Лейб-гвардии Московский полк — пехотный полк Русской Императорской гвардии.
 Дислокация:
     
Расцветим наш дом огнями, 
Редким праздником хвалясь; 
Командир наш, братцы. С нами: 
Брат Царёв – Великий Князь.

Он с солдатом нараспашку, – 
Не лежи лишь набоку! 
И готов отдать рубашку 
Сослуживцу-бедняку!

Мы ломали с Ним походы, 
Он знакомил нас с войной; 
Пили с Ним из Вислы воды, 
Нас Дунай поил честной.

Как Он стал нам Командиром. 
Двадцать пять уж лет прошло, 
И Своим честит Он пиром 
В незабвенное число!

А в столичную усадьбу, - 
В Свой дворец зовёт Он Сам 
На серебряную свадьбу 
Всё боярство по чинам.

Так за чашею заздравной 
Нам вдвойне засесть пора 
И Семье Царя Державной 
Крикнуть Русское «Ура»!
 О действиях полка 26 августа (8 сентября) 1914 г. в бою под Тарнавкой (Галицийская битва): 
 Ровно в 5 часов полк занял исходное положение. Притихшие неприятельские батареи дали без помехи развернуться 12 ротам полка. Солнце им било прямо в глаза, и они, будучи как на ладони, оказались прекрасной мишенью.
 Полковник Гальфтер, бывший впереди, повернулся к своим бойцам:
 – Славные Московцы! Вперед! Помни честь полка!
 И – пошел, прикрыв лицо саперной лопаткой. И полк стройно, как на красносельских маневрах, двинулся за ним.
 Мы, артиллеристы, с невыразимым волнением следили в бинокли за этим грозным, прекрасным и трагическим зрелищем.
 Первые 500 шагов полк прошел без потерь. И тут начался ад. В рядах наступающих рот стали рваться тучи шрапнели. Вот падают ротные командиры Штакельберг, Нищенко, Климович. Позади наступающих цепей остается все больше убитых и раненых…
 Еще около получаса продолжается это восхождение на Голгофу. Вот они достигают подножия горы и залегают в мертвом пространстве. Однако надо спешить – неприятель уже выкатывает орудия из окопов, чтобы картечью в упор расстрелять эти доблестные остатки.
 Но вот огонь орудий как будто смолкает. Их прислугой овладело оцепенение, когда близко, совсем близко надвинулись лица русских солдат.
 Наконец все затихло. Вокруг немецких орудий, ставших тихими и безвредными, собрались остатки полка – 7 офицеров и около 800 солдат. В этой показательной атаке под Тарнавкой московцы потеряли убитыми и ранеными 57 офицеров и более 2000 рядовых
 14 декабря 1825 года 800 солдат полка по агитации штабс-капитана Лейб-гвардии Драгунского полка Александра Бестужева, отказались принимать присягу и первыми из мятежных частей выступили на Сенатскую площадь под командованием Александра Бестужева и двух собственных штабс-капитанов, Михаила Бестужева и Дмитрия Щепина-Ростовского. При этом Щепин-Ростовский нанёс сабельный удар командиру 1-й бригады 1-й гвардейской пехотной дивизии, в которую тогда входил полк, генерал-майору Шеншину, командиру полка барону Фредериксу, а также его заместителю подполковнику Хвощинскому.
 В результате подавления мятежа артиллерийским огнём из числа восставших московцев погибли 93 рядовых чина. Часть оставшихся в живых переведены на Кавказ.
 В начале 1826 года из нижних чинов и офицеров гвардии, «невольно впавших в проступок» 14 декабря 1825 года был сформирован Лейб-гвардии Сводный полк. В состав полка вошел второй батальон Лейб-гвардии Гренадерского полка и три роты второго батальона Лейб-гвардии Московского полка, а также некоторое число людей из учебного Карабинерного полка. В конце зимы 1826 года полк был отправлен на Кавказ, для участия в отражении нападения персов, чтобы «смыть вину кровью».
 С начала 1827 года в Лейб-гвардии Сводный полк стали поступать бывшие солдаты Лейб-гвардии Семеновского полка, отправленные на Кавказ за участие в «Семёновской истории» 1820 года (всего 145 человек). В начале 1828 года в полк стали поступать также бывшие солдаты Лейб-гвардии Московского и Гренадерского полков и Гвардейского экипажа, выключенные из гвардии и отправленные на Кавказ за участие в событиях декабря 1825 года (всего 581 человек). Из этих солдат была сформирована гренадерская рота батальона Лейб-гвардии Московского полка, а также усилены прочие роты Лейб-гвардии Сводного полка.
 В самом конце 1828 года полк вернулся в Санкт-Петербург и его батальоны были присоединены к своим полкам.
 1911.7.11. Знамя Георгиевское юбилейное обр.1900. Полотнище и кайма алые, шитьё золотое. Навершие обр.1875 (Г.Гв.) Древко жёлтое. «ЗА ОТЛИЧIE ПРИ ПОРАЖEHIИ И ИЗГHAHIИ НЕПPIЯТЕЛЯ ИЗЪ ПРЕДЪЛОВЪ POCCIИ 1812 ГОДА» (на отрезке Георгиевской ленты). «1811-1911». Спас Нерукотворный. Андреевская юбилейная лента «1911 ГОДА» «1811 г. ЛЕЙБЪ ГВАРДІИ ЛИTOBCKIЙ ПОЛКЪ».
 (Командующий в дореволюционной терминологии означал временно исполняющего обязанности командира. С 1820-х годов должности командира гвардейского полка соответствовал чин генерал-майора, и при назначении на эту должность полковников они оставались командующими до момента своего производства в генерал-майоры).
 Участие в боевых действиях Первой мировой войны
 Часть отличилась в ходе боя при Тарнавке 26 - 27 августа 1914 г., понеся тяжелые потери и взяв значительные трофеи.
 Полк - активный участник Красноставского сражения в июле 1915 г., в ходе которого сражался у дер. Бзите. Участвовал в Люблин-Холмском сражении в том же месяце. Сражался в Виленской операции в августе-сентябре 1915 г.
 Сооружён в 1912 году, архитектор неизвестен. Расположен южнее деревни Семёновское слева от дороги, ведущей на железнодорожную станцию Бородино. Памятник представляет собой четырёхгранный обелиск розового гранита, сужающийся кверху. На вершине монумента — бронзовый двуглавый орёл с короной. На одной из граней постамента высечены слова из рапорта генерала П. П. Коновницына М. И. Кутузову: «…полки Измайловский и Литовский в достопамятном сражении 26 августа покрыли себя вечной славою».
 
Двухметровый чугунный крест, у подножия которого находится плита с надписью: «В память 28 солдат и унтер-офицеров лейб-гвардии Московского полка, павших за освобождение Болгарии в бою близ Арабконака 21 ноября 1877 года».