Дми́трий Серге́евич Хмельни́цкий (род. 26 сентября 1953, Москва) — советский и немецкий архитектор, историк сталинской архитектуры, публицист. В 2005—2007 годах — профессор Иркутского национального исследовательского технического университета.
 Родился в семье поэта, архитектора и археолога Сергея Хмельницкого (1925—2003).
  С 1970 года учился на факультете строительства Таджикского политехнического института.
 В 1973 году переехал в Ленинград. В 1977 году окончил Институт им. Репина. В 1977—1979 служил в строительном батальоне Морской инженерной службы в Ленинграде. В 1979—1981 годах работал архитектором в Ленинграде, в Ленгипротрансе и Ленгипрогоре. Проектировал жилые дома для города Северодвинска. С его слов «разочаровался в советской архитектуре». В 1981 году впервые подал заявление на выезд из СССР.
 В 1981—1983 работал кочегаром в газовой котельной института им. Герцена. В 1983—1987 проектировал и строил посёлки-базы старательной артели «Печора» в городах Березовский, Ухта, Инта. В 1987 году эмигрировал в Германию, где уже жил его отец.
 В 1988—1998 работал архитектором в различных архитектурных бюро. В 2001—2005 — редактор отдела «История» в газете «Европа-Экспресс».
 В 2003 году защитил диссертацию по истории архитектуры сталинской эпохи на соискание степени «доктора инженерных наук» (Doktor der Ingenieurwissenschaften (Dr. Ing.) в Берлинском техническом университете. Тема диссертации: «Сталинская архитектура. Идеология и стиль (1929—1960)» (нем. Architektur Stalins. Ideologie und Stil. 1929—1960).
 Значительная часть публикаций посвящена Виктору Суворову. Выступает с критикой исламофобии в связи с проблемами мигрантов в Европе.
 Занимается живописью и графикой.
 Живёт в Берлине.
 Публиковался в многих журналах, среди них: «Континент» (Париж, Москва), «Двадцать два» (Тель Авив), «Знамя», «Мир» (Берлин). Печатался в газетах: «Литературная газета», «Московские новости», «Русская мысль» (Париж), «Европа-Центр» (Берлин).
 В 2007 году были опубликованы две монографии Дмитрия Хмельницкого — «Зодчий Сталин» и «Архитектура Сталина: Психология и стиль». Искусствовед Григорий Ревзин высоко оценил работы, написав, что в списке литературы по сталинской архитектуре, они должны быть помещены сразу за классической «Культура Два» Владимира Паперного. К недостаткам монографий критик относил субъективизм взгляда Хмельницкого, для которого «ненависть к Сталину заслоняет от него здания». По мнению рецензента, любое произведение архитектуры сталинской эпохи выступало для автора не профессиональной работой архитектора, а «гнусным окрашиванием кокетливого палача».
 Историк архитектуры Дмитрий Петров критически отнёсся к монографиям. К недостаткам работ он относил: идеологические и эмоциональные оценки автора, небрежность к фактическому материалу, нарушение человеческой и профессиональной этики (многочисленные неэтичные эпитеты при оценке личности и профессиональных работ архитекторов сталинской эпохи), безапелляционность оценок, ненаучность методологии (выводы автора в книгах критик посчитал не следствием проведённого анализа, а подгонкой под заранее заданную схему). Петров отметил, что Хмельницкий подробно и тщательно исследовал историю воздействия власти на архитектуру. «…в этом смысле работы Д. Хмельницкого являют собой блестящий пример, с одной стороны, глубокой и тщательно проделанной работы, а с другой – бескомпромиссно тенденциозного изложения», — писал критик.
 Литературный критик Ольга Балла в рецензии на монографию «Зодчий Сталин» для журнала «Новый мир» писала, что книгу можно прочитать и как «историю конформизма», и как «историю складывания эстетической области». По мнению рецензента, работа затрагивала вопросы не только визуальности, но и истории межчеловеческих отношений, психологии политики и истории культурных механизмов.
 Доктор архитектуры, профессор Делфтского технического университета Иван Невзгодин писал, что монографии «Зодчий Сталин» и «Архитектура Сталина: Психология и стиль» кажутся «фактологически беспомощными» на фоне более серьёзной работы американского исследователя Хьюго Д. Хадсона — младшего Blueprints and Blood: The Stalinization of Soviet Architecture (1994). Профессор отмечал, что подход Хмельницкого к сталинской архитектуре «комически» совпадал с репрезентацией данной темы в советском архитектуроведении 1930—1950-х годов, также пытавшимся преувеличить роль Сталина в архитектурном процессе, только автор монографий поменял «местами знаки: чёрное становится белым, плюс — минусом».
 Исследователи сталинской архитектуры Марсель Искандаров и Андрей Михайлов относили работы Дмитрия Хмельницкого к «дискриминационным» трактовкам советской архитектуры 1930—1950-х годов, наряду с теориями Владимира Паперного и Марка Мееровича, основанными на социально-политическом контексте эпохи правления В. И. Сталина.
 Исследователь сталинской культуры Евгений Добренко относил монографии «Зодчий Сталин» и «Архитектура Сталина: Психология и стиль» к наиболее ценным научным трудам по истории сталинской архитектуры. Историк архитектуры, главный редактор архитектурного журнала «Капитель» Ирина Бембель отмечала, что благодаря многочисленным трудам Дмитрия Хмельницкого в исследовательское поле архитектуроведения был включён политический контекст как важный формообразующий фактор. «По меткому выражению Г. Ревзина, исчезла многолетняя иллюзия, что „были только Щусев, Жолтовский и капители“», — писала Бембель.