«Остров мёртвых» (нем. Die Toteninsel) — самая известная картина швейцарского художника-символиста Арнольда Бёклина (1827—1901). В период 1880 — 1886 годов Бёклин создал пять вариантов картины. Шестой вариант написал в 1901 году.
 Согласно наиболее распространённой версии, композиция навеяна древнегреческим мифом о нимфе Калипсо с острова Огигия на Крайнем западе (Запад символизировал «страну мёртвых»), куда попал спасшийся во время бури на море Одиссей. Калипсо держала у себя Одиссея восемь лет (в иной версии — один год), скрывая от остального мира. Калипсо тщетно желала соединиться с Одиссеем навеки, предлагая ему бессмертие и вечную юность. Одиссей не переставал тосковать по родине и жене. Наконец, боги сжалились и послали к нимфе Гермеса с приказанием отпустить героя домой.
 В иной версии Бёклин имел в виду таинственный остров феаков. Среди грозных скал таинственного острова, на которых виднеются остатки каких-то древних построек, образующих нечто вроде входа в Аид, художник изобразил кипарисы — в античности эти деревья связывали с культом умерших. Арнольд Бёклин изобрёл собственную иконографию, соединив аллюзии античности, классику и настроения немецкого символизма накануне эпохи модерна. Картину, написанную швейцарским художником в Италии, признали «своей» немецкие романтики и символисты, увидев в ней «тевтонский дух». «Романтизм Бёклина, — писал в начале XX века русский художественный критик С. К. Маковский, — ещё в первое его посещение Италии принял мифологический и исторический характер… Художник натурализует образы классической поэзии, придавая им чисто германский, национальный колорит». Маковский называл метод художника «интимным пантеизмом».
 В лодке, подплывающей к острову, изображены двое: гребец и фигура, укутанная в белое покрывало. Белую фигуру считают либо Одиссеем, либо «жрецом». Перед фигурой — прямоугольный ящик, который обычно интерпретируется как гроб. Гребца связывают с образом Харона, перевозчика в страну мёртвых, а водное пространство, которое пересекает лодка, — с реками Стикс или Ахерон. Бёклин не давал названий своим картинам, никогда их не подписывал и не датировал, что затрудняет любую интерпретацию. Поэтому иконографы в подобных случаях исходят не из сюжета, а из историко-культурной ситуации.
 Бёклин завершил первый вариант картины в мае 1880 года во Флоренции, предназначавшийся для его покровителя Александра Гюнтера, но картина осталась у автора. В 1920 году картина была приобретена Обществом Готфрида Келлера. В апреле 1880 года мастерскую Бёклина во Флоренции посетила Мари Берн, вдова финансиста Георга фон Берна и будущая жена немецкого политика Вальдемара да Сильвейра, графа Ориолу. Её поразила неоконченная картина на мольберте, и Бёклин создал для неё второй, уменьшенный вариант на дереве, добавив по её просьбе гроб и женскую фигуру как аллюзию на смерть её мужа. Впоследствии он добавил эти элементы и в первый вариант.
 Третий вариант картины Бёклин написал в 1883 году для своего торгового агента и коллекционера Фрица Гурлитта. В нём впервые появились инициалы «A. B.» на одной из похоронных ниш в скале справа. В 1933 году картина была выставлена на продажу. Её приобрёл Адольф Гитлер. Фюрер считал Бёклина «своим художником» за «истинно тевтонский дух». Картина сначала находилась в его личной резиденции в Бергхофе, а после 1940 года украшала кабинет Рейхсканцелярии в Берлине. Кроме неё в коллекции Гитлера находилось ещё десять произведений Бёклина.
В 1884 году по финансовым обстоятельствам возник четвёртый вариант, приобретённый предпринимателем и коллекционером бароном Генрихом Тиссеном. Картина находилась в филиале его Берлинского банка в Роттердаме, где и сгорела при бомбардировке во время Второй мировой войны. Ныне известна только по чёрно-белой фотографии.
 Пятый вариант был заказан художнику в 1886 году лейпцигским Музеем изобразительных искусств, где и находится по сей день.
 Над шестым вариантом Бёклин работал в последний год жизни совместно со своим сыном Карло, на ней две подписи, из которых следует, что Карло был основным исполнителем.  О ее существовании было известно из письменных источников, однако на протяжении ХХ века ее местонахождение было неизвестно. Как оказалось, картина оставалась частной собственностью, в 2010 году была передана владельцами «на длительное хранение» в  Эрмитаж; с тех пор экспонируется в здании Главного штаба. Осенью 2022 года стало известно о ее приобретении музеем за 40 млн. рублей. Из сообщения пресс-службы следует, что картина находилась в России, предположительно,  еще с периода жизни Беклина-младшего до революции в Москве. Степень участия Карло в написании полотна эксперты музея оценивают как очень высокую, из-за чего цена приобретения картины оказалась не так высока, как могла бы быть. 
 В 1888 году Бёклин написал картину «Остров жизни», задуманную как антитеза к «Острову мёртвых». В ней он также изобразил маленький остров, но со всеми признаками радости и жизни. Вместе с первой версией «Острова мёртвых» эта картина входит в коллекцию Художественного музея Базеля.
 Сюжет картины был использован при создании мозаики для двух оригинальных надгробий — могилы Георга Лиона на Введенском кладбище в Москве и могилы Густава Баумайстера на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге (на втором мозаика утрачена), а также при реконструкции паромной переправы на остров-усыпальницу Людвигштайн в Выборге.
 В 1932 году Сальвадором Дали была написана картина под названием «Истинное изображение „Острова мёртвых“ Арнольда Бёклина в час вечерней молитвы». На ней изображён пустынный берег моря, вдали виднеется Остров; с краю, с левой стороны, нарисован каменный куб, на котором стоит чайная чашка с торчащим из неё металлическим стержнем. Широко известно, что творчество позднего Бёклина оказало значительное влияние на развитие сюрреализма и магического реализма в живописи; такими полотнами, как «Остров мёртвых», в котором сочетались характерные для сюрреализма Дали и Рене Магритта «ирреальное» настроение и виртуозная прорисовка деталей, восхищались Джорджо де Кирико, Макс Эрнст и сам Дали.
 Печатные репродукции картины были очень популярны в Европе в начале XX века. Так, Владимир Набоков в романе «Отчаяние» (1934) заметил, что их можно «найти в каждом берлинском доме».
 Арсений Тарковский упоминает их в перечне безвозвратно ушедших примет дореволюционного времени:
 Где «Остров мёртвых» в декадентской раме?
Где плюшевые красные диваны?
Где фотографии мужчин с усами?
Где тростниковые аэропланы?
 Упоминания о репродукциях картины как стандартной примете домашней обстановки с претензиями на изысканность есть у Тэффи, Ильи Эренбурга, в поэме Владимира Маяковского «Про это», романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев», а также в другом романе Набокова — «Машенька», в повести Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда». Картина играет важную роль в романе Михаила Елизарова «Земля» (2019). Существует роман «Остров мёртвых», автор которого — американский фантаст Роджер Желязны. Описанию картины посвящено стихотворение Еремея Парнова «Остров Бёклина» (сборник «Рок и ужас», 2008).
 Декорации к опере Рихарда Вагнера «Валькирия» в постановке Патриса Шеро (1980; Пьер Булез и оркестр Фестивального театра в Байройте) были созданы по мотивам картины Беклина.
 «Остров мёртвых» часто упоминается (и присутствует во втором эндинге) аниме «Тёмный дворецкий». Во втором сезоне «Тёмного дворецкого» он же является местом финальной битвы между демонами.
 «Остров мёртвых» упоминается в манге «Необыкновенная история острова Панорама» авторства Суэхиро Маруо. На острове, воспроизводящем картину Бёклина, Хиросуке Хитоми захоронил тело убитой им Рэйко Комоды.