alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Транспорт ӗҫне чухламан «клоун», тишкерсе ларсан-ларсан, вӗҫӗ-хӗррине тупмасӑр, ирӗксӗрех Ефремов шухӑшӗсемпе килӗшнӗ.
После долгих и утомительных разбирательств Клоун, ничего не понимавший в работе транспорта, вынужден был соглашаться с доводами Ефремова.
— Эсӗ калаҫса тӑратӑн-и тата, ҫӗтӗк-ҫурӑк!
— Ты еще разговариваешь, рвань несчастная!
Ку эрнере пурнӑҫлама май пур ӗҫсем куҫ умӗнче мӗлтлетсе иртӗҫ.
В эту неделю с грустью будут наблюдать, как одна за другой мимо них проходят возможности.
Кун пек чухне, ҫак статьян 21-мӗш пункчӗн «б», «в» е «г» ҫум пункчӗпе пӑхса хӑварнӑ тӗслӗхре, йышӑнӑва пилӗк ҫулта пӗр хутчен тума пултараҫҫӗ.»;
При этом в случае, предусмотренном подпунктом «в», «г» или «д» пункта 21 настоящей статьи, решение может быть принято один раз в пять лет.«;
Амӑшӗ стена ҫумне таянса ҫывӑрнӑ, чӗрҫи ҫинчи кӗҫӗн йӑмӑкӗ ыйӑх витӗр тутисемпе чӑплаттарса илкеленӗ.
Знакомо всхрапывая, спала мать, привалившись к стене, почмокивала губами спавшая у неё на коленях младшая сестрёнка.
Тӗрме канцелярийӗнче иккӗн — Сметонс тата К. ларнӑ.
В тюремной канцелярии сидели вдвоем Сметонц и К.
— Петька та макӑрчӗ… —
— И Петька плакал… —
тырра комбайнпа вырни
уборка хлеба комбайном
Хисеп орденĕ (Греци)
Орден Почёта (Греция)
Курасчӗ сан эпӗ пырсан вӑл мӗнле савӑннине!..
Видела бы ты, как он мне обрадовался!..
2006 — Ниязов Сапармурат Атаевич, Туркменистанӑн пĕрремеш президенчĕ.
2006 — Сапармурат Ниязов (р. 1940), президент Туркмении с 1991 года.
Тем пысӑкӑш «Шотландин» чӑнах та ӗнтӗ ҫав пӗчӗк яхтӑна нимне тӑман катер вырӑнне хурса йӗкӗлтемешкӗн тивӗҫ пур.
Громадная «Шотландия» вправе была смотреть на маленькую яхту, как на ничтожный катер.
1. Шывшӑн антӑхакансем! пурте шыв патне кайӑр; кӗмӗлсӗррисем, эсир те кайӑр, туянӑр та ҫийӗр; кайӑр, кӗмӗлсӗрех, тӳлемесӗрех эрехпе сӗт туянӑр.
1. Жаждущие! идите все к водам; даже и вы, у которых нет серебра, идите, покупайте и ешьте; идите, покупайте без серебра и без платы вино и молоко.
Калӑпӑр, ман колхозра паллӑ ҫынсем — орденоносецсем те, геройсем те пур, вӗсен шутнех Андрей Васильевич Кнышев та кӗрет.
Допустим, у меня в колхозе есть знатные люди — там и орденоносцы, и тот же Андрей Васильевич Кнышев.
— Калӑрччӗ хӑть мӗн шыранине!
Да вы скажите, что ищете?
— Мӗн эсӗ? — ыйтрӑм унран.
— Что ты? — спросил я.
Тӗтре пулман пулсан, эпир ӑна чиперех курнӑ пулӑттӑмӑр.
Если бы не туман, видно было бы.
Пӗлӗтсем хушшинче ҫӑлтӑрсем курма ӗмӗтленсе, эпӗ ҫӳлелле пӑхрӑм, анчах самолёта сивӗ пӑспа хупласа тӑракан пӗр вӗҫсӗр тӗксӗм пӗлӗтсене кӑна куртӑм.
Я посмотрел вверх, надеясь в разрывы облаков увидеть звёзды, но увидел сплошные тёмные облака, которые окутали самолёт, как холодным паром.
Ку ҫапла пулсан та, хирӗҫ ҫавнашкал тавӑрни тӗрӗс мар пулнӑ пулӗччӗ: лару - тӑру пушшех хӗрсе кайӗччӗ кӑна тата эпир Турӑ мӗн тутарас тенине мар, Шуйттан мӗн тутарас тенине тунӑ пулӑттӑмӑр (2 Тим. 2: 25, 26).
Даже если это так, отвечать тем же было бы неправильно: мы лишь подливали бы масла в огонь и делали бы то, что хочет Дьявол, а не Бог.
Пӗчӗк ачасенчен ҫапла кулма пулать.
Так можно прикалываться над малышней.
— Вӗсем пире ним вырӑнне те хумаҫҫӗ, артиллериллӗ хатӗрленӳ те тӑвасшӑн мар, — терӗ Градов кӑшт куларах.
— Они презирают нас, — сказал Градов, криво улыбнувшись, — они не желают даже проводить артиллерийской подготовки.
куҫĕсем хаваслӑн ҫунаҫҫĕ
глаза его радостно сверкают
Шарккӑва, вилкӑна анчах ҫимелле пултӑр тесе, малтанах касса хумаҫҫӗ.
Жаркое не разрезают сразу на тарелке на мелкие кусочки, чтобы есть одной вилкой, взятой в правую руку.
Пĕчĕк Янӑш
Малые Яныши
Укахви кинемей сӗтел ҫине хатӗрленӗ чухне хӑнасем хӑйсене сӑпайлӑ тытрӗҫ, кандидатпа сӑмахлакаларӗҫ, ача чухнехисене аса илкелерӗҫ…
Гости скромно подождали, пока бабка Агафья накрыла стол, поговорили с кандидатом, повспоминали, как в детстве они вместе…
— Тӗрӗс — ҫын вӗлернӗ эпӗ!
— Верно — убил я!
Рабочисен отрячӗсем хыҫҫӑн фронта амӑшӗсем, арӑмӗсем, аппӑш-йӑмӑкӗсем, ачи-пӑчисем апат-ҫимӗҫ ҫыххисемпе кушилсем, турӑх чӳлмекӗсем йӑтса каяҫҫӗ…
За отрядами рабочих шли на фронт матери, жены, сестры, дети, неся узелки и кошелки с едой, горшки с кислым молоком…
Вара мана мӗнле стихсем кӑмӑла карӗҫ тесе ыйтма тытӑнчӗ.
И начала спрашивать, какие стихи понравились мне.
— Ӑна мана пар-ха эсӗ, Ваҫҫа.
— Ты отдай мне его, Васька.
чӑхсем тĕк пӑрахаҫҫĕ
куры линяют
Вӑл лупас ҫине тухрӗ, анчах чӳречерен пуҫне каялла чикрӗ те каллех мана ятлама тытӑнчӗ, эпӗ ухмахланса кайнӑ имӗш, тӑван аттене те палласшӑн мар пулать.
Он уже вылез на крышу сарая, но тут опять просунул голову в окно и принялся ругать меня за то, что я набрался всякой дури и знать не хочу родного отца.
— Мӗн, леш тӗнчене каяс тетӗн-им?
— На тот свет захотела?
— Ҫавӑнпа та ӗнтӗ ӗҫе тытӑнӑр.
— Так будьте добры приступить к делу.
Вӑл ӑна чӑн-чӑн артист пек юратнӑ, запасной полкран килнӗ ҫамрӑк боецсене те кӑмӑллӑн, ҫине тӑрсах вӗрентнӗ.
Он любил её, как артист, и, как настоящий артист, охотно, упорно и терпеливо учил молодёжь, прибывавшую из запасных полков.
Гесс тата ҫӳлерех ҫӗклерӗ хӑйӗн ҫӗленӗнни евӗр пуҫне.
Гесс ещё выше вытянул неподвижную змеиную головку.
— Ҫапла, шыв тӑрӑ-тӑрӑ пултӑр, — ҫирӗппӗн пӗлтерчӗ Аня.
— Пусть вода будет совсем, совсем чистой! — твёрдо сказала Аня.
Ҫапла калатӑн пулсассӑн, ман сана ӗненмелле.
Раз ты так говоришь, я вынужден тебе верить.
«Истребитель пулнӑ!»
«Был истребителем»!
Эсир тата Маркс ҫине тӗллесе кӑтартма хӑятӑр…
И вы еще смеете ссылаться на Маркса…
— Вӑт маттур, — ырларӗ бандит.
— Вот и умница, — заметил бандит, —
Луиза пӗчӗк пулӑсене ытла та сахал пӑхнине курсан, ҫамрӑк плантатор пӑртак тӗлӗннӗ, тата ӑна Луиза пӗртте асӑрхаманран вӑл кӳреннӗ.
Молодой плантатор был немного удивлен, заметив, что Луиза слишком мало внимания уделяла рыбкам, и был огорчен, что его самого она почти не замечала.
Ачасен театрӗ ӑҫтине пӗлетӗр-и?
Знаете, где ТЮЗ?
Сказки Толстого Льва Николаевича.
Сказки Толстого Льва Николаевича
Ласточкина Елизавета Гурьевна
Елизавета Гурьевна Ласточкина
— Кунта пӗр урапа ытлашши пулать.
— Тут больше чем на одну телегу будет.
Ҫапла пулин те, ҫав каҫхине манӑн ҫапӑҫакан чаҫе ҫав териех вӗҫсе тухса каяс килчӗ!
И всё же как хотелось мне в этот вечер вылететь в действующую часть!
— Аха, аха! — кӑшкӑрса хуравларӗ Эмиль.
— Вот, вот! — крикнул ей Эмиль.
Нагульнов ӑна ҫӗнӗ хваттере, ача-пӑчасӑр колхозник Филимонов патне ӑсатса ячӗ.
Нагульнов проводил его на новую квартиру, к бездетному колхознику Филимонову.
Тачки шӑл витӗр темӗн мӑкӑртатса илчӗ.
Толстяк проворчал сквозь зубы.
— Сирӗн корреспондент тӗрӗс ҫырнӑ тесе шанатӑр-и эсир? — ыйтрӗ Джемма чӗнмесӗр ларнӑ хыҫҫӑн.
— Вы уверены, что ваш корреспондент точно передает факты? — спросила Джемма, помолчав.
— Мӗншӗн командирччӗ?
— Почему был?
Вӑл упӑшкипе Гектор Кавазпа пӗрлеччӗ.
Ее муж, Гектор Каваз, был с ней.
Мучи инҫетре-инҫетре тӑратчӗ.
И я увидал, что дедушка далеко-далеко.
— Выҫӑ хырӑм никама та канӑҫ памасть е, вуникӗ тар сӑрхӑнтарса, вӑхӑтсӑр асат хуҫтаратӑн, е вӑрра каймалла.
— Да голодное-то брюхо никого не оставляет в покое — иль двенадцать потов проливай, да хлеб добывай, иль подавайся в воровство.
— Виктор Васильевич, — терӗм эпӗ, — кӑвайтсене хытӑрах чӗртсе ярӑр, тен вӗри ҫулӑмпа тӗтрене салатса яма май килӗ.
— Виктор Васильевич, — сказал я, — разжигайте сильнее костры — может, кострами разгоним туман.
Эпӗ ещӗк ҫӳлелле ҫӗкленсе кайнине, унтан малалла пит хӑвӑрт кайнине туйрӑм.
Я почувствовал, как мой ящик поднялся высоко на воздух и затем понесся со страшной скоростью.
Иисус мӗнле эрех пирки каланӑ тата хальхи вӑхӑтра Ҫӳлхуҫан Каҫхи апачӗ вӑхӑтӗнче мӗнле эрехпе усӑ курма пулать?
О каком вине говорил Иисус и какое вино можно использовать в наше время на Вечере?
Асла хуратӑн пулсан ҫакна асту: тымарне эсӗ тытса тӑмастӑн, тымарӗ сана тытса тӑрать.
Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень тебя.
Урамӑн тепӗр енче ачасем пухӑннӑ та кам инҫетерех сикме пултарасси ҫинчен тавлашаҫҫӗ.
На другой стороне улицы столпились ребята и спорили, кто дальше прыгнет.
— Эпӗ, Корчагин юлташ, Евпатори ваннисем сирӗн чире татӑклӑнах ҫӑмӑллатса, эсир кӗркунне каллех ӗҫе тытӑнма пултарасса шанатӑп.
— Я уверена, товарищ Корчагин, что евпаторийские грязи создадут перелом и вы сможете осенью вернуться к работе.
Тимӗр бидонпа краҫҫын, мӑлатук, апат-ҫимӗҫ тата тӗрлӗ вӗтӗр-шакӑр: вӑлта йӗпписемпе вӑлта ҫипписем, путаркӑҫсем илсе килнӗ атте.
Отец привез в жестяном бидоне керосин, кулек гвоздей, молоток, продукты и еще кое-что по мелочи: рыболовные крючки, грузила, лески.
Мана, ӑнлан ҫакна — мана ҫавӑн пек тӑнсӑрсем кирлӗ.
Мне, пойми ты это, мне нужны подобные олухи.
— Эсӗ те фейерверк куртӑн.
— Фейерверк ты увидел.
Ҫĕнĕ "унифициленĕ" лаз алфавичĕ (1930-мĕш ҫулсем):
Новый «унифицированный» лазский алфавит (1930-е годы):
Хӑвнах япӑх пулать, — теҫҫӗ ачасем.
Тебе же хуже будет, — сказали ребята.
Пӳрт ӑшчикӗ те, тулашӗ пекех, хӑйне евӗрлӗ, хуҫасен шухӑш-кӑмӑлне кура.
Внутреннее устройство его имело так же свой стиль, как наружная архитектура, как все убранство носило печать мысли и личного вкуса хозяев.
Капитан савнӑ чунсене пӑрахса, аяккалла сиксе ӳкнӗ.
Капитан поспешил удалиться, оставив влюбленных наедине.
— Гюго чаплӑ писатель, — хирӗҫлерӗ Майданов, — манӑн Тонкошеев тусӑм, хӑйӗн испанла Эль-Тровадор романӗнче…
— Гюго — писатель первоклассный, — возразил Майданов, — и мой приятель Тонкошеев, в своем испанском романе «Эль-Тровадор»…
Мирон Григорьевич крыльца карлӑкӗн ҫавӑрса тунӑ юписене сӑран аттипе тӗпретме тытӑнчӗ.
Мирон Григорьевич крушил сапогами резные балясины у крыльца.
Пӗр сӑмахпа каласан, писарь юлашки минутра та сӗтел сунтӑхне питӗ тӗплӗн пытарса хунӑ билета кӑларнӑ чухне ун ҫине чалӑшшӑн пӑха-пӑха, йывӑррӑн сывлакаласа илнӗ, анчах ӑна хуҫине панӑ-панах.
Одним словом, хотя и в последнюю минуту писарь все еще как-то вздыхал и неприятно косился, вынимая из стола билет, который у него был припрятан особо, но все-таки отдал.
Эсӗ, тӑванӑм, килсе тухнӑ лару-тӑру, тӗрӗсрех, канлӗ текен пурнӑҫ тыткӑнне лекнӗ…
Ты попал под башмак обстоятельств, а если говорить уж и совсем откровенно — под башмак житейских удобств…
Хӑвӑн хуйху ҫинчен шухӑшлама та ҫук…
Завяжи горе веревочкой…
Эпир унпа пурте интересленетпӗр, анчах унӑн майне пӗлеймерӗмӗр.
Все мы в нем заинтересованы, а подойти к нему не сумели.
Лифчикӗ ӑна сасартӑках тӑвӑрланса кайрӗ, лӗпкисене юн тапса тулчӗ.
Лифчик вдруг стал ей тесен, и кровь гулко застучала в висках.
Никам та Лопе де Вегӑпа тӑвлашма пултарайман: кашни виҫӗ кун хушшинче унӑн ҫӗнӗ пьеса пулса тӑнӑ!
Никто не мог соперничать с Лопе де Вегой: каждые три дня у него была готова новая пьеса.
Ҫапах та, Виктора алӑран тытса, урӑх енне мар, ҫак енне пӑх, тесе калаймӑп-ҫке.
Но я не могу взять Виктора за руку, сказать: смотри в эту сторону.
Ҫак вӑхӑтра пӳртрен тухса каяс килет.
Хочется бежать из хаты.
— Анчах мӗнле хӗрарӑм пирки-ха, эпӗ ӑнланса илейместӗп.
— Но из-за какой женщины, я не могу понять.
Вӑл пӗрре персе ячӗ те ҫӗре лаплатса ӳкрӗ, унтан вара хӑвӑртрах аяккалла шуса кайрӗ.
Он выстрелил, упал и отполз в сторону.
1907 ҫулта ҫырса илнĕ асаилӳре ҫав вӑхӑтсене ҫапла асӑнса ҫырнӑ:"От Хирлеппось Пугачёв направился в Шуматовскую волость, между Тогач и Хирлеппоси есть большой уже высохший дуб, известный под названием в народе "Дуб 12 попов".
Записанных 1907 году воспоминаниях отмечается:"От Хирлеппось Пугачёв направился в Шуматовскую волость, между Тогач и Хирлеппоси есть большой уже высохший дуб, известный под названием в народе «Дуб 12 попов».
Н. Никитин обществӑлла ӗҫе яланах активлӑн хутшӑннӑ.
Н. Никитин всегда активно участвовал в общественной деятельности.
Крылатов пӗчченех хӑй ҫулӗпе утрӗ.
Крылатов один пошел своей дорогой.
Пуҫӗ пӗр вӗҫӗм кашласа янӑрарӗ, темле ҫӗклемелле мар йывӑр япала шӑратса янӑ пек, йывӑрланса ҫитрӗ.
Чугунным звоном и непреодолимой тяжестью наливалась голова.
Урапа кустӑрмисем хурлӑхлӑн нӑйкӑшса Чижика тарӑхтараҫҫӗ.
Колеса скрипят жалобно и раздражают Чижика.
— Ҫамрӑкрах чухне лайӑхрах та пултараттӑм…
— Моложе был — лучше умел…
Пӗрремӗш страницӑра чӑн-чӑн фотографи: мавзолей, мавзолей ҫинче Сталин, унпа пӗрле Молотов, Ворошилов, Микоян юлташсем, ыттисем те… хаҫачӗ те ҫӗнӗскер.
И фотография на первой странице подходящая: мавзолей, на мавзолее товарищ Сталин, а с ним товарищи Молотов, Жданов, Микоян, Ворошилов, ну, и ещё… и газета, видать, свежая.
Авалхи Мускав лешьенĕн Вӑта та ĕлĕххи урамĕ,хальхи Якиманка (мӑшӑрлӑ, анӑҫ енĕ) тата Мускав лешьен (мӑшӑрсӑр, тухӑҫ енĕ) муниципаллӑ тӑрӑхсен чикки шутланать.
Центральная и древнейшая улица исторического Замоскворечья, граница между современными муниципальными районами Якиманка (чётная, западная сторона) и Замоскворечье (нечётная, восточная сторона).
— Лайӑх, пит лайӑх, асатте!
— Прекрасно, дедушка!
Манӑн мастерскойра тумалли ӗҫсем йывӑрах марччӗ: ирхине, пурте ҫывӑрнӑ чухне, мастерсем валли самовар лартса хатӗрлемеллеччӗ, вӗсем кухняра чей ӗҫнӗ хушӑра эпир Павӑлпа иккӗн мастерскойӗнче пуҫтараттӑмӑр, сӑр ӑшне ямашкӑн ҫӑмата саррисене шуррисенчен уйӑраттӑмӑр, вара эпӗ лавкана каяттӑм.
Мои обязанности в мастерской были несложны утром, когда еще все спят, я должен был приготовить мастерам самовар, а пока они пили чай в кухне, мы с Павлом прибирали мастерскую, отделяли для красок желтки от белков, затем я отправлялся в лавку.
Ильсеяр тӳсеймерӗ, аслашшӗне хӗрхеннипе кӑшкӑрса йӗрсе ячӗ…
Ильсеяр не выдержала, заплакала от жалости к деду…
Ҫырӑвӗ манӑн вӑрӑмскерех мар, темиҫе сӑмахлӑскер кӑна: «Эпӗ те халь ҫарта. Кӗҫех хамӑн адреса пӗлтерӗп…
Письмо состояло из нескольких фраз: «Я теперь тоже в армии. Скоро сообщу тебе номер своей полевой почты…
— Маттур эсир! — кӑшкӑрчӗ хавхаланнӑ ашшӗ.
— Молодцы! — крикнул восхищенно отец.
— Тӗлӗнмелле вӗт?
— А ведь чудно?
Кашни Ҫӗнӗ ҫултан эпир ырӑ улшӑнусем, савӑнӑҫлӑ пулӑмсем кӗтетпӗр.
От каждого Нового года мы ожидаем позитивных перемен и радостных событий.
Халь вӗсене «Гейша», «Под двуглавым орлом», «Продавец птиц» вальссене пар.
Им сейчас «Гейшу» подавай, «Под двуглавым орлом», из «Продавца птиц» — вальс.
— Анчах халь чыхӑнса ан вилӗр, Лена, унсӑрӑн эпӗ пӗччен пӗтме пултаратӑп…
— Ну, вы только сейчас не задохнитесь, Лена, а то тогда я один погибну…
Мӗн айӑпа кӗтӗм эп сан умра?
Чем я перед тобой провинился?
Иоҫкӑран пуҫне пурте Тёмӑран уйрӑлса каяҫҫӗ.
Все, кроме Иоськи, уходят от Тёмы.
Ну мӗнех, калаҫар!
Ну что же, надо поговорить!
Ҫав пророк Ахаз, Турра шанчӑклӑ пулман патша, вӑхӑтӗнче пурӑннӑ, ун чухне Иеговӑн халӑхӗ тӗрлӗ ҫылӑх ӑшне путнӑ пулнӑ.
Он жил во время правления неверного Богу царя Ахаза, когда народ Иеговы погряз в самых разных грехах.
Хамах вӗт сана ӗҫлеме сӗнтӗм.
Сам же предлагал тебе работать.
Вӗсен сӳннӗ куҫӗсенче пӗр шанчӑк та курӑнмастчӗ.
Это были те, кто выжил в сражении при Дюнкерке.
— Халӗ килте ҫатма ҫинче икерчӗсем чӑшкӑраҫҫӗ пулӗ, — ҫӑварни…
— Теперя дома блины трескают, Масленая…
М.: Гос. центр. кн. палата РСФСР, 1929.
— М.: Гос. центр. кн. палата РСФСР, 1929.
Ку вӑрҫӑнасран, кӳренӳрен сыхланма пулӑшӗ.
Это поможет избежать ссор и обид.
Эпӗ Ухтиванпа та калаҫса пӑхрӑм та, ӗненмерӗ.
А тебя он послушает, Савдеби!
Ав, епле эсӗ, шуйттан илесшӗ, чалӑш куҫлӑ усал!
Ах ты, черт тебя возьми, косоглазая кикимора!
Унта пӗр сас-чӗвӗ те илтӗнмест, пӗр ҫын та курӑнмасть.
Там было тихо и безлюдно.
Салхуллӑ хырсем чӗмсӗррӗн пуҫӗсене усса лараҫҫӗ.
Сосны стояли потемневшие и взъерошенные.
вӑльтьӑркка кимĕ
неустойчивая лодка
Турӑ умӗнче те, ҫынсен умӗнче те намӑс!
Перед богом и людьми совестно!
Хулио Раму 1944 ҫулта Теократи шкулӗнче пӗрремӗш хут доклад туни ҫинчен каласа панӑ.
Хулио Раму рассказал о том, как в 1944 году он первый раз выступал с заданием в Школе.
Кашни каҫах эпӗ ҫӑвӑнма вӑхӑт ҫитессе чӑтӑмсӑррӑн кӗтетӗп, мӗншӗн тесен каҫсерен урай тӑрӑх юмахҫӑ пырать.
Я каждый вечер с нетерпением жду, когда наступит время ложиться спать, потому что по вечерам под полог приходит сказка.
Ленька та темшӗн именчӗ.
Почему-то смутился и Ленька.
Ӑна ыратакан суранӗ ҫывӑрма памасть.
Рана на ноге мозжила, отгоняя сон.
Чулкаҫ ял тӑрӑхĕ — Чӑваш Енĕн Вӑрмар районĕнчи ял тӑрӑхĕ.
Челкасинское се́льское поселе́ние — муниципальное образование в составе Урмарского района Чувашской Республики.
Нефтепровода тунӑ картина хӑвӑрт улшӑнса пыни ҫине вӑл мӗнпур чун хавалӗпе хумханса, хӗпӗртесе, ыррӑн хурланса пӑхрӗ.
Со сложным чувством волнения, радости и светлой грусти смотрел он на стремительно сменявшиеся картины созидательного боя за нефтепровод.
Пурте эпир, мӗнпур хаваслӑхпа сирӗн пата пырса, хамӑра сирӗн алла пама, сире пурнӑҫра пулӑшма хатӗр… пирӗн урӑхла тумалли те ҫук.
Мы все с радостью готовы придти к вам и отдать вам себя, помочь вам жить… больше нам нечего делать!
Кучкин В. А. Территория Суздальского и Нижегородского Великих княжеств в XIV в.
В Нижегородскую агломерацию входят также города Кстово и Богородск.
Вот хваттер яр сан пек ҫынна.
Вот пусти такого в хату!
Сӑваплӑ ӗҫ ҫине Иегова панӑ хаклӑ мул ҫине пӑхнӑ пек пӑхатпӑр пулсан, эпир отчета ҫырмалли сехетсем ҫинчен ҫеҫ шухӑшламӑпӑр, ырӑ хыпара тӗплӗн пӗлтерес тесе пӗтӗм вӑя хурӑпӑр (Ап. ӗҫ.
Если мы относимся к служению как к бесценному дару от Иеговы, мы не будем думать лишь о часах, которые записываем в отчет.
Аксинья пуҫӗ ҫине унӑн хура алли хурчка пек пырса ӳкрӗ.
Черная рука его ястребом упала Аксинье на голову.
— Эпӗ ӑна ытти станицӑсенчен ытларах юратнӑран унтан йывӑҫ илтӗм те пӗтӗм район умӗнче хамӑр станица ҫыннисен мухтавне ҫӗклерӗм.
— И оттого, что я ее люблю больше, чем другие станицы, я и взял лес у устьневинцев и этим возвысил в глазах всего района своих одностаничников.
— Эсӗ мана итлетӗн-и, ҫук-и? — ҫав тери тарӑхса кайса ыйтрӗ Разметнов.
— Ты меня-то будешь слухать? — ожесточаясь, спросил Размётнов.
Куҫса килсен хӑш - пӗрисен урӑх ҫанталӑка хӑнӑхма тивет, ҫавӑнпа та эсир вӗсене шӑрӑх, сивӗ е ҫумӑрлӑ чухне мӗн тӑхӑнмаллине каласан вӗсем питӗ пархатарлӑ пулӗҫ.
Те, кому из - за переезда пришлось сменить климат, будут благодарны, если вы подскажете им, что лучше надеть в жаркую, холодную или дождливую погоду.
Унта пӗтӗм туалет хатӗрӗсемпе икӗ кровать пулнӑ.
Там уже стояли две кровати со всеми принадлежностями туалета.
Мӗн хумхантарать-ха ҫамрӑк чуна?
Что беспокоит молодую душу?
Сӑмахран, вӗсенчен пӗринче Эмиль амӑшӗ кӑлпасси тӗтӗмлесе пӗҫерет, тепринче Лина кӗпе-йӗм ҫӑвать.
Была, например, коптильня, где мама Эмиля коптила колбасы, и прачечная, где Лина стирала бельё.
Вӑл васкаса ҫӑвӑнчӗ, хӑйӗн чи лайӑх костюмне тӑхӑнчӗ, апатланчӗ.
Быстро умылся, надел свой лучший костюм, торопливо позавтракал.
Ну, юрӗ, Григорий.
Ну, ладно, Григорий.
А ну — кӳрӗр-ха пулемета!..
А ну — давай пулемет!..
Вӑл пӗшкӗнсе, вӑрӑм аптрипе сӑранне шӑтара-шӑтара, вӑйлӑ чӗркуҫҫийӗсемпе хӗстерсе тытнӑ сӳсменне ҫӗлен ҫиппе чике-чике туртать.
Низко нагибаясь, она протыкала длинным шилом кожу, зажав хомут сильными коленями, тянула дратву.
Хӑй мӗнле хӑранине тепӗр хут аса илсе, тӑшмансем штыкпа чиксе вӗлернӗ пулемётчик ҫинчен те каласа кӑтартрӗ.
Вновь переживая чувство холодного страха, говорил он про пулеметчика, заколотого штыками.
— Ҫак каҫ хыҫҫӑн, — тутлӑн карӑнчӗ Сногден, — эпӗ мандарин ятне илмелли патента кӑна алӑ пусайӑттӑм.
— После такой ночи, — сказал Сногден, — я взялся бы подписать разве лишь патент на звание мандарина.
— Эпӗ ун пирки килмен, — тетӗп эпӗ.
— Да я не за тем пришел, — говорю я.
Ытти нимӗҫсем ҫаплах, юхтарса ҫӑвакан ҫумӑр айӗнче ӗнтӗркесе, пакгаузсемпе поезд составӗсем хушшинче каялла та малалла хӗвӗшсе ҫӳренӗ.
Немцы вокруг все так же сновали от пакгаузов к составам и обратно и ежились под потоками дождя.
Влади́мир Миха́йлович Липуно́в (1952, ҫурла, 17 ҫур.) — совет тата раҫҫей ӑсчахĕ, астрофизик, МПУ профессорĕ, физика-математика ӑслӑхĕсен тухтӑрĕ (1991), ҫыравҫӑ-фантаст (псевдонимĕ - Владимир Хлумов).
17 августа 1952, Райчихинск, Амурская область) — советский и российский учёный-астрофизик, профессор МГУ, доктор физико-математических наук (1991), писатель-фантаст (под псевдонимом Владимир Хлумов).
Спартака Сулла ҫавӑнта гладиаторсене вӗрентме янӑ.
Сулла отправил туда Спартака учить гладиаторов.
Ҫавра сӗтеле Юрий Исаев институт директорӗпе академин президенчӗ Евгений Ерагин ертсе пычӗҫ.
Модераторами круглого стола выступили директор института Юрий Исаев и президент академии Евгений Ерагин.
Тен, сӑваплӑ ӗҫе тунӑ чухне эпир ҫавӑн пек ҫынсене тӗл пулнӑ.
Возможно, вам встречались такие люди в проповедническом служении.
Вӑл малалла тӑсӑлать.
Операция продолжается.
Патшалӑх та уншӑн тӑрӑшать.
И государство заботится о нем.
«Адаптер» — ниме тӑман ҫын, ҫӗр ҫӑтман, урӑх ним те мар, тенине пӗлтерет.
«Адаптер» — означает: пустяковый человек, вообче сволочь, и больше ничего.
Вӑл вӗренмен ҫын мӗнле тӗттӗм пурнӑҫпа пурӑннине никам каламасӑрах ӑнланнӑ.
Она по опыту знала, как темно живется тому, кто не учен.
Хирӗҫ никам та нимӗн те чӗнмен.
Никто не ответил.
— Е эсӗ мана паллаймарӑн-и, Билли?
— Разве ты не узнаешь меня, Билли?
Алӑк уҫрӑм та ҫавӑнтах чарӑнса тӑтӑм.
Я распахнула дверь и остановилась на пороге.
— Павел Власов-и? — ыйтрӗ офицер, куҫне хӗссе.
— Павел Власов? — спросил офицер, прищурив глаза.
Экэчо ҫинчен йӑлтах пӗлместпӗр пулас ҫав эпир.
Видно, не всё мы знаем об Экэчо.
Акӑ вӑл иккӗмӗш ретри пукансем урлӑ та каҫса кайрӗ.
Вот он уже перелез через второй ряд кресел.
Вӑл хӗрлӗ чечеклӗ шурӑ пурҫӑн кофта тата шурӑ пурҫӑн йӗм тӑхӑннӑ.
Она была в легкой распахнутой кофте из белого шелка, усыпанного красными цветами, и белых шелковых штанах.
— Атьӑр хӑвӑртрах… — васкатрӗ вӑл ачасене, ҫӗлӗкне аллинче тытнипех алӑк патӗнче чарӑнса тӑрса, — Сана Ваня Колобков вулав ҫуртне пыма чӗнет.
— Идем скорее… — заторопил он, остановившись на пороге с шапкой в руках, — Тебя Ваня Колобков в избу-читальню зовет.
Апатланнӑ хыҫҫӑн пурте васкасах ҫывӑрма выртрӗҫ.
После ужина все рано улеглись спать.
Мӗн ҫине пирӗн шанмалла?
На что нам нужно полагаться?
Якова Тихон калаҫас енчен те, хайне тыткалас енчен те ашшӗнчен «хуҫалларах» пулнӑн туйӑннӑ.
Якову казалось, что Тихон говорит и ведёт себя более «по-хозяйски», чем отец.
Вежня — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Вежня — река в России, протекает в Атяшевском районе Республики Мордовия.
Эпӗ вӗлеретӗп сире, ҫакна лайӑх ас туса юлӑр, эпӗ суйманнине ӗненмешкӗн кайран кая юлатӑр.
Я убью вас, запомните это хорошенько, потом будет поздно убедиться, что я не лгу.
Вӑл мана: кунта нимӗнле тӑван та ҫук, тесе хытарчӗ.
Он мне настрого приказал: никаких родственников.
— Ӳссе ҫитмесӗр ҫук-ха.
— Не раньше чем подрастешь.
Хӑйсем пиллӗкӗшӗ те шлем тӑхӑннӑ, шлемӗсем уйӑх ҫутипе йӑлтӑртатса кӑна пыраҫҫӗ.
Все пятеро в блестящих касках, сверкающих под фонарем.
Ун чухне эсир ирӗклӗ.
Тогда вы свободны.
Ҫав самантра Иисус кӗҫех унӑн этемлӗхшӗн вилмелли ҫинчен шухӑшлани пирки иккӗленмелли те ҫук.
Можно не сомневаться, что Иисус в тот момент думал о том, что вскоре ему придется умереть за все человечество.
…Эпӗ хӗллехи тул ҫутӑличчен нумай мар маларах орудисенчен вӑйлӑ пенӗ сасӑпа вӑранса кайрӑм.
…Незадолго до зимнего рассвета меня разбудила орудийная канонада.
Ҫав трубасене телескопсем теме тытӑннӑ.
Большие зрительные трубы стали называться телескопами.
— Кӑна эпӗ вӗсен сӑмахӗсем тӑрӑх калатӑп, Нагульнов юлташ, тата эпӗ калаҫнӑ чухне шӑпрах ларма ыйтатӑп.
— Я это говорю с их слов, товарищ Нагульнов, и прошу меня не перебивать!
— Утӑ ҫулма тухас пирки ним уҫҫи-хуппи те курӑнмасть.
— Покос начнется что не видно.
— Пӗлместӗп, эсӗ мӗнле те, анчах хӑшӗ-пӗри пуласлӑха туртӑнни вӑл хальхинчен, паянхинчен, хӑпса тасални тесе шухӑшлать.
— Не знаю, как ты, а кое-кто считает, что устремиться в будущее — значит обязательно оторваться от настоящего.
Вӑл Пулмантӑш чӑвашӗсемпе пӗрле ермӗшсе кайрӗ те кӑҫатӑ ҫапма вӗренчӗ.
Сдружившись с чувашами из Пулмандыша, он научился у них валять валенки.
Томас суд саккинчен ҫичӗ ҫул пытанса пурӑннӑ, анчах пӗррехинче ун пуҫӗнче вырӑнти ШӖМе ӗҫе вырнаҫас шухӑш ҫуралнӑ.
Семь лет Томасу удавалось скрываться от правосудия, пока он не решил поработать в МВД.
Хисеплӗ те сумлӑ ҫак вӑйӑ тачӑрах та тачӑрах хӑратать; ирхине, коридорта шпорсен ҫепӗҫ чӑнкӑртатӑвне илтнӗ-илтменех, ҫав ҫеккунтрах, Комон апат ҫиме чарӑнчӗ.
Почтенная игра эта угрожала так плотно, что утром, заслышав на коридоре ласковый перезвон шпор, Комон, не медля секунды, перестал завтракать.
Винокуров Василий Иосифович — (1.01.1915(19.12.1914)-03.07.1979), Совет Союзĕн Паттӑрĕ , , .
Василий Иосифович Винокуров (—3 июля 1979) — старшина Рабоче-крестьянской Красной Армии, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза (1945).
Пӗтем ҫӗршывӗпе янӑрать.
И всей нашей Родиной.