Иу́да Искарио́т (Иу́да Искарио́тский, Иу́да сын Си́мона; сир. ܝܗܘܕܐ ܒܪ ܫܡܥܘܢ ܐܣܩܪܝܘܛܐ, др.-греч. ιουδας σιμωνος ισκαριωτης, лат. Iudas Simonis Iscariotæ) в христианстве — один из двенадцати апостолов, учеников Иисуса Христа; единственный выходец из Иудеи среди двенадцати апостолов, остальные были из Галилеи.
 Согласно Евангелию от Иоанна, был габбаем (казначеем) их общины, ему был вверен ящик, в который опускались пожертвования. По словам Иоанна, пользуясь должностью, Иуда подворовывал. На последней трапезе Иисус ему подал, обмакнув, кусок хлеба и сказал: «что делаешь, делай скорее», после чего Иуда вышел и предал его, выдав первосвященникам за 30 сребреников. Загадка его перехода от апостольства к предательству — сюжет многочисленных богословских и художественных произведений.
 Часть папируса «Кодекс Чакос», обнаруженного в Египте в 1970-х годах, — текст, получивший название «Евангелие Иуды» (современный перевод 2006 года) представляет Иуду Искариота единственным учеником Христа, понявшим происхождение учителя, и которому Иисус Христос открыл все таинства Царства Небесного.
 Иуда (Йехуда) — восхваление Господа, «хвала или прославленный».
 Искариот (ивр. אִישׁ־קְרִיּוֹת‎, иш-кериййот) — прозвище с неясной этимологией:
 Прозвище «Искариот» в среде апостолов Иуда получил для отличия от другого ученика Христа, Иуды, сына Иаковлева, прозванного Фаддеем.
 Из евангелистов только Иоанн называет четырежды Иуду Симоновым. Иоанн прямо не называет апостола сыном Симона, а значит, Симон мог являться Иуде и старшим братом, если отец Искариота преждевременно умер.
 После того, как Иисус Христос призвал двенадцать учеников, «Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь» (Мф. 10:1). Вместе с Симоном Кананитом Иуда Искариот составляет последнюю пару среди 12 апостолов (Мф. 10:4).
 Иуда Искариот присутствовал в Вифании во время помазания Иисуса миром, которое в Евангелиях описано по-разному:
 Среди апостолов Иуда заведовал их деньгами, а затем предал Иисуса Христа за 30 сребреников.
 После того, как Иисус Христос был приговорён к распятию, Иуда раскаялся и возвратил 30 сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: «Согрешил я, предав кровь невинную». Они же сказали ему: «Что нам до того?» (Мф. 27:4) И бросив серебреники в Храме, Иуда пошёл и удавился (Мф. 27:5).
 После предательства и самоубийства Иуды Искариота ученики Иисуса решили выбрать нового апостола на место Иуды, — на собрании «человек около ста двадцати» (Деян. 1:2). С таким условием, чтобы был «один из тех, которые находились с нами во всё время, когда пребывал и обращался с нами Господь Иисус, начиная от крещения Иоаннова до того дня, в который Он вознёсся от нас, был вместе с нами свидетелем воскресения Его» (Деян. 1:21). Они выбрали двух кандидатов: «Иосифа, называемого Варсавою, который прозван Иустом, и Матфия» (Деян. 1:23) и помолившись Богу, чтобы Он указал, кого сделать апостолом, бросили жребий. Жребий выпал Матфию, и он был «сопричислен к одиннадцати Апостолам» (Деян. 1:26).
 Имя Иуды стало нарицательным для обозначения предательства. По легенде за предательство Иуде заплатили тридцать сребреников (сравнимо со стоимостью раба в то время), которые также часто используются как символ награды предателя. «Поцелуй Иуды» стал идиомой, обозначающей высшую степень коварства.
 По описанию Иоанна Златоуста, Иуда, как и другие апостолы, совершал знамения, изгонял бесов, воскрешал мёртвых, очищал прокажённых, однако лишился Царства Небесного. Знамения не могли спасти его, потому что он был «разбойник, вор и предатель Господа».
 Иуда Искариот родился 1 апреля, рассказывается в поверьях у лужичан и поляков — этот день считается несчастливым.
 О молодых годах Иуды Искариота повествует «Сказание Иеронима об Иуде-предателе». Согласно преданию родители Иуды Искариота бросают новорождённого в ковчежце в море, так как видят сон, что их сын станет погибелью для родителей. Через много лет, проведённых на острове Искариот, Иуда возвращается, убивает отца и совершает грех кровосмешения с матерью.
 После раскаяния (например, 33 года носил во рту воду на вершину горы и поливал сухую палку, пока она не зацвела), Иуда Искариот был принят в число учеников Христа.
 Согласно апокрифу «Арабское евангелие детства Спасителя» (глава 35 [Иуда]) Иуда Искариот жил в одном селении с Иисусом и был одержим сатаной. Когда мать привела его на лечение к маленькому Христу, Иуда, разозлившись, укусил Иисуса за бок, после чего разрыдался и был исцелён. «И тот бок Иисуса, который ему Иуда поранил, иудеи потом копьём пронзили».
 О годах апостольства Иуды Искариота народные сказания умалчивают, словно боятся соперничать с рассказами евангелистов, и далее повествуют лишь о погибели предателя. Согласно наиболее распространённой версии, Иуда Искариот удавился на осине или на бузине, по другим поверьям, Иуда хотел повеситься на берёзе, и она от страха побелела; в Польше считают также, что Иуда повесился на рябине. Кровь Иуды Искариота попала на ольху, поэтому её древесина имеет красноватый цвет. По одной из легенд, осина после повешения Иуды стала дрожать от ужаса при малейшем ветерке.
 В апокрифическом «Евангелии от Варнавы» говорится, что Господь изменил облик Иуды. Предателя ошибочно казнили вместо Иисуса, а ученики распространили слух о воскрешении Иисуса.
 По украинскому поверью, душа Иуды не имеет пристанища даже в аду, скитаясь по земле, она может вселиться в человека, нарушившего пост на Страстной неделе, и вызвать падучую.
 Каноническими мотивами предательства Иуды считаются: сребролюбие и участие Сатаны. Но богословы не имеют единого мнения:
 М. Д. Муретов в статье «Иуда предатель» приводит пять аргументов против того, чтобы считать сребролюбие «главным и руководительным мотивом в поступке Искариота»:
 В той же статье М. Д. Муретов указывает на три довода, опровергающих мнение, что Сатана управлял Иудой, который не обладал свободой воли:
 С конца XIX века выдвинуто множество неканонических версий, пытающихся объяснить мотивы предательства Иуды:
 Из всех евангелистов-синоптиков лишь один Матфей озвучивает сумму в тридцать сребреников, он же сообщает о покупке «земли крови» (Акелдамы) первосвященниками: «Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников…». Возможно, Матфей почерпнул разгадку предательства в Книге пророка Захарии: «И скажу им: если угодно вам, то дайте Мне плату Мою; если же нет, — не давайте; и они отвесят в уплату Мне тридцать сребреников. И сказал мне Господь: брось их в церковное хранилище, — высокая цена, в какую они оценили Меня! И взял Я тридцать сребреников и бросил их в дом Господень для горшечника»
 Согласно Деяниям Апостолов, Иуда «приобрёл землю неправедною мздою…».
 Фонд «Лютеранское наследие» объясняет противоречие следующим образом: землю купили первосвященники, но поскольку они это сделали на деньги Иуды (и, возможно, от его имени), покупка приписывается самому Иуде.
 Серьёзные затруднения все же возникают при попытке объяснить разницу в написании:
 Единственный из евангелистов Матфей утверждает: «Они предложили ему тридцать сребреников». Каноническая версия считает сумму достаточной для предательства, раз на неё можно было приобрести участок земли в черте города.
 Шекель (сребреник) равен 4 динариям. Динарий — дневная плата рабочего на винограднике или стоимость хиникса пшеницы (дневного рациона мужчины).
 Около 4 месяцев нужно отработать на винограднике, чтобы получить тридцать сребреников. Опять же, миро, которым Мария из Вифании умастила Иисуса, стоило 300 динариев, что равняется 75 сребреникам или чуть меньше года работы на винограднике.
 Канонические версии гибели Иуды Искариота:
 Марк и Иоанн промолчали о смерти Иуды.
 Папий примиряет обе версии, говоря о том, что Иуда повесился, но верёвка оборвалась и он «низринулся» и «расселось чрево его».
Папию же приписывают версию рассказа о том, что Иуда купил землю и дожил до старости, но умер от загадочной болезни (раздулся до чудовищных размеров).
 История Иуды привлекала целый ряд писателей Нового времени.
 «Мемуары Иуды» (1867) Фердинандо Петруччелли делла Гаттина были одной из первых современных интерпретаций истории Иуды. Он описывается как революционер, который боролся против римлян за свободу евреев. Книгу обвинили в богохульстве.
 Прямо и опосредованно история Иуды Искариота осмысливается в притче М. Е. Салтыкова-Щедрина «Христова ночь» (1886) и романе «Господа Головлёвы», в повести Т. Гедберга «Иуда. История одного страдания» (1886), в драме Н. Н. Голованова «Искариот» (1905) и повести Л. Н. Андреева «Иуда Искариот и другие» (1907), в драматической поэме Л. Украинки «На поле крови» (1909), в поэме А. Ремизова «Иуда-предатель» (1903) и его же пьесе «Трагедия об Иуде, принце Искариотском» (1919), в драме С. Черкасенко «Цена крови» (1930), рассказе Борхеса «Три версии предательства Иуды» (1944); рассказе Ю. Нагибина «Любимый ученик», романе-апокрифе Г. Панаса «Евангелие от Иуды» (1973), в психологическом детективе П. Буало и Т. Нарсежака «Брат Иуда» (1974), притче В. Быкова «Сотников» (1970), романах М. А. Астуриаса «Страстная пятница» (1972), А. И. Солженицына «В круге первом» (линия Руськи с его «игрой в Иуду»), Р. Редлиха «Предатель» (1981), Н. Евдокимова «Трижды величайший, или Повествование о бывшем из небывшего» (1984), романе А. и Б. Стругацких «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» (1988), Юрия Домбровского «Факультет ненужных вещей», (Париж, 1978 г.; СССР, 1989 г.), документальном детективе К. Еськова «Евангелие от Афрания» (1996) и др., а также в многочисленных романах, посвящённых осмыслению истории Иисуса Христа, вплоть до «Евангелия от Сына Божьего» Н. Мейлера (1997) и «Евангелия от Иисуса» Ж. Сарамаго (1998).
 Весной 1925 года в газете «Правда» была опубликована антирелигиозная сатирическая поэма Демьяна Бедного «Новый завет без изъяна евангелиста Демьяна», где возвеличивался Иуда Искариот в противовес остальным апостолам.
 Одной из самых примечательных интерпретаций истории Иуды Искариота является повесть Леонида Андреева «Иуда Искариот», где был создан сложный и противоречивый образ Иуды, любящего, но предающего Христа.
 Также в произведении Аркадия и Бориса Стругацких «Отягощённые злом, или сорок лет спустя», Иуда представляется как нищий олигофрен, прибившийся к компании Христа и полюбивший последнего. Христос, попав в Иерусалим, чуть не затерялся среди лжепророков и разных «учителей», и единственным вариантом выделиться и привлечь к себе людей для него была мученическая смерть. Христос даёт чёткие инструкции дурачку Иуде, куда идти и что говорить, который делает это, не понимая значения своих действий.
 Иуда из Кириафа в романе «Мастер и Маргарита» в интерпретации Михаила Афанасьевича Булгакова — красивый молодой человек, влюблённый в Низу. Совершает предательство, чтобы на полученные деньги увезти Низу от нелюбимого ею мужа. Но Низа предаёт Иуду, после чего полученные деньги утрачивают для него ценность и он идёт на смерть.
 В романе Кирилла Еськова «Евангелие от Афрания» Иуда — высококвалифицированный сотрудник специальных служб Римской империи, внедрённый в окружение Христа в рамках реализации операции «Рыба» и устранённый по указанию прокуратора формально за «двойную игру», а фактически в связи с изменением планов руководства[значимость факта?].
 В романе Бориса Акунина «Пелагия и красный петух» персонаж, выдающий себя за Христа, рассказывает, что Иуда решил спасти своего учителя от казни и подговорил остальных апостолов. Двоюродный брат Иисуса — Иуда Фаддей — выдал себя за Христа, что Иуда подтвердил перед римскими солдатами поцелуем, и был распят. Иуда же повесился для того, чтобы его муки совести выглядели правдоподобно.
 В европейской иконографии и живописи Иуда Искариот традиционно предстаёт как духовный и физический антипод Иисуса, как на фреске Джотто «Поцелуй Иуды» или на фресках Беато Анджелико, где он изображён с чёрным нимбом над головой. В византийско-русской иконографии Иуда Искариот обычно повёрнут в профиль, как и бесы, чтобы зритель не встретился с ним глазами. В христианской живописи Иуда Искариот изображается темноволосым и смуглым человеком, чаще всего молодым, безбородым человеком, иногда как бы негативным двойником Иоанна Богослова (обычно в сцене тайной вечери). На иконах, называемых «Страшный суд», Иуда Искариот часто изображается сидящим на коленях у сатаны. В искусстве Средневековья и раннего Возрождения на плече Иуды Искариота часто сидит демон, нашёптывающий ему дьявольские слова. Один из распространённейших мотивов в живописи, начиная с эпохи раннего Ренессанса, — повешение Иуды Искариота на дереве; при этом он часто изображается с кишками, выпавшими наружу (эта же деталь была популярной в средневековых мистериях и мираклях). По крайней мере три гравюры Жана Дюве изображают самоубийство Иуды, причины пристального интереса придворного художника и ювелира королей Франциска I и Генриха II к этому достаточно редкому сюжету неизвестны.
 Существуют противоречивые свидетельства о воздвижении памятников Иуде на территории РСФСР в первые годы Советской власти.
 В 1917—1923 годах об установке памятников Иуде в Советской России писали некоторые белогвардейские и эмигрантские газеты.
 В июле 1919 года газета «Известия Петроградского Совета рабочих и красноармейских депутатов» в статье под заголовком «Крестовый поход против рабочих и крестьян» перепечатала (со своими комментариями) выдержки из колчаковских газет «Сибирский стрелок» и «Великая Россия». Перепечатка (из газеты «Великая Россия» № 41) о решении установить памятник Иуде в Тамбове была оставлена редакцией без комментариев:
 «Памятник Иуде Искариотскому». Омск, 5 мая. По словам Советских газет исполком тамбовского Совета постановил поставить в Тамбове памятник «Иуде Искариотскому».
 В те же годы об установке памятника Иуде в Свияжске писали в своих воспоминаниях датский дипломат Хеннинг Келер и писатель-эмигрант А. Вараксин, которые утверждают, что были свидетелями установки памятника Иуде в Свияжске в августе 1918 года. Выдержки из книги Х. Келера о памятнике Иуде в Свияжске были опубликованы в 1920-х годах в английских и французских газетах — и ни Лев Троцкий, ни Всеволод Вишневский, ни Демьян Бедный (бывшие в августе 1918 года в Свияжске) эти публикации не опровергали.
 Бунин заметил в 1924 году:
 Планетарный же злодей, осененный знаменем с издевательским призывом к свободе, братству и равенству, высоко сидел на шее русского дикаря и весь мир призывал в грязь топтать совесть, стыд, любовь, милосердие, в прах дробить скрижали Моисея и Христа, ставить памятники Иуде и Каину, учить «Семь заповедей Ленина»  В новой России публикации о памятниках Иуде тех лет начали появляться с середины 1990-х годов и особенно много — в 2000-х.
 Критики считают все публикации о памятниках Иуде сомнительными, так как в них, по их мнению, либо вообще нет ссылок на первоисточники, либо, по мнению критиков, всё сводится к единственной ссылке на книгу Х. Келера об установке памятника Иуде в Свияжске, а этот источник, по мнению критиков, очень сомнителен и мало достоверен.
 Критики указывают, что книга малоизвестного датского писателя Хеннинга Келера «Красный сад» содержит множество ошибок. Так, по Х. Келеру, дело происходило якобы в городе Свиагороде, который был отождествлён со Свияжском комментаторами[неавторитетный источник]. В некоторых эмигрантских журналах и газетах 1920-х годов имела место полемика относительно книги Х. Келера.
 Современные критики книги Х. Келера ссылаются также на доклад казанского краеведа Льва Жаржевского на экспертном совете РИСИ «Лев Троцкий и памятник Иуде в Свияжске: миф и реальность», который якобы доказал, что «автор „Красного сада“ никогда не был ни в Свияжске, ни в Казани, а историю про памятник Иуде просто-напросто придумал». Однако, вскоре после заседания экспертного совета РИСИ, в июне 2012 г. состоялись «Третьи Свияжские чтения», на которых главный архитектор проектов Центра разработки генплана Казани С. П. Саначин в своём докладе фактически оппонировал Л. Жаржевскому и, согласно мнению одного из участников этих чтений, «предоставил огромный срез информации о событиях 1918 года в Казани и достаточно аргументировано показана возможность пребывания Хеннинга Келера в Казани весной-летом 1918 года и тех событий, которые он описывает в своей книге, хотя вопрос о памятнике Иуде, по словам самого Саначина, остался открытым».
 В 2000 году был опубликован второй источник о памятнике Иуде в Свияжске — в журнале «Казань», это выдержки из брошюры («Дорогами русской смуты») писателя-эмигранта А. Вараксина, изданной в Берлине в 1923 году, который также описал установку памятника Иуде в Свияжске. В описании А. Вараксина содержатся некоторые детали, которые отсутствуют в книге Х. Келера. Так, А. Вараксин описывает основание памятника (чего нет у Х. Келера) как обитую досками деревянную тумбу[неавторитетный источник], выкрашенную суриком. Кроме того, А. Вараксин упоминает среди участников митинга командарма Петра Славена, участвовавшего позже во взятии большевиками Казани.
 Этот эпизод в Свияжске упоминается также (как курьёз в ходе реализации плана монументальной пропаганды) в современной научно-популярной энциклопедии «Кругосвет», в статье «План монументальной пропаганды».
 Критики публикаций об установке памятника Иуде в Свияжске выдвинули также гипотезу о том, что миф о памятнике Иуде в Свияжске мог появиться среди малограмотных местных жителей после установки в этом городе памятника комбригу Яну Юдину, который погиб под Казанью 12 августа 1918 года. Однако этот памятник стоял ещё и в 1961, и в 1997 годах, о чём свидетельствуют постановления Совета министров ТатССР и Кабинета министров Республики Татарстан об охране памятников. А тогда ещё были живы местные свияжские бабушки, которые рассказывали о памятнике Иуде, и о том, что его снесли вскоре после установки[неавторитетный источник].
 Современные публикации рассказывают также о памятниках Иуде в Козлове (ныне — Мичуринск) и в Тамбове — как «борцу с христианством» и «лжерелигией». Памятник в Козлове якобы был установлен в 1918 году, и был разбит спустя несколько дней при невыясненных обстоятельствах местными жителями. В 1919 (или в 1921) году памятник Иуде якобы был установлен в Тамбове.
 30 июля 1918 года Ленин подписал постановление Совнаркома (правительства) об установке в Советской России «памятников великих деятелей социализма, революции и проч.». Ленинский план монументальной пропаганды был дополнен Пролеткультом, который якобы включил в список новых монументов и памятник Иуде как «борцу с христианством»[неавторитетный источник]. Революционные памятники начали устанавливаться большевиками в августе 1918 года в соответствии с этим постановлением Совнаркома и планом. Памятник Иуде Искариоту в Свияжске был установлен, если верить Х. Келеру и А. Вараксину, через 10—12 дней (около 11 августа 1918 г.) после подписания В. Лениным этого постановления Совнаркома, и на следующий день после убийства большевиками настоятеля Свято-Успенского Свияжского монастыря священномученика епископа Амвросия.
 Согласно сторонникам канонической версии предательства[кто?], мотивация Иуды вовсе не выглядит нелепой, поскольку каждый человек имеет свободу воли. Иуда же вполне мог быть сребролюбивым человеком, что видно из Евангелия: «Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отёрла волосами своими ноги его; и дом наполнился благоуханием от мира. Тогда один из учеников его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать его, сказал: „Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?“ Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали»; «А как у Иуды был ящик, то некоторые думали, что Иисус говорит ему: купи, что нам нужно к празднику, или чтобы дал что-нибудь нищим».