alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Суя христиансем вара, ҫак юлашки кунсенче Турра ытларах та ытларах юрӑхсӑр пулса пыракан тӗнчери ҫынсем пек шухӑшлаҫҫӗ, хӑйсене вӗсем пек тытаҫҫӗ (Пс. 91: 8).
Однако ложные христиане перенимают мышление и образ жизни мира, который в эти последние дни становится все более неугодным Богу.
Асамҫӑ хӗрсем уйӑх пайӑркисемпе тусанран ҫав тери чаплӑ кавир тӗртсе вӗлкӗштерекен ҫул тӑваткалӗнче юрлакан чула Филипп нихӑҫан та ҫапмасть.
И Филипп никогда не ударял по поющему камню, что на перекрестке, где вьют из пыли и лунных лучей феи замечательные ковры.
Пуш, 18 — Аданра (Турци) ҫӑмӑл метро уҫӑлнӑ.
18 марта — в Турции открыт Аданский метрополитен.
— Мӗншӗн хӑяймастӑр-ха? — пӑшӑлтатса ыйтрӗ Штольц, ун пуҫне хӑй ҫумнелле тайса.
— Отчего ж не смеете? — шепотом же спросил он, наклоняя ее голову к себе.
Эпӗ йӑлтах ухмаха тухнӑ ӗнтӗ.
Я уже ненормальная стала.
Тен, вӗсен пуҫне ҫак шухӑш шӑнӑҫаймасть: Турӑ юратать пулсан, мӗншӗн - ха тӗнчере питӗ нумай хӗн - асап?
У них, возможно, не укладывается в голове: если Бог любящий, то почему в мире столько страданий?
Пӗрремӗшӗ вӑл, малтанах ман пата кӗрсе тухмарӑн.
Во-первых, не заехал ко мне.
Эй Ҫӳлхуҫа, пире Хӑвӑн сӑну ҫутине кӑтартсам! “» (Пс.
Обрати на нас свет своего лица, о Иегова».
11. Вара Ҫӳлхуҫа Моисее каланӑ: ҫак халӑх Мана хӑҫанччен тарӑхтарса пурӑнӗ?
11. И сказал Господь Моисею: доколе будет раздражать Меня народ сей?
— Курнӑччӗ ҫав, — терӗм вара, — унта негрсем кӗчӗҫ темиҫе хут та.
— Да, я видел, как негры туда входили, и не один раз.
31. Ламех пурӑннӑ кунҫул пурӗ ҫичҫӗр ҫитмӗл ҫичӗ [753] ҫул пулнӑ; вара вӑл вилнӗ.
31. Всех же дней Ламеха было семьсот семьдесят семь лет; и он умер.
— Эсӗ каларӑш пек пултӑр, — тенӗ ҫынни.
Мужик и говорит: «И то мне нужна божья помощь».
Эпир пынӑ чух вӑл урамра ҫынсем пырасса кӗтетчӗ.
Он на улице стоял и ждал.
Вӑл ман патриотла туйӑмсем пирки иккӗленчӗ!
— Он усомнился в моих патриотических чувствах!
Вӑл тӑватӑ ҫул хушшинче юлташӗсемпе пӗр тӑван пек пулса кайнӑ, вӗсене чунтан юратнӑ, ун пек вӑйлӑ юрату вӑрҫӑра анчах пулма пултарать.
За четыре года он и сроднился с ними и полюбил их той особенной любовью, которая рождается только на войне.
Ҫырӑвӑн вӗҫӗнче Григорий Наталья пирки каланӑ:
В конце письма Григорий касался вопроса о Наталье:
Пӑрах-ха эс вӑл ӗҫе, Олеша!
Брось-ка ты это, Олёша!
Якорь ҫумӗнче сӑнчӑр пур.
У якоря есть цепочка.
Эпӗ нумай стих пӗлсе астуса тӑратӑп, унсӑр пуҫне тата манӑн хам мӗн юратнине ҫырса хунӑ хулӑм тетрадь пур.
Я знаю много стихов на память, кроме того, у меня есть толстая тетрадь, где записано любимое.
Кларк хӑйӗн йӗрне пачах пӗтерме май ҫук пулӗ тесе шутлать.
Кларк рассчитывал, что замести свои следы ему не удастся.
— Ҫӑлчӗ, ҫӑлчӗ…
— Спас, спас…
— Кумы патӗнчи виллӑран килетпӗр, эпир хаклӑ йышши кил-ҫурт таврашӗсем леҫекен транспорта ӑсатрӑмӑр.
— Из Куманской виллы нашего господина, куда мы провожали транспорт драгоценной утвари.
Пӗр прапорщик, улттӑмӗш е ҫиччӗмӗш ротӑранччӗ пулас, танлӑха ҫухатнӑ та ротӑран пӑтӑ туса хучӗ.
Один прапорщик, кажется, шестой или седьмой роты, потерял равнение и сделал из роты кашу.
Симочка, хӑвӑра сывлӑх сунма ирӗк парсамӑр.
Симочка, позвольте вас поздравить.
— Ҫак спектакльте выляса эсӗ пуйнӑ та ҫурт лартнӑ теҫҫӗ...
— Говорят, что играя в этом спектакле, ты стал богатым и построил дом...
Эпӗ кирек епле пулсан та каятӑп терӗм те, кунта самаях лартӑм тесе ура ҫине тӑтӑм, тухса каясшӑн пултӑм, анчах княгиня мана чарчӗ.
Я сказал, что непременно поеду, и так как уж визит, по моему мнению, продолжался достаточно долго, я встал и хотел уехать, но она удержала меня.
— Канлӗ тӑмалла пултӑр, Ульсон.
— Спокойной вахты, Ульсон.
Вӑл тем пысӑкӑш чӗрчун пек хӑрлатать.
Он ворчит, как огромное животное.
Хӑрушлӑха пӗр хуйхӑрмасӑр кӗтсе илесси — карап командирӗсен йӑли ӗнтӗ вӑл.
Но привычные к морю люди не так-то легко теряют бодрость духа.
Пӗррехинче ӑна ӗнсерен тытса сӗтӗрнӗ пекех кружок занятине илсе пынӑ.
Как-то вытащили его чуть не за шиворот в кружок заниматься.
Каярахпа вӑл хӑнӑхса пычӗ, пансионра тӑватӑ ҫул пурӑнса ирттерчӗ, пурпӗр эпӗ мӗн кӗтни пулмарӗ ӗнтӗ.
Потом она обтерпелась и выжила в пансионе четыре года; но, против моих ожиданий.
Алексей Николаевич ҫинчен, Ковшов ҫинчен мӗн те пулин пӗлтӗр-и?
Знаете что-нибудь об Алексее Николаевиче, о Ковшове?
Осводӑн шыва путакан ҫынсене хӑтармалли мӗнпур правилисем тӑрӑх ӗҫлесе, Олег шывра йӑмӑкне ыталаса тытнӑ та, унпа ҫыран хӗррине ишсе тухнӑ.
По всем осводовским правилам спасания утопающих он подхватил сестрёнку в воде и поплыл с нею к берегу.
21. Эсир хавшаккисене пурне те мӗн кӑларса яричченех аякпа та, хулпа та тӗртетӗр, мӑйракапа та сӗкетӗр пулсан, 22. Эпӗ вара Хамӑн сурӑхӑмсене ҫӑлӑп, вӗсем урӑх никамӑн тупӑшӗ те пулмӗҫ, сурӑхпа сурӑх хушшинчине татса парӑп.
21. Так как вы толкаете боком и плечом, и рогами своими бодаете всех слабых, доколе не вытолкаете их вон, - 22. то Я спасу овец Моих, и они не будут уже расхищаемы, и рассужу между овцою и овцою.
Ҫак сӑлтав Хохлакова Сергей патне илсе килчӗ те.
Это и заставило Хохлакова прийти к Сергею.
Фердинанд Кортес ҫинчен эпӗ аса та илмен пулӑттӑмччӗ пулӗ, пӗр сӑнӳкерчӗкӗ ҫинче Катькӑна курман пулсан, вӑл унта юланутҫӑ, арҫын шӑлаварне тӑхӑннӑ, атӑпа, ӗнси урлӑ карабин ҫакнӑ, сарлака ҫунатлӑ шӗлепкепе.
О Фердинанде Кортесе я вспомнил, увидев на одном фото Катю верхом, в мужских штанах и сапогах, с карабином через плечо, в широкополой шляпе.
Аннеҫӗм мӗн каланине эпӗ илтеймерӗм, ҫитменнине тата илтесех те темерӗм; ҫакна ҫеҫ астӑватӑп: шавлӑ калаҫу пӗтсенех, аннеҫӗм мана хӑй пӳлӗмне чӗнтерчӗ те эпӗ княгиня патӗнче тӑтӑшах пулнӑшӑн питӗ кӑмӑлсӑрланса калаҫрӗ; княгиньӑна вӑл «тем тума та хатӗр хӗрарӑм» терӗ.
Я не мог слышать, о чем говорила матушка, да и мне было не до того; помню только, что по окончании объяснения она велела позвать меня к себе в кабинет и с большим неудовольствием отозвалась о моих частых посещениях у княгини, которая, по ее словам, была une femme capable de tout.
Эпӗ апла мар, эпӗ патшара пӗр хам ҫеҫ ларатӑп, вӗсем ҫухалса пӗтӗҫ ак, эпӗ вара тӗнчере те пӗртен-пӗр патша пулса юлатӑп.
Я заменяю всех, они исчезнут, я одна останусь царствовать над всем миром.
Эппин, вӑрҫӑнма ан тӑрӑшӑр.
Так что не затевайте конфликты зря.
Епле ӑна хам еннелле пӑхтарас-ха.
Как заставить его выглянуть?
Вӑл сӗтел хушшине пырса ларчӗ, пире те чей тултарчӗ, сахӑр вырӑнне сахӑр чӗкӗнтӗр шывӗ хушрӗ те киленсех ӗҫме пикенчӗ.
Она присела к столу, налила себе из котелка душистого липового взвару, которым угощала нас вместо чая, добавила к нему свекольного соку, употребляемого в здешних буряковых краях за сахар.
Пассажирӑн укҫа кӑна пулсан ӑна водитель билет парать.
Если у пассажира имеются только наличные, билет ему выдаст водитель.
Пуҫне татнӑ автана Макар ҫатан урлӑ ывӑтрӗ, крыльца умӗнче тем кӑштӑртатакан кил хуҫи арӑмне кӑшкӑрчӗ:
Обезглавленного петуха Макар перебросил через плетень, крикнул возившейся возле крыльца хозяйке:
— Тен, вӑл хуйт та май-ха?
— Может, это не гусеница?
— Ку вара вырӑнсӑр! — Чернявкин ахӑлтатса кулса ячӗ.
— Вот это зря! — Чернявкин даже хохотнул.
Акӑ, пӑх, «Кутум» ҫыран хӗрринче…
Вон, смотри, «Кутум» уже у берега…
Вилнӗ пекех шуралса кайнӑ Пӑван ун ҫине пӑхрӗ те ним чӗнмесӗр пуҫне сулчӗ.
Овод, бледный как смерть, взглянул на него на минуту и молча покачал головой.
— Ну, апла пулсан, калаҫса татӑлтӑмӑр-и? — ҫӗнӗрен пуҫлать Таня.
— Ну, договорились? — снова начинала свои уговоры Таня.
Анчах, взрывӗсем хресченсем ҫулпа ҫӳреме пуҫличчен — пилӗк сехетчен — пулччӑр тесе, запальниксене виҫӗ сехетрен тивмелле туса хӑвартӑмӑр.
Только переделали запальники на трехчасовые, чтобы взрыв произошел до пяти часов утра, пока крестьяне не едут в город.
Юмахӗ каласа памассерен ҫӗнелсе пырать те, хамӑр ыйтатпӑр: «Атя, Куля, яра пар!» — тетпӗр.
Он всегда рассказывает почти одно и то же, но каждый раз чуть по-другому, поэтому мы сами его просим: «Коля, расскажи про рыбалку!».
«Ӑҫтан пӗлтӗн эс ӑна, упӑшкам? — тӗлӗнсе ыйтрӗ Катерина.
— Ты как это узнал, мой муж? — спросила, изумившись, Катерина.
Каярахпа вӑл арӑмӗпе пӗрле Иегова Свидетелӗсемпе Библи вӗренме пуҫланӑ, чӑнлӑха йышӑннӑ та Туррӑн ӗҫлекенӗсем пулса тӑнӑ.
Позднее они с женой начали изучать Библию со Свидетелями Иеговы, приняли истину и стали служителями Бога.
Ӑна эсӗ пӗлетӗн, ҫавӑнпа та коллектив ӗмӗтне шута илмесӗр тӑма пултараймастӑн эсӗ, — терӗ ҫав вӑхӑтра Воронцов полк командирне Самиева.
В конце концов мы с тобой, может быть, за этот коллектив ордена получаем… — говорил в это время майор Воронцов командиру полка Самиеву.
21. Лешӗсене килӗшнӗ ҫак сӑмах.
21. И угодно было это слово перед ними.
— Бумеранг — Анатолий Аркадьевич Лебедев, профессор, Дарья ашшĕ
— Бумеранг — Анатолий Аркадьевич Лебедев, профессор, отец Дарьи
— Тлип, тусӑмсем! — илтӗнчӗ чарусӑр сасӑ.
— Тлип, друзья! — повторило проказливое эхо.
Пӑр ҫӳхе, ун ҫийӗпе каҫма ҫук.
На реке лед слаб, и переходить по нему невозможно.
Машина ӗҫленине вӑл темиҫе сехет хушши чарӑнмасӑр пӑхса тӑма та хатӗр.
Он готов был смотреть на работу машины часами.
Унӑн батарейин позицийӗсем пирӗн полк хыҫӗнче вырнаҫса тӑраҫҫӗ.
Его батарея занимала позиции позади нашего полка.
Тарӑхсан, хӑйне Салакайӑк каланине те — сана ҫынсем ҫеҫ мар, выльӑх та юратмасть тенине те манмасть таркӑн.
Но он не согласен с попом:
— Эпӗ халь пӑшӑрханма пачах пӑрахрӑм, пӗлсемӗр.
— Я уже совсем успокоился, вообразите.
Пӑх-ха акӑ: клевер ҫулҫӑ пуҫтарать, чӗкеҫсем те шыв ҫумӗнченех вӗҫсе иртеҫҫӗ.
Смотри вот: клевер листочки складывает, ласточки над самой водой летают.
Пысӑк мар улӑха Степан каҫхине, хӑй ӗҫрен пушансан пынӑ.
Степан приехал на луговину ночью, в свое свободное время.
— Патака та илес пуль, ами, чысла улпут пек пултӑр-и?
— И трость, пожалуй, надо взять, пойду как знатный улбут.
Ҫамрӑкскерне вӑл чи малтан сӑмсинчен шаклатса пӑхрӗ, хӑлхи хушшине хӗстернӗ чӗлӗм тӗпне кӑларса илчӗ, унтан вара аллинчи паяльникне ярса тытрӗ.
Ученик простодушно улыбался в ожидании шутки.
Мэнгылю шамана хӑй патне чӗнсе илет те Кэмби, нумайччен, Чукоткӑран тарса, Америка Аляскине куҫма ӳкӗтлет.
Пригласив к себе шамана Мэнгылю, Кэмби долго уговаривал его покинуть Чукотку и перебраться на американскую Аляску.
Шел, Владимир Ильич.
Жалко, Владимир Ильич.
Нумаях пулмасть хуларан вуникӗ миля тӑварах ӑна шывран туртса кӑларнӑ пулать — кун ҫинчен эпӗ ҫынсенчен илтрӗм.
Так вот, в это самое время его выловили из реки, милях в двенадцати выше города, — я слыхал это от людей.
Ҫутҫанталӑкра темӗнле вӑрттӑн, тӗлӗнмелле япала пулса иртнӗ пекех туйӑннӑ — курӑк, йывӑҫ ҫинчи кашни ҫулҫӑ пӗр сассӑр ӳснӗ, тӗттӗмре ҫут-ҫанталӑк темӗнле паллӑ мар сасӑ панӑн туйӑннӑ.
Тьма была полна неясных шорохов и звуков, словно в природе совершалось что-то таинственное и необыкновенное — неслышно шли в рост травы, каждый лист на дереве.
Израиль халӑхне пилленӗ чухне вӑл каланӑ: «Эй Израиль, эсӗ телейлӗ!
Благословив народ, он сказал: «Счастлив ты, Израиль!
Алӑсем итлемеҫҫӗ.
Руки не опускались.
Эпир святой сывлӑшпа суйласа лартнӑ христиансем - и е ҫӗр ҫинче ӗмӗр - ӗмӗр пурӑнма шанакансем - и, пурсӑмӑр та Рим ҫыннисем патне янӑ ҫырури 8 - мӗш сыпӑкри канашшӑн питӗ пархатарлӑ.
Итак, неважно, помазаны мы духом или надеемся вечно жить в раю на земле, все мы благодарны Богу за совет, который дается в 8 - й главе Письма римлянам. Мы признательны за побуждение не сосредоточиваться на плотском.
— Вӗсем ман пата юласшӑнччӗ.
— Они хотели у меня остаться.
Унӑн, вӑрман кайӑкӗнни пекех, ячӗ те ҫук.
Он не имеет имени, как лесная птица.
— Поезд кӑшкӑртса ячӗ ӗнтӗ; стрелкӑсем чӑнкӑртатма тытӑнчӗҫ.
Поезд уже гудел; застучали стрелочные крестовины.
— Ҫу-у-ук, халь ӗнтӗ пире ҫӗнтереймӗн!
— Не-е-ет, теперь нас не возьмешь!
Мӗн пулассине эпӗ халӗ уҫҫӑнах куратӑп.
Сейчас я различаю это с предельной ясностью.
Юханшыв Таут-Ях юханшывӑн сулахай ҫыранĕпе вӑрринчен 47 км юхса кĕрет.
Устье реки находится в 47 км по левому берегу реки Таутъях.
Юлташсем, эсир Павлихин чаҫӗнчен мар-и?
Товарищи, вы не из части Павлихина?
Юнашар, кутамас та лӑпсӑркка чӑрӑшсем хушшинче, темиҫе ҫын тӑваттӑмӗш ҫӗр пӳрт валли шӑтӑк чаваҫҫӗ.
Рядом среди кудлатых елей несколько человек рыли котлован для четвертой землянки.
— Апла пулсан мӗн?
— Ну, так что ж из этого?
Хӑйӗн пысӑк ырӑлӑхне пула вӑл пире мӗн кирлине паратех.
По своей незаслуженной доброте Бог даст нам именно то, в чем мы нуждаемся.
Эпӗ хӑрасах ӳкрӗм те 3. патшана каларӑм: ӗмӗр-ӗмӗр пурӑнтӑр патша!
Я сильно испугался 3. и сказал царю: да живет царь во веки!
Ҫав вӑхӑтрах вӑл йӑмра айӗнче кам мӗн каланине те тимлӗн итлесе ларать.
Валька прислушивался к разговору под ветлами.
Вылякан хӗвел шевлисемле мӗлкесем ҫав тӗксӗмрех те вӑйлӑ алӑ тӑрӑх шуса иртеҫҫӗ.
Солнечные блики и тени от листвы, играя, скользили по этой смуглой и сильной руке.
Кусем пурте хамӑрӑннисем-и? —
Народ-то весь свой?
Ку ӗнтӗ манӑн ирӗк.
В этом уж вы должны мне уступить.
— Пулӗ те, пулӗ те… — хӑюллӑ илтӗнет хӗрарӑм сасси.
— Пожалуй, пожалуй… — бойко говорил женский голос.
— Оh, nо, рlеаsе уоu…
— Oh no, please, you!
Август вӗҫӗнче Пантелей Прокофьевича ҫар службине илчӗҫ.
В конце августа был мобилизован Пантелей Прокофьевич.
— Сана чӗнсе пыма хушрӗҫ, — тавӑрчӗ лешӗ.
— Куда?
Нилов, тин ҫеҫ ӗҫрен таврӑннӑскер, турпас тата пӑчкӑ кӗрпи ҫыпҫӑнса пӗтнӗ кӑвак пиншакне хывса тӑнӑ.
Нилов, вернувшийся с работы, снимал с себя синюю блузу, всю в стружках и опилках.
Эпе нимӗнех те пултараймастӑп пулин те:— Ҫапла, — терӗм.
Я почти ничего не мог. Но все-таки сказал:– Да.
Аслӑланни тата нуша куракансене, асап тӳсекенсене, кӑштах пулӑшу панӑ пек туса хӑтланнисем пурте лайӑх, анчах паллӑ виҫепе паллӑ ҫулсем таран.
Все эти умствования и филантропии хороши, но до известной степени, до известных лет.
Мӗн курасшӑн эсӗ! — терӗ Петька, патрунсем те ҫук.
Чего захотел увидеть! — фыркнул Петька, — даже и патронов нет.
Ыран иксӗмӗр комсомол ячӗпе воззвани ҫырӑпӑр та пичетлесе кӑларӑпӑр.
Завтра мы составим и отпечатаем воззвание комсомола.
Нэф кулса ал тупанне хунӑ карттӑ хӗрринчен Хин каялла сулӑнса кайрӗ — ӑшӗнче; сулӑнчӗ те лӑпланчӗ.
Он внутренне отшатнулся от того края карты, на котором, смеясь, Нэф положил ладонь; отшатнулся и присмирел.
Парашютист куҫне хупрӗ, нумайччен чӗнмесӗр ларчӗ.
Парашютист закрыл глаза, долго молчал.
Ун чухне вара эпир карапа тытса пыма пултарӑпӑр.
И мы сумеем управлять караблем.
Кӑшкӑрма юратакан кӗпшӗл, кӑвак вут ҫути пекек, сывлӑшра вӑльт-вальт ҫеҫ туса иртрӗ те ачаран икӗ утӑмри турат ҫине пырса ларчӗ.
Потом вспышкой голубого огня метнулась вниз крикливая сойка, села на ветку так близко от Тома, что он мог бы достать до нее рукой.
Тимӗрҫӗ пӳрчӗ те ялта пуш-пушах.
Самого беднягу, сказывают, забрали и дом изрядно разорили…
Мӗнле кӑмӑл пур-ха унӑн ку чухне романтик пулма!
И охота же быть романтиком в нынешнее время!
Томпсон тӑхӑр вун виҫӗ пункт шутласа кӑларчӗ-и унта?
Кажется, Томпсон насчитал 93 пункта?
Обломов чылайччен лӑпланаймарӗ; вӑл выртрӗ, тӑчӗ, пӳлӗмре утса ҫӳрерӗ, каллех выртрӗ.
Обломов долго не мог успокоиться; он ложился, вставал, ходил по комнате и опять ложился.
— Султанов юлташ?
— Товарищ Султанов?
Пӗр сӑмахпа каласан, кимӗ ҫине ларса пыракансем пурте хаваслӑ, кӑмӑллӑ, питӗ те савӑнӑҫлӑ.
Вообще у всех в лодке настроение было приподнятое, взвинченное, какое-то чересчур радостное.
Виҫҫӗ таран суса ҫитерчӗ те ҫав тери хытӑ пӑлханнипе тӳшек ҫине ӳкрӗ, вара ҫавӑнтах ним сисми ҫывӑрса кайрӗ.
Насчитал один, другой, третий и упал на тюфяк, упал, сломленный волнением, снова стремительно и властно ввергнутый в тот же всемогущий, целительный сон.
Эпӗ ертсе пыракан авиаци чаҫӗ Мускавран темиҫе километрта тӑрать.
Моя авиационная часть находилась в нескольких десятках километров от Москвы.
Эпӗ малалла утрӑм.
Я пошел дальше.
Студент ӑна асӑрхаймарӗ те, унӑн хӑйӗн шухӑшӗсем пысӑкчӗ.
Студент даже не заметил его, так он был поглощен своими мыслями.
Ҫапла ӗнтӗ, Пекинта ни ҫуркунне, ни кӗркунне пулмасть, тесе шутлаттӑм эпӗ.
И все же мне казалось, что в Пекине нет ни весны, ни осени.
Вӑл шыва тата директора пула чутах вилеймерӗ.
Как он чуть не умер от воды и директора.
Ун сӑлтавӗсенчен пӗри негрсене ирӗке кӑларас ыйту пулнӑ.
Одним из ее поводов служил вопрос об освобождении негров.
Малтанхи вӑхӑтра темӗн те пулнӑ пуль…
Мало ли что было на первых порах…
Эсӗ мӗн тума кирлӗ вара кунта?
Причем здесь ты?
Кларк пуҫне ҫӗклерӗ те шурӑ-кӑвак сирень чечекӗсене лартнӑ кӑкшӑма пӗрремӗш хут курнӑ пек пӑхрӗ.
Кларк вскинул голову и будто впервые увидел кувшин с букетом белой махровой сирени.
Ялӗ Ивановка ятлӑ иккен.
Деревня называется Ивановкой.
Ачасем тӳссе тӑраймарӗҫ, чӗрӗпе курма чупрӗҫ.
Ребятишки не утерпели, побежали смотреть ёжика.
Татах та ҫӳреттӗм пулӗ эпӗ, анчах литейнӑй цех патӗнче тӑракан городовой мана курсан шӑхӑртса ячӗ.
У литейного цеха меня увидел городовой и взялся за свисток.
Чӑннипе илсен, ҫак ырра мар пӗлтерекен ҫӗршыва вӗсен хӑйсен ирӗкӗпе те мар, мӗн ҫине те пулин шанӑҫ хурса хавхаланса та мар, урӑхла май килменнипе кӑна кайса кӗреҫҫӗ.
И в самом деле, в эту зловещую страну они ехали не по доброй воле, не с энтузиазмом и надеждой, а только в силу необходимости.
— Вӗренес кӑмӑлу пур-и?
— Учиться хочешь?
Эпир сирӗн пата ҫеҫ мар, сирӗн колхозра ҫеҫ пулма шутламастпӑр.
Да мы не только к вам, не один ваш колхоз думаем посетить.
Кури тете (Ванькка патне пырса унпа пӗрле стена тӑрӑх хыпашлама тапратать).
Кури тете (Подходит к Ваньке и тоже осматривает стены).
Вӑтӑр метр ҫӗкленсен, малалла шуса кайнӑ пек те туйӑнмасть, ҫил ҫеҫ пит-куҫа хытӑ ҫапӑнни сисӗнет.
На высоте тридцати метров вы едва ощущаете движение, только ветер больно хлещет вам в лицо.»
Ӑна — кӑкӑр кирлӗ-ҫке?
Ведь ему — грудь надо?
14. Хӑйсем те кӗнӗ, вӗсемпе пӗрле ӑрӑвӗ-ӑрӑвӗпе ҫӗр ҫинчи пур тискер кайӑк, ӑрӑвӗ-ӑрӑвӗпе пур выльӑх, ҫӗр ҫинче шуса ҫӳрекен пур ҫӗлен-калта та ӑрӑвӗ-ӑрӑвӗпе, вӗҫсе ҫӳрекенсем, пур вӗҫен кайӑк, пур ҫунатлӑ кайӑк та ӑрӑвӗ-ӑрӑвӗпе 15. Ной патне карап ӑшне кӗнӗ, ӳтӗнче чӗмӗ пуррисем пурте аҫаллӑ-амаллӑ, мӑшӑрӑн-мӑшӑрӑн кӗнӗ; 16. Ной патне карап ӑшне кӗнӗ пур тӗрлӗ чӗрчун, [Ҫӳлхуҫа] Турӑ Ноя хушнӑ пек, аҫи те, ами те кӗнӗ.
14. Они, и все звери [земли] по роду их, и всякий скот по роду его, и все гады, пресмыкающиеся по земле, по роду их, и все летающие по роду их, все птицы, все крылатые, 15. и вошли к Ною в ковчег по паре [мужеского пола и женского] от всякой плоти, в которой есть дух жизни; 16. и вошедшие [к Ною в ковчег] мужеский и женский пол всякой плоти вошли, как повелел ему [Господь] Бог.
Илюша ун ҫине кӑмӑллӑн пӑхса илчӗ.
— Илюша посмотрел на нее с любовью.
Ҫав пӗчӗк ӗҫсене пула проектӑн пӗтӗм ыйтӑвӗсене татӑклӑнах татса парас тӗллеврен ан пӑрӑнӑр.
Смотрите, не завязните в них, не отвлекайтесь от главной цели — окончательно решить все вопросы проекта.
Сывлӑх тӗлӗшпе вара тимлӗрех пулмалла.
А вот на самочувствие стоит обратить особое внимание.
Вӑл, ҫип ҫунса кӑмрӑкланнине пӳрнисемпе чӗпӗтсе татса, хӑйӑвне тивертсе ячӗ, тӑрпа ҫине сывласа, ӑна хут таткипе шӑлчӗ те вырӑнне лартрӗ.
Сняв пальцами нагар, она подожгла фитиль и, подышав на стекло и протерев его клочком бумаги, вставила в жестяное гнездо.
Чи малтанах, ыттисем мӗне ӗненнине пӗлетӗп тесе ан шутла.
Прежде всего, не стоит поспешно заключать, будто ты знаешь, во что верят другие.
Кирек мӗнле пулсан та, вӑл хӑй нимӗнле ӗҫе те, нимӗнле тӗркӗшӗве те хутшӑнасшӑн пулман.
Тем более что храбрый скрипач этот ему нравился.
— Старший лейтенант Алексей Мересьев! — хӑй ҫинчен пӗлтерчӗ хурарах офицер, атӑ кӗлисене шаклаттарса, йӑрстах тӑсӑлса тӑрса.
— Старший лейтенант Алексей Мересьев, — отрекомендовался чернявый офицер, вытягиваясь и стукнув каблуками.
Ҫил кашланине, улӑм чӑштӑртатнине, шӑшисем ҫинҫен ҫухӑрашкаланисене тата пусӑ тараси чӗриклетнине тимлӗн итлесе ларнӑ хушӑра, Яков Лукич тӗлӗрсе кайнӑ пек пулчӗ: ҫӗрлехи мӗнпур сасӑсем ӑна таҫтан инҫетрен илтӗнекен тӗлӗнмелле салхуллӑ музыка евӗр туйӑнма пуҫларӗҫ.
Вслушиваясь в ветер, в шорох соломы, в мышиный писк и скрип колодезного журавля, Яков Лукич словно бы придремал: все ночные звуки стали казаться ему похожими на отдаленную диковинную и грустную музыку.
— Чарӑнӑр, Степанида Егоровна! — кӑшкӑрнӑ Курганов.
— Да перестаньте вы, Степанида Егоровна! — кричал Курганов.
Амӑшӗ ҫак хурӑн ҫывӑхнерех пычӗ.
Мама подошла поближе к берёзе.
— Кӗпе тӗрлерӗм ун валли.
— Рубашку ему вышила.
Тусанпа тӗтӗм хупланӑ хӗвел тӗксӗмӗн ҫутатса тӑрать.
Солнце тускло светило сквозь пыль и дым.
— Мӗншӗн тесен, эсӗ начар ача.
— А потому, что гадкий.
Акӑлчан чӗлхинчи кивелнӗ сӑмах ҫаврӑнӑшӗсене улӑштарнӑ, ҫавӑн пекех текст тӗрӗс, ӑнланма тата вулама ҫӑмӑл пултӑр тесе питӗ тӑрӑшнӑ.
Переводчики постарались сделать английский текст легко читаемым и понятным, не жертвуя при этом точностью.
Джемма хӑранипе хуралса кайнӑ куҫӗсене чарса пӑрахрӗ те Артур умӗнчен майӗпен каялла чакрӗ.
Джемма медленно отшатнулась от Артура и стояла безмолвная, в ее больших темных глазах был ужас.
Вӑл Ҫарӑмсан шывӗнчен ытла аякрах мар.
Он был не так далеко от реки Черемшан.
Пысӑк сӗтел хушшинче хӑнасем лараҫҫӗ: лӑпкӑ пуп Глеб, цыган пек хура та кӑтра пуҫлӑ механик Коптев, тап-таса ҫӑвӑннӑ конторщик Никонов.
За большим столом сидели гости: тихий поп Глеб, механик Коптев, чёрный и курчавый, как цыган, чисто вымытый конторщик Никонов.
Ӗҫсем хальхин пек тӑнӑ чухне, чухӑн хресченсем те вӑрҫа малалла тӑсас текенсенчен пурӗпӗр сивӗнсе уйрӑлаҫҫех…
При теперешнем положении вещей оно неминуемо отшатнется от тех, кто будет продолжать войну…
Вӑл — ман ҫине.
Он — на меня.
«Граф кӗтме хушрӗ».
«Граф приказал ждать».
Ӑна хирӗҫ вара сысна ҫури пек шап-шурӑ ӳтлӗ ҫын кӗске йӗм вӗҫҫӗнех чупать, анчах ҫак ҫын, Зафар тӗлне ҫитсен, кашни хутӗнчех пуҫне тепӗр еннелле парать, Зафар та ҫавӑн пек тӑвать.
Навстречу ему бежал человек в одних трусах, с белым цветом кожи, как у вымытого поросенка, но этот человек, когда они равнялись, всякий раз при виде Зафара отворачивал голову, и Зафар делал то же самое.
Оптикӑ линси хӑйĕн ятне латин чĕлхинчи ясмӑкран (lens) туяннӑ, формипе те вĕсем пĕр пек.
Оптические линзы получили своё название по латинскому имени чечевицы чью форму они напоминают.
— Пӗлетӗп, — тет вӑл.
— Умею, — говорит он.
Серёжа йӑмӑкне пукан ҫине лартрӗ те тӳрех пуҫларӗ:
Усадив сестру на стул, Сережа начал сразу, без обиняков:
Хӑраса кайнӑ Эмиль пуканӗ ҫинчен чалтах сиксе тӑчӗ.
Эмиль испугался и вскочил со стула.
Вӑл, вӑрт-варт пӗшкӗнсе, тӑпра муклашкине илет те ӑна чӑмӑртаса тӗпретсе пӑхать.
Он быстро нагибался, хватал и растирал в ладонях землю.
Шӑла ҫыртатӑп та чӑтатӑп эпӗ.
Я сжал зубы, чтобы удержать дрожь.
Библиотекисем те ал айӗнчех — вула та вула!
Читайте книги библиотеки для вас!
Ахальтен-и Эстамп «кутӑн лӗпӗш хурчӗ» тениех мана кунашкал темӗн пирки тӗшмӗртме хистерӗ.
Недаром слова Эстампа «упрямая гусеница» заставили меня что-то подозревать в этом роде.
Ирӗк парсамӑр, эпӗ штаба шӑнкӑртаттарса пӑхам.
Разрешите, я позвоню в штаб?
ачасем ҫĕрлечченех кӑнӑҫмарĕҫ!
дети, не угомонились до самой ночи
Вӑрман хыҫӗнче, хӗвелтухӑҫӗнчи сӳннӗ кӗл тӗслӗ пӗлӗт хӗрринче, тем чӗтренкелесе йӑл-йӑл тукаласа илет.
За лесом, по восточному краю неба мертвенно-пепельного цвета пробегали дрожь и неясные блики.
Ҫак хушӑран тухсан, ҫулҫӳревҫӗсен куҫӗ умӗнче тӗлӗнмелле илемлӗ улӑх уҫӑлчӗ, унта тропикӑри хаваслӑхпа кӑпӑш ҫулҫӑсемпе темӗн ҫӳллӗш йывӑҫсем ӳсеҫҫӗ.
По выходе из него путешественники очутились в очаровательной долине, где росли высокие деревья с тропически пышной листвой.
Вӑйлӑ аллисене старик ҫӗрелле лашт уснӑ.
Но кузнец нашел в себе силы подняться и сел, утирая рукавом рубахи вспотевшее лицо.
Вара вӑл писмен ҫатми ҫинчен темиҫе катӑкне каялла илчӗ.
И она сняла с весков несколько кусочков.
Асӑннӑ хуласем хушши 1181 километр.
Его протяженность равнялась 1181 километру.
Кашни ҫӗр пӗренинчен пӗри хама пулнӑ пулсан, салари чи пуян хуҫа пулнӑ пулӑттӑм…
Если б хоть каждый сотый из них был мой, я стал бы первым хозяином в селе…
Аслӑ помощник, мостик ҫинчен палуба ҫине сасартӑк кайса ҫухалнӑскер, кунта хӑпарчӗ, хӑй хумханнипе хӗрелсе кайнӑ.
Поднялся старший помощник, что ушел с мостика и скрылся из глаз на палубе, сам он был красным от волнения.
— Мӗн шуйттанӗ? — сасӑ тӗлӗнӳ палӑрӑмӗпе, унтан та ытларах — шалтах тӗлӗннине пӗлтерсе чӗнчӗ.
— Что за дьявол! — с выражением изумления, даже пораженности откликнулся голос.
«Тип» ун ҫине куҫ хӗррипе кӑна илчӗ, вара, сӗтел ҫине хутне сарса хучӗ те ҫырма хатӗрленчӗ.
— С каких пор знаешь «товарища Ваню»? — спросил, «тип» тем же безразличным тоном, готовый занести в протокол ответ и на этот вопрос.
Ун пирки ҫынсем хӗрсе кайсах тавлашнӑ, хӑшӗсем кофе ӗҫме чарасшӑн пулнӑ.
Хотя и был причиной жарких споров, запретов, протестов.