Привет, Хабр! Меня зовут Дмитрий Малыхин, последние семь лет я работаю в крупных промышленных компаниях и занимаюсь проектами по цифровизации. Специализируюсь в направлении DevOps — это связь между администраторами, разработчиками и бизнесами. Строю процессы и пытаюсь привнести дух стартапов в крупный энтерпрайз и промышленность. В 2018 году начал работу в крупной ритейл-компании: 150 складов в 120 городах, 250 СТО. Это был крупнейший в России дилер автозапчастей. Через 2,5 года понял, что масштаба мне уже не хватает, и перешёл в компанию Евраз — крупнейший в России и один из крупнейших в Европе производителей металла полного цикла. Их профиль — добыча угля и руды и производство готовых изделий. В компании Евраз тоже проработал 2,5 года, за это время начал выступать на профессиональных мероприятиях. После этого меня пригласили в нефтяную компанию. Я люблю большие масштабы и здесь занимаюсь программой лояльности примерно на 13 миллионов клиентов. Эта программа лояльности включает мобильные приложения, виртуальные карты автозапровок для автолюбителей. Сервис предполагает и B2B-, и B2C-взаимодействия. Это такой гибрид: с одной стороны к нам применимы правила финтеха, с другой — правила промышленной компании. Это большой, вертикально ориентированный энтерпрайз. В моей практике несколько интересных кейсов цифровизации промышленных решений. Так как расход кокса — ключевой и главный драйвер себестоимости чугуна, индикаторов состояния теплового баланса печи, поэтому мы создали систему операционного мониторинга кремния в чугуне и систему прогнозирования содержания Si в чугуне.  Ключевым решением данного проекта стал  набор моделей, визуализированных и выведенных на мониторы технологического персонала. Это позволяет уверенно принимать решение по расходу топлива. В результате снижено содержание Si в чугуне более, чем на 3%. Благодаря машинному зрению мы сократили простои по порыву ленточного полотна и сократили затраты на замену ленточного полотна за счет исключения порывов и своевременному проведению планово-предупредительных ремонтов . Благодаря этому мы сократили простои на 50% и повысили коэффициент технической готовности оборудования. Исторически сложилось, что в нефтегазовой отрасли и промышленности для бэкенда используется Java. Но Java — это долго и дорого, хоть и надёжно. Доступных специалистов на рынке немного, соответственно, стоимость проектов достаточно высокая. Поэтому в последнее время многие стали переходить на Python для бэкенда и Go для второстепенных сервисов. Ещё три-пять лет назад разница в применяемых технологиях была достаточно большая, но сейчас стек унифицируется. Благодаря этому в промышленность в последнее время пришли специалисты из других сфер — финтеха, коммерческой разработки и даже с галер. С собой ребята стали приносить привычный инструментарий. Например, RabbitMQ, Kafka, PostgreSQL, MySQL. Думаю, уже через пару лет стек будет везде одинаковый. Легаси остаётся, потому что проекты, которые ещё приносят деньги, стараются поддерживать. Но с каждым месяцем нанять людей на этот стек становится всё сложнее. Их просто нет, а многие из тех, кто был, покинули Россию. Конечно же, в промышленности свои приложения, инфраструктура, которая применима только в этих компаниях. Мы в нефтяной отрасли занимаемся цифровизацией заправок, программами лояльности и так далее. Для этого используем стек, который долгое время использовали банки: Way4 для процессинга данных, Siebel в качестве финансовой CRM-системы. Этим пользуются только финансисты и мы. Конечно, в металлургии также используются специализированные системы управления на уровне цеха и на уровне всего производства.   Остальные технологии — общеупотребительные. Те же RabbitMQ, Kafka используются везде одинаково. Бэкенд пишется на Python, а для фронтенда практически все перешли на React. В разработке мобильных приложений  сейчас переходят на React Native, потому что поддерживать две-три платформы стало сложно. Скорость изменений не позволяет этого делать. В результате некоторые компании, например Евраз, сосредоточились на Progressive Web Application. Крупные игроки переходят на тот же стек, что и остальной рынок, но есть один нюанс. От идеи использовать какую-то технологию до её промышленного применения обычно проходит год-полтора. Виной всему длинные процедуры согласования, поэтому новое вводится медленно. А иногда и вовсе не вводится, потому что руководство следит за однородностью ландшафта. Если функционал известных и новых инструментов пересекается, выбор, как правило, делают в сторону уже используемых инструментов. Слишком высока стоимость простоя, стоимость ошибки. В работе над программами лояльности мы используем стандартную связку MS SQL+Oracle. В связи с последними событиями выбираем, куда перенести базы данных. Сейчас принимаются решения о миграции, куда — пока сказать не могу. Либо на коммерческую платформу, либо на что-нибудь открытое. Мы используем операционные системы на ядре Linux, посматривают в сторону Kubernetes. Microsoft Windows у нас используется на рабочих станциях и там, где без него обойтись нельзя. Например, на MS SQL-серверах без Windows никуда. Windows у нас минимум, поэтому отказ Microsoft обслуживать Россию практически не затронул промышленный сектор экономики. У разработчиков основная операционная система — либо Mac OS, либо что-нибудь линуксоподобное.   В нашем направлении ещё применяется классическая сборка Jira + Confluence. У нас это связано с тем, что пришло много ребят из стартапов, из других компаний. Поэтому мы взяли инструменты, которые им были привычны. Сейчас ищем альтернативные варианты. GitLab мы оставим, потому что используем community edition. Для Jira и Confluence ищем адекватную замену, в 2024 году перейдём на что-то другое. Это ещё раз подтверждает, что у нас все процессы по переходу к новому продукту занимают от года и более. То есть в мае 2023 года я уже писал представление на переход в начале 2025 года. До последнего времени все сидели на удалёнке и пили смузи. Сейчас идёт общая тенденция на обязательное посещение офиса. Я работаю в большой неоднородной структуре, в ряде наших компаний работа на 100% офисная. В ряде компаний — гибрид. Полностью удалённая работа организована только для тех, кто трудится в других регионах, не в точках присутствия. Смузи в офисе не подают :)   Дресс-код сильно зависит от компании. Как правило, это casual, но при встрече с топ-менеджментом, с представителями бизнеса всё-таки рекомендуется строгий стиль. Дресс-код сильно зависит от позиции. Для меня, как для SRE-эксперта и практически технического директора двух команд, костюм и белая рубашка — это униформа. Для разработчиков уровня джуниор или мидл футболка — это ок. Я уже не обращаю внимание на внешний вид. Чувствуется влияние стартап-культуры — все вокруг стали меньше заморачиваться. У руководителей высокого уровня нет опыта управления удалённым командами. И не все специалисты могут без контроля перформить на удалёнке. И на мой взгляд, сейчас работа из офиса — это вынужденная мера. Одни не умеют, другие не могут, поэтому вживую коммуникация происходит быстрее. У меня есть и опыт работы 100% удалённо на западную компанию, и работы 100% в офисе. Везде есть свои плюсы и минусы. На российском рынке сейчас удалёнка сдаёт позиции. Мы привыкли ориентироваться на крупные компании. В своё время айтишники просили организовать удалённую работу, как в Яндекс и Google. Случился ковид, удалёнку нормализовали. Но теперь руководство продолжает следовать за Яндекс и Google, которые начали зазывать сотрудников обратно в офис. Насколько я знаю, в Сбере оставили возможность работать из дома один день в неделю. Против этого у айтишников не осталось аргументов. В то же время, если у команды веские причины работать удалённо, они никуда не делись. Например, в прошлой компании я был руководителем направления и нанимал много людей из разных регионов. Получилась распределённая команда, сотрудники работали и из Крыма, и из Тюмени, откуда угодно. За два года команда доказала свою эффективность и работает так же. Забавно: в ряде компаний принят гибридный формат работы, но отдел кадров просит не разрешать удалённую работу по понедельникам и пятницам, чтобы люди не работали с дачи :) Отделы кадров не привыкли к свободному графику. Например, я могу поехать в офис в 12:00, для людей это непривычно. Как так? Сотрудник в офисе не с 9 утра. Если задуматься, для чего нужен строгий график, нет аргументов кроме: «Так положено». Привычка сформировалась исторически. Всё зависит от задач отдела и конкретного сотрудника. В нашей команде часть людей работает из офиса, часть на удалёнке. Именно для разработчиков присутствие в офисе — по желанию. И бывает так, что руководители проекта ждут, пока человек приедет в офис, чтобы что-нибудь у него спросить во время живой встречи. Не все понимают, что большинство вопросов можно обсудить в мессенждерах и по видеосвязи.   Со стороны бизнеса это выглядит так: половина сотрудников работает дома, вторая половина ждёт их в офисе. Процессы замедляются. К тому же для части разработчиков удалёнка стала синонимом свободного графика. Трудно соблюдать единый рабочий режим, например с 9 до 6, если в середине рабочего дня сотрудник ушёл по своим делам. Нужно проводить черту между удалёнкой и свободным графиком работы.   В больших компаниях очень важно работать в едином режиме — ради коммуникации с другими отделами, внешними подрядчиками, контрагентами. Когда люди работают из офиса, это проще контролировать. Это, наверное, тема для следующей конференции: «Удалёнка, которую мы потеряли». Митапы и конференции для IT-сотрудников нефтегазовой сферы не проводятся публично появилась мысль сделать отраслевую точку притяжения, точку обмена трафиком. Много лет в нефтегазовой промышленности IT было представлено только инфраструктурой эксплуатации. Своей разработки почти не было, потому что внутренняя разработка стала развиваться только в последнее время, и не от хорошей жизни — раньше не было необходимости. Мы же не говорим, почему нет отдельной тусовки для разработчиков интернет-магазинов, почему нет тусовки для B2C, для всяких Эльдорадо и МВидео. Понятно, что им это не нужно, не достигнута критическая масса общих проблем. Сейчас выросло количество проектов, и уже пора обмениваться опытом. Я говорю это не для красного словца. Много ли компаний в России, как мы сейчас, поддерживают проект, которым ежедневно пользуются 13 миллионов человек? Всего три или четыре. Много ли компаний, как мы в Евразе, за год сдают 250 проектов? Сотрудники таких компаний потихоньку начинают общаться с комьюнити. Вся коммуникация происходит на уровне общеотраслевых конференций вроде HighLoad++. Конечно, мы понимаем, что внутри нашей отрасли есть своя специфика. Нюансы было бы классно обсудить с коллегами, которые в теме. Надеемся, что в будущем такие мероприятия появятся.    редактор