alexantonov/chuvash_russian_parallel huggingface dataset:
Вӑл хӑй ача чухнехине, ҫуралнӑ ялне, амӑшне — хӗрлӗ питҫӑмартиллӗ, ӑшӑ чакӑр куҫлӑ самӑр хӗрарӑма, хӗрлӗ сухаллӑ, хаяр сӑн-питлӗ ҫӳлӗ ашшӗне аса илме ӗлкӗрчӗ; хӑй каччӑ пулнине тата вӑрӑм ҫивӗтлӗ, самӑр та кӑпӑш ӳтлӗ, уҫӑ кӑмӑллӑ, хура куҫлӑ арӑмне, Анфисӑна, унтан каллех хӑйне — хӳхӗм гварди салтакӗ пулнине аса илчӗ; унтан, пайтах вӑхӑт иртнӗ хыҫҫӑн, ӗҫпе пӗкӗрӗлнӗ, кӑвакарнӑ ашшӗне, ҫӗр ҫумнелле пусӑрӑннӑ, пӗркеленчӗк питлӗ амӑшне курчӗ; ҫапла вӑл хӑй салтакран таврӑнсан ял-йышпа епле курнӑҫнине те аса илчӗ: ашшӗ пӗтӗм ял умӗнче хӑйӗн Кӗркурийӗпе, мӑйӑхлӑ, сывлӑхлӑ, маттур та хӳхӗм салтакпа, епле мухтанатчӗ…
Он успел посмотреть себя ребенком, свою деревню, свою мать, краснощекую, пухлую женщину, с добрыми серыми глазами, отца — рыжебородого гиганта с суровым лицом; видел себя женихом и видел жену, черноглазую Анфису, с длинной косой, полную, мягкую, веселую, снова себя, красавцем, гвардейским солдатом; снова отца, уже седого и согнутого работой, и мать, морщинистую, осевшую к земле; посмотрел и картину встречи его деревней, когда он возвратился со службы; видел, как гордился перед всей деревней отец своим Григорием, усатым, здоровым солдатом, ловким красавцем…
— Ӑслӑ ҫын, лайӑх ҫын вӗт-ха!
— Ведь умный же, хороший же человек!
Эпӗ вӗсен чӗлхине вӗренетӗп, йӑлисене хӑнӑхатӑп, вӗсен халапӗсене пуҫтаратӑп, вӗсен ӳчӗ, ҫӳҫӗ мӗнле пулнине тӗпчетӗп.
Я буду учиться их языку, изучать их обычаи, собирать их сказки, исследовать строение их тела, волос, кожи.
— Ух, аван та!
— Ух, и хорошо!
— Манӑн алра пулсан, калаҫнӑ пулӗччӗ.
— Был бы он в моих руках, заговорил бы.
Эпир пӗр тӑм пӳртрен тепӗр тӑм пӳрте кӗрсе ҫӳрерӗмӗр.
Мы шли из норы в нору.
Кӑнтӑр Африкӑра тата Вӑтаҫӗр Америкӑра ҫын вӗлернипе ҫыхӑннӑ преступленисен шучӗ, пӗтӗм тӗнчери вӑтам кӑтартусемпе танлаштарсан, тӑватӑ хут нумайрах.
В Южной Африке и Центральной Америке было зафиксировано наивысшее число убийств, которое более чем в четыре раза превосходит средний мировой показатель.
— Мӗнле вара ҫук?
— Как нет?
— Центр ҫине шан та, ху та алла усса ан лар.
— На центр надейся, да и сам не сиди опустив руки.
Тепӗр чух вӑл Андрей ҫӗр каҫма чарӑннӑ ҫӗр пӳртре пуҫӗ айне салтак кутамкки хурса, тутисемпе ӑшшӑн кулкаласа ҫывӑрнине е салтаксемпе сӗм тӗттӗм вӑрман витӗр, ҫывӑхрах пӑшал пенине итлекелесе утнине, е каҫпа кӑвайт умӗнче табак туртса ларнӑ чухне ун ҫинчен шухӑшланине курать…
Иногда видела, как он ночует в землянке, положив голову на вещевой мешок, смешно улыбаясь губами, или как идет с солдатами глухим лесом, сторожко прислушиваясь к близкой стрельбе, или как сидит вечером у костра, курит и думает о ней…
Хӑйĕн тӑванĕн Конрад ывӑлне Генрих Германире регент вырӑнне хӑварать.
Генрих оставляет регентом в Германии племянника Конрада.
— Мӗн, суккӑр-и вара?
— Что у вас, повылазило?
Елена сасартӑк икӗ аллипе те унӑн мӑйӗнчен ыталаса илчӗ.
Она вдруг бросила ему обе руки вокруг шеи.
Унтан вӗсем Гекльберри Финна шыраса тупрӗҫ те, вӑл хавассӑнах вӗсем ҫумне ҫыпӑҫрӗ.
После этого они разыскали Гекльберри Финна, и он сразу же к ним присоединился.
Ҫапах та хӑй чиновник…
А еще чиновник! —
Вӑл вӗҫкӗнленсе ӗнтӗ Гирей-хана ҫапла Гирейка тенине казаксем чухлаҫҫӗ.
Что он Гирей-хана называл Гирейкой, в том было заметное для казаков молодечество.
Вӗсем паян каллех кайрӗҫ, эсир киличчен кӑшт маларах ҫеҫ тухса кайрӗҫ.
Они снова поехали сегодня, незадолго до того, как я увидела вас на дороге.
Алгыш вара чӗлхемӗрте ылхаш формӑллӑ пулмаллаччӗ, анчах та ҫав пӗлтерӗшпе пирӗн урӑх сӑмах ҫӳрет: пил (пехил).
А алгыш в нашем языке должно было быть в форме ылхаш, однако это понятие в нашем языке означает другое слово: благословение (завещание).
— Тӑватӑ ҫул тӑрӑшса вӑрттӑн ӗҫленӗ хыҫҫӑн, юлашкинчен, нумайранпа кӗтнӗ кун ҫитрӗ теме, тавӑрмалли шурӑмпуҫ тухрӗ теме пултаратпӑр-и эпир? — ыйтнӑ пӗр хӑйӑлтатакан сасӑ, латинла, пӗлнӗ-пӗлмен чӗлхепе.
— Можем ли мы наконец сказать, после четырёх лет тайной, упорной работы, что взошла долгожданная заря искупления? — спросил другой хриплый и низкий голос на скверном латинском языке.
— Эпӗ ӑна ҫакӑн пирки пӗр чӗптӗм те ыйтманччӗ, анчах… анчах, авалхи йӗрке-тӑрӑм — ҫепӗҫлӗхшӗн те сӑпайлӑхшӑн — мана турчӑкана пӗтӗрсе ҫыхса хума хистет.
— Я вовсе ее не просил об этом, но старые привычки способны еще заставить меня из вежливости связать кочергу узлом.
Паян ҫамрӑксене ҫав сӑмахсене хам калатӑп.
Сегодня эти слова сам говорю молодежи.
— Мӗн кирлӗ-ха сана? — виҫҫӗмӗш хут хаяррӑн ыйтрӗ Вавила.
— Чего ты хочешь? — сурово спросил Вавила в третий раз.
Храмра ӗҫлекенсем, ыр кӑмӑлпа панӑ укҫасене шутлакансем, ҫав икӗ вак укҫа Иеговӑшӑн мӗнле хаклӑ пулнине тата вӗсене кам панине, паллах ӗнтӗ, пӗлме пултарайман.
Служители сокровищницы, через чьи руки прошли эти две монетки, вряд ли знали, насколько ценны были для Иеговы эти монетки и та, кто их принесла.
— Ирӗклӗх, правасем…
— Свободу права…
— Эсӗ калаҫмасан — кам та пулин урӑххи калаҫать, анчах кирлӗ сӑмахсемпе мар.
— Ты не поговоришь — другой кто-нибудь поговорит, да только не теми словами, какими надо.
Ци-цзинь арӑмӗ упӑшки икӗ ҫул каялла ӳсӗрпе Чжао Ци-ене асси тенине аса илчӗ.
Вспомнив, как два года тому назад ее муж спьяну обругал Чжао подлым отродьем,
Ҫак шӑнӑр туртни Агриппинӑн чӗрине тӳсме ҫук ыраттарать.
Эта судорога переворачивала у Агриппины сердце:
Катя хӑйӗн ашшӗне нихҫан та «вилнӗ» теместчӗ.
Катя никогда не называла отца «покойный».
Пролетариат енчен ҫавӑн пек наказани илме тивӗҫлӗ-и вӑл?
Достоин он такой пролетарской кары?
Ҫавӑнпа «вӑрман кушакӗ» штык ҫине пырса тӑрӑннӑ.
Поэтому "лесная кошка" наткнулась на штык.
Халӗ вара Иосиф пач урӑх тӗнчене лекнӗ.
Теперь его окружает совершенно иной мир.
Лида курӑк ҫине ларнӑ та сар ҫеҫкесенчен пуҫкӑшӑлӗ пекки майлаштарать, хӑй: «Мана капла та лайӑх», — тесе кӑтартма тӑрӑшать вӑл.
Лида сидела на траве, плела венок из одуванчиков и делала вид, что ей гораздо веселее, чем тем, кто ездит на велосипеде.
Эпӗ хамӑн матроссене яланах юрататтӑм, вӗсем те мана юрататчӗҫ.
Я всегда любил своих матросов, и они любили меня.
– Т. 1 : А–Е. – С. 202.
— Т. 1 : А-Е. — С. 202.
артист итлекенсене ытарма ҫук сассипе тĕлĕнтерчĕ
артист очаровал слушателей своим прекрасным голосом
— Юлташла калаҫӑва эсир супӗлтетни тетӗр.
— Вы называете дружескую беседу болтовней…
Пӗчӗк хуласемпе район центрӗсенче хыпалансах комендатурӑсемпе гарнизонсем вырнаҫнӑ.
В городках и районных центрах торопливо размещались комендатуры.
— Тӑсса яр, тӑсса яр…
— Трави, трави.
Патшалӑх шыв реестрĕнчи шыв объекчĕн кочĕ — 15020100112115300020470
Код объекта в государственном водном реестре — 15020100112115300020470.
Колхозра нимле ӗҫ те туман: пур ӗҫе те йӗпе-сапа кансӗрленӗ.
В колхозе не вели никакие работы: всем работам мешала слякоть.
рефлекторлӑ лампа
рефлекторная лампа
Унта икҫӗр тоннӑна яхӑнах тунӑ тирсем пур.
Там были сложены почти двести тонн дублёных кож.
Тепӗр минутран вӑл, ассӑн сывласа илсе, хушса хучӗ:
Через минуту он, вздохнув, добавил:
Унпа республикӑн Патшалӑх Канашӗн «Республика» хаҫачӗ валли анлӑ интервью хатӗрленӗччӗ.
С ним готовилось обширное интервью для газеты Государственного Совета республики «Республика».
Пӗтӗм шанчӑк та ун ҫинче ҫеҫ манӑн!
На нее у меня вся надежда!
Эпир ҫӑлӑнӑҫ кӗтмен, ҫил-тӑвӑл ӳкернӗ йывӑҫсем хушшине кӗрсе ларса, перкелешме тытӑнтӑмӑр, хамӑрӑн пурнӑҫа хаклӑраха пама хатӗрлентӗмӗр.
Избавления мы не ждали, отстреливались, засев в буреломе, и приготовились к тому, чтобы подороже продать свою жизнь.
Анчах,пӑхӑр-ха,тата Ped тата Whille gtar-семтӗрлӗ визӑпа ишсе хӑпарнӑ.
но смотрите —извыплываютRed и White Star'ыс ворохомразнообразных виз.
Парӑр каялла пирӗн пурлӑха, ҫӗр ҫӑтмансем!
Верните нам наше добро, проклятые!
Ман вырӑнта эсӗ те, Николай та ҫав иккӗмӗш ҫул пурри ҫинчен асӑра та илмен пулӑттӑрччӗ.
Окажись тогда на моем месте и ты и Николай, вы просто забыли бы, что он есть, этот второй путь.
Нӳрлӗ тӑм ҫинче эпӗ лаша таканӗ йӗррисем тата тин ӳкнӗ лаша тислӗкӗ выртнине те куртӑм.
На сырой глине я увидел отпечатки лошадиных подков и свежий конский навоз.
Хӗрсе кайнипе, ман учӗ ҫакӑнта ҫити чиперех чупса ҫитрӗ, кунта ҫитсен, пӑхатӑп хайхи, — ман шеремет анкӑ-минкӗленсех кайнӑ.
Сгоряча-то конь мой проскакал до леса, а тут гляжу — он как во хмелю, бедный.
Питер ҫӳлелле икӗ ярд сиксе илчӗ, унтан ҫапӑҫма хатӗрленнӗ пек ҫухӑрса ячӗ те пӳлӗм тӑрӑх ункӑн-ункӑн ҫаврӑнма тапратрӗ, сӗтел-пукансем ҫумне ҫите-ҫите ҫапӑнчӗ, чечексем лартнӑ чӳлмексене тӳнтере-тӳнтере ярса, пӳлӗмре йӑлтах архатса ҫӳрерӗ.
Питер подскочил на два метра кверху, испустил дикий вопль и заметался по комнате, налетая на мебель, опрокидывая горшки с цветами и поднимая невообразимый шум.
Ун чух хул-ҫурӑм хевти кӗрсех ҫитеймен-ха ман, анчах пӗтӗм хуҫалӑха тытса пыма, ҫитӗннӗ казак пекех ӗҫлеме тиврӗ.
Узковаты были у меня тогда плечи и жидка хребтина, а пришлось нести на себе все хозяйство и работать, как взрослому казаку.
— Патшалӑх пулать-и ку?
— Разве это государство?
Виҫӗ уйӑх хушшинчи ӗҫсем ҫинчен каласа патӑм тата уйрӑммӑнах ҫак шухӑша палӑртса хӑвартӑм: Путивльрен тухса килнӗ чух эпир кашниех тӑшмана хирӗҫ пӗтӗм вӑй-хала хурса, ӑна мӗн аркатса тӑкичченех ҫапӑҫма сӑмах патӑмӑр, ҫак тупанах эпир хамӑр юлташсен масарӗ умӗнче ҫирӗплетрӗмӗр, халӗ паян, ҫак Хинель вӑрманӗнче, хамӑр тӑван ҫӗршыва, аслӑ Сталина тата тепӗр хут тупа тӑватпӑр.
Подвёл итоги трёхмесячной борьбы и сказал, что когда мы уходили из Путивля, каждый из нас в душе поклялся бороться, не считаясь ни с чем, до полной победы, что недавно мы повторили эту клятву над могилой своих товарищей, павших смертью храбрых, а сегодня поклянёмся ещё раз здесь, в Хинельском лесу; дадим святую воинскую клятву «Большой земле», товарищу Сталину, по призыву которого мы поднялись на борьбу с врагом.
Унтан сире ак ҫаксене паратӑп.
Затем кладу тебе вот эти подарки.
230—235 — рим попĕ св. Понтаин.
230—235 — Папа римский св. Понтаин.
Ку ӳкесси Райтсемшӗн кӗтмен ҫӗртен пулман, унта каллех ҫӗнӗ руль механизмӗ чӑрмантарнӑ.
Во-первых, они узнали, что случай этот вовсе не был таким неожиданным для изобретателей. Они узнали также, что подвел новый рулевой механизм.
Ача ҫапла сӑнласа панисене итлесе кулатчӗ, амӑшӗ каласа панисене ӑнланма йывӑррипе асапланнине те вӑхӑтлӑха манса каятчӗ.
Мальчик смеялся, слушая эти описания, и забывал на время о своих тяжелых попытках понять рассказы матери.
— Аҫу ӑҫта?
— А где отец твой?
Унӑн кӑмӑллӑ, куктӗррилӗ пит-куҫӗ чалӑшса кайрӗ, тутисем чӗтресе илчӗҫ, чышкисем пӗр ҫӗре пӗтӗҫрӗҫ.
Доброе веснушчатое лицо перекосилось, губы дёрнулись, кулаки сжались.
Вӑл Джеммӑпа сывпуллашма пуҫларӗ.
Он стал прощаться с Джеммой.
Арҫын ача пулса ҫӳресе пӑхас апла.
Так не пришла ли пора немного побыть в шкуре парня?
Вара Шишкин та тӳссе тӑраймарӗ:
Тут Шишкин не вытерпел:
1983 ҫултанпа — Латви Наци театрĕн актриси.
С 1983 года — актриса Латвийского национального театра.
Пан улми – 2,7 процент, банан 3,9 процент ӳснӗ.
Цены на остальные продукты не особо изменились.
Гидрологи тĕпчевленӳ кочĕ (ГТ) — 103000921
Код по гидрологической изученности (ГИ) — 103000921
Анне ӗҫчен те хавшак, вӑл яланах ӗҫлет — кӗпе-йӗм ҫӑвать, кил-ҫурта тасатать, апат-ҫимӗҫ пӗҫерет.
Она ловкая, проворная, всё время в движении — моет, убирает, стряпает.
Анчах та ҫурчӗсене — хваттер чыхса тултарнӑ ҫуртсене — пӗр ҫуллӑха лартмастпӑр-ҫке.
Но ведь дома-то эти, в которых квартиры, строятся не на год, а на века.
Ну, пӳрте кӗрер, апатланар, часах машина хулана каять.
Пошли пока в хату, повечеряем, а то машина в город пойдет.
Мӗнле Малашкӑпа?
С какой Малашкой?
Пӗр-пӗринпе пӑшӑлтаткаласа илнӗ хыҫҫӑн хӗҫе вара пирӗн мачча ҫине, черепица айне пытарас терӗмӗр.
Пошептавшись, мы наконец решили спрятать ее у нас на чердаке под черепицей.
Эпӗ ӑна суда патӑм.
В суд на него подал.
Тӑсланкӑ эсэсовец ман умра тӑрса мана урипе тапа-тапа тӑратма хӑтланать; кӑлӑхах тӑрӑшать вӑл; такам мана каллех шывпа сапать, эп каллех ларатӑп, темле хӗрарӑм мана эмел парать, манӑн мӗн ыратни ҫинчен ыйтать, вара мана хамӑн чӗре ыратнӑ пек туйӑнать.
Долговязый эсэсовец стоит надо мной и старается поднять меня пинками; напрасный труд; кто-то опять обливает меня водой, я опять сижу, какая-то женщина подает мне лекарство и спрашивает, что у меня болит, и тут мне кажется, что вся боль у меня в сердце.
Пӗчӗк юханшывӗ унтах пулнӑ, агавӑн шалалла авӑнчӑк ҫулҫисем савӑт вырӑнне пулма пултаратчӗҫ.
Ручей был тут же, а вогнутые листья агавы могли послужить сосудом.
Носилкӑна каллех ҫӗклерӗҫ, анчах аманнӑ ҫын пуҫӗпе сулкалама тытӑнчӗ, носилка ҫинчен сиксе анма та пикенчӗ.
Носилки опять подняли, но раненый энергично замотал головой и сделал даже движение, пытаясь соскочить с них.
— Нина Иванцова.
— Нина Иванцова.
Юз хамӑра пӑшалпа персе пӑрахасран хӑраса, эпир ҫырмаран пуҫа кӑларма шикленсе нумайччен лартӑмӑр.
Мы долго сидели в балке, боясь высунуть голову, чтобы Юз не подстрелил нас из ружья.
Шӑхӑрни тепӗр хут та илтӗнчӗ, Стефчов хальхинче хытах шӑхӑрчӗ.
Снова раздался свист, уже более громкий.
Хӗллехи вӑрӑм ҫӗр пуҫланать.
Наступает длинный зимний вечер.
Емельян тилхепене тытнипех тӑсӑлса ӳкрӗ.
Емельян, не роняя из рук вожжей, упал.
…Паян темшӗн кӑсӑя яланхи вӑхӑтра ҫитеймерӗ.
… Сегодня синицы в привычное время почему-то не было.
Хӑй те вӗҫтерсе кӑна ҫӳрет, ыттисем те вӗҫтерсе кӑна ҫӳреҫҫӗ, вӑл та вӗрентет, ӑна та вӗрентеҫҫӗ: поляксен чи пуян панӗ пек».
И сам разъезжает, и другие разъезжают; и он учит, и его учат. Как наибогатейший польский пан!
— Улталамасть, — ҫирӗплетрӗ Залкинд.
— Не подведет, — убежденно подтвердил Залкинд.
Малтан мӗнле кирлӗ пек ҫыр: пит юратнӑ йӑмӑкӑм, нумай ҫул хушши сывӑ пурӑнӑр — мӗнле кирлӗ пек!
Сначала — как надо: любезнейшая моя сестрица, здравствуй на много лет — как надо!
Часах уйӑх, хӑй таврашӗнчи тӗтрене ҫӗнтернӗ пек пулса, йӑлтах тасалса ҫитрӗ, анчах ирхи кӗренлене пуҫланӑ пӗлӗте кура, вӑл вӑйсӑрӑн шуралчӗ.
Потом она стала ясная, как бы победившая всё вокруг, но побледневшая, обессилевшая, когда оказалось, что мы идём к утреннему, розовому небу.
— Ыран каҫ Ленӑпа иксӗр кунтан аякра пулатӑр.
— Завтра к вечеру ты и Лена будете далеко отсюда.
Ахаль те вилес пек ҫеҫ тытӑнса тӑратӑп…
Я и так изувечен до полусмерти…
Пӗрре ҫапла эпӗ ӑна хӗвел ҫинчен каларӑм та, унӑн пит-куҫӗ тӗксӗмленчӗ, вӑл итлесе те пӗтермерӗ, манран тара пачӗ.
Сказала я ей так про солнышко, а у ней брови нахмурились, и убежала она от меня, не дослушала.
Малтанах вӑл йӗр вырӑнта тӑнӑ пек, анчах хуллен-хуллен ӳсет, унӑн икӗ пычӗ те ҫутӑ йӑлтӑртатни курӑнать — хӗвел ҫинче йӗпе кӗсменсем ҫуталса илеҫҫӗ иккен.
Сначала она кажется неподвижной, но мало-помалу растет, по сторонам ее становятся заметны вспышки света — это сверкают на солнце весла.
Ваҫҫӑна епле ответ парасси пирки шухӑшласа пӑхма та ӗлкӗреймерӗм эпӗ, ман пата Николай Струтинский пырса тӑчӗ.
Не успел я подумать, что ответить Васе, как пришел Николай Струтинский.
киноварьпе сӑрла
&nbsp;красить киноварью
Римлянсем атакӑна тачӑ стройпа пуҫларӗҫ, ҫавӑнпа Крикс легионӗсен сулахай ҫуначӗ римлянсемпе хире-хирӗҫ пулаймарӗ.
Так как римляне атаковали сплошным строем, крайнее левое крыло легионов Крикса не было окружено.
Самолетпа килтӗн-и?
Самолетом, что ли?
— Эсир-и ку, Victor? — илтӗнчӗ юнашар пӳлӗмрен.
— Это вы, Victor? — раздался тонкий голос из соседней комнаты.
Ҫав вӑхӑтрах тата хӑй хыҫне пытанма ӗлкӗрнӗ Донченкона чавсипе ыратмаллах тӗртрӗ.
В то же время он успел локтем больно ткнуть уже скрывшегося было за ним Донченко.
Иккӗмӗш кунӗнче, столовӑйӗнче пӗр сӗтел хушшинче ларнӑ чух, Стручков тӳсеймерӗ, ӑна асӑнчӗ, анчах темшӗн ячӗпе каламарӗ.
На второй день, когда сидели в столовой за одним столом, Стручков не вытерпел, вспомнил ее, но почему не назвал по имени.
Табак туртса янӑ хыҫҫӑн Давыдов каллех ӗҫ хатӗрӗсене пӑхма пуҫларӗ, пӑхса вара кӑнтӑрла иртсен тин пӗтерчӗ.
После перекура Давыдов снова принялся за осмотр инвентаря и закончил только после полудня.
Патшалӑх шыв реестрĕнчи шыв объекчĕн кочĕ — 03030000212103000049934
Код объекта в государственном водном реестре — 03030000212103000049934.
— Вӑрҫа эпӗ сана хӳтӗлеме кайман.
— Я шел на войну не затем, чтобы тебя защищать!
Петро, ҫулнӑ тырра косилка ҫинчен ывӑтса пыраканскер, иртен вара ик витре кӗрекен баклагӑри шывӑн ҫуррине ӗҫсе ячӗ.
Петро, метавший с косилки, выпил с утра половину двухведерной баклаги.
— Ну, ҫуран каятпӑр, — терӗм эпӗ, — ну, кайрӑмӑр, старик!
— Ну, пойдем, — сказал я, — пойдем, старик!
Ку кӗпепе епле урама тухас?
Как в этом платье выйти на улицу?
Пӗлӗт хӗррисем, часах тӗттӗмленсе ҫитессе систерсе, тӗксӗмленчӗҫ.
Уже посерели краски неба, предвещая скорую и темную ночь.
— Атя-ха, атя кунтарах, пуплер…
— Пойдем-ка поговорим.
Пӑшалӗ унӑн пӗр кӗпҫеллӗ, тата ҫав пӑшалӑн ҫиллессӗн «тапса» ярас начар йӑли пур, ҫавӑнпа Ермолайӑн сылтӑм питҫӑмартийӗ яланах сулахаййинчен мӑнтӑртарах.
Ружье у него было одноствольное, с кремнем, одаренное притом скверной привычкой жестоко «отдавать», отчего у Ермолая правая щека всегда была пухлее левой.
— Ӗҫпе тав тӑвӑн, сӑмахпа эпир ахаль те тӑраннӑ!..
— На деле спасибо скажешь, а словами мы и так объелись!..
Анчах та ун вырӑнне вӑл политикӑллӑ выигрыш парать, мӗншӗн тесен вӑл Национальноҫсен Совечӗн авторитетне ӳстермелле.
Но зато оно даст большой политический выигрыш так как оно должно повысить авторитет Совета Национальностей.
Ниҫтан та тавҫӑрса илме ҫук!
Необъяснимо!..
Полковникӑн мӑнтӑр янахӗ сиксе илчӗ.
Мясистая челюсть полковника дрогнула.
Ҫапла-и, православнисем? — терӗ вӑл йӗри-тавра тӑракан мужиксене.
Так ли, православные? — обратился он к стоявшим вокруг мужикам.
— Эпир мӗн тарӑнӑшра тӑратпӑр?
— На какой глубине мы находимся?
Вӗсене ҫамрӑксене вулама интереслӗрех пултӑр тесе ҫырнӑ пулсан та, унта ҫырнӑ информаци пуриншӗн те усӑллӑ принципсем ҫинче никӗсленсе тӑрать.
Хотя она написана так, чтобы молодежи было интересно ее читать, она основана на универсальных библейских принципах, которые полезны каждому из нас.
Ашшӗ ҫав тери хыттӑн кӑшкӑрса ячӗ; унӑн капитанла янӑравлӑ сассине илтсен, амӑшӗ мискӑпа алшӑлли тытсах чупса кӗчӗ те алӑк патӗнче чарӑнчӗ.
Отец загремел так, что на раскаты его капитанского голоса прибежала с миской и полотенцем в руках мать и встала у дверей.
Non-Ionizing Radiation, Part 1: Static and Extremely Low-Frequency (ELF) Electric and Magnetic Fields (2002) by the IARC.
В современной формулировке электромагнитное поле представлено тензором электромагнитного поля, компонентами которого являются три компоненты напряжённости электрического поля и три компоненты напряжённости магнитного поля (или — магнитной индукции), а также четырёхмерным электромагнитным потенциалом — в определённом отношении ещё более важным.
Пирӗн мӗнле йӑларан хӑтӑлмалла тата мӗншӗн?
С какой склонностью мы должны бороться и почему?
ӑ) Иов хӑш енчен йӑнӑш тунӑ?
б) В чем была его ошибка?
— Юлашкинчен пирӗн те шавлӑ пӳлӗм пулать иккен! — хавасланса кайрӗҫ Володьӑпа Оля.
— Наконец-то у нас будет шумная комната! — обрадовались Володя и Оля.
Хӑй мӗнрен хӑрани ҫинчен шутласа ҫӳрес вырӑнне вӑл ҫапла тӑвас тенӗ: «Ҫамрӑксем нумайӑшӗ Иегова Свидетелӗсем ҫинчен пачах илтмен.
Вместо того чтобы сосредоточиваться на своих страхах, она рассудила: «Многие молодые не знают о Свидетелях Иеговы вообще ничего.
Сӑмахран, хӑш - пӗр ҫӗршывсенче ашшӗсем ачасене пӑхса ӳстересси хӗрарӑмӑн ӗҫӗ тесе шутлаҫҫӗ.
Дух этого мира не должен проникать в христианские семьи.
— Саланас пулать, — сӗнчӗ Лукерья Бояркина.
— Разойтись бы, — предложила Лукерья Бояркина.
1935 — Джордж Гершвинӑн () Бродвейри «Порги и Бесс» оперин премьери.
премьера оперы Джорджа Гершвина «Порги и Бесс» на Бродвее.
«Эпӗ вӗсем патне ҫитме миҫе утӑм юлнине шута илмен-ҫке. Мӗн ҫине те пулин таянас пулать ман», — больницӑн йӗп-йӗпе пулса кайнӑ халатне хывса пӑрахнӑ май, шутлать вӑл.
«Я же не посчитал, сколько до них шагов. Надо обо что-то опереться», решает он, сбрасывая с себя промокший больничный халат.
Халӗ ерипен пусма тӑрӑх анакан моряк ывӑлӗ Владимир Дубинин пек ҫакнашкал йывӑр инкеке хӑҫан та пулин лекнӗ-и эсӗ?
Был ли ты когда-нибудь в такой трудном положении, в каком находился сейчас медленно спускающийся по этой лестнице моряцкий сын Владимир Дубинин?..
Алӑк урлӑ ярса пусма та ӗлкӗреймерӗ Параска, хӑйне хайхи шурӑ свиткӑллӑ йӗкӗт тытса ҫӗкленине туйса илчӗ.
Не успела Параска переступить за порог хаты, как почувствовала себя на руках парубка в белой свитке,
— Чӑн, — кӗскен ответлерӗ Алексей.
— Да, — коротко ответил Алексей.
— Вӗсем инҫетре пурӑнаҫҫӗ-и — ыйтрӗ Крылатов.
— Далеко они живут? — спросил Крылатов.
Иегова Авраама хӑйӗн кил - йышӗпе Ханаан ҫӗрне куҫса кайма ыйтсан, лешӗ тӳрех итленӗ.
Когда Иегова повелел Аврааму переселиться со своими домашними в землю Ханаан, тот с готовностью подчинился.
— Алексей Саввич, — ыйтрӗ вӑл пӗрре, — Греци мифологинчи хӑш хӗрарӑм сире пуринчен ытларах кӑмӑла каять…
— Алексей Саввич, — спросил он как-то, — какая из женщин греческой мифологии вам больше всего по душе?..
Уфа, 1998 г.
— Уфа, 1998.
Хамӑр пӗр-пӗрне курайманнинчен тӗлӗнетӗп эпӗ.
Я удивлялся нашей ненависти друг к другу.
Пӗрлӗхӗ ӑҫта?
Но где единство?
Вӑл — ҫирӗп кӑмӑллӑ.
Он был твёрд.
Шанчӑклӑ христианин пулас тесен вӑй хумалла (Матф. 16: 24 — 26 ; Лука 13: 24).
Чтобы быть верным христианином, необходимо прилагать усилия.
Тӗрӗсрех каласан — наступлени тума пуҫланӑранпа.
Точнее — с момента наступления.
Ҫӗре савма пӗлменнисем, антив ку ултавпа пурӑнайччӑр.
Пусть те, что землю любить не могут, живут обманом.
Чӑнах та ыранччен-и? — ыйтрӗ Ленора фрау.
Не правда ли, до завтра? — спросила фрау Леноре.
Осее ҫӗнӗ чӗлхе вӗренме те питӗ йывӑр пулнӑ, ҫавӑнпа ҫулталӑк ытла вӑл лайӑх ӗҫ тупма пултарайман.
Осей с трудом осваивал новый язык, поэтому больше года он не мог найти нормальную работу.
Пирӗн пӗр чашӑка мӗнле пайлас-ха?
Как нам в одной чашке делиться?
Лайӑх ҫанталӑк тӑнӑ вӑхӑтра яланах, ҫырмана, ӑна курма каяттӑм.
В хорошую погоду я отправлялся на реку, следить за ней.
— Тарчӗ, — тӳррипех каларӗ Саша.
— Удрал, — признался Саша.
Хушӑран вара тӗтӗм сирӗлет те йӑтӑнса аннӑ маччасем витӗр пӳрт ӑш-чикки: чухӑнсен ҫулӑмпа хӗрелнӗ ҫӗтӗк-ҫурӑксем, ҫунакан пӗчӗк пӳлӗмсенчи кивӗ сӗтел-пукансем курӑнаҫҫӗ.
Изредка дым рассеивался, и сквозь обвалившиеся крыши можно было разглядеть охваченные пламенем комнаты; пламя окрашивало в рубиновый цвет эти убогие жилища, и старая, нищенская домашняя утварь появлялась в ярко-алом свете в изумрудной оправе.
Вӑл ман ҫула урлӑ тӑнӑнах туйӑнать.
Кажется, что она встала на моем пути.
Раҫҫей империн публицисчĕсем
Публицисты Российской империи
Унӑн лётчикӗсем сывлӑшри ҫапӑҫура нимӗҫ истребителӗсене пӗр ҫирӗм километра яхӑн аэродромран аяккалла илсе кайрӗҫ, вӑл хӑй те, нимӗҫсен «хӗскӗчӗнчен» хӑтӑлса тухнӑ хыҫҫӑн тата кӑштах хӗвелтухӑҫнелле вӗҫрӗ пулас.
Связав немецкие истребители воздушным боем, его летчикам удалось оттянуть их от аэродрома на восток примерно километров на двадцать, да и ему, после того как вырвался он из двойных «клещей», удалось, вероятно, еще немного протянуть к востоку.
Хура халӑх урӑх вӑрҫасшӑн мар.
Чернь, видите ли, не желает больше воевать.
Пурпӗрех! — лӑпкан тавӑрчӗ Марьяна.
Все равно! — спокойно отвечала Марьяна.
Ҫынсем хам ҫинчен: Володя мӗн тӑвать, вӑл та упӑтелле ҫавӑн пек хӑтланать, тесе каласран шикленсе, эпӗ В. Адам лашисене туянасшӑн пулмарӑм, анчах магазинта сут тӑвакан вашават ҫынна чӑрмав кӳнӗрен пӑшӑрханнипе васкаса, эпӗ чӳрече ҫинче тӑракан хӗрарӑм пуҫне, гуашьпе тунӑскере, суйласа илтӗм те уншӑн ҫирӗм тенкӗ тӳлерӗм.
Я не хотел покупать лошадей В. Адама, для того чтобы меня не могли упрекнуть в обезьянстве Володе, но, торопясь от стыда в беспокойстве, которое я доставлял услужливому магазинщику, выбрать поскорее, я взял гуашью сделанную женскую голову, стоявшую на окне, и заплатил за нее двадцать рублей.
Таҫта лере, хӑлха тулашӗнче, ӑс-тӑна витереймесӗр, ют, ҫав вӑхӑтрах ытла та палланӑ сасӑсем ҫатӑлтатса тӑчӗҫ, Аннӑн инҫетри-инҫетри хура куҫӗсем пӑлханчӑк ҫутӑпа ҫунчӗҫ, хӑрушшӑн мӑкӑрланса, Крутогоровӑн кӗреҫе сухалӗ силленсе пычӗ.
Где-то снаружи бились, не проникая в сознание, чужие и странно знакомые голоса, где-то, удаленные расстоянием, горели исступленным, тревожным огнем черные глаза Анны, — чудовищно раскачиваясь, клубилась борода Крутогорова.
— Ҫук, хӗрарӑмсем, эсир мана ан чӑрмантарӑр, — ҫирӗппӗн те лӑпкӑн хирӗҫлерӗ Анфиса Марковна.
— Нет, бабы, вы мне не мешайте, — твердо и спокойно возразила Анфиса Марковна.
Дюрок хуравламарӗ, юнашар пӳлӗме тухрӗ, унта самаях кӑштӑртатсан ман патӑма таврӑнчӗ; халӗ вӑл ҫыран хӗрринче пурӑнакан ҫын евӗр тумланнӑ, унӑн сумлӑ капӑрлӑхӗнчен пӗртен пӗр пичӗ ҫеҫ юлнӑ.
Он не ответил, вышел в соседнюю комнату и, провозясь там порядочно времени, вернулся, одетый как прибрежный житель, так что от его светского великолепия осталось одно лицо.