alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Хӑма хӗррине ҫитсен, аялалла аниччен малтан, хурт ҫӑварӗнчен пурҫӑн ҫиппине кӑларса ҫыпӑҫтарать те, унтан ун тӑрӑх аялалла анса, ҫакӑнса тӑрать: вара йӗри-тавра пӑхать, анас тесен — анать, анас темесен — ҫиппи тӑрӑх каялла улӑхать.
Как только червяк подойдет к обрыву, он, прежде чем спускаться, изо рта выпустит паутину и на ней приклеится к краю, спустится, повисит, поосмотрится, и если хочет спуститься — спустится, а если хочет вернуться назад, то втянется назад по своей паутинке.
Ҫӗмӗрт ҫеҫки ҫурӑлнӑ.
Цвела сирень.
— Усал эсӗ, Меркидон… чӑнах та усал!
— Дурной… какой же ты дурной, Меркидон!
Пӗр сӑмахпа каласан, Юлдаш ытти салтаксенчен ютшӑнса тӑнӑ, кулленхи ӗҫӗ те ӑнӑҫсах кайман унӑн, ҫавӑн пек чухне вара отделеннӑй ӑна хушнӑ ӗҫе начар тунӑшӑн хӑтӑрса илнӗ вӑхӑтсем те сахал мар пулкаланӑ.
Словом, Юлдаш замкнулся в себе, держался отчуждённо, всё у него не ладилось, валилось из рук, и когда отделённый бранил его за плохо выполненное задание.
Ирхине, ҫӗнӗ хаҫатсене илсе пыриччен, вӑл сестраран вӑрҫӑ пирки радиопа мӗн пӗлтернине, ҫанталӑк мӗнлерех тӑнине, Мускавра мӗн илтӗннине ыйтса пӗлчӗ.
По утрам, пока не было еще свежих газет, Комиссар нетерпеливо выспрашивал у сестры, какова сводка, что нового передали по радио, какая погода и что слышно в Москве.
Ҫаксем ҫинчен эп тӑна кӗрсе ҫитсен ҫеҫ пӗлтӗм…
Все это я узнал, когда очнулся…
Пушара 20 минут яхӑн сӳнтернӗ.
Пожар тушили около 20 минут.
Паянхи кун Царицын вӑл — революцийӗн тӗп форпосчӗ, — терӗ Сталин ытти чухнехи пекех, кашни сӑмах ҫине тинкерсе пӑхнӑ пек пулса.
На сегодняшний день Царицын — основной форпост революции, — сказал он, как всегда, будто всматриваясь в каждое слово.
Ӳссе сарӑлсах, пӗтӗм тавралӑха тултарса пыракан тӗттӗмлӗхрен хӑтӑлса тухма унӑн пӗтӗм вӑйне пухмалла пулчӗ, вара таврари тӗттӗмлӗхрен сӗтел хушшинче ларакан офицер, ун умӗнче выртакан хутсем, ун ҫурӑмӗ хыҫӗнчи чӳрече кантӑкӗсем шуса тухрӗҫ.
Приходилось напрягать всю волю, чтобы выбраться из нарастающей, заливающей все крутом тьмы, и тогда из кружащегося мрака выплывал офицер за столом, лежащие перед ним бумаги, стекла окна за его спиной.
Ку хисеплӗ этемӗн те кил-йыш пур-тӑр.
Да и сам он небось не святым духом питается.
Хӑйсене малалла илсе кайма пултаракан тепӗр пӑрахута ҫӗрӗпе те кунӗпе кӗте-кӗте ӗшеннӗ, кулянакан пассажирсем вуҫех аптӑраса ӳкрӗҫ.
Пассажиры, проволновавшиеся всю ночь и весь день в ожидании следующего парохода, который мог бы взять их и везти дальше, выходили из себя.
Профессора ыйтусемпе аптратса, Алексей пӗтӗм палата асӑрханӑ япалана сисеймерӗ.
Мучая профессора вопросами, Алексей не заметил того, на что обратила внимание вся палата.
Лӑпкӑ, кӑмӑллӑ лару-тӑрура ҫинӗ апат кӑмӑла тултарать.
Ведь это радость и отключение от всех будничных забот в приятной, спокойной обстановке.
Мӗнле-ха кун пек пулса тухрӗ тесе ыйтатӑн пулӗ эсӗ.
Ты спросишь почему?
чӑвашла-турккала сӑмахсар
чувашско-турецкий словарь
Пӗр каҫхине Эльза ҫапла пӗлтерчӗ:– Ыран сирӗн мансӑрах пурӑнма тивет.
Однажды вечером Эльза объявила:— Завтра вам придется обойтись без меня.
Ирӗксӗрех калас килет: лар, удовлетворительно.
Так и просится сказать: садитесь, удовлетворительно.
Коля ухӑ йӗппине илчӗ те ним каламасӑрах аяккала пӑрӑнчӗ.
Взял Колька стрелу, ничего не сказал и ушёл.
Ал-урана тӑллакан юрату та, туслӑх та кирлӗ мар мана…
Не хочу ни любви, ни дружбы, которая цепляется за ноги, удерживает…
Вырӑс-турккӑ вӑрҫи: 1768—1774
Русско-турецкая война 1768—1774
Нерах () — Швейцарири коммуна, Цюрих кантонĕнче вырнаҫнӑ.
Нерах — коммуна в Швейцарии, в кантоне Цюрих.
Паллӑ тырӑ культурисем — тулӑ, урпа, рис, ҫаплах вир, ыраш, кукуруза, сĕлĕ.
Важнейшие зерновые культуры — пшеница, ячмень, рис, а также просо, рожь, кукуруза, овёс.
Картишне пӑрӑнса кӗрес чух Янтул хыҫалалла тепре пӑхса илчӗ те хӑраса ӳкрӗ.
Сторож продолжал свой путь за ним, и расстояние между ними заметно сократилось.
17. Адама вара ҫапла каланӑ: арӑмун сӑмахне итленӗшӗн, Эпӗ сана «ан ҫи» тесе каланӑ йывӑҫӑн ҫимӗҫне ҫинӗшӗн ҫӗр сан пирки ылханлӑ пулӗ; ӗмӗрӳ тӑршшӗпех эсӗ, асап курса, ҫӗртен тӑранса пурӑнӑн; 18. ҫӗр сана йӗплӗ курӑксемпе ҫумкурӑкӗсем ӳстерсе парӗ; эсӗ хирти курӑкпа тӑранса пурӑнӑн; 19. ҫӗртен пулнӑскер, эсӗ каялла ҫӗре кӗричченех ҫӑкӑрна тар юхтарса ӗҫлесе ҫийӗн: эсӗ — тӑпра, каллех тӑпра пулӑн, тенӗ.
17. Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей; 18. терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою; 19. в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься.
Муркаш районӗнчи ватӑ юман каллех «Ҫулталӑкри йывӑҫ» наци конкурсне хутшӑнса мала тухассишӗн кӗрешет.
Его возраст 372 года, он вырос на высоту 24 метра.
Ытти кунсем вӗсем ӑнӑҫлӑрах вӗҫнӗ.
Полеты следующих дней шли со все увеличивающимся успехом.
Эпӗ чаплӑ ишетӗп, Григорий ӑна пит лайӑх пӗлет.
Я знаменитый пловец, Григорий это отлично знает.
Кӑшт чӗнмесӗр тӑнӑ хыҫҫӑн: — Мартов мӗнле ҫыру ҫырнӑ вара? — ыйтрӗ Ленин.
Помолчав, Ленин спросил: — Какое же письмо прислал Мартов?
— Ҫук, — тенӗ вӑл.
— Нет, — отвечала она.
Килти ҫемйи вара выҫӑ ларать, тӑхӑнма тумтир ҫук.
Двор вон весь развалился.
Томӑн шӑллӗ Сид (тӑван шӑллех мар, аҫаҫурин ывӑлӗ) хӑйне хушнӑ ӗҫе туса та ҫитернӗччӗ ӗнтӗ (ӑна турпаспа ҫункав пуҫтарма хушнӑ-мӗн), мӗншӗн тесен вӑл итлекен, йӑваш лча, нихӑҫан та ашкӑнмасть, аслисене кӳрентермест.
Младший (или, скорее, сводный) брат Тома, Сид, уже сделал все, что ему полагалось (он подбирал и носил щепки): это был послушный мальчик, не склонный к шалостям и проказам.
1839 — Пржевальский Николай Михайлович, Раҫҫейĕн ҫулҫӳревҫи.
1839 — Николай Пржевальский (ум. 1888), русский географ, исследователь Центральной Азии.
Тӗкӗр пек яка шыв ҫийӗпе ҫак каштах хурлӑхлӑ та хӗрӳллӗ юрӑ вӑйлӑн янраса кайрӗ.
И вот над водной гладью раздольно поплыла эта песня, задумчивая и страстная.
— Ҫакӑнта вӑрман ҫынни те ҫухалса каймалла: иртме ҫук чӑтлӑх, тӑвӑл кӑкласа пӑрахнӑ йывӑҫсем, ҫултан инҫе.
— Здесь даже лесовик заблудится — чаща, бурелом, от дороги далеко.
Вӑл Ци господин умне пырса юпа пек яшт тӑсӑлса тӑчӗ.
Опустив руки и вытянувшись, точно жердь, он замер перед Седьмым господином.
Эсӗр, буржуйсем, кайӑр та ыйтӑр унтан ҫапла:
Вы идите, буржуины, и спросите у него:
Вӑл мӗн - мӗн тумалли ҫинчен тӗпӗ - йӗрӗпе каласа парать пулсан, унӑн ҫавна тума витӗмлӗ сӑлтав пур эппин.
Заметь, что Моисея не раздражало то, что Иегова так подробно все ему объяснял.
Чӳречерен сад илемлӗн куранать, пӗтӗм картиш куҫ умӗнче.
Из окна чудесный вид на сад, и вы всегда перед глазами.
Унччен вӗсем, ялан хӑйсен акнӑ ҫӗрӗсем ҫинчен, арӑмӗсем хушнӑ ӗҫсем ҫинчен шухӑшласа тата мулкач хӑваласа, карт вӑййине сайра хутра ҫеҫ аса илетчӗҫ.
который уже чрезвычайно темно грезился в голове их, захлопотанной посевами, жениными поручениями и зайцами.
— Ҫаплах каларӗҫ-и?
— Так прямо и говорят?
Пӗр улпут хӑйӗн тарҫине улма илме янӑ.
Один барин послал слугу за грушами.
Партнера сӑнӑр, тен, сирӗн хутшӑну арканас хӑрушлӑх пур.
Присмотритесь к своему партнеру, чтобы понять, в опасности ли ваш союз.
— Мӗншӗн? — тесе кӑшкӑрса ятӑм эпӗ те.
А я закричал:— Почему?
Ненец автономи тӑрӑхĕ
Ненецкий автономный округ
Вӑл хӑй ҫӗнтерӳ тӑвасса малтанах шанса тӑчӗ, халиччен тӳрккес модельсене, авалхи мастерсен хӑш-пӗр картинисене кӑна ӳкеркелесе илнӗ аллипе илемлӗ портрет тума ӗмӗтленчӗ.
И уже заранее готовился торжествовать, показать легкость и блеск своей кисти, имевшей доселе дело только с жесткими чертами грубых моделей, с строгими антиками и копиями кое-каких классических мастеров.
— Шӑтӑкра ним те ҫук-им халь?
— А в дырке уже ничего нет?
Сакӑлта хӗрринче ҫӑмӑллӑн тусан тусса тӑрать.
Только прах легким столбом еще вился на краю обрыва.
Вӑл аллине ҫӗклет.
Он поднял руку.
Халь ӳкӗтлемесен кая юлма пулать…
Потом будет поздно…
Пӗлмен вӑл, ак ҫакӑнта, тӗпсакайӗнче, ҫӳлти патшалӑх пултӑр та-ха вӗсене, вилӗсем выртнине, ну-и шухӑш тытнӑ хайхи пӗр каҫхине, урай хӑмине уҫса, пӗр четверть эрех пытарма.
Не знал он, что тут под полом, царствие им небесное, покойники лежат, ну и вздумал, значит, раз ночью под половицу четверть водки спрятать.
Ӑҫтан пӗлетӗн эсӗ мана?
Откуда ты меня знаешь?
— Пур, Василий Кузьмич!
— Цела, Василь Кузьмич!
Йӗнер пӗкечи ҫумне лӑпчӑннӑ Фомин, кӗмӗл тусанӗ пек юра мӑкӑрлантарса, тӑвайккинелле анса ҫухалчӗ.
Фомин, припавший к луке, скрылся под горой, оставив за собой серебряный дымок снежной пыли.
Вӑл чӳрече ҫине пӑхса илчӗ те, кун ҫути сӳнме пуҫланӑ, куҫӗсем унӑн тӑлӑха юлнӑ пек хурланчӗҫ.
Она оглянулась на окно, за которым гасли уже дневные краски, и глаза стали сразу сиротливыми и жуткими.
Император Чиркӳ ҫине мӗнле япӑх витӗм кӳнӗ?
Какое отрицательное влияние оказал император?
Вӑл ҫакна Турӑ Патшалӑхӗ ҫинчен пӗлтернипе тунӑ (Лука 4: 43).
Он делал это, проповедуя о Царстве Бога.
Берсенева аван мар пулса кайрӗ.
Берсеневу стало неловко.
шӑрӑх тӑрӑх
жаркий пояс
Суять вӑл!..
Ну… то, что отца в каземат посадили, правда.
Ху мӗнле шутлатӑн: пирӗн ҫине японец тапӑнӗ-и е ҫук?
Как сам думаешь: пойдет японец на нас или нет?
Хут вӗреннӗскер, титл-сӑмахсене мӗнле ҫырмаллисене витӗрех пӗлнӗ.
Знал и твердо-он-то, и словотитлу поставить.
Ӑҫта ҫав санӑн ҫӑматтусем? — терӗ вӑл, япаласене васкавлан пуҫтарса майласа хурса.
Где твои валенки-то? — говорил он, торопливо укладывая ее вещи.
Тӗслӗхрен, пӗрисене ним айӑпсӑрах тӗрмене хупнӑ.
Так, некоторые люди были осуждены и заключены в тюрьму за преступления, которых они не совершали.
1952 ҫултанпа патшалӑх сыхлавӗнче тӑрать.
С 1952 года находится под охраной государства.
Патшалӑх шыв реестрĕнчи шыв объекчĕн кочĕ — 13011100112115200044475
Код объекта в государственном водном реестре — 13011100112115200044475.
Ильясӑн амӑшӗ те ҫук, аппӑшӗ те вӑхӑтсӑр ҫӗре кӗчӗ.
Не говоря уже о матери и сестре, безо времени сошедших в землю.
Эпӗ ҫак кӗнекере Александр Дмитриевичран хӑйӗнчен пӗрре кӑна мар илтнӗ сӑмахсене те тупрӑм:
Нашла я в книжечке слова, которые много раз слышала от Александра Дмитриевича:
Пухура кама ярасси ҫинчен калаҫрӗҫ.
Решали, кому ехать.
Пӗлтӗр Раҫҫейри — Литература, Чӑваш Республикинчи К.В.Иванов ҫулталӑкне халалласа Чутай ен ҫыравҫисен антологине кун ҫути кӑтартрӑм.
В прошлом году издали антологию писателей Красночетайского района посвященную, Году Литературы в России, К.В.Иванова в Чувашской Республике.
Вӑя — тӗксӗм, ансӑр ҫамкаллӑ шатра питлӗ, мӑн сухаллӑ пысӑк ҫын.
Это был огромный бородатый мужчина с мрачным, узколобым, рябым лицом.
— Мӗнех-ха вара, ҫынсем!
— Что ж люди?
Брант килсе ҫитсен.
Когда приедет Брант.
Король ҫуртӗнче пӑтӑрмах пуҫланса кайрӗ; тарҫисем пусмасем илме чупрӗҫ; ҫурт тӳпине улӑхса ларнӑ упӑте ҫине пӑхса килхушшине темиҫе ҫӗр ҫын кӗпӗрленсе пухӑнчӗ.
Весь дворец был поднят на ноги, слуги побежали за лестницами; сотни людей сбежались на двор и глазели на обезьяну, усевшуюся на самом коньке крыши.
Мӑнтӑр пыйтӑсем пекех вӗсем, ют ӳт-пӳ мӗн чухлӗ нумайрах пӑсӑлса юхӑнать, кусем те ҫавӑн чухлӗ вӑйлӑрах ҫие-ҫие кӳпӗнеҫҫӗ.
И они подобны жирным вшам, которые тем сильнее отъедаются на чужом теле, чем оно больше разлагается.
Константина курса калаҫмасан, унпа уйрӑлнӑранпа хӑй мӗн-мӗн шухӑшлани ҫинчен каласа кӑтартмасан, Ксюшӑшӑн пӗр кун пурӑнса ирттерме те питӗ асаплӑ тулнӑ.
Для Ксюши было мукой прожить день, не увидев Константина, пе поговорив с ним, не высказав ему всего, о чем передумала за краткие часы разлуки.
Ҫурҫӗр-хӗвеланӑҫ енчен ӑна пӗчӗк сӑрт хӳтӗлет.
С северо-запада оно прикрыто небольшой возвышенностью.
Ҫитменнине тата, паян ҫывӑрма та иртерех выртас пулать.
К тому же сегодня и спать надо лечь пораньше.
Пин ҫула яхӑн ӗнтӗ — шухӑшлӑр-ха, пин ҫул! — ҫав авалхи тапхӑр София урлӑ пире салам ярса тӑрать, хӑйӗн сассине парать, тахҫан-тахҫанхи пурнӑҫ ҫинчен каласа кӑтартать.
Чуть не тысячу лет — подумать только: тысячелетие! — те далекие времена через Софию шлют нам привет, подают свой голос, рассказывают о жизни, которая была давным-давно.
Эпӗ сирӗнпе мӗн пулса иртнине пӗлейӗп-и?
Я узнаю, что произошло с вами?
Хуторта хӑйӗнче — май ҫук.
На хуторе же невмоготу.
Джим Гокинс ман патӑмра ҫӗр каҫӗ.
А Джим Хокинс будет ночевать у меня.
Луизианӑра ҫуралнӑ хӗр хӑй йӗри-тавра ялтӑра чечексем ӳссе ларнӑ тем пысӑкӑш лаптӑка курса ячӗ, ҫав чечеклӗ лаптӑк инҫетре кӑвак пӗлӗтпе пӗрлешсе тӑнӑ, ӑна ҫутҫанталӑк хӑй лартса ӳстернӗ.
Уроженка Луизианы увидела вокруг себя огромный цветник, усыпанный яркими цветами, цветник, граничащий с голубым сводом неба, насаженный и выращенный самой природой.
— Ҫӑкӑр патне каҫалапа килетпӗр.
— К вечеру придем за хлебами.
Ку капӑн стандартлӑ пĕлтерĕшĕ, апла-капла пӑхсан, пĕтĕм Ҫĕр ҫинчи «вӑтам» хисеп пек палӑрӑнать, вӑл 45,5° географилле анри тата тинĕс шайĕнчи ирĕклĕн ӳкнин хӑвӑртланӑвĕпе танлашать.
Стандартное значение было определено как «среднее» в каком-то смысле на всей Земле: оно примерно равно ускорению свободного падения на широте 45,5° на уровне моря.
Ҫапла вара ҫӑмхалаканӗ сулахай алӑпа кӑшкар, сылтӑм алӑпа йӳрек тытать.
из Мотальщица в левую руку брала вьюшку, в правую — вьюрок.
— Ӗҫ пӗр манӑн аттере ҫеҫ мар.
— Дело не только в моем отце.
— Шуйттанӗ пӗлет-и мӗнне! — шӑлне ҫыртса каларӗ куҫлӑхли.
— Чёрт знает что! — процедил сквозь зубы гражданин в пенсне.
Ваттисем касӑкланчӗҫ — мӗншӗн вӑл апла каланӑ-ха: «Эпир сирӗнпе кунта Фильӑра мар вӗт».
Старики интересовались – почему он так говорил: «Мы же не в Филях».
— Мӗн тума пӗлетӗн-ха эсӗ?
— А что ты умеешь?
Вӑл сывалма пултарӗ-ши е ҫук?
Выживет он или нет?
— Йӗксӗк мар-и!.. —
— Эка сволочь! —
Хавас та хӑйне хӑй шанӑҫлӑ Суханов Саша ҫырӑвӗсенче разведчиксен взвочӗн паттӑр ӗҫӗсем ҫинчен, тӑшмансем патне хӑюллӑн кӗнисем ҫинчен, «чӗлхесем» тытса килни ҫинчен тӗплӗн ҫырса пӗлтернӗ.
Весёлый, самоуверенный Саша Суханов сочно повествовал в своих письмах о подвигах своего разведвзвода, о смелых бросках во вражеские расположения, о ловле «языков», о быстрых диверсиях.
Кӗсменпе тӗксе ҫыранран пӗр-ик утӑм уйрӑлтӑм, кимме ҫыран ҫумӗпе шутартӑм, хам пӗрмаях йывӑҫ мӗлкисем айӗпе пытанса пыратӑп.
Я взял весло, оттолкнулся шага на два и повел челнок вдоль берега, оставаясь все время в тени.
— Вӑт мӗнле, эсӗ вулама юрататӑн-и, апла?
— Вот как, ты любишь читать, да?
Ку — парторг ӗҫӗ-и?…
И разве это — дело парторга?..
— Ӑҫта илсе кӳртрӗр пире? — тесе кӑшкӑрчӗ ҫӗтӗк-ҫатӑк тумлӑ тӗреклӗ каччӑ, йывӑҫ кӑкӗ ҫине хӑпарса тӑрса.
— Куда нас завели? — кричал, взгромоздившись на пень, лохматый детина.
Кунта мӗн пурри пурте творчествӑшӑн ҫунакан тӗнчене, чи ҫӳлти вырӑнта тӑракан искусствӑн вӑрттӑнлӑхне уҫса паракан тӗнчене кӗни ҫинчен калать.
Где все говорит о торжественном вступлении в мир, полный творческого трепета, сосредоточенного спокойствия, в мир, где открывают вам тайны высокого искусства.
Пушӑ пӳлӗме уйӑх кӑна ҫутӑ тӗс кӳрет.
Лунный свет заливает пустую комнату.
Ҫапла вара вӑл эпӗ пурӑнакан вырӑнтан хӳме хыҫне юлчӗ.
Так что он очутился за оградой того двора, где стояло мое жилье.
Хӑйӗн казак пай ҫӗрӗпе сутӑн илнӗ ҫӗр ҫинче табунсем тытнӑ, ҫын аллипе тырӑ акнӑ, хӗллепе кӗркунне акар-йытӑсемпе сунара ҫӳренӗ тата, хушӑран, шурӑ пӳлӗме питӗрӗнсе ларса, эрни-эрнипе ӗҫсе пурӑннӑ.
Держал на своей казачьей паевой и купленной земле табуны, сеял — чужими руками — хлеб, зимой и осенью охотился с борзыми, изредка, запираясь в белом зале, пил неделями.
Ҫак хир вӗҫӗ-хӗррисӗр пек туйӑннӑ ӑна.
Оно показалось ему бесконечным.
Ильсеяр штыкран ярса тытрӗ… йывӑҫ ҫинчен чутах персе анмарӗ.
Она схватилась за штык и… чуть не сорвалась с дерева.
И. Д. Василенко музейĕ — Чехов урамĕ, 88;
Музей писателя И. Д. Василенко закрыт на реконструкцию — ул. Чехова, 88
Ҫĕнĕ Шулхан
Новые Щелканы
— Эй, тур ҫырлахах, халех уҫатӑп, чимӗр-ха! — мӑкӑртатать сехри хӑпнӑ Ариша.
— Да, господи боже мой, сейчас отомкну, погодите вы! — бормотала в перепуге тетя Ариша.
Саваоф Турӑ пулӑшнипе-хытӑ тӑнипе пулӗ ку.
Ревность Господа Саваофа сделает сие.
— Мӗн тери курас килет манӑн сире, — пуҫларӗ вӑл яланхи йӑлипе сӑмах ҫаптарма, хӗрӗсем ҫине ҫаврӑна-ҫаврӑна пӑхса.
— Как я рада вас видеть, — заговорила она с своей обыкновенной речивостью, оглядываясь на дочерей.
Эпӗ ҫакӑн ҫинчен ыттисене каласа панӑ хыҫҫӑн старейшина манран ыйтрӗ: «Стивен, эсӗ ӑна хӑваласа ҫитнӗ пулсан мӗн тунӑ пулӑттӑн?»
Я рассказал о случившемся другим, и старейшина спросил меня: «Стивен, а что бы ты сделал, если бы догнал его?»
1938 ҫулта Диковский чӑваш платникӗ Федор Павлович ҫинчен «Вӗри ҫӑл» ятлӑ калав пичетлесе кӑларать.
В 1938 году Диковский выпустил рассказ о чувашском плотнике Федоре Павловиче «Горячие ключи».
Григорий вӗсене кӑтӑрса тӑкрӗ:
Григорий им крикнул:
Николай Григорьевич йӑл кулса илчӗ.
Николай Григорьевич улыбнулся.
Анчах эпӗ сана чылайранпа сӑнаса пынӑ ҫӗртенех, Григорий Пантелеевич, пит тем ӑнлансах пӗтерейместӗп…!
Но я вот давно к тебе приглядываюсь, Григорий Пантелеевич, и не могу тебя понять…
Митя статьяна хӑвӑрт пӑхса тухрӗ.
Митя быстро пробежал глазами статью.
Гиподинами чӑн-чӑн инкек пулса тӑчӗ.
Гиподинамия стала самым настоящим бедствием.
Ашшӗ ачисен енне хушӑран ӑшшӑн-ӑшшӑн пӑхкаласа илет, лешсем мӑшлатса, ҫивчӗ шӑлӗсене ним чухлӗ кантармасӑр авӑртаҫҫӗ; ашшӗ те ачисенчен кӑмӑллӑн кулкаласа:— Ҫийӗр, ҫийӗр, ачамсем, пысӑк пулӑр! Пено, эрех илсе кил-ха тата! — тет.
Отец время от времени добродушно поглядывал на детей, которые, пыхтя, работали острыми зубами, наполняя несокрушимо здоровые желудки, улыбался и говорил веселым голосом:— Ешьте, детки, да растите большие! Пена, принеси еще вина!
Камӑн хӑйӗн пурнӑҫне пӑсас килтӗр?
Чем драться, лучше поговорить.
Анна Сергеевна упӑшки вилсен ҫулталӑка яхӑн ялтан та тухман, унтан йӑмӑкӗпе пӗрле ют ҫӗршыва кайнӑ, анчах Германире кӑна пулнӑ.
Анна Сергеевна около года после его смерти не выезжала из деревни; потом отправилась вместе с сестрой за границу, но побывала только в Германии.
Унта сивӗпе пӗтӗмпех ҫыпҫӑнать пулсан, апла пыршӑ-пакарта пӑтранса кайма та пултарать, е покойнӗк Харитонӑнни пек, нерв купарчи пӑсӑлать.
А ить так недолго и заворот кишок получить, ежели там от мороза все слипнется, или воспаление нервного седалища, как у покойного Харитона было.
Кӑна карапсен командисем те сиссе юлаймарӗҫ.
Для команды судов это тоже стало неожиданностью.
Виктор кун пирки халиччен тӗплӗн шухӑшласа пӑхманччӗ, ҫавӑнпа та вӑл Доруца хӗрсе кайсах каланӑ сӑмахсене чӗреренех йышӑнчӗ.
— Плоть от плоти!
1959 ҫулта ҫуралнисем
Родившиеся в 1959 году
Шар — пӗчӗк мишень пулнӑ, ӑна шыраса тупма май пулсан та, вӑл часах куҫран ҫухалнӑ.
Шар — мишень небольшая; если ее и удается поймать, она опять быстро теряется.
— Йытта та тӗп тӑвӑн эсӗ, йывӑҫ этем!
— И собаку ты погубишь, деревянный человек!
Акӑ, аттисемпе хыттӑн шаклаттарса, пӳлӗме Революцилле ҫар комитечӗн председателӗ Подвойский ҫитсе кӗрет.
Громко стуча каблуками, вошёл председатель Военно-революционного комитета Подвойский.
Шӑнса хытнӑ юр ҫине юхакан юн вӑл — Олёна Костюкӑн уринчен юхман, вӑл — нимӗҫсен чышкисене пула, нимӗҫсен атти айӗнче, нимӗҫ хурахӗсен пусмӑрӗ айӗнче пӗтӗм ял юн юхтарни пулнӑ.
Это не с ног Олены Костюк струилась на жесткий, обледеневший снег кровь — это деревья истекала кровью под немецким сапогом, под немецким разбойничьим игом, под немецким кулаком.
ҫак ĕҫе сирĕн саккӑрӑн тумалла
эту работу вы должны выполнить ввосьмером
Ҫапла, йынӑшнӑ сасса ҫав.
Да, да, да, стон.
Ку кунсенче вӑл, тифпа чирленӗ чухнехи пек, анкӑ-минкӗллӗ пурӑнчӗ.
Эти дни он жил, как в тифозном бреду.
Ҫавӑн хыҫҫӑн йышӑн вӗсене хисеплӗ киле!
Принимай их после этого в порядочный дом!
Унӑн шухӑшӗсене темле паллӑ мар шикленӳ пӑтратса тӑчӗ.
Тёмная тревога мутила её мысли.
Именнӗ Тиррей укҫине кӗсйине чиксе хучӗ.
Сконфузившись, Давенант убрал мелочь.
Малькольм-Кэстль тарҫисем ку сӗнӗве хаваслӑ кӑшкӑрусемпе саламласа ырлаҫҫӗ — пӗр юнлӑ тӑвансене, хӑйсем пек Шотланди ҫыннисене ҫӑласси ҫинчен сӑмах пырать-ҫке.
Слуги Малькольм-Кэстля восторженными криками приветствовали это предложение — ведь речь шла о спасении братьев по крови, таких же шотландцев, как они сами!
1889—1954) — опера тата камера юрӑҫи, педагог.
1889—1954) — оперная и камерная певица, педагог.
Карапсем ҫинче усӑ куракан инструментсенчен чи кирли компас пулнине Алексей пӗлет.
Алекеей знал, что среди всех мореходных инструментов компас является наиболее важным.
А эсӗ ҫӑварна карсах итлетӗн суя сӑмаха.
А ты и раззяв рот.
Валя инкӗшӗ пултаруллӑ повар шутланать, вӑл пӗҫерекен кирек мӗнле апат та питӗ тутлӑ.
Тетя Валя считалась искусным поваром, любая ею приготовленная еда была очень вкусной и ароматной.
Анчах, тӗрӗссипех каласан, вӑл хӑй пӳрт патӗнче калаҫма пуҫланӑ офицер — капитан Енакиев пулнине тахҫанах тавҫӑрса илнӗ, ҫапах та систермен.
На самом же деле, если говорить всю правду, он давно уже смекнул, что офицер, с которым он заговорил возле избы, был капитан Енакиев, только и виду не показал.
Семен Алексеевич эпӗ самолетӑн ҫапӑҫури паха енӗсем ҫинчен каласа панипе интересленет, блокнот ҫине темӗн ҫыра-ҫыра хурать.
Семён Алексеевич интересуется моим мнением о боевых качествах самолёта, записывает что-то в блокнот.
Пӗрремӗш утӑм тума ан хӑрӑр.
Не бойтесь делать первый шаг.
Типтерлӗ шӑмшаклӑ та вӑр-вар ҫӳрекенскер, вӑл хӑвӑрт, тискер кайӑкла, пружина ҫинче сиксе пынӑ пек утать.
Подбористый, ловкий, он шел пружинистым звериным шагом.
Кайрантарах Шубин театр ҫинчен сӑмах пуҫарчӗ; Курнатовский господин вара — эпӗ туррипех калатӑп — хӑй художествӑна ним те ӑнланманни ҫинчен суя мӑнаҫлӑхсӑрах пӗлтерчӗ.
Потом Шубин заговорил о театре; господин Курнатовский объявил, и — я должна сознаться — без ложной скромности, что он в художестве ничего не смыслит.
Анчах эпӗ асӑрханса лартӑм: эпӗ Плетнёв гектографпа темле листовкӑсем пичетленине пӗлеттӗм.
А я — насторожился: мне было известно, что Плетнёв печатает на гектографе некие листочки.
Сивӗ те вӗтӗ ҫумӑр вӗтӗртетсе ҫӑватчӗ ун чухне.
Лил мелкий, но частый холодный дождь.
Анчах ҫулӗ пӗтнӗ, урах каймалли пулман, Алексейӑн юрату ҫинчен калама хӑюллӑх ҫитеймен.
Но дорога кончалась, и у него не хватало духу.
— Таня, хӗрӗм, хуйхӑмӑр мӗнешкел те, хуйхӑмӑр мӗнешкел…
— Таня, дочка, горе-то какое, горе…
Ҫамрӑк капитан сӑмахӗсем Мэрине лӑплантараҫҫӗ, ҫавна май Джонпа унӑн хушшинче юлташлӑх ӳссе ҫирӗпленсех пырать.
Мэри упивалась словами молодого капитана, и между ней и Джоном росла и крепла дружба.
— Кала-ха тархасшӑн: пире аркатаҫҫӗ, пирӗннисем хушӑнсах пыраҫҫӗ!
— Скажи на милость: нас бьют, а нас все больше!
Куҫа вӑрӑнса кӗрес пек тирӗнет Нина Динӑна.
Нина умоляюще глядела на Дину.
Таркӑнсем вӑтанса тӑмарӗҫ, вӗсене илсе хӑйсем ҫине витрӗҫ те, туземецсен суя ӗненӗвӗсемпе темӗнле хуралран та лайӑхрах сыхланса, ӑшӑ ҫӗр ҫинче канлӗн ҫывӑрса кайрӗҫ.
Беглецы без всякого стеснения воспользовались ими и, охраняемые суеверием туземцев лучше всякой стражи, спокойно заснули на тёплой земле.
Чиркӳ тӑрри урӑхла формӑллӑ пулнинчен хам тӗлӗннине кӑна астӑватӑп.
Помню свое удивление формой колокольни.
Чинӗ тӗлӗшӗнчен аслӑрах пулнӑ тивӗҫпе усӑ курса — вӑл капитан пулнӑ — Андрианов мана вӗрентмелле пӑхрӗ.
Пользуясь правами старшего в звании, капитан Андрианов пытался поучать меня.
Феликс Кляйн (;
Феликс Христиан Клейн (или Кляйн) (;
Папирусӑн пылак варри пурне те килӗшрӗ, пӗчӗк Джека уйрӑмах.
Сладкая сердцевина папируса понравилась всем, а маленькому Джеку в особенности.
Эпир унта пурӑнтӑмӑр, пурте ҫав пӑрахут ҫинче ларса пытӑмӑр.
И мы там жили, и мы ехали все на этом пароходе.
Лина утӑ купи ӑшӗнче кӑшт ҫеҫ курӑнса выртать.
Лина лежала, зарывшись в сено.
Вӑл татах ӗҫрӗ, икӗ хутчен ҫывӑрма выртрӗ, анчах хӑйне мӗскӗнлетнӗ самантсем асне килеҫҫӗ те такам сӑхнӑн сике-сике тӑрать.
Он выпил еще; два раза укладывался спать, но вскакивал как ужаленный, вспоминая подробности унизительной сцены.
Сергей аптраса ӳкрӗ.
Сергей растерялся.
Хупнӑ куҫхӑрпӑкӗсем витӗр икӗ тумлам куҫҫуль тухса ҫакӑнса тӑчӗ.
Из-под плотно прикрытых век выползли две слезы и повисли на ресницах.
Щорс патне халӑх пит нумай пырать, вӑл ҫав халӑха пурне те атӑ тӑхӑнтарма пултарать-и вара? — терӗм.
Разве, говорю, товарищ Щорс напасется сапог, если народ валом валит к нему?
Урӑх пӑхма вӑй ҫитереймерӗм, мана темшӗн япӑх пулса кайрӗ».
Я смотреть больше не стал, и мне сделалось что-то нехорошо».
Юхса пырать Сӳхепи, ун умӗнче хӑйӗн ачисем чупса ҫӳреҫҫӗ, ашшӗ, ватӑ Ухилле, тырӑ вырать.
Несет река Сюхеби, и видит он перед собой, как играют его дети, как жнет хлеб отец, старик Ухилле.
— Итлӗр пурте алкоранӑн сӑмахӗсене, чӑнлӑх кӗнекинче мӗн ҫырнине!
— Слушайте все слова алкорана, книги откровения!