alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Паллах, ҫав ҫынсем Иисус чӑннипе мӗнлерех пулнине пӗлмен.
Естественно, авторы этих произведений не имели ни малейшего представления о том, как в реальности выглядел Иисус.
Шинеле ҫумӑр ытларах та ытларах ҫапса шӳтерет, лере тата чылаях аялта, тӑван ҫӗршыв енче, хӗвел халӗ те ҫутатса пӑхать.
Дождь все сильнее стучал по шинели, а там далеко внизу, на родной стороне, еще светило солнце.
Тумтирсен татӑкне те пулин тупасчӗ, тесе лесник малалла пӑхать.
Взглянул лесник вперёд: хоть бы одёжи клок подобрать!
Мӗнле тумалла-ха вӑл культурӑлла шеф ӗҫне?»
Как ее делать-то, эту культурно-шефскую?»
— Ку грексен алфавитӗнчи сигма вӗт!»
Так это же сигма из греческого алфавита!»
Кунта унӑн вӗренекенсене илӗртекен япаласем — угольниксем, никелтен тунӑ метр виҫисем, планшет ҫумне ҫыпӑҫтарнӑ чертежсем тата ыттисем те темӗн чухлех выртаҫҫӗ.
Заведующий мастерской потирал руки, предвкушая удовольствие, которое он доставит Горовицу.
Туй хыҫҫӑнах-ха вӑл, пахчана ӗҫлеме тухсан, вӗсем Андрейпа иккӗш ҫак пилеш айӗнче тӑнӑччӗ,— пилешӗ ун чух шап-шурӑ чечекреччӗ.
Вскоре после свадьбы, придя поработать на огород, они вместе с Андреем стояли под этой рябиной, — вся она была осыпана нежным белым цветом.
Варакин Николай Григорьевич — (1912- 28.03.1945), Совет Союзĕн Паттӑрĕ , , .
Николай Григорьевич Варакин (1912—1945) — старшина Рабоче-крестьянской Красной Армии, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза (1945).
Тӗрӗссипе ку ӗнтӗ унӑн мар, манӑн ҫӑкӑр темелле.
Хотя это вроде бы не его, а уже мой хлеб.
Ҫӗр ялтан кая мар пулӗ тен, вӑт ку вара пысӑк сиен!
Может — не меньше сотни, вот это — убыток!
Эпӗ ҫапла тӑваттӑм та, вара нумай пиллӗх илеттӗм.
Я так и поступала и была щедро благословлена.
— Ан тыттар! — ӗненмест вӑл.
— Шутишь?
«…Макар пӑшалтан пеме питӗ лайӑх вӗренчӗ, ай, лайӑх!
«…Хорошо научился стрелять Макар, ой, хорошо.
Йӳнӗлле, нумайлӑха тата кӗтмелле туяннӑ тӑрпалтай.
Дурак, купленный дешево, в рассрочку, надолго.
Янаххине тытрӗ те килнелле утрӗ.
Оба смеются, правда, Мульдиер при этом как-то сострадательно и настороженно поглядывает на Ухтивана, а тот — от всей души, весело и беззаботно.
Вӑл кӑкӑрӗ уҫӑ маррипе аптӑрать, ҫавӑнпа йывӑррӑн, шӑй-шай шӑхӑрса сывлакалать.
Его душила астма, и он дышал тяжело, с присвистом.
— Аҫу, аннӳ ҫырусем ҫыраҫҫӗ-и?
— Отец, мать пишут?
Мӗн - ши ӑна питӗ савӑнтарнӑ?
Что же его так обрадовало?
Хӑйӗн ывӑлӗпе Чугрей ниепле те килӗшсе пурӑнма пултараймарӗ.
С сыном Чугрей никак не мог поладить.
Эпӗ те тӳрӗ ҫын, мсье Лопухов, ӗненӗр мана, кама хисеплеме юранине ӑнланатӑп эпӗ.
Я тоже честный человек, мсье Лопухов, и поверьте, я понимаю, кого можно уважать.
— Эсӗ ҫывӑрсах ларатӑн иккен.
— Ты совсем спишь.
Тармакланнипе пичӗ хӑйӗн хӗремесленнӗ, ҫамки ҫинче те ик юн тымарӗ, сӑмса кӑкӗ патӗнче пӗрлешекенскерсем, ижица пек, тапса, явӑнса тухнӑччӗ.
От напряжения его лицо покраснело, и на лбу вздулись, точно ижица, две сходящиеся к переносью жилы.
— Ӑҫта кайма тухрӑр? — терӗ вӑл юлашкинчен, ҫар билечӗн страницисене уҫкаласа.
— Куда вы направляетесь? — спросил наконец он, перелистывая странички военного билета.
Пехота вара, пӗр-пӗчченскер, апат нормине хӗстерсе тата кашни патроншӑн чӗтресе, ҫаплах малалла талпӑннӑ.
А пехота, одна-одинешенька, все-таки продолжала двигаться вперед, урезав рацион и дрожа над каждым патроном.
— Акӑ, акӑ мӗнле переҫҫӗ! — сике-сике, аллисемпе сулкаласа кӑшкӑрчӗ Петька.
— Вот, вот как кидают! — подпрыгивая и размахивая руками, кричал Петька.
Унӑн ҫул-йӗрӗ, ухӑ йӗппи пекех, тӳп-тӳрӗ: пионертан — комсомола, комсомолтан — партие.
Линия у него, как стрела, прямая: из пионеров в комсомольцы, из комсомольцев в партию.
Хӳтлӗх хатӗрӗ
Устройство защиты
5. Ӑна сӗм-сӗмлӗхпе вилӗм ӗмӗлки хупӑрлатӑр,ӑна хура пӗлӗт карса илтӗр,ӗнтсе яракан шӑрӑхран хӑранӑ пек сехӗрленччӗр унран!
5. Да омрачит его тьма и тень смертная, да обложит его туча, да страшатся его, как палящего зноя!
Пулемет казаксен пуҫӗ ҫийӗн, татти-сыпписӗр сапаласа, пульӑсем шӑхӑртать; пульӑсем малти тата утсен урисем айӗнчи тусана мамӑк татӑкӗ пек таткаласа ҫӗклентереҫҫӗ.
Пулемет без передышки стлал над головами казаков веером разбегающийся визг пуль; они рвали впереди и под ногами лошадей ватные хлопья пыли.
Анчах малашнехи кӗске повеҫ валли ҫеҫ мар, тулли романлӑх та материал панӑ пулӗччӗ.
Но дальнейшее составило бы материал для целого романа, а не коротенькой повести.
— Эсир килӗрсене кайӑр, — терӗ Ваҫка Серёжӑпа Шурике.
— Вы — по домам, — сказал Васька Сереже и Шурику.
Вӗсем мӗнле халӑх иккенне пӗлсе те ҫитерейместӗр!
Вы себе представить не можете, что это за народ!
31. Патша, усал шухӑш тытса вӑйлӑ ҫилӗпе тулса ҫитнӗскер, хӗрхенӳсӗр чӗреллӗ пулнӑран иудейсен хурлӑхлӑ та инкеклӗ вилӗмне хӑйӗн куҫӗпе курасчӗ тесе сӑлансемпе пӗрлех тапранса тухнӑ.
31. Царь же, полный сильного гнева, с нечестивым замыслом, вышел целым походом со зверями, желая по жестокости сердца видеть собственными глазами плачевную и бедственную гибель упомянутых людей.
Сӑмахран, эсӗ хӑвӑн ача чухнехи ҫӗрлехи чӳлмекне астӑватӑн-и?
Например, ты помнишь свой ночной горшок детства?
Каяр та пӗтӗм ушкӑнпах килӗпӗр, тревогӑпа!
Бежим подымем тревогу!
Темле йӗре шыранӑ пек, вӑл ялан ҫӗре шӑршланине асӑрхарӗ Дик.
И, как заметил Дик Сэнд, словно бы все время искал какой-то след.
— Хӑҫан та пулсан ҫав телейсӗр ҫынсем хӑйсен тӑван ҫӗршывне ҫӗнӗрен курсан, вӗсем хӑйсене ҫӑлнӑшӑн сирӗн умра парӑмлӑ пулаҫҫӗ.
— И если эти несчастные снова увидят свою родину, то они будут обязаны этим счастьем вам!
Власова Конев маршал штабне илсе пыраҫҫĕ, унтан ӑна Мускава турттараҫҫĕ.
После задержания он был доставлен в штаб маршала И. С. Конева, оттуда в Москву.
Хӑш чухне кӗлтуса, эпӗ унтан манӑн мӗн тумаллине кӑтартса пама ыйтаттӑм, аннепе пӗрле хӑй патне илме йӑлӑнаттӑм…
Иногда я просил его указать, что надо делать, просил забрать к себе вместе с матерью.
Юрдан сывлӑшне аран ҫавӑрса йынӑшса ячӗ.
И Юрдан застонал, еле переводя дух.
— Сашка, кил вӗтӗ пулӑ тытма! — чӗнчӗ Серега.
— Сашка, иди мальков ловить! — позвал Серега.
Пантелей Прокофьевича ҫар сучӗ вӑхӑтлӑха вырнаҫнӑ Каргински станицине конвойпа ӑсатрӗҫ.
Пантелея Прокофьевича под конвоем отправили в станицу Каргинскую, где находился военно-полевой суд.
курӑнмасӑр тӑр
прятаться, не показываться
Кӗсмен аврисен тӑлавар татӑккисемпе чӗркенӗ тыткӑчсем кӑна майӗпен чӗриклетнӗ.
Чуть слышно скрипели в уключинах весла, обмотанные тряпками.
Хӑйӗн ялтӑркка ҫутӑ ҫеҫкеллӗ кӗп-кӗске кӗпине тӑхӑннӑ, йӑрӑм-йӑрӑм кӗске чӑлхапа, тӗлӗнмелле йӑмӑх хӗрлӗ те ҫемҫе сӑран пушмакпа, вӑл мана ытарайми илемлӗн туйӑнса кайрӗ.
В платьице, усыпанное яркими цветами, в носочки с тремя цветными полосками по кругу и в туфельки из удивительно алой и мягкой кожи.
Самуил вара: кала, [Ҫӳлхуҫамӑм,] Санӑн чуру итлет, тенӗ.
И сказал Самуил: говори, [Господи,] ибо слышит раб Твой.
Ҫиппе тата вӗт пралукпа ҫӗлесе хунӑ ҫӗрӗсем ҫапӑҫура часах татӑла-татӑла ӳкнӗ.
Кольца, прикрепленные нитками или тонкими проволочками, в бою легко отрывались.
Ҫывӑхри ялсенче шӑв-шав тапранать кӑна — Михапар унта васкать.
В то же время он укоряет Микки, мол, слушаешь своего братца, живешь под его гнетом, никуда не ходишь.
Ваня супса ан ҫӳретӗр, тавӑрӑнтӑр, тесе пур еннелле те кӑшкӑрсан, ефрейтор Биденко ӑна ҫар наукин пур йӗркисем тӑрӑх шырама тытӑннӑ.
На всякий случай покричав во все стороны, чтобы Ваня не валял дурака и возвращался, ефрейтор Биденко приступил к поискам по всем правилам военной науки.
— Турӑ пулӑштӑр!
— Помогай бог!
Машина аялалла хӑвӑрт анма пуҫларӗ.
Машина быстро стала снижаться.
— Кашнин айнех алтса пӑхатпӑр.
— Под всеми по очереди!
Пӑрахут майӗпен-майӗпен пристаньрен уйрӑлнӑ.
Пароход стал медленно отходить от пристани.
кӑмӑлĕ аванланчĕ
он подобрел
Статьяра каланӑ тӑрӑх, гектограф валли чи малтан хӗррисене тавӑрнӑ шӑвӑҫ листи кирлӗ пулнӑ.
В статье говорилось, что первое и основное, что требуется для гектографа, — это железный лист с поднятыми, высокими краями.
— Тӗрӗс, — ҫирӗплетрӗ Степунов, ассӑн сывласа илсе.
— Правда, — вздохнув, подтвердил Степунов.
Сӑртсем ҫинче рота нимӗҫсемпе болгарсен отрячӗсене темиҫе хут ӑнӑҫлӑн тапӑнчӗ.
Рота произвела несколько успешных налетов на немецкие и болгарские части в горах и держала их теперь в постоянном страхе.
— Ҫыранран аяккалла, шаларах, каяр.
— Уйдемте подальше от этого берега.
Пиншак тӳмисене вӗҫертсе ярса, урисене сарса тенкел ҫинче ларакан купӑсҫӑ хӑйӑлтатакан гармонне турткаланӑ.
Гармонист в расстегнутой тужурке, расставив колени, качался на стуле, перебирая басовые клапаны задыхающейся гармоники.
Кашни пысӑк тӑвӑнах хӑйӗн тӳпи пулать.
У каждой большой горы есть свой шихан.
Ҫавна пула инфраимагональ стадийӗсене аталантарни 4-5 эрне пырать, тавралӑх температурине тата апат ҫителӗклӗ пулнине кура.
Итого развитие инфраимагональных стадий продолжается 4—5 недель, в зависимости от температуры окружающей среды и достатка пищи.
«Эпир, — тет вӑл мана, — йытӑсем пек, уйӑха уласа вӗретпӗр».
А он говорит: «Это мы, вроде собак, на луну воем».
Канмалли кунсенче пултарулӑхпа аппаланӑр.
Выходные проведите за творчеством.
— Кама лартма хатӗрленетӗн-ха кун пек тенкел ҫине? — ыйтмасӑр ирттерсе ямарӗ Зуля Хуркайӑкран.
Не преминув спросить у нее:— Кого сажать-то собралась на такой стул?
Генералсем вара хӑйсен палаткисем патӗнче кӗпӗрленсе тӑнӑ, Лушкӑна кӗтнӗ.
А генералы толпятся около своих палаток, ждут Лушку.
— Сан ҫинчен пӗтӗмпех пӗлетӗп.
— Все знаю про тебя.
— Ак сана — кай!
— Вот тебе — иди!
ун умĕнче амӑшĕн сӑнĕ тĕсленчĕ
перед ним предстал образ матери
Михаил Александрович Лакербай — ҫыравҫӑ, драматург, театровед
Абхазский драматический театр (Сухум);
Сывлӑх сунтӑм.
Поздоровался.
Китай чӗлхипе тӑван чӗлхе пек 1,3 миллиард ҫынна яхӑн усӑ курать, ҫапла вӑл тӗнчере чи анлӑ сарӑлнӑ чӗлхе шутланать.
Китайский язык как родной язык используют около 1,3 миллиарда человек, таким образом он  самый распространённый в мире.
Ял вӗҫнелле.
Туда, где село кончается.
Сӑртра та, ҫеремре те туллиех халӑх.
Полно людей и на пригорке, и на лугу.
Ҫара кайиччен вара пӗр ҫулталӑка яхӑн ҫӳрес килет.
А до армии хочется годик погулять.
— Халь шыв-шур-ҫке-ха, ҫырма-ҫатрасене шыв тапса тулнӑ, ҫул ҫук.
— Зараз же разлой, лога все понадулись, бездорожье.
Уҫланкӑра вӑрттӑн сыхлакансем…
Засада на поляне…
— Акӑ ӑҫтан пынӑ вӑл.
— Вот как он шёл.
Григорий ӗрӗхсе кайнӑ утне, картах тавӑрса, тӳрех Аксинья ҫине тытрӗ:
Круто повернув, наезжая на Аксинью разгоряченной лошадью, Григорий спросил:
Эсир халӗ те сарӑрах сӑнлӑ-ха, ҫапах куҫӑрта ӗлӗкхи мӗскӗнлӗх ҫук.
Вы все еще желты, а все-таки в глазах нет прежней дряни.
Ҫаксене вӑл учительсен пӳлӗмӗнче кунтан-кун калатчӗ, ҫитменнине хытӑ, пурне те илтӗнмелле каласа хуратчӗ.
Она повторяла все это в учительской изо дня в день, громко и раздраженно.
а) 2 Тимофей 3: 14 — 17 хальхи ҫамрӑксемпе мӗнле ҫыхӑннӑ?
а) Чем 2 Тимофею 3: 14 — 17 может быть близко многим юношам и девушкам?
Чӑваш Енри Комсомольски район
Населённые пункты Комсомольского района Чувашии
Йывӑр тесе нӑйкӑшмаҫҫӗ.
На трудности не жалуются.
Тынэт шурӑ шӑлӗсене йӑлкӑштарса кулса илчӗ.
Лицо Тынэта вспыхнуло ослепительной белозубой улыбкой.
Мӗн чухлӗ ӗҫлерӗмӗр — ас тумастӑп, анчах ханкӑрта нимӗн те хӑвармарӑмӑр, унтан пӗтӗмпех тӗпсӗрлӗхе пӑрахрӑмӑр.
Сколько работали — не помню, но все дочиста вытаскали и свалили в бездну.
Блиндажа связнойсем ҫитсе кӗчӗҫ.
В блиндаж прибыли связные.
— Манӑп, — сӑмах пачӗ Катя.
— Забуду, — пообещала Катя.
Вара Струтинскисем пурте — ваттисем те, вӗттисем те отрядра хӑйсен вырӑнне тупрӗҫ.
И все они — старые и малые Струтинские — нашли свое место в отряде.
Кала ӗнтӗ, мӗншӗн килтӗн?
Говори же, зачем пришел?
Никам та ӑна ӑнланман пулӗччӗ.
Да никто и не понял бы ее вокруг.
Техасри джунгли варринче чуллӑ ҫӗр ҫинче выртмалла.
Каменистая постель посреди техасских джунглей…
Иегова чи малтанах шутласа хунӑ тӑрӑх, пур ҫыннӑн та пӗр ҫемье пек пӗр влаҫа — унӑн влаҫне — пӑхӑнса пурӑнмалла пулнӑ.
Иегова первоначально задумал, чтобы все люди были объединены как одна семья под одним правлением — его правлением.
Эпир пӗлетпӗр…
Нам известно…
— Ан йӗкӗлте мана, юрать-и?
— Не дразни меня — ладно?
Партизансем пӳрте кӗчӗҫ, ҫӗлӗкӗсене хывса, нимӗн чӗнмесӗр тӑчӗҫ, калаҫсан та, хӗр ыйхине пӑсас мар тенӗ пек, пӗр-пӗринпе шӑппӑн ҫеҫ пӑшӑлтатрӗҫ.
В избу заходили партизаны, снимали шапки, стояли молча или переговаривались совсем тихо, словно боялись потревожить сон девушки.
Пӗрре ҫапла, экспедици ирттернӗ чух, ҫӗрле, вӑл минтер ҫинче банк янӑ пулать те, унӑн калама ҫук пысӑк ӑнӑҫ пулнӑ, имӗш.
Рассказывали, что раз, во время экспедиции, ночью, он на подушке метал банк, ему ужасно везло.
— Спасибо сире, этем! —
— Спасибо вам, человек! —
«Пултаратӑн!» — шухӑшларӗ Смолярчук.
«Молодчина!» — подумал Смолярчук.
Тахӑшӗ газ трубине шӑрпӑкпа тивертнӗ, сасартӑк пӳлӗм ҫуталса кайнӑ.
Потом вдруг комната осветилась, потому что кто-то зажег газовый рожок спичкой.
Ӗлӗкхи ҫынсем ҫак энергипе питӗ сахал усӑ курнӑ: пӗчӗкрех юханшывсем ҫине шыв арманӗсем лартнӑ, шыв тӑрӑх сулӑсем юхтарнӑ.
Прежде от этой энергии люди использовали только ничтожные крохи: ставили водяные мельницы на небольших реках, сплавляли по воде плоты.
Эсӗ шӳтлеме пӑрах-ха, мана кала: халӗ тырра ватни ҫинчен мантӑн-и?
Ну, ты шутки брось, а скажи: забыл ты зараз о потраве?
Ҫаврӑнса килтӗм эпӗ унта.
Я ж был там!
— Эпӗ! — шанӑҫлӑн каланӑ Щуров.
— Я! — уверенно сказал Щуров.
Хуҫа вырӑнтан тапранма та хӑрать.
Не решаясь уходить, хозяин стоял.
— Ара, хӑвар ӗнтӗ пӑртак, хӑвар пӑртак, — шӳтлесе ҫеҫ сӑмах хушрӗ Шерккей.
— Неуж малость не оставишь? — пошутил Шерккей.
Тополев вара сасартӑк калаҫма чарӑнчӗ те кресло ҫине йывӑррӑн ларчӗ.
А Тополев внезапно замолчал и грузно опустился в кресло.
Эпир пӳрте кӗтӗмӗр.
Мы вошли в комнаты.
Ислетеҫҫӗ вӗсене, Шурик!
Бьют их, Шурик!
Пӗрле эпир курӑмлӑ ҫитӗнӳсем тӑвасси тата республикӑра пурӑнакан ҫынсем валли ӗҫлеме тата пурӑнма лайӑх та хӑтлӑ хутлӑх туса хурасси пирки иккӗленместӗп.
Уважаемые родители!
Хӑйсен чиркӗвӗсене ҫӳрекенсене Турӑ ҫинчен тӗрӗс вӗрентсе йӑпату тата пӗлӳ парас вырӑнне духовенство вӗсене этем философийӗсене вӗрентсе йӑпӑлтатать.
Вместо того чтобы питать свою паству духовной пищей, предоставляя ей утешение и знание, духовенство льстит слуху прихожан человеческой философией.
Акӑ унӑн ҫав савӑнӑҫлӑ кунсенче ҫырнӑ сӑввисенчен пӗри:
Вот одно из его стихотворений тех счастливых дней:
Пирӗн пуҫлӑх, чарусӑр Расщепей, вут урлӑ ялт та ялт сике-сике каҫать.
Наш предводитель, неистовый Расщепей, с разбегу перемахивал через костер.
Урапи шывпа чыхӑннӑ пек, ирӗксӗррӗн йӑраланкаласа ҫаврӑнать, айлӑмра вара вӗҫӗмсӗрех чӗриклетекен-халтӑртатакан шав янӑраса тӑрать.
Колесо захлебывалось водой, вращалось нехотя, и сонно-тягучий, мучительно однотонный шум неумолчно разливался по низине.
— Здоровеньки булы, товаришочки! — кӑшкӑрать вӗсене Роман Блаженко ҫирӗп сасӑпа.
— Здоровеньки булы, товаришочки, — кричал им Роман Блаженко бодрым голосом.
— Тарха-асшӑн…
— Пожа-алуйста…
Хушӑран хушӑ вӑл турра ылханас патне те ҫитнӗ, анчах тытӑнарах тӑнӑ…
Порой, кажется, он готов был даже кощунствовать, но все-таки сдерживался…
«Аннӳ ӗҫе карӗ-и?»
А меня сюда, с едой, послала…
Кусене уя пытарса хӑварнӑ боеприпассене хулана илсе килме хушнӑ.
Им было поручено перенести в город забазированные в степи боеприпасы.
Патшалӑх шыв реестрĕнчи шыв объекчĕн кочĕ — 05010500712107000016385
Код объекта в государственном водном реестре — 05010500712107000016385.
Мисс Скотт тем пек хӗссен те, манӑн учительница тӳррӗн каланӑ: «Ку манӑн ӗҫ».
Несмотря на давление со стороны мисс Скотт, моя учительница была непреклонна и сказала: «Я так решила».
Минно-торпеднӑй дивизи летчикӗсем путарчӗҫ ӑна, — кулянса каларӗ Михал Михалыч.
— Засундучили ее летчики из минно-торпедной дивизии, — угрюмо сказал Михал Михалыч.
Пире халь ӗҫ кӗтет… шуйттан ҫӑттӑрах сирӗн республикӑра!
Нас сейчас дело ждет… Черт бы побрал ваши республики!
космополитизм идеологийĕ
идеология космополитизма
Хам санпа пӗрле пырайманни ҫеҫ пӗтерет, атту эпӗ сана тӗне хирӗҫ кӗрешес енӗпе пысӑк пулӑшу панӑ пулӑттӑм.
Жалко, что я с тобой не поеду, а то бы я мог тебе большую пользу в антирелигии оказать.
Станиславскиех кашни 7 ҫулта ҫӗнӗ формӑсем шырамалла тенӗ.
Еще Станиславский сказал, что надо каждые 7 лет искать новые формы.
а) Иегова пире хӗрхентӗр тата юраттӑр тесе эпир мӗн тума пултаратпӑр?
а) Как мы можем снискать милосердие и испытать любящую доброту Иеговы?
1845 ҫулта Америка Техас Республикине аннексилет.
1845, 29 декабря — Присоединение Республики Техас к США на правах штата.
— Эп пӗччен мар, ман мӑшӑр пур, ыр хуҫам, — терӗ вӑл.
А поживем — там, глядишь, и третий появится.
Унӑн вӑл ӑҫта-тӑр шалта пуҫланчӗ, вара, ӳсе-ӳсе, майӗпен-майӗпенех пӗтӗм ӳт-пӗве сарӑлчӗ.
Холод зарождался где-то внутри и, медленно расползаясь, заполнял все тело.
— Ӑҫтисем пулаҫҫӗ?
— Откуда будут?
— Ӑна Швабрин аллине париччен, эпӗ, лучше, халех вилме килӗшетӗп, — терӗм эпӗ, урса кайнӑ пек пулса.
— Скорее соглашусь умереть, — сказал я в бешенстве, — нежели уступить ее Швабрину!
Сире Лӑпкӑ океанӑн пӗр пушӑ утравӗ ҫине антарса хӑварма сӑмах паратӑп.
Я даю слово высадить вас на один из пустынных островов Тихого океана.
Салтаксем ачана, аллисемпе урисенчен тытса, темиҫе хут сулкаларӗҫ те ҫул хӗрринчи канава ывӑтрӗҫ.
Солдаты раскачали тело и с размаху бросили в засыпанный снегом придорожный ров.
Хӑй вӑл кӗпӗрнери хаҫат редакторӗ пулса ӗҫленӗ иккен.
Он состоял редактором губернской газеты.
Хытӑ кулса янипе, Давыдов месерле кайса ӳкрӗ.
Новый приступ хохота уложил Давыдова навзничь.
— Анне, — терӗ вӑл унтан, — тек пуплес килмест ман кун пирки.
— Маманя, я об этом больше не хочу гутарить.
Хӗвел илемлӗн пӑхни, шыв анлӑн сарӑлса выртни пирӗн чунсене кӑштах лӑплантарчӗ.
Солнечное сияние, широкий водный простор вернули нам душевное равновесие после пережитых страданий.
Документсене майлаштарсан, тепӗр кунне ҫӗрле нимӗҫ патрулӗсем килчӗҫ.
На другой день после оформления моих документов ночью пришел немецкий патруль.
Пулмарӗ иккен ҫак ҫил-тӑвӑллӑ вӑхӑта ӑтӑр пек пурӑнса ирттересси!
Так вот и не удалось прожить это непогожее время кротиной жизнью!
Штопал Орини пурӑнатчӗ унта.
Проживала в ней Орина Штопалиха.
Петруха ӗнтӗ ӑшӑх ҫӗре ишсе ҫитсе кӑкӑр таран шыва тӑчӗ те, пуҫӗ ҫийӗнчи япаласен ҫыххипе сулса илчӗ.
Петруха уже выплыл на мелкое место, встал по грудь в воде и взмахнул над головою узлом.
Темӗнле ют ҫӗрсен шӑршине хӑваласа килет вӑл ҫыран хӗррине.
Запах неведомых чужих земель нес он к берегу.
Ҫакӑн хыҫҫӑн вӑл юрӑ мана яланах хурлӑхлӑ шухӑша яракан пулчӗ, вара эпӗ, ҫав юрра юрлама чараймасан, итлес мар тесе, килтен туха-туха каяттӑм.
Впоследствии она всегда нагнетала на меня тоску, и если я не мог запретить ее петь, то уходил так далеко, чтобы не слышать ее.
Манӑн пурнӑҫа циркра ҫӑлнӑшӑн тав тунинчен ытларах эпӗ сана хамӑр ӗҫшӗн тав тӑватӑп.
Более чем за жизнь, которую ты мне спас в цирке, я буду тебе благодарен, если ты настойчиво доведешь до конца трудное дело, которому ты себя посвятил.
Рабочисенчен ҫурри — хӗрарӑмсем.
Среди рабочих — половина женщин.
Малтан хушнӑ ӗҫ
Первое поручение
Анчах эпӗ ним калама та пӗлмерӗм.
Но я не находил, что сказать.
Ун амӑшӗн ячӗ — Иегоаддань, вӑл Иерусалимран пулнӑ.
Имя матери его Иегоаддань, из Иерусалима.
Ытти нумай нимӗҫсем пекех, вӑл тӗксӗм куҫлӑх тӑхӑннӑ, урамсем тӑрӑх чечек ҫыххи йӑтса ҫӳренӗ те вак-тӗвек спекуляципе аппаланнӑ.
Как многие немцы, он носил темные очки, ходил по улицам с букетом цветов и занимался мелкой спекуляцией.
Ҫулпала пӗр-пӗринчен инҫете юлса пычӗҫ.
Шли на больших расстояниях друг от друга.
Алексеев Модест Алексеевич — ( – ), 1-мĕш Белоруҫ фрончĕн 5-мĕш тапӑну ҫарĕн 266-мĕш стрелоксен дивизин 1008-мĕш стрелоксен полкĕн батальон командирĕ, Майор, Совет Союзĕн Паттӑрĕ.
Моде́ст Алексе́евич Алексе́ев ( — 16 марта 1980) — советский офицер, участник Великой Отечественной войны, командир батальона 1008-го стрелкового полка 266-й стрелковой дивизии 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта, Герой Советского Союза майор.
Турра хисеплени вӑл виҫерен тухса каймалла маррине те пӗлтерет.
Уважение к Богу также подразумевает, что мы избегаем крайностей.
уй юпи
полевой столб (на перекрестке дорог)
Эсир хӑвӑр ӗҫӗре тӳрӗ кӑмӑлпа пурнӑҫлани, яваплӑха туйса тӑни тата профессири ӑсталӑхӑр промышленноҫа, общество инфратытӑмӗпе социаллӑ сферӑна ӑнӑҫлӑ аталантармалли шанчӑклӑ никӗс пулса тӑраҫҫӗ.
Ваше добросовестное отношение к делу, ответственность и профессионализм является залогом успешного развития промышленности, общественной инфраструктуры, социальной сферы.
Чӗлхе те пӗлен.
Судьба, видать, бережет людей.
— Ой, халь акӑ туятӑп, юрататӑн!
— Ой, вот я чувствую, любишь!
ҫакнӑ канат ҫул
подвесная канатная дорога
— Тухса кайӑр кунтан!
— Вон отсюда!
Мӗн тума кирлӗ вӑл ун пекки!
Нет, уж это зачем же!
Тыткӑнра пулнӑ израильтянсем хӑйсене мӗнле туйни ҫинчен шухӑшласа пӑхӑр - ха.
Попробуйте представить, как чувствовали себя израильтяне, находясь в вавилонском плену.
— Миҫе ача санӑн, гражданочка?
— Сколько у тебя детей, гражданочка?
Вӗсем сӗтел хӗрринче купаланса выртаҫҫӗ.
Они лежали стопкой на краешке стола.
И. И. Рерберг Рерберг инженерсен тӑваттӑмĕш сыпӑкне кĕрет.
Представитель четвёртого поколения династии инженеров Рербергов (обрусевших датчан).
Ҫавӑн пекех упӑшкипе арӑмӗ ар хутшӑнӑвӗсене кӗрес тӗлӗшпе ҫемье Никӗслекен панӑ йӗркесенчен тухмасан кӑна хӑйсене нравственность енчен таса упраса хӑварма пултараҫҫӗ.
Подобным образом супруги защищены от безнравственности только тогда, когда не выходят за рамки, которые установил Основатель брака в отношении супружеской жизни.
Вӗсем пионерсем пек иккенне эпӗ тӳрех пӗлтӗм.
Я сразу узнал, что это пионеры.
— Камсем кӑна?
— Чье это «ура»?
Ҫав япаласем кайран сӗтел ҫинчех выртса юлаҫҫӗ, вӑл вара, вӗсемпе, Таня ҫывӑрма выртсан, хӑй шутланӑ пек усӑ курӗ.
Нужные ему предметы после записи останутся на столе, и он использует их, когда она ляжет спать.
Тольяттире Горбачев хӑйӗн докладӗнче "перестройка" сӑмаха пӗрремӗш хут уҫӑмлӑн калать, ҫакна вара массӑллӑ информаци хатĕрĕсен ҫӗнӗ тапхӑрти лозунгӗ пулса тӑнӑ.
На своём выступлении в Тольятти Горбачёв впервые внятно произносит слово «перестройка», это было подхвачено СМИ и стало лозунгом начавшейся новой эпохи в СССР.
Выҫӑ юлатпӑр, тырӑсем пӗтеҫҫӗ.
Святой водой бы их окропить.
«Акӑ ӑҫта!» — тет те тепри тихана амӑшӗ патӗнчен хӑваласа ярать, пӑшалне ҫурӑмӗ хыҫӗнчен хывса, персе те пӑрахать.
— «А вот куда!» — говорит другой да с тем отогнал его от матки, снял с плеча ружье и вдарил в него.
Ҫав ирхине Павел, канмасӑрах, станцири депона Жухрая шырама тухса чупнӑ, анчах ӑна тупайман, нимӗҫсем кама-кама тытса кайни ҫинчен рабочисенчен нимӗн те ыйтса пӗлеймен.
Утром Павел, не отдыхая, побежал на станцию в депо искать Жухрая, но не нашел его, а от знакомых рабочих ничего не смог узнать ни о ком из уехавших.
Кольхаун пуҫсӑр юланутӑн йӗрне пит тинкерсе пӑхса иртсе кайнӑ.
Кольхаун проехал мимо, внимательно всматриваясь в след всадника без головы.
Курӑк тухичченех алтнӑ юр шӑтӑкӗнче пурӑнатпӑр.
Живём в снежной берлоге, вырытой до самой травы.
— Пухӑнмасть, — пӳлчӗ улпут, — пухӑнма кирлӗ мар.
— Не наберется, — перебил барин, — не должно.
Пиҫенчĕк районĕнчи пурӑнан вырӑнсем
Населённые пункты Безенчукского района
Ыйӑхра такам кӑшкӑрни, тем-тем каласа вӑрҫни илтӗнчӗ.
Сквозь сон послышался грубый голос, смачная ругань.
Матроссемпе мухтанаймастӑп-ха.
Матросами я не могу похвастаться.
декрета тух (кай)
уйти в декрет, в декретный отпуск
Ӗҫ тухӑҫлӑхӗ ӳссе пынӑ май государство ӗҫшӗн тӳлессине, ӗҫҫыннисен реальнӑй тупӑшӗсене ӳстерес ҫул-йӗре яланах ҫирӗп тытса пырать.
На основе роста производительности труда государство неуклонно осуществляет курс на повышение уровня оплаты труда, реальных доходов трудящихся.
Аслӑ Ордари Минчак мурза, Батый йӑхӗ — акӑ кам пирӗн мӑн маҫак.
Минчак мурза из Великой Орды, из рода Батыя — вот кто наш дедушка.
Тупа тӑватӑп: Галуэй — Дигэ еркӗнӗ, эпир вара Ганувер ҫак йыша лексе еплерех теветкеленнине пӗлместпӗр те.
Клянусь, что Галуэй ее любовник, и мы даже не знаем, чем рисковал Ганувер, попав в такое общество.
Анат Воронинская — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Нижняя Воронинская — река в России, протекает по Ханты-Мансийскому АО.
— Мӗншӗн ҫӳҫне касма ирӗк патӑн?
— На что давался волосья простригать?
икĕ касӑллӑ ака пуҫ
двухлемешный плуг
Мачча айӗнче ним хускалмасӑр кӑвак тӗтӗм пӗлӗчӗ ҫакӑнса тӑрать.
Голубое облако дыма недвижно висело под потолком.
Уйрӑм халӑх пулса тӑнӑранпа темиҫе эрне иртнӗ хыҫҫӑнах израильсем кӑмӑлсӑр пулса мӑкӑртатма тата ӳпкелешме пуҫланӑ.
Всего через несколько недель после того, как израильтяне стали отдельным народом, они начали проявлять недовольство и роптать.