«Чтения о богочеловечестве» — одна из основных богословских и метафизических работ русского философа Владимира Соловьёва: цикл публичных лекций, прочитанных в 1878 году в Санкт-Петербурге в Соляном городке.
 Первая лекция была прочитана 29 января, последующие — в течение февраля и марта по воскресеньям и пятницам в большой аудитории музея Прикладных знаний в Москве. Согласно заметке в февральском номере журнала «Православное обозрение» за 1878 год, задачей лекций было «показать разумность положительной религии, показать, что истина веры, во всей полноте её конкретного содержания, есть вместе с тем и истина разума. Центральная часть чтений — идея Богочеловечности или живого Бога». Текст «Чтений» связан с «Лекциями по истории философии», прочитанными Соловьёвым в 1880—1881 годах; в нём есть большое число дословных совпадений с «Лекциями», а часть «Чтения пятого» полностью совпадает с соответствующим разделом «Лекций».
 Соловьёв посвятил первые шесть чтений переходу человеческого сознания «от природного содержания» к идее Богочеловечности, — «центральной идее, впервые получившей историческую действительность в христианстве». В них освещались главные ступени этого перехода, в интеллектуальной истории дохристианского человечества, а именно: буддийский пессимизм и нигилизм, идеализм Платона, ветхозаветный монотеизм.
 Остальные шесть чтений занимало развитие самой религиозной идеи, в них рассказывалось «об осуществлении Богочеловечества в вечности и во времени, о мире божественном, о грехопадении духовных существ, о происхождении и значении природного мира, о земном воплощении Христа и об искуплении, о видимой и невидимой церкви, о конце мирового процесса и о полном откровении Богочеловечества».
 Программа, запланированная Соловьёвым, была такова:
 В процессе публикации «Чтений», растянувшемся на несколько лет, Соловьёв изменил содержание некоторых разделов, например, «Чтение одиннадцатое» и «Чтение двенадцатое» явно не совпадают с объявленной программой.
 Работа начинается с рассмотрения религии, определяемой как «связь человека и мира с безусловным началом и средоточием всего существующего». Необходимость религии заключается в том, что она сообщает смысл человеческой жизни. Однако её современное состояние плачевно: она раздроблена и на её место претендуют социализм и позитивизм. Точкой отсчёта современности при этом называется Великая французская революция. Социализм и позитивизм не являются знамением упадка; напротив, они представляют собой своего рода диалектический антитезис, ведущий западную цивилизацию от «религиозного прошлого» (католицизма) к «религиозному будущему». Синтез религиозного прошлого и материалистической современности приводит к идее богочеловечества:
 
 
Последовательно же проведённые и до конца осуществлённые обе эти веры — вера в Бога и вера в человека — сходятся в единой полной и всецелой истине Богочеловечества. Обновление религии должно произойти под знаком всеобщности, однако путь деизма порочен, так как приводит к атеизму. Религия должна не редуцировать своё содержание, но раскрываться во всей своей полноте. Её становление осуществляется в три этапа:
 Размышления о положительном откровении Соловьёв начинает с платонизма. Христианская любовь есть платоническое благо. Идеи (благо, любовь) при этом оказываются «метафизическими существами», постигаемыми с помощью интуиции как «умственного созерцания» (нем. Anschanung). При этом идея необходимо подразумевает личность. Проницательность греческих философов позволяет называть их вслед за св. Юстином «христианами до Христа».
 Осуществлённую идею Соловьёв называет Софией, «материей Божества» (Чтение 7). Именно в Софии заключается положительный момент христианства, когда в Боге (всеедином) признаётся не запредельность, но «полнота действительности»:
 
 
София есть идеальное, совершенное человечество, вечно заключающееся в цельном божественном существе, или Христе. При этом «действительное бытие природного мира есть недолжное или ненормальное», поскольку оно противопоставляется божественному. Отсюда библейское выражение, что мир по зле лежит, то есть в состоянии разъединённости и взаимного соперничества («хаос разрозненных элементов»). Причина этого зла лежит не здесь, а в области «вечного доприродного мира». Свободным актом мировой души мир отпал от Бога и распался на элементы, сообщает Соловьёв. В изначальном, догреховном состоянии (то есть в божественном Логосе) «все существа образуют один божественный мир». Посему «цель всего бытия» — это воссоединение с Богом в первоначальное единство. Эта цель проявляется на разных ступенях «космогонического процесса» (Чтение 10):
 С появлением человека Бог как всеединство получает самосознание, а мировая душа соединяется с божественным началом. Здесь космогонический процесс превращается в теогонический. Решающую роль в этом играют «три великие народа древности» — индусы, греки и иудеи, впервые осознающие идеальный мир «без крови и слёз». Именно в иудейском народе вочеловечился Иисус Христос, которого Соловьёв предлагает понимать не как отдельное лицо, но как «всеединую личность, заключающую в себя всё природное человечество». В книге подчёркивается, что вочеловечивается не трансцендентный Бог, но Бог-Слово, то есть творческая сила, действующая в мире. Кроме того, сам человек по природе своей уже является соединением божественного и материального. Преобладание материального начала характеризует первобытного человека или Адама, а преобладание божественного — «богочеловеческую личность» Иисуса Христа, явившего миру чудеса любви, милосердия и самоотверженности. Человечество, воссоединённое со своим божественным началом посредством Иисуса Христа, есть Церковь, стремящаяся к «свободной теократии». Здесь Соловьёв возвращается к Чтению 1, чтобы повторить тезис о плачевном состоянии религии в современном обществе. Выход из этого состояния — в воссоединении восточного (византийского) и западного христианства.
 По мнению протоиерея Г. В. Флоровского, в «Чтениях о богочеловечестве» (и во французской книге[уточнить]) Соловьёв очень близок к Шеллингу.