alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
— Вӑрманта партизансене тупайманнипе вӑл фашистсем йышӑннӑ хулана кайнӑ.
— Не найдя в лесу партизан, она проникла в занятый фашистами районный городок.
Юхса тӑракан метала икӗ ҫын пысӑк алтӑр ҫине тултарчӗҫ.
Два заливщика сосредоточенно держали ковш, наполнявшийся металлом.
Оптика () — ҫутӑ тӳррĕн сарӑлни ҫинчен.
Оптика — о прямолинейном распространении света.
Унта пӗр палӑк та пулман.
Там не было ни одного памятника.
Фашистсем историлле хаклӑ япаласене пурне те ҫавӑнтах пӗтернӗ.
Все исторические ценности немцы немедленно уничтожали.
Ҫав купа ҫинчех пӗр мӑнтӑр господинӑн ҫурӑк портречӗ выртать, сарлака та шурӑ ҫамки урлӑ чернил ҫине чикнӗ пӳрнепе илемсӗр сӑмах чаркалантарса ҫырса хунӑ.
Тут же в общей куче валялся надорванный портрет полного господина, поперек пышного белого лба которого пальцем, обмакнутым в чернила, было коряво выведено неприличное слово.
Амӑшӗ пуҫне майӗпен пӑркаласа тӑрать.
Мать потихоньку качала головой.
Ирӗксӗрех каялла таврӑнма лекет хӗрӗн, чирлӗ амӑшӗпе пӗчӗк шӑллӗ-йӑмӑкӗсене пӑхмалла-ҫке-ха унӑн.
Пришлось старшей дочери домой ворочаться, за хворой матерью и ребятишками ходить.
— Мӗн шуйтанне кирлӗ эпир вӗсене?
— На черта мы им нужны?
Ҫанталӑк уяртрӗ пулас.
Небо прояснилось, кажется.
Юсавҫӑсен ӗҫне Михаил Крючков механик хак парать.
Работу ремонтников оценивает механик Михаил Крючков.
Сарӑ ҫӳҫлӗ ҫӳллӗ Лаура Мульдвей ачанни пек пичӗпе, таса, суясӑр кӑвак куҫӗсемпе, ҫӳхе ҫинҫе кӗлеткин пиҫӗлӗхӗпе ҫил ҫинче вӑркӑшакан хӑйӑва аса илтерет.
Высокая белокурая Лаура Мульдвей, с детским лицом и чистосердечными синими глазами, гибкостью тонкой фигуры напоминала колеблющуюся от ветерка ленту.
Том ӑна чуптуса илнӗ, ҫавӑн чухне ӑна хӑйне такам пыртан пӑвса лартнӑ пекех пулнӑ.
Том поцеловал Бекки, чувствуя, что клубок подкатывает у него к горлу.
— Анчах, калӑр-ха пире, Ромашов подпоручик… ҫак усал та хурлӑ историччен эсир Николаев поручик кил-йышӗнче пулкаламан-и?
Но скажите нам, подпоручик Ромашов… вы до этой злополучной и прискорбной истории не бывали в доме поручика Николаева?
Павка каласа пӗтерме те ӗлкӗреймен, — пуп ӑна, икӗ хӑлхинчен ҫавӑрса тытса, пуҫӗпе стена ҫумне шанлаттара пуҫланӑ.
Не успел Павка и пикнуть, как поп схватил его за оба уха и начал долбить головой об стенку.
А ну, ан-ха кунта!
А ну слазь!
Мана тӗлӗнтермест: эпӗ плебей вӗт, арӑм пек паллӑ йӑхсенчен мар, homo novus…
Впрочем, мне не в диво: я ведь плебей, homo novus — не из столбовых, не то, что моя благоверная…
Пӗччен, хам пӗччен пытарса килетӗп.
Один, сам один схороню…
Сана эп «юратмастӑн» тесен, эсӗ ҫапла шухӑшларӑн, ӑна эп сан питӗнте куртӑм.
И еще ты подумал: тебя не только я, а все не любят. Верно, верно подумал…
Секретарь кабинечӗ умӗнче комсомола кӗрес текенсем нумаййӑн тӑнӑ.
Вступавших в тот вечер было много.
Килкартинче сирена ҫухӑрса ячӗ Рогов хыпӑнса ӳкрӗ.
В дворе завыла сирена, Рогов забеспокоился.
Унӑн, амӑшӗн, пысӑк чӗринче хамӑр ҫынсем валли ӑшӑ вырӑн нумай-ха!
Много еще места для своих людей в ее большом материнском сердце!
Сергей ашшӗ вӗсене кӗскен кӑна хӑйсем ҫак колхозра юласси ҫинчен, кунта транспорт енчен ӗҫ япӑх пӳлни, тырӑ вӑйлӑ пулни тата ӑна ыранах государствӑна леҫме тытӑнасси ҫинчен каласа пачӗ.
Отец наскоро объяснил, что вся их колонна остается в здешнем колхозе, что тут плохо с транспортом, а урожай гигантский, и завтра начнут сдавать первый хлеб.
Гришатка та таврӑннӑ.
И Гришатка вернулся.
Июнь вӗҫӗнче, вӑрҫӑ пуҫлансан, тетӗшӗ ҫыру ярса ӑна Ленинграда чӗнсе илнӗ, вара вӑл ун патӗнче ҫырӑнмасӑрах пурӑннӑ.
В конце июня, когда началась война, дядя письмом вызвал племянника в Ленинград, и тот жил у него без прописки.
Кун пирки Раҫҫей УМВД Шупашкарти уйрӑмӗ пӗлтерет.
Об этом сообщает УМВД России по Чебоксарам.
Пытарнӑ мул пирки калаҫнӑ чухне кӑсӑклантарса, хӗртсе яракан пин-пин сӗнӳ кӑларса тӑратать, укҫа тупсан мӗн-мӗн туянассине, мӗнле-мӗнле киленессине сӑнарласа кӑтартать.
В разговорах о кладе он приводил тысячи азартных, тонких предположений, рассуждал о предстоящих покупках и удовольствиях.
Саламандрӑсӑр пуҫне, кун пек ҫутӑра никамӑн куҫӗ те лайӑх курма пултарайман пулӗ.
Вряд ли кто-нибудь, кроме саламандры, мог видеть при этом освещении.
— Чиперех-и? — кӑшкӑрчӗ Петя.
— Нормально? — кричал Петя.
Ҫумӑр пӗлӗчӗсем ҫӗре ҫити аннине кӑҫал курман Янтул, тӳррине тӳрех калас пулать.
Как не встречал и всяких дряней вроде нечистой силы, чертей, эсрелей, арзюри.
Иккĕмĕш тĕнче вӑрҫи вӑхӑтĕнче Росселлини аптӑрава лекнĕ.
Во время Второй мировой войны Росселлини находился в сложном положении.
Сасартӑк вӑл ывӑлӗ макӑрса пӗтнине асӑрхарӗ.
Вдруг она заметила, что сын перестал плакать.
— Сирӗн ят… аҫу ячӗ… хушаматӑр… авланнӑ-и… ачасем пур-и… миҫе ҫулта… мӗнле тӗнпе пурӑнатӑр… хӑш нацирен..!
— Ваше… имя… отчество… фамилия… женат… холост… есть ли дети… возраст… вероисповедание… национальность…
Тропикра хӑвӑрт ҫутӑлать.
В тропиках светает быстро.
Хӑш-пӗр операцисем тума кайнӑ чух ҫапӑҫма та тивнӗ.
Выполнение операций не всегда обходилось без вооруженных столкновений.
хӑлхи патӗнчех такам ачашшӑн нӑйкӑшма тытӑнчӗ.
И под ухом кто-то ласково заскулил.
Учительски кантӑкӗ витӗр курӑнакан тӳпе астарса чӗнет.
Небо манило его через окно учительской.
Ҫӗр лайӑх мар иртрӗ.
Ночь была нехороша.
Куҫа-куҫӑн унпа тӗл пулсан, вӑл мана ҫакӑн пек каласшӑн пулни палӑрчӗ:
Встречаясь с ним глазами, я теперь читал в его взгляде что-то вроде упрямого вызова:
Савтепи пӗр утӑм каялла чакрӗ.
— Ты зачем повесил пустой мешок за спину? Ты же не нищий, чтобы бродить по свету.
Сӗм тӗттӗм тӳпере тӑрна картисем, йынӑшса, таҫта чӗнсе, шуҫӑм киличченех шавларӗҫ, тенкел ҫинче пӗкӗрелнӗ Ҫӑрттан мучи шуҫӑм киличченех куҫ хупмасӑр, ассӑн сывласа, сӑх-сӑхса, макӑрса ларчӗ…
А в непроглядно-темном небе до зари звучали стонущие и куда-то зовущие голоса журавлиных стай, и до зари, не смыкая глаз, сидел на скамеечке сгорбившийся дед Щукарь, вздыхал, крестился и плакал…
Юрӗ, ытла шавламӑпӑр, ыранах сапласа хуратӑп.
Ладно, не шуми, завтра же залатаю.
Кусем — ирхине Таня пристаньре курнӑ арҫын ачасем пулчӗҫ.
Это были те самые мальчики, которых Таня встретила на пристани утром.
Сергей хӑй айӗнче шултра гравий шӑтӑртатнине илтрӗ, чӗркуҫҫисем каснӑ пек ыратнине туйрӗ.
Он слышал, как заскрежетал под ним крупный гравий, и почувствовал острую боль в коленях.
Пӑравус пек пулса: чаш-чаш! ту-ту! — тесе кӑшкӑрма та юрать.
Погудеть и пошипеть, изображая паровоз.
— Каллех «Лакомкӑна» мар пуль те?
— Опять в «Лакомку»?
Пӳртсем ҫӗр ҫумне лӑпчӑнса выртнӑ пек курӑнчӗҫ.
Хаты притаились, будто присели в земле.
1. Валаам Валака каланӑ: ман валли ҫакӑнта ҫичӗ парне вырӑнӗ ту, ман валли ҫакӑнта ҫичӗ пӑрупа ҫичӗ така хатӗрле, тенӗ.
1. И сказал Валаам Валаку: построй мне здесь семь жертвенников и приготовь мне семь тельцов и семь овнов.
Мӗнле хыпарпа савӑнтарчӗ те!
Вестью какой порадовал!
Анчах Наташа тетӗшӗ ҫумне тарӑхсах ҫулӑхма пуҫларӗ, ӑна хӑй пирки халех тӗплӗнрех шухӑшлама хушрӗ: «Ҫемьене намӑс тӑвас марччӗ», — терӗ.
Но Наташа не думала отступать, она с еще большей энергией приступила к нему, требуя чтобы дядя одумался, пока не поздно, не позорил семью.
Турӑ Сӑмахне, Библие, вулӑр, тӗпчӗр тата мӗн вулани ҫинчен шухӑшлӑр. Иеговӑна яланах кӗлтӑвӑр тата уншӑн тӑрӑшса ӗҫлӗр.
Тщательно исследуя Божье Слово, пребывая в молитве, а также активно занимаясь духовными делами, мы показываем, что полагаемся на Иегову.
Пур ҫӗрте те пӗр-пӗринчен уйрӑлса тӑракан мӗлкесем тӑсӑлса выртаҫҫӗ…
Всюду легли глубокие контрастные тени…
— Ну, юрӗ, юрӗ! — кулса ячӗ Валя.
— Ну, хорошо, хорошо! — засмеялась Валя.
— Ларӑр, чей ӗҫӗпӗр.
— Садитесь, будем чай пить.
— Остряковецсем ӗҫе тытӑннӑ.
— Остряковцы начали действовать.
Малтанхи хут ҫӗр ҫине тухни
Первая вылазка
Эпӗр йӗркерен тухнӑ ҫынсем-и?
Может, мы никудышные люди?
Хӗрӗсем — Нямаҫ йӑмӑкӗсем — Эскаппа Кӗмӗлпи.
Дочери — младшие сестры Нямася — Эскап и Кемельби.
Ҫакӑн хыҫҫӑн пӑрахут тӗттӗмлӗх ӑшне путрӗ.
Вокруг парохода сразу стало темно.
Соломин малалла утнӑ, анчах ӑна кашни хирӗҫ пулакан ҫын ун ҫине шанмасӑр пӑхнӑн туйӑннӑ.
Соломин шёл, и ему казалось, что каждый встречный с подозрением смотрит на него.
— Сан ӗҫсем мӗнле? — ун хӑмӑр куҫӗсем кулса илчӗҫ.
— Ну, а как твои дела? — его карие глаза улыбнулись.
Тырӑсем пиҫе пуҫласан, комсомол райкомӗнче ачасем валли ҫӗнӗ ӗҫ тупса пачӗҫ.
Когда хлеб стал созревать, в райкоме комсомола для мальчишек придумали новое занятие.
— Час кӑлармалла-и ӑна?
— Скоро опять выпустят?
Инкекӗ вара акӑ мӗнре: нумай пулмасть Семёнов Павел Губарев сӑн ӳкерчӗкне «Вырӑс наци пӗрлӗхӗ» пӗрлешӗвӗнчен хӑйӗн элӗ ҫине куҫарнӑ.
Дело в том, что некоторое время назад Семенов перепостил на своей странице «Вконтакте» фото Павла Губарева в форме Русского национального единства.
Унран никам та пытанма шутламасть.
Никто и не думал прятаться от него.
18. Манран пӗчӗк ачасем те йӗрӗнеҫҫӗ:эпӗ ура ҫине тӑнӑ чухне манран мӑшкӑлласа кулаҫҫӗ.
18. Даже малые дети презирают меня: поднимаюсь, и они издеваются надо мною.
— Ну, мӗн тӑвасшӑн эсир?
— Ну, что вы хотите?
Унтан та ытла, вӗсем Турӑ Патшалӑхӗ ҫинчен пӗлтерекенсене тата свидетельство паракансене мӑшкӑл тӑваҫҫӗ.
Более того, они уничижительно отзываются о тех, кто старается проповедовать и нести свидетельство о Царстве.
Прошин крыльца хӗррине пырса тӑчӗ.
Прошин шагнул к самому краю крыльцовой площадки.
Беридзе ҫул ҫинче мӗн-мӗн пулса иртни ҫинчен каласа кӑтартрӗ.
Беридзе рассказал о происшествиях в пути.
Кибитка тавра кӗрт купаланса пырать.
Около кибитки подымался сугроб.
Вӗсем панулми таса пултӑр тесе пӑхаҫҫӗ иккен.
Смотрели, чтобы пятнышка не было.
Халӑха ахалех пӗтерӗпӗр.
Побьем зря народ.
Алтӑр ҫӑлтӑр
Большая Медведица
— Пӗтӗмпех йӗркеллӗ пулать!
— Все будет хорошо!
Мана идейӑллӑх кирлӗ!
Мне идейность нужна!
— Манӑн ав хӑйне мӑн ҫын пекех туйма пуҫларӗ…
— Мой так уж совсем взрослым себя почуял…
Хулара Лезгински театрĕ тата краеведени музейĕ пур.
Государственный Лезгинский музыкально-драматический театр имени Сулеймана Стальского.
Анчах манахсен пуҫлӑхӗ, Оливар, аллине ҫӗклене те каланӑ:
Но глава ордена, отец Оливар, поднял руку и сказал:
Ӗлӗк ӑна, ҫӗр аллӑ ҫул каялла, йывӑҫ улми тенӗ принциппа, ҫапла уйрӑммӑн ӑнланнӑ: ҫӗрулми тенӗ.
Русские крестьяне пошли дальше — прозвали картошку чертовым яблоком.
Вӗсен аслашшӗн ашшӗне Воронежри ҫар пуҫлӑхӗ (воевода) ҫак пӑлхав шухӑшлӑ станицӑна кӑларса янӑ чух уйрӑм грамота (хут) ҫырса панӑ пулнӑ.
Прадеда воронежский воевода жаловал грамотой, посылая в бунтовскую станицу.
Тухтар хӑй куляннине никама та питех кӑтартасшӑн марччӗ.
Тухтар сдерживался изо всех сил, чтобы не выказать своего горя.
Хумсем ҫинче татах темиҫе сехет тытӑнса тӑма пултарать-ха бриг.
Бриг мог продержаться на поверхности волн ещё несколько часов.
Ҫирӗп те хытӑ тытакан командир, хӑй питӗ аван ҫын, теҫҫӗ ӑна.
Командир, говорят, стойкий, строгий и душа-человек.
Тин ҫеҫ шампань эрехӗ пекчӗ, халӗ акӑ — тунсӑхлӑн чӗнмест.
Была как шампанское, и вот — грустно молчит.
— Ҫулла кунта электричествӑпа усӑ кураҫҫӗ, — терӗ Батманов.
— Летом здесь пользуются электричеством, — рассказывал Батманов.
Палатка хыҫӗнче хыпаланса уткаланисем тата сасӑсем илтӗнкелеҫҫӗ.
За палаткой слышались шаги и голоса.
Каҫсерен ҫывӑхри ту вӑрӑммӑн кӗмсӗртетсе кӗрлет, стариксем сӑнанӑ тӑрӑх — сивӗтессе имӗш, анчах, тӗрессипе илсен, таччӑнах ӑшӑ ҫанталӑк ҫывхарса ҫитрӗ.
Вечерами глухо гудела гора, по стариковским приметам — к морозу, а на самом деле — вплотную подходила оттепель.
— Хаклӑ кадрсене парти пурпӗрех сапаламасть! — кӑшкӑрчӗ Аникей чӑтаймасӑр.
— Партия все равно не будет разбрасываться ценными кадрами! — уже не сдерживаясь, кричал Аникей.
Пуҫ тӗлӗнчех резина шланг сулланать, ун ҫинче хулкка мӗлки чӗтресе тӑрать.
Резиновый шланг болтается прямо над головой, и дрожит над ним тень поплавка.
Монастырь хыҫӗнче — ҫаран, ҫил вӗрнипе вӑл тинӗс пекех хӑйӗн тӗсне улӑштарать, пӗрре ем-ешӗл, тепре сарӑ сӑнлӑ пулать.
за монастырем — луга, то светло-зеленые, то желтые, под ветром менявшие цвета, как море.
— Эпӗ яланах пирӗн Го председатель…
— Я всегда говорил, что наш председатель Го…
11. Ыттисене хӑйӗн шӑллӗне Авессана шанса панӑ, кусем аммонсене хирӗҫ йӗркеленсе тӑнӑ.
11. А остальную часть народа поручил Авессе, брату своему, чтоб они выстроились против Аммонитян.
«Хут татӑкӗ ҫырса пар…»
«Черкни писульку»…
— Хапӑл тусах йышӑнатпӑр, тахҫан кӗтнӗ кавалер.
— Милости просим, кавалер долгожданный.
— Ҫапла, эпӗ! — терӗ кучер, кӑштах шикленсе.
— Да, я! — говорил кучер, несколько струсив.
Хам ӑшра шутласа выртатӑп вара: «Пирӗнтен хӑшӗ ухмахраххи паллӑ мар-ха — шӑлне шатӑртаттараканни-и е сӑпкари макӑрман ача пек шӑппӑн та лӑпкӑн ҫывӑраканни-и».
Лежу и думаю про себя: «Это ишо неизвестно, кто из нас дурее — кто зубами скрипит или кто спит тихочко и спокойночко, как смирное дите в люльке».
— Ҫапла кирлӗ те, Дмитрий Сергеич, атту, пурлӑх иличчен кӗтсе тӑрсан, каччӑсем аптратса ҫитерме пултараҫҫӗ.
— Так и следует, Дмитрий Сергеич, покуда еще не получила наследства, а то ведь от женихов отбою не будет.
Тепри ҫӗҫӗпе тем касса илет те, ӑна якаткаласа, йӑлтӑртатса тӑракан чӑмӑрккасем тӑвать, ҫав чӑмӑрккасем ун умӗнче купипех йӑлтӑртатаҫҫӗ…
Другой обрезал и разглаживал ножом какие-то блестящие шарики, которые кучей лежали перед ним…
— Э, мистер Бертон! — тесе кӑшкӑрса ячӗ ректор.
— А, мистер Бертон! — воскликнул ректор.
Анчах ҫавӑн пек тӳрӗ ҫын пулма шутлани манӑн кӑмӑла каймасть.
Но мне такая честность не по душе.
— Кӳренетӗп, — тет вӑл юлашкинчен.
— Обидно, — говорит он наконец.
Асанне мана тутӑрпа пӗркерӗ.
Бабушка закрыла меня платком.
— Сирӗн ӗҫ, Ваҫили Андрейч; каймалла пулсан — кайӑпӑр, — тенӗ Миките, хӑйне валли тултарса панӑ чей стаканне тытса.
— Дело ваше, Василий Андреич; ехать так ехать, — сказал Никита, принимая подаваемый ему стакан чаю.
Анне, ыран, эпӗ шкула кайсан, эсӗ те ку кӗнекене вула…
Завтра, когда я пойду в школу, почитай и ты эту книгу…
Гукер мисс каларӗ, унӑн куккӑшӗ Хорнбэк…
Мисс Гукер мне сказала, что ее дядя Хорнбэк…
«Сад пулас унта».
«Должно быть, там сад».
мӑй тӑрӑшшĕ мӑй тарӑн та
по шею то по шею
Серьга Хахайпа Костьӑна нихӑшӗ те асӑрхамарӗ, пӗр сарлака питлӗ йӗкӗт кӑна, Хахая лайӑх паллаканскер пулас, ӑна алӑкран кӗнӗ-кӗменех хулпуҫҫийӗнчен ярса тытрӗ.
Никто не обратил внимания на Серьгу Хахая и Костю, только широколицый парень, видимо хорошо знавший Хахая, схватил его за плечи, не успел тот войти.
Унӑн пичӗ шурса кайнӑ, тутисем чӗтреҫҫӗ.
Лицо его было бледно, губы дрожали.
Левант сӑмаха «Малти Ази, хӗвелтухӑҫ Вӑтаҫӗр тинӗс тата ҫурҫӗр-хӗвелтухӑҫ Африка хушшинчи хӗреслӗҫулӗ» пек каласа ӑнлантарнӑ.
Левант описывали как «перекрёсток между Передней Азией, восточным Средиземноморьем и северо-восточной Африкой».
Ҫивӗч ӑс-тӑнне упраса хӑварнӑскер, мӑнукӗсемпе кӗнекесен геройӗсем тата политика событийӗсем ҫинчен дискусси пуҫлать.
Сохранившая свой ум, начинает дискуссию о внуках, героях книг и политических событиях.
Генка ҫирӗппӗн те татӑклӑн ҫапла пӗлтерет:
Четко, по-военному, Генка отрапортовал:
Курса ҫӳренисене, пӗтӗм илемлӗхсене вӑл асра тытнӑ, унта та ҫакӑн пек ҫынсемех пурӑннине, вӗсем ҫавна-ҫавна тунине вӑл пӗлнӗ.
Отныне картина жила в памяти полная красок и звучаний, отныне он знал — там-то живут такие-то люди, они делают то-то.
Скумин В. А. Психическое и соматическое в структуре кардиопротезного психопатологического синдрома.
По данным В. А. Скумина развитию синдрома способствуют психотравмирующий характер кардиохирургической ситуации в предоперационный период и состояние психологической дестабилизации после имплантации.
The Castle in England and Wales: An Interpretative History (англ.).
Images of the castles of Edward I in Wales
Пӑван кӑшт тайӑлчӗ, анчах ӳкмерӗ.
Овод слегка пошатнулся, но не упал.
Сергей ытлашши юратса каякан ҫын, пӗр-пӗр хӗр кӑмӑлне кайсан, вӑл ун хыҫҫӑн вута та сикме хатӗр; Ҫемен ун пек ӗҫсем ҫине асӑрханса пӑхнӑ, «ҫичӗ хут виҫ те пӗрре кас» текен ватӑ ҫынсен сӑмахне асра тытнӑ.
Сергей легко увлекался, и если девушка ему понравится, то он готов идти за ней хоть в огонь; Семен же в сердечных делах был осторожен и всегда придерживался известного правила: семь раз отмерь — один раз отрежь.
— Кӑмӑла кайрӗ, эппин, ӑна унта…
— Понравилось ему, однако…
Нимӗҫсенчен нумайӑшӗ нӗрне ҫухатнӑ, ырханланса кайнӑ.
У многих немцев был затасканный, захудалый вид.
Гарикпе пулсан лайӑхрахчӗ-ха…
Конечно, с Гариком бы лучше…
«Ҫӗнӗ ҫул ӗлкине хутшӑнас текеннисен ёлка валли хитре япаласем кӳрсе памалла.
«От желающих участвовать в новогодней елке требуются елочные украшения.
— Ӑҫтан килсе кӗчӗ вӑл сан пуҫна? — тӗлӗнчӗ Ҫемен.
— Что это пришло тебе в голову? — удивился Семен.
Ҫул вӗҫӗ-хӗррисӗр сӳтӗлет, тунсӑхпа тертлентерет, ыйхӑ килтерет.
Дорога разматывалась нескончаемо, угнетала скукой, клонила в сон.
Кириллов Тарас Киррилович (1880, нарӑс, 12, Ҫеҫмер ялĕ, Чӑваш Сурӑм вулӑсĕ, Етĕрне уесĕ, , — 1921, Лысая Гора ялĕ, Лысково уесĕ, Чулхула облаҫĕ) — чӑваш сӑвӑҫи, тӑлмачĕ.
Сесмеры, Казанская губерния — 16 ноября 1921, д. Лысая Гора, Нижегородская губерния) — чувашский поэт, публицист, переводчик.
мĕн хавалпа таврӑннӑ вӑл унтан?
с каким настроением он вернулся оттуда?
Тимлӗрех пулӑр!
Будьте внимательны!
Пирӗн салтаксемпе танксем тӑшмана Барсушня ҫинчен хӑваласа янӑ хыҫҫӑн, Лена аран-аран икӗ йывӑр аманнӑ салтака илсе тухрӗ.
С большим трудом, со слезами удалось Лене вывезти двух тяжелораненых с Барсушни, когда наши пехотинцы и танкисты сбросили оттуда противника.
— Халь мӗн тумалла ӗнтӗ? — тесе ыйтрӗ Стёпка хуллен.
— Что теперь делать? — тихо спросил Степка.
Каҫхи апат вӑхӑтӗнче икӗ курка чей ӗҫрӗн, эпӗ ак…
Две кружки чаю за ужином выпила, а я…
«Му-у… Му-у…» — мӗкӗрчӗ хӗрлӗ пӑру, ура ҫине тӑма хӑтланнӑ май шурӑ ҫӑлтӑрлӑ пуҫне ҫӗклесе.
«Му-у… Му-у…» — пытаясь встать, мычал рыжий теленок, вытягивая голову с белой звездочкой на лбу.
Тухтар ҫӗнӗ шкап та туса пӗтернӗ иккен.
Тухтар, оказывается, смастерил новый шкаф.
Суднона вӑтӑр ҫиччӗмӗш параллель ҫинчен пит аякка илсе кайнӑ-ши вӑл?
Как далеко она отнесла судно от тридцать седьмой параллели?
Палачсенчен иккӗшӗ, хӑйсем начальника парӑнса ӗҫленине кӑтартасшӑн пулса, арестленӗ ҫын ҫине сиксе ӳкме тӑнӑччӗ ҫеҫ, анчах следователь вӗсене кӑштах тӑхтама паллӑ пачӗ.
— Вы ищете «товарища Ваню»? — сказал он, с презрением глядя на палачей.
Алӑкпа стена хушшинче юн кӳлленчӗкӗнче марсиан выртать.
По ту сторону двери лежал у стены в луже крови — марсианин.
Эп Савтеписем патне хӑнана пырсан мана вӑл астуса та юлман, — терӗ хӗр ҫӳҫенсе илсе.
Да он, поди, меня и тогда-то не запомнил, когда я в вашей деревне у Савдеби гостила, — сказала девушка, зябко поежившись.
Юханшыв Аган юханшывӑн сулахай ҫыранĕпе вӑрринчен 97 км юхса кĕрет.
Устье реки находится в 97 км по левому берегу реки Аган.
Икӗ кун хушши вӑрмансем тӑрӑх сӗтӗрӗнсе ҫӳренӗ хыҫҫӑн, тӗтреллӗ инҫетелле каякан рельса ҫулне, семафора тата чугун ҫул стрелкин хура путмарне те курма кӑмӑллӑ пулнӑ.
Приятно было поcлe двухдневных скитаний по лесам увидеть уходящий в туманную даль рельсовый путь, семафор, черное колено железнодорожной стрелки.
Касицкий хӗрхенсех йыттине вӗҫтерсе ячӗ.
Касицкий с сожалением выпустил собаку.
Орлов А.М. Нижегородские татары: этнические корни и исторические судьбы Н.Нов.
Нижегородский край в истории татар-мишарей
Анчах эсӗ темшӗн ытла та пӗчӗк, ачам.
Только что-то ты больно мал, парень.
Мана черет ҫитрӗ.
Наступает мой черед.
Карапа пирӗн ҫурт ҫӳллӗш хумсем пыра-пыра ҫапаҫҫӗ.
Волны с наш дом обрушиваются на корабль.
Сасӑсем уҫланкӑран пӗри — хуппӑн чӗтренсе, тепри — хаяррӑн та уҫҫӑн илтӗнеҫҫӗ, иккӗшӗ те хӗрарӑм сасси.
Голоса доносились с поляны, один — глухой и дрожащий, другой — открытый и грубый, оба голоса женские.
Ҫапла ӗнтӗ, Элексантӑр «атте» турра юрӑхлӑ ӗҫ тӑвать: икӗ ҫапкаланчӑка ӗҫе вырнаҫтарать, мӗскӗн сыснасене асапран ҫӑлать.
Еще раз протянув свое «ага-а», он расплылся в широкой улыбке.
Ту тӑрринче — юланут, ҫеҫенхирте пурӑнакан хаяр ҫын, шлем тата кольчуга тӑхӑннӑскер.
На самой вершине — всадник, суровый степной житель в шлеме и кольчуге.
Унта иккӗмӗш кун ӗнтӗ машина кӗтсе тӑнӑ, ун ҫинче Коля Струтинскипе Кузнецов ларнӑ.
Там уже второй день дежурила машина, в которой находились Коля Струтинский и Кузнецов.
Ҫак вӑхӑтра вара ыткӑнса юхакан Катунь шывӗ хӗррине ватӑ-ватӑ старик тухать, хӑйӗн яланхи вырӑнне, армак-чармак тунката ҫине, пырса ларать — анакан хӗвеле тимлеме пуҫлать.
И тогда на берег стремительной реки Катуни выходил древний старик, садился всегда на одно место — у коряги — и смотрел на солнце.
Ҫӑлкуҫӗнче шыв тӑп-тулли, куҫҫуль пек тӑрӑ, сивӗ ту шывӗ…
Ключик был полон воды, студеной, светлой, как слеза, горной воды…
Вӑл хӑраса ӳкмерӗ:
Он не испугался:
Грубский юлташ тиркет ҫеҫ, анчах хӑй нимӗн те сӗнесшӗн мар.
Товарищ Грубский только осуждает, сам же ничего предложить не хочет.
Мӗнле арҫын ача?
Какой мальчик?
Ун ҫинче пӗр ҫунса пӗтмен ҫурта татӑкӗ кӑнтса тӑрать.
А на полочке торчал небольшой огарок.
Залкинд хытӑ пукан ҫинчен диван ҫине куҫса ларчӗ.
Залкинд перебрался с жесткого стула на тахту.
Украинӑн облаҫĕн центрĕсем
Областные центры Украины
Хӗрарӑм ассӑн сывласа ячӗ те илӗртӳллӗн Хуа ҫине пӑхрӗ.
Сказала она со вздохом и бросила на Хуа лукавый взгляд.
Америка офицерӗсенчен пӗри, пысӑк та шатра питлӗскер, тытса хупнисенчен тӑрӑхласа кулать:
Один из переводчиков-офицеров, здоровенный рябой парень, с наглой улыбкой говорил арестованным:
Лексен, ан кала, ҫӗртен тупрӑм те, пӗлместӗп те.
А если поймаешься, молчи и отвечай, что нашел на улице и ничего не знаешь.
Лавсем йывӑҫ хушшипе ҫулсӑр-мӗнсӗр шалалла кӗрсе каяҫҫӗ.
За ним, объезжая деревья, двинулись подводы.
— Эпӗ вӑрҫӑ ҫинчен е геройсем ҫинчен калакан ҫакӑн пек юрӑсене юрлама юрататӑп.
— Я люблю такие песни, чтобы про войну и про героев.
Паллах, эсир ӑна хӑваласа кӑларса янӑ.
Конечно, вы ее выгнали.
Ҫак самантра ӑна ҫапӑҫу валли хӑй питӗ начар позици суйласа илнӗ пек туйӑнчӗ.
В эту минуту ему показалось, что их позиция непригодна для боя.
Тӗрӗссипе, калаҫса тӑрать-и вӑл манпа!
В самом деле, станет он говорить со мной!
Робинзон хир качакисене алла вӗрентет
Робинзон приручает диких коз
Сурчӑкне хӑвӑрт-хӑвӑрт ҫӑтрӗ, ҫапах та пырӗ тӗпӗнче темӗн, анаймасӑр, капланнӑҫемӗн капланчӗ, хӑй вӑл кутӑн ҫаврӑнса ларчӗ.
Он судорожно сглатывал сковавший горло ком и не мог его протолкнуть ни вовнутрь, ни наружу, чтобы не выказать слез, он отвернулся от дочери к стене.
Йытӑ пӳртелле вирхӗннӗ те часах темскер ҫӗклесе тухнӑ.
Собака побежала в дом и скоро выбежала с чем-то в зубах.
Алвиша илес пулсан вара, турккӑсен карнавал тумтирӗ пек тумтир тӑхӑннӑскер, вӑл хӑйӗн юратмӑшӗ пекех нӗрсӗр курӑнмасть.
Что касается Алвиша, то он в своей одежде, похожей на карнавальный турецкий наряд, выглядел, пожалуй, не так отвратительно, как его наперсник.
Шалов пӗшкӗнчӗ те, шӑнса хытнӑ тӑпра катӑкне илсе, ӑна масар шӑтӑкне пӑрахрӗ.
Шалов наклонился, взял комок смерзшейся земли и бросил в могилу.
— Эхе, ҫапӑҫу иккӗмӗш яруса куҫнӑ пулас, — пӑшӑрханса каларӗ Любкин.
— Эге, кажется, дело-то на второй ярус уже переехало, — встревоженно проговорил Любкин.
Ковалев чухласа илчӗ, сӗтел ҫинчи хӗрлӗ ассигнацие надзирателе тыттарчӗ, лешӗ урисене шаплаттарса пуҫ тайрӗ те алӑкран тухса кайрӗ; ҫав минутрах Ковалев ун сассине урамран илтрӗ ӗнтӗ, унта вӑл хӑйӗн урапипе тӳрех бульвара кӗрсе кайнӑ ухмах мужике хӑлха чикки тыттарса та ячӗ.
Ковалев догадался и, схватив со стола красную ассигнацию, сунул в руки надзирателю, который, расшаркавшись, вышел за дверь, и в ту же почти минуту Ковалев слышал уже голос его на улице, где он увещевал по зубам одного глупого мужика, наехавшего со своею телегою как раз на бульвар.
— Ҫапла, сэр, — терӗ ӑна лешӗ, — хӑш-пӗр кӑтартусем ҫинче чаваланса пӑхнӑ хыҫҫӑн, эпир ҫак катастрофӑна преступникӑн ӗҫӗ тесе шутларӑмӑр.
— Да, сэр, — ответил тот, — произведённое расследование внушило нам уверенность, что эта катастрофа — следствие преступления.
Ҫапах эсӗ итле мана!
Но ты послушай меня.
— Шырама ан чарӑнӑр, Комаров, эп часах килетӗп…
— Продолжайте поиск, Комаров, я скоро вернусь…
йенчĕк ӑшне; йенчĕке
в кошелек
Акӑ ӗнтӗ Фома, хыҫалалла туртса ҫыхнӑ алӑллӑскер, вараланчӑк савӑт-сапасемпе, ӗҫкӗ-ҫикӗ юлашкийӗсемпе тиенӗ сӗтел хушшинче пӗчченех ларса юлнӑ.
И вот Фома остался один со связанными за спиной руками пред столом, покрытым грязной посудой и разными остатками пира.
— Халӗ эпӗ сире тата ытларах хисеплетӗп, — терӗ Таулис, — Тенброкшӑн ан пӑшӑрханӑр.
— Теперь я еще более уважаю вас, — сказал Таулис, — а о Тенброке не беспокоитесь.
Кӗрешетӗр, ыратӑвупа савӑнӑҫа пӗр-пӗринпе пайлатӑр, шанатӑр.
Боретесь, разделяете боль, радость, надеетесь.
Кӗҫӗн Тӑван, Кача-папак, йӑлтах урӑхла ӑс тытнӑ.
Брат Мизинчик решил поступить совсем по-иному.
— Хӗрачи пысӑк-и?
— А велика ли девчонка?