alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Карчӑк пӗчӗк алӑк ҫинелле тӗллесе кӑтартрӗ.
Она указала мне на маленькую дверь.
Инҫетре ҫеҫ хӑюлӑраххисем ҫак кӗтмен ҫӗртен икӗ вӑй пӗр-пӗрин ҫине пырса тӑрӑнни мӗнпе пӗтессине кӗтсе тӑраҫҫӗ.
Только издали кое-кто из наиболее смелых наблюдал, чем окончится это неожиданное столкновение.
Мана вӑл мӑйӑх айӗн кулнӑ пек курӑнчӗ.
Мне показалось, что он улыбается под усами.
Бронников каллех ура ҫине тӑчӗ.
Бронников снова встал.
Часах кунта пулаҫҫӗ.
Скоро здесь будут…
Вӑл Чернигов кӗпӗрнинчи помещикӑн крепостной ҫынни пулнӑ, ӑна 1804 ҫулта салтака панӑ.
Крепостной помещика Черниговской губернии, он был сдан в солдаты в 1804 году.
— Ҫук, илнӗ, — тесе йынӑшса ячӗ Артемон.
— Неправда, взяли, — простонал Артемон.
Семен Афанасьевич, эп сире кун ҫинчен нихҫан та каламан…
Семен Афанасьевич, я вам никогда про это не говорил…
Пӑртак ӑслӑланать пулсан, ҫакӑнса вилме ҫеҫ пултарать.
Только удавиться, коли поумнеет немного.
Тепӗр хут шӑнкӑртаттарни унӑн шухӑшне сирчӗ.
Новый звонок прервал его размышления.
Урамра эпир нумайранпа ӗнтӗ куркалатпӑр тӑмпа вараланса пӗтнӗ спецовка тӑхӑнакан яшсемпе хӗрсене, вӗсем резина атӑпа ҫӳреҫҫӗ, пуҫӗсене шахтерсенни пек сарлака шлепке тӑхӑннӑ.
Уже давно мы встречаем на улице юношей и девушек в перепачканных землей и рыжей подсыхающей глиной спецовках, в резиновых сапогах и широкополых шахтерских шляпах.
Кунашкал эллипсоида ҫаврӑм эллипсоичĕ е сфероид теҫҫĕ.
Такой эллипсоид называют эллипсоидом вращения или сфероидом.
Ырӑ Кӑмӑллӑ Ду шартах сикрӗ, пичӗ ҫинчи хутламсем хушшине тар персе тухрӗ.
Добряк Ду вздрогнул, и в морщинах его лица появилась испарина.
Вӑл кайӑка ҫунатран ярса илчӗ те пуҫӗ ҫинче ҫӳле-ҫӳле ҫӗклерӗ.
Он взял птицу за крыло и высоко поднял ее над головой.
Эпир вӗт пурсӑмӑрта — туслӑн килӗштерсе пурӑнакан пӗр ҫемье.
Ведь все мы — одна дружная, мирная семья.
Сире вӗсем икӗ сехет ӗнтӗ йӗрлеҫҫӗ.
Вот уже два часа, как они преследуют вас.
Халӑх-ҫын тӑвӑрлӑхĕ — 133 ҫынтв. ҫм.
Плотность населения — 147,72 человека на км².
— Мӗнле финкӑпа?
— Какой финкой?
XVIII ӗмӗрте башньӑпа юнашар тӳремсӑртлӑх хушшинчи кӗпер юписем ҫине замок туса лартнӑ.
Мост, единственное связующее звено между крепостью и плоскогорьем, покоился на высоких устоях; на них-то и стояло, здание в стиле замка.
Эпир сире тумтир патӑмӑр, эпир сире ҫӑкӑр патӑмӑр, анчах та эсир пире японеца сутатӑр-и?
Мы дали вам одежду, мы дали вам хлеб, а вы нас японцу продаете?
Акӑ эпир ҫӗнӗ галерея тӑрӑх ана пуҫларӑмӑр.
И вот мы начали спускаться по второй галерее.
Сылтӑмалла, сулахаялла хыпашларӗҫ, — ал тупанӗсем путӑк-шӑтӑкран, тӳпемсенчен шӑва-шӑва иртеҫҫӗ.
Шарили направо, налево, — ладони скользили по обсыпающимся трещинам, по выступам сводов.
Урамри ҫынсем шӑлтах тӗлӗнчӗҫ.
Люди на улице удивились.
Икӗ шар иккӗмӗш частьре пушар тухнине пӗлтернӗ.
Два шара означали, что во второй части — пожар.
Вӗсем ӗмӗтленсе кӗрсе каяҫҫӗ те ыйхӑ ҫинчен каллех манаҫҫӗ.
Они размечтались о будущей жизни и опять забыли про сон.
Вӑл хаҫатпа хупланнӑччӗ те, вуланӑ пек туса, Владимир Ильича вӑрттӑн сӑнатчӗ.
Он стоял, закрывшись газетой, будто читает, а сам поглядывал за Владимиром Ильичом.
Гидрологи тĕпчевленӳ кочĕ (ГТ) — 111103678
Код по гидрологической изученности (ГИ) — 111103678
— Мӗн, Бразилиа килӗшмест-и сире?
— А что, вам не нравится Бразилиа?
Урамсенче ҫак кун темӗнле кӗтмен япала пулса иртрӗ.
Иногда они превращались в колонны, к ним еще и еще пристраивались люди.
Вӑхӑт хуллен е хӑвӑрт шунӑ пек туйӑнма пултарать.
Наше восприятие времени относительно.
Нимӗҫсем хула хӗррисене, пирӗн ҫар чаҫӗсем пухӑнса тӑнӑ вырӑнсене бомбӑсем пӑрахатчӗҫ.
Враги бомбили окраины города, где скопились наши воинские части.
«Окопная правда» хаҫат редакторӗнче ӗҫленӗрен вӑрах хӑйне аван пӗлекен Сиверс патӗнче, штабра икӗ кун ӗҫлесе пурӑнчӗ вӑл; ревкома кӗркелесе тухрӗ, анчах унта Абрамсон та, Анна та пулмарӗ.
Два дня работал в штабе у Сиверса, который знал его, еще будучи редактором «Окопной правды», — наведывался в ревком — ни Абрамсона, ни Анны там не было.
Захаров полицейскисене хӑйсен вырӑнӗсене саланма приказ пачӗ, иккӗшне Олег киноран таврӑниччен кӗтсе тӑма хушрӗ.
Захаров приказал полицейским разойтись по своим местам, а двум остаться ожидать, пока Олег возвратится из кино.
Шывӗ — ниме тӑмасть: ни тӗсӗ, ни пӑсӗ.
Вода очень невзрачная — серенькая, рябая.
Ҫакна Моисей вӑхӑтӗнче пулса иртнӗ пӗр ӗҫ ҫирӗплетсе парать.
Случай, который произошел в дни Моисея, подтверждает это.
Ҫапла темиҫе сехет те иртрӗ, тепри, Ӑмӑрткайӑк вырӑнӗнче пулсан, тахҫанах халтан кайса ӳкнӗ пулӗччӗ, анчах вӑл ывӑннине те палӑртмарӗ.
Проходили часы, на месте Орлика всякий иной упал бы в изнеможении, а в нем даже не чувствовалось усталости.
Кабинӑн витӗр курӑнакан колпакӗ уҫӑлчӗ те, чи малтан унтан ылтӑн монограммӑсем ҫыпӑҫтарса тултарнӑ хура пысӑк туя вӑркӑнса тухса курӑк ҫине ӳкрӗ.
Открылся прозрачный колпак кабины, сначала оттуда вылетела и упала на траву большая, черного дерева палка, облепленная золотыми монограммами.
Мӗн тери тав туса хисеплетӗп эпӗ ҫав хулана! —
Я так уважаю этот город!
— Дмитрий, эсӗ мана кӳрентеретӗн — терӗ вӑл юлашкинчен.
— Дмитрий, ты поступаешь со мною дурно, — произнес он наконец.
— Ҫав кам иккенне пӑхса пӗлме пултаратӑр-и?
— А прочитать, кто это, можете?
Допрос тӑваканни кӑшкӑрмасть, вӑл пӗр ыйтӑвах, тӳсӗмлӗн, темиҫе хутчен парать, унтан, ответне кӗтсе илеймесӗр, иккӗмӗш, виҫҫӗмӗш, тӑваттӑмӗш ыйту парать.
Допрашивающий не кричит, он терпеливо повторяет один и тот же вопрос, потом, не дождавшись ответа, задает второй, третий… десятый.
Арӑмӑн ашшӗ-амӑшӗпе аппӑшӗсенчен те ҫук.
От ее родителей и сестер тоже.
Вӑхӑт ҫитсен хамах йӑлт каласа парӑп.
Сам все расскажу, когда придет время.
— Ток вӑл — чӑн-чӑн ҫиҫӗмех ӗнтӗ, анчах тӳпере вӑл хӑй тӗллӗнех пулать — ӑна эпӗ пӗлместӗп, кунта вӑл машинӑран тухать…
— Ток именно и есть самая настоящая молния, только на небе она как-то сама по себе вырабатывается — этого я не знаю, а тут она от машины идет…
Вӑл хӑйне сивӗ ҫил ҫупӑрласа ҫӳҫентернӗ пек туять, юнашарах Аннӑна, унӑн йӗпкӗн хура куҫӗсене илемлӗ тутан хӑюллӑ та ҫепӗҫ йӗрӗсене, сӑмса сыппи хӗрринчи вӗтӗ-вӗтӗ кук тӗррисене, ҫамки ҫинчи тарӑн шухӑшлӑ пӗркеленчӗкӗсене курать…
Он как бы ощущал холодный ветер и рядом с собой видел Анну, черные глаза ее, мужественные и нежные линии милого рта, крохотные веснушки у переносья, вдумчивую складку на лбу…
— Чӑннине пӗлес тетӗн пулсан, хам калам: кӳренеҫҫӗ сана станицӑрисем.
— Ежели ты хочешь знать правду, то я скажу; в обиде на тебя станичники…
Ҫав шанчӑксем вилӗскере хуллен-хулленех вилӗмрен чӗртсе пынӑ.
И они постепенно оживляли мертвеца.
«Акӑ, ку авантарах пулӗ», — шухӑшларӗ вӑл ҫывӑхри кӳме ҫумне таянтарса хунӑ чикмеке ывӑтса ярса, вара кӳме ӑшне кӗрсе ларчӗ, алӑкне хупрӗ, авантарах пултӑр тесе кӳме ҫиттипе витӗнчӗ, хӑйӗн халачӗ ӑшӗнче хутланса чӗмсӗр пулчӗ.
«А вот это будет лучше», — мелькнуло в его голове, и он в одну минуту отбросил ступени близ стоявшей коляски, вскочил туда, закрыл за собою дверцы, для большей безопасности закрылся фартуком и кожею и притих совершенно, согнувшись в своем халате.
Хӑраса ӳкнӗ сасӑсем илтӗнсе кайрӗҫ.
Послышались испуганные голоса.
28. Эпӗ хам ҫинчен: «эпӗ Христос мар, мана Ун умӗнчен янӑ» тенине эсир хӑвӑрах ҫирӗплетсе пама пултаратӑр.
28. Вы сами мне свидетели в том, что я сказал: не я Христос, но я послан пред Ним.
Ӗнер кураксем килчӗҫ.
Грачи вчера прилетели.
— О це дило-то дило, — терӗ Ковпак, Кузнецов гитлеровецсен чӑн-чӑн йӑвинче хӑй епле ӗҫлени ҫинчен каласа панине итле-итле.
— О це дило — то дило, — говорил Ковпак, слушая рассказы Кузнецова о своей работе в самой гуще гитлеровцев.
Анчах та вӑл малалла та кӗрешме ҫирӗп шут тытнӑ тата темле йывӑр пулсан та парӑнас ҫуккине кӑтартнӑ.
Но он был решительно настроен вести борьбу и показал, что ни за что не отступит.
Кирсанов кӑлӑхах ӑна: ухмахла ӗҫ, йӑнӑш икӗ сӑлтавпа: е ытлашши хӗрсе кайнипе, шухӑшласа-туса тӑмасӑр хӑтланнипе, е ҫыннӑн ирӗк пулманнипе, хӑйне чарса тӑнишӗн хирӗҫнипе пулать, тесе ӑнлантарма тӑрӑшнӑ.
Напрасно Кирсанов возражал, что безрассудства делаются только в двух случаях: или сгоряча, в минутном порыве, или когда человек не имеет свободы, раздражается сопротивлением.
Кӑкӑрӗ ҫинче — кӑпӑшка та стайлӑ сухалӗ, вӑрӑм кӑтрисем хул пуҫҫисем ҫийӗн сапаланнӑ, мӑйӑхӗ сухалӗнче путнӑ.
Борода лежала на груди пышно и строго, длинные кудри сыпались по плечам, а усы тонули в бороде.
203 — Консулсем: Гней Сервилий Цепион (патриций) тата Гай Сервилий Гемин (плебей).
203 — Консулы Гней Сервилий Цепион (патриций, в Бруттии) и Гай Сервилий Гемин (плебей, в Этрурии); проконсулы: Марк Корнелий Цетег (в Цизальпийской Галлии), Публий Семпроний Тудитан (в Бруттии), Публий Корнелий Сципион Африканский (в Африке), Луций Корнелий Лентул и Луций Манлий Ацидин (оба — в Испании); преторы: Публий Корнелий Лентул Кавдин (на Сардинии), Публий Квинтилий Вар (в Цизальпийской Галлии), Публий Элий Пет (городской) и Публий Виллий Таппул (на Сицилии); пропреторы: Марк Мар­ций Рал­ла (флот в Италии), Марк Пом­по­ний Матон (флот, на Сицилии), Гней Октавий (флот, на Сардинии) и Спурий Лукреций (в Лигурии).
Отвод патӗнче сӗтел хушшинче повӑр Смурый, унӑн помощникӗ Яков Иваныч, кухняри посудник Максим тата палубӑри пассажирсене апат паракан официант Сергей чей ӗҫеҫҫӗ.
За столом около отвода пьют чай повар Смурый, его помощник Яков Иваныч, кухонный посудник Максим и официант для палубных пассажиров Сергей.
Старик хӑй ҫинчи ҫӗтӗк кӗпине хыврӗ, унпа юнланса пӗтнӗ пӗчӗк кӗтӳҫе витрӗ.
Старик снял с себя рваную рубашку и бережно прикрыл окровавленного пастушка.
— Мӗн тума тет — тӑкӑрлӑкра унта хӗрарӑм ача ҫуратма тытӑннӑ, вот мӗн тума…
— Зачем? еще спрашивает, там в переулке женщина стала рожать, вот зачем…
Унтан вӑл Григорие пӗҫҫинчи сурана майласа ҫыхма пулӑшрӗ, арчаран праҫниксенче тӑхӑнмалли ҫӗнӗ шӑлавар туртса кӑларчӗ.
Помогла Григорию перебинтовать рану, достала из сундука праздничные шаровары, спросила:
Император шантарса каланӑ тӑрӑх, ҫапла тумасан, хам ҫуралнӑ ҫӗршыв ҫыннисем, голландецсем, эпӗ вӗсен йӑлине туманнине пӗлсен, ҫул ҫинче манӑн пыра та касса татма пултараҫҫӗ.
Ибо если мои соотечественники-голландцы узнают, что мне удалось освободиться от выполнения этой церемонии, они, по уверению императора, перережут мне по дороге горло.
Сервантесӑн сывлӑша хӑнӑхманнипе ҫаплах пуҫӗ ҫаврӑннӑ-ха.
У Сервантеса всё ещё кружилась голова от непривычки к воздуху.
Вӑл — килте, эпӗ пур…
Он — дома, а вот я…
Виҫҫӗр метр ҫӳлӗшӗнче лӑпкӑн вӗҫсе пыратӑп.
Лечу я как-то спокойно на высоте трёхсот метров.
Хӗрарӑмсем кунсене тӑвӑнчӑклӑн та шиклӗн кӗтсе илсе ирттерчӗҫ, ӗнисене кӗтӳрен хуса кӗртме хутор хыҫне тухсан кашнинчех, каҫ пулас умӗнхи хӗрхӗлтӗм чаршавпа витӗннӗ аслӑ ҫул ҫинче каярах юлса килекен ҫуран ҫын курӑнмасть-и тесе, вӑрахчен ал тупанӗ айӗпе инҫетелле тинкерсе пӑхса тӑчӗҫ.
Женщины проводили дни в напряженном и тревожном ожидании и каждый раз, встречая коров на выгоне, подолгу стояли, вглядываясь из-под ладоней — не покажется ли на шляху, задернутом лиловой вечерней марью, запоздалый пешеход?
— Тӗлӗнмелле лайӑх повесть! — терӗ вӑл «Кӑвак чашӑк» пирки.
— Какая чудесная, светлая повесть! — сказала она о «Голубой чашке».
— Ирӗлессине пӗлетӗп.
— Знаю, что растает.
антибиотик эмелсем
лекарства-антибиотики
Акӑ ӗнтӗ совет пухӑнчӗ.
И вот собрался совет.
Рота ҫине ҫар!
Целая армия против роты!
Одинцов класран васкаса чупса тухрӗ.
Одинцов опрометью бросился из класса.
Паян йӑрансене ҫумласа тухмалла.
Листья у нее вот такие пушистые.
Ҫӗрпе пӗлӗт пӗрле хутшӑннӑ тейӗн, вӗсем пӗр пурнӑҫ хӑвачӗпе пӗрле пулса курнӑҫнӑ та, тӗрлӗ сӑрӑпа та ҫутӑпа, юрӑпа та симпе, юратупа та савӑнӑҫпа хӗпӗртесе чарӑна пӗлми савӑнаҫҫӗ.
Небо и земля как бы слились и стали единой жизнеутверждающей стихией, сотканной из зорь, света, красок, песен, ароматов, любви и ликованья.
Кам кӑшкӑрать? — тесе ыйтрӗ вӑл хыттӑн, хӑва турачӗсем витӗр виҫӗ пулӑҫӑн йӗпӗ пуҫӗсене курсан.
Кто орет? — спрашивает он строго, увидав сквозь ветви ивняка три мокрые головы рыболовов.
Ульсон алчӑранӑ куҫӗпе Маклай ҫине пӑхса илчӗ.
Ульсон посмотрел мутными глазами на Маклая.
Е вӗсен ҫитӗннӗ ачисем тухаҫҫӗ ӑсатма.
«Посидели бы еще», — уговаривают они гостя.
Вӑл кулать, пӗр аллине ман еннелле тӑсрӗ, тепринпе халат аркине вӗҫертме хӑтланать: вӑл темӗнле пӑтаран ҫакланнӑ.
Одну руку он, улыбаясь, протягивал мне, а другой старался отцепить полу халата: какой-то гвоздь задержал ее.
Ҫаксем пурте Айронсайда ҫав тери хавхалантарнӑ пирки вӑл хӑй патне, штаба, хаҫат репортерӗсене пухрӗ те вӗсене мухтанчӑклӑн ҫапла пӗлтерчӗ:
Все это настолько вдохновило Айронсайда, что он собрал у себя в штабе газетных репортеров и торжественно заявил им:
Пӗрремӗшӗнчен, тахӑшӗ самантрах тупӑ ҫинчен иккӗмӗш чехола хывса илчӗ те, Ваня оруди затворне курчӗ.
Во-первых, кем-то и как-то в один миг с пушки был сдёрнут второй чехол, и Ваня увидел орудийный затвор.
— Эп каятӑп, пар гранатусене… — терӗ вӑл Заикин еннелле ҫаврӑнса.
— Я пойду, давай гранаты… — сказал он повернувшись к Заикину.
25. Акӑ санӑн шӑпу, Эпӗ уйӑрса панӑ паю, мӗншӗн тесессӗн эсӗ Мана мантӑн, ултава шантӑн, тет Ҫӳлхуҫа.
25. Вот жребий твой, отмеренная тебе от Меня часть, говорит Господь, потому что ты забыла Меня и надеялась на ложь.
Вӗсем Конушкин пурӑнакан ҫурт еннелле чупса кайнӑ.
Они добежали до дома, где должен был находиться Конушкин.
Василёк пиччӗшӗн ҫурӑмӗ хыҫӗнчен тарӑхса пӑха-пӑха илет.
Василек возмущенно выглядывал из-за спины брата.
Ҫавӑн пек юлакан ачасене кӑларма Лондонра юри вӗрентнӗ йытӑсем пур.
Для этого в Лондоне приучены собаки.
Лешӗ тухать те каять; каҫ пулас умӗн тин вара жид хӑйӗн хупахне хупса арчисенчи укҫисене шутласа пӗтернӗ хыҫҫӑн, шурӑ ҫивитти пӗркенсе хӑйсем пек турра кӗл тума тытӑнсан — темӗскер кӑшӑртаттарнине илтет…
Тот, глядь, и ушел; только к вечеру, когда жид, заперши свою конуру и пересчитавши по сундукам деньги, накинул на себя простыню и начал по-жидовски молиться богу, — слышит шорох…
Сиккипе тарнӑ хушӑра пиллӗкӗшӗнчен нихӑш те пӗр сӑмах чӗнмерӗ.
За все время скачки никто из пятерых не обмолвился ни одним словом.
Пурӑннӑ ĕмĕрте катах пуртӑ та кирлĕ пулнӑ, тет.
В долгой жизни может пригодиться и щербатый топор.
Ай, ку мӗн тери лайӑх мар!» тесе пӑхнӑн туйӑнать.
Ой як цэ погано!» казалось, говорили.
Иоанн апостол ҫырнӑ: «Турӑ ачисемпе шуйттан ачисене ҫакӑнтан пӗлмелле: тӳрӗ пурӑнман ҫын нихӑшӗ те Турӑран мар, тӑванне юратман ҫын та — ҫаплах.
Апостол Иоанн писал: «Детей Бога и детей Дьявола можно узнать так: всякий, не поступающий праведно, — не от Бога, как и не любящий своего брата.
Халех ҫӗрре пар та, кай кунтан!
Отдай сейчас кольцо и убирайся.
Ача чухнехи, тахҫан манӑҫа юлни хама кӑшт ҫеҫ сисӗнмелле сӗртӗнсе иртрӗ.
Детское, забытое воспоминание чуть слышно коснулось меня.
Аппӑшӗ пуҫтарӑннӑ вӑхӑтра Ксени пӳрт варринче нимӗн тума пӗлмесӗр тӑчӗ, хӑйӗн йӑлтӑркка хура сумкин ҫӑрине тек-текех шатлаттарчӗ.
Пока она собиралась, Ксения в нерешительности стояла посредине избы и машинально щелкала замком своей блестящей черной сумочки.
Опцисене Ҫĕнетнĕ.
Обновленные опции сохранены.
граждан вӑрҫи паттӑрĕсен палӑкĕ (Кирс хули);
Памятник героям гражданской войны — город Кирс;
Эпӗ… сирӗнтен пӗлме шутларӑм… —
Я решился… узнать от вас… —
Ӑна кашниех хӑй пек тӑвасшӑн тӑрӑшать: Джон Мангльс унран моряк тӑвасшӑн, Гленарван — хӑраман чӗреллӗ ҫын, Элен — ыр кӑмӑллӑ аслӑ чунлӑ ҫын, майор — сехӗрленсе ӳкмен харсӑр ҫар ҫынни.
Все собирались передать ему свои качества: Джон Мангльс хотел сделать из него моряка, Гленарван — человека с мужественным сердцем, Элен — великодушного и доброго человека, майор — хладнокровного и невозмутимого воина.
Пӗчӗкҫӗ мар-ҫке ӗнтӗ…
Уж не маленькая…
Езекия ҫинчен «Ҫӳлхуҫа ҫумне ҫыпӑҫӑннӑ» тенӗ.
Езекия был известен как царь, который «держался Иеговы».
Анчах мӗншӗн-ха вӗсем пирӗнтен хӑйсемех ютшӑнса пыраҫҫӗ?
Но почему они так стихийно отходят от нас?
Ҫерҫийӗ хӳме ҫине ларсанах, вӑл ӑна — цап! кӑна тутарать…
И только воробей сядет на забор, он его — цап лапой!..
Нимӗн те — пӗр грамм та! — ӗҫмен вӗт хӑй, анчах пысӑк канашлу делегачӗсем умӗнче пӗтӗм сасӑпа калаҫрӗ, — пӗтӗм район илтмелле калаҫрӗ!
И ведь ничего не выпил — ни грамма! — а заговорил полным голосом перед делегатами большого совещания, — на весь район заговорил!
— Вӑйлӑ машина.
— Вот машина.
Иисус вилнӗ хыҫҫӑн виҫҫӗмӗш кунхине Мария Магдалинӑпа тепӗр Мария тупӑклӑх патне пырсан, йӑвантарса хунӑ чул ҫинче ангел ларнине курнӑ.
Когда на третий день после смерти Иисуса Мария Магдалина и другая Мария пришли к его склепу, камень был отвален от входа и на камне сидел ангел.
Фигаро («Свадьба Фигаро» В. А. Моцарт; высокий бас)
Фигаро («Свадьба Фигаро» В. А. Моцарта; бас-баритон, баритон)
Унсӑр пуҫне, кунта манӑн хамӑн ӗҫ те пур, тӗрӗссипе калатӑп, — ӑнлантарса пачӗ Силин.
— Тут у меня есть и личный интерес, говорю по совести, — объяснялся Силин.
Анчах та вӗсем ҫавна хакламан, ҫавӑнпа та япӑх ҫынсем пулса тӑнӑ.
Однако они не ценили своего духовного наследия и стали плохими людьми.
Мускаври авиаци институтĕнче вĕренсе тухнисем
Выпускники Московского авиационного института
Вара арӑмӗ куҫҫуль кӑларасса, ӳпкелешме тапратасса кӗтрӗ…
И ждал слез, упреков…
— Эсӗ маннӑ мӗн?
— Разве ты забыл?
Виҫҫӗшӗ те куҫӗсене илмесӗр аякри тӗнчесем ҫине пӑхса тӑраҫҫӗ; вӗсен ҫути ҫак ҫурри ишӗлнӗ пусса, ҫутҫанталӑкӑн вӗҫӗ-хӗррисӗр пушӑ уйӗсен витӗр тухса, хӗвелшӗн, ҫутӑшӑн, ҫӑлтӑрсемшӗн тунсӑхланӑ виҫӗ мӑшӑр куҫа савӑнтарас тесе, тен, темиҫе миллион ҫул килнӗ пулӗ.
Все трое не отрываясь глядели на далекие миры, свет которых шел, может быть, несколько миллионов лет для того, чтоб, пройдя через бездонные пустыни Вселенной, попасть в полуобвалившийся колодец и порадовать три пары человеческих глаз, смертельно соскучившихся по солнцу, по свету, по звездам…
— Мӗнле кирлӗ мар! — хӗрсе кайнӑ Орв.
— Как не то, что нужно? — горячился Орв.
ҫӑварĕнчен ӳпки курӑнать
изо рта видны легкие
Совет Союзĕн Паттӑрĕн чысне илнĕ вӑхӑтра Вӑта фронтӑн 65-мĕш ҫарĕн 60-мĕш перевҫĕсен дивизин 1285-мĕш перевҫĕсен полкĕн ҫыхӑну ротин отделени командирĕ, ефрейтор.
Алекса́ндр Константи́нович Еро́хин — участник Великой Отечественной войны, командир отделения роты связи 1285-го стрелкового полка 60-й Севской стрелковой дивизии 65-й армии Центрального фронта, ефрейтор.
Унта манӑн пӗр адрес пур.
Есть у меня один адрес.
Чӗри вӗлерес умӗнхилле талтлатса тапать, вӑл хӑйӗнпе мӗн пулса иртнине ӑнланмасть.
Его сердце билось, как перед казнью, и он не понимал, что с ним.
Ав, аҫу сан кӗнекесем те вуламасть, ҫавах та… мӗнле ҫӑмӑл ҫын!
Вон отец-то у тебя книг не читает, а… ловок он!
— Фратю, Фратю, — хуллен кӑна сас пачӗ вӑл, — кил-ха кунтарах!
— Фратю, Фратю, — позвал он негромко, — подойди!
Халӗ утӑ ҫулаҫҫӗ, улма купалаҫҫӗ, ҫум ҫумлаҫҫӗ.
Сейчас сенокос, окучка, полка…
Маша куҫ умӗпе тата урӑх ирсӗр, нимӗн тӗлсӗр курӑнусем те ирте-ирте пынӑ.
Другие безобразные, бессмысленные видения неслись перед Машей одно за другим.
19. Гад — ӑна халӑх ушкӑнӗ хӗстерӗ, анчах вӑл ӑна хыҫӗнчен хӑваласа хӳтерсе ярӗ.
19. Гад, - толпа будет теснить его, но он оттеснит ее по пятам.
Эсӗ Павлика, Павлик — мана.
Ты  — Павлика,   Павлик — меня…
Василий тилхепине хытӑрах туртрӗ, кулса илчӗ, вара кӗсрине хӑтӑрса тӑкрӗ:
Василий туже натянул вожжи, усмехнулся и лихо, озорно зыкнул на нее:
Паллах, эпӗ мавра хампа пӗрле илме пултарнӑ пулӑттӑм, анчах старике шанма ҫукчӗ.
Конечно, я мог взять с собой этого мавра, но на старика нельзя было положиться.
Турӑпа ҫывӑхланма мӗн пулӑшать, ҫавсенчен эпир куҫа вӗҫертесшӗн мар (Матф.
Наш глаз сфокусирован на духовном.
Собрание представителей муниципального района Кошкинский Самарской области: Официальный сайт http:www.koshki.samgd.ruterritoryinfo.
В советский период в составе Кошкинского района Самарской (Куйбышевской) области.
Усть-Невински станицине уйрӑм полк тесе шутлӑпӑр.
Будем условно считать Усть-Невинскую отдельным полком.
Икӗ эрнеренех Мимус вилсе выртрӗ.
Через две недели Мимуса не стало.
Анчах та чи пысӑк пӗлтерӗшли вӑл — Иисус хӑйӗн пурнӑҫӗпе тата вилӗмӗпе Иеговӑн аслӑ влаҫӗ тӗрӗс власть пулнине кӑтартнӑ тата ҫак влаҫа асла кӑларнӑ.
Но что важнее всего, своей жизнью и смертью Иисус отстаивал и возвеличивал праведность владычества Иеговы.
Вӑл вырӑнтан хускалса малалла чупса кайрӗ.
Мальчик сорвался с места и побежал.
Инженера кабинетра сӗтел хушшинче ҫывӑрнӑ пек ӳкернӗ.
Инженер был изображен спящим на столе в кабинете.
Темӗнле старик.
— Без ног остался, — сказал между тем старик, опускаясь на придорожный камень и блаженно вытягивая ноги.
Ун чухне эпӗ Ленькӑран кӑшт кӑна аслӑрах пулнӑ.
Постарше Леньки немного был.
сортировка уйрӑмĕ
сортировочное отделение
Ку, хай — лешӗ, ӗнерхи, сана ҫӗрле сӗтӗрсе килекенни, — кӑна йӑлтах вӑл илсе килчӗ!
Это — он самый, вчерашний, ночной-то, который приволок тебя, как будочник, — это он все!
— Синьор Риварес! — чӗнчӗ ӑна ун ҫывӑхӗнче ларакан Джемма.
— Синьор Риварес! — позвала его Джемма.
Суккӑр кӑнтӑрла ҫурта ҫутнӑ, ҫапах ҫĕтсе кайнӑ.
Слепой днем со свечкой и то заблудился.
Япӑх ҫынсемпе хутшӑннине пула вӑл хӑйӗн ӑслӑлӑхне ҫухатнӑ тата Иеговӑшӑн ӗҫлеме пӑрахнӑ.
В результате Соломон потерял свою мудрость и отступил от истинного поклонения.
«Акӑ кунта вӗсем пӗр-пӗринпе мӗнле лайӑх калаҫаҫҫӗ, — шутларӗ Сергей. — Вӗсем хӑйсене ҫитӗннӗ ҫынсем пекех тыткалаҫҫӗ, вӗсемпе пӗр танах ӑнланаҫҫӗ».
«Как они все тут хорошо разговаривают друг с другом, — подумалось Сергею, — будто все они взрослые и все одинаково понимают дело».
Сахалтан та икӗ сехет хушши вӑл лаша чӗрни валли юрӑхлӑ ҫул чӑтӑмлӑн шырарӗ, тупрӗ те — утне вӑрман ҫулҫисен улӑпла шереписемпе тулнӑ янкӑр ҫутӑ хушӑксем тӑрӑх сиккипех хӑваларӗ; малта ҫутӑ сывлӑшӑн симӗс катисем пулмалла.
В течение по крайней мере двух часов он терпеливо различал годную для копыт дорогу, устремляя лошадь туда, где ясные лесные просветы, окутанные гигантской бахромой листьев, открывали воздушную зеленую перспективу.
Элентей ҫавӑнтах ун аллинчи саламатне туртса илчӗ те Тухтара тыттарчӗ.
Элендей, вырвав нагайку из его рук, вручил ее Тухтару.
Пӗччен ҫын ҫӳревре ирӗклӗ.
Одиночка свободен в передвижении.
Эпӗ кӑшт лартӑм та, нимӗн те пулмасть пулӗ-ха тесе шухӑшларӑм.
Я посидел немножко и уже думал, что ничего не будет.
Эпӗ те чирлӗ мар.
И я не болею.
— Ман пирки каярахпа! — хӑпартланса ӳкрӗ те чирлӗскер — пичӗ ҫине ӳкнӗ алӑ тупанне чуп тума пикенчӗ.
— Обо мне потом! — восхищенно сказал больной, целуя упавшую ему на лицо ладонь.
Ҫил кирек хӑҫан та тинӗс ҫыранӗ тӑрӑх вӗрнине пӗлет вӑл.
Он знал, что ветры обычно дуют вдоль берега моря.
Ҫук, Дуся, эсӗ асту-ха.
Нет, Дуся, ты обрати внимание.
Ӑҫта ҫухалчӗҫ-ши тата вӗсем.
Куда это они пропали?..
Пӑванӑн аван хыпарсем пуррине Джемма ун ҫине пӑхсанах пӗлчӗ.
И Джемма сразу увидела по лицу Овода, что у него есть хорошие новости.
— Ҫӗрле ӗҫлесе пӑхсан анчах?
— Разве подобраться к ней под покровом темноты?
Лейно кровачӗ пушах.
Койка Лейно была пуста.
Гек, эсӗ пачах правило тӑрӑх тӑвасшӑн мар пулас — кашнинчех ҫӗннине шухӑшласа кӑларатӑн.
Гек, ты, кажется, ничего не хочешь делать по правилам — каждый раз что-нибудь новенькое да придумаешь.
Тӗслӗхрен, Алексей Фадеевӑн хуҫалӑхӗнче ферма тӑвассипе строительство ӗҫӗсем пыраҫҫӗ.
Например, в хозяйстве Алексея Фадеева ведутся строительные работы по строительству фермы.
Ҫӗлен тирне тытни мӗншӗн хӑрушӑ
К чему приводит баловство со змеиной кожей
Хӗрелсе кайнӑ Сагайда огневой тӑрӑх пуртӑпа вӗҫтерсе ҫӳрет, йывӑҫсене харсӑррӑн касать.
Сагайда, раскрасневшись, тоже носился с топором по огневой и молодецки набрасывался на деревья.
— Чӑн калатӑп, ӗҫместӗп, Нина Капитоновна, — терӗ Кораблев.
— Честное слово, не пью, Нина Капитоновна, — сказал Кораблёв.
Анадырь тата Чукотка епархийĕ
Анадырская и Чукотская епархия
Шӑрӑхпа халтан кайнӑскер, ыйхӑллӑскер, вӑл пуҫне ҫӗклет те хирӗҫ килекенсем ҫине пӑхать.
Сонная, изморенная зноем, поднимает она голову и глядит на встречных.
Врониш вӑл Америкӑра мар-им?
А Воронеж разве не в Америке?
Туртса илнӗ ҫӗр ҫинче
На отнятой земле
Эпир пурне те хӑратса тӑрӑпӑр та усӑ кӳрӗпӗр.
Будем страшны — и мы будем полезны.
Волынец Андрей Иванович
Волынец, Андрей Иванович
Мӗншӗн пӗтӗм ӗмӗре ҫавнашкалаппа ирттермелле манӑн?
Почему я весь свой век должна мучиться?
пĕрене ҫурӑкĕ
трещина в бревне
Эпир хамӑр тӗллевсене пурнӑҫа кӗртесси ҫинчен ытларах шухӑшлама пуҫларӑмӑр пулсан, мӗн пулса тухма пултарать?
Что может произойти, если мы сосредоточимся на своих личных стремлениях?
Пирӗн черкессен пекех: пӳртре кӑмакасӑр вут ҫунать.
У нас — как у черкесов: в доме огонь горит.
Йӳтенӗ йытӑ сиксе тӑрса йынӑшам пек турӗ те, ыйхи уҫӑлса ҫитейменскер, Мелика уринчен кап ярса илчӗ.
Старый пес вскочил, взвизгнул и спросонья тяпнул Веника за ногу.
— Чим, ара, чим-ха тетӗп.
— Постой, говорю, постой!