alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
— Эсӗ, тантӑшӑм, эсӗ те, тетеҫӗм, паян Ҫӗнӗ ҫул иккенне, пин те тӑхӑрҫӗр хӗрӗх виҫҫӗмӗш ҫул ҫитнине пӗлетӗн-и? — калаҫу пуҫларӗ Джурдже столяр, кӑмӑллӑ кӑвак куҫлӑ, шӑртлӑрах та ҫӳлелле пӗтӗрнӗ мӑйӑхлӑ лутра та ҫирӗп тата илемлӗ ҫын, иккӗмӗш ротӑри паллӑ шутник.
— А знаешь ли ты, служивый, что сегодня Новый год, самый обыкновенный, 1943? — начал разговор Джурдже, известный шутник Второй роты, маленький, костлявый человечек, прямой, как молодой побег винограда, с голубыми нежными глазами и закрученными вверх рыжеватыми усиками, до войны Джурдже был столяром.
Урамра сас-чӳ илтӗнми пулсан, Гоомо хӑйӗн винчестерне яранга кашти ҫине ҫакрӗ:
Когда наступила тишина, Гоомо повесил на перекладину в яранге своей винчестер и сказал:
Вӗсенче ӗмӗр-ӗмӗре пыракан ырӑ пурнӑҫ, пысӑк шанчӑк пурри палӑратчӗ.
В них проявлялась вечная добрая жизнь, большие надежды.
Харпӑр хутшӑнура кӑштах лӑпланӑр.
В личных отношениях постарайтесь умерить пыл.
— Ҫивӗчрех командир кирлӗ, акӑ мӗншӗн!
— Боевитого надо командира, вот почему!
- Турӑ панӑ кун-ҫула ырлӑхпа пурӑнса ирттересчӗ, ачасен телейне курасчӗ, вӗсене савӑнтарасчӗ, - терӗ ватӑ манпа сывпуллашнӑ май.
- Прожить бы подаренные годы жизни Богом с добротой, увидишь бы счастье детей, радовать бы их, - сказал пожилой человек прощаясь.
Пӗтӗм ӑш-чикӗ тӑвӑнтараҫҫӗ.
Душу наизнанку выворачивают.
Вӗсен сӑн-пичӗсем хурлӑхлӑ, пуҫӗсене уснӑ.
Лица их были печальны, глаза опущены в землю.
Кӗсменӗсене уссан Пенкаль ҫыннӑн ҫӑмӑл уттине туйрӗ, тӳрленсе тӑчӗ.
Опустив весла, Пенкаль различил легкие человеческие шаги и выпрямился.
Вӑл унӑн ҫӑварне уҫса пӑхрӗ те вӑйпах пысӑк порци касторка ячӗ.
Он заглянул ей в рот и насильно влил туда изрядную порцию касторки.
Самари вӑл Дамаскпа пӗр мар-им?
Самария не то же ли, что Дамаск?
Ӗлӗкрех вӑл маншӑн тӗлӗнмелле пысӑк пек туйӑнатчӗ.
Когда-то он казался мне огромным.
— Ак ҫак тӗлтен пер, — аллине ҫӗклесе пӳрнипе сӑмса сыппи ҫине кӑтартрӗ вӑл.
— Стреляй сюда, — он поднял руку и пальцем указал себе на переносицу.
Ун ҫинчен сана кайран каласа парӑп.
Я тебе потом подробно расскажу.
Укҫа енчен лӑпкӑ эрне.
В финансовом плане период, не предвещающий никаких потрясений.
Юн тӑкнӑ вырӑнсене ҫитичченех вӑл ҫапла утнӑ.
И он шел, пока не достиг кровавой лужи.
Ҫынсем пулаҫҫех пирӗн, турӑшӑн та ҫапла.
Обрастем людишками, ей-богу!
Ҫавах та, юл, тархаслатӑп…
А все-таки я тебя прошу — задержись…
— Улттӑ, — терӗ Ковалев.
– Шесть, – сказал Ковалёв.
Эсӗ Ҫемене резинкӑсем илсе килме хушса янӑччӗ-им?
Ты, что ли, заказывала Семену?
Батмановпа унӑн юлташӗсем иккӗмӗш кун ӗнтӗ Мерзляковӑн участокӗ — типҫӗр ҫинчи юлашки участок — тӑрӑх пыраҫҫӗ.
Второй день Батманов и его спутники ехали по участку Мерзлякова — последнему участку на материке.
Оксфорд университечĕн чыслӑ тухтӑрĕсем
Почётные доктора Оксфордского университета
Ҫав вӑхӑтра Анфисӑн хӗрӗ, асламӑшӗн ячӗпе Василиса тесе ят панӑскер, маччаран ҫакса янӑ сӑпкара ҫывӑрса выртнӑ.
Виновница этих разговоров, спавшая в зыбке, подвешенной к потолку, была наречена Василисой — именем бабушки.
— Ыйтӑва татса панӑ тейӗпӗр.
— Будем считать вопрос решенным.
Ыран чирлем эпӗ!
Пусть я заболею завтра!
— Тата эпир сире акӑ мӗн каласшӑнччӗ… — сӑмахне малалла тӑсрӗ Кэукай Петя хӑйне аяккинчен чышкипе тӗртсе илнӗ хыҫҫӑн.
— А потом мы вам хотели вот еще что сказать… — продолжал Кэукай, получив ободряющий толчок кулаком в бок от Пети.
Юханшыв бассейнĕ — Тури Обь, Иртыш кĕриччен.
Речной бассейн реки — (Верхняя) Обь до впадения Иртыша.
Вара пиҫсе ҫитнӗ «Тӑлӑх арӑм минтерӗ» романа шкул вулавне кӗртме сӗннӗ пулӑттӑм.
И тогда доведенный до ума роман «Подушка вдовы» я смог бы порекомендовать для школьного чтения.
Сурансен йӗпеннӗ ҫыххисем типсе е шӑнса хытма та ӗлкӗреймеҫҫӗ, каллех юн юхать, каллех кӗпесем йӗпенеҫҫӗ.
Не успеют подсохнуть и смерзнуться мокрые повязки на ранах, как новые потоки крови заливают рубахи партизан.
Акӑ ӗнтӗ халӗ улттӑшӗ те юр хӳсе кайнӑ сивӗ пӗчӗк пӳртре лараҫҫӗ.
И вот все шестеро сидят в маленьком холодном флигеле, занесенном сугробами.
15: 58). Тыр - пул Хуҫи, Иегова Турӑ, эпир уншӑн ӗҫленӗшӗн тата унӑн ятне юратнишӗн пире пиллӗ (Евр. 6: 10 — 12).
Хозяин урожая, Иегова Бог, вознаградит нас за труд и любовь, которую мы проявляем к его имени.
Йӗрӗ ку ӗнерхи-мӗн, юр ӑна кӑштах шӑлса лартма та ӗлкӗрнӗ.
Лыжня была вчерашняя и успела хорошо занаститься.
— Хмара каласан, эпӗ ӑнтан кайрӑм.
— Когда Хмара мне сказал, я растерялась.
Ҫыхӑну валли алтнӑ окоп тӑрӑх ҫывӑхрах икӗ нимӗҫ иртсе пынӑ.
Два немца шли по ходу сообщения совсем близко.
Ахметзянов Зайнетдин Низамутдинович — ( – ), Вӑта фронтӑн 60-мĕш ҫарĕн 280-мĕш стрелоксен дивизин 1031-мĕш стрелоксен полкĕн сапёрĕ, гварди ефрейтор, Совет Союзĕн Паттӑрĕ .
Зайнетди́н Низамутди́нович Ахметзя́нов (а — ) — Герой Советского Союза участник Великой Отечественной войны, сапёр 134-го отдельного гвардейского сапёрного батальона 11-го гвардейского танкового корпуса 1-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта, гвардии ефрейтор.
Тӳпери пӗлӗт хушӑкӗнчен курӑнакан хӗвелӗн пӗр кӗтесси йывӑҫ тӑррисене, вут тӗртсе янӑ пек, ылтӑн тӗслӗн ҫутатса тӑрать.
Ярко-огненный краешек выглянувшего из облаков солнышка озолотил макушки деревьев, словно поджег их.
Хуҫи питех ан ҫиллентӗр ӗнтӗ терӗм те чаппанне сӳсе илтӗм.
Пусть хозяин не обижается, снял с нее этот чапан.
Уҫӑ ҫил вӗрет.
Дул свежий ветер.
Эпир ҫакӑн пек пӑхни ахаль маррине ҫийӗнчех ӑнланса илтӗмӗр.
Мы сразу поняли: это неспроста.
Пӗтӗмӗшпе илсен, вӗсене марионет ҫарӗнче салтакра пулнӑ пулсан та илме юрать.
Вообще сыновей помещиков принимают даже и в том случае, если раньше они служили солдатами в марионеточных войсках.
Йывӑҫа аялти тураттисене ҫитичченех шыв тулнӑ.
Вода заливала дерево до нижних ветвей.
Пӗлни кӑна кирлӗ, кашнин патнех уйрӑм майсемпе пырас пулать.
Надо только уметь, каждая требует особого подхода.
— Мӗншӗн ӗҫрен хӑтарасшӑн-ха?
— За что же снимать?
Йӗри-тавра тӗтре.
Землю покрывал туман.
— Хатӗр, — тенӗ лешӗ.
— Готово! — был спокойный ответ.
Люба акӑ, аллине пӗҫерте-пӗҫертех, Саша валли турилкке ҫине темиҫе ҫӗрулми илсе хучӗ.
Люба, обжигая руки, кладет Саше на блюдечко Несколько картофелин.
Густаво Куэртен (, 1976 авӑн, 10, Флорианополис, Бразили ҫуралнӑ) — бразили теннисисчĕ, тĕнчен пĕрремĕш ракетки.
10 сентября 1976, Флорианополис) — бразильский профессиональный теннисист, бывшая первая ракетка мира.
Тавлашса кайрӗҫ те лӑплантарма пултараймастӑп.
Заспорили — не могу помирить.
Вара кимӗ пӗр еннелле тайӑлать те ҫил пек каять.
И тогда лодка нагибается набок.
колбӑна ярса вĕрет
прокипятить в колбе
Артиллери таврашне нимӗн те пӗлместӗп — профан.
Профан в артиллерии.
— Ҫавсене пула пуҫа ҫӗклесе пӑхма ҫук…
— Из-за этих карателей головы нигде не высунешь…
Танксем каҫмалла мар туса алтнӑ шӑтӑка хупларӗҫ, халь ун урлӑ транспорт чиперех иртме пултарать.
Противотанковый ров засыпали так, что по нему мог двигаться транспорт.
Григорий унпа хирӗҫкелесе те пӑхрӗ, анчах та Гаранжа кашни хутрах ӑна ҫӑмӑл, вӗлерес пек ҫӑмӑл ыйтусемпе хӗстере-хӗстере лартать те, Григорин вара, ирӗксӗрех, унпа килӗшме тивет.
Григорий пробовал возражать, но Гаранжа забивал его в тупик простыми, убийственно простыми вопросами, и Григорий вынужден был соглашаться.
Чӑнах та ӗнтӗ, кама эпир чыс кӑтартатпӑр, ҫавна эпир хаклатпӑр тата пире вӑл питӗ кирлӗ.
Действительно, те, кому мы воздаем честь, ценны и важны для нас.
Хӑрах алӑлли хӑйне сӗннӗ пукан ҫине ирӗксӗрленсе ларчӗ.
Однорукий неохотно сел на предложенный ему стул.
Кӗтӳ хӑвалас терчӗ ҫук унӑн, хире каймалла пулсан, ӑна Тимрук е Ильяс килсе чӗнет.
Скотины у него нет, чтобы выгонять в стадо, а понадобится зачем в поле — прибегут за ним Тимрук или Ильяс.
Калавҫӑ, кӑвайт ҫине пӑхса, шӑпланчӗ.
Рассказчик замолчал, глядя на огонь.
Ывӑлĕнчен холера ерсен, М. С. Пешков 1871 ҫулта утӑн 29-мĕшĕнче Аҫтӑрханра (унта вӑл пӑрахут канторине ертсе пынӑ) вилнĕ.
Заразившись от сына холерой, М. С. Пешков умер 29 июля 1871 года в Астрахани, где в последние годы жизни работал управляющим пароходной конторой.
Ан пытар, ҫаплах кала.
Не скрывай, так и скажи.
Эпӗ те пусӑрӑнса лартӑм.
Я тоже насторожился.
— Чарӑн; мӗншӗн кирлӗ мара ыйтатӑн?
— Оставь; что за дело, что за расспросы? —
Ун хыҫҫӑнхи Иккӗмӗш тӗнче вӑрҫи вара тата хӑрушӑрах пулнӑ.
За ней последовала Вторая мировая война, еще более разрушительная.
Сентябрӗн 5-мӗшӗнче бригадӑн малти чаҫӗсем Чамовская районне ҫитрӗҫ.
5 сентября передовые части бригады достигли района Чамовской.
Ҫутҫанталӑк хӑйӗн пуянлӑхӗсене таҫта инҫетре пытарса усрать, вӗсемпе кӗрешесси этемшӗн йывӑр та питӗ хакла ларать…
Далеко она прячет свои богатства, тяжелых и упорных усилий стоит человеку борьба с ней…
Кунта тата ытларах хӑрушӑ.
Здесь было особенно пустынно и неприютно.
Мана пурпӗр кӑшкӑра-кӑшкӑра пӑрахаҫҫӗ.
Мне, понимаете, все равно, что кричат.
Мана хирӗҫ карчӑк кӑкӑрӗнче темӗн лӑнкӑртатрӗ, темӗн хӑрӑлтатрӗ; унтан унӑн ӑшлатакан шӑлсӑр ҫӑварӗнчен ӑнланса пӗтермелле мар сасӑсем сирпӗнсе тухрӗҫ, сывлӑшсӑр пулнӑ ватӑ курак кранклатнӑ пек те туйӑнчӗҫ вӗсем, сасартӑк татӑлса ларнӑ хӑйӑлти фистула пек те.
В ответ что-то заклокотало и захрипело в груди у старухи; потом из ее беззубого, шамкающего рта вырвались странные звуки, то похожие на задыхающееся карканье старой вороны, то вдруг переходившие в сиплую обрывающуюся фистулу:
Ан сӗртӗн мӑн ҫума!
Не прикасайся ко мне!
— Икӗ сехет ӗнтӗ кровать ҫине хӑвалатӑп.
— Уже два часа его никак в кровать не загоню.
— Ах, ӗненӗр мана, ӗненӗр эпӗ сирӗн пата мӗн ҫырнине, кӑшкӑрса ячӗ Санин; сасартӑк унӑн вӑтанчӑклӑхӗ сирӗлчӗ, хӗрӳллӗн калаҫма пуҫларӗ: — ҫӗр ҫинче тӗрӗслӗх пур пулсассӑн, таса та иккӗленмелле мар тӗрӗслӗх… ҫав вӑл, Джемма эпӗ сире юратни, эпӗ сире вилес пек юратни пулать.
— Ах, верьте мне, верьте тому, что я писал вам, — воскликнул Санин; вся робость его вдруг исчезла — он заговорил с жаром: — Если есть на земле правда, святая, несомненная правда, — так это то, что я люблю вас, люблю вас страстно, Джемма!
Манӑн мӗншӗн пурӑнмалла?
Для чего же мне жить?
Гриша пирӗншӗн вылять-им?
Разве Гриша за нас играет?
Бланш — цирк терминĕ (франс :fr:planche хӑма).
Бланш — цирковой термин (от — «доска»).
— Кала ӗнтӗ!.. — йӑлӑнчӗ Ольга.
— Скажи же!.. – приставала она.
Нимле тетрадь ҫине те чернил тӑкман эпӗ!
Никакой тетради я у тебя не обливал!
Вӑл портрет ҫине айваннӑн пӑхрӗ, ку вӑхӑтра ун пуҫӗнче хӗрача пит-куҫӗнчен асӑрхаса илсе пир ҫине ӳкернӗ тата кистьпе пӗр хӗрхенмесӗр пӗтерсе хунӑ йӗрсем тӑчӗҫ.
Он глядел на него глупо, а в голове его между тем носились те легкие женственные черты, те оттенки и воздушные тоны, им подмеченные, которые уничтожила безжалостно его кисть.
Вӗсем вуникӗ обойма тата ахаль чиксе хунисем ҫирӗм штук пулчӗҫ.
Их было двенадцать обойм и двадцать шесть штук россыпью.
Мана каҫарӑр та-ха, анчах эсир, ачасем, ун патне питӗ те нумайӑн ҫӳретӗр.
Уж извините, но вас, ребят, много к нему ходит.
Кукамай колхозра вӑй хунӑ.
Бабушка трудилась в колхозе.
Хорунжи — хӗрӗхелле ҫитнӗ, шӗвӗр те кӑвак сухаллӑ, типшӗм, ҫинҫе те хитре тата хӑйӗн хӗрӗх ҫулӗшӗн ытла та ҫамрӑк курӑнакан ҫын.
Хорунжий был человек лет сорока, с седою клинообразною бородкой, сухой, тонкий и красивый и еще очень свежий для своих сорока лет.
Мӗн калан унта, йӑлт картла выляса янӑ…
Как же, жди: он их все в карты проифал…
Хӑв хыҫҫӑн каллех йытта сӗтӗрсе килнӗ!
Будешь еще таскать с собой эту дворнягу!
Ҫамрӑклах иккӗшӗн те уксахласа ҫӳреме тивет, — каҫхине авари пирки сӑмах пуҫарсан пӑшӑрханса калаҫрӗ Виктор.
Обоим с детства придется прихрамывать, — забеспокоился Виктор, когда вечером заговорили об аварии.
Shenfield, S. Vladislav Bugera: Portrait of a Post-Marxist Thinker Johnsons Russia List Research & Analytical Supplement, No. 44, November 2008
В 2008 году беседа Бугеры с писателем и философом Э. А. Байковым была опубликована в № 44 «Бюллетеня Джонсона».
— Иван бай, арӑму мӗнле сан тата?
— Иван, а как твоя жена?
Ку тапхӑрта сирӗн йӑлтах пурнӑҫланӗ, кун валли ҫанӑ тавӑрса та ӗҫлемелле мар.
В данный период у вас все будет получаться. При этом не понадобится прилагать существенных усилий.
2002 — «Хура пирĕшти» Senso 45
2002 — «Чёрный ангел» Senso 45
тĕп авиаҫулсем
магистральные авиалинии
Хӑйӗн йӑмӑкӗ тесе пӗлтернӗ хӗр питӗ чипер те кӑмӑллӑ курӑнчӗ мана.
Девушка, которую он назвал своей сестрою, с первого взгляда показалась мне очень миловидной.
Авраам, Исаак тата Иаков тӗлӗнмелле чаплӑ пуласлӑхӑн сӑнарӗсене куҫ умне кӑларса тӑратнӑ пулмалла, мӗншӗн тесен Турӑ вӗсене сирӗн вӑрлӑху урлӑ ҫӗр ҫинчи пур халӑх та пиллӗх илӗ тесе сӑмах панӑ (Пулт.
Авраам, Исаак и Иаков, возможно, рисовали в уме картины прекрасного будущего, ведь Бог обещал, что через их потомство благословятся все народы.
— «Пиллӗкмӗш-бис» шахтӑра транспортер ленти ҫунса кайрӗ, — васкамасӑр калаҫма пуҫларӗ Гончаров.
— На «пять-бис» загорелась лента транспортера, — медленно заговорил Гончаров.
Ман ҫине пӑхса илчӗ те:
Он посмотрел на меня:
Ӗҫре ӗшеннипе вӗсен пичӗсем хӗрелсе кайнӑ.
Лица их разгорелись от работы.
…Вӗсем килтен саккӑр та вунпиллӗкре тухса каяҫҫӗ.
…Они выходят из дому в восемь пятнадцать.
— Акӑ мӗн, Павлуша, сана пӗр истори ҫинчен каласа памаллах пулать.
— Знаешь, Павлуша, приходится тебе рассказывать об одной истории.
Ӑна нумай пулмасть Парижа килнĕ ҫамрӑк ҫынпа, Альфред Жермонпа паллаштараҫҫĕ, вӑл ӑна туйма пĕлнипе, хӑйĕн хальхи еркĕнĕнчен, барон Дуфольтан ытларах килĕшет.
Ей представляют молодого человека, недавно приехавшего в Париж из провинции, Альфреда Жермона, который производит впечатление куда более внимательного и чуткого мужчины, чем её нынешний любовник барон Дуфоль.
— Ну, мӗн тата куҫусене чарса пӑрахрӑн?
— Ну, чего глаза вытаращили?
Паян вырсарникун, ӗҫсӗр вӑрӑм кун.
Было воскресенье — пустой длинный день.
«Хӑюлли» сӑмсипе ҫав хум ӑшне икӗ фута яхӑн чикӗнчӗ те ӑна нимле вӑйпа та малалла хускатса яма ҫук.
Нос «Смелого» врезался в нее фута на два, и никакими силами нельзя было заставить его продвинуться дальше.
Вӗсем мана ҫийӗнчех асӑрхарӗҫ, вара пӗрлешрӗмӗр те, строя тӑрса, кӑнтӑр еннелле ҫул тытрӑмӑр.
Они заметили меня, присоединились, стали в строй, и мы взяли курс на юг.
Халӗ тинех Егор пулӑ тытма мӗншӗн ирех тухса кайнине Саша ӑнланчӗ.
Теперь Саша понял, почему Егор с утра ушел из дому на рыбалку.
Ҫынсем яра кунхи ӗҫне пӗтернӗ, халӗ — вӑл ӗҫе мӗншӗн туни ҫинчен, вӗсене вӑл мӗн тума кирлӗ е кирлӗ марри ҫинчен шухӑшламасӑр — васкаса, ҫывӑрма чупаҫҫӗ.
Люди кончили работу дня и, — не думая о том, зачем она сделана, нужна ли она для них, — быстро бегут спать.
Вӑл сиксе тухни маншӑн ҫав тери кӗтмен сӗртен пулчӗ, ҫавӑнпа эпӗ пӑшала хывма та ӗлкӗреймерӗм.
Появление ее было столь для меня неожиданным, что я не успел даже снять ружье с плеча.
Кӗркунне-ҫуркунне мӗн чул ача вилнӗ ялсенче!
Верные псы полиции — вахтеры — следили за каждым шагом крестьянина, вмешивались в его повседневную жизнь, могли как угодно ее изменить и даже остановить.
Летчиксем Мускавран вӗҫсе килнине те ӗненмен.
Не сразу поверили они летчикам, что те прилетели из Москвы.
Совет Союзĕн Паттӑрĕн чысне илнĕ вӑхӑтра 1-мĕш Беларуҫ фрончĕн 61-мĕш ҫарĕн 397-мĕш перевҫĕсен дивизин 447-мĕш перевҫĕсен полкĕн батарея командирĕ, аслӑ лейтенант.
Георгий Михайлович Вожакин (1921—2003) — участник Великой Отечественной войны, командир батареи 447-го стрелкового полка (397-я стрелковая дивизия, 61-я армия, 1-й Белорусский фронт), старший лейтенант.
Пурне те мӗнле те пулин вырнаҫтарни кирлӗ…
Всё требует какого-нибудь приложения…
— Кунта, кунта! — чӗнчӗ Лозневой.
— Сюда, сюда! — пригласил Лозневой.
Силлиман лекцийĕ (1923)
Силлимановская лекция (1923)
Анчах вӑрах ан пул, апат-ҫимӗҫсем хатӗрлеме тытӑнмалла пулать.
Только ты не очень долго, пора за стряпню приниматься.
Пирӗн ҫынсене ҫав балкон умне ҫеҫ пухӑнса тӑма юратчӗ.
И это было единственное место в городе, где нашим людям разрешалось собираться.
Кӑвакарса шурӑхнӑ кукша пуҫӗ ҫинче пӗр пайӑрка ҫӳҫ тӑратӑнса тӑрать.
Жёлто-седой хохол торчал над лысым лбом.
Ҫакна ҫырса кӑлараканӑн ылтӑн аллине чуп туса илесчӗ!
Поцеловать бы ту золотую руку, что это написала!
Питӗ хытӑ ҫапнӑ.
Крепко ударили.
— Тулӑ пӗрчисене сапса тухнӑ тейӗн ҫав…
— Будто пшеницу рассыпали…
Чочой хӑйӗн телейне ӗненнӗҫем хӑрама пуҫларӗ: «Ҫак телей сасартӑк ҫухалсан?..» — тесе шухӑшларӗ вӑл.
И чем больше верил Чочой этому счастью, тем явственнее нарастала тревога: «А что, если все это вдруг исчезнет…»
— Патӑмӑр-ҫке.
— Дадены были.
1990 ҫулта МХАТ шкул-студинчен (Олег Табаковӑн курсĕнче вĕренсе тухать).
В 1990 году окончил Школу-студию МХАТ с красным дипломом (курс Олега Табакова).
«Эсир... халӗ Турӑ халӑхӗ»
«Вы... теперь народ Бога»
— Ҫут тӗнче ырӑ ҫынсӑр мар, — терӗ Родионов, савӑнӑҫлӑн йӑл кулса.
— Свет не без добрых людей.
Анчах эпир унта ӳсентӑрансем пачах та ҫук теме пултараймастпӑр.
Но нельзя с полной уверенностью заявить, что там совершенно нет растительности.
— Степа-и? — кӑшкӑрса ыйтрӗ хӗрлӗ сухалли.
— Стёпа? — крикливо спрашивал рыжебородый.
Ҫак авари хыҫҫӑн эпӗ нумай тӳссе ирттертӗм, нумай шухӑшларӑм.
Много я пережил, перечувствовал после этой аварии.
— Ачасем, Домна Лапина кинеми патӗнче эсир ӗҫленӗ вӗт-ха?
— Ведь это вы, ребята, работали у бабушки Домны Лапиной?
«Чипер патша хĕрĕ тата телейлĕ карла» (1792)
«Прекрасная царевна и счастливый карла» (1792)
«Вӑкӑр чӗлхипе ҫулласа илмелле йӑвӑ акаттӑмӑр йӗтӗне.
«Лен сеяли так густо, что бык языком мог слизнуть».
Ҫавӑн пек хатӗрленнӗ хыҫҫӑн учитель кашнинченех кам хутла пӗлнипе пачах пӗлменни ҫинчен ыйтса тухрӗ.
После этих приготовлений учитель опросил всех по очереди, кто грамотный, а кто совсем не знает букв.
— Ара, вилнӗ тенисем пурте сывӑ халь! — хаваслӑн ӑнлантарса пачӗ Ваҫҫук.
— Те, что были убиты, теперь живы! — торжественно пояснил Васек.
Укҫу пур, пурӑн та пурӑн, пурӑннӑ пек чухне.
Если есть деньги, то живи и поживай себе.
Ҫавӑн пекех эпӗ хамӑн чирпе мӗнле кӗрешмеллине ӑнланас тесе тухтӑр патне кайрӑм, кун йӗркине улӑштартӑм, ҫителӗклӗ канма тата физкультура тума вӑхӑт уйӑрма пуҫларӑм.
Я также обратился за помощью к врачу, изменил свой распорядок и выделил достаточно времени для отдыха и физических упражнений.
— Шуйттан хӑраххисем…
— Ах, шайттаны проклятые!..
63 — Боспорта влаҫ Фарнака, Митридат ывӑлне, куҫнӑ.
63 — Власть в Боспоре переходит к Фарнаку, сыну Митридата.
XIV ĕмĕрĕн вĕҫĕнче Аслӑ Людовик I кунта Зволен карманне туса лартать.
В конце XIV века король Людовик I Великий строит здесь Зволенский замок.
урамри шӑв-шава вӑйсӑрлатмалли майсем
меры по снижению уличного шума
Ак, тамаша, ял Светӗнче хут уйӑрттарса тухнӑ саккунлӑ арӑмӗ тейӗн ҫав.
Как законная жена, с которой накануне в сельсовете расписались.
— Мӗнле шухӑшлас мар-ха ун ҫинчен?
— Как же об ней не думать?
— Ав, хӑвӑн арӑму та пӗрлех ларать-ҫке.
— Вон и твоя с тобой сидит.
Ҫӗр чӑмӑрӗ хӑй ӑшӗнче калама ҫук нумай шыв, вут-хӗм, ҫу пытарса усрать.
Наш земной шар изрезан сетью подземных артерий, в них происходит чудесное обращение воды, масла, огня.
Декабрӗн ҫирӗм ҫиччӗмӗшӗнче ҫапӑҫусем хула хӗрринче пуҫланса кайрӗҫ, Будапештӑн ҫав чаплӑ штурмӗ икӗ уйӑха яхӑн тӑсӑлчӗ.
Уже 27 декабря завязались бои на окраинах города, начался тот славный будапештский штурм, который продолжался около двух месяцев.
Ҫыран хӗрринче пӗр ушкӑн халӑх паромпа каҫаракансемпе вӑрҫса тӑрать.
Куча народу бранилась на берегу с перевозчиками.
Суту-илӗвӗн хисеплӗ ӗҫченӗсем тата ветеранӗсем!
Уважаемые работники и ветераны торговли!
29. Унӑн ӳтне Филипп, ачалӑхри тусӗ, тиесе килнӗ, хӑй вара, Антиох ывӑлӗнчен хӑраса, Египет ҫӗрне Птоломей Филопатор патне тухса тарнӑ.
29. Тело его привез Филипп, совоспитанник его, который, боясь сына Антиохова, удалился к Птоломею Филопатору в Египет.
«Каллех ман ҫӑлтӑр тухмасть-ши?» — вӗлтлетсе илчӗ Санин ӑшӗнче.
«Уж не опять ли моя звезда действует?» — мелькнуло в мыслях Санина.
Вара… мӗн тӑвӑпӑр-ха эпир?
И тогда… что мы делать будем?
Владимир Белокуров — Аристарх Илларионович Латкин
Владимир Белокуров — Аристарх Илларионович Латкин, статский советник
Ӑна вара дикарьсем тахҫанхи пӗлӗш пекех йышӑннӑ.
Он был встречен со стороны дикарей самым дружеским приёмом.
Хӑй тӗксӗмленчӗ те, пӑшӑрханнине палӑртмасӑр, ҫапла каларӗ:
Нахмурился, сдерживая волнение.
Ҫӑна пула та хулара метро ҫулне хурасси мала тухать: СССР-та метрополитена миллионлӑ хулара тунӑ.
Именно с этого года претензии тогдашней ТАССР к руководству страны по поводу метро стали более-менее обоснованными, так как метрополитены в СССР строились только в городах-миллионерах.
Королёв Сергей Павлович
Королёв, Сергей Павлович (1906—1966)
Анчах эпӗ хам тепрер эрнерен ӑҫта пулассине те пӗлместӗп, — тен, Италире, тен, Англире, е тата Прагӑра пулӑп, — халь эпӗ хам фантази тӑрӑх пурӑнатӑп, вӑл ӑҫта илсе каяссине вара пӗлместӗп.
Но я не знаю, где я буду через неделю, — быть может, в Италии, быть может, в Англии, быть может, в Праге, — я могу теперь жить по своей фантазии, а куда она унесет меня, не знаю.
Мария Александровна Крещатник урамӗпе утать, хӗллехи йӑмӑх хӗвелтен куҫне хӗсет, техӗмлӗ сивӗ сывлӑшпа, хулан юмахри пек илемӗпе киленет.
Мария Александровна шла по Крещатику, щурилась от яркого зимнего солнца и наслаждалась морозным пахучим воздухом, сказочной красотой города.
Юханшыв тӑршшĕ 257 км.
Длина реки — 257 км, площадь водосборного бассейна — 9630 км².
— Мӗншӗн тесен пирӗншӗн пурте пӗр.
— По такому случаю, председатель, что нашему брату все едино.
— Юри мар-ҫке, — витлесе илчӗ ӑна арҫын ача.
— Так получилось! — передразнил мальчик.
Володьӑна, ытлашши ҫитӗннӗ шкул ачи майла, чӑмӑр пуҫлӑ, сӑмси сӗвӗнсе пӗтнӗ, тӗсрен кайнӑ ҫӳҫлӗ инструктор Николай Семенович ҫырчӗ.
Инструктор Николай Семенович, сам похожий на школьника-переростка, круглоголовый, с облупленным носом и выгоревшими волосами, записал Володю.
13: 5.) Чӑнах та, пурне те ҫӑлӑнӑҫ ҫинчен «чӗлхе - ҫӑварпа каласа тӑни» пирӗн чӗрере ӗненӳ пуррине питӗ лайӑх кӑтартса парать.
Да, когда наши уста «всенародно возвещают ко спасению», это ярко свидетельствует о том, что в нашем сердце есть вера.
Мӗн чӗмери вӑл, пӗр тесен, илемлӗх, енчен те ӑна тӑваткал метрпа шута илме май ҫук пулсан?!
Да и вообще что это за штука, если ее на квадратные метры нельзя измерить?!
Халӑх кӗрлесе тӑнӑ хушӑра хуҫи каллех ҫинҫе сасӑпа кулса ячӗ.
В ответ на рев раздался пронзительный, визгливый смех хозяина.
Авӑ, Нагульнова та хӑнклаттарса пӑрахнӑ пулмалла.
Вот и Нагульнова, как видно, ухандокали.
Анчах ку темӗнле асар-писер арпашу вӗт!
Но ведь это какое-то чудовищное недоразумение!
8. Чеченскер, пӗр шухӑшсӑр пурӑнаканскер, ӑшунта: «эпӗ, — ман пекки урӑх ҫук, — тӑлӑх арӑм пулса юлмӑп, ачамсем пӗтнине курмӑп» теекенскер, халӗ итле ҫакна.
8. Но ныне выслушай это, изнеженная, живущая беспечно, говорящая в сердце своем: «я, - и другой подобной мне нет; не буду сидеть вдовою и не буду знать потери детей».
Вӗсем юханшыв вокзалӗн ҫурчӗ витӗр тухаҫҫӗ те, пусмасем тӑрӑх пристань патне — пысӑк ҫурт пек туса лартнӑ хуралтӑллӑ баржа патнелле анаҫҫӗ.
Они проходят через здание речного вокзала, спускаются по лестнице к пристани — большой барже, на которой высится постройка вроде дома.
Лоскутов Чапаева куҫӗнчен пӑхрӗ:
Лоскутов посмотрел Чапаеву в глаза:
Умра хунар ҫути.
Перед каждым из нас резкая струя света.
Хӑраса ӳкнӗ те, хӑранине пула сутнӑ.
Поддался трусости и из трусости предал.
«Майӗпен - майӗпен эпӗ юратакан Атте тата хӗрхенекен Турӑ пуррине ӗненме пуҫларӑм, — тет Хайми. — Иеговӑн тӳрӗлӗх нормисене тытса тӑни маншӑн хӳтлӗх пулса тӑчӗ.
«Мало - помалу я убеждался в существовании любящего Отца и милосердного Бога, — рассказывает Хайми. — Божьи праведные нормы стали для меня защитой.
— Эп нимӗн те пӗлместӗп.
– Я ничего не знаю.
Эсир ҫӳлте юлатӑр.
Вы окажетесь на высоте.
Ӗҫ, кил - ҫурт, укҫа - тенкӗ тата сывлӑх пуррисем те ҫавсене пурне те ҫухатасран хӑраҫҫӗ.
И те, у кого есть работа, дом, достаток и сравнительно хорошее здоровье, боятся все это потерять.
Лешӗ, ӑнланмасӑр, пуҫне ун еннелле ҫавӑрса пӑхрӗ, анчах та ҫавӑнтах кӑна юри каланине тавҫӑрса илчӗ те, кулса ярасран аран тытӑнса машинӑн тимӗр ҫунатне тытса, чӑнласа каланӑ пекех:— Сивӗннӗ. Халь кайма юрать, — терӗ.
Тот с недоумением повернул к нему голову, но сразу сообразил, что это сказано нарочно, и, еле удерживая смех, потрогал рукой железное крыло и серьезно сказал:— Охладился… Теперь можно ехать.
Лайӑхрах суйлӑр эсир!
Выбирайте лучше!
— Мӗнле тӳссе тӑрӑн-ха ӗнтӗ, Гвоздев юлташ! — терӗ тахӑшӗ.
— Да разве вытерпишь, товарищ Гвоздев? — сказал кто-то.
Буденныйсен ут ҫарӗпырӗ юртӑпа.
лаваБуденныхпойдетна рысях.
Ҫак сӑмахсем хыҫҫӑн Бородулина пурте паллӑ пулса тӑчӗ те нимӗн ҫинчен те ыйтма кирлӗ пулмарӗ.
После этих слов Бородулину сразу все стало так ясно, что спрашивать ни о чем уже не следовало.
кӑҫал ейӳ хытӑ сарӑлчĕ
в этом году разлив был большой