В начале XX века, с возникновением генетики, дарвинизм охватил глубокий кризис. Ещё при жизни Дарвина появляется аргумент, названный "кошмаром Дженкина" о том, что если и появится у единичной особи случайный полезный признак, он будет поглощён в процессе скрещивания с обычными особями, потонет в болоте, отчего этот постулат также называется "аргумент заболачивания" (swamping argument). Эксперименты Гуго де Фриза, а впоследствии - опыты Иогансена вели к выводу о том, что накапливающей роли естественного отбора не существует, единственной движущей силой эволюции являются мутации. Синтетическая Теория Эволюции, признаваемая сегодня большинством биологов, разрешила противоречия при помощи эволюционной генетики. За элементарную единицу эволюции была принята популяция, а не индивидуум, как полагал Дарвин. Т.е., грубо выражаясь, выживают не наиболее приспособленные особи, а наиболее приспособленные в среднем популяции. В общем-то, всё это - известные истины. Формула о популяции как элементарной единице эволюции записана во все школьные учебники. Краткие история и представление существующих с древнейших времён до наших дней теорий эволюции мной изложены тут. Эта ссылка может понадобиться, чтобы понять, что такое номогенез, неоламаркизм, и т.д. Однако, кое-что осталось за кадром. Так, в СССР на фоне кризиса дарвинизма родилось множество альтернативных теорий эволюции. Например, Н.И. Вавилов проводил в жизнь идеи Берга о номогенезе и, в частности, его закон о гомологических рядах в наследственной изменчивости лежит вполне в русле номогенетической парадигмы. Оппонент Вавилова Трофим Лысенко придерживался неоламаркистских принципов. Вслух это не произносилось, оба назывались "советскими творческими дарвинистами". Однако, из всякой теории проистекают определённые следствия, завершающиеся вполне конкретными решениями. В случае Вавилова и Лысенко это были решения в области сельского хозяйства. История схватки носителей альтернативных эволюционных парадигм, как известно, завершилась трагически для Вавилова: тот был репрессирован, а в тюрьме погиб. Как известно, Лысенко полагал генетику лженаукой и пользовался авторитетом у советского руководства, причём заслуги советского руководства и, в частности, И.В. Сталина я нисколько не умаляю, и даже наоборот, но факт остаётся фактом: в СССР кризис дарвинизма трагически перешёл в политэкономическую плоскость. И это при том, что СТЭ была создана советскими, английскими и американскими учёными (популяцией это, конечно, назвать нельзя, но учёных было много) ещё в 20-е годы. Однако, одно дело - существование теории в научных статьях и монографиях, другое дело - разобрались ли в сути проблемы население, руководство страны... Удивительно, но вопрос не потерял злободневности по сей день. Давайте переведём на язык метафор. Что является предметом работы Естественного Селектора? Он намерен выточить из полена Буратино, или его замысел - набор фигурок из Гигачадов по центру и нескольких Сойджеков по краям композиции, чтобы, в случае, когда пещеру завалит, выяснилось, что тщедушные Сойджеки способны совершить исход через узкую щель в завале, в которую не пролезут Гигачады-троглодиты, покинуть альму-матер, подобно ведомым Моисеем евреям из Египта? Какова была воля божья? Что есть идеал, что есть норма, что есть грех? Ведь если элементарная единица эволюции - индивидуум, как полагал Дарвин, Естественный Селектор был занят вытачиванием скульптуры Афродиты, а вот пышнотелая Венера - это не норма, это следствие порока чревоугодия. А если Естественный Селектор имеет целью популяцию, которая чутко реагирует на изменения условий среды, то и горбатый есть часть нормы. Замышлял ли Естественный Селектор Содом и Гоморру? Жили берёзовые пяденицы (Biston betularia) в Манчестере, беленькие и чистенькие выживали на стволах берёзы, чёрных как черти замечали и выедали воробьи. С развитием промышленности берёзы покрылись копотью и сажей. Вчерашних белых и святых бабочек стали истреблять как грешников воробьи, популяция быстро почернела. Так каков истинный замысел Естественного Селектора? И по сей день можно слышать, как политики рассуждают об идеалах, нормах и грехе, о ценностях традиционных и западных, о гуманности и трансгуманизме так, словно папа Карло вырезал Буратино с длинными носом, двумя руками и двумя ногами, а не многоголового многорукого монстра, имя которому - Легион популяция, которой всегда требуется определённое количество уродов, которые уроды только с точки зрения тех, кто наиболее эффективен сегодня, а завтра уроды и красавцы поменяются местами. Если идти дальше, то можно вспомнить цитату Н.И. Вавилова: "Селекция есть эволюция, направляемая волей человека". Это означает, что человек из объекта (предмета творчества естественного отбора) эволюции превращается, с появлением разума, в субъект эволюции (творца, производящего генно-модифицированных кошек). И всё бы хорошо, но в этом случае идеалы, нормы и грехи определяет уже не природа, а сам человек, который, как известно, может вообразить всё, что угодно, например, Ихтиандра из романа Беляева "Человек-амфибия". Имеет ли человек трансгуманистическое право выбирать биологическую форму собственного существования? Об этом также с пеной у рта спорят политики. Так и получается, что СТЭ написана в 20-х годах XX века, советскими же учёными, а в СССР продолжался кризис дарвинизма. Затем СТЭ включили в школьные учебники, но до сих пор кризис дарвинизма продолжается в головах у населения и власть имущих. Тюлин Д.Ю., кандидат биологических наук