Продолжаем рассказывать о китайской модернизации и роли, которую в ней сыграло заимствование иностранных технологий и инноваций. В прошлой статье мы подробно рассмотрели путь модернизации экономики, который прошла КНР в период стремительных реформ Дэн Сяопина. В этой статье мы расскажем об инструментах заимствования чужих инноваций, которые использовали и продолжают использовать китайский частный бизнес и государство.  В 1980-х и 1990-х, вскоре после реформ Дэна Сяопина, в КНР расцвел огромный пиратский рынок, на котором подделывалось все — от химикатов до джипов Crysler. Дешевые аналоги мировых брендов были очень востребованы внутри страны, а со временем начали и экспортироваться. Основу этого рынка составил фальсификат музыкальной и кинопродукции на компакт-дисках, а также софт — копии программ от американских разработчиков, которые продавались по лицензии за тысячи долларов, но на китайском рынке их можно было купить за $30-50 — ими пользовались даже китайские госструктуры.  Некоторые ныне лидирующие компании из КНР начинали именно на пиратском рынке. TCL, один из ведущих китайских производителей телевизоров, начал в 1980-х под названием TTK, и производил видеокассеты. Сменить название компанию заставил иск со стороны крупнейшего в мире производителя кассет TDK из Японии, который обвинил китайцев в копировании.  В 1988 году американское правительство приняло новый закон о торговле и конкуренции, который обязал регуляторы расследовать деятельность стран, потворствующих недобросовестным рыночным практикам. Китай тут же оказался в приоритетном списке контроля. В 1992 году США угрозами санкций заставили КНР принять новое законодательство об интеллектуальной собственности, аналогичное тому, что действует в развитых западных странах. Но на деле эти законы намеренно не применялись, и в 1992-1994 году ранее ориентированная в основном на внутренний рынок пиратская индустрия стала массово экспортироваться за рубеж.  После этого США не раз заключали с Китаем соглашения, которые должны были заставить правительство бороться с пиратством — но в целом воз и ныне там. В 2021 году 75% фальсификата, изъятого американскими таможенниками, поступило именно из Поднебесной. По оценке ОЭСР за 2019 год, КНР экспортирует контрафактных товаров на сумму около $400 млрд в год, что составляет около 16% общей стоимости его экспорта.  Американские исследователи считают, что сегодня китайское правительство пытается усидеть на двух стульях. С одной стороны, сильное законодательство и правоприменение в области интеллектуальной собственности полезно для экономического развития страны. От фальсификата страдают не только иностранные компании, но и национальные производители и местные платформы e-commerce, а также репутация страны в целом. В то же время, индустрия фальсификата играет огромную роль в экономике, и если с ней слишком эффективно бороться, то можно спровоцировать масштабный кризис и безработицу.  Поэтому государство борется с фальсификатом спустя рукава. Несмотря на достаточно развитое законодательство, китайские правоохранительные органы довольно редко всерьез расследуют претензии в отношении прав на интеллектуальную собственность. Поэтому часто компании — как иностранные, так и китайские, инициируют собственные частные расследования, нанимая китайских партнеров для сбора доказательств. Собрав достаточно доказательств, они представляют их местным правоохранительным органам. Однако даже при таком алгоритме шансов на защиту немного.  Тем не менее, в 2014 году в Китае были созданы суды по интеллектуальной собственности, которые признаются очень эффективными. За 2022 год в суды первой инстанции поступило более 438 000 дел. Во внутрикитайских спорах суды часто встают на сторону правообладателя и присуждают ему большие компенсации. Тем не менее, американские эксперты считают, что в рассмотрении споров с иностранными компаниями эти суды, а также местные исполнительные органы, нередко бывают предвзяты в пользу китайских компаний.  В первые годы своего существования, коммунистический Китай опирался на технологическую поддержку Советского Союза. Но вскоре Пекин разругался с Москвой, и оказался отрезан от передовых технологий. Чтобы развиваться дальше, правительство Мао инициировало создание системы сбора технологической информации со всего мира.  С каждым годом китайская система добычи технологий становилась все более разветвленной и разнонаправленной. Сегодня она включает в себя десятки ведомств и каналов: спецслужбы, дипломатические структуры, патентное ведомство, научные библиотеки, вузы, исследовательские центры, многочисленные диаспоры и НКО, и многое другое.  Во второй половине 1950-х были созданы ведомства, которые занимались тем, что сегодня бы назвали технологическим OSINT (open source intelligence) — изучали иностранные научные публикации, доступные в открытых источниках, и искали в ней ценные данные. Также они занимались бенчмаркингом — исследованиями бизнес-моделей или продуктов иностранных компаний на предмет поиска преимуществ, которые можно скопировать, и реверс-инжинирингом — методом изучения чужих технологий путем анализа конечных продуктов. Эта система работала в первую очередь на ВПК и сыграла ключевую роль в запуске китайской ядерной программы и многих военных разработок.  Ключевым ведомством стал Институт научной и технической информации при китайской академии наук. К середине 1960-х на его основе была создана масштабная разведывательно-информационная система сбора технологической информации, отделения которой были в каждом китайском ведомстве и на каждом предприятии. В некоторых вузах открылись аспирантуры направлению «информация о науке и технологиях» — фактически ученые степени по глубокому анализу иностранной научной литературы.  В 1980 году правительство решило более тесно увязать разведывательную работу с экономическим строительством и научно-техническим развитием, и стало еще активнее инвестировать в синергию практик изучения научных документов и разведки. В систему вошло все больше ведомств, включая научные библиотеки и патентное ведомство Китая. К 1985 г. по всей стране насчитывалось 412 крупных научно-технических разведывательных институтов, задействованных в этой сети, в которых работало более 25 000 человек, а также 300 базовых ячеек в первичных организациях — компаниях и лабораториях.    В 1991 году в КНР была опубликована написанная китайскими военными толстая книга с инструкциями по сбору информации из открытых данных — «Источники и методы получения разведывательной информации о национальной обороне и технике». Она проливает свет на белые и серые методы, которые используют китайские сборщики информации.  Среди основных источников информации в ней перечислены: научно-технические периодические издания; отчеты конференций; научно-технические отчеты; правительственные публикации; диссертации; научно-технические книги; стандарты; образцы продукции; патентные документы; устная информация.  Авторы книги утверждают, что не бывает абсолютно секретной информации — нередко по крупицам из разных источников можно получить исчерпывающие сведения о самых засекреченных разработках. Книга подробно объясняет методы работы с такими источниками, как публикации Конгресса, отчеты Агентства технической информации ВС США, военные стандарты американской армии. В ней описаны американские протоколы засекречивания и рассекречивания данных, структуры ключевых органов. Еще одно ключевое направление в китайской политике по сбору иностранных технологий — вербовка иностранных специалистов, которые либо перебираются в Китай работать, либо занимаются классическим экономическим шпионажем —  передают ценные сведения местным оперативникам. Основное пространство для этой деятельности — США. По подсчетам американского Минюста, около 80% дел, связанных с экономическим шпионажем, имеет китайский след.   Помимо спецслужб КНР, которые отвечают в основном за нелегальные операции, ключевой гражданский орган здесь — Государственное управление по делам иностранных экспертов (SAFEA, State Administration of Foreign Experts Affairs). По мнению американских исследователей, оно координирует усилия десятков других более мелких структур, занимающихся как вполне законным наймом иностранных специалистов и налаживанием связей с зарубежным бизнесом и китайской диаспорой, так и вербовку информаторов в иностранных ведомствах и компаниях.  К примеру, в 2005 году ФБР арестовало американского инженера индийского происхождения Ношира Говадию по подозрению в продаже китайцам технологий военной компании Northrop. Во время следствия Говадия сам признался, что передал китайцам чертежи, связанные со стелс-технологиями стратегического бомбардировщика B-2. По данным суда, в 2003-2005 годах Говадия совершил шесть поездок в Китай, где оказывал услуги по проектированию крылатых ракет со скрытым выхлопным соплом, за что получил от КНР не менее $110 000. Эти визиты были организованы именно представителем SAFEA.  Китайские организации, ответственные за сбор информации у иностранцев, часто используют методы, направленные на то, чтобы ценные данные были раскрыты случайно, по неосторожности или из лучших побуждений. Яркий пример — история американского физика-ядерщика Вань Хо Ли. Начиная с конца 1980-х, он регулярно получал приглашения от китайских научных организаций и университетов на симпозиумы и научные семинары, а также читал лекции студентам китайских вузов. В это время он разгласил некоторые секретные данные, связанные с американской ядерной программой и бомбардировщиками B-1 — по-видимому, это произошло в основном в частных разговорах в кулуарах научных мероприятий, и ученый даже не заметил этого.  В 1999 году Ваня обвинили в намеренном шпионаже в пользу Китая, но ему удалось доказать, что все данные он передал неосознанно и по невнимательности, а не из-за того что был завербован. Эта история прежде всего про расовое профилирование в Америке — у Минюста не было никаких доказательств того, что Ван был завербован, а обвинение на деле строилось прежде всего на его происхождении. В ордере ФБР на обыск его дома было написано, что он проводится из-за того, что Вань является этническим китайцем. Но для нас важнее то, как изящно представители тамошних спецслужб вытащили из Ваня секреты, сыграв на его невнимательности.  Впрочем, по данным американских органов власти, китайцы активно используют и вполне классические методы кражи технологий, например покупку сведений у продажных информаторов. Почти во всех громких делах об экономическом шпионаже в пользу Китая главным мотивом для передачи данных было стремление заработать. При этом нередко данные похищали этнические китайцы, которые (если верить американскому правосудию) вербовались через диаспору, связи в КНР или тамошние компании.  К примеру, в 2010 году инженер Boeing Дуньфан Чун был приговорен к 10 годам тюрьмы за передачу КНР информации о секретных разработках. По данным дела, он собирал сведения еще с 1970-х годов и получил за свою деятельность около $3 млн. Еще один шпион — Мо Хайлун. Он попался в 2011 году, когда собирал образцы инновационных сортов кукурузы прямо на поле. Он занимался экономическим шпионажем в области АПК почти два десятка лет, официально работая в китайской сельскозфирме, где получал нереалистично большую для его должности зарплату.  Эти истории происходят и по сей день. К примеру, в ноябре 2022 года, американский суд приговорил к 20 годам тюрьмы Янцзюня Сюя, которого тамошние органы считают кадровым офицером Министерства госбезопасности Китая. Согласно обвинению, он приглашал ученых выступить в КНР, а когда те шли на обед, взламывал их компьютеры и похищал сведения, а также устанавливал на них шпионские программы. Помимо американского GE Aviation, от его действий также пострадала неназванная французская компания.  Вот такие интересные китайские партнеры.  Онлайн Патент — цифровая система № 1 в рейтинге Роспатента. С 2013 года мы создаем уникальные LegalTech‑решения для защиты и управления интеллектуальной собственностью. Зарегистрируйтесь в сервисе Онлайн‑Патент и получите доступ к следующим услугам: Онлайн‑регистрация программ, патентов на изобретение, товарных знаков, промышленного дизайна; Подача заявки на внесение в реестр отечественного ПО; Опции ускоренного оформления услуг; Бесплатный поиск по базам патентов, программ, товарных знаков; Мониторинги новых заявок по критериям; Онлайн‑поддержку специалистов. Больше статей, аналитики от экспертов и полезной информации о интеллектуальной собственности в России и мире ищите в нашем Телеграм‑канале. Получите скидку в 1000 рублей на первый заказ. Подробнее в закрепленном посте