Тверска́я подгру́ппа го́воров — среднерусские говоры, входящие в состав Владимирско-Поволжской группы, объединённые общими для них диалектными чертами и распространённые главным образом на территории юго-востока Тверской области.
 В классификации русских диалектов 1965 года К. Ф. Захаровой и В. Г. Орловой данная подгруппа выделена под названием Калининская, в современных работах по русской диалектологии название Калининская употребляется наряду с названием Тверская, также под названием тверских говоров подразумеваются все говоры Тверской области различных диалектных объединений.
 В говорах Тверской подгруппы распространены все основные диалектные черты Владимирско-Поволжской группы, диалектные черты западной части владимирско-поволжских говоров, а также местные диалектные черты. Ряд языковых явлений связывает Тверские говоры с соседними белозерско-бежецкими говорами севернорусского наречия и восточными среднерусскими акающими говорами.
 Классификация:
 Впервые говоры крайне западной части Владимирско-Поволжской группы были выделены как самостоятельная диалектная величина в диалектологической карте русского языка 1965 года. Территория вокруг города Калинина (современной Твери), охватываемая большинством ареалов диалектных явлений владимирско-поволжских говоров, и также расположенная в области определённых сочетаний ареалов местных явлений, была выделена как Калининская подгруппа в составе Владимирско-Поволжской группы.
 Говоры Тверской подгруппы говоров занимают юго-восточную часть Тверской области, а также небольшую часть северо-запада Московской области на границе с Тверской. На севере тверские говоры граничат с Костромской группой и белозерско-бежецкими говорами севернорусского наречия, на юге — с говорами отдела А восточных среднерусских акающих говоров, на западе — с Селигеро-Торжковскими говорами в составе западных среднерусских акающих говоров.
 Особенностью тверских говоров в пределах восточных среднеруских окающих говоров помимо перечисленных диалектных черт является отсутствие или нерегулярное распространение в них черт, характерных для говоров центральной территории I типа: распространение долгих мягких шипящих ш’ш’, ж’ж’ : [ш’ш']у́ка, во[ж’ж']и́ и т. п.; наличие твёрдой возвратной частицы -с, -са в глаголах: умо́йу[с], умы́л[са], умо́йеш[са] и т. п.; чередование задненёбных согласных с шипящими в парадигме наст. времени глаголов с основой на задненёбный согласный: п’о[к]у́, пе[ч']о́ш, п’о[к]у́т; мо[г]у́, мо́[ж]еш, мо́[г]ут и т. п. Вместо них распространены: наличие долгих твёрдых шипящих шш, жж или разных звуковых комплексов в соответствии долгим мягким шипящим ш’ш’, ж’ж’; мягкость согласных в возвратных частицах глаголов: умо́йу[с'], умо́й[с’а]; парадигмы глаголов с разного типа обобщением задненёбных согласных в основе.
 Также к особенностям тверских говоров относят распространение диалектных черт западной части территории Владимирско-Поволжской группы, характерных для юго-восточной диалектной зоны:
произношение слова гриб как г[ры]б с твёрдым согласным звуком р; формы именительного пад. мн. числа кратких предикативных прилагательных, образованных от мягкой основы: сы́ти, ра́ди и т. п.; распространение слов крест — кресте́ц (малая укладка снопов). Помимо этого в говорах Тверской подгруппы известны местные диалектные черты западных говоров: произношение т’, д’ в соответствии мягким к’, г’; произношение твёрдого н в положении перед ш в формах сравнительной степени: ме́[н]ше, ра́[н]ше и т. д.