеты. Так произошло с той компанией. Гендиректор, который не знает, что происходит внутри его компании, объявляет всему миру, что возглавляет супер IT-компанию с современным IT-решением. По факту это оказалось не так. Правда, стоит признать, что ситуация пошла им на пользу. Узнав, что внутри ничего нет, компания наняла сотрудников, начала дорабатывать ПО, оформила техническую документацию, создала систему документооборота. Они переписали все, чтобы стать реальной ИТ-компанией, и параллельно готовились к поглощению собственной сети и смене акционеров. А мы продолжили развитие. Нас уже узнавали. Мы затем вышли на рынок Казахстана и Беларуси, где реализовали похожий проект для местных крупных компаний, но уже на аутсорсе и консалтинге. Выводы простые: Если решил делать проект, который в каком-то смысле конкурирует (даже если кому-то только может так показаться) с твоей существующей работой, увольняйся.  Тогда мне тоже надо было сразу уволиться. Я бы и проект запустил быстрее… Лучше быть голым и голодным, и тогда ты быстрее поймешь, где тебе найти одежду и заработать на еду. А когда ты полуголодный, там чуть-чуть, здесь чуть-чуть, то не торопишься.  Так что первый вывод – увольняйся и иди делать свой стартап. Бери кредит, что-то продай, но полностью погрузись в свой проект.  Со старта оформлять свои отношения с разработчиком. Между сооснователями должны быть четко прописаны все договоренности. И ты должен полностью понимать, из чего состоит твой продукт. Если ты – не айтишник, тебе придется учиться чуть-чуть им быть. Я этому всему научился, и теперь мне легче работать. Все документы должны быть в порядке, от идеи до первого кода. Вся техническая документация, все протоколы, техзадания разработчикам – документальный контроль должен быть абсолютным. Мало ли что!  А если посмотреть на этот кейс глобально: внутри компании был недооцененный айтишник, который разработал уникальное ПО, получившее подтверждение в крупнейших сетях страны и не только. В компании сидит уникум. И ты этим не пользовался и даже не знал об этом – это грустно. Рядом сидят люди, способные сделать большее. Это посыл к собственникам, управленцам и HR – изучайте тех, кто рядом.  И пишите в комментариях, если я что-то забыл – для защиты своего стартапа.  Цифровая команда Татарстана