alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Сылтӑм флангра Колоча шывӗн, чӑнкӑ ҫыранӗсем пулнипе позици французсене атакӑлама йывӑр пулнӑ.
Позиция, прикрытая на правом фланге крутыми берегами реки Колочи, была труднодоступна для атаки французов.
кунта ҫĕрĕк анчах
здесь одна гниль
вӑрлӑх класлӑхĕ
классность зерна
Селиме, сасартӑк пурин ҫинчен те пӗлес пек, ҫине-ҫине ыйтать.
Снова спросила Селиме, пытаясь узнать всё одновременно.
Пирӗн отрядра, инке, ӗҫсем начар…
У нас в отряде, хозяйка, плохие дела…
куҫҫуль ҫӑт
глотать слезы, сдерживать рыдания
Сапаланса, уйрӑлса кайнӑ ҫынсем валак пек урамсене чӗнмесӗр те салхуллӑн кӗрсе каяҫҫӗ…
В желоба улиц молча и угрюмо идут разорванные, разрозненные люди.
Янтул аллине сулчӗ.
— А пиши как угодно.
— Ыран ҫак вӑхӑта, кӑшт та кая мар.
— Завтра в этот же час — самое позднее.
Вӑл яланах ҫапла ир килнине ачасем те пӗлеҫҫӗ.
Он всегда приходит в класс первый, об этом знают ребята.
Вӑт, Кӑсӑя Мишшипе ларса ӗҫен-тӗк, вӑт, лайӑх ҫын пулан, мӗншӗн тесессӗн Кӑсӑя Мишши, видишь ли, выльӑх тухтӑрӗ.
Вот если ты, скажем, с Михаилом Синицыным пьешь, это значит, что ты — человек хороший, потому что Синицын, видишь ли, ветеринар.
Пулӑмсен горизончĕ астрофизикара — уҫлӑх-вӑхӑтри пулӑмсем сӑнавҫӑна витĕм кӳме пултарссине тата пултарймассине уйӑракан чикĕ.
Горизо́нт собы́тий — граница в астрофизике, за которой события не могут повлиять на наблюдателя.
Темиҫе хут вуласа тухрӑм ӑна.
Я его читал и перечитывал.
Ку пӗрре те ӑнсӑртран мар, мӗншӗн тесен ҫумӑрлӑ вӑхӑтсем ҫывхарса пыраҫҫӗ.
В этом не было ничего неожиданного, так как близилось начало дождливого периода.
Вӑл мӗнле тумаллине Петрона кӑтартрӗ.
Он показал Петру, как надо сделать.
Халӗ ӗнтӗ вӗсем унсӑрӑнах мул шыраса тупаҫҫӗ.
Теперь будут копать клад без неё.
Полицейскисен пӗр ушкӑнӗ хӗрарӑмсен решеткепе пӳлсе хунӑ пӳлӗмне хӑпарса пӑхрӗ, тепӗр ушкӑнӗ аялта пӗр пӑхман кӗтес те пӗр тӑкӑрлӑк хӑвармарӗ, виҫҫӗмӗш ушкӑнӗ алтарӗн аяккинчи алӑкӗсенчен кӗрсе пӑхса ҫӳрерӗ.
Несколько полицейских поднялись в огороженное решетками женское отделение, другие остались внизу обыскивать все углы и закоулки, третьи вошли в алтарь через боковые двери.
Гек тӗрӗс калать те пулӗ тесе шухӑшлама пуҫларӗ Том, вӑл темӗн шикленсе кайрӗ.
Том начал опасаться, что Гек прав, предчувствие недоброго томило его душу.
Анчах ун ҫинчен пӗчӗк ачана ма калас, унӑн чӗрине мӗншӗн хурлантарас?..
Зачем же говорить об этом малышам, зачем бередить, тревожить детское сердце?..
Сӑпкинче кам вара?
Кто тогда в люльке?
Ҫак ҫӗр айӗнчи вырӑнсен Протейӗ, Нептунӑн ҫӗнӗ ывӑлӗ, мастодонитсен темӗн пысӑкӑш кӗтӳне кӗтет.
Протей этих подземных стран, новый сын Нептуна, пасший несметное стадо мастодонтов!
Кӑнтӑрлахи апат вӑхӑтӗнче вара Андреянов пӑлханса каларӗ:
А за обедом Андреянов взволнованно сказал:
— Ну, халӗ те килте ҫук-и вӑл?! — терӗ.
— Ну, где же ты!
Йывӑҫсем хӳттипе Павӑл уҫланкӑ урлӑ упаленме тытӑнчӗ.
Укрываясь за деревьями, Павле быстро пополз через открытое пространство.
Финн саспаллисене курсан, кулак унта мӗн ҫырнине вуласа та пӑхмарӗ.
Кулак, увидев финские буквы, не потрудился даже прочитать их внимательно.
Куҫа хупатӑп ҫеҫ, сан сӑну тухса тӑрать куҫ умне.
Как только закрываю глаза, передо мной появляешься ты.
Ачи лӑпкӑн выртрӗ, сивве туймарӗ пулас, мӗн кирлӗ ӗнтӗ тата?
Ребенок лежал спокойно, по-видимому, не чувствуя холода, — чего же еще желать?
Гидрологи тĕпчевленӳ кочĕ (ГТ) — 103006042
Код по гидрологической изученности (ГИ) — 103006042
Унта ҫӳллӗ капансем лараҫҫӗ.
Около риги стояли высокие крутые копны.
Эпӗ вӑл мӗнле сӑнарлӑ иккенне пӗтӗмпех каласа патӑм та, Нюра, кураймасӑр:— Ҫавӑ! — терӗ.
Я подробно описал его, и Нюта сказала с ненавистью:— Он!
— Эсир те кунтах-ҫке, Степан Михайлович, ку маншӑн лайӑх-ха! — терӗ вӑл, васкасах сӑран сумкинчен хаҫатсемпе ҫырусем кӑларса.
Она выдала Исакову и Агнисии по письму.
Вӗсем сире хӑваласа ҫитеҫҫӗ!
Они вас догонють!
Старике лӑплантарас тесе, Горева пур ҫӗрте те ӑслисем тата ухмаххисем, усаллисем тата ыррисем пурри ҫинчен каларӗ…
Пытаясь успокоить старика, Горева промолвила, что везде есть умные и глупые, злые и добрые…
— О паллах, паллах, Гарвей.
— О, это неизбежно, Гарвей.
— Ильмариненпа Верховский.
— Ильмаринен и Верховский.
— Авланма! — терӗ вӑл хӑрӑлтатакан, тӗлӗннипе хӑрӑлтатакан сассипе, хӑйӗн тӑртанса тӑракан аллисене хырӑмӗ ҫине хурса.
— Жениться! — промолвил он хриплым, от изумления хриплым, голосом и сложил свои пухлые руки на желудке.
Джим, хуллен ҫеҫ сулкаланса, юрлать те юрлать; пуянсенчен хур, мӑшкӑл тӳсекен ахаль ҫынсене никам сӳнтерейми юратупа юратни ҫинчен, негрсен савӑнӑҫсӑр пурнӑҫӗ ҫинчен, вӗсене кашни самантрах хӑрушӑ вилӗм, Линч сучӗ текен вилӗм кӗтни ҫинчен юрлать.
А Джим, слегка покачиваясь, пел и пел о своей большой любви к простым людям, которых обижают и унижают богатые, о безрадостной жизни негров, о том, что они каждую минуту могут ждать смерти, страшной смерти, называемой судом Линча.
Людвига куллен кунхи пысӑкрах ыйтусене татас пулсан, яланах хӑйӗн упӑшкин сарлака ҫурӑмӗ хыҫне пытаннӑ.
За его широкие плечи она пряталась от необходимости разрешать самой какие-либо серьезные практические вопросы.
Вӑл манӑн хӗр вуниккӗре чухне унӑн портретне турӗ.
Он написал с нее портрет, когда ей было только 12 лет.
О, мӗнле усал япала вӑл, хӗрарӑм тени!
О, это коварное существо — женщина!
Анне ҫиленсех ҫитрӗ те ятлаҫма тытӑнчӗ: «Эсӗ мӗн кирлӗ мар ҫинчен ҫеҫ палкатӑн!» тет.
Так она чуть не поперхнулась, а потом давай ругать: «Что ты языком только напрасно треплешь!»
Манӑн йытӑсем те пур, икӗ пӑшал пур, тетелсем те, кобылка та, хурчка та — пурте пур, турра шӗкӗр.
У меня и собаки есть, и два ружья есть, и сети, и кобылка, и ястреб, — все есть, благодарю Бога.
Арӑмӗ чӗнмерӗ, ним калама аптраса упашки ҫине пӑхрӗ.
Но она не отвечала и тоже не сводила с него глаз, будто ждала, пока он все разъяснит сам.
Пурнӑҫ мӗнрен начар?
Чем будет не житье?
Шыв вӗретсе пар, пекӗ пур..
Вскипяти воду, положи туда ножик…
Ман анне, хӑвах курӑн, питӗ лайӑх та ӑслӑ хӗрарӑм, — вӑл Любовь Сергеевнӑна темиҫе ҫул хушши пӗлет ӗнтӗ, анчах ӑна ӑнланма пултараймасть, ӑнланасшӑн та мар.
Вот матушка, которая, ты увидишь, прекрасная и умная женщина, — она знает Любовь Сергеевну уже несколько лет и не может и не хочет понять ее.
Давид пекех, паян нумайӑшӗ ҫилле мӗнле тытса чармалли пирки лайӑх канашсем тупнӑ.
Подобно Давиду, сегодня многие обрели помощь в том, чтобы контролировать свой гнев.
Ультипе ларнӑ чухне ҫеҫ чунӗ канать ун.
Ничего не давит, не огорчает.
— Таратӑп эпӗ кунтан, туршӑн та таратӑп!
— Сбегу я отсюда, ей-богу, сбегу!
Алӑк патӗнче хӗрарӑмсем пухӑннӑ, куҫӗсене тутӑр вӗҫӗпе шӑлса, хыттӑн шӑнкарнӑ, шӑпӑрт пулнӑ ачасем вӗсем ҫумне лапчӑннӑ.
У порога толпились бабы, шумно сморкались, вытирая глаза концами платков, к ним робко жались присмиревшие ребятишки.
Пӗр ҫула яхӑн уҫӑ сывлӑшра пулмасӑр, хӗвел курмасӑр пурӑннӑ ҫын ӑна мӗн пултарнӑ таран йӑпатнӑ, вӑл пысӑк ӗҫе пуҫӗпех парӑннипе хӗршӗн пример пулса тӑнӑ.
Около года просидевший без солнца и воздуха, человек, этот, как мог, утешал её неуклюжим, грубоватым солдатским словом и сам служил ей примером преданности великому делу.
Чӗнессе те, арӑмне, калӑпӑр, Генка Гинки тесе чӗнмелле пек, ӑна апла чӗнмеҫҫӗ, упӑшкине тесен ҫынсем пурте Гинка Генки тесе чӗнеҫҫӗ.
и, вместо того чтобы называть ее по мужу — Гинка Генкова, люди его самого звали Генко Гинкин.
— Шшш, шуйттана каясшӗ!
— Тшшш, ну тебя к черту!
Кил-ҫурта ҫаратса пӗтернӗ, пӳлӗмсем пушах, кантӑксем ҫӗмӗрӗк.
Дом разграблен комнаты пусты, стекла выбиты.
Сашӑн чӗри сиксе тухас пек тапать, сывлӑш ҫавӑрма та йывӑр.
Сердце у Саши бьется, даже трудно становится дышать.
Ҫапах та вӗсем тӑрӑшсах авӑсаҫҫӗ.
Однако они усердно гребут.
Пророкӑн мухтавлӑ ячĕ ун патне ҫĕнĕ ҫынсене туртӑнтарнӑ.
Растущая популярность пророка привлекала к нему новых последователей.
Мӗнле ӑнланмалла ӑна? — ыйтрӗ Григорий, чиркӳ-славян чӗлхине начар тӗшмӗртекенскер.
Как понять? — спросил Григорий, плохо понимавший церковнославянский язык.
Вырӑнти хаҫатра вӗсен биографийӗсене пичетлесе кӑларчӗҫ.
Городская газетка напечатала их биографии.
Ирӗклӗхшӗн, рабочисемпе хресченсемшӗн кӗрешетпӗр, эпир партизансем, — кунашкал килсе тухас-мӗн пулсан калама вӗренсе хунӑ сӑмахсене шӑппӑн та ыйтуллӑн каларӗ Сима.
Мы воюем за свободу, за рабочих и крестьян, мы партизаны, — тихим, умоляющим голосом говорил нараспев Сима заученные фразы.
Саша Чижик ҫине мӑнаҫлӑн та йӗрӗнсе пӑхса илчӗ:
Саша смотрит на Чижика гордо и презрительно:
Ирхине Таня палатӑна пырса кӗчӗ те Сережа урайӗнче выртнине курчӗ.
Утром, войдя в палату, Таня увидела Сережку лежащим на полу.
Анчах та хӑрушӑ преступникпа ҫак йӗркесӗр тӗнче хушшинче пӗр пысӑк уйрӑмлӑх пур.
И все же есть одно очень важное отличие между осужденным на смерть преступником и этим нечестивым миром.
Ун хыҫне партизансем чул купаланӑ; кунта танксене перекен пӗртен-пӗр тупӑ та пулнӑ.
Позади нее партизаны возвели укрепление; здесь имелась даже единственная на всю крепость небольшая противотанковая пушка.
Эпир нимӗн калама та ӗлкӗреймерӗмӗр.
Мы не успели ответить.
Унсӑр пуҫне унӑн «чӗлхи - ҫӑварӗнче — ӑслӑ - тӑнлӑ сӑмах, чӗлхи вӗҫӗнче — йӑвашшӑн вӗрентни.
Она воздает ему добром, а не злом во все дни своей жизни».
«Верочка, эсӗ те пулӑш-ха пире».
«Верочка, помоги нам и ты».
Библие ҫурма сасӑпа вуланӑ чухне мӗн вулани лайӑхрах асра юлнине эсир асӑрханӑ пуль.
Скорее всего, вы тоже заметите, что, если негромко читать Библию вслух, прочитанное сильнее запечатлеется в вашем уме.
Тен тата, ку Филька ҫеҫ шкула кайма пуҫличчен юлашки хут пристань патӗнче кӑртӑш тытса юлма васкать.
А может быть, это и Филька торопится в последний раз перед школой половить у пристани ершей.
Санин вара вӑл Леонора Розелли ятлӑ пулни ҫинчен; упӑшки Джиованни Баттиста Розелли вилнӗ хыҫҫӑн вӑл упӑшкасӑр тӑрса юлни ҫинчен; ун упӑшки ҫирӗм пилӗк ҫул каялла Франкфуртра кондитер пулса ӗҫлеме тытӑнни ҫинчен пӗлчӗ.
Санин узнал от нее, что имя ее — Леонора Розелли; что она осталась вдовою после мужа своего, Джиованни Баттиста Розелли, который двадцать пять лет тому назад поселился во Франкфурте в качестве кондитера.
Вӗсем татах хӑратса хӑварчӗҫ.
И опять с угрозами:
Ватӑ маҫтӑр Кэргыль куҫлӑхӗ витӗр хӑй ҫине тинкерсе пӑхнине те асӑрхамасть вӑл.
Не замечал, как пристально наблюдает за ним сквозь очки старый мастер Кэргыль.
1953 ҫулта Д. Чосич «Тымарсем» ятлӑ хӑйӗн иккӗмӗш пысӑк романне ҫырса пӗтернӗ.
В 1953 году Д. Чосич закончил свой второй крупный роман под названием «Корни».
Эпӗ проектри кашни детале тӗплӗн тӗрӗслӗп, сӗнӳсем парса тӑрӑп.
Я буду консультировать, проверю каждую деталь в проекте.
Вӑл ҫырӑва тӗрлӗ йӑласене чысласа уҫрӗҫ, ҫырура мӗн ҫырнине императора куҫарса пачӗҫ.
Оно было вскрыто с большими церемониями и прочитано императору переводчиком.
Каҫ пӗтрӗ ӗнтӗ!
Да, ночь, считай, пропала!
Моисея хӑй пыракан пурнӑҫ ҫулне суйласа илме мӗн хавхалантарнӑ?
Что побудило Моисея выбрать тот путь жизни, которым он шел?
Тен, ҫитмӗ те, ӗҫе пуҫӑнни кӑлӑхах пулӗ вара…
Вдруг не хватит, тогда и начинать не стоит, наверное…
Рихтенау фрау турра та кӗлтунӑ, гестапона та чӗнсе пӑхнӑ.
Фрау Рихтенау обратилась к богу и гестапо.
— Чӑн та, — терӗ Гаррис, авӑрланӑ пӑшалне ярса тытса.
— И правда, — ответил Гаррис, хватая заряженное ружье.
Пурте килӗсенче тӗрмери пек питӗрӗнсе лараҫҫӗ, никама та курма ҫук.
Все теперь, как затворники, дома сидят, никого не увидишь.
Анчах пуринчен ытла ухмах тесе эпӗ хир чӑххине шутлатӑп.
Но всех дурашливей я считаю куропатку.
Тепӗр ӳкерчӗк ҫинче Минни Куртпа пӗрле сулхӑн садри площадка ҫинче тӑраҫҫӗ.
На другой фотографии та же Минни стояла с Куртом на теннисной площадке.
— Кондратьев каллех йӑл кулчӗ.
Кондратьев опять улыбнулся.
Хулана эпӗ пӗртте кайса курман, малашне пушшех кайса курас килмест: те хӗвел те ҫук-ха унта?!
Я ни разу не был в городе, а теперь ещё надо подумать, стоит ли вообще туда ездить: может, там и солнце не всходит?
Унӑн сассинче савӑнӑҫ вылявӗ илтӗнет.
И в голосе его слышалось торжество.
— Эпӗ аттене вӑл тӗлӗшрен тӗрӗс мар, тесе шутламастӑп; эпӗ вӑл ӑна качча илмеллех пулнӑ, тесе шутлатӑп.
— Я не с этой точки зрения почитаю отца неправым; я нахожу, что он должен бы жениться на ней.
Кӑлӑхах пӑшӑрханатӑр эсир.
Да вы зря не беспокойтесь.
Яковлев вӗсене аванах курать.
Яковлев их видит хорошо.
Иисус чӗрӗлсе тӑнине пула эпир мӗне ҫирӗп ӗненетпӗр?
В чем мы уверены благодаря воскресению Иисуса?
Тӑп-тӑр кӑнтӑрлах вӗт…
И ведь белым днем…
Анчах та акӑ, тӗслӗхрен, Ҫурҫӗр Америкӑри вӑрҫӑ е тата акӑ Италие хӑтарни, Наполеон чухнехине илес-тӗк — гверильяссем… унтан вара революци вӑхӑтӗнчи шуансем…
Но вот, например, североамериканская война или тоже вот освобождение Италии, а при Наполеоне — гверильясы… и еще шуаны во время революции…
Кашни алӑк ҫинче сысна ятне ҫырнӑ хӑма татӑкӗ ҫакӑнса тӑрать.
На каждой дверке дощечка с кличкой свиньи.
Казак сӑн-пичӗ самантрах тӗксӗмленчӗ, пичӗ ҫинчи кулли, ҫил шӑлса кайнӑ пек, таҫта ҫӗтрӗ.
Лицо казака сразу стало серьезным, улыбку — как ветер стряхнул.
— Мӗн ыйтатӑр-ха вара эсир манран? — ҫиленсе ыйтрӗ те Беридзе, хулӑн кӑранташӗпе сӗтеле шаккаса илчӗ.
— Чего же вы хотите от меня? — сердясь, спросил Беридзе и постучал толстым карандашом по столу.
Уй- хире полицайсем сыхланӑ - вӑл ӗнтӗ ун чух темле нимӗҫ улпучӗн хирӗ пулнӑ имӗш.
Поля охранялись полицаями — теперь они были собственностью какого-то важного немецкого помещика.
«кун пек пулсан, тӗрӗслеме те кирлӗ мар.
— Так, хоть бы даже и не пробовать.
Хула Шошма ҫинче, вӑл Нухрат Атӑла юхса кĕнĕ тĕлте, Кировран 294 ҫухрӑмра вырнаҫнӑ.
Город расположен на реке Шошме недалеко от места её впадения в Вятку, в 294 км от Кирова.
Вӑл, пӗтӗмпе тӑртанса, хӗремесленсе кайнӑскер, ури ҫине тӑчӗ.
Он поднялся, опухший, красный.
Ҫапла ĕнтĕ 1795 ҫулта Етĕрне уесĕнче 60,7 пин патшалӑх ҫĕр ĕҫтешĕ — 59,7 пин чӑваш, 971 вырӑс тата 15 пин поместье вырӑс ҫĕр ĕҫтешĕ шутланнӑ.
В результате в 1795 г. в Ядринском уезде насчитывалось 60,7 тыс. чел. государственных крестьян — 59,7 тыс. чувашей, 971 русских и 15 тыс. помещичьих русских крестьян.
— Мӗншӗн санӑн ман пек кая юлнӑ элементпа пурӑнмалла?
— А зачем тебе со мной, таким отсталым элементом, жить?
Вӑрманта, шалта, симӗс ҫутӑпа тӗттӗм черетленеҫҫӗ.
Зеленые свет и мрак чередовались в глубине леса.
Хамӑн атте ҫавӑн пек хаяр ҫилӗллӗ пулнине, унӑн пичӗ тӑрӑх куҫҫуль юхнине малтанхи хут курма мӗн тери хӑрушшине ӑнлантарса пама та пултараймастӑп эпӗ.
Я не мог объяснить, как страшно впервые увидеть своего отца в таком гневе и слезы на его лице.
Часах пӳлӗмрен патефон сасси илтӗнсе кайрӗ.
Оттуда послышался патефон.
— Вӑхӑчӗ ҫавнашкал!
— Время такое!
Анчах та хальхинче вӑл иккӗленсе тӑнӑ.
Однако эта война поначалу велась нерешительно.
Паян станицӑна кайма юрамасть, тесе каларӑм-ҫке ҫав ухмах Давыдова, ҫук вӗт, тӳсӗм ҫитмест унӑн, каймаллах имӗш.
Говорил же этому моему дуролому Давыдову, что не надо нынче рысковать и ехать в станицу, так нет, загорелось ему, вынь да положь, а поезжай.
Анчах унта аҫу килнине никама та ан шарла, — терӗ.
Да не говори там никому, что папа приехал.
Хӗвел ҫуттинчен аллипе хупланса, Федя ҫул ҫинелле пӑхрӗ.
Заслонив от солнца глаза, Федя смотрел на дорогу.
Ун пек хӗрарӑмсем, Ромашов, ахӑртнех, пур, анчах эпир сирӗнпе вӗсене нихӑҫан кураймӑпӑр.
Наверно, Ромашов, такие женщины есть, но мы с вами их никогда не увидим.
вӑл паҫӑр кунтаччĕ
он недавно был здесь
Пусӑран ылтӑн ҫӳҫлӗ патша хӗрӗ тухать.
И там нашли золотоволосую царевну.
Эпӗ килте марччӗ, Орела лавпа кайнӑччӗ.
Меня-то дома не было, я в Орел ездил.
Урисем ҫине тӑчӗ.
Встал на ноги.
Салма иккен, паҫӑр тӑкса янӑччӗ…
А-а, да это же салма, которую он сам и опрокинул…
Ридлер пӳрнисене шаклаттарса илчӗ.
— Ридлер звучно захрустел пальцами.
Гельман Полина Владимировна
Гельман Полина Владимировна.
— Тасалӑр ҫӑва тӗпне! — кӑшкӑрса тӑкрӗ Голубов алӑ сулса; унтан, Бунчук тӗлне ҫитсен, Канаш членӗсем еннелле ҫаврӑнса, урипе кӑрслаттарса тапрӗ:
— Идите к черту! — крикнул, отмахиваясь, Голубов и, уже поровнявшись с Бунчуком, повернулся к членам Круга, топнул ногой:
Владик вырӑнтан сиккелемесӗр, ун еннелле пуҫне те пӑрмасӑрах нимӗн те чӗнмесӗр тӑчӗ.
Не пошевельнувшись, не поворачивая даже к ней головы, Владик молчал.
Энски тени паллӑ мар тенине пӗлтерет.
Энский район — значит неизвестный район.
Эпир ирӗксӗрех вӗсен сӑмахне итлекенсем пулса тӑтӑмӑр.
Мы становимся невольными слушателями их беседы.
«Мӗн пулнӑ тетӗп ҫак, — терӗ вӑл, — халӗ те-ха вӑл ытарма ҫук аван.
«Что я говорю: была! она и теперь — прелесть.
Пичче кашни сехетрех компас ӑҫталла ҫул кӑтартса пынине, хронометр, монометр, термометр кӑтартакан цифрӑсене тӗплӗн ҫырса пычӗ: каярахпа вӑл кӑтартусене хӑй курса ҫӳрени ҫинчен ӑслӑлӑх журналӗ ҫинче пичетлесе тӗнчене пӗлтерчӗ.
Дядюшка записывал ежечасно показания компаса, хронометра, манометра и термометра, которые впоследствии он думал опубликовать в научных записках о своем путешествии.
2016 ҫул майӑн 193-мӗшӗ патшалӑх ООН членӗ пекех ӳкрӗ.
На данный момент в состав Организации Объединённых Наций входят 193 государства-члена и 2 государства-наблюдателя.
Мӗлке чӳрече патнерех ҫывхарчӗ.
И к окну приблизилась чья-то тень.
7. Шӑпах ҫав кунхине Миди ҫӗрӗнчи Екбатан хулинче Рагуил хӗрӗн Саррӑн та хӑй ашшӗн хӗрарӑм тарҫисенчен йывӑр сӑмах илтсе хурланмалла пулнӑ: 8. Сарра качча кайса ҫичӗ ара ҫитнӗ, анчах та усал сывлӑш Асмодей унӑн упӑшкисене арӑмӗпе хутшӑничченех вӗлерсе пынӑ.
7. В тот самый день случилось и Сарре, дочери Рагуиловой, в Екбатанах Мидийских терпеть укоризны от служанок отца своего 8. за то, что она была отдаваема семи мужьям, но Асмодей, злой дух, умерщвлял их прежде, нежели они были с нею, как с женою.
— Ну, пулчӗ, — терӗ Дзержинский, — икҫӗр листовка хатӗр.
— Ну-с, так, — сказал Дзержинский, — две сотни готовы, хватит.
Ҫапла вара, юлашки хут вӑрманта ҫӗр каҫма шут турӗҫ.
Итак, решено было в последний раз заночевать в лесу.
Самолетӑн хӑрах ҫунатне тайӑлтарса хӑяккӑн вӗҫетӗп.
Переложил самолёт в скольжение на крыло.
— Э-э!.. — терӗ Дзюба, айӑплӑ ҫын пек кулкаласа.
— А!.. — виновато улыбнулся Дзюба.
Аякран снарядсем шартлатса ҫурӑлни илтӗнет.
Издалека доносились глухие разрывы снарядов.
Ҫук, апла мар, эпӗ сирӗнпе, тейӗр…
Ну, то есть что я с вами…
Ҫавӑнпа Антон Прокофьевич вӗсене пӗр сӗрмекупӑспа та пӗр хӗр илсе улӑшу туса ячӗ, ҫийӗнчех 25 тенкӗ сӗтев илчӗ.
То Антон Прокофьевич их променял на скрыпку и дворовую девку, взявши придачи двадцатипятирублевую бумажку.
Пурте Игоре мухтама пуҫларӗҫ, вӑл кӗске вӑхӑтрах ҫакӑн чухлӗ пулӑ тытса килни ытлашшипех тӗлӗнтерчӗ.
Все хвалили Игоря, удивлялись, как он так быстро наловил такую пропасть рыбы.
— Хӑпарӑр, — сӗнчӗ Кэргыль.
— А вы полезайте, — предложил Кэргыль.
Спектакльсем лартса вĕсенчех хӑйсем те вылянӑ.
Супруги ставили спектакли и играли в них.
Анчах кӗпертен пӗр виҫҫӗр метр тӑварахра, Вазузӑн чӑнкӑ ҫыранӗ хӗрринче Бородин генерала шыраса тупсан, вӑл часах хӑй ахалех пӑшӑрханнине ӑнланса илчӗ: каҫнӑ ҫӗрте ӗҫ йӗркеллӗ ҫеҫ мар, лайӑхах та пырать пулмалла.
Но вскоре, отыскав генерала Бородина на обрывистом берегу Вазузы, он понял, что его тревога напрасна: на переправе дело шло не только нормально, но, видимо, даже хорошо.
[ вӗсене мӗн калас вара? ]» (Тух. 3: 15 — 18 ; 4: 1).
Что если они скажут: „ Не являлся тебе Иегова “?».
Ҫав арҫын манӑн документсене укҫасемпе пӗрле вӑрласа кайрӗҫ тесе калать.
Мужчина сказал, что документы у него были, но их украли вместе с деньгами.
Иртнӗ эрнере десантниксем партизансемпе чылай пысӑк ҫӗр лаптӑкӗ ҫинче активлӑн ӗҫлерӗҫ.
На прошлой неделе десантники с партизанами активно трудились на большом участке земли.
Гуэн та пионер пулнӑран час - часах вӗсемпе ырӑ хыпар сарма тата вӗсене пулӑшма пултарчӗ.
Так как Гуэн тоже была пионером, она могла часто проповедовать с ними.
— Гарик те пулчӗ-и унта? — ыйтрӗ Алёнка.
— И Гарик был? — спросила Аленка.
Мана Гетен Миньонӗ аса килчӗ, вӑл хӑйӗн нимӗҫле сисӗм-туйӑмӗпе шухӑшласа тунӑ тӗлӗнмелле хӗрӗн сӑнарӗ курӑннӑ пек туйӑнчӗ мана.
Я вообразил, что нашел Гетеву Миньону, это причудливое создание его немецкого воображения.
19. Унӑн кинӗ, Финеес арӑмӗ, халь-халь ҫуратасла йывӑр ҫын пулнӑ.
19. Невестка его, жена Финеесова, была беременна уже пред родами.
— Ан тив, Мадерӑра пултӑр.
— Пусть это будет в Мадере.
Эс килте чух, атя, вӑхӑта шеллер мар ӗнтӗ пӗрре?..
Хочешь, выберем время, когда ты будешь дома?..
Ҫынна тата хӑйне хисеплекен ҫын пӗр-пӗр ҫурта хырӑнмасӑр, ӳсӗр, ҫӑварта пирус тытса т. ыт. те пырса кӗмест.
Излишне говорить о том, что человек, уважающий хозяина и себя, не явится в дом во хмелю, небритым, с папиросой во рту и т. д.
Вӗсем мана хавхалансах хӑйсен вӗҫевӗсем ҫинчен каласа пачӗҫ.
И с большим жаром рассказывали мне о своих полетах.
— Кам кирлӗ вӗсене?
— Чего им надо?
Паллах, ҫакӑ граждан обществин аталанӑвне тата пӗтӗм республикӑна ҫӗнӗ вӑй кӳрӗ.
Все вышеназванные направления, несомненно, должны быть финансово обеспечены как по объемам, так и по срокам реализации.
Вӑл 1887 ҫулхи августӑн 28-мӗшӗнче Атӑлъялта, хресчен ҫемйинче ҫуралнӑ.
Он родился в крестьянской семье Адылъял 28 августа 1887 года.
Унран илтрӗм те акӑ, — пултараймастӑп…
Услышал вот от него и не могу…
Ганчо, пыр-ха, ман епитрахильпе требнике илсе кил.
Ганчо, ступай принеси мне епитрахиль и требник.
— Валет пулчӗ-и ку? — ыйтрӗ ун хыҫӗнче утса пыракан Шамиль Прохорӗ.
— Ить это Валет? — спросил его шагавший позади Прохор Шамиль.
— Эх, намӑссӑр!
— Ах ты, бесстыжая!
Ҫак ӗнтӗ, паллах, халӑх япӑхланса пынине кӑтартать.
признак, что народ вырождается.
Малахия пророк малтанах каласа хунӑ: «Вӑл [ Иегова ] кӗмӗл шӑратса тасатма ларӗ, Левий ывӑлӗсене, Турра тӗрӗс парне кӳрсе тӑччӑр тесе, ылтӑнпа кӗмӗле шӑратса тасатнӑ пек шӑратса тасатӗ» (Мал. 3: 3).
Пророк Малахия предсказал: «Он [ Иегова ] сядет как плавильщик и как очищающий серебро и очистит сыновей Левия, очистит их, как золото и как серебро, и они станут для Иеговы народом, приносящим дарственное приношение в праведности».
Шалти контента кура вара литературӑн ҫакӑн пек речĕсене палӑртаҫҫĕ: эпос, лирика, драма.
Чаще всего под литературой понимают художественную литературу, то есть литературу как вид искусства.
Ара, — ҫӗкленӳллӗн кӑшкӑрчӗ вӑл, — ҫав тӗлӗнтермӗш пирки пуҫ ватма кирлех-ши?
— Право, — с одушевлением воскликнул он, — стоит ли думать о чудаке?
Пурне те, пӗр ҫын юлмичченех асаплантарӑр!
Он не стоял на ногах.
Юлашки тырра леҫеттӗмӗр…
Последнее зерно везли…
Мартини хӑйӗн мӑйӑхне турткаласа илчӗ, Галли ним вӑтанмасӑр кулса ячӗ.
Мартини дергал себя за усы, а Галли не стесняясь смеялся.
Чӑнах, илемлӗ хушка пуҫлӑ, кӑвар пек хӗрлӗ вӑкӑрсем иккен, бричка ҫинче Ирина ларать, кӑвак тутӑр ҫыхнӑскер, вӑл халӗ ӗлӗкхи пек хурах пулман.
Да, это были те же огненно-красные быки с красивыми лысинами во весь лоб, а на бричке сидела Ирина, и лицо ее, обрамленное серой шалью, не казалось таким смуглым, как раньше.
Тӑрантасӑн хура лакпа сӑрланӑ, анчах та халь тусанпа витӗнсе сӑрӑ тӗслӗ пулса кайнӑ ҫунаттисем пӗр вӗҫӗмсӗр шакӑртатса пыраҫҫӗ.
Чёрные лакированные крылья тарантаса, ставшие матовыми от пыли, беспрерывно дребезжали.
Вӗсем ҫинчен аван мар сӑмах ҫӳрет: вӗсен каҫсерен хӑйсем патне хӗрсене сӗтӗрсе кӗртеҫҫӗ, тет, иккен те, — ҫавӑн пек темиҫе хӗр пачах ҫухалнӑ, тет.
Про них рассказывали дурное, будто по ночам они затаскивают к себе девчонок и будто несколько девчонок так пропало.
Хамӑрӑннисем ялта!..
Наши в деревне!..
Вӗсен халь пӗр-пӗрин хушшинче темӗн уйӑрмалли ҫук, мӗн пулни — иртнӗ.
Теперь им меж собой делить нечего, а что было — то прошло.
Суранӗ суран пек пулсан татахчӗ хӑть, ак ку, мӗн-иҫ — лӗпӗр-лепӗр кӑна!
Хоть бы рана сурьезная была, а то так, ерунда!
«Ав мӗнлескер! — директорша ҫинчен шухӑшларӗ Чижик, — каллех тем ҫырса хучӗ ӗнтӗ, кайран Леночкӑна вӑрҫать вара!»
«У, какая! — думала она про директоршу, — опять что-то записала, а потом ругать Лену будет!»
— Майор юлташ, — тенӗ вӗсенчен пӗри, — тен, чӑнах та, тӗрӗс пулӗ!
— Товарищ майор, — сказал один из них, — может, это действительно верно!
— Семен Иванович калама ячӗ, — хӑй Варихӑна каятӑп терӗ…
— Семен Иванович прислал сказать, что он на Вариху…
Ырӑ хыпар сарас ӗҫре мӗнле улшӑну пулнӑ?
Какое изменение коснулось дела проповеди?
Ах, ҫак хӑрушӑ сӑна эпӗ нихҫан та манас ҫук!
О, никогда не забуду я этого страшного взгляда!
Ун умӗнче Шиллер ларать, «Вильгельм Тель» тата «Вӑтӑр ҫула пынӑ вӑрҫӑ историйӗ» кӗнекесене ҫыракан Шиллер мар, Мещански урамра пурӑнакан тимӗр ӑстаҫи, паллӑ Шиллер.
Перед ним сидел Шиллер — не тот Шиллер, который написал «Вильгельма Телля» и «Историю Тридцатилетней войны», но известный Шиллер, жестяных дел мастер в Мещанской улице.
Пуху туса каларӗҫ-и?
— Не насмехайся! — сердито бросила Фекла и ушла в летнюю кухню.
— Мӗн кӑна курӑнмӗ сана!
— Мало чего тебе показалось!
— Неттие тухма ирӗк парсамӑр!
— Отошлите Нетти!