Алексе́й I Вели́кий Комни́н (греч. Αλέξιος Α΄ Μέγας Κομνηνός; 1181 (1181), Константинополь — 1222, Трапезунд) — первый император Трапезундской империи в 1204—1222 годах, основатель династии Великих Комнинов.
 Алексей был старшим сыном севастократора Мануила Комнина и приходился внуком византийскому императору Андронику I. Имя матери Алексея и его младшего брата Давида не сохранилось в источниках. Историк Александр Васильев полагает, что их матерью была грузинская княжна Русудан. После гибели своих деда и отца в результате переворота в 1185 году в Константинополе, малолетних Алексея и его брата Давида тайно вывезли в Грузию к их тетке, царице Тамаре.
 По версии историка Джорджа Финлея, Алексей и Давид оставались в Константинополе, и каким-то образом были защищены от угрозы со стороны преемника Андроника, императора Исаака II Ангела. Эдуард Гиббон предполагал, что братья были сделаны новым императором губернаторами Трапезунда, а когда Четвёртый крестовый поход завершился падением Константинополя, Алексей объявил себя там императором.
 Родственные связи Алексея с царицей Тамарой ныне подвергаются сомнению, несмотря на данные летописца Михаила Панарета, который называл Тамару теткой Алексея по материнской линии. Историк Кирилл Туманов утверждал, что его дед Андроник во время пребывания в изгнании в Грузии женился на сестре царя Георгия III. Но современный историк Мишель Куршанскис не соглашается с Тумановым, приводя доказательства того, что мать и бабушка Алексея на самом деле происходили из Палеологов или Дук, но не может дать объяснение, почему Панарет называл Тамару теткой Алексея.
 Чем занимался Алексей между 1185 годом, когда Андроник был свергнут и убит, и 1204 годом, когда он и Давид прибыли в Трапезунд, источники также не рассказывают. Общепринятой версией является то, что братья нашли убежище при дворе Тамары. Васильев даже предполагает, что грузинский стал их родным языком. Однако Куршанскис отмечает, что роль грузинской элиты в окружении Алексея была не слишком значительной, и формировавшаяся вокруг него свита в политическом и культурном планах смотрела в сторону Константинополя.
 После захвата Константинополя крестоносцами в 1204 году у изгнанников появилась возможность попытаться вернуть себе императорскую власть. При военной поддержке Грузии Алексей и Давид утвердили свою власть в нескольких городах на южном побережье Чёрного моря, и вскоре после этого 22-летний Алексей был провозглашен императором.
 Васильев был одним из первых историков, подозревавших, что Тамара помогала своим молодым родственникам не только из-за родственных связей. «Религиозно настроенная Тамара имела привычку даровать милостыню монастырям и церквям не только в своей стране, но и на всем Ближнем Востоке, — писал Васильев в 1936 году. — Одно из таких пожертвований она передала с группой монахов, следовавших в Иерусалим, но ценности были отобраны в Константинополе по приказу императора Алексея III Ангела». Алексей отказался их вернуть царице, и Тамара, очевидно, решила отомстить за оскорбление, поддержав своих племянников в их вторжении на византийские территории.
 Алексей и Давид начали свой поход на Трапезунд ещё до известия о разграблении Константинополя 13 апреля 1204 года. По словам Васильева, их первоначальным намерением было не создание плацдарма для восстановления Византийской империи, а «отрезание» от Византийской империи буферной территории для защиты Грузии от турок-сельджуков. Куршанскис согласился с Васильевым, что Тамара была мотивирована местью за оскорбление со стороны Алексея Ангела. Он указывал, что Алексей изначально собирался свергнуть династию Ангелов. Однако вскоре после того как братья получили контроль над Трапезундом, пришла новость о падении Константинополя, и Комниным пришлось переключиться на соперничество с никейским императором Феодором Ласкарисом и эпирским деспотом Михаилом Комниным за лидерство среди правителей бывших имперских земель.
 В течение следующих месяцев Давид двинулся на запад на покорение остальной части Понта и Пафлагонии. Он прошел вдоль побережья, захватив Гиресун, Сиде, Амасру и Гераклею Понтийскую. Между тем Алексей завладели Лимнией, Самсуном и Синопом. Занятие Пафлагонии дало братьям важный плацдарм, тем более что семья Комниных была популярна в этих местах.
 В то время как Давид был в Пафлагонии, Алексей был вынужден оставаться в районе Трапезунда, защищая восточную часть своих владений от нападений турок-сельджуков. Их атаки завершились неудачной осадой Трапезунда султаном Кей-Хосровом I в 1205 году.
 Хотя Феодор Ласкарис отразил попытку Комниных захватить Никомидию в 1207 году, внуки Андроника Комнина на тот момент уже правили крупнейшей из трех византийских государств-«осколков». Их владения простирались от Гераклеи Понтийской вдоль побережья до Сотериопулоса на грузинской границе. Алексей также присоединил часть Крыма с Херсонесом и Керчью. Современники могли бы предположить, что возвращение Комниных на византийский престол, является лишь вопросом времени.
 Однако после нескольких поражений трапезундцев от войск никейского императора Феодора Ласкариса и сельджуков, Алексею пришлось отказаться от претензий на общевизантийский престол.
 Ласкарис сначала обезвредил своих конкурентов в борьбе за никейскую корону — Мануила Мавросома и Феодора Мангафа, — и был коронован императором в марте или апреле 1206 года. Он также пресек попытки латинского короля Генриха Фландрского расширить латинские плацдармы в Анатолии. А в 1208 году Феодор решил нанести удар по владениям брата Алексея, Давида, в Пафлагонии. Он пересек реку Сангария и осадил Гераклею Понтийскую. В ответ Давид послал депутацию к Генриху Фландрскому с просьбой о помощи. Генрих повел свои войска через Мраморное море и занял Никомидию, угрожая тылам Ласкариса и заставив его снять осаду и вернуться домой. Он также понес немалые потери — около 1000 человек погибли при пересечении разлившейся Сангарии.
 Несмотря на эту неудачу, Феодор не отказался от своих претензий на Пафлагонию. После поражения сельджуков на Меандре он заключил договор с новым сельджукским султаном Кей-Кавусом I, и вместе они вторглись во владения Комниных. В соответствии с панегириком Никиты Хониата, войска Феодора и сельджуков не встретили сопротивления и заняли Гераклею Понтийскую и Амастри.
 В этот период Давид Комнин исчезает с исторической арены. Согласно рукописи, написанной на Афоне, он умер монахом Ватопедского монастыря 13 декабря 1212 года. Как он прошел путь от главного соратника Алексея до монаха, источники не сообщают. Историк Шукуров считает, что это молчание источников было умышленным, и Давид каким-то образом опорочил себя и был отправлен в монастырь по приказу Алексея. Возможно, Давид, столкнувшись с очередной атакой Ласкариса, стал вассалом врага — Латинской империи, поскольку, как считает историк Уильям Миллер, «он мог предпочесть номинальный латинский сюзеренитет никейской аннексии».
 Куршанскис предполагает, что Алексей также интриговал против султана Кей-Кавуса, поддерживая претензии его брата Кей-Кубада на престол. Это могло стать дополнительным стимулом для сельджукского султана объединиться с Ласкарисом.
 Кей-Кавус, реализуя положения альянса, решил захватить Синоп, самый важный порт на Чёрном море. Алексей Комнин был пленен, когда охотился за пределами города с эскортом из 500 всадников. Султан распорядился показать Алексея защитникам города. Султан также послал доверенное лицо в город, чтобы договориться о капитуляции. Однако жители ответили: «Пусть Алексей взят в плен. Однако он вырастил сыновей в Трапезунде, которые способны править. Мы изберем одного из них в качестве нашего правителя и не отдадим страну туркам».
 Взбешенный султан приказал пытать Алексея на виду городских стен, и защитники дрогнули. Начались переговоры, и 1 ноября 1214 года жители сдали город сельджукам. Алексей был освобожден и признал вассальную зависимость от Конийского султаната. В большой степени благодаря этому, а также политическому союзу с Грузией, достаточно слабая в военном отношении Трапезундская империя была в состоянии в течение двух с половиной веков сохранять собственную государственность.
 Потеря Синопа сократила Трапезундские владения — теперь их границы проходили всего в 250 км от столицы. Потеря Гераклеи также изолировала Трапезунд от контактов с Никейской империей и другими греческими землями. Отрезанные от остальной части византийского мира, правители Трапезунда на ближайшие два поколения обратили своё непосредственное внимание на Восток.
 Ничего определенного о дальнейшей жизни Алексея неизвестно. Он умер в возрасте сорока лет 1 февраля 1222 года после 18-летнего царствования. Его старший сын Иоанн был передан под опеку его зятя, Андроника I Гида.