alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Зеб пирвайхи йӗрӗ хыҫҫӑн кайнӑ.
Зеб последовал за первым.
Хӗрарӑм ӑна, енчен енне сулланкаласа, тути хӗррисене ҫулакаласа кӗтсе илет, унӑн сӑрӑрах тӗксӗм кӑвак куҫӗсем тӗттӗмленеҫҫӗ: ӳсӗр тата ӳсӗртекен куллипе йӑл кулса, ачаш салху сассипе сӑмахӗсене сӑмси витӗр тӑстарса, хӗр ӑна ҫапла калать:
Женщина встречала его покачиваясь, облизывая губы, её серовато-синие глаза темнели; улыбаясь пьяной и опьяняющей улыбкой, томным голосом, произнося слова в нос, она говорила ему:
Тен, вӑл хырӑмӗ выҫнипе хӑй те кил еннелле туртӑнчӗ.
Или просто проголодался и его самого потянуло к дому.
Ҫав ҫӗр Наполеон чӗпкӗм ыйхӑ та туман.
Всю эту ночь провел Наполеон без сна.
Синицкий ӑна текех итлемерӗ.
Синицкий ее уже не слушал.
Баклажансене ҫул майӗн экономирен Аккермана леҫмелле пулнӑ.
Баклажаны, пользуясь случаем, отправляли из экономии в Аккерман.
Унӑн куҫӗсенче куҫҫулӗ йӑлтӑртатать.
На его глазах сверкали слезы.
Вӑл Джеммӑна, Санина курчӗ, — вара, ӑшӗнче темле мӑшлатса, каҫӑрӑлса илчӗ те, вӗсене хирӗҫ вӗҫкӗнле утса пычӗ.
Он увидал Джемму, увидал Санина — и, как-то внутренно фыркнув и перегнув назад свой гибкий стан, щегольски пошел им навстречу.
Унӑн пуҫӗнчен ҫав нимӗҫӗн кулли те, пӑр евӗрлӗ куҫӗсем те туха пӗлмерӗҫ.
Из головы не выходили тонкая улыбка на губах и ледянистые глаза.
Анчах пурне те ӗҫсе яраймарӗҫ, хамӑра валли те юлчӗ.
Но не все вытянули, для себя кое-что осталось.
Темиҫе ҫын пӗр харӑсах: «В бой за Родину, в бой за Сталина…» юрра юрласа ячӗҫ.
Несколько человек запели: «В бой за Родину…»
— Хӑҫан та пулсан сире ҫырма юрать-и, Воропаев? — кӗтмен ҫӗртен ыйтрӗ вӑл.
— Можно вам когда-нибудь написать, Воропаев? — неожиданно спросил он.
Задачи кӑткӑсчӗ ӗнтӗ.
Задача была сложной.
Питӗ шел, чӑнахах та ҫав путсӗрсем ӑна вӗлерчӗҫ пулсан, — пӑлханнӑ сасӑпа каласа хучӗ Раевски, пӗтӗм кӳлепипе тӳррӗн ҫӗкленсе.
Очень жаль, если эти негодяи его убили, — взволнованно сказал Раевский и поднялся во весь рост.
— Ҫук, Андрюша, — терӗ вӑл хуллен, — апла лайӑх мар.
— Нет, Андрюша, — ответила тихо, — так нехорошо.
Ҫакнашкал сценӑсем тата ашшӗ пӗр тӗрлӗ кӑмӑлтан тепӗр тӗрли ҫине ҫавӑн пек ытла та сикчӗллӗн куҫа-куҫа ӳкнисем ачана малтанхи вӑхӑтра хӑратнӑ, анчах ҫакна часах вӑл хӑнӑхса ҫитнӗ.
Неизвестно…
Тен, эпир «паллах, паллах» тесе пуҫла сӗлтме ҫеҫ мар, пулӑшма та пултарнӑ пулӑттӑмӑр?
А может быть, мы могли бы не только закивать: «Конечно, конечно», но как-то и помочь.
— Пӗр михӗ утӑ тупрӑм, — терӗ тарҫӑ, — ӑҫта кӑна чупса ҫаврӑнмарӑм-ши!
— Нашел мешок сена, — сказал слуга, — но выбегал множество дворов.
Асламӑшӗ, пысӑк тутрипе витӗнсе, тенкел ҫинче тӗлӗрсе выртнӑ.
Бабушка, укрывшись шалью, дремала на лавке.
Маншӑн вӑл вӑрҫӑ вӑхӑтӗнчи пекех ҫывӑх туйӑнать…
А для меня он остался таким же близким, как и в те годы…
чӑх шӑтӑкĕ
отдушина для подполья
— Мӗн, апат хатӗр те-им?
— Что, уже подано?
Вара ҫӳллӗ ҫыран шыва йӑтӑнса анать те хӑйпе пӗрле, хӑй ҫинче ларакан ҫурт-тавраш пулсан, ӑна та шыва вӑркӑнтарса ярать.
Крутой берег обвалится в реку и если на обрыве стоял домик, то полетит в воду и домик.
Каялла чĕнес ĕҫлев пулман.
Обратный вызов не выполнялся.
Тӑпра пулӑхне лайӑхлатма пулӑшакан мелсенчен пӗри – гумин кислоти пур препаратсемпе усӑ курни.
Один из методов, помогающих улучшить плодородие почвы - использование препаратов с содержанием гуминовых кислот.
— Вӑл хӑйӗн пӗтӗм пурнӑҫне хут ҫине ҫырса пырать.
— Этот всю жизню свою на бумагу записывает.
Ҫавӑн пекех пӳрт-ҫурт тени тĕл пулма пултарать.
При этом состав прочих помещений дома мог быть различным.
Ҫапла вара мустангера хирӗҫ тавӑрасшӑн ҫунни урӑх май ҫавӑрӑнать — хӗрлӗ ӳтлисене тавӑрас пулать.
И вот жажда мести, направленная против мустангера, переключается в другое русло: надо отомстить краснокожим.
Пӗтӗм таврари кӳмерккесене, йӗрсене, тӗссемпе хушӑсене шӗветсе ирӗлтерекен каҫ хупланса килет: лӑп та шай ҫак вӑхӑтра ӗнтӗ кун ҫути ҫӗрлехи кӑвак сӗмлӗхпе чӑлханса арпашать те, куҫа курӑнакан япаласем пурте юмахри пек асамлӑн мӗлтлетсе чӗтренме тытӑнаҫҫӗ; тавралӑхри шӑршӑсем те ҫак сехетре, ирӗлсе кайса; хӑйсене евӗр хӗрхӳленнӗн туйӑнса тӑраҫҫӗ.
Был тот предночной час, когда стираются очертания, линии, краски, расстояние; когда еще дневной свет путается, неразрывно сцепившись, с ночным, и все кажется нереальным, сказочным, зыбким; и даже запахи в этот час, утрачивая резкость, имеют свои особые, затушеванные оттенки.
— Каларӑм-ҫке, Григорий, кунта сан ним тарӑхмалли те ҫук: эсӗ вӗсенчен лайӑх мар, усал та, хӑрушӑ та.
— Я уже тебе сказал, Григорий, и обижаться тут нечего: ты не лучше их, ты непременно хуже, опасней.
2001 ҫулта Раҫҫей чӑвашĕсен федерацири наци-культура автономине экстерриториллĕ пĕрлĕх-патшалӑх йĕркеленĕвĕ пек ҫирĕплетнĕ.
В 2001 году утверждена Федеральная национально-культурная автономия чувашей России в качестве экстерриториального общественно-государственного образования.
Хум саланса каялла чаксанах, эпӗ, шыв юххине парӑнмасӑр, ҫыраналла ишме тытӑнтӑм, часах урана шыв тӗпӗ лекрӗ.
Когда волна разбилась и отхлынула, я не поддался ее натиску, а поплыл к берегу и вскоре снова почувствовал, что у меня под ногами земля.
ДОТ-а ҫакнашкал хӑвӑрт та ҫӑмӑллӑн пӗтерсе хунишӗн кӳреннӗ пек, Павӑл ура ҫине тӑчӗ те пӗтӗм вӑйран кӑшкӑрса ячӗ:
Павле, как будто даже обиженный, что с дотом все кончилось так просто, поднялся и во весь голос крикнул:
Ҫамрӑксем ыттисенчен юласшӑн мар, анчах та хамӑр чӗлхепе усӑ курса кӑна ҫакна хальлӗхе тӑваймаҫҫӗ-ха пирӗннисем.
Молодые не хотят отставать от других, но пользуясь только нашим языком сейчас наши это сделать не могут.
Совет Российи пулса тӑнӑ хыҫҫӑнхи малтанхи кунтан пуҫласах Черчилль унӑн чи хаяр тӑшманӗсенчен пӗри пулнӑ.
Черчилль с первых дней возникновения Советской России враждебно относился к ней.
Сӗтел урлӑ юлташӗсемпе шӳтлесе илчӗ, манран Мускаври ҫӗнӗ хыпарсене ыйтса пӗлчӗ, литературӑри ҫӗнӗ япаласемпе, Мускаври театрсенчи постановкӑсемпе интересленчӗ, хӑй унта пӗрре те пулманшӑн шеллесе илчӗ.
Перешучивался через стол с товарищами, выспрашивал у меня московские новости, интересовался новинками литературы и постановками в московских театрах, где он, по его словам, ни разу, увы, не бывал.
Анчах эсир халех пӗлсе тӑнӑ пулӑр: хам илсе килнӗ какая эпӗ тивӗҫлипе валеҫӗп.
И пусть знают все: раздел того, что я убью, будет справедлив.
— Килессе те эпӗ сирӗн пата, сире пилӗк кун каялла пуҫласа ҫеҫ куртӑм пулин те, ырӑ ҫын тесе, туслӑ ҫын тесе килтӗм…
Я и пришла к вам, как к благородному человеку, как к другу, хотя я увидала вас в первый раз пять дней тому назад…
Чӑтлӑх, чӑтлӑх, ҫапла-и?
Дремучий, дремучий, да?
Мунчара ӗҫлекен ватӑ старик умӗнче пӗртен пӗр аллипе сулкаласа, ҫарамас арҫын хыттӑн кӑшкӑрашнӑ.
Размахивая единственной рукой перед стариком банщиком, стоял голый мужчина и кричал:
— Эсир, Григорий, — терӗ вӑл, юлашкинчен ура ҫине тӑрса, — хаҫатсем илсенех хӑвӑр июлӗн виҫҫӗмӗшӗнчи событисем пирки ҫырма пуҫланӑ статйӑра пӗтерме ларӑр.
— Как получим газеты, — сказал он, наконец вставая, — садитесь, Григорий, заканчивать свою статью о третьеиюльских событиях.
Тараватлӑ пулни мӗнле усӑ парать?
Какие плоды может принести гостеприимство?
Электрошок — «Аквариум» группӑн мусӑк альбомĕ
Электрошок — музыкальный альбом группы «Аквариум».
Ҫывӑрса каяс умӗн вӑл этем пурнӑҫӗнче усӑсӑр тӑрмашу нумай пулни тата обществӑри хӑш-пӗр вырӑнсем, сӑмахран, дворниксен пурнӑҫӗ ҫирӗп пулни ҫинчен шухӑшланӑ-тӑр ӗнтӗ.
Перед тем как уснуть, думал, вероятно, о суете жизни человеческой и о прочности некоторых общественных положений, например дворников.
— 556 с. — ISBN 5-902764-07-6
— 456 с. ISBN 978-7749-1092-2
— Лейтенант господин!
— Господин лейтенант!
— Ҫакӑ сирӗн ҫӗҫӗ-и? — Ҫын вӗлернӗ ҫӗҫҫе шериф Поттер сӑмси патнех илсе пычӗ.
— Это ваш нож? — И шериф положил нож перед ним.
Е ҫынсем килӗшмерӗҫ-и е Гнедкона лайӑх йышӑнмарӗҫ-и? — чеен тӗпчерӗ аслашшӗ, куркана сивӗ сӗт тултарса.
Или люди не такие или Гнедка погано принимали? — наливая в кружку холодное молоко, лукаво допытывался дед.
Пӗрре Марье ирхине шыва кайма тухнӑ та алӑк умӗнче кипкепе чӗркенӗ япала выртнине курнӑ.
Маша утром пошла за водой и увидала, что у двери лежит что-то завернутое в тряпки.
Халӗ ӗнтӗ эп ниҫта та каймастӑп.
Теперь я уже никуда не уеду.
Кирек мӗнле пулсан та, вӑл ҫӗнӗ задани илме пултарать.
В любом случае, он может взять новое задание.
Урӑх ӗҫ туртать-ҫке сан чунна, аслӑ ӗҫпе пурӑнас хавалу пур чухне сана хӗрарӑм арки хыҫҫӑн сӗтӗрӗнсе ҫӳреме юрамасть, — темелле пулнӑ ман хама…
У тебя — другое призвание, великое призвание, и нечего тебе вздыхать по какой-то юбке…»
Ҫӑлтӑрсем ҫаврӑнаҫҫӗ, ҫыран хӗрри палуба пекех силленет.
Кружатся звезды, качается берег, точно палуба.
Хӑйпе юнашар тӑракан икӗ салтака темскер пӑшӑлтатса, ефрейтор вӗсене хут татӑкӗ тыттарчӗ, Павел Николаевича амбартан тухма аллипе сулчӗ.
Что-то буркнув стоявшим рядом с ним двум солдатам, ефрейтор отдал им бумагу и жестом приказал Павлу Николаевичу выйти из амбара.
— Эсир хӑвӑр ӗҫ ҫинчен калаҫасшӑн мар.
— Вы сами ведете себя не по-деловому.
Шкула вӑл манран пӗр ҫул каярах кӗнӗ, мана вара пӗлтӗр пӗр класс урлӑ сиксе каҫнипе ҫеҫ хӑваласа ҫитнӗ.
В школу он поступил годом позже и догнал меня только в прошлом году, шагнув через класс.
Нина Капитоновна эпӗ питӗ ҫӳлте вӗҫни пирки ыйтса пӗлчӗ, ун сӑмахӗ мана Даша инкен ҫыруне асилтерчӗ, ӑна эпӗ Балашов шкулӗнче вӗреннӗ чухнех илтнӗччӗ-ха: «Ытти ҫынсенни пек ҫӗр ҫинче ҫӳрес шӑпу ҫук пулсан, эппин, Санечка, аяларахран вӗҫме сӗнетӗп сана», тенӗччӗ.
Нина Капитоновна всё интересовалась, высоко ли я летаю, — и это напоминало мне тёти Да-шино письмо, которое я получил ещё в Балашовской школе: «Раз уж не судьба тебе, как все люди, ходить по земле, то прошу тебя, Санечка, летай пониже».
Каснӑ-лартнӑ, ҫаксем пекех!
Точь-в-точь!
— Мӗн мурне халиччен каламасӑр тӑтӑн тата, Сережа?
— А какого чорта молчал, Сережка?
Шухӑшсем манӑн сасартӑк сапаланчӗҫ.
Мысли мои вдруг разбежались.
Ҫӳлти ҫил шыв авӑрӗ пек пӗтӗрӗнсе ҫаврӑнать, йывӑррӑн усӑнса тӑракан ялава пӗр самантлӑха вӗлтӗр-вӗлтӗр ҫавӑркаласа илет те, вара ялав каллех варкӑшса ҫӗкленет, хӑйӗн вӗҫӗпе е хӗвеланӑҫнелле, е хӗвелтухӑҫнелле ӑнтӑлса, пӑлхавсен тӗксӗм хӗрлӗ ҫулӑмӗпе ҫунса ялкӑшать, кӗрешӗве чӗнет…
Коловертью кружит вышний ветер, поворачивает на минуту тяжко обвисающий флаг, и он снова взвивается, устремляясь концом то на запад, то на восток, пылает багровым полымем восстаний, зовет на борьбу…
Вӑл сентре ҫинчен витресем илет те шыв ӑсма тухса каять, аллинчи витрисем такама пырса ҫапӑнас пек сулланаҫҫӗ.
Она хватает с лавки ведра и, воинственно размахивая ими, с криком мчится по воду.
Кӗрхи ҫумӑрсем пуҫланчӗҫ, эпир пӗтӗм ӗҫе пуҫтарнӑ.
Дожди пошли, а у меня уже все убрано.
Вӗтӗ-вӗтӗ сывлӑм тумламӗсен шӑрҫисемпе эрешленнӗ эрешмен карти ҫипписем ахах-мерченӗн йӑлтӑртатса хӗмленеҫҫӗ.
Нити паутины, унизанные мельчайшими капельками росы, жемчужно искрились.
Манӑн аннем патне каяс килет».
Я хочу к маме».
Вӗсен чӑпар ушкӑнӗ аякран ҫӗре сарса хунӑ ылтӑн-кӗмӗлпе ҫӗлесе илемлетнӗ капӑр юбка пекех туйӑнатчӗ.
Их пестрая толпа выглядела издали словно разостланная на земле пышная юбка, вышитая золотом и серебром.
Малалла та Туррӑн тусӗсем пулас тесен пире Вӑл пулӑшса тӑни кирлӗ.
Без помощи Бога мы не можем оставаться зрелыми христианами.
тĕтĕм палкат
выпускать клубы дыма
Вӑл хӑйне тӗкӗр витӗр пӑхрӗ.
Она смотрела на себя в зеркало.
Тӗслӗхрен, Гартевальд каттӑркӑ тӗнчин кӗвӗ-ҫемӗлӗхне ҫирӗплетсе панӑ.
Гартевельд доказывал музыкальность каторжного мира.
Ҫав пӑлхавҫӑсене Армагеддонра тӗп пулнӑ халӑхсен шӑпиех кӗтсе тӑрӗ — ӗмӗрлӗх вилӗм! (Ӳлӗм.
Этих мятежников постигнет тот же конец, что и нации, уничтоженные в Армагеддоне, — вечная смерть!.
Унтан ангел Даниила каланӑ: «Кайран, вӑхӑт вӗҫӗнче, хӑвӑн пайна илме вӑранӑн».
Даниилу было сказано: «Ты... встанешь для получения своего жребия в конце дней».
— Амӑшне ӗмме?
— Мать сосать?
— Туркестана, — терӗм эп, ҫакӑн умӗн ним чухлӗ те Туркестан ҫинчен шухӑшламастӑмччӗ пулин те.
— В Туркестан, — сказал я, хотя за минуту перед тем и не думал о Туркестане.
Классиксем ҫырнӑ илемлӗ литературӑна эпӗ тӗплӗн вӗресе тухрӑм.
Проработал основные произведения художественной классической литературы.
Укӗнни, пысӑк хуйӑх — хӑрушӑ йывӑрлӑх килсе пусрӗ ҫав кун унӑн чунне…
И боль, и раскаяние, и тяжесть понесенной утраты — все страшным бременем легло в этот день на его душу…
Ҫанталӑкӗ ҫав тери лайӑх пулнӑ.
Погода чудесная.
Аликпа выляма интереслӗ мар, мӗншӗн тесен вӑл ҫаплах выляса ярать.
С Аликом неинтересно было играть, потому что он все время проигрывал.
Фестивале хутшӑнас кӑмӑллисен заявкисене ака уйӑхӗн 4-мӗшӗччен йышӑнӗҫ.
Во время фестиваля удастся попробовать различные национальные блюда.
Ку вӗт юлашки мӑшӑр!
А это последняя пара!
Халех акӑ автан илсе килетӗп…
Пойду за петухом…
22. Хитрен курӑнакан чеелӗх пулать, анчах вӑл саккуна хирӗҫле; айӑпласшӑнах тӳнтерле сут туни те пулать.
22. Есть хитрость изысканная, но она беззаконна, и есть превращающий суд, чтобы произнести приговор.
— Эпӗ ӗнте сана нихҫан та кураймӑп.
— Мне уже никогда не увидеть тебя.
Станицӑра театр лартасшӑн, шыв хӗррине парк тӑвасшӑн, кӳлӗ туса унта темӗн тӗрлӗ пулӑ ӗрчетесшӗн, пӳр ҫӗрте те вара электричество пултӑр.
В станице думает построить театр, а на берегу реки мечтает раскинуть парк, запрудить озеро, напустить туда разной зеркальной рыбы и осветить все это электричеством.
Анчах та ҫак сӑмахсем хыҫҫӑн Эмиль ашшӗне ҫурӑмран тӗртрӗ те кӑшкӑрса ячӗ:
Но тут Эмиль ткнул папу в спину и завопил:
Унӑн сӑмси, ӗлӗк хӑйӑр ӑшнех касса кӗнӗскер, халӗ сахалтан та ултӑ фут чухлӗ ҫӳлелле ҫӗкленнӗ.
Носовая же часть корабля, которой прежде он почти зарывался в песок, поднялась по крайней мере на шесть футов.
— Вӑл питне хӗретнӗ.
— Да ведь она же нарумянилась.
Халӑхра Хусанкая «чӑваш Пушкинӗ» тенӗ.
В народе Хузангая называли "чувашский Пушкин".
— Степан пичче, нивушлӗ пурте пирӗн ялсем?
— Неужто, дядя Степан, все наши были?
Эпӗ ҫапла уйланса ларнӑ хушӑра тӗттӗмленме пуҫларӗ.
Пока я так рассуждал, стало смеркаться.
Меликишвили Г. А. Урартские клинообразные надписи, Издательство АН СССР, Москва, 1960
В СССР связи урартского языка с кавказскими языками изучал Н. Я. Марр, а грузинский учёный Г. А. Меликишвили перевёл и опубликовал весь корпус урартских надписей.
Йӑтса пыракансем кашни вунӑ минутра улшӑнаҫҫӗ.
Каждые десять минут носильщики сменялись.
Чун-чӗре перӗнӗвӗсен эрешмен картин сӑн-сӑпачӗпе.
В виде паутинных душевных прикосновений.
Юратаймарӑм эп ӑна.
В тот же день она пошла по воду и сбежала домой, моя Эрнеби.
— Сахал-и, нумай-и — ӗҫ унта мар…
— Мало или много — не в том дело…
Дзусов Ибрагим Магометович
Дзусов, Ибрагим Магометович
Хӗл каҫнӑ путексенчен пӗри, амӑшӗнчен те тӗреклӗскер, ӗмме пычӗ те, амӑшӗ ӑна хай патӗнчен пуҫӗпе сӗксе хӑваласа ячӗ.
Ярка, переросшая мать, пыталась сосать ее, мать гнала ее ударами головы.
— Ку чӑн-чӑн роман! — терӗ Гент.
— Да это роман! — сказал Гент.
Хӑҫан тата ӑҫта — паллӑ мар;
Где и когда — неизвестно;
Совет Союзĕн Паттӑрĕн чысне илнĕ вӑхӑтра 1-мĕш Беларуҫ фрончĕн 7-мĕш гварди кавалери корпусĕн 14-мĕш гварди кавалери дивизин 56-мĕш гварди кавалери полкĕн разведка взвочĕн алӑ пулемёчĕн тĕллекенĕ, гварди красноармеецĕ.
К январю 1945 года гвардии красноармеец Реджеп Дурдыев был наводчиком ручного пулемёта взвода разведки 56-го гвардейского кавалерийского полка 14-й гвардейской кавалерийской дивизии 7-го гвардейского кавалерийского корпуса 1-го Белорусского фронта.
Уҫӑ тӑракан алӑкран тухса, Алеха турех офицер патне утса пычӗ, ун умӗнче ирӗлсе кайса, питӗ пылак сасӑпа йӑпӑлтатса кӑшкӑрса ячӗ:
Алеха вышел из раскрытой двери, приблизился к офицеру, весь изогнулся и воскликнул заискивающим и слащавым голосом:
Некодифицированные спиртные напитки в поэме В. В. Ерофеева «Москва — Петушки»
Алексей Плуцер-Сарно Некодифицированные спиртные напитки в поэме В. В. Ерофеева «Москва — Петушки» Энциклопедический словарь-справочник поэмы В. В. Ерофеева «Москва — Петушки»
Ҫыртӑм ӗнтӗ: «Хаклӑ анне, асанне тата Вера Дмитриевна, терӗм. Эпир поезд ҫинчен тартӑмӑр, терӗм. Эпир хамӑр хулана сыхланӑ ҫӗрте тӑшмана хирӗҫ паттӑррӑн ҫапӑҫас терӗмӗр. Пирӗншӗн тархасшӑн ан пӑшӑрханӑр», терӗм.
Написал: «Дорогие мама, бабушка и Вера Дмитриевна! Мы убежали с поезда. Мы хотим грудью защищать город от врагов. Пожалуйста, не волнуйтесь и не беспокойтесь».
Ӑнлантӑр-и мана?
Вы меня поняли?
Майор ҫак сӑмахсенех илтӗнмелле каласа пачӗ те юлташӗсем ҫине пӑхрӗ.
Майор повторил вслух эти слова и посмотрел на своих спутников.
Урайӗ хӑйӗннех каять, хӑмисене ҫех хӗсме тивӗ.
Если постараться, глядишь, в зиму-то и поселиться будет можно.
Пӗчӗк куҫӗсем ҫуталчӗҫ.
Маленькие глазки повеселели.
Вӑл, ларнӑ ҫӗртен тӑрса, кӑмкан патне пычӗ, аллине тӑрӑшса ҫурӗ, шур алшӑллипех шӑлчӗ.
Он встал, подошел к рукомойнику и, тщательно вымыв руки, вытер их белоснежным полотенцем, вернулся на место.
Евӑн пысӑк куҫӗсене ҫемҫе кулӑпа тӗсерӗ, кӗҫех пурҫӑн сумккине силлекелесе тухса кайрӗ — сарӑ, тӑчӑ кӗпепе, сенкер шлепкепе, — унӑн пӗртен пӗр капӑрчӑкӗ — лапчӑк сенкер бант, ҫирӗпскер те йывӑрскер.
Мягко улыбнувшись большим глазам Евы, и ушла, раскачивая шелковой сумкой, твердая и тяжелая в сером, глухом платье, в синей шляпе, единственным украшением которой был плоский синий бант.
Анчах та — бра, вра, гра, драсем патне ҫитсен, ача ҫак сыпӑксене кулмасӑр вулама чылайччен хӑнӑхайман.
Когда дошли до — бра, вра, гра, дра, мальчик долго не мог без смеха читать эти слоги.
Февралӗн 4-мӗшӗнче ирпе шурӑмпуҫ ҫути палӑрсанах, яланхи пекех, эпир аэродрома тухрӑмӑр.
4 февраля чуть забрезжил свет, а мы, как всегда, уже были на аэродроме.
Хӗрарӑмсем вара, кӑшкӑрса ярса, ӑҫта килнӗ унталла сирпӗнчӗҫ.
Женщины бросились врассыпную.
— Каҫару ыйт! — тет Том, татах кӳпкеме тапратса.
— Проси пощады, — и кулаки заработали снова.
Вӗсем ҫитмеҫҫӗ пирӗн!..
Их не хватает нам…
лавккана апата хупнӑ
магазин закрыт на обед
Провайдерсен ҫыхӑнуллӑхĕ — ҫыхӑну системисенче
Связность провайдеров — в системах связи
— Турӑҫӑм, мӗн-ха… сеньор де Ойоса мӗн калӑп-ха эпӗ? — тенӗ те дон Родриго, нимӗн тума аптӑраса, ҫавӑнтах пукан ҫине анса ларнӑ.
— Господи, что же… что же я теперь отвечу сеньору де Ойосу? — сказал дон Родриго и растерянно опустился на стул.
Начарланса типшӗнсех кайнӑ вӑл, ҫӑм нуски тӑхӑннӑ урисем ҫинҫелнӗ...
Она истощала исхудала, ноги, надетые в шерстяные носки, тонкие...
Вӑл вара никама та ҫӑлса хӑварасшӑн тӑрӑшмасть.
Дьявол не заинтересован в том, чтобы ты спасся.
Мулкача вӑрман хӗррине пӗр каварлӑн хӳтерсе кӑларнӑ йытӑсем хыҫҫӑн тӗмсем хушшинчен Турка тухсан, мӗн тери намӑсланма тиврӗ мана!
Но каков был мой стыд, когда вслед за гончими, которые в голос вывели на опушку, из-за кустов показался Турка!
Ленька: кунта ҫӑлкуҫ юхса выртать пулӗ, тесе шутларӗ.
Как и предполагал Ленька, здесь оказался родник.
Унӑн уринчен ҫыхса янӑ чӗлпӗр татӑлса кайрӗ.
Повод, привязанный к ноге, лопнул.
6: 31 — 33). Ҫак сӑмахсене мӗн чухлӗ шанни эпир Иеговӑна мӗн таран юратнине кӑтартса парать, мӗншӗн тесен юратнипе шанни пӗр - пӗринпе тачӑ ҫыхӑннӑ.
То, насколько мы доверяем этим словам, показывает глубину нашей любви к Иегове, ведь любовь и доверие идут рука об руку.
Тепӗр кунне татах пичетлет.
На другой день ещё.
— Амбарсем, — терӗ Якур мучи.
— Амбарушки, — говорит дядя Егор.
Вуникӗ сехет хушши поездсем ҫӳреймен.
Движение прервалось на двенадцать часов.
Ҫавӑн пекех эпир Иегова хальхи вӑхӑтра усӑ куракан организацие мӗншӗн пирӗн шанчӑклӑ пулма кирлине курӑпӑр.
31 Из наших архивов ОБЛОЖКА: сестры проповедуют продавцу рыбного ларька. На этом острове люди говорят более чем на 20 языках. 48 220 201 32 76
Вӑл кӑштах каялла пӑрӑнчӗ.
Он повернул немного назад.
хускавлӑ, шавлӑ урам
оживленная, шумная улица
Вӑхӑтра ҫитнӗ иккен вӗсем пурте.
Посетители явились, как назначено, в срок.
— Эпӗ вӗт нимӗн те пӗлместӗп, нимӗскер те каламастӑн, Павел Павлыч, — хурлӑн та йӑвашшӑн хирӗҫлерӗ Ромашов, — эпӗ нимӗн те, нимӗн те пӗлместӗп.
— Я ведь ничего не знаю и не говорю, Павел Павлыч, — жалобно и кротко возразил Ромашов, — я ничего, ничего не знаю.
Вӗсем пуринчен те ытларах пирӗн ҫитӗнӳсемшӗн савӑнаҫҫӗ, чун-чӗререн пирӗн пуласлӑхшӑн пӑшӑрханаҫҫӗ.
Они больше всех радуются нашему успеху и искренне беспокоятся за наше будущем.
Акӑ унӑн вӑйӗ пӗтсе ҫитрӗ, ҫав вӑхӑтрах унӑн хӑлхине аялта шыв чӑмпӑртатнӑ сасӑ кӗрсе кайрӗ.
Уже силы покидали его мышцы, как он услышал тихий всплеск воды под ногами.
Темӗн пысӑкӑш пӑр татӑкӗсем ӳкнипе вӗсен чуллӑ ҫӗрсен айӗнче хӳтлӗх шырамалла пулчӗ.
Огромной величины градины заставили их искать убежище под скалами.
Такам хӑйне явапсӑр тытса сире ура хурӗ.
Кто-то из вашего окружения поступит безответственно и тем самым вас подставит.
Каллех вара пуҫланчӗ.
И опять начиналось.
Ку мӗнле пулса иртнине эпир виҫсӗмӗр те аван курса юлтӑмӑр.
Все трое мы были свидетелями лесной драмы.
Чочой картах сиксе илсе ҫӳлелле пӑхрӗ те хӑй умне пӗшкӗннӗ хӑрах куҫлӑ шаман сӑнне курчӗ.
Чочой глянул вверх, увидел склоненное над собой одноглазое лицо шамана.
Карло сӑрт ҫинчен анчӗ те, Карабас Барабас ҫине урӑх ҫавӑрӑнса пӑхмасӑрах, хулана кӗрсе кайрӗ.
Карло спустился с холма и, уже более не обращая внимания на Карабаса Барабаса, вошёл в городок.
Пӗлетӗн-и!.. вӗсем епле!.. — Ленька каллех Лукино ҫинчен, хӑй юратакан тата асра тытса тӑракан юлташӗсем ҫинчен калама пуҫларӗ.
Знаешь, они какие!.. — Ленька снова начал рассказывать про Лукино, про товарищей, которых он любил и помнил.
Люда станци начальникӗн кантурне каять.
Люда пошла в контору бывшего начальника станции.
ӑ) Библи вулама вӑхӑт тупас тесе эсир мӗн тӑватӑр?
б) Как вы находите время для чтения Библии?
Виҫҫӗмӗшӗ — ӗлӗк шаман пулнӑ аллӑ ҫулхи Тырке ятла чукча.
Третий — бывший шаман, пятидесятилетний чукча Тырке.
Ӑнлантӑр-и эсир мана?
Вы меня поняли?
— Ҫулсем пурте вӑрмана илсе каяҫҫӗ, — терӗм эпӗ.
— Все дороги ведут в лес, — сказал я.
Хӑйсене пысӑк чыс тунишӗн вӗсем чун - чӗререн савӑнаҫҫӗ тата ҫавӑншӑн питӗ пархатарлӑ.
Их сердце переполняет радость и чувство благодарности.
Командир, нимӗн ӑнланмасӑр, юр ҫинчен тӑмасӑрах ответлет:
Командир, недоумевая, отвечает, лежа на снегу:
Бен Джойс — унӑн вӑрӑ-хурах ячӗ.
Бен Джойс — его разбойничья кличка.
Вӑл ҫавна унччен тунӑ пекех тӑвӗ: нумайӑшне сахалӑшӗ урлӑ тӑрантарса тӑрӗ.
Так же, как и прежде: он будет кормить многих через немногих.
— Ман ӑмансем ӑҫта-ха? — ыйтрӗ Гарик.
— А где мои черви? — спросил Гарик.
Ответ парас вырӑнне, Дрейяк туйине ӳкернӗ; ҫав вӑхӑтрах пӗр кӑмӑллӑ хӗрарӑм, питех те тӗреклӗ кӗлеткеллӗ, чепчикӗ айӗнчен тухса кайнӑ шурӑ ҫӳҫлӗскер, унӑн туйине ҫӗртен илнӗ те, ӑна йышлансах пыракан халӑха кӑтартса ҫапла каланӑ:
Дрейяк, вместо ответа, уронил трость; учтивая дама, почтенного размера, с седыми космами, торчавшими из-под чепчика, подняла ее и, показывая более и более густевшей массе народа, заметила:
Библи 66 кӗнекерен тӑрать, вӗсене 1 600 ҫул ытла — пирӗн эрӑчченхи 1513 ҫултан пуҫласа пирӗн эрӑри 98 ҫулччен — 40 - е яхӑн ҫын ҫырнӑ.
Библия состоит из 66 небольших книг. Их писали около 40 человек на протяжении более чем 1 600 лет, с 1513 года до н. э. приблизительно до 98 года н. э.
Бургундскине ӗҫнисенкӑмӑл пулать:хырймапушатасси,тухсауҫӑласси.
Выпившим бургундскогоможет захотетьсядля облегченияпойти пройтись.
Паттӑр ĕҫре паллӑ, хӑравҫӑ — килте.
Героя видно в деле, а труса — дома.
Лешӗ — пӗлместӗп: узбек пулчӗ-и вӑл е азербайджанец, кутӑн та чӑхӑмҫӑрахскер, пурте ӑна килӗшмест, — тытрӗ те пирӗн приписник пек ҫапла лаплаттарса хучӗ «Кӑмӑллӑ мар!»
А тот — не знаю, узбек, что ли, был или азербайджанец, такой характерный капризный солдатишко, все, знаете, не по ём, — тут возьми да вроде нашего приписника и ответь: «Недоволен!»
— Пӗлетӗп эпӗ, — терӗ Анфиса, Соня ҫине йӑпӑрт пӑхса илсе, — санӑн, Соня, чӗрӳ ыратать…
— Я знаю, — сказала Анфиса, мельком взглянув на Соню, — у тебя, Соня, серденько болит…
Гимн Амону-Ра из папируса № 3049 Берлинского музея.
Гимн Амону-Ра из папируса № 3049 Берлинского музея
Васильев хӑй кӗпин ҫухине татса илчӗ те, ӑна шывра йӗпетсе, йӗкӗтӗн ҫамки ҫине хучӗ.
Васильев оторвал воротник у своей рубашки, намочил его в воде и положил на лоб юноши.
Ҫил, Нева ҫинчи пек ҫил.
Ветер, как на Неве.
— Эпӗ те тунсӑхларӑм.
— Я также скучала.
— Ну, эпӗ строя йӗркелеме каятӑп.
— Ну, я иду строить.
— Ну, Настяран… — ӳркеннӗ пек, сӑмаха пӑчӑртаса кӑларчӗ ывӑлӗ.
— Ну, от Насти… — неохотно выдавил сын.
Хаклӑ анне тата атте.
Дорогие мама и отец.
ҫĕленсене террариумра усра
содержать змей в террариуме
1983 — Григорий Васильевич Александров, кинорежиссёр, СССР халӑх артисчĕ, Раҫҫейре мусӑк кинокамит жанрне хываканĕ ( 1903 ҫ.).
1983 — Григорий Александров (р. 1903), кинорежиссёр, сценарист, актёр, народный артист СССР.
«Ав, илтрӗн-и ӗнтӗ, авал ҫинӗ ҫӑкӑр-тӑвара астумаҫҫӗ ҫав», — тет кашкӑрӗ.
— Волк говорит:— Мужик, видишь — старая хлеб-соль не помнится.