alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Пӗрремӗш звено участокӗн ҫуррине вырса пӗтернӗ ӗнтӗ, участокӑн тепӗр ҫурринче вырман тырӑ вӗри ҫилпе кӑшт кашласа ларать.
Половина участка первого звена уже была убрана, а на другой половине еще стоял литой массив хлеба, чуть шевелясь под горячим ветром.
Унӑн пуҫӗ пуш-пушах пушанса юлчӗ, асра пӗр вырӑнлӑ сӑмах та ҫук.
Пустота заполнила голову, и даже ни одного подходящего слова не было на уме.
Вунпӗр пуля лекнӗ.
Одиннадцать пуль.
Ҫакӑнтах ларӑр, вылянӑ пек тӑвӑр, анчах хӑвӑр йӗри-тавралла сӑнасах тӑрӑр.
Сидите и делайте вид, будто играете, а сами смотрите в оба.
— Синьор, — калама пуҫларӗ старик, — мана малаец пӗлтерчӗ: Муций синьор аптраса ӳкрӗ те, пӗтӗм ӑпӑр-тапӑрне пуҫтарса, хулана куҫса каясшӑн терӗ.
— Сеньор, — начал старик, — малаец нам сейчас объявил, что сеньор Муций занемог и желает перебраться со всеми своими пожитками в город.
Ҫапларах, Мстислав Сергеевич…
Так-то, Мстислав Сергеевич.
— Мана валли кӗреҫе пур-и?
— А мне где лопата?
Махачкаларан 221 ҫухрӑмра ҫурҫĕр-анӑҫнелле вырнаҫнӑ.
Находится в 140 км к северо-западу от Махачкалы.
Ҫичӗ сехетре радио кайса итлетӗп.
Вот в семь часов побегу слушать радио.
Абалаков Евгений Михайлович
Абалаков, Евгений Михайлович
Ак халӗ эпир сирӗн вырӑна килтӗмӗр, пурне те пӗтерӗпӗр!
А теперь вот мы на смену пришли, всё закончим!
Ҫак листовкӑсем тата халӑх ҫинче ҫӳрекен хыпарсем тытӑннӑ ӗҫе туса пӗтерме пултарӗҫ.
Эти листовки и народная молва завершат начатое дело.
Ӑна ача пит инҫете ишсе кайни пӑшӑрхантарчӗ.
Его беспокоило, что мальчик заплыл так далеко.
Нумай усал турӑн эс вӗсене, анчах вӗсем сана каҫарчӗҫ.
Люди нашего поселка простили тебе все зло, которое ты им причинил.
Сире хаваслӑ кӑмӑл кӗтет.
Вас ждут незабываемые эмоции.
Ҫулталӑк хушшинче колхозри ӗҫсене юсама ҫук, анчах харпӑр хӑй валли хуҫалӑх пухма — пуринчен илемлӗрех пӳрт тума, сад лартма, хур-кӑвакал ӗрчетме, симментал ӗне, сурӑхсем, пӗр-ик сысна ӳстерме… — ҫак вӑхӑт питӗ ҫителӗклӗ.
Этого времени, понятно, маловато, чтоб своим собственным хозяйством обзавестись — домишко покрасивше наших спроворить, гусей-утей расплодить, сад заложить, коровку-симменталку, овечек, пару кабанчиков…
Ирхине вӑл каллех аллине кӗреҫе тытрӗ.
от вчерашней его работы не осталось и следа —
Эпир ҫӑтмаха айккинчен пӑхса тӑма ҫула тухман-иҫ.
Мы вышли в путь не затем, чтобы смотреть на рай издалека.
«One Piece»ри Мисс Вэлентайн
One Piece — Мисс Вэлентайн, Ванда
Петр калаҫса ларакан ҫынсем патне пынӑ.
Петр, увидев сидевших, подошел к ним.
— Ҫӗнӗ Зеландире тупнисемпе эсир кӑмӑлсӑр-им?
— Так вы недовольны своими новозеландскими находками?
Пӗр самантлӑха гладиаторсем иккӗш те чӗнмесӗр тӑчӗҫ.
И оба гладиатора замолчали на некоторое время.
— Ку вӑййа кӑтӑкран хӑракан ҫынсемпе кӑна выляма пулать, ӑнланатӑн-и? — ӑнлантарать Ида.
— Понимаешь, это выходит только с тем, кто боится щекотки, — объяснила Ида.
Вӗсен хваттерӗ пристаньрен аякрах мар.
Квартира их была неподалеку от пристани.
Эпӗ вӑл каласа панине те итлерӗм.
Я выслушала и ее.
Карбид пур, кислород пур, манӑн пурте хатӗр, — терӗ Умара лӑпланаймасӑр.
— Карбид есть, кислород есть, все готово у меня.
Раперсвилен — () — Швейцарири коммуна, Тургау кантонне кĕрет.
Раперсвилен — коммуна в Швейцарии, в кантоне Тургау.
Ҫакӑн пек имшер пулсан, хӗрӗ те юратма пӑрахӗ.
А то невеста разлюбит такого худущего.
Олейник, Дубровка патне пырса, хӑй ҫинчен пӗлтерчӗ.
Олейник подошел к Дубровке и доложил о себе.
Ҫӳлелле хӑпармалли ҫулӑн вӗҫӗ-хӗрри те курӑнмасть пек туйӑнать.
Подъему, казалось, не было конца-края.
Эпӗ кулма пуҫларӑм.
Я стал смеяться.
Шурлӑхран ҫаврӑнса иртсен, эпӗ чӑтлӑха лекрӗм.
Обогнув болото, я попал в чащу.
— Юрать Урсэкие тӑванӑм, — ҫемҫен каларӗ ӑна Фретич.
Рассеченный оконным переплетом столб лунного света, ломаясь о ярусы нар, падал в дормитор.
Ку шыв Песковатски текен поселоксене пӗр-пӗринчен уйӑрса тӑрать.
Речка служит границей между слободами Песковатского.
— Поэт тивӗҫӗ мӗнре?
- В чем достоинство поэта?
Каҫхине ӑна Лукашка вилес патнех ҫитни ҫинчен, анчах та ҫырма леш енчи пӗр тутар ӑна курӑксемпе эмеллеме пулни ҫинчен пӗлтерчӗҫ.
Вечером ему сказали, что Лукашка при смерти, по что татарин из-за реки взялся лечить его травами.
Часах байдари те курӑннӑ.
Скоро появилась и вся байдара.
Урасене темскер тытрӗ те ҫӳлелле ывӑтрӗ, пуҫа каялла каҫӑртса лартрӗ: туршӑн та, выльӑхсене пуснӑ ҫӗрти пекех…
Ноги сейчас схватило чем-то и кинуло кверху, голову отвалило назад: ей-богу, как баран на бойне…
— Чӗресӗр ҫынсем вӗсем.
— Это люди без сердца.
Хӑй ятне илтсен, Динго ҫӗр хӑвӑлӗн алӑкӗ умне пырса тӑчӗ те, хӑй килӗшнине пӗлтернӗ пек, кӗскен вӗрсе илчӗ.
Услышав свое имя, Динго показался у входа в грот и коротко залаял, словно выражая этим свое согласие.
ҫӑкӑр лавкки
хлебный магазин, булочная
— Анчах эпӗ пур пӗрех тӳссе ҫитерейместӗп.
— Но я, все равно, не выдержу.
Ман ҫула ҫитсен — хӑв та сисекен пулатӑн.
Тебе столько годов будет, тоже учуешь.
Халь вӑл уйӑх ҫутинче аван курӑнать, ним йӑнӑшмалли те ҫук: пӗр виҫӗ ҫулсенче пур пуль вӑл, унтан ытла мар.
Теперь он стоял в свете луны, и мы не могли ошибиться: года три ему было, не больше.
Тепӗр кунне атте ӗҫсе ӳсӗрӗлнӗ те Тэчер судья патне кайнӑ, ӑна вӑрҫнӑ, манӑн укҫана пама ыйтнӑ, анчах ку тӗлӗшпе унӑн ӗҫ тухман; вара вӑл укҫана суд урлӑ илетӗп тесе хӑратнӑ.
На другой день отец напился пьян, пошел к судье Тэтчеру, отругал его и потребовал, чтобы тот отдал мои деньги, но ничего из этого не вышло; тогда он пригрозил, что заставит отдать деньги по суду.
Ирӗк паратӑн вӗт, кукамай?
Позволишь ведь, бабушка?
— Ҫапла, — тенӗ хӑрӑлтирех сасӑпа генерал Людендорф.
— Да, — хриповато сказал генерал Людендорф.
— Сывӑ ҫӳрӗр, сирӗнпе эпир, тен, Уиджиджире тӗл пулӑпӑр.
— Прощайте, мы, может быть, встретимся с вами в Уиджиджи.
Апла пулин те вӑл хӑйӗн вӗтӗ почеркӗпе лекцисене пурне те пӗр сиктермесӗр тӗплӗн ҫырса пырать.
Несмотря на то, он, однако, тщательно записывал своим мелким почерком без исключения все лекции.
Мӗнле пулсан та хӑвӑртрах!
Как можно скорее!
Эсир пек ҫырӑнса кĕнĕ (Ҫырӑнса тухас)
Вы вошли как (Выйти)
Кирюха, хӑйне путарма тӑнӑ чухнехи пек, чыхӑна-чыхӑна ӳсӗрчӗ, ахӑрашса кӑшкӑрчӗ, Дымовӗ ӑна уринчен ярса тытасшӑн пулса хӑваларӗ.
Кирюха кашлял, смеялся и кричал так, как будто его хотели утопить, а Дымов гонялся за ним и старался схватить его за ногу.
— Тепре куриччен, — ответлерӗ Зина, хӑй ҫаплах, сулахай ури тупанӗпе сылтӑм чӗркуҫҫине хыҫкаласа машина ҫумӗнче тӑрать.
— До свиданья пока, — ответила Зина, продолжая стоять у крыла и почесывать левой ступней правую голень.
Анчах нимӗҫсем хушшинче калама ҫук акӑш-макӑш пысӑк пӑтрашу пуҫланса кайнӑ.
Но паника поднялась ужасающая.
Парижӑн ҫурҫӗр-хӗветлухӑҫӗн хулаҫумӗ.
Северо-восточный пригород Парижа.
Икӗ улттӑ арҫыншӑн мӗн вӑл?
Две шестерки что это для мужчины?
— Эсир мана ухмахла пупленӗшӗн каҫарӑр, эпӗ сире чунтан ыр сунатӑп вӗт! — йӑвашшӑн хушса хучӗ вӑл.
— Вы извините мою глупость, — я ведь от души! — тихо добавила она.
1893 ҫулта ҫуралнисем
Родившиеся в 1893 году
Шаракшанэпе ытти командирсем ҫынсене сиркелесе йывӑр танк ротин командирӗ пурӑнакан шавлӑ ҫурта кӗме пуҫларӗҫ, салтаксем вара хӑюсӑрланса крыльца патӗнче тӑрса юлчӗҫ.
Шаракшанэ и другие командиры стали пробираться в гудящий дом, где жил командир роты тяжелых танков, а бойцы в нерешительности остановились у крыльца.
— Сан тӗлӗк лайӑх, тусӑм, анчах ман тата лайӑхрах.
— У тебя сон хорош, друг, а у меня еще лучше.
Иисус ҫапла пӗтӗмлетсе каланӑ: «Калатӑп сире: вӑл килне фарисейрен ытларах тӳрре тухса тавӑрӑннӑ, мӗншӗн тесессӗн кирек кам та хӑйне хӑй асла хуракан кӗҫӗне юлӗ, хӑйне кӗҫӗне хуракан асла тухӗ» (Лука 18: 9 — 14).
Ведь каждый, кто возвышает себя, будет унижен, а тот, кто смиряет себя, будет возвышен».
Килӗштерме пӗлмеллеччӗ.
Надо было уметь как уживаться.
Анчах та ку вӑл ахаль ят кӑна вӗт-ха, унӑн чӑн-чӑн хушамачӗ епле?
Но это — прозвище, ты скажи, как его настоящая фамилия.
Эпӗ ҫӑвара уҫас мар тенӗччӗ.
Я не хотел открывать.
Ҫĕр Хĕвел тавра ҫаврӑнать
Земля вращается вокруг Солнца
Инсаров вара пӗр хускалмасӑр тӑрать, ҫирӗп аллисемпе вӑл хӑйӗн пурнӑҫне ӑна панӑ ҫак ҫамрӑк хӗре ыталанӑ; вӑл кӑкӑрӗ ҫинче ҫӗнӗ, вӗҫӗмсӗр хаклӑ йывӑрлӑха туйрӗ, — кӑмӑлӗ ҫемҫелни, ӑнлантарса памалла мар тав туйӑмӗ хӑйӗн ҫирӗп чунне ним юлмиччен аркатса тӑкрӗ, вара унӑн куҫӗсем ҫине нихҫан курман куҫҫулӗ пӑчӑртатса тухрӗ.
А он стоял неподвижно, он окружал своими крепкими объятиями эту молодую, отдавшуюся ему жизнь, он ощущал на груди это новое, бесконечно дорогое бремя; чувство умиления, чувство благодарности неизъяснимой разбило в прах его твердую душу, и никогда еще не изведанные слезы навернулись на его глаза…
Вӑл мана мещенле трагедисем тӑвакан е ҫемье романӗсем ҫыракан, е, сӑмахран, «Библиотека для чтения» валли повеҫсем ҫыраканне уйӑрса хуман-ши?
Уж не назначен ли я ею в сочинители мещанских трагедий и семейных романов — или в сотрудники поставщику повестей, например, для «Библиотеки для чтения»?..
Вӑл манӑн йӑмӑк.
Это моя сестра.
Анчах эпир кимӗ ҫине ҫак тӗлӗшпе лармарӑмӑр.
Но не за этим мы сели в лодку.
Эпӗ ҫапла шутлатӑп: пирӗн колхозри ӗҫ эртел ӗҫӗ, вӑл пурне те усӑ тума каять, ҫавӑнпа тепӗр бригадӑран пулӑшу илнине япӑх япала тесе шутламастӑп эпӗ.
Я так разумею: работа наша в колхозе артельная, идет она на общую пользу, и принять помощь от другой бригады не считаю зазорным делом.
(«Morir si qiovane» янӑрарӗ унӑн чӗринче)…
(«Morir si giovane», — зазвучало у нее в душе…)
Упа вӑйсӑрланнӑҫемӗн вӑйсӑрланса пычӗ.
Медведь ослабел.
Лоуренс Оливье Вивьена «Ырлӑх питлĕхĕнче» асӑрхать.
Лоренс Оливье увидел Вивьен в «Маске добродетели».
Апла пулин те, ҫав тапхӑрта та Иегова хӑш - пӗр шанчӑклӑ христиансене святой сывлӑшпа суйласа лартнӑ.
Однако даже в этот период Иегова помазал святым духом некоторых верных христиан.
— Тасал, ҫапкаланчӑк!
— Пошел прочь, шалопут!
Ҫутӑ шел-им саншӑн?
Тебе жалко, что ли?
Дублин вӑтам ĕмĕрсенче
Родившиеся в Дублине
Ҫакӑ федераци клиникисен специалисчӗсемпе консультацисем йӗркелессине — 1,5 хут, республикӑрисемпе 3,5 хут ӳстерме май пачӗ.
Это позволило в полтора раза увеличить число консультаций со специалистами федеральных клиник, а с республиканскими клиниками  – в 3,5 раза.
— Нимӗн те ҫук пирӗн, каҫарӑр.
Ничего у нас нет, извините.
Хӗрарӑмсем пӗрремӗш лозунг тӑрӑх тӑваҫҫӗ, эсир — иккӗмӗш тӑрӑх эппин.
Бабы действуют по первому лозунгу, а вы, значит, — по второму.
— Ну, халӗ ӗнтӗ тата акӑ мӗн, — терӗ те атте, ун патне Мосьӑна ҫавӑтса пычӗ.
— Ну вот… — отец указал на Мосю.
Вӗсем пӗр-пӗрне хирӗҫ, чӗлхесӗр пек, ним чӗнмесӗр тӑчӗҫ.
Они стояли друг против друга, молчком.
Пӳрте вӑл, пӗр сас-чӗвӗсӗр, сывлӑш юхӑмӗ пек хуллен кӗчӗ, анчах ултӑ ҫулхи мӑнукӗ ҫумӗнче, тахҫанах ҫывӑрса кайнӑ амӑшӗ пӳрте такам кӗнине илтрӗ-те хыпӑнса ӳкнӗ пек пулчӗ.
Она вошла, как шелест воздуха, но мать ее, уже давно заснувшая возле шестилетней внучки, сразу же услышала, что кто-то вошел, и встревожилась.
— Нимӗҫсем сапаланса кайрӗҫ, ҫутӑ пайӑркисем вӗсене пур ҫӗрте те хӑваласа ҫитеҫҫӗ пек.
— Немцы кинулись врассыпную, а лучи — везде их.
Ҫын, икӗ аллинчи пӳрнисемпе те мӑйӑхне пӗтӗркелесе, лӑпкӑн кулса илчӗ.
Человек тихонько засмеялся, подкручивая усы пальцами обеих рук.
Ура айӗнче юр нӑтӑртатать.
Скрипел под ногами снег.
Пичкеҫӗн халӗ кайнӑ, вӑл чӑм шыва ӳкнӗ.
Пот градом катился по истомленному лицу бондаря.
Сӑрт хӗррипе виҫӗ теҫеткене яхӑн шурӑ стеналлӑ пӳртсем сапаланса лараҫҫӗ.
По косогору разметались десятка три белостенных куреней.
Мӗнле ӑнланмастӑн эс: вӑл каялла Рыжова патне каясшӑн! — кӑшкӑрать Милочка, ӑнсӑртран персе янӑ хушамат иккӗшне те хӑратса ярать.
Как ты не понимаешь, он уходит к Рыжовой! — кричит в это время Милочка, и эта названная, вернее, так неожиданно вылетевшая фамилия отрезвляет их обеих.
— Хам умра каялла чакман ҫын тӗл пулсан, — терӗ вӑл вӑрӑммӑн тӑсса: — вара эпӗ хам ҫинчен хам шухӑшланине те улӑштарӑп.
— Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мною, — проговорил он с расстановкой, — тогда я изменю свое мнение о самом себе.
пĕтĕм союз министерстви
общесоюзное министерство
…Качча кайнӑ хыҫҫӑн пӗрремӗш хут вӑл ӑна Царское Село паркӗнчи кӳлӗ хӗрринче курнӑ.
Солнце уже клонилось к закату.
Лайӑх пионер пулнӑ пулсан, санӑн класс чысӗшӗн тӑрас пулнӑ…
Если ты хороший пионер — за честь всего класса отвечаешь…
Чарлансем () — (80—100 см тата ҫӳллӗрех) чарлан йышшисен шултра вӗҫен кайӑксем.
Ца́пли — род крупных (80—100 см и выше) птиц семейства цаплевых.
Вӗсем эсӗ ӑҫтине пӗлмеҫҫӗ те.
Никто.
Вӗсем ӑна питӗ кураймаҫҫӗ.
Они люто ненавидят его.
Салтаксем вӗсене, пӗрне — лум, тепӗрне — кӗреҫе тыттарчӗҫ те шӑннӑ ҫӗре чавма хушрӗҫ.
Солдаты дали-кому лом, кому — лопату и приказали рыть, земля под снегом промерзла и поддавалась плохо.
Тапранмасть Генка хӑй вырӑнӗнчен — кӗтет!
Не двинется с места Генка… ждет!
— Эсир ним ҫукран нимӗр юрса ларатӑр, — терӗ хуҫа кулас килмен ҫӗртен кулкаласа, ҫӗлен сӑхнӑ пек, хӗсӗк куҫӗпе пӗрре пӗрин ҫине, тепре теприн ҫине сиввӗн пӑхса.
— Вы ведь переливаете из пустого в порожнее, — продолжал кабатчик, натужно посмеиваясь, а его узенькие глазки так и жалили то одного, то другого.
— Лентӑн хӑш пайне персе пӗтернӗ?
— Какая часть ленты израсходована?
Ҫулӑм, тӗтӗм, сывлӑша ҫуракан взрывсем, пулеметсем шатӑртатни, ӑнран тухнӑ, ним тума пӗлмен ҫынсем корзинӑсемпе, чемодансемпе, ача-пӑча ураписемпе, ҫыхӑсемпе чупкалаҫҫӗ, ҫавӑнтах тӑватӑ ҫулхи пӗчекҫеҫ ача, матрос картусне тӑхӑннӑскер, ҫӗртен кӑларса ывӑтнӑ хыр тӗпӗсем хушшинче, кӑвакарса кайнӑ аллисене саркаласа юнлӑ кипке татӑкӗ пек выртать.
Огонь, блеск, взрывы, рвущие воздух в клочья, пулемётные очереди в воздухе, обезумевшая толпа с корзинами, чемоданами, колясками, узлами и маленький, четырёхлетний мальчик в синей матросской шапочке, валяющийся, как окровавленная тряпка, раскинув восковые руки между корнями вывороченной из земли сосны.
Ҫĕнĕ патшалӑх туса хурсанах, Триест, Истри тата кӑнтӑр Тироль ҫĕрĕсене (1918 ҫулчен Австри-Венгрине кĕнĕ итал ҫĕрĕсем) нимĕҫсем хӑйсен аллине илнĕ (малтан вĕсем Виҫҫĕмĕш Райхӑн альп тата адриати «операци ярӑмĕсем» шутĕнче пулнӑ, Итали шутне хормипе кӑна кĕнĕ).
Вскоре после создания новое государство было вынуждено, фактически, уступить Триест, Истрию и южный Тироль (то есть итальянские территории, до 1918 входившие в Австро-Венгрию) немцам (они были ранее включены в альпийскую и адриатическую «операционные зоны» Третьего рейха и лишь формально относились к Италии).
Эсӗ хӑлхасене касса илесси ҫинчен тата сӑмса шӑтӑкӗсене касса кӑларасси ҫинчен каласан, эсӗ ӑна сӑмах хитре тухмашкӑн ху шухӑшласа кӑларнӑ пулӗ, терӗм, мӗншӗн тесен шури ӳтлӗ ҫынсем ҫавӑн пек хирӗҫ тавӑрса хӑтланмаҫҫӗ, вӑл ӗнтӗ индеец ӗҫӗ.
Когда ты рассказывал про вырванные ноздри и обрубленные уши, я уже решил, что это ты прибавил для красного словца, потому что белые так не мстят, ну, а индеец — это совсем другое дело!
Тасалӑр кунтан часрах!
Проваливайте скорее!
Йӑнӑш тусан тепӗр хут куҫарса ҫырма киле парса яраҫҫӗ.
При обнаружении ошибки заставляют повторно переписать дома.
9. Вӑл манӑн ӗҫӗме татса париччен, мана сут тӑвиччен ман ҫинче Ҫӳлхуҫа ҫилли пулӗ, мӗншӗн тесен эпӗ Ун умӗнче ҫылӑха кӗтӗм; унтан Вӑл мана ҫутта илсе тухӗ те, эпӗ Унӑн тӳрӗлӗхне курӑп.
9. Гнев Господень я буду нести, потому что согрешил пред Ним, доколе Он не решит дела моего и не совершит суда надо мною; тогда Он выведет меня на свет, и я увижу правду Его.
Чӑн та, ҫапла мар-и, пуҫне хуплатӑн пулсан, хыҫне те хуплама тӑрӑш.
Фата все покроет.
Анчах та «вӗсем... ҫӑвӑнчӗҫ» тесе ҫырнӑ Павел.
Но, как писал Павел, они «были омыты».
Гранитлӑ сӑртсем вӗсен паттӑрлӑхне палӑртса тӑракан памятниксем пулса юлнӑ.
Гранитные скалы остались памятником их геройству.
— Ҫавӑн пекех сирӗнтен пӗтӗм начальсто тарса пӗтет акӑ.
— Вот так всё начальство и разбежится от вас.
Анчах вӑл мӗскер курнине никам та пӗлеймерӗ.
А вот что именно он увидел, так никто и не узнал.
Ку ыйту мар, пачах урӑххи, мӗнле ыйтни тӗлӗнтерсе ячӗ ӑна.
Его поразил не самый вопрос, а то, как эти слова были произнесены.
Вӑл пӗр сисӗнкӗсӗр шурӗ.
Он двигался еле-еле.
— Пӑхӑрах, чунӑмсем, пӑхӑрах! — мӑкӑртатса илчӗ амӑшӗ, чей пӗҫерсе.
— Посмотрите, милые, посмотрите! — пробормотала мать, заваривая чай.
Ҫӗнтерекенӗн пуҫ кӑшӑлне хывса ан илччӗр тесен, эсӗ мӗн пуррине ҫирӗп тытса пыр» (Ӳлӗм.
Твердо держись того, что у тебя есть, чтобы никто не отнял у тебя венец».
Хутор тӑрӑх йытӑсем пыршӑ-пакартасем сӗтӗрсе чупкаласа ҫӳреме тытӑнчӗҫ, нӳхрепсемпе кӗлетсем аш-какайпа тулса ларчӗҫ.
По хутору собаки начали таскать кишки и требушки, мясом наполнились погреба и амбары.
14. Эй юратнӑ тӑванӑмсем, ҫавӑнпа ӗнтӗ йӗрӗхсене пӑхӑнса тӑрасран сыхланӑр.
14. Итак, возлюбленные мои, убегайте идолослужения.
Эсӗ бакри бензин шайӗ чакса пынине асӑрхатӑн.
Ты замечаешь, что уровень бензина в расходном баке начинает понижаться.
Эпир кӑткӑс та курӑмлӑ тӗллевсене татса парас ӗҫри хамӑрӑн пултарулӑха тивӗҫлӗн кӑтартса патӑмӑр.
Мы доказали свою способность решать сложные и амбициозные задачи.
— Ну, хӑвӑртрах каласа пар-ха!
— Ну, рассказывай скорее, рассказывай!
Пӗр ӗҫ вара ӑна ҫав тери интереслентерсе пӑрахнӑ.
Одна из работ заняла его сильно.
7. Акӑ эпӗ: «пулӑшӑр!» тесе кӑшкӑратӑп — илтекен ҫук;тилмӗрсе йӑлӑнатӑп — хӳтӗлекен ҫук.
7. Вот, я кричу: обида! и никто не слушает; вопию, и нет суда.
Унӑн ҫӗлӗкӗ ӗнси хыҫне анса ларнӑ, хӑй вара тарӑхнипе кӑвакарса кайнӑ.
Шапка его съехала на затылок, глаза посинели от злобы.
1931-мĕш ҫулта хĕсметрен таврӑнсан Кузнецкри металлурги комбиначĕн котельый цехĕн нормировщикĕ, каярах Белово хулинче вĕрентекен пулса ĕҫлет.
В конце 1930 года демобилизовался и работал нормировщиком котельного цеха на Кузнецком металлургическом комбинате.
Каҫхине «Ставрополь» ятлӑ теплоходӑн журналӗ ҫине йӗркипе ҫапла ҫырса хучӗҫ:
В этот вечер в судовом журнале «Ставрополя» была сделана очередная запись:
Шӗвӗр тӑрӑллӑ йывӑҫ ҫуртсем…
Островерхие древние деревянные дома.
Ларкӑч ҫинче ларса пыракан Соколов сасартӑк Фролов еннелле ҫаврӑнчӗ:
Вдруг сидевший на облучке Соколов резко обернулся к Фролову:
Кайрантарах Ваня салтаксенчен ҫакна пӗлчӗ.
Впоследствии мальчик вот что узнал от солдат.
Ҫук, кунтан нимӗн те тухмасть.
Нет, из этого не выйдет ни черта!
Хӳхлеҫҫӗ казачкӑсем, вӗсен тӑванӗсем-тусӗсем кашни кун юн тӑкаҫҫӗ, пуҫӗсене хураҫҫӗ, унтан куҫӗсене сӳнтерсе, нихҫан вӑранми ыйха путса, Австри, Польша, Прусси ҫӗрӗсенче тупӑ сассипе ҫӗрсе кайса, тӑпра пулаҫҫӗ…
Ложились родимые головами на все четыре стороны, лили рудую казачью кровь и, мертвоглазые, беспробудные, истлевали под артиллерийскую панихиду в Австрии, в Польше, в Пруссии…
— Кӗпесем ҫӑвассине майлаштаркалӑп-ха, ан чӑрман, тавтапуҫ.
— С этим обойдусь, не беспокойся, спасибо.
Пӗрлехи вӑйпа эпир промышленноҫа аталантаратпӑр, пурӑнмалли ҫурт-йӗр кварталӗсем ҫӗклетпӗр, шкулсемпе ача сачӗсене тӗпрен юсатпӑр, ҫӗнӗ вӗренӳ учрежденийӗсем тӑватпӑр, спорт площадкисемпе обществӑлла вырӑнсене йӗркене кӗртетпӗр.
Общими усилиями мы развиваем промышленность, возводим жилые кварталы, проводим капитальные ремонты детских садов и школ, строим новые учреждения образования, обустраиваем спортивные и общественные площадки.
Урӑх никам та ҫук, пӳрт умӗнчи часовой кӑна.
И никого нет, только часовой перед домом.
— Эпӗ сахал вӗреннӗ.
— Я мало училась.
Котеневпа канашларӑмӑр та манӑн кунтах юлмалла, тесе шутларӑмӑр.
Посоветовались с Котеневым и решили: мне тут надо оставаться.
— Лашисем вӗсен хытӑ чупаҫҫӗ — пӑлансем пек, пирӗн лашасем вара вӗсеннисенчен те хытӑрах вӗҫтереҫҫӗ — кӑйкӑрсем пек!
Лошади у них ай-яй какие быстрые, как лани, а у нас ещё быстрее — как горные соколы!
Анчах юратакан юратнӑ ҫыннине шеллени питӗ пысӑк та хӑватлӑ туйӑм.
Но жалость любящего человека, обращенная к любимому, — великое и могучее чувство.
Вырӑс чĕлхинче «тариф» сӑмаха пĕрремĕш хут 1724 ҫулхи Тинĕс уставĕнче ҫырнӑ.
В русском языке слово «тариф» впервые встречается в Морском уставе 1724 года.
Ӑна курма хӑнӑхнӑ, хӑшпӗр чухне ӑна тапкӑ панӑ, анчах унпа никам та сӑмах хушман; вӑл хӑй те ҫуралнӑранпа та ҫӑварне уҫман пулас.
Его привыкли видеть, иногда даже давали ему пинка, но никто с ним не заговаривал, и он сам, кажется, отроду рта не разинул.
— Эсир суятӑр, Паганель!
— Паганель, вы говорите неправду!
Кантӑк хыҫӗнче ҫил-тӑман ашкӑннӑ, юр ҫавӑрӑннӑ, тӑвӑлпа кӗрешнипе пӳрт чӗриклетсе, шатӑртаткаласа тӑнӑ.
За стеклами бесновалась вьюга, кружился снег, в борьбе со штормом скрипел дом.
Хирӗҫ калани ҫук.
Возражений нет.
Чесноков Шура ларакан пӗчӗк диван патне пычӗ:
Чесноков подошел к диванчику, на котором сидела Шура.
Салтаксене: «асанне вӑхӑтӗнче мӗнле пулнӑ, пурте ҫапла пулӗ», — тесе Александр салтаксене куҫкӗретех улталанӑ.
Александр лгал, обещая солдатам порядки, «как при бабушке»,
Кивӗ парӑмсемшӗн пуҫӗпех татӑлас пулать!
За старые долги надобно платить сполна!
Мӗн ҫитменни пирки Иегова ҫапла каланӑ: «Этеме пӗччен пурӑнма аван мар ; ӑна пулӑшса тӑма хӑй евӗрлӗскернех пултарар».
Иегова сказал, чего именно: «Нехорошо человеку быть одному. Создам ему помощника, который был бы ему дополнением».
Пурӑнас ҫулӗсем чакса пынӑ май Пантелей кӗреленсе, вушарланса пынӑ: сарӑлса кайнӑ, кӑштах пӗкӗрӗлсе кӗнӗ, ҫапах та йӗркеллӗ старик нӗрне ҫухатман.
Под уклон сползавших годков закряжистел Пантелей Прокофьевич: раздался в ширину, чуть ссутулился, но все же выглядел стариком складным.
Никам та унӑн мӗн чухлӗ пурлӑх пуррине, вӑл мӗн таран тупӑш илсе тӑнине пӗлмен, тата вӗсем ҫинчен ыйтма та хӑйман.
Никто не знал ни его состояния, ни его доходов, и никто не осмеливался о том его спрашивать.
самант чаплӑлӑхĕ
торжественность момента
Эпӗ вырӑнтан тапса сикрӗм, анчах вӑл мана хӑваласа ҫитрӗ те мӑйракипе аяк пӗрчинчен пӗрех ҫаклатса илчӗ, вара ҫатан карта урлӑ вӑшт ҫеҫ вӑркӑнтарчӗ.
Кинулся я бечь, а он догнал да под нижнее ребро рогом подцепил, кинул через плетень.
«Мӗн пулать-ха пирӗн капла? — шухӑшланӑ вӑл.
«Что ж это у нас получается? — размышлял он.
Манӑн шӑллӑмпа калаҫса илмелли пур.
Хочу с братом погутарить.
— Эсӗ мӗншӗн пулмарӑн?
— А почему ты не был?
Вӑл Алексее чӗнчӗ.
Она приглашала Алексея.
Подвал хутӗнчи хӑрӑмлӑ кӑна, лутра та сарлака кухньӑна пӗчӗк кантӑксенчен кун ҫути ӳксе ҫутатать.
В закоптелой, обширной, но низкой кухне, устроенной в подвальном этаже, освещенной сверху маленькими окнами.
«Шӑтӑр-шӑтӑр-шат-шат!» — хуравларӗ ӑна тӳпе.
«Трах! тах! тах!» — ответило ему небо.
— Юрӗ, — терӗ Елена Павловна, — лар.
— Так, — говорит Елена Павловна, — садись.
Наталйӑпа вӗсем пӗр-пӗринчен именсе тӑмасӑр, туслӑн пурӑнаҫҫӗ.
С Натальей у них установились отношения простые и дружественные.
Кунта шӑп пулни пире тата та ытларах тӗлӗнтерчӗ.
Еще больше поразила нас тишина.
Чул ҫурт хыҫӗ.
За каменным домом.
Вара шлюпка пассажирсене каллех «Дункан» ҫине илсе ҫитерчӗ.
Затем шлюпка доставила пассажиров обратно на борт «Дункана».
Тепрехинче вара хам Путилов, Пӑрӑх завочӗсемпе ытти заводсенчи нумай-нумай рабочипе курса калаҫни ҫинчен тата вӗсен шухӑш-кӑмӑлне аван пӗлни ҫинчен каларӑм та, — мана пурте ӗненчӗҫ…
Зато когда я в следующий раз сказал, что встречался с многочисленными рабочими Путиловского, Трубочного и других заводов и хорошо знаю их настроение, — мне все поверили…
Анчах вӗсен планӗсене ҫӗр ҫинче совет пехотипе танкӗсем тата артиллери, сывлӑшра — сталинла авиаци ҫапса ҫӗмӗрчӗ.
На земле все их планы разбила советская пехота, танки, артиллерия, а в воздухе — сталинская авиация.
Ҫунтарсан, акулӑсем тухаҫҫӗ ҫыран хӗррине, крокодилсем те тухаҫҫӗ.
Все акулы выйдут тогда на берег, и все крокодилы выйдут тоже.
Унта, сылтӑм енче вара, юри илӗртсе улталакан ушкӑн ҫеҫ каҫнӑ.
А там, на правом, действовала лишь отвлекающая группа.
Вӑл ӗнтӗ телефон тӑрӑх радиона пӗлтернӗ, халӗ милицисемпе калаҫать.
Она уже позвонила по телефону на радио, теперь звонит в милицию.
— Хамӑр лармалли вырӑнпа-и?
— «На чем сидишь»!
ӳте хĕвел ҫинче кушӑрхатса ятӑм
я опалил кожу на солнце
Хӑйӗн суккӑрлӑхӗ пирки халиччен никампа калаҫма та тӳр килмен ӑна, ним пӗлменҫи пулнӑ пек ҫине тӑрсах ыйтакан хӗрачан кӑмӑллӑ сасси каллех унӑн чӗрине тивсе ыраттарчӗ.
Ему не приходилось еще никогда говорить с кем-нибудь о своей слепоте, и простодушный тон девочки, предлагавшей с наивною настойчивостью этот вопрос, отозвался в нем опять тупой болью.
Ура чирӗ мар пулсанах эпӗ вӗсене тӑшманпа мӗнле ҫапӑҫмаллине кӑтартса параттӑмччӗ!
Кабы не моя ножная хворость — я бы им показал, как надо с неприятелем сражаться!
Илемлӗ те, ҫавӑнпа хӑйне кӑна юратать, тесе шухӑшлатӑр.
Думаете, если красивый, значит, только себя любит.
Ыйтсан вӗсенчен нихӑшӗ те памасӑр тӑмӗ тесе шухӑшлать Михапар.
Других он сам не особо уважает, или же его недолюбливают.
Мишӑна звено сборне чӗнчӗҫ.
Мишу вызвали а сбор звена.