alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Пӗрремӗш урок пуҫланиччен пӗр вунӑ минут малтанрах Чочой вӗренекенсем хушшинче Соньӑна шырама тытӑнчӗ.
Еще минут за десять до первого урока Чочой принялся разыскивать Соню среди шумной толпы школьников.
Ку тревога пуласса систерет.
Это предвещало тревогу.
— Майор карабинӗн ҫурри манӑн алӑра.
— Половина майорского карабина уже моя.
Куҫ умӗнче шур чатӑр пек юр выртать, машина ҫемҫен ярӑнать, юрӑ хуллен янӑрать.
Кисейная снежная пелена висела перед глазами, мягко укачивала машина, баюкала песня.
Унран пурте кулнӑ тата ун пирки ухмахскер тенӗ.
Все над ним смеялись и называли его дурачком.
— Каяс умӗн, — терӗ Елена та хурлӑхлӑн.
— Перед отъездом, — печально повторила Елена.
Анне ун кӗсйинчен вӑрттӑн пӗр пус укҫа кӑларса илчӗ.
А народ поет-голосит песни солдатские, да такие тоскливые, что даже мне, мальцу, плакать хочется…
Ҫак кӑпкалатнӑ ҫемҫе йӑрӑм ҫине килсе кӗрекен ҫын мӗн чухлӗ опытлӑрах, ҫак вырӑн ҫинчен вӑл ҫавӑн чухлӗ ытларах пӗлет, уншӑн ку вырӑн ҫавӑн чухлӗ хӑрушӑрах.
И чем опытнее тот, кто вступает на эту мягкую, взрыхленную землю, чем больше он знает о ней, тем страшнее она.
Вӑл ун патне вӗҫсе пынӑ та пуҫӗнчен хытах сӑхса илнӗ.
Он подлетел к ней и клюнул ее в голову.
Эпӗ сӑмах чӗнмерӗм; хӗр вӑрттӑн та чеен йӑлкӑшса кулчӗ, юлашкинчен: «Ну, мӗн-ха?» — тесе пӑшӑлтатрӗ; эпӗ хӗрелтӗм кӑна, култӑм, пуҫӑма пӑртӑм, аран сывлӑш ҫавӑртӑм.
Я молчал; она улыбалась таинственно и лукаво и, наконец, шепнула мне: «Ну, что же?», а я только краснел и смеялся, и отворачивался, и едва переводил дух.
Бланк ҫине пӑнчӑпа тиресенчен пулнӑ сӑмахсене хӑвӑрттӑн ҫыра-ҫыра пырать.
Быстро выписывал на бланке фразы, сложенные им из точек и тире:
— Ҫук, вӑл манӑн тӑван мар, майор, анчах ҫав чапа илме эпӗ чӑнах та тивӗҫлӗ!
— Нет, майор, он мне не родня, но вполне достоин этой чести!
Эпӗ ют ҫӗршыври техникӑн опытне пӗтӗмпех сирсе пӑрахма шутламастӑп — апла туни ӑссӑр япала пулнӑ пулӗччӗ.
Не собираюсь целиком отвергать опыта заграничной техники — это было бы невежеством.
Ҫавӑнпа фашист та вӑл, фриц ӗнтӗ.
На то он и фашист, фриц-то.
Унӑн юлташӗсем, палеонтологсем, — ӑна кашни ҫуркуннех чӗнеҫҫӗ, анчах атте пире хамӑр тӗллӗн хӑварасшӑн мар.
Его друзья палеонтологи — каждую весну приглашают, но отец не хочет нас оставлять на произвол судьбы.
— Кунта яланах Алеша Ковшов ларатчӗ, ӑна эпӗ лайӑх пӗлетӗп.
— Тут всегда Алеша Ковшов сидел, его-то я хорошо знаю.
Паранька Мрыхина йышӑнчӗ…
Паранька Мрыхина взялась…
— Нэ чую, —терӗ вӑл пӑхса ман енне.
хохол отвечал:— Нэ чую.
Вӑл Люся ҫинчен тата темӗн каларӗ, анчах эпӗ ӑна чартӑм:
Он что-то еще сказал о Люсе, но я его остановил:
— Васкавлӑн юсама тӗл килсен?
— А если потребуется срочно наладить?
Ҫапах та кӳренместӗмӗрччӗ вӗт эпир?
Но ведь не жаловались?
Предприятие пӗрлештерме тӳр килет…
Выходит, надо обобществлять предприятие…
Ирхине ирех вӗсен хыпарҫи пӗтӗм лагере ҫавӑрӑнса урӑх вырӑна куҫса каймалли ҫинчен пӗлтернӗ.
Рано утром глашатай объехал весь лагерь и всем и каждому сообщил о переселении.
Акӑ, пӑр катрамӗсем те пӗтрӗҫ.
Вот кончились торосы.
— Манӑн мӗнпур паттӑрсем ӑна хирӗҫ тухнӑ, — ответленӗ Робертс, — вӗсенчен вӗреннӗ те вӑл.
— Все наши знаменитости пробовали себя на нем, — подтвердил Робертс, — и он все у них перенял.
2001 ҫултанпа ҫулсерен Япони премьер-министрĕ Ясукуни храмне пырса ҫӳрени Китайпа Корейӑна кӳрентернĕ, вĕсем ҫак пулӑм пирки официаллӑ хирĕҫлевсем кӑларнӑ.
С 2001 года ежегодные демонстративные посещения храма Ясукуни премьер-министром Японии Дзюнъитиро Коидзуми вызывали активное недовольство Китая и Кореи, каждый раз высказывавшим по данному поводу официальные протесты.
Николай Золотницкий «Корневой чувашско-русский словарь...»
Николай Золотницкий Революцичченхи чăваш литератури : текстсем.
Тӳресене тыта-тыта тӳпеленӗ, пупсене путарнӑ.
— А где этот Яик-то?
— Вара, вара нимӗн тумалли те ҫук, эсир мана илме пырӑр та — эпӗ санӑн арӑму пулӑп.
– Тогда, тогда делать нечего, явитесь за мною, я буду вашей женою.
Ку хыпар нимӗҫсем патне ҫитсен, румынсене арестленӗ, анчах партизансем ҫинчен калаҫма ҫаплах пӑрахман.
Когда вся эта история дошла до немцев, румын арестовали, но разговоры о партизанах не прекратились.
Тӳрех курӑнать — ҫын икҫӗр пин выляса илнӗ! — кулать Варя инке.
Сразу видно — человек двести тысяч выиграл! — смеется тетя Варя.
Вӗсем пӗрле пулнӑ, вара Иегова вӗсене тӑшманӗсенчен хӑтарнӑ (2 Ҫулс. 20: 20 — 27).
Молодые и пожилые, все они с верой следовали руководству Иеговы, и он защитил их от их врага.
Унӑн пӑсаранни пек суйкӑн куҫӗсем пӗр самантрах Ухтиван кӑмӑлӗ йӑвашланнине асӑрхарӗҫ.
— Ты это? — как ни в чем не бывало, но еще с опаской приблизился Ивук к Ухтивану.
Вӑл ман пата пырса арчине юр ҫине лартрӗ.
Он подошёл ко мне очень довольный и поставил сундук на снег.
Юр тытса хӑвармаллах.
Надо снег держать.
— Кама — сан ӗҫ мар, эсӗ ан хутшӑн унта!
— Не твое дело — кого, и ты в чужую душу не лезь!
Горбушко Юрий Фёдорович
Горбушко, Юрий Фёдорович
34. Ӗнтӗ Гива умне пӗтӗм Израиль хушшинчен суйласа илнӗ вунӑ пин ҫын ҫитнӗ те, хаяр ҫапӑҫу пуҫланнӑ; анчах Вениамин ывӑлӗсем хӑйсене инкек кӗтсе тӑнине пӗлмен.
34. И пришли пред Гиву десять тысяч человек отборных из всего Израиля, и началось жестокое сражение; но сыны Вениамина не знали, что предстоит им беда.
Калаҫнӑ май вӑл хӑрах аллипе хулпуҫҫинчен тытса, тепӗр аллипе ӑна каялла тӗртсе, тарӑхса ыйтрӗ:
Говоря, она одною рукой держала за плечо, а другой отталкивала его, возмущённо спрашивая:
Иккӗшӗ те пӑлханни курӑнать.
Следы волнения виднелись на лицах у обоих.
— Ытла та чеескерсем-ҫке! Капитана та шӑхӑртса хӑварчӗҫ-ҫке вӗсем, — терӗ вӑл.
— Ну и хитрецы! Перехитрили всё же капитана!
Ҫавӑн пек тӗслӗхсем нумай пулнӑ.
И таких случаев было много.
Кун мӗнле иртнине кура пулас ачи пирки Янтул темиҫе тӗрлӗ те шухӑшласа пӑхать.
С одной стороны, его появление будет явной помехой.
Эсӗ мана хирӗҫ шарламастӑн…
Ты не отвечаешь мне…
Ҫак кун каҫ енне сулӑннӑ вӑхӑтра ҫынсемпе тулнӑ уй-хире, тулӑ купаласа тултарнӑ йӗтеме хӗвел хытӑ ҫутатать: тулӑ, ҫеҫенхирти сӑртлӑ вырӑнсем пек, пысӑк мар купасемпе, ту каҫҫи евӗр тӑрӑхла купасемпе тӑсӑлса выртать…
В этот день, под вечер, солнце ярко освещало поля, наполненные людьми, гумно, заполненное пшеницей: пшеница, словно степные холмы лежала кучами, растянувшись похожим на горную гряду…
Кукӑр-макӑр та ансӑр урамсене курсан, Ваня юлташ ача чухнехи пек хавасланчӗ, хӑюллӑраххӑн утма пуҫларӗ.
Где лишь изредка возвышалась каменная стена какой-нибудь мастерской покрупнее, труба паровой мельницы или маслобойки.
Анчах халӗ вӑл ҫак Мускав шӗвӗрне хӑйӗн шухӑшне каласа пама шутламарӗ.
Однако высказать сейчас свое мнение этому московскому выскочке он не решился.
сиглави — ӑратлӑ, илемлĕ вӑтам пысӑкӑш ҫӑмӑл лашасем, хӑвӑртах чупаймаҫҫĕ; тĕсĕ ытларах сӑрӑ;
сиглави — некрупные лошади утонченного экстерьера, породные и нарядные; масть в основном серая;
Ик ҫӗр аллӑ миля — типӗтнӗ ҫӑкӑр та ҫук, пӗр тумлам спирт та!
Двести пятьдесят миль — и ни одного сухаря, ни капли спирта!
Иван Федорович каларӗ.
Иван Федорович сказал.
Тимофей нимӗҫсем ҫине куҫ хӳрипе пӑхса илчӗ; фельдфебель калаҫнине пӑртак итлерӗ те йывӑррӑн сывласа илчӗ: мӗншӗн тесен вӑл нимӗҫле виҫӗ самах ҫеҫ пӗлет: «хальт», «гут» тата «витте».
Тимофей покосился на немцев, послушал немного, что говорил фельдфебель, и вздохнул; по-немецки он знал только три слова: «хальт», «гут» и «битте».
Вара кунта лашипе юланутҫи иккӗшӗ те тӑшман аллинчен ӳкнӗ пек, лаши — вилмелле, юланутҫи — йывӑр суранпа ӳкнӗ пек туйӑнмалла турӗ.
Так, как будто всадница и лошадь упали здесь, пораженные неприятелем, всадница — тяжело раненная, лошадь — бездыханная.
Манпала калаҫма килӗшмӗн-ши эсӗ? — терӗ вӑл.
Не согласишься ли ты побеседовать со мной?
Ял хӗрринчи пӳртсем патӗнче, хӑраса ӳкнӗ хӗрарӑмсемпе ачасем пуҫтарӑнса тӑнӑ ҫӗрте, пӑшӑлтатнӑ сасӑсем илтӗнсе кайрӗҫ.
У крайних домов, где столпились испуганные женщины-и ребятишки, прошел шепоток:
апат шӑранманнипе аптӑра
страдать несварением желудка
Ун умне хыр йӗкеллисем, кайӑк-кӗшӗк тӗкӗсем хунӑ.
А перед ней на прилавке лежали сосновые шишки и птичьи перья.
Балкон пушӑ; иккӗшӗ те ҫухалнӑ, вӗсем пачах пулман тейӗн.
Балкон пуст; оба исчезли, как их бы и не было.
— Ҫапла, тӗрӗс, — терӗ те Михаил Борисович, арӑмне куҫӗнчен пӑхрӗ.
— Да, правда, — сказал Михаил Борисович и посмотрел жене в глаза.
Вӑл Ленинӑн кун ӗҫне, ӑна ӗҫ валли мӗн кирлине аван пӗлет.
Она знала всё дневное расписание Ленина, всё, что требовалось ему для работы.
Курасса вара эсӗ мана эп Аминодава урапипе мункун уявӗнче иртсе пынӑ чух курнӑ.
И ты видела меня, когда я ехал в колеснице Аминодавовой в день праздника Пасхи.
Мӗн тумалла, мӗн тумалла?
Что делать, что делать?
Донӑн леш енче саралма пуҫланӑ салху вӑрман хумханать, тирек ҫулҫисем ҫаралнӑ, юмансем ҫинчен картлашкаллӑ сайра ҫулҫӑсем тӑкӑнаҫҫӗ, ҫирӗк йывӑҫҫи кӑна мухтанчӑклӑн ем-ешӗлех ешӗрсе ларать, хайӗн иксӗлми пурнӑҫ хӑвачӗпе витӗр куҫлӑ чакаксене савӑнтарать.
За Доном, тронутый желтизной, горюнился лес, блекло отсвечивал тополь, дуб ронял редкие узорчато-резные листья, лишь ольха крикливо зеленела, радовала живучестью своей стремительный сорочий глаз.
— Паян каҫхине вӗсем кунта хӑнана пухӑннӑ.
— Сегодня ночью они явились сюда на пир.
Анчах хӑшпӗр ҫӗнӗ ӗҫсене илес пулсан, кунта эпир ҫылӑхсӑр мар.
Но если ссылаться на какие-то свежие примеры, то мы тут не безгрешны.
Шӑтса пӗтнӗ труба витӗр хӗмсем, йӑлт-йӑлт курӑнкаласа, ирӗкелле вӗҫме тытӑнчӗҫ.
И искры замелькали в прогоревшей трубе, вырываясь на вольную волю.
— Ман кӗсрепе пӗрле ӑйӑр чиперех пирӗн хыҫҫӑн пырӗ.
— В обществе моей кобылы жеребец пойдет спокойно за нами.
Ҫакӑн хыҫҫӑн юлташӗсем ӑна хӑйсен чумӗсенчен котелоксемпе ӑшӑ шыв пыра-пыра панӑ, вӑл сивӗрех ҫӑвӑнса тасалкаланӑ.
Товарищи котелками носили ему из своих чумов теплую воду, а он стоял на холоде и обмывался.
Сухӑ ӗҫне мӗншӗн вӑраха ятӑмӑр? — ыйтрӗ Давыдов.
Почему так затянули вспашку? — спросил Давыдов.
— Командир хӑйӗн хӗрлӗ сухалне чӗпӗтсе турткаларӗ.
— Командир пощипал свою рыжую бороду.
Хӑвна ху улталани сана такам улталанинчен аванрах.
Лучше я сама себя буду обманывать, чем кто-нибудь другой.
— Тилӗ пек, хӑйӗн йӗрӗсене хӳрипе шӑлса ҫухатать, — терӗ пӗррехинче Тынэт.
— Хвостом, как лиса, следы заметает, — скептически заметил однажды Тынэт.
Ҫил вӗрнӗ чухне ӳт тавра тӑракан ӑшӑ сывлӑша ҫил илсе каять те ун вырӑнне сивӗ сывлӑш илсе килет.
Но когда дует ветер, он относит нагретый воздух и приносит холодный.
Ют кукка валли тумастпӑр-ҫке — ҫавна ӑнланас пулать!»
Не для чужого дядька стараемся — понимать надо!»
Халӗ пурте боецсем урапасем айне, лаша урисем айне пӑхаҫҫӗ, анчах минӑсене умра кӑна, ҫул ҫинче тупрӗҫ.
Все уже сами смотрят под колеса, под лошадей, но мины только впереди на дороге.
1915—1916 — «В людях»
1915—1916 — В людях
ача пĕррех шыва сикрĕ
мальчик раз и прыгнул в воду
— Нимӗн те ӑнланаймастӑп!..
— Ничего не понимаю!..
Ҫав вӑхӑтрах тапӑнакан ен хӑйӗн тӗллевне пытармасӑр статуйӑна ҫӗмӗрме тата пӗрлехи хаваслӑха сивлек кавар ҫӗнтерӗвне ҫавӑрма уҫҫӑнах сӑмах татать.
Тем временем нападающая сторона, не скрывая уже своих намерений, открыто поклялась разбить статую и обратить общее веселье в торжество мрачного замысла.
— Епле астумастӑп пулать!
— Еще бы не помнить!
Фильма пĕтĕмпе 17,1 млн ҫын курнӑ.
В кинопрокате картина собрала 17,1 млн зрителей.
Ҫын ӑна икӗ аллипе ярса тытса пӑр ҫинчен шывалла шуса анчӗ.
Человек схватил его обеими руками и соскользнул со своей льдины в воду.
Цецина те Вителий хӑварнӑ ҫарĕсемпе тӑшман енне куҫма шухӑшланӑ, анчах та салтаксем ӑна ареслеҫҫĕ.
Цецина также попытался увлечь вверенные ему Вителием войска и перейти на сторону противника, но солдаты схватили его.
Сире йывӑртарах пулӗ, анчах эпӗ сире ӑнланмалла калама тӑрӑшӑп.
Вам будет трудновато, но я постараюсь говорить так, чтобы вам было понятно.
Кам решени йышӑнма, кам ҫав решение пурнӑҫлама тивӗҫлине, тен, ӑнлантӑр пулӗ.
Может быть, вам теперь яснее будет, кто должен решать, а кто обязан выполнять.
Анчах халь эсӗ ман вырӑна тӑр та паян строительствӑра тунӑ ӗҫе хисеплесе пӑх — ку вӑл, эпир нефте вӑхӑтра парас тетпӗр пулсан, эпир тума тивӗҫлӗ ӗҫӗн ҫурри ҫеҫ пулать вӗт!
Однако теперь ты встань на мое место и взвесь сегодняшнюю выработку строительства, капиталоотдачу за день — это же половина того, что нам надо выработать, раз мы хотим дать нефть в срок!
Ҫакна май ман пуҫа пӗр кулӑшла шухӑш килсе кӗчӗ.
В связи с этим мне пришла в голову одна забавная мысль.
Леня Воркутара водительте ӗҫлет, анчах тӑван ен ӑна хӑй патне туртать пулас.
Лена в Воркуте работает водителем, но Родина его, кажется, тянет к себе.
Сасартӑк сасӑ пӳлӗнсе килчӗ пек..
И вдруг будто не хватает у меня голосу…
Салам калӑр аҫӑра, тет…
Почтение, говорит, отцу передайте…
Санька хӑйӗн ури айне пӑхрӗ.
Санька смотрел себе под ноги.
Эпӗ выртмастӑп.
А я не лежу.
8. Исав вара, Эдом теекен Исав, Сеир тӑвӗ ҫине вырӑнаҫнӑ.
8. И поселился Исав на горе Сеир, Исав, он же Едом.
Сирӗн пиччӳ пит лайӑх ҫын пулмалла, ҫапла-и?
Ваш брат, должно быть, очень хороший человек, так?
Халӗ вара эпӗ хамӑн ҫул ҫӳреве тухма тӗв турӑм.
Так я задумал теперь с в о е путешествие.
Санька тӗм хыҫӗнчен тухрӗ, гимнастерка аркипе турткаланҫи пулчӗ.
Санька вышел из-за куста и неловко одернул гимнастерку.
7: 9, 10). Ҫамрӑк Свидетельсенчен чылайӑшӗ Библири ҫӑлӑнӑҫ паракан чӑнлӑха ыттисене ӑнланма пулӑшса нумай савӑнӑҫ илет (Ӳлӗм. 22: 17).
Многие молодые Свидетели испытывают немало радости, помогая другим понять библейские истины, которые приносят спасение.
8: 9). Тепӗр вырӑнта вара сухалпа ҫӳрес йӑла ҫук, ҫавӑнпа унти христиансемшӗн сухал ӳстерни вырӑнлӑ мар (bw574, 21 стр.).
В определенных культурах и местностях для христианских служителей борода неприемлема (w16.09, страница 21).
Ҫывӑрнӑ хушӑра тӑтӑшах шарт сиксе илет.
Он то и дело вздрагивает.
— Фу, епле йӗрӗнчӗк тумлать санӑн, — тет Зина.
— Фу, какая гадость, — говорит Зина.
Анчах казаксенчен ҫав тери чӑрсӑррӑн та хӑюллӑн хӳтӗленчӗҫ вӗсем: хӗҫсен айӗнче ҫулса пӑрахнӑ курӑксем пек йӑванчӗҫ, нумаййӑн вилчӗҫ, апла пулин те, хӑть ӑҫта вилсен те пур пӗр тесе пулас, ним шиксӗр вилӗм ҫине пырса кӗчӗҫ.
И он видел, с какой безумно-отчаянной храбростью защищались эти люди от казаков, никли под сабельными ударами, умирали, а лезли напролом, на гибель, уничтожение, решив, что все равно, где принимать смерть.
– Эп ухмаха пемен, кун пек ҫеҫ юрлама пӗлеп.
Давай еще раз.
Ку вӑл тӑм шӑхличӗсем ҫинҫен нӑйкӑшса шӑхӑрнӑ, тута купӑсӗсем нӑйӑлтатнӑ тата пӑлалайккӑсем тӗнкӗлтетнӗ сасӑсем хушшинче татӑклӑ та хаяр кӗрешӗве чӗнсе йыхӑракан хӑватлӑран та хӑватлӑ труба сасси майлӑ пулчӗ.
Это было похоже на могучий призывный клич трубы среди верещания свистулек, визга губных гармоник и теньканья балалаек.
— Хамӑрӑннисем!..
— Свои!..
Эсӗр килӗшетӗр пулсан, ҫапла тӑвӑпӑр та эпӗр.
Ну, а если вы согласны, мы так и сделаем.
(Леноре фрау, хӑнана хисеплесе, хӗрӗпе французла калаҫрӗ.)
(Фрау Леноре, из уважения к гостю, говорила с дочерью по-французски.)
Ҫанталӑк тӗттӗмленет, уйсене нӳрӗ сулхӑн ҫапать.
День хмурился, темнели поля…
Курмастӑн-им ху: тӑрри йӑлт ҫӗтӗлсе пӗтнӗ, куполӗсем шанк-шанклашка, чан чартакӗ мӗн пек…
Сам, что ли, не видишь: крыша вся провалена, вместо куполов ржавые ребра торчат, колокольня, как…
Эпӗ ӑна кашни каҫах тӗлӗкре куратӑп.
Я вижу его во сне каждую ночь.
Данные на сайте Биография.Ру
Данные на сайте Биография.
Ваннӑя кайрӗҫ.
– Вы постригли каждая, значит, все, я вам больше ничего не должен.
ака, 15 — Мартин Фром, дан шахматисчĕ, хӑйĕн ячĕллĕ гамбита ĕҫе кĕртнĕ: 1.f4 e5!?
8 апреля — Мартин Фром, датский шахматист, известный по введённому им в практику гамбиту: 1.f4 e5!?
Амӑшӗ вӑл ыйтнине илтнӗ, анчах ӑна сӳрӗккӗн хирӗҫленӗ, кайма ирӗк паман.
Мать слушала и нерешительно отклоняла его просьбу.
«Пичет ирӗклӗхӗ» — мӗн хӑяматне кирлӗ халӗ вӗсене вӑрттӑн пичетлемелли станок!
«Свобода печати» — на черта им теперь нелегальный печатный станок!
2014 ҫулхипе танлаштарсан пулӑшу хисепӗ чакрӗ.
По сравнению с 2014 годом количество поддержки уменьшилось.
Ҫак сӑмахсене илтсен, нумайӑшӗ каялла чакрӗҫ.
При этих словах многие отшатнулись назад.
Пӗри Украинӑран куҫса килнӗ ҫынччӗ, вӑл Анадырьте чылайранпа пурӑнать иккен.
Один был переселенец с Украины, но уже старый житель Анадыря —
Тискер ҫынсем кӗреҫҫӗ.
Дикари входят.
Гусев сӗтел ҫинчен сиксе анчӗ:
Гусев соскочил со стола:
Каҫхине, Могелницкисен именине нимӗҫ офицерӗсем пурте тенӗ пек пухӑнса ҫитсен, Эдвардпа Потоцки конвой илсе, вокзала тухса кайрӗҫ.
Вечером, когда в усадьбе Могельницких собрались почти все немецкие офицеры, Эдвард с Потоцким, окруженные конвоем, поехали к вокзалу.
Чугун ҫул обходчикӗ ҫӑл патӗнче витре ҫумӗнчи йӗпе сӑнчӑра салтса тӑрать.
Путевой обходчик стоял у колодца, снимая с ведра мокрую цепь.
— Розӑсем мӗн тума вара?
— А розы на что?
— Эшелон паян ӑсанмалла-и? — ырӑ шанчӑкпа ыйтрӗ Баранкевич.
— Эшелон уходит сегодня? — с надеждой спросил Баранкевич.
Тӳсме ҫук.
Невозможно терпеть.
Ку хӑраса ӳкес ҫук, пӑрӑнас ҫук, тытӑҫуран пӑрӑнса каяс ҫук.
Этот не испугается, не уклонится, не удерет из схватки.
Ку вӑл — Никифор вӗреннӗ техникумӗн директорӗ.
Это директор техникума, где учился Никифор.
Ҫил-тӑман пушшех вӑйлӑ ахӑрать.
Вьюга неистово воет, будто хоронит самую смерть.
Гетманпа полковник питех те сӗлкӗш тӑчӗҫ, темле йывӑр инкеке сиснӗ пек, пурте шухӑша кайса нумайччен ним чӗнмесӗр тӑчӗҫ.
Смутны стояли гетьман и полковники, задумалися все и молчали долго, как будто теснимые каким-то тяжелым предвестием.
Халӗ темле тупӗ ӗнтӗ?
Вместо того, чтобы отцу помогать, шляется где-то.
Драма академи театрĕсем
Академические театры драмы России
Пуласлӑхра пирӗн ӗненӳ мӗнле тӗрӗсленӗ?
Как в будущем будет испытана наша вера?
Христиансен ыттисемпе хутшӑннӑ чухне пӗр халӑх тепринчен лайӑхрах текен шухӑша хӑйсем ҫине витӗм кӳме памалла мар.
Христиане не должны позволять, чтобы на их отношение к другим влияли идеи национального превосходства.
Ҫав вырӑнти ҫынсем шурӑ ӳтлисемпе хура ӳтлисем пӗрле пуҫтарӑннине килӗштермен пирки. Анчах та Иеговӑшӑн пур ҫын та пӗрех. Кӗҫех ҫав районти тӑвансем пурте: шурӑ ӳтлисем те, хура ӳтлисем те — пӗрле пуҫтарӑнма тытӑнчӗҫ.
Но для Иеговы не имеет значения, какой человек расы, и уже очень скоро все собрания в том районе стали смешанными — теперь в них были как белые, так и темнокожие братья.
— Ҫаплах ӑнлан…
— А так и понимай…
Ҫӗр варрине кӗрсе каймалли ҫул кунта! — терӗ вӑл Дани чӗлхипе.
Тут пролегает путь к центру земного шара! — прибавил он по-датски.
Вӑхӑт сисӗнмесӗрех иртсе кайрӗ.
Время пролетело незаметно.
Гридин Дмитрий Алексеевич — (22.11.1911(9) -24.07.1993), Совет Союзĕн Паттӑрĕ , , .
Дмитрий Алексеевич Гридин (1911—1993) — капитан Советской Армии, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза (1944)
— Чӳречерен пӑхсам, пӑхсам, Петруня!
— Гляди, гляди, Петруня, в окно!
Эпӗ хама ирӗке кӑларма ыйтса ҫав тери нумай прошенисемпе докладнӑй запискӑсем панӑ хыҫҫӑн, юлашкинчен император ыйтӑва малтан министрсене сӳтсе явма пачӗ, унтан государство советне тӑратрӗ.
Я подал императору столько прошений и докладных записок о даровании мне свободы, что его величество поставил наконец вопрос на обсуждение министров, а потом государственного совета.
— Мӗнле пурӑнатӑн?
— Как — живёшь?
Чул сарнӑ такӑр мар ҫулпа сиккелесе, «газик» малалла хӑвӑрт тапранса кайрӗ.
«Газик» быстро рванулся вперед, подпрыгивая на неровной булыжной мостовой.
Хӗрача хитре юрланине тата ташланине те палӑртар.
Отметим, что девушка красиво поет и танцует.
Куна тума ӑна кӑранташпа тетрадь кирлӗ.
Потребуется карандаш и тетрадь.
Экспедици ҫӳренин наукӑллӑ историйӗ ҫине куҫмашкӑн та вӑхӑт ҫитнӗччӗ ӗнтӗ, вара эпӗ Татаринов капитанӑн экспедицийӗ тунӑ ӗҫсем халиччен те хӑйсен уссине ҫухатман-ха тесе калама тытӑнтӑм.
Но пора было переходить к научной истории дрейфа, и я начал её с утверждения, что факты, которые были установлены экспедицией капитана Татаринова, до сих пор не потеряли своего значения.
— Эсӗ мана ҫапла юрататӑн-и?
— Так ты меня любишь?
Уча шартах сикрӗ, чарӑнса тӑчӗ, ун пуҫӗнче шухӑш вӗҫсе иртрӗ: «ҫӳлте, сӑрт тӑрринче, нимӗҫсем пулсан, мӗн тумалла-ха вара?
Уча вздрогнул и резко остановился: «а что если там выше, на гряде, немцы?
Старая Руссӑра халӗ радиопа хам итлерӗм, — хытӑ пӑлханса каларӗ шофер.
В Старой Руссе сейчас сам по радио слышал, — взволнованно говорил шофер.
Кӑвайтсем тавра ҫывӑрма выртнӑ чухне вӗсене хамӑр ая сарса выртаттӑмӑр.
Ими пользовались вместо подстилок, когда ложились спать у костров.
Катрин урама тухрӗ, йӗри-тавралла пӗр вӗҫӗмсӗр пӑхкаласа пырса, мулкач йӑлмакӗ тукаласа витӗр курӑнакан тимӗр хапха патне ҫитсе тӑчӗ; электричество хунарӗн янкӑр ҫутинче, шалта, тулли кӗлеткеллӗ, тӗреклӗ Кравар тӑрать.
Катрин вышла на улицу и, все время осматриваясь, ходом заячьей петли приблизилась к железной двери в сквозных железных воротах, ярко озаренных электрическим фонарем, за ними стоял плотный, коренастый Кравар.
Пичче ман пирки каламан иккен дикобраз тесе, дикобраз вӑл читлӗхре ларать.
И вовсе не про меня дядя говорил, что дикобраз, а там, в клетке, сидел дикобраз.
Килти пӳлмене кӗнӗ пур-ҫук тырра никамӑн та ачисене выҫҫа хӑварса ют алла парас килмен курӑнать.
По новому	же порядку и по замыслу властей, выращенный теми же крестьянами на специально отведенных площадях хлеб должен был храниться в магазейном амбаре, откуда теперь забрать его можно было без хлопот.
Дежурнӑй командир юлташ, «вольно» команда пар.
Товарищ дежурный командир, командуй «вольно».
Тӗтреллӗ сенкер асфальт ҫине ҫӑмӑллӑн пусса, коммунальнӑй ҫуртӑн шупка хунарӗсен ҫутинче болонь плащӗн пурҫӑнне ялтӑратса.
Чуть ступая ногами на голубой дымный асфальт, поблескивая коконом болоньи в свете бледных фонарей коммунального двора.
— Василиса кинӗм, ҫухӑраҫҫӗ вӗсем: пурӗ-пӗр тухатпӑр теҫҫӗ пулмалла.
— Матушка Василиса, орут они: уйдем, дескать.
Сасартӑк шӑпланни кунтисене тӗлӗнтерчӗ.
Наступившая тишина удивляла.
Ҫын вӗлерекен наказанире пулни
Убийца, понесший наказание
Габриэль фон Макс (ним.
Габриэль Макс (;
Мал енчен ҫеҫ мар, ӗнсе хыҫӗнчен те кайса ҫурӑм тӑрӑх юхса анчӗ.
Даже сзади за воротник залилось и текло по спине.
Вӑл сана юратать; вӑл санӑн ывӑлун амӑшӗ.
Она тебя любит, она — мать твоего сына.
— Эсир капла ӑҫта хатӗрленнӗ?
— Вы куда это собрались?
— Парохода путарнӑ, — терӗ пӗри шӑппӑн.
— Потопили пароход, — сказал кто-то тихо.
— Ҫавӑнтах ун пуҫӗнче хӑрушӑ шухӑш вӗлтлетсе иртрӗ те вара пӑшӑлтатса ҫеҫ: — Чим-ха, кунта юлсан аванрах, — терӗ.
— Но тотчас же страшная мысль омрачила его лицо, и он добавил: — Нет… лучше оставайся здесь…
Эпӗ кунӗпех картишӗнчен уялла юр турттарнипе пит ывӑннӑччӗ, манӑн ҫывӑрас килетчӗ, анчах Павел йӑлӑнатчӗ мана:
Я весь день возил на себе снег со двора в поле, очень устал, мне хотелось спать, но Павел просил меня:
— Ӗҫ ҫавӑнта тӑрать те ӗнтӗ!
— В том-то и дело!
Григорий алӑк чӗриклетнине илтрӗ, вара ҫав самантрах хӗрлӗармеец сылтам аллине пӗҫҫи патне ячӗ, чӗрнисемие кобура тӑррине шӑйӑрса илчӗ.
Григорий услышал, как скрипнула дверь, и сейчас же правая рука красноармейца лапнула бедро, ногти царапнули крышку кобуры.
— Кирлӗ мар ун ҫинчен калаҫма, атте…
— Не надо о нем, тятя…
Тунтикун диетӑна пӑхӑнма пуҫламашкӑн аван.
В понедельник хорошо начинать диету.
Аллисем тараса пуканӗсем пек йывӑрланса кайрӗҫ, урисем тӳсмелле мар ыратрӗҫ — шыҫса кӳпчесе кайрӗҫ пулмалла.
Руки были тяжелые, как гири, ноги нестерпимо болели, наверно, очень опухли.
Мазин йывӑҫ туратӗнчен ҫакӑнса сулланма пуҫларӗ.
Мазин схватился за сук и изо всей силы раскачивался.
Эсӗ — вӑкӑрпа пӗрех: ӑҫта ҫиетӗн, ҫавӑнтах варалатӑн.
Ты — как бык: где жрешь, там и надворничаешь.
Эпӗ никама та вӗлермен.
Я никого не убил.
— Астӑватӑн пулӗ, ашшӗ, ку беретсене эпир Краснодар пасарӗнче туяннӑнчӗ.
— Помнишь, отец, мы купили ему эти баретки на краснодарском базаре.
Темиҫе самант хушши хӗрарӑм нимӗн чӗнмесӗр ҫакӑн ҫине пӑхса тӑчӗ, унтан ун патне пычӗ, унӑн аллисене илчӗ, вӗсене хӑйӗн пӗҫҫисем ҫине хучӗ, вара икӗ хӑлхинчен хыттӑн ярса тытрӗ те куланайҫӑн пуҫне мӑйӗнчи мӑнтӑр ҫу хутланчӑкӗсем витӗр карланкӑ шӑмми шӗвӗрӗлсе тухмаллах каялла каҫӑртса пӑрахрӗ.
Несколько секунд женщина молча смотрела на него, потом подошла, взяла руки его, положила их на бёдра себе и, крепко схватив его за уши, запрокинула голову податного так, что красный кадык его высунулся сквозь жир острым углом.
Ҫакӑн пек тума пире тӑван ҫӗршыв хушать.
Отечество от нас этого требует.
ҫурҫĕр (кӑнтӑр, вар тата ҫурҫĕр Малабар диалекчĕсем, кӑнтӑр-тухӑҫ тата ҫурҫĕр-анӑҫ Палгхат диалекчĕсем, ваянад тата ҫурҫĕр диалекчĕсем);
северная (диалекты южного, центрального и северного Малабара, диалекты юго-восточного и северо-западного Палгхата, ваянадский и северный диалекты);
Лешсем пире кӑшкӑраҫҫӗ:
А они нам кричат:
— Пирӗн Дёндири савнӑ ҫуртпа мӗн пулӗ вара?
— Что будет с нашим милым домом в Денди?