alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
1. Христоса асӑнса чӑннине калатӑп, суеҫтерместӗп, ӑна мана Таса Сывлӑш систернипе хамӑн чунӑм та пӗлтерсе тӑрать; 2-3. манӑн хуйхӑм питех те пысӑк, чӗрем пӗр чарӑнмасӑр тӑвансемшӗн, ӳтрен тӑваннисемшӗн, ҫунать: эпӗ вӗсем вырӑнне хама Христосран уйӑрса ылханнине хавас пулӑттӑм; 4. вӗсем — Израиль ҫыннисем; Турӑ вӗсене Хӑйӗн ывӑлӗсем тунӑ, вӗсене Хӑйӗн мухтавлӑхне кӑтартнӑ, вӗсене халал та, саккун та, кӗлтӑвас йӗрке те панӑ, Турӑ пама пулнисем те — вӗсенӗн; 5. тӗп аттесем те — вӗсенӗн; Христос та ӳчӗпе вӗсенчен тухнӑ, Вӑл, пуринӗн те Турри, ӗмӗрех мухтавлӑ, аминь.
1. Истину говорю во Христе, не лгу, свидетельствует мне совесть моя в Духе Святом, 2. что великая для меня печаль и непрестанное мучение сердцу моему: 3. я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти, 4. то есть Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования; 5. их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь.
Вайпа улӑхӗ ытарма та ҫук илемлӗ.
Долина Вайпы была очаровательно красива.
Стефан Петрович ӑслӑ ҫын, унпа пулсан юратчӗ.
Стефан Петрович — это человек рассудительный, с ним бы можно…
Сеня сывмаррине ачасем кураҫҫӗ, ҫавӑнпа литература илсе, пурте тухса каяҫҫӗ.
Ребята видели, что Сене очень нездоровится, и ушли, захватив литературу.
— Машина ҫырманалла йӑванса аннӑ пирки чӑхӑмлама пултарман-и вӑл? — терӗ Женя.
— Это наверно произошло в тот момент, когда машина скатилась в овраг, — сделала предположение Женя.
Моряксемпе пӗтертӗм эпӗ, халӗ тата ҫӗр ҫинчи шыравҫӑсем ҫине куҫатӑп.
Теперь я покончил с моряками и перехожу к сухопутным исследователям.
1637 ҫулта пулнӑ
Появились в 1637 году
Мӗн пулӗ-ха вара вӑл ҫак хӗре юратнинчен, каччи пур-ҫке унӑн?
Что же может выйти из его любви к этой девушке, к невесте другого?
Уҫӑмлах мар мелке тӑтӑшах чарӑна-чарӑна Гоан патнеллех ҫывхарать.
Неясный силуэт, часто останавливаясь, приблизился к Гоану.
Акӑ, проводсем тӑрӑх телеграммӑсем шӑваҫҫӗ:
Вот они скользят по проводам, телеграммы:
— Пӗчченҫи сана!
— Да, одни!
Екатерина Черкашина Корнея асӑрхарӗ те ӑна хирӗҫ ярса пусрӗ.
Заметив его, Екатерина Черкашина двинулась навстречу.
мана йывӑр ĕҫ сусӑрлантарчĕ
меня сделала больным тяжелая работа
Вӑл каллех каласа пӗтересшӗн пулмарӗ.
Она опять не хотела договорить.
Боримечка пысӑк хачӑ винтне кӑларса ик юппине уйӑрчӗ те вӗсене чӗркуҫҫи ҫине хурса аврӗ, Боримечка аллинче вӗсем тимӗр татӑкӗсем ҫеҫ пулса тӑчӗҫ.
И Боримечка, разняв большие ножницы на половинки, каждую часть переломил об колено — железо только звякнуло, и в руках у Боримечки осталось по половинке от каждой половинки.
Каллех Маклай чылайччен пурӑнчӗ ҫӳллӗ ҫивиттиллӗ хӳшӗсенче, каллех выльӑхсемпе ҫынсен пуҫ купташкисене пуҫтарчӗ, папуассен йӑлисене, чӗлхине, хӑнӑхӑвӗсене тӗпчесе вӗренчӗ.
Снова подолгу жил Маклай в хижинах под высокими кровлями и снова собирал черепа животных и людей, изучал обычаи, язык, привычки папуасов.
Чугун ҫул урлӑ каҫнӑ ҫӗрте Павел лашине чарчӗ те вокзал ҫинелле нумайччен пӑхса тӑчӗ, унтан, тимӗр кӑвак лашине тивертсе илсе, ӑна вӑрман ҫулӗпе мӗн чупма пултарнӑ таран ячӗ.
На переезде Павел остановил коня и долго смотрел на вокзал, потом хлестнул вороного, погнал его по лесной дороге во весь опор.
Сухалне те хамах хыратӑп, ҫак ӗҫ мана питӗ килӗшет.
Я и брила его сама — мне это очень нравилось.
— Ивук тепӗр турат ҫинче сӗнксе ларакан хӑйпак еннелле ҫаврӑнчӗ.
— Ты Ухтивана своими глазами видел?
Пирӗнпе кӳршӗлле Чжан-фу ятлӑ ҫын пурӑнатчӗ.
Был у меня прежде сосед Чжан Фу.
Тепӗр ик-виҫӗ кунран ыраш вырма тухмалла тесе тӑнӑ чух пӗр каҫхине Михапарсем патне Микулай пырса кӗчӗ.
Как сами? — не глядя на вошедшего, отозвался уже готовый ко сну Михабар.
Ҫавӑнпа колхозра ҫунатлӑ сӑмах тухса кайнӑ та: «Балалайкӑллӑ Йӑкӑнат пек ӗҫлет», теме пуҫланӑ.
Так и пошла по колхозу пословица: «Работает, как Игнат с балалайкой».
— Чӗлхе саккунне кӗскен аса илер.
Вкратце вспомним закон о языке.
Пӳлӗмре ӑшах мар иккен.
В комнате было прохладно.
Ҫапла, капитан хӑйне кӑна вӗлерни, вӗлерес тенӗ ҫынна вӗлерейменни Луизӑшӑн ҫав тери пысӑк савӑнӑҫ пулнӑ.
Да, именно это чувство было пережито Луизой под тенью огромного дуба, когда оказалось, что произошло только самоубийство, убийство же не удалось.
Час-часах чарӑна-чарӑна тӑраҫҫӗ, малалла тинкерсе пӑхса, итлесе тӑраҫҫӗ.
Часто останавливаются, всматриваясь вперед и прислушиваясь.
Малтанхи кунсенчех партизансем ӑна «спокойный» тесе ят пачӗҫ.
В первые же дни партизаны прозвали его «Спокойный».
Библире ҫылӑхпа вилӗме «пур халӑхсене витсе тӑракан» тата «мӗнпур ӑру ҫинче выртакан» вителӗкпе танлаштарни питӗ вырӑнлӑ (Ис. 25: 7).
В Библии унаследованный грех и смерть удачно сравниваются с «покрывалом, которое покрывает все народы, и полотном, которое лежит на всех народах».
Вӑл мана теме систерсе тата шантарнӑ пек пуҫне сулчӗ, хулпуҫҫине шӑннӑ евӗр турткалантарса илчӗ, лентисене ҫыртрӗ те хӑйӗн ҫулӗпе хӑвӑрттӑн васкаса утрӗ.
Он кивнул мне многозначительно и обнадеживающе, зябко передернул плечами, прикусил ленточки и быстро пошел по своему пути.
— Ҫапла, ҫапла! — терӗ вӑл ӗнентерсе.
— Да, да! — убеждённо сказал он.
Ӑҫтан каҫарттарма пултарӗ вӑл вӗсене, хӑй те ҫавӑн пекех йӗксӗк пулсан, ун пекки хальччен тӗнчере пулман.
Да где ему замолить их, когда он и сам плут, каких еще свет не видывал!
Директор, ыттисене те хӑй шӳтленинчен кулма чӗннӗ пек, класри ачасем ҫине савӑнӑҫлӑн пӑхса илчӗ.
Опустив голову, Пепишора нерешительно направился к дверям.
Хуҫа вӑрансан, аллине сехет тытса магазина тухрӗ те тӗлӗнсе кайса:— Мӗн ку капла? Сасартӑк сехет тарласа кайнӑ! Нихӑҫан та ун пеккине курманччӗ — тарланӑ! Усал пуласса мар-ши ку? — тесе мӑкӑртаткаларӗ.
Мне было очень приятно видеть, как он, проснувшись, вышел в магазин с часами в руках и растерянно бормотал: — Что за оказия? Вдруг часы вспотели! Никогда этого не бывало вспотели! Уж не к худу ли?
1985-1990 ҫулсенче ГДР патшалӑхĕнче хĕсметре тӑнӑ.
С 1985 по 1990 год служил в резидентуре советской внешней разведки в ГДР.
Хула Люцерн кӳлĕ хĕрринче, Пилатус тӑвĕн умĕнче ларать.
Город находится на берегу озера Люцерн, у подножия горы Пилатус.
— Акӑ… чутах манса каяттӑм… сирӗн ҫуха айӗсем, гварди старши лейтенанчӗ юлташ… ҫуса тасатнӑскерсем.
— Вот… чуть не забыл… Ваши подворотнички, товарищ гвардии старший лейтенант… постираны.
Апла пулсан, мӗн тесен те, шут хисепӗ пирӗн май, тӑватта хирӗҫ пӗрре.
Значит, как-никак счет будет четыре на один в нашу пользу.
— Манӑн кӗрӗке вырӑна хумастӑн!
— Волю монаршую попираешь!
Ахаллӗн вӗсем туслӑх ҫӑкӑрне хуҫса ҫиме те пултараймарӗҫ, мир тумалли чӗлӗме туртмасӑр епле мир тума пулать-ха?
Не заключив между собой перемирия, а заключать его было просто невозможно, не выкурив трубки мира.
Жихарев кӑмӑлсӑр пулса ӗҫлеме тытӑнать.
Жихарев обиженно принимается за работу.
Мускав авиаци институчĕн вĕрентекенсем
Преподаватели Московского авиационного института
Манӑн та ҫапла тумалла.
Я тоже должен это сделать.
Йӑл кулса илсе, каларӗ:
Сдержанно улыбаясь, Давыдов сказал:
«Ӑна икӗ пулеметчик тыткӑна илнӗшӗн эпӗ айӑплӑ.
Это я виноват в том, что его захватили в плен двое пулеметчиков.
Питĕ хавхалануллӑ вӑл 1920-мĕш ҫулсенче Ӳнер керменĕнчи (Поварская урамĕ, 52) тата Политехника музейĕн (Новая площадь, 3) Мӑн аудиторинче иртнĕ литература дискуссийĕсене хутшӑнать.
Со свойственным ему темпераментом активно участвовал в литературных дискуссиях 1920-х годов, проходивших во Дворце искусств (Поварская улица, 52) и Большой аудитории Политехнического музея (Новая площадь, 3).
Сирӗнтен ыйтса тӗпчесшӗн пулӗ…
Вас, наверное, будут допрашивать…
Лешӗ шӳтлешсе ыйтать: «Эсӗ мана, кинеми, мӗнле вилӗмпе вилессине кала?» — тет.
А он шутя спрашивает: «Ты мне скажи, бабка, какой я смертью умру?»
— Тепре выляса илер, — терӗ Володя, картсене пӑлхаткаланӑ май хулпуҫҫине атте пек сиктеркелесе.
— Сыграем еще одного короля, — сказал Володя, подергивая плечом, как папа, и тасуя карты.
Эпӗ хам ӗҫре те виҫҫӗмӗш кун ҫырмастӑп: ларсанах сулахай куҫран куҫҫуль юхма тытӑнать, шӑнса пӑсӑлтӑм пулмалла, пӗшкӗнсенех пуҫ ыратма пуҫлать…
Я и в должности третий день не пишу: как сяду, так слеза из левого глаза и начнет бить; видно, надуло, да и голова затекает, как нагнусь…
Кӗлетке тапранмарӗ.
Фигура не шевелилась.
— Чӑнах та, Бурль патне кайма тухнӑ чухне мана шӑпах ҫак пӗлтерӳ кӑсӑклантарчӗ.
— Действительно, это самое объявление я имел в виду, направляясь к Бурлю.
Пуйӑс ҫитсе чарӑнать ҫеҫ, документсем тӗрӗслеме вакунсем тӑрӑх кӗрсе те каяҫҫӗ.
Едва поезд остановился, по вагонам началась проверка у пассажиров документов.
— Давай, Ваня…
— Давай, Ваня…
Тӗлӗнчӗҫ, ыйтса пӗлчӗҫ, савӑнчӗҫ, чун патӗнчи сӑмахсемпе калаҫрӗҫ…
Расспросы, восклицания, излияния, изумление, радость…
— Пит те тӗл тивертрӗмӗр…
— Попали метко…
— Вешенски станицӑри Татарски хуторӗнче, ваше благороди.
— С хутора Татарского Вешенской станицы, ваше благородие.
Анчах паян унта кайма вӑхӑт ҫук.
Но теперь было не до нее.
Пурпӗрех эс чи пахи.
Все равно ты — самая хорошая.
Сирӗн наука — унӑн тӗшши матери пулса тӑрать — ҫапах тӗнче чикӗсӗр тесе вӗрентет.
Ваша наука, в основе коей лежит материя, тем не менее утверждает, что мир бесконечен.
— Тӳс, Алёха!
– Держись, Алеха!
Наумов, аманнӑ Киносьян: «тӗп пулӑр, фашист шуйтанӗсем!» — тесе кӑшкӑрнине илтрӗ.
До Наумова донеслось, как раненый Киносьян крикнул полицейскому: «Будьте прокляты, фашистские дьяволы!»
Вӗсене пула паника ҫеҫ, урӑх нимӗн те ҫук.
Через них только одна паника, и ничего больше.
Ҫак ачаш хӗрарӑм ӑна шанни унӑн кӑмӑлне рыцарьла ҫирӗплӗхпе ҫирӗплетрӗ, вӑл пике хушнине пурне те итлеме пулчӗ.
Это доверие, которое оказало ему слабое прекрасное существо, это доверие наложило на него обет строгости рыцарской, обет рабски исполнять все повеления ее.
Хӗр лӑпкӑн силленчӗ те кӗтесрен кӗрсе ҫухалчӗ, эпир вара вӑл кӑтартнине ҫав самантрах пурнӑҫласа сывлав ирӗк панӑ чухлӗ питӗ хӑвӑрттӑн ҫыран хӗррине ҫывӑхри сукмакпа утса антӑмӑр, унта пирӗн Сигнал Хирӗнчен сылтӑм енпе пысӑках мар сӑмсахран иртмеллине куратпӑр.
Девица всколыхнулась и исчезла за угол, а мы, немедленно следуя ее указанию, и так скоро, как только позволяло дыхание, кинулись на ближайший спуск к берегу, где, как увидели, нам предстоит обогнуть небольшой мыс — в правой стороне от Сигнального Пустыря.
Анчах тепӗр ҫур сехетрен халӗ те кӗлетсем умӗнчех сыхласа тӑракан хӗрарӑмсен шухӑш-кӑмӑлӗ сасартӑках тепӗр майлӑ, улшӑнса ӳкрӗ.
Но через полчаса в настроении баб, все еще дежуривших возле амбаров, произошла резкая перемена.
Уйрӑмах плита лайӑх пек туйӑнать.
Особенно плита:
Палатӑра каллех шӑп-шӑпӑрт пулса тӑчӗ.
В палате снова стало тихо.
Ханкӑрмаллӑ ҫӗленрен те эпӗ ун чухлех хӑрамастӑп.
Уж, по мне, лучше гремучие змеи.
Валентина сӗнӗвне, Татьянӑсӑр пуҫне, пурте нумайччен те активлӑн сӳтсе яврӗҫ.
Предложение Валентины долго и активно обсуждали все, кроме Татьяны.
Манӑн правлени ларӑвне ирттерме, халӑхпа калаҫма, сӑмах тухса калама е епле те пулин доклад туса пама, вӑл е ку ыйтӑва ӑҫталла илсе каймаллине пӗлмелле…
Мне надо знать то, как провести заседание правления, как с народом поговорить, там речь или какой доклад произнести, или как дать верное направление тому или иному вопросу…
Ман пӗчӗк няньӑна та хӑйпе пӗрлех илчӗ; вӑл ӑна хӑй хыҫне йӗнер ҫине лартрӗ.
Он взял с собой и мою нянюшку, которую посадил на седло позади себя.
Банда пирӗн пата кӗреймӗ.
Банда к нам не прорвется.
Эсрелӗрен эпӗ хӑраман: йӗкехӳре ҫинчен вӑл нимӗн те калама пултараймасть, леш йӑпӑлчӑк элеклесе панӑ пулсан та, тӗрӗс иккенне кӑтартмалли фактсемех ҫук-ҫке-ха.
Дьявола я не боялся: он ничего не может сказать о крысе, и хотя тот ябеда и нажаловался, нет фактов, что могут подтвердить его правоту.
Анчах ҫӗнӗ кӳрши халь килсе ҫитнисемпе паллашасшӑн та мар иккен.
Но оказалось, что новая соседка и знаться не желает с приезжими.
Виҫҫĕмĕш райхӑн Австри пайĕн тĕп хули патĕнче СС 6-мĕш танк ҫарне ҫĕмĕреҫҫĕ.
На пути к Вене была разгромлена 6-я танковая армия СС.
— Санӑн ӗҫмелли мӗн те пулин пур-и?
— У тебя есть что-нибудь попить?
Ҫак ӗмӗтсем уҫӑмлӑ пулнӑран хӗпӗртесе хумханнипе эпӗ ҫывӑрса каяймарӑм, виҫесӗр пысӑк телей ҫинчен манӑн кама та пулин каласа парас килчӗ.
Мечты эти были так ясны, что я не мог заснуть от сладостного волнения, и мне хотелось поделиться с кем-нибудь избытком своего счастия.
Хамӑрӑн каччӑсем пур…
Есть и свои парубки…
Паллах, кашниех унта ҫулпуҫӗ пулчӗ.
Все они, конечно, были вожди.
Ҫавӑнпа ӗнтӗ вӗсем халӗ те хапхана яриех уҫса пачӗҫ: «Тархасшӑн».
Оттого и теперь ворота раскрыли: «Пожалуйте».
Ҫав вӑхӑтра уҫӑ та тикӗс сасӑ илтӗнсе кайрӗ, вӑл пысӑк та янӑравлӑ, нумайранпа никам та тӗкӗнмен хӗлӗх такам тӗртӗннипе савӑнса, хӑйӗн тӗлӗнмелле таса сассипе янӑраса, пӗтӗм тӗнчене тӗлӗнтернӗ пек туйӑнчӗ.
И раздался звук, ясный, ровный, как будто бы кто-то задел большую певучую струну и она, обрадованная, давно никем не тронутая, задрожала, зазвенела, поражая весь мир удивительной чистотой своего тона.
Ҫирӗм пиллӗкмӗш ҫулта эпӗ сан валли ярмаркӑран резина шӑхличӗпе сӑрланӑ икӗ автан илсе килтӗм!
A в двадцать пятом году я тебе свистульку резиновую с ярмарки привезла да двух раскрашенных петушков!
Разметнов ырантан тытӑнсах тыркассемпе кӗрешӳ пуҫласа яма сӗнӳ пачӗ.
Размётнов предложил с завтрашнего же дня повести борьбу с сусликами.
— Эсӗ кӑнтӑрла хӑналарӑн, халӗ — эпӗ.
— Днем ты, теперь я.
Унта вӑл коммерци енӗпе ӗҫлеме пуҫланӑ — суту-илӳ фирмине йӗркеленӗ.
Здесь он занялся коммерческими делами — организовал франко-русскую торговую фирму.
— Ҫитӗ! — пӳлсе хучӗ ӑна Волошин.
— Хватит! — перебил его Волошин.
Вӑл, сӑмахсене сыпӑкӑн-сыпӑкӑн татса, уҫҫӑн калаҫать.
И слова его падали раздельно, как у заики.
Эпир тӑван мар.
Между нами нет никакого родства.
— Пултӑрах, килӗнте ҫывӑрса тӑранӑн.
— Ничего, дома отоспишься.
Приказчиксене куркаланӑ эпӗ», тет ача.
Видел я этих приказчиков».
Ҫапла шӑпах паян!
Да, именно сегодня!
Вӑл ҫӳхе пӗренерен руль ӑсталарӗ, палаткине вырнаҫтарчӗ, причала касса татса юхӑмпа анаталла ҫул тытрӗ.
Мард сделал из тонкого бревна руль, поставил свою палатку и, отрубив причал, двинулся вниз по течению.
Республикӑри культура сферинчи вӗренӳ учрежденийӗсен, чӑн малтанах Чӑваш патшалӑх культурӑпа искусство институчӗн ӗҫне ҫав тӗллевсене пурнӑҫлассипе ҫыхӑнтармалла.
Перенастроить под названные потребности работу республиканских образовательных учреждений в сфере культуры, в первую очередь – Чувашского государственного института культуры и искусств.
Шуйттан тумалла-и унпа!
Черт с ним!
Вӗсене хӗл каҫарма апат хатӗрлесси ку тапхӑршӑн ҫав тери яваплӑ ӗҫ.
В этот период очень важна работа по подготовке кормов для их перезимовки.
— Сире цирксенчи хисепсӗр вилесем ҫитмеҫҫӗ-и, эсир тата авалхи тискер йӑласемпе киленетӗр-и?
— Вам недостаточно бесчисленных жертв в цирках, и вы с диким наслаждением воскрешаете запрещенные варварские обычаи?
Вӗсем унччен пӗр хушӑ ҫывӑх пулнине кунти халӑх сиссех те юлман пулас.
И не поверили в это даже тогда, когда Ивук похвалился этим знакомством перед друзьями.
— Кунта вӗсем уйӑрӑлса кайнӑ, — тенӗ сунарҫӑ, каллех чарӑнса тӑрса, хӑй тӑнӑ вырӑна тӗллесе пӑхса.
— Здесь они разошлись, — сказал охотник, опять остановившись и рассматривая место, на котором стоял.
Театрсем чи лайӑх юрлакан артистсене, трахтирсем — арфисткӑсене уйӑрса хума пулнӑ.
Театры обещали отпустить лучших певцов, а трактиры — арфисток.
Питӗ ывӑнтӑмӑр.
Очень устали.
Вӑл та, ӑнланатӑн-и, Мускава хӳтӗлеме килнӗ, йӑлт сан пекех.
Тоже, понимаешь, Москву защищать приехал, вроде тебя.
— Калӑр хӑвӑр Лёвӑра, вӑл ухмах тейӗр.
— Скажите своему Леве, что он дурак…
Ҫавӑнпа Турӑ панӑ мула хытӑ юратма тата уншӑн пархатарлӑ пулма пӑрахас мар тесе пирӗн пӗтӗм вӑйран тӑрӑшмалла.
Поэтому нам нужно всеми силами оберегать нашу любовь к духовным сокровищам и быть признательными за них.
Хвеччис, ывӑлӗн сӑмахӗпе килӗшсе, йӑл-л кулчӗ те, Динӑна ҫурӑмӗнчен лӑп-лӑп лӑпкаса хӑварса, тепре калаттарасса кӗтмесӗр, пӳртрен вӑшт ҫеҫ тухса ҫухалчӗ.
Хвечис, согласившись со словами сына, улыбнулась, похлопала Дину по спине и, не дожидаясь повторной просьбы, проворно выскользнула из дома.
Эс тӗрӗс калатӑн — пулса иртнине ӑна тавӑрма ҫуках ӗнтӗ…
Ты прав: что было, того не вернёшь…
Хӗвел хевтесӗррӗн ӑшӑтса пӑхать.
Скупо грело солнце.
Ҫапла вӗт, асатте?
Так ведь, дедушка?
— Ман киле куҫса каятпӑр.
— Перейдем в мою хату.
Миҫе ҫу, миҫе хӗл…
Сколько лет, сколько зим…
— Анчах вӑл халь мар, каярах пулӗ.
— Но это уже будет потом.
Вара ун ҫине тӑшман утланса ларать, пирӗн уй-хирсене таптатма пуҫлать!»
Будет он врага на своей спине носить, копытами родные поля топтать!»
— Эп те йӗп вӗҫӗ чухлӗ те ӗненессӗм ҫук, — чӗнмесӗр юлмасть Ҫеруш.
— Я тоже нисколечко не верю, — не удержался Серёжа.
Ҫар ҫынни аллине чемодан ҫӗклесе пынӑ, хулӗ ҫине шинель хунӑ, утасса вӑл ҫав тери ҫӑмӑллӑн, ҫирӗппӗн утса пынӑ та, ун ҫине пӑхма та кӑмӑллӑ пулнӑ.
В одной руке военный нес чемодан, на другой руке шинель, и ступал он так легко и пружинисто, прочно, что было приятно смотреть на него.
Хамӑн туссене курса хӗпӗртенипе те, гестапона лекнӗ хамӑрӑн подпольщиксем ҫинчен шухӑшланипе те манӑн куҫсем шывланчӗҫ.
Слезы навертывались и от радостной встречи с друзьями и от тяжелых дум о наших подпольщиках, попавших в гестапо.
Эпӗ хӑрарӑм, — ответлерӗ Шишкин.
Я боялся, — ответил Шишкин.
Эпӗ хумсене буйсем евӗр касса куҫакан хура ҫунатсене куратӑп; вӗсен шлюпка айккинчи ҫӑтӑх куҫӑмӗсем, вӗсем малалла та каялла канӑҫсӑррӑн кумни сехӗрлентереҫҫӗ.
Я видел черные плавники, пересекающие волну, подобно буям; их хищные движения вокруг шлюпки, их беспокойное снование взад и вперед отдавало угрозой.
Кӗллине тӑвас-ха, — тем хӑй тӗллӗн мӑкӑртатса илчӗ Шерккей пӗр хушӑ, унтан, шӑхӑша кайса, хушса хучӗ:
А помолиться все-таки надо, — и Шерккей что-то забормотал себе под нос, потом задумался и добавил:
Планетӑсемпе астероидсен ячĕсем
Планеты земной группы
Еврей диалекчĕ (ӑна «джухури» тенĕ) ытти еврей чĕлхисем — идиш, ладино, киврули т. ыт. — пекех йĕркеленсе пынӑ.
Еврейский диалект («джуури», или «джухури») формировался аналогично другим еврейским языкам — идишу, ладино, киврули и т. п.
Кӑвайт леш енче карчӑксем тата вӗсен сунартан таврӑннӑ упӑшкисем лараҫҫӗ.
По другую сторону огня против нас сидели обе старушки и мужья их, возвратившиеся с охоты.
Пама пулнӑ ҫӗр вӗсемшӗн чӑн - чӑн «канӑҫлӑх» вырӑнӗ пулса тӑрайман.
Обетованная земля не стала для них настоящим «местом покоя».
Эпир ӑна кӗскен — Лабардан, тетпӗр.
А мы его просто для сокращения Лабарданом называем.
— Анчах эсир Сережкӑпа питӗ кая юлатӑр.
— Только вы с Сережкой что-то чересчур запаздываете.
— Лекме те пултарать…
— Может и зацепить.
Ашшĕ коммунизма ĕненекенскер пулнӑ, амӑшĕ тарӑн шухӑшпах католици тĕнне тытнӑ.
Отец Иво был убеждённым коммунистом, мать же была глубоко верующей католичкой.
Хама тухма та пулать!
Да хоть за меня!
Вӑл ӗҫсе ячӗ, лӑчӑрканса кайнӑ помидор ҫыртса, пуҫне шуххӑн пӑркаласа илчӗ те бутылка ҫине хурланчӑклӑн пӑхрӗ:
Он выпил, ошалело затряс головой, закусывая раздавленным помидором, и, растроганно глядя на бутылку, сказал:
2010 ҫулта Канадӑри пӗр ял хуҫалӑх ӗҫченӗ 100 ҫынна тӑрантарнӑ, вӑл шутра хӑйне те.
В 2010 году один сельскохозяйственный работник Канады кормил 100 человек и себя в том числе.
Вӑл тӗлӗнсе иккӗленнӗ пек туйӑнать: эпӗ асӑрханӑ тӑрӑх, кӗтмен ҫӗртен эпир пырса кӗни ӑна питех хаваслантармарӗ пулас.
Он как будто недоумевал: его, сколько я мог заметить, не слишком радовало наше внезапное посещение.
юпа кӑшт та хусканмасть
столб ничуть не шатается, столб не шелохнется
Хӑмӑш-Бурунран таврӑннӑ чух ҫулҫӑсӑр йывӑҫ турачӗсем витӗр, шоссе ҫывӑхӗнче, Гриценкосен хӗрлӗ тӑрӑллӑ пӳртне курсан, Володя чарӑнчӗ те Ваня ҫине тархаслануллӑн пӑхрӗ.
Но когда, возвращаясь из Камыш-Буруна, они увидели близ шоссе за голыми, облетевшими деревьями красную крышу домика Гриценко, Володя остановился и просительно взглянул на Ваню.
Маргаритӑпа Федор ҫине те сирпӗнчӗ паллах, ҫапах та ытларах Женьӑна лекрӗ.
Обдала она и Федора с Маргаритой.  Львиная доля воды досталась Жене.
Вӗсем ҫине малтан утиял сарса хунӑ, ун ҫине вара — плащ.
На них растянули сначала одеяло, а поверх него плащ.
Халӑх йышӗ — 62 625 ҫын (2020).
Население — 62 625 чел. (2020).
Эпир вӗт тӗрлӗрен ҫемҫетнӗ: тислӗкпе те, чӑх-чӗп тислӗкӗпе те, кали тӑварӗпе те…
Мы по-разному удобряли: и навозом, и куриным пометом, и калиевыми солями…
25. Хӑйне вӗлерме илсе тухсассӑн, вӑл хӑйӗн хуняшшӗ патне: ҫак япаласем камӑн, эпӗ ҫавӑнтан йывӑр ҫын пултӑм, тесе калама ҫын янӑ.
25. Но когда повели ее, она послала сказать свекру своему: я беременна от того, чьи эти вещи.
Юлашки пӑхӑр сасӑ лӑплансан, ӗҫӗн тискер музыки йӑвашланать ӗнтӗ.
Когда последний медный звук замер, дикая музыка труда уже звучала тише.
Хӗрхенсемччӗ эсӗ манӑн мӗскӗн чуна, усал шухӑшпа туман эпӗ ҫак ӗҫе, касса-чиксе ан вӗлерттер-ха, пӗрер сӑмах та пулин калаттарсам.
Не погуби ты души моей христианской за мою продерзость безвинную, не прикажи меня рубить и казнить, прикажи слово вымолвить.
Итлесем ӗнтӗ, сана аннӳ тархаслать.
Послушай же, мама тебя умоляет.
— Мӗн тӑван-ха эсӗ Холмогорта?
— Что тебе Холмогоры?
— Хӑҫан килет, вӑл?
— Когда же он придет?
— Епле лайӑх, Мазин!
— Как хорошо, Мазин!
Шӑранать шӗл кӑвар.
Идет жар.
Хохлаковпа мӗн те пулин пулчӗ пулӗ-ха — унӑн тарҫи вӗт…»
Наверное, что-нибудь случилось с Хохлаковым — его же холуй…»
«Тӗрӗс информаци паракан тата шанчӑкпа ӗненӗве ҫирӗплетекен» «Ылтӑн ӗмӗр» журналпа усӑ курса ырӑ хыпара ҫӗнӗ майпа пӗлтерме пуҫламалла пулнӑ — килрен киле ҫӳресе ҫынсене ҫак журнала ҫырӑнса илме сӗнмешкӗн кампани ирттермелле пулнӑ.
«Золотой век», «журнал фактов, надежды и убежденности», должен был дать старт новому способу благовествования — предлагать в служении по домам подписку на журналы.
«Пĕчĕк тиккĕ» () — Антуан де Сент-Экзюперин чаплӑ ĕҫĕ.
«Ма́ленький принц» — аллегорическая повесть-сказка, наиболее известное произведение Антуана де Сент-Экзюпери.
Эсир ӑнланса илӗр-ха пӗреххут: ачасем ҫунса вилнӗ пулсан, Хӗрлӗ Ҫӗлӗк батальонӗ намӑса тухатчӗ вӗт.
Вы только подумайте: ведь если б крошки погибли, батальон Красный Колпак был бы опозорен.
Вӑл хӑравҫӑ ҫын евӗрлӗ те мар-ҫке.
Да он и не похож на труса.
Африка ҫыранӗсенчен виҫӗ пин те пилӗкҫӗр миль, Ҫӗнӗ Зеландирен — пин те пилӗкҫӗр миль каймалла пулать.
и отстоит в трёх тысячах пятистах милях от американского берега и в полутора тысячах миль от Новой Зеландии.
Малтанах вӑл кунтан шӑвӑнма шутланӑччӗ, анчах вӑрттӑн тарса кайма, дезертирла хӑтланма чарчӗҫ ӑна.
Вначале он подумал было бежать, но ему претили уход тайком, дезертирство.
— Питӗ аван! — кӑшкӑрса ячӗ Кривцов.
— Ну, вот и прекрасно! — воскликнул Кривцов.
«Ку сиенлӗ вӗт, — каларӗ вӑл хӑйне хӑй. — Мӗн тумалла?
«Ведь это вредно, — сказал он про себя. — Что делать?
Бятки — Пушкӑрт Республикин Туймаҫи районĕнче вырнаҫнӑ пурӑнан вырӑн.
Бятки — деревня в Туймазинском районе Республики Башкортостан Российской Федерации.
— Пирӗн пата ҫеҫ лек, пуп, эпир сана хуллен ҫунакан вут ҫинче ӑшалӑпӑр! — мӗкӗрчӗ Иманус.
— Поп, — заревел Иманус, — попадись только нам в руки, мы тебя живьем зажарим.
Вӑл пӗр вырӑнта тапранмасӑр, хӳрине кӑшт ҫеҫ вылятса тӑрать.
Она стоит на одном месте и чуть шевелит хвостом.
Тыткӑна илнисем — тар шӑрши ҫапнӑ, тусанпа вараланса пӗтнӗ ҫамрӑк йӗкӗтсем — саккӑрӑн ҫитсе чарӑнчӗҫ.
Подошли пленные — восемь провонявших потом, изузоренных пылью молодых ребят.
Ку шухӑш начар мар тесе йышӑнчӗ Том, ҫавӑнпа ӑна кӑранташӗпе ҫырсах хучӗ.
Том сказал, что это недурная мысль, взял и вписал ее карандашиком.
Анчах утсемпе этемсем хушшинче пӗрпеклӗх те нумай пулчӗ.
Но много было в отношениях лошадей и людского.
«Айху килет пуль, ачам, ҫывӑр выртса.
— Не хочется мне спать, дедушка.
ҫуракине ĕҫлĕхлĕн хатĕрлен
деятельно готовиться к весеннему севу
Вӑл чуллӑ сӑрт ҫинче пӗчӗк хушӑк пек ҫеҫ курӑннӑ.
Это была узкая щель в скале.
Койка ҫинче выртаканни, утиялне сирсе пӑрахса, тӑрса ларчӗ, урине усса ячӗ, хӑй кивелсе пӗтнӗ чыссӑр йӗмпе.
Лежавший на койке сбросил одеяло и сел, спустив ноги в заношенных, грязных кальсонах.
Вӑл чӳрече патӗнче, урамалла пӑхса тӑрать.
Он стоял у окна и смотрел на улицу.
Турилккене салфеткӑпа витнӗ алли ҫине лартать, турилкке ҫине вилка (авӑнчӑкӗпе аялалла), ҫӗҫӗ хурать, хӗрарӑма кайса парать.
Он ставит тарелку на руку, покрытую салфеткой, на нее кладет (изгибом вниз) вилку и нож и относит даме.
Кунта мӗн те пулин ахаль мар.
Что-нибудь тут неспроста.
Тепӗр ҫур сехет пек калаҫкаласа ларнӑ та пӳртрен тухса кайнӑ.
Они еще с полчаса поговорили о том о сем, распрощались и только тогда вышли из хаты.
Ҫар ӑслӑхӗсем. Хӗҫ-пӑшаллӑ вӑйсем
Военные науки. Вооруженные силы