alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Патшалӑх ҫинчен калакан хыпарӑн ҫынсене улӑштарма хӑват пурри уйрӑмах пирӗн тӑвансем ырӑ хыпара ирӗклӗн сарма пултарайман ҫӗршывсенче курӑнса тӑрать.
Способность вести о Царстве незаметно изменять людей особенно видна в странах, где власти накладывают ограничения на дело проповеди.
Пӑшалсене пеме хатӗр тытрӗҫ, жандармсенчен куҫ илмеҫҫӗ, лешсем ҫулпа лӑпкӑнах килеҫҫӗ, ушкӑн патне ҫывхара та пуҫларӗҫ.
Держа ружья наготове, все смотрели на полицейских, а те спокойно ехали по дороге, приближаясь к отряду.
— Хӑтлан-ха, — терӗ юнавлӑн тӑсса Фомин.
— Попробуй, — угрожающе протянул Фомин.
1984 — Успех — Инна, бывшая жена Фетисова
1984 — Успех — Инна, бывшая жена Геннадия Фетисова
Пӑхать: икӗ михӗ ылтӑн.
Смотрит: два мешка с золотом.
Мӗншӗн тесен, Марксӑн шухӑшне пӑсмасан, тавлашса ҫӗнтерме ҫук.
Потому что, если мнение Маркса не будет нарушено, оспорить его невозможно.
Чӑнах та, салтак вылянӑ.
Да, солдат явно забавлялся.
«Кам мана сӗтӗрет?» тесе ыйтать Иван Федорович хурланса.
«Кто это тащит меня?» — жалобно проговорил Иван Федорович.
Павел швабра тытнӑ та унпала мазутла тата ҫупа вараланса пӗтнӗ урайне мӗнпур вӑйӗпе пусса ҫӑвать.
Павел ожесточенно тер огромной шваброй залитый мазутом и жиром цементный пол.
Ирхине пуҫ ыратрӗ.
Утром болела голова.
Ку сӑмахсене акӑлчансен тӗп карап ӑстийӗ, чаплӑ математик тата инженер, «Кэптен» карап путасса малтанах пӗлсе тӑнӑ Рид ҫырнӑ.
Это писал Рид — главный кораблестроитель Англии, прекрасный математик и инженер, тот, который в свое время предсказал гибель «Кэптена».
Паллах, ку ман приказсене тӗплӗн пурӑнӑҫа кӗртсен пулӗ.
Разумею, если приказания мои исполнятся в точности.
Таня, ҫӳҫенсе:— Ҫав тери тӑварлӑ пӗҫернӗччӗ, халӗ те ҫӑвартан тасалса пӗтмест! — тесе хучӗ.
А Таня сморщилась: — Такой солёный был, что до сих пор во рту противно!
Сахалтарах пӗлетӗп.
Отстал.
Вара эсӗ тухатӑн.
Ты уйдешь.
— Го председатель… — пӑшӑлтатрӗ вӑл, — мӗн эсӗ вилнӗ ҫын пек ларатӑн?
— Председатель Го… — зашептал возчик, — чего же ты сидишь, словно мертвый?
Мӗн тӑвас ман?
Чего мне делать?
Эпир пӗр отель патне ҫитсе чарӑнтӑмӑр, унӑн йышлӑ чӳречисем ҫап-ҫутӑ вутпа йӑлкӑшаҫҫӗ.
Мы подкатили к отелю, сверкавшему множеством ярко освещенных окон.
— Вӑхӑт ҫук ман санпа калаҫса тӑма!
— Мне с тобой разговаривать некогда!
— Эп пултараймастӑп, Афанасий Львович, — тенӗ пӑшӑлтатса Феня.
— Я не могу, Афанасий Львович, — прошептала Феня.
Уля Громова нимӗҫ госпитальне ӗҫе кӗчӗ, вара часах вӑл пулӑшнипе тыткӑна лекнӗ ҫирӗм красноармеец ирӗке тухрӗҫ.
Уля Громова поступила на работу в немецкий госпиталь, и в скором времени с её помощью двадцать пленных красноармейцев вышли на свободу.
Суржик ура ҫине тӑчӗ, йывӑррӑн сывласа илчӗ:
Суржик поднялся, тяжело вздохнул:
«Каччипе пӗрле пулмасан, ӑҫта пулмалла вӑл ҫак таранччен?» — шухӑшланӑ Тимофей Ильич, ку шухӑш ӑна кӳрентернӗ.
«Где ж ей быть в такую позднюю пору, как не с женихом?» — подумал Тимофей Ильич, и это его еще больше раздосадовало.
Ҫук-ҫук, Олюшка, вӑл нимӗн те пӗлмест.
— Ей-ей, нет, Олюшка, он ничего не знает.
Манӑн йӗкӗтсем пур вилтӑприсене те тирпейлесе, вӗсем ҫине чечек кӑшӑлӗсем хурса хӑварчӗҫ.
Мои хлопцы все могилы подправили и возложили на них венки.
— Трассӑн пӗр вӗҫӗнчен тепӗр вӗҫне ҫити, ҫанталӑкпа ҫул мӗнлине пӑхмасӑрах, автомашинӑпа тухма сӗнӳ пур.
— Есть предложение пробиться на автомашине из конца в конец трассы, невзирая на погоду и состояние дороги.
Консул (пĕртен-пĕрри) Флавий Руфий Петроний Никомах Цетег.
Консул (единственный) Флавий Руфий Петроний Никомах Цетег.
Килте Тимрук тете юлать, мӗн тумаллине пӗччен те ӗлкӗрет вӑл.
Дома остается Тимрук, со всем, что надо сделать по дому, он справится и один.
Пуля ун пичӗ ҫумӗнчен иртсе, стенана лекрӗ, чул тусанӗ куҫне кӗрсе тулнипе вӑл курми пулчӗ.
Тут пуля ударила в стену возле его лица, куски ракушечника брызнули ему в глаза и ослепили их.
Чӑваш патшалӑх юрӑпа ташӑ академи ансамблĕ
Чувашский государственный академический ансамбль песни и танца
Шатӑртатакан сулӑ ҫинчи ҫулҫӳревҫӗсен пурӑнӑҫне нихӑш енчен те ырлама ҫук.
Положение путешественников на шатком плоту было далеко не завидным.
Ҫак ҫынна, унӑн шинелӗпе тата туртӑнса илекен пуҫне курнипе, вагонти савӑнӑҫлӑн шӑкӑлтатса калаҫакан ҫынсем нумай пулмасть пулса иртнӗ, анчах ӗнтӗ ҫав тери инҫене юлнӑ пак туйӑнакан, кашнинчех ӗмӗр манми йӗр хӑварнӑ, ҫапах та хӑйӗн чӑнлӑхне ҫухатнӑ вӑрҫа аса илчӗҫ.
Вместе с этим человеком, с его шинелью и дергающейся головой, в кипенье вагонной веселой и неугасающей жизни вошла живая память о войне, недавней, но уже казавшейся бесконечно далекой, оставившей неизгладимый след на каждом и все-таки уже утратившей реальность.
Анчах кӗҫех хускалма, пӑшӑлтатма, хуллен калаҫма тытӑнчӗҫ.
Но вот по ангару прошел первый неуверенный шумок, зашушукались.
Санӑн мотору та ҫакӑн пек тӗрӗс ӗҫленӗ пулсан!
Если бы так же четко твой мотор работал!
Вӗсем выҫӑхса ҫитнӗ выльӑх-чӗрлӗхсем ҫине кӑшкӑрса:— Иртсе кай! Сылтӑмалла тыт! Чаррррӑнса ан тӑррр!.. — теҫҫӗ.
Они кричали на голодных и шелудивых жителей: — Пррроходи! Держи пррраво! Не задерррживайся!..
Тёмӑна вӑтантарчӗҫ: вӑл, кӗтесрен пӑрӑнса, юсанкаласа илет те, каллех малалла чинлӑн утса пырать.
Тёма скандализован; он заворачивает за угол, оправляется и опять чинно идет дальше.
Тӗттӗм пулнӑ тӗлелле кӑмпа татакансем Стожара таврӑнчӗҫ.
К концу дня грибники вернулись в Стожары.
Ҫирӗп те иккен ку юман!
Крепок же этот дуб!
Ҫӳхе хӑмасем ҫапса тунӑ сцена ҫинче икӗ партӑна вӗҫе-вӗҫӗн лартнӑ.
На сцене, сбитой из шалевок, стояли две сдвинутые ученические парты.
Молотилка ҫинче ҫӳлте Матвеич тӑрать.
Высоко на молотилке стоял Матвеевич.
Ҫынсем пӗр пунктран тепӗр пункта ҫитиччен пӑлансемпе е йытӑсемпе эрнешер хушши кайса вӑхӑт ирттернӗ.
Люди тратили недели, чтобы добраться из одного населенного пункта в другой на оленях или собаках.
Пӗлнӗ —хыҫразаводӑн йышӗ тӑнӑ,Ялав йӑтнӑ ҫынхунӑ пуҫне,анчах вӑл пӗлнӗлайӑхвӑрлӑхакнине.
мы знали —за намимир заводской.И зналзнаменосец,под шашкой осев,что кровь его —самыйвернейший посев.
Вара ҫав ҫӳллӗ кӗлетке куҫран ҫухалчӗ.
Затем высокая фигура исчезла из виду.
— Ухмах эсӗ, Ихошка, чӑн-чӑн пурнӑҫа ӑнланмастӑн.
— Дура ты, Ихошка, жизни настоящей не понимаешь.
— Куратӑн-и, пирӗн ватӑ ҫынсем епле пултараҫҫӗ!
— Слышишь, какое выделывают наши старики!
Эс акӑ, тӳрккес тусӑмҫӑм, ҫыру ҫыртӑн.
А ты пишешь, строптивый приятель.
«Мӗнле апла, аннеҫӗм!
— Як же, мамо!
Эппин, атьӑр-ха, вӗсен ӑс-хакӑл халалне яланах асра тытса пурӑнар.
Так давайте оставаться верными их духовному завету.
— Эс паян савӑнӑҫлӑ.
— Ты нынче весела.
Хӑрушӑ та тӗлӗнмелле маскарад!..
Что за чудовищный маскарад!..
Тӗрӗс-и ку, Коноплев юлташ?
А это верно, товарищ Коноплев?
Тахҫан пулса иртне-ҫке вӑл.
Это ж давно было.
— Ах, мӗн аташатӑр, — тет хӗрача, хӑйӗн илемлӗ ҫӑварне карса анасласа, — манӑн ҫывӑрас килет, эпӗ куҫӑмсене уҫаймастӑп, — тет.
— Ах, какая чушь! — сказала девочка, зевая хорошеньким ртом, — я хочу спать, я не могу открыть глаза…
Виҫҫӗмӗш хут вӑл хӑйӗн пысӑк кӗлеткипе ҫаран ҫинчи курӑк ҫине тӑсӑлса выртрӗ, ку хутӗнче вара аранах ҫывӑрса кайрӗ.
В третий раз растянулся он на траве лужайки во весь свой огромный рост и на этот раз наконец заснул.
Шухӑшларӗ те чӑнласах тарӑхса кайрӗ:
Подумав, он искренно возмутился:
пӳ ҫитмест
глубоко так, что не достать дна
— Эпӗ те калатӑп ҫав: государство трасси ҫинче лартмалли тӗпсем ҫитменнипе пирӗн ӗҫсем япӑх пыни аван мар вӑл, — сӑмахне малалла тӑсрӗ Кондратьев.
— Так вот я и говорю: нехорошо, что на государственной трассе не хватает леса, — продолжал Кондратьев.
Ун хыҫӗнче, аякрах мар, Сӗрӗмӗн тусӗ, ирландец, мистер Падди, ним пулман пек кулкаласа ларнӑ.
За ним, недалеко, сидел мистер Падди, ирландец, приятель Дымы, и невинно улыбался.
Паттӑрсем Янтула шӑкӑр-шакӑр ҫеҫ урама кӑларса печӗҫ.
Яндулу ничего не оставалось, как оглянуться на ржущих мужиков и…
— Ӑҫта кайрӗ-ха ӗнтӗ?
— Куда пошел?
Тӑвӑл хӳтернипе карап, тӗрӗс ҫултан аякка пӑрӑнса, Горн сӑмсахӗ тавра ҫаврӑнса, Лӑпкӑ океанран Атлантика океанне лекнӗ!
Корабль, увлекаемый бурей, уклонился далеко в сторону от правильного курса, обогнул мыс Горн и из Тихого океана попал в Атлантический!
«Имени управляющийӗ пулас енпе частнӑй служба шырама шутлатӑп», — тенӗ ӑна хирӗҫ моряк.
«Искать частной службы, по части управления имением», — отвечал моряк.
ӳкерӳҫĕ мастерскойĕ
мастерская художника
Ҫав хуласем сӑваплӑ хуласем шутланнӑ (Иис. Н. 20: 1, 2, 7, 8).
Этим городам был предоставлен особый, священный статус.
28: 19, 20). Сӑваплӑ ӗҫе тулли вӑхӑтпа тӑвакансен ашшӗ - амӑшне кирлӗ чухне пулӑшма эсир пултаратӑр - и е сирӗн пуху ҫавна тума пултарать - и?
Можете ли вы или ваше собрание помогать родителям полновременного служителя, если они нуждаются в этом?
Юлашкинчен сывлаймиех пулса ларса ҫӗре шуса анать те Ивук еннелле аллине тӑсать.
— Кто этот человек? — спросил Ухтиван у Хелипа.
7. Эй икӗ питлӗскерсем! сирӗн ҫинчен Исаия пророк аван каланӑ: 8. «ҫак ҫынсем чӗлхи-ҫӑварӗпе Ман патӑма ҫывӑхараҫҫӗ, сӑмахпа Мана хисеплеҫҫӗ, анчах хӑйсен чӗри Манран аякра тӑрать; 9. вӗсем этем ӳкӗчӗсене, этем йӑлисене вӗрентеҫҫӗ, ҫавӑнпа Мана хисеплени усӑсӑр» тенӗ.
7. Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исаия, говоря: 8. приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня; 9. но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим.
Тёма, ҫавӑнпа та, сиккипех беседка патнелле чупрӗ; васкаварлӑн сӑрт ҫине улӑхса кайрӗ; унта чи вӑрӑм хулӑсенчен темиҫе хуллине туртса кӑларчӗ те сӑрт аякки тӑрӑх шултра утӑмпа аялалла вӗҫтерчӗ.
Так что Тёма пустился рысью к беседке, взобрался проворно на горку, выдернул несколько самых длинных прутьев и большими шагами по откосу горы спустился вниз.
«Ҫывӑрса кайрӑн-и мин эссӗ?»
Одна лодка выгребла уже почти на середину Волги.
Авӑ тата мӗн!
Видишь, еще что!
Акӑ ӗнтӗ вӑл ҫӗлен ҫипӗн пӗр вӗҫне тытса пусма тӑрӑх ҫӳлелле хӑпарать, сӑнчӑрти йытта ҫавӑтса пынӑ пек хӑй хыҫҫӑн Линӑна ертсе пырать.
Он влез на крышу, не выпуская из рук нитки, так что он вёл её за собой, как собачонку на поводке, и она послушно влезла вслед за ним.
Пирӗн тӗллевсенчен пӗри — шкулсенче ӑстаҫӑсен урокӗсене йӗркелесе ярасси.
И наша задача – сохранить ту школу вышивки, которая есть сегодня, наполнять ее и расширять.
— Лайӑх парнесем, — терӗ Маклай паллакан сасӑ.
— Хорошие подарки, — сказал Маклаю знакомый голос.
М., «Живой язык», 2005.
— М.: Живой язык, 2005.
Унпа юнашар вӗр-ҫӗнӗ ҫи-пуҫ тӑхӑннӑ, пӗртте еврей пек курӑнман улпут ачи тӑнӑ пулин те, улпучӗ каялла ҫаврӑнса пӑхсанах, Матвей те вара ку чӑнах та еврей пулнине пӗрре пӑхсах чухласа илнӗ, ҫитменнине тата вӑл хамӑр, Могилев е Житомир, Минск е Смоленск таврашӗнчи еврей пулни пӑхсах курӑннӑ, — тин ҫеҫ пасартан таврӑнать, хӑйӗн ҫи-пуҫне нимӗҫ тумӗпе улӑштарса тӑхӑннӑ тейӗн.
Хотя рядом с ним стоял молодой барчук, одетый с иголочки и уже вовсе не похожий на жиденка, — однако, когда господин повернулся, то уже и Матвей убедился с первого взгляда, что это непременно жид, да еще свой, из-под Могилева или Житомира, Минска или Смоленска, вот будто сейчас с базара, только переоделся в немецкое платье.
— Асту, ҫывӑрсан ҫывӑр, пӑшалпа кӗрӗслеттеретӗп ак.
— Смотри, спишь так спи, а то из ружья грохну.
Чумкель вара ҫак самантра тин хӑйӗн ывӑлӗ пуррине пӗтӗм чунӗ-чӗрипе туйса илчӗ.
И только в это мгновение он всем существом своим по-настоящему почувствовал, что у него действительно есть сын.
Каларӑм-ҫке сана: шофер, терӗм.
Сказал же тебе: шофер.
Пӑхса ларать мучи уйӑх ҫутин симӗс пайӑркисемпе тӗрленсе эрешленнӗ чӳрече ҫине, картишӗнче тӗкӗнме юраман япаласене ухтарса ҫӳрекен ҫил шӑхӑрнине итлет, итлет те урӑх нихҫан та таврӑнма, каялла килме пултарайман кунсем ҫинчен аса илет.
Глядит дед в окно, обрызганное зелеными отсветами лунного света, к ветру, — какой по двору шарит, не положенного ищет, — прислушивается, вспоминает те дни, что назад не придут и не вернутся…
— Тӑмсай, — терӗ каллех наборщик, — каланӑ вӗт сана эпир мар тесе!
— Дурак, — снова сказал наборщик, — говорят тебе — не мы!
Ыттисем пӑрахӑҫа тухнӑччӗ.
Другие были бракованными.
Апла териех начар мар эпӗ…
Не такая уж я плохая…
— Пӗлместӗп, турра асӑнса тупӑшатӑп, пӗлместӗп!
— Не знаю, клянусь Богом, не знаю!
Двинана каллех тӗтре хупӑрласа илчӗ.
Над Двиной стлался туман.
Анчах хисеплӗ струльдбругсем ҫӗр хут телейлӗрех!
Но во сто раз счастливее сами благородные струльдбруги.
Пӗр виллине пӑхнӑ хыҫҫӑн теприне пӑхнӑ май, унӑн куҫӗсем ирӗксӗрех ҫуталчӗҫ, вӑл савӑнни сисӗнчӗ.
Переводя взгляд с одного на другого, радости, невольно зажегшейся в его глазах.
Ҫакӑ карапа пит пулӑшать — ҫӳлте йывӑр япаласем мӗн чухлӗ сахалрах, вӑйлӑ силленине вӑл ҫавӑн чухлӗ ҫӑмӑлрах чӑтса ирттерет.
Это очень помогает судну — ведь чем меньше высоко расположенный груз, тем легче оно переносит сильную качку.
— Ӑна качча илекен этем пӗр канӑҫ та курас ҫук.
— Тот, кто на ней женится, не будет знать ни минуты покоя.
Ҫук, ӗҫ тухмарӗ.
Ан не выгорело.
Кӑшкӑра епле аркатма вӗсене ватӑ, хурапа шурра курнӑ полководец чӗннине вӗсем ӑнланса илнӗ.
Каждый понял, какого волка зовет их травить старый, испытанный ловчий.
— Ара ӗнтӗ, пушататпӑр тетӗр те… уншӑн мӗнле тӳлемеллине те пӗлместӗп-ҫке?
— Ну тогда… раз уж хотите сгрузить… а чем платить-то мы за доски будем?
Пысӑк тӑмана вӗсен ҫирӗп сӑмсинчен хӑрать.
Неясыть боялась их крепких, острых клювов.
— Мӗншӗн? — ыйтнӑ ҫӗнӗ тарҫӑ.
— А что? — спросил новый слуга.
Ӑна панӑ сӑрӑрах хӑла тӗслӗ лутра лаша, Пыжик ятлӑскер, питӗ ырӑ кӑмӑллӑ выльӑх иккен.
Прикрепленный к нему приземистый, буланой масти конь Пыжик оказался на редкость добродушным животным.
Пур ҫӗрте те выҫлӑх пулнӑ, пӗтӗм Египет ҫӗрӗ ҫеҫ тырӑллӑ пулнӑ.
И был голод во всех землях, а во всей земле Египетской был хлеб.
— Разъезда кайӑпӑр-и е Невинкӑнах вӗҫтерӗпӗр? — ыйтрӗ Дорофей.
— Поедем на разъезд или махнем на Невинку? — спросил Дорофей.
Сарайкӑлта, ай, пит ӳсет.
В деревушке светлой, ой, растет.
вӗҫлевлӗ каденци
заключительная каденция
15. Эпӗ — Ҫӳлхуҫа, санӑн Турру, тинӗс хумӗсене ахӑрмалла пӑлхатаканӗ: Унӑн ячӗ — Саваоф Ҫӳлхуҫа.
15. Я Господь, Бог твой, возмущающий море, так что волны его ревут: Господь Саваоф - имя Его.
Анчах минут та иртеймен, вӑл каллех шаккама тытӑннӑ.
Не прошло минуты, он опять начал стучаться.
Ай! — виҫӗ хут илтӗнчӗ ҫырма леш енчен.
Ой!..» — трижды отозвалось за речкой…
15. Хӑйӗн тарҫисем Саула ҫапла каланӑ: сана Турӑ ирӗкӗпе усал сывлӑш пӑлхатать; 16. пирӗн хуҫамӑр хӑй умӗнче тӑракан тарҫисене кӗсле ӑстайлӑ калама пӗлекен ҫын шырама хуштӑр; Турӑ ирӗкӗпе сан патна усал сывлӑш килсессӗн, вӑл кӗсле каласа сана лӑплантарӗ, тенӗ.
15. И сказали слуги Сауловы ему: вот, злой дух от Бога возмущает тебя; 16. пусть господин наш прикажет слугам своим, которые пред тобою, поискать человека, искусного в игре на гуслях, и когда придет на тебя злой дух от Бога, то он, играя рукою своею, будет успокоивать тебя.
Хыҫалтан аптӑраса пӑхса тӑнӑ.
Стоят, недоумевающе смотрят вслед.
Гаврилыч, хӑрах куҫне чеен хӗссе, ҫапла ответленӗччӗ мана:
Гаврилыч, хитро подмигивая одним глазом, ответил мне:
раштав, 7, 2010 — 1 000 статья.
7 декабря 2010 года — 1000 статей.
Пӗр плагина та лартмарӑмар.
Ни один плагин не был установлен.
Лазарева мӗн ҫинчен те пулин ыйтсан, пит тӗплӗ те ӑслӑ ответсем парать.
Лазарева отвечала на вопросы подробно и толково.
Шерккейӗн ҫанҫурӑмӗ тепӗр хут сӳлетсе илчӗ.
Шерккей вдруг весь передернулся от этой мысли.
Тен, ҫакӑнта мӗн пуррине пӗтӗмпех хамӑр тунипе?
Или оттого, что все здесь создано нами?
«Мӗн тума хуптартӑн эс ӑна, Александр атте?
Гляди, как бы с голоду он не того, не подох бы.
Боборыкин Иван Павлович
Боборыкин, Иван Павлович
Хӑй ҫав тери хыткукар пулнӑ пулин те, имени енӗпе лайӑххӑн тӑрӑшман, хӑш-пӗр чух кӑна, ним сӑлтавсӑрах, морякӑн управленине вӑркӑнса пырса кӗнӗ, пурне те ҫав тери хӑратса чӗтретнӗ, ҫамкасене хыртарнӑ, хӗнеттернӗ, хӑй килне илсе пынӑ, пачах та кирлӗ мар ӗҫсем ӗҫлеттерсе тӑна кӑларнӑ: лере ҫӗнӗ ҫул тума хушать, унта сарайне пӗр ҫӗртен тепӗр ҫӗре куҫарттарать…
При всей своей скупости он серьезно имением не занимался, иногда только, без всякой нужды он врывался в управление моряка, распространял ужас и трепет, брил лбы, наказывал, брал во двор, обременял совершенно ненужными работами — там дорогу велит проложить, тут сарай перенести с места на место…
Чи малта пыракан нимӗҫ ӳкрӗ.
Немец, шедший впереди, упал.
Карапсен борчӗсем ҫинче ҫапӑҫнӑ, тӑшман киммисем ҫине ывӑтнӑ ансӑр кӗперсем ҫинче ҫапӑҫнӑ, кимӗсем ҫинче ҫапӑҫнӑ.
Бились на бортах кораблей, бились на узких сходнях, переброшенных на вражеское судно, бились на лодках.
24. Сывлӑш мана ҫӳлелле ҫӗклерӗ, Турӑ ҫапла курӑнса, мана халдейсен ҫӗрне, унта куҫарса килнӗ ҫынсем патне, ҫитерчӗ.
24. И дух поднял меня и перенес меня в Халдею, к переселенцам, в видении, Духом Божиим.
Карьерӑра та ӑнӑҫу пулас шанчӑк пур.
Возможны также карьерные успехи.
Тивӗҫсӗр ыратупа эрлӗк, каланса пӗтмен вӗри тарӑху хытса ларнӑччӗ вӗсенче.
Боль, обида, горючий упрек невысказанными, незаслуженными застыли в них.
Унтан вӗсем каялла шуса, тухнӑ та пурте пӗр ҫӑмха пек чӗркенсе выртнӑ.
Тогда они выползли назад, все вместе свернулись клубком и бросились в окно.
Вӗсем унран мула ӑҫта хуни ҫинчен ыйтрӗҫ.
Они спросили у него, где сокровища.
— Унӑн пиччӗшӗ Владимир ӑҫта?
— А где ее брат Владимир?
Ҫурт хушшисем ирӗкех-ха.
Пусто и просторно было между домами.
Бригадӑн ҫухатусем те чылай пысӑк пулчӗҫ.
Бригада понесла значительные потери.
Сӑмахран, ҫӗр ҫинчи пурнӑҫӗн юлашки каҫӗнче Иисус шанчӑклӑ апостолӗсене ҫапла ӳкӗтленӗ: «Манпа пӗрле сыхӑ тӑрӑр» (ҪТ).
Например, в последнюю ночь своей жизни на земле, Иисус побуждал верных апостолов: «Бодрствуйте со мной».
Пиртен пӗри те хӑйсен вырӑнӗсенчен хускалмарӗҫ.
Никто из нас не двинулся.
Юлташӗсем хӑйсен вырӑнӗнчех-ши тесе, каялла ҫаврӑнса пӑхрӗ, унтан вара Хӗлип патне хӑюллӑн пырса тӑчӗ.
Он оглянулся — на месте ли его дружки, и не так уже смело приблизился к Фильке.
Кун пек тупӑсем пӗртте чӑтӑмлӑ пулман.
Такие пушки были очень непрочны.
Ҫапах ан пӑшӑрханӑр: сипленни пулӑшать, вара эсир каллех тӑва тепӗр май ҫавӑрма пултаратӑр.
Но не унывайте: традиционные методы лечения легко помогут справиться с недугами - и вы снова будете в строю.
Ҫулӑм хӑй валли ҫӗнӗ апат тупрӗ, ӑна хыпса ҫӑтрӗ.
Казалось, огонь только что заметил эту новую пищу и спешил воспользоваться ею.
— Халӑха вӗлерсе пӗтерес ҫук!..
— Народ — не убьешь!
— Тӗлпулу вӗҫленчӗ! — каллех пӳлет жандарм.
— Свидание окончено, — перебил жандарм.
55: 11). Эпир Иисус пекех Иеговӑна чун - чӗререн шанатпӑр пулсан, Иегова «сана нихӑҫан та манмӑп, сана пӑрахмӑп» тесе сӑмах панине пурнӑҫласса та ҫирӗп ӗненӗпӗр (Евр. 13: 5).
Мы, в свою очередь, можем не сомневаться, что, если мы всецело доверяем Иегове, он исполнит свое обещание: «Ни за что не оставлю тебя и ни в коем случае не покину тебя».
Хӗвелпе пиҫсе тӗксӗмленсе ларнӑ тирӗ айӗнчен кашни мышца палӑрса тӑнӑ.
Под смуглой кожей отчетливо угадывалась каждая мышца.
1704 ҫулта Свифт «Пичке юмахӗ» текен сатирӑллӑ кӗнекине пичетлеттернӗ.
В 1704 году Свифт опубликовал анонимно замечательную книгу: «Сказка бочки, написанная для общего совершенствования человеческого рода».
Ҫул кӑтартакансӑрах ҫула тухма килӗшнӗ.
Решили двинуться в путь без проводника.
Никольский Сергей Михайлович
Никольский, Сергей Михайлович (1905—2012)
Чӗлпӗре ҫилӗллӗн карӑнтарса туртса, сиккипе вӑркӑнса пынӑ ҫӗртех вӑл хӑвӑрт каялла ҫаврӑнчӗ, ҫывӑхри тӑкӑрлӑкалла вӗҫтерсе кӗрсе кайрӗ.
Яростно дернув повод, он на всем скаку круто повернул, скрылся в ближайшем переулке.
Чӗреслетсе ҫӑвакан ҫумӑр сывлӑша пӳлет, куҫ уҫма памасть.
Дождь, тяжеловесный и плотный, захватывал дыхание, слепил глаза.
Паян виҫҫӗшӗ тӗпӗртеттерсе ҫитрӗҫ.
Ноне прибегли трое.
Халь ӗнтӗ иксӗмӗр те пӗр тан
Теперь мы равны
Павӑл Муньӑшӑн пӑшӑрханчӗ, ҫав самантра ӑна пӗтӗмпех унтан килнӗ пек туйӑнчӗ.
Но даже Павле тревожила судьба Молнии, ему, как и всем остальным, казалось, что в эту минуту все зависит именно от собаки.
Ҫакна тӑвас тесе вӑл тутлӑлла пӗҫернӗ ҫӑкӑра хуҫа - хуҫа 11 шанчӑклӑ апостолне кашнине панӑ та каланӑ: «Ҫакӑ — Манӑн Ӳтӗм, ӑна сирӗншӗн тытса параҫҫӗ ; ҫакна Мана асӑнса тӑвӑр».
Как он это делает? Он разламывает незаквашенный хлеб и дает его каждому из 11 верных апостолов, говоря: «Это означает мое тело, которое будет отдано за вас. Делайте это в воспоминание обо мне».
Мӗнле пурӑнать-ши Марина хулара?
Как же живет Марина в городе?
1990 ҫулта Будапешт хулинче ветерансен Европа чемпионатĕнче хӑвӑрт утассипе ӑмӑртать (55-59 ҫулсенчисен 5 ҫм ӑмӑртӑвĕнче — 3 вырӑн, 20 ҫм ӑмӑртӑвĕнче — 3 вырӑн).
В 1990 году в Будапеште на ЧЕ по спортивной ходьбе среди ветеранов в возрастной категории 55-59 лет на дистанциях 5 км и 20 км занял 3-е место.
Каласа пар-ха эсӗ, сана мӗн кирлӗ? — терӗ вӑл старик ҫинелле пуҫне сулса.
Сказывай ты, чего тебе надобно? — прибавил он, качнув головой на старика.
Никам та пӗлес ҫук
Никто не узнает
Жалобӑпа ҫӳреме юрамасть: «ҫылӑх».
Мало того — поборами измучили деревню.
Ҫамрӑк тӑрна тӗмеске ҫинче тӑрать; сылтӑм ҫуначӗ унӑн ҫӗре ҫитиех усӑнса аннӑ.
Молодой журавль стоял на кочке; правое крыло его свисало до земли.
Кладовӑйӗнчен е кухньӑран мӗн те пулин ҫухалсан — иккӗмӗш хут нимӗн те памастпӑр.
Если что-нибудь из кладовой или из кухни пропадет — второй выдачи не будет.
Тепрехинче те вӑл ӑна ҫак япала ҫинчен пӗлтермӗ, тен, виҫҫӗмӗшӗнче те шарламӗ.
Не раскроется он перед ним и в другой раз, может быть и в третий.
Эпӗ кӑшкӑрса ятӑм:— Ах, пӑхӑр-ха, пӑхӑр-ха, епле илемлӗ вӑл! — терӗм эпӗ.
Я стал кричать:— Ой, какой! Смотрите, смотрите какой!
Фермопиль ҫапӑҫӑвне хутшӑннисем
Участники Фермопильского сражения
— Эсӗ хӗрхенетӗн-и вара ӑна? — ҫиленсе ыйтрӗ Лозневой.
— А тебе и жалко его? — ядовито спросил Лозневой.
— Кӑна вара пӗлместӗп, — терӗм.
Я отвечал, что не знаю.
Микулай Уккана кравать ҫине йӑтса кайса вырттарасшӑнччӗ, лешӗ ун патне ҫитес чух «унта юрамасть!» тесе кӑшкӑрса сасартӑк урайне шуса анчӗ.
Потом раскинули на полу кошму, Мигулай,
Манӑн ҫавӑн пек-ҫке, выльӑх пӑхас тертӗм ҫук, пӗртен-пӗр тӗпеклӗ чӑхӑ пурччӗ те, ӑна та пулин кӳршӗ автанӗ ерте-ерте кайса ҫуртран пистерчӗ.
Скотину не завожу, зачем она мне одной, была единственная курица, да и ту соседский петух отстудил от дома.
«О, ырӑ пан!» терӗ Янкель: «халь пачах май ҫук! тупата туршӑн май ҫук! ҫав тери путсӗр халӑх, ун ҫине пуҫӗ ҫинех сурса хурас пулать.
— О, любезный пан! — сказал Янкель, — теперь совсем не можно! Ей-богу, не можно! Такой нехороший народ, что ему надо на самую голову наплевать.
Вӗсенче те скрипкӑсем сутман.
И там скрипок не продавали.
— Эпӗ пурсӑр та килтех пуль тенӗччӗ, — терӗ сӑнран пӑхма лӑпкӑ Аксинья, кӑмӑлӗ сасартӑк пӑсӑлнине нимпе те — хусканӑвӗсемпе те, сӑмахпа та — палӑртмасӑр.
Внешне спокойная, ни движением, ни словом не выказав постигшего ее разочарования, Аксинья сказала: — А я думала — вы все в сборе.
— Тепӗр виҫ-тӑватӑ кунтан…
— Так дня через четыре, через три…
Эс вӗреннӗ, кӗнекесем вуланӑ — мӗн кирлӗ сана?
Ты училась, читала — что тебе нужно?
Шыв унта уйрӑмах тӑрӑ, хӑвӑрт юхать, Саша Песковатскине те тӑтӑшах кайкалатчӗ, тепӗр чух темиҫешер кун та пурӑнса килетчӗ вӑл унта.
Где у кустов вода была особенно прозрачная, не забывал Саша и Песковатское, иногда он там задерживался по нескольку дней.
— Кил-ха ман пата.
— Поди ко мне.
— Шӳсех кайрӗ, хӑнкӑла…
— Разжился, клоп…
Акӑ учительница хӗрӳллӗн те хӑвӑрттӑн, каҫару ыйтнӑн калаҫу пуҫларӗ, унӑн сасси макӑрнӑ чухнехи пек хыттӑн илтӗнет, анчах сӑмахӗсене ӑнланса илме йывӑр.
Вот заговорила учительница — горячо и торопливо, точно оправдываясь в чем-то, голос ее долетал так же сильно, как и рыдания, а слова разобрать было трудно.
Тетелте Чӑваш Ен патшалӑх чӗлхисемпе халӑхра усӑ курнин мониторингӗ пирки ятарлӑ блог уҫнӑ.
В Сети появился блог, посвященный мониторингу использования государственных языков Чувашии в общественном пространстве.
Торжествӑлла мероприятине Михаил Ҫеҫпӗл ячӗллӗ  Чӑваш патшалӑх ҫамрӑксен театрӗнче ирттернӗ.
Торжество состоялось в Чувашском государственном театре юного зрителя им. М. Сеспеля.
«Илсе пыр хупа пӗрле пӗтӗм пурлӑхна: уйсенчен те, улӑх-ҫаранран та, ҫырма-ҫатрасенчен те, вӑрмантан та.
Заклинаю тебя семью яствами, молю тебя…
Капитулянтсемех К. хулине депутаци янӑ, вӗсене ертсе каяканӗ Юрдан чорбаджи пулнӑ, вӗсем вара Бяла Черква халӑхӗ ячӗпе султана юрас тесе хула вӗсене хирӗҫ пулас ҫук, хулана хӳтлӗх пама ыйтатпӑр тесе пӗлтернӗ.
Они же послали в К. депутацию с чорбаджи Юрданом во главе, дав ей наказ выразить покорность и верноподданнические чувства султану от имени населения Бяла-Черквы и просить о защите города.
Ун ҫине тӗпчесе пӑхса, Алексей:— Ольга эсӗ Поповӑна юратса пӑрахнӑ, тесе шутлать, — терӗ.
Испытующе глядя на него, Алексей сказал: — Ольга думает, что влюбился ты в Попову.