alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Вележов ӳсӗркеленӗ пек турӗ те куҫне аяккалла пӑрчӗ.
Вележов хмыкнул и отвел в сторону зрачки.
ҫиҫĕм ут
стремительный конь, конь-огонь
Элюкка старостӑ Ҫинҫене ыттисенчен маларах кӗтсе илме ӗлкӗрнӗ иккен.
Народ шел и шел, как на ярмарку.
Сире — Брянский патне-и?
Вас к Брянскому?
Фроська епле шухӑш-кӑмӑлла пурӑннине Петр ӑнланман.
Петр не понимал Фроськиного состояния.
— Сандиҫӗм, Сандиҫӗм!.. — терӗ те вӑл ҫав самантрах чӗрӗлӗхпе йӑлкӑшрӗ, ҫавна нимӗн те таптаса пусӑрӑнтараймасть.
— Сандерсончик! — сказала она, блеснув на момент живостью, которую не раздавило ничто.
— Ой, ҫаврӑнӑҫусӑрскер!
— Ой, неуклюжий!
Чугай пӗр пӗччен, енчен енне тайкаланса: «Тӗнче буржуазине — вилӗм!» тесе сурикпа ҫырнӑ блиндированнӑй вагон патне пычӗ.
Чугай один, вразвалку, подошел к блиндированному вагону, на котором было написано суриком: «Смерть мировой буржуазии».
Паян нумайӑшӗ мӗн ырӑ, мӗн усал пулни пирки хӑйсем йышӑну тума пултаратпӑр тесе шутлаҫҫӗ.
Сегодня дух независимости движет как отдельными людьми, так и обществом в целом, порождая гордость, эгоизм и соперничество.
Аяккалла кайса тӑрса, Юрка ӑна тем ҫинчен кӗскен, хӑвӑрт ответлерӗ, ҫав вӑхӑтрах ула-чӑла кепкине лутӑркаса тӑчӗ.
Отойдя в сторонку, Юрка отвечал ему что-то коротко, быстро и мял руками свою клетчатую кепку.
— Ылханатӑп сана!
— Проклинаю тебя!
Малтан асӑннӑ иккӗшӗ кашни кунах 10 сехетрен пуҫласа 20 сехетчен (ҫу-авӑн уйӑхсенче — 10-ран 22 сехетчен).
Двое, упомянутые вначале, работают каждый день с 10 часов до 20 (в период мая-августа — с 10 до 22 часов).
Сунарҫӑ чарӑнчӗ, куҫӗсем патне бинокль тытса, чылайччен тинӗс ҫинелле пӑхса тӑчӗ, хушӑран хӑйпе пӗрле пыракан хӗрарӑмпа калаҫкаласа илчӗ.
Охотник остановился, поднял к глазам бинокль и долго смотрел на море, перебрасываясь отрывистыми замечаниями со своей спутницей.
Тен, эпӗ ӗҫ тухӑҫлӑхӗн ҫӗнӗ законне ӑнсӑртран тупрӑм пулӗ?»
Может быть, я невзначай открыл новый закон природы производительности труда?»
Чи малта, киммӗн сӑмси хӗррине, Игорь Малинин вырнаҫнӑ.
Впереди, на самом носу лодки, устроился, конечно, Игорь Малинин.
Хам лаша кӳлсе каятӑп!
Сама запрягу и поеду!
Карлос кӗтессе, ҫунакан кӑмака патне ыткӑннӑ.
Карлос бросился в угол, к горящему камину.
Раҫҫей композиторӗ Игорь Тальков та ман пата ҫыру янӑччӗ.
К мне писал и российский композитор Игорь Тальков.
Ҫак салхуллӑ пысӑк ушкӑнра вӑл ҫакӑн ҫинчен кӑна шухӑшласа пычӗ.
Мрачная и бесконечно длинная похоронная процессия вызвала у него лишь одну эту мысль.
Хӑйӗн яланхи ӗҫӗнче майорӑн тӑшмансен тӗрлӗ тӗслӗ чее шухӑшласа кӑларнӑ нумай япалисемпе: шифрсемпе, парольсемпе, значоксемпе тӗл пулма тӳрӗ килнӗ.
В практике своей работы майору много раз приходилось сталкиваться с остроумными изобретениями врагов: шифрами, паролями, значками.
Ывӑлӗ ҫакӑн ҫинчен ашшӗне каласа панӑ, лешӗ вара ҫав кӗленчене трубка ӑшне лартнӑ, — пӗрремӗш курмалли трубана ҫапла майпа шухӑшласа кӑларнӑ пулать вара.
Сын сказал об этом отцу, а тот вставил стекла в трубу: первая зрительная труба была изобретена.
Вӑл мана хуравларӗ: кусем — Иудӑна, Израиле тата Иерусалима салатса тӑкнӑ мӑйракасем, терӗ.
И он ответил мне: это роги, которые разбросали Иуду, Израиля и Иерусалим.
Эпӗ пӗчӗк ҫын, ман алӑра пӗр боевой участок, пӗтӗм строительствӑшӑн ответ тытма пултараймастӑп, — шавларӗ Алексей.
Я человек маленький, ведаю одним боевым участком, за все строительство не ответчик! — бушевал Алексей.
Раҫҫей авалхи халӑхĕсем
Древние народы России
Кун ҫинчен эпӗ Федосеева каласа патӑм.
О чём и сказал Федосееву.
Реня — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Реня — река в Тверской области на северо-западе европейской части Российской Федерации.
Пӗлӗтсенчен тасалса ҫитнӗ тӳпере ҫӑлтӑрсем нумай.
Небо очистилось от туч и было густо усыпано звездами.
Борис Федотов актёрпа мӑшӑрланса пурӑннӑ.
Была замужем за актёром Борисом Федотовым.
Ун чухне вӑл хӑйӗн кашни хусканӑвне уншӑн, Чернышшӑн, турӗ; вӗри куҫсемпе пӑхни те, ҫепӗҫ сӑмахсем те, ҫав сӑмахсемпе витӗнсе тӑракан шухӑшсем те уншӑнах пулчӗҫ…
Тогда все в ней предназначалось ему: каждое движение, горячий взгляд, ласковое слово и даже то, что слышалось за словом…
Философи ӑслӑлӑхӗсен докторӗ пулса тӑнӑ.
Стал доктором философских наук.
— Эсӗ тата мӗн пӑхса тӑратӑн, Семен Христофорович?
— Ты-то чего стоишь, Семен Христофорович?
Ҫапла, лашапа ҫаран тӑрӑх урса кайнӑ пек сиктерсе ҫӳресе, маузерне ним лӑпланма памасӑр, ҫар комиссарӗ хӑй мӗн тӑвас тенине турӗ.
Так, остервенело скача на коне по лугу, не давая замолчать маузеру, военком достиг цели.
Негрсем сывлӑшалла пере-пере, урӑм-сурӑм сиккеле-сиккеле хускалчӗҫ.
Негры выступали, стреляя в воздух, прыгая и беснуясь.
— Вӑл ҫак сӑмаха лӑпкӑн каларӗ, анчах эпӗ ирӗксӗрех чӳрече еннелле ҫавӑрӑнса пӑхрӑм та шартах сикрӗм.
Он сказал это спокойно, но я невольно повернул голову к окну и вздрогнул.
Витебск облаҫĕн Шумилин районĕн Тропино ялĕнче пытарнӑ
Похоронен северо-западнее деревни Тропина Шумилинского района Витебской области, на могиле был установлен обелиск.
Зыков вара калать:
Зыков тогда говорит:
Канмалли кунсем аван иртӗҫ.
Выходные дни обещают быть насыщенным.
сĕмсĕрлĕхĕ ҫитет ҫав!
хватает же у него нахальства!
Вара революци, вӑрҫӑ, фронтсем, ҫеҫенхирти ҫавраҫил курӑксем ҫийӗн ҫаврӑнса иртсе кайнӑ пек, ун ҫийӗн ҫавӑрӑнса иртсе кайрӗҫ: авасса — аврӗҫ, ҫапах та хуҫса пӑрахни, сусӑрлатса хӑварни пулмарӗ.
И революция, война, фронты прошли над ним, как степовой вихрь над травой: погнуть — погнул, а чтобы сломать или искалечить — этого не было.
Мӗн пулать те мӗн килет тесе, Ванюк тепӗр картне васкамасӑр шутарса кӑларчӗ те ҫавӑрса ҫапрӗ — саккӑрли пулчӗ кайрӗ!
Решив испытать судьбу, Ванюк скинул себе еще одну карту — оказалась восьмерка!
Командующий те пӗлетчӗ, ҫавӑнпа вӑл мана куларах кӗтсе илчӗ те.
Знал и командующий — почему бы иначе он встретил меня улыбаясь?
Анчах ирӗксӗрлесе ҫакӑнта пурӑнма янӑ ҫын пулсан та, эпӗ сирӗн патӑрта чӑн-чӑн туслӑх та, хама пурӑнма хӳтлӗх те тупрӑм.
— Но, еще будучи изгнанником, я нашел у вас приют и настоящую дружбу.
Апла пулин те, 1958 ҫулта ҫак территори витĕр автомобиль шоссине хывнӑ, вара чылай молокан кунтан тухса кайнӑ.
Однако в 1958 году через эти территории было проложено автомобильное шоссе, и под натиском цивилизации часть молокан покинула уже насиженные места.
Мӑйкӑчпа мӑйкӑчлама тиврӗ.
Арканом накинули.
Голышевӑн полкӗ хула центрне ҫӗмӗрсе кӗнӗ.
Полк Голышева пробился к самому центру.
Хӑйне Иеговӑна халалланӑ ҫын чӑнах та ҫавӑн пеккине тума пултарать - ши?
Неужели человек, который посвятил себя Иегове, может это сделать?
Ҫул кӑтартса пыракан акӑлчана, вырӑнти терминсемпе каласан «катапацана», кунти ҫынсенчен икӗ пеон та пӗр вуникӗ ҫулхи ҫамрӑк ача пулӑшса пырать.
Проводнику-англичанину, по местной терминологии катапацу, помогали два пеона-туземца и мальчик лет двенадцати.
— Вӑл пӑртак манран хӑрать те пулӗ.
— Возможно, что он немного побаивается меня.
Алта́й тӑвĕсем Ҫĕпĕрти чи ҫӳллĕ хырҫӑсен чӑкраш йерки пулаҫҫĕ, кунта тарӑн айлӑмсемпе юханшывсем, хырҫӑсене тусен шалти тата тусем хушшинчи шӑтӑксем (котловины) уйӑраҫҫĕ.
Долины более широкие с хорошо развитыми поймами и с меандрирующими руслами. Выделяется на Алтае и равнинный рельеф, который охватывает периферическую часть горной области и занимает пространство между предгорными равнинами и среднегорьем.
Киселев реформи пуҫланиччен Хусан кӗпӗрнинчи вирьял чӑвашӗсем хӑйсем пӗлнӗ пек темесен те, ҫавӑн евӗрлӗрех пурӑннӑ-ха.
Чтобы проще было управлять ими, уезды были поделены на округа.
Челкаш икӗ сехетрен каялла таврӑнчӗ.
Челкаш вернулся часа через два.
Хӑйне ҫут ҫанталӑкран уйӑрса урӑх тӗнчене илсе кайнӑн туйӑннӑ ӑна.
Он перенесся в мир сверхъестественного.
Сотниковская — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Сотниковская — река в России, протекает по Кондинскому району Ханты-Мансийского автономного округа.
Нимӗҫсене халь пӗлет вӑл, анчах ҫак кукӑр ураллӑ ҫыннӑн сӑн-пичӗ мӗнлине курман.
Гитлеровских молодчиков она теперь знает, а вот что за лица у таких?
— Эпир сире чарса тӑмастпӑр, — терӗ вӑл.
— Мы вас не удерживаем, — произнес он.
Пирӗн тактика — массӑсене чӑннине каласси.
Наша тактика — говорить массам правду.
Георгий Акрополита Аслӑ логофет вырӑнне лартнӑ.
Георгий Акрополит возведён в должность Великого логофета.
Анчах пире пурне те малта — тӗрме кӗтет.
А все-таки для всех нас впереди — тюрьма.
Сасартӑк тӗмсем ҫумӗнчен иртнӗ чухне унтан темле пысӑк чӗрчун сиксе тухрӗ те ун ҫине сиксе ларчӗ.
И вдруг, когда он проходил мимо зарослей кустарника, из них выскочило какое-то огромное существо, прыгнуло и обрушилось на него.
Огнянова ҫаплах тӑрӑшса сӑтӑрни усса пычӗ, кунта ӗҫлени пуриншӗн те усӑллӑ пулчӗ — юн хӑвӑртрах ҫӳреме тытӑнчӗ.
Усиленное растирание скоро привело Огнянова в чувство, да и на всех подействовало благотворно — кровь быстрее побежала по жилам.
Ачасем каникула саланнӑ.
У детей каникулы.
Эпӗ пӗр кунах, ҫутӗҫ пайӗнче тӗл пулсанах, унӑн сӑн-пичӗ час улшӑнма пултарнине асӑрхарӑм, кашни ҫӗнӗ шухӑш пулмассерен урӑхланать.
Я еще тогда, в гороно, заметил, какое оно подвижное — тотчас отвечает на каждую новую мысль, на каждый взгляд.
Ура айӗнчи юр качӑртатнӑ.
Валенки скрипели по снегу.
Материк Токио малалла Токио (хӗвелтухӑҫ ҫурринче) ятарлӑ районсене пайлаҫҫӗ.
Материковый Токио далее подразделяются на специальные районы Токио (на восточной половине).
Пӗр сехет маларах ҫак вырӑнсемпех Гаврикпа пынӑ чухне, Петя ытлашши пӑшӑрханманччӗ.
Проходя здесь час тому назад с Гавриком, Петя не испытывал особенного беспокойства.
Чӑнах, ҫырса панӑ ҫав.
Да, вообразите, прописывал!
Чӑваш наци музейĕ
Информация на сайте Минкультуры Чувашии
Буровойри шыва уҫласа кӑларсан хамӑр вырнаҫтарса лартнӑ труба тӑрӑх магнитлӑ хатӗрсемпе ҫак рычака хӑпартса пӑхас пулать… —
Когда из буровой будет выкачана вода, надо попробовать через установленную нами трубу магнитными ловильными приспособлениями поднять этот рычаг… —
Анчах Мэнгылюн Акона тавӑрмасӑр Чукоткӑран каяс килмест.
Но не хотел покинуть чукотский берег Мэнгылю, не отомстив Ако.
Ильяс иртӗхнӗ-ха, тӑван ҫуртран писнӗ терӗ вӑл.
О том, что Ильяс, мол, отбился от дома, избаловался?..
Идатту I патша вӑхӑтĕнче Симашкисем хӑйсен влаҫне пĕтĕм Элама сараҫҫĕ.
При царе Идатту I правители Симашки подчинили своей власти весь Элам.
Стёпа, ӑман тирсе пар-ха.
Надень-ко червяка, Степа.
ТӲРӖЛӖХ принципӗсем ҫинче тытӑнса тӑракан юрату (ага́пе) вӑл — Турӑ панӑ парне.
ЛЮБОВЬ, основанная на праведных принципах (ага́пе), — это дар Иеговы.
Атте сӑмахлама пӑрахрӗ, уншӑн пулсан Анюта тахҫанах вилнӗ пек туйӑнатчӗ.
Отец замкнулся, и казалось, что Анюта для него давно перестала существовать.
13. Анчах Моисей халӑха каланӑ: ан хӑрӑр, ҫирӗп тӑрӑр — акӑ Ҫӳлхуҫа ҫӑлӑнӑҫне курӑр, ҫакна Вӑл халӗ сирӗншӗн тӑвӗ, халӗ хӑвӑр куракан Египет ҫыннисене урӑх ӗмӗрне те курас ҫук; 14. Ҫӳлхуҫа сирӗншӗн ҫӗнтерсе пырӗ, эсир вара лӑпкӑ пулӑр, тенӗ.
13. Но Моисей сказал народу: не бойтесь, стойте - и увидите спасение Господне, которое Он соделает вам ныне, ибо Египтян, которых видите вы ныне, более не увидите во веки; 14. Господь будет поборать за вас, а вы будьте спокойны.
Итле эс малалла.
Слушаю, да слушаю я, уши навострил.
— Манӑн атте вӑл! — тесе кӑшкӑрса ячӗ Роберт Грант.
— Это мой отец! — воскликнул Роберт Грант.
Меллӗ саманта кӗтсе пӗр-икӗ сехет патне выртрӑм.
Часа два лежал, выжидал момент.
Хӑйӗн составӗнче кавалери ытларах пулни ӑна, тӑшман ҫирӗпленсе тӑнӑ вырӑнсене чылай шала кӗрсе кайса, темиҫе хутчен асар-писер вирлӗн тустарма май пачӗ.
Преобладание конницы в его составе дало ему возможность глубоко внедриться в расположение противника и нанести ряд сокрушительных ударов.
— Эпир уҫӑлма тухса кӗретпӗр, ҫавӑн хыҫҫӑн тин хулана каятпӑр.
— Мы отправимся на прогулку, и уже после того я поеду в город.
Ҫирӗммӗш ҫулта ҫеҫ эпӗ винтовка тытрӑм.
Только в двадцатом взялся я за винтовку.
Акӑ Манька юрра хутшӑнать, Леночка та чӑтаймарӗ…
Вот уже Манька подхватила припев, и Леночка не выдержала…
Юлашкинчен мана виҫӗ сӑмахне: «йытӑсем тата ҫын вӗлерекенсем» тенине ҫеҫ вулама май килчӗ.
Я помню, между прочим, два слова: «псы и убийцы».
Вӗсенчен пӗри ытла та лайӑх ӗнтӗ: садри тӳрем те сарлака ҫул, хӗвелпе ҫуталнӑ хырсем курӑнаҫҫӗ.
Одна — особенно чудная: была нарисована прямая просторная дорога в саду и сосны, освещенные солнцем.
— Вара мӗн, курман пулсан? — терӗ Янтул ҫаплах ҫӗтӗлсе.
Михабар растерянно улыбнулся.
Пурине урӑх ҫынсем пураланӑ, алӑкӗсем сара — пирӗн.
Сруб там чужой, а двери нашей работы.
(Ку вӑл — ӑслӑлӑх.)
(Это мудрость.)
Иксӗмӗр пӗр-пӗриншӗн ҫуралнӑ пулсан — илтетех.
Если мы рождены друг для друга, Ленка непременно услышит.
Разумо́вская — хушаматӑн хĕрарӑм варианчĕ:
Разумо́вская — женский вариант фамилии, известные носители:
Йывӑҫсем витӗр пӳрт курӑнсан, старик:— Аслӑ ҫул, ав, ҫав пӳрт хыҫӗнчен иртет-и? — тесе ыйтрӗ.
Увидев за деревьями избушку, дед спросил:— Большак вон за той избушкой проходит?
Ӑна тахҫанах ӗмӗтленнӗ пысӑк япала туянса тӑкаклӑр.
Деньги можно будет потратить на крупную покупку, о которой вы давно мечтали.
— Санпа пӗр пӳлӗмри юлташ ҫакӑ-и? — шӑппӑн ыйтрӗ Жигирева Чернокозовран, Корчагин ларакан коляска еннелле пуҫне сӗлтсе.
— Это и есть твой товарищ по комнате? — тихо спросила Жигирева Чернокозова и кивнула головой на коляску, в которой сидел Корчагин.
Александр Николаевич Коркин хӑйӗн вӗренекенӗ ҫине савӑнса пӑхать.
Александр Николаевич Коркин любуется и гордится своим учеником.
Тӑрӑшни усӑсӑр пулмарӗ: вуншар кӗренкерен кая мар таякан виҫӗ сазана лӑпӑпа хуплама май килчӗ.
Старания его увенчались успехом: ему удалось накрыть трех сазанов фунтов по десяти каждый.
Ҫак ҫынсем халь, пӗтӗм ушкӑнӗпех илсен, питӗ вӑйлӑ сӑнарлӑн курӑнчӗҫ.
Вся группа представляла сильную картину:
Ҫапла тума килӗшрӗмӗр: камӑн моторӗ ӗҫлеме тытӑнать, вӑл малтан вӗҫсе каять; иккӗмӗш самолётӑн моторӗ ӗҫлеме тытӑнсан, бортмеханик унпа вӗҫсе пырать.
Решили, что первым вылетит тот, чей мотор раньше запустится, а бортмеханик, наладив другой самолет, пойдет со вторым летчиком вдогонку.
Вӗсене урлӑ теприсем туртӑнса каҫнӑ.
Наискось их пересекали другие.
Эп шӳтлетӗп тетӗн-и?
Ты думаешь, я шучу?
Вӑл Артемонӑн урисене ҫыхса лартрӗ.
Он заботливо разбинтовал Артемоновы лапы.
Арҫын-тӑвансем пурте манран аслӑ, аттен малтанхи арӑмӗнчен вӗсем; иккӗмӗшӗнчен — эпӗ те йӑмӑк ҫеҫ.
Братья — все старше меня — они от первого брака, а от второго только я и сестра.
Вӑл хӑйне хавассӑнах ухтарттарчӗ, тулли питҫӑмартийӗсем хӑйӗн чӗтреҫҫӗ.
Он охотно дал себя обыскать, пухлые щеки его дрожали.
Мулкач Терушӗ пур япалана та тем пекех пысӑклатса калаҫма юратать.
Купается ли он на речке — его ликующие возгласы разносятся далеко вокруг.
13. Вӗсем калаҫҫӗ ӑна: хӗрарӑм! мӗншӗн йӗретӗн эсӗ? теҫҫӗ.
13. И они говорят ей: жена! что ты плачешь?
— Пурне те калаҫрӑмӑр, Илья Ильич, нимӗн те каласа кӑтартмалли ҫук, — терӗ лешӗ.
— Все переговорили, Илья Ильич; нечего рассказывать, — отвечал тот.
Иккӗмӗшӗнчен, унӑн «хӑй кил - ҫуртне [ кил - йышне ] лайӑх тытса тӑракан» пулмалла.
Ему нужно быть сдержанным и не выносить поспешных суждений.
Чӗриклетекен пусма тӑрӑх ачасем мачча ҫине хӑпарчӗҫ.
По скрипучей лесенке поднялись ребята на крышу.
— Эсӗ йӑвашскер-ҫке-ха манӑн!
— Ты у меня смирненький!
Богс сывлӑшран тытма хӑтланнӑ евӗр енчен енне тайкаланса илчӗ.
И Богс зашатался, хватая руками воздух.
Сяо Хэ канашҫи.
Советник Сяо Хэ.
— Тен, тухӑн та.
— Может, и выйдешь.
Вӗсем унта политика енӗпе малалла ӗҫлемелли плана сӳтсе явма пынӑ.
Они пришли, чтобы обсудить план предстоящей политической работы.
Халӗ эпир иккӗмӗш класра вӗренекен хӗрачасем, сире хамӑр пултарулӑха кӑтартатпӑр.
Сейчас мы, ученицы второго класса, будем выступать.
Гетрах юлташне чӑтӑмсӑррӑн кӗтет: васкамалла.
Гетрах нетерпеливо поджидал его, чтобы идти.
Борнеора малайсемпе харкашма пуҫларӑмӑр та — вӗсенчен пӗри мана куҫӑмран криспа лектерчӗ, вӑл юхса тухрӗ.
На Борнео вышел скандал с малайцами, и один задел мне крисом по глазу, и он вытек.
Ӑна хӑйне те, чӗрине темӗнле ҫивӗч япала ыраттарса тӑнӑ пек, хурлӑхлӑн хумханса аса илчӗ вӑл.
С режущей болью вспомнил и ее.
— Вольноопределяющи Самсонов! — кӑшкӑрса ячӗ Ҫемен.
— Вольноопределяющий Самсонов! — закричал Семен.
Эмиль ещчӗкрен шӑши тытмалли хатӗр туртса кӑларчӗ, салӑран пӗчӗк татӑк касса илсе ӑна ҫекӗл ҫумне ҫаклатрӗ.
Эмиль достал из ящика мышеловку, отрезал маленький кусочек сала и нацепил его на крючок.
— Ну, апатлантӑр-и?
— Ну, пообедали?
Вӗсемпе пӗрле мӑн ҫын пулман, апат та хӑйсемех пӗҫернӗ.
С ними не было взрослого, они сами себе готовили еду.
— Груза ӑҫта пытартӑн? — ыйтрӑм «Павликран».
— Где спрятал груз? — спросил я «Павлика».
— Эпӗ вӗсене манмастӑп.
— Я о них не забываю.
— Эпӗ илтетӗп… кам ҫӳрет-ха аялта, тетӗп.
— А я слушаю… кто это внизу ходит?
Ҫапӑҫма килнисене тӑратса тухнӑ чухне Спартак ҫамрӑк галпа шӑппӑн калаҫса илчӗ:
Устанавливая бойцов, Спартак очень тихо спросил молодого галла:
Вунтӑххӑртах вилме хӑрушӑ вӗт!
Страшно умирать в девятнадцать лет!
Сивӗ куҫлӑ офицер, хӑй вырӑнӗнчен тӑрса, шур мрамор камин ҫумӗнчи пӗчӗк хура алӑкран кӗрсе кайрӗ.
Хмурый офицер встал и вышел в маленькую черную дверь возле камина.
— Мӗн эсӗ пӗрмай салхуллӑ ҫӳретӗн? — тесе ыйтнӑ вӑл пиччӗшӗнчен, тепӗр чухне тата: — Ӗҫе шӳтлесе тӑвас пулать, ӗҫсем кичемлӗхе юратмаҫҫӗ, — тесе вӗрентсе те илнӗ.
— Ты что всё хмуришься? — спрашивал он брата и даже учил: — Дело делать надо шутя, дела скуки не любят.
Ачасем пурте, эпӗ ку тӗлӗшпе тӗрӗс каланӑ, Достоевскипе килӗшменнишӗнех, Гоголӗн мӗн пур геройӗсене тӗнчене ҫӗртсе пурнакансен шутне кӗртнӗшӗнех Лихо мана «Начар» паллӑ лартма пултарайман, тесе шутларӗҫ.
Ребята считали, что в данном случае я был совершенно прав и что Лихо не имел права ставить мне «неуд» за то, что я не согласен с Достоевским, или за то, что я считаю всех гоголевских героев небокоптителями.
Владимир Степанович чӑнласах тархаслама тытӑнчӗ:
Владимир Степанович взмолился:
Партизансем пурте, пӗрин хыҫҫӑн тепри пыра-пыра, пӗр чӗркуҫҫи ҫине тӑрса, винтовкисем ҫине таянса, ҫапӑҫура пулнӑ ялава чуп турӗҫ.
И все партизаны, один за другим, подходили, опираясь на винтовки, склонялись на одно колено и целовали боевое знамя.
ӳсĕрсе кӑлар
отхаркнуть
Унта сирӗн йышшисене лайӑх тыткалаҫҫӗ.
Там таких супцов до рук прибирают.
— Эсӗ васка, старик!
— А ты поторапливайся, старик!
Юлашкинчен тата ҫакӑ та пур: эпир ӑна пурте темле, хамӑрӑн тесе, хисеплеттӗмӗр, пирӗн сушкӑпа ҫеҫ пурӑнакан япала пек шутлаттӑмӑр.
И наконец — наверно, это главное-все мы считали ее чем-то своим, чем-то таким, что существует как бы только благодаря нашим кренделям.
Вӑрҫӑ хыпарӗсем пит начар пулчӗҫ.
Напротив, известия с театра военных действий оказались плохими.
Ҫиллине аран-аран шӑнарчӗ вӑл.
Большого труда стоило ему сдержать свой гнев.
Ҫав вӑхӑтран ман пурнӑҫ сасартӑк улшӑнчӗ.
С той поры моя жизнь круто изменилась.
Пуҫланчӗ вара волейбол тупӑшӑвӗ.
И начались волейбольные баталии.
— Итле-ха, йӗкӗт, — терӗ палламан ҫын, Тухтар аллинчи ҫыхха курса.
— Послушай-ка, парень, — мужчина кивнул на узелок в руках Тухтара.
Ҫав ҫынсем пурте темӗнле ухмахла вӑйӑри пек, алла-аллӑн тытӑнса, Милӑна хупӑрласа илнӗ те ӑна тӗп хулан чаплӑн ялтӑраса тӑракан ҫӗршывне ямаҫҫӗ; Мила вара — унта ҫеҫ пурӑнма тивӗҫлӗ.
Все эти люди стоят, взявшись за руки, в каком-то дурацком, шутовском хороводе, и не пускают Милочку в сверкающую столичную страну, где ей по праву надлежит жить.
вӑл йӑпатусӑр та лӑпланать
он и без уговаривания успокоится
Пурӑнаттӑм эп вараҪав сло6одара!…
Как во этой во слободкеЖил я, парень молодой…
Тӑхӑр сехетре институтра вечер пулать. Кая юлма юрать-ши-ха вара?»
В девять в институте вечер. Разве можно опаздывать!»
Астӑватӑн-и: «Нимӗҫ оккупанчӗсене вилӗм! Кунта Голиков партизан апатланнӑ! Чӗтресе тӑрӑр, ҫӗленсем!», тесе ҫырнӑччӗ.
Помнишь: «Смерть немецким оккупантам! Здесь обедал партизан Голиков. Трепещите, гады!»
«Савва» эшелона нимӗҫсенчен вӑрланӑ гранатӑсен ҫыххипе сирпӗнтерме шут тытнӑ.
«Савва» решил взорвать эшелон связкой украденных у немцев гранат.
— Эпир кунта чуптукалашма мар, кашни вырӑс сыснипе ӗҫкӗ-ҫикӗ тума килмен.
— Мы прибыли сюда не целоваться, не в любовь играть с каждой русской свиньей.
Петя сиксе тӑчӗ те, хӑй ҫинчи ҫӳп-ҫапа силлесе, пит-куҫне илемсӗрлетсе Эттай ҫинелле пӑхса илчӗ:
Петя встал, отряхнулся от мусора и, состроив рожицу Эттаю, воскликнул:
Саша тин шикленме пуҫларӗ.
Только теперь Саша почувствовал беспокойство.
— Мана ҫынсем кирлӗ, Вольмер юлташ, чӗрӗ ҫынсем!
— Мне нужны люди, товарищ Вольмер, живые люди!
— Кала-ха эс ӑна, тархасшӑн, — пуҫласа ячӗ Кандов, — ман ирӗклӗхе никам та тӗкӗнме юраманни ҫинчен пӗлтер, этемлӗхӗн чи хаклӑ тивӗҫӗ манӑн, пур саккунлӑхпа та килӗшмесӗр, сӑлтавӑн йӗрки тупӑнмасӑр…
— Скажи ему, пожалуйста, — начал Кандов, — что моя личная неприкосновенность, мое самое дорогое человеческое право вопреки всякой законности и без достаточных оснований…
Тип ҫырмасене, айлӑмсене, хытхура пусса илнӗ хир талккишӗсене ҫӑра кӑвак сулхӑн юхса тулать.
В балках, на сувалках, по бурьянам пролиты густо-синие тени.
— Ой, асӑнмастӑп, асӑнмастӑп… тур… —
— Ой, не буду, не буду… ей… —
Ҫапӑҫусенчен мӗн май килнӗ таран пӑрӑнас тесе эпӗ хамӑн планран та пӑрӑнтӑм.
Даже отступил от принятого мною плана избегать как можно сражений.
— Тӑхта-ха, Джафар, — чарчӗ ӑна парторг, блокночӗ ҫине темскер ҫырса.
— Погоди, Джафар, — остановил его парторг, записывая что-то в блокнот.
Большевиксен харсӑр чӑтӑмлӑхӗнчен хӑраса ӳкнӗ капитализмла Европа Российӑн кӑнтӑр пайне союзниксен ҫарӗсем нимӗҫсем ҫине персе пӗтереймен снарядсемпе патронсене ним хӗрхенмесӗр ярса тӑрать.
Капиталистическая Европа, напуганная упорной живучестью большевиков, щедро слала на Юг России снаряды и патроны, те самые снаряды и патроны, которые союзнические войска не успели расстрелять по немцам.
Штрека кӗнӗ виҫӗ нимӗҫ салтакӗ йӑванса кайнине, вӗсене тусан хупланине Москаленко лайӑх курнӑ, прожектор ҫутинче известь хӑйӑрӗ мӑкӑрланнине те курнӑ, анчах граната осколокӗ хӑйне суранланине туйман; вӑл прожектор ҫутатнӑ галерея урлӑ ҫӗр айӗнчи тепӗр коридора чупса кайма шутласа тӑнӑ.
Москаленко видел, как подкосило и заволокло густой пылью стоявших в проходе троих гитлеровцев, видел, как поднялся мутный столб известковых песчинок, мелко поблескивавших в луче прожектора; он не заметил, что осколок гранаты ранил его же самого, и хотел проскочить через освещенную галерею в противоположный подземный коридор.
— Телейлӗ пулӑр, — терӗ сунарҫӑ.
— Saellvertu, — сказал охотник.
Эпир унӑн йӗрӗпе кайма пултаратпӑр, анчах хӑваласа ҫитме пултараймастпӑр, мӗншӗн тесен вӑл вӗшле йытӑ пек е пӑлан пек хӑвӑрт ҫӳрет…
Мы можем преследовать его, но не догнать; он передвигается как борзая собака или олень, а не как человек!
— Хӑваласа ҫитрӗн-и? — ыйтрӗ вӑл, тарӑн сывласа.
— А что, догнал? — спросила она, тяжело дыша.
Кунта кукамай хутшӑнчӗ:
Будете еще из-за платка ссориться.
Ваньӑна тӗлӗкре капитан Енакиевӑн ӳтне илсе каякан шурӑ грузовик вӑрӑм шурӑ ҫулпа пыни курӑннӑ.
Ване снилась длинная белая дорога, по которой белый грузовик вёз тело капитана Енакиева.
Алшишна ҫухатан та ака — аллуна тӑм илтерен.
Вот потеряешь варежку — закоченеет рука.
Эпӗ ун чухне 10 ҫултаччӗ.
Тогда мне было 10 лет.
«Ачасем, Энтри, астӑвӑр, ҫывӑрса ан кайӑр!» тесе кӑшкӑрас килет.
Хочу крикнуть: «Ребята, Андрейка, держитесь, не спите!»
Юлашки хут стена хаҫатне илемлетсе кӑлартӑм, пур пек япаласене пухса, тухса кайма хатӗрлентӗм.
Оформил в последний раз стенгазету, собрал пожитки и. подготовился к отъезду.
Пит те шеллерӗм мӗскӗн старике, анчах эпӗ ирӗке тухасшӑн пултӑм, хам текех ӗнтӗ ача мар иккенне кӑтартас, терӗм.
Мне было жаль бедного старика; но я хотел вырваться на волю и доказать, что уж я не ребенок.
Юлашкинчен Аньӑн черечӗ ҫитрӗ.
Наконец пришла очередь Ани.
Сут членӗсем каллех пӑшӑлтатма тытӑнчӗҫ.
Члены суда опять зашептались.
— Иван, ӑҫта халь эпир?
— Мы где, Иван?
— Пӗр чип-чипер кун ку машинӑн сӑрӗ ҫӗнӗ иккенне асӑрхаҫҫӗ те, лексе те ларатӑр вара, — асӑрхаттарчӗ Пӗчӗк Коля.
— В один приличный день заметят, что краска свежая, вот и попадетесь, — предупреждал Коля Маленький.
Тата пӑртак кайсан мӗн пулӗ-ши?
А что, если пройти еще немного?
3. Сирӗн патӑрта эпӗ халсӑрччӗ, хӑраса, темӗн тӗрлӗ чӗтресе пурӑнтӑм.
3. и был я у вас в немощи и в страхе и в великом трепете.
Хумханса, пӑлханса ӳкнӗ вӗренекенсем мастерскойсене саланчӗҫ.
— Сегодня, братцы, великий день!
Мессия хӗртен ҫуралать.
Мессия родится от девственницы.
Эсир пурӑнакан вырӑнта Турӑ Патшалӑх хыпарне йышӑнакансем сахал пулсан, эсир сӑваплӑ ӗҫе туса тӑни мӗнле усӑ пани ҫинчен шухӑшлама тӑрӑшӑр.
Если вы живете там, где мало кто откликается на весть о Царстве, попробуйте сосредоточиться на положительной стороне того, чего вы достигаете своим служением.
Вуншар алӑсем пирӗн паталла тӑсӑлаҫҫӗ.
Десятки рук тянутся к нам.