Синдром высокого мака (англ. tall poppy syndrome) — термин, использующийся для описания социального феномена, выражающегося в неприязни и нападках на людей, которые выделяются из толпы благодаря своим редким талантам или выдающимся успехам. Схож с такими понятиями, как зависть, обида или ревность к чужому успеху. Термин широко используется во многих англоговорящих странах.
 
Концепция берёт своё начало в геродотовской «Истории» (книга 5, 92ф), аристотелевской «Политике» (1284a), а также в ливиевой «Истории Рима», Книге I. Периандр послал глашатая к Фрасибулу спросить совета, как ему, установив самый надежный государственный строй, лучше всего управлять городом. Фрасибул же отправился с прибывшим от Периандра глашатаем за город и привел его на ниву. Проходя вместе с ним по полю, Фрасибул снова и снова переспрашивал о причине прибытия его из Коринфа. При этом тиран, видя возвышающиеся над другими колосья, все время обрывал их. Обрывая же колосья, он выбрасывал их, пока не уничтожил таким образом самую красивую и густую часть нивы. Так вот, проведя глашатая через поле и не дав никакого ответа, тиран отпустил его. По возвращении же глашатая в Коринф Периандр полюбопытствовал узнать ответ Фрасибула. А глашатай объявил, что не привез никакого ответа и удивляется, как это Периандр мог послать его за советом к такому безумному человеку, который опустошает собственную землю. Затем он рассказал, что видел у Фрасибула. Периандр же понял поступок Фрасибула, сообразив, что тот ему советует умертвить выдающихся граждан. Тогда-то тиран начал проявлять величайшую жестокость к своим гражданам. Всех уцелевших от казней и изгнаний Кипсела теперь прикончил Периандр.Геродот, «История», Книга 5, 92-f Аристотель использует рассказ Геродота в Политике, (1284a) с поменявшимися ролями, ссылаясь на совет Периандра Фрасибулу через глашатая. Вестник сообщает, что в ответ на его просьбу Периандр оторвал верхушку у мака, что Фрасибул понял так — «надо избавиться от именитых граждан».
 Ещё одна ссылка на историю с маками есть у Ливия о тиране Рима Тарквинии Гордом. К тому приходит посланник от его сына Секста Тарквиния с вопросом, что делать дальше в Габии после завоевания там полноты власти. Вместо устного ответа посланнику Тарквиний идёт в свой огород, берёт палку и одним движением взмахивает ей в огороде, тем самым отре́зав головки самых высоких маков. Посланник, уставший ждать ответа, возвращается в Габию и рассказывает Сексту, что видел. Секст осознаёт, что отец хочет, чтобы он предал смерти всех выдающихся людей Габии, что Секст Тарквиний впоследствии и делает.
 Фраза использовалась ещё в 1864 в связи со скандалом по поводу возведения в рыцарство:
 Сложнее найти обоснование для такой регалии как Орден подвязки. Но в таком случае он приобретает значение залога — потому что его всегда дают или людям исключительным, или же тем, чьё социальное положение достаточно сильно, чтобы вызывать опасения у нынешнего министра. Это своего рода публичное признание того, что вы являетесь высоким маком. И, поскольку в наши дни голову уже нельзя отрезать, то стоит вас купить.  Фраза была снова использована в 1904 году на дебатах в Парламенте Австралии:
 Сенатор О'Киф: Он посчитал нужным назначить Верховного Комиссара.
 Сэр Уильям Зил: Ещё один высокий мак.
 Сенатор О'Киф: Некоторые высокие маки были нужны.
 Sir William Zeal–    Another tall poppy.
 В 1930 году The Townsville Daily Bulletin писал:
 Несомненно, одним из зол Правительства в Австралии и Великобритании является вопиющая зарплата руководства: от высокого мака с 3 000 фунтов в год к рабочему с его 260 фунтами. Фраза стала более популярной в 1931 году — после того как премьер-министр Нового Южного Уэльса Джек Ланг описал свою эгалитарную политику как «отрезание голов высоких маков». «Мистер Ланг присмирил высоких маков — тех, кого мог достать». «Высокие маки партии затаскали имя мистера Ланга по дебатам, чтобы размыть проблему».
 Фраза возродилась в 1984 году после публикации бестселлера Сьюзан Митчелл (Susan Mitchell) под названием «Высокие маки» (Tall Poppies). В книге она брала интервью у девяти успешных австралиек.
 По поводу австралийского определения Питер Хартчет из Sydney Morning Herald писал: «(Австралийские) граждане знают, что у некоторых из них больше власти и денег, чем у остальных... Но, согласно негласному национальному этическому коду, ни одному австралийцу не разрешено допускать мысль, что он или она лучше любого другого австралийца. Как это соблюдается? Незамедлительной корректировкой с помощью уравнивающих насмешек. У этого есть название — "синдром высокого мака". Самые высокие цветы в поле будут подрезаны по размеру остальных. Иногда это неправильно понимают... Австралийцев коробит вовсе не чужой успех — униженность, которую создают все те, кто набирает высоту».
 До того как стать премьер-министром, Маргарет Тэтчер объяснила свою философию американской аудитории — «пусть ваши маки растут в высоту», хотя сообщалось, что она добавила себе под нос: «если они, конечно, не работники профсоюза».
 Цитата была использована в США в политических целях, и любое утверждение о том, что Соединённое Королевство несёт в себе культуру синдрома высокого мака (в смысле крабового менталитета, как Австралия и Новая Зеландия), оспаривалось.
 Вера в силу данного культурного и социального феномена, а также в его отрицательную направленность, продиктована политикой. Синдром высокого мака имеет прямое отношение к тому, что некоторые консерваторы, либералы и либертарианцы называют «политикой зависти».
 Некоторые комментаторы утверждают, что синдром высокого мака — это универсальный феномен, который является более распространённым в отдельных культурах. Понятия janteloven, или «закон Янте», в Скандинавии, и «я знал вашего отца» в Шотландии, очень похожи. Подобные явления существуют в Нидерландах (где оно называется maaiveldcultuur). В США, Бенджамин Франклин Фэйрлес, президент Американской сталелитейной корпорации (1950), раскритиковал такое поведение, заявив: «Вы не можете усилить одно за счет ослабления другого; и нельзя добавить роста гному, отрезав ногу великана».
 Некоторые социологи, в частности Макс Вебер, считают, что в определённых социальных группах приобретение престижа и власти — это игра с нулевой суммой, и эта ситуация может оправдывать неприязнь к «высоким макам». В таких группах строго ограничены престиж, количество внимания, власти и материальных ресурсов, которые члены могут дать друг другу или разделить между собой. Статус — это относительная величина, поэтому для поднятия статуса одного другой человек должен упасть. Человек, у которого больше престижа, является препятствием для другого человека к получению престижа. И человек, который вдруг поднимается над остальными, становится откровенной угрозой для статуса других. Унижение или саботаж популярного члена группы понизит его статус, таким образом сделав агрессора возможной заменой в групповой иерархии.
 Этот паттерн с нулевой суммой может быть найден в малых группах, характеризуемых фиксированной иерархией, и где практически нет прихода новых членов в группу. Примеры включают бедные американские общины и некоторые уличные банды. Схожей концепцией является менталитет краба, в котором успешные члены бедной общины рассматриваются в качестве ущерба репутации других членов сообщества. Образ взят из наблюдения, что краб лезущий наверх из ведра (или, в других версиях, бочки) тянется вниз своими собратьями.
 Недавнее исследование, проведённые в Университете Уаикато в Новой Зеландии, показывает, что культура синдрома высокого мака может привести к снижению средней производительности до 20 % для организации, а также объясняет, почему кибертравлю можно считать современным продолжением физического убийства времён царя Тарквиния.