alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Акӑ ӗнтӗ мартӑн пӗрремӗшӗнче сеялкӑсем, плугсем, пӗчӗк вагонсем ҫаклатса, уялла тракторсем шӑва пуҫларӗҫ, вӑрлӑх тиенӗ лавсем кӗмсӗртетрӗҫ, уйра кӑвайтсем мӑкӑрланма пуҫларӗҫ, виҫҫӗмӗш кунӗнче пур ҫӗрте те сӗлӗпе урпа акма тытӑнчӗҫ.
И вот первого марта потянулись на поля тракторы с вагончиками и прицепами сеялок и плугов, загремели подводы, груженные семенным зерном, задымились костры, а третьего числа уже почти повсеместно начался сев овса и ячменя.
хӑтсӑрланса ҫӳре
безобразничать
Барроу, Ботан-Бопре д&#39;Антркасто атласӗнче, унтан Горсбург, Пинкертон тата ытти географсем те, святой Петр утравне святой Павел утравӗ тенӗ, тепӗр ҫӗрте тата тепӗр майлӑ ҫырнӑ.
Барроу, Ботан-Бопре в атласе д’Антркасто, затем Горсбург, Пинкертон и другие географы, описывая остров Св. Петра, называют его островом Св. Павла и наоборот.
4: 9). Унти пухура хӑш - пӗрисем Моисей саккунне тытса тӑрсан ҫеҫ христиансем тӳрӗ ҫынсем пулма пултараҫҫӗ тенӗ.
Чтобы сохранять эти драгоценные отношения, галатам нужно было не идти на поводу у тех, кто следовал предписаниям иудаизма и настаивал на соблюдении Моисеева закона.
Бармин Илья Елизарович
Бармин, Илья Елизарович
— Ҫаплах, ара… ҫак чӗрчун ҫинче Хӗвеланӑҫ Африкӑра кӑна пурӑнакан хурт-кӑпшанкӑ тупӑнӗ тесе шаннӑччӗ… шутланӑччӗ эпӗ…
— Так вот… я думал… я надеялся… что на этом животном окажутся какие-нибудь насекомые, присущие только западноафриканской фауне…
Унта ҫул-йӗр ҫинчи лару-тӑрун пӗлтӗрхи кӑтартӑвӗсене пӗтӗмлетрӗҫ, кунпа пӗрлех ҫул-йӗр инкекӗсенчен хӑтӑлас тӗлӗшпе автотранспорт хатӗрӗсен хуҫисемпе автопарк ертӳҫисем, тӗп инженерсем умӗнче тӑракан задачӑсене сӳтсе яврӗҫ.
Там подытожили  показания прошлого года, связанные с ситуацией на дорогах, вместе с тем  начальники автотранспортных оборудований и автопарков во избежание несчастных случаев обсудили стоящие перед главными инженерами задачи.
Пӑрахут юханшыв варринчен пӑрӑнса, унӑн хӑватлӑ та хӑмӑр хумӗсене каса-каса, чи хӑвӑрт юхакан вырӑнтан ҫыран хӗрринелле пырать.
Пароход стал сворачивать с фарватера и, пересекая быстрину реки, резал форштевнем ее бурые могучие волны.
«Вӑрман, кастарнӑ такасем, тара илнӗ имени, лавка, хупахсем, тата тимӗр витнӗ пӳртпе кӗлет, ывӑлӑм, — ҫаксем пурте епле юлӗҫ? — тесе шухӑшласа илнӗ вӑл. — Ку мӗн капла? Аплах пулас ҫук!» — тенӗ шухӑш вӗҫсе илнӗ пуҫӗнче.
«Роща, валухи, аренда, лавка, кабаки, железом крытый дом и амбар, наследник, — подумал он, — как же это всё останется? Что ж это такое? Не может быть!» — мелькнуло у него в голове.
— Халӗ вӑл пӗрре те макӑрмасть.
— А теперь она не плачет.
Чылай вӑхӑт иртрӗ ҫапла; хулара таҫта аякра, сехет ҫапса ячӗ: шанн! шанн!
Прошло довольно много времени; я услышал, как далеко в городе начали бить часы: «бум! бум!»
Юлашки ӗнене те ҫапла тапӑра хӑваласа пынӑ.
Эта последняя пригонялась к стойлу.
Июлӗн 31-мӗшӗ.
31 июля.
Князь, ман хута илчӗ те мана ҫав тери янӑравлӑ та кӑмӑллӑ сасӑпа каласа хучӗ:
Князь, взявши бумагу, таким громким ласковым голосом мне и молвили:
— Айванла-и, ҫук-и, мӗн пулассинчен иртме ҫук ӗнтӗ, — татса хучӗ Мичо.
— Безумие не безумие, а чему быть — того не миновать, — отрезал Мичо.
Ӑна камерӑна ӑнран кайсан пырса пӑрахнӑ.
В камеру его бросили уже без сознания.
Пурте яланхи пекех.
Всё было обычно.
Заводсенчи кочегаркӑсенчен тухакан ҫутӑ кӗрен тӗтӗм, чалӑш-чӗлӗш ҫӗр пӳртсем, ӑшӑх кӑна Кальмиус шывӗ тата ҫеҫенхир, вӗҫӗ-хӗррисӗр ҫеҫенхир…
Розовый дым заводских кочегарок, кривые землянки, мелкая речка Кальмиус и степь, степь без предела…
Ҫаплах, пӗтӗмпех ҫунса пӗтнӗ эпӗ!..
Да, выгорел дотла!..
Катя тунката ҫине пырса ларчӗ.
Катя присела на толстый корень ивы.
— Мӗ-ӗн? — пӳлчӗ Тарантьев.
— Что-о? — перебил Тарантьев.
83. Виҫҫӗмӗш асапӗ — вӗсем Ҫӳлти Турӑ халалне ӗненсе-шанса пурӑннисем валли упранакан, ҫавсене тивӗҫекен ырӑлӑха курӗҫ.
83. Третий путь: они увидят награду, сохраняемую для тех, кто верен заветам Всевышнего.
Телейлӗ эсӗ, йӗкӗт, эпӗ сӑмах каличчен маларах сӗтел хушшине ларма ӗлкӗртӗн, эпӗ авӑ, санӑн «ҫӑкӑр-тӑварна» хирӗҫ: «хамӑрӑнне ҫиетпӗр-ха, эсӗ алӑк патӗнче пӑхса тӑр!» — тесе хурасшӑнччӗ.
Счастлив ты, парень, что успел вперед меня заскочить, а то я было уж хотел сказать на твою «хлеб-соль», мол, «едим свой, а ты рядом постой!»
Халлӗхе хӑрамалли нимӗн те ҫук.
Пока ничего страшного.
Чӑваш Республикин республика бюджетӗнчен бюджетсем хушшинчи ытти трансфертсене пайласа памалли методикӑна тата вӗсене уйӑрса памалли правилӑсене Чӑваш Республикин Министрсен Кабинечӗн нормативлӑ право акчӗсемпе ҫирӗплетеҫҫӗ.
Методика распределения иных межбюджетных трансфертов из республиканского бюджета Чувашской Республики и правила их предоставления устанавливаются нормативными правовыми актами Кабинета Министров Чувашской Республики.
Ытлашши калаҫатӑн эс…
Лишнее ты говоришь…
Вӑл курӑнми пулсан, Егорушка чӗркуҫҫийӗсене аллипе ытамларӗ те пуҫне усрӗ…
Проводив его глазами, Егорушка обнял колени руками и склонил голову…
Эсир акӑ йытӑ ҫурисене те пулӑшатӑр, эпӗ сире ҫакӑншӑн мухтатӑп.
Вы вот, я вижу, даже щенкам не отказываете в помощи, и я вас хвалю за это.
Хӑйӗн аллисенчен вӑтаннӑ пекех, калаҫнӑ чухне, вӑл вӗсене иккӗшне те ҫурӑм хыҫне пытарма тӑрӑшать е пӗрне хӗве чикет, теприне ҫурӑм хыҫне пытарать.
Рук своих он как будто стыдился, и когда говорил, то старался прятать или обе за спину, или одну за пазуху, а другую за спину.
Куҫҫуль тата ытларах шӑпӑртата пуҫларӗ.
Слезы потекли еще обильнее.
Нимӗҫсем майӗпен хӑнӑха пуҫларӗҫ.
Немцы понемногу осваивались.
Ку чӑрмавлӑ, анчах хавхалантаракан ӗҫ пулнӑ!
То было кропотливое, но увлекательнейшее занятие!
— Аксель, — терӗ мана Гретхен, — эпӗ опекунпа вӑрахчен калаҫрӑм.
— Аксель, — сказала мне Гретхен, — я долго беседовала с опекуном.
— Каялла ниепле те май ҫук! — пӑлханса кӑшкӑрчӗҫ партизансем, йывӑр самант ҫитсе тӑнине ӑнланса.
— Назад ни шагу! — кричали взволнованно партизаны, понимая, что наступил решительный момент.
Пӗр председателе лайӑх пӑхма пултарайман ял — ял-и вӑл!
Что это за деревня, которая одного председателя прокормить не может!
Ҫак сӑмахсене каласа хӑюллӑ моряк повар еннелле ҫурӑмӗпе ҫавӑрӑнчӗ те, ҫыран еннелле утрӗ.
С этими словами отважный моряк повернулся к повару спиной и зашагал к берегу.
Мӗн ҫинчен шухӑшлать-ши?
О чем думает?
Эсӗ пӗчченех юлатӑн…
Остаёшься ты один…
— Виҫӗ святитель чиркинче, Пукрав, Микул чиркинче…
— У Трёх Святителей, у Покрова, у Николы…
Марья Николаевна лашине тӗмӗсем хушшипе уттарчӗ, унтан сиксе анчӗ те, сасартӑк пӳрт алӑкӗ патне ҫитсе тӑчӗ, Санин еннелле ҫаврӑнса: — Эней? — тесе пӑшӑлтатрӗ.
Марья Николаевна заставила лошадь продраться сквозь кусты, спрыгнула с нее — и, очутившись вдруг у входа караулки, обернулась к Санину и шепнула: «Эней?»
Грант капитан судра пулмасан, эпӗ Австралине мӗнле ҫакланнине кам кӑтартса парӗ?
Кто сможет объяснить, как я очутился в Австралии, раз капитана Гранта не будет на суде?
— Ах, раштав телейсӗр пулчӗ манӑн…
— Черное у меня в этом году рождество!
Лешӗ илнӗ вара.
И тот взял.
…Темиҫе ҫул иртсен, ку юмаха эпӗ Алексей Толстой сочиненийӗсен пӗр кӗнекинче тупрӑм.
… Несколько лет спустя я нашла эту сказку в одной из книг сочинений Алексея Толстого.
Юнашар класра телефонсем шӑнкӑртаттараҫҫӗ, ҫынсем кӗрсе тухаҫҫӗ.
Звонили телефоны в соседнем классе, входили и выходили люди.
Хамӑра Иеговӑна халаллани телей кӳрет, мӗншӗн тесен ҫакӑ вӑл хамӑра пама хатӗр пулнине пӗлтерет.
Посвящение Иегове приносит счастье, потому что подразумевает готовность отдавать себя.
Капитан Ахунбаевӑн пырӗнчен темӗнле кӗске те ҫавӑнӑҫлӑ сасӑ тухрӗ.
Капитан Ахунбаев издал короткий торжествующий гортанный звук.
Унтан вара, вӑхӑтлӑха шӑпланса, хӑйсен цымбалӗсемпе сӗрме-купӑсӗсене, бубенӗсене хӑйсемпе юнашар хучӗҫ.
И, на время притихнув, положили возле себя цимбалы, скрыпки и бубны.
Кунта, салтаксен речӗсем хушшине, шлепкесен, котелоксен, зонтиксен хумханакан ансӑр юхӑмӗ вылянкаласа тӑсӑлса пырать.
Здесь среди солдатских шеренг двигался тонкий, дрожащий поток шляп, котелков, зонтиков.
Ытти халӑхсем пекех, чӑвашсем те пир-авӑра авалах пӗлнӗ.
Как и другим многим народам, чувашам ткачество было известно давно.
— Акӑ манӑн ача вилет, ҫитермелли ҫук, кӑкӑр типсе ларчӗ…»
— Спаси ты нас от гибели! — подхватили сразу несколько голосов.
Гидрологи тĕпчевленӳ кочĕ (ГТ) — 103000892
Код по гидрологической изученности (ГИ) — 103000892
— Ачасем, камӑн пӑшал пур, пухӑнӑр кунта, — тесе шӑппӑн команда пачӗ Дубава урайӗнче выртаканнисене.
— Ребята, у кого есть оружие, собирайтесь сюда, — шепотом командовал лежащим Дубава.
— Йӗклентерет, — терӗ вӑл, шӑлӗсемпе шатӑртаттарса.
— Поташнивает, — сказал он, скрипнув зубами.
Харпӑр пурнӑҫра йӑлтах хӑйӗн еккипе кайтӑр.
В личной жизни не форсируйте события - пусть все идет своим чередом.
Кусем — ревкомри тата клубри стенасем ҫинче плакатсемпе юнашар ҫакӑнса тӑракан, тӗрлӗ сӑрӑсемпе ӳкернӗ, никама сиен кӳмен казаксем мар, кусем — вирхӗнсе чупакан лашасем ҫине утланнӑ, йывӑр хӗҫсем ҫакнӑ, саламатсем тытнӑ чӗрӗ казаксем иккенне вӑл сасартӑк халь тин чӑн-чӑнласах тенӗ пек туйса илчӗ.
И вдруг, как будто бы только сейчас, впервые за весь вечер, он по-настоящему понял, что это уже не те безвредные намалеванные казаки, что были приляпаны вместе с плакатами на стенах ревкома и в клубе, а что это мчатся живые казаки на быстрых конях, с тяжелыми шашками и с плетеными нагайками.
Вӑл Джеммӑн хӑйшӗн ҫав тери хаклӑ пӳлӗмне ярса пуснӑ-пусманах, юратун пӗтӗм илемӗпе вут-кӑварӗ, савӑнӑҫӗпе пылаклӑхӗ ун чун-чӗрине ҫавӑрса илчӗ…
Все обаяние любви, весь ее огонь, и восторг, и сладкий ужас — так и вспыхнули в нем, так и ворвались в его душу, как только он переступил заветный порог…
— Ху пырса пӑх-ха.
— Сам посмотри.
Эх, эсир те ҫав!..
Эх вы, недотепы!..
— Каторжниксем ун урлӑ каҫса кайнӑ та, вара…
— Каторжники переправились по нему, но…
Ҫĕнĕ Бишинды — Пушкӑрт Республикин Туймаҫи районĕнче вырнаҫнӑ пурӑнан вырӑн.
Новые Бишинды — село в Туймазинском районе Республики Башкортостан Российской Федерации.
Вӗсене тӗрлӗ штрафсене тӳлесе татманшӑн арестлеҫҫӗ.
Их арестовывают за неуплату штрафов.
Абдулла-хан II, Абдаллах-хан II, Абдуллах II[1] (узб.
Абдулла-хан II, Абдаллах-хан II, Абдуллах II (, — ) — узбекский хан из династии Шейбанидов
Эпӗ, юр ҫинче тӑраканскер, кӗрӗшсе ӗҫлекенсене ҫӗр алтма пуҫӑнма хушрӑм:
Стоя в снегу, я скомандовал землекопам:
Бауман хулпуҫҫине хӗстеркелерӗ:
Бауман пожал плечами:
Канӑҫа ҫухатнӑ чӗри йӗппе чикнӗ пек ыратрӗ.
Сердце, потерявшее покой, болело, словно на иголках.
Мавра йышши этемсем сайра мар пулкалаҫҫӗ тесе ҫеҫ каласшӑн эпӗ.
Я только хочу сказать, что такие люди, как Мавра, явление не редкое.
Ку ҫурт хуҫин ячӗ Улача Селенӗ пулнӑ.
Много ли живут, мало ли, только в одно угро жена Селеня видит: на подоконнике кувшин стоит.
Ҫырлана тӳрех турилккесем ҫине хурса параҫҫӗ.
Ягоды обычно подают уже разложенными на тарелочки порциями.
Акӑ иртет тӗнче асӗнчен кайми хӗл.
Но вот проходит эта памятная всему миру зима.
Анчах начальник каланине никам та итлемен.
Но начальника никто не слушал.
Шалта ҫунакан тӗрлӗ тӗслӗ двигательсен шучӗ нумай, вӗсем пӗҏ пӗринчен тӗллевӗсемпе, вӑйӗпе тата ытти параметрсемпе уйӑрӑлса тӑраҫҫӗ.
Кроме заданного заводом ресурса (обусловленного твёрдостью и притиркой изнашиваемых деталей и тепловым режимом), при прочих равных условиях двигатель значительно дольше служит на частичных мощностных режимах.
Лагере йӗри-тавра ҫӗнӗ постсем кӑларса тӑратрӑмӑр.
Кругом лагеря выставили дополнительные посты.
— Чӑн та ӗнтӗ, движени вӑл реальность, — тет Алексей Петрович, — мӗншӗн тесен движени вӑл , — пурнӑҫ, пурнӑҫпа реальность вӗсем иккӗшӗ те пӗрех.
— Да, движение есть реальность, — говорит Алексей Петрович, — потому что движение — это жизнь, а реальность и жизнь одно и то же.
Тӳлек те уҫӑ ир.
Утро очень хорошее.
Пирӗн вӑхӑтра ку питех пысӑк инкекех мар: капитан кашни кунах хӑйӗн сехетне радиопа тӗрӗслет.
В наше время это еще не такая большая беда: капитан каждый день проверяет свои часы по радио.
Пионер пулса ӗҫленӗ май эпӗ тӗрлӗ ҫынсемпе калаҫма вӗрентӗм, ҫакӑ вара мана хӑюллӑрах пулма пулӑшрӗ.
Но благодаря пионерскому служению я научилась общаться с самыми разными людьми, и это помогло мне стать более уверенной в себе.
Пуҫтарӑннӑ та фельдмаршалпа Федька ярӑнни ҫине пӑхса тӑнӑ.
Сгрудятся, смотрят, как фельдмаршал и Федька бегают.
Куҫне хупсан, вӑл кӗсмен тимӗррисем хуллен чӗриклетнине, шыв шӗпӗлтетнине илтрӗ, вара тин хӑй вӗҫӗ-хӗррисӗр аслӑ тӳпе айӗнче, кимӗ ҫинче ларса пынипе туйса илчӗ; уйӑхӗ ҫав аслӑ тӳпе тӑрӑх, ҫӳхе ҫивиттиллӗ тӗтре сӗмӗнче, васкамасӑр сулахаяллах, сулахаяллах куҫса пычӗ.
Закрыв глаза, он теперь только услышал скрип уключин, бормотание и всхлипы воды, теперь только почувствовал себя сидящим в лодке под необъятным небом, на котором лунный лик в дымке легкого тумана неторопливо отплывает все влево, все влево.
Тупсан та, ытлашши пысӑк преступлениех мар.
А если и найдут, тоже не бог весть какое преступление.
Кашни ҫуркуннех пӑр кайнӑ чух баржӑсем, темӗн чухлӗ вак кимӗсем ҫӗмӗрӗлсе пӗтеҫҫӗ — ҫынсем ахлатса калаҫҫӗ те ҫӗнӗ кимӗсем тӑваҫҫӗ, — пӑр кайнӑ чух каллех вӗсем ҫӗмӗрӗлсе пӗтеҫҫӗ.
Каждую весну ледоход срезает баржи, десятки мелких судов, — люди поохают и — строят новые суда, а ледоход снова ломает их.
Дутлов лешӗ икӗ урине харӑс урайне перӗнтернине илтрӗ.
Дутлов слышал, как стукнул он обеими ногами о пол.
Бакенбардӑллӑ улпут Званцева Жан тесе чӗннӗ, ку ята вӑл тахҫантанпах сунаспа аптранӑ ҫын пек каланӑ.
Господин с бакенбардами называл Званцева Жаном и произносил это имя так, точно страдал застарелым насморком.
Ҫак вӑхӑтра калаҫӑва каллех пӗчӗк ача сӑн-питлӗ хӗрача хутшӑнчӗ:— Документусене кӑтартӑр! — хушса хучӗ вӑл татӑклӑн.
В это время снова вмешалась решительная девушка с детским лицом и категорически предложила:— Предъявите документы!
Мӗн чухлӗ этем пурнӑҫӗ, мӗн чухлӗ асаплӑх, мӗн чухлӗ юн хакне тӑнӑ ҫак пуянлӑхсем!
А скольких человеческих жизней, скольких страданий и крови стоило собрать эти богатства!
Турӑ хӑйне кӗҫӗне хунипе кӑтартнӑ тӗслӗх псалом юрлакан Давид ҫине питӗ вӑйлӑ витӗм кӳнӗ.
Божий пример смирения очень повлиял на псалмопевца Давида.
Эпӗ унӑн ҫамкинчен пичӗ тӑрӑх юн юхса аннине куртӑм.
Я видел, как струйка крови потекла по его виску.
Ҫӳлхуҫа аллине тӑсӗ те — хӳтӗлекенӗ такӑнӗ, хӳтлӗх тупнийӗ кайса ӳкӗ, вара пурте пӗрле пӗтӗҫ.
И прострет руку Свою Господь, и споткнется защитник, и упадет защищаемый, и все вместе погибнут.
— Лайӑхрах пӑх! — кӑшкӑрса ярас пек каларӗ Яхно.
— Смотри лучше! — сказал Яхно, будто готовый закричать.
Халь ачасем ӑна мӗнле алла вӗрентмеллине пӗлчӗҫ ӗнтӗ.
Но теперь ребята знали, как приручить дикого мышонка.
Шаршан патӗнчисем ӗлкӗрӗҫ.
А на штабелях управятся остальные.
— Кам хушнӑччӗ?
— Кто велел?
Кӗлеткине сасартӑк ҫавӑрса пуслӑхланӑ вӑйсӑрлӑхпа, суллана-суллана, Жип ҫул ҫине чупса тухрӗ.
Закачавшись, с внезапной слабостью во всем теле Жип выбежал на дорогу.
— Ҫук пуль, урӑх тӗл пулассӑн туйӑнмасть.
— Нет… думаю, что вряд ли.
Эпир яла кӗретпӗр ӗнтӗ.
Мы уже входили в деревню.
Ҫапах та, Иисуса арестленӗ чухне апостолсем пурте, ҫав шутра Петр та, ӑна пӑрахса тарнӑ.
И все же, когда Иисуса арестовали, все апостолы, в том числе Петр, бросили его.
Кунта Корчагина халех ӗҫрен хӑтарассине никам та хирӗҫ пулмасть, анчах Корчагин хӑех комсомол окружкомӗн оргпай пуҫлӑхӗ Сбитнев отпускран таврӑниччен кӗтме килӗшет.
Никто не возражал против немедленного освобождения Корчагина от работы, но Корчагин сам предложил подождать возвращения из отпуска заворготделом комсомольского окружкома Сбитнева.
Ҫавӑнтах темле тӗтреллӗн юхса тӑракан, пит-куҫсӑр, ҫӳҫсӗр, вӗҫне шӑмӑран тунӑ чӑмӑркка лартса янӑ туя евӗрлӗ ҫын кӗчӗ.
Явился какой-то туманно струящийся человек, без лица, без волос, похожий на палку с костяным набалдашником.
Юратура эс хӑюллӑ та тарават.
Ты смела и щедра в любви.
— Эпӗ рабкор пулма юрӑхсӑр, нихҫан та ҫырса аппаланман, — мӑкӑртатрӗ старик.
— Не гожусь я в рабкоры, никогда не занимался писательством, — пробурчал старик.
Тӑхӑр пӑнчӑ ҫавракӑшĕ, е Эйлер ҫавракӑшĕ ҫакнашкал пӑнчӑсем витĕр иртет — виҫкĕтеслĕх енĕсен варрисем, виҫкĕтеслĕх ҫӳллĕшĕсен никĕсĕсем тата ортоцентра виҫкĕтеслĕхĕн тӑррисемпе ҫыхӑнтаракан татӑксен варрисем.
Окружность девяти точек, или окружность Эйлера, проходит через девять важных точек треугольника — середины сторон, основания трёх высот и середины отрезков, соединяющих ортоцентр с вершинами треугольника.
Калаҫатчӗҫ вӗсем, хирӗҫетчӗҫ, тавлашатчӗҫ, хӑш чухне чуптӑватчӗҫ, ҫавӑнпа ӗнтӗ вӗсем — аттепе анне.
Они разговаривали, ссорились, спорили о чем-то, иногда целовались, но ведь на то они — мать и отец.
Анчах Риварес хӑйӗн ҫиллине чараймасӑр ытлашши каланӑ сӑмахсене кӑшт урӑхлатсан, ун чухне вара вӑл чӑн-чӑнах хаклӑ япала пулӗ.
Но если бы Риварес переделал его немного, выбросив нападки личного характера, я думаю, вышла бы действительно ценная вещь.
Тинкеререх пӑхсан, вӑл вӑрҫӑ фрегачӗ евӗрлех курӑннӑ.
Судя по оснастке, это был военный фрегат.
хӑрама пĕлмен чĕре
сердце, не ведающее страха
Ку чир Грубский чирӗ, унтан вӑл Тополева та ерчӗ.
Это болезнь Грубского, которая передалась и ему, Тополеву.
Вӑл тепӗр хут та сехет ҫине пӑхса илчӗ, ҫӑварне пирус хыпрӗ.
Он еще раз взглянул на часы и сунул в рот папиросу.
Турӑ шухӑшласа хунӑ тӑрӑх, вилӗм пирӗн пурнӑҫӑн пайӗ пулмалла пулман (Рим 5: 12).
По замыслу Бога смерть не должна была быть частью нашей жизни.
— Ҫук вӗсен нимӗн те!
Если есть, то все это бесполезное.
— Тӗрлӗ станицӑсенче пурӑнатпӑр-ҫке, нихҫан та тӗл пулман пулас…
— Живем мы в разных станицах и, кажись, ни разу не встречались…
Ӑс-тӑн пирки вӑл мана ярса илесшӗн!
Это он мне-то насчет ума закинул!
Кукрашки-макрашкине ыйтса пӗл.
Расспроси, что да как.
Амӑшӗнчен вӑл ватӑ Нэн ҫинчен, хӑйӗн Геркулес тусӗ ҫинчен, Бат, Актеон, Остин тата хӑйне пӑрахса кайнӑ Динго ҫинчен ыйтрӗ.
Он спрашивал мать о старой Нэн, о своем друге Геркулесе, о Бате, Актеоне, Остине и о Динго, который тоже покинул его.
138: 16). Ҫав питӗ ӑнӑҫлӑ та йӗркелесе хунӑ механизм ҫакна кӑтартса парать: пур пултарнӑ япала — Туррӑн «алли», е унӑн святой сывлӑшӗ, тунӑ ӗҫӗ.
Этот очень эффективно действующий и упорядоченный механизм также служит доказательством того, что все творение — результат действия «пальца» Бога, или его святого духа.
Ҫамрӑк чухне пурне те йӑтнӑ, ватлӑх ҫитрӗ те — кама кирлӗ эпӗ?
Пока молодая была — всякая ноша по силам, а старость нагнали — кому я нужна?
Эпир наступлени туса килекен Хӗрлӗ Ҫара хирӗҫ тухса илме васкатпӑр.
Да, мы шли навстречу наступающей Красной Армии.
Линьире Шри-Мара инди династине Фам династийĕ улӑштарнӑ.
В Линьи индийскую династию Шри-Мара сменила династия Фам, основанная беглым китайским рабом Фам Ваном.
Час-часах эпӗ, ача-пӑчасемпе урамсем тӑрӑх ӗҫсӗр ҫӳрес вырӑнне, хаваслансах ҫав графитсем, антрацитсем, лигнитсем, ҫӗркӑмрӑкӗсем тата торфсем ҫинчен тусансене шӑлса тасататӑп.
Как часто я, вместо того чтобы бездельничать с товарищами, находил удовольствие в том, что сметал пыль с этих графитов, антрацитов, лигнитов, каменных углей и торфов!
Эпӗ хам каятӑп…
Я еду в сторону…
28. Вилнӗ ҫыншӑн хӑвӑр ӳтӗре каскаласа ан пӗтерӗр, хӑвӑр ҫине шӑтарса ан ҫырӑр.
28. Ради умершего не делайте нарезов на теле вашем и не накалывайте на себе письмен.
— Ан кӑшкӑр, — чарчӗ ӑна Озеров.
— Не кричи, — остановил его Озеров.
Листоксене ӗнтӗ алран алла иле-иле парса пӗтерчӗҫ.
Листки уже шли по рукам.
Инке кулса ячӗ.
Тётенька засмеялась.
Сасӑ: Арнольд Шаргородский
Звук: Арнольд Шаргородский
Лаша йӑран тӑрах утса кайнӑ.
Конь пошел по меже.
ку пусӑра кантӑр начар татӑлать
конопля на этом участке рвется плохо
Тӳрех сӗнме ниепле те чӗлхе ҫаврӑнмарӗ.
Сразу же предложить язык не повернулся.
Анчах паян ирхи ҫанталӑк тем пек лайӑх пулсан та, кӑмӑл пурин те пӑсӑлнӑ.
Однако, как ни прекрасно было это утро, настроение у всех было уже испорчено.
Предложенисене тӑвас ӗҫе хутшӑннӑ май кирек мӗнле чӗлхе единици те предложение ҫыхӑнтарать, ҫавӑнпа синтаксис коммуникаци никӗсӗсем пирки калать.
Участвуя в построении предложения, любой носитель языка связывает все языковые единицы в предложение, поэтому синтаксис относят к основам коммуникации.
— Кама «вӗсене»?
— Кого «их»?
Тӗп хула влаҫӗсем мерӑсем йышӑнаҫҫӗ-ха.
Власти столицы принимают меры.
Унтан тата мана вутӑ кирлӗ, нумаях кирлӗ.
Затем мне нужны дрова, возможно больше.
Кай та сар вырӑн — ҫывӑрма вӑхӑт!
Время спать – иди, стели постель!
— Ну, ҫапах эс нимӗн те пӗлместӗн, сана пӗлме те кирлӗ мар.
— Ну, и все равно ты ничего не знаешь, и нечего тебе знать.
Унтан ертсе каятӑп.
Потом веду.
Мана хама та штаба кӗртсе лартасшӑн.
Хотят меня в штаб законопатить.
— Кил хуҫи арӑмӗ килсе пачӗ паян: халатне ҫуса тасатнӑ, сапланӑ, — терӗ Захар.
— Хозяйка сегодня принесла: вымыли и починили халат, — сказал Захар.
Ильсеяр ҫӑмӑллӑн силленсе ыйхине сирсе ячӗ, унтан Актуша вӑратмасӑр будкӑран тухас тесе, чӗрне вӗҫҫӗн алӑк патне пычӗ.
Ильсеяр встряхнулась и на цыпочках прошла к двери, чтобы выйти из будки, не разбудив Актуша.
Мӗн чухлӗ вӑхӑт тӑрать-ха вӑл кунта?
Сколько же это времени она стоит тут?
Сайра хутра аслӑрах хӑнасем те, Лопуховсемпе пӗр ҫулталлисем, пулаҫҫӗ: ытларах вӗсем Лопуховӑн юлташӗсем, Лопухов юлташӗсен пӗлӗшӗсем, ҫамрӑк профессорсем икӗ-виҫӗ ҫын, пурте тенӗ пекех ҫемьесӗр ҫынсем; ҫемьеллӗ ҫынсенчен Мерцаловсем кӑна темелле.
Не очень редко бывают гости и постарше, ровня Лопуховым: большею частью бывшие товарищи Лопухова, знакомые его бывших товарищей, человека два-три молодых профессоров, почти всё люди бессемейные, из семейных людей почти только Мерцаловы.
Анчах манӑн хам мӗнпе уйӑрӑлни ҫине, хам ларнӑ йӑран ҫине тепӗр хут пӑхассӑм килчӗ.
Но мне захотелось взглянуть еще раз на то, с чем я расстался, на ту гряду, где я сидел.
Арина Власьевна упӑшкипе килӗшрӗ, анчах лӑпланма пултараймарӗ, мӗншӗн тесен ывӑлне сӗтел хӳшшинче кӑна кура пуҫларӗ, унпа калаҫма та пачах хӑрама тытӑнчӗ.
Арина Власьевна соглашалась с мужем, но немного от этого выигрывала, потому что видела сына только за столом и окончательно боялась с ним заговаривать.
— Ҫӑра уҫҫисене мана пар, — терӗ Давыдов лӑпкӑн.
— Давай мне ключи, — спокойно сказал Давыдов.
Ваҫҫук хирӗҫлемерӗ, пуҫ урлӑ пиншакпа витӗнчӗ те Сева ҫумне выртрӗ.
Васек не стал отказываться, натянул на уши курточку и лег около Севы.
Вунпилӗк ҫынран та ытла ҫапӑҫмасть.
С их стороны сражалось уже не более пятнадцати человек.
— Эсир ывӑннӑ тата, ахӑртнех, выҫӑ, — терӗ Поп.
— Вы устали и, наверное, голодны? — сказал Поп.
Иванов Илья Иванович, ялтилле каласан — Икка, грыжӑпа операци тунӑ хыҫҫӑн тухтӑрсене итлемесӗр шыв ӗҫнӗ те вилӗмне ҫывхартнӑ.
Иванов Илья Иванович, или по-деревенски, Икка, после грыжи и операции, не слушая врачей выпил воду и приблизил свою смерть.
Сапса тухнипе кӑна та мар, сапса тумалла-ха ӑна, хӑйӑр сапса хулӑнлатмалла.
Вернее, даже не посыпать, а засыпать, толстым слоем засыпать.
— Застава ҫине ҫитсе тӑрӑнтӑмӑр! — аякранах кӑшкӑрчӗ Прохор Зыков, Сасси утсем тӗпӗртеттерсе чупнӑ сасӑпа хупланчӗ.
— Напхнулись на заставу! — издали крикнул Прохор Зыков, Голос его заглушило громом конского бега.
14. Ҫавӑнпа акӑ кӑмӑлне ҫавӑрӑп та ӑна пушхире илсе тухӑп, унпа чӗрине вӑратса калаҫӑп.
14. Посему вот, и Я увлеку ее, приведу ее в пустыню, и буду говорить к сердцу ее.
Ҫавӑ Юаньмаотунь пулать те ӗнтӗ! — кӑшкӑрса ячӗ лавҫӑ.
Это и есть Юаньмаотунь! — воскликнул возчик.
ҫĕнĕ позицире ҫирĕплен
закрепиться на новой позиции
Ҫав ҫуртран хура тутар сиксе тухать те хӑй патне пыма Жилина аллипе сула пуҫлать.
Выскочил из этого дома черноватый татарин, замахал рукой, чтоб к нему шел Жилин.
Эпӗ лайӑх астӑватӑп: юрату, илемлӗх тата савӑнӑҫ темле пӗлме ҫук вырнаҫса тӑракан вырӑн ҫинчен, чун ҫинчен кукамай пит асӑрханса калаҫатчӗ, лайӑх ҫын вилсессӗн, шурӑ ангелсем унӑн чунне кӑвак пӗлӗт ҫине, кукамайӑн ырӑ турри патне илсе каяҫҫӗ тесе ӗненеттӗм эпӗ, турӑ вара ӑна кӑмӑллӑн кӗтсе илет теттӗм.
Я очень помню, как осторожно говорила бабушка о душе, таинственном вместилище любви, красоты, радости, я верил, что после смерти хорошего человека белые ангелы относят душу его в голубое небо, к доброму богу моей бабушки, а он ласково встречает ее:
— Юрӗ, юрӗ, тухса чуп! — йӑл кулса каларӗ вӑл.
— Ладно, ладно, проваливай, — улыбнулась мать.
Мӗнле кӑна эрех ӗҫсе курман пуль эпӗ!
И каких только настоек и вин мне не припадало пить!
Кĕрхи хĕвеллĕ кун" (1897, Харпӑр пурлӑхĕ), "Ҫурхи ейӳ" (1896-1897, Третьяков курав речĕ).
Золотая осень (1895, Государственная Третьяковская галерея).
Сасартӑк Маруся чарӑнчӗ.
И вдруг Маруся останавливается.
Ун ҫак хыпара халех кама та пулин каласа кӑтартас килчӗ.
Ей уже хотелось поскорей поделиться с кем-нибудь этой новостью.
Ку пӗртен-пӗр хурт-кӑпшанкӑ тата, паллах, Африкӑриех!
Единственное в своем роде насекомое, и к тому же, несомненно, африканское!