Алекса́ндр Моисе́евич Воло́дин (настоящая фамилия — Ли́фшиц; 10 февраля 1919, Минск, — 17 декабря 2001, Санкт-Петербург) — русский драматург, сценарист и поэт. Член Русского ПЕН-центра, творческого совета журнала «Драматург», редакционно-издательского совета альманаха «Петрополь». Лауреат  Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых (1981) и Премии Президента Российской Федерации в области литературы и искусства (2000).
 Александр Моисеевич Лифшиц, известный под литературным псевдонимом Александр Володин, родился 10 февраля 1919 года в Минске, но с пяти лет жил в Москве у своего дяди-врача. Ещё в детстве Александр увлёкся театром, вероятно, под влиянием старшего брата — актёра Студии А. Дикого; тем не менее, после окончания средней школы поступил в Московский авиационный институт, который бросил через полгода. Окончив в Серпухове учительские курсы, год преподавал русский язык и литературу в школе в деревне Вешки Московской области.
 В 1939 году Володин поступил на театроведческий факультет ГИТИСа, но через два месяца получил повестку в армию. В годы Великой Отечественной войны был связистом 440-го гаубичного артиллерийского полка и сапёром, участвовал в боях на Западном, позже на Белорусском фронте, дважды был ранен, награждён орденом и медалями.
 „…Осколок снаряда остался близко от сердца“. Единственную награду — медаль «За отвагу» — Александр потерял. „После войны я был как-то надломлен, — признавался Володин. — Душа моя увяла. И театр разлюбил. Первое, что сделал после войны, рванулся в Малый театр. Светящиеся ярусы, в зале полно штабных генералов, богатых, раздобревших…“
 «И вдруг я почувствовал, что это не театр, что это неискусство притворяется театром. А театр был убит войной. Послевоенное время оказалось не счастьем, а чем-то тусклым, опасным и уродливым. И я вопреки всему написал себе заклинание: „Стыдно быть несчастливым“».
 После демобилизации Володин не вернулся в ГИТИС, зато поступил на сценарный факультет института кинематографии и стал сразу легендой среди студентов: „Какой-то солдатик, по фамилии Лифшиц, написал потрясающий рассказ всего на одной страничке“.
 Потом его произведение опубликовали в альманахе «Молодой Ленинград». Александр, воодушевлённый новостью, пришёл в издательство со своим шестилетним сыном Володей. Редактор, смущаясь, заговорила о неподходящей фамилии автора. И предложила стать Володиным, в честь сына.
 Поступил на сценарный факультет ВГИКа, который окончил в 1949 году; учился в мастерской Е. Габриловича, но своими главными учителями называл В. Юнаковского и А. Сазонова.
 ВГИК Володин окончил в самый разгар кампании «борьбы с космополитизмом» и, оказавшись без работы, вынужден был переехать в Ленинград. Член ВКП(б) с 1949 года.
 В 1949—1956 годах он работал в качестве редактора, а затем и сценариста на киностудии «Леннаучфильм», в 1956—1957 был старшим редактором и членом худсовета киностудии «Ленфильм».
 С начала 50-х годов Александр Володин писал рассказы. В 1954 году вышел в свет первый его сборник — книга «Рассказы». А далее произошло возвращение к театру. Как драматург Володин дебютировал в 1956 году пьесой «Фабричная девчонка». Её героиня Женька Шульженко восстает против показухи и борется с несправедливостью. Пьесу взял Г. А. Товстоногов, и тут же их с Володиным вызвали «на ковёр» в обком партии. «Почему у вас женщина одинокая? Да, к тому же поёт какую-то непонятную песню: „Миленький ты мой, возьми меня с собой“. Это что — социалистический реализм? У нас такого быть не может».
 Поставленная в 1956 году в Ставропольском театре и в Центральном театре Советской Армии, пьеса о том, как коллектив ломает человека, попытавшегося противостоять ему, вызвала острую дискуссию на страницах журнала «Театр». Тем не менее «Фабричная девчонка» с успехом шла во многих театрах Москвы, Ленинграда и других городов СССР, а также за рубежом.
 Вторую пьесу начинающего драматурга, «Пять вечеров», принял к постановке Большой драматический театр. Зинаида Шарко, ставшая первой и легендарной володинской Тамарой, рассказывала, как автор читал свою пьесу перед труппой театра: «Через каждые пять минут он останавливался и говорил: „Извините, там очень бездарно написано. Я вот это исправлю и это исправлю… Ой, как это плохо! Я… я даю слово, что я это исправлю!“ Вот так он прочёл всю пьесу, извиняясь за то, что так плохо написано».
 Спектакль, поставленный Георгием Товстоноговым, стал настоящим событием театральной жизни. Много лет спустя Анатолий Эфрос вспоминал: «Я как-то не думал раньше, что из-за спектакля можно специально поехать в другой город. Но все приезжающие из Ленинграда, и ленинградцы, и москвичи, с такой восторженностью и с таким негодованием (были и такие) рассказывали о спектакле „Пять вечеров“ у Товстоногова, что просто нельзя было не поехать… Я с восхищением наблюдал, как необычайно простыми средствами достигался высокий эмоциональный и смысловой эффект».
 Если товстоноговские «Пять вечеров» стали откровением и для самого драматурга, то постановка пьесы в «Современнике» его разочаровала. Олег Ефремов, поставивший спектакль и сыгравший в нём Ильина, рассказывал: «Мы попытались решить пьесу как сказку, сделали голубые декорации, всё было искренне, благородно, красиво…, а автор нашего спектакля не принял и с присущей ему прямотой заявил, что не писал этой пошлятины».
 Противники обвиняли драматурга в искажении действительности, пессимизме и мелкотемье, нездоровом интересе к «маленьким людям и неустроенным судьбам»; даже в художественном совете БДТ пьесу приняли далеко не все.
 Третья пьеса Володина, комедия «В гостях и дома», оказалась не слишком удачной и достаточно схематичной; поставленная А. Эфросом в Театре имени Ермоловой, она никогда больше не ставилась и оказалась нелюбимым детищем драматурга. Последовавшие за ней пьесы «Моя старшая сестра» (впервые поставленная в БДТ) и «Назначение» также находили и горячих сторонников, прежде всего зрителей, и принципиальных противников. В Володине нашли своего драматурга Георгий Товстоногов в Большом драматическом и Олег Ефремов в «Современнике», где, кроме «Пяти вечеров», шли его пьесы «Моя старшая сестра» и «Назначение». В «Назначении» Володин рассказал историю добропорядочного человека, который в минуту слабости отказывается от высокого поста, но, увидев своего преемника, осознаёт, как писала Н. Крымова, что общественная пассивность честного таланта развивает энергию бездарности, увеличивает «общественный» вес всего косного и отжившего. Поставив эту пьесу в 1963 году и сыграв в ней главную роль, Ефремов полностью реабилитировался перед драматургом: спектакль стал событием театральной и не только театральной жизни.
 Тем не менее, в середине 60-х годов Товстоногов, посвятивший защите Володина немало страниц в своей книге «О профессии режиссёра», был вынужден констатировать: «Вместо того, чтобы способствовать совершенствованию Володина как драматурга, мы сделали всё, чтобы он просто ушёл из театра».
 Александр Володин ушёл в кинематограф, где дебютировал ещё в 1962 году как автор сценария короткометражного фильма «Прошлым летом». Второй фильм, к которому Володин написал сценарий, «Звонят, откройте дверь» Александра Митты, получил приз «Золотой лев святого Марка» на Международном кинофестивале в Венеции в 1966 году.
 Менялась атмосфера в стране, менялось восприятие, и осуществлённая Георгием Натансоном в 1966 году экранизация пьесы «Моя старшая сестра» уже не вызвала прежнего столкновения мнений, как и другие, более поздние экранизации, в том числе «Пять вечеров» Никиты Михалкова. То, что киноверсиям пьес Володина сопутствовал успех, театровед А. Варламова считает неслучайным: «У него всегда наличествует принципиально важный для поэтики кинематографа лейтмотив „потока будней“, в который погружены, то вырываясь из его плена, то вновь оказываясь подхваченными его течением, володинские персонажи. Вернее, здесь не присутствуют „будни“ в тяжеловесном бытовом воплощении, а дана их лаконичная музыкальная, мелодическая формула».
 Получив признание в кинематографе, Александр Володин в начале 70-х годов вернулся в театр, написав пьесы «С любимыми не расставайтесь» (поставленную в 1972 году в «Современнике») и «Дульсинея Тобосская», с которой Олег Ефремов в 1971 году дебютировал во МХАТе как режиссёр и как актёр МХАТа, сыграв Рыцаря Печального Образа. На основе пьесы «Дульсинея Тобосская» Геннадий Гладков создал одноимённый мюзикл, который в 1973 году Игорь Владимиров поставил на сцене Театра имени Ленсовета (с Алисой Фрейндлих в главной роли); мюзикл, в свою очередь, в 1980 году был экранизирован Светланой Дружининой.
 Одновременно Володин продолжал работать в кино: Сергей Герасимов снял по его сценарию фильм «Дочки-матери», Георгий Данелия — знаменитый «Осенний марафон» в 1979 г. 
 Кроме пьес и киносценариев, Александр Володин писал стихи и прозу — главным образом мемуарного характера.
 Володин всегда возмущался, когда говорили, что он писал на социальные темы: «Я просто рассказывал о людях, которые дарят друг другу счастье. Неброское, негромкое, но единственно настоящее счастье. Чёрт с ними, с начальством, с парткомами и обкомами — люди-то могут быть счастливы сами. Только они иногда этого счастья боятся, потому что перед ними было либо несчастье, либо долгое ожидание, либо и то, и другое. Вдруг, совсем неожиданно, насквозь, тебя пронзит ощущение, что кто-то тебе дорог или что-то хорошее произошло в твоей душе или в душах близких. Счастье — это такое пронзительное мгновение. А несчастье — длительное, тупое, сродни разочарованию. И всё-таки счастья ждёшь, оно ещё более ясное после несчастья. Это солнце после грозы. У меня когда-то написалось: „Длинная, долгая смерть отнимает дни у маленькой щедрой жизни“. Жизнь — это такое воспоминание».
 Володин не умел решать свои проблемы, жил от зарплаты до зарплаты и горько шутил в связи с этим: «Я мог бы написать про жизнь идиота».
 «Кто-то, может быть, видел другим этого великого драматурга. Но для меня он всегда был в одном и том же сером костюме, свитере грубой вязки, потёртом пальто, а на голове вместо шапки какой-то малахай, — вспоминал писатель Валерий Попов. — Я думаю, он мог одеться приличнее. Но Александр Моисеевич говорил: „Я не хочу быть человеком из лимузина. Я хочу быть — как будто меня из трамвая только что выкинули“».
 В 1999 году драматург получил премию «Триумф» и 50 тысяч долларов. Признался, что никогда не видел долларов и тем более не пользовался ими: «Для меня „Триумф“ неприемлемо. Мне надо что-нибудь поскромнее. Я не писатель. Я не составляю фразу, просто говорю. И у меня есть интонация».
 В декабре 2001 года Володин оказался в больнице. Его друг писатель Илья Штемлер вспоминал:

 
Я собрал передачу и поехал к нему. Не знаю, как сейчас, но тогда это была жуткая больница. Заколоченный гардероб, в коридорах ни медсестры, никого. Двухместная палата. Лежит Саша, свернувшись, как ребёнок, калачиком, накрытый суконным одеялом, лицом к стене. Спит. Я огляделся. На тумбочке кефир, полбутылки, сухой хлеб, чёрствая булка. Мыши скребутся под полом. Вторая койка пуста: ржавые пружины, скрученный матрас. Разбудить Сашу или не стоит? Решил, что сон для больного человека тоже лечение. Слышу голоса, вышел в коридор, по диагонали — женская палата. Сидят три женщины, больные, беседуют. «Девочки, у вас есть соль?» — «Есть». Дали мне соли. «А вы знаете, кто лежит в палате напротив?» — «Старичка какого-то привезли ночью, на „скорой“». — «Это Александр Моисеевич Володин». Никакой реакции. «Вы видели, наверное, „Пять вечеров“, „Осенний марафон“». Начал перечислять картины, снятые по Володину. Они всплеснули руками: «Неужто такой человек и в такой больнице?!» — «Вы не присмотрите за ним? А завтра я, может быть, заберу его отсюда». — «Да, конечно». Я вернулся к Володину, ещё немножко посидел. Не просыпается. Ушёл. Утром позвонил с тем, чтобы решить вопрос о переводе в другую больницу, а он умер уже. Ночью! Это случилось 17 декабря, Володину было 82 года. Умер Александр Моисеевич 17 декабря 2001 года на 83-м году жизни в Санкт-Петербурге.
 Похоронен на Комаровском кладбище недалеко от Санкт-Петербурга.
 Рядом с ним похоронена его жена — Фрида Шилимовна Лифшиц (1918—2003).
 Как и Виктор Розов, Володин был драматургом поколения «шестидесятников» и в своих пьесах противостоял тенденциям драматургии сталинской эпохи, в которой положительный герой всегда отстаивал коллективные интересы, вступать же в конфликт с коллективом мог только отрицательный персонаж. В своих пьесах, сюжеты для которых он брал из повседневной жизни, Володин, начиная с «Фабричной девчонки», всегда был на стороне человека, идущего против течения, восстающего против общепринятого, противопоставляя свои личные интересы общественным, обнажая таким образом социальные, нравственные и психологические конфликты современного ему общества.
 В скобках указана первая постановка