alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Суворов пакет ҫине пӑхнӑ, вуласа тухнӑ: «Александр Суворов граф аллине памалла».
Глянул Суворов на пакет, прочитал:«Графу Александру Суворову в собственные руки».
Вӑл кӗске вӑхӑта та чарӑнмарӗ.
Без малейшей передышки.
Тухӑҫ Галатийĕ тата Понт пайне Рим ҫумне хушнӑ.
Присоединение Восточной Галатии и части Понта к Риму.
Халӗ вӑл яштака пӳллӗ, «чаплӑ» каччӑ, галифе, районта курман фасонпа ҫӗленӗ пустав куртка тӑхӑннӑ.
Теперь это был стройный, «подбористый» парень, одетый в брюки-галифе и суконную куртку невиданного в районе фасона.
Аникей питӗнчен юри кӑтартнӑ хаваслӑх ҫухалчӗ, вӑл тӗксӗмленсе кайрӗ.
С лица Аникея сошла наигранная веселость, он помрачнел.
Вӑл пирӗн урасем хушшинче ҫапкаланса ҫӳрет, пур ҫӗрте те сӑмсипе пырса тӗкӗнет — хӑваласа ярас тесе, пирӗн механик ӑна тарӑхнипе хӑлхинчен ҫапса йӑвалантарса ячӗ.
Вертится под ногами, всюду нос сует. Наш механик в сердцах ударил её по уху, чтобы прогнать прочь.
— Юрать, эсӗ хушнӑ пек тӑватӑп.
— Хорошо, сделаю, как ты велишь.
Кам мӗнле пӗлнӗ, ҫавӑн пек чакаланнӑ тесе шутлатӑн ӗнтӗ эсӗ? йӑнӑшатӑн, тӑванӑм…
Думаешь, цеплялись, кто как попало? ошибаешься, брат…
Тамӑкри пек вут-хӗм малти ретсене пӗтӗмпех шӑлса тӑкрӗ.
Убийственный огонь выкосил передние ряды.
Кун ҫути тахҫанах сӳннӗ ӗнтӗ, каҫ пулчӗ, малтан вӑл вут ҫулӑмӗ пек сарӑ хӗрлӗ тӗслӗччӗ, кайран йӑмӑх хӗрлӗ тӗс ҫапрӗ ӑна.
День давно погас, и вечер, сперва весь огнистый, потом ясный и алый.
Эпӗ тинӗс ҫинерех, базӑран пӗр вунпилӗк километр сылтӑмарах тухнӑ иккен, мана ҫул кӑтартса паракан ҫынсем челюскинецсем пулнӑ, хӑйсене хӑтарнӑ хыҫҫӑн вӗсем Уэлена кайнӑ.
Оказалось, я вышел к морю правее базы километров на пятнадцать, а люди, которые указали мне путь, были челюскинцы, которых уже успели спасти; они ехали в Уэлен.
Огнянов хӑй ытлах тӗлӗнмерӗ.
Сам Огнянов, но крайней мере с виду, волновался меньше других.
Ун сасси пӗр янравсӑр та темле аван мар илтӗнчӗ….
Голос у него был глухой и звучал неприятно…
«Челюскин» пӑрахут путрӗ.
Пароход «Челюскин» потонул.
Атьӑр пӑхар…
Давайте посмотрим…
Анчах кирек хӑҫан та пиҫиххирен шайласа ил.
Только всегда учитывай пояс.
Анчах пӗтӗм яхта тӑрӑх халиччен нимӗн те чӗнмен боцмана Элен ҫӗнтерни ҫинчен хыпар сарӑлчӗ.
Однако по всей яхте пробежал слух, что Элен удалось, наконец, победить упорство бывшего боцмана.
Юлташӗ пӑшӑрханмасӑр ӗҫлени ӑна та ҫийӗнчех лӑплантарнӑ.
Спокойный поступок товарища сразу привёл его в себя.
Ӗненмен ҫынсемпе танлаштарсан, эпир Турӑ сӑмах панӑ тӑрӑх чаплӑ пуласлӑх пулассине пӗлетпӗр.
В отличие от тех, у кого нет веры, служители Иеговы видят больше, чем только нынешнюю жизнь.
Вӑл ҫав тери чӗрӗ те вӑр-вар ачаччӗ; анчах уйӑх хыҫҫӑн уйӑх иртнӗ май унӑн суккӑрлӑхӗ, ачан палӑрма пуҫланӑ кӑмӑл-туйӑм хусканӑвӗсем ҫине хӑйне евӗр йӗрсем хӑварать-мӗн.
По натуре он был очень живым и подвижным ребенком, но месяцы шли за месяцами, и слепота все более налагала свой отпечаток на темперамент мальчика, начинавший определяться.
— Сирӗн ЧК пек ӗҫлени ниме юрӑхсӑр япала.
— Так работать, как работает ваша ЧК, свинство.
Вӑл маориецсен ҫулпуҫӗ.
Это был маорийский вождь.
Тинех Павел ырӑ хыпара ӑҫта каласа ҫӳремеллине ӑнланса илнӗ.
Наконец Павлу стало ясно, где проповедовать.
Ку чӑрмантармасть.
Это не помешает.
Ганс пуҫне ватса пенӗ хыҫҫӑн Клейнферминфель еплерех юрланине курӑпӑр-ха, шухӑшларӑм эпӗ.
Стой, — думал я, — запоешь ты, Клейнферминфель, когда узнаешь, что Гансу отбили голову.
Кӑнтӑрла пӳрте илсе кӗрсе апатлантарчӗ, ун пек апата Ильсеяр ӗмӗрне те тутанса курманччӗ-ха.
Накормила ее обедом, какого та и в жизни не пробовала.
Сухалне хӑй эспаньёлкӑлла кастарнӑ, питҫӑмартийӗсем хӑйӗн пушӑ хутаҫ пек усӑнса аннӑ.
С бородкой-эспаньолкой и вислыми сумками щек.
Тепӗр ҫур сехетрен тейӗпӗр-и…
Через полчасика, что ли…
Эпе ҫӗклентӗм.
Я поднялась.
Хӑйне пӗҫҫисенчен ҫапса Робенок та ахӑлтатса кулатчӗ, вара вӗсем нумайччен мана вӗри лапра ӑшӗнче ӑшаласа хӑтланчӗҫ, — ҫавна тӳсме пит йывӑрччӗ!
Робенок тоже хохотал, хлопая себя по бедрам, и они долго поджаривали меня в горячей грязи, — это было мучительно!
— Пур инкеке те Аллах ярать, Аллах аслӑ, пире ун ирӗкӗнчен тухма ҫук.
— Все беды от аллаха. Велик аллах, не нам идти против его воли.
— Паллах ӗнтӗ, вӑл куна Репин ҫине тарӑхнипе каларӗ.
— Ясно, это уж он со зла на Репина.
Олёна куна пӑхмасӑрах курчӗ.
Она видела это, не глядя.
— Эсӗ ура хурса ӳкертӗн, апла юрамасть, — терӗ вӑл хӗрсе кайса.
— Ты неправильно подножку подставил, — сказала она оживленно.
Кашкӑр ами малтан икӗ йытта пӑвса пӑрахнӑ, лашана хытӑ ҫыртса пӗтернӗ, ун хыҫҫӑн вара арҫынна тапӑнма пуҫланӑ.
Волчица убила двух собак, сильно покусала лошадь, после этого стала набрасываться на мужчину.
Вӑл чечек ҫыххине хӗре тыттарчӗ, пуҫне тайса сывпуллашрӗ те почтӑран тухса утрӗ.
С серьезным лицом он отдал ей цветы, поклонился и вышел из помещения почты.
Хӑйӗн халӑхӗ хушшинче вӑл пысӑк хисепре тӑнӑ.
В среде своих соплеменников он пользовался глубоким почетом.
Пилӗк ҫулта чухне эпӗ ташӑ класне ҫӳреме пуҫларӑм.
В возрасте пяти лет я стала посещать танцевальный класс.
Вӗсен тавра чемодансем, япала ҫыххисем тӑнӑ.
Около них стояли чемоданы и узлы.
Пурте пӗрле чух лайӑхрах, интереслӗрех!
А вообще вместе же лучше, интереснее!
Вӑхӑтран вӑхӑта Турӑ Павела пухури тӑвансем урлӑ тӗреклетнӗ.
Например, Бог укреплял Павла через единоверцев.
Иван Тимьянччӑ чыслӑ ҫын.
Иван Димьянович человек честный.
Унӑн ятне асӑнман, анчах пурпӗрех вӑл — вӑлах!
Он не был назван, но это был он!
Никам та ӑна итлесшӗн пулмарӗҫ.
Никто не обратил на него внимания.
Шофер машина ҫунатти ҫине тӑрса кузов ӑшнелле пӑхрӗ ҫеҫ, тӳрех унта ача хутланса выртнине курчӗ.
Едва лишь шофер встал на подножку и заглянул в кузов, как сразу увидел съежившегося мальчика.
Хӑвӑртрах, ӗнтӗ кая юлатӑн, — пӑх-ха авӑ хӗвел тухать.
Скорее, уже поздно, — гляди, солнце восходит.
Аялта кӑна, ҫӗр ҫумӗнче, тул енчи стена тӗннинчен кӗрекен хӗвелӗн йӑлтӑркка пайӑрки урайне кӑшт ҫутатнӑ.
Только внизу, у самой земли, яркая солнечная полоса из отдушины в наружной стене ложилась на пол.
Вӑл автомобиль тытӑнса тӑрасран хӑрать.
Он стал бояться, что автомобиль задержится.
Шӑпах пулчӗ вӑл — тӗленнипех ҫав ӗнтӗ.
Он замолчал — конечно, от удивления.
— Кай, тӑнсӑр ҫын, — тенӗ ӑна.
— Иди, сумасшедший, — сказали ему.
Ӗҫе чипер пуҫланӑ хыҫҫӑн ҫак тупӑша алӑран яни тарӑхмалла пулнӑ пулӗччӗ.
Было бы досадно после удачного начала отказаться от такой богатой добычи.
Кулатӑн ак, вӗсенчен миҫе ҫын халӑхшӑн ӗҫлекен пулнине ан ман эс, Паиснй атте, сӑмахран, ҫӗр ҫул ӗлӗк Болгари историне чи малтан ҫырса панӑ, ҫавӑнтан пуҫласа Левский тияккӑн патне ҫити каласан мӗн чухлӗн вӗсем!
Ты улыбаешься, ты забываешь, сколько народных деятелей вышло из духовного звания, начиная с отца Паисия, который сто лет назад первый написал историю Болгарии, и кончая дьяконом Левским.
— Эсир тӗрӗс калатӑр, — тесе ответлеме васкарӗ Луиза, те кӳреннӗ, те куляннӑ пек пулса.
— Да, вы правы, — поспешила она ответить тоном, в котором слышалась не то некоторая уязвленность, не то сожаление.
Йышӑнатӑп: ҫак вунӑ ҫуллӑха синкерлетнӗ тӗлӗнмелле ӗҫсен йывӑрлӑхне пӑхмасӑр — эпӗ самаях мӑнаҫлантӑм, тӗрӗсрех — этем сывлӑшри вӗҫев енӗпе, радио, хими енӗпе, тинӗс тата артиллери техникинче генилле ҫӗнтерӳсем тунипе паллаштарнӑ хыҫҫӑн хама ҫак ҫурма Робинзонсенчен чылай ҫӳллӗрех туйрӑм.
Сознаюсь, что, несмотря на тяжесть событий, омрачивших это десятилетие, я испытывал невольное чувство гордости, вернее — превосходства над этими полуробинзонами, когда стал рассказывать о гениальных завоеваниях человека в области воздухоплавания, радио, химии, морской и артиллерийской техники.
Сатана мӗншӗн ҫакӑн пек тунӑ?
Почему Сатана сделал это?
Лури, йӗрӗннӗ пек пулса, аллине сулчӗ.
Лури с отвращением махнул рукой.
Чижик ҫухӑрса ячӗ.
Чижик вскрикивает.
— Епле эсир выляма пултаратӑр?
— Как вы умудряетесь играть?
— Ну, мӗнле? — ыйтрӗ шофер, пуҫне машина ӑшнелле чиксе.
— Как? — ко мне заглянул шофер.
Унсӑрӑн каяс ҫук.
Без этого не уйдет.
Нимӗҫсен улттӑмӗш армине Сталинград патӗнче ҫавӑрса илсен, Гвоздевсен корпусӗ чакса пыракан нимӗҫсен фронтне татса кӗрсе кайнӑ та, хӑйсен мӗнпур танкӗсемпе ҫеҫен хирсем тӑрӑх нимӗҫ тылӗсене ҫӗмӗрсе ҫӳреме тытӑннӑ.
После того как Шестая немецкая армия была отрезана и окружена у Сталинграда, их корпус прорвал фронт отступающих немцев и, проскочив в образовавшуюся брешь, всеми своими танками устремился по степи на немецкие тылы.
Выҫӑпа мар, паллах….
Не из-за голода, конечно…
Чочой ял тӑрӑх утрӗ.
Чочой пошел вдоль поселка.
2006 — «Никаких других желаний» — Вӑл (тĕп роль)
2006 — «Никаких других желаний» — Она
Каҫалапа тӑвайкки шӑнса ларнӑ, приютрисем ярӑнма пуҫланӑ.
К вечеру гора подмерзла, и приютские начали кататься.
Кирлӗ япаласене хавассӑн пуҫтарнӑ та икӗ пӗчӗк ҫыхӑ туса ҫыхса хунӑ.
Весело собирали вещи и связывали их в два маленьких узелка.
Чӑнах та, унӑн сасси кашни сӑмах каламассерен чӗтренсе татӑлчӗ.
Действительно, голос ее прерывался на каждом слове.
— «Ыйтрӑм — каламасть», — кӑмӑлсӑррӑн виртлерӗ Тимур Гейкӑна.
— «Спрашивал — не говорит», — огорченно передразнил Гейку Тимур.
Пароле пӗлтерме килӗшменни хӑй суйнине палӑртмӗ тесе шухӑшларӗ Йован.
— Йован почувствовал, что, отказавшись назвать пароль, он сделал свою ложь более убедительной.
Иртен-ҫӳрен ҫумне ӗнтӗ…
А — к прохожему…
Хӗрачасем шавласа, темӗн кӗмсӗртеттерсе, ура ҫине тӑраҫҫӗ.
Девочки встают с шумом, с грохотом.
Мухтавлӑ географ документӑн кашни сӑмахне пинмӗш хут аса илет.
Почтенный географ в тысячный раз восстанавливал в уме каждое слово документа.
Анчах ҫак кокарда та ҫителӗклӗ пулать.
Но этой кокарды достаточно.
Вӑл: «Миша Никитин», теме те ӗлкӗреймерӗ, хам пата яланхи пекех аллисене сулласа чупса килекен Никитина куртӑм.
Он не успел сказать «Миша Никитин», как я заметил, что ко мне, по обыкновению размахивая руками, спешит Никитин.
Чӑнах та, Володя Дубининӑн рекордлӑ моделӗн сулахай борчӗ ҫине конструктор аллипе: «Черномрец» тесе ҫырнӑ.
На левом борту рекордной модели Володи Дубинина было действительно рукой конструктора намалевано: «Черномрец».
Эпӗ сулӑнса кайрӑм та, тапраннӑ ҫемҫе юр ҫине лартӑм.
Я пошатнулся и сел на мягкий истоптанный снег.
Паян ҫынсем йӗрӗхсене тӗрлӗ майпа пуҫҫапма пултараҫҫӗ, хӑш - пӗр чухне пӗр - пӗр ӗҫ суя турӑсене пуҫҫапнипе пӗрех пулнине тӳрех ӑнланмасан та пултараҫҫӗ.
Сегодня идолопоклонство может приобретать различные формы, которые порой нелегко распознать.
— Туапсе ҫунать.
— Туапсе досе горит.
Совет влаҫӗ вӑхӑтӗнче Арсеньев хӑйӗн тӗпчевӗсене тата анлӑраххӑн туса пыма тытӑннӑ.
В советское время Арсеньев расширил свои исследования.
— Мӗншӗн курнӑҫмастпӑр-ха? — терӗ вӑл, пушмак пуҫӗсем ҫине тинкерсе пӑхса; эпир решетке стеналлӑ пӳлӗм ҫумӗнчен иртсе пынӑ чух хӗр стенана пӳрнисемпе тӗкӗнчӗ.
— Отчего ж не увидимся? — сказала она, пристально всматриваясь в кончики своих башмачков и проводя пальчиком по решетчатым ширмам, мимо которых мы проходили.
Трактир хуҫи килӗнче ҫаплах ухтару пырать.
А в доме трактирщика все еще шел упорный обыск.
Халӗ, ак, хуплу-кукӑльпе пӗрле ӑшӑ ҫӑкӑр шӑрши сӑмсана кӑтӑкласа килентерет, кӑкӑра ыррӑн-ыррӑн ҫупӑрлать.
И теперь сдобный запах пирога и свежего хлеба щекочет ноздри, и оттого, наверное, в избе кажется еще теплее.
«Эпӗ халтан кайрӑм, вӑй пӗтрӗ, тесе каласшӑнччӗ-и эсӗ?
«Ты хочешь сказать: целиком израсходовался?
Сузи асӑрхануллӑн ун патне пӳрнине сӗртӗннӗ — вӑл сип-сивӗ пулнӑ.
Сузи осторожно коснулся пальцем его щеки: она была холодна.
— Ку курӑнсах тӑрать.
— Это видно.
Ӗҫсен пӗр пайне урӑх ҫынна пама ан хӑрӑр.
Не бойтесь переложить часть забот на чужие плечи.
Григорий хӗҫне йӗннине чиксе хучӗ, хӑраса ӳкнӗ начальнике ӗнсерен чышса ячӗ, ӑна чӗркуҫҫипе тата чышкисемпе алӑк патнелле тӗртсе, хаяррӑн кӑшкӑрчӗ:
Григорий кинул шашку в ножны, кулаком ударил по шее перепуганного начальника; коленом и кулаками толкая его к выходу, орал:
Сарра эпӗ Авраамӑн арӑмӗ тесе каланӑ пулсан, упӑшкине вӗлерме пултарнӑ.
Если бы Сарра сказала, что она жена Авраама, то его могли убить.
Ҫыру тӑрӑх паллашнисем ӗнтӗ.
То есть так, по письмам, знакомые.
— Ӑҫта сан ывӑлусем?
— Где у тебя сыны.
Кӗрмеш ӗнтӗ санпала… — тет.
Возись с тобой…
20. Этем хӑй чӗлхи-ҫӑварӗн ҫимӗҫӗпе тӑранать; чӗлхи мӗн тупать, ҫавӑнпа тӑранать вӑл.
20. От плода уст человека наполняется чрево его; произведением уст своих он насыщается.
— Мӗнле ӗҫ пулать вара сирӗн?
— А в чём ваша работа будет?
Ковалева Нинӑн гитари, ҫилӗмӗ уйрӑлнипе, хӑйпӑнкаласа пӗтнӗ.
Расклеилась и вся рассыпалась на части гитара Нины Ковалевой.
хайхи карчӑка каллех тĕл пултӑмӑр
мы опять повстречали ту самую старушку
— Эпир унтан кая-им?
— Разве мы хуже ее?
Эпӗ хамӑн самолёт экипажӗпе пулса иртнӗ пӗр ӗҫ ҫинчен каласа патӑм.
Я рассказал о случае, происшедшем с экипажем моего самолёта.
— Халӗ ӗнтӗ вӗсене тупӑпа персен те вӑратаймӑн.
— Теперь их пушками не разбудишь.
Халӗ вара унӑн ывӑлӗ, Соломон — патша тата Библи ҫыравҫи — ҫинчен калаҫса пӑхар.
Но давайте поговорим о его сыне — царе и человеке, участвовавшем в написании Библии, — о Соломоне.
Казакӑн чӗри чӗтресе илнӗ.
И тут дрогнула казацкая душа.
савӑтсене чĕртавар парса тӑр
поставлять на заводы сырье
— Олл райт! — тенӗ ҫамрӑк еврей.
— Олл райт! — сказал молодой еврей.
— Тен, сӑнчӑрсем татӑлса кайӗҫ-ха… — вӗлкӗшсе иртнӗ унӑн пуҫӗнче усал шухӑш.
«Может, еще цепи порвутся…»
Акӑлчан Сербире партизансен отрячӗсем мӗн чухлӗ пулнипе интересленчӗ, вӗсем Титопа ҫыхӑну тытни-тытманни ҫинчен ыйтса пӗлчӗ, Павӑл ӑна ответлемерӗ, ун умӗнче темиҫе четнике тӗпченӗ май, хӑйсем мӗнле ҫынсем пулнине ӑна кӑтартас тесе, унпа калаҫма чарӑнма шутларӗ…
Англичанин интересовался численностью партизанских отрядов в Сербии, спрашивал о связи с Тито, Павле ничего ему не ответил и решил прервать разговор, чтобы в его присутствии допросить нескольких четников и показать таким образом англичанину их истинное лицо.
Вӑл хаваслансах килӗшрӗ.
Он охотно согласился.
гаубица артиллерийĕ
гаубичная артиллерия
Кумӗ ырӑ, хӗвеллӗ пулас пек.
День обещал быть погожим, солнечным.
Вӗсем унӑн путмар сакки патнелле шуса пычӗҫ те, Ланкина вӗсем патнелле усӑнса, илтӗнми йӗрсе, пиччӗшӗ мӗнле вилни ҫинчен каласа пачӗ.
Они подползли к ее нарам, и Любовь Евграфовна, свесившись к ним, заливаясь беззвучными слезами, рассказала пионерам о том, как погиб ее брат.
— Ну, юрӗ, ӗнтӗ, кӗтмел ҫийӗр.
— Ну, да ладно, пусть. Угощайтесь брусникой.
Шыв ҫийӗн витӗр курӑнакан тӗтре йӑваланса хӑпарма пуҫларӗ…
Над рекой поднимался прозрачный туман.
Ҫак ӗҫе вӑл питӗ ӑнӑҫлӑ туса пырать.
Она с этим отлично справлялась.
— Федораш! — чупса пычӗ ун патне Доруца.
На том самом месте, где уборщица недавно мокрой тряпкой стерла надпись, теперь еще большими буквами и тоже углем было выведено: «Пенишора не виноват».
Вӑл мана: айван эсӗ, ку вӗт качака путекӗ, унтан хӑрамалли те ҫук, терӗ.
И сказала, что я глупый, потому что это козочка и не надо её бояться.
Анчах акӑ чӳрече умӗнче ура сасси илтӗнчӗ, кӑштах тӑрсан хапхана шаккани янӑраса кайрӗ.
Но под окнами послышались шаги и затем громкий стук в ворота.
Вӑл ман ҫине пӑхса илчӗ, бутылкӑна хӑйӗн хӑнӑхнӑ йӑлипе ҫапса уҫрӗ, унтан, яланхи пекех «Санӑн сывлӑхушӑн» тесе хушса хурса ӑна тӗпне ҫитиех ӗҫсе ячӗ.
Он поглядел на меня, привычным жестом отбил горлышко бутылки и разом выпил ее почти до дна, сказав, как обычно говорится:— За твое здоровье!
Пӗрремӗшӗнчен, кӗвӗҫе-кӗвӗҫе эпӗ ывӑнса ҫитнӗччӗ, ҫавӑнпа манӑн канмаллаччӗ; иккӗмӗшӗнчен, ӑна ӗненмерӗм.
Во-первых, я перемучался уже этой мукой, и мне надо было отдохнуть; во-вторых, я хотел верить уверениям жены и верил им.
Григорий выльӑх картине кӗчӗ те асӑрхансарах тинкерсе пӑхрӗ.
Григорий прошел на скотиний баз, осторожно выглянул.
Пӗтӗм карапа хӗҫ-пӑшаллантарма — пуян ҫынсем хутшӑнмасӑрах пулман ӗнтӗ!
Снарядить целое судно — тут не обошлось без богатых соучастников!
Малтан ҫеҫ вӑл вӗсемпе пырасшӑн мар пек пулчӗ: Ленькӑпа пӗрле пынӑ партизан вара ӑна хӑлхаран шӑппӑн кӑна ҫапла каларӗ:
Только вначале стала она вроде отказываться; тогда партизан, ехавший вместе с Ленькой, наклонился к ней и сказал на ухо:
«Тата тепӗр вӑтӑр утӑм кайсан, вӑрмана пӑрӑнса кӗрсе ларӑп», — тесе шухӑшласа пынӑ.
«Ну, — думает, — еще тридцать шагов пройду, сверну в лес и сяду».
Ромашовӑн кӑкӑрӗпе вар-хырӑмӗнче кичем, пӑтранчӑк та тӑн ҫухатнӑ чухнехи пеклӗ ӑшхыппи хытса ларчӗ.
У Ромашова в груди и в животе сделалось тоскливое, противное обморочное замирание.
Оська йывӑррӑн сывласа калаҫма пуҫларӗ:
Тяжело дыша, Оська объяснил:
Ӑслӑ-пуҫлӑ пул тени — сутӑн тенине пӗлтерет.
Быть благоразумным – значит предать.
Маклай хӑй пӳртне лартма тинӗс хӗрринчи вырӑна суйласа илчӗ.
Для своего дома Миклухо-Маклай выбрал место на самом берегу моря.
Ҫул сасартӑк пӑрӑнчӗ те, Алеша сӑрчӗ куҫ умне хӑйӗн пӗтӗм илемлӗхӗпе тухса тӑчӗ.
Дорога круто повернула, и Алешин холм встал перед глазами во всей своей красоте.
Авӑ ӑҫта хӑваласа кайрӗҫ манӑн Васькӑна, тӗнче хӗрринех вӗт!
Вон куда угнали моего Васю, на самый конец света…
Ҫурхи тырӑсене акса пӗтернӗ хыҫҫӑн, ҫынсем майӗпе утӑ ҫулма тухма хатӗрленнӗ: вӑкӑрсемпе лашасем ирӗкре ҫӳренӗ, вӑй-хал пухнӑ, казаксем килте кӗрепле аврисем саваланӑ, вӑрӑм ураписене юсанӑ, лобогрейкисене тӳрлетнӗ…
Отсеявшись, исподволь готовились хозяева к покосу: на выпасах выгуливались, набирались сил быки и лошади, а казаки строгали грабельники, чинили арбы, ремонтировали лобогрейки.
Анна Ивановна Зеленова (28.2.1913 — 16.1.1980, Санкт-Петербург) — ӳнер пĕлевҫи, литература пĕлевҫи, Павловск дворец-музейĕн директорĕ (1941—1979).
Анна Ивановна Зеленова (1913—1980) — искусствовед, литературовед, директор Павловского дворца-музея (1941—1979).
Совет Союзĕн Паттӑрĕн чысне илнĕ вӑхӑтра 3-мĕш Беларуҫ фрончĕн 5-мĕш ҫарĕн 159-мĕш перевҫĕсен дивизин 597-мĕш артиллери полкĕн оруди командирĕ, красноармеец.
К августу 1944 года красноармеец Алексей Вильдиманов командовал орудием 597-го артиллерийского полка 159-й стрелковой дивизии 5-й армии 3-го Белорусского фронта.
Эпӗ ӑна аран-аран пӗрле утма тархасласа тӑратрӑм.
Я уговорил его идти дальше.
Унтан та килтӗм.
И оттуда приехала.
Кӑмакара вут хӗрӳллӗн ҫунать.
В печи жарко пылал огонь.
Павловка ял тӑрӑхне кĕрет.
Входит в состав Павловского сельского поселения.
Вӑл чупса вӗҫсе, пӳ йывӑрӑшне ҫӑмӑллатнипе чӗрне йӗрӗсем кайнӑ ҫемӗн вӑрӑмланса кӑшт ҫеҫ палӑракан пулса юлаҫҫӗ.
По мере того как он облегчал вес тела и увеличивал быстроту движения при помощи крыльев, эти отпечатки постепенно превращались в длинные царапины.
2. Ҫыннӑн ӗҫӗ-хӗлӗ нумай пулнине кайран унӑн ыйхи мӗнле пулнинчен пӗлнӗ евӗр, ӑссӑр ҫынна сӑмахӗ нумай пулнӑран пӗлсе илетӗн.
2. Ибо, как сновидения бывают при множестве забот, так голос глупого познается при множестве слов.
Тепӗр тесен, сан йышши ҫынсем, хамлетсем, социализм тума пултарасса та ӗненместӗп эпӗ, анчах ҫапах та… эсир тӗнчери шурлӑх шывне те пулин пӑтратасчӗ.
Положим, я не верю, чтобы такие, как ты, хамлеты могли построить социализм, но все же… вы хоть воду бы взмутили в мировом болоте.
Вӑл, мунчалине йӗпетсе Алексей патне пырсан, унӑн ӳт-тирне асӑрхарӗ те, мунчала тытнӑ алли сывлӑшра ҫаплипех хытса тӑчӗ.
Когда же он, обмакнув мочалку в серую маслянистую жидкость, занес ее над Алексеем и разглядел его тело в жарком тумане, рука с мочалкой застыла в воздухе.
Мӗншӗн ыйтатӑр эсир манран кун пирки?
Почему вы меня спрашиваете об этом?
«Мӗн-ши ку — тискер кайӑк-и е этем-и?» — шутларӗ Алексей, ҫав самантрах тӗмӗсем хушшинчен те такам иккӗленсе: «ҫынах-ши?» тенӗ пек илтӗнчӗ ӑна.
«Что это: зверь, человек?» – подумал Алексей, и ему показалось – в кустах кто-то тоже вопросительно сказал: «Человек?»
Ӑна саламласа ҫынсем ырӑ сунчӗҫ, тимӗрҫӗ вара ҫапла каларӗ:
Все его поздравляли, а кузнец сказал:
Керчьри мол патӗнче ачасем хӑйне мӗнле кӑна мыскарасем тума вӗрентнӗ, ҫавсене йӑлтах туса пӗтерсен, Володя пиҫсе кайнӑ пек, шывран сиксе тухрӗ те, шӑлӗсене шаклаттарса, ӑшӑнас тесе сиккелесе, матроскипе йӗмне тӑхӑнма ыткӑнчӗ.
Исчерпав все штуки, которым его обучили ребята у керченского мола, Володя как ошпаренный выскочил на берег, кинулся надевать штаны и матросочку, лязгая зубами и прыгая, чтобы согреться.
Кунсӑр пуҫне тата эпир иксӗмӗр политикӑпа та аппаланмастпӑр… — терӗ сержант.
И кроме того, мы с вами не занимаемся политикой… — сказал сержант.
Акӑ ӑна илсе килчӗҫ те.
Вот его и привели.
Ишӗлсе анакан ҫуртсем ӳкни илтӗнет.
Слышался отдаленный грохот рушившихся домов.
«Доминэ офицер!» — аса илчӗ Черныш ҫамрӑк румына, ҫак лашан ӗлӗкхи хуҫине.
«Доминэ офицер!..» Черныш вспомнил взгляд юноши-румына, у которого он отобрал этого коня.
Ӑнлантарса парӑр. ӑ) Библири хӑш - пӗр тӗслӗхсем мӑнкӑмӑллӑх хӑрушӑ пулнине мӗнле кӑтартса параҫҫӗ?
Объясните. б) Какой вид гордости опасен и какие библейские примеры это подтверждают?
Кайӑр тухса!»
— Да ладно уж, пусть сидят, коль пришли.
Унӑн тарпа йӗпеннӗ, хӑрӑмпа вараланса пӗтнӗ пичӗ-куҫӗ лапӑрчӑк куҫҫулӗпе макӑрать, куҫӗсем хӑравҫӑн мӑчлатаҫҫӗ, йӗпе сухалне мучала ҫыпӑҫса тулнӑччӗ.
Его лицо, облитое потом, выпачканное сажей, плакало грязными слезами, глаза испуганно мигали, в мокрой бороде запуталось мочало.
Вӑл вырӑнта нефть пулмасан, башньӑна каялла сӳтсе пӑсмалла-и?
а потом разбирать ее, если в этом месте нефти не окажется?
Тармасӑрах килтӗмӗр, мӗншӗн тесен каҫ пулса ҫитрӗ.
Просто ушли, потому что уже поздно было.
Ҫакӑнта мӗн те пулин тӗрӗсси пур-и?
Будет в этом какой-нибудь смысл?
Вĕренекенсем хушшинче — 20 профессор ытла.
Среди учеников — более 20 профессоров.
Вӑл ҫыхӑсем патне шуҫса пычӗ те, ӑна шӑлӗсемпе ҫыртса салтса, унтан чернил кӗленчи, пенал, тетрадь тата пӗчӗк глобус туртса кӑларчӗ.
Дополз до узла, зубами развязал его и вытащил пузырёк с чернилами, пенал, тетрадь и даже маленький глобус.
Ҫапла вӑййа пула Санька пурин ҫинчен те манса каять.
И так увлечется Санька игрой, что забудет обо всем на свете.
Григорий, шеллесе, ӑнсӑртран ҫывӑхланнӑ хӗрарӑма сапаланчӑк ҫӳҫӗнчен ҫупӑрласа ачашларӗ, куҫӗсене ӗшенчӗклӗн хупрӗ.
Григорий, жалея, ласково гладил растрепанные волосы своей случайной подруги, закрывал усталые глаза.
Ҫамрӑк та ыррӑн туйӑнса кайрӗ мана ҫак ялан мӑнкӑмӑллӑ пек курӑнакан Ирина Михайловна, вара эп унпа ҫӑмӑллӑн калаҫа пуҫларӑм.
И такой молодой, такой простой показалась мне недоступная, всегда немножко подтянутая Ирина Михайловна, что я скоро по-хорошему разговорилась с ней.
«Малалла» тесе команда панӑ хыҫҫӑн, тӑшманла икӗ енӗ те пӗр-пӗрне хирӗҫ утса кайрӗ, ҫитменнине, Николаев поручик персе ярсан, Ромашов подпоручик хырӑмӗн сылтӑмри ҫӳл пайӗнчен аманчӗ.
По команде «вперед» оба противника пошли друг другу навстречу, причем выстрелом, произведенным поручиком Николаевым, подпоручик Ромашов ранен был в правую верхнюю часть живота.
Тепӗр тесен, меланхонилле шухӑшлар мар-ха.
Ну да ладно, не станем переходить на меланхолию.
Унӑн кӑмӑлӗнче ҫемҫе чеелӗхпе чунӗ уҫӑ пулни темле кулӑшларах пӗрлешсе тӑратчӗ.
Была в нем какая-то забавная и милая смесь хитрости и непосредственности.
«В степи», «Прекрасная Франция», «Колюша» А. Горький
«В степи», «Прекрасная Франция», «Колюша» М. Горького;
Ачапа хӗрарӑмсем сӑрт ҫинелле упаленсе улӑхаҫҫӗ.
Женщины и парнишка на четвереньках карабкались на бугор.
Кунта, тен, Вӑтаҫӗр Африкӑн ытти вырӑнӗсенчи пек ҫурт тумасӑр ҫӗре шӑтӑк чавса пурӑнакан йӑхсем пулнӑ пуль.
Возможно также, что здесь, как и в других областях Центральной Африки, жили племена, которые не строят домов, но селятся в ямах, вырытых в земле.
Ерёмушкин Николай Николаевич
Ерёмушкин, Николай Николаевич
Эпӗ пит пуян ҫын ҫемйинче ӳснӗ, мана ҫав тери иртӗнтернӗ, ҫавна пула мана пӗтӗм тӗнче роза чечекӗ тӗслӗ ваткӑпа сахӑр сапнӑ миндаль ҫимӗҫӗнчен тунӑ пек туйӑннӑ.
Я рос в очень богатой семье, меня до невозможности баловали, и я вообразил, что весь мир сделан из розовой ваты и засахаренного миндаля.
Сӗт те пар, — тенӗ Сусанин.
Давай и молоко, — сказал Сусанин.
Андрей Васильевич шкултан пӑсӑк кӑмӑлпа таврӑнчӗ.
Андрей Васильевич вернулся из школы в скверном настроении.
— Вологда: Ардвисура, 1994.
— Вологда: Издательство ИПК и ППК, 1993.
«Латкин! Вырт!» — кӑшкӑрса юлчӗҫ ун хыҫҫӑн.
«Латкин! Ложись!» — кричали ему вслед.
— Кам эсир? — ыйтрӗ Детрей Шенкран.
— Кто вы? — спросил Шенка Детрей.
Юханшыв Мӑкшӑ юханшывӑн сулахай ҫыранĕпе вӑрринчен 82 км юхса кĕрет.
Устье реки находится у села Котелино в 82 км по левому берегу реки Мокша.
— Ҫитӗ, ачасем, чей кӳпме!
— Кончай, хлопцы, чаи гонять!
чула ҫырмана йӑвантарса яр
скатить камень в овраг
Ҫак япаласене Петербургра сутсан — укҫа вунӑ вакун.
Эти вещи в Петербурге продать — десять вагонов денег.
Сяо Сян, арестленин кутӑнлӑхне ҫапса хуҫмалли майсем шыраса, шавламасӑр ларчӗ.
Сяо Сян молча сидел, обдумывая способ сломить упорство арестованного.
Вӑл тем каларӗ.
Он что-то сказал.
Ун сӑн-сӑпатне курсан, ҫынсем лӑпкӑлӑха, канӑҫа ҫухататчӗҫ.
Вид ее наводил беспокойство.
«Мӗн тума карӗ?
Куда поехал?