alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Вӑл апостолсемпе ытти ҫынсене — вӗсене хирӗҫ приговор йышӑннине пӑхмасӑрах тата вӗсем пирки йӑхран йӑха куҫакан айӑпран тасалнӑ тесе шутласа — тӳрре кӑларма шут тытнӑ.
Он решил оправдать апостолов и других людей, считая их, несмотря на вынесенный им приговор, освобожденными от вины за унаследованный грех.
Нимӗҫсем вӗсене ҫар ҫыннисемпе калаҫнӑ чух яланах аяккарах тӑма хӑнӑхтарнӑ.
Немцы научили их, разговаривая с военными, всегда держаться в отдалении.
Асӑннӑ ӗҫсемпе туристсем те кӑсӑкланса паллашаҫҫӗ иккен.
Мокринский мост в Канашском районе был внесен в ЕРРН как культурное наследие федерального значения.
— Лар эс те ҫакӑнта, ларса кан-ха пӑртак, — хистерӗ Шинкӗл Тухтара.
— Присаживайся, отдохни малость, — пригласил он Тухтара.
Йӗп хыҫҫӑн ҫипписем те юлман: его величество патшан собственнӑй текен канцедярийӗн III-мӗш уйрӑмӗ, кадетсен корпусӗ, хитре хӗрсемпе хӗрарӑмсем.
Царское Село наводнилось народом.
10. Эй Сион хӗрӗ, тертлен, ҫуратакан арӑм асапӗпе асаплан: эсӗ халӗ хуларан тухӑн, хирте пурӑнӑн, ҫапла Вавилона ҫитӗн; ҫавӑнта ҫӑлӑнӑн эсӗ, ҫавӑнта сана Ҫӳлхуҫа хӑвӑн тӑшманусен аллинчен хӑтарӗ.
10. Страдай и мучься болями, дщерь Сиона, как рождающая, ибо ныне ты выйдешь из города и будешь жить в поле, и дойдешь до Вавилона: там будешь спасена, там искупит тебя Господь от руки врагов твоих.
Вӗсем пӗр-пӗринпе алӑран-алла тытӑнса хастарлӑн пычӗҫ, анчах ҫакна куҫҫуль юхтармасӑр пӑхма пулмарӗ, — ҫак пӗчӗкҫӗскерсем ҫурӑмӗсем ҫине кутамккасем ҫакса кайнине курсан ирӗксӗрех куҫҫуль тӑкӑнчӗ!
Они шли, взявшись за руки, бодро, но это было невозможно, невозможно видеть без слёз, как они идут, такие маленькие и уже с мешками за спиной!
Тир хули Иерусалим ҫинчен: «эхе! эхе! ӑна — халӑхсен хапхине — ҫӗмӗрсе тӑкрӗҫ, пӗтӗмпех ман алла лекрӗ! эпӗ туп-тулли пулӑп; ӑна пуш-пушӑ тӑратса хӑварнӑ» тет.
за то, что Тир говорит о Иерусалиме: «а! а! он сокрушен - врата народов; он обращается ко мне; наполнюсь; он опустошен», -
Вӗсем шурӑ бакенсем ҫинчи ҫутӑсене сӳнтереҫҫӗ те, сылтӑм ҫыран еннелле каҫса, кимме шыв юххи майлӑ тытаҫҫӗ, хӗрлӗ бакенсене пӗрин хыҫҫӑн тепӗрне сӳнтереҫҫӗ.
Они гасят огни на белых бакенах, потом переваливают к правому берегу, пускают лодку по течению и один за другим гасят красные.
Петр Ботатырев та палласа илчӗ ӑна, аллипе сулса, йӑл кулса саламларӗ.
И Петр Богатырев узнал его, приветствовал помахиванием руки, улыбкой.
Юрать-ха вӑхӑчӗ аванни ҫакланчӗ: тӳпе кӑн-кӑвак тӑрӑлса тӑрать, ҫил пӗрре те ҫук.
К счастью, время года благоприятствовало этому: небо было прозрачное, и погода стояла безветренная.
Ҫурла уйӑхӗн 22-мӗшӗнче Шупашкарти суту-илӳ центрӗнче ӗҫлекен 35 ҫулти хӗрарӑм полицие пырса нуши пирки каласа кӑтартнӑ.
22 августа 35-летняя женщина, работающая в одном из торговых центров Чебоксар, обратилась в полицию и рассказала о своей проблеме.
Йӗри-тавра шӑпах, пӗр чайкӑсем кӑна, апат-ҫимӗҫ шыраса, шыв ҫийӗпе кӑшкӑрашса вӗҫсе ҫӳреҫҫӗ.
Все было тихо, только чайки с криками носились над водой, выискивая добычу.
— Сыв пу-ул! — тесе кӑшкӑрчӗҫ матроссем.
Матросы закричали: — Проща-ай!
Дежурнӑйсене, «Кошкӑпа» «Мотьӑна», минӑсем хума ансат пулнӑ.
Дежурным, «Кошке» и «Моте», удалось заложить мины без особых затруднений.
Полка ҫапла асӑрхаттарчӗҫ: ку тӑшман йышлӑ, вӑл «Фокке-Вульф-190» текен чи ҫӗнӗ йышши самолётсем ҫинче вӗҫет та-та пите опытлӑ, терӗҫ.
Полк предупредили, что предполагаемый противник многочислен, оснащен новейшими самолетами «фокке-вульф-190» и очень опытен.
Халӗ ӗнтӗ кунта килмелли вунӑ хураха ҫӗнтерес пирки эпӗ иккӗленми пултӑм.
И я не сомневался, что мы управимся с теми десятью разбойниками, которые должны были сейчас приехать.
Ах, аннеҫӗм!
Ах, мать честная!
Казаксем шавласа кайрӗҫ, ху кайса ӳкӗте кӗрт вӗсене!
Казаки ропот подняли, ступай сам с ними рядись!
Сыпнӑ вырӑнсем ҫутӑ та ачаш хупӑпа витӗннӗ.
Места, где черенки были привиты к дичкам, зарастали нежной глянцевитой кожицей.
19. Хаяр халӑха, тӗлсӗр-йӗрсӗр, уҫӑмсӑр калаҫакан халӑха, ӑнланмалла мар чӗлхепе пуплекен халӑха текех курмӑн та эсӗ.
19. Не увидишь более народа свирепого, народа с глухою, невнятною речью, с языком странным, непонятным.
Ҫавӑн пек чухне каҫару ыйтма ан хӑрӑр.
Если такое происходит, не бойтесь извиняться.
— Степан курсан? — пӳлӗнсе тӑчӗ Михаил.
— А Степан? — замялся было Михаил.
Манӑн тӗлӗнмелле юррӑмсене итлессишӗн пулсан, ман йӑва сан сад пахчунта-ҫке?
Если затем, чтобы слушать мое чудесное пение, так ведь мое гнездо в твоем саду.
Эпӗ ҫапла шухӑшлатӑп: пирӗн Стожартан ырри ҫакӑ ҫутӑ тӗнчере урӑх ҫук та пулӗ, тетӗп.
Я так думаю: лучше, чем у нас в Стожарах, нигде и на свете нет.
шурӑ ҫине хĕрлĕ ывӑтса тухнӑ
белая основа проткана красными нитками
Сывлайми пулнӑ Андрей, чӗлпӗрне туртса, ывӑннипе аран-аран урисем ҫинче тӑракан урхамахне картишне ҫавӑтса кӗчӗ.
Задыхаясь, тянет Андрей повод, вводит на баз шатающегося от усталости коня.
Ку ҫӗршывра тӑват ураллисем ҫеҫ мар, кайӑксем те сайра тӗл пулаҫҫӗ.
Четвероногие и даже птицы редко встречаются в этой стране.
Типсе кайнӑ ылтӑн ҫулҫӑсем, хутланчӑк, пӗркеленчӗк хӗрриллӗскерсем, пӗчӗкҫеҫҫӗ кимӗ пек, туратсем ҫинчен шӑва-шӑва анаҫҫӗ, сывлӑшра васкамасӑр вӗлкӗшсе вӗҫеҫҫӗ, ҫӗр ҫумне ирӗксӗррӗн перӗнеҫҫӗ, вара, кӑшт ҫил тухсанах, каллех ҫӳлелле ҫӗкленеҫҫӗ, вӑрманти ҫулсем ҫийӗн ҫаврӑнкалаҫҫӗ те уй-хире вӗҫсе каяҫҫӗ.
Сухие золотые листья с подогнутыми краями, как крохотные лодки, скользили с ветвей, покачивались, неторопливо плавали в воздухе, нехотя касались земли и при малейшем ветре снова поднимались над нею, кружились над лесными дорогами, Перелетали на поля.
Леш, ватӑ шуйттанӗ, ылханчӑк эсрелӗ — атте тени — нимӗҫсен комендантне сан ҫинчен тем те пӗр каласа пачӗ.
Той старый черт, той проклятый сатана батька доказал на тебя немецкому коменданту.
Ман арӑмӑн, Астис майра-патшан, ашшӗ, Египет фараоне Суссаким, парнеленӗ мана куна, хӑйне ӑна ҫак чул тыткӑнри патшаран лекнӗ.
Мне подарил его отец моей жены, царицы Астис, египетский фараон Суссаким, которому этот камень достался от пленного царя.
— Тӗрмере! — терӗ амӑшӗ, ассӑн сывласа.
— В тюрьме! — вздохнув, сказала мать.
Кунта ҫак сӑмах телаутсен, алтайсен, лебединсен, каракӑркӑссен те пулнине кӑтартать.
Здесь указывается, что данное слово есть у телаутов, алтайцев, лебединов и каракиргизов.
Вӑл нумаях ҫӳремен.
Искать ему долго не пришлось.
Ылтӑн куписем тупӑннинчен те ытларах савӑнтарчӗ ку пире, мӗншӗн тесен, патронсем пирӗншӗн ылтӑнран та хаклӑрах.
На золотую жилу не так бы ринулся народ, как на эти россыпи, — патроны были для нас дороже золота.
Нумайччен пӑхса тӑчӗ.
Смотрел долго.
Каҫ пулса килет.
Наступают сумерки.
Ваҫҫа кушак ҫурине килне илсе тавӑрӑннӑ.
А Вася принес домой котенка.
Тӗттӗм ҫав вӗсем.
Темные же люди.
Чӳречисем те чалӑшса кайнӑ, кантӑкӗсем тухса ӳксе пӗтнӗ.
Узкие окошки с выбитыми стеклами покосились набок.
Хӑрать, йӗксӗк!
Боится, мерзавец!
Чухӑнсем хӑйсен ҫав союзне хурҫӑ пекех ҫирӗп туса хуни пирӗн паттӑр юлташа мӗн ӗмӗрех ырӑ кӑмӑлпа асӑнни пулать, Чжао Юй-линь юлташ Китайри коммунистсен партин членӗ пулма кандидата кӗнӗччӗ.
И лучшей памятью ему будет, если бедняки сделают свой крестьянский союз,  крепким как сталь. Товарищ Чжао Юй-линь являлся кандидатом в члены коммунистической партии Китая.
Пӗр фотографи ҫинче вӑл тупӑ ҫумӗнче, тепӗринче пулемет патӗнче тӑрса, виҫҫӗмӗшӗнче лаша ҫинче хӗҫне кӑларса ӳкернӗ, тата тепӗрин ҫинче вӑл аэроплан ӑшӗнчен пуҫне кӑларса ӳкернӗ.
На одной фотографии он снят возле орудия, на другой — возле пулемета, на третьей — верхом на коне, с обнаженной шашкой, а еще одну прислал, так на той и вовсе голову из аэроплана высунул.
Мӗн чухлӗ нумайрах, ҫавӑн чухлӗ лайӑхрах — ҫапларах пуль хальхи ҫамрӑксен пурнӑҫ тӗллевӗ?
Чем больше, тем лучше, разве не такой лозунг у нынешней молодёжи.
Эсӗ пырса кӗнӗ галерея сана кунта илсе килмеллех, мӗншӗн тесен ҫӗр айӗнчи мӗнпур ҫурӑксем, хушӑксем, эпир хамӑр тӑракан пысӑк хӑвӑлран тӗрлӗ еннелле радиуссем пек саланса каяҫҫӗ пулмалла.
Та, в которую ты попал, несомненно приведет тебя к нам, ибо все эти трещины, расселины в Земле, по-видимому, идут радиусами от огромной пещеры, в которой мы находимся.
Вӑрттӑн ӗҫ.
Конспирация.
Пирӗн ҫар академийӗнче уйрӑм курс та вулаҫҫӗ: «Алексей Гусев касӑвӗ».
У нас в военной академии даже особый курс читают: «Рубка Алексея Гусева».
Салтса пӗтерсен:— Ну-ка, хывӑн! — тесе кӑшкӑрса пӑрахрӗ.
Развязав, прикрикнул: — А ну, раздевайсь!
Н. Зайцев — Атӑлҫи вӑрман техникин институтӗнчен вӗренсе тухнӑ ҫын.
Н. Зайцев – выпускник Поволжского лесотехнического института.
Фашизмӑн ҫӗрӗк атмосфери ҫавӑн пек микробсене ӗрчетет пулӗ.
Наверное, сама по себе гнилая атмосфера фашизма плодит таких микробов.
Яша пӳлӗнчӗ.
— Яша запнулся.
— Кӑна та хулана йӑтса каймалла-и? — ыйтрӑм эпӗ.
— Этот багаж потащим в город? — спросил я.
Черет Мишшана ҫитрӗ.
Наконец снова дошла очередь до Мишки.
Вӑл унӑн вилӗмӗ Джессие кисретессе шанать, вара вӗсем, тен, виле шӑтӑкне пӗрле анӗҫ.
Она надеялась, что ее смерть потрясет Джесси, и, может быть, они вместе сойдут в могилу.
Вӑл нимӗн тума аптраса ӳкрӗ, ҫав тери тарӑхнипе хӑй пурнӑҫӗ пирки шутламарӗ.
Он не столько боялся за свою жизнь, сколько злился на себя.
Тупӑ персе чарӑнчӗҫ те, красноармеецсем патне урапа ҫинче хуран-кухньӑ турттарса пычӗҫ.
Тут как раз стрельба окончилась, подвезли красноармейцам котёл на колёсах — кухню.
Тип Умирка — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Сухая Умирка — река в России, протекает в Оренбургской области.
3. Ионафан Гивӑра тӑнӑ филистимсен хурал ушкӑнне аркатса тӑкнӑ; филистимсем ҫакӑн ҫинчен илтнӗ.
3. И разбил Ионафан охранный отряд Филистимский, который был в Гиве; и услышали об этом Филистимляне.
Анчах пирте те «чувашизм» упранса юлайнӑ.
Однако и в нас сохранились «чувашизмы».
Пӗтӗм пӳлӗм тӑрӑх пӗчӗкҫӗ хӗрлӗ ялавлӑ лентӑсем ҫакса янӑ.
Через всю комнату протянуты ленты с флажками.
Парижшӑн эпӗ пирӗннисем Испанире ҫапӑҫнӑ пек юлашки юн тумламӗ юлмиччен ҫапӑҫӑттӑм! — терӗ хуллен Петя Симонов, анчах ун сӑмахӗнчен никам та тӗлӗнмерӗ.
Я бы дрался за Париж, как наши в Испании, — до последней капли крови! — негромко сказал Петя Симонов, и никто не удивился его словам.
1989 ҫулта МПУ физика факультетĕнче аслӑ пĕлӳ илнĕ.
Окончил в 1989 году физический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова.
Упӑшкипе пӗрле пионер пулса ӗҫленӗ хӗрарӑм - тӑван калать: «Сӑваплӑ ӗҫе туса тӑни пире пӗрле пулма тата пӗр - пӗринпе чунтан калаҫма паракан май пулса тӑчӗ.
Сестра, которая служила пионером вместе с мужем, говорит: «Служение было одной из возможностей побыть друг с другом и по - настоящему поговорить.
Куравра 100 яхӑн ӳнерҫӗ ӗҫне тӑратнӑ.
На выставке будет представлено около 100 работ художника.
Кӑвайт умӗнче ӑшӑнкаласа илеҫҫӗ те малалла утаҫҫӗ.
Отогревались у костров и снова шли.
— Халь мӗнпур вӑй вӗсен аллинче.
— У них вся сила теперь.
Вӑл Исаакпа Ревеккӑна та ҫавнашкалах хӳтӗленӗ (Пулт.
Подобным образом он защитил Исаака и Ревекку.
Сӑнчӑрларӗҫ тесе хӑраса ларас-и?
Подумаешь — цепи.
— Ну тата, хӗрсене! — сӑмах хушрӗ инҫетре мар выртакан Степанида.
— Ну вот уж и девчат! — подала голос Степанида, лежавшая невдалеке.
Кӗпер патӗнче ҫӑрӑлса тӑракан хура пылчӑк сарӑлса выртать.
Около моста — месиво из чернозёма.
Юлашки версийĕ — IRIX 6.5.30.
Последняя версия IRIX 6.5.30 выпущена в августе 2006.
Эпӗ малтан вуласа тухнӑ кӗнекесем Гонкурсӑр пуҫне пурте ҫынсене, ман хуҫасем пекех, пит кӑшкӑрашса, хытӑ тиркетчӗҫ, час-часах вӗсем айӑплӑ ҫынна савса пӑхмалла, ырӑ ӗҫсем тӑваканнисем ҫине тарӑхса каймалла тӑватчӗҫ.
Все ранее прочитанные мною книги, кроме Гонкура, судили людей так же строго и крикливо, как мои хозяева, очень часто они вызывали симпатию к преступнику и чувство досады на добродетельных людей.
— Капитан, — терӗ доктор, — сире Джон Сильвер улталарӗ, вӑл питӗ пултаруллӑ ҫын.
— Капитан, — сказал доктор, — перехитрил Вас Джон Сильвер, он замечательный человек.
Хӑш каҫсенче анне ҫапла калатчӗ:
А иногда мать вечером скажет:
Ултавпа тӗл пулас хӑрушлӑх пур.
Есть риск столкнуться с обманом.
Вӑл шавламасӑр, сасартӑк, кӗтмен ҫӗртен кӗчӗ те, тӗттӗм пулсан та, Владик хӑвӑрттӑн ҫаврӑнса лӑпланса выртнине курса илчӗ.
Она вошла бесшумно, неожиданно и, несмотря на полутьму, успела заметить, как Владик быстро повернулся и притих.
— Куратӑн: йӗркеллех.
— Нет, как видишь.
Ҫак юрра вӑл ача чухнех ашшӗнчен илтнӗ.
Еще в детстве слышал он ее от отца.
Ӑна выляма яман, вӑл килте питех кичемлӗн ларнӑ, мӗншӗн тесен ӑна тин ҫеҫ касторка ӗҫтернӗ мӗн.
В лапту играть его не пустили, сидел он дома совсем печальный, потому что выпил недавно касторки.
Виҫҫĕмĕш райхӑн Совет Союзне хирĕҫ вӑрҫин пуҫламӑшĕнченех СССРĕн Урала ҫити территорине ярса илсе, СССРĕн ҫутҫанталӑк янтипе усӑ курса Раҫҫее нумай вӑхӑтлӑха герман хуҫаланӑвĕнче тытмалла пулнӑ.
Война нацистской Германии против Советского Союза была с самого начала нацелена на захват территории вплоть до Урала, эксплуатацию природных ресурсов СССР и долгосрочное подчинение России германскому господству.
Уҫӑ ҫил манӑн пит-куҫӑма ачашласа илчӗ.
Свежий бриз овеял мое лицо.
— Ах, савнӑ тусӑм, мӗншӗннине эсӗ ху та пӗлетӗн вӗт, — мӗншӗн манран ыйтатӑн-ха?
— Ах, мой милый, ты сам знаешь почему, — зачем же у меня спрашиваешь?
Пробка е йывӑҫ татӑкӗ ҫине ҫирӗплетсе лартнӑ магнит йӗппине шыв тултарнӑ савӑта янӑ.
Магнитную стрелку, укрепленную на кусочке пробки или дерева, пускали плавать в сосуд с водой.
Пугачев ларнӑ ҫӗртех ӑйхӑласа кайрӗ; унӑн юлташӗсем тӑчӗҫ те мана тухса кайма каларӗҫ.
Пугачев задремал, сидя на своем месте; товарищи его встали и дали мне знак оставить его.
Япалӑрсене те илӗр.
И вещи захватите с собой.
Ҫитменнине тата хӑш - пӗр израильсем Египет туррисене те пуҫҫапма пуҫланӑ! (Иез.
Ведь некоторые израильтяне даже стали поклоняться египетским богам!.
Манӑн куҫ умне ҫак самантра пичӗсемпе ӳпне тирӗнсе аннӑ хамӑн тусӑмсем килсе тухрӗҫ.
Мне чудились сейчас упавшие вниз лицом мои друзья.
Эпӗ ытларах каҫсерен, килти ӗҫсене пӗтерсен, тӗрлетӗп.
Я больше всего по вечерам, после завершения работ по дому, вышиваю.
Анчах шалти туйӑм чӗрчун ҫынна ҫакӑн пек парӑннине ӑнлантарса параять-и?
Но может ли инстинкт объяснить такое чудо преданности?
— Мӗн каласшӑн вӑл? — тесе ыйтрӗ ҫамрӑк капитанран Гленарван.
— Что он хотел сказать? — спросил Гленарван у молодого капитана.
— Эпӗ Айртона канлӗ пурӑнӑҫ пама пултӑм, эпӗ хам сӑмаха тӗрӗс тытатӑп.
— Я обещал Айртону спокойную жизнь, и я хочу сдержать своё обещание.
— Анчах та санӑн урусем тӑрӑх халӗ те юн юхать-ха.
— Но у тебя по ногам все еще течет кровь.
— Вӑл мӗскӗн дикарьсене валли ытла та пӗчӗк парне пулнӑ пулӗччӗ.
— Это было бы слишком скверным подарком для бедных дикарей.
Кайран Тимка та ҫитӗнчӗ.
А тут и Тимка подрос.
— Ох, — тет, — мӗнле телей!
«Ох, — говорит, — какая удача!
Вӑт этем те эс ӑна.
Мужчины еще посидели, поговорили о своих делах-бедах, прислушались: не идет ли кто?
Халь Арто черечӗ ҫитрӗ.
Теперь была очередь Арто.
Элен ыйтнипе Гленарван Ольбинета туземецсене пӑртак апат пама каларӗ.
По просьбе Элен, Гленарван приказал Ольбинету раздать немного пищи туземцам.
Консуэло Ван-Конета мар, урӑххине суйласа илнӗ тӗк — вӑл, ахӑртнех, хӑйӗн чӗрине чечек ҫыххине тӑсса панӑн ҫӑмӑллӑн сӗнекен хӗрӗн пурнӑҫӗпе шӑпине хӳтӗлеме сӑмах татиччен-килӗшиччен тӗплӗ шухӑшласа пӑхатчех тата хӑйне малтанхи ҫылӑхӗсемшӗн ҫурри чухлӗ каҫарнӑн туятчех.
Всякий избранник Консуэло на месте Ван-Конета, чувствуя себя наполовину прощенным, крепко задумался бы, прежде чем взять важное обязательство охранять жизнь и судьбу девушки, дарящей сердце так легко, как протягивают цветок.
Лайӑххи ҫеҫ аванни аса илсе пырать — Королева Марго тата хӑйсем тӗрӗссипе ӗмӗр манмалла мар:
Вспоминается только хорошее, самое лучшее — Королева Марго и незабвенные своею правдой стихи:
— Лӑпланиччен кӗтмеллех пулать ӗнтӗ.
— Переждать придется.
— Кутӑнскер… — терӗҫ полицайсем, йывӑррӑн хашкаса.
— Упрямый… — говорили полицаи, тяжело отдуваясь.
Ҫил-тӑман витӗр лашасемпе ҫынсен кӑвак мӗлкисем тӗтре чухнехи пек уҫӑмсӑррӑн палӑраҫҫӗ.
Сквозь метель, как в тумане, маячили седые силуэты людей и лошадей.
Мур тӗпне кайтӑр асӑрхасси-тӑвасси!
До таких ли мелочей, как манеры, сейчас!
5 ҫурла 1827, Марешал-Деодору, Алагоас, Бразили империйӗ — 23 ҫурла 1892, Барра-Манса, Рио-де-Жанейро, Бразили) — Бразили ҫар тата патшалӑх ӗҫченӗ, Бразилин пӗрремӗш президенчӗ (1891).
5 августа 1827, Марешал-Деодору, Алагоас, Бразильская империя — 23 августа 1892, Барра-Манса, Рио-де-Жанейро, Бразилия) — бразильский военный и государственный деятель, первый президент Бразилии (1891).
— Ӑҫта ҫитсе перӗнтӗн эсӗ, Митяй?
— До чего ты дошел, Митяй?
Кунтан, инҫетрен, сухаласа пӑрахнӑ пусӑ, симӗс курӑк хушшине сарса пӑрахнӑ пысӑк хура бархат татӑкӗ пек курӑнать.
Отсюда, издали, окруженная зеленью трав пахота лежала, как огромное, развернутое во всю ширь полотнище черного бархата.
— Йытӑ ҫухалнӑ!
— Пропала собачка.
Сирӗн ырӑ кӑмӑлӑра пула ҫеҫ ыйтса пӗлесшӗн…
Просьба у меня к вашей милости…
Хуйхӑпа вӗсен ҫиесси те килмест.
Горе убивало голод.
Мана, ватӑ кашкӑра, улталаймӑр.
Дудки. Вам меня, старого волка, не обмануть.
Кирияк татах вулама тытӑнса, «беллдоннӑ» сӑмах патне ҫитсен, бей ӑна савӑнса кӑшкӑрса каллех пӳлчӗ:
Когда Кириак вновь взялся за письмо и дошел до слова«белладонна», бей опять прервал его, весело воскликнув:
— Кама суять вӑл? — тӗлӗнчӗ Чжан Цзин-жуй.
— И кому он только врет? — возмутился Чжан Цзин-жуй.
Бинокльпа пӑхатӑп.
Смотреть в бинокль.
Федораш Доруца та, куҫӗсене пӗчӗк ачалла чарса пӑрахса, оратор ҫине шӑтарасла пӑхать, Володя Колесников пуриншӗн те ӑнланмалла, лӑпкӑн калать, ӗҫленӗ чухнехи майлах хӑйне ирӗклӗн тытать.
Как звон стали, разносящийся широко-широко, как гулкий звон молота о наковальню, размеренно, попадая точно в цель, раздавался голос молотобойца, удар за ударом:
Малтан священник утса тухрӗ, виле ӑсатнӑ чухнехи кӗвӗсене янӑратса ун хыҫҫӑн тиечукӗ пычӗ.
Священник пошел вперед, дьячок сопровождал его, воспевая погребальные молитвы.
Хӑранин малтанхи саманчӗ иртсе кайсан, эпӗ ҫавӑрӑнса пӑхрӑм: йӗри-таврара пирӗнтен пӗр вунӑ утӑмра ҫеҫ, хӑмӑшлӑх кашласа ларать; аякра, вӗсен тӑрри урлӑ, ҫыран хӗрри курӑнать.
Когда первый страх прошел, я оглянулся; кругом, в десяти шагах от нас росли тростники; вдали, над их верхушками, виднелся берег.
Кашни секундсерен вӑл хӑй ӑшӗнче халиччен пулман, хӑнӑхман, пурне те пӑхӑнтарма пултаракан усал вӑй хушӑннӑҫем хушӑнсах пынине туйрӗ.
С каждой секундой он чувствовал в себе все больше и больше непривычной для него властной злой силы.
Ҫакнашкал хисеплӗ ҫын хута кӗнипе хавхаланнӑ Зуля вара хӑйӗн сӑмахне самаях мухтанса вӗҫлерӗ:
Вдохновленный такой авторитетной поддержкой, Зуля не без бахвальства закончил:
Вӑл яра кун мастерскойра пула пуҫларӗ.
Она стала проводить целый день в мастерской.
Кун хыҫҫӑн ӑна вӑйлӑ вӗрмелле пулнӑ.
После этого их принимались усиленно раздувать.
Юлашкинчен вӗсем, ту ҫинчи ачасем хӑйсене сыхласа тӑма пултарасси ҫинчен шухӑшламасӑрах, йывӑҫ тӗмисем хушшипе тӳрех ҫӗрпӳрт патнелле йӑпшӑнса пычӗҫ.
Вопреки обычному пути завыркинцы не пошли по тропинке, петлявшей по откосу, а полезли напрямик через кусты к землянке, не подозревая, что горцы следят за ними.
Эпӗ те тухса кайрӑм.
И я удалился.
Уҫӑ ҫӗрте кӑшт канса илни таркӑна хал кӗртрӗ.
Короткий отдых и свежий воздух вернули беглецу силы.
Мӗскер пит кирлӗ? — чӑпӑрккине вылятнӑ май кӑмӑллӑн кулкаласа ыйтрӗ Копылов.
Чего ты вообще хочешь? — добродушно улыбаясь и поигрывая плеткой, допытывался Копылов.
Ав, хальхинче те малтан пурте интереслӗ пекчӗ, тӗлӗнмелле пек туйӑнатчӗ: ҫывӑхрах хамӑр айра тӑнкӑртатса пыракан вагон кустӑрмисен шавӗ те, сӗтел ҫинче ларакан ӳпне вырттарнӑ витре евӗр лампа та, поезд патнех чупса пыракан е унран таракан вӑрман та…
Вот, например, в первые часы пути мне все казалось очень интересным, просто необычайным: и стук колес где-то совсем близко, прямо под ногами; и настольная лампа, похожая на перевернутое ведерко; и лес за окном, то подбегающий к самому поезду, то убегающий от него…
Мӗнле майпа эсӗ кунта манӑн вилнӗ аннене ҫыпӑҫтарса хутӑн?
С какой стати ты приплел сюда мою покойницу мать?
— Эсӗ илтрӗн-и эпӗ мӗн хушнине? — шӑппӑн ыйтрӗ Васильев.
— Ты слышал мое приказание? — шепотом спросил Васильев.
Алексей Михайлович, унчченхи пекех, пуканӗ ҫине таянса ларчӗ, сайраран, «ҫакна та калама пулать, ҫакна та каламалла» тенӗ пек, хӑйне хӑй пуҫӗпе сӗлтсе илкелерӗ.
Алексей Михайлович сидел, все так же откинувшись на спинку стула, изредка кивая сам себе, словно утверждая: и это можно или нужно сказать, и это…
Сана пурин те пулӑшас пулать, мӗншӗн тесен санӑн ывӑлу халӑх ӗҫӗшӗн лекрӗ.
Тебе все должны помочь, потому — твой сын за общественное дело пропадает.
Анчах пӗр кун иртнӗ, икӗ кун та иртнӗ, телеграмӗ ҫапах пулман.
Но прошёл день, прошёл другой, а телеграммы всё не было.
Старик пӗр ҫын аллинчен шӗвӗртнӗ вӑрӑм юпа илчӗ те ӑна вилнӗ ҫын тӑпри варрине тӑрӑнтарса лартрӗ.
Проговорил:— Мертвым покой, не надо никого больше пугать…
Фима хӑех ишсе тухнӑ, вӑл ишме пӗлет.
Фима выплыла сама, она умеет плавать.
Тата унта Белкин пурччӗ, Надя Глушкова тата ытти хӗрачасем пурте!
Еще там Белкин был, Надя Глушкова, все девочки!
2012 — Восьмидесятые — Дмитрий Чепелев
2012 — Хмуров — Коростылёв
Пӳрт хуҫи, шурӑ чӗрҫитти ҫакна хӗрлӗ питлӗ хӗрарӑм, хӑйӗн тачка аллисемпе пилӗкӗсене тытнӑ та, Артур йытӑпа вылянине кӑмӑллӑн кулса пӑхса тарать.
Хозяйка шале, краснощекая женщина в белом переднике, стояла подбоченясь и, улыбаясь, глядела на игру Артура с собачкой.
Хӑй вӑл Испани ҫынни пулман; унӑн тӑван ҫӗршывӗ — Испанипе кӳршӗллӗ Португали ҫӗрӗ пулнӑ.
Но родом он был не испанец: его родина — соседняя с Испанией страна, Португалия.
Тепӗр тесен, тен, ыран эсир хӑвӑрах куратӑр.
Впрочем, может быть, вы завтра увидите сами.
Тĕнчери инженери академин пайташĕсем
Преподаватели Воронежского технического университета
Фашистсен тӗрмисенче вилнисен ачисем утса иртрӗҫ.
Прошли колонны детей погибших в фашистких тюрьмах.
— Ҫирӗм тӑваттӑ! — терӗ татах Роберт.
— Двадцать четыре! — повторил Роберт.
Хӑрушла ункӑ хӗсӗнсех пыра пуҫларӗ.
Страшный круг их сужался.
Мели, эсир хӑҫан каятӑр?
Мели, когда вы едете?
Майӗпен унӑн сӑн-пичӗ те, пӑхас йӑли те, пит-куҫне тыткаласси те, кӗлетки те пӗтӗмпех улшӑнса пынӑ.
И понемногу даже лицо его изменялось, менялся взгляд, выражение лица, вся фигура.
Хресченсем партизансене курайми пулса хӑйсемех нимӗҫсен аллине тытса парасси ҫине шанса тӑнӑ вӑл.
Он был уверен, что добьется такого положения, когда крестьяне возненавидят партизан и начнут сами вылавливать их и передавать немецким властям.
Анчах ҫав мая курман пулсан та, хӑйне те, хӑйӗн юлташӗсене те улталаса, ҫынсене тилмӗрчӗ, вӗсене чӗтревлӗ сасӑпа каласа хавхалантарчӗ.
Но все было напрасно, и поэтому, обманывая себя, он дрожащим, умоляющим голосом подбадривал окружающих.
— Путсӗр истори сиксе тухрӗ: малти чикӗре пирӗн машинӑна печӗҫ, — ӑнлантарса пачӗ вӑл мана, эпӗ ун ҫине чӗмсӗр тӗпчесе пӑхнине хирӗҫ.
— А, глупейшая история: обстреляли машину на переднем крае, — объяснил он мне, отвечая на мой немой вопрос.
Ман тӗлӗшпе Эсӗ хытӑ кӑмӑллӑ пулса кайрӑн, хӑватлӑ аллупа мана хирӗҫ тӑратӑн» (Иов 30: 20, 21).
Ты изменился и стал жесток ко мне, всей мощью своей руки враждуешь со мной».
— Ӑҫтан ун пеккипе ҫӳрес-ха ман, карчӑкӑн!
— Куда мне, старухе, такое носить!
Куратӑр-и, кунгассене епле хӑвӑрт пушатаҫҫӗ сунарҫӑсем.
Видите, как быстро охотники кунгасы разгружают.
Ухмахсен Ҫӗршывӗнче тӗлӗнмелле уйхир пур, ӑна тӗлӗнмелле ӗҫсен уй-хирӗ, теҫҫӗ…
В Стране Дураков есть волшебное поле — называется Поле Чудес…
Кирлинчен ытларах ӑнланни — сиенлӗ.
Больше нужного понимать вредно.
— Машинӑсене пухӑр та ыранах ҫиччӗмӗш участока хӑвӑр кайса парӑр.
— Потрудитесь собрать машины и завтра лично пригнать их на седьмой участок.
Ҫакӑ та лайӑха пӗлтерет: шанӑҫсӑр ҫын «Будильник» журнал вулас ҫук.
Это тоже признак хороший: человек неблагонадежный не станет читать «Будильник».
Темле Ямвлихӑн «Вавилон повеҫĕ» (Ямвлих философпа ан пӑраштарӑр)
«Вавилонская повесть» Ямвлиха
Манӑн вӗсене мухтаса тӑрас пулать-и-ха?
Что ж мне хвалить их, что ли?
— Вӑл — ҫынсен пысӑк ушкӑнӗ, чӗмсӗр те вӗчӗрхенчӗк ушкӑн.
— Он — целая толпа людей, молчаливая и нервная толпа.
Вӑл пире тӑшмантан пӗрре ҫеҫ мар хӳтӗлесе хӑварчӗ.
Она не раз защищала нас от врагов.
— Ҫапах та халӑх чӗрине тивертрӗҫ.
— Задели-таки народ!
Малтанах ӗне те, хур-кӑвакал та тытрӗҫ иккӗшӗ.
Вначале и корову, и домашних птиц держали вдвоём.
— Эпӗ сана хӑвӑн мӑнаҫлӑхна пула, ҫӗр воин хушшинче те палласа илнӗ пулӑттӑм, — тет чӑрсӑр сарацин.
— Я узнал бы тебя из ста воинов по твоей гордой осанке, — говорит дерзкий сарацин.
Курӑр-ха эсир, «катмар пӳлӗмре»!
«Под сводами», изволите видеть!
Пире питӗ пысӑк ӗҫсем кӗтеҫҫӗ!
Нам предстоит грандиозная работа!