alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Ку сӗтел умӗнче чи йышлӑ ушкӑн ларать: ҫыхса тунӑ ҫӗнӗ архалук тӑхӑнса янӑ ҫамрӑк та уссисӗр офицер чейнике вӗретнӗ шыв тултарать (архалукне хӗрарӑм халатӗнчен тунӑ, пулас, вӑл); пӳлӗм кӗтессисенче, унта та кунта, тата тепӗр тӑватӑ офицер лараҫҫӗ, леш офицер пекех, пурте ҫамрӑкскерсем хӑйсем: вӗсенчен пӗри, пуҫ айне темӗнле кӗрӗк хунӑ та, диван ҫинче ҫывӑрать; тепри, сӗтел умӗнче тӑраканни, сӗтел хушшинче ларакан алӑсӑр офицере така ашӗ касса парать.
Сидела главная группа: молодой безусый офицер в новом стеганом архалуке, наверное, сделанном из женского капота, доливал чайник; человека 4 таких же молоденьких офицеров находились в разных углах комнаты: один из них, подложив под голову какую-то шубу, спал на диване; другой, стоя у стола, резал жареную баранину безрукому офицеру, сидевшему у стола.
Чарӑнса тӑмасӑрах, вӑл малти пӳлӗме кӗчӗ.
Не останавливаясь, она прошла в горницу.
Мэрдан кимӗ ҫине сикрӗ те ҫыран хӗрринелле ишме пуҫларӗ.
Мэрдан спрыгнул в лодку и начал грести к берегу.
— Шутласа пӑхӑр-ха, Леноре фрау, мӗн тесе ман…
— Фрау Леноре, подумайте, с какой стати я…
Ҫапла, Брутика эпӗ те шеллетӗп.
Да, Брутика жаль и мне.
— Хӗлӗпе мӗн ҫиетпӗр, э?
— А зимой мы что едим?
Пĕрҫыххӑллӑ тектоника улшӑнӑвĕсем пулса-иртнĕҫем тата нумай климатлӑ ĕҫ-пулӑмĕсен пĕрлĕхне пула Еврази континенчĕ паянкуна пĕр типҫĕр пулса тӑрать.
На севере преобладают арктический и субарктический климатические пояса, затем широкой полосой Евразию пересекает умеренный пояс, далее следует субтропический пояс.
Ҫак ракета мӗн пурӗ те минут ҫурӑ хушши кӑна ҫунать.
Горит она всего полторы минуты.
Ӳкнӗ чухне те хӗрлӗ ялава хӑйӗн ҫӑмлӑ кӑкри ҫумнех тытса ӳкрӗ.
Падая, продолжал прижимать знамя к раскрытой волосатой груди с синей татуировкой.
Эрнен пӗрремӗш ҫурринче укҫа енчӗке кӗресси сирӗн ӗҫченлӗхрен, профессионаллӑхран килӗ.
В первой половине недели доходы в основном зависят от вашего трудолюбия и профессионализма, знания всех тонкостей работы.
Аян кулса илчӗ.
Аян улыбнулся.
Вӑл вара хӑлхисене силлентерет.
И он ими трясёт и хлопает.
— Ну, мӗнле пек? — тесе ыйтрӗ те Белограй Василь Гойдӑна куҫ хӗсрӗ.
— Ну как? — спросил Белограй и подмигнул Василю Гойде.
— Сывӑ-ха, — пӑшӑлтатнӑ лешӗ хӑй пытаннӑ ҫӗртен тухмасӑр.
— Здравствуйте, — прошептала она, не выходя из своей засады.
— Апла пулсан, пурне те хӑваласа ярӑр та вырӑн ҫине выртӑр!
— Ну, так гоните их всех и ложитесь в постель!
Йӗпе урайӗнче кӗлте пек халӑх выртать: лакейсем, малярсем, ҫӗвӗҫсем, тиечуксем, кил тарҫисем — пурте «пушар тӑвакансем».
На влажном полу вповалку лежат лакеи, маляры, портные, пономарь и несколько дворовых людей — это всё «поджигатели».
Гвасалия «Амӑшне» тыткӑна лекнисем, лагерь тулашӗнчен пулӑшмасан, тарма пултарайманни ҫинчен каласа парать, ҫавӑнпа хӗрарӑмсене Коля урлӑ Костюк капитанпа хӑвӑртрах ҫыхӑнма ыйтать.
Гвасалия предупредил, что без помощи извне военнопленные бежать из лагеря не могут, и просил женщин поскорее связаться через Колю с капитаном Костюком.
Вӑй ҫитерӗпӗр-ха мӗнле те пулин, — терӗ тепри.
Справимся как-нибудь, — сказал другой.
Список тӑрӑхах ил-ха кама та пулин, пӗрне те пӗлместӗн, анкетӑ тӑрӑх, тен, хӑшне-пӗрне, пӗлетӗн те пуль, пурнӑҫра — ҫук!
Давай по списку любого — голову даю на отруб, что по анкете, может, и знаешь кой-кого, а по жизни — нет!
Таньӑна шӑппӑн: — Кӗрсе тухӑр. Главный инженер патне мар, ман пата, — тесе хӑварчӗ.
Шепнула Тане: — Заходите. Не к главному инженеру, просто ко мне.
Халӗ вӑхӑчӗ выговор илмелли вӑхӑт мар.
Не такое время сейчас, чтобы их получать.
Кӑшкӑрӑр хӑть, эсрел кӗвентисем! — ҫухӑрса ячӗ Подтелков.
Да шумните ж им, черти! — крикнул Подтелков.
Нимле кӗнеке те сире ҫавна сӗнме пултараймасть.
Ни одна другая книга не предложит вам этого!
Ухтиван купӑс тытса ларсан Яриле ҫав тери хӗрхенсе пахать ывӑлӗ ҫине, темле шутсӑр кирлӗ япалана, пурнӑҫ тупсӑмне, пурнӑҫ «ҫиппине» ӑнланман ҫын ҫине пӑхнӑ пек шеллесе пӑхать.
И, не смея, выразить прямо свои мысли, старик начинает нудно говорить сам с собой.
Ҫак картишне кӗмессерен ун чӗрине темӗн ыраттарнӑ пек те хӑрамалла пек, ҫапах та хаваслантарас пек туйӑм хускатать!
Как болезненно, жутко и сладостно отдавался в его сердце их скрип всякий раз, как он входил в этот двор!
Анчах нимӗҫ ответлеме ӗлкӗриччен, таможеннӑй полковник патне пӗшкӗнчӗ те шӑппӑн ҫеҫ:
Но еще раньше, чем немец ответил, таможенный наклонился к полковнику и прошептал:
— Хаецкий! — тӗлӗнчӗ Черныш.
— Хаецкий! — удивился Черныш.
Каярахпа эпӗ ҫакнашкалли Филиппин ҫӗршывӗнче йӑлара пулни ҫинчен пӗлтӗм.
Вскоре я узнал, что на Филиппинах так было принято.
Аллине патак тытнӑ Костров, шурӑ бинтпа ҫыхнӑ пуҫне пӗрре пӗр еннелле, тепре тепӗр еннелле ҫавӑркаласа, таврари сас-чӗве тимлӗн итлесе, сӑрт тайлӑмӗнче пӑхса тӑрать.
С палкой в руках Костров стоит на косогоре, поворачивая белую забинтованную голову то в одну, то в другую сторону, прислушиваясь.
Ҫавна тусассӑн, пурте фургонсен айне, хӳтлӗхе кӗрсе ларччӑр.
Когда это будет сделано, пусть все забираются в фургоны.
Чӑн-чӑнлӑх капашӗсем тамалчӗҫ, ҫавӑнпа та урӑхланса ӗренкеленнӗ ҫӗр чӗмсӗрлӗхӗнче нимӗне те пӑхӑнаймастӑн.
Исчезли формы действительности, и нечему было повиноваться в молчании преображенной земли.
Капла ҫын суйма та пултарать-ҫке?
Таким образом человек и обмануть ведь может?
— Э-э, тӗрӗс калатӑн, Петӗр.
— А-а, ты о моем наряде?
Аса патша эфиопсен ҫарне ҫапса аркатнӑ хыҫҫӑн Туррӑн Азария ятлӑ пророкӗ ӑна та, унӑн халӑхне те ӑслӑ канаш панӑ.
После того как царь Аса одержал блестящую победу над эфиопским войском, Божий пророк Азария, обращаясь к нему и его народу, произнес следующие мудрые слова: «Иегова с вами, пока вы с ним.
Ку премӗксем чӑнах та лайӑх пулас пирки Павлик пӗртте иккӗленмест.
Павлик не сомневался, что уж эти-то пряники его не обманут.
Ман пек инкеке лексен, Аслӑ Британи королӗ хӑй те ҫакӑн пек хур тунине пӗр сӑмах чӗнмесӗрех чӑтнӑ пулӗччӗ.
Даже сам король Великобритании, окажись он на моем месте, был бы вынужден покориться такому унижению.
— К. : Лыбедь (издательство), 1997.
— К. :, 1997.
Вӑл хӑйӗн опытне пула вӑрҫӑ тактикине лайӑх пӗлекен, лӑпкӑ та нимӗнле шав-шав та ҫук фронт хыҫӗнчен сасартӑк хаяр тӑшман сиксе тухассине пӗлсе тӑракан, ҫав тӑшман вара уяр ҫанталӑкри аҫа-ҫиҫӗм евӗрлех килсе ҫапассине пӗлсе ӑнланакан полководецсенчен пӗри пулса тӑнӑ.
Он принадлежал к числу тех полководцев, которые благодаря своему опыту, пониманию природы войны знают, что за видимым спокойствием, за картиной внешнего благополучия, за тишиной, царящей на фронте, нередко таятся грозные силы врага, которые обрушиваются, как гром среди ясного неба.
Пысӑк йывӑҫ халӗ ҫав тахҫанхи вӑхӑтӑн палӑкӗ пек ларать, унӑн айӗнче, ҫурӑмӗпе йывӑҫ туни ҫумне тӗренсе, сухаллӑ та пӑхма тӗксӗм арҫын ларать.
Стоит теперь, как памятник тому далекому времени, мощное дерево, а под ним, опираясь спиной о ствол, сидит бородатый мрачный на вид мужчина.
Ыттисем палламанскерсем пулнӑ — анчах пурне те ҫак масар шӑтӑкӗнче вӗсен хӑйсен ывӑлӗсем, упӑшкисем, тӑванӗсем выртнӑн туйӑннӑ.
Остальные были незнакомые, но всем казалось, что в могильной яме лежат их сыновья, мужья, братья.
Юратнӑ ҫынна ӑшӑ туйӑмсем парнелеме ан хӗрхенӗр.
Не скупитесь на проявление чувств к своей второй половине.
14. Ҫакна куратӑрах эсир, вара сирӗн чӗре хӗпӗртенӗ; сирӗн шӑммӑрсем ешӗл курӑк пек паркаланӗҫ.
14. И увидите это, и возрадуется сердце ваше, и кости ваши расцветут, как молодая зелень,
Ӑшчик вӗҫнипе ҫапса хуҫнӑ пекех ывӑннӑ.
Разбитый от усталости и возбуждения.
Эпир пӗррехинче таҫтан таврӑнаттӑмӑр.
Мы откуда-то возвращались.
Анчах Танька, халӗ те кӑштах ӗсӗклесе, Нюрӑран пӑрӑнчӗ, Марья Дмитриевна ҫумне лӑпчӑнса:— Каймастӑп, эп ун патне юлатӑп, — терӗ ачашланса.
Но Тонька, еще чуть всхлипывая, отшатнулась от Нюры и, прижавшись к Марье Дмитриевне, протянула капризно:— Не пойду, хочу с ней.
Анчах питех те тарӑхмалла-ҫке: ҫыр хӗрринче урӑх вырӑн ҫук тейӗн ҫав.
Но как оскорбительно: будто обрыв тесен, не найдется на нем другого места.
Блюм пӳрт кӗтесӗнче чарӑнчӗ; вӑл Тингӑн юлашки сӑмахӗсене илтрӗ, халӗ тата мӗн те-тӗр ҫӗннине кӗтет.
Блюм остановился за углом здания; он слышал последние слова Тинга и ждал, не будет ли чего нового.
Малашне мӗн пулассине Анна пӗлмен пулин те, чунра унӑн канӑҫлӑх пулнӑ.
Хотя Анна не знала, что дальше будет происходить, она ощущала душевный покой.
Кунтах Италирен тарса килнӗ политикӑллӑ эмигрантсен пысӑк ушкӑнӗпе пӗрле Мадзини те пурӑннӑ.
Здесь же жил Мадзини вместе с большой группой политических эмигрантов, бежавших из Италии.
Ушкӑн варринче — пӗчӗк те сарӑрах хӗрарӑм, унӑн ҫутӑ кӑвак куҫӗсем тимлӗн пӑхаҫҫӗ, ҫинҫе те уҫӑ сасси пӑхӑнтармалла янӑрать.
Маленькая беленькая девушка, с решительным выражением светлосерых глаз и властными интонациями низкого и звучного голоса.
Корнилов — чӑн-чӑн снайпер пулнӑ иккен.
И тут оказалось, что Корнилов — настоящий снайпер.
— Акӑ ирхи апат та ҫитрӗ!
— А вот и завтрак!
«Снежная королева» как сказка о Боге и дьяволе Журнал «Решение».
Иллюстрации разных художников к сказке «Снежная королева».
Каҫпа киле кайма пуҫтарӑнсан, Нюра мӗнпур вӗт-шакӑрсемпе хӑнасене ӑсатма укӑлча хыҫне тухрӗ.
Когда к вечеру собрались домой, Нюра с малышами пошла провожать гостей за околицу.
Акӑ, унтан та кунтан ӗнсе-ҫунса пӗтнӗ ҫӗтӗк-ҫатӑк тумтирсем тӑхӑннӑ, сарӑхнӑ сӑн-питлӗ коксовиксем курӑнчӗҫ.
Наконец показались в обгорелых лохмотьях желтолицые коксовики.
Ан тĕлĕнтер чĕлхӳпе, тĕлĕнтер ĕҫӳпе.
Удивляй не языком, а делом.
— Халӗ килте ӗнтӗ.
— Сейчас дома.
Ивук кӗсйинчен типӗтнӗ пулӑ туртса кӑларать.
— Ну коль ты о рыбе вспомнил, есть и рыба.
унӑн сывлӑхĕ ĕлккенех мар
у него неважно со здоровьем
ӑ) Сатанапа мӗн пулӗ тата ҫакна пӗлни пире чӑтӑмлӑ пулма мӗнле хавхалантарать?
б) Что ждет Сатану и как знание этого побуждает вас проявлять стойкость?
— «Нумай» теҫҫӗ.
— «Много» говорят.
Воронова Б. Г. Искусство суримоно Кацусика Хокусая (рус.)
Воронова Б. Г. Кацусика Хокусай.
Сиккелесе ҫӳрени кӑлӑхах, кирек хӑш шӑтӑкра та шыраса тупать.
Так, что хоть по всей стране прыгай, отыщет.
ҫитес вырсарникун
в следующее воскресенье
Ҫӗнтерӳҫӗсене Борис Малов предприниматель парнесемпе чысларӗ.
Предприниматель Борис Малов победителей наградил призами.
Ивга асанне ун ачисене ҫӑкӑр пара-пара ярать.
Баба Ивга передавала ей хлеб для детей.
«Ҫак юратнӑ мана», — шухӑшларӗ вӑл, ӑна хӗрхенсе илчӗ, ӑна ӑнланса аллине тӑсса пачӗ.
«Этот меня любил!» — подумала она — и жалко ей стало его, и с участием протянула она ему руку.
Ӑна тата тепӗр шухӑш лӑплантарнӑ: Олейник шухӑшланӑ тӑрӑх ҫапӑҫма та нумай юлман ӗнтӗ.
Успокаивала еще одна мысль: по расчетам Олейника, и воевать-то оставалось совсем недолго.
Расселӑн проповечӗсене 1913 ҫул тӗлнелле 2 000 хаҫатра пичетлесе тӑнӑ тата вӗсене 15 000 000 - а яхӑн ҫын вуланӑ!
К 1913 году с проповедями брата Расселла, публикуемыми в 2 000 газет, по некоторым оценкам, ознакомились 15 000 000 читателей.
— Мӗн эсир, мӗн эсир, винтовкӑсем мӗн тума?
— Потише, потише, зачем же винтовки?
Мӗншӗн тесен вӑл хӑнӑхтару-вӗрентӳ программинче ҫук.
Потому что этого нет в учебной-практической программе.
— Эсӗ мӗнле шутлатӑн: ку ӗҫ пирки колхоз пухӑвӗсенче сӳтсе явмалла мар-и?
— Как ты думаешь, не стоит ли проработать на колхозных собраниях?
— Ҫук, мӗншӗн-ха, — тавӑрчӗ вӑл ирӗккӗн, — мӗн аван марри пултӑр кунта?
— Нет, отчего же, — отозвалась она просто, — что ж тут неприятного?
Ӑна Отто Швальбе, Карл Курц, Генрих Мауэр, инженерсем тата Тимофей Стребулаев сӑрса илчӗҫ те, пурте пӗрене купи патне утрӗҫ.
Отто Швальбе, Карл Курд, Генрих Мауэр, инженеры и Тимофей Стребулаев обступили его и вместе направились к груде бревен.
Командовани Чкаловпа Анисимова — Наукӑпа тӗпчев институтӗнчи чи лайӑх летчик-истребительсене суйласа илнӗ.
Командование выбрало Чкалова и Анисимова — лучших летчиков-истребителей НИИ.
Иван Никифорович ҫиленнипе ҫиленменнине пӑхнипех чухлама та ҫук; мӗн пирки те пулин хаваслансан та ҫынна палӑртмасть.
По виду Ивана Никифоровича чрезвычайно трудно узнать, доволен ли он или сердит; хоть и обрадуется чему-нибудь, то не покажет.
«Килтисем мана кураймаҫҫӗ тесе шутламан эпӗ, — тет ҫав ҫамрӑк тӑван, — вӗсем Иеговӑна тата унӑн организацине итленӗрен манпа калаҫманнине эпӗ пӗлнӗ».
Он говорит: «Я знал, что родные не испытывают ко мне ненависти, но хотят слушаться Иегову и его организацию».
Хӑрушла картина пулнӑ вӑл.
Страшная картина.
Ах, эсир чӑнахах патша пек пулсанччӗ, вара сирӗнпе пӗрле эпир те патша пек пулӑттӑмӑр!
О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать!
Сержант стенасем ҫине пӑхса илнӗ, ӑшӗнче тем шутланӑ та кӑшкӑрса янӑ:
Глянули офицеры на высокие монастырские стены.
Эсӗ унпа калаҫан теҫҫӗ.
И ты с ней будто разговариваешь?
— Мӗншӗн тав тумалла вара мана?
— Что меня благодарить?
Маклай хускалмарӗ, алӑк янахӗ ҫине аллипе тӗрӗнсе, алӑк патӗнче тӑрса, Туй куҫӗнчен пӑхрӗ.
Маклай не шевельнулся, опершись рукой о притолоку, он стоял в дверях и смотрел в глаза Тую.
Израиль-Иудей патшалӑхне никĕслекен Саул аморейсене пĕтĕмпех, ҫав шутра Гаваонра пурӑнакансене те, пӑхӑнтарнӑ (Цар.
Основатель Израильско-Иудейского царства Саул добился полного подчинения амореев включая жителей Гаваона.
30. Вӗсен ҫӗрӗ ҫине шапа тухса тулнӑ,патшисем ҫывӑракан пӳлӗме те шапа кӗнӗ.
30. Земля их произвела множество жаб даже в спальне царей их.
Шурча пупӗ те ӑна лайӑх асӑнтарнӑ.
Михабар там тогда чуть не задохнулся.
Эмиле, хӑвах пӗлетӗн, иккӗ калама кирлӗ мар.
Эмиля, как ты знаешь, никогда ни о чём не надо было просить дважды.
Анчах мӗн пулнӑ-ха?
Но что же получилось?
Иммигрантсене пулӑшма пире мӗн хавхалантарать?
Что побуждает христиан помогать иммигрантам?
Ку мӗн вара, санӑн, пакарту ҫинче?
Что это у тебя на пузе?
— Тима шанчӑклӑ ҫын, ҫавӑнпа ӑна хваттер парас пулать, — терӗм Филиппыча.
Я заверил Филиппыча, что Тима — надежный человек, и приказал обеспечить его ночевкой.
Суд-мӗн пулас пулсан мӗнле пӑхас ӗнтӗ халь ман Люҫҫан куҫӗнчен?
Как мне смотреть на суде в глаза Люси?
— Усть-Невинскинче, Ворошилов ячӗпе тӑракан колхозра асар-писер тапратма тата пуху пухса, пухуран ыйтмасӑрах председателе кӑларма кам ирӗк панӑ ӑна?
— Скажи, кто ему позволил учинять погром в усть-невинском колхозе имени Ворошилова и отстранять от работы председателя колхоза без ведома и согласия общего собрания?
— Вилчӗ пулӗ вӑл Нутэскин, — аран ҫеҫ илтӗнмелле каларӗ ача, вара, сассине аран-аран хытаркаласа, тинӗс леш енчен, хӑрушӑ мистер Кэмби пурӑнакан ылханлӑ ҫыран хӗрринчен тарса килни ҫинчен каласа пама тытӑнчӗ.
— Погиб, наверное, Нутэскин, — еле слышно произнес мальчик и, с трудом справившись со своим голосом, начал рассказывать о побеге через пролив с того проклятого берега, где живет страшный мистер Кэмби.
— Кай эс килне, маттурӑм, выртса ҫывӑр.
— Ты иди домой, моя умница, ложись спать.
— Джесси, тепӗр япала, — ун патне пырса тӑчӗ Моргиана, — пӗлетӗп: пирӗн хутшӑнусем йывӑр, кӑткӑс.
— Джесси, еще одно, — сказала Моргиана, подходя к ней, — наши отношения были тяжелы, я знаю.
— О-о!.. — тӗлӗнчӗ Алеха.
— О-о!.. — изумился Алеха.
Федя ҫартан 1941 ҫулхи июнь уйӑхӗнче Калинин хулине таврӑнчӗ.
Шел июнь 1941 года, когда, демобилизовавшись, Федя вернулся в Калинин.
Хирӗҫлеме лайӑх мар пулчӗ.
Отказываться было нелепо.
«Павел мана улталарӗ, — тесе шухӑшларӗ вӑл, — анчах… вӑл хӑҫан та пулсан юрататех…
«Павел меня дурачил, — думал он… — но она когда-нибудь полюбит…
Ҫапла хаваслантаратчӗ Кун И-цзи ҫынсене.
Так развлекал посетителей Кун И-цзи.
Юханшыв тӑршшĕ 292 км, бассейн лаптӑкĕ 5496 км2.
Длина реки — 299,6 км, площадь её водосборного бассейна — 5497 км².
ĕҫтерсе суптар
напоить до бесчувствия
«…Эсир вара пире ура ҫине тӑма, ҫирӗпленме пулӑшрӑр, хамӑр ӗҫе мӗн май килнӗ таран сарса яма патӑр.
— «…Вы помогли нам стать на ноги, окрепнуть и развернуть нашу деятельность во всей ее нынешней полноте.
Иван Егорович! — савӑнӑҫлӑн каларӗ Настенька.
Иван Егорович! — весело сказала она.
тухӑҫсӑр лаптӑк
низкоурожайный участок
Пӗр тикӗс юхакан кӗвӗ ҫумне тапхӑрӑн-тапхӑрӑн аслати кӗрлевӗ хутшӑнать, пӗр тапхӑрӗ тепринчен вӑйлӑрах…
Громовые раскаты вплетаются в стройную мелодию, один сильнее другого…
Муций чӑнах хура кӗнекеҫӗ (тухатмӑш) пулса тӑчӗ-ши?
Точно ли Муций стал чернокнижником?
Начар мар вырӑн тупрӗҫ.
Место выбрали неплохое.
«Нимӗн те шухӑшласа кӑлараймарӑмӑр-ха эпир: эсӗ пире килӗшетӗн те, килӗшместӗн те», — тенӗ пек пулчӗ вӗсем пӑхкалани.
«Мы еще ничего не решили: нравишься ты нам или не нравишься», — как бы говорил их взгляд.
— Лёшка, эсӗ-и? — лётчикӑн сасси чӗтренсе илчӗ, вӑрӑм куҫ хӑрпӑкӗсем йӗпенчӗҫ.
– Лешка, ты? – голос летчика стал влажен, бесцветные и длинные ресницы его слиплись.
Чӗмпӗр кӗпӗрнинче шкулсем ытларах уҫасшӑн вӑй хурать.
Добивается, чтобы как можно больше было новых народных школ в Симбирской губернии.
«Эпир-и?
А убьют его потому как, — сказал узколицый и хлестнул лошадь.
Вӑл хӑйне мӗн ҫамрӑкранах шӑпи пӳрнӗ чаплӑ вырӑна йышӑнма хатӗрленнӗ пек тытнӑ; ҫавӑнпа хӑйӗн чапа юратакан тулӑх пурнӑҫӗнче ытти ҫынсенни пекех ӑнӑҫсӑрлӑхсем, ӗмӗт татӑлнисем тата кӳренмеллисем тӗл пулкаланӑ пулин те, хӑйӗн яланхи лӑпкӑ кӑмӑлне те, чаплӑ шухӑшсемпе хавхаланас йӑлине те, тӗне ӗненессипе хӑйне епле тыткалассин тӗп йӗркисене те улӑштарман; ӑна пурте хисеплесси вӑл чаплӑ вырӑн йышӑннинчен ҫеҫ мар, нимрен ытларах вӑл йӗркелӗхе юратнинчен тата ҫирӗплӗхӗнчен килнӗ.
С первой молодости он держал себя так, как будто готовился занять то блестящее место в свете, на которое впоследствии поставила его судьба; поэтому, хотя в его блестящей и несколько тщеславной жизни, как и во всех других, встречались неудачи, разочарования и огорчения, он ни разу не изменил ни своему всегда спокойному характеру, ни возвышенному образу мыслей, ни основным правилам религии и нравственности и приобрел общее уважение не столько на основании своего блестящего положения, сколько на основании своей последовательности и твердости.
«Пӑрис, эсрел кушакӗ!» — тесе кӑшкӑрни илтӗнчӗ, самантрах тата вутӑ сарайӗн стени ҫумне пушӑ кӗленче пырса ҫапӑнса чӑнкӑрр! ҫӗмӗрӗлсе кайрӗ.
Крик: «Брысь, проклятая!» — и звон пустой бутылки, разбившейся о стенку сарая, прогнали у него последний сон.
— Лайӑх лаша пӗрре е иккӗ такӑнать пулсан, ӑна каҫарма юрать, анчах кашни утӑмрах такӑнакан лашасем те пур.
— Если хороший конь споткнется раз, другой, ему можно простить, но есть такие кони, которые спотыкаются на каждом шагу.
Ҫынсене ӑнлантарса парас вырӑнне, хресченсем ҫине кӑшкӑрать, урине тапса ятлать, пӑшалпа хӑратать.
Вместо того чтобы вести разъяснительную работу, он орет на хлеборобов, стучит ногами, грозит оружием.
Таҫтанах усал шӑршӑ перет».
Он на сапоги масло мажет, да на волосы.
Ҫак конгрессем хыҫҫӑн кашни вырсарникун, кирек мӗнле ҫанталӑкра та ҫав машинӑн рупорӗнчен Библи тӑрӑх тунӑ докладсем янӑранӑ.
После тех конгрессов каждое воскресенье в любую погоду из автомобиля с рупором звучали записи библейских речей.
Хӑнаран таврӑнсан хӑй мӗн курнисене те йӗркипех каласа пама пултаратчӗ:
И часто, вернувшись «из гостей», рассказывала:
14: 1). Ҫакӑ Магогри Гог тапӑннӑ хыҫҫӑн пулӗ (Иез. 38: 11).
Это произойдет вскоре после нападения Гога из Магога.
Чи малтанах хапха умӗнче мӑнуксене ярӑнса киленме юртан тӑвайкки туса патӑм.
Сначала перед воротами сделал горку, чтобы внуки смогли вдоволь накататься.
Бомба ӳксен, сана тивмест тетӗн-и-мӗн?
Ты что, считаешь себя неуязвимым?
— Ҫак ялтанах.
— Из этой деревени.
Анчах, икӗ ҫул ытлӑ сӗтӗрӗнсе ҫӳренӗ хыҫҫӑн, 1898 ҫулхине унӑн пӗр пӗрчӗ ылттӑнсӑр та пӗр пус укҫасӑр Сан-Франциско хулине таврӑнма тӗл килнӗ.
Однако, после двух лет скитаний, в 1898 году ему пришлось вернуться в Сан-Франциско без единой крупицы золота и ни копейки денег.
Кунсӑр пуҫне, тарӑхчӑр-ха вӗсем, сана тӳрех хурах тесе хураҫҫӗ.
Кроме того, стоит лишь им рассердиться на человека, как они назовут его злодеем.
Вӑл мана хӗнесе вӗлеретчӗ пуль, — Ильяс ҫавӑнтах хура ҫӳҫпе хупланнӑ ҫамки кавсӑкне кӑтартрӗ.
Он меня чуть до смерти не забил, — Ильяс откинул со лба пряди черных волос, и все увидели на его вспотевшем лбу глубокий шрам.
Пысӑк ҫынсем те, ачасем пекех, ушкисемпе аппаланни Петяна хытӑ тӗлӗнтерет.
Взрослые, к крайнему Петиному изумлению, по-видимому, так же усердно занимались ушками, как и дети.
Вӑл вара суранӗпе пӗрлешсе кайрӗ те чӑтмалла мар пулса тӑчӗ.
Она сливалась с физической и становилась нестерпимой.
Анчах манӑн каллех хырӑм выҫрӗ, тата ҫак ҫак пӗчӗкҫӗ ҫыннӑн та ҫиесси килет.
Ну, я опять проголодался, и надо дать чего-нибудь поесть этой маленькой персоне.
Питер Гринуэй (Аслӑ Британи, 2008)
Питер Гринуэй (Великобритания, 2008).
Кашни кунах, каннӑ вӑхӑтра, Сергей Трофимович политинформацисем ирттеретчӗ: фронтсенчи лару-тӑру ҫинчен, тӑван ҫӗршыври пурнӑҫ ҫинчен, тӑшман тылӗнчи совет ҫыннисен задачисем ҫинчен каласа паратчӗ.
Ежедневно на отдыхе Сергей Трофимович проводил политинформации: рассказывал о положении на фронтах, о жизни в родной стране, о задачах советских людей в тылу врага.
Марфут хӑранипе вилес пекех сехӗрленсе ӳкрӗ.
Марфут оскорблен и перепуган насмерть.
Параппан тепӗр хут тӑнкӑртатни хыпарҫӑ вуласа пӗтерменнине пӗлтерчӗ.
Барабанная дробь возвестила толпе, что глашатай еще не кончил.
Аҫу - аннӳ хунӑ йӗркесене тата тӳрлетнисене ҫӑмӑллӑнах йышӑнас килет - и тата вӗсенчен ытларах усӑ илес килет - и?
Хочешь, чтобы тебе было легче принимать правила и исправления родителей и чтобы это приносило тебе больше пользы?
Шурф хыҫӗнче, ав, курнӑ пуль, палӑк пур…
Видел обелиск за шурфом стоит…
— Петя, пуртӑ!
— Петя, топор!
Тахҫанах пӗлетӗп…
Давно знаю…
Ан ман, ывӑлӑм, вӗсем пурте арӑмӗсене тӑванӗсем хушшинчен илнӗ, ачи-пӑчи тӗлӗшӗнчен вӗсем пиллӗхлӗ пулнӑ, вӗсен тӑхӑмӗсене еткерлӗ ҫӗр тивӗ.
Помни, сын мой, что все он брали жен из среды братьев своих и были благословенны в детях своих, и потомство их наследует землю.
Ҫапӑҫусенче арканнӑ пирки вӑл тӑшман хӗснипе каялла чакать, вара пуҫаруллӑх пӗтӗмпех тӑшман аллине куҫать.
а, расстроенная боем, отступает под воздействием противника, к которому целиком переходит инициатива.
Пӗрмай шухӑшласа ҫӳрет, сахал калаҫать, хӑйне хӑй уйрӑммӑн тытать, пачах кулмасть.
Серьезный, замкнутый, он мало разговаривал и совсем перестал улыбаться.
Авӑ, ҫав сӗтел хушшине кайса ларӑр-ха.
Идите садитесь за тот вон стол.
Вӑл астулта пулнӑ тапхӑрта вырӑс ҫӗрӗсене пуҫтарас ӗҫ малалла пынӑ, пӗр тӗпе пуҫтарӑннӑ Вырӑс патшалӑхне Псков, Смоленск тата Рязань хулисем кӗнӗ.
В централизованное Русское государство (тогда — Московское княжество) вошли Псков, Смоленск и Рязань.
— Лар ман пата, Сережа.
— Садись ко мне, Сережа.
Батманов мӗнле ӗҫленине рабочисем те пырса пӑхасшӑн пулчӗҫ, анчах вӗсене Зятьков алӑ сулса хӑйсен вырӑнне кайма хушрӗ.
Рабочие было потянулись посмотреть, как работает Батманов, но Зятьков жестом вернул их на место.
Буратино ҫилленнипе чарӑнса тӑчӗ.
Буратино с досадой остановился:
Эпӗ пулни-иртнине тепӗр хут аса илтӗм… тепӗр куннех хамӑн «савние» кайса курма хама хам сӑмах патӑм.
Старые воспоминания во мне расшевелились… я дал себе слово на другой же день посетить бывшую мою «пассию».
— Чарӑн айван! — тесе кӑшкӑрса ячӗ тепӗр хам паллакан сасӑпа мана курӑнми тӑракан юлташне.
— Стой, шальной! — раздался другой голос, показавшийся мне знакомым и обращавшийся к невидимому для меня спутнику.
Таната тытакансем яланах пуртарах ҫынсем.
А такие голяки, как Мигабар, годятся только для гонки зайца, и как бы ни была удачна охота, бедняку перепадет не больше одного зайца за неделю.
Февралӗн иккӗмӗш кунӗнче пирӗн соединени Ляховичирен похода тухса хӗвеланӑҫнелле шӑвӑнма пуҫларӗ.
2 февраля соединение выступило из Ляховичей, взяв направление на запад.
— Калӑпӑр, ҫапӑҫу пуҫланнӑ пулсан — урӑх ӗҫ, эпӗ ӑна хамах ӑнланатӑп, халь акӑ йӗри-тавра шӑпах.
— Если бы, скажем, бой начался — тут другое дело, я сам понимаю, а то ведь тихо кругом.
Чижик унпа юнашар тӑрать: «Сезам, уҫӑл! Сезам, уҫӑл!» тесе юрлать.
А Чижик стояла рядом и подпевала: «Сезам, отворись! Сезам, отворись!»
Мирон Григорьевич, тӑлӑпне йӳле янӑ та, чӳрече ани ҫинче ларать; куҫӗсене пӗркелентерсе, хӗрлӗ сухалӗ айӗн кулкалать.
Мирон Григорьевич в распахнутом тулупе сидел на подоконнике, улыбался в гнедую бороду.
Унӑн хӑмӑр тирӗ ҫинче пушар ҫути мӗлтлетет.
Блики пожаров играли на ее рыжей шкуре.
Халь ак тахҫан вуланисене тепӗр хут вулатӑп та, кашни йӗркерех пӗлменни, вӗр-ҫӗнни.
Сейчас перечитываю читаное, и в каждой строке открытие.
Ҫитӗ сана, ан ҫиллен!
Ну, полно, не сердись же!
Тин ҫеҫ пӑр ҫинчен илсе килнӗ сӑра стакансене тулчӗ.
Полилось в стакан пиво, только что вынутое из ледника.
Анна Васильевна ӑна хӗрӗпе юлташлӑ пулма илнӗ те халь яланах хӑй ҫумӗнче тытса усрать.
Анна Васильевна взяла ее в компаньонки к своей дочери и почти постоянно держала ее при себе.