– Нет, так дело не пойдет! – почти кричал взбешенный Анатолий Викторович. – Я не понимаю, за что плачу такие – заметьте, не малые – деньги! Чем программисты лучше других? Они что, какие-то особенные? – У них высокая творческая составляющая в работе, как я понимаю. – как могла спокойнее произнесла Татьяна Владимировна. – Поэтому сложно измерять их работу, как процесс. – Вот этими сказками я уже сыт по горло, про таинство творческих профессий! Слава Богу, у нас еще дизайнеров нет... Инженеры-конструкторы тоже постоянно на творчество ссылаются. – Елена Анатольевна, вы, как HR, что можете сказать? – после минутной паузы, немного успокоившись, спросил Анатолий Викторович. – Неужели нет практик по измерению работы программистов? Что, весь мир мучается, платит огромные деньги и не понимает, за что? Неужели нет возможности программирование отехнологичить, нарисовать в виде процесса, измерить, установить критерии? – Можно, конечно, Анатолий Викторович. – Чуть запинаясь и, кажется, краснея от волнения заговорила Елена Анатольевна. – Есть несколько методов, многие – довольно объективные. Например, измерение объемов программного кода. – Отлично, как я рад это слышать! Вы не представляете, как давно я ждал этих слов! – Анатолий Викторович улыбался, не в силах скрывать эмоции. – Погодите, а разве количество строк кода и сложность, да и трудозатраты, однозначно связаны? – спокойно, но с некоторой долей иронии проговорила Татьяна Владимировна. – Конечно, для каждой конкретной задачи зависимость будет плавать. – сбивчиво затараторила Елена Анатольевна. – Но в целом, в среднем, в объеме – этим цифрам вполне можно доверять. – Давайте пробовать! – энтузиазм Анатолия Викторовича был неудержим. – Как запустить такую систему? Какие нормативы? – Я все сделаю, Анатолий Викторович! – с явно картинной решительностью, громко и четко произнесла Елена Анатольевна. – Принцип нормирования простой: смотрим количество строк кода за последние 3 месяца, смотрим сумму окладов, делим одно на другое – получаем расценку. Немного увеличиваем, чтобы было к чему стремиться – и вперед! – Действуйте! – Чего они там опять придумали? – тяжко вздохнув, спросил Колян. – Измерять количество строк кода, и за них платить нам зарплату. – сказал Сергей. – Блин, вот дебилы. Не понимают что ли – чем меньше кода, тем лучше? – Ну поди им объясни. – недовольно процедил Сергей. – Я говорил с новой ХаРэ, ей пофиг, выслужиться хочет. – А в чем выслужиться-то? Новую бессмысленную систему мотивации програмистов сделать? – не унимался Колян. – Стать первой в мире теткой, обуздавшей программистов. – с улыбкой произнес Сергей. – Вот корова блин. Не на тех напала! Мы ей столько строк кода выдадим, что считать запарится! – Да тут и думать нечего, херачим по полной. Никакой оптимизации, повторного использования кода, абстракций и прочей ереси. Эх, не думал никогда, что такие вещи буду ересью называть... – О, вот еще идея! Давай больше не будем зависимости использовать! -радостно вскрикнул Колян. – Это как, без зависимостей-то? React выкинуть? Pouchdb? Alasql? С дуба рухнул? Навернется же система. – Не, ты не понял. Использовать будем, только пусть они не в node_modules лежат, а в наших папках. Ну типа мы сами их пишем. Тупо код в свои модули копируем, аккуратно, чтобы все классы с методами на местах остались, и строки себе в зачет ставим! – Шаришь, Колян! А если кто докопается, скажем, что это – форк с нашей оберткой, потому что в чистом виде для наших целей не годится. – Ага, и весь прогрессивный мир будет на нашу зарплату пахать, сам того не зная! – Ну, главное – не переборщить, чтобы в глаза не бросалось сильно. – Само собой, мы ж не дураки. – Наталья Геннадьевна, я уверен, что вы – профессионал высочайшего класса, и сможете создать эффективную систему измерения труда программистов. – устало начал Анатолий Викторович. – Да, у Елены Анатольевны, вашей предшественницы, не очень получилось. – с пространной улыбкой сказала Татьяна Владимировна. – НЕ ОЧЕНЬ ПОЛУЧИЛОСЬ? – мгновенно вспыхнув, вскочил со стула Анатолий Викторович. – За квартал использования системы я заплатил программистам вдвое больше денег! Притом, что меня спасло заложенное в систему ограничение – не более двух окладов! – Ну да, и притом, что Елена Анатольевна каждый месяц вдвое увеличивала им нормы. – примирительным тоном сказала Татьяна Владимировна. Получается, наши программисты способны выдавать в шесть раз больше кода за те же деньги. – А функциональность системы почти не меняется. Зачем тогда весь этот код? В разы, в десятки раз больше кода? Если толку для бизнеса – ноль. – Да, вероятно, была ошибка в системе расчета. – продолжала Татьяна Владимировна. – Это не ошибка, Таня, это ущербность. И системы, и специалиста, ее придумавшего. – немного успокоился Анатолий Викторович. – Ну ладно, дело прошлое. Слава Богу, мы вовремя одумались, остановили эту, с позволения сказать, мотивацию и расстались с Еленой Анатольевной. – Теперь вся надежда на вас, Наталья Геннадьевна. – усевшись обратно за стол, продолжил Анатолий Викторович. – Как, кстати, правильно – Наталья или Наталия? – Наталья. Но мне без разницы. – уверенно проговорила Наталья Геннадьевна. – Ну ладно, а то у нас есть финансовый директор, всю плешь проела с тем, что она Наталия. Буквально перестала на письма отвечать, если мягкий знак ставят. – Мне важно содержание, а не форма. – строго и четко начала Наталья Геннадьевна. – Количество строк кода – это форма. Решенная строками кода задача – это содержание. Значит, измерять и платить надо за задачи – решенные, отлаженные, принятые заказчиком, с понятной пользой для компании. – Это распространенная практика? – На этот раз Анатолий Викторович решил не соглашаться сразу. – Да, конечно. – все более уверенно и твердо продолжала Наталья Геннадьевна. – Распространенная, потому что простая и естественная. Проекты, процессы, цели – это все надстройки, в основе которых лежат атомарные сущности – задачи. – Такое ощущение, что с программистом разговариваем. – засмеялась Татьяна Владимировна. – Атомарные, сущности. Они еще часто метрики упоминают. – Само собой, метрики, только у нас это называется KPI, или КПЭ. – нисколько не смутившись, продолжила Наталья Геннадьевна. – Я не программист, но у меня большой опыт работы с этой категорией сотрудников. – Не-не, я ничего плохого в виду не имела. – Татьяна Владимировна сделала вид, что смутилась. – Наоборот, ваше знание специфичной терминологии дает нам уверенность, что вы хорошо знаете специфику работы программистов. – И сможете их, наконец, оцифровать! – хлопнув ладонями по столу, подытожил Анатолий Викторович. – А что именно вы сделаете основой для расчета? – поинтересовалась Татьяна Владимировна. – Количество решенных задач. Объем трудозатрат в задачах бывает разным, но всегда есть средний чек, как в ресторанах. Его и возьмем за основу. Хочешь получать больше – решай больше задач. Все. – Действуйте! – Чего они там опять придумали? – недовольно пробурчал Колян. – Слушай, Колян, ты прям как корова, которая… – начал было Сергей. – А в дыню? Какая еще корова. – возмутился Колян. – Да погоди ты, бык театральный, дослушай сначала. – примирительно сказал Сергей. – Сказку помнишь, про Крошечку-Хаврошечку? Которая приходила к корове со своей бедой, та говорила типа влезь ко мне в ушко, вылезь в другое, и будет тебе счастье. Ну или как Конёк-Горбунок. – Ладно, живи. Так чего там нового в оценке нашей, прошу прощения, работы? – Будут считать количество задач, и на основе этого количества платить зарплату. – Блин, это даже скучно. – Колян лениво почесал пузо. – А что, код теперь не надо генерировать? – Нет, с этим все. – Ну Слава Богу, наконец-то вернем зависимости. Я задолбался в диффы react’а пялиться. – Что, у тебя и готовое решение есть? По задачам? – Какое готовое решение, ты чего, как маленький. Эх, чему вас только в вашей Бауманке учат. Даже мне, ПТУшнику, понятно, что надо просто увеличить количество задач. – Ну и как это сделать? Задачи-то пользователи ставят. – А где написано, что только пользователи могут ставить задачи? – хитро прищурился Колян. – А это мысль… Давай я в должностной инструкции и процессе гляну? Сергей достал из стола бумаги и начал усиленно в них копаться. Колян, недолго думая, убежал покурить. – Слушай, и правда, ничего не сказано о том, кто может ставить задачи. – продолжил Сергей после пятнадцатиминутного копания в бумагах. – Процесс согласования с начальником отдела-инициатора описан, а ограничений – нет. – Ну и прекрасно! – сказал довольный Колян. – Только наглеть не надо, давай и через пользователей задач нафигачим. – Это как? Мы со всеми переругались, пока код генерировали. – спросил Сергей. – Мы-то со всеми, а один чувачок сохранил старые связи. – Ты про кого? Про Бородатого что ли? – Про кого же еще. Стасян! – громко позвал Колян. – Ау! – отозвался Стас. – Чего ау, в лесу заблудился что ли? Давай, чеши сюда. – взмахом руки подозвал Колян. – Давай, короче, выручай отдел, ты нам нужен, мы же команда, бла-бла-бла. – Задолбал, говори, чего надо – недовольно пробормотал Стас. – Поднимай старые связи, иди к девчонкам, посиди с ними, потыкайся в системе, собери все глюки, неудобности там, в интерфейсе, кнопки передвинуть может надо, или цвета поменять. И не вылезай от них, пока задачу не оформят от своего имени. – Э… А им-то это нафига? Как я их убеждать буду? – Блин, а как ты их убеждаешь прибегать по утрам и целовать тебя в щечку? – засмеялся Колян. – Пригрози лишить их этого… Ну как его… Чем ты их там наделяешь… Вот этого и пригрози лишить. – Ну вы злые. – картинно возмутился Стас. – Да, и это: одна хотелка – одна задача. Это всех касается. Не нужны нам портянки со списками требований. – Это уже перебор, заметят, докопаются. – начал волноваться Сергей. – Не, я недавно в блоге Лебедева читал, что это – крутой лайфхак, когда в одном сообщении или задаче – одна тема или проблема. – А, ну ладно тогда. Ссылку кинь, я сохраню себе. – Не вопрос. – Ну, Галина Сергеевна, вы все знаете. – голос Анатолия Викторовича звучал очень устало. – Еще на собеседовании мы рассказали вам о проблеме с программистами, и о неудачных попытках, предпринятых предыдущими директорами по персоналу. Я, если честно, уже не верю в то, что задача измерения их работы может быть решена. – Напрасно, Анатолий Викторович! – Галина Сергеевна выглядела (всегда) на редкость жизнерадостно. – Просто были использованы устаревшие практики. Очень устаревшие. Я прошу прощения, некрасиво осуждать своих предшественников, у нас есть негласный кодекс, как у врачей. Но, тем не менее… – А можете поподробнее, Галина Сергеевна? – оживилась Татьяна Владимировна. – Я не с целью посплетничать, мне действительно интересно, как директору. Так сказать, в целях повышения образованности. – О, да сколько угодно! Первый вариант, с количеством строк кода, устарел лет двадцать назад. В те времена почти весь код писал сам программист, не было заимствований, шаблонов, готовых модулей и библиотек. Строка кода была… Как это выразить… Ну короче, это была СТРОКА. Местами даже был построчный ввод, когда ее потом нельзя было редактировать. Еще какие-то перфокарты были, бумажки такие, которые уже не исправишь. Вот тогда строка была нормальной единицей измерения. – А второй вариант, с задачами? – Это неплохой вариант, но не для внутреннего ИТ-отдела большого производственного предприятия, а, например, для интегратора или чисто ИТшной компании, работающей с поддержкой в трекере. Там задачи, действительно, в среднем похожи, и на основе их количества можно понимать вклад каждого сотрудника. В случае же серьезного бизнеса, как наш, такой подход не годится. – Еще как не годится! Как в песне, я прошу прощения, пахабной – «вдруг, откуда ни возьмись, появился в рот е*ись!». – возмутился Анатолий Викторович. – Оказалось, что наши сотрудники только и ждали возможности понаписать задач в ИТ-отдел! В три раза больше написали, чем когда-либо прежде! – Да, это издержки позадачного подхода. Традиционная ошибка. – с улыбкой произнесла Галина Сергеевна. – Хорошо, а вы что предлагаете? – спросила Татьяна Владимировна. – Проектный подход. Нас, то есть бизнес, не интересует код, не интересуют задачи. Только результат, выраженный в достижении критериев успешности проекта. Сделал проект – получи премию. Не сделал проект, неважно, по какой причине – сиди ночами, в выходные, доделывай. Если хочешь премию, разумеется. – Погодите, проекты же длинные, в месяц больше одного не уложишь. – засомневалась Татьяна Владимировна. – Разумеется, нам придется изменить систему выплат. Каждый месяц программисты будут получать оклад, а премию – раз в квартал и по результатам выполнения проектов. – Я боюсь опять ошибиться. – начал Анатолий Викторович. – Но проектный подход мне нравится. Он мне понятен. Есть конкретный руководитель, есть критерии, есть качественный скачок функциональности. – Разумеется, это самый современный подход. – поддержала Галина Сергеевна. – Весь мир живет проектами, в том числе на государственном уровне. Не пристало бизнесу копаться в задачах и программном коде. Только результаты, только проекты. – Мне нравится! Действуйте! – Ну давай умник, придумывай, как теперь будем выкручиваться. – ехидно спросил Сергей. – Чего, опять власть меняется? – недовольно спросил Колян. – Да, теперь все серьезно. Нет задач, есть проекты. Да, и премия теперь квартальная, а не месячная. – Блин, да что у них там с головой… Как будто сгноить нас тут хотят… – Ну а ты чего хотел… Может, п-р-о-с-т-о р-а-б-о-т-а-т-ь н-а-ч-а-т-ь? – нараспев проговорил Сергей. – Просто работать – просто получать. Они ж нас замотивировать хотят, на какие-то, прошу прощения, достижения. Вот и получают достижения. – Ладно, лирику в сторону. Делать что будем? – Есть какие-то бумажки, регламенты, или чего там? Как будет работать новая система? – Да, у меня в почте. Скинуть почитать? – Да, давай. И отвали на полчаса, Чапай думать будет. Через 15 минут диалог возобновился. – Ну, пациент скорее жив, чем мертв. – с легкой ухмылкой проговорил Колян. – Давай, рассказывай, я весь в нетерпении. – Сергей сказал правду. – Ну, смотри, главное – критерии успешности определяет руководитель проекта. – Это очевидно, на то он и руководитель. – Погоди умничать, ботан. По должности руководителя проектов, опять же, нет ограничений – им может быть кто угодно, хоть уборщица тетя Валя. – Ой, только давай не будем опять просить Бородатого, чтобы он превратил девочек-логисток в руководителей проектов. Такой номер точно не прокатит. – Такой нет, а вот ты, засранец эдакий, с твоими степенями и дипломами, вполне на такую роль сгодишься. – Сгодиться-то сгожусь, а толку-то? К нам сейчас очередь выстроится из хочунов проектов, в лице руководителей отделов. – уныло пробормотал Сергей. – Пусть выстраиваются, жалко что ли. – усмехнулся Колян. – Возможно, нам придется поиграть в Гамбит – просрать один квартал премии, но отбить у них желание руководить проектами ИТ. Понимаешь? – Пока нет, если честно… – Ну ты дурья башка… Руководить проектом разработки и внедрения информационной системы – это не только почетно, но и адски трудно, если заниматься этим серьезно. Согласование требований одно чего стоит. – А чего оно стоит? Если он сам требования написал. – Это ему так кажется, что он для своего отдела написал. Вот кто придет? Служба снабжения? Личные кабинеты поставщиков попросит? – Да, думаю придет, давно ноют про свои кабинеты. – Так вот, сразу запускаем адский круг. В личном кабинете будут договоры – так? Типовые, шаблонные, но это пофиг. Пусть идет в юридический отдел согласовывать. – Ну, допустим, сходит. – Потом в бухгалтерию, потому что там будут счета на оплату и накладные. Так? – Так. – Половина, так сказать, заказчиков, сдастся на этом месте. Там ведь надо не только свой автограф поставить, но и реально согласовывать требования. А тот же начальник снабжения – ни в зуб ногой в тех же накладных и особенностях Российской Системы Бухгалтерского Учета. – Ну, допустим, без нас он этого сделать не сможет. И что с того? Что дальше? – Дальше – как в сказке. Надо согласовать процедуру проверки поставщиков со службой безопасности. А кто лучший друг службы безопасности? – Не знаю, кто? – Да что с тобой сегодня… Петрович их лучший друг. – Петрович? Как сисадмин стал лучшим другом СБ? – Как-как… Установил следилку на все компы, все логи им дает, уже пропарсенные, индексированные, чуть ли не классифицированные по вероятности угрозы. А кто начальник Петровича? – Я. – А больше похоже, что я. – уже немного агрессивно напирал Колян. – Ты пойми главное: надо создать ощущение невозможности управления проектом ИТ. Нет, не так… Ощущение невыносимости! – Так он просто спрыгнет, и вместо него придет другой. – А ты, Сережа, ворон-то не считай, будь рядом с человеком, подставь плечо, поддержи. Ну как эти, которые возле ГИБДД помогают за пару тысяч рублей договор купли-продажи оформить. Или как риелторы. Ну ты понял. Чтобы он всегда понимал обходной путь. – А в чем он заключается-то? Что мы поможем бумажки оформить что ли? – Слушай, не беси меня. Ты можешь сам руководить проектами ИТ. Это нормально, понятно и современно. А человеку дашь какую-нибудь почетную должность, я не знаю. Заказчик проекта, или куратор проекта – сам придумай. – А, все, теперь понял.  – Ну Слава тебе, Господи. – удовлетворенно вздохнул Колян. – Только этого мало. Надо еще сами генерить проекты. – Это как? Внутренние какие-то, технические что ли? – Нет. Ты же знаешь, чего надо продавцам? – Ну так, примерно… CRM надо. – Так и инициируй проект по внедрению CRM. Пусть знают, что ИТ-отдел не только исполнять может, но и предлагать. Так сказать, проактивно улучшать деятельность компании. – А в чем смысл? – Кто первый встал, того и тапки. – раздраженно сказал Колян. – Кто инициировал проект, тот им и руководит. Особенно, если проявить настойчивость, задолбать начальника отдела продаж своими предложениями. Они ж все занятые, им некогда такой фигнёй заниматься, как руководство проектом. А тут ты, спаситель на белом коне – всю рутину и бумажки берешь на себя, декомпозицию делаешь, задачами управляешь, критерии пишешь, уставы там, и всю бюрократию. Они только результат получают. – А, понял. Ладно, давай пробовать. – Чего пробовать, делать давай. Поднимай процедуру инициации проекта, изучай, и вперед. – Ладно, понял. – Алексей, спасибо, что так быстро откликнулись. – бодро начал встречу Анатолий Викторович. – Вам удалось изучить материалы по системам мотивации, которые мы присылали? – Да, почитал в самолете. – Что скажете? – Неплохие системы, если в целом. Но – морально устаревшие, если говорить про программистов. – Я тоже так думаю, и реальность мои мысли только подтверждает. – стараясь выглядеть уверенно, сказал Анатолий Викторович. – К сожалению, мы слишком часто и много доверяли нашим специалистам по HR. Больше я такой ошибки совершать не хочу, потому и пригласил вас. – Алексей, а можно в двух словах о вашем опыте работы с программистами? – вступила в диалог Татьяна Владимировна. – В этом нет нужды, Таня. – осек ее Анатолий Викторович. – Алексей преподавал нам курс по системам мотивации в EMBA, в Сколково. У меня нет сомнений в его компетенциях. – Нет, Анатолий Викторович, это не проблема. – несколько свысока проговорил Алексей. – Вот моя визитка, там указан мой сайт с большим количеством материалов – как по выполненным проектам, так и методических, по современным концепциям построения систем мотивации. – О, спасибо, то, что нужно. – улыбнулась Татьяна Владимировна. – Обязательно изучу. – Итак, Алексей, с чего думаете начать? – С договора, разумеется. – с сухой улыбкой ответил Алексей. – Я высылал типовую форму вам на почту вчера, там же есть спецификация конкретно под ваш проект. – Да, я получил. – ответил Анатолий Викторович. – Отдал на согласование в юридический отдел, это стандартная процедура. Тань, проследи, пожалуйста, чтобы не затягивали и не мудрили там. Я Алексею доверяю полностью. – Если возражений по сумме нет, то я хотел бы сегодня начать. – деловито сказал Алексей. – Нет, по сумме все понятно, я такого примерно и ожидал. Специалист такого уровня не может стоить дешево. Там, насколько я помню, 8 миллионов? – Да, это за всю систему мотивации, на весь периметр компании. – Хорошо. Только личная просьба – удели, пожалуйста, особое внимание программистам. – Не вопрос. У меня, собственно, уже есть решение для них. Осталось только уточнить детали. – Расскажешь, в двух словах? – оживился Анатолий Викторович. – Три варианта я уже видел, трех директоров по персоналу пришлось выгнать. Сейчас там Елена Борисовна, новый специалист, она полностью в твоем распоряжении. – Ключевой ошибкой всех прошлых систем мотивации была ориентация на выработку, неважно, в какой единице измерения – проекты, задачи, код и т.д. – уверенно начал Алексей. – Так уже давно никто не работает. Слишком сложно, слишком затратно, слишком зыбкая это основа – выработка программистов. – А как, в чем секрет, как их измеряют серьезные компании? – сгорал в нетерпении Анатолий Викторович. – Грейды. – Грейды? – Да, грейды. Вспомните, на эту тему была одна из лекций в EMBA. – Не припомню, если честно… – замялся Анатолий Викторович. – Некоторые занятия я пропустил, по объективным причинам. – Анатолий Викторович… – протяжно произнесла Татьяна Владимировна. – Сто тысяч евро за курс, а вы пропускаете занятия. – Ну, в конце концов, это мои деньги, Татьяна. – немного обиженно протянул Анатолий Викторович. – Хотя, конечно, каюсь, не безгрешен. – Грейды – это современная система распределения оплаты в зависимости от квалификации сотрудника. – четко проговорил Алексей. – Каждый грейд – это набор компетенций, навыков, обязанностей и результатов, которые должен достигать сотрудник. Соответственно, каждый грейд – это отдельный уровень оплаты труда. Чем выше грейд, тем выше доход. – Это как… Квалификация что ли? У инженеров-конструкторов наших. Первая там, вторая, третья вроде есть? – на первый взгляд невинно спросила Татьяна Владимировна. – Определенное сходство есть, разумеется. Ничто не ново под этой луной. – на лице Алексея появилась не очень уверенная улыбка. – Но квалификации инженеров, в первую очередь, зависят от стажа работы на соответствующих должностях. Грейды же привязаны к квалификации, а не к стажу работы. Хотя, в определенных случаях, чтобы учесть опыт, вносится пункт о стаже. – А, вон как… Примерно поняла разницу, спасибо. – Окей, тогда, если нет возражений, я пойду поработаю с вашим HR. Думаю, в течение нескольких дней грейды будут готовы. Я лишь соберу некоторую информацию по вашим программистам, системам, фреймворкам и отдам ее для изучения своим аналитикам, чтобы те прикинули градацию компетенций. – Возражений нет! – бодро выпалил Анатолий Викторович. – Действуй! – О, по лицу вижу, чего-то нового тащит! Давай, заходи, садись, рассказывай. – Колян был в прекрасном расположении духа. – Да пипец… Опять новая система мотивации… – с потухшим взглядом заговорил Сергей. – На этот раз не выкрутимся, по-серьезному за нас взялись. – Это кто взялся? Тот хлыщ московский? – Ты откуда знаешь? – От верблюда. Петровича вызывали, вай-фай ему включал на маке. Акцент, говорит – мама не горюй! – Понятно. Короче, теперь у нас грейды. – Грейдер? – Блин, колхоз восьмое марта. Грейды, от английского “grade”, видимо. Поделят на классы, или квалификации, или грейды, и оклады поменяют. – Бородатый, тащи свою жопу сюда! Щас тебя грейдить будем! Будешь из класса Паладинов – полупрограммист, полужиголо! – Колян, хорош, давай серьезно! – Сергею было явно не до шуток. – Тут твои колхозные методы поиска лазеек не прокатят. Чувак серьезный. – Чувак-то серьезный, только он из Москвы. – И что? – А мы – из Тагила. – Не вижу связи. – Много ты чуваков московских видел, которые в Тагиле зависают? Горящие путевки в Тагил где продают? Прямо в Шереметьево? Отбоя нет от желающих?  – Ты к чему клонишь? – чувствуя, что Колян уже знает решение, но боясь до конца в это поверить, спросил Сергей. – К тому, что этот парень напишет тебе требования по… как их… – Грейдам. – Да, грейдам, и укатит. На это его контракт закончится, я уверен. Не будет же он тут сидеть и ждать результатов? – Ну, допустим… Хотя нет, а почему не будет? Он же консультант. – Много ты видел консультантов, которые НА РЕЗУЛЬТАТ подписываются? – Да я вообще консультантов немного видел. – глядя в потолок пробормотал Сергей. – Ну вот те засранцы 1Сники, которые до нас тут Битрикс поставили, и сказали, что это – ERP-система, а потом свалили и трубку не берут теперь – консультанты? – весело спросил Колян. – Вроде да, так на сайте написано у них. Еще потом внедренное решение опубликовали, типа они для нас консалтерский проект выполнили. Я еще помогал юристам письмо составить, с требованием об удалении нашего названия из этого внедренного решения. – Ну, а здесь почему будет иначе? Те, битриксоиды, тоже ведь из Москвы были? – Ладно, я понял. Свалит он. Дальше что? – А ничего. Немножко провалимся опять, через месяц-другой догоним. Ты видел бумажки эти? Ну, с требованиями. – Он сказал, что еще не закончил, но кой-чего дал.  – Так, что тут у нас… Постоянное расширение компетенций в используемых и новых фреймворках… Использование коммуникативных навыков… Ответственность за потоки работ… – Это ты чего читаешь? – удивился Сергей. – Там вроде меньше было текста. – Самый дорогой грейд, чего же еще. Стрелять, так стрелять. – пропел свой любимый хит (или шлягер) Колян. – Вот бы мне твой оптимизм… – Учись, пока я жив. – с наигранным превосходством сказал Колян. – Ладно, О Великий Учитель, что скажешь про грейды? – Халява, проще чем с проектами. Вот смотри. Постоянное расширение компетенций… Так… В используемых фреймворках… О, не только в используемых, но и в новых! – И чего, новые фреймворки будем изучать? – Почему бы и нет? Я всегда хотел Angular раскурить. Вот и момент настал. Боже, мне за это еще и заплатят! – Колян, ты говна поел? Какой Angular? У нас на react’е все крутится. Ты же мне все время про красоту react’а рассказываешь, а тут… – Э, ты не путай разговор про технологии и про зарплату. Если для получения премии надо раскурить Angular, раскурим Angular. Черт побери, я даже найду и скачаю Delphi и сделаю тебе СУБД на Paradox 7, с отчетами на Fast Report. Или, прости Господи, за 1С засяду. – А, вон ты про что… И как мы совместим react и angular в одном приложении? – Хорошая, интересная, инженерная задача. Кстати, ее тоже можно впарить под соусом изучения новых фреймворков. – Ладно, я понял тебя. Обсудим, когда чувак смоется в Москву, чтоб вопросов лишних не было. С остальным что? – Ну тут вообще халява. Коммуникативные навыки, ответственность… Сколько у нас сейчас проектов в работе? Тех, которые еще со старой системы мотивации остались? – Щас… Восемь вроде. – Ну все. Три тебе, три мне, два Бородатому. – В смысле? Что это значит? – Ну ты тупой, а… Руководство проектами делегируй! Я буду руководить тремя проектами, Бородатому – два с лихвой, а тебе, красава наша, три самых вкусных отдадим. – А в чем смысл-то? Мы итак эти проекты делаем, никто уже с нами связываться не хочет, «на ура» подписывают и требования, и акты. – Смысл – в формальном руководстве проектом, суть которого – ответственность и коммуникации. Один в один – требования высшего грейда. Сразу станем высшими эльфами, без скакания по горам для развития Акробатики. – И кто поверит, что Бородатый может руководить проектом? – Хм…  – Э, вы чего, я вам лошара что ли какая-то? – возмутился Стас. – Отправьте меня на курсы, да и все. – Какие тебе курсы нахрен… – задумчиво проговорил Колян. – А стой, это же идея! Серега, давай, садись, ищи! – Чего искать? – Блин, самые лоховские курсы по управлению проектами! Чтобы быстро, недорого и с какой-нибудь корочкой! – Так не дадут же. – Чего не дадут-то, ты положение забыл что ли? Начальник отдела может отправить на обучение любого сотрудника, с оплатой в пределах 10 т.р. – без согласования! Мы Петровича так на базу отдыха отправляли, их сисадминская тусовка это как курсы оформила. – Ладно, я попробую… Блин, даже не знаю, с чего начать. В ВУЗах что ли посмотреть? – Да какие ВУЗы, там по полгода мозги мурыжат! О, давай в 1Сных конторах посмотрим? Помнишь, эти вафлы нам свои сертификаты показывали, какие-то желтые, там было написано, что они все – руководители проекта. – Ну да вроде… Блин, ты серьезно? У 1Сников учиться руководству проектами? – Да я хоть у хабологов научусь, если быстро и в грейд. Ты давай это, понты свои Бауманские забудь, тут реальная жизнь. Все, расходимся по-одному. Ищи курсы, держи нос по ветру, посматривай за чуваком. Петрович поможет. – Ладно, понял. – Анатолий Викторович, все уже давно придумано. Все системы мотивации, которые вы внедряли, имеют один существенный недостаток – они не из IT. Это – классическая попытка натянуть сову на глобус. – Сову на глобус? – лениво поинтересовался Анатолий Викторович. – Выражение такое есть, про использование неподходящих теоретических моделей для решения практических задач. – А, понял. Ладно, Борис, давайте к делу. О каком решении вы говорите? – Решение простое – ITIL. Это методика организации ИТ-служб. Там все написано, посчитано, автоматизировано. Просто берете и пользуетесь. – Знаете, Борис, вы уже пятый, кто мне это говорит. – Анатолий Викторович не пытался скрыть своего скептицизма. – Но я – первый, кто не «как-то там связан с ИТ», или «когда-то работал с ИТ». Я – человек из ИТ. И я знаю, как измерять труд программистов. – Хорошо, я понял. Давайте суть. – Суть – метрики. Измерение или результата работы, или отсутствия проблем. Если проблем нет и результат хорош – получаешь свою зарплату. Если простояла система полдня – извини, дружок, надо было принимать меры до наступления кризиса. – Про простои понятно, можно обсудить. А работу измерять как? – Классические метрики ITIL – это… Так, сейчас… Где это… А вот! Вам больше всего подойдет: количество закрытых проблем со статусом «решена», «количество нарядов», или даже «количество завершенных нарядов». Наряды – это вроде задач. «Количество изменений» еще можно… «Количество релизов». – Борис, я прошу прощения, у меня срочный звонок. – Анатолий Викторович залез в карман, видимо за телефоном. Руку из кармана не доставал. Звука и вибрации, почему-то, слышно не было. – Вы не могли бы подождать нас в другой переговорной? Света вас проводит. – Да, не вопрос, я все понимаю! – Понимает он… – злобно сказал Анатолий Викторович, когда Борис вышел. – Тань, я не могу больше. Мы опять идем по кругу. Что он там мелет? Количество нарядов? – Да, вроде так. Еще что-то про количество проблем и релизов. – Ну это уже ни в какие ворота. – голос Анатолия Викторовича снова становился усталым. – Мы уже платили за строки кода, за задачи, за проекты, за хрен пойми что. А этот, прошу прошения, хер с горы нам рассказывает про какие-то метрики, которые суть – то же самое. – Да, я тоже заметила некоторое сходство. – спокойно проговорила Татьяна Владимировна. – Не хотела вслух сомнения высказывать, вы мне Бориса не успели заранее представить. Он тоже с EMBA? – Да какое там… Хотя, какая разница… Был тут один с EMBA. – устало засмеялся Анатолий Викторович. – Этого друг посоветовал, говорит – толковый парень, чего-то ему внедрял на заводе. – Хотите с ним поработать? – Нет, уже не хочу. Ни с кем не хочу. – Ну это эмоции, Анатолий Викторович. Не поддавайтесь им, вы же знаете, это губительно. Просто возьмите паузу, решение придет само. – Хорошая идея… Паузу взять… Да, давай паузу! На все выходные – на базу отдыха, на озерцо, чтоб баня и рыбалка! – Ммм, звучит заманчиво… – Поедешь? – Нет, увы, планов много. – Так, а я с кем поеду? С женой что ли? Нет, она на Кипре до конца месяца. – Ну не знаю… Может, кого из сотрудников? Для тимбилдинга? Продавцов, как в прошлый раз? – Нееее, слушай! Программистов! Давай программистов! – Точно? Вы с ними никогда особо не общались. – Серьезно? Мне кажется, я их как облупленных знаю, все секреты их профессии. Да, неважно… Давай программистов. – Окей, сейчас схожу к Сергею. Не уверена, что все поедут – они, наверняка, интроверты. – Сделай, чтобы поехали, Тань. Пожалуйста. – Я постараюсь, Анатолий Викторович. Биоробот