alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Вӑл тӑхлан турилкке, ҫӗмӗрӗлмен хунар, пӗр кӗленче шур эрех йӑтса килчӗ.
Он притащил оловянную тарелку, глухой фонарик, бутылку водки.
17. Эй Ҫӳлхуҫамӑм, Хӑвӑн тивӗҫлӗ тӑву ҫине, Хӑвна валли Ху ҫурт тунӑ вырӑна, Хӑвӑн аллусем пултарнӑ сӑваплӑ вырӑна, эй Патшамӑр, илсе кӗр ӑна, ҫавӑнта вырӑнаҫтар ӑна!
17. Введи его и насади его на горе достояния Твоего, на месте, которое Ты соделал жилищем Себе, Господи, во святилище, которое создали руки Твои, Владыка!
Хин ҫӑвар уҫма ӗлкӗриччен кӑмрӑкҫӑ Грэй енне ҫаврӑнчӗ:
— Хин не успел раскрыть рот, как угольщик обратился к Грэю:
Эпӗ…»
Продрогший старик протянул руки к огню, присел на корточки.
Алексей Александрович плащӗ шар курчӗ.
Пострадал плащ Алексея Александровича.
Устин Анисимович тавӑрнӑ ҫанӑпа тӑрать, унӑн аллисем ҫинче чавса таранах кӑвак юн тымарӗсем курӑнаҫҫӗ.
Устин Анисимович стоит с закатанными рукавами, видны его руки по локоть с синими проволоками вей.
Эйно Рахьян унта кӗмелли пропусксем пур иккен.
Для входа в Смольный у Эйно Рахьи нашлись пропуска.
Хӗрача, тӑшмансем ҫинчен илтсен, лашана тивертсе илчӗ.
Девочка, услышав про ворогов, хлестнула лошадь.
«Йӳнӗпе — пурӑнса ирттерейместӗн», — тенӗ фабрикант ӑна хирӗҫ кахаллӑн.
«Дёшево — не проживёшь», — нехотя возражал фабрикант.
Эсир ӗҫӗр-ха ӗҫӗр!
А вы пейте, пейте!
Ун куҫӗсенчи хӑрушӑ та хаяр хӗлхеме курсан, Алексейӑн ҫӳҫӗсем вирелле тӑчӗҫ.
В глазах его загорелся такой свирепый огонь, что Алексей почувствовал, как шевельнулись у него волосы.
Шуратӑлӑн тӑп-тӑрӑ та ӑшӑ шывӗнче тӑраничченех ишсе ҫӳрерӗҫ вӗсем, ҫӑвӑнчӗҫ.
Накупавшись вволю в прозрачной теплой воде Белой.
Рада Олега Максим Горькийӗн кӗнекине пачӗ.
И Рада протянула Олегу книгу Максима Горького.
Дисаппойнтмент — Австрали территоринчи кӳлĕ. юханшыв юхса кĕрет, юхса тухать.
Дисаппойнтмент — бессточное солёное озеро в Западной Австралии (Австралия).
Пуҫтарӑнкаларӗҫ, шӑпӑрт тӑчӗҫ, мӗн каланипе пуринпе те килӗшем пек турӗҫ.
Приходили, молчали, со всем соглашались.
Пуринчен ытла йӑлтӑркка ҫӗнӗ мундирлӗ, хӗҫпӑшаллӑ офицерсем нумайтарах.
В толпе преобладали офицеры в блестящих новых мундирах в полном вооружении.
Тутӑрӗ ӑшӗнче ҫӑкӑр пулнӑ иккен.
А в платке хлеб.
Корчагин кӳрши, каҫӑр сӑмсаллӑ яш ача, подсумкин енӗпе тӑрмашса ларнӑскер, сӗвем ҫиппе шӑлӗпе ҫыртса татрӗ те:— Кам ҫинчен ҫырнӑ вара унта? — тесе ыйтрӗ.
Сосед Корчагина, курносый юноша, старательно трудясь над ремешком подсумка, перекусывая зубами суровую нитку, с любопытством спросил: — А про кого там пишут?
Тӑваттӑмӗш кун ирхине пирӗн тӗле кайӑк килсе тухрӗ.
И на утро четвертого дня над нами появился заблудившийся в шуме и грохоте сражений подорлик.
— Вӑл мар-ха, — терӗ Антон, — Мӗнле кайӑп-ха эпӗ ун патне, унпа эпӗ пӗлтӗр анчах вӑрҫнӑ…
— Да не в этом дело, — проговорил Антон, — Как же я к нему поеду, ежели я с ним еще в прошлом году поругался…
— Манпа пӗрле урӑх ҫынсем те пулнӑ, — терӗ вӑл.
— У меня были спутники, — сказал Грончак.
Коля кӳренчӗ.
Коля обиделся.
Анчах эпир миххе кӗрсе ӳкнине эпӗ аван пӗлетӗп: ыран е тепӗр кунхине Луганска чакма тивет.
Но я не сомневаюсь, что мы уже в мешке: завтра-послезавтра придется отступать на Луганск.
Вак укҫапа пӗр-икӗ сехет пурӑнса ирттерме май пур, ҫавӑн пекех чеелӗхпе те кунта мӗн те пулин пытарма, лере улталама, урӑхлатма пулать, анчах унпа инҫетрине курма, пысӑк та тӗп ӗҫсен пуҫламӑшӗпе вӗҫне пӗрлештерме ҫук.
Как мелкой монетой можно прожить час, два, так хитростью можно там прикрыть что-нибудь, тут обмануть, переиначить, а ее не хватит обозреть далекий горизонт, свести начало и конец крупного, главного события.
Шӑпрах, Егор, шӑпрах!
Тише, Егор, тише!
Тенкел, икӗ пукан, урӑх нимӗн те ҫук.
Скамейка, два стула и больше ничего.
— Мӗн вара эсӗ хӑюллӑскер, кунта тӑратӑн?
— Что ж ты, такой храбрый, здесь стоишь?
Эс пачах урӑхла.
Ты совсем другой.
1949—1953 ҫҫ. хӑпартнӑ (архитекторсем: Б. М. Иофан (тĕп архитектор ĕҫ вырӑнĕнчен хӑтарнӑ), Л. В. Руднев, С. Е. Чернышёв, П. В. Абросимов А. Ф. Хряков, В. Н. Насонов).
Построено в 1949—1953 годах по проекту архитекторов Бориса Иофана (был смещён с должности главного архитектора), Льва Руднева, Сергея Чернышёва, Павла Абросимова, Александра Хрякова и инженера Всеволода Насонова.
Хӑвачӗ унӑн епле асамлӑ!
Вот какая в них сила!
— Аттемӗр, хута кӗрекен… — ӳкеҫҫӗ тимӗр тӑлӑллӑ ҫынсем Хлопуша ури умне.
— Батюшка, избавитель! — бросились колодники в ноги Хлопуше.
Эпӗ компас ҫине пӑхса илесшӗн пултӑм…
Я хотел взглянуть на компас…
1927 ҫулта Пĕкĕлме кантонне пӑрахӑҫланӑ Самар кĕпернин Пĕкĕлме уесĕн территоринче туса хунӑ.
Кантон был образован на территории упразднённого Бугульминского уезда Самарской губернии.
Дрейзе пульли слива ҫырли евӗрлӗ.
Пуля Дрейзе похожа на сливу.
— Эпир вӗҫсе кайма пултараймастпӑр, — терӗ ача.
— Мы не можем лететь, — сказал мальчик.
Малтан хӗрача вӑранчӗ.
Первой проснулась крошка Жоржетта.
— Вӑл хӑйӗн антрепренерӗ еннелле ҫавӑрӑннӑ:
— Он обратился к менеджеру:
Леҫтерме май туптӑр.
Пусть наладит транспорт.
Вӑл пиҫиххине салтрӗ те унпала унка регулятортан ҫыхса лартрӗ.
Он отстегнул свой пояс и привязал им кольцо к регулятору давления.
Ҫапа-ҫапа хуҫмалла вӗсене шуйттансене!
Бить их надо скорее, проклятых!
— Сутма касмастпӑр ҫав ӗнтӗ, ҫынна ҫурт пултӑр тетпӗр.
— Мы небось не продавать его рубим, для твоего дома.
Кукӑр ураллӑ Мӑран Симукки те, янкӑлт-янкӑлт пускаласа, ачасем хыҫҫӑн чупам пек тӑвать.
Не отстает от ребят и кривоногий Симукка Маринов, бегает смешно и неуклюже…
Шуратнӑ танксем, орудисем, снарядсем тиенӗ машинӑсем ҫулпа пыраҫҫӗ.
По дороге шли белые танки, белые орудия и белые автомашины, нагруженные снарядами.
Вӗҫев шкулӗнче чи аван курсант пулнипе Валерий Чкалова Мускаври аслӑ пилотаж шкулне вӗренме янӑ.
Валерий Чкалов как один из лучших курсантов получил направление в Московскую школу высшего пилотажа.
Вӗсенчен пӗрне самантрах ураран ҫапса ӳкерчӗҫ.
Одного из них мгновенно сбили с ног.
Especial MTV - Uma Prova de Amor Ao Vivo
Especial MTV — Uma Prova de Amor Ao Vivo
— Эсӗ тата мӗншӗн килтӗн?
— А почему пришел ты?
Ӗнтӗ сана курӑннӑ ӑмӑрткайӑк килсе ҫитме васкать, терӗ Вӑл.
уже поспешает придти видение, которое ты видел.
Эсир ҫӗрле мӗн пулса иртнине илтрӗр-и?
Вы слышали, что произошло ночью?
— Ма ҫаплах выртатӑр-ха?
— Да все лежите?
47. Вара, саккун хушнӑ пек, пӗр пӗтӗм чулсем илнӗ те парне вырӑнне ҫӗнӗрен ӗлӗкхи пекех туса лартнӑ; 48. унтан Ҫурт ӑшчиккине, шалти пайӗсене юсаса тухнӑ, пӑлтӑрӗсене тасалӑх тивлечӗ кӳнӗ; 49. ҫӗнӗрен кӗлӗ савӑчӗсем тутарнӑ, Ҫурта шантал, фимиам ҫунтармалли парне вырӑнӗ, парне ҫӑкӑрӗсем хумалли сӗтел кӗртсе лартнӑ; 50. парне вырӑнӗ ҫинче фимиам тӗтӗрнӗ, шантал ҫинче ҫутаткӑҫсем ҫутса ярса, Ҫурт ӑшчиккине ҫутатнӑ; 51. парне сӗтелӗ ҫине ҫӑкӑрсем хунӑ, чаршавсем карса тухнӑ; ҫапла вӗсем хӑйсем тытӑннӑ пур ӗҫе те туса пӗтернӗ.
47. Взяли камни целые, по закону, и построили новый жертвенник по прежнему; 48. потом устроили святыни и внутренние части храма и освятили притворы; 49. устроили новую священную утварь и внесли в храм свещник и алтарь всесожжений и фимиамов и трапезу; 50. и воскурили на алтаре фимиам и зажгли светильники на свещнике, и осветили храм; 51. и положили на трапезу хлебы, и развесили завесы, и окончили все дела, которые предприняли.
Акӑ ку тӗрлӗ юратӑвӑн формули.
Вот формула этого рода любви.
Асра тытӑр: вӑл «кирек хӑҫан та лӑплантаракан Турӑ» (2 Коринф 1: 3).
Помните: он «Бог всякого утешения».
Чӑнах та, хаҫатсем ҫинче Ленька ятне асӑнмарӗҫ ӗнтӗ, анчах шыва ҫенӗкпе пӗрле шӑпах вӑл, Ленька Голиков ӳкни ҫинчен пурте питӗ лайӑх пӗлсе тӑчӗҫ.
Правда, имени Леньки в газетах не называли, но все и без того знали, что летел в реку именно он, Ленька Голиков.
— Ну, — тет Зыков.
— Ну, — говорит Зыков.
Шыв юхӑмне сӑнатӑп.
Я наблюдаю течение.
Вӑл канаш пама пите юратнӑ.
Она любила давать советы.
…Пурнӑҫ малаллах утать.
…Жизнь продолжалась.
Шкултан вӗренсе тухмасӑрах педагогика рабфакне е хими техникумне вӗренме кӗме экзамена хатӗрленме тытӑнтӑм.
И решил, не заканчивая школы, подготовиться к экзаменам на педагогический рабфак или в химический техникум.
Пирӗн пекарь сасартӑк ҫиленсе кайрӗ те кӗреҫипе хӑмсарчӗ.
Наш пекарь вдруг освирепел и замахнулся лопатой.
Унта ҫурлапа выраҫҫӗ, анчах вӗсен ӗҫӗ вӑрман патӗнчи саплӑкри пек васкавлӑн пымасть.
Здесь жали серпами, но работа спорилась не так быстро, как у клина леса.
Ырӑ ӗҫсем тумалли ҫинчен, шӑпа пӳрни ҫинчен тата темтепӗр калаҫаҫҫӗ, ҫакнашкал кичем вырсарникун манӑн пурнӑҫра нихҫан та пулман.
Да про добрые дела, про благодать и предопределение и не знаю еще про что, так что мне показалось, будто такого скучного воскресенья у меня еще никогда в жизни не было.
— Ан тӑрӑш, — терӗ Валентина: — Бобик аттепе рейса кайрӗ.
— Не трудись, — предупредила его Валентина, — Бобик с папой в рейс пошел.
Тавай пӗр-пӗрне тупа туса, чӗлхесене ҫыртса ҫӳретпӗр тесе сӑмах паратпӑр.
Дадим друг другу клятву, что будем молчать, — без этого нельзя.
Пӗр сӑмах чӗнмесӗр, Лушка алӑк умне тухса тӑчӗ, ывӑннӑ чухнехи пек васкамасӑр, пуҫӗнчи шурӑ тутӑрне тӳрлетрӗ.
Не промолвив слова, Лушка стала на пороге, вялым движением поправила на голове белый платок.
Павка Артёмран шикленет.
Побаивался Павлик Артема.
Ҫиелтен пӑхсан, хӑй ҫав тери имшер, анчах питӗ чӑтӑмлӑ, ҫын.
Это был щуплый на вид, но выносливый юноша.
Масай халӑхĕн йышĕ 900 пинрен миллиона ҫити ҫын шутланать, вĕсенчен 350 000—453 000 Кенире пурӑнать.
Масаи насчитывают примерно от 900 тысяч человек до миллиона, из них, по разным оценкам, 350 000—453 000 живёт в Кении.
— Мӗншӗн-ха эсир кунта пустуях шавлама пуҫларӑр?
— Зачем же вы понапрасну нашумели здесь?
кашкӑр капкӑнĕ
волчий капкан
Кашнинпех чӑркӑшатӑн вӗт — чӑтма та ҫук! — терӗ Аниҫҫе, ассӑн сывласа, анчах ӑнланмалла мар пулчӗ: те ятлать вӑл упӑшкине, те унӑн чарусӑр хӑюлӑхӗпе савӑнать.
С любого ведь стружку снимаешь — спасенья нет! — вздохнув, проговорила Анисья, и было непонятно — то ли осуждает она мужа, то ли восхищается его удалью.
— Мӗн тӑвӑн эсӗ унта? — терӗ Прохарченко ҫине тӑрсах тепӗр хут.
— Что ты там будешь делать? — настойчиво повторил Прохарченко.
2. Ҫапла тӑвакан ар, ҫакна ҫирӗп тытса тӑракан, шӑматкуна ирсӗрлӗхрен упракан, аллине усал ӗҫ тӑвасран тытса чаракан этем ывӑлӗ телейлӗ.
2. Блажен муж, который делает это, и сын человеческий, который крепко держится этого, который хранит субботу от осквернения и оберегает руку свою, чтобы не сделать никакого зла.
Пурте пӑртак-пӑртакшар.
Даже приближение дождя мать угадывала через это окошко.
— Ӗлкӗрӗпӗр-ха, энчетрен пӗрре килетӗн те, унта та пулин кӑштах та йӑпанасшӑн мар.
— В кои-то веки пришла и побыть не хочешь немножко…
Унӑн куҫӗсем хӗрарӑмсемпе калаҫнӑ чухне кӑна шывланаҫҫӗ.
/ — Верно, пожалуй…
Мӗнле сӗлӗ?
Какой овес?..
Хӑйне: Ленька тахҫанах малта пулӗ ӗнтӗ, тесе лӑплантарса, Никита малалла чупса кайрӗ.
Никита ушел, успокаивая себя тем, что скорее всего Ленька убежал вперед.
Наташа ҫинчен ҫырнӑ сӑвӑсем!
Стихи о Наташе.
Акӑ ун патне ҫитрӗҫ те.
Вот он, дошли до него.
Ҫырӑва тыттарнӑ та: «Акӑ ответ», тенӗ.
Просто отдал письмо и сказал: «Вот ответ».
Ку эрнере ҫӗнӗ юрату пирки нумай шухӑшлатӑр.
Все мысли будут посвящены новому роману.
Мура кайтӑрах тата; вӑл пире асаплантарасшӑн пулсан, ан тив хӑй асаплантӑр.
Да и бог с ней; если она хочет мучать, пускай сама мучается.
Ан суй, пыл ан хуш, тӗрӗссине кала….
Да не финти, не подслащивай, говори как есть…
— Эпӗ Дриббпа кайрӑм, Астис пурне те сире ҫӗр ҫӑтнӑ тесе ӳкӗтлесе ҫӳрерӗ.
— Я ушел с Дриббом, Астис уверял всех, что вы провалились сквозь землю.
Юханшыв Танлова юханшывӑн сулахай ҫыранĕпе вӑрринчен 131 км юхса кĕрет.
Устье реки находится в 131 км по левому берегу реки Танлова.
Ҫӗрлесенче ӗнтӗ сивӗ алхасма тытӑннӑ; хытӑ ӗшеннипе вилнӗ пек ҫывӑрса кайсан, ҫынсем хӑйсен айне сарнӑ чӑрӑш лӑссисемпе е улӑмӗпе пӗрлех ҫӗр ҫумне шӑна-шӑна ларнӑ.
Ночами уже начали лютовать стужи; засыпая от усталости мертвым сном, промокшие люди примерзали к земле вместе со своей немудрящей подстилкой еловым лапником или соломой.
Ольга тимлӗ итлет, хӑйне хӑй тӗпчет, анчах нимле те тӗпчесе тупаймасть, вӑхӑт-вӑхӑтӑн чунӗ мӗн ыйтнине, мӗн шыранине пӗлме пултараймасть; калама та хӑрушӑ — унӑн чунӗ тунсӑхлать, ӑна телейлӗ пурнӑҫ ҫитмен пек, ҫак пурнӑҫ ӑна ывӑнтарнӑ пек, вӑл, урӑх, халиччен пулман ҫӗнӗ япаласем ыйтса, малалла туртӑннӑ пек туйӑнать.
Ольга чутко прислушивалась, пытала себя, но ничего не выпытала, не могла добиться, чего по временам просит, чего ищет душа, а только просит и ищет чего-то, даже будто — страшно сказать — тоскует, будто ей мало было счастливой жизни, будто она уставала от нее и требовала еще новых, небывалых явлений, заглядывала дальше вперед…
Ҫӗр чӗтренни, цунами, пушарсем, шыв илни, вулкансем сирпӗнни, тайфунсем тата вӑйлӑ ҫил - тӑвӑл этемлӗхе хӗн кӑтартаҫҫӗ.
Землетрясения, цунами, пожары, наводнения, извержения вулканов, торнадо, тайфуны и ураганы приносят человечеству несчастья.
чирпе ҫын ĕренки те юлман
он весь высох
Эпир хамӑр айӑплӑ мар пек.
Как будто мы сами не виноваты.
Еврейсем нумайӑшӗ ӑна вӗлерттересшӗн пулнӑ (Лука 23: 18 — 23).
Многие евреи требовали его казни.
Хӑна ыйтса пӗлессине кӗтсе тӑмасӑрах каласа пама тытӑнчӗ.
Не дожидаясь расспросов, гость принялся рассказывать.
Ыйтӑвӗ сывлӑшра ҫакӑнса тӑрать!
А вопрос висит в воздухе!
Виҫӗ ҫул ҫурӑ — шыва кӗнӗ хыҫҫӑн пуҫласа мӗн виличченех — Турӑ пулӑшнипе вӑл тӗлӗнмелле ӗҫсем тунӑ!
За три с половиной года, с момента крещения и до смерти, Иисус благодаря помощи Бога совершил великие дела!
Вӑл Фомин ӗҫӗ пачах путланса ларнине, бандӑна хӑҫан та пулин пурпӗр пӗтерсе тӑкассине шансах тӑчӗ.
Он был твердо убежден в том, что дело Фомина проиграно и что рано или поздно банду разобьют.
— Ак халь сана курнӑ пек курнӑ.
Только после чашки вина Ухатер смягчился.
Кимӗ ҫинчи ҫын — Ильсеяр ашшӗ иккен.
В сидевшем на веслах человеке Ильсеяр узнала отца.
Муен-Лор-Юган — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Муен-Лор-Юган) — река в России, протекает по Ханты-Мансийскому АО.
Кӗскен каласан, пурин-пурин ҫинчен те, пӗтӗмпех — хамӑн шухӑша та, ун пирки хамӑн мӗнле шухӑшлас килнине те.
В общем, про все то, о чем я думал, и так, как мне бы хотелось думать.
Вӑл шӳт тума юратакан ҫын пулас.
Он, по-видимому, любил пошутить.
Юн нумай ҫухатнипе Петровӑн хӑлхисем кашларӗҫ.
От потери крови у Петрова шумело в ушах.
— Санӑн, тен, ҫиес килет пуль?
— Может, ты хочешь кушать?
Николай Петрович килнине курсан, вӑл, хӑй тӑрӑшнине кӑтартас тесе, чупса иртекен сысна ҫурине турпаспа пенӗ, е ҫурма ҫарамас пӗр-пӗр ачана юнанӑ, ахаль чухне ҫаплах ҫывӑрса ирттернӗ.
Завидя издали Николая Петровича, он, чтобы заявить свое рвение, бросал щепкой в пробегавшего мимо поросенка или грозился полунагому мальчишке, а впрочем, больше все спал.
Акӑ мӗн кирлӗ мана!
Вот чего хочу!
Тутар хӗрӗ шартах сикрӗ, кӗпине тӑхӑнса ячӗ, вырӑн ҫумӗпе утса иртсе карӗ те сасартӑк пирӗн пӳлӗме ҫитсе кӗчӗ.
Татарка вздрогнула, накинула на себя рубаху, пошла мимо постели и вдруг явилась в нашей комнате.
Реджӑн шуранка питне юн ҫапрӗ.
Кровь хлынула к бледному лицу Реджа.
Ермак юханшыва юхса кĕрет.
Ранее приток реки Ермак.
Пуҫри шухӑш чӗрене йӗппе чикнӗ пек ыраттарать.
. Щемило сердце.
Хӗвел ун центрӗнчен 25,8 миллион км аякрах тӗрӗсмаррӑн тӑрать.
Солнце стоит наискосок на 25,8 миллионов дальше от его центра.
Ҫавӑн пек ҫырса тунӑ ӳкерчӗксем сахал пулаҫҫӗ-и вара?
Мало ли бывает таких чертежей?
Пурте алӑк еннелле ҫаврӑнса, пит те тӗлӗнсе пӑхатпӑр.
Все головы повернуты к двери, на секунду мы все застываем в удивлении.
— Ҫук, — сӑмах пуҫларӗ каллех Кирила Петрович, — вилнӗ Тарас Алексеевич пек исправник урӑх кураймӑпӑр ҫав!
– Нет, – продолжал Кирила Петрович, – уж не видать нам такого исправника, каков был покойник Тарас Алексеевич!
Пуринчен малтан Туй тӑн илчӗ.
Первым опомнился Туй.
Эсир мана ҫамрӑксен малти ретӗнче пулма, чӑн-чӑн кӗрешӳҫӗ пулма тивӗҫлӗ тесе шутлатӑр-и?
Коммунисты — это особые люди.
Хуйха ӳкнисене йӑпатас тесе эпир мӗн тума пултаратпӑр?
Что может стать источником утешения для тех, кто опечален?
— Ирӗк парсамӑр, — хумханса кайрӗ тачка, ҫав тери йӑваш, чармак куҫлӑ сӑра вӗретӳҫӗ.
— Позвольте, — заволновался пивовар, жирный и необычайно кроткий человек с глазами навыкате.
Эпӗ калаҫма пӗлместӗп вӗт, эпӗ ытла ҫамрӑк».
Я же не умею говорить, я слишком молод».
— Эппин, пирӗн хаҫатсене йӑлтах хупса пӗтернӗ?
— Значит, все наши газеты закрыты?
Аслӑ Ҫӗнтерӗве мӗнлерех хакпа ҫӗнсе илнине эпир питӗ лайӑх пӗлетпӗр, ҫавӑнпа та Тӑван ҫӗршыв ирӗклӗхӗпе никама пӑхӑнманлӑхӗшӗн пынӑ паттӑрла кӗрешӳре тӑшмана парӑнтарнӑ харсӑр чунлӑ ҫынсен ҫапӑҫури тата ӗҫри паттӑрлӑхне чыслӑн сума сӑватпӑр.
Мы знаем, какой ценой далась эта Победа, и свято чтим ратные и трудовые подвиги тех, кто выстоял в героической борьбе за свободу и независимость Родины.
Унта, Кубань хӗрринче, чул куписем вуншар километра тӑсӑлса выртаҫҫӗ, грави тиенӗ грузовиксем чупса ҫӳреҫҫӗ, тем пысӑкӑш хурансенче смала пек хура япала мӑкӑрланса ирӗлет, ҫула якатмалли йывӑр кустӑрмасем нӑрӑ пек шӑваҫҫӗ, ҫулсем хӗрри купаланса пырать.
Там, на берегу Кубани, груды камней тянулись на десятки километров, бегали грузовики, погруженные гравием, в огромных котлах в дыму плавилось черное вещество, похожее на смолу, проползали, словно жуки, тяжелые колеса для разглаживания дорог, поднимались обочины дорог.
— Эпӗ ҫакна асӑрхарӑм: килнӗренпе сире тӑватӑ пысӑк ӗҫ патӑм.
— И я заметил: со времени приезда я дал вам четыре важных поручения.
Пӑван чӗтресе илчӗ, чӑтайманнипе тутисене ҫыртрӗ.
Овод вздрогнул и закусил губу, несмотря на все свое самообладание.
А́вгуст пӑтӑрмахĕ — ССКП ТК ертӳлĕхĕн, СССР правительствин тата ҫарпа ПХКн консервативлӑ кӑмӑллӑ ушкӑнĕн каварҫисем хӑйсене хӑйсемех 1991 ҫулхи ҫурлан 19-мĕшĕнче Ятарлӑ лару-тӑру патшалӑх комитечĕ (ЯЛПК) йĕркелесе М. С. Горбачёва СССР президенчĕ ĕҫ вырӑнĕнчен хӑтарса унӑн политика курсне улӑштарас хӑтланӑвĕ.
А́вгустовский путч, он же Путч 1991 (Августовский кризис 1991 г.) — события 18—21 августа 1991 года в Советском Союзе, получившие оценку со стороны официальных лиц и органов государственной власти в СССР как заговор, государственный переворот и антиконституционный захват власти (путч).
Улӑм ҫинче ҫупа лайӑх сӗрнӗ виҫӗ винтовка выртаҫҫӗ.
В соломе лежали новенькие, густо промазанные маслом трехлинейные винтовки.
Пӗрисем Усалӑн вӑрлӑхне кӑларса илме май ҫуккине евитлеҫҫӗ, пуррилӗхе туса хуракан пӗртен пӗр вӑй усал тесе ҫирӗплетеҫҫӗ.
Одни не видели возможности вынуть семя зла и говорили, что зло есть единственная сила, создающая бытие.
Вӑл ачаранпах калама ҫук хитре ҫын пулнӑ.
Он с детства отличался замечательною красотой.
Чупкаласа ҫӳресси лӑпланса та ҫитейменччӗ, Смурый патне тальма тӑхӑннӑ хӗрарӑм аллине кашӑк тытса чупса пычӗ те, ун сӑмси патӗнчех кашӑкӗпе хӑмсарса:— Эсӗ епле хӑйма пултаратӑн? — тесе кӑшкӑрса ячӗ.
Ещё суматоха не утихла, как на Смурого налетела дама в тальме, со столовой ложкой в руке, и, размахивая ложкой под носом у него, закричала:— Как ты смеешь?
— «Кил кунта, — кӑшкӑрнӑ ашшӗ, тыт перо, ҫыр ҫакӑнта, — часрах!»
— «Поди сюда, — закричал отец, — возьми перо, пиши, тут — ну же».
Мӗнле типӗ курӑк? — ӑнланман пек пулса ыйтрӗ Петя.
Какие стельки? — переспросил Петя.
— Сирӗн канмалла, кӑштах сывлӑха ҫирӗплетмелле, командир юлташ.
— Отдохнуть бы вам, подлечиться надо, товарищ командир.
Тепӗр кунне эпӗ ӑна нумайччен сӑнаса тӑтӑм.
На другие сутки я долго караулил его.
Пурӑнма та вӑл хуторта мар, вӑрманти пӗчӗкҫӗ пӳртре пурӑнать.
Она жила, собственно говоря, в избушке в лесу, а не на хуторе.
Вӑл пӳртре тӑна кӗнӗ.
Пришел он в себя уже в избе.
Эпир те дежурство ӗҫне сирӗнтен начар тумастпӑр!
И мы ничуть не хуже вас дежурим!
Ку ҫын Негоро пулчӗ.
Это был Негоро.
«Пӑрлӑ ӳхрепе кӗрсе лартӑм.
От жары не знал куда деться.
Ултӑ сехет те ҫитеймен, вӑл тумланса пӳртрен тухнӑ.
Еще не было шести, когда он оделся и вышел из дому.
Матрос пурне те туннӑ.
Матрос все начисто отрицал.
— Кӑлармалла та ямалла, — терӗ шкула кӑҫал кӗркунне ҫеҫ килнӗ мӑнтӑр ача.
— Выбросить просто вон, — сказал толстый мальчик, поступивший в школу вместе с Колей.
Укҫӑр пур-и сирӗн?
Есть ли у вас деньги?
Тӗлӗнмелле, ку ним тума аптӑранӑран кӑшкӑрни пулмарӗ: савӑнса кӑшкӑрса ячӗ вӑл.
Странно, это не был крик отчаяния: крик радости вырвался у него.
Хӗрача вырӑнтан тапрансан Сергей йывӑҫ айне сарса хунӑ михӗ ҫинче пӗр купа панулми, берданка текен пӑшал, ҫавӑнтах лӑпкӑн тӗлӗрекен йытта курчӗ.
И, следуя взглядом за девочкой, Сережа увидел разостланный под деревом мешок, а на нем горку яблок, берданку и рядом мирно дремлющую собаку.
— Мӗншӗн-ха апла, ман юратнӑ тусӑм? — тесе ыйтрӗ майор.
— Почему же, мой достойный друг? — спросил майор.
Паллах, унӑн ӑс-пуҫӗ йӗркеллех мар.
Сразу видно, что он не в своем уме.
«Аҫтӑрханта та пулса курнӑ-и эсӗ?»
И рыбу ловил, и сам с ней на солнце вялился…
Ҫул ҫинче е килте… ҫапах та хамӑр ҫӗршывра…
На дороге или в поле… на своей стороне…
Манӑн шкатулка, кӗмӗл йӗнӗллӗ хӗҫ, тусӑм панӑ дагестан кинжалӗ, — нимӗн те юлман манӑн.
Моя шкатулка, шашка с серебряной оправой, дагестанский кинжал — подарок приятеля — все исчезло.
Хайхи пӗри капла калать, тепӗри апла калать.
И один говорил так, другой говорил иначе.
Икӗ ача хӑйӗн ашшӗне вилӗмрен ҫӑлма йӑлӑннине вӑл илтмесӗр юлмӗ тесе шанатӑп эпӗ.
Я уверена, что она не останется глухой к мольбам двух детей, просящих о даровании жизни их отцу!
«Кинора» эпӗ нумай лармарӑм — пӗр сехет, сехет ҫурӑ кӑна.
В «кино» я сидел недолго – час, полтора.
Трактор тӑвакан компанисем
Чебоксарский завод промышленных тракторов
Ҫав ҫапӑҫу вырӑссен Браунауран тухса Кремса пыракан ҫарӗн маршне вӗҫне ҫитерме пулӑшнӑ.
завершило марш от Браунау к Кремсу.
Ыран ҫак вӑхӑталла, ҫук, кӑшт маларах та, эпӗ вырӑна ҫитетӗп.
Завтра об эту пору… нет, даже раньше, я уже буду на месте.
Электричество килнӗрен ҫакӑн пек ӑшӑтать, тет асанне.
Бабушка сказала, что это электричество идёт и греет.
Англичансен чеелӗхӗ ӑнӑҫлӑ пулнӑ.
Хитрость англичан удалась.
— Сире лайӑх ӗнтӗ, эсир, плансӑр: дача илетӗр, дача ҫумӗнче сад, пӑхатӑн, виҫӗ улмуҫҫи — вӗсем те, турра шӗкӗр, пӗр ҫу хушшинче пӗр пин ҫурӑ — икӗ пин парӗҫ.
— Вам-то хорошо, которые без плана: дачу возьмете, сад при ней; глядишь, три яблони — и те, слава богу, каких-нибудь полторы-две тысячи за лето дадут.
Пирӗн ҫӑмӑл ҫапӑҫу мар, хӑрушӑ вӑрҫӑ пулассӑн туйӑнать.
Видно, будет у нас сейчас не лёгкий бой, а тяжёлая битва.
2, 3. а) Ҫамрӑк христиансен мӗнле хӑрушлӑхран сыхланмалла?
2, 3. а) Какая опасность подстерегает молодых христиан?
— Сӑвӑсем? — тесе ыйтнӑ та Лопе, сасартӑк чӗрӗлнӗ пек пулнӑ.
— Стихи? — оживился Лопе.
— Тата пӗр-икӗ эрнерен ответ парӑп.
— Дам ответ через две недели.
Ытла та кӗтмен ҫӗртен пулчӗ ку.
Это было очень неожиданно.
Ханте, кӗсйинчен чӗлӗмӗпе табакне кӑларчӗ те, вырӑса:— Туртса яр, — терӗ.
Хантэ вытащил из кармана трубку, табак и даёт другу:— Закуривай.
Килӗшетӗр-и эсир?
Согласны вы?
Пирӗн станицӑсенче мӗн туни тата мӗн тума палӑртни — электрификаци те, ҫӗр ҫинче ҫӗнӗ майсемпе ӗҫлеме пуҫлани те, выльӑх-чӗрлӗх фермисене механизацилени те, ҫанталӑка улӑштарни те, юлашкинчен, станицӑсене урӑхлатса ҫӗнетмелли эпир палӑртнӑ план та, — ҫаксене пурне те чи малтан вӑй-хал тӗлӗшӗнчен ҫеҫ ҫирӗп халӑх мар, ӑс-тӑн тӗлӗшӗпе те вӑйлӑ халӑх кӑна тума пултарать, кунта вара пирӗн тӗп задача — хамӑр халӑхӑн ӑс-тӑн тӗлӗшӗнчи вӑйне куллен-кун ӳстерсе пырасси.
Ведь то, что уже сделано и что еще намечается делать в наших станицах, — и электрификация, и внедрение новейших методов обработки земли, и механизация животноводческих ферм, и преобразование природы и, наконец, намеченный нами план реконструкции станиц — все это по плечу народу, и тут главная наша задача — изо дня в день растить в нашем народе духовную силу.
Эсир ман пата килсе курма шутлани питӗ кӑмӑллӑ.
Но вы все же соизволили ко мне пожаловать.
пуҫламӑш пĕлӳ ил
получить начальное образование
«Интернационал» ҫав тери ҫӗклентерӳллӗн, ҫав хатӗр вӑйлӑн янӑрать, ун умӗнче ҫак тӗксӗм стенасем, лутра маччасем, тимӗр решеткесем — пӗтӗм тӗрме хӑйӗн надзирателӗсемпе тата следователӗсемпе пӗрле нимӗне тӑман вӑйсӑр, нишлӗ япаласем пулнӑн туйӑнчӗҫ.
«Интернационал» звучал так победно, с такой силой, что эти мрачные стены, низкие своды, железные решетки, вся тюрьма с надзирателями и следователем сразу показались ничтожными, жалкими.
Ҫак икӗ тӗмескерен пӗр тӗмески айне чавса пытарнӑ-ши вара мулне?!
Неужели в одном из них зарыт клад?
Шура ларнӑ пукан ҫатӑртаткаласа, чӗриклетсе илет, альбом листисем уҫӑлса хупӑнни илтӗнет.
Поскрипывает стул под Шурой, шуршат листы альбома.
Унтан Грубский еннелле ҫаврӑнчӗ те.
Ковшову и повернулся к Грубскому.
Мачтӑсем, ҫапӑннӑ чухне хуҫӑлса, хӑйсемпе пӗрле парӑссене, ытти хатӗрсене ҫаклатса тинӗсе вӑркӑннӑ.
Очевидно, мачты сломались при столкновении и упали за борт, увлекая за собой паруса и снасти.