alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
— Лампа ҫут, Гайнан, — хушрӗ вӑл тиншӗкне.
— Зажги лампу, Гайнан, — приказал он денщику.
— Мӗнле пултӑр-ха тата! — терӗ Вера Павловна.
— Еще бы! — сказала Вера Павловна.
Флотӑмӑр интересленет вӗт, тиесе килет…
Флот-то заинтересован, подвезет…
— Теприсен выртса-тӑма вырӑнӗ те ҫук!
— А у иного и пристанища нет!
Лось йывӑррӑн пӑшӑлтатрӗ:
Лось тяжело проговорил:
Библире мӗн калани ҫинчен шухӑшланисӗр пуҫне эпир ытти япаласем ҫинчен те шухӑшлама пултаратпӑр.
Конечно, когда мы читаем Библию, очень важно задействовать разум. Однако мы можем размышлять не только над Словом Бога.
Эх, ун чух Лу-бань те, Мо-ди те ҫуралманччӗ-ха!
Но увы! Тогда еще не появились на свет ни Лу Бань, ни Мо Ди.
Шухӑшласса та нимӗҫлех шухӑшлӑр…
Думайте тоже по-немецки…
Тимурӑн ҫĕнтерӳллĕ ҫарĕ юханшывӑн ҫак енчи тĕле ҫитнĕ те Дешт ҫине кайнӑ пĕрремĕш харҫинчи пекех (тĕрĕсрех Ылтӑн Урта ҫине 1391 ҫулта — В. Д.) юханшывӑн тепĕр енчен ҫитсе пĕтĕмпех ҫаратнӑ.
Победоносное войско [Тимура] в этой стороне реки дошло до того же места, до которого оно в первом походе на Дешт (то есть Золотую Орду в 1391 г. — В. Д.) добралось с той стороны реки и ограбило [все это].
Акӑ Алеша кӑшкӑрса ярать:
Но вот Алеша крикнул:
Ун чухнехи саманара ҫӗр айӗнче пытанса тӑракан ҫав япаласене ҫывӑхарах сӑнаса пӗлме тӑрӑшнине «вилӗмлӗ этем турӑсем пурӑнакан ҫӗре пӗлме хӑтланса ҫылӑха кӗни» пулать тесе шутланӑ пулсан, чи хӑюллӑрах ученӑйсене ҫапах та нимӗн те чарса тӑрайман.
Хотя в те древние времена всякая попытка исследовать ближе эти таинственные явления была бы безрассудной дерзостью, «греховным проникновением смертного в тайны и пределы богов», но это не могло остановить наиболее передовых ученых.
Ҫакӑн пек вӑхӑтсенче Дульник ҫапла калатчӗ: «Тӑрансан лайӑх — кӑмӑл хӑюллӑ».
В таких случаях Дульник обычно говорил: «Самочувствие хорошее, настроение бодрое».
Эпир ҫул тӑршшӗпех йӗнер ҫинче ларса килнӗ, — терӗ бурка тӑхӑннӑ ҫын.
Мы всю дорогу в седлах сидели, — ответил тот, что был в бурке.
— Эсир хӑвӑр… — пуҫларӗ Димен.
— Вы сами… — начал Димен.
Мерзлякова, участок начальникне.
Мерзлякова, начальника участка.
Нимӗҫ, шӑннӑ пек, хулпуҫҫине сиктеркелерӗ.
Немец зябко ворохнул плечами.
Сулахай хӑлха лап хупланса ларать, хул тӑрӑх юн птӑртатса тумлать, юхать.
В глазах Ухтивана потемнело, сердце будто остановилось.
Воропаевӑн ирӗксӗрех чарӑнса тӑмалла пулчӗ, канма тиврӗ, анчах ӑшри темле вӑйлӑ туйӑм ӑна ним кӗтсе тӑмасӑрах, халех атакӑлама хушрӗ.
Воропаев должен был невольно остановиться, передохнуть, но что-то, та глубочайшая интуиция, то тончайшее чувство, которое мы иной раз зовем подсознательным, повелительно подсказало: не ждать, атаковать не медля.
Манӑн хӑлхана персе лектермерӗ пулӗ те?
Неужели мне отстрелили ухо?
Хӗрхенӳ мӗн иккенне ӑнлантарса парӑр.
Объясните, что такое сострадание.
«Чӗнеҫҫӗ, чӗнеҫҫӗ… Тӗрӗс каларӑн эсӗ: патшалӑх ӗҫӗсем…» — куҫӗсемпе хуравлать ӑна Анна Николаевна.
«Ведут, ведут… И ты правильно определил: именно государственной», — отвечает ему тоже глазами Анна Николаевна.
Летчик тепӗр енне ҫаврӑнса выртрӗ те нимӗн те чӗнмерӗ.
Тот отвернулся и ничего не ответил.
Ӑҫта каяс тенӗ — ҫавӑнта каятӑп, мӗн ӗҫлес килет, ҫавна ӗҫлетӗп».
— Не стал, выходит, ты вором? — напомнил он старику его слова.
Хӑш-пӗр учёнӑйсем вӑл XIII ӗмӗртех йӗркеленнӗ тесе ҫирӗплетеҫҫӗ.
Некоторые учёные утверждают, что он основан раньше — еще в XIII веке.
Романӑн тӗп идейи — хресченсем политикӑллӑ ӗҫ тума хускалнине, коммунистсен партийӗ тӗттӗм те мӗскӗн ҫынсене обществӑна тепӗр майлӑ ҫавӑрса хума пултаракан хӑюллӑ, ӗҫе ӑнланса тӑвакан, ӑнланса кӗрешекен ҫынсем пулма вӗрентнине, вӗсене воспитани панине тӗрӗс кӑтартса пани.
Центральная идея романа — пробуждение крестьянства к политической деятельности и воспитание компартией из темных забитых людей смелых, сознательных борцов за коренное переустройство общества —
Ҫӗнӗ ҫынсем тата халиччен паллах пулман япаласем ҫинчен каласа пани
Новые лица и развязка
Хыҫран хӳресем сӗтӗрсе пымалла ан пултӑр.
И чтобы хвоста за собой не иметь.
16. Ҫавӑнпа ӗнтӗ тархаслатӑп сире: эпӗ Христос евӗрлӗ пулма тӑрӑшнӑ пек, эсир те ман пек пулма тӑрӑшӑр.
16. Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.
Вӗсем шӑпах пулчӗҫ.
Они умолкли.
Вӑл педсоветра тӑнне ҫухатни, Марья Васильевна вилни ӑна пӗтӗмпех тӳрре кӑларчӗҫ темелле.
как будто этот обморок, когда ему стало дурно на педсовете, а потом смерть Марьи Васильевны совершенно оправдали его.
Темиҫе ҫул каялла вӑл вырӑна сарлакалатрӗҫ, хула еннелле каякан чарӑнӑва куҫарчӗҫ…
Несколько лет назад ее место расширили, остановку в сторону города перенесли...
Ҫакнашкал мӑшкӑла, хӑш-пӗр чухне хӑйне ҫапнине те Валетка тӗлӗнмелле чӑтӑмлӑн тӳссе ирттерет.
Но все эта насмешки и даже удары Валетка переносил с удивительным хладнокровием.
— Эпӗ хам асапланатӑп ҫакӑнпа; эпӗ хам валли хамах виле шӑтӑкӗ алтнине тата хуйхӑрса макӑрнине эсӗ паян та пулин хӑть курсан е илтсен, мана ҫаплах ӳпкелемен пулӑттӑн.
— Я сам мучусь этим; и если б ты посмотрел и послушал меня вот хоть бы сегодня, как я сам копаю себе могилу и оплакиваю себя, у тебя бы упрек не сошел с языка.
1. Виҫҫӗмӗш кунне Эсфирь, [кӗлтума пӑрахса, хуйхӑ тумне хывса,] патша тумне тӑхӑннӑ, [вара капӑр та селӗмскер, Пурне те Курса Тӑракан Турра, Ҫӑлакана чӗнсе, хӑйпе пӗрле икӗ хӗрарӑм тарҫине илнӗ, ачашлӑхпа лӑпсӑр кайнӑ пек туса, пӗрин ҫине тайӑннӑ, тепӗр тарҫи вара хыҫалтан унӑн тумӗ аркине тытса пынӑ.
1. На третий день Есфирь [перестав молиться, сняла одежды сетования и] оделась по-царски, [и сделавшись великолепною, призывая всевидца Бога и Спасителя, взяла двух служанок, и на одну опиралась, как бы предавшись неге, а другая следовала за нею, поддерживая одеяние ее.
Пурнӑҫра курманни-пӗлменни юлман пулать унӑн.
Он-де все уж испытал в этой жизни.
Ҫыхӑнусӑр аса илӳсен уйрӑм татӑкӗсем Аксинья сӑнне тӗксӗмлетсе ячӗҫ.
Отдельные куски несвязных воспоминаний затемняли образ Аксиньи.
Эпӗ, ҫав тери усал сӑмах калас мар тесе, пӗр самантлӑха чарӑнса тӑтӑм.
Я остановился на секунду, почувствовав, что сейчас скажу страшную грубость.
Хӑваласах ан ярӑр-ха ҫав ӗнтӗ.
Не прогоните.
Хӗҫсен сиввӗн курӑнакан ҫивӗч енӗсем ялтӑртатса ҫиҫрӗҫ.
— Мама-а-а!..
Ҫав турчинсен паша пулнӑ, вӑл хӑй кӑна вунӑ янычарпа пӗрле тухса пӗр полка пӗтӗмпех тураса тӑкма пултарнӑ.
А у турчина был паша такой, что сам с десятью янычарами мог порубить целый полк.
Вӑл бинокльне хучӗ, ӗнтӗ ахаль куҫпах юланутлӑ казаксем Климовка ҫулӗ патнелле ҫӗмрен пек ҫиҫкӗнсе ҫывхарнине, хӑраса ӳкнӗ хӗрлӗармеецсем каялла ҫаврӑнса, ушкӑнпа е пӗчченшерӗн Архиповка хуторӗнчи килсем еннелле чупса кайнине курчӗ.
Он бросил бинокль и смотрел уже невооруженным глазом на то, как стремительно приближается лава к Климовской дороге, как в замешательстве поворачивают обратно и бегут к архиповским дворам кучками и в одиночку красноармейцы.
Вӑл тата ҫакна калама хушрӗ: эпӗ шанса тӑратӑп, пирӗн юратӑвӑн вӑхӑчӗ малта…»
Она сказала: передай ему, что я верю — время нашей любви впереди…»
Вырӑс сӑнлӑскер хӑй, кӑвак куҫӗсем ҫамрӑкла ҫиҫеҫҫӗ.
На открытом русском лице молодо поблескивали голубые глаза.
Мӗн туса ҫылӑха кӗрсе пӗтме пултарнӑ эсӗ?
— Да грехи-то… кто их сочтет? Есть грехи-то.
Пур тӗнре те ҫыннӑн ӑшӗнче темскер, вилӗмсӗрскер, пур тесе вӗрентеҫҫӗ.
Во всех религиях учат, что внутри человека есть нечто бессмертное.
— Эпӗ кӗретӗп, — терӗ те Ерофей Кузьмич, сулланкаласа пӳрте кӗчӗ.
— Я пойду, — ответил Ерофей Кузьмич и, шатаясь, ушел в дом.
Мариам каларӑшле, ҫынсем чӑнах та кунта ҫеҫ мар.
Да, не только здесь, как говорила Мариам.
Степан Бояркин хӑйӗн отрячӗ паян кунтан пуҫласа районти партизан отрядне кӗрекен часть пулни ҫинчен калакан приказ вуласа пачӗ.
Степан Бояркин зачитал приказ о том, что отныне его отряд является составной частью районного партизанского отряда.
Зина хулпуҫҫийӗсене мӑнкӑмӑллӑн сиктеркелесе илчӗ.
И с вызывающим высокомерием Зина повела плечами.
Саня пире ҫак музее (унпа Энск ҫыннисем те мухтанаҫҫӗ) кӑтартма пулнӑччӗ.
Саня хотела показать нам этот музей, которым в Энске очень гордились.
Ун умӗнче анне пачах улшӑнатчӗ, кулатчӗ, ун пекех пӗр чарӑнмасӑр калаҫма пуҫлатчӗ.
При нем она становилась совсем другая, смеялась и даже начинала так же длинно говорить, как и он.
Юрӗ-ҫке,  ӗнтӗ,  ан ҫилен,  килӗшер.
Ну, не сердись; помиримся.
Вӑл ҫӗтӗк-ҫурӑк кивӗ кӗпе тӑхӑннӑ.
Платье на ней было старое, заплатанное.
Вун - вун ҫул иртсен пӑхӑр спиральсем, каярахпа вара гормонлӑ спиральсем кӑларма пуҫланӑ.
Через несколько десятилетий на рынке появились медьсодержащие ВМС, а еще несколько лет спустя — гормоносодержащие.
Анчах та ҫав таблеткӑсемпе диета кӗтнӗ пек усӑ паман, вара тӑвансем нумайӑшӗ питӗ кӳреннӗ.
Другие же не стали этого делать.
Халӑхӗ 571 026 ҫын (2018).
Население составляет 571 026 человек (2018).
Тигр аяккалла сиксе ӳкнӗ, хутлана-хутлана ҫӗмрене шӑлӗпе туртса кӑларма хӑтланнӑ, анчах пӑр ҫинче урисем шӑва-шӑва кайнипе ниепле те кӑларайман.
Тигр сделал громадный прыжок, и, изогнувшись, старался зубами вытащить стрелу, но лапы его все время скользили по льду.
Кайӑр та часах таврӑнӑр.
Идите и возвращайтесь скорее.
«Пулса тӑтӑмӑр»…
«Стали»…
Президент, сахӑр катӑкӗсене илсе, пӗр самант аллинче тытса ларнӑ хыҫҫӑн Алёнкӑна каялла пачӗ.
Президент взял сахар, подержал на ладони и отдал Аленке.
— Пулӑшӑр-ха…
— Помогите-ка…
…Берлин патӗнче ҫапӑҫнӑ чухне эпӗ гварди капитанӗпе Титаренкопа хула ҫине «сунара» вӗҫсе хӑпартӑм.
…Во время боев над Берлином я вылетел в паре с гвардии капитаном Титаренко на «охоту» в район города.
Фицхалауров генералӑн полкӗсем васкасах Талпа Богучар еннелле чакаҫҫӗ.
На Талы и Богучар спешно отступали полки генерала Фицхелаурова.
Артамонова сасартӑк кичемлӗх пусса илчӗ, ун умӗнче темле пӳлӗм алӑкӗ уҫӑлнӑ пек, ҫав пӳлӗмре пур япаласем те палланӑ, ҫав тери йӑлӑхтарса ҫитернӗ, ҫавӑнпа та пӳлӗм пушӑ пулнӑ пек курӑннӑн туйӑнчӗ.
Артамонова вдруг обняла скука, как будто пред ним широко открыли дверь в комнату, где всё знакомо и так надоело, что комната кажется пустой.
Ҫак хавхалануллӑ сӑмахсемпе левитсем Туррӑн авалхи халӑхне кӗлӗ тума пӗрле пуҫтарнӑ.
Услышав эти воодушевляющие слова левитов, народ Бога собрался для совместной молитвы.
— Командир юлташ! — тесе кӑшкӑрчӗ Косицын.
— Товарищ командир! — крикнул Косицын.
Куҫсем пире илемлӗхпе киленме, тӗлӗнмелле пултарнӑ япаласене хаклама, Турӑ пурри ҫинчен тата унӑн чапӗ пысӑк пулни ҫинчен ҫирӗплетӳсем илме май параҫҫӗ (Пс.
Оно дает нам возможность воспринимать красоту, ценить чудеса творения, получать доказательства существования и величия Бога.
— Андрей Федорович, — терӗ Сергей, — мӗншӗн хурлӑхлӑ эсӗ?
— Андрей Федорович, — сказал Сергей, — отчего такой мрачный?
Никампа та нимле ҫыхӑну тытманнипе Ибн-Хамис караванӗ Казондене ҫитни ҫинчен Уэлдон миссиса никам та каласа памарӗ.
Когда караван Ибн-Хамиса прибыл в Казонде, миссис Уэлдон, не имея никакой связи с внешним миром, ничего об этом не знала.
Хӑюллӑ Ҫерҫие мухтав!
Слава смелому Воробью!
— Ҫӗрле — япӑхрах, урамра ҫынсем сахалтарах, анчах сыхласса хытӑрах сыхлаҫҫӗ, вӑл — питех маттур ҫын мар…
— Ночью хуже — людей меньше на улицах, следят больше, а он не очень ловкий…
Хӗрлӗ пӗсехеллӗ уйӑпсем ушкӑнӑн-ушкӑнӑн пӗр турат ҫинчен тепӗр турат ҫине вӗҫе-вӗҫе лараҫҫӗ.
Красные снегири беспечными стайками перелётывали с ветки на ветку.
Калаҫу кухньӑра сӗтел хушшинче, эрех кӗленчи умӗнче, тӑсӑлчӗ.
Разговор шел уже за столом в кухне перед бутылкой.
Нюра каркаласа саплама вӗрентрӗ, Власьевна — саплӑк лартма.
Нюра всех учила штопать, а Власьевна научила латать.
Мӗншӗн сахалли тӗлӗшӗнчен те, нумаййи тӗлӗшӗнчен те Турра шанчӑклӑ тӑрса юлни питӗ кирлӗ?
Почему важно быть верными Богу и в малом, и во многом?
Часах шӑллӗсемпе йӑмӑкӗсем те урама тухаҫҫӗ, вӗсем таврашӗнче пухӑнса хытӑ шавласа выляма тытӑнаҫҫӗ.
Его братья и сестры тоже вышли на улицу и вместе с другими ребятами затеяли шумную игру.
— Бяла Черкваран…
— Из Бяла-Черквы…
Анчах-тӗлӗнмелле! — ҫав сӑмахсем хыҫӗнче мана хуйхӑпа намӑс пур пек туйӑнатчӗ.
Но — странно! — за всем этим я слышал — мне чудилось — печаль и стыд.
– Сана тутӑр лексен вара эп кӳренме пултарнӑ пулӑттӑм.
– Вот и разговариваешь.
Эпир хамӑр та, ҫав самана ывӑлӗсем, историри йышлӑ тӗслӗхсене пула, халь урӑлса ҫитнӗ ҫынсем, ҫавӑн чух хамӑр халӑх ӑҫтан-ха ҫав хаяр та вӑйлӑ империпе ҫапӑҫма хӑюлӑх ҫитерме пултарнинчен, мӗнле хӑватпа хӗтӗрӗнсе ҫӗкленнинчен тӗлӗнетпӗр.
Мы сами, сыны этой эпохи, но уже отрезвевшие благодаря многим историческим примерам, поражаемся и недоуменно спрашиваем себя, что же это было за умственное опьянение, что за божественное безумие, если народ готовился к борьбе с грозной империей, еще обладавшей крупными вооруженными силами?
Сайте хӑй упӑшки урлӑ ҫӑкӑр касса кӗчӗ, унтан, ҫатмапа шыв лартса, кӑмака анинче вут чӗртсе ячӗ.
Сайде, невзирая на запрет мужа, отрезала ломоть хлеба, затем налила воды в сковороду и развела очаг.
Чыс пӑшалĕ — СССР патшалӑх гербĕ ӳкернĕ ятлӑ шашкӑ (22.02.1968)
Маршал Советского Союза — 18.01.1943.
Хушма пӗлмелле!
Надо уметь заставить!
Тавах, кирлĕ мар.
Нет, спасибо
— Пичче, эсир начальник-и?
– Дяденька, вы начальник?
Эх, якатма пӗр-пӗр япала пулсанччӗ!
Эх, катка нужна какой-нибудь!
Дамба ҫине персе тӑма кирлӗ мар».
Дамбу не обстреливайте».
Ашшӗ пекех вӑл кашни ватӑ старикпе карчӑк хӑйне тивӗҫлӗ пайне тӗрӗс илтӗр тесе пӑхса тӑнӑ, хӑй валли вара мӗн кирлӗ таран кӑна, хӑварнӑ.
Подобно отцу своему, он следил за тем, чтобы последний старик и старуха получили равную со всеми долю; себе же он оставлял ровно столько, чтобы удовлетворить свои потребности.
Хӗрес варрине вӑрман чечекӗсен типӗ кӑшӑлӗ капӑрлатнӑ.
Высохший венок лесных цветов украшал его середину.
«Юри-ши е хӑнӑхнӑ йӑлапа-ши?»
«Нарочно или по привычке?»
Ассири патшисем: Ашшур-надин-аххе II, Эриба-Адад I, Ашшур-убаллит I, Эллиль-нирари, Арик-ден-или, Адад-нирари I.
Цари Ассирии Ашшур-надин-аххе II, Эриба-Адад I, Ашшур-убаллит I, Эллиль-нирари, Арик-ден-или, Адад-нирари I.
Иккӗмӗш фант Зинаидӑна тухрӗ.
Второй фант вышел Зинаидин.
Ҫынсем — тискер кайӑксем мар, вӗсем пӗтӗмпех ӑнланӗҫ.
Люди не звери, они все поймут.
Фланер сӑн-сӑпачӗллӗ.
— Наружность фланера.
Сунарҫӑ вара хӑй кӑна туртса ячӗ, аллине ҫеҫ Таня хулпуҫҫийӗ ҫине хучӗ.
И охотник закурил сам, положив руку на плечо Тане.
Пирӗн чӗлхе - ҫӑварӑн Иеговӑн сӑваплӑ ячӗ ҫинчен пӗлтерсе тӑмалла.
Наши уста должны возвещать о святом имени Иеговы.
Трубасем турттаракан машинӑсем пирӗн вуниккӗ, кашни машини…
Трубовозов у нас дюжина, каждая грузит…
Ман шутпа, малтанах апат ҫисен, авантарах пулассӑн туйӑнать, — терӗ вӑл.
По-моему, неплохо было бы раньше покушать.
Ҫӗрле Клавдия Михайловна унӑн ӳчӗ ӑшне морфий янӑ.
Ночью Клавдия Михайловна впрыскивала ему морфий.
Ӑнлантарса пар пире ху мӗншӗн ун пек хӑтланнине.
Дай же нам понять то, что ты сделал.
— Ман ҫине кӑшкӑрма кирлӗ мар, эп сирӗн кӗпене юрӑхсӑра кӑларман.
— Кричать на меня нечего, белье ваше я не загубил.
— Заводра усӑллӑ ӗҫлеттӗмӗр.
— На заводе с пользой работали.
— Коля Одинцов ҫапӑсем хушшинчен вӑрӑм патак туртса кӑларчӗ те шыв тарӑнӑшне виҫме пуҫларӗ.
Коля Одинцов вытащил из хвороста длинную палку, наклонился и стал мерить глубину.
Вӑл ывӑлӗшӗн хӑраса шикленнӗ, мӗншӗн тесен Ленька пит хӗрсе каять.
Она тревожилась за сына: горяч больно Ленька, как порох.
Ҫак татӑклӑ ҫапӑҫусем вӑхӑтӗнче Антанта, Деникина пулӑшас тесе, Петрограда тапӑнма Юденич корпусне кӑларса ячӗ.
В эти дни решающих сражений Антанта, чтобы помочь Деникину, бросила на Петроград корпус Юденича.
Юкатанӑн Теотиуакан хулинчи халӑх йышĕ 200 000 пин ҫына ҫитнĕ.
Население города Теотиуакан на Юкатане достигло 200 000 человек.
Шарль Бодлер — Эжен Делакруа пурнӑҫĕпе пултарулӑхĕ
Шарль Бодлер — Творчество и жизнь Эжена Делакруа
Николай Сергеевич Арцибашев «О тмуторокани.
Арцыбышев Н.С. О тмуторокани.
Чин енӗпе офицерах мар та эпӗ, ҫапах та аслӑ уретник-ҫке.
Я — чин хоть и не офицерский, а все же старшего урядника имею.
19. Вара тыткӑнран таврӑннисем пӗрремӗш уйӑхӑн вунтӑваттӑмӗш кунӗнче Пасха уявне ирттернӗ, 20. мӗншӗн тесессӗн священниксем, левитсем тасалнӑ ӗнтӗ — вӗсем пурте, пӗр ҫын пек, таса пулнӑ; вара левитсем тыткӑнран таврӑннисем валли пурин валли те, хӑйсен священник-тӑванӗсем валли тата хӑйсем валли пасха путекӗсем пуснӑ.
19. И совершили возвратившиеся из плена пасху в четырнадцатый день первого месяца, 20. потому что очистились священники и левиты, - все они, как один, были чисты; и закололи агнцев пасхальных для всех, возвратившихся из плена, для братьев своих священников и для себя.
Ворожнев кӗҫех ҫитсе те тӑчӗ — кичем хӑй, хырӑнман.
Ворожнев явился тут же, хмурый, небритый.
Анчах вӑл савӑнӑҫлӑ чӗрӗ чунне туртса кӑларнӑ хулан вилӗ, таптаса лартнӑ урамӗсем тӑрӑх утнӑҫемӗн утрӗ.
Но он все шел да шел по мертвым, распятым улицам города, из которого вырвали веселую живую душу.
— Тӑма вӑхӑт, хӗрӗм!
— Внучка! Пора вставать!
Ӗнер ун ҫинчен мӗншӗн каламарӑр?
А какого же черта молчали вчера?
— Ой, Гриша, епле ҫыпӑҫатӑн эсӗ! — кулса каларӗ Шацкий, сӑра сутакан ҫине хӑйшӗн хута кӗресле пӑхса илсе.
— Ой, Гриша, какой же ты настырный! — Шацкий посмотрел на продавщицу, как бы ища поддержки.
Вай юйамасть, сан вай ӗней ыйатнӑ.
Опять живот, так не интейесно, он у тебя вчейа болел.
Вӑл унта шӑналӑксем карса тунӑ балаган курчӗ.
Он увидел полотняный балаган.
Малая энциклопедия календаря с заметками на полях газет.
Пролептическим называется календарь, используемый для обозначения дат, более ранних, чем дата введения самого́ календаря.
йывӑҫ тӑррисем чашкараҫҫĕ
вершины деревьев шумят
тутӑра кĕтеслесе ҫых
повязать платок углом
Ӗҫӗ питӗ ҫӑмӑл пулнӑ: Джоннин кӗленче пӑкӑсене кӗленче савӑт ҫӑварне тӑхӑнтартса тӑмалла пулнӑ.
Ничего сложного тут тоже не было: привязывать стеклянные пробки к маленьким бутылочкам.
Чӑлан стенисем тӑрӑх сентресем пур, унтан типӗтнӗ какай шӑрши, ытти апат-ҫимӗҫ шӑрши кӗрет.
А по стенкам чулана были полки, оттуда доносились замечательные вкусные запахи, пахло и копчёным, и сушёным, и жареным, и ещё чем-то очень сладким.
Пурте мӗскӗн Иван еннелле ҫаврӑнса пӑхрӗҫ.
Все с любопытством уставились на бедного Ивана.
Завод патне ҫывхарнӑҫемӗн ҫеҫ ушкӑн-ушкӑн тӑракансем йышлӑнрах курӑна пуҫларӗҫ, вӗсем саланасса та хӑвӑртах саланмаҫҫӗ.
Только ближе к заводу эти кучки становились все гуще и рассеивались уже не так быстро.
Кӑркӑссен «Слово, оставленное предками» документ фильмне те куҫаруҫӑсӑрах ӑша хывма пулать.
Каргизский документальный фильм «Слово, оставленное предками» тоже можно понять без перевода.
Ҫыру ҫырни те ҫитӗ!
Хватит записки!
Ҫынна акӑ мӗн пӗтерсе хураять.
Вот что может погубить человека.
Эсир мана юратмастӑр пулсан, ҫав йывӑҫ кӗлетке сирӗншӗн манран хаклӑрах пулсан, полковник патне кайӑр та: эсир сӗнекен судпа килӗшетӗп, тесе калӑр.
Если же вы недостаточно любите меня для этого, если ваша вера вам дороже, чем я, то ступайте к полковнику и скажите ему, что вы согласны.
Анчах хальхинче унпа пӗрле тата тепӗр педолог пынӑ.
Но на этот раз ее сопровождал еще один педолог.
черет пĕр ĕретлĕ тӑрать
очередь стоит в один ряд
Тӗлӗнмелле старик питӗ тӑсса калаҫать.
Странный старичок говорил очень протяжно.
Тилхепене Расщепейӗн тытмалла пулчӗ, вара Ромка пушшех те намӑсланчӗ.
Пришлось, к великому конфузу Ромки, вожжи взять Расщепею.
Андрей Петрович, тен, унран ытларах пӗлет пулӗ, ӑслӑрах та пулӗ…
Андрей Петрович, может быть, ученее его, может быть, даже умнее…
1986 — Досье человека в «Мерседесе» — Корин
— Досье человека в «Мерседесе» — Владимир Иванович Корин
2005 ҫулхи юпа, 10 — Мускавра «Курчатов институчĕ» Раҫҫей ӑслӑх центрĕнче (РӐЦ) каҫалӑк ӑслӑх-практика конференцийĕ «Тетел тата ӑслӑх: 15 ҫул ҫул ҫинче».
10 ноября 2005 года — в КИАЭ прошла юбилейная научно-практическая конференция «Интернет и наука: 15 лет пути», приуроченная к 15-летней годовщине регистрации закреплённого за СССР доменного имени верхнего уровня .su.
Ҫапах та ӑна кунтан яма питӗ шел…
Жалко его отпускать только…
Вӑрмансенче юман, каврӑҫ, вĕрене, хурӑн, ӑвӑс, ҫӑка йывӑҫĕ ӳсет; ҫаплах — хыр, ҫемҫе чӑрӑш, кедр, чӑрӑш, тирек ешерет.
Основными лесообразующими породами естественного происхождения является дуб, ясень, клён, берёза, осина, липа; породы искусственного происхождения — сосна, лиственница, сибирский кедр, ель, тополь.
— Сан ҫывӑхӑнта сансӑр — вилӗм мана, — терӗ Янтул хӑюланса.
— Это все равно, что голодному показывать хлеб и не давать его есть…
Ҫак кӑмӑла ҫӗклекен конгресс пулас йывӑр вӑхӑтсенче пире тӗреклӗ пулма пулӑшрӗ.
Это воодушевляющее событие еще больше укрепило нас перед будущими трудностями.
Тамбов облаҫĕн обществӑлла палати
Общие сведения о Тамбовской области
— 1907-мӗш ҫулта.
— В 1907 году.
Кала-ха, Ваҫҫа, мӗншӗн эсӗ хӳме ҫинчен ӳкрӗн, мана та, Анюка та ҫавӑрса антартӑн?
А вот скажи, Васька, почему ты с забора соскочил и меня с Нюркой спихнул?
Ракова кӑмӑлӗ те кӑштах ҫемҫелчӗ пулмалла.
Кажется, несколько смягчилась и Ракова.
Юханшыв тӑршшĕ 20 км.
Длина реки 20 км.
Пурҫӑн хурчӗсем пилӗк хут тӗлӗрсе, пилӗк хут вӑранаҫҫӗ.
Черви пять раз засыпают и пять раз оживают.
— Урасем шутсӑр ывӑнчӗҫ, — хуть урам варнех выртса вил, — терӗ Амо.
— Чорт возьми, у меня так устали ноги, — сознался Амо, — что хоть ложись посредине улицы и умирай.
Хулара ҫак лӑпкӑлӑха туса хума Роджерсӑн сахал мар вӑй хума тиврӗ.
Установление в городе этой тишины потребовало от Роджерса немалых усилий.
— Нумай пулмасть туслашрӗҫ, анчах вӗсен хушшинче чӑн-чӑн туслӑх мар тесе кам калама пултарӗ?
— Совсем новые друзья, но кто может сказать, что их дружба не настоящая!
Румянцевран Кутузов наступлени искусствине кӑна мар, ҫапӑҫу вырӑнне тата противникӑн вӑйне пӗлсе мӗнле хакламаллине те вӗреннӗ.
У Румянцева Кутузов учился не только искусству наступления, правильной оценке местности и сил противника.
Халтан кайнӑ, пичӗсем пӗтӗмпех хӑрӑмпа вараланса пӗтнӗ.
Изможденные, лица в дыму и копоти.
Эпӗ сана пирвайхи хуларах арестлеме хушӑп.
И в первом же городе, куда мы приедем, я прикажу тебя арестовать.
Вӑл Власьевна патне чупса пычӗ те пуҫне усса:— Афанасия Власьевна! Афанасия Власьевна! — тесе кӑшкӑрса ячӗ.
Она подбегает к Власьевне и говорит, опустив глаза: — Афанасия Власьевна! А Афанасия Власьевна!
— Пӗтрӗ сан кружку, — тесе кулса илчӗ Ваҫка, каскӑпа ҫырмаран шыв ӑсса илсе.
— Пропала твоя кружка, — усмехнулся Васька, зачерпывая из ручья каской воду.
«Ҫак ӑру» тенӗ чухне Иисус святой сывлӑшпа суйласа лартнӑ христиансен икӗ ушкӑнӗ ҫинчен каланине эпир ӑнланатпӑр.
Мы понимаем, что под выражением «это поколение», использованного Иисусом, подразумеваются две группы помазанных христиан.
Ҫиҫӗме шар та шар куҫа ҫирӗ.
А молонья такая резала.
пӑрӑс ҫине струпил ларт
поставить стропила на брусья
Мана йӗркесӗр ӗҫсем пусса тӑраҫҫӗ ; Эсӗ пирӗн усал ӗҫсене тасатӑн» (Пс.
Беззакония одолевают меня. Ты покроешь наши преступления».
— Эпир халь мӗнпур ҫӗрӗк тымарсене кӑкласа тӑкрӑмӑр.
— Теперь мы выкорчевали все гнилые корни.
Йӑлӑхтарса ҫитерекен кӗрхи ҫумӑр вӗттӗн пӗрӗхет.
Тонкими косыми нитями хлестал землю осенний дождь.
Мӗншӗн тесен эпир ун патне ҫывхаратпӑр, ҫурма ҫул патнелле вӗҫнӗ те ӗнтӗ.
Но это и понятно: ведь мы приближаемся к ней и пролетели уже около половины пути.
— Ним ӗҫ те ҫук кунта вӗсен.
— Им тут нечего делать.
Криволоб атаман, шӑпах леш хӑйӗн папахи йӗри-тавра сарӑ хӑю ҫыхса ҫӳрекенскер, ҫакӑнта тӑватӑ москальпе пӗр украинеца персе пӑрахнӑ хыҫҫӑн ачасен сарайсем ҫине хӑпарса каясси те, хӑйсене илӗртекен вӑрттӑн вырӑнсенче пытанмалла выляс шухӑшӗ те пӗтсе ларчӗ.
А с тех пор, когда атаман Криволоб, тот самый, у которого желто-голубая лента пересекала папаху, расстрелял здесь четырех москалей и одного украинца, пропала у ребятишек всякая охота лазить и прятаться по заманчивым лабиринтам.
ырӑ мар ĕҫе ҫыхлан
впутаться в нехорошую историю
Пӑван Джемма алли ҫине иккӗленсе пӑхрӗ, пуҫне сулса ҫирӗп сасӑпа малалла калама пуҫларӗ.
Овод нерешительно посмотрел на руку Джеммы, покачал головой и продолжал твердым голосом:
ТӲСӖМЛӖ ПУЛМА ЭПӖ ТУРӐРАН МӖНЛЕ ВӖРЕНМЕ ПУЛТАРАТӐП?
Что мы можем делать, чтобы развить такое терпение?
Тин кӑна пӑс ҫинчен…
Только что с пару…
Киножурнал хуплашки ҫинчи ӳкерчӗксене аса илтерсе, именме пӗлмесӗр курнӑҫланса тӑракан Куртпа ун хӗрӗн сӑнӗсем, хӑйсене ӳкерни ҫинчен шухӑшламан пек туса тӑнӑ пулсан та, темӗнле йӑкӑлти-мӑнаҫланнӑн курӑннӑ.
Какое-то самодовольство было в развязных, деланных, перенятых с обложки киножурнала позах Курта и его девицы, хотя оба так и пыжились доказать, будто они даже не думали о том, что их фотографируют.
Тата чакнӑ ҫӗртен Мельников Федор таврӑннӑ.
А ишо пришел из отступа Федор Мельников.
Виҫӗ ҫул ҫав виҫҫӗмӗш класра ларчӗҫ, юлашкинчен вӗсене шкултан тасатрӗҫ…
Так и сидели третий год в этом третьем, пока их не поперли совсем из школы.
Эсир, анне, ку нумӗре асӑнмалӑх пуҫтарса хуpӑp-ха!
Вы, мамаша, спрячьте этот нумер на память!