alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Вӑрманти тӗмсем пек чӑлханса пӗтнӗ, арпашнӑ ҫӳҫ тӑрӑх каллӗ-маллӗ утса ҫӳренӗ хыҫҫӑн шӑна Бенедикт пиччен ҫамки еннелле анма пуҫларӗ, вара унӑн тинех шӑна сӑмса кӑкӗ тӗлне ҫитӗ-ха текен шанчӑк ҫуралчӗ.
Побродив по его растрепанным волосам, подобным зарослям дикого кустарника, насекомое медленно начало спускаться по лбу кузена Бенедикта, и у него наконец появилась надежда, что оно доберется до его переносицы.
Ку публикаци патĕнчи мĕнпур комментарине пӑхма пултаратӑр:
Здесь вы можете посмотреть все комментарии к данной записи:
— Мӗн тума? — тӗлӗнет амӑшӗ.
— Зачем это? — удивляется мама.
— Ку Микки мар-и?!
Вот тебе раз!
— Нимех те тумастӑп, — тавӑрчӗ Филька, — пӑртак-пӑртак вырткаласа илетӗп.
— Так, ничего, мало-мало, — ответил Филька, — мало-мало лежу.
Карап 5 метр тарӑнӑшне шыва ансан ҫав шӑтӑкран 1 сехетре 30000 тонна ытла шыв кӗрет.
При погружении на 5 метров в эту побоину вливается в 1 час свыше 30000 тонн воды.
Акӑ эпӗ ҫакна сӑнарӑм: унӑн кабинетӗнче ҫӗрле тӑватӑ сехетре ҫутӑ, ирхине те каллех сакӑр сехетре ҫутӑ пур, хӑҫан ҫывӑрать вӑл, эпӗ пӗлместӗп…
Я вот наблюдал и даже не знаю — когда же он спит, если в четыре часа у него в кабинете свет, и в восемь утра опять свет…
Баркет япалисене хӑпӑл-хапӑл пуҫтарса Мартӑна картише ҫавӑтса тухрӗ те лашине кӳлме пикенчӗ.
Баркет, наспех собрав поклажу, отвел Марту на двор и кинулся запрягать лошадь.
Псков облаҫĕн Плюсса районĕ
Официальный сайт Плюсского района
виҫĕмҫул эпир пӳрт лартрӑмӑр
в позапрошлом году мы построили дом
Вӑрӑм шел тутарпа чӗркеннӗскер, вӑл кантӑк умӗнчи тенкел ҫинче, хӑранӑ кайӑк евӗр, пуҫне аяккалла пӑрса ларать.
Закутанная в длинную шаль, она сидела на стуле возле окна, отвернув и почти спрятав голову, как испуганная птичка.
Ҫырӑвӑн вӗҫӗ те, хӗрри те курӑнмасть!
Но что царю до того, что холера косит народ, а от голода вымирают целые поселения!
Акӑ, тӗттӗмре темскер йывӑррӑн сывласа илчӗ, хускалчӗ, ҫаврӑнкаларӗ, Гек вара, чӳрече умӗнчен упа иртсе кайнине ӑнланса илчӗ.
Вот во тьме что-то тяжело вздохнуло, зашевелилось, заворочалось, и Гек понял, что это мимо окна прошел медведь.
Анкӑл-американ вӑрҫи () — 1812-1815 ҫулсен АПШ тата Аслӑ Британи хушшинчи наполеон вӑрҫисен тапхӑрĕнчи хĕҫпӑшаллӑ хирĕҫӳ.
Англо-американская война 1812—1815 годов (, «война 1812 года») — вооружённый конфликт между США и Великобританией в период наполеоновских войн.
Аран-аран хӑтӑлтӑм вӗсенчен.
Кое-как отбился от них.
— Нимӗне пӑснине те курмастӑп…
— Никакого подрыва не вижу…
Хӑш - пӗр ҫӗршывсенче патшалӑх пенси, социаллӑ пулӑшу парса тӑрать тата ваттисене пулӑшма социаллӑ хӳтлӗх ӗҫченӗсене уйӑрса парать (Рим 13: 6).
В некоторых странах государство выплачивает пенсии, осуществляет программы социальной помощи и предоставляет пожилым услуги соцработников.
Ыттисем куриччен сӗтел ҫиттине хӑвӑртрах пуҫтарса илтӗрччӗ тет вӑл.
И хочется одного — чтобы она поскорей убрала скатерть, пока другие не видели.
Унтан эпир ведущипе ведомӑй ҫапӑҫура мӗнле пулмалли ҫинчен калаҫрӑмӑр.
Потом мы заговорили о работе пар, слётанности ведомого и ведущего.
Туррӑн ӗҫ туса тӑракан вӑйӗ ертсе пыни тӑрӑх кам пурӑнасшӑн, ҫавсен ӑстӑнӗпе чӗрисем ҫине ҫав вӑй халӗ те витӗм кӳрсе тӑрать.
Действующая сила Бога по - прежнему влияет на умы и сердца тех, кто желает следовать его руководству.
Израильтянсен храма ҫеҫ мар, хуласене те ҫӗнӗрен туса лартмалла пулнӑ.
Израильтянам нужно было не только возводить храм, но и заново отстраивать города.
Вӑрттӑн вырӑнта Экэчо яранги пур терӗм вӗт-ха сана…
Я уже говорил, что там в потайном месте стоит яранга Экэчо…
Иегова астутарнисенче асӑрхаттарса калани те пуррине эсир, тен, асӑрханӑ пулӗ.
Возможно, вы замечали, что в числе напоминаний Иеговы встречаются и предостережения.
Пирӗн пурин те кашни эрнере Теократи ӗҫӗн шкулӗнче вӗренме май пур.
Каждый из нас может каждую неделю учиться в Школе теократического служения.
Каять, каять — илтрӗ!
Вот она уходит, уходит — услышала!
— Юрать, эпир халь хамӑрах тӑватпӑр! — кӑшт ҫиллессӗнрех те татӑклӑн каларӗ Стеклов.
— Ладно, давайте мы теперь сами! — грубовато, но решительно произнес Стеклов.
«Ман атте те ыттисем пекех аван колхозник ав. Илтетӗр-и; мӗнлерех сӑмахсем калать вӑл пире?» — тенӗ пекрех пӑхкаласа илет вӑл.
Поглядывал, как бы говоря: «Ну, вот и мой отец такой же хороший колхозник, как все. Слышите, какие слова он нам говорит?»
— Лена аппа, эсӗ вилсен, мана хӑвӑн шӑл тасатмалли щёткӑна паратӑн-и?
— Тетя Лена, а когда ты помрешь, ты откажешь мне свою зубную щетку?
Вилнӗ Флегонтовах парсаччӗ.
Флегонтов покойный дал.
— Шӑна-кайӑка та курӑн, ачам!
— Увидишь и птичку-муху, мой мальчик!
Вара ӗненекенсем, типӗ тытса, кӗлтунӑ та, кусем ҫине алӑ хурса, вӗсене ӑсатса янӑ» (Апост. ӗҫ.
Тогда, после поста и молитвы, они возложили на них руки и отпустили».
— Эсӗ ӑна кунашкал епле вӗрентме пултартӑн? — ыйтрӑм эпӗ.
— Как же ты этого добился? — спросил я.
Мӗн пур пӗччен хӗрарӑм унӑн аллинче халӗ.
Теперь все одинокие женщины в его руках.
Ялта нимӗҫсен гарнизонӗ тӑратчӗ, тухтӑрсем тупасси ҫинчен шухӑшлама та май ҫукчӗ.
Но в селе стоял немецкий гарнизон, и о медицинской помощи не приходилось и думать.
Кӑвайчӗ питех те шавлӑ та вӑйлӑ ҫуннипе ҫӳллӗ хыр турачӗсем чӗтресе силленсе ҫеҫ кайрӗҫ…
Костёр был такой шумный, что закачались ветви на высокой сосне…
Тата ҫав карикатура айне темӗнле тӑрӑхлакан сӑвӑ ҫырса хунӑ:
И еще какие-то стишки противные под этой карикатурой были подписаны:
Сэндитон (), вĕҫлеймен
Сэндитон не завершён
Манӑн та шӑтса тухӗҫ-ха, факт!
И у меня вырастут, факт.
Ҫапла, Хӗвеланӑҫӗнчи рабочисемпе танлаштарсан, пирӗн нумай-нумай рабочин культурипе пӗлӳлӗхӗ ҫителӗксӗр-ха…
Да, наши рабочие сплошь да рядом недостаточно культурны, недостаточно просвещенны по сравнению с западными…
1848 ҫулхи март уйӑхӗнче Австри столицинче Венӑра восстани тапрансан, Ломбарди облаҫӗн Милан ятлӑ тӗп хулинчи граждансем, хӗҫпӑшалсӑр тенӗ пекех, Австрин яланхи ҫарӗсене хирӗҫ ҫапӑҫма тухнӑ.
Когда в марте 1848 года в австрийской столице Вене вспыхнуло восстание, граждане столицы области Ломбардия Милана, почти безоружные, выступили против регулярных войск Австрии.
Ҫав ҫынсене пытарнӑшӑн.
За то, что он их ховал.
«Вӑл, малтан курӑннӑ пек, ытла йӑваш мар иккен!» — шухӑшларӗ Коробин.
«А он не такой уж тихоня, каким показался с первого взгляда!» — подумал Коробин.
Клебен хӑйӗн шӑпи пирки ҫемйине ҫырса та, урӑхла та хыпарламан, хӑй вара Занзибар пасарне килсе лекнӗ те техӗмлӗхсемпе суту-илӳ тума пуҫланӑ.
Клебен не написал и не дал знать семье о своей участи, сам же он появился на Занзибарском рынке, торгуя пряностями.
Ӑна часах ҫамрӑк кил хуҫи кӑмӑла кайнӑ.
Ему сразу приглянулась молодая хозяйка квартиры.
Каялла ҫавӑрӑнсан аванрах пулӗччӗ, — тесе шӑннипе шӑлӗсене шаккаса мӑкӑртатса илчӗ хӗрлӗ ҫӳҫлӗ горнист.
Воротиться бы лучше, — стуча от холода зубами, пробормотал рыжий горнист.
Юханшыв тӑршшĕ 19 км.
Длина реки составляет 19 км.
Аврамица ӑна хӗрхенсе пӑхса тӑчӗ.
Аврамица сострадательно смотрела на него.
Халӑх йӑлтах тӗлӗнсе, хӑраса каять.
Аудитория поражена ужасом.
Мӗн те пулин пулсан-тӳрех сӑмсаран шаплаттараҫҫӗ.
Чуть что — в морду заедут.
Вӑл кӑшт шухӑшларӗ те татӑклӑ ответ памарӗ:
Он подумал и неопределенно ответил:
— Атте, сана вӑрҫа илсе каймаҫҫӗ-и?
— Слышь, пап… тебя не возьмут на войну?
Унта-кунта вут хыпса илчӗ, хула ҫунма тытӑнчӗ.
Город уже пылал в нескольких местах.
Чӑнах та, вӗсенчен сулахай енче хайхи ҫийӗнчен юр вӗҫекен авӑн сарайӗ ларнӑ, унтан малта хай шӑн кӗпе-йӗм, кӗпесемпе тӑласем ҫакнӑ паҫӑрхи кантрах курӑннӑ: ҫил ҫавсене ҫав-ҫавах хытӑ силлентернӗ.
Действительно, теперь слева у них была та самая рига, с которой несло снег, и даже та же веревка с замерзшим бельем, рубахами и портками, которые всё так же отчаянно трепались от ветра.
Совет Союзĕн Маршалĕсем
Первый Маршал страны Советов.
Саша пӳлӗмӗнчи чӳрече ҫинче ҫӗмӗрӗлнӗ колба выртать.
В Сашиной комнате на окне лежала разбитая колба.
5. Ҫӳлхуҫа сӑмахӗ умӗнче чӗтресе тӑракансем, Унӑн сӑмахне итлӗр.
5. Выслушайте слово Господа, трепещущие пред словом Его:
Кирек кам та кӑна тума пултарать.
Кто угодно мог бы это сделать.
Офицерсен ҫемйине лекнӗ май, вӑл каҫхине кашнийӗннех хӑйсем тивӗҫлипе савӑнни ҫинчен, хӑйсен вӗҫев ӗҫӗнчи опычӗсем ҫинчен тухса калас килнӗ.
Каждому хотелось выступить, поделиться своим боевым опытом, сказать о той гордости, которую он испытывает сегодня, вступив в офицерскую семью.
Амстердам-Рейн-канал () — Нидерландсенчи Амстердама Рейн шыв ҫулĕпе ҫыхӑнтаракан канал.
Амстердам-Рейн-канал — канал в Нидерландах, связывающий Амстердам с основным судоходным путём Рейна.
Анчах та ҫав татӑклӑ самантра мӗн пулса иртнӗ - ха?
Но что произошло в тот решающий момент?
Кунсӑр пуҫне вӑл мана тӑватӑ ҫӗр те хӗрӗх тӑватӑ пысӑк ылтӑн укҫа тата хӗрлӗ алмаз парнелесе пачӗ.
Он подарил мне четыреста сорок четыре крупных золотых монеты и красный алмаз.
Капитан кӗнеки ҫине «52» ҫырса хучӗ.
Отметив в своей записной книжке цифру 52, капитан спросил:
Кларк, ҫурӑмӗ ҫинчен аяк ҫине ҫаврӑнса выртса, кӗтӳҫсем хӑйсен вырӑнӗнчех-ши тесе, сӑнама шутларӗ, анчах ниепле те ҫаврӑнаймарӗ.
Он хотел повернуться со спины на бок, чтобы посмотреть, на своих ли местах пастухи, но не мог этого сделать.
— Халех, батюшка…
— Сейчас, батюшка…
Пурин ҫинчен те ырӑ сӑмах калать…
О всех вспоминает добрым словом…
Ҫут тӗнчере чӗрӗ ҫыннӑн пӗртен-пӗр савнӑ чунне вӗлереҫҫӗ.
У живого человека единственную в свете радость его убивают!
Эпир пӗр тӑван ҫӗршыв — анне ачисем пулмастпӑр-и-мӗн?..
Да разве мы с вами — не дети одной матери — нашей родины?
— Эсир следователь пекех, — хушрӗ пӑртакран вӑл кӑмӑлсӑррӑн, — пурне те пӗлме тӑрӑшатӑр, ҫавӑнпа та эсир хыткан, чирлӗ те.
— Вы все равно как следователь, — недовольно произнесла она, — оттого вы и худой, и хворый, что такой любопытный.
Сюй Цинь-вэне халалатӑп
Подражание Сюй Цинь-вэню
— Ҫавӑн пек ачаллӑ ашшӗсем телейлӗ вара.
— Счастливые те отцы, у которых такие дети!
Вӗсем, паллах, ниепле те ӗненес ҫук…
Они небось сразу бы и не поверили…
— Вӑл Камӑна юхса кӗрет.
— Она впадает в Каму.
Эпӗ те каласа пӑхӑттӑм.
Поиграл бы я, право.
Шӑпах ҫакӑ тытса чарнӑ та пӗлӗшӗмӗн аялти палубӑна часрах ҫитес ӑнтӑлӑвне.
Вот это и задержало стремление моего приятеля достичь нижней палубы.
— Хветӗр пиччен ара, — терӗ вӑл вӗчӗхме тытӑнса.
— А кто такой дядя Хведер?
Эпӗ суйрӑм: хамӑн французӑмпа уйрӑлнӑранпа уйӑх та иртменччӗ-ха.
Я лгал; еще месяца не прошло с тех пор, как я расстался с моим французом.
Антанта: Раҫҫей, Франци, Аслӑ Британи.
Блок Антанта: Российская империя, Великобритания, Франция.
Инкек пуласран чунӑм ҫук, чӑнах.
Боюсь, что это может кончиться плохо.
Ӑна сӑвӑсем илӗртме пуҫларӗҫ.
Он начал увлекаться стихами.
Унта пушах та шӑпчӗ, пӗр пысӑк, ҫӑмламас йытӑ кӑна ларёксем хушшинче юр шӑршласа чупса ҫӳретчӗ, тата кооператив умӗнче, крыльца ҫинче, така тирӗнчен тунӑ тӑлӑппа чӗркеннӗ хуралҫӑ тӗлӗретчӗ.
Здесь было пусто и тихо, только большая косматая собака бегала между ларьками, вынюхивая снег, да на крыльце возле кооператива дремал сторож, завернувшись в бараний тулуп.
Мана тата пирӗн иксӗмӗршӗн те ҫывӑх пӗр хӗрарӑма такам ашкӑнчӑкӗ кулмалла туса ӳкернӗ.
Какой-то пасквилянт нарисовал в смешном виде меня и еще одну особу, нам обоим близкую.
Вӑл ӑна наизуҫпа пӗрех пӗлнӗ.
И знал почти наизусть.
— Вӑл ҫапласкер! — ҫирӗплетсе хучӗ Шпанин.
— Он такой! — подтвердил Шпанин.
Лешӗ Ильсеяра лӑплантарма хӑтланчӗ:
Тот попытался успокоить ее:
Америкӑна кӑна мар.
Не только в Америке.
— Кайран вӗсем шӑтӑкран тухаҫҫӗ-и, ҫӑлӑнаҫҫӗ-и? — вулаканнин хулпуҫҫи урлӑ пӑхса ыйтрӗ Вова Лазарев.
— А они потом выбрались, спаслись? — полюбопытствовал Вова Лазарев, заглядывая через плечо читавшего.
Эпӗ мӗн ӗҫпе килнине, хам камне каласа патӑм.
Я объяснился и представился.
Ҫавӑнпа та эпир Красноголовецӑн диверси группине епле те пулин тӗплӗрех пытарса пурӑнас, ӑна палӑртас мар тесе, питӗ хытӑ тӑрӑшаттӑмӑр.
И мы принимали все меры к тому, чтобы диверсионная группа Красноголовца была как можно тщательнее законспирирована.
Виҫҫӗмӗш станцире вара эпӗ вагон ҫинчен анма шутламарӑм, сӑмсана юри стена еннелле туса выртрӑм та майӗпен харлаттарма пуҫларӑм.
А на третьей я не стал спрыгивать вниз, нарочно повернулся носом к стенке и тихонько захрапел.
Юратури пӑшӑрхану пулни йӗркеллӗ мар вара, юрату хӑй вӑл хаваслӑ та ним хуйхӑ-суйхӑсӑр.
Тревога в любви — не самая любовь, — тревога в ней что-нибудь не так, как следует быть, а сама она весела и беззаботна.
Эпӗ саншӑн савӑнатӑп.
Я очень рад за тебя.
Анчах ӗҫӗ тупӑнман.
Но работы не было.
Васкасах ҫавӑнталла пӑрӑнса утса, Давыдов катаранах кӑшкӑрса ячӗ:
Торопливо направившись туда, Давыдов издали крикнул:
Глухов, темиҫе кукӑр туса, тавра ҫулпа таврӑнчӗ килне.
Старик Глухов дал по селу хорошего кругаля и пришел домой.
Акӑ мӗншӗн ӗнтӗ Камышинран килекен ҫырусем унӑн чӗринче ҫав тери тӗрлӗ тӗслӗ туйӑмсем ҫуратнӑ, — вӗсем савӑнтарнӑ, хуйхӑртнӑ, шанчӑк та панӑ, пӑлхатнӑ та, вӗсем пӗр вӑхӑтрах ӑна хавхалантарнӑ та, асаплантарнӑ та.
Вот почему письма из Камышина вызывали в нем самые противоречивые чувства: радости и горя, надежды и тревоги; они одновременно и вдохновляли и мучили его.
— Эпӗ тинӗсе ҫунтармастӑп, — хирӗҫ тавӑрчӗ Маклай чыслӑн.
— Я не буду жечь моря, — ответил торжественно Маклай.
— Илтетӗн-и? — сенкер куҫлӑ ҫынна аякӗнчен тӗртсе илсе, хуллен кӑна ыйтрӗ тепри.
— Слышишь? — толкнув в бок голубоглазого мужика, тихонько спросил другой.
Управленецсем легковой машина ҫине тата Сморчковӑн грузовикӗ ҫине шавлакаласа улӑхса ларчӗҫ те малалла вӗҫтерчӗҫ.
Шумно погрузившись в легковую машину и на грузовик Сморчкова, управленцы укатили.
Уйӑх йывӑҫсем хыҫне анса пытаннӑ; тавралӑх уҫӑрах та ҫутӑрах пек пулса кайнӑ.
Луна закатилась за деревья: становилось свежее, и как будто светлело.
Мӑн ҫулсем ҫинче-и?
На главных дорогах?
Хӑй пулсан, ним те мар.
Если так, тогда все благополучно.
Мана ҫут ҫанталӑк ҫав тери пӗлме юратакан туса янӑ пулин те — хуҫаран унӑн унчченхи пурнӑҫӗ ҫинчен, вӑл мӗнлерех майпа асамҫӑ пулса тӑни пирки тӗпчемешкӗн темӗскер чарса тӑрать.
Как ни любопытен я от природы, однако что-то удерживало меня расспрашивать моего хозяина о прошлой его жизни и о том, как он превратился в волшебника.
Вара тул ҫутӑличченех ҫывраймарӗ, чӗлӗм туртса ирттерчӗ.
Остальцы ночи не спал, курил.
Вӑл, тин чавса пӑрахнӑ ҫӗр лаптӑкӗ ҫинче кукленсе ларса, ҫак вӑрӑсене мӗнле лартмаллине чӑтӑмлӑн вӗрентрӗ.
Присев на корточки над свежевзрыхленной полоской земли, он терпеливо учил, как нужно сажать эти зернышки.
Ачасене вӑл лайӑх пӑхма пӗлет: пӗрне алла тытать, теприне ачашлать, теприн кӗпи тӳмине тӳмелет, теприне чуптӑвать, — ачасене пӑхма кӑна темиҫе ҫул вӗреннӗ пекех…
С детьми обращалась умело: одного возьмет на руки, другого приласкает, тому застегнет рубашонку, того поцелует.
Унтан Гро пуҫне пӗкрӗ те — йывӑр шухӑшӗсене сирсе яма хӑтланнӑн аллисемпе сулкалашать.
Потом Гро сник и повел рукой, как бы отстраняя трудные мысли.
Пӗр сӑмахпа каласан, ҫын йӑлт чӗрӗлсе кайнӑ.
Словом, ожил человек.
Юрӑ евӗр янӑрамалла тӗлте вӑл ҫухрашса янӑ, чуна тивсе чӗтрентермелле вырӑнта хӑрӑлтатма тытӑннӑ, кӗскен каласан, унӑн кӑмӑл-туйӑмне ниепле те парӑнман.
Она свистела там, где нужно было петь, взвизгивала тогда, когда он ждал от нее томного дрожания, и вообще никак не поддавалась его настроению.
Картинӑсене ӳкерни мана пур япалана та тӗплӗн сӑнама, хам курнӑ япаласене нумай вӑхӑт астуса тӑма вӗрентрӗ.
Рисование выработало у меня глазомер, зрительную память, наблюдательность.
— Мӗн паричченех хӗнетпӗр!
— Будем бить, пока не скажет!
— Вӑл сана ахаль ҫеҫ ӳпкелет, юратасса чӗререн юратать.
— Бранит она тебя только для порядка, а вот любит по-настоящему.
Хуторта унта-кунта хӑй ҫутисем те курӑнкала пуҫларӗҫ, анчах Наталья ҫаплах таврӑнмарӗ-ха.
По хутору зажглись редкие огни, а Натальи все не было.
Хамӑра хисеплеме пӑрахни пулӗччӗ.
Потеряли бы уважение к себе.
Пӗтӗм кибитка ҫурӑлса каяс пек ҫухӑрса ячӗ вӑл.
Он закричал оглушительно на всю кибитку.
Унтан вӗсем рак хуранӗ чулӗнчен тунӑ Гриценко мучӑшӗн шурӑ пӳртне таврӑннӑ та, хӑйсем тытнӑ пуллисене тем пулсан та пӗрле, пӗр хурана ярса пӗҫерме ыйтнӑ.
А потом возвращались в беленький домик дяди Гриценко, сложенный из камня-ракушечника, и требовали, чтобы их добыча непременно шла в общий котел.
Ҫул лакӑм-тӗкӗмлӗ те, ҫатанлӑ урапа ывӑннӑ лашасене турткалать-лӑскать кӑна: лӑнк та лӑнк каять, кӑрт тӑ кӑрт туртӑнать, ҫӑтӑр та ҫӑтӑр тӑвать.
Но постепенно привыкнув к нескончаемой тряске, юноша успокоился и ушел глубоко в себя.
Красько́ — украин халӑх кӑкĕнчен тухнӑ хушамат.
Красько́ — украинская фамилия.
Капитан каланӑ тӑрӑх, вӗсем хушшинче тӳрӗ кӑмӑллӑ ҫынсем те пур, эпир вӗсене хамӑр енне ҫавӑрасса шанма пултаратпӑр.
Тем более, что среди них, по словам капитана, были честные люди, которых, как он утверждал, нам было не трудно перетянуть на свою сторону.
Ҫапла мар-и, ара?
Разве нет?
телефонлӑ ҫурт
телефонизированный дом
Стеклов сӗтел патне куҫса ларать, анчах унӑн яланах лӑпкӑ пулнӑ сӑнӗ ҫинче вӑл хӑрани палӑрать: епле туса пырӗ-ха вӑл хӑйне хушнине?
Стеклов перебирается к столу, и на его всегда спокойном лице испуг: как-то он справится?
Чакак пӳрт еннелле пӑхса илчӗ.
— Сорока посмотрел на дом.
Унтан ҫанталӑк уяртса ячӗ, хӗвелтухӑҫ ҫилӗ вӗрчӗ, ҫеҫенхирте каллех косилкӑсем халтӑртатма пуҫларӗҫ, хуралса кайнӑ купасенчен кӑвакарнӑ уттӑн пылакрах тутӑллӑ хӗрхӳ шӑрши сарӑлчӗ, ҫеҫенхир пӑспа витӗнчӗ; унтан вара сенкертерех тӗтре витӗр хурал куринкисен, тип варсен кӑвак васанӗсемпе инҫетри пӗвӗсем хӗрринчи симӗс ҫӗлӗклӗ йӑлтӑркка хӗрлӗ ҫӳҫесен уҫӑмсӑр кӳлеписем кӑшт кӑна курӑнмалла палӑракан пулчӗҫ.
Потом установилось ведро, подул восточный ветер, в степи снова застрекотали косилки, от почерневших копен понесло сладковато-прогорклым запахом плесени, степь окуталась паром, а сквозь голубоватую дымку чуть-чуть наметились неясные очертания сторожевых курганов, синеющие русла балок и зеленые шапки верб над далекими прудами.
— Эсир хӗвеле те сирӗн фабрикӑсен свистокӗ тӑрӑх пӗлӗтелле ҫӗкленмелле тӑвӑр, тӗтӗмлӗ кун шурлӑхсенчен, вӑрмансенчен машинӑсем чӗннипе шуса тухмалла тӑвӑр, анчах — этемпе мӗн тӑвайӑр эсир?
— Вы достигнете того, что солнце будет восходить в небеса по свистку ваших фабрик и дымный день вылезать из болот, из лесов по зову машин, но что сделаете вы с человеком?
Ну, каласа пар-ха, хӑвӑртрах…
Изволь, изволь-ка говорить…
— Эпир ҫакна сӑнаса пӗлме пултартӑмӑр: вырӑс карапӗсем пирӗннисенчен начартарах, йывӑр, тинӗсре вӗсем суккӑр ҫынсем пек кӑна ҫӳреҫҫӗ.
— Нам удалось выяснить, что русские суда хуже наших, тяжелы и по морю ходят, как слепые.
Унӑн куҫӗсем чирлӗ, шывланса тӑраҫҫӗ, тути кӑвакарнӑ, ҫи-пуҫӗ ҫӗтӗк-ҫатӑк, суранӗсем таса мар…
Воспаленные, слезливые глаза, посинелые губы, шершавые лохмотья, нечистые раны…
Хӳре тесе юханшыв леш енчи хула хӗррине каланӑ, мӗншӗн тесен вӑл, хӳре евӗрлӗ, ансӑр та вӑрӑм хӑю пек тӑсӑлса выртать.
Хвостиком называли окраину города, которая была за рекой и вытянулась в узкую.
Анчах юрамӗ-ши вара…
Но разве нельзя было бы…
Вӑрҫма та вӑл, мӗнле калас, этем майлӑ вӑрҫаймарӗ.
И дрался он, надо сказать, не очень здорово.
Шурӑ бант ҫыхнӑ офицер тенкел ҫинчен каллех сиксе анчӗ.
Офицер с белым бантом вновь сошел со стула.
Пӳртре вилнӗ ҫынсем туллиех.
Комната полна была мертвецами.
Телее, вӑл шикленни кӑлӑхах пулчӗ.
К счастью, его опасения не оправдались.
Володя пӗр самант ним тапранмасӑр хытса кайса выртрӗ.
Он замер на секунду.
Ӗҫсӗр аптранӑ хӑш-пӗр ватӑ стариксем унта пулӑ тытма та ҫӳрекелеҫҫӗ.
Некоторые старики, страдающие от безделья, иногда ходят туда на рыбалку.
Чернушкӑшӑн та Ленӑн ӗҫ укҫинчен тытса юлчӗҫ.
За Чернушку тоже задержали из зарплаты Лены.
Акӑ таса хӗрес, ҫапла!..
Святой истинный крест…
Тӗтре витӗр курӑнса кайнӑ таса тӳпе лаптӑкӗ Аксинйӑн куҫне хӑйӗн сивӗ кӑвак ҫутипе йӑмӑхтарчӗ.
Проглянувший сквозь туман клочок чистого неба ослепил Аксинью холодной синевой.
Хӑш чухне вӑра, савӑнӑҫлӑ вӑйӑ-кулӑ хушшинчех, Тёма умӗн сасартӑк Абрумкӑн сӑнарӗ вӗлтлетсе иртнӗ пек пулать, Тёма хӑйӗн ҫуралнӑ кунӗ ҫывхарса килнине, текех ӗнтӗ ним тума та май ҫуккине аса илет, вара унӑн чӗри салхуллӑн хӗсӗнет.
Иногда вдруг, среди веселой игры, мелькнет перед Тёмой образ Абрумки, вспомнится близость дня рождения, безвыходность положения, и тоскливо замрет сердце.
— Тепӗр ик эрнерен, — ответлерӗ Ваҫка.
— Через недельку, две, — ответил Васька.
Джо индеец ура ҫине сиксе тӑчӗ; унӑн куҫӗнче курайманлӑх ҫунать; вӑл Поттер пӑрахнӑ ҫӗҫҫе илчӗ те кушак пек йӑпшӑнса, пӗтӗм пӗвӗпе авӑнса илсе, йӗри-тавра чупкалама пуҫларӗ, чышмашкӑн май шырарӗ.
Индеец Джо вскочил на ноги, глаза его загорелись злобой, он поднял нож Мэфа Поттера, и, весь согнувшись, крадучись, как кошка, стал кружить около дерущихся, выжидая удобного случая.
Унӑн шурӑ катан пир кӗпи Ивук атти ҫумӗнче тикӗтпе вараланса хуралса пӗтнӗ, тухйи чалӑшса ларнӑ.
Может, это просто игра.
— Ваня кӑна, — хавассӑн ответ пачӗ те сержант Егоров, унӑн сӑн-пичӗ кӑмӑллӑн кулса илчӗ.
– Просто Ваня, – с весёлой готовностью ответил сержант Егоров, и его лицо расплылось в широкую, добрую улыбку.
- Бассейна ҫӳресси те хобби шайӗнче-и?
— А ходить в бассейн это тоже на уровне хобби?
2001 ҫулхи юпа уйӑхĕнче Валинкене Хусанри патшалӑх культура институтĕнче хор дирижёрĕ дипломне илнĕ Инна Витальевна Афанасьева ĕҫе килет.
В октябре 2001 года у руля коллектива становится Инна Витальевна Афанасьева, окончившая отделение хорового дирижирования Казанского государственного института культуры.
— Ҫуррине малтан, ваше благородие.
— Половину вперёд, ваше благородие.
Эпир Киев облаҫӗнчи Ржищева куҫса кайрӑмӑр.
Мы переехали в Ржищев, Киевской области.
4: 12). Анчах та асӑрхануллӑ пулӑр: сирӗн юлташ калаҫура шухӑша ӑнӑҫлӑ уҫса пынӑ чухне ӑна пӳлсе лартас шухӑшран сыхланӑр.
Однако будьте осторожны: не поддавайтесь искушению прервать напарника, когда он или она успешно ведет линию рассуждения.
Халӗ пристаньсем выҫӑ кашкӑрӑн хырӑмӗ пекех пушӑ.
Нынче на пристанях пусто, как в желудке отощавшего волка.
Вӗсем карапа пӑрахса тухнӑ самантра вӑл ҫыранран ҫӗр ҫитмӗл ҫухрӑмра юлнӑ, вӗсем вара пӑрлӑ пушхир тӑрӑх икӗ пин ҫухрӑма яхӑн кайнӑ, мӗншӗн тесен юхӑм вӗсене ҫӗр патӗнчен хӑваласа пынӑ.
Когда они покинули корабль, он стоял в ста семидесяти километрах от берега, а они прошли около двух тысяч километров по ледяной пустыне, потому что их проносило мимо земли.
— Михеле питӗ те асӑрханса пӑхмалла.
— С Михелем нужна большая аккуратность.
— Апла-тӑк, Паганель, эсир пирӗнпе пӗрлех пыратӑр? — терӗ Элен, тараватлӑ сассипе.
— Итак, Паганель, вы будете сопровождать нас? — сказала Элен самым приветливым тоном.
Ҫӑра та лутра йывӑҫсем хушшинче ҫӗрпӳрте кӗмелли алӑка шыраса тупма халиччен унта пулман ҫынна пӗрре те ҫӑмӑл мар.
Постороннему человеку нелегко было в густом кустарнике отыскать вход в землянку.
Тупӑнаҫҫӗ юлташсем.
Нашлись товарищи.
— Ку чӑннипех те ман чӗрене савӑнтарать!
— Вот это радует моё сердце!
Эпӗ сана пурне те вӗрентӗп-ха.
Я тебя всему научу.
Ман ҫумма никам хутшӑнмасть пулсассӑн та, ӗлӗкхи вӑрҫӑсен савнӑҫӗшӗн, хаваслӑ та юнлӑ хаярлӑхшӑн ӗҫетӗп эпӗ пӗчченех!
Если даже никто не присоединится ко мне, я пью один за радость прежних войн, за веселую и кровавую жестокость!
— Мӗн калаҫса тӑмалли пур унта, — тесе сӑмах хушрӗ тепри, — илсе каяр яла, унта пирӗнсӗрех ыйтса пӗлӗҫ.
— Да что с ним разговаривать! — вставил другой. — Сведем его на село, а там и без нас спросят.
Хӗрарӑм алӑка васкаса уҫса:— Ан васкӑр, вӑхӑт пур-ха, — терӗ.
Тётенька ей скорей дверь открыла и говорит:— Не спешите, ещё время есть.
Вальӑпа Нюра та салхуланчӗҫ.
Валя и Нюра тоже загрустили.
Манӑн пурте пур — хӑйма та, ҫу та, тӗрлӗрен пахча ҫимӗҫӗсем те.
У меня все есть — и сметана, и масло, и овощи всякие.
Пахчаҫимӗҫ, выльӑх-чӗрлӗх сутса тупӑш илчӗҫ.
От продажи овощей, животных получали прибыль.
Эшелон станцинче 17.00 сехетре пулать.
Эшелон будет подан на станцию в 17.00.
Сулахайра пӗр илемлӗ пӳрт ларать, ун карнизӗ ҫумне ҫапса хунӑ виҫкӗтеслӗ хӑма ҫинче римски цифрӑсем, пӳрт крыльци умӗнче салтаксем тата юнланса пӗтнӗ носилкӑсем тӑраҫҫӗ, — ӑҫта пынӑ унта вӑрҫӑ лагерӗн кӑмӑла сивӗтекен йӗррисене куратӑр эсир.
Налево красивый дом с римскими цифрами на фронтоне, под которым стоят солдаты и окровавленные носилки, — везде вы видите неприятные следы военного лагеря.
Кашни кунах эпӗ ял ҫинчен шухӑшлатӑп.
Все дни я только и думаю о деревне.
Япалӑрсене, хутшӑнусене, киленӳсене, ӗҫе тепӗр хутчен пӑхса тухӑр.
Всё, что не приносит вам радости и удовольствия – нужно выбросить.
Николай куҫлӑхне шӑлкаласа итлерӗ, Софья, темӗн пысӑкӑш куҫне чарса пӑрахса, сӳннӗ пирусне туртма манса пӑхрӗ.
Николай слушал, протирая очки, Софья смотрела, широко открыв свои огромные глаза и забывая курить угасавшую папиросу.
Каллех йӑлӑхтаракан йӗпхӳ ҫума пуҫларӗ.
Вновь засеял мелкий, назойливый дождь.