alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Ҫук, манӑн ӗмӗрех ҫав хам курайман салтак шинелӗпе ҫӳренӗ пулсан, лайӑхрах пулнӑ пулӗччӗ, вӑлах сире ман ҫине ҫаврӑнса пӑхтарнӑ пулӗ…
Нет, лучше бы мне век остаться в этой презренной солдатской шинели, которой, может быть, я обязан вашим вниманием…
Пуҫне вӑл, чалма сырнӑ пек, путӑк-путӑк алшӑлли чӗркенӗ.
Голова у нее была замотана вафельным полотенцем, словно чалмой.
Анчах Ваня чӗнмен, Биденко сасси ҫеҫ сыпӑкӑн-сыпӑкӑн янраса кайнӑ вӑрман тӑрӑх: «А-а-а!
Но Ваня не откликался, и только гулкое лесное эхо, пересчитав по пути деревья, прилетело назад откуда-то сбоку: «А-о-и!
Каллӗ-маллӗ хусканкалама тапратрӗҫ.
Засуетились.
Хам каласа пани епле пулсан та ҫыхӑнуллӑрах та ӗненмеллӗрех тухтӑр тесе, эпӗ ӑна хӑшпӗр ыйтусем пирки кӑна кӗскен ӑнлантарса патӑм.
Я вкратце рассказал ему некоторые из моих приключений, стараясь придать рассказу возможно больше правдоподобия и связности.
— Ҫапла, йытта шел, лайӑхскерччӗ, калӑпӑр, хуҫинчен те ӑслӑрахчӗ: ман ҫине сиксе ӳкмерӗ, нимӗҫ хыҫҫӑн хӑваларӗ.
— Да, вот пса жалко, стоящий пес; куда умнее, скажем, хозяина: не прыгнул на меня — за немцем погнался.
(Иуда 9 вуласа пар.)
(Зачитай Иуды 9.)
Сережка машинист помощникӗн ывӑлӗ пулнӑ.
Сережка был сыном помощника машиниста.
Тӑр, кайӑпӑр.
Вставай, пойдем.
Алёнкӑна эпӗ кун пирки каламарӑм, кӑмӑлне хуҫас темерӗм.
Аленке я не сказал, не стал ей настроение портить.
— Атьӑр, хӗрачасем, киле каятпӑр, — тет Вера.
— Пойдёмте, девочки, домой, — говорит Вера.
II—I пинҫуллӑхсенче Кĕҫĕн Ази территоринче (Хетт патшалӑхĕ тата кайран унӑн ҫĕрĕ вырӑнĕнче пуҫтарӑннӑ пĕчĕк ҫĕршывсем) пурӑннӑ, кайран вĕсене перссем етата грексем пӑхӑнтарнӑ та ассимиляциленĕ.
Их носители обитали во II—I тыс. до н. э. на территории Малой Азии (Хеттское царство и возникшие на его территории малые государства), позднее были покорены и ассимилированы персами иили греками.
Ҫав ҫырӑва манӑн Рубежанска ямалла пулать.
Мне придется послать ее в Рубежанск.
Эпӗ сире акӑ мӗн каласшӑн.
Я вам хотел сказать вот что.
Пушӑн 13-15-мӗшӗсенче хӑвӑра мӗнпе те пулин савӑнтарӑр.
С 13 по 15 марта порадуйте себя чем-нибудь приятным.
Дуняшка патне вӑл канас килнӗ чухне, юрӑсем итлесе, ҫӑлтӑрлӑ каҫсенче ҫаран ҫинче ӗҫсӗр-мӗнсӗр выртас килнӗ чухне ҫӳрерӗ.
К Дуняшке он ходил тогда, когда ему хотелось отдохнуть, послушать песни и беззаботно полежать под звездами на лужке.
— Вӑл мӗскӗн, телейсӗр ҫын.
— Он, бедняга, несчастный человек.
Булгаков, илтетӗн-и?
Булгаков, слышишь?
Пӗр аллине вилнӗ ҫын пек уснӑ.
Одна рука свесилась с лодки, как у неживого.
Лапӑстатать вара ватӑ салтак.
А раненое бедро, видимо, дает о себе знать: во сне он потирает болезненное место.
Хура кураксем инҫетри ҫула тухас умӗн вӗҫме хӑнӑхасшӑн тӑрӑшаҫҫӗ.
Грачи тренируются перед дальней дорогой.
вӑл сӑнран чылай туртӑннӑ
он заметно похудел
Нюди-НямсАй-Яха —Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Нюди-Нямсай-Яха) — река в России, протекает по Ямало-Ненецкому АО.
Акӑ ҫӳллӗ те хавасскер йӑванса кайрӗ, месерле ӳкрӗ.
Вот высокий, веселый свалился, упал на спину.
— Ҫаплах-тӑр, — терӗ Нурс, — кӑна эпӗ питӗ лайӑх ӑнланатӑп…
— Ну, да, — сказал Нурс, — я это очень все хорошо понимаю…
Мишатка самантлӑха шӑпланчӗ, унтан шухӑша кайса ҫапла каларӗ:
Мишатка на минуту замолкал, потом раздумчиво говорил:
Анчах ҫак вӑхӑтра Лозневой лӑпкӑн тӑчӗ, пурин ҫине те ним курман пек пӑхрӗ, партизансен сӑмахне, калаҫу хӑй ҫинчен мар, темле палламан ҫын ҫинчен пулнӑ пек итлерӗ.
Но Лозневой все это время стоял спокойно, смотрел на всех отсутствующим взглядом и слушал партизан с таким видом, будто они говорили не о нем, а о каком-то неизвестном ему человеке…
— Ахаль шухӑшласа кӑна.
— Простое рассуждение.
Кӗскен каласан, вӑл Турра юрӑхлӑ пулас тесе унӑн ирӗкне туса тӑмаллине.
Говоря коротко, это означает исполнять волю Бога, чтобы угождать ему.
16. Ӗнтӗ пурӑнӑҫ йӗрӗнтерсех ҫитерчӗ.
16. Опротивела мне жизнь.
Паҫӑрах каларӗ Паганель, крушени хӗвелтухӑҫ ҫыранӗнче пулма пултарайман терӗ, апла пулнӑ пулсан, Грант капитанпа унӑн ҫул ҫинчи юлташӗсем хӑйсен юратнӑ ҫӗршывне тахҫанах тавӑрӑнма пултарнӑ.
Ведь Паганель доказал ещё раньше, что на восточном берегу крушения не могло быть, так как в этом случае капитан Грант и его спутники уже давно нашли бы способ вернуться на родину.
«Кунта вӑрттӑн иртсе кайма ниепле те май ҫук, — терӗ Коля.
«Пройти незамеченным вниз никак нельзя, — решил Коля.
Святой сывлӑш пулӑшнипе вӗсем Рим империйӗнчен Иерусалима Аллӑмӗш кун уявне, е эрнесен уявне, килнӗ иудейсемпе прозелитсем калаҫнӑ чӗлхесемпе ырӑ хыпар пӗлтерме пултарнӑ.
Благодаря святому духу они смогли проповедовать на языках, на которых говорили иудеи и прозелиты, собравшиеся со всей Римской империи в Иерусалим на еврейский Праздник недель, или Пятидесятницу.
Ҫак шухӑшсем ытла та кӑмӑллӑ пулнӑран, ман вӗсем ҫинчен хамӑн тусӑма пӗлтерес килчӗ, анчах, эпир пӗр-пӗрне кирек мӗн ҫинчен те пӗр пытармасӑр калӑпӑр тесе шантарнӑччӗ пулин те, ҫакна тума темшӗн ман вӑйӑм ҫитес ҫуккине туйрӑм.
Мечты эти были так приятны, что мне очень хотелось сообщить их моему другу, но, несмотря на наш обет взаимной откровенности, я чувствовал почему-то, что нет физической возможности сказать этого.
Чижик шӑлне ҫыртса Миша ҫине ҫилленсе пӑхса илчӗ, унтан ҫур хаҫатне тирпейлӗн ҫурса, ачана пачӗ.
И Чижик, негодующе глядя на Мишу, аккуратно оторвала половину газеты и отдала ее мальчику.
Пӗчӗк хура болгарин, хӑйӗн ҫӗршывӗнчи паллӑ писатель, музыкант, оркестрпа калакансем патне хӑпарса кайса негрсене ытала пуҫларӗ.
А маленький чёрный болгарин, известный в своей стране писатель и музыкант, вскочил на подмостки и принялся обнимать оркестрантов.
Пенӗ сасӑ ӳссе, питӗ хӑвӑрт кунталла куҫса килет.
Она нарастала, стремительно приближаясь.
Пирӗн пата пурӑнма куҫнӑранпа Гарик салхуланчӗ, яланах шухӑшлӑ вӑл.
С тех пор как Гарик поселился у нас, он стал какой-то неразговорчивый, задумчивый.
Эпӗ, паллах, вилес пек хӑраса ӳкрӗм, ҫав больница патӗнчен сиккипе вӗҫтеретӗп, урасем ҫатлаттарса ҫеҫ пыраҫҫӗ.
Я, конечно, испужался до смерти и рыском от этой больницы, подай бог ноги.
Халь вӑл ӑна тутӑр татӑкӗпе чӗркесе ҫыхрӗ те тулти алӑк тӗлне, ҫӳле ҫакса хучӗ: пӗтӗм кил-ҫурт телейлӗ пултӑр.
Завязав его в тряпицу, повесил над наружной входной дверью: на счастье всего дома.
Эпӗ сан сӑмахусене асра тытса тӑратӑп: «Ҫемьери пурнӑҫ ҫинчен эсир мӑшкӑлласа кулатӑр пулсан — ку вӑл эсир юрӑхсӑр ҫын пулнине, культура тӗлӗшӗнчен кайра тӑнине палӑртса парать» терӗн.
Я помню твои слова: «Если вы издеваетесь над семейной жизнью — это признак того, что вы негодяй и отсталый в культуре».
Тойкино — Пушкӑрт Республикин Калтаси районĕнче вырнаҫнӑ пурӑнан вырӑн.
Тойкино — деревня в Калтасинском районе Башкортостана.
«Мӗн вӑл — ҫӗр вӑрлани?
Откуда ее нужно украсть?
— Сирӗн халех пӗчӗккисенчен пуҫласа ваттисем таран пурне те пӑшал тыттармалла.
— Вы должны немедленно призвать под ружье всех — от мала до велика.
Приходько хӑй тусӗн ҫемйине кӗрсе курса тухнӑ.
Приходько навестил семью своего друга.
— Тархасшӑн каҫарӑр, Рустамов юлташ!
— Простите, пожалуйста, товарищ Рустамов!
«Зуля патне пӑчкӑ кайса ил-ха», — тет ашшӗ ывӑлне.
«Сбегай-ка к Зуле за пилой», — приказывает отец сыну.
3: 1 — 5). Мӗнле майпа этемлӗх Сатанан влаҫне — Туррӑн влаҫне хирӗҫ тӑракан влаҫа — пӑхӑнса тӑма тытӑннӑ?
Как человечество оказалось под правлением Сатаны, установленным им в противовес правлению Бога?
Ҫакӑн умӗн кӑшт маларах мана ытти командӑпа пӗрле вӗр ҫӗнӗ «Валкирия» пӑрахута йышӑнмашкӑн Лисс хулине, Ратнер тата К°-н карап тӑвакан верфне ячӗҫ; эпир унта лакса лартӑмӑр, мӗншӗн тесен «Валкирия» валли тара тытнӑ команда пӗр ҫын юлмичченех тенӗ пек чирлесе ӳкрӗ.
Незадолго перед тем, в числе прочей команды вновь отстроенного парохода «Валкирия», я был послан принять это судно от судостроительной верфи Ратнера и K° в Лисс, где мы и застряли, так как заболела почти вся нанятая для «Валкирии» команда.
— Сирӗн йӑнӑш мар вӑл, пахчари мӗлке!
— Да не ваша ошибка, чучело вы этакое!
Халех вилет… — пакӑлтатрӗ Чижик.
Сейчас умрет… — залепетала Чижик.
8946 ҫын (2008, авӑн) пурнать.
Население составляет 8946 человек (на 31 марта 2008 года).
Хӑйӗн аслӑ пуканне Ҫӳлхуҫа тӳпене лартнӑ, Унӑн патшалӑхӗ пурне те тытса тӑрать» (Пс. 102: 8, 19).
Иегова утвердил свой престол в небесах, и его царство господствует над всем».
Мандрыче аттеҫӗмӗр, Ҫынна савать ӗмӗр-ӗмӗр.
Отче Мандрыче, Человеко-веко-любче.
Бинокль витӗр унӑн икӗ хура шӑрҫа пек куҫӗсем йӑлтӑртатни курӑнать.
И в призматический бинокль можно даже было видеть на белом черные глазки.
Ри́о-де-Жане́йро (кӗскен Рио, кӑрлач юханшывĕ) — Бразилири хула.
Ри́о-де-Жане́йро (согласно БСЭ, «правильнее Риу-де-Жанейру»; сокращённо Рио, ) — город в Бразилии.
«Донья Изабела де Валуанӑн, пирӗн чи хисеплӗ госпожанӑн историйӗпе унӑн чирӗ ҫинчен тӗрӗс, каласа пани тата унӑн величестви ырӑ тӗнчене телейлӗн куҫни»…
«История и правдивое описание краткой болезни и счастливого перехода в лучший мир её величества королевы испанской, доньи Исабелы де Валуа, светлейшей госпожи нашей…»
Артамашов пуҫне чикрӗ те нимӗн те чӗнмерӗ.
Артамашов наклонил голову и молчал.
Кимӗ ҫинчен тарма ҫуккипе вӗсем хӑйсене тивӗҫ телее ҫӗр ҫинче, каннӑ вӑхӑтра, каҫ тӗттӗмӗнче шыраса пӑхма шутларӗҫ.
Видя полную невозможность побега из лодки, они решили попытать счастья на земле, во время привала, пользуясь покровом ночной темноты.
— Пурпӗрех сухалатӑп.
— Все равно поеду.
— Сана мӗн, патша ырлӑхӗ килӗшмест-им?
— Тебе что же, милость царская не по нутру?
Deutsche), — Германире пурӑнакан, нимĕҫле калаҫакан халӑх.
В широком смысле немцы — лица немецкой национальности представители немецкого народа.
Ку ентӗ, чӑнах та кулӑшла пулса тӑчӗ, ун ҫинчен эп никама та каласа памарӑм.
Это был позор, о котором я даже никому не сказала.
Юлашкинчен, Синопа мӗн иккенне ӑнланса илнӗ те савӑнӑҫлӑн кӑшкӑрнӑ:
Наконец Синопа пришел в себя и воскликнул:
Ҫавӑнпа та, Иеговӑна итлеме тата уншӑн ӗҫлесе тӑма эпӗ ҫамрӑк - ха тесе шутласа шыва кӗме тӑхтаса тӑма кирлӗ мар.
Поэтому не думайте, что вы слишком молоды, чтобы слушать Иегову и служить ему.
Больница чӳречисенчен час-час пыра-пыра пӑхакан арҫын ачасемпе хӗрачасем пӗрле пухӑннӑ та Чочой ҫинчен калаҫаҫҫӗ.
Мальчики и девочки, которые так часто заглядывали в больничные окна, собравшись вместе, тоже говорили о Чочое.
Майӗпен зениткӑсен сассисем шӑплана пуҫларӗҫ.
Постепенно удары зениток стали стихать.
1980 — Шурӑ рейс Weiße Reise
1980 — Белый рейс Weiße Reise
Унӑн пиҫӗхнӗ куҫӗсем хулӑн куҫлӑх витӗр пӑхаҫҫӗ.
С воспаленными глазами, близоруко смотревшими через толстые очки.
Емельянов кулса ячӗ, унтан арӑмне хӑвӑрт та ачашшӑн ыталаса тытрӗ, шӑппӑн ыйтрӗ:
Емельянов рассмеялся, потом обнял жену быстрым и нежным объятием и спросил:
Улмуҫҫисене те хамӑрах сыпаттӑмӑр.
И яблони сами прививали.
Хам ҫаплах кӑшкӑрса:— Пӑхӑр-ха! Пӑхӑр! Пирӗн мӗн пур! — терӗм.
И кричал:— Смотрите! Смотрите, что у нас!
Нимӗҫсем те, мӗнле ҫине тӑнӑ пулсан та, французсен фронтне ниепле те ҫӗмӗрсе кӗреймен.
Немцы под Верденом не смогли прорвать французский фронт.
Вӑл хӑй ыйтӑвӗ ҫине ответлеме пултараймарӗ, чӗри темӗнле йӳҫӗ япалапа тулма пуҫларӗ.
Он не мог отвечать удовлетворительно на собственный вопрос, а сердце его наполнялось чем-то едким.
— London: E. Marlborough and Co., 1863.
— : E. Marlborough and Co., 1863.
Сасартӑк вӑл пурне лӑнк! ярать:— Ҫук, ҫук, эп ӑнсӑртран ҫеҫ, ахаль ҫеҫ, — тӳрре тухма тӑрать Бабушкин.
И вдруг клюнул носом:— Я ничего, ничего, просто так.
Тен вӑл перетчӗ те пулӗ, анчах Алексей хӑйӗн цыганла куҫӗсене урнӑ пек ҫутӑлтарса илсе ун ҫине хаяррӑн кӑшкӑрчӗ те ӑна лӑплантарчӗ.
И, может быть, даже запустил бы, если бы Алексей, бешено сверкая своими цыганскими глазами, не осадил его грозным окриком.
Анчах мӗнле тумалла?
А как действовать?
Нимӗҫсен вунҫиччӗмӗш арми штабӗн сводкисем тӑрӑх шайласан, партизансене йывӑр ҫапӑҫу тӳссе ирттерме тивнӗ.
Судя по сводке штаба семнадцатой немецкой армии, партизанам пришлось выдержать тяжелый бой.
— Катер хатӗрлӗр! — хушрӗ Беридзе.
— Готовьте катер! — приказал Беридзе.
«Ҫӗг пӑхма ага, ӑҫта пултӑг.
Им с Шах'уном на'од повелел, двоим…
— Эпӗ Гайдара кӑшт ҫеҫ курса юлтӑм, — пӗлтерчӗ Саша.
— А я Гайдара только мельком видел, — сказал Саша.
Анчах Ленин вӗсем пирки итлесшӗн те пулмарӗ.
Но Ленин и слышать об этом не хотел.
Ҫакӑ ҫулленхи уявсенче пулнисем ҫине мӗнле витӗм кӳмелле пулнӑ?
Как это должно было влиять на тех, кто присутствовал на ежегодных праздниках?
Урамӑн леш енче кӗпи аркине ҫавӑрса ҫыхнӑ хӗрарӑм ҫара урине юрпа йӑвалать — ҫиччӗмӗш номерлӗ ҫурт ҫаках-и, тесе ыйтрӑм эпӗ унран.
Баба с подоткнутым подолом тёрла снегом босые ноги. Я спросил у неё, точно ли этот дом номер семь.
— Халӗ шырани пурпӗрех усӑсӑр.
Сейчас искать безнадёжно.
Коля кӳршӗри пӳрт патне ҫитсе чӳрече хуппинчен шаккарӗ.
Подбежав к соседнему дому, он постучал в ставню.
Пире ҫул ҫине пӗр фляга спирт пачӗҫ, эпир ӑна тутанма та ӗлкӗреймерӗмӗр — ерҫӳ пулмарӗ, пурне те илӗр, анчах машинӑна сӗтӗрсе кӑларса парӑр, — тесе илӗртрӗҫ шоферсем.
Нам флягу фронтовой на путь дали, мы и начать не успели — не до неё было, забирайте всю, только вытащите, — соблазняли шофёры.
Ҫирӗп кӑмӑллӑ эпӗ, хушӑран хытӑ ятлама та пултаратӑп.
Я с железным характером, иногда могу и сильно отругать.
%S сайчӗ cookie астуса юласшӑн.
Сайт %S хочет сохранить cookie.
Дубинин Ефим Иванович
Дубинин, Ефим Иванович
— Тата тепӗр метр кӑна.
Только метр еще…
икерчĕ ҫеҫкеленсе пиҫнĕ
блины чуть пригорели
Ӑшра ырӑ мар.
Сделав через силу еще одну попытку подняться, Яндул наконец понял, что сидит на дороге.
Эпир вӗсене питӗ лайӑх куратпӑр, анчах вӗсем пире курмаҫҫӗ.
Нам было отлично их видно, но они видеть нас не могли.
Муравленко Сергей Викторович (1950 ҫур.)
Сидоров Евгений Евгеньевич (1958—1961).
Вӑхӑт нумай пулнӑ пулин те, Полина Яковлевна ҫывӑрма выртман, темскер ҫырса ларать.
Несмотря на поздний час, Полина Яковлевна не спала и что-то писала.
— Эпӗ гвардирен, ав лерен.
— Я рядовой гарнизона вон оттуда.
Ҫулҫӳреве планлама вӑхӑт.
Самое время начинать планировать путешествие.
Ворошилов окопа сиксе анчӗ.
В окоп спрыгнул Ворошилов, —
Ҫын ӗренки юлмарӗ — пӑхма хӑрушӑ.
Ничего человеческого не осталось — смотреть страшно.
Кутык-Игль — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Кутык-Игль — река в России, протекает в Ханты-Мансийском АО.
— Мӗн калама пултарать вӑл?
— Что она может сказать?
Пуҫтарӑннисем ку вӑл кӑмӑл-сипет тата патриотизм тӗлӗшпе ӳсекен ӑрушӑн лайӑх тӗслӗх пулнине палӑртнӑ.
Собравшиеся отметили, что это был хороший пример для растущего поколения нравственности и патриотизма.
танлаштаруллӑ меслет
сравнительный, сопоставительный метод
— Хӑҫан ҫӗлен ҫинчен асӑнтӑм-ха эпӗ? — терӗ вӑл кӑшкӑрса йӗрнӗ хушӑрах.
— Когда же я змею поминал? — говорил он среди рыданий.
Баркет, унӑн хӗрӗ, тарҫӑ хӗрарӑм тата Гравелот хӑй, — питех те ӗнентермелле ӑнлантарма пуҫларӗ Сногден; ҫавӑнпа та Ван-Конет кӑштах аван марланчӗ.
Баркет, его дочь, служанка и сам Гравелот, — объяснил Сногден так серьезно, что Ван-Конет покоробился.
— Икӗ эрне юлчӗ.
— Две недели осталось.
Эсӗ ӑсатса ярсан вӗсем кӳренӗҫ тата.
А то им обидно станет.
— Питех аван, Джон, — терӗ ӑна Гленарван, — эсир пыма пултаратӑр пирӗнпе.
— Хорошо, Джон, — ответил Гленарван, — вы можете сопровождать нас.
Тӗнчере ун пеккисем ҫеҫ мар, пысӑк инкексем те пулаҫҫӗ: ҫил-тӑвӑл ҫурт тӑррине сӳсе ывӑтать, йывӑҫсене тымарӗ-мӗнӗпе ҫӑла-ҫӑла кӑклать, вакунсене рельссем ҫинчен ывӑтать, тинӗссенче карапсем путарать…
Бывает и хуже: ураганы срывают крыши с домов, вырывают деревья с корнем, сбрасывают вагоны с рельсов, топят в море корабли…
Пулӑшнӑ вӑл, пулӑшнӑ… — Вара ҫак мӑйӑхлӑ ватӑ пит-куҫра темӗнле ырӑ туйӑм йӑлтлатса илчӗ.
Он помогал, помогал… — И на старом усатом лице мелькнуло бог весть какое, но доброе чувство.
— Кӗрекере те-ха хӗрӗхшер ҫын ларнӑ.
— За стол садилось до сорока человек.
— Ӑнлантӑн-и эс?..
Понял ты?
Вӑл «Русское слово» хаҫатӑн пӗрремӗш стрӑницине ҫав тери тинкерсе вуланӑ пек ларчӗ.
Ои как будто очень внимательно читал объявления на первой странице «Русского слова».
Тиррей килчӗ.
Тиррей пришел.
— Ӑҫта выртатӑр эсир? — ыйтрӗ вӑл.
— Где вы тут закопались? — спросил он.
30. Хӗрӗх ҫул иртсессӗн Синай тӑвӗн пушхирӗнче, ҫунакан йӗплӗ тӗм ҫулӑмӗ ӑшӗнче, ӑна Ҫӳлхуҫа Ангелӗ курӑннӑ.
30. По исполнении сорока лет явился ему в пустыне горы Синая Ангел Господень в пламени горящего тернового куста.
Кун пек ҫӗкӗлсемпе тӑшмана мӑйӗнчен е уринчен ҫаклатса туртма питӗ ансат.
Такими крючками хорошо хватать неприятеля за шею или за ногу.
— Эпӗ хамран-хам пуринчен те ытларах кулатӑп.
— Я сам больше всех смеюсь над собой!
— Кукамай ҫиенчӗк ҫӳрет, анне нихҫан та ҫиенмест, куять ҫеҫ.
— Бабушка бывает сердитая, а мама никогда не бывает, она тойко смеется.
Машина майӗпен чарӑнчӗ.
Грузовик замедлил ход.
Анчах инкеке хирӗҫ каҫпа тутарсем таврӑннӑ.
На беду, к вечеру вернулись татары.
Ҫылӑх каҫарттарни
Исповедь
Цери Webelements ҫинче
Церий на Webelements
— Хӑвӑртрах «Могучий» патне! — хушрӗ Павлин.
— Скорее к «Могучему»! — приказал Павлин.
Ҫак вӑхӑтра станицӑра Татьяна амӑшӗ Ольга Самойловна хӑнана кӗтсе илчӗ: хӑлха чӗриклетсе уҫӑлчӗ те, унтан Игнат Савельевич Хворостянкин васкамасӑр, хӑйӗн йывӑр уттипе утса кӗчӗ.
А в это самое время в станице мать Татьяны, Ольга Самойловна, встречала гостя: со скрипом отворилась калитка, и в нее неторопливо, своим грузным шагом вошел Игнат Савельевич Хворостянкин.
— Эпӗ сире тӗпелти пӳлӗме сарса паратӑп, — терӗ хӗрарӑм чей ӗҫнӗ хыҫҫӑн, Григорий патӗнчен минтерпе ҫитӗ ҫӗклесе иртнӗ чух, ӑна уҫҫӑн палӑракан выҫӑхнӑ куҫӗсемпе хӗмлентерсе хӑварса.
— Я вам в горнице постелю, — после чая сказала она Григорию, проходя с подушкой и полстью мимо и обжигая его откровенным голодным взглядом.
Мӗншӗн кашни килте краҫҫын ахаль ҫунтарас!
Что уж зря по многим избам керосин жечь!
кĕрлĕ-ҫурлӑ ҫулсем пӑсӑлаҫҫĕ
в распутицу дороги становятся непроезжими
Федор Лукич хӑйӗн янӑ ҫыннине тахҫанах кӗтнӗ, ун ҫине ҫилленсе пурӑннӑ.
Федор Лукич давно поджидал своего посланника, волновался и злился.
Пӗри юланутпа кӗме тӑнӑччӗ — путса ларчӗ, лашин ҫурӑмӗ ҫине пускаласа ҫеҫ каялла тухрӗ…
Сунулся один, увяз, — уж по лошади пролез назад…
Астӑватӑп-ха: ун чухне ялта 30 яхӑн лашаччӗ, халӗ вара пӗрре те ҫук.
Помню: в то время в деревне было около 30 лошадей, а сейчас ни одного нет.
Ку ӗҫе тума чугун ҫул тӗпсӗр ҫырма хӗррипе ҫаврӑнса иртекен вырӑна палӑртса хунӑ.
Он выбрал место в горах, на повороте железной дороги, там, где она шла над пропастью.
Ҫырма леш ен шыв ҫулӗн территорийӗнчи пурӑнмалли ҫуртсем, Етӗрне ҫулӗ – Университет урамӗпе хӗресленнӗ вырӑнтан пуҫласа Ҫырма леш ен урам енне кӗмелли вырӑна ҫитиччен.
Жилые дома на территории Завражного водовода, Ядринское шоссе – от пересечения с улицей Университетской до въезда по направлению к улице Заовражной.
— Вӑл пирӗн урамри чиновник, эпӗ ӑна пӗлетӗп! — терӗ.
— Это с нашей улицы чиновник, я его знаю!
Батманов ӑна ӑнланать!
Батманов это понимает!
Виҫҫӗмӗшӗ, вӑрманта, пуртӑ сассисем янӑранӑ ҫӗрте, йывӑр ӗҫре, куҫса килнӗ ҫынсен хуйхӑ-суйхӑллӑ пурнӑҫӗнчен тытӑнать.
Третий начнется в лесах, под стук топоров, в тяжелом труде и горестях поселенческой жизни.
Акӑ ӗнтӗ алӑксем хупӑнчеҫ, тискерленсе, улшӑнса, шурса кайнӑ Марья Васильевна курӑнми пулчӗ.
И вот дверцы, за которыми лежала страшная, изменившаяся, белая Марья Васильевна, закрылись,
савӑтра ударниксем ҫĕршерĕн шутланаҫҫĕ
на заводе насчитываются сотни ударников
Лиза ӑна пит юратнӑ, унран нимӗн те пытарман, хӑй мӗн тӑвас тенине унпа пӗрле канашланӑ, пӗр сӑмахпа каласан, Настя Прилучино ялӗнче французсен трагединчи наперсницӑсенчен темиҫе хут ҫӳлте тӑракан ҫын пулнӑ.
Лиза очень любила ее, открывала ей все свои тайны, вместе с нею обдумывала свои затеи; словом, Настя была в селе Прилучине лицом гораздо более значительным, нежели любая наперсница во французской трагедии.
Ӑна та ӗҫсе ятӑмӑр.
И эту выпили.
Гвозден именсе те канӑҫсӑррӑн пӑхса тӑчӗ, тимсӗррӗн итлерӗ.
Гвоздену казалось: все, что он слышит, доносится откуда-то издалека.
«All-Purpose Cultural Cat Girl Nuku Nuku» (1992) — Ацуко «Нуку Нуку» Нацумэ
«Универсальная современная девушка-кошка» [ТВ] (Ацуко Нацумэ (Нуку-Нуку));
Хӑй астӑвасса ку таврара мӗнле тискер кайӑксем пурӑнни ҫинчен каласа пама, пуҫларӗ вӑл.
Стал рассказывать, какие звери в здешних местах водились на его памяти.
Пӗрле ӗҫлӗттӗмӗр.
Вместе бы строили…
Ун хыҫҫӑн эпир пухура пӗр - пӗринпе килӗштерсе пурӑнассине, ҫапла майпа Турра мухтава кӑларма, мӗнле майпа пирӗнтен кашнийӗ ҫирӗплетме пултарнине пӑхса тухӑпӑр.
Затем мы рассмотрим, как каждый из нас может содействовать единству собрания, прославляя тем самым Бога.
Ватранг ӑна шыраса тупма хушнӑ, ҫак шпиона тӑшмансем трюмран туртса кӑларнӑ.
Ватранг велел его отыскать, и матросы вытащили шпиона из трюма.
Тӗлӗрсе каймах пуҫланӑ пек, анчах ҫав вӑхӑтра амӑшӗ, кухньӑран кӗрсе, сассине хытарса ыйтать пек: «Илюша, ыран валли уроксем хатӗрлерӗн-и эс?» — Бунчук ҫаплипех, пит ҫинче хытса ларнӑ савӑнӑҫлӑ кулӑ паллипех, ҫывӑрса кайрӗ.
Окунается в сон, а из кухни вот-вот откроет мать дверь, спросит строго: «Илюша, уроки-то выучил к завтрему?» — так и уснул с застывшей напряженно-радостной улыбкой.
— Сире те вӗлереҫҫӗ, анчах унччен тӑраниччен асаплантараҫҫӗ-ха, сирӗнпе те акӑ кроликсемпе тинӗс сыснисем ҫинче сӑнавсем тунӑ евӗр сӑнавсем туса хӑтланӗҫ.
— Вас тоже убьют, только перед этим намучают вдосталь, поэкспериментируют над вами, как над кроликами или морскими свинками.
Эх, ылханлӑ йӗрӗнчӗксем, хирӗҫ пуласчӗ часрах вӗсемпе! — ҫапла каларӗ те куҫӗ ҫине анса ларнӑ красноармеец шлемне чӗтрекен аллипе тӳрлетсе лартрӗ.
Эх, проклятые, столкнуться бы с ними скорее! — и Антек нервно поправил сползавший ему на глаза красноармейский шлем.
Чим-ха, — терӗм эпӗ пӗр хушӑ чӗнмесӗр тӑнӑ хыҫҫӑн, — маскуна ан тӑхӑн-ха.
Постой, — помолчав немного, попросил я, — не надевай маску.
Полковника мӗншӗн линчлаймарӗҫ
Почему сорвалось линчевание полковника
— Ҫапла-а! — йӑл кулса шӑппӑн калама пуҫларӗ Петӗр, — халӗ, кум, хӑлху ҫивӗч пултӑр!
— Да-а! — тихонько и с улыбкой заговорил Петр, — теперь, кум, держи ухо востро!
— Урай хӑмисем йывӑррӑн шатӑртатаҫҫӗ.
тетушка подошла к окну, распахнула его настежь.
Миҫе хут тӳпелешмерӗҫ пуль, миҫе хут мирлешмерӗҫ пуль!
Сколько раз дрались, сколько раз мирились!
Тата ҫакна та калам сире: партизаншӑн пулсан, ҫӑпата атӑран та лайӑхрах.
А я так скажу: лапоть для партизана лучше даже сапог.
Унӑн куҫӗ куҫҫулӗпе тӑртанса кайнӑ; вӑл нервӑллӑ ҫӳҫенсе шартах сиксе илет, хутран-ситрен тата ҫине-ҫинех нӑшӑклатса ӗсӗклет.
Его глаза распухли от слез; он нервно вздрагивает и нет-нет всхлипывает тройным вздохом.
Кунне ҫур литр краҫҫын ҫунтарса пӗтернӗшӗнех мана ҫакӑн чухлӗ ырлӑх купи айне тумашкӑн сӑмах парса тултарма-и?..
Наобещать такую кучу благодати, только за то, что я сожгу в день пол-литра керосина.
Эп ӑна йытӑ площадкинче хамӑр юлашки хутчен сӑмах вӗҫҫӗн сӑмахӑн калаҫнине каласа кӑтартрӑм та Ромашов тунайманнинчен Катя тӗлӗнсех кайрӗ.
Слово в слово я передал ей наш последний разговор на Собачьей площадке, и Катя была поражена признанием Ромашова — признанием,
Вӑл кӑлкан кӗлти пек ҫутӑ хӳрине аварах тытса, ҫӑмӑл урисемпе асӑрханса кукалет.
Он осторожно перебирал ногами и отставлял высоко поставленный хвост, серебристый, густой, как целый ворох ковыля.
Ҫӗр ҫинче 	халь пурте ун пек мар…
Все теперь на земле не так…
Пуласлӑх ҫинчен ӗмӗтленсе калаҫаҫҫӗ.
Говорили, мечтали о будущем.
Ҫук, чунӑм.
Нет, мой милый.
Тинĕс хĕрринче Франци, Монако тата Итали территорисем.
Также омывает берега Монако и восток Лазурного берега континентальной Франции.
— Пире паразит тунӑшӑн нихӑҫан та каҫармастпӑр!
— Никогда не простим, что сделал нас паразит!
— Мӗн тесен те, Медвежьегорск Малаховка мар.
— Все же Медвежьегорск — не Малаховка.
Хыпмастӑп, тупата, калатӑп сире… — мӑкӑртатса каялла чакрӗ вӑл.
Не стану! А вам скажу… — бормоча что-то нечленораздельное, он отступил к двери.
«Йывӑр мар-ши ӑна?
«Не тяжело ли ей?
Мана, терӗ, санӑн пиччушӑн тертленни те ҫитет.
А теперь, говорит, удрал в лес.
— Шӑпах эсир кирлӗ те мана!
— Вот вы мне и нужны!
— Чим-ха, шӑллӑм, — хӑюллӑн малалла тухса тӑчӗ пӗрремӗш сотньӑн теветкел урядникӗ.
— Погоди, браток! — вперед выступил бравый урядник первой сотни.
Унӑн ҫӑварӗ те ача ҫӑварӗ пекех пулнӑ.
И рот у него был ещё детский.
Машина ҫинче туллиех салтаксем.
В машине полно немецких солдат.
Халӗ ӗнтӗ эпӗ ҫав ӗҫ ҫинчен пӗлмешкӗн килтӗм.
А теперь я пришел потому, что хотелось все-таки узнать, как было дело.
Вӑл ӑна ытларах та ытларах килӗше пуҫлать.
И все более он нравился ей.
Ун вырӑнне хӗр сулахай кӑкӑрне аллипе хупласа хапха умӗнчи каска ҫине вӑйсӑррӑн ларчӗ.
— Ой, чует мое сердце беду.
Пултаракан пулнӑ пирки Иегова Адам хӑйне итлессе кӗтме пултарнӑ.
Как Создатель, Иегова был в праве ожидать от Адама послушания.
Акӑ вал, акӑ!
Вот она, вот!