Усман Нигматуллович Терегулов (башк. Усман Ниғмәтулла улы Тереғолов; 1894—1943) — деятель башкирского национального движения за автономию Башкурдистана. Член Башкирского военного совета, командир 6-го Башкирского стрелкового полка.
 Терегулов Усман Нигматуллович родился в 1896 году в селе Каргалы Белебеевского уезда в Уфимской губернии (ныне село Верхние Каргалы Благоварский район Республики Башкортостан) Брат Х. Н. Терегулова. Происходил из дворянского рода Терегуловых.
 После начала Первой мировой войны призван в армию, где дослужился до звания прапорщика. Окончил Киевское военное училище. После революции 1917 года вернулся на родину и присоединился к башкирскому национальному движению за автономию Башкурдистана. В июне 1918 года стал членом Башкирского военного совета, принимает участие в формировании военных частей Башкирского войска.
 В конце 1918 года направлен в Тамьян-Катайский кантон, где совместно с ротмистром А. Б. Карамышевым занимался формированием Тамьян-Катайского добровольческого отряда. В начале июля 1918 года назначен командиром данного отряда, численностью 300 человек.
 В июле 1918 года Тамьян-Катайский отряд Терегулова, 1-й Башкирский кавалерийский и 5-й Башкирский стрелковый полки были объединены в оперативную группу «Башкирские силы Верхнеуральского фронта» под командованием ротмистра А. Карамышева. 1 августа Верхнеуральск и Белорецкий завод был занят башкирскими частями, а 10-тысячная Уральская армия под командованием Блюхера с тяжёлыми потерями отступала в направлении Стерлитамака. В августе Усман Терегулов возглавил оперативную группу «Башкирские силы Верхнеуральского фронта». За отличие в сражениях был произведён в подпоручики, а позднее в поручики.
 По соглашению Правительства Башкурдистана с Временным Сибирским правительством башкирские части в оперативном отношении подчинялись Сибирской армии, которая обязалась снабжать башкирские части всем необходимым. Однако на деле башкирские части снабжались по остаточному принципу. В ответ на просьбу снабдить их всем необходимым прапорщик Терегулов услышал в адрес башкирских войск лишь упреки от генерала М. В. Ханжина..
 В конце декабря 1918 года башкирские части, в том числе отряд Терегулова, были объединены в оперативную группу «Башкирские силы Стерлитамакского фронта» под командованием ротмистра М. Б. Карамышева. В начале февраля 1919 года назначен командиром 6-го Башкирского стрелкового полка 2-й Башкирской дивизии Башкирского корпуса, с численностью 400 человек.
 С июня по октябрь 1919 года командир полка Усман Терегулов в составе Башкирской отдельной кавалерийской бригады, а затем Башкирской отдельной кавалерийской дивизии участвовал в боях на Южном фронте против Деникина. В ходе боев под Харьковом получил ранение, башкирские части вели боевые действия в тяжёлых условиях и они несли значительные потери.
 В октябре 1919 года в составе Башкирской группы войск принимал участие в обороне Петрограда от войск генерала Юденича. После разгрома белых войск под Петроградом служил в Народном комиссариате по военным делам Башкирской АССР. В начале 1920 года назначен исполняющим обязанности председателя Центральной комиссии по борьбе с дезертирством Башкирской АССР. В марте 1920 года назначен заведующим управлением советской милиции Башкирской АССР..
 В марте 1920 года назначен заведующим управлением советской милиции Башкирской АССР. После выхода декрета ВЦИК и СНК РСФСР «О государственном устройстве Автономной Советской Башкирской Республики» Терегулов вместе с другими деятелями национального движения в знак протеста против политики большевиков покинул свой пост и выехал в Среднюю Азию, где присоединился к антибольшевистскому движению в Туркестане и был назначен помощником военного министра Хорезмской Народной Советской Республике.
 В 1921 году вернулся в Башкирскую АССР, где был арестован и находился в заключении.
 Позднее приехал в Ленинград, где окончил Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта. 24 октября 1936 года вновь был арестован и осужден на 8 лет. Был сослан в Ухто-Печорский лагерь НКВД. Позднее переведён на Дальний Восток в город Свободный, где умер 7 апреля 1943 года. Реабилитирован 30 августа 1989 года.
 «Воины-башкиры Верхнеуральского фронта, подчиняясь Комкору Уральскому, безропотно исполняли все приказы и приказания, несмотря на то, что они все голые, нагие, босые, голодные. Шли в бой почти с дубинами — негодными к стрельбе берданами, на поле сражения многие из раненых погибали без санитарной помощи, для башкир не отпускали ни одного индивидуального пакетика. Несмотря на все трудности, башкиры не опозорили имя воина башкирина, смело и храбро прикладами отбивали атаки.Комкор Уральский не хотел видеть героизм воинов башкир и не услышал их голодный и измученный стон, на наши просьбы хлеба насущного даже не последовали ответы. Кровью измученных башкир удержали фронт, протянувшийся на несколько десятков верст, но, несмотря на это, из штаба Уральского Комкора бросают упреки и грязь в лицо воинов башкир, называя их негодными и не нужным элементом.Прошу от имени всех воинов башкир Верхнеуральского фронта, зачем и почему гигантские труды башкир затоптаны в грязь»
 «Мы, загораживая путь наступления противника на протяжении огромного фронта, систематически нападали и оборонялись на подступах Харькова. Общее отступление Красной Армии до Харькова под натиском противника продолжалось несколько недель. За это время башкирские части показали чудеса храбрости, ни одна позиция башкирских частей не была оставлена без упорного боя и без упорного сопротивления, но общее отступление на всем фронте вынуждало отходить и Башкирскую дивизию по направлению на Харьков. Подобное отступление командование башкирских войск наводило на мысль, что отступление происходит благодаря расхлябанности и измене высшего командования. Высшее командование принадлежало штабу Харьковской обороны. Наше подозрение на измену было достаточно очевидно и обосновано. Во-первых, фронт был настолько расстроен, что части Красной Армии не имели связи, лишь в беспорядке и без всякого руководства, под натиском противника отступали, со стороны штаба обороны не было ни одного боевого приказа, которым бы можно было руководствоваться и привести в порядок деморализованные и разрозненные части Красной Армии на всем Харьковском фронте. Во-вторых, еще одно обстоятельство, которое не оставило ни тени сомнения в существовании измены, это на ст. Зайцево, когда противник упорно наступал на 1-й кавалерийский полк, я срочно требовал патроны от штаба обороны, чуть ли не через каждые 10 минут сообщал, что патроны все вышли, противник теснит с большим упорством, в случае неполучения патронов мы будем уничтожены. Штаб обороны отвечал, что со ст. Харьков направлены два вагона патронов, гранат и пироксилинов для взрыва мостов, чтобы загородить путь наступления противника.С утра высланные весьма долгожданные два вагона огнеприпасов прибыли к трем часам дня. Вагоны были доставлены специальным паровозом под пломбой и надписью «взрывчатые вещества», «при маневрах не толкать», в общем, обращаться осторожно. Бой еще продолжался, патроны были кстати и вовремя. Я немедленно приказал сорвать пломбы и открыть вагоны. Вагоны немедленно были открыты. О, ужас, в вагонах ни одного патрона, в обоих было по тысяче пудов шинного железа. Подобное явление меня взорвало, и я немедленно опять к аппарату для переговоров со штабом обороны, объяснил обо всем случившемся, мне ответили, очень сожалеют, что там оказалось шинное железо, дело будет немедленно расследовано и виновные немедленно будут на месте расстреляны. Затем через несколько часов сообщили, что произошла случайная ошибка в прикрепке вагонов, попались не те. Красноармейцы-башкиры, не имея патронов и снарядов, дрались штыками и прикладами. В-третьих, наши подозрения на измену подтверждаются совершенно нелепыми приказами штаба обороны, о разъединении башкирских частей и разбрасывании чуть ли не по всему фронту по-эскадронно и по-ротно. Но Башкирское командование этого приказа штаба обороны не выполнили, видя в этом явную измену. Это впоследствии подтвердилось, что сплоченная Башкирская дивизия была серьезной преградой для вступления Деникина в Харьков, а изменники штаба обороны хотели распылить эту угрозу для Деникинской армии.»
 Терегулов Осман Нигмантулович. Родился в 1898 г. Б/п, близок к социалистам-революционерам; Проживал: Хива.Арестован в феврале 1922 г. отправлен в Пертоминский концлагерь.Приговорен: в 1922 г. Приговор: 3 года заключения в концлагерь, 29.12.1922 этапирован на Соловки, 13.11.1924 переведен в Кемь, 23.12.1924 сослан на 2 года в Мценск.