alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Пискарев ун умӗнче пӗр хускалмасӑр тӑчӗ, вӑл унчченхи пекех пурин ҫинчен те манса каяс патнех ҫитнӗччӗ ӗнтӗ, анчах пике нумай вӑхӑт хушши чӗнмесӗр тӑни ӑна йӑлӑхтарса ҫитерчӗ; хӗр тӳрех куҫран пӑхса йӑл кулчӗ, анчах ку кулӑ сӗмсӗр ҫын кулли пекех тухрӗ: взятка илекен ҫын турра кӗлтуни е поэт бухгалтер кӗнекине вулани пекех вӑл хӗре пӗрре те килӗшмерӗ.
Он неподвижно стоял перед нею и уже готов был так же простодушно позабыться, как позабылся прежде, но красавица наскучила таким долгим молчанием и значительно улыбнулась, глядя ему прямо в глаза; но эта улыбка была исполнена какой-то жалкой наглости; она так была странна и так же шла к ее лицу, как идет выражение набожности роже взяточника или бухгалтерская книга поэту.
— Теори тӗлӗшпе, капитан юлташ.
— Теоретически, товарищ капитан.
Виҫӗ хутчен хам аллӑмсемпе тытса туппа сирӗн ҫине тӗллерӗм.
Я сам, собственной рукой трижды наводил на вас пушку.
Тӑман витӗр хура танк тухса чарӑнса тӑчӗ.
Танк черной глыбой разорвал белую пелену и остановился.
Паллах, эпӗ хам Антон Семенович каланӑ пекех тӑвассине пӗлнӗ: вӑл калать пулсан — ҫавӑн пек тума кирлӗ эппин.
Конечно, я знал, что сделаю так, как скажет Антон Семенович: раз он скажет, значит, нужно.
Аттем, ӗҫченӗм манӑн, мӗн тери пӗчченҫӗ эсӗ!
Как ты одинок, папа, труженик мой!
ӑмӑрту хĕмленсе пырать
соревнование разгорается все сильнее
— Эсӗ мӗнле шутлатӑн, Чумаченко?
— Как думаешь, Чумаченко?
Урок пуҫланиччен тепӗр ҫур сехет.
— До урока еще полчаса.
— Пашуня, эсӗ те пулин ан тапаҫлан-ха ҫак ҫӑкпа.
— Ты-то хоть, Пашуня, не лез бы под такую тягу!
Виктор Сергеевичӑн сасси: «Эпӗ пӗлетӗп, эпӗ ӗненетӗп — айӑпли пӗр утӑм малалла тухса тӑрать, айӑпли хӑйӗн айӑпне каласа парать», — тенӗпе пӗрех илтӗнчӗ.
Голос Виктора Сергеевича как будто говорил: «Я знаю, я верю — виновный выйдет на шаг вперед, виновный расскажет о своей вине».
Кусково — Мускав кĕпернинчи чиркӳллĕ ял, 1925 ҫултанпа — хула, 1938 ҫултанпа — Перова хула шутĕнче, 1960 — Мускав шутĕнче.
С 1960 года усадьба Кусково — в черте Москвы.
Кмет алӑк патнелле утрӗ.
Староста направился к двери.
— Авлан та, ӗҫӗ те пӗтет.
— Женитесь, вот и все.
— Степан Никитич, пуснӑ такана ҫурмаран кас та ҫуррине чӑптапа чӗрке.
— Степан Никитич, разруби пополам баранью тушу да закутай половину рогожей.
Студент хӑйӗн куҫӗсем тинӗс шывӗн ҫийӗпе танлашнӑ саманта асӑрхасшӑнччӗ.
Очень хотелось студенту заметить то мгновение, когда глаза будут на уровне воды.
Аннене те ан тарӑхтарӑр!
И мать не троньте!
Хуҫисем хӑйсем ӑшӑ пӳрте куҫрӗҫ, юнкера уйӑха виҫӗ монетла сивӗ пӳртне пачӗҫ.
Хозяева перешли в теплую, а юнкеру за три монета в месяц отдали холодную хату.
Кӗме пултараймастӑп, кӗрсен эпӗ хам мӗн туса хурассине хам та пӗлместӗп».
Я не могу, я бог знает что сделаю».
Аэроклуба эпир мӗнле вӗреннине сӑнаса пӑхма комисси килчӗ.
В аэроклуб принимать испытания прибыла комиссия.
Кампа хутшӑнатӑр, ҫавсем сирӗн ҫине вӑйлӑ витӗм кӳме пултарнине эсир ӑнланатӑр - и?
Понимаете ли вы, как сильно могут влиять на вас те, с кем вы общаетесь?
Кам сире хӑратса пӑрахрӗ вӑл ҫапла тенипе?
Кто вас этим напугал?
Натка Шегалов ҫине шанчӑксӑрла пӑхса илчӗ.
Натка недоверчиво глянула на Шегалова.
Ҫырусем ҫырса ярӑр.
Посылайте записки.
Стефан Петрович Рагулин Мускавра икӗ эрне ытла пурӑнчӗ.
Более двух недель Стефан Петрович Рагулин пробыл в Москве.
Часах эпир унӑн сассине илтӗпӗр.
Скоро мы услышим его голос.
Хӑвна ху шеллеменни — ку вӑл йӑлтах кирлӗ мар, пустуй япала.
Самоотвержение — все это вздор, дичь.
Алли хӑй тӗллӗнех шӑрпӑк пуҫӗсем патнелле кармашрӗ, вӑл шӑрпӑк пуҫӗсене илсе стакан ӑшне ячӗ.
Рука автоматично протянулась к головкам и всыпала их в стакан.
Фролова станцӑри ҫутӑсем те ҫавӑн пекех ҫутӑ йӑлтӑртатнӑн туйӑнса кайрӗ.
И Фролову казалось, что станционные огни горят с такой же яркостью.
Тавралӑх лайӑхрах курӑна пуҫласан, Молоков моторӗсене ӗҫлеттерме тытӑнчӗ, анчах вӑл ҫӳлелле хӑпарма хатӗрленсе ҫитнӗ ҫӗре, тӳпе каллех курӑнми пулса тӑчӗ.
Когда видимость улучшилась и становилось видно море, Молоков начинал запускать моторы; но, пока он готовился к взлёту, купол снова закрывало.
Сана пӗр истори каласа парам.
Расскажу тебе одну историю.
— Шерккейӗ-мӗнӗ пуҫхӗрлех чикеленсе кайтӑр-ха, — терӗ Имет, — пирӗн хамӑрӑн пӗр-пӗр ҫавӑнта кайса килес пулсан…
— Да черт с ним, с Шерккеем, нам бы самим похлопотать об этих землях, — заметил Имет.
Партизансем ӑна шарламасӑр, тимлӗн итлерӗҫ, анчах вӗсен куҫӗсенче, вӗсем хӑйсене епле тытнинче ӗненменни палӑрчӗ.
Партизаны слушали его внимательно и молча, но по их глазам он видел, что они ему не верят.
«Дьяк ку! — терӗ пуринчен те ытларах тӗлӗнсе кайнӑ Чуб.
— Это дьяк! — произнес изумившийся более всех Чуб.
Чӑваш халӑх сайчӗн корреспондентне Пушкӑртстанри Вячеслав Ерохин (Ярухха Витти) таврапӗлӳҫӗ вырӑна ҫитсе курса пӗлтернӗ тӑрӑх, асӑну паллине вырӑнти халӑх пуҫарӑвӗпе лартнӑ, вӗсен шутӗнче Федор Трофимов (Хаяр Хӗветӗрӗ) йӗркелӳҫӗ те пур.
Как сообщил корреспонденту Чувашского народного сайта краевед Вячеслав Ерохин (Ярухха Витти) из Башкирии, побывавший на месте, памятный знак установлен по инициативе местных жителей, в числе которых организатор Федор Трофимов (Хаяр Хӗветӗрӗ).
Ҫулҫӳревҫĕсем валли информаци.
Информация о Муроме для путешественников.
Санин сывпуллашма пуҫларӗ.
Санин стал прощаться.
Приходькӑпа Струтинский ку ӗҫе епле хапӑлланине хӑвӑрах ӑнланатӑр!
Сами понимаете, как встретили это дело Приходько и Струтинский!
Пуҫланнӑранпа халичченхи публикаци, комментари, пӑхни, килекенĕ
Записи, комментарии, просмотры и посетители за всё время
«Астрал» ӑнлав Ҫĕнĕ ӑру (Нью-эйдж) шухӑш-ĕмĕчĕсенче тĕл пулать, ҫак термина ҫаплах ĕлĕк алхимире усӑ курнӑ.
Хотя слово «астрал» часто ассоциируется с идеями нью-эйдж, этот термин также исторически использовался алхимиками.
— Тӑватӑ ҫул каярах вӗсем, жуликсем, мунча тума укҫа пухрӗҫ.
— Четыре года тому назад они, жулье, на баню собирали.
— Тӗпчерӗн-и?
— Допрашивал?
Хальхинче вара вӑл малтан пуҫласа вӗҫне ҫитичченех кирлӗ пек асӑрханман…
На этот раз — что случалось с ним не часто — он был неосторожен с самого начала и до конца.
Ҫав самантра вӑл хӑйне хушнӑ ӗҫӗн ответлӑхне тата та ытларах туйса илчӗ те васкасах вӑрманалла утрӗ.
В эту минуту она еще острее почувствовала важность порученного ей дела и заторопилась в лес.
Англи миссийӗн начальникӗ Локкарт господин маларах кӑтартса панӑ фактсене тунма хӑтланса пӑхрӗ, анчах ВЧК аллинче никам хирӗҫлейми документсем пур, вӗсем ҫак каварӑн пур йӗрӗсем те Британи миссийӗн аллинче пӗтӗҫсе тӑнине кӑтартса параҫҫӗ.
Начальник английской миссии г. Локкарт пытался отрицать указанные выше факты, но у ВЧК имеются неопровержимые доказательства, которые указывают, что нити всего этого заговора сходятся именно в руках британской миссии.
Кристианпа Даниелӑн ҫула ҫитмен икӗ хӗр пур.
У Кристиана и Даниелы две дочери подросткового возраста.
— Кунта ним пӗлмелли те ҫук.
— Тут и знать нечего.
Хӗвел ӑшӑтнӑ пек пулчӗ-и ӑна, е вӑл ҫав курӑк сӗткенне илет-и, пӗлместӗп, анчах ӑна питӗ ырӑ пулни курӑнсах тӑрать.
Не знаю, солнышко ли ее пригрело, или она брала сок из этой травки, — только видно было, что ей очень хорошо.
Куҫ харшисене сиввӗн ҫӗклесе Гервак малтанхи вырӑнах кӗрсе ларчӗ те чӗрнисене тишкерме пикенчӗ, ҫав хушӑрах кӗрсе тӑнӑ Неттие куҫ хӳрипе сӑнать.
Холодно приподняв брови, Гервак уселась на прежнее место и стала рассматривать ногти, следя уголком глаза за вошедшей Нетти.
Нимӗн те каламасть, хӗр ҫине пӑхать кӑна, апӑрша кунта мӗнле килсе лекнине тӗрӗс хаклама тӑрӑшать.
Он ничего не говорил, а только смотрел на девушку, пытаясь правильно оценить ее появление.
Малти пӳлӗмре, тумтир ҫакмалли пӑта ҫинче, ытти платьепе юнашар эпӗ тӳрех унӑн шинельне куртӑм.
Первое, что бросилось в глаза, в передней была на вешалке рядом с другим платьем его шинель.
ҫырма ҫӳп-ҫаппа пӳлĕннĕ
речка запружена мусором
Вульф В. (составитель и редактор) Письма.
Ангелина Степанова Составитель и редактор В. Вульф.
Вӗсем халлӗхе нимӗнпе те ҫыхӑнман вӗт-ха, вӑл унӑн савнӑ хӗрӗ кӑна, арӑмӗ мар.
Ведь они еще ничем не связаны, ведь она невеста, а не жена.
Пируса тепӗр ҫын ҫӑварӗнче ҫунакан пирусран тивертмелле мар.
Не принято предлагать прикуривать с горящей сигаретой во рту.
ĕҫе ҫӑмӑллӑн ту
выполнять работу небрежно
Иккӗшӗ те ҫаплах чӗнмерӗҫ-ха, хӑйсене темле мелсӗррӗн туйрӗҫ.
Оба молчали и чувствовали некоторую неловкость.
Кам эс, мӗне кирлӗ кунта приказ!
Приказ тебя не касается?
Давыдов ӑна ӑсатма тухрӗ.
Давыдов пошел ее проводить.
Отряд вӑрман варринеллех кӗрсе пынӑ.
Отряд углубился в середину леса.
О, Вырӑс ҫӗрӗ!
О Руская земле!
— Эпӗ халех пӗтеретӗп, юлташсем!
— Я сейчас кончаю, товарищи!
— Шӑп та шай менелник ҫынни эп, — кулкаларӗ Ромашов.
— Я и есть именинник, — улыбнулся Ромашов.
«Сирӗн ҫинчен нумай калаҫнӑ» е «сирӗн ҫинчен нумай илтнӗ» тесе каланине иккӗлле ӑнланма пулать, ҫын аванмарланма пултарать.
Еще менее подобает говорить «мне о вас много говорили» или «я о вас уже слышал», потому что такую фразу можно истолковать по-разному и тем самым поставить людей в неловкое положение.
Пӗрре, теплерен, Наталья Моховсен магазинӗ умӗнче Пантелей Прокофьевича тӗл пулчӗ.
Как-то перед Пасхой Наталья встретила около моховского магазина Пантелея Прокофьевича.
Вӑл, буамрамра варӗнче ним хускалмасӑр тӑрса, шухӑшлать.
Он стоит неподвижно посреди буамрамры и думает.
Геркулес Уэлдон миссиса тытса тӑчӗ — хӗрарӑм хӑй урӑх курасса сунман ҫӗр еннелле куҫне сиктермссӗр пӑхрӗ.
Геркулес поддерживал миссис Уэлдон, и она не сводила глаз с земли, которую уже не чаяла увидеть.
Шухӑшӗ унӑн ашшӗ ҫинче ҫеҫ.
Мысль о нем не покидала ее.
Эпӗ Родимцев патӗнче, Вунтӑххӑрмӗш Гвардейскинче, пулнӑ, — ҫыран хӗррисенче, юханшыв тӑрӑх, центр ҫывӑхӗнче, тӑраттӑмӑр эпир.
Я у Родимцева был, в Тринадцатой гвардейской, — по-над берегом, близко к центру стояли мы.
— Мӗншӗн тесен, вӑл, пӗртен-пӗр тӗрӗсси пулсан та, пире Грант капитана ҫӑлма пулӑшас ҫук.
— Потому, что это последнее толкование, единственно правильное, всё-таки не поможет нам спасти капитана Гранта.
ҫыхлашса ӳк
схватиться врукопашную
Каялла ҫаврӑнса пӑхса каять — эпӗ тӑрса утмастӑп-и?
Пошел, оглядываясь — не ухожу ли я.
Виҫкӗтеслӗ кӑвак тутӑр ҫыхнӑ Ольга Самойловна аллинче витре тытса килкарти варринче тӑрать.
Ольга Самойловна, повязанная серой косынкой, стояла посреди двора с ведром в руке.
— Аджи-Мушкайск таврашӗнчи чул кӑларнӑ вырӑнсем ҫӗрайӗнче пилӗк метртан пуҫласа ҫирӗм пилӗк метр таранччен, — терӗ Пахомов.
Пахомов сказал: — В Аджи-Мушкайском районе каменоломни находятся на глубине от пяти до двадцати пяти метров.
— Леш тӗнчене сана светуй ангелсем хушшинче кулкаласа ҫеҫ ҫӳремелле пултӑр!
— Пусть тебе на том свете вечно усмехается между ангелами святыми!
Вӑл, тӳрленсе тӑрса, арҫын ҫине куҫ илми пӑхрӗ.
Она выпрямилась, глядя на мужика остановившимися глазами.
Тепӗр ҫур сехетрен Рокоссовский каялла тухрӗ, ҫиҫсе тӑракан куҫӗсемпе пурне те пӑхса ҫаврӑнчӗ, мӗн пулса иртнипе калама ҫук тӗлӗннипе пулас, пӗр сӑмах калаймасӑр, аллисене икӗ хутчен айккинелле сарчӗ те пӑлханса кӑшкӑрса ячӗ:
Через полчаса он вернулся, обвел всех разгоряченным взглядом, два раза молча раскинул руки, видимо до предела пораженный тем, что произошло, и взволнованно воскликнул:
Кĕвĕ романтизмĕ XIX ĕмĕр пуҫламӑшĕнче ҫуралса ҫыравлӑхри, ӳнерти тата театрти тĕрлĕрен юхӑмĕсемпе тачӑ ҫыхӑнса аталаннӑ.
Музыкальный романтизм как направление сложился в начале XIX века и развивался в тесной связи с различными течениями в литературе, живописи и театре.
— Каҫартӑрах мана пан граф эпӗ ӑна пӳлсех каланӑшӑн!
— Пусть пан граф меня извинит, что я его перебиваю!
— Вӑтӑр виҫҫӗре.
— Тридцать три.
Ҫирӗм пилӗк ҫул!
Двадцать пять лет,
Ай-Почмес-Юган — Раҫҫей территоринчи юханшыв.
Ай-Почмес-Юган) — река в Берёзовском районе Ханты-Мансийского АО.
Хӑваласа ярӑр ӑна, хӑямата!
Выгоните ее к чёрту!
Ахальтен мар вӗсем Вологдӑран кунта куҫса килчӗҫ…
Недаром они прибыли сюда из Вологды…
Йӗри-тавралӑх таҫта ҫитиех шуралса ҫуталчӗ.
Далеко вокруг все стало белым и прозрачным.
25. Даниил каланӑ: хамӑн Ҫӳлхуҫа Туррӑма ҫеҫ пуҫҫапатӑп, мӗншӗн тесессӗн Вӑл — чӗрӗ Турӑ.
25. Даниил сказал: Господу Богу моему поклоняюсь, потому что Он Бог живой.
Чӗтрекен алӑпа эпӗ куккан ҫул ҫинче илсе ҫӳрекен пӗчӗк тӗкӗрне хам паталла шутартӑм.
Трясущейся рукой я подвинул дорожное дядино зеркальце.
— Ку пӳрте акӑ нумай пулмасть ватрӗҫ.
— Ну а эту избу порушили совсем недавно.
Хӑвӑртрах тавай!
Живо давай!
— Эсӗ мана ҫӗр ҫинчен пулӑшатӑн-и?
Ты меня с земли поддержишь?
1903 ҫулта ҫуралнисем
Деятельность после 1940
Улюш ӑна курчӗ те, арчине туртса илсе ҫимеллисене урапа ҫине тӑкрӗ.
Алеха увидал ее, выхватил у ней лоток и весь высыпал в телегу.
Каласа пӗтерсенех пӳрнисене хуҫнӑ пек хыттӑн шӑтӑртаттарса илчӗ те, ҫакӑ вара тӗлӗнмелле пулса тухрӗ.
Странно было только, что, произнося эту речь, он вдруг громко затрещал пальцами, как будто ломая руки.
Акӑ — пӑх: Китайски ретсем…
Вот — смотри: Китайские ряды…
Юханшыв Мулымья юханшывӑн сылтӑм ҫыранпе вӑрринчен 164 км юхса кĕрет.
Устье реки находится в 164 км по правому берегу реки Мулымья.
— Мӗн пулчӗ? — тетӗп.
- Что случилось? - спрашиваю.
Вӗсен кунӗсем салхуланаҫҫӗ, анчах нумайлӑха мар.
Мрачились их дни, но ненадолго.
Алли мӗнле пырать-ха пӗчӗк Сарпикен?
У маленькой Сарбиге всё так ловко получается!
Ҫук, тусӑм, Ла-Тург лайӑх та шанчӑклӑ крепость, унта сыхланма та ҫӑмӑл, анчах юлашки минутра тарас тесе санӑн ҫӗр айӗнчи ҫулна шанса тӑракан ҫын ухмах пулать.
Друг мой, Ла-Тург — крепкая и надежная цитадель, которую нетрудно защищать; но было бы наивно рассчитывать на подземный коридор для выхода из него.
— Кунта вӑл пӗрмаях ӗҫкӗпе алхасать…
— Он тут всё кутил…
Хӑй тӗрӗс мар тунине сиссе, вӑтаннипе, хӗрелсе кайрӗ, учитель вара ӑна хулпуҫҫинчен тытрӗ те, лӑплантарса:— Юрать, ан пӑлхан, Леня! Маттур! Тӗрӗс!.. — терӗ.
Он смутился, сообразив, что не так все сделал, а учитель обнял его за плечи и растроганно сказал: — Ничего, ничего, Леня! Молодец! Правильно!..
— Хамӑр калаҫса татӑлнине маннӑ-и эсӗ, тусӑм: ыйтса пӗлмелле мар!
— А ты забыл, мой миленький, наш уговор: не расспрашивать?
Пӗлетӗр-и мӗнле пулать ун чух: сасартӑк электричество ҫапнӑ пек — эсӗ вӑранса та каятӑн.
И как это бывает, знаете, вдруг толчок электрический, и просыпаешься.
Сӑпайлӑрах кирлӗ, сӑпайлӑрах.
Скромней надо.
Чӑваш Республикин уйрӑм саккунӗсен акчӗсене улшӑнусем кӗртесси ҫинчен
О внесении изменений в отдельные законодательные акты Чувашской Республики
— Эпӗ ахалех, асанне, укҫасӑрах.
— Я просто так, бабушка, бесплатно.
Ильсеяр чӳречене уҫса ячӗ.
Ильсеяр распахнула окошко.
Такам мана алӑран тытрӗ те шӑппӑн ыйтрӗ: «Кам алли ку?»
Кто-то взял меня за руку и шепотом сказал: «Чья это рука?»
Унӑн превосходительстви Лев Степанович, ҫак уйӑхри ҫирӗм виҫҫӗмӗш числара кӑнтӑрла иртсен ултӑ сехетре чунне турра пачӗ.
Его превосходительства Льва Степановича, изводившегося скончаться в двадцать третье месяца число, в 6 часов по полудни.
— Эп мӗншӗн кичеммине ӑнланатӑн-и халь? — терӗ вӑл.
— Понимаешь теперь, почему я такой хмурый?
— Вӑл та ӳкнӗ-им?
— А он тоже упал?
Лукерья питӗ шӑппӑн та вӑйсӑррӑн, ҫапах пӗр чарӑнми калаҫать.
Лукерья говорила очень тихо и слабо, но без остановки.
Карап команди шутне кӗнӗрен, мана Пуэрто - Рикӑра пӗр уйӑхлӑха ҫеҫ юлма ирӗк пачӗҫ.
Мне, как члену команды корабля, разрешили остаться в Пуэрто - Рико только на месяц.
— Эпӗ санран ыйтатӑп, сан пуҫна ҫавнашкал ухмахла шухӑшсем мӗнле пырса кӗреҫҫӗ? — тепӗр хут каларӗ Обломов.
— Я тебя спрашиваю, как ты мог забрать такую нелепость себе в голову? — повторил Обломов.
Шухӑш чӑптине вӑл ҫавӑнтах урӑх еннелле ҫавӑрать.
И менял направление своих мыслей.
— Авӑ, ҫавӑн пек… —
— Вон такие… —
Тӑруках пурте шӑпланчӗҫ.
Все сразу притихли.
Вагон чӳречинчен пӗртен-пӗр хунар ҫути курӑнса юлчӗ.
Мимо окна вагона проплыл одинокий фонарь.
Тухтӑрне вара ҫакӑн хыҫҫӑн пӗрре те курман.
Доктора после этого я не видал ни разу.
Халь эпӗ турра пуҫҫапма каятӑп, Меккӑна кайса хам ҫылӑхсене каҫарттарас, тетӗп.
А сейчас совершаю паломничество — иду в Мекку каяться в своих грехах.
Вӗсене пӗр - пӗрин патне ытларах та ытларах туртма пуҫланӑ май тӗрӗссине тума вӗсене йывӑртарах та йывӑртарах пулса пырать.
И хотя они понимают, что поступают неправильно, чем дальше они идут по пути греха, тем труднее остановиться.
Кӑшт вӑхӑт иртсен Грэма Патшалӑх залӗнче микрофон йӑтса ҫӳреме ыйтрӗҫ, вӑл ҫак тивӗҫлӗхе питӗ хаклать.
Вскоре его попросили носить в Зале Царства микрофон, и он очень дорожит этой обязанностью.
Юханшыв тӑршшĕ 15 км.
Длина реки — 15 км, площадь водосборного бассейна — 40,1 км².
— Акӑ мӗн, — Хейль ҫакна васкамасӑр тата витӗмлӗн каласа хучӗ, — пире сӳпӗлтетӳпе е элекпе сиен кӳресрен асӑрханӑр.
— Вот что, — Хейль проговорил это медленно и внушительно: — Бойтесь повредить нам болтовней или доносами.
Тав турӑм эпӗ ӑна.
Спасибо ей сказал.
Унӑн кӑвак, тен сенкер куҫӗсем уҫҫӑн та тӳррӗн пӑхнӑ.
Немного выпуклые, должно быть, серые или голубые глаза смотрели на него с этого нехитрого и милого лица открыто и честно.
— Ҫапла, Лахланра пурӑнакан австралиецсем, — терӗ Толине.
— Да, австралийцы из Лахлана, — ответил Толине.
«Ҫавӑ-ши? е ҫавӑ мар-ши?» тесе ыйтаттӑм хамран хам, Зинаидӑна савакансене пӗрерӗн сӑнаса.
«Не он ли? или уж не он ли?» — спрашивал я самого себя, тревожно перебегая мыслью от одного ее поклонника к другому.
Вӗсенчен пӗри хур йӑтса пынӑ, ун хыҫӗнчен пӑявпа йытӑ сӗтӗрсе пынӑ.
Один из них несет гуся, а за ним на веревке тащат собаку.
Вӑрманкас ялĕ
Вурманкас-Асламасы
Вӑл ҫӑвӑнма тухсанах пӑятам кӗретчӗ те хулӑн сассипе тӑма вӑхӑт ҫитни пирки систеретчӗ.
Как только он выходил умываться, заходил свёкор и низким голосом намекал, что пара вставать.
Луций Сергий Катилинӑна ҫулпуҫ тӑвас шанчӑкне ҫухатнӑ хыҫҫӑн гладиаторсем Спартак мӗн сӗннине йышӑнчӗҫ: ҫитес ҫуркунне Альпӑсем патне каймалла, Альпӑсем урлӑ каҫсан, восстани тӑвакансен ҫарне салатса ямалла, кашнин хӑйӗн ҫӗршывне таврӑнмалла, унта вара халӑха римлянсене хирӗҫ ҫӗклеме тӑрӑшмалла.
После того, как всякая надежда иметь своим вождем Луция Сергия Катилину исчезла, гладиаторы приняли предложение Спартака: ближайшей весной двинуться к Альпам, после перехода через Альпы войско восставших распустить, каждому вернуться в свою страну и стараться там поднять население против римлян.
— Нимӗҫ сана пӗрре кӳрентернӗ пулӗ-ха, ҫавӑнпа ӑна юратмастӑн та эсӗ!
— Ущемил, видно, тебя однажды немец, вот ты его и не любишь!
Ҫак ҫын Паганель пулчӗ.
Это был Паганель.
Урамсенче — ҫурхи хаваслӑх.
На улицах весенняя радость.
Ҫынсем ӑна сирсе яни — калама ҫук хурлантарать!
Очень печально, что люди его отвергли!
«Пирӗн тӑван боецсем!
«Родные наши бойцы!
Кӗтесри шӑтӑкран пӗр йӗкехӳри пуҫне йӑкӑлт-йӑкӑлт кӑларса пӑхать.
Одна то и дело высовывала нос из дыры в углу.
№ 42 (кил картинче) — М. В. Голубицкая харпӑрлӑхĕн ҫурт-йĕрĕ (1895, 1900, арх. Н. Д. Струков)
№ 422 — доходный дом М. В. Голубицкой.
Эпӗ вӗсене хуса ҫитсе, пынӑ ҫӗртех радиограмма текстне патӑм: «Джейлява патнелле ӑнӑҫлӑн пыратпӑр».
Я нагнал их, на ходу передал текст радиограммы: «Успешно идем на Джейляву».
Анчах эпир, пехота, гварди, хамӑра ҫулсем ҫумне сӑнчӑрлама пултараймастпӑр.
Но мы, пехота, гвардия, не можем приковывать себя к дорогам.
Тен, илтнӗ пулӗ, Эйпын шывӗ айлӑмӗнче пысӑк аэродром тӑваҫҫӗ?
Может, слыхали, в долине реки Эйпын строится большой аэродром?
— Пурне те пӗлетӗп-ҫке эпӗ!
— Ведь я все знаю!
— Хресченсене ҫӳреме хушман кунта, сударыня.
— Крестьянам сюда не велено ходить, сударыня.
Клава мӗнпур таврара паллӑ хитре хӗр, уншӑн пуҫна касса пӑрахӗҫ, тесе хунӑ.
А Клавдия, вон она — писаная красавица на всю округу, за такую головой ответишь.
Тӗслӗхрен, ӗҫ ҫинчен.
Например, займитесь рабочими вопросами.
Тепле, ун чухне те вӑл тухмастчӗ пуль Куляна качча.
Нет, не пошла бы она, пожалуй, за Мигулая.
— Эсӗ тӑхта, кайран пӗлӗн, — терӗ Ваня, кӗнекине хупласа.
— А ты потерпи и узнаешь, — сказал Ваня, загораживая книгу.
Мӗн тумалла ӗнтӗ унӑн малалла?
Что ей делать дальше?
Тӑратӑн та сывласа тӑранаймастӑн — йӗри-тавра ҫав тери ирӗк те уҫӑ!
Стоишь и надышаться не можешь — так вольготно и просторно кругом!
Эпӗ час-часах ҫепӗҫ, тап-таса, чечен хӗрарӑмсем ҫинчен, вӗсен ҫутӑ куҫҫулӗпе ытарса тӑранмалла мар куллисем ҫинчен шухӑшлатӑп, шухӑшлатӑп ҫамрӑк, чыслӑх тӗлӗшпе ним айӑпсӑр ача амӑшӗсем ҫинчен, юратушӑн вилӗме кӗрекен еркӗн-савнисем, пӗтӗмпех пӗлсе тӑракан, нимӗнрен хӑраман, юр пек шурӑ чунлӑ, пӗр ҫылӑхсӑр та мӑнаҫ кӑмӑллӑ хӗрсем ҫинчен.
Я думаю часто о нежных, чистых, изящных женщинах, об их светлых и прелестных улыбках, думаю о молодых, целомудренных матерях, о любовницах, идущих ради любви на смерть, о прекрасных, невинных и гордых девушках с белоснежной душой, знающих все и ничего не боящихся.
Переменӑра та кӗнекине алӑран вӗҫертмен.
На перемене он тоже не выпускал книгу из рук.
Чигрин панӑ сӗнӳре тӗрӗслӗх те пур.
В этом предложении Чигрина был смысл.
«Тӗп япаласем... ишӗлсе анӗҫ»
«Составные части... разрушатся»
Мӗнле тискер пулаҫҫӗ вара ҫынсем?..
Какими зверьми должны быть люди, сделавшие это?
Анчах та сочинение латынь чӗлхипе ҫырнӑран ӑна нумайӑшӗ вулайман.
Но оно написано по-латыни и мало кто может его прочесть.
Пилот ятне хамӑр ахальтен мар илнине пирӗн ӗҫпе кӑтартса парас килчӗ.
Хотелось показать, что не зря получили звание пилотов.
Влаҫа илес килет, — хӑраҫҫӗ.
Власти хочется, а боятся.
Ҫакӑн хыҫҫӑн кӑштах вӑхӑт иртсен Филипӑн хӑйӗн ирӗкӗпе Франци ҫарне каяс килнӗ; япӑх ҫын пулин те вӑл япӑхах мар патриот пулнӑ.
Вскоре после этого Филиппу захотелось пойти добровольцем во французскую армию — он хотя и был плохим человеком, но был неплохим патриотом!
Хӑй яла пурӑнма килес тет тепӗртакран.
Сам думает приехать жить в деревню через какое-то время.
Сечӑран вӗсем, майра патша патне хутсемпе кайма тухнӑчӗ: вӗсемпе канашласа пӑхмаллах пулать.
Они ехали из Сечи с бумагами к царице; все бы таки посоветоваться с ними».
Хӗрача мар, ҫитӗннӗ ҫын, анчах пурте ӑна Аллочка тесе чӗнеҫҫӗ.
Она, правда не девочка, взрослая, но ее все — Аллочка.
«Портрет студентки» (1954)
«Портрет обнажённой студентки» (1954)
Дима ҫуралнӑ кунпа саламлама мансах кайнӑ.
Дима забыл поздравить с днём рождения.
Районпа юнашар Ҫĕнĕ Шешмин, Нурлат, Чистай, Алексеевски тата Ҫарӑмсан районĕсем вырнаҫнӑ.
Имеет общие границы с Чистопольским, Новошешминским, Черемшанским, Нурлатским и Алексеевским районами республики.
Хӑш-пӗр лавккара карттӑпа тӳлев тума май пулманни е Интернет ҫыхӑнӑвӗпе, е пачах та электричество ҫуккипе кӑна ҫыхӑннӑ.
Невозможность провести оплату картой в некоторых магазинах связана либо со связью Интернета либо из-за полного отсутствия электричества.
— Пит те аван, Таня, аван! — терӗ Залкинд, алсипе хӗрӗн ҫурӑмне хуллен лӑпкаса.
— Очень хорошо, Таня, отлично, — сказал Залкинд и легонько тронул рукавицей спину девушки.
Чӳрече янаххи ҫине ларса урасене урамалла усрӑмӑр та гитара каласа пуҫларӑмӑр «Мой адрес Советский Союз…» тесе юрлама…
Сели на подоконник, свесив ноги со стороны улицы и под гитару стали петь «Мой адрес Советский Союз…»...
Анчах тӑшманӗ юри ҫывӑрнӑ пек кӑна тунӑ.
Но противник только притворялся спящим.
Вӑл эпӗ кулнипе чӑн калаҫнине ниепле те пӗлме пултараймарӗ.
Он не мог понять, смеюсь я или говорю серьезно.
Кӗҫех ҫитетпӗр, инҫех юлмарӗ, тет хӑй.
Говорит, что недалеко.
— Паллах, — унпа килӗшрӗ Васька.
— Конечно! — согласился с ним Васька.
ҫыран каскаланса пĕтнĕ
берег изрезан
Тен, Беневентума пуль?
Вероятно, в Беневентум?
— Ирех ӑҫта каятӑн? — чарчӗ ӑна Катерина.
— Куда в такую рань? — остановила его Катерина.
Тепӗр чухне тата вӗсем патне Громила та пырса каять.
Порой заглядывал к горцам и Громила.
Ҫав статьяра кӗнеке салатакансем, е пионерсем, пулса ырӑ хыпара сарма хӑйсен пӗтӗм вӑхӑчӗн ҫуррине е чылай пайне уйӑрма пултаракансене чӗнсе каланӑ. Вӗсене пур ҫӗре те кайса тӳркӑмӑллӑ христиансене — Турра юратакансене, анчах та тӗрӗс пӗлменскерсене — тупса вӗсене Турӑ ҫинчен калакан чӑнлӑха тата Библи вӗрентме ыйтнӑ.
В статье прозвучал призыв: «Тем, чьи обстоятельства позволяют посвящать половину или больше своего времени исключительно делу Господа, мы хотим предложить... поехать, в зависимости от обстоятельств, в большие или маленькие города, чтобы служить разносчиками книг или проповедниками, искать повсюду искренних христиан, у многих из которых есть ревность по Богу, но не в согласии со знанием ; старайтесь открыть им богатства милости нашего Отца и красоту его слова».
— Тепӗр хут калатӑп: ӑна эпӗ илмен.
— Повторяю: не брал я ее.
Эпӗ ҫулҫӳрекен надзирательсене нумайӑшне пархатарлӑ, мӗншӗн тесен вӗсем ман ҫине лайӑх витӗм кӳчӗҫ.
Также я благодарен многим разъездным надзирателям, которые помогали мне расти духовно.