Уроки английской грамматики застали меня ещё в обычной советской школе, где пионеров учили, что London is the capital of Great Britain, что в первом лице будущего времени следует использовать “shall”, а в остальных лицах используется модальный глагол “will”. Много позже практика общения сделала для меня очевидным, что советские учебники устарели; “will” используется повсеместно невзирая на лица, а рудимент глагола “shall” способен всего лишь выразить нотку нетерпения в вопросах типа: “Shall we play a game tonight?” Стоило мне окончательно заменить свой школьный шаблон употребления модальных глаголов “shall” и “will” на клише, отлитое из десятилетий собственной практики, как дивный голос сэра Иэна МакКеллена одной-единственной фразой разрушил устоявшийся было стереотип. В одном из ярких эпизодов кинотрилогии “Властелин колец” волшебник Гэндальф, защищая мост над бездной Мории от демонического существа Балрога и полчищ орков, бьёт посохом оземь и произносит твёрдо и чётко: You shall not pass! Это грозное заклинание Гэндальфа разрушило не только каменный мост Кхазад-дум, но и моё представление о невозможности использования во втором лице модального глагола “shall”.  “Как так?” - крутилось в моей голове, - “В чём тут дело? Архаизм? Привычка британцев говорить, не соблюдая собственные грамматические правила?” С этого и началось моё мини - расследование. Обратившись к английскому первоисточнику, мне без труда удалось обнаружить, что профессор Толкин в главе про Морийский мост использовал другую, хотя и близкую по смыслу фразу, вложив её в уста мудрого мага аж четырежды: You cannot pass! Сэр Питер Джексон в своей экранизации рассматриваемого эпизода романа “Братства кольца” урезал количество этих фраз волшебника ровно в два раза. Гэндальф, стоя на мосту и обращаясь к Балрогу, произносит “You cannot pass”, а затем, уже успешно отразив атаку, эффектно изрекает магическое заклинание “You shall not pass”, которого, повторюсь, не было в авторском оригинале. Сам сэр Иэн Мюррей МакКеллен в шоу Грэма Нортона в 2019 году признался, что фраза, которая стала его визитной карточкой, на самом деле - результат удачной сценической ошибки: Сила фразы Гэндальфа и её прямо-таки магическое воздействие на широкую публику и узкий каменный мост заключается, по моему мнению, в трансцендентной окраске грамматической конструкции “You shall not”. Замена модальных глаголов “will” или “can” на “shall” в отрицаниях придаёт фразам метасмыслы заклинания, завета, табуированного запрета. Возьмём для примера Библию. Действительно, основа христианской морали - десять заповедей, начертанных перстом Божьим на скрижалях завета, используют всё ту же грамматическую форму “You shall not…”, то есть смысл заповедей передаёт модальный глагол “shall” в отрицании во втором лице. Англичане не были бы англичанами, если бы не обыграли взаимообмен “shall” и “will”. Тонущий в Темзе шотландец, не уяснивший себе тонкостей употребления модальных глаголов в лицах, вместо мольбы о помощи: I shall die, no one will save me! выкрикивает фразу самоубийцы, заклиная ни в коем случае не спасать его: I will die, no one shall save me! Таким образом, замена одного модального глагола на другой не является грамматической ошибкой, а передаёт нюансы смысла через грамматику, тогда как в русском языке для передачи смыслового посыла используются другие приёмы. Для непосвященного в тонкости английской грамматики подобные примеры амфиболии способны исказить суть, либо, наоборот, раскрыть богатство оттенков смыслов для грамотного собеседника. А вам встречались английские грамматические конструкции, которые были бы удивительны либо непонятны? Оставляйте их в комментариях, и мы обязательно разберём такие конструкции в следующих статьях.  Метод12 — Английская когнитивная грамматика