Пами́рцы (перс. پامیری‎; тадж. помирӣ; самоназвание: шугн. pōmērə, руш. pōməray, вах. pōmēri) — совокупность малых иранских народов, населяющих высокогорные области Памиро-Гиндукуша, разделённого между Таджикистаном, Афганистаном, Пакистаном и Китаем. Относятся к памиро-ферганской расе (ветвь европеоидной расы). Говорят на разнородных памирских языках восточноиранской группы иранской ветви индоевропейской языковой семьи. Бо́льшая часть памирцев объединены на религиозной основе исповеданием исмаилизма.
 Области расселения памирцев — западный, южный и восточный Памир, смыкающийся на юге с Гиндукушем — представляют собой высокогорные узкие долины с довольно суровым климатом, практически нигде не опускающиеся ниже отметки 2 000 м над уровнем моря и окружённые крутосклонными покрытыми вечными снегами хребтами, высота которых местами подбирается к 7 000 м. К северу от Гиндукушского водораздела долины принадлежат к бассейну верховий Амударьи (Верхняя Кокча, Пяндж, Памир, Вахандарья). Восточные склоны Памира принадлежат бассейну реки Яркенд, к югу от Гиндукуша начинается бассейн Инда, представленный реками Кунар (Читрал) и Гилгит. Административно вся эта территория, издавна составлявшая эклектичный, но единый ареал, оказалась поделённой между Таджикистаном, Афганистаном, Пакистаном и Китаем в результате экспансии в XIX в. Российской, Британской и Китайской империй и их сателлитов (Бухарского и Афганского эмиратов). В результате ареалы многих памирских народов оказались искусственно разделены.
 Этногеографическими единицами на Памире служат исторические области: Шугнан, Рушан, Ишкашим, Вахан, Мунджан, Сарыкол — в целом изначально совпадавшие со сформировавшимися в них народностями. Если в плане материальной и духовной культуры памирцы благодаря тысячелетним взаимным контактам значительно сблизились друг с другом, то изучение их языков показывает, что разные памирские народы вышли из как минимум четырёх древних восточноиранских общностей, лишь отдалённо родственных друг другу и занесённых на Памир независимо.
 Бадахша́н (перс. بدخشان/тадж. Бадахшон, кит. 巴達克山 — «Горы Бадах») — историческая область Памира, расположенная на территории юго-восточного Таджикистана — Горно-Бадахшанская автономная область, и северо-восточного Афганистана — провинция Бадахшан.
 Площадь Бадахшана в целом — 108159 км², население 1,3 миллиона человек.
 Афганская часть Бадахшана (провинция Бадахшан) — 44 059 км², 884 700 человек. Большая часть провинции занята горными хребтами Гиндукуша и Памира. Обычная для провинции растительность включает луга и берёзовые леса. Для более высокогорных районов характерны альпийские луга и горные пустыни. К югу от Файзабада территория представляет собой полупустыни, основной растительностью в которой являются колючие кустарники и акации.
 Таджикская часть Бадахшана (Горно-Бадахшанская автономная область). — 64 100 км², 216 900 человек. Большую часть территории ГБАО занимает высокогорье Восточного Памира (высшая точка — Пик Исмоила Сомони, бывший пик Коммунизма (7495 м), из-за которого иногда называется «Крышей мира». На склонах горы имеются мощные фирновые поля и ледники общей площадью 136 км².
 К западу и северо-западу от вершины расположено Памирское фирновое плато, одно из самых протяжённых высокогорных плато в мире. Плато протянулось с востока на запад на 12 км. Ширина плато составляет 3 км. Нижняя точка плато расположена на высоте 4700 м, верхняя — на высоте 6300 м.
 Классификация памирских народов обычно строится по языковому принципу.
 Южные памирцы — реликтовая группа населения к югу от Шугнана, разговаривающая на двух близкородственных языках-диалектах:
 С запада долины памирских народов, окружают территории, занятые таджиками-носителями бадахшанских и дарвазских говоров таджикского языка (дари). Бадахшанцы-таджики в значительной степени близки к собственно памирцам. В некоторых областях таджикский язык вытеснил местные памирские языки в историческое время:
 Кроме того, в самом массиве памироязычных народов имеются таджикоязычные группы кишлаков:
 Помимо таджиков, судьбы памирских народов оказались тесно связаны с дардами кхо — наиболее иранизированным дардским народом, населяющим верховья реки Читрал (Кунар), и буришами — неиндоевропейским изолированным народом бассейна р. Гилгит. Длительное соседство и воспринятие от памирцев исмаилизма сделало эти народы очень близкими в области духовной и материальной культуры. Кроме того, памирцев, кхо и буришей сближает общее субстратное наследие доиндоевропейских аборигенов Памиро-Гиндукуша, остатками которых и являются буриши, проявляющееся в языке и культуре.
 Центральный Памир (в основном в восточной части ГБАО) представляет собой непригодное для земледелия высокогорье, заселённое кочевыми киргизами, с которыми памирцы также регулярно сталкиваются на высокогорных пастбищах. Киргизская этническая территория отделяет сарыкольцев от остальных памирцев.
 Языком межнационального общения в Горно-Бадахшанской автономной области является таджикский. Как официально, так и по мнению экспертов-лингвистов.
 Таджикский язык является для памирцев языком религии (исмаилизма), фольклора, письменной литературы, а также средством общения между различными памирскими народностями, говорящими на разных языках.
 Кроме таджикского языка, в общении между разными народностями распространены шугнанский язык и в некоторой степени ваханский язык.
 Шугнанский язык практически давно уже выполняет роль языка устного общения между памирцами.
 На современном этапе отмечается усиленная экспансия таджикского языка (на нём ведётся обучение в государственных школах), которая, к примеру, активно вытесняет ваханский язык из всех сфер применения, включая семейную сферу.
 Ваханский язык, как разговорный, занимает доминирующее положение во всем Вахане. Общение между ваханцами и таджикоязычным населением Вахана, а также ваханцев и ишкашимцев ведётся обычно на ваханском языке. На деньги фонда Ага-хана с начала XXI века в ГБАО кое-где строятся платные школы, в них изучают один из 2 европейских языков (на выбор), арабский и русский. Обучение в них ведётся с пятого класса.
 Для некоторых памирских народностей, проживающих в Китае, языками межнационального общения являются уйгурский и китайский. В Афганистане таковыми являются дари и в меньшей степени пушту. Согласно Конституции Афганистана, памирские языки являются официальными языками в местах компактного проживания памирцев. В законодательстве Таджикистана декларируется свобода применения памирских языков.
 Большинство памирцев ГБАО старших лет владеют русским языком, среди них высокий процент лиц, имеющих высшее образование.
 Происхождение говорящих на разнородных восточноиранских языках памирцев связывается с экспансией кочевых саков, проходившей, по всей вероятности, несколькими волнами, разными путями, и участвовали в заселении Памира разные ираноязычные общности, выделившиеся ещё за пределами региона. Одна из них — праваханцы, была изначально близка к сакам Хотана и Кашгара и проникла в Вахан, по всей видимости, с востока — из Алайской долины. В историческое время этим же путём на Памир пришли киргизы. Праишкашимцы сформировались в таджикском и афганском Бадахшане и проникли сюда с юго-запада. Мунджанский язык демонстрирует наибольшую близость с бактрийским языком и более отдалённую — с пушту. Вероятно, мунджанцы — остаток бактрийской общности, уцелевший в горах подобно ягнобцам — остаткам согдийцев. Северопамирская общность, распавшаяся на дарвазцев, ванджцев, язгулямцев и шугнано-рушанцев, судя по диалектному членению, проникала на Памир с запада вдоль Пянджа и экспансия её закончилась в Шугнане. Приблизительные сроки начала иранизации края (по языковым данным и археологическим раскопкам сакских могильников) — VII—VI вв. до н. э. Наиболее ранними волнами являются праваханцы и праишкашимцы. Следует учесть, что изначально памирцы населяли только бассейн Пянджа и его притоков. Экспансия сарыкольцев в Синьцзян, йидга и ваханцев — в долину Инда относятся к позднейшей эпохе. Возможно также влияние более древнего, доиндоевропейского населения, близкого к буришам, а также древних дардских и тохарских племён.
 Издавна, вероятно ещё задолго до иранизации, горы Памира были одним из основных поставщиков лазурита и рубина для древнего мира. Тем не менее жизнь древних памирцев оставалась весьма замкнутой. Изоляция памирцев оказалась прерванной начиная с II в. до н. э., когда с установлением среднеазиато-китайских связей через долину Пянджа была налажена караванная торговля, получившая название Великого Шёлкового пути (в виде южного его отрезка). Многочисленные попытки завоевания Памира мировыми империями (Сасанидами, тюрками, китайцами, арабами, монголами, Тимуридами и др.) либо терпели крах, либо оканчивались лишь временными успехами и установлением номинальной зависимости от внешней власти. Фактически до XIX в. памирские области представляли собой независимые или полунезависимые княжества, которые в XVIII веке боролись против политической зависимости от Бадахшанского ханства и Дарваза. В середине XIX века Бадахшанское ханство было завоёвано Эмиратом Афганистан, княжества Вахан и Рушан платили дань Дарвазу, до его завоевания в 1878 году Бухарским эмиратом. В 1883 году Рушаном, Ваханом и Шугнаном на короткое время завладел Афганистан.
 В ходе Большой Игры и борьбы за Среднюю Азию после 1895 г. Российская империя и Эмират Афганистан, находившийся под влиянием Британской империи, окончательно утвердили рубежи зон влияния, на востоке Средней Азии граница прошла по Пянджу. При этом Ваханский коридор отходил к Афганистану в качестве буфера между Российской и Британской империями. Русское правительство помогло своему зависимому Бухарскому эмирату подчинить памирские княжества. К Бухаре отошли правобережные земли Вахана, Рушана, Шугнана и Язгулем. В 1904 году, по договорённости с бухарским эмиром, Язгулем остался в составе Дарваза, а Шугнан, Рушан и Вахан были фактически присоединены к Российской империи. Граница по р. Пяндж между Афганистаном и Бухарой, а в дальнейшем и СССР по сути прошла «по живому», разделив памирские народы по берегам реки и прервав внутридолинные связи.
 В средневековье у памирских народов существовало подобие сословного деления. В Ишкашиме и Вахане: «сеиды» — потомки духовной касты, «акобиро» — военная аристократия (наукяры), «чокар» — слуги. В Шугнане: «сеиды» — потомки духовной касты, «миры» — благородные люди, «факиры» — простой народ. В Язгулеме до XIX века также сохранялось сословное деление патронимий (каумов): «миры» — благородное сословие и «факиры» — простой народ. Из числа «миров» дарвазскими шахами назначались правители районов, у них имелись привилегии при уплате налогов и владении землёй. В начале XX века, при советской власти, деление постепенно исчезло. Следы патриархально-родового строя в виде разделения селений на кварталы по родовому признаку, где традиционно живут члены родственной патронимии, сохраняются до настоящего времени.
 Исследования мтДНК, проведённые в 2017 году, отражают сложную историю заселения Памира, языковые отличия ваханцев, сарыкольцев, северных памирцев. Типичные для северных памирцев (кроме сарыкольцев), профили гаплогрупп мтДНК: HV (52 %), U (14 %), T(14 %), CZ (6 %), J (4 %) — репрезентативны для индоевропейских народов Западной Евразии. У сарыкольцев Синьцзяна встречаются следующие гаплогруппы мтДНК: D (3 %), HV (24 %), U (33 %), T (2 %), J (7 %), CZ (7 %), M (8 %) — помимо индоевропейских, отражает некоторое влияние восточно-азиатских народов, у ваханцев профиль мтДНК: HV (38 %), U (18 %), T(9 %), J (8 %), R (6 %), W (12 %) ещё более сложный, также характерен для индоевропейских народов, хотя гаплогруппа W3 (12 %) не типична для иранских народов. Интересный факт, что субгаплогруппа U5a2a1, извлечённая из ископаемых костей человека 700-летней давности, найденных на Восточном Памире, сохранилась у нескольких современных представителей 4 памирских народов, участвовавших в этом исследовании мтДНК. Эта субгаплогруппа указывает на происхождение из Волго-Уральского региона и может свидетельствовать о доисторических миграциях древних скотоводческих народов из евразийских степей на восточный Памир.
 С установлением начиная с конца I тыс. до н. э. связей с равнинным иранским миром на политеистические иранские верования древних памирцев сильное влияние стал оказывать зороастризм. Привязка этой религии к солярным культам отразилась в именовании солнца в ишкашимском языке remozd, происходящего от имени Ахура Мазда (*Ahura- Mazdā-). Особенно сильны были позиции зороастризма в Шугнане, где на возвышенностях строились открытые храмы огня, некоторые из которых действовали вплоть до XIV в. Легенды о предках-«огнепоклонниках» и «кафирах-сиявушах» (искажённое под влиянием имени иранского героя тадж. сиёпӯш «одетый в чёрное») до сих пор популярны на Памире.
 Другой важной религией Памира был буддизм, проникавший сюда из Индии караванным путём. Особенно сильны позиции буддизма были в Вахане, через который массово двигались буддистские проповедники из Индии и паломники из Хотана и Китая.
 Фатимидский-исмаилитский ислам был введён в Бадахшан и Памир Насир Хосровом аль-Кубадияни, который был назначен да’и аль-мутлаком и Худжат аль-исламом фатимидским халифом Абу Тамимом Маад ибн Али аль-Мустансир Биллахом для памирцев в Синьцзяне и Бадахшане в Афганистане. Сегодняшние памирцы — преимущественно шииты-исмаилиты-низариты и следуют Ага-хану. Фонд Ага-хана стал основной неправительственной организацией в ГБАО. Есть также памирцы-сунниты, численность которых в настоящее время составляет примерно несколько тысяч человек. Предки этих памирцев приняли суннитский ислам примерно в XIX веке.
 Исмаилизм наложил большой отпечаток на духовную культуру памирцев и до сих пор является одним из их этнических символов. Важная роль в памирском обществе отводилась пирам и халифам — духовным наставникам. Прерванные в период Советской власти отношения с главой исмаилитов всего мира Ага-ханом начали налаживаться после обретения Таджикистаном независимости. Тем не менее проживающие в КНР исмаилиты-сарыкольцы и ваханцы до сих пор пребывают в религиозной изоляции. Язгулямцы, под влиянием Дарваза, в конце XIX века приняли суннизм.
 Исходя из сходства в обычаях и традициях (этнической общности) и из конфессиональной общности (то есть принадлежности к исмаилизму), все малые народы Памира именуют себя «памирцами» — тадж. помирӣ. В сознании как самих памирцев, так и таджиков это понятие ассоциируется не с региональной, а прежде всего с языковой, культурной и конфессиональной принадлежностью к определённому сообществу. Таджикоязычные жители Памира — дарвазцы и ванджцы, исповедующие суннизм, не причисляют себя к памирцам, в то время как таджикоязычные горонцы-исмаилиты считают себя памирцами. Язгулямцы, говорящие на одном из памирских языков — язгулямском, но перешедшие на суннизм, не относят себя ни к памирцам, ни к таджикам.
 Согласно исследованиям советского и постсоветского периода, вне пределов Горно-Бадахшанской области (ГБАО), представители памирских народов из ГБАО называют себя «памирскими таджиками».
 Касательно этнической самоидентификации вне ГБАО, к примеру в среде трудовых мигрантов в Российской Федерации, характерно два типа самоопределения:
 Согласно данным анонимного опроса памирцев, проведённого в Таджикистане не назвавшими себя представителями НКО Мемориал, властями Таджикистана осуществляется политика насаждения образа «таджикистанца», под которой подразумевается объединение всех граждан Таджикистана, независимо от народности, под обобщённое понятие таджик в этническом плане. По заявлениям респондентов — памирцы отказываются признавать себя таджиками.
 Исследователи этнической самоидентификации и этнической принадлежности народов Памира отмечают, что однозначного ответа на вопрос об этнической принадлежности памирцев нет, что объясняется как объективными так и субъективными обстоятельствами. По их мнению, объективно этническое самосознание памирцев не вполне укладывается в рамки принятых критериев. Субъективные обстоятельства возникли впоследствии того, что по идеологическим соображениям этнические особенности народов Памира умышленно отрицаются. Они утверждают, что для памирцев понятия национальной и этнической принадлежности неравнозначны.
 Национальная принадлежность в сознании памирцев ассоциируется с отнесением себя к более обширному, нежели локальная этническая общность, — к этнокультурному сообществу родственных народов, по отношению к которому с давних времён имел хождение этноним таджик. В классический период этот этноним применялся как синоним слова иранец, особенно в поэзии, где понятие «турку тоҷик» означало не конкретный этнос в современном понятии, а представителей тюркских и иранских народов вообще..
Как можно заметить, этноним таджик в данном случае употребляется в двух значениях: во-первых, он определяет генетическую и этноязыковую общность людей, для которых фарси-таджикский язык — родной, и во-вторых, в более широком смысле это слово означает генетическую и культурную общность ряда ираноязычных народов Центральной Азии (за исключением пуштунов), что вполне сравнимо с понятием «славяне» и «славянской национальности».
 Ученые отмечают, что понятие «национальная принадлежность» — это всего лишь одна, верхняя, ступень этнического самосознания ираноязычных народов Памира. Но это не означает, что у жителей «Крыши Мира» нет иного этнического самосознания или они, кроме особенностей речи, не видят у себя иных признаков этнической самоидентификации. Напротив, это чувство у памирцев развито сильно, и оно даёт им возможность различать ещё несколько других местных сообществ людей.
 Первая и изначальная ступень этнического самосознания малых народов Памира — это ощущение общности, свойственной только им. То есть единение людей, у которых один и тот же язык, жизненный уклад, одни и те же традиции и обычаи; всем им присущи также некоторые сходные психологические особенности и по своему менталитету они отличаются от окружающих их народов. По этим признакам они считают себя прежде всего шугнанцами, рушанцами, бартангцами, сарыкольцами, ишкашимцами, мунджанцами и ваханцами. Именно этот уровень самосознания отражает их этническую принадлежность, поскольку подразумевает наиболее монолитную общность людей, история которой насчитывает более чем 2 тысячи лет. Этой общности присущи все признаки этноса.
 Среди памирских народов с XIX века распространена легенда об их происхождении от греческих воинов Александра Македонского, или даже от самого Александра Македонского, чем объясняется распространение голубоглазых или зеленоглазых представителей у памирских народов. Никаких научных подтверждений этой легенде нет.
 В переписи населения в независимом Таджикистане отдельно не выделяются как памирцы и включаются в число таджиков.
 С установлением ислама было легализовано превосходство мужчины над женщиной. Согласно шариатным нормам муж имел преимущество в деле наследования, в качестве свидетеля, было узаконено право мужа на развод. Фактически положение женщины в семье зависело от степени её участия в производстве, сельском труде, поэтому в горных районах, где женщина принимала большее участие в производительной деятельности, её положение было относительно более свободным, затворничество женщин отсутствовало. 
 Исторические условия развития, экономическая отсталость, влияние исмаилитского духовенства и особенности исмаилитской идеологии обусловили сходство многих черт общественности и семейной жизни памирцев, в том числе значительных пережитков патронимии и сословного деления, более длительное бытование больших и неразделённых семей, патриархально-феодальных начал в семье, пережитков древних верований и т. п.
 В связи с преобладанием земледелия над скотоводством, мясо употребляется в пищу редко, мясных кушаний мало, и готовятся они очень примитивно. Основными продуктами питания являются пшеница в виде муки (лапша, клёцки, болтушка, лепёшки), в дроблённом виде (для густой или жидкой каши), фрукты, грецкие орехи, бобовые и овощи, овечий сыр и кислое молоко, «ширчой» (чай с молоком, с добавлением сливочного масла) — чай с молоком пили часто, а сливочное масло могли позволить себе только зажиточные люди[когда?]. Кушанья из пшеницы или муки варятся с овощами, фруктами; мучные блюда никогда не варятся с мясом. К ритуальным кушаньям принадлежат блины, havlo, ozaq — кусочки теста жаренные в масле, и «кашк» — каша, приготовляемая из пшеницы, фасоли, гороха и чечевицы во время обжига посуды, причём горшок, в котором варится кашк, ставится у кучи обжигаемой посуды и кашк должен быть сварен на этом огне. Его едят только мастерицы и другие женщины, а мужчинам его не дают. (Пещерева 1947: 48)
 Быки и ослы весной на пастьбу не выгонялись, так как в этот период они нужны были в кишлаке для земледельческих работ. (Кисляков 1949: 38-39) Области расселения памирцев отличаются крайним малоземельем. Большую часть земель занимают так называемые бросовые земли (ледники, скалы, крутые склоны, нагромождения камней). Ирригационная система своеобразна: от магистрального оросительного канала спуск воды осуществляется серией водопадов или сбросов. Из них вода по каналам отводится на вспаханные поля и оросительные борозды. (Моногарова 1972: 52)