По просьбам читателей разбиваю повесть на 4 части для Вашего удобства.   Валера вышел из такси темным московском зимним утром в холодную сырость и ветер, чтобы сесть на самолет до крупного уральского города. Там, согласно приказу на командировку, ему предстояло провести три дня в компании экспертов из различных государственных структур. Оплатив поездку через личный клиент связи в интерфейсе на экране и закинув за плечи рюкзак, он закурил, провожая взглядом редкие фигуры, спешившие в терминал аэропорта. Подошел мужик и попросил огня. «Наверное, только что прилетел, -- подумалось Валере. -- Сейчас он с удовольствием покурит и поедет в город, а я только что оттуда и курю тоже с удовольствием, чтобы с запасом часа на четыре». Позади него была холодная темнота в дымке, а перед ним -- высокое здание терминала из металла и стекла. Хотелось побыстрее покинуть улицу и ощутить безликое но комфортное тепло внутри. Такое необычное задание он получал впервые: раньше его редкие вылазки из лаборатории ограничивались посещением министерских и военных заведений в Москве, да пару раз он слушал выступления каких-то людей на конференциях. Поездка на Урал, на территорию военных, в «секретку», с целью оценки нового изделия отечественной информационной промышленности стала немного неожиданной. Но слухи о проекте уже, как минимум, год проскальзывали в разговорах коллег, прямо или косвенно намекая то ли на очередную дыру в бюджете, то ли на загадочность смысла этой новой затеи крупнейшей государственной организации. Сразу после входа в здание люди выстроились в очередь на прохождение рамки металлоискателя. Как только он нашел, куда встать и стал автоматически отслеживать продвижение очереди сзади открылись впускные стеклянные двери три метра в высоту и пять -- в ширину, впустив внутрь мощный поток холодного воздуха, мягко ударившего в спину и голую шею. Вскинув куртку и инстинктивно пригнувшись, Валера шагнул на полтора шага вперед за ожидавшими проверки. Пройдя рамку, он вздохнул, расстегнул верхнюю одежду и оправил рюкзак. Надо было идти к стойке регистрации на рейс. Получив билет и направляясь на досмотр, Валера подумал, что опять забыл, надо ли доставать личный компьютер, или оставить его в рюкзаке: правила менялись часто, а их исполнение сотрудниками аэропорта было непредсказуемым. Но в этот раз он прошел с первого раза и быстро, пристроившись за полным мужчиной в пиджаке, среднего возраста, который предупредительно приоткрыл свой портфель и показал содержимое женщине в форме. Та сухо бросила: «Проходите». Свободных скамеек для ожидания в секторе вылета в шесть утра было достаточно. Присев на край пустого ряда, поближе к панорамному окну, смотрящему на взлетно-посадочное поле, он отхлебнул с удовольствием кофе из бумажного стаканчика с надписью «Горячий напиток» и достал клиент связи. С утра в корпоративной почте появилось лишь одно новое сообщение, отправленное автоматически, о том, что через неделю День Рождения у младшего сотрудника лаборатории Алексея. Аппарат клиента связи был произведен предприятием гражданской электроники «Кремний» и не отличался почти ничем от других моделей, продаваемых в России: небольшая плоская коробочка с экраном, занимающим одну плоскость целиком. Вокруг все ходили с такими же. Отличия были в размере и материале изготовления корпуса: пластик или металл. У Валеры был металлический. Он на секунду перевернул клиент обратной стороной и подметил с ювелирной точностью приклеенную фигурку плода яблока сантиметрового размера из золота. Она появилась на аппарате полгода назад, после его отчета о хозяйственно-экономической значимости рассады яблочный культур на одном миллионе квадратных километров неосвоенной земли Дальнего Востока. Фигурку ему прислали из Администрации Владивостока в подарок, а приклеил ее армянин в мастерской на Торговом ряду.  Кофе приятно согревало, он вспомнил последний разговор с Воркушей, начальником Лаборатории перспектив при Аппарате. «Валера, -- говорил он, -- эти спецы из УНТа работали почти пять лет; наши, а заодно и вояки, уже бьют копытом -- результаты нужны!» Речь шла о новой системе интеллектуального анализа, дорогой и «мудреной», как отзывались шишки с погонами. «Наша цель -- дать предварительную оценку ее потенциала для нашего ведомства, составить подробный отчет, и, дай Бог, унтовские Кулибины уложатся в пятилетку». Валера в этот время думал: «Хочет премию и повышение или, хотя бы, повышения бюджета, ну, и кресло». Позвали на посадку. Пора было вставать в очередь на очередную проверку. Достав паспорт и билет, он, не торопясь, подошел к концу очереди, а стаканчик из-под кофе полетел в урну. «Спасибо», -- сказал по привычке Валера сам себе. В самолете его встретила стюардесса. С улыбкой приняв билет, она приглашающим жестом указала: «Ваше место три-A, это здесь». Валера сделал несколько шагов к кожаному креслу, снял куртку и повесил ее на крючок, расстегнул пиджак и сел в кресло, пристроив рюкзак рядом с собой. Компания не поскупилась на расходы: полет первым классом и повышенные командировочные. Можно отдохнуть и взять с собой частичку уюта перед тем, как начнется настоящая работа. Полежав с закрытыми глазами, пока мимо него проходило множество посторонних людей на свои места, Валера постарался не думать ни о чем и чувствовал, как медленно уходит напряжение из глаз, а плечи перестают напрягаться. И, вот, самолет начал выруливать на взлетную полосу. Это было приятно после долгого ожидания, пока все зайдут и устроятся на своих местах, стюарды сделают инструктаж по безопасности, а командир получит добро на взлет. В иллюминаторах было темно, солнце даже не начинало пробираться за тучами над далеким горизонтом. «Наверное, все еще спят, а если разбудить кого-то, он будет выглядеть как лунатик, -- пришла мысль, -- хорошо это -- забыть о ежедневной рутине и сменить картинку». Самолет стал разгоняться и скоро оторвался от земли. Тут же появилось чувство растерянности, которое, впрочем, как и земля внизу, постепенно пропадало. В личном компьютере хранился файл, вспомнил Валера, закодированный по двум степеням. Одна степень представляла собой пароль на носителе информации во внутреннем кармане его пиджака, а вторая -- в ведении получателей данных на территории объекта назначения. Что было в закрытых документах он знал -- три вопроса, которые нужно передать в принимающий интерфейс системы. Такое задание выпадало не каждому, и все, кто готовил его, наставлял, давал рекомендации, остались где-то позади. «Вот, взлетим, -- думал он, -- и надо немного выпить. Да уж, выбрали они исполнителя на свою голову: хороший послужной список, нет замечаний СБ и начальник относится хорошо но мне-то неспокойно. Беспокойство часть жизни, это даже привычно, а тут еще ехать непонятно куда…».  Через тридцать минут, когда мысли уже пришли в норму, а тело слилось с сиденьем, отключился огонек «Пристегните ремни». Валера нажал кнопку на панели кресла и стал ждать стюардессу. «Грамм пятьдесят, а потом спать», -- выглянул в иллюминатор, самолет поднялся над облаками, вокруг была чистая синева. «Выполню, а потом попрошу отпуск и поеду к морю, сейчас уже холодному, хотя и очень свежему, и когда в кафе заходишь с облегчением, что вот оно -- тепло». Он уже открывал бутылочку коньяка, заботливо предоставленную авиакомпанией. Первый глоток был лучше всего. «А еще на личном счету будет премия». Еще глоток. «Не, стоит сделать это дело хорошо, надо показать класс. Воркуша не забывает заслуги. Интереснее другое -- придется пообщаться с Советом, там могут быть всякие... А та система, что она такое? Может и напортачить, тогда придется вытаскивать отчет». Бутылочка закончилась. Приложив голову к кожаной подушке, он закрыл глаза.     «... Просим вас привести спинки кресел в вертикальное положение». Возвращение из сна совпало с приземление, или оно его и разбудило. Внизу была сероватая муть, солнце едва намекало на свое присутствие. Через десять минут борт вылетел из гущи низких, наполненных влагой облаков, и стало светлее. Они пролетали над краем, где озера чередовались с лесами. Озер были десятки, но, как минимум, три были крупными, убеленные пологие горные хребты, поросшие лесом, отметил Валера после нескольких минут наблюдений. Затем внизу стало проглядывать какое-то почти хаотическое чередование дорог и домиков вперемешку с белыми полями между ними. «Почему только в Европе это выглядит ухоженно? У нас -- всегда как тоненький слой культуры над угрюмой землей. Подлетаем: Урал», -- заметил Валера спросонья. Ощущение нового и странного начало заполнять его: «Уже метров двести над землей. Расслабляемся и ждем конца». Три минуты спустя случился толчок, поднялся легкий грохот под днищем и нарос гул в двигателях. «Приземлились. Слава Богу. Рюкзак на месте, клиент связи в кармане, можно спокойно ждать парковки». Когда самолет остановился, наконец, у верфи прилетов и персонал разблокировал двери, Валера уже накинул куртку и стал ждать приглашения на выход: «Ну, теперь я ищу встречающего, хорошо, что выспался. Табличка, форма, сопровождение до места».  Выйдя в зал ожидания, в толпе встречающих почти сразу он заметил молодого человека в темно-синей форме Сил обороны с табличкой «Валерий Ташлев». Он направился к нему, вокруг уже звучало неизменное: «Такси, недорого». Встречающих было не много но стояли они довольно плотно. -- Здравствуйте, я Валера, -- обратился он как можно дружелюбнее к парню с табличкой. Тот посмотрел на него, секунду подождал, как будто изучая. У него были светлые глаза, лицо широкое, простоватое, головной убор -- аккуратная ушанка из искусственного меха с кокардой. На висках был короткий ежик русых волос -- стрижка была армейской. Ростом встречающий был выше среднего, как и Валера.  -- Добрый день! Рад видеть, пройдемте? Они пошли через зал прилетов к выходу. Спутник был Валере интереснее, чем однообразное мелькание путешественников и не очень выдающееся архитектурой пространство вокруг. Однако стало как-то подсознательно ясно отличие толпы, если смотреть на нее со стороны. Одежда, обувь, и, даже, казалось, что сама внешность людей не совпадает с московской. Читалась некая деликатная сила, энергия и свежесть в облике их. Но в чем именно это было выражено, понять он не мог. Пожалуй, многие были одеты в спортивные куртки, или так казалось. При этом он ощущал, что растворяется в этом потоке, сквозившем во всех направлениях, в голове была пустота. Именно в этот момент он менее всего помнил о цели своего прибытия, а просто шел за его сопровождающим. Еще не до конца придя в себя от сна и перелета, он то и дело крутил головой, а тело шло как будто на автомате. -- Меня зовут Павел, -- обернулся его новый попутчик и протянул руку. Валера пожал ее, улыбнулся.  -- Валера. Рука была прохладная, сухая и сильная.  Павел сказал, также улыбнувшись: «Как долетели?» Зевнув, Валера ответил: «Хорошо, поспал».  Павел еще раз улыбнулся: «Сейчас мы поедем к базе, по дороге пообедаем. Ехать часа четыре». Валера был голоден, поэтому новость о еде его взбодрила: «Да, это было-бы кстати, я на ногах с трех утра». Павел, двигаясь все также уверенно, еще раз посмотрел на него: «Заедем в столовую при части, а потом уже в путь. Там вкусно, вам понравится!» Они в бодром темпе прошли зал, вышли на улицу. Идти за Пашей было удобно. Видно, он тут далеко не в первый раз. Пройдя метров тридцать от входа, они остановились у автомобиля. Он стоял с заведенным двигателем, из выхлопной трубы шел дымок, звук двигателя, однако, был почти не слышен. Валера с удовольствием рассматривал машину. Высокая, поджарая, цвета хаки. Сверху антенна длиной в метр, а окна небольшие. «Это же «Медведка», облегченный вариант» -- подумал Валера.  -- Садимся? -- сказал Паша.  -- Я думал покурить, -- отозвался Валера.  -- Садитесь, покурите по дороге, -- отозвался встречающий, улыбаясь. Он даже открыл дверь на заднее сиденье. Сели. Выехали с территории аэропорта -- Паша приложил карту у шлагбаума, -- и по шоссе направились в город.  -- Значит, можно покурить? -- спросил Валера? Он осматривался на новом месте и устраивался на кресле.  -- Да, здесь можно, -- откликнулся водитель.  Пространство сзади было внушительным, ноги вытягивались полностью. Кресло было удобным, в меру жестким. Слева внизу была консоль с управлением климатом, полочка, зарядник и пепельница.  -- Хорошо, удобно у вас, -- отозвался Валера.  -- Это -- офицерская, -- глянул назад Паша. Приоткрыв окно и закуривая, он вдруг подумал: «Столовая -- это хорошо. Покурить в машине -- тоже. Интересно: обед на их территории, удобства в машине. Похоже, они не дают просто так побыть на улице одному или зайти в ресторан. Безопасность?» Дымок вылетал из окна, машина двигалась быстро, местность вокруг менялась от пустырей и полей с опушками леса, к домиками из дерева, а потом жилым кварталам из трех-четырех этажных домов. Город приближался. Пока шли от здания прилетов по дорожке до машины, Валера натянул шерстяную шапочку с надписью «Спорт», чтобы не простудиться: морозец был неслабым. Он заметил, что до сих пор ее не снял, хотя в салоне машины было тепло. -- Каким спортом занимаетесь? -- спросил Паша, опередив его на секунду, пока он снимал головной убор.  Рассказывать про посещения бассейна и зала с тренажерами не хотелось, так как было похоже, что вопрос исходил от спортсмена, а врать – тем более.  -- Ходил на бокс пару лет, и, так, бегаю.  Паша оживился: «Вот и у нас бокс в почете, я мастер спорта. Каждую неделю тренировки, если нет выездных заданий. Можно завтра сделать на выносливость: пробежка по лесу, веса, сауна. У нас можно и в ринге поработать». Паша явно хотел угодить, применяя все свое обаяние, но такой напор вызывал, скорее, ощущение наезда. Однако надо было отвечать.  -- Если будет время я присоединюсь. Еще я форму не взял.  Паша усмехнулся: «У нас есть форма, просто приходите в Центр физкультуры, когда освободитесь». Тем временем, машина ехала по окраине города. Водитель держал высокую скорость но правил не нарушал. Часто он становился на обгон и «Медведка», как будто ее подтолкнули сзади, за секунды перестраивалась на встречку и ныряла вперед, оставив позади двигающиеся более осторожно автомобили на трассе.  Скоро, на перекрестке, они свернули налево и пошла дорога только с одной полосой. Справа и слева над ней возвышались кроны, покрытые снегом. Это был густой еловый лес: красивые, статные ели держали на своих лапах целые сугробы. Если забрести в такую гущу зимой, то свежесть морозного воздуха и запах хвои кружат голову, а стоит немного тряхнуть дерево -- и сверху упадет целая охапка белого пушистого снега. Скорость пришлось сбросить из-за наплывов слежавшегося, местами, до состояния льда, снега на дорожном полотне. Автомобиль обладал умным полным приводом и порой ощущалось, как без особых усилий водитель легко возвращал его на середину полосы, сопровождая маневры легким ощущением дезориентации, когда то левый, то правый борт начинали «плыть». Докурив уже вторую сигарету, Валера откинулся и глядел на стену деревьев, проносящуюся за окном. Скоро деревья стали редеть и справа появилось поле, покрытое снегом. Его проехали за минуту. Начался забор, высокий такой, бетонный, с ромбовидной текстурой, поверху шла колючая проволока. -- Это часть, -- сказал Паша, -- нас ждут.  Вскоре свернули на небольшую дорожку и снизили скорость. Впереди был КПП со шлагбаумом. Паша приблизился, остановил машину и открыл окно, в ответ из окошка будки показался человек, посмотрел на Пашу, затем на протянутое удостоверение, и скрылся, открывая проход. -- А это и есть место сбора? -- спросил Валера. -- Да, нет, мы тут только пообедаем и передохнем, а затем я сопровожу вас к Базе, -- откликнулся водитель.  За воротами также было все бело, снег лежал повсюду: на дороге, на крышах, на обочинах. Но было заметно, что уборку здесь делали регулярно -- вдоль пути следования, по сторонам, возвышался длинный сугроб слежавшегося снега высотой под метр. Они проехали пару строений в два этажа, мимо них то и дело проходили строем военнослужащие. Чуть далее виднелось здание повыше, на крыше его был установлен государственный флаг и приютились несколько антенн для приема спутникового сигнала. «Наверное, это штаб», -- с интересом обратил на него внимание во всю крутивший головой Валера. Сделав небольшой вираж и лихо притормозив, они остановились у одноэтажного здания из кирпича, с красной жестяной крышей и вывеской над единственной дверью: «Столовая». По бокам от двери были расположены эмблемы Сил Союза, они были ухоженные, покрытые стеклом и создавали впечатление официальности. Около крыльца снег был вычищен до асфальта и посыпан крошкой.  -- Вот, и приехали на привал, -- сказал Паша, -- поедим, познакомитесь с начальством, и совершим марш-бросок до «Колпака». «Колпак, это и есть оно, засекреченное место встречи, похоже, со мной стали разговаривать откровеннее», -- открыл дверь и выбрался, пользуясь широким порогом под дверью, Валера. Потянулся. Было морозно, вроде бы, минус восемнадцать, как показывал термометр в автомобиле. Воздух был сухой, издалека раздавался хруст шагов. Вышел и Паша, ловко переваливаясь через сиденье, одновременно проскальзывая под рулем и спрыгивая мимо порога на снег. Он хлопнул дверью, и тотчас с дерева каркнула ворона. Они пошли в столовую. При входе предлагалось снять верхнюю одежду, для этого были предназначены несколько тяжеленных чугунных вешалок в человеческий рост. Отряхнув ботинки и сняв куртку, Валера прошел к раковине. Тщательно вымыл руки и умылся. Рюкзак с компьютером придерживал ногой. Паша тоже совершил туалет. Они вошли в обеденный зал, просторный и светлый. За столиками уже сидели военные но время было предобеденное, поэтому свободных мест было много. Оглядевшись, Валера обратил внимание на широкие окна, дающие много света, пол был выложен пластиковой, матовой, пружинящей плиткой, стены окрашены в оранжевый цвет приятного пастельного оттенка. На стене, вдоль которой шли столики, располагалась большая фотография в рамке, изображающая Верховного командующего в форме и с орденами. Дух помещения, как понял Валера, весьма уютно создавался тюлевыми занавесками на окнах. «Прямо как в прошлое попал: дом, где тепло и ждут, чтобы накормить». Паша позвал его, они встали в очередь из трех человек. За прилавком стояла крупная, румяная женщина, она аккуратно наливала борщ военному. Также предлагался небольшой, но, все же, комплексный выбор блюд: гречка, макароны, картофель, поджаренный дольками, бефстроганов, рыба под маринадом, биточки. Из супов были борщ и солянка. Салат предлагали один -- «Летний» -- из помидор и огурцов. Когда подошла их очередь, Паша пропустил его вперед. -- Здравствуйте! Как у вас все вкусно, -- сказал Валера, глотаю слюну. Женщина радостно заулыбалась, с приятной улыбкой сказала: «Здравствуйте! Сегодня вкусный борщ и бефстроганов. Салатик тоже свежий. Вам наложить?» Она наполнила его поднос тарелками, туда же Валера положил пару кусочков черного хлеба.  -- Спасибо! -- улыбнулся он.  -- Кушайте на здоровье! -- ответила она. Подождав Пашу, он спросил: «А где оплатить?» Тот улыбнулся: «В столовой едим бесплатно, не переживайте. Давайте воон за тот столик», -- он головой указал на стол на четверых прямо у окна, в стороне от неизменно возникающей в обед толчеи.  Они расселись, расставили тарелки, пожелали друг другу приятного аппетита, и Валера с огромным удовольствием принялся сразу за борщ. В это время, его ногу что-то очень мягко задело. Жуя, он посмотрел под стол и увидел большого, серого, с черными стрелками, кота, который его поприветствовал, пройдясь шерстью, едва касаясь его брюк.  -- Ух-ты, какой, -- сказал он Паше, который тоже с треском улетал свой обед. -- Васька, тут живет, любимец, -- Паша ухмыльнулся. В это время в зал столовой вошел бравый военный, одетый в форму, в погонах, подтянутый и спортивный. Он, не спеша, пошел к раздаче, а Паша помахал ему рукой. Военный направился к ним. -- Здравия желаю, Игорь Иванович, -- поздоровался Паша.  -- Здравствуйте, товарищи, -- ответил тот, улыбаясь.  Он был с холода: румяный, сухой, тщательно выбритый, волосы недлинные, зачесанные (похоже, только что) назад.  -- Я сейчас подойду, вам приятного аппетита, -- и он прошел за едой к прилавку. Вскоре, когда они уже принялись за бефстроганов, подсел Игорь Иванович: они одновременно стали было уступать ему место за столом, он показал головой, что не надо, и сел на свободный стул. Он поставил поднос и протянул руку Валере: «Игорь». Валера привстал и пожал руку: «Валера». Они стали есть, некоторое время молчали. Валера доел салат и замер, наслаждаясь чувством сытости. Кот сидел рядом и посматривал на него, но, когда их глаза встречались, он жмурился и отворачивался. В столовую группами  входили люди. Наступало время обеда, а, значит, воинская часть подтягивалась. Среди всех единственным человеком в гражданской одежде был Валера. Молчание прервал Павел, он тоже закончил есть и выглядел довольным: «Игорь Иванович, как дела в части? Грейдеры-то вам подкинули?» Игорь отставил тарелку: «Да, как сказать, готовимся зимовать. Учебка и хоз. часть, в основном. Разговаривал с Зиминым, он обещал грейдер на этой неделе. Говорит, городу не хватает. С вашими общался утром. Готовим новый расчет для охраны. Ну, и, понятно, футбол, -- он заулыбался, -- это местная традиция». Паша в ответ улыбнулся: «Обязательно поиграем, только закончу все наряды». Игорь закончил обед, крякнул, слегка откинулся на спинку стула.  -- Рад, что к нам заглядывают гости из Москвы. У нас здесь, в основном, призыв да кое-кто из города заезжает. Конечно, ребята с Базы, -- он глянул на Пашу. -- Как вам обед, Валерий?  Валера уже чувствовал сонливость но поговорить -- это было святое: «Да, все хорошо, кормят прилично у вас, встретили хорошо, все путем», -- он тоже посмотрел на Пашу.  -- Ну, и хорошо. Я в Москве был летом, командировка в Министерство. Тоже неплохо встретились, в театр сводили меня и супругу. Он помолчал и все помолчали. Затем Игорь обернулся к Паше: «Вам подбросить ничего не нужно, раз уж такая оказия?» Паша подался вперед, видимо, он ждал этого вопроса: «Игорь Иваныч, да, все есть но к мероприятию просили ящик водки». Игорь подался вперед: «А кто просил, Игнатьич?» Паша кивнул, и Игорь продолжил: «Это сделаем, только не забудьте потом ведомость в Отдел снабжения вернуть».  Они продолжили говорить и дальше, что-то про ежегодный турнир по боксу, потом о турнире по футболу. Затем про ГСМ, которых, вроде бы и достаточно но нужно почаще возить. И, наконец, про рыбалку -- видимо, пришел сезон ловить хищника на "балду", поспорили о превосходстве ее над «чертиком».  А Валера думал: «Да, серьезное мероприятие, раз ящик дополнительный просят. А, впрочем, там и народу может быть много». Тут кот Вася запрыгнул ему на колени, и он стал гладить его. Кот мурчал и спокойно лежал в позе сфинкса. А вокруг уже выстраивалась очередь на обед, военные переговаривались, заглядывали за спины на ассортимент блюд. Было много женщин, все одетые в одинаковые брючные костюмы, которые смотрелись на них удивительно хорошо. -- Ладно, братцы, я пойду -- служба, а вам -- доброго пути, -- Игорь встал, пожал обоим руки. -- Да, Паша, зайди в штаб, скажи Михалычу, что я разрешил взять ящик из наших стратегических запасов. Тот кивнул: «Спасибо, сочтемся!» Игорь Иванович пошел к выходу. Тут к их столу подошла женщина, что стояла на выдаче: «Давайте, чайку налью», -- она поставила на стол чайник внушительного объема и пару стаканов в подстаканниках. Чай был налит, -- «Приятного!», -- заботливо сказала она и отошла. Они принялись осторожно отхлебывать горячий напиток, думая о своем. «Хорошо бы перекурить перед дорожкой», -- думал Валера. «Главное, успеть до темноты», -- думал Паша. Покончив с чаем, они засобирались. Валера снял рюкзак со спинки стула, куда повесил его перед застольем. Оделись, вышли. Паша залез в салон и завел двигатель. Пока он грелся, Валера закурил, смотря то на машину, то по сторонам. Раздавался смех, шли группы служащих. Наверху было светло, проглядывало голубое небо. Ворона теперь сидела на крыше столовой и, кажется, ждала, что ей достанется еды. Потом они сели в машину и поехали к штабу. Паша на пять минут вышел, потом показался с другой стороны, с ним шел еще один человек в обычном свитере и нес ящик водки. Его убрали в багажник. Паша еще пару минут поговорил о чем-то с человеком и сел за руль.  -- Ну, поехали, сейчас второй час, надо до пяти добраться, чтобы не встать на перевалах в пробку, -- он круто развернулся и они, проехав снова мимо столовой, где у крыльца сидел кот Васька, превратившийся в пушистый шарик, выехали из части на дорогу.  ... Продолжение следует. Статистик / DS