ПЕРІОД І.

Духовно-учебная реформа 1808 г. и открытіе
С.-Петербургской Духовной Семинарии.

Недостатки прежней духовной школы стали болѣе или менѣе сознаваться еще съ половины прошлаго столѣтія. Они состояли въ отсутствіи общаго высшаго надвора надъ духовно-учебными заведеніями и руководительнаго начала, въ формѣ общаго для нихъ устава; въ неимѣніи учителей, неопределенности и смѣшанности курсовъ, въ недостаткѣ положительныхъ знаній, исключительнымъ господствѣ латыни, преобладаніи формализма и холистики въ обученіи, безъ надлежащаго приложенія наукъ къ жизненнымъ потребностямъ и запросамъ, въ особенности же въ матеріальной необезпеченности *). По выраженнію Екатеринны Великой, къ началу ея царствованія, «архіерейскія семинаріи состояли въ весьма маломъ численніи учениковъ, въ худомъ учрежденіи для наукъ и въ скучномъ содержаніи». Выражая особенную заботливость о народномъ образованіи вообще, которому желала придать характеръ общаго—гуманнаго развитія, вмѣсто прежняго узко-специального и практическаго,—Екатерина II выказала намъреніе воззвать къ новой жизни и духовную школу. И вотъ, въ ответъ на это намъреніе, лучшіе изъ тогдашнихъ архимандрейских, каковы: московскій митрополитъ Платонъ (Девшинъ), тверскій архиепископъ Гавріилъ (Петровъ), псковскій пресвященный Иннокентій (Нечаевъ)—высказывали разныя предположенія и представляли проязты относительно новаго устройства духовнаго образованія, которымъ, однакожъ, не суждено было осуществиться. Но покрайней мѣрѣ матеріальное положеніе духовныхъ ученищъ улучшилось, тѣмъ какъ при-

*) Недостатки эти указаны и въ Докладъ Комитета о усовершеніи духовныхъ училищъ. 1808 г. стр. 9 и слѣд.

— 7 —

знано было справедливымъ удѣлить на нихъ окладъ отъ доховъ съ церковныхъ имѣній, поступившихъ въ казну. При Павлѣ I окладъ этотъ увеличенъ до 180,000 руб., хотя въ тоже время и содержаніе вообще стало гораздо дороже. Затѣмъ такого рода преобразовательныя попытки, какъ указанныя выше (во введеніи), въ устройствѣ Александроневской семинаріи, при Екатеринѣ II получившей значеніе Главной семинаріи, а при Павлѣ I обращенной въ академію, были, хотя неполнымъ и недостаточнымъ, осуществленіемъ стремленій правительства къ усовершенствованію духовнаго образованія. Существенная же реформа духовной школы совершилась только въ царствованіе Пмператора Александра I.

Еще въ первые годы этого царствованія, по порученію
правительства, составлены были проекты о преобразованіи ду-
ховныхъ училищъ: могилевскимъ архиепископомъ Анастасіемъ
Братановскимъ, бывшимъ учителемъ семинаріи, — и тогдашнимъ
петербургскимъ викариемъ, Евгеніемъ Болховитиновымъ, бывшимъ
префектомъ Александроневской академіи. Послѣдній училищный
планъ одобрентъ Государемъ и св. Синодомъ; петербургскій
митронолитъ Амвросіі посылалъ его и къ другимъ преосвящен-
нымъ на разсмотрѣніе, между прочимъ къ московскому митро-
поролиту Илатону, но послѣдній отнесся къ нему скептически и не-
сочувственно. Проектъ Евгенія имѣлъ весьма большое влияніе
на послѣдующую реформу. Въ ноябрѣ 1807 г. Высочайше
учрежденъ особый Комитетъ для преобразованія духовныхъ учи-
лищъ, подъ предѣдательствомъ митрополита новгородскаго и
с.-петербургскаго Амвросія (Подобѣдова), святители, всей душой
преданнаго для духовнаго образованія. Членами его были: Фео-
филактъ Русановъ, епископъ калужскій, весьма просвѣщенный
архинастырь, внослѣдствіи взявшій на себя и должность про-
фессора во вновь открытой с.-петербургской академіи; оберъ-
священникъ Юаннъ Державинъ; духовникъ Государя, протопре-
свитеръ Сергій Краснопѣвковъ, (котораго вскорѣ потомъ смѣнилъ
протопресвитеръ Н. Криницкій); оберъ-прокуроръ св. Синода,
князь А. Н. Голицынъ, принявшій близко къ сердцу дѣло духов-
наго просвѣщенія; статсъ-секретарь М. М. Сперанскій, великій
государственный организаторъ, глубоко понимавшій своеніе свѣт-
лымъ умомъ и по опыту знавшій всѣ нужды духовной
школы, на которые онъ же особенно и обратилъ вниманіе Госу-
даря. Дѣлопроизводителемъ въ Комитетѣ былъ оберъ-секретарь
св. Синода А. Даниловъ.

- 8 -

Съ одной стороны, благодаря уже составленным проектамъ реформы—Анастасія и особенное Евгенія, съ другой, благодаря особенной энергіи своихъ членовъ, Комитетъ чрезъ полгода окончилъ возложенную на него задачу и въ июнь 1808 г. представилъ на утвержденіе Государя «Докладъ о усовершеніи духовныхъ училищъ и начертаніе правилъ о образованіи своихъ училищъ и содержаніи духовенства, при церквахъ служащаго», напечатанные въ 1809 г. отъ св. Синода,— съ приложеніемъ именныхъ Высочайшихъ указовъ, по сему предмету послѣдовавшихъ». Главная дѣятельность по составенію этого доклада принадлежитъ геніальному Сиеранскому. Докладъ одобрѣнъ Государемъ и утвержденъ особымъ указомъ Святѣшему Синоду отъ 26 июня 1808 года. Тогда же Императоръ Александръ выразилъ предъ явившимся къ нему съ изъявленіемъ благодарности митрополитомъ Амвросіемъ, лестную для духовнаго званія надежду, что духовныя заведенія, «при распространеніи обще-народнаго просвѣщенія, всегда будутъ стараться идти, по прежнему, впереди». *)

Поставляя назначеніе духовныхъ училищъ въ приготовленіи юношества къ духовному служенію, сообразно съ которымъ должно быть устроено въ нихъ обученіе и воспитаніе, Комитетъ призналъ, въ слуэ этого, и необходимость для нихъ особаго управленія, которое, пеходя изъ одного средоточія при св. Синодѣ, чрезъ окружныя академіи, должно, для собшенія единства и связи, обнимать всѣ роды духовныхъ училищъ. Училища же раздѣлены на 4 разряда и поставлены въ отношенія взаимнаго соподчиненія—испихъ высшимъ: 1) академіи, для высшаго духовнаго образованія и управленія учебными округами; 2) семинари, съ среднимъ курсомъ, для приготовленія воспитанниковъ въ академіи и особенно на поприще церковнаго служенія; 3) училища уѣздныя для высшаго образованія, сообразно съ возрастомъ и назначеніемъ учащихся и приготовленія ихъ къ семинари; 4) училища приходскія—для распространенія единообразнаго и методическаго ученія въ самыхъ селахъ и деревняхъ, подъ однимъ общимъ надзоромъ. Епархіи раздѣлены на 4 округа, каждый подъ вѣдѣніемъ своей академіи; въ каждой епархіи положено по одной семинари (всего 36) и по нѣскольку ниспихъ училищъ (уѣздныхъ до 10, приходскихъ до 30). При этомъ проэктированы и училищные штаты. Съ этолѣ ўсю осо-

*) Чистовичъ. Исторія Спб. академіи, стр. 178.

— 9 —

бенкое вниманіе обращено на возстановленіе исключительнаго
права продажи воскових свѣчей одини церквами, на основаніи
забытаго указа Петра Великаго. Вся сумма на содержаніе ду-
ховноучебныхъ заведеній исполнена въ 1,669, 450 руб., полагая
въ томъ численіе и 338,863 руб. отпускавшихся на духовныя учи-
лища изъ казны съ 1807 г.

Составленіе уставовъ и приведеніе всѣхъ комитетскихъ
предположеній въ исполненіе предоставлено особому учрежденію
при св. Синодѣ, замѣнившему собою Комитетъ, подъ наз-
ваніемъ Комиссіі духовныхъ училищъ». Члены ея остались
тѣже, которые были въ Комитетѣ. Къ началу 1809 г. составлены
были проекты уставовъ: академическаго, семинарскаго и учи-
лищъ--уѣзднаго и приходскаго. Введеніе къ уставамъ и первая
часть академическаго устава принадлежать перу Сперанскаго,
остальные части и уставы семинарскій съ училищнымъ составлены
преосв. Веофилактомъ Русановымъ. Утвержденіе уставовъ Го-
сударемъ послѣдоваю въ 1814 г. когда они и отпечатаны,
но по центерурскому округу они получили примѣненіе съ
1809 г.

По постановленію Комиссіі духовныхъ училищъ, перво-
начально открыта с.-петербургская академія, 17 февраля 1809 г.
Затѣмъ въ собраніи 23 февраля 1809 года, по предложенію ми-
трополита Амвросія, Комиссія имѣла разсужденіе объ устрой-
ствѣ центербургской семинаріи и сдѣлала по этому предмету жур-
нальное опредѣленіе отъ вышеозначенаго числа, въ статьѣ 15-й.
Постановлено: изъ тѣхъ учениковъ, которые были въ 1 и 2 клас-
сахъ старой александроневской академіи сдѣлать уѣздное учи-
лище, а изъ классовъ 3, 4, 5 и 6-го составить с.-петербургскую
александроневскую семинарію *). Затѣмъ назначены были на-
чальствующіе и учачіе для новой семинаріи. Митрополитъ Ам-
вросій ректоромъ во вновь открытую семинарію представлялъ
архимандрита Сергіевой пустыни Порфирія Крипілова, бывшаго
учителя и префекта въ Александроневской академіи, но Комис-
сія вмѣсто него опредѣлила ректоромъ, также изъ бывшихъ аLEX-
САНДРОНЕВСКИХъ наставниковъ, потомъ Спасосѣнновскаго священ-


*) Первоначально изъ двухъ отдѣлій: неписано и вышепло. Лучшіе 7 воспитанниковъ бывшей александроневской академіи приняты во зновь от- крытую академію, въ составъ ея 1-го курса. Изъ нихъ особенно заслуживаетъ быть упомянутымъ Герасимъ Павскій, первый магистръ 1-го курса Спб. академіи, впослѣдствіи знаменитый профессоръ академіи и законоучитель Шмператора Александра II.

— 10 —

зика Андрея Максимовича, въ началѣ 1809 г. приез发展的мо-
нашество, съ именемъ Лнатолія, и вскорѣ возведенного въ санъ
архимандрита; ему одному усвоено и званіе профессора (бото-
словскихъ наукъ). Инспекторомъ назначенъ вызванный—соб-
ственно для академіи—изъ святотронцкой семинаріи учитель
реторики, іеродіаконъ Филаретъ Дроздовъ, съ званіемъ академи-
ческаго бакалавра и съ возведеніемъ вскорѣ въ санъ юромонаха;
ему же поручено и преподаваніе философіи. Изъ наставниковъ
бывшей александроневской академіи, допущенныхъ къ сонсканію
бакалаврскаго званія въ новой академіи, опредѣлены учителями
семинаріи: Дим. Малиновскій, на классъ высшей реторики и гре-
ческаго языка; Дим. Вороновъ на нисшій греческій классъ и но-
зые языки, но отъ нѣмецкаго онъ вскорѣ отказался, «находя себя
не въ состояніи занимать этотъ классъ»; Андр. Павловъ—на
псторію и географію; вызванный изъ Харьковскаго кодексіума
для академіи, Яковъ Толмачевъ опредѣленъ на классъ нисшей
реторики и математики; Н. Александровъ, священникъ Охтенской
церкви, на классъ еврейскаго языка. Въ апрѣлѣ, за отказомъ
Воронова отъ нѣмецкаго языка, преподавателемъ на этотъ классъ
назначенъ изъ учителей бывшей академіи, священникъ Знамен-
ской церкви, Фпі. Коралловъ. Всѣмъ имъ определено имено-
ваться учителями до усмотрѣнія. Экономомъ Семинаріи утверж-
дентъ священникъ Н. Успенскій, бывшій прежде комиссаромъ въ
александроневской академіи. Затѣмъ предписано ректору поста-
вить росписаніе учебныхъ часовъ, а наставникамъ—конспекты
предметовъ.

1-го марта 1809 г., въ понедѣльникъ, на 4-й недѣли вели-
каго поста, по полученіи означеннаго постановленія Комиссіи
на имя митрополита Амвросія, открыта с.-петербургская духов-
ная семинарія въ зданіяхъ Александроневской лавры, какъ осо-
бое, вполнѣ сформированное, среднее духовно-учебное заведе-
ніе, — первая и старѣйшая изъ всѣхъ епархіальныхъ семинарій,
преобразованныхъ на основаніи реформы 1808 года, и служив-
шая вносядствіи отчасти образцемъ для устройства другихъ
епархіальныхъ семинарій.

О времени открытия семинаріи Комиссія духовныхъ учи-
лищъ дѣлала особое представліе Святѣйшему Синоду (отъ
10-го мая 1809 г. за № 94), следующаго содержанія: «Комиссія
духовныхъ училищъ честь имѣть во извѣстіе представить Свя-
тѣйшему Синоду, что въ 1-й день марта мъсяцца открыты ири
Александроневской лаврѣ семинарія и увѣздное училище, по ко-

— 11 —

вому плану, для нихъ начертанному; что съ онаго дня началось обучение предметамъ, въ планѣ для училищъ сихъ назначеннымъ, и Правленіе семинарское изъ ректора, инспектора и эконома, Комиссіею составленное, воспріяло свое действіе; и что оба помянутыя училища снабжены надлежащими уставами. (Амвросій, митрополитъ новгородскій, Феофилактъ, архиепископъ рязанскій, Духовникъ, протопресвитеръ Пав. Криницкій, оберъ-священникъ І. Державинъ. Князь А. Голицынъ. М. (перанскій)). Святѣшій Синодъ слушалъ это представленіе 14 мая. Приказали: «сообщить Сенату для пропечатанія въ Сенатскихъ вѣдомостяхъ». Сообщено 4 июня. *)

Впрочемъ ученье въ новой семинаріи началось собственно съ 18 мая, именно, по полученіи изъ Комиссіи нового семинарскаго устава **). Подъ этимъ же числомъ (18 мая) видимъ и первое заставаніе семинарскаго правленія, по случаю получения устава; постановленія этого заставанія составляютъ первый журналъ семинарскаго правленія.

Вотъ содержаніе этого журнала, отмѣченнаго подъ № 1: «сего 1809 г. мая 18 дня, вторникъ. Члены семинарскаго Правленія въ присутствіе прибыли въ нижеписанныхъ часахъ: Семинаріи ректоръ іеромонахъ Анатолій, Инспекторъ іеромонахъ Филаретъ, Экономъ священникъ Петръ Успенскій. Въ 7 часовъ.

«Въ ономъ собраніи, по случаю получения изъ Комиссіи дух. уч. устава дух. семинарій и устава уѣздныхъ училищъ первыхъ частей, по слушаніи оныхъ, положило следующее: 1) списать коніи съ уставовъ для употребленія, а подлинники отдать переплѣсть и хранить въ Правленіи, на столѣ членовъ. 2) Списавъ коніи съ статей, относящихся къ должностямъ о. ректора, инспектора, эконома, также и учителей, разослать оныя имъ для исполненія. 3) Росписаніе учебныхъ въ семинаріи часовъ. сочиненное о. ректоромъ іером. Анатоліемъ, въ силѣ коніи съ 15 статьи журнала Комиссіи дух. уч. февраля 23. 1809 г., съ утвержденіемъ Его Высокопреосвященства, съ сего дня привести въ дѣйство; также росписаніе учебныхъ часовъ уѣзднаго училища, выписавъ изъ устава, при-

*) Дело Синод. арх. 1809 г. № 714.

**) О дѣь открытія Семинаріи и началъ ученья говорится въ записки ректора, архимандрита Анатолія, внесенной въ правленіе семинарія и записанной въ журналъ отъ 20 октября 1809 г. и затѣмъ сообщенной, съ мнѣніемъ семинарскаго правленія, на разсмотрѣніе и утвержденіе академическаго правленія и Комиссіи дух. уч. Ректоръ писалъ: «для назначенія времени частнымъ и публичнымъ испытаніямъ нужно знать, когда долженъ начинаться и оканчиваться годъ семинарскаго курса. Но какъ семинарія открыта 1 марты», а учение по новому образованію началось, по полученіи устава, моя 18 дня: для того сей запросъ подлежать сомнѣнію. Какое на это послѣдовало опредѣленіе, объ этимъ сказано будетъ въ своемъ мѣстѣ.

— 12 —

вести въ надлежащее действіе. 4) Конспекты баккалавра и учителей, требованные въ силу копіи съ 15 ст. журн. Комм. д. уч. февраля 23, 1809 г., —по силѣ устава семинарій гл. 1-й о конспектахъ § 89-го, предо-ставить разсмотрѣнію о. ректора іеромонаха Анатолія. Подъ статьями журнала находятся следующія подписи: «Ректоръ семинаріи іеромонахъ Анатолій. Инспекторъ іеромонахъ Филаретъ. Письмоводитель А. Бутков-скій». Резолюція митрополита: «1809. мая 26 ч. Смотрѣно. Записавъ сдать въ Правленіе».

Затѣмъ вторыя части уставовъ (семинарскаго и училищ-наго) высланы изъ Коммиссіи на основаніи ея журнала отъ 22 мая, въ іюнѣ мѣсяцѣ. (См. журн. сем. Пр. № 6, 19 іюня 1809 г. ст. 3.)

Высшее управленіе.

Коммиссія духовныхъ училищъ, принявъ ихъ въ свое по-стоянное завѣдываніе, сдѣлалась первымъ центральнымъ учреж-деніемъ, придавшимъ духовному образованію общую, благо-устроенную постановку. Она выработала для нихъ общіе уставы и издавала потомъ общеобязательныя постановленія по всѣмъ частямъ, инструкціпъ и программы, а также и частныя для того или другаго заведенія предписанія, но сообразныя съ общимъ характеромъ духовно-учебнаго устройства и жизненной практи-кой *); разсмотривала и рекомендовала книги для духовно-учеб-ныхъ заведеній. Духовное образованіе стало независимо, какъ прежде — отъ віянія случайныхъ вкусовъ со стороны мѣстной епархіальной власти. Коммиссія представляла цѣлое ученое общество при св. Синодѣ, состоявшее изъ высшихъ духовныхъ сановниковъ отъ 4-хъ до 7, **) вмѣстѣ съ синодальнымъ оберъ-прокуроромъ, который въ первое время существованія Коммис-сіи былъ еще министромъ народнаго просвѣщенія, а также и

*) Ректоръ спб. академіи Филаретъ Дроздовъ, при открытиі 1-й конференціі 1814 г. въ следующихъ словахъ характеризовалъ это живое отношеніе къ педагогическому дѣлу: «занялія сооружаемыя изъ стихійнаго вещества, созида-ются единожды, и потомъ даютъ покой трудившимся: но то, чѣе зиждется изъ живыхъ каменій, по совершеніи первоначальнаго созиданія, требуетъ непрестан-наго возсозиданія, утвержденія, возвышенія, распиренія, украшенія, по раз-мѣрамъ возростающаго внутренняго совершенства» (журн. перваго собр. конфер. Спб. ак.—Спб. 1814. Стр. 8.)

**) Напр. въ 30-хъ годахъ въ составъ ея входили духовныя лица: С.-Петербургскій митрополитъ Серафимъ, Московскій Филаретъ, Кіевскій Евге-ній, Казанскій архиепископъ Филаретъ, Тверской Григорій, оберъ-священникъ архиі и флотовъ Кутневичъ; духовникъ Его Величества Музовскій.

— 13 —

министромъ духовныхъ дѣлъ *); въ первое же время въ составѣ ея находился и государственный секретарь Сперанскій, мѣсто котораго, послѣ его наденія, сначала никѣмъ не было занято, но потомъ и кромѣ оберъ-прокурора былъ еще второй свѣтскій сановникъ въ числѣ членовъ Коммиссіи, напримѣръ, въ 1830-хъ г. князь П. С. Мещерскій, сенаторъ, бывшій оберъ-прокуроръ св. Синода; въ 20-хъ годахъ дѣйствительный статскій совѣтникъ Павелъ Галаховъ, помощникъ попечителя человѣколюбиваго Общества. По отношенію къ Коммиссіи, петербургская семинарія находилась въ нѣсколько персючительномъ положеніи, прежде всего, какъ столичная и бывшая постоянно на виду у начальства; члены Коммиссіи обыкновенно присутствовали на публичныхъ экзаменахъ въ семинаріи и получали тѣ или другія личныя впечатлѣнія о состояніи учебно-воспитательнаго дѣла, на основаніи которыхъ, между прочимъ, могли высказывать послѣ тѣ или другія свои мнѣнія по части семинарскаго устройства вообще. Сверхъ того, петербургскій митрополитъ, бывшій обыкновенно предсѣдателемъ Коммиссіи,— какъ епархіальный архіерей, по уставу **) имѣвшій подъ своимъ главнымъ вѣдомствомъ семинарское правленіе, а слѣдовательно и все семинарское устройство, былъ въ тоже время и какъ бы представителемъ семинаріи предъ Коммиссіей.

Вліяніе въ Коммиссіи того или другаго изъ ея членовъ, естественно, опредѣлялось его способностями, энергіей, иногда и виѣшнимъ положеніемъ. Въ первое время особый въсѣ въ Коммиссіи имѣлъ преосвященный Феофилактъ Русановъ; затѣмъ, по удаленіи Феофилакта изъ С.-Петербурга первоначально въ Рязань, потомъ въ Грузію экзархомъ, большее значеніе пріобрѣтаетъ преосвященный Филаретъ Дроздовъ, бывшій ректоръ Петербургской академіи, впослѣдствіи митрополитъ Московскій, ***) пользовавшійся особеннымъ расположеніемъ и покровительствомъ митрополита Амвросія и синодальнаго оберъ-прокурора и вліятельнаго министра духовныхъ дѣлъ князя Голицына и, благодаря своему уму, опытности и познаніямъ, съумѣвшій надолго удер-

*) Оберъ-прокурорами, послѣ князя Голицына, были: князь П. С. Мещерскій (1824—1833 г.), дѣйств. ст. сов. Ст. Д. Нечаевъ (1833—1836 г.) и графъ Н. А. Протасовъ—съ 1836 г.

**) Проэктъ уст. дух. сем. ч. 1. Гл. І. § 1.

***) Филаретъ, еще не присутствуя въ Синодѣ, былъ уже членомъ Коммиссіи, такъ же какъ и преемникъ его по ректорству въ Пет. академіи—Григорій Постниковъ.

— 14 —

жать свое вліяніе въ Коммиссіи и при митрополитѣ Серафимѣ, хотя послѣдній не имѣлъ позднѣе сочувствія къ Филарету. Различныя распоряженія и преднисанія Коммиссіи въ 20-хъ годахъ и въ началѣ 30-хъ составлялись подъ преимущественнымъ вліяніемъ преосвященнаго Филарета; между прочимъ ему поручено было отъ Коммиссіи въ 1827 году, при соучастіи еще двухъ членовъ: Филарета Амфитеатрова, архіепископа Рязанскаго (внослѣдствіи кіевскаго митрополита) и Григорія Постникова, епископа Калужскаго, (внослѣдствіи С.-петербургскаго митрополита), важное дѣло нересмотра всѣхъ духовно-училищныхъ установъ съ тѣмъ, чтобы представить потомъ свое мнѣніе въ Коммиссію. Но съ половины 30-хъ годовъ вліяние Филарета ослабѣваетъ, особенно съ того времени, какъ оберъ-прокуроромъ Святѣйшаго Синода сталъ графъ Протасовъ, по мысли которого и самая Коммиссія духовныхъ училищъ была упразднена въ 1839 г. и ее замѣнило Духовно-учебное Управленіе, учрежденіе съ инымъ характеромъ; но объ немъ будетъ сказано ниже, такъ какъ дѣятельность этого учрежденія относится главнымъ образомъ ко второму периоду истории петербургской семинарии. Вмѣстѣ съ упраздненіемъ Коммиссіи духовныхъ училищъ, увеличилась власть и расширились полномочія оберъ-прокурора св. Синода, тогда какъ прежде онъ пѣдлѣ значеніе въ духовно-учебномъ вѣдомствѣ только какъ членъ Коммиссіи и былъ дѣя нея посредникомъ при сношеніяхъ съ другими вѣдомствами.

Послѣ Коммиссіи духовныхъ училищъ слѣдующей по порядку инстанціей учебнаго управленія дѣя семинарии было Внѣшнее академическое правленіе, состоявшее изъ ректора академіи, двухъ членовъ внутренняго академическаго управленія и двухъ членовъ конференціи. (Проякъ уст. дух. ак. Ч. Ш. § 429.) Такимъ образомъ административное начало изъ центра учебнаго управленія переносилось въ управленіе окружное. Внѣшнее академическое правленіе, съ одной стороны, было посредствующимъ звѣномъ между Коммиссіей и семинаріей, такъ что всѣ преднисанія и узаконенія Коммиссіи получались изъ академическаго правленія; съ другой стороны, ему принадлежалъ и білжайшій надзоръ за ходомъ семинарскаго учебно-воспитательнаго дѣла и контроль надъ семинарскимъ устройствомъ по всѣмъ частямъ. Въ силу этого, въ академію представлялись списки учениковъ, конспекты пройденныхъ предметовъ, описи библиотек, архива и имущества, экономические отчеты, планы зданій, послужные списки и т. п. Академическое правленіе такъ же назна-

— 15 —

чало членовъ академической конференции для присутствования на семинарскихъ экзаменахъ и для общервкія семинаріи по всемъ частямъ, дѣло предписанія по поводу тѣхъ или другихъ замѣченныхъ отступленій отъ устава, распоряжалось дѣломъ назначенія профессоровъ и избранія ректора и т. д. Въ этомъ отношеніи петербургская семинарія опять находилась въ исключительномъ положеніи. Въ теченіи первыхъ 10 дѣтъ, но открытіи, она занимала одно общее помѣщеніе съ академіей, а съ 1819 г. оставалась въ самомъ близкомъ соцідствѣ съ неб, вслѣдствіе этого была подъ непосредственнымъ наблюденіемъ своего академическаго начальства, нерѣдко пользовалась соцідствіемъ и положенію по педагогіи членовъ академической корпораціи, наконецъ въ нѣкоторыхъ случаяхъ старалась брать академію себѣ образцомъ. Затѣмъ, ректоры семинаріи обыкновенно были членами академической конференции, а нѣкоторые въ этомъ званіи и членами внѣшняго академическаго правленія; многіе и изъ инспекторовъ были избираемы также въ члены академической конференции. Это давало имъ возможность имѣть свое вліяніе въ академіи, которое такъ и иначе могло отражаться на положеніи и направленіи семинарскихъ дѣлъ. Ректоры же и инспекторы академіи, съ своей стороны, постоянно присутствовали на семинарскихъ экзаменахъ и часто бывали ревизорами въ семинаріи, какъ это увидимъ ниже.

Епархіальная власть, имѣвшая до реформы почти исключительное и безраздѣльное значеніе въ дѣлѣ управленія мѣстной семинаріей, по новому уставу 1809—14 г., получила въ отношеніи къ семинаріи иное, но приличное ей мѣсто. За архіереями признаны были всѣ права главныхъ понечителей находящихся въ ихъ епархіяхъ духовно-учебныхъ заведеній, которые и носѣтлены подъ собственное личное ихъ вѣдомство, съ устраненіемъ отъ участія въ училищныхъ дѣлахъ консисторій, чрезъ которые прежде архіеренъ управляли и этими дѣлами. Но и внутренняя администрація семинаріи, по отношению къ епархіальной власти, получила извѣстную степень самостоятельности. Семинарскому правленію предоставлено право обсуждать предложенія архіерея, при чемъ, въ случае разногласія, дѣло должно было представляться чрезъ академическое правленіе на разрѣшеніе Комиссіи духовныхъ училищъ. (Проякъ уст. дух. сем. Ч. 1. §§ 8, 9.) При этомъ, какъ увидимъ ниже, мнѣнія архіерейскія не всегда получали утвержденіе высшей власти, не смотря на то даже, что петербургскій митрополитъ былъ въ тоже время и

— 16 —

первооприсутствующимъ въ Синодѣ и предѣдателемъ въ Коммис-
сіи духовныхъ училѣщъ.

Предоставленіе семинарскому правленію извѣстной степени
самостоятельности, особенно же полномочія, какія получило ака-
демическое правленіе, какъ бы въ ущербѣ прежней безраздѣль-
ной власти архіеревъ надъ семинаріями, не могли не быть, осо-
бенно въ первое время, поводомъ къ нѣкоторымъ неудовольстві-
ямъ и столкновеніямъ"). Даже и позднѣе выходили недоразумѣ-
нія въ этомъ пункте, такъ что нѣкоторые изъ архіереевъ за-
труднялись своими отношеніями къ семинарскому правленію и
выражали какъ бы готовность сложить съ себя принадлежащее
пмъ право начальствованія надъ нпмъ. Такъ, въ выпискѣ изъ
журнала Комиссіи дух. училѣщъ отъ 31 марта 1830 г., сообщен-
ной академ. правленіемъ семинарскому, значится: «Комиссія
духовныхъ училѣщъ усмотрѣвъ, что нѣкоторые преосвященные
епархіальные архіерен затрудняются въ управленіи семинаріями,
полагая, якобы 4 пунктомъ устава оныхъ предоставлено семи-
нарскимъ правленіямъ право распоряженія свои приводить въ
дѣйствіе и безъ утвержденія архіерейскаго, положила въ отвара-
ценіе сего затрудненія пзъяснить всѣмъ преосвященнымъ, 1) что
помянутаго права семинарскимъ правленіямъ отнюдь не предо-
ставлено, кромѣ случаевъ маловажныхъ и 2) предоставленіе—
рѣшенія свои приводить въ исполненіе тогда, когда по запискѣ,
представленной преосвященному, въ теченіе недѣли не посвѣ-
дуетъ предложения въ отмѣну, пмѣетъ то значеніе, что рѣшеніе
семинарскаго правленія, котораго епархіальный архіерей не от-
мѣнить въ теченіе недѣли, принимается за такое, на которое
онъ согласенъ, а отнюдь спмъ не ограничивается власть архіе-
рея и не дается семинарскому правленію права дѣйствовать
безъ его утвержденія».

Изъ трехъ петербургскихъ митрополитовъ разматриваемаго
періода, на долю перваго, Высокопр. Амвросія Подобѣдова, вы-
пало весьма важное дѣло открытія и устроенія семинаріи на
основаніяхъ новой реформы; второй—Махаилъ Десницкій, позвѣ-
стный своими проповѣдями и духовно-нравственными сочинені-
ями, управлялъ Петербургскою митрополіей только три года (съ
1818 по 1821 г.) Преемникъ его Серафимъ Глаголевскій (1821—
1843 г.), хотя не обладалъ ученостью и высокодаровитостію

*) Зналенскій, Основныя начала дух. уч. реформы въ царств. Алексан-
дра І. Прав. Соб. 1878. І. 21.

— 17 —

своихъ предшественниковъ, но въ частности къ семинарскимъ дѣламъ выказывалъ особое внимание и заботливость. *) Кромѣ самого митрополита, къ семинарскимъ дѣламъ, согласно съ установомъ (§ 5), имѣли то идти другое отношение его викарии, которые, пли въ отсутствіе митрополита, или по его порученію, разсматривали семинарскія дѣла, полагали свои резолюціи и давали тѣ или другіе совѣты и указанія; тѣмъ болѣе, что нѣкоторые изъ нихъ въ тоже время были ректорами академіи, наприм. епископы ревельскіе: Филаретъ Дроздовъ, Грторій Постниковъ, Смаралдъ Крыжановскій. Иногда викарию поручалось наблюдение за назвѣстною частію семинарскаго устройства, напр. Никаноръ Клементьевскій въ 1830—1 г. долженъ быть имѣть особый надзоръ за нравственною частію въ семинарии. Впрочемъ подобное наблюдение, какъ и вообще отношение епархіальной власти къ петербургской семинарии, ограничивалось собственно офиціальною и бумажною стороною дѣла, или посѣщеніями заведенія только во время публичного экзамена. Обычай запросто посѣщать семинарію во всякое время, существовавшій особенно въ дореформенную эпоху и поддерживавшійся нѣкоторыми архипастырями и послѣ **), въ Петербургѣ, повнѣдимому, не практиковался.

## Должностныя лица.

Съ учрежденія семинарии, опредѣлены въ ней следующія должностия лица: ректоръ, испекторъ, экономъ, профессора и вообще преподаватели, секретарь правленія, библіотекарь, врачъ, впослѣдствіи и помощникъ инспектора. Представляемъ списокъ всѣхъ этихъ должностныхъ лицъ въ хронологическомъ порядке, съ 1809 по 1841 годъ.

*) Нѣкоторыя изъ резолюцій Высокопр. Серафима весьма обширины, до полуторы страницы большого листа, и обнаруживаютъ въ немъ, вообще присущія этому архипастыряю, черты благоразумія и осторожности.

**) Особенно извѣстны своими близкими и дружелюбными отношениями къ своимъ семинаріямъ и семинаристамъ такие архипастыри, какъ Платонъ (Левшинъ) Московскій, Пароеній (Сопковскій) Смоленскій, Симонъ (Лаговъ) Рязанскій, Ксенофонѣ (Троепольскій) Владимирскій и др. или позднѣе, Θεοφιλактъ (Русановъ) Рязанскій, Знаменскій, Дух. школы, стр. 721, 722.—Өеоф. Рус. въ Вѣсти. Евр. 1873 г. ХІ. XII. Впрочемъ и митр. Амвросій бывалъ иногда запросто въ старой, александроневской академіи. (Записки прот. Виноградова, Рус. Стар. 1878. VIII. 560.)

2

— 18 —

а) Ректоры.

Ректоры, обыкновенно по назначению Комиссіи духов-
ныхъ училищъ, всѣ были въ монашескомъ санѣ, магистры или
доктора богословія, архимандриты, по большей части настоятели
какого л.по монастыря. *) Ректоръ обязанъ быть преподавать
богословіе. Съ должностью ректора семинаріи соединялись обык-
новенно должности: членъ академической конференціи, духовно-
цензурнаго комитета, присутствующаго въ конспеторіи и благо-
чиннаго надъ законоучителями свѣтскихъ учебныхъ заведений **).

1) Анатолій (Андрей) Максимович, изъ малороссіянъ, (во-
спитанникъ александроневской семинаріи), былъ спачала учите-
лемъ поэзіи и греческаго языка въ старой семинаріи, въ 1798 г.
прозведень во священника къ Успенской Спасоѣнновской
церкви, гдѣ пріобрѣлъ низвѣстность какъ проповѣдникъ – кати-
хизаторъ. Въ 1809 г. вступилъ въ монашество и опредѣленъ
Коммиссіей дух. учил. ректоромъ вновь открытой петербург-
ской семинаріи; архимандритъ Сергіевой пустыни; въ юли 1809 г.,
съ открытіемъ академической конференціи, избранъ ея членомъ;
правилъ семинаріей до 1812 г., когда назначень епископомъ
полтавскимъ. Въ 1816 г. – архіепископъ минскій и литовскій,
въ 1832 г. – симбирскій, а въ 1842 г. за старостію увелиць
на покой.

2) Меводиі Пишнявечскій, (изъ воспитанниковъ кіевской академіи и московскаго университета), бывшій префектъ и профессоръ кіевской академіи, потомъ инспекторъ и профессоръ философіи с.-петербургской семинаріи, съ 15 февраля 1810 г. и

*) По уставу (§ 14, б), ректоромъ семинаріи могъ быть и протоиерей первоклассной церкви. Нельзя сказать, чтобы въ Петербургъ не было лицъ, достойныхъ занять ректорское место въ семинаріи изъ благо духовеснеста; такихъ лицъ было не мало, которые отличались и учеными и административными заслугами (снапр. прот. Андрей Окуневъ, Юакимъ Бочетовъ, Герасимъ Павскій, Тимовей Никольскій и др.): но въ разсматриваемый периодъ, какъ и въ послѣдующій, существовалъ вообще обычай, имъвній даже сду закона — назначать ректорами семинарій монаховъ.

**) Ректоры, какъ и инспекторы, иногда, особенно въ первое время, вводились въ должность съ особенностью торжественностью. Такъ изъ 1819 г. ректоръ академіи Филаретъ. епископъ Ревельскій, прибылъ въ семинарѣй зать 7 марта. гдѣ, по краткомъ духовномъ пѣніи, при всѣхъ ученикахъ семинаріи и уѣзднаго училища прочитано было предписаніе академическаго правленія о назначеніи архимандрита Поликарпа на должность ректора семинарія. а іеромонаха Зосимы на должность инспектора. (Журн. сем. пр. 1819 г.)

["— 19 —", "ректоръ Александровскаго училища; архимандритъ Сергиевъ пустыни; правилъ семинаріей съ 15 марта 1812 г. по сентябрь 1813 г., когда назначенъ викаріемъ старорусскимъ. Впослѣдствіи — епископъ полтавскій и Переславскій, потомъ астраханскій (1824 г.), наконецъ псковскій; въ 1834 г. уволенъ на покой.", "3) Иннокентій (Смирновъ, московской Перервинской семинаріи). По окончаніи курса наукъ въ Тропце-Лаврской московской семинаріи, проходилъ учительскія должности, начиная съ нижняго грамматического класса до философіи, обучая которой сдѣланъ былъ префектомъ той же семинаріи. Въ 1809 г. вступилъ въ монашество и былъ игуменомъ московскаго Знаменскаго монастыря. Въ 1812 г., по представленію Комиссіи дух. учил. вызванъ (св. Синодомъ въ с.-петербургскую духовную академію бакалавромъ богословскихъ наукъ по части церковной исторіи. Въ 1813 г., въ санъ архимандрита, сдѣланъ ректоромъ с.-петербургской семинаріи, съ оставленіемъ въ должности академическаго бакалавра, — до 1814 года, когда получилъ степень доктора богословія; былъ архимандритомъ Сергиевой цустины, а потомъ первокласснаго Юрьевскаго монастыря. Кромѣ другихъ должностей, соединенныхъ съ ректорствомъ, назначенъ былъ членомъ Главнаго правленія народныхъ учрежденій, также членомъ комиссіи по вопросу о судѣ надъ духовными лицами въ Финляндіи (1816 г.), вмѣстѣ съ Филаретомъ Дроздовымъ. Въ 1814 г. былъ членомъ комитета, составленнаго для испытания студентовъ академіи предъ окончаніемъ 1-го ея учебнаго курса; въ 1817 г. ревизовать армейскую семинарію. Авторъ извѣстной книги: «Начертаніе церковной исторіи, въ 2-хъ томахъ, (изд. 1817 г.), также Богословія двѣятельнаго», (Опта изъясненія первыхъ двухъ наслѣдовъ), Изъясненія символа вѣры и др. Въ 1819 г. Высочайше утвержденъ епископомъ пензенскимъ и саратовскимъ и въ томъ же году кончался, захворавъ на пути въ епархію, на 36 году отъ рождения *).", "*) Поводомъ къ удалению Иннокентіи изъ С.-Петербурга и ελληνικήν στονή τοῦ Πεντεσκο-σαρατούκα σπαρχίαν πιστεύεται ἀμαθεντερία ἀναπαρασκευὴ ἀναπαρασκευὴ ἀναπαρασκευ

— 20 —

4) Поликарпъ (Петръ) Гойтанниковъ (тверской семинаріи), магистръ 1-го курса с.-петербургской академіи (1814 г.). По окончаніи курса, назначенъ профессоромъ философіи и инспекторомъ с.-петербургской семинаріи, затѣмъ и ректоромъ александроневскаго училища и пострижень въ монашество; въ 1815 г. посвященъ въ іеромонаха, а въ 1817 г. произведенъ въ архимандрита второкласснаго Дужецкаго можайскаго монастыря; 4-го марта 1819 г. стѣантъ ректоромъ с.-петербургской семинаріи. Членъ Императорской Российской Академіи (1821 г.) и докторъ богословія (1822 г.). Въ ноябрѣ 1824 г. назначенъ ректоромъ московской духовной академіи и получилъ въ управліеніе Новоспасскій монастырь, гдѣ, по выходѣ изъ академіи въ 1836 г., и скончался въ слѣдующемъ 1837 году. *) Авторъ сочиненій:

заразу, кой вносить западная церковъ въ восточную и разительно изобразилъ
жалкое состояніе православія. Поборникъ вѣры не долго думалъ и рѣшилъ,
какъ цензоръ: «печатать позволяется», —не предвидя хитростей сжидны, давно
уже зіяющей противъ него злобою за смѣлыя его выходки, и не соразмѣряя
силъ своихъ съ могуществомъ множества знатныхъ, покровительствовавшихъ
масонамъ. Книга вышла въ свѣтъ съ разрѣшенія Иннокентія, и вышла скоро,
между тѣмъ какъ около пяти лѣтъ Станевичъ ходилъ съ нею по Москвѣ и
Питеру, и ни тамъ, ни здѣсь цензора не позволяли ее обнародовать. Возстало
масонское общество противъ смѣлаго цензора и дерзкаго сочинителя; обвинили
ихъ въ нарушеніи мира церкви; донесли и рѣшено: сочинитель сосланъ, цен-
зоръ удаленъ отъ должности, яко возмутитель церковнаго спокойствія. Что-то
тутъ послѣ проесходило тайно: потомъ назначили Иннокентія епископомъ пен-
зенскимъ, вършитно по ходатайству всѣможъ, его уважавшихъ... Два мѣсяца
не болѣе жилъ онъ на епархіи. Смерть пресѣгла златые дни его, коѣ всегда-
нему воспоминанію церкви и въ вѣчную укоризну мірской кривды... Ибо, что
послѣ случилось? Годъ одинъ прошелъ послѣ блаженной кончины его, какъ
Станевича, яко невиннаго автора, возвратили въ отечество, книгу, за которую
пострадавъ праведный цензоръ, напечатали яко полезную церкви и пустили
во всеобщее употребленіе». (Зап. прот. Виногр. Рус. Стар. 1878. VIII.
Ср. Пр. Об. 1868. 8. Стр. 523 и сл. Воспом. митр. Филар.)

*) Моск. митр. Филаретъ въ 1834 г. писалъ инспектору Моск. акад. Филарету Гумилевскому: «всѣдствіе дошедшихъ свѣденій, предписывается имѣть внимательнѣйшее наблюденіе за образомъ поведенія ректора архим. Поликарпа и о послѣдствіи сихъ наблюденій секретно доносить мнѣ чрезъ каждыя двѣ недѣли, а буде нужнымъ окажется и чаще.» Неустройства по академіи и образъ жизни Поликарпа не-монашескій были причиной его увольненія (см. Твор. св. отц. 1883 г. IV. 658—660), а также и отношенія его къ митр. Филарету, о которыхъ вкоторое понятіе даетъ слѣдующее письмо къ нему Филарета въ 1830 г. «Удивляете вы меня о. ректоръ. Въ одномъ письмѣ два дѣла одного рода: по одному совѣтуесь вы со мною, а по другому представляете мимо меня (въ Комиссію дух. учил.) Или отрѣшите меня отъ академіи совсемѣмъ, или оставьте при ней со совсемѣ. Иначе нельзя знать, за что отвѣтствовать». (Смирновъ. Истор. Моск. дух. акад. стр. 249. ср. 263.)

— 21 —

*Chrestomatia latina* М. 1827; Бесѣды и слова; переводы съ греческаго, — и оставшейся въ рукописи: *Theologia Dogmatica*.

5) *Юанънъ (Михаилъ) Доброзраковъ (нижег. сем.), магистръ Спб. академіи 2-го курса* (1817 г.), изъ профессоровъ черниговской семинаріи вызванъ бакалавромъ въ Спб. академію въ 1819 г., по каоѣдрѣ церковнаго краснорѣчія, и въ томъ же году принялъ монашество. Съ 1821 г. инспекторъ спб. академіи, а въ ноябрѣ 1824 г. опредѣленъ ректоромъ семинаріи. Въ 1825 г. издалъ «Свящ. герменевтику» на латинскомъ языкѣ, за которую получилъ доктора богословія. Въ январѣ 1826 г. назначенъ ректоромъ спб. духовной академіи, а въ августѣ 1830 г. утвержденъ епископомъ пензенскимъ. Впослѣдствіи архиеписконъ донской и новочеркаскій. Въ 1867 г. уволенъ на покой.

6) *Антоній (Стефанъ) Домкинскій (новгород. сем.) магистръ спб. академіи* (1817 г.); изъ профессоровъ новгор. семинарія; постриженъ въ монашество въ 1819 г. и опредѣленъ инспекторомъ той же семинаріи. Въ 1821 г. переведенъ въ арханг. семинарію ректоромъ, а въ февр. 1826 г., въ санѣ архимандрита, опредѣленъ ректоромъ спб. семинаріи. Въ сен. 1827 г. переведенъ на ректорскую же должность въ псковскую семинарію, одновременно съ удавленіемъ писпектора Савы, за иѣкоторыя ненсправности, особенно по экономической части. Затѣмъ былъ настояLESSER во второклассномъ (*Спасо-Елиазаровскомъ монастыря*) (исков. епарх.), гдѣ и умеръ въ 1828 г. отъ апохлексіи.

7) *Навананъ Павловскій (арханг. сем.), магистръ и бакалавръ Спб. академіи* (1817 г.), съ 1819 г. инспекторъ академіи, въ 1821 г. опредѣленъ ректоромъ ярославской семинаріи, откуда, въ санѣ архимандрита, переведенъ въ Петербурскую, въ сентябрѣ 1827 года. Въ 1830 г. назначенъ епископомъ полтавскимъ и переславскимъ. Скончался псковскимъ архиепискономъ въ 1849 г.

8) *Макарій Зиминъ (язан. сем.), магистръ московской академіи* (1824 г.), былъ инспекторомъ калужской сем., потомъ профессоромъ богословія въ тверской сем., съ оставленіемъ званія инспектора; затѣмъ ректоромъ ярославской сем., откуда въ 1830 г. переведенъ въ ректоры Спб. семинаріи, оставаясь архимандритомъ Ростовскаго Аврааміева монастыря. Съ 1832 г. членъ акад. правленія. Въ 1837 г. уволенъ отъ членства въ цензурномъ комитетѣ, согласно его желанію. Авторъ обширнаго и дѣльнаго труда—записокъ по догматическому богословію, впослѣдствіи отлитографированныхъ его учениками. Въ 1838 г. переведенъ

— 22 —

ректоромъ тверской семинарии и сдѣланъ настоятельемъ Троицкаго Калязинскаго монастыря, въ которомъ оставался и по увопьненіи отъ ректорства. Здѣсь, подпавъ подъ уголовное стѣдствіе, былъ временно запрещенъ въ священнослуженіи и переведенъ въ Желтиковъ монастырь, безъ Твери, въ число братіи, затѣмъ по уголовному делу былъ оправданъ. Умеръ въ 70-хъ годахъ *)

9) Аванасій Соколовъ (костром. сем.), магистру Спб. академіи (1825 г.) по выслугѣ двухъ лѣтъ, изъ бакалавровъ спб. академіи—инспекторъ псковской семинарии, въ 1828 г. ректоръ харьковскаго коллегіума, съ 1830 г. ректоръ чернигов. сем. Въ 1832 г. ректоръ тверской сем. и архипмандритъ Троицкаго Калязинскаго монастыря. Находился въ 1838 г. въ С.-Петербургѣ, на чредѣ священнослуженія и опредѣленѣ ректоромъ с.нет. семинаріи (въ мартѣ). Кромѣ богословія преподавалъ въ 1838-39 г. историческое ученіе объ отцахъ церкви. Былъ членомъ комитета по постройкѣ новыхъ семинарскихъ зданій и принималъ участіе въ духовно-учебной реформѣ 1840 года. Въ июнѣ 1841 г. утвержденье енискономъ томскимъ и еписейскимъ, но, по опредѣленію Св. Инода, до прибытия нового ректора, долженъ быть оставаться при прежнихъ должностяхъ и обратить прему же-

*) Печальная участь архиеп. Макарія доказываетъ между прочимъ тотъ фактъ, какъ гибѣально для человѣка попасть не на свою дорогу, въ особенности же, легкомысленно, по тщеславію, принять монашескіе объѣты.—Что прежде было нерѣдко и безъ надлежащаго разбора поощрилось, даже стъ нарушеныіе закона о лѣтахъ (Высоч. ук. 1832 г.),—принять, не испытавши на своей налѣды, на жизни, хотя бы объѣты эти и не считались столь же строгими для утвѣрдаго монашества, какъ для простаго. По отзывамъ лицъ, знавшихъ о. Макарія, это былъ человѣкъ умный, красивый, съ свѣтскими жанерами и стремленіем, склонный къ щелѣольству и снабнитству. Всѣдѣствіе что, безвышній, какъ увидимъ ниже, вообще весьма способнымъ профессоромъ и дѣлѣнымъ администраторомъ, не всегда, однакожы, былъ исправенъ по службѣ; все это было не безъизвѣстно и оберъ-прокурору Протасову, разъ даже не заставшись Макаріи на урокъ въ спб. семинарии, и Комиссіи дух. училѣщъ, въ частности же влиятельному члену сд, митр. Філарету, который, какъ строгій монахъ, возмущался образомъ жизни и поведеніи Макаріи, также какъ потомъ въ Твери и архиепіскопъ Григорій. Не смотрія на то, что митр. Серафимъ защищалъ Макарія, отзываясь, что у него еще не было такого ректора, Макарія удалія изъ Петербурга въ Тверь, гдѣ, какъ потерпѣвшій повinenіе по службѣ, онъ, естественно, сталъ еще небрежнѣе въ жизни и далъ наконецъ поводъ къ утвѣровному противѣ него объясненію въ противу-законной связи... Будь этотъ человѣкъ на свѣтской службѣ, или даже просто священникомъ—семьнаниномъ, его судѣба была бы совершенно чисто, "дѣятельность имѣла бы гораздо больше прочное и плодотворное знаменіе. Поэтому же: можно сказать и о нѣкоторыхъ другихъ, еща ли по своей только вине коптому-гировазшихъ монашества.

— 23 —

ственное вниманіе свое на приведеніе къ окончанію отчетности
по постройкѣ здѣшняго семинарскаго зданія». Въ 1853 г. пере-
веденъ архіепископомъ въ Иркутскъ, а въ 1856 г. въ Казань;
умеръ въ 1868 г. въ Кизяческомъ монастырѣ (подъ Казанью), на
поковѣ.

б) Инспекторы.

Инспекторы С.-Петербургской семинарии состояли обыкновенно до 1840 г. и ректорами Александроневскаго духовнаго училища, номъщавнагося вмѣстѣ съ семинаріей; преподавали разные предметы, большею частію философію; были со степенью магистра и кандидата, состояли въ санѣ архимандрита или іеромонаха, иногда даже іеродіакона. Временно допускались къ исправленію инспекторской должности и лица свѣтскаго званія изъ профессоровъ, которые или послѣ принимали монашество, или должим были уступить инспекторскую должность назначенному на нее монаху. Между тѣмъ въ уставѣ 1814 г. вовсе не указано, чтобы инспекторъ имѣлѣ даже духовный сань. -Нѣкоторые изъ инспекторовъ избирались въ члены академической конференціи.

1) Филаренъ Дроздовъ (моск.-троицкой сем.), опредѣлѣнъ Комиссіею дух. училищъ изъ учителей троицкой семинарии на должность инспектора спб. семинарии и профессора философскихъ наукъ, съ званіемъ академческаго бакалавра, съ 1 марта 1809 г., а съ 8 августа и ректоромъ Александроневскаго училища. 15 февраля 1810 г. перемѣщень въ спб. академію бакалавромъ, согласно желанію ректора академіи архимандрита Евгинара 8 июля 1811 года пропiszѣнъ въ архимандрита и по-

*) По поводу этого въ семинарскомъ правленіи возникалъ (15 ноября 1809 г.) вопрос о замѣщеніи должности іеромонаха Филарета; учители Вороновъ и Толмачевъ, которымъ предложено было занять со, отказаллись. Тогда правленіе постановило «представить акад. правленію, что кандидатовъ требуемыхъ сем. правленіе не находить». Но инспекторъ Филаретъ представилъ следующее особое мистіе:

«Къ чисти семинарии и къ ободренію учителей и выслѣпъ и низшихъ
послужить можетъ представленіе ихъ къ выслѣпъ постепенно должностямъ,
на усмотрѣніе выслѣпаго началства. Почему полагаю мышіе, учителей г. Воро-
нова и г. Толмачева, по уваженію ихъ двѣятельности въ настоящихъ должно-
стяхъ и прежней службы, представить въ качествѣ требуемыхъ Комиссіею
дух. училищъ кандидатовъ на классъ философій, не отъемя отъ послѣдняго
и класса математики. Чтожь касается до должностей инспектора и ректора.

— 24 —

лучилъ отъ Коммиссіи дух. училіщъ порученіе дать окончив-
шимъ курсъ воспитанникамъ с.-нетербургской семинаріи наста-
леніе въ должности служителей церкви и руководствовать ихъ
въ чтеніи Св. Писанія и св. отецъ. Въ 1812 г. опредѣленъ рек-
торомъ академіи, въ 1814 г. напменованъ докторомъ богословія.
Впослѣдствіи—знаменитый митрополитъ московскій и коломен-
скій,—великій русскій богословъ и мудрый наставникъ многихъ
другихъ наставниковъ и руководителей —іерарховъ и не-іерарховъ
въ нашемъ отечествѣ, пмѣвшій огромное значеніе и по духовно-
учебному вѣдомству вообще и въ частности для нетербургской
семинаріи, въ первые годы, въ качестве ректора академіи и
особенно члена Коммиссіи дух. учил. и Св. Синода. Скончался
въ Москвѣ въ 1867 г.

2) Меодоій Пишнячевскій (см. выше, въ числѣ ректоровъ).

3) Θεοφанъ (Φεδορъ) Александровъ (тронцкой сем.), изъ
учителей Александроневскаго училища (между прочимъ, парте-
снаго пѣнія) и армейской семинаріи, помощникъ библиотекаря
спб. академіи, не разъ рекомендованный за «отличную успѣш-
ность» въ должностяхъ. Съ апреля 1812 г., по избранію семи-
нарскаго правленія, исправлялъ должность инспектора семинаріи
въ свѣтскомъ званіи. Въ августѣ постриженъ въ монахи *) и
занялъ всѣ должности своего предшественника, получивъ потомъ
санъ архимандрита, съ настоящительствомъ сначала въ Новгород-
скомъ Сковородскомъ монастырѣ, потомъ въ Ростовскомъ Борисо-
гѣбскомъ. Въ 1814 г. переведенъ ректоромъ ярослав. сем., **)
затѣмъ былъ ректоромъ новооткрытой казанской семинаріи и
казанской академіи, профессоромъ богословія въ казан. универ-

узднаго, то не почитаю ихъ неразрывно соединенными съ классомъ философ-
скимъ: а поелку онъ соприжены съ особливою заботливостью, равно какъ и
отвѣтственностью: то за удобнѣйшее признаю назначить въ оныя опредле-
ніемъ, по способности и соображенію съ другими должностями, несемъ утвер-
ждаться на желаніи, чего предварительно объявленію могутъ препятствовать
и скромность, и нѣкоторая недоверчивость къ себѣ, и неправдѣность буду-
щаго. Митрополитъ Амвросій написалъ: «одобряю мѣніе отца Филарета пред-
лагаю представить съ прописаніемъ 6-й статьи (журнала) и его (т. е. на
усмотрѣніе акад. правленія). Но Коммиссія дух. уч. постановила вызвать на
мѣсто Филарета прескка Кіевской академіи Меодоія, съ порученіемъ, до его
пріѣзда, оставаться Филарету при прежнихъ должностяхъ.

*) Семинарское правление, по переходу Меодоія въ ректоры, сначала предлагало учащимъ въ семинаріи мѣсто инспектора, съ принятіемъ монасти-
рскаго сана, но всѣ отказались.

**) Первый ректоръ, по преобразованіи грослав. семинаріи.

— 25 —

ситетъ: составилъ «записки по части догматической богословіи». Пріобрѣлъ также известность, какъ любитель музыки и церковный композиторъ. Въ 1832 г. переведенъ былъ настоятельемъ Донскаго Московскаго монастыря и, по избранію митрополита Филарета, назначенъ членомъ комитета для устройства церковнаго иѣнія и по этому предмету не сходился въ митѣніяхъ съ директоромъ придворной капелы Львовымъ. Въ 1850 г. перемѣщенъ сначала въ Нѣжинскій Назаретъ-Богородичный, потомъ въ Тверской Колынѣ монастырь, гдѣ и скончался въ 1852 г. *) Издалъ 2 тома проповѣдей.

4) Полихарль Гойтанниковъ (см. выше, въ числѣ ректоровъ)

5) Зосима Смирягинъ (смолен. сем.), магистръ спб. акад. (1817 г.), изъ профессоровъ рязан. сем., бакалавръ спб. акад. Съ 4 марта 1819 г. инспекторъ спб. сем. въ санѣ іеромонаха; членъ акад. конференціи; въ томъ же году переведенъ ректоромъ въ нсковскую семинарію, гдѣ и умеръ въ 1821 г.

6) Андрей (Иванъ) Соколовъ (твер. сем.), старшій кандидатъ спб. академіи (1819 г.), съ 9 августа 1819 г. опредѣленъ еще въ свѣтскомъ званіи профессоромъ церк. ист. и греческаго языка и инспекторомъ спб. семинаріи. Вскорѣ постриженъ и сдѣланъ іеродіакономъ. Въ 1820 г. сдѣланъ іеромонахомъ, и въ-веденъ Коммиссіею дух. училищъ на степень магистра «за отличное прохождение училищныхъ должностей»; въ 1821 г. переведенъ въ воронежскую семинарію ректоромъ. Отсюда въ 1825 г. перемѣщенъ ректоромъ вятской сем., послѣ прописьенныхъ имъ построекъ по ворон. семинаріи, безъ разрѣшенія Коммиссіи дух. училищъ, на остаточныя суммы. Умеръ въ 1827 г.

7) Оеодосій (Өедоръ) Итицынъ (спб. сем.), магистръ спб. академіи (1821 г.), по окончаніи курса, назначенъ инспекторомъ на мѣсто Андрея и профессоромъ на тѣ же предметы, послѣ того какъ заявилъ о намѣреніи принять монашество; преподавалъ временно всеобщую исторію, съ марта 1822 г. Будучи ректоромъ Александроневскаго училища, временно (съ 1 ноября 1822 г.) исправлялъ тамъ и инспекторскую должность. Въ сентябрѣ 1823 г. переведенъ инспекторомъ въ псковскую сем., но въ 1825 г. перемѣщенъ, въ званіи соборнаго іеромонаха, въ Александроневскую лавру, сначала въ число братства лаврской киновіи, потомъ сдѣланъ правителемъ дѣлъ канцеляріи лавры. † 1851 г.

*) Перемѣщеніе это состоялось, вслѣдствіе уголовнаго дѣла объ убійствѣ послушникомъ Донскаго монастыря, Зыковымъ княгини Голицыной.

— 26 —

8) Иннокентий (Иванъ) Борисовъ (орлов. сем.), 1-й магистръ 1-го курса кіев. академіи (1823 г.), еще северскимъ названъ на должность инспектора спб. семинаріи, «поедику оный магистръ действительно вступаетъ въ духовное званіе», какъ сказано въ предписаніи о немъ академическаго правленія; былъ профессоромъ церк. исторіи и греческаго языка. Въ декабрѣ того же 1823 года принялъ монашество, а въ декабрѣ 1824 г. неремѣщенъ въ спб. академію бакалавромъ по богословію и въ слѣ дующемъ году сдѣ ланъ инспекторомъ академіи. Впослѣ дствіи—докторъ богословія (1828 г.); ректоръ кіев. дух. акад. (1830 г.); епископъ вологодскій, харьковскій и накопецъ архіепископъ херсонскій и таврическій; знаменитый проновѣ дникъ; многосторонне образованный и ученый богословъ; умеръ въ 1857 г.

9) Савва (Семенъ) Ольхинъ (новгор. сем.), кандидатъ спб. акад. (1823 г.), преподавалъ сначала уроки по классу словесности, а также чтенія Св. Писанія—для всѣ хъ учениковъ семинаріи, принялъ монашество, въ іюль 1824 г., названъ помощникомъ главнаго профессора греческаго языка, инспектора Иннокентія, а въ декабрѣ того же года, въ санѣ соборнаго іеромонаха, занявъ его мѣсто по инспекторству и былъ профессоромъ церк. исторіи и греч. языка. Съ 1825 годомѣ давалъ философію и изъясненіе Св. Писанія. Въ 1826 г. исправлялъ должность ректора и въ томъ же году получилъ степень магистра, по экзамену и по написаніи сочиненій на дѣ зы темы. Въ 1827 г. отправленъ инспекторомъ владимірской семинаріи, но въ слѣ дующемъ году, во исполненіе предписанія Комиссіи дух. учлишь, согласно прошенію, по разстроенному здоровью, уволенъ отъ должности, съ оставленіемъ ему магистерскаго оклада и назначениемъ мѣстопребыванія въ монастырѣ, въ которомъ числился въ штатѣ іеромонаховъ.

10) Исидоръ Никольскій (тульской сем.), магистръ спб. акад. по выслутѣ двухъ лѣ тъ (1825 г.); въ томъ же году принялъ монашество; бакалавръ нрав. богословія, выбл. герменевтики и изъясненія Св. Писанія нов. завѣ та; до пріѣ зда новаго инспектора, въ теченіе мѣсяца октября (1827 г.), исправлялъ должность инспектора спб. сем. и ректора Александровскаго учлища, въ санѣ іеромонаха. Въ 1829 г. опредѣ ленъ ректоромъ орловской сем., а въ 1833 г. московской. Впослѣ дствіи—экзархъ Грузіи, потомъ митрополитъ кіевскій, а нынѣ митрополитъ новгородскій и с.-петербургскій, старѣ йшій изъ русскихъ іерарховъ и доселѣ,

— 27 —

въ теченіе сряду 24 лѣтъ, имѣющій высшее архипастырское по-
печеніе о спб. семинаріи.

11) **Владиміръ** (Василій) Алявдинъ (взадим. сем.), магистръ моск. акад. 1818 г., инспекторъ пензенской сем. и ректоръ пензен. дух. училища. Здѣсь онъ пользовался особеннымъ расположеніемъ преосв. Иннокентія Смирнова, который скончался на его рукахъ. Послѣ его смерти, издалъ его сочиненія въ первый разъ и написалъ его біографію, приложенную къ Іт. сочиненій преосв. Иннокентія. Издалъ впослѣдствіи свое «Собраніе поучительныхъ словъ и благоговѣнныхъ размышленій». Въ концѣ 1820 г. перемѣщенъ, по собственному желанію, во владимір. семинарію также на должность инспектора. Въ 1827 г. приялъ монашество. Послѣ бывшей во владимір. сем. ревизіи, получилъ признательность отъ Комиссіи дух. училищъ и переведень въ октябрѣ 1827 г. въ С.-петербургъ, на должность инспектора семинаріи. Въ 1829 г. избранъ членомъ акад. конференціи и затѣмъ, въ санѣ архимандрита, опредѣлень ректоромъ калужской семинаріи. Въ январѣ 1835 г. руководень во епископа чинпринскаго, викарія кіевскаго; потомъ былъ епископомъ костромскимъ и скончался архиепископомъ тобольскимъ въ 1845 г.

12) **Юремія** Соловьевъ, студентъ спб. акад. (1827 г.), съ правомъ на полученіе чрезъ годъ степени кандидата; съ 1829 г. бакалавръ академіи по классу богословскихъ наукъ; до приѣзда вновь назначеннаго инспектора сем. Николая, исправлялъ его должность. Съ 1830 г. инспекторъ, потомъ ректоръ кіевской академіи, а впослѣдствіи архиепископъ нижегородскій; уволень въ 1857 г. на покой въ Нижегор. Печер. монастырь.

13) **Николай** Доброхотовъ (орлов. сем.), магистръ кіев. акад. (1827 г.), соборный іеромонахъ кіево-печерской лавры, изъ профессоровъ словесности могилев. сем. назначенъ въ октябрѣ 1829 г. инспекторомъ въ спб. сем.; членъ акад. конференціи. Въ 1832 г. назначенъ ректоромъ пензен. сем., а въ 1837 г. ректоромъ петерб. академіи. Впослѣдствіи епископъ тамбовскій; уволень въ 1857 г. и скончался въ 1864 г. въ Трегуляевомъ монастырѣ.

14) **Антоній** Павлинскій (костром. сем.), магистръ спб. акад. 1831 г. Въ маѣ 1832 г. переведенъ изъ инспекторовъ калуж. сем. въ петербургскую. Съ 1837 г. — членъ комитета по постройкѣ новыхъ семинарскихъ зданій. Съ 1838 г. кромѣ философіи преподавалъ церк. древности. Въ октябрѣ 1840 г. переведень въ ректора новгород. сем. Въ 1852 г. епископъ острогож-

— 28 —

скій, викарій воронежскій, сь 1854 г. епископъ архангельскій, скончался архієписк. владимірскимъ въ 1878 г.

15) Іоасафъ Гапоновъ (курской сем.), изъ учителей пuthиль- скаго училища, вдовымъ священникомъ поступилъ въ кіев- скую академію, откуда, по окончаніи курса магистромъ, въ 1837 г. назначенъ былъ, въ санѣ іеромонаха, инспекторомъ астрахан. сем. и затѣмъ перемѣщенъ въ спб. въ октябрѣ 1840 г., препо- давалъ церк. древности и обрядословіе, изъясненіе Св. Писанія во всѣхъ отделеніяхъ и церк. бпbl. исторію (въ сред. отл.). Въ сент. 1841 г. переведенъ въ одесскую сем., также на инспек- торскую должность. Въ 1844 г., по опредѣленію Св. Синода, переведенъ въ твер. сем., съ порученіемъ ему одного изъ бого- словскихъ предметовъ, по усмотрѣнію правленія, и препода- валъ Св. Писаніе и патристику; но въ слѣдующемъ году, так- же по опредѣленію Св. Синода, за несовместное съ монаше- скими обѣтами житіе и прописеніе проповѣди не согласно съ исправленіемъ цензора, постапъ во владимірскую епар- хію и помѣщенъ преосв. Паровеніемъ въ число братства въ Суз- дальскій (Пасскій монастырь, гдѣ нѣкоторое время даже запре- щенъ былъ въ священнослуженіи. Но въ 1854 г. согласно желал- нію, а также и «для удобнѣйшаго исполненія порученій началь- ства», переведенъ въ Боголюбовъ монастырь, близъ Владиміра; въ 1857 г. издалъ сочиненія о владимірскихъ и судальскихъ достопамятностяхъ; † въ 1861 г.

## В) Экономы.

Должность эконома семинаріи, въ соединеніи съ алексадро- невскимъ училищемъ, имѣла особенно важное значеніе потому, что экономъ былъ членомъ семинарскаго правленія, вмѣстѣ съ ректоромъ и инспекторомъ, но утвержденіе въ должности эко- нома принадлежало только епархіальному архіерею. Въ экономы избирались иногда люди съ весьма ограниченнымъ образованіемъ изъ лицъ монашествующихъ; вирочемъ экономы были и изъ свя- щенниковъ, профессоровъ семинаріи, учителей училища. Митро- политъ Серафимъ предпочиталъ назначать и на эту должность монаховъ, не смотря на то, что они не всегда отличались исправностію, какъ это будетъ видно ниже.

1) Пётръ Успенский (Алекс.-нев. акад.), Ревельской Николаевской двухкомплектной церкви священникъ; при введеніи новаго устава въ 1809 г. назначенъ экономомъ семинаріи, изъ ко-

— 29 —

мисаровъ александроневской академіи (1807 г.), завѣдывалъ по-
томъ и экономіей духовной академіи до 17 февраля 1876 г., когда
былъ перемѣщенъ, по прошенію, къ Преображенской церкви,
при Императорскомъ фарфоровомъ заводѣ и уволенъ изъ эконо-
мовъ. Впослѣ дствіи протоіерей церкви театральной дирекціи.

2) Петръ Турчаниновъ, изъ дворянъ, учился сначала въ
Кіевѣ, потомъ въ харьковской гимназіи и былъ въ числѣ полько-
выхъ пѣвчихъ, подъ управленіемъ извѣстнаго Веделя. Затѣмъ
изъ «приказнослужителей» поступилъ во священники города
Сѣвска, орловской сенархіи, по предложенію орловскаго епископа
Досинея Пльина, въ хорѣ котораго былъ регентомъ, также какъ
потомъ и въ семинарскомъ. Въ 1809 г. перешелъ въ Гатчинскій
военный госпиталь, отсюда 28 февраля 1810 г. переведенъ эко-
номомъ семинаріи, съ предоставленіемъ ему священническаго
мѣста въ Ревелѣ, а въ маѣ назначенъ регентомъ митрополичьяго
хора. Въ 1814 г. получилъ санъ протоіерей и переведенъ изъ
Ревеля въ Кесгольмъ, къ Рождественскому собору, на жалованье
225 р. безъ дохода, съ оставленіемъ въ прежнихъ должностяхъ.
Въ июѣ 1818 г. перешелъ къ церкви Ап. Павла, при Импера-
торской (Маріинской) больницѣ для бѣдныхъ и уволенъ, по раз-
строенному здоровью, изъ экономовъ семинаріи, согласно проше-
нію. Впослѣ дствіи—учитель пѣнія придворной пѣвческой ка-
пелы и затѣмъ придворный протоіерей въ Струльнѣ. Умеръ
въ 1856 г. Извѣстень, какъ знаменитый композиторъ духовно-
музыкальныхъ сочиненій и переложеній съ древнихъ церк. на-
пѣвовъ.

3) Мисаилъ (Алекс.-невск. акад.), изъ приходскихъ дьяко-
новъ—іеродіаконъ Александроневской лавры; опредѣленъ эконо-
момъ въ июѣ 1818 г. «съ оставленіемъ по прежнему въ числѣ
братства лавры». Въ июнѣ 1823 г. уволенъ за неисправности и
уѣхалъ въ Италію іеромонахомъ, къ домовой церкви Демидова.

4) Михаилъ Николаевичъ (спб. сем.), учитель Алекс.-невск.
училища; состоялъ экономомъ съ половины 1823 г. до юоля
1824 г.; потомъ сдѣланъ инспекторомъ ямбургскаго дух. учи-
лища и вскорѣ умеръ (1828 г.)

5) Симеонъ (москов. гимназін); изъ мовсковскаго Данилиова
монастыря перешелъ въ Алекс.-невск. лавру. Въ 1825 г. сдѣланъ
іеромонахомъ, а въ маѣ 1826 г. уволенъ изъ экономовъ семи-
наріи, съ начетомъ.

6) Михаилъ Пановъ (тамб. сем.), кандидатъ спб. акад. 1825 г.,
учитель Алекс.-невск. училища; временно исправлялъ должность

— 30 —

эконома съ юпня 1826 г. Митрополитъ Серафимъ не утвердилъ
представленія семинарскаго правленія объ опредѣленіи его въ
экономы, назначивъ только временно исправлять должность и
рекомендуя правленію избрать на должность эконома какого
либо іеромонаха, или іеродіакона. Умеръ въ маѣ 1828 г.

7) Веніаминъ, іеродіаконъ Александроневской лавры, гдѣ
состоялъ подъэкономомъ, потомъ іеромонахъ; вышелъ изъ семи-
наріи по болѣзни въ маѣ 1829 г.

8) Геннадій (Пороховъ), іеромонахъ Валаамскаго монастыря.
(изъ канцелярскихъ чиновниковъ монголев. губ.) Въ апрѣлѣ
1830 г. назначенъ настояotreмъ Богословскаго Череменецкаго
монастыря и вышелъ изъ экономовъ семинаріи.

9) Андрей (Алиеновъ) Михайловъ (С.-петерб. семинаріи,
стипендіатъ митрополита Михаила), старший кандидатъ нетерб.
академіи 1827 года; въ 1831 г. получилъ степень магистра;
изъ учителей Александро-невскаго училища опредѣленъ въ
октябрѣ 1829 г. въ семинарію профессоромъ математики и
еврейскаго языка, а съ мая 1830 г. вступилъ въ должность
эконома. Въ 1838 г. отказался отъ этой должности, по раз-
строенному здоровью; оставилъ также и еврейскій языкъ, но съ
1841 г. снова преподавалъ его. (См. о немъ во 2-мъ периодѣ.)

10) Александръ Непровъ (С. петерб. семинаріи 1833 г.),
учитель Александро-невскаго училища, исправлялъ должность
семинарскаго комиссара, а въ сентябрѣ 1838 г. опредѣленъ пра-
вящимъ должность эконома и оставался въ этой должности до
конца 1841 г., когда, съ отдѣленіемъ Александроневскаго учили-
ща отъ семинаріи, переведенной въ новое зданіе, остался эконо-
момъ въ училищѣ. (См. о немъ въ г.п. Отношеніе семинаріи къ
училищамъ.)

г) Профессоры, учители и лекторы.

Званіе профессора семинаріи получали лица, имѣющія сте-
нень магистра духовной академіи; учителями назвались не-
имѣющіе этой степени. Впрочемъ до 1814 г. званіе профессора
давалось и безъ степени магистра, за ученыя занятія, напр.
Феофану Александрову, Толмачеву въ 1811 г. и др. На должность
лектора по какому нибудь предмету иногда назначались временно,
до занятія штатной кафедры, лица съ академическими степенями,
съ умѣреннымъ вознагражденіемъ, относительно чего было даже
особое разрѣшеніе въ 1833 г. Всѣще, въ 30-хъ годахъ являлись

— 31 —

охотники изъ окончившихъ курсъ въ академіи занимать въ пе-
тербургской семинарии хотя лекторскія мѣста, и правленіе выра-
жало желаніе опредѣлять ихъ. Впрочемъ въ 1835 г. (отъ 18 юня)
было прединсаніе не назначать лекторовъ на главные предметы.
Большею же частію должность лектора, по греческому языку въ
нисшиемъ отѣленіи, иногда же по классу словесности, возлага-
лась на учениковъ семинарии высшаго отѣленія. Таковые лек-
торы будутъ указаны въ своемъ мѣстѣ.

Нерѣдко профессорскую должность въ петербургской семинарии отправляли академические профессора — временно, за отсутствіемъ пли неприбытіемъ штатнаго преподавателя, или же въ качествѣ самостоятельныхъ наставниковъ. Безъ сомнѣнія, это служило къ возвышенію семинарии въ учебномъ отношеніи. Случаевъ же занятія при семинарии должностей педагогическихъ профессорами академіи въ разсматриваемый неріодъ было до 10, не считая перемѣщеній изъ академіи въ семинарію и обратно.

Съ открытиемъ семинарии, въѣхъ наставниковъ, вмѣстѣ съ
ректоромъ и инспекторомъ, было 8 человѣкъ, какъ видно изъ
вышеприведенного опредѣленія Комиссіи дух. учил. отъ 23
февраля 1809 г. Съ теченіемъ времени, число преподавате-
лей увеличилось, съ постепеннымъ расширеніемъ семинарской
программы. Ректоръ обыкновенно преподавалъ богословскія
науки, инспекторы преподавали философію, иногда церковную
исторію, или изъясненіе св. Писанія, а также церковно-библей-
скую исторію, какъ это показано выше, въ синсѣ инспекторовъ.
Перечисленіе остальныхъ учащихъ, въ хронологическомъ порядкѣ,
по времени ихъ поступленія въ семинарію, съ краткими свѣдѣ-
ніями о нихъ, представляется ниже.

1. Димитрий Малиновский (твердской семинарии), Александро-
невской акад. кандидатъ богословія (1804); въ 1805—1808 гг.
былъ учителемъ высшихъ классовъ академіи; въ новую семина-
рію назначенъ учителемъ высшей риторики и греческаго языка
въ высшемъ классѣ. По выходѣ, въ сентябрѣ, во священники къ
Сергиевскому артиллерійскому собору, отказался отъ преподава-
нія греческаго языка, а потомъ, по недостатку времени, и выс-
шей риторики, и въ началѣ 1810 г. уволенъ изъ семинарии.
Виностѣдствіи принималъ дѣятельное участіе въ трудахъ Россій-
скаго Библейскаго общества, при которомъ состоялъ директоромъ.
Авторъ извѣстнаго соч. «Историческое разсужденіе о чинахъ
греко-россійской церкви». + 1826 г.

— 32 —

2) **Димитрій Вороновъ, изъ тверской семинаріи былъ вызвань въ число воспитанниковъ Александроневской акад.; съ ноября 1808 г. преподавалъ греческій языкъ въ академіи и опредѣленъ въ семинарію на нисшій греческій классъ. Но, выдержавъ экзаменъ по греческому языку у греческаго профессора академіи Скинаса, переведенъ на высшій греческій классъ; назначенъ义务 преподавать также и новые языки, но отъ измецкаго отказался. Съ октября 1809 г. секретарь семинар. правленія. Въ 1813 г. за рачительную службу возведенъ въ званіе полнаго профессора; въ концѣ этого года преподавалъ еще словесность въ высшемъ классѣ. Въ 1814 г. перешелъ на гражданскую службу. За переводы на русскій языкъ сочиненій Шатобріана, Мармоніеля, Томаса, Фридриха Великаго, былъ принятъ въ члени С.-Петербургскаго Вольнаго общества любителей россійской словесности и въ сотрудники «Бесъды любителей русскаго слова».

3) **Андрей Нвановъ, изъ воспитанниковъ Александроневской академіи, кандидатъ богословія (1806 г.), съ 1804 г. былъ учителемъ въ нисшихъ классахъ академіи и потомъ письмекторомъ, съ 13 ноября 1806 г. преподавалъ общую исторію и географію; съ 1807 г. общую и россійскую исторію и латинскій синтаксисъ. По опредѣленію Комиссіи дух. учил., назначенъ учителемъ исторіи и географіи въ новой семинаріи, а въ ноябрѣ 1810 г. сѣдѣался секретаремъ семинар. правленія; въ 1813 г. возведенъ въ званіе профессора. Въ августѣ 1814 г. вышелъ изъ семинаріи съ чиномъ VIII кл. въ гражданскую службу и былъ послѣ начальникомъ отдѣленія въ Департаментѣ государственныхъ имуществъ.**

4) **Яковъ Толмачевъ**—учитель въ Харьковскомъ коллегіумѣ и Кіевской академіи, затѣмъ изъ учителей Харьковскаго коллегіума вызванъ Комиссіей дух. учил. въ С.-Петербургѣ и опредѣленъ учителемъ петербургской семинаріи по классу нисшей риторики и математики, потомъ возведенъ въ званіе профессора; состоялъ въ тоже время секретаремъ академической конференціи. Въ 1814 г., по прошенію, уволенъ изъ семинаріи. Впослѣдствіи — профессоръ словесности въ С.-Петербургскомъ университетѣ.

5) **Петръ Александровъ, священникъ на Большеохтенскомъ кладбищѣ, преподавалъ еврейскій языкъ (1809—1814 г.). Уволенъ, вмѣстѣ съ другими, въ августѣ 1814 г., когда было предположено замѣстить учительскія должности въ семинаріи воспитанниками, окончившими 1-й курсъ С.-Петербургской духовной академіи. Въ послѣдствінъ поступилъ въ число братіи Коневскаго монастыря.**

— 33 —

6) Филиппъ Коралловъ, евangelikerъ Входоіерусалимской Знаменской церкви, съ 13 сент. 1806 г. преподавалъ, безъ жалованья, нѣмецкій языкъ въ высшемъ классѣ Ал. невской академіи и, за отказомъ Воронова, приглашеннѣ былъ для преподаванія нѣмецкаго языка въ новой семинаріи; преподавалъ потомъ и греч. языкъ въ нисш. отд. съ начала 1810 г. Уволенъ въ 1814 г.

7) Леонидъ Зарецкій, (калужской семинаріи), іеромонахъ, потомъ архимандритъ; бакалавръ спб. академіи по классу словесныхъ наукъ. Въ семинаріи назначенъ, по желанію сем. правленія, профессоромъ эстетики (1810—1813 г.). Коммисія дух. училищъ поручила ему составить учебникъ по его предмету, для духовныхъ академій и семинарій, но дѣло это не состоялось по причинѣ преждевременной смерти, его 23 ноября 1813 г.

8) Иванъ Щелкуновъ (изъ Ал. нев. акад.), старшій кандидатъ 1-го курса спб. дух. академіи, съ правомъ на магистерство чрезъ 1 годъ училищной службы. Въ августѣ 1814 г. опредѣленъ на церковную и библейскую исторію и греч. языкъ. Въ 1816 г. занялъ должность библіотекаря семинаріи. Въ 1818 г. вышелъ во священники къ Пантелеймоновской церкви; впослѣдствіи протоіерей Знаменской церкви. † 1855 г.

9) Иванъ Смирновъ (изъ воспит. Ал. невской акад.), кандидатъ 1 курса спетерб. дух. академіи, въ авг. 1814 г. назначенъ исправляющимъ должность профессора словесныхъ наукъ и нѣмецкаго языка, потомъ получилъ званіе полнаго профессора. Въ 1817 г. занялъ должность секретаря сем. правленія; въ 1818 г. всѣлѣдствіе заявленія о многотрудности своихъ занятій, получилъ себѣ въ помощники дектора, изъ учениковъ высш. отдѣленія. Въ 1819 г. вышелъ изъ семинаріи на должность приходскаго священника къ морскому Богоявленскому собору. Впослѣдствіи протоіерей въ (мольномъ монастырѣ. † 1834 г.

10) Василь Полянскій (изъ воспит. Ал. невской акад.), въ 1810 г. принятъ въ спбург. дух. академію; кандидатъ 1-го курса. Въ августѣ 1814 г. назначенъ исправляющимъ должность профессора, а въ 1817 г. и полнымъ профессоромъ историческихъ наукъ и французск. яз. и оставался въ семинаріи до 1819 г., когда вышелъ во священники къ Андреевскому собору. Впослѣдствіи законоучитель въ институтѣ женскаго патріотическаго общества и протоіерей церкви Нокрова, въ Коломнѣ.

3

— 34 —

11) **Непръ Весселовскій** (владим. сем.), магистръ 1-го курса. акад. въ августа 1814 г. назначеннъ профессоромъ математики, физики и еврейскаго яз. Въ 1816 г. согласно желанію, постриженъ въ монашество *), подъ именемъ **Неофита**, и назначенъ въ 1817 г., въ санъ архимандрита, инспекторомъ и профессоромъ богословія и математики въ минскую семинарію. Въ 1819 г. отъ духовно-учинной службы уволень **), оставаясь архимандритомъ Грозовскаго Юанно-Богословскаго монастыря.

12) **Стефанъ Райковскій** (нижегород. сем.), кандидатъ 1-го курса и бакалавръ математики въ сиб. акад. съ августа 1814 г., внослѣдствіи ординарный профессоръ; съ августа 1817 г. состоялъ профессоромъ математики и еврейскаго яз. въ семинаріи, до 1819 г. Авторъ учебника по геометрии. † 1855 г.

13) **Продіонъ Въпринскій** (ярославск. сем.). магистръ 1-го курса, бакалавръ и внослѣдствіи ординарный профессоръ—спб. акад. и секретарь академическаго правленія; издалъ на латинскомъ языкѣ свои лекціи по философіи. Съ августа 1819 г. преподавалъ философію въ семинаріи до 1825 г., въ 1822 г. временно преподавалъ французскій языкъ. Внослѣдствіи (1834 г.) былъ директоромъ магилевской гимназіи.

14) **Иванъ Наумовъ** (сиб. сем.), магистръ спб. акад. (1819 г.); съ сент. 1819 г. опредѣленъ профессоромъ математики и еврейскаго языка и библиотекаремъ. Въ 1824 г. поступилъ во священники къ церкви Екатерининскаго института, гдѣ былъ и законоучителемъ, и въ 1825 г. вышелъ изъ семинаріи. Впослѣдствіи протоиерей церкви Зимняго дворца. † 1875 г.

15) **Иванъ Раменскій** (новг. сем.), магистръ спб. акад. (1817 г.), перемѣщенъ изъ профессоровъ новг. сем. на классъ словесности и нѣмен. языка, въ окт. 1819 г. Вышелъ во священники къ (вято-Духовской церкви, на Большой Охтѣ, и осталь

*) Въ прошеніи о поступленіи въ монашество писалъ, что «чувствуетъ стремленіе къ уединенію».

**) Въ предписаніи спб. академическаго правленія объ увольненіи ректора мединской сем. арх. Лазаря, по прошенію, (отъ 28 августа 1819 г.) сказано: «нынѣшняго профессора богословіи и математики, инспектора сем. архимандрита Неофита, который имѣлъ бы ближайшее право на ректорское достоинство, но мѣстнымъ епархіальнымъ архиепископомъ (Анатоліемъ) не рекомендованъ къ оному, уволить отъ училищной службы».

— 35 —

вилъ семинарію, въ авг. 1823 г.; въ 1826 г. переведенъ въ
Сергіевскій соборъ. † 1849 г.

16) **Александръ Рождественскій** (спб. сем.), изъ учите-
лей Ал. невскаго училища, магистръ спб. акад. 1817 г.
и баккалавръ; перемѣщенъ въ семинарію въ авг. 1819 г.
на классъ гражданской исторіи и франц. языка. Въ янв.
1820 г. опредѣлень священникомъ тюремной церкви, впослѣд-
ствіи протоіерей Троицкаго собора, на петербургской сто-
ронѣ. † 1874 г.

17) **Михаилъ Маленить** (изъ воспит. Троице-Сергіевской сем.), старшій кандидатъ 1-го курса спб. акад. съ правомъ на магистерство чрезъ 1 годъ училищной службы; изъ инспекторовъ сковской сем. переведенъ въ 1821 г. въ с. пет. на гражд. исторію и франц. яз. Въ 1822 г. вышелъ во священники къ церкви св. великомуч. Екатерины, въ Екатеринбургъ. Умеръ протоіереемъ Владимирской церкви, въ 1864 г.

18) **Алексей Нарбековъ** (владимірск. сем.), магистръ моск.
акад. (1822 г.); съ сентября 1822 г. назначенъ профессоромъ
всеобщей исторіи и франц. языка. Съ начала 1824 г. — секретарь
семинар. правленія. Въ 1826 г. вышелъ во священники къ
Владимірской церкви. † 1831 г.

19) **Ксенофонть Делекторскій** (владимір. сем.), магистръ
спб. акад. 1823 г., въ августъ этого года опредѣлень въ
семинарію на словесность (по 1-му отдѣленію), но въ октяб-
рѣ перемѣщенъ въ спб. академію на греч. яз., а въ слѣдую-
щемъ году на словесность; въ 1828 г. рукоположенъ во свя-
щенника къ церкви Министерства иностр. дѣлъ и уволенъ изъ
академіи. † 1842 г.

20) **Семенъ Каменскій** (спб. сем.), кандидатъ спб. акад. (1823 г.), опредѣлень учителемъ и инспекторомъ въ Ал. невское училище, съ возложеніемъ на него «обязанности надзирать и надъ учениками семинаріи, помогать инспектору оной по нравственному управленію». Съ октября того же года — лекторъ греч. яз. въ семинаріи. Въ маѣ 1824 г. вышелъ во священники къ церкви Воскресенія, въ (мольномъ монастырѣ.

21) **Оеодоръ Аменицкій** (спб. сем.), магистръ спб. акад. 1823 г.; съ октября того же года—профессоръ словесности по 1-му отд. и нѣмец. языка. Въ 1830 г. вышелъ въ свѣтское званіе съ чиномъ VII кл., какъ выслужившій болѣе 6 летъ, положенныхъ для магистра (ІХ класса). Въ началѣ

*

-- 36 --

1832 г. перешел изъ семинаріи въ гражданскую службу, по Минист. внутреннихъ дѣлъ.

22) Николай Поліевковъ (псков. сем.), кандидать спб. акад. 1823 г. Изъ профессоровъ псковской сем., по прошенію, перемѣщенъ на 2-й классъ словесности и на греч. языкъ въ нисш. отд. въ началѣ 1825 г.; въ августѣ занялъ должность библиотекаря; принялъ священство и въ сентябрѣ 1827 г. уволенъ изъ семинаріи; былъ законоучителемъ Нажескаго корпуса. Впослѣдствіи — протоиерей Христорождественской церкви, на Пескахъ. † 1862 г.

23) Кольма Успенскій (новгор. сем.), магистръ спб. акад. 1821 г.; изъ владимірской семин. перемѣщенъ на церк. исторію и греч. яз. въ сент. 1825 г. Въ 1826 г. поступилъ въ секретарн. сем. правленія, а въ сент. 1828 г. оставилъ эту должность. Въ 1830 г. вышелъ во священники къ церкви Института корпуса цутей сообщенія, откуда удаленъ въ 1832 г., потомъ отправленъ въ Валаамскій монастырь на 3 года и затѣмъ получилъ мѣсто священника въ селѣ Царскосел. уѣзда. † 1841 г.

24) Иванъ Пановскій (спб. сем.), старший кандидать спб. акад. 1825 г. По окончаніи курса, опредѣленъ на математику и евр. языкъ; въ 1827 г. получилъ степень магистра и поступилъ въ библиотекари семинаріи. Рукоположенъ во священника къ церкви Горнаго кадетскаго корпуса и въ 1829 г. вышелъ изъ семинаріи. † 1831 г.

25) Николай Турчанновъ (спб. сем.), старший кандидать спб. акад. 1825 г.; въ апр. 1826 г. назначенъ на кафедру гражд. исторіи и франц. яз. Съ 1829 г. библиотекарь. Въ 1829 г. получилъ отъ государя Императора бриліантовый перстень за подненное сочиненіе: «О соборахъ, бывшихъ въ Россіи» По причинѣ вдовства, уволившись въ свѣтское званіе, въ 1833 г. поступилъ въ 1-ю гимназію учителемъ исторіи и статистики, потомъ вскорѣ перемѣщенъ въ 3-ю *). Въ январѣ 1834 г. вышелъ изъ семинаріи въ смотрители Александрийскаго Спротскаго дома, оставаясь и учителемъ гимназіи. Впослѣдствіи — тайный совѣщикъ.

† Императоръ Николай, бывши въ классъ у Турчаннова къ 1833 г. въ 1-й гимназіи, замѣтилъ, что одинъ воспитанникъ сидитъ съ зажмуреными глазами и, полагая, что онъ спитъ, сѣдлалъ строжайшій выговоръ учителю и приказалъ уволить его. Послѣ Государю доложили, что ученикъ не спалъ, а имѣть такую привычку, для большаго вниманія, и что «учитель исторіи Турчаниновъ — изъ лучшихъ учителей», но его всегда перевели въ другую гимназію. (Изъ автобіогр. протопр. Бажанова. Истор. Вѣсти. 1883. XII. 562.)

— 37 —

26) Иванъ Чупровскій (спб. сем.), магистръ и баккалавръ
спб. акад. 1827 г.; до пріѣзда инспектора Владиміра, въ тече-
ніе мѣсяца, исправлялъ должность профессора философіі. Въ
1829 г. изъ академіи перемѣщень въ исковскую семинарію про-
фессоромъ математики. † 1850 г.

27) Иванъ Меліоранскій (тул. сем.), магистръ моск. акад. 1824 г. Въ окт. 1827 г. переведенъ изъ исковской сем. на славесность; съ сент. 1828 г. — секретарь правленія; въ тоже время преподавалъ еще греч. языкъ, но, затрудняясь совѣщать два предмета съ секретарствомъ, просилъ въ помощь лектора. Въ 1832 г. вышелъ во священника къ Екатерининской церкви, на Васил. островѣ. Умеръ въ 1869 г.

28) Григорій Окуловъ (изъ воспит. Алекс. невской акад.), губернскій секретарь, изъ чиновниковъ спб. Налаты гражданскаго суда, по опредѣленію Комиссіі дух. учил., назначень съ октября 1828 г. учителем финскаго языка, въ знаніи котораго представилъ свидѣтельство огъ Коллегіи иностранныхъ дѣлъ. Съ апр. 1829 г., по порученію Комм. дух. учил., сталъ заниматься корректурою издаваемыхъ на финскомъ языкѣ книгъ (катихиззѣ, св. исторія, молитвы), потомъ и самъ переводилъ; въ 1833 г., съ разрѣшенія начальства, будилъ въ Финляндію, особенно въ Гельсингфорскій университетъ, для лучшаго означкоменія съ финской филологіей; издалъ финскую азбуку, а въ 1836 г. и финскую грамматику. Въ 1837 г. признанъ правленіемъ сем. неблагонадежнымъ «по болѣзненнымъ припадкамъ и неисправности по классу» и уволенъ отъ службы.

29) Андрей Михайловъ (см. выше, въ спискѣ экономовъ и
ниже во 2-мъ периодѣ.)

30) Феодоръ Сидонскій (твер. сем.), магистръ спб. акад. (1829 г.) и потомъ баккалавръ философіи (1830—33 г.), до прі-ѣзда инспектора, іеромонаха Николая, въ концѣ 1829 г., преподавалъ въ семинаріи философію. Вностідствіи — протоіерей (нештатный) Казанскаго собора; извѣстный профессоръ философіи и потомъ богословія въ спб. университетѣ; авторъ «Введенія въ науку философіи» (1833 г.), удостоенного отъ Академіи Наукъ полной Демидовской преміи; совѣтомъ спб. университета былъ избранъ почетнымъ докторомъ философіи. † 1873 г. *)

31) Иванъ Массальскій (яросл. сем.), старшій кандидатъ и

¹) Сидонскій и вышеуказанный Деслекторскій принадлежали къ числу
лучшихъ профессоровъ академіи, но были удалены изъ нея, по словамъ, Ро-

— 38 —

потомъ магистръ спб. акад. 1825 г.; изъ разанской сем. перевед
шелъ въ сент. 1828 г. инспекторомъ и учителемъ Ал.-невскаго
училища, а отсюда въ августѣ 1830 г. опредѣленъ въ семина-
рію профессоромъ церк. исторіи и греч. языка; секретарь съ
1831 г.; въ августѣ того же года перемѣщенъ, по прошенію, на
каоведру словесности 1-го отдѣленія; въ 1832 г. отказался отъ
секретарства, а съ юля 1834 г. скѣвался любліотекаремъ. Въ
апр. 1835 г. умеръ отъ горячки.

32) Николай Ладинский (псков. сем.), старший кандидатъ
спб. акад. 1827 г.; въ окт. 1831 г. переведенъ изъ псковской
сем. профессоромъ церк. исторіи и греч. языка. Въ августѣ
1832 г. вышелъ во священники церкви Института корпуса пу-
тей сообщенія; въ числѣдствіи переведенъ ко Владимірской цер-
кви. † 1848 г.

33) Павелъ Тяжесель (твер. сем.), магистръ спб. акад.
1831 г. Не получивъ, за неимѣніемъ вакансій, никакого назна-
ченія отъ академіи, въ ноябрѣ 1831 г., по прошенію, опредѣ-
ленъ лекторомъ по классу словесности и греч. яз., а потомъ нѣ-
мен. яз.; въ декабрѣ скѣлѣть былъ и помощникомъ инспектора;
въ началѣ 1832 г. занялъ каоведру словесности и затѣмъ долж-
ность секретаря. Вышелъ съ казенной квартыры, въ мартѣ 1834 г.,
увольлся отъ должности помощника инспектора и секретаря
правленія, но занялъ должность любліотекаря; въ июнѣ того же
года рукоположень во священника Спасоѣнновской церкви и
въ сентябрѣ вышелъ изъ семинаріи. † 1857 г.

34) Алексій Никольский (новг. сем.), магистръ спб. акад.
1829 г., изъ профессоровъ рязан. семинаріи, гдѣ былъ и помощ-
никомъ инспектора, по представленію митроп. Серафима, въ
1832 г. опредѣлень профессоромъ церк. истор. и греч. языка.
Въ началѣ 1834 г. вышелъ во священники къ (Сергіевскому всей
артиллеріи собору и вскорѣ умеръ (1836 г.)

35) Григорій Смирянин (смолен. сем.), кандидатъ спб. акад.
1833 г.; по окончаніи курса, опредѣленъ лекторомъ по словес-
ности (2-го отд.) и греческ. языку, за неимѣніемъ учительскихъ
вакансій; въ июнѣ 1834 г., за болѣзнію проф. Жемчужина, пре-
подавалъ гражд. исторію и франц. языкъ; въ сент. 1834 г. за-
нялъ итатную каоведру словесности и нѣм. яз., но тогда же не-

стиславова. за свободу своихъ чтеній. Даже Иннокентію Борисову грозида по-
добная опасность «за свободный духъ лекцій.» Но мирт. Евгеній исходатальство-
валъ ему назначеніе въ ректоры академіи. (Пис. мит. Филар. къ Мурав. стр. 14, 15.)

— 39 —

решень съ нѣмец. класса на французскій. Въ 1835 г., по смерти
Масальскаго, писавлять должность учителя слов. по 1-му отдѣл,
Въ 1837 г. уволился отъ преподаванія франц. языка. Въ 1838 г.
вышелъ во священники къ введенію, на петерб. сторонѣ. † 1883 г.

36) Нванъ Жемчужинъ (исков. сем.) старшій кандидатъ,
потомъ, чрезъ 1 годъ, магистръ спб. акад. (1831 г.). Въ январѣ
1834 г., по прошенію, перемѣщень Коммиссіей дух. учил. изъ
профессоровъ псковской сем. въ с.-петербургскую на каоедру
гражд. исторіи и франц. языка. Въ сент. 1834 г. переведень,
по прошенію, съ франц. на нѣмец. языке. Съ апрѣля 1835 г.
былъ библиотекаремъ. Въ 1836 г. 9 дек. умеръ отъ чахотки.

37) Непуръ Бого любовъ (новг. сем.), магистръ спб. акад.
1833 г.; оставленѣ, по окончаніи курса, при академіи на случай
надобности и неправлять должность бакалавра философіи. Въ
январѣ 1834 г. занять мѣсто профессора церк. исторіи и греч.
языка въ семинаріи и потомъ должность помощника инспектора.
Съ марта того же года секретарь, преподавать также изъясне-
ніе св. Писанія. Въ 1836 г. отказался отъ должности секретаря,
по слабости зрѣнія, и помощника инспектора; съ 1837 г. пре-
водавалъ франц. языкъ; въ 1841 г. цромѣ церк. и библ. исторіи,
преподавалъ церковныя древности, временно гражд. исторію, за
боговѣнію проф. Семеновскаго, потомъ также и каноническое
право. О немъ см. ниже, пер. 2-й.

38) Серпій Гацаховъ (твер. сем.), магистръ спб. акад.
1833 г.; по окончаніи курса, не получить назначенія, но по-
тому поступать учителем А.Л.-певскаго училища; въ 1834 г.,
согласно желанію, опредѣленъ въ семинарію лекторомъ, по кз.
словесности. Въ октябрѣ 1835 г. сдѣланъ сверхштатнымъ про-
фессоромъ грец. языка, въ инеш. отдѣл. и св. Писанія. Съ 1836 г.
сдѣланъ библиотекаремъ и временнымъ преподавателемъ нѣм.
языка, который преподавалъ и послѣ. Въ окт. 1839 г. опредѣ-
ленъ на каоедру Богословско-историческаго ученія о св. отцахъ
церкви, состоя въ тоже время, съ 1837 г. и преподавателемъ
греч. языка въ высш. отд., въ 1840 г. временно преподавать
философію. Рукоположенъ во священника къ церкви Императ.
Воспитательнаго дома, гдѣ сдѣланъ законоучителемъ, и въ концѣ
1841 г. вышелъ изъ семинаріи. Впослѣдствіи протоіерей (кор-
башенской церкви, (на Воскрес. проспектѣ). † 1876 г.

39) Нванъ Крыловъ (костром. сем.), магистръ спб. акад.
1835 г.; назначенъ, по окончаніи курса, профессоромъ словес-
ности по 1-му отд. Въ началѣ 1836 г. ему временно поручено

— 40 —

было преподаваніе граждан. исторії; въ 1841 г. преподаваль а
еврейскій яз. Въ окт. 1836 г. скл.анъ секретаремъ и помощни-
комъ инспектора, но въ началѣ 1840 г. отказался отъ этой долж-
ности, по выходѣ съ казенной квартиры. Въ 1837 г. исправлять
должность ректора А.І.-невскаго училища и инспектора семинаріи;
въ сентябрѣ 1841 г. опредѣлѣнъ и обліютеракаремъ, но въ томъ же
году рукоположень во священника и уволился сначала отъ препо-
даванія евр. яз. и отъ обліютеракарства, потомъ въ дек. 1841 г.
вышелъ изъ семинаріи къ морскому Никол. Богоявленскому собору.
Въ 1870 г. отчисленъ за штатъ, по болѣзни.

40) Константинъ Боголюбовъ (новг. сем.), магистръ слб.
акад. 1835 г.; изъ профессоровъ тверской сем. назначенъ Ком-
миссіей дух. уч. въ слб. на граждан. исторію и нѣм. яз., въ
1836 г. Въ 1838 г. перешелъ на каоедру словесности, но въ
августѣ этого же года переведень баккалавромъ отечественной
исторіи въ слб. дух. академію; въ 1842 г. вышелъ во священники.
Нынѣ протоіерей церкви при Министерствѣ пностранныхъ дѣлъ.

41) Димитрій Успенскій (оп.опец. сем.), кандидатъ слб.
акад. 1837 г.; по окончаніи курса, опредѣлень учителемъ фин-
скаго яз. (на основаніи свидѣтельства изъ Министерства ино-
странныхъ дѣлъ) и греческаго—въ инсм. отд. Оставался въ се-
минаріи послѣ 1841 г. (сем. о пемѣ ниже, пер. 2-й).

42) Иванъ Семеновскій (рязан. сем.), магистръ слб. акад. 1837 г.; перемѣщенъ изъ ряз. сем. въ июль 1838 г. въ слб., на граждан. исторію и нѣм. яз. Въ 1841 г., согласно прошенію, по болѣзненному состоянію, уволень въ свѣтское званіе и затѣмъ поступилъ въ Департаментъ министерства юстиціи. Въ послѣд- ствіи былъ губернскимъ прокуроромъ въ разныхъ городахъ. † 1871 г.

43) Иванъ Рождественскій (владимір. сем.), магистръ слб.
акад. 1837 г.; перемѣщенъ въ авг. 1838 г. изъ профессоровъ
рязан. сем. въ слб., на словесность. Въ 1839 г. временно, (за
болѣзню Семеновскаго), преподаваль граждан. исторію и въ
июль этого года вышелъ изъ семинаріи ко вновь устроенной при
Дворянскомъ полку церкви. Впослѣдствіи — извѣстный протоіерей
церкви Малаго дворца и членъ св. Синода. † 1882 г.

44) Иванъ Полотебновъ (ряз. сем.), магистръ слб. акад. 1839 г.; въ октябрѣ этого года назначенъ на каоедру словесности и помощникомъ инспектора, съ 8 февр. 1840 г. Съ сент. того же года—секретарь правленія и преподаватель нѣм. языка, а въ октябрѣ исправлялъ должность инспектора. Въ сент. 1842 г.

— 41 —

вышелъ во священника къ церкви Медико-хирургической академіи, где состоялъ и законоучителемъ до 1847 г.

45) Пепръ Зыковъ (твер. сем.), изъ учителей краснонолимскаго училища, старшій кандидатъ спб. акад. 1839 г.; опредѣленъ на каоедру библейской исторіи и чтенія св. Писанія, во всѣхъ трехъ отдѣленіяхъ; затѣмъ и церковныхъ древностей. Въ окт. 1840 г. переведенъ на классъ философіи, а въ 1841 г. на гражд. ист. и греч. яз. (см. ниже, пер. 2-й).

Определеніе на профессорскія должности зависѣло, по уставу *), отъ семин. правленія, съ утвержденіемъ архіерея, въ томъ случаѣ, если ищущіе этихъ должностей поступали со сто- роны, а не прямо изъ академическихъ воспитанниковъ. Иногда сама Коммиссія дух. учил. переводила наставниковъ. Назначе- ніе академическихъ воспитанниковъ въ семинарію зависѣло обык- новенно отъ академ. правленія, которое большею частію сообра- жалось съ желаніями самихъ студентовъ и принимало во внимание мѣсто ихъ роды. Въ силу этого, многіе изъ преподавателей петербургской семинаріи принадлежали къ петербургской епар- хіи: на 45-50 преподавателей, если считать съ поступившими потомъ въ инспекторы, въ разсматриваемый періодъ, до 15 прин- надлежать спб. епархіи и большею частію назначены академіей прямо по окончанію курса. Остальные же большею частію пере- мѣщены уже со службы или по прошенію, или по распоряже- нію Коммиссіі дух. учил., или по назначенію академіи. Нѣкото- рые, даже со степенью магистра, поступали учителями въ Алекс- сандро-невское училище, чтобы перейти потомъ въ семинарію, напр. Массальскій, Галаховъ. Иногда представленіе сем. пра- вленія не утверждалось митрополитомъ, и онъ представлялъ своихъ кандидатовъ. Такъ 1832 г. правленіе представляло на должность профессора церк. исторіи и греч. языка Гавріила Розова, изъ воспит. спб. семинаріи, старшаго кандидата спб. академіи, инспектора А. невскаго училища, но митр. Серафимъ представилъ своихъ кандидатовъ—изъ костром. сем. П. Коносова и изъ рязанской Алексія Никольскаго: послѣдній и былъ опредѣ- ленъ Коммиссіей дух. учил. въ 1828 г. Въ 1826 г. сем. правленіе не знало, кому изъ двухъ кандидатовъ отдать предпочтеніе, А. Горянскому, 2-го разряда, который уже былъ на службѣ въ училищѣ, или еще не служившему Н. Турчанинову, имѣвшему

*) Проектъ устава дух. сем. ч. 1. отд. 1-е, гл. II и III.

— 42 —

1-й разрядъ. Митронолить утвердить послѣдняго. Въ 1827 г. Гоярянскій снова представленъ на словесность, но не утвержденъ. Иногда Коммиссія дух. уч. не утверждала представленій ни семинарін и митронолита, ни академіи, ни принимала въ уваженіе прошенія самихъ кандидатовъ, а опредѣляла по собственному усмотрѣнію. Такъ въ 1834 г. магистръ Сергій Галаховъ представленъ былъ семинаріей и митронолитомъ на классъ гражд. исторіи и франц. яз., но Коммисія опредѣлила на эту должность профессора псков. сем. Жемчужина, по его прошенію. Въ 1836 г. Коммисія дух. уч. опредѣлила на классъ гражд. истор. и нѣм. язмка профессора твер. сем., магистра Константина Боголюбова, хотя семинарія, съ утвержденія митр. Серафима, представляла на эту должность учителя Ал.-невскаго училища, кандидата Александра Камчатова. Въ 1834 г. магистры Галаховъ (учитель ал.-невск. уч.) и Павель Солярскій (ямб. уч.) просились на словесность, но Коммисія дух. уч. отказала и опредѣлила кандидата Смирягина, бывшаго въ семинаріи лекторомъ. Въ 1835 г. правленіе представляло о желаніи Н. Боголюбова перейти на словесность, но назначень Крыловъ. Иногда и академія не утверждала кандидатовъ представляемыхъ семинаріей. Напр. представленный семинарскимъ правленіемъ въ 1837 г. учитель Ал.-невскаго училища Александръ Петровъ на классъ финскаго языка, какъ знающій этотъ языкъ и бывшій родомъ изъ Финляндіи, не былъ утвержденъ академіей, а назначенъ на эту должность кандидать Дим. Успенскій. — По назначеніи того или другаго лица на учительскую должность, сем. правленіе обыкновенно составляло опредѣленіе: «ректору ввести (такого-то) въ классъ по надлежашему.»

Профессора семинаріи состояли обыкновенно въ духовномъ званіи и смотрѣли на семинарскую службу, какъ на переходную; большею частію чрезъ нѣсколько времени они выходили во священники, при чемъ мѣста предлагались часто консисторіей. Въ большѣ древнюю пору мѣста даже зачислялись за нѣкоторыми изъ семинарскихъ паставниковъ, напр. за А. Ивановымъ зачисленъ былъ приходъ въ Гдовскомъ уѣздѣ, съ доходомъ 75 р. (1811 г.) Магистры, вышедшіе во священники, получали, по представленію сем. правленія, отъ академіи установленный крестъ. *) На семинарской службѣ священники, если и остава-

*) Въ июнь 1826 г. установлена новая форма магистерскихъ крестовъ: вмѣсто терноваго вѣнка введено изображеніе нерукотвореннаго образа.

— 43 —

лись иногда, то на непродолжительное время; хотя для поощрения къ духовно-училищной службѣ, но указу св. Синода отъ 15 юня 1814 г., постановлено было: «дѣта службы училищной считать въ старшинствѣ преимущественно предъ лѣтами службы снархіальной. Въ виду того, что нетербургская семинарія всегда находилась на краю города, нетербургскій же священникъ, если имѣлъ свободное время, то всегда могъ найти для себя занятія болѣе выгодныя и удобныя,— въ виду этого и видимъ столь честную сшѣну преподавателей въ здѣшней семинаріи, служившую конечно, къ невыгодѣ въ педагогическомъ отношении.— Наставники, принимавшіе монашескій санъ, быстро возвышались и опекались своихъ старшихъ, и часто болѣе способныхъ, сослуживцевъ, двѣясь винспекторами и ректорами, но лица, получавшія эти послѣдня дѣйности не всегда были счастливы: иногда неисправность по службѣ, особенно же неблагоприличіе поведенія, по крайней мѣрѣ внишеніе, нерѣдко неумѣнье только скрывать себя и нетактичность въ отношенияхъ, предграждали имъ путь къ высшей іерархической степени, какъ это можно видѣть изъ выпредѣленнаго списка должностныхъ лицъ.

Выходить въ свѣтское званіе можно было не ранѣе, какъ черезъ 4 года службы, и то не созѣмъ свободно. Еще въ 1811 г., и послѣ. Коммисія дух. уч. предписывала, чтобы состояніе на духовно-училищной службѣ, помимо своего непосредственнаго начальства, отнюдь не подавали прошеній въ гражданское вѣдомство. Начальство же, развѣ вдовство только считало законною причиной къ увольненію въ свѣтское званіе, какъ это было напр. съ проф. Турчаниновымъ, или же слабость здоровья—для духовнаго сана: въ послѣднемъ случае требовалось медицинское свидѣтельство о болѣзни, какое и представить напр. Аменицкій въ 1830 г. (о болѣзни груди), или (семеновскій въ 1841 г. (при надки головокруженія и ревматизмъ). При этомъ выходящіе въ свѣтское званіе не только лишались права на полученіе класснаго (матистерскаго или кандидатскаго) оклада, но должны были возвратить всю сумму таковыхъ окладовъ, полученную раньше, хотя принято было обыкновенно зачислять ее въ награду, о чемъ будетъ сказано въ своемъ мѣстѣ.

Даже брать женъ семинарскимъ наставникамъ рекомендовалось—изъ духовнаго званія. Въ 1827 г. проф. Аменицкій подалъ прошеніе о дозволеніи ему вступить въ бракъ съ свѣтскою дѣвицею. Митроп. Серафимъ написалъ на его прошеніи: «если

— 44 —

сем. правленіе согласно, то мы благословляемъ профессору сему вступить въ законный бракъ. Впрочемъ, преднагая, что онъ поступитъ въ духовное званіе, совѣтуемъ ему лучше вступить въ бракъ съ честною духовнаго званія дѣвицею, нежели свѣт-скою.» Въ 1834 г. было предписаніе объ отклоненіи лиц, находящихся на духовно-училищной службѣ и состоящихъ въ духовномъ званіи, отъ вступленія въ браки, препятствующіе принятію духовнаго сана (со вдовами). «Если же по какимъ лицо уважительнымъ причинамъ таковой бракъ будетъ совершенъ, то вступшему въ оный немедленно прекратить выдачу класснаго оклада... дабы преподушество гіе, Всемилостивѣйше дарованное служителямъ алтаря, илн готовящимся къ сему служенію, не было напрасно расточаемо на людей нарушившихъ данное на-чальству обязательство.» (Отъ 12 іюня 1834 г.)

Но въ виду того, что нѣкоторые изъ наставниковъ состояли въ свѣтскомъ званіи и были полезны для заведенія, начальство находили справедливымъ не оставлять безъ вниманія вопроса объ ихъ правахъ и преподушествахъ по службѣ. Въ 1814 г. сем. правленіе постановило: «представить Его Высокопреосвященству о исходатайствованіи профессорамъ (Воронову, Иванову и Тол-мачеву) за ихъ долговременную и усердную службу награжд-нія чинами VIII класса, на томъ основаніи, чтобы не токмо на-стоящіе профессоры получили должное воздаяніе, но и в всѣмъ имѣющімъ заступить ихъ мѣста была надежда къ полу-ченію поощренийъ соразмѣрныхъ ихъ трудамъ и заслугамъ, какое бы они ни избрали званіе, по окончаніи учебныхъ занятій при семинаріи; и дабы настоящіе профессоры прослуживъ столько времени не унизили самаго достоинства профессоровъ семинар-скихъ, поступая въ свѣтское званіе, гдѣ награждаются симъ чи-номъ учителі гимназіи безъ экзамена, безъ сомнѣнія на томъ основаніи, что имѣютъ аттестаты студентовъ. Профессоры здѣш-ней семинаріи уже не мало приготовили таковыхъ студентовъ, которые, по уложенію начертанія правилъ, равняются студен-тамъ унпверситетскимъ. Посему они, не подвергаясь никакому испытанію, уже имѣютъ право преимущества предъ тѣми студентами, коихъ образовали на чинѣ VIII класса. Митро-политъ утвердилъ это постановленіе. Затѣмъ въ 1817 г. св. (сподѣ ходатайствовалъ предъ Императоромъ о дарова-ніи «приличествующихъ служебныхъ правъ и преимуществъ лицамъ, находящимся на духовно-училищной службѣ.» Наконецъ въ 1820 г. 9 сент. былъ Высочайше утвержденъ особый докладъ

— 45 —

Коммисія дух. уч. по этому вопросу. Въ немъ между прочимъ
значится:

§ 7. Магистръ, опредѣленный въ училищную службу при семина-
ріи, именуется профессоромъ, и по самой степени магистра состоя въ
ІХ классѣ, получаетъ слѣдующій чинъ VIII класса, по выслугѣ 6 лѣтъ
съ одобреніемъ.

§ 9. Учители (т. е. не имѣющіе степени магистра) изъ кандидатовъ
состоять въ ІХ кл., а изъ студентовъ въ Х, но утверждаются въ оныхъ
классахъ не прежде, какъ выслуживъ 4 года съ одобреніемъ (ср. § 2 о
баккалаврахъ).

§ 10. Таковые учители продолжая службу въ семъ званіи, а иногда
во особеннымъ уваженіямъ получая в званіе профессоровъ, имѣютъ 2
года старшинства въ классахъ, и производятся въ дальнѣйшіе чины на
общихъ правилахъ гражд. службы.

Объ учителяхъ прежняго образованія (не имѣющихъ акад. степеней)
было особое ходатайство предъ Императоромъ о повелѣніи представить
таковыхъ учителей къ чинамъ XII кл. за выслугу 4-хъ лѣтъ при семи-
варіяхъ, а дальнѣйшее полученіе чиновъ оставить на общихъ правилахъ
гражд. службы.

По случаю состоявшагося въ 17 дѣй февр. 1834 г. положенія о гражданскихъ мундирахъ, Комисія дух. уч. постановила: наставникамъ имѣющимъ гражданскіе чины предоставить право ношенія мундировъ, а тѣмъ, которые не вышли изъ духовнаго званія «дозволить для соблюденія единообразія въ о條件ъ потреблять присвоенные вообще синод. вѣдомству мундирные фави съ бархатными воротниками.» (Преди. акад. прав. отъ 2 февр. 1835 г.)

По указу св. Синода отъ 31 дек. 1839 г. на наставниковъ семинарій свѣтскихъ распространены преимущества, предоставлениы учителямъ военного вѣдомства и народнаго просвѣщенія.

Состоя, въ большинствѣ, въ духовномъ званіи и находись
въ распоряженіи епархіальной власти, профессора семинарін
обязаны были произноспѣ проповѣди въ назначенные имъ по
росписанию ректора академіи праздничные дни, въ опредѣлен-
ныхъ перквахъ. Неправные въ этомъ отношеніи подвергались
высканію, или должны были оправдываться. Въ 1840 г. проф.
Крыловъ не представилъ проповѣди на день мытаря и фарnisēa
на репензію ректору академіи Николаю и не произноспѣ ея въ
назначенный день, въ Александро-невской лаврѣ. На зарْось,
сдѣланный ему по этому поводу, объяснилъ, что писать не могъ
по причинѣ головной боли и представилъ свидѣтельство отъ
доктора въ томъ, что страдаетъ геморонадальными приливами
крови. Такое же дѣло возникало и относительно проф. Н. Бого-
либова, который ссылался на боль въ глазахъ, вслѣдствіе про-

— 46 —

студи. — Вмѣстѣ съ тѣмъ, и наблюденіе вообще за новеденіем
профессоровъ и учителей было бдительное. Ежегодно объ ихъ
говѣніи и исповѣди представлялось донесеніе инспектора прав-
ленію, вмѣстѣ съ такимъ же донесеніемъ объ учениках. Только
къ концу разсматриваемаго періода это, по видимому, вышло
изъ обычая. Ностороннія жалобы на преподавателей разсматри-
вались въ правленіп, и по нимъ постановлялись тѣ или другія
рѣшенія. Объ учителѣ О. (1835 г.) дважды было сообщеніе изъ
каретной части: первый разъ, что онъ былъ вытащенъ изъ
Обводнаго канала, второй разъ, что онъ былъ взять въ часть
въ нетрезвомъ видѣ и буйствовалъ: частный пристань просилъ
правленіе семинаріи принять свои мѣры. Учитель объяснялъ
эти случаи принадками головокруженія, но правленіе рѣшило
сдѣлать чрезъ ректора внесеніе учителю и обстоятельно
записать это въ журналъ для соображенія и сужденія о пове-
деніи и достописѣ службы его въ потребныхъ случаяхъ.«
Митронолить Серафимъ отмѣтить въ формулярномъ спискѣ
учителя: «новеденія порядочнаго, но по болѣзненнымъ принад-
камъ не всегда писавенъ и не совѣтъ надеждъъ» 1836 г. Въ
1835 г. правленіе тонко отклонило награду учителю за изданіе
имъ финской грамматики, а въ 1837 г. представило о его не-
благопадежности и постановило уволить его изъ семинаріи.
Въ 1841 г. на учителя Д. У. были жалобы постороннихъ лицъ
за неплатежъ долговъ: правленіе постановило производить вычетъ
изъ его жалованья. Высшее начальство, съ своей стороны, имѣю
также попеченіе о нравственности служащихъ. Такъ въ 1826 г.,
всѣдствіе предписанія синод. оберъ-прокурора, князя Мещер-
скаго, отъ всѣхъ служащихъ въ семинаріи взяты подписки,
что они ни къ какимъ тайнымъ обществамъ не принадлежали
и впредь принадлежать не будутъ, а если кто принадлежалъ, то
долженъ объявить, какое общество, какая цѣль его, названіе
и т. д. Впрочемъ, это было, по приказанію импер. Инициалъ I-го,
по всѣмъ вѣдомствамъ. Въ 1830 г. отъ всѣхъ наставниковъ треб
бовалась подпись подъ выпискою дух. консисторіи изъ указ
(Синода о запрещеніи соч. Вѣтрінскаго: «Памятники древней
христ. церкви», какъ заключающаго въ себѣ мысли, неблагопріят-
ствующія православію. Подобную же подписку требовали въ
1825 г. относительно книгъ мистическаго содержанія, изданныхъ
безъ разсмотрѣнія св. Синода. (См. ниже, въ гл. Библиотека.)»)

Преподаваніе въ другихъ учебныхъ заведеніяхъ семинар-
скимъ профессорамъ не воспрещалось. Высочайшее повеленіе

— 47 —

1815 г. о томъ, чтобы не опредѣлять чиновниковъ на двѣ, или на три должности, въ 1817 г. было отмѣнено по отношению къ учителямъ и профессорамъ, которымъ дозволено преподаваніе въ разныхъ мѣстахъ. Но семинарскіе профессора преподавали большею частію частнымъ образомъ, хотя не безъ вѣдома правленія, у котораго они для такихъ случаевъ испрашивали свои послужные списки, напр. Турчаниновъ, Масальскій, Смирягинъ (въ Коммерч. учил.), Н. Боголюбовъ, бывшій преподавателемъ въ Екатерининскомъ институтѣ; иногда давали при этомъ письменное обязательство объ аккуратности по службѣ, при совмѣщении постороннихъ обязанностей, какъ напр. Турчаниновъ, при поступленіи учителемъ гимназіи. (1833 г.)

Членами правленія профессоры и учителя не состояли только, за отсутствіемъ того или другаго члена, кто нибудь изъ нихъ назначался для присутствованія въ правленіи, по избранію ректора. Въ 1830 г., по выбытии ректора Наваланла, его должность исправлялъ инспекторъ Иколай, а членомъ правленія на мѣсто Иколая былъ селъанъ проф. Н. Турчаниновъ. Въ 1839 г., при разборѣ жалобы протоиерея Романовскаго на инспектора Антонія (см. въ главѣ — *Оннотеніе сем. къ уч. ишцамъ*), вмѣсто него членомъ правленія былъ назначенъ проф. С. Гатаховъ, также какъ и въ началѣ 1838 г. по назначеніи ректора Макарія въ Тверь; Полотебновъ въ 1840 г. назначался членомъ, за выходомъ инсп. Антонія. Но, по уставу (§ 33), могли быть и другие случаи. При производствѣ же какихъ либо ст.вѣдствій, или полицейскихъ дознаний, относительно лицъ прикосненныхъ къ семинаріи, депутаты обыкновенно назначались изъ профессоровъ. Въ 1836 г. проф. Крыловъ былъ депутатомъ при дDel'ю въ Каретной части двухъ воровъ, задержанныхъ въ семинаріи письмоводителемъ и вахтеромъ. Въ 1839 г. учит. Успенскій былъ депутатомъ по дѣлу ученика Несвицкаго, Андрей Михайловъ (1834 г.) — по дѣлу привлеченаго къ суду воспитанника В. Лакомцева. (См. гл. *Воспитаніе*.)

Педагогическая и ученая дѣятельность паставниковъ и ихъ
матеріальное положеніе будутъ разсмотрѣны въ своемъ мѣстѣ.

д) Помощники инспектора.

Должность помощника инспектора по штатамъ не полагалась, и до 1830 г. (см. въ гл. *Воспитаніе*) не была постоянно, хотя въ 1828 г. было уже предписаніе назначать помощниковъ

— 48 —

инспектора изъ профессоровъ или учителей, особенно заслуживающихъ довѣріе начальства. Большею частію должность эту исправляли семинарскіе же наставники, или инспекторы Ал. невскаго училища.

Въ первый разъ на эту должность опредѣленъ въ августѣ 1814 г. *) Михаилъ Логановскій, инспекторъ училища и библіотекарь семинаріи (см. ниже, въ спискѣ библіотекарей). Затѣмъ 2) Сем. Каменскій, инспекторъ Ал. невскаго училища, приглашенъ былъ помогать инспектору семинаріи «по нравственному управленію» (см. въ спискѣ профессоровъ.)

3) Филиппъ Кудрявцевъ—секретарь сем. правленія (см. въ спискѣ секретарей).

4) Александръ Горянскій (спб. сем.), кандидатъ спб. акад. 1825 г., инспекторъ Ал. невскаго училища; по опредѣленію сем. правленія 1827 г. получилъ прибавку къ инспекторскому жалованью съ тѣмъ, чтобы помогалъ инспектору семинаріи въ надзорѣ за учениками. По выбытии проф. Поліевскова, преподавалъ словесность около двухъ мѣсяцевъ, въ 1827 г. — Въ 1828 г. вышелъ во священники къ церкви Обуховской больницы, гдѣ и умеръ, въ ганѣ протоиерея, въ 1854 г.

5) Григорій Добротворскій (владимір. сем.), кандидатъ спб. акад. 1827 г., инспекторъ Ал.-невскаго училища, съ сент. 1830 г. сдѣланъ помощникомъ инспектора семинаріи. Въ 1831 г. поступилъ во священники Петропавловскаго собора. Затѣмъ слѣдуютъ помощники инспектора изъ профессоровъ: 6) Пав. Тяжеловъ, 7) Петръ Боголюбовъ, 8) Ив. Крыловъ, 9) Ив. Полотебновъ.

### с) Библіотекари.

Должность библіотекаря семинарской библіотеки обыкновенно исправлялась, также какъ и большею частію помощника инспектора, кѣмъ либо изъ семин. наставниковъ. Исключеніе составляютъ два первыхъ библіотекаря.

1) Михаилъ Гропскій, изъ воспит. Алекс. невской академіи 1799 г., учитель училища и надзиратель при семинаріи, затѣмъ библіотекарь семинаріи, до половины 1814 г., когда вышелъ во священники къ Благовѣщенію, на Васил. островѣ.

2) Михаилъ Логановскій (спб. сем.), учитель и инспекторъ Ал. невскаго училища, состоялъ библіотекаремъ съ 1814 г.

*) Впрочемъ еще въ 1811 году учитель увѣздного дух. училища М. Гропскій былъ и надзирателемъ при семинаріи.

— 49 —

до 1816 г., когда поступил во священника къ церкви академіи художествъ. Затѣмъ занимали должность библіотекаря профессоры: Щелкуновъ, Наумовъ, Поліевковъ, Ивановскій, Турчаниновъ, Тяжеловъ, Масальскій, Жемчужинъ, Галаховъ, Крыловъ.

### ж) Секретари правленія и письмоводители.

Большинство секретарей было также изъ профессоровъ, за немногими исключеніями. Въ 1818 г. было предписано назначать секретарей изъ обучающихъ въ семинаріи или училищѣ, но избѣгать постороннихъ чиновниковъ, чтобы не лишать пособія обучающихъ, а также и потому, что поступающіе со стороны изъ канцелярій, напр. консисторской и др. «по пріобрѣтенному ими навыку, могутъ умножить приказныя формы, обременительныя для училищнаго управленія.»

1) Дим. Вороновъ съ окт. 1809 г. До этого времени, вмѣсто секретаря, на журналахъ подписывался письмоводитель Антонъ Бутковскій, ученикъ высш. отделенія семинарін.

2) Андрей Ивановъ (см. выше въ спискѣ профессоровъ.)

3) Исидоръ Платуновъ (вятской сем.), коллежскій регистраторъ, былъ письмоводителемъ въ дух. академіи и съ 1 сент. 1814 г. опредѣленъ секретаремъ семинаріи; состоялъ въ должности до 1817 г., когда вышелъ во священники.

4) Ив. Смирновъ 1817—1819 (см. выше).

5) Павелъ Виноградовъ (изъ воспит. ал. невской академіи), учитель ал. невскаго училища, секретарь—съ 17 мая 1819 г. до 1822 г., когда вышелъ во священники къ церкви св. Троицы, на Александровской мануфактурѣ.

6) Филиппъ Кудрявцевъ (спб. сем.), съ 1818 г. учитель ал. невскаго училища и инспекторъ, опредѣленъ секретаремъ сем. правленія въ мартѣ 1822 г.; былъ также въ семинаріи и помощникомъ инспектора (1820—22 г.) Въ янв. 1824 г. вышелъ въ гражданскую службу. Впослѣдствіи былъ въ должности оберъ-контролера въ счетной экспедиціи Комиссіи дух. уч. и потомъ чиновникомъ въ канцеляріи поднодальнаго оберъ-прокурора.

Затѣмъ на секретарской должности состояли профессора: А. Нарбековъ, К. Успенскій, Меліоранскій, Масальскій, Тяжеловъ, П. Боголюбовъ, Крыловъ, Полотебновъ.

Письмоводителей по штату (1836 г.) полагалось трое: два для канцеляріи правленія и одинъ при экономѣ, но иногда, въ 30-хъ годахъ, письмоводителей было и четверо, а въ первые годы—

4

— 50 —

двое и даже одинъ. Большею частію они избирались изъ учениковъ семинаріи средняго или высш. отд. и утверждались въ должности преосв. митрополитомъ: о такихъ письмоводителяхъ будетъ сказано ниже. Но иногда письмоводителями были и стóроннія лица, или окончившіе курсъ семинаріи и состоявшіе на учительскихъ должностяхъ въ училищѣ. Изъ числа послѣднихъ были напримѣръ:

1) Василій Никольскій (спб. сем.), учитель ал. невскаго училища и старшій письмоводитель сем. правленія, исправлялъ дважды должность секретаря, въ отсутствіе настоящаго секретаря правленія, въ 1833 и 1834 г. Вышелъ во свящ. къ церкви св. апост. Павла, на Александровской мануфактурѣ.

2) Порфирій Строкинъ (спб. сем.), учитель ал. невскаго училища и письмоводитель при экономѣ семинаріи; вышелъ въ 1833 г. во священники въ Кронштадтъ, гдѣ и доселѣ состоитъ на службѣ, въ санѣ протоіерея.

3) Шаттонъ Инусовъ — сдѣлался письмоводителемъ, бывши ученикомъ средн. отд. семинаріи (1833 г.) и по окончанію курса оставался въ этой должности два года; уволенъ, по прошенію, съ послужнымъ спискомъ и наградой за содѣйствіе своими трудами временному ревизіонному комитету.

### 3) Врачи.

1) Хриспофоръ Книперъ, синодскій штабъ-лекарь, около 20 лѣтъ бывшій врачемъ при ал. невской академіи. Въ 1816 г. вышелъ изъ семинаріи по старости и слабости здоровья, въ чинѣ статскаго совѣтника.

2) Шванъ Бокъ штабъ-лекарь, падворный совѣтникъ, бывшій преподаватель медицины въ ал. невской академіи съ 1802 по 1808 г. Состоялъ врачемъ при семинаріи съ 1818 по 1827 г. затѣмъ перешелъ въ Гатчинскій воспитательный домъ.

3) Александръ Кювенель, штабъ-лекарь, врачъ спб. дух. академіи; въ семинаріп былъ по 1831 г.

4) Иларіюзъ Александровъ, статскій совѣтникъ, врачъ при академіи, Ал. невской лаврѣ и семинаріи (съ конца 1831 г.); но и ранѣе съ 1820 г. оказывалъ приватно помощь ученикамъ семинаріи въ экстренныхъ случаяхъ, по приглашенію сем. начальства. Въ 1835 г. просилъ увольненія, но въ поощреніе награжденъ, по представленію сем. правленія, чиномъ дѣйств.

— 51 —

статскаго совѣтника. Въ окт. 1838 г. уволенъ, согласно про-
шенію.

5) Зиновій Паковскій, состоявшій врачемъ при ал. невской лаврѣ и каретной части, поступилъ потомъ и въ дух. академію. Въ семинаріи былъ до 1845 г.

Послужные списки, съ отмѣткою объ исправности и пове-
деніи должностныхъ лицъ, на основаніи особаго предписанія
въ 1819 г., ежегодно представлялись въ академическое правле-
ніе, въ 2-хъ экземплярахъ, изъ коихъ одинъ посылался въ Ком-
мисію дух. уч., а съ 1836 г. прямо въ Коммисію предписано
высылать списки классныхъ чиновниковъ. *) Въ академію также
представлялось увѣдомленіе о томъ, какія перемѣны произошли
въ теченіе мѣсяца; всѣ ли служащіе намѣрены продолжать службу
при семинаріи (это утвердилось съ 20-хъ годовъ); благонадежны
ли они, и кто именно желаетъ оставить службу. Наражденіе
должностныхъ лицъ орденами было весьма рѣдко, наставниковъ
же ордевами даже и не награждали. Такъ въ 1823 г., на запросъ
Коммисіи дух. уч. о кавалерахъ въ семинаріи, оказался только
одинъ ректоръ Поликариѣ имѣющимъ орденъ Анны 2-й степ.
Также въ 1829 г., по случаю подобнаго запроса, оказались въ
семинаріи два кавалера: ректоръ Нафанилъ (Анны 2-й степ.)
и штабъ-лекарь Жювенель (Анны 3-й ст.) Но денежныя награды
постоянно выдавались, какъ во время самой службы при семи-
наріи, чрезъ извѣстное количество лѣтъ, или послѣ ревизіи,
такъ особенно при выходѣ изъ семинаріи. О размѣрахъ этихъ
наградъ будетъ сказано въ своемъ мѣстѣ (см. отд. экономія).
Иногда же наградою служило одобреніе отъ Коммисіи дух. учи-
лицъ, а также, въ первое время, возведеніе въ званіе профес-
сора, или магистра, напр. учитель Дим. Вороновъ за рачитель-
ную службу былъ представленъ къ наградѣ званіемъ полнаго
профессора и возведенъ, по опредѣленію Коммисіи дух. учил.
(1812 г.) Относительно же награжденія учеными степенями въ
1815 г., по дѣлу представленія учителя семинаріи Ив. Смирнова
къ награжденію степенью старшаго кандидата, было разъяснен-
но отъ академическаго правленія, что степень дается за уче-
ныя заслуги, послѣ испытанія, а не въ награду за службу, хотя,

*) Фамилию лицъ монашесвующихъ предписано обозначать въ послужныхъ спискахъ (отъ 26 юня 1833 г.), для удобства въ справкахъ о прежней ихъ службѣ.

*

— 52 —

какъ извѣстно, и было принято выпускать нѣкоторыхъ воени-
танниковъ академіи съ правомъ на магистра, по выслугѣ из-
вѣстнаго числа лѣть, большею частію двухъ, на духовно-учи-
лищной службѣ, съ одобреніемъ начальства. Свѣтскимъ же долж-
ностнымъ лицамъ иногда чины давались въ награду. Толмачевъ,
Нвановъ и Вороновъ предъ выходомъ изъ семинаріи въ 1814 г.
получили чинъ VIII класса; Вѣтринскій въ 1822 г. награжденъ
чиномъ VII класса; секретарь Кудрявцевъ въ 1823 г. вмѣсто
чина Х класса получить въ награду чинъ IX класса; докторъ Алекс-
андровъ въ 1835 году «въ поощреніе» награжденъ чиномъ дѣй-
ствительнаго статскаго совѣтника. Въ концѣ 1839 г., по докладу
оберъ-прокурора св. синода, посѣдовало Высочайшее соправоле-
ніе: свѣтскихъ наставниковъ духовно-учебныхъ заведеній про-
изводить не однимъ, но тремя чинами выше класса присвоен-
аго занимаемой ними должности, какъ это было въ вѣдомствахъ
военномъ и народнаго просвѣщенія. Относительно выпусковъ
толжностныхъ лицъ въ предисланіи акад. правленія отъ 21 ноября
1832 г. между прочимъ сказано, что «въ учебное время по свойству
службѣ училищной отпускъа должностныхъ при училищахъ лицъ
всемѣрно избѣтать надлежитъ», но въ случаяхъ необходимости,
мѣстное начальство можетъ дать увольненіе на срокъ отъ 1 до
7 дней, съ донесеніемъ о томъ епархіальному архіерею, кото-
рый можетъ разрѣшить и отпускъ на 28 дней, «по самой край-
ней надобности». Свыше же 28 дней отпускъ можетъ быть до-
нущенъ по особенному разрѣшенію Коммисіи дух. училищъ. Объ
отпускъ ректора епархіальный архіерей во всякомъ случаѣ до-
водить до свѣдѣнія Коммисіи. Въ канцуларное время отпускъ
ректора завистить отъ усмотрѣнія архіерея, который увольняетъ
и инспектора, если значительная часть учениковъ остается въ
семинаріи,— съ порученіемъ этихъ должностей другимъ лицамъ.

Обученіе.

По проэкту устава дух. семинарій, учебная часть преиму-
щественно находилась подъ наблюденіемъ ректора. Ему предъ
началомъ курса каждый профессоръ обязанъ былъ представлять
«конспектъ или распорядокъ матерій и времени, коему онъ по-
лагаетъ следовать въ преподаваніи своей части» (§ 109). При
этомъ требовалось указывать авторовъ и руководства, которымъ
профессоръ намѣренъ следовать и предписывалось «всегда дер-
жаться на одной линіи съ послѣдними открытіями и успехами

— 53 —

въ каждой наукъ *). По разсмотрѣніи конспектовъ, ректоръ долженъ былъ вносить ихъ съ своими примѣчаніями въ правленіе. Но конспектовъ этого рода мы не видимъ въ дѣлахъ архива петерб. семинаріи, вѣроятно, потому что они найдены были излишними, такъ какъ конспекты по всѣмъ наукамъ составлены были въ Коммиссіи дух. учил. и высланы въ 1814 г. для руководства преподавателямъ. Въ нихъ обозначены основные пункты той или другой науки, предъявлены извѣстныя требованія къ преподавателю и указаны разныя пособія и источники, первоначальные и новейшіе, русскіе и иностранные. Тогда же высланы и вновь исправленные, отчасти на основаніи практики спб. семинаріи,— и отпечатанные проэкты установъ, а прежніе вытребованы назадъ, «какъ уже недѣйствительные». Конспекты же наставниковъ обыкновенно предъ экзаменами подавались ректору и представлялись имъ въ правленіе. Эти конспекты отличались отъ составленныхъ Коммисіей, такъ какъ въ послѣднихъ сказано было, что «ревность и усердіе профессора дополнить то, что сверхъ сего откроется полезнымъ для воспитанниковъ».

Ректору же преимущественно ввѣрялось: «наблюдение доброй методы ученія» и «надзоръ за успехами» (проэкты, отд. III). Что касается метода обучения, то основания требованія по этой части выражены во введеніи къ уст. дух. учил. (§ 16 и ст. 16.) и въ самомъ проэкты сем. устава—вообще и въ частности по каждой наукѣ. Уставъ вооружается противъ рабскаго ученія уроковъ, диктовки ихъ, пространныхъ разглагольствій учителя и предписываетъ возбуждать самодѣятельность учениковъ, вызывая ихъ на размышленіе и отчетность въ усвоеніи преподаванныхъ уроковъ (отд. III гг. II.) Съ цѣлію же надзора за успехами ректоръ, согласно 154 и 155 §§ проэкта, принимать отъ профессоровъ допесенія объ ученикахъ слабыхъ и слабовыхъ, по

*) § 110 с. § 112 с. Послѣднее требованіе, съolly, должно было одушевлять учаніхъ энергіей и ингрессомъ къ своему труду и являлось весьма драгоцвѣннымъ въ то время, когда «вѣсткіи заведенія въ 20 хъ годахъ находились подъ сильнымъ уственнымъ гностомъ со стороны своихъ одностороннихъ руководителей, не мало соблазнившихъ въ свое время тѣль, что духовное воспитаніе «вкрѣено людямъ въ Кантовыхъ началахъ воспитаннымъ и старавшихъ простирать свое вѣдоміе и на духовное образованіе. При этомъ нужно иметь въ виду, что составленіе дух. училѣщныхъ установъ относятся къ намѣлье либеральной эпохѣ въ исторіи русскаго просветленія. Впослѣдствіи, сообразно съ обстоятельствами, являлись и; которыя ограниченнія по отношению къ разсматриваемому пункту устава.

— 54 —

постановлений сем. правленія 1825 г. — ежемесячно, а также и
лучшія сочиненія учеников. Ректору представлялись и списки
учеников по успіхам по каждому предмету предъ экзаменами,
а послѣ экзаменов онъ самъ составлялъ разрадные списки уче-
никовъ и представлялъ ихъ въ правленіе.—Библиотека находи-
лась также подъ главнымъ надзоромъ ректора. Доступъ въ нее
для занятій разрѣшался только лучшимъ ученикамъ, по усмот-
рѣнію ректора.—Въ случае замѣченныхъ неисправностей или
отступленій отъ правилъ по части учебной, ректоръ поставлялъ
это на видъ кому сѣдуетъ, или доносять правленію для даль-
нѣйшихъ распоряженій. Такъ, въ окт. 1809 г. ректоръ Анатолій
входилъ особой запиской въ правленіе объ учителѣ свящ. Ма-
линовскомъ, который «часто приходить ноздо въ классъ и ухо-
дить прежде надлежащаго времени, а иногда и совсемъ не
приходить. И поелику онъ занять должностью священнослуже-
нія; то нельзя и впредь надѣяться, чтобы учительская долж-
ность была имъ исправляема безъ опущенія. Для сего онъ по-
читаетъ за необходимое классъ высшей реторики поручить дру-
гому, а священника Малиновскаго уволить съ аттестатомъ.»
Правленіе допрашивало Малиновскаго, который объявилъ, что
за полное жалованье, (а ему было уменьшено жалованье, такъ
какъ раньше онъ отказался отъ преподаванія еще греч. языка),
онъ будетъ исправенъ, но правленіе нашло это несогласнымъ
съ интересами семинарской экономіи и постановило уволить
его.—Ректоръ Антоній (1827 г.) повторялъ требованіе о пред-
ставлении ему наставниками ежемесячно въ домостей съ отмѣт-
ками успіховъ по всемъ предметамъ, и т. д.

Классы и учебные предметы.

Въ первое время, до 1815 г., семинарія состояла изъ двухъ
только классовъ (съ 2-хъ годичнымъ курсомъ), или отдѣленій:
выспаго и нисшаго, согласно «начертанію правилъ» 1809 г.
§ 51. Но въ 1815 г. нисшее отдѣленіе раздѣлилось на два, и
такимъ образомъ явились три класса, или отдѣленія, съ 2-хъ го-
дичнымъ курсомъ: высшее, среднее и нисшее. Въ 1823 г. нисшее
отдѣленіе, по причинѣ многочисленности учащихся, раздѣлено,
по предмету словесности, на два параллельныхъ класса. По пред-
писанію акад. правленія, съ утвержденія Коммиссіи дух. учи-
лищъ (въ концѣ 1818 г.), «классъ раздѣляется на двѣ поло-
вины съ назначеніемъ особаго профессора съ полнымъ окла-

— 55 —

домъ, если число учениковъ свыше 150. Если же число учениковъ свыше 75, то профессору давать помощника, съ званіемъ лектора, изъ лучшихъ учениковъ высшаго отдѣленія, коего долгъ состоять будетъ въ разсмотрѣніи ученическихъ сочиненій, съ умѣреннымъ жалованіемъ изъ хозяйственныхъ суммъ. Но семинарское правленіе просило академію о назначеніи, для лучшихъ успеховъ, втораго преподавателя по словесности, въ нисшемъ отдѣленіи, гдѣ было болѣе только 100 человѣкъ. Впрочемъ въ 1835 г. было новое предписаніе: вообще раздѣлять классы по главнымъ предметамъ (богословію, философіи и словесности) на два отдѣленія, если число учащихся превышаетъ 100, съ назначеніемъ особыхъ сверхштатныхъ наставниковъ. По поводу этого предписанія правленіе дѣлало представленіе о назначеніи особаго преподавателя на греческій языкъ (лектора—изъ окончившихъ курсъ академіи), который былъ бы и помощникомъ ректору въ преподаваніи богословія.

Предметы семинарскаго образованія оставались тѣже, какіе изучались и до реформы, но съ 1809 года они получили новую постановку. Основными предметами считались: богословіе, философія и словесность, хотя составъ или курсъ этихъ предметовъ въ разное время былъ различенъ, какъ увидимъ изъ ниже слѣдующихъ учительскихъ конспектовъ. По этимъ основнымъ предметамъ, изъ которыхъ каждый проходился въ теченіи двухъ лѣтъ, назывались и самые классы: высшее отдѣленіе — богословскимъ или богословіей, среднее — философскимъ или философіей, нисшее — словесностью или реторикой. Названія эти остались отъ дореформенной эпохи. Преподаваніе главныхъ предметовъ происходило на латинскомъ языкѣ, хотя съ теченіемъ времени объемъ преподаваемаго на латинскомъ языкѣ постененно сокращался *). На эти предметы назначалось и большее число

*) Въ «Начертаніи правилъ» есть примѣчаніе о томъ, что философскія и богословскія науки собственно должны преподаваться на латинскомъ языкѣ, а словесныя, историческія и математическія на русскомъ (примѣч. къ § 50), но и словесность, какъ видно изъ конспектовъ, преподавалась въ первое время въ спб. сем. на латинскомъ языкѣ. Съ реформой, русскій языкъ всестаки получилъ болѣе правъ гражданства въ духовной школѣ и постепенно вы himselfъ латинскій. Еще въ 1800 г. поднать былъ вопросъ въ самомъ св. Синодѣ о преподаваніи въ семинаріяхъ на русскомъ языкѣ. Но митроподить Платонъ, раньше высказывавшій мысль о томъ, что «нелѣпо приучать къ языку латинскому, а родную рѣчь бросать», писалъ по этому поводу къ митр. Амвросію: «чтобы на русскомъ языкѣ у насъ въ училищѣ лекціи преподавать, я не совѣтую. Наші духовные и такъ отъ иностранцевъ почитаются почти неучеными, что

— 56 —

уроковъ. Изучали ихъ по запискамъ, составленнымъ по извѣст-
нымъ печатнымъ пособіямъ съ нужными дополненіями профессора, а
иногда и по собственнымъ его запискамъ, какъ свидѣтельствуютъ
ревизорскіе отчеты, напр. 1825 г. 1833 г. и проч. Печатныхъ же
учебниковъ вообще было немного, и тѣ больше частію остались
отъ дореформенной эпохи *); вновь издавалось очень мало,
хотя высшее начальство побуждало къ этому.

- Изъ другихъ предметовъ церковная история обыкновенно
проходилась въ высшемъ отѣщеніи, гражданская въ нисшемъ,
математическія науки въ среднемъ отѣщеніи, греческій языкъ и
новые—во всѣхъ, европейскій языкъ въ высшемъ, иногда и въ друг.
отѣленіяхъ. Крошѣ того, до 1819 года въ нисшемъ отѣщеніи
преподавалась географія. О характерѣ преподаванія и объемъ
того или другого курса можешь судить по конспектамъ настав-
никовъ, а также и по отзывамъ обозрѣдавшихъ семинарію ре-
визоровъ, изъ членовъ акад. конференціи, отчасти и по воспо-
минаніямъ воспитанниковъ.

ни по французки, ни по итальски говорить не умѣемъ. Но еще нашу поддержи-
ваетъ честь, что мы говоримъ по латынѣ и переписываемъ. Если же латин-
скому учиться такъ, какъ греческому, то и последняю честь потерпимъ, пос-
лику ни говорить, ни переписываться не будемъ ни на какомъ языке; прошу
сіе оставить. На нашемъ языке и книгъ классическихъ мало. Знаніе латин-
скаго языка совершенно много содѣствуетъ красноріе и россійскому. Сіе
пишу съ общаго совета ректоровъ—академическаго и Троицкаго, и префектовъ
и пресов. Сергиемъ. (Сетор. Троицк. сем. 310. 340). Митр. же Амвросій,
какъ видно, не разделялъ такого взгляда. И Комитетъ 1807 г. возстать противъ
чрезмѣрного пресобладанія латыни, рекомендуя замыть се языкомъ греческимъ,
отъ котораго ждалъ возрожденія самостоятельности для всей вообще русской
православной образованности. Гораздо позднее (1834 г.) Моск. митрополитъ
Филаретъ писалъ по этому поводу: «кавадѣчество въ православному богословіи
латинскаго языка, прежде языческаго, а нынѣ папистическаго и протестантскаго,
есть явленіе не довольно сообразное съ духомъ и цѣлію духовныхъ училецъ
церкви восточной. По сему полагаю преподаваніеѣѣкоторыхъ частей бого-
словій (въ семинарахъ) на русскомъ языке оставить безъ преселѣдованія».
(«Марш. Пет. Моск. ак. 96»).

*) По предпослѣднію Комиссіей дух. уч. 1825 г., объявляемыми учебни-
ками были признаны слѣдующіе: по облененію Св. Писаны — руководство
митр. Амвросія; по богосл. толковательному—соч. Рамбахы; по догматическому
и дѣятельному—Отечилакта Переславскаго; по обличительному богосл. —Иринея
Фальковскаго; по богосл. бесѣдовательному—руководство къ церковному кра-
сенорѣчною; по философії—книги Баумейгера и Бруккера; по словесности—ре-
торика Бургія, съ присоединеніемъ курса всеобщей словесности Мейнерса,
также Лактанцій (собственно для учителей); по французски—грамматика Переле-
гова. По прочинъ предметамъ оставлены прежние, до усмотренія. Объ этихъ
книгахъ сказано будетъ ниже.

— 57 —

I. Богословіе.

Богословскія науки признавались главнѣйшим предметомъ семинарскаго курса. «Главная цѣль учрежденія дух. училищъ, сказано въ докладѣ комитета о усовершеніи духовныхъ училищъ, — первоначально состояла и нынѣ есть, основательное и твердое ученіе предметовъ, къ духовному званію принадлежащихъ: посему всѣ науки, въ училищахъ сихъ преподаваемыя, должны относиться къ сему роду ученія и открывать во всемъ пространствѣ истинные его источники». (Докл. 1809 г. стр. 12). Впослѣдствіи не разъ напоминалось, чтобы «предметы ученія существенно относящіеся къ духовному образованію и церковному служенію преподаваемы были съ пренумѣственнымъ вниманіемъ» (преди. Ком. отъ 24 мая 1828 г.). На этомъ же основаніи богословскія науки преподавались обыкновенно самимъ ректоромъ въ высшемъ отделеніи. Въ составъ ихъ входили: Богословіе догматическое (Theologia dogmatica), нравственное или дѣятельное (Theol. moralis), герменевтика или наука объ изъясненіи св. Иисанія и археологія піи изъясненіе церковныхъ обрядовъ. О преподаваніи богословія въ 1813 г. ревизоръ Филаретъ Дроздовъ писалъ: «Богословія догматическая, по такъ названному Сокращенію Богословіи, сочиненной Θεοφανομъ Прокоповичемъ, изъяснена съ желаемою основательностію, порядкомъ и полнотою. Въ Богословіи нравственной и теоріи Герменевтики, по недостатку полныхъ сочиненій отечественныхъ, г. профессоръ (архим. Меодотій) избралъ себѣ образцами лучшихъ въ семъ родѣ иѣмецкихъ писателей, и трудность, съ которойою сопряжено было исправленіе сivetem ихъ, въ сообразность съ духомъ Греко-россійской церкви, преодолѣть, какъ свойственно православному богослову. Въ ученомъ разборѣ посланія св. ан. Навла къ Рпим-лянамъ онъ показалъ опытъ герменевтической практики. Важнѣйшіе предметы церковной археологіі собралъ по большей части изъ отечественныхъ православныхъ писателей». — Лекціи ректора Иннокентія, особенно по нравственному богословію, въ 1821 г. напечатанному во 2-й части собрания его сочиненій, на столько основательны и ясны по изложенію, что служили руководствомъ для академическихъ профессоровъ и были въ употребленіи у студентовъ *). Онѣ были одобрены и ревизоромъ, ректоромъ академіи Филаретомъ, въ 1817 г. (см. ниже).

*) Смирновъ, Ист. Моск. акад. 25, 26.

— 58 —

Theologia dogmatica дѣлилась на 3 части, какъ видно напр. изъ
конспекта ректора Поликарпа (1820 г.): Cosmologia; Pneumatologia
theologica; Anthropologia theologica. Въ послѣдней трактуется о
состояніи человѣка до паденія, о паденіи, искушеніи и искупітелѣ,
о завѣтѣ и религіи, о благодати, тайнствахъ и о церкви. Съ 20-хъ
годовъ къ богословскимъ наукамъ присоединяется и настырское
богословіе. Дѣленіе Богословія по конспекту Антонія (1827 г.)
слѣдующее: I. Hermeneutica sacra (по собственнымъ запискамъ,
какъ замѣчаетъ ревизоръ Иннокентій Борисовъ). II. Doctrina de
credendis, seu Theologia dogmatica. Эдѣсь же—de fundamentis et prin-
cipiis divinae revelationis *); между прочимъ: refutatio atheismi; de
sacra scriptura и пр. **) Далѣе идеть: Н. догматика собственно. Для
образца укажемъ отѣль о крещеніи: Baptismus; ejus causa ef-
ficiens; materia; forma; causa ministerialis; necessitas; subjectum;
effectus. III. Doctrina de agendis, seu Theologia practica. IV. Бо-
гословіе настырское (на русскомъ); для образца: нравственные
качества священника — ненорочность, единоженство, трезвость,
цѣломудріе, благоговѣніе, благочиніе, страннолюбіе, учитель-
ность, воздержаніе отъ пьянства, воздержаніе отъ гнѣва и срод-
ныхъ ему пороковъ, кротость, безкорыстіе, домостроительность,
вѣрность, мудрость. V. Христіанская археология (церковныя древ-
ности и литургиа), — тоже по собственнымъ запискамъ. Одо-
бряя «способности, усердіе и успѣхи» Антонія, ревизоръ Инно-
кентій выставляетъ его какъ наставника, «заботящагося о чи-
стотѣ церковнаго ученія и о настырскомъ служеніи церкви».
О ректорѣ Наванаилѣ ревизоръ Павскій въ 1830 г. отозвался,
что онъ « какъ профессоръ богословскихъ наукъ дѣлалъ свое
дѣло со всѣмъ прилежаніемъ, писать многіе богословскіе трак-
таты самъ (въ дополненіе къ учебнику), и весьма основатель-
ные... Ученики, по его предмету, отвѣчали съ легкостью, не изъ
памяти, а съ разсудкомъ». Конспектъ по догматическому бого-
словію ректора Макарія (1837 г.) весьма обширенъ и подробенъ,
со многими раздѣленіями и подраздѣленіями и показываетъ
стройность и последовательность системы.

По отзыву ревизора Тим. Никольскаго (1833 г.), лекціи
ректора Макарія по догматическому богословію «тщательно обра-

*) По конспекту ректора Наванаила (1829 г.), это уже составляетъ
особую часть богословія, подъ заглавіемъ. Введеніе въ науку богословія.

**) Въ настоящее время эти вопросы входятъ въ особую науку, подъ
названіемъ Основнаго богословія.

— 59 —

ботаны на русскомъ языке³. Ученики за нимъ записывали, а онъ
исправлять записанное. Лекціи его впослѣдствіи были въ обраще-
ніи въ разныхъ духовно-учебныхъ заведеніяхъ и доселѣ кое-гдѣ
сохраняются отлитографированными. Ученики Макарія съ востор-
гомъ отзываются объ его лекціяхъ и признаютъ ихъ даже выше
инныхъ академическихъ *). Дѣлаемъ выдержку изъ его конспекта
по догматическому богословію. А) Естественные свойства Божіи.

1) **Метафизическія; раздѣленіе ихъ на положительныя и отрицательныя (понятіе о тѣхъ и другихъ и исчисленіе ихъ, здѣсь: жизнь, самобытность, вѣчность, незмѣняемость, независимость).**

2) **Физическія; понятіе о нихъ, перечисленіе ихъ и понятіе о каждомъ въ отѣльности: совершеннійшій разумъ, совершенній-шая воля. Качества воли Божіей: незмѣняемость, высочайшая свобода; незмѣримость и вездѣприсутствіе, какъ сяѣдствія указанныхъ физическихъ свойствъ Божіихъ. Б) Нравственныя свойства Божіи: премудрость, святость, истинность, благость, правосудіе. При этомъ каждое свойство разсматривается по извѣстнымъ рубрикамъ: понятіе о томъ или другомъ свойствѣ, дѣйствительность его въ Богѣ, различныя наименованія, доказательство чрезъ собственное размышленіе **) и Св. Писаніе, разрѣ-

*) Впослѣдствіи, находясь въ отставкѣ и проживая въ Желтиковѣ мо-
настырѣ, архимандритъ Макарій хотѣлъ продолжить и закончить свой трудъ и
съ этой цѣлию выхлопотать отъ Св. Сунода пособіе въ 300 р. на издание,
но дѣло издания не состоялось.

**) Введенная архим. Макариемъ рубрика: «доказательство чрезъ соб-
ственное размышленіе», дала новодъ на одномъ изъ публичныхъ экзаменовъ
къ возраженію со стороны митр. Филарета (Дроздова). Ученикъ высшего от-
дѣленія бойко отвѣчалъ выученное по лекціямъ Макарія обл. одномъ изъ
догматовъ, который назвалъ между прочимъ тайной, но сталъ излагать при
этомъ и доказательства чрезъ собственное размышленіе. Преосв. Филаретъ,
вообще не сочувствовавшій Макарію, остановилъ ученика возраженіемъ: «если
вы называете означенный догматъ тайной, то какъ же можно тайну доказы-
вать чрезъ собственное размышленіе? Едва только ректоръ Макарій выра-
зилъ намъреніе навести ученика на мысль, для разрѣшенія данного возраженія,
какъ матрополитъ Серафимъ, вообще очень расположенный къ о. Макарію,
прервалъ его, обратившись къ ученику съ словами: «хорошо! очень хорошо!»
потомъ къ Макарію: «благодарю васъ, о. ректоръ! у васъ хорошо отвѣчаютъ,
а что до тайны, такъ все вѣдь тайна: и Богъ тайна, и человѣкъ, и природа
тайна, а размышлять обо всемъ можно, поколику дано». — Ростиславовъ въ
воспоминаніяхъ о петербургской академіи (Въсти. Евр. 1883 г. VII) раз-
сказываетъ, будто митр. Филаретъ, бывши на публичномъ экзаменѣ въ петер-
бургской семинаріи въ 30-хъ годахъ (съюдовательно при Макаріи), бранчиво
отнесся къ ректору, къ изумленію всѣхъ и самаго митр. Серафима (стр. 151).
Разсказъ невѣрятенъ и, по обычаю автора, преувеличENT, хотя въ общемъ

— 60 —

шеніе возраженій, вліяніе вѣры въ то или тругое свойство
Божіе на свободную дѣятельность христианіна.

Или возьмемъ для образца трактатъ о благодати, болѣе
подробный и обстоятельно изложенный, чѣмъ въ современныхъ
руководствахъ по догматику.

Глава VI. Ученіе о благодати. Введеніе.

а) Связь сего ученія съ предъидущимъ, в) важность онаго и с) раздѣленіе.

1. Понятіе о благодати. а) Различныя дѣленія и опредѣленія благодати, б) различныя значенія слова: благодать и в) самое понятіе о благодати.

II. Необходимость благодати для человѣка падшаго и возстановляемаго. Здѣсь: а) ложныя мнѣнія о семъ предметѣ съ краткою исторією оныхъ и б) догматическое ученіе о необходимости благодати для человѣка. Здѣсь: А. Необходимость благодати для всякаго добраго и спасительнаго дѣйствія человѣка, а) понятіе о семъ предметѣ и б) пистина онаго, доказываемая а) Св. Писаніемъ и подтверждаемая 3) ученіемъ церкви.

Б. Необходимость благодати для того, чтобы человѣкъ могъ выдти изъ состоянія грѣховнаго: а) понятіе, истина сего, доказываемая а) Св. Писаніемъ, 3) подтверждаемая ученіемъ церкви и 7) подкрѣпляемая собственнымъ размышленіемъ христіаніна.

В) Благодать необходима человѣку для самого перваго начала вѣры и перваго расположенія къ спасительному благочестію. Эта пистина доказывается: а) свидѣтельствами Св. Писанія, б) ученіемъ св. церкви и 7) подтверждается здравымъ разумомъ, д) присовокупляется разрѣшенніе нѣкоторыхъ возраженій.

Г) Необходимость благодати для дальнѣшаго усовершенствованія въ добродѣтіи: доказывается: а) свидѣтельствами св. Писанія, б) ученіемъ церкви, 7) изъ собственнаго размышленія, д) разрѣшеніе нѣкоторыхъ возраженій.

А. Благодать необходима для того, чтобы пребыть человѣку въ собственіи святости до конца жизни. Удостовѣреніе въ этой истинѣ а) изъ Св. Писанія, б) изъ ученія церкви. 7) чрезъ собственное размышленіе, д) разрѣшеніе нѣкоторыхъ возраженій и е) практическое употребленіе ученія о необходимости благодати вообще.

ІІІ. Бытіе и дѣйствованіе въ насъ внутренней или сверхъестественной благодати. Здѣсь: а) связь съ предъидущимъ и б) доказательства (по вышеуказанымъ рубрикамъ).

IV. Спія и тѣхнівѣтельность (efficacia) благодати въ человѣкѣ. Здѣсь: а) содержаніе и б) планъ сего отдѣленія.

а) ложныя мнѣнія разномысящихъ о семъ предметѣ.

можеть отчасти свидѣтельствовать о действительномъ нерасположеніи Высокоп. Филарета въ Макарію и о его, иногда нецеремонномъ, обращеніи съ профессорами на экзаменъ, — по при иной обстановѣ, въ Москве. (См. Чт. вѣ общ. ист. и др. росс. 1877 г. П. Записки списокопа Никодула, стр. 11, 12.)

— 61 —

b) различные степени силы и действительности благодати въ человѣкѣ.

c) о благодати достаточной (по вышеозначеннымъ рубрикамъ).

d) о благодати действенной (officах). Здѣсь: а) понятіе о благодати могущественной и проч. (по тѣмъ же рубрикамъ).

е) Благодать действенная не нарушаетъ свободы воли человѣка. (Доказательства по извѣстнымъ рубрикамъ).

f) Мнѣнія существующія въ школахъ и между учеными о томъ какъ согласить действенность благодати съ свободою воли человѣка. Здѣсь: а) связь сего отдѣленія съ предъидущимъ, б) самое изложение ученыхъ мнѣній о семъ предметѣ, съ присовокупленіемъ критики оныхъ, и въ особенности: аа) мнѣніе томистовъ и бб) критика онаго, вв) мнѣніе Августиніанъ и гг) критика онаго, дд) мнѣніе молинистовъ съ ее) его критикою, жж) мнѣніе конгруистовъ и зз) критика сего мнѣнія, ии) объясняется этотъ предметъ независимо отъ всѣхъ представленныхъ мнѣній и іі) излагается практическое употребленіе ученія о действенности благодати.

V. Благотворныя действія благодати для человѣка. Составъ сего отдѣленія: 1) ложное ученіе о семъ предметѣ размышляющихъ, именно Социаніанъ и Арміанъ, характеризуется каждое изъ оныхъ. 2) Составляется истинное понятіе объ оправданіи. Здѣсь: а) различныя значенія словъ—оправданіе и правда въ Св. Писаніи, б) извѣстныя опредѣленія оправданія, в) частіе показывается природа и свойства оправданія.

А) Оправданіе въ тѣсномъ смыслѣ: а) понятіе объ ономъ и б) псти- на, доказываемая а) свидѣтельствами (Св. Писанія, б) ученіемъ отповѣ церкви и г) чрезъ собственное размышленіе,

Б) Возрожденіе или обновленіе (подобныя же рубрики).

В) Освященіе (sanctification,—подобныя рубрики). Остатки первород- наго грѣха, имѣющие мѣсто и въ возрожденныхъ и освященныхъ благодаго- тію, доказательства семей истины по извѣстнымъ рубрикамъ).

VI. Условія таковыхъ действій благодати въ человѣкѣ, или извѣст- ныя расположенія въ человѣкѣ, необходимыя для благотворныхъ действій въ немъ благодати.

1) Предварит. понятія о семъ предметѣ.

2) Благодать, такъ называемая, достаточная даруетесь всѣмъ и каж- дому, или, что тоже, вѣ безъ изъятія призываются ко спасению. Доказательства. Различные способы призыванія: а) призываніе посредственное, обыкновенное, чрезъ откровенное слово Божіе, б) чрезъ служителей или паствырей церкви, в) чрезъ разумъ и совѣсть, г) чрезъ различныя явленія видимаго міра, д) посредствомъ важныхъ происшествій въ мірѣ граж- данскомъ, е) посредствомъ частныхъ событий жизни благоприятныхъ и неблагоприятныхъ; ж) призываніе посредственное—чрезвычайное, чрезъ особенныя знаменія и чудеса. з) благодатное призываніе непосредствен- ное, и) разрѣшеніе нѣкоторыхъ недоумѣній о семъ предметѣ.

З) Благодать призыванія не для всѣхъ спасительна, или не во всѣхъ производить свои благотворныя действія, по причинѣ неисполне- нія необходимыхъ для того условій, требуемыхъ со стороны человѣка. Исчисляются сіи условія. Для того, чтобы благодать произвела въ чело- вѣкѣ свои благотворныя действія непремѣнно требуется отъ каждаго:

— 62 —

А) Вѣра въ 1. Христа; а) истина сія доказывается α) св. Писаніемъ, β) учевіемъ церкви, γ) подтверждается христ. размышленіемъ; δ) опредѣляется качество оной вѣры,—она должна быть историко-догматическая; истина сія доказывается (по извѣстнымъ рубрикамъ).

Б) Покаяніе, сопряженное съ перемѣною поведенія и образа мыслей и чувствованій. Доказательства (по извѣстнымъ рубрикамъ).

В) Особливыя дѣйствія (actus) покаянія, какъ-то: а) страхъ Божій б) надежда и упованіе на Бога, в) любовь къ Нему, хотя начинательная (initialis), г) отвращеніе отъ грѣховной жизни и д) твердая рѣшительность провождать жизнь лучшую и съ закономъ Божіимъ сообразную, е) каждая изъ сихъ истинъ доказывается (по извѣстнымъ рубрикамъ).

Г) Необходимо требуются плоды достаточные покаянія; а) понятіе о нихъ, β) доказательства (по извѣстнымъ рубрикамъ).

Д) Необходимость запечатлѣть дѣйствія вѣры и покаянія таинствами (sacramentis), исповѣданіемъ грѣховъ предъ служителемъ церкви и крещеніемъ. Доказательства изъ Св. Писанія и ученія церкви. Объясняется, какъ и при какихъ условіяхъ сообщается благодать оправданія, обновленія и освященія младенцамъ.

Ч) Выводы, вытекающіе изъ предъюдущаго ученія объ условіяхъ, при которыхъ благодать оказываетъ надъ человѣкомъ свои благотворныя дѣйствія: 1) благодать можетъ возрастать въ своихъ дѣйствіяхъ. Доказательства (по извѣстнымъ рубрикамъ). Средства, сему содѣйствующія, здѣсь только исчисляются и доказываются свидѣтельствами св. Писанія, кои подробно излагаются въ богословіи дѣятельномъ. 2. Благодать можетъ быть утрачена. Доказательства. Определеніе нѣкоторыхъ возраженій разномысящихъ. 3) Благодать утраченная можетъ быть возращена снова. Доказательства (извѣстныя рубрики). 4) Безъ особеннаго откровенія Божія мы не можемъ быть совершенно увѣрены въ нашемъ оправданіи, обновленіи и освященіи, хотя питьать надежду можемъ. Подтвержденіе этой истины (по извѣстнымъ рубрикамъ). — Признаки присутствія въ насъ благодати.—Определеніе нѣкоторыхъ возраженій разно мыслящихъ.

5) Когда возрожденные съ своей стороны выполняютъ требуемыя отъ нихъ условія, то благодать всегда имъ содѣйствуетъ въ исполненіи предписанный божественного закона и въ дальнѣйшемъ нравственно-христіанскомъ усовершенствованіи. Доказательства. Определеніе возраженій. Приложеніе ученія объ условіяхъ дѣйствія благодати къ свободной дѣятельности христіанина.

 VII. Добрыя дѣла, какъ плоды дѣйствій въ насъ Божественной благодати. Доказательства (по извѣстнымъ рубрикамъ), а) добрыя дѣла въ возрастныхъ необходимы для достиженія вѣчнаго спасенія: доказательства. б) Добрыя дѣла хотятъ суть дары Божіи, но, поелику тутъ участвуетъ и человѣческая свобода, они имѣютъ въ очахъ Божіихъ видъ Заслуги: доказательства; разрѣшеніе возраженій разномысящихъ; приложенные сего ученія къ жизни христіанина.

Мы вышли, съ незначительными сокращеніями, всю VI-ю главу, составленную весьма подробно и обширно. Другія главы также обширны, но иныя болѣе кратки и даже недостаточни.

— 63 —

по сравненію сь нынѣшньо программою по богословію, напр.
г.л. VII о тайнствахъ. Въ нѣкоторыхъ главахъ вводятся вопросы
имѣющіе болѣе отношенія къ нравственному богословію. Основ-
ное богословіе (налат. яз.), трактующее о происхожденіи ре-
лигіи, объ ея источникахъ и т. п. только отчасти соотвѣт-
ствуетъ нынѣшней наукѣ основнаго богословія которое зани-
мается препмуществено алологіей христіанства.

Археологія, по мнѣнію ревизора Инокентія (1827 г.), не
имѣла надлежащей постановки, поэтому онъ вообще не въ пользу
этой науки, «поелику историческая часть оной почти вся на-
ходится въ церк. исторіи, съ тою притомъ выгодою, что тамъ
исторія храмовъ не начинается отъ Адама, какъ въ археологіи
и пр., а иносказательныя знаменованія, запримствуемыя изъ позд-
нѣйшихъ писателей, находясь нерѣдко въ противорѣчіи съ су-
щественнымъ свойствомъ предметовъ, и даже между собою, не
могутъ производить должнаго назиданія, (напр. о поручахъ го-
ворится, что они сдѣланы для удобности въ действованіи и
означаютъ узы Христовы).

Однакожь къ концу 30-хъ годовъ археологія, и.ш церковныя
древности, выдѣляется изъ системы богословія и составляется
отдѣльный предметъ (въ высшемъ отдѣленіи), съ особымъ пре-
подавателемъ. Въ преданіи акад. правленія отъ 15 іюля
1838 г., онъ порученъ писпектору, но иногда преподавался и
другими наставниками. По конспекту Зыкова (1840 г.), пред-
ставляется обзоръ церковныхъ службъ: 1) полуощища; 2) ут-
рена; 3) часы; 4) пітургія и ея раздѣленіе. Здѣсь: понятіе о
службахъ, содержаніе ихъ, объясненіе тѣхъ или другихъ пѣсней
и действій. Но не видно историческихъ изстѣдованій. Конспектъ
инспектора Юасафа (1841 г.), повидимому, болѣе обстоятеленъ.
(начала о церкви (или храмѣ), ея составныхъ частяхъ и при-
надлежностяхъ. Затѣмъ о церк. службахъ и входящихъ въ со-
ставъ ихъ молитвахъ и пѣснопѣніяхъ; о постахъ; о разныхъ
церк. обрядахъ; о тайнствахъ.

Относительно герменевтики, которая первоначально входила
въ общую систему богословія и преподавалась ректорами, отъ
27 іюня 1835 г. видимъ особое постановленіе правленія, чтобы
преподаваніе ея возложено было на отдѣльнаго преподавателя,
сверхштатнаго, назначеннаго для греч. языка, св. Писанія и
чтенія ученýchических сочиненій по классу богословія (Галахова).
Но на дѣлѣ не видно, чтобы герменевтика была отдѣльнымъ
предметомъ въ 30-хъ годахъ.

— 64 —

Руководства и пособия по богословским наукам, большей
частію появившіяся еще въ дореформенную эпоху, какъ видно
изъ разныхъ конспектовъ, были слѣдующія: По Богословію:
1) Богословіе Θεοφάνα Прокоповича (Theophani Procop. De credendis et agendis). Θεофанъ Прокоповичъ положилъ основаніе
новому направленію нашей богословской науки, освободивъ ее
отъ схоластики и католическаго характера и сообщивъ ей про-
тестантскіе пріемы, основанные на изученіи св. Писанія и цер-
ковной исторіи. Система его получила широкое распространеніе
и вызвала подражанія. 2) Богословіе Θεοφίλακτα Горскаго,
ректора московской академіи (1769 г.), потомъ епископа пере-
яславскаго (Theophilacti, orthodoxae orientalis ecclesiae dogmata,
seu doctrina christ. de credendis, также и de agendis, изд. въ
первый разъ въ 1784 г. 3) Иринея Фальковскаго, ректора кіев-
ской академіи, потомъ еп. чигиринскаго, сокращеніе богословія
Прокоповича и митроп. Самуила Миславскаго, бывшаго ректора
кіев. академіи (1759 г.): Compendium theologiae dogmaticae
(1802 г.) Но отзыву Филарета черниг., это— «лучшая догматика
изъ писанныхъ дотолѣ въ Россиі». *) 4) *Büdelt, Institutiones theologiae dogmaticae et moralis.* 5) Православное учение вѣры (Спб.
1765 г.), митрополита Платона Левшина. 6) Св. Тихона Задон-
скаго, еп. воронежскаго; Объ истинномъ христіанствѣ». — По гер-
меневтикѣ: 1) свящ. герменевтика 1806 г., синодальное изданіе
(Compendium hermeneuticae sacrae, соч. архим. Апопія Знамен-
скаго, ректора А.І. невской семинаріи (1797 г.), внослѣдствіи
архіеп. ярославскаго), сост. по Виттенбаху и Рамбахію. 2) Ми-
троп. Амвросія, «руководство къ чтенію книгъ св. Писанія»
1779 г. 3) Delineatio hermeneuticae sacrae generalis, 1828 г.,
ректора Юанна Доброзракова. — По археологіи: Дмитревскаго
(бывшаго наставника семинаріи, потомъ моск. університета),
«Историческое, догматическое и таинственное изъясненіе на ли-
тургію», 1804 г. — Веніаміна Румовскаго, архіеп. пижегородскаго,
Новая скрижаль, 1803 г. — Толкованіе на чинъ богослуженія,
митр. Симеона Фессалоникійскаго (XV в.) — По настрискому бо-
гословію: Преосв. Паровінъ Сонковскаго, книга о должностяхъ пре-
свичеровъ, изд. еще въ концѣ прошлаго столѣтія. — Въ 1836 г.
выслано изданное св. Синодомъ «Наставленіе священнику относи-
тельно залѣджающихъ отъ истинной вѣрѣ», также «относительно
отпадшихъ въ молоданство», — для ознакомленнія съ этимъ настав-


*) Обзоръ русск. дух. лит. изд. 3-е, стр. 429.

— 65 —

леніемъ учащихся въ высш. отдѣленіи семинаріи. — Съ 1838 г. стали высылать «Царскую и патріаршую грамоты о учрежденіи Св. Синода, съ изложеніемъ православнаго исповѣданія Восточно-каеволической церкви», — въ нѣсколькихъ экземплярахъ, для употребленія воспитанниковъ *). Тогда же введено и преподаваніе Православнаго исповѣданія Петра Могилы. (См. ниже.)

## 2. Философія.

Преподаваніе философіи обыкновенно соединялось съ должностью инспектора, комрѣ 1819—1825 и 1840 годовъ. Въ October brѣ 1840 г. послѣдовало предписаніе отъ академическаго правленія, чтобы инспектору, іеромонаху Юасафу, какъ духовному лицу, вмѣсто философіи, поручено было преподаваніе какого-нибудь духовнаго предмета. Философія обыкновенно дѣлилась на логику, метафизику и нравственную философію. Съ 1813 г. видимъ и исторію философіи. О преподаваніи философіи можно судить по слѣдующимъ даннымъ. По донесенію ректора семинаріи, архимандрита Иннокентія академическому правленію въ 1815 году, «профессоръ философскихъ наукъ, магистръ, іеромонахъ Поликарпъ весь курсъ философіи преподаль ученикамъ съ отличнымъ раченіемъ и желаемыми успехами. Не токомо недостатки классическаго автора восполнилъ поясненіями и письменными и изустными, но и ознакомилъ учащихся съ лучшими систематическими новѣшими и съ глубокими мышліями древнихъ философовъ. Тѣмъ съ большею произвелъ сіе пользовою, что различныя различныхъ философовъ мышлія изложилъ въ строгомъ систематическомъ порядке, особенно въ дополненіе практической философіи. Прочія части философіи, какъ-то логику и метафизику и при краткомъ повтореніи раскрылъ въ лучшемъ и яснѣйшемъ порядке, нежели въ какомъ находятся у классическаго автора. Ревизоръ Филаретъ Дроздовъ (1817 г.) назвываетъ Поликарпа ревностнымъ профессоромъ и прибавляетъ: «плодъ его трудолюбія есть извѣтное философской исторіи, имъ составленное». — Изъ конспектовъ, для образца, возьмемъ конспектъ инспектора Зосимы Смирянина. Prolegomena philosophiae. Prolegomena Logicae. De intellectu. De conceptibus. De conceptuum tri-

*) Нігр. грамоты, по порученію гр. Протасова, отысканы въ Синодѣ и исправлены митр. Филарегомъ, нашедшимъ въ нихъ вынаніе лагинскаго учения. «Воспом. м. Филарета», Пр. 195, звр. 1868. VIII. 529.

5

— 66 —

plici perfectione. De judiciis. De ratiociniis. Logica applicata: 1) Methodus ad veritatem vi propria sive per meditationem perveniendi. 2) Methodus ad veritatem mediantibus aliis perveniendi. 3) Methodus aliis veritatem communicandi. Metaphysica. I. Ontologia. II. Stachaologia atque somatologia *). III. Pneumatologia et psychologia. IV. Cosmologia. V. Theologia naturalis **). Philosophia practica s. moralis. I. Philosophia practica prima. II. Ethica ***) III. Doctrina juris. IV. Politica. Historia philosophicorum systematum: I. period. Philosophia barbarica. Philosophia Graecorum. II. per. Philosophia Romanorum; Eclectica; Judeorum; Arabum; Christianorum usque ad renatas litteras. III. per. A restauratione litterarum ad nostra usque tempora: закончено Кантомъ. По конспекту Антонія (1835 г.) есть: Фихте, Шеллингъ и Гегель.

Философія обыкновенно преподавалась по Баумейстеру (Institutiones philosophiae; Elementa philosophiae recentioris), послѣдователю Лейбнitzе-вольфіанской философии, какъ наиболее благопріятной для философскаго обоснованія религіозныхъ петлинъ ¹). «Цѣль философскаго ученія,— по словамъ Сперанскаго, изложившаго руководительныя начала семина. обученія,— въ томъ, чтобы, опровергнувъ всѣ суесловныя блужденія разума, призвать его и приготовить къ христіанской философіи». Въ нормальномъ же конспектѣ сказано еще, что философскія науки должны раскрыть разсудокъ въ учащихся и возвести ихъ до того, чтобы они мыслили постоянно и основательно. Нособіемъ также служилъ Винклеръ (institutiones philosophiae universae 1762 г.) и Карпё (Institutiones philosophiae). Но означенные пособія вполне не признавались удовлетворительными. Еще Сперанскій считалъ недостаточнымъ въ преподаваніи философіи въ духовно-учебныхъ заведеніяхъ,огранчить все познаніемъ Баумейестера п.п. Винклера, конхъ емена, равно какъ и глубокомысленныя сочиненія, знаменитыя въ нашихъ семинаріяхъ, никогда въ ученомъ свѣтѣ не были примѣтны» ²). О книгѣ Бау-

*) По конспекту Антонія (1835 г.) этой части нѣтъ.

**) Послѣ этой статьи, въ конспектѣ Феофана (1813 г.) видимъ отдѣль физики (на русскомъ языке): общіи свойства тѣль, о воздухѣ, о звукѣ, о водѣ, о свѣтѣ, о землѣ. Но вскорѣ физика отопила къ каеверѣ наукъ математическихъ.

***) По Вѣтринскому, еще—Ascetica philosophica, seu doctrina virtutis subjectivae, a Ethica назвывается иначе: Doctrina virtutis objectivae.

1) Знаменскій, Дух. школы, 755.

2) Корфов, Жизнь Сперанскаго, стр. 260.

— 67 —

мейстера и ревизоръ Филаретъ Дроздовъ писать въ своемъ от-
четѣ въ 1813 г.: «употребляемая въ философскомъ классѣ учеб-
ная книга, нанисанная Баумейстеромъ, по началамъ Вольфія,
не имѣть качества требуемаго 99 пунктомъ первой части сем-
мин. устава, по которому книги учебныя должны держаться на
одной линіи съ послѣдними открытіями и успѣхами въ каждой
наукѣ. Полезно было бы дать въ особіе сему классу переводи-
мую нынѣ на россійскій языкъ: Исторію философскихъ системъ
г. де Жерандо. А если бы разсуждено было замѣнить книгу
Баумейстера другою классической книгою латинскою: то можно
бы, для избранія въ сію степень, обратить внимание на издан-
ную за иѣ сколько предъ симъ лѣ тъ книгу вѣ нскаго профессора,
Карпё, который принявъ аналитику и терминологію новѣ йшихъ
философовъ, и перенесши, подобно имъ, формальныя начала
(principia formalia) человѣ ческаго разума изъ метафизики въ до-
тику, не укюняется однакоже съ ними ни къ сцентицизму, ни
къ идеализму, но, пользуясь ихъ открытіями, въ тоже время
предостерегаетъ искателя истины отъ ихъ заблужденій Ком-
миссія дух. уч., на основаніи этого отзыва, предписала академіи
составить комитетъ изъ профессоровъ академін для разсмотрѣ-
нія, имѣть ли Карпё по логикѣ и метафизикѣ качества, требуе-
мыя 99 пунктомъ 1 части проекта сем. уст. (1809 г.) и заключеніе
представить Коммиссіи. Дѣ тьствительно, въ 1815 г. философія
Карпё была отпечатана въ 4 частяхъ въ Московской синодаль-
ной типографіи и введена въ руководство, но въ послѣдствіи
опять замѣнена Баумейстеромъ *), хотя допускались и «ставки
изъ Карпё», какъ замѣтилъ ревизоръ Иннокентій въ 1827 г.
По исторіи философіи пользовались руководствомъ Бруккера
(Institutiones historiae philosophiae). Нѣ которые изъ профессоровъ
указывали въ числѣ пособій сочиненія известныхъ философовъ:
Локка, Мальбранша, Кондильяка, Вольфа, Бэкона, Лейбница (инсп.
Меодой Пиншичевскій 1811 г.). Поллкарпъ въ 1815 г. выписать
философскія сочиненія Канта **). По замѣчанію ревизора Иннокен-
тія Борисова, въ 1827 г. философскаго консульта, изданнаго 1814 г.

*) Ист. Сиб. д. ак. Чистовича, стр. 200.

**) Впрочемъ и Филаретъ уже пользовался Кантомъ. Его консульта
нетъ въ архивѣ, въ роятно, потому что онъ вышелъ изъ семинари ранѣе
экзамена, но въ его письмахъ къ роднымъ (1809 г.) читается между прочимъ:
«долженъ заниматься холодною философією. Имѣвъ къ ней прежде мало вниманія,
теперь чувствую свои недостатки... Я купилъ сочиненіе Канта: за 4 небольшіи книги
въ осьмуху заплатилъ 25 руб.’ (Нисьм. къ роднымъ, № 109 и 112. М. 1882 г.)

*

— 68 —

отъ Коммиссіи дух. уч., «къ сожалѣнію, не было ни у преподавателя, ни въ правленіи, а въ конспектѣ сказано, какъ обращаться съ Баумейстеромъ и указаны его недостатки.» Относительно содержанія нѣкоторыхъ частей системы тотъ же ревизоръ замѣчаетъ: «вмѣсто подробнаго чтенія (по старому изданію Баумейстера) устарѣлыхъ правилъ публичной юриспруденціи, политической экономіи, церковнаго правовѣденія (приспособленнаго при томъ къ протестантской церкви) полезнѣе было бы усутубить занятіе въ логикѣ, естественномъ богословіи и наукѣ о должностяхъ». Въ 30-хъ годахъ пособіемъ по логикѣ указывается сочиненіе Бахмана, переведенное съ нѣмецкаго профессоромъ спб. акад. Вершинскимъ. Въ 1830 г. о преподаваніи философіи инси. Николаемъ ревизоръ Павскій замѣтилъ, что онъ «дѣлаетъ дополненіе къ классической книгѣ и преподаетъ съ отличною ясностію и примѣненіемъ къ неопытнымъ еще и молодымъ умамъ».

### 3. Словесность.

Словесность первоначально раздѣлялась на реторику (въ нисш. отд.) и эстетику (въ высш. отд.), которые до 1813 г. преподавались особыми преподавателями. Ректоръ Анатолій въ ноябрѣ 1809 г. входилъ запискою въ правленіе сем. о томъ чтобы преподавать реторику въ первые два года, т. е. въ нисшемъ отдѣленіи, именно, правила до всякаго рода сочиненій относящіяся, сочинять примѣры и разбирать классическихъ авторовъ», а «въ два последніе года въ высш. отдѣленіи руководствовать учениковъ ко всему, что есть изящнѣйшаго въ словесности, чѣмъ особенно занимается эстетика, съ присловокупленіемъ филологіі». Раздѣленіе реторическаго курса на высшій и нисшій—остатокъ дореформенной эпохи *). Толмачевъ (1811 г.), преподаватель реторика, дѣлалъ ее на механическую часть слога и умственную. (Слова, предложенія, периоды, хріи, слогъ, разговоръ, письма, рѣчіи). У архим. Леонида эстетика опредѣляется какъ наука объ изящномъ и высокомъ; далѣе, по его конспекту,—практическая словесность: пітика (о поззіи), ораторія (о краснорѣчіи); ученіе о слогѣ философскомъ, историческомъ, учебномъ, разговорномъ; филологія или всеобщая аналитика человѣческаго слова. Излагая уроки по Бургію, Толмачевъ писалъ въ конспектѣ 1813 г. «читалъ я ученикамъ правила словесности, обширенѣе много и сообразнѣе нынѣшнему состоянію наукъ сло-

*) Энalenскiй, Дух. шк. 753.

— 69 —

весныхъ составленныя. Всѣхъ правилъ цѣлю было то, чтобы они, сколько можно, расширяли съ познаніемъ слова область разсудка». Филологіи въ конспектахъ 1813 г. не видно, вслѣдствіе чего предписано было, согласно съ отзывомъ ревизора Филарета, преподавать въ классѣ словесныхъ наукъ по высшему отдѣленію филологію, сообразно § 111 проэкта сем. уст. (1809 г.) Съ раздѣленіемъ семинаріи на 3 отдѣленія, словесность осталась только въ нисшемъ (1815 г.) Что касается эстетики, то послѣ смерти баккалавра Леонида (въ концѣ 1813 г.), правленіе семинаріи, разсуждая объ опредѣленіи на его место профессора Воронова, между прочимъ постановило:

«Семинарское Правленіе преподаваніе эстетики въ семинаріи находитъ излишнимъ и безполезнымъ: излишнимъ потому, что эстетика, обнимая весьма многія отрасли изящаго, чрезмѣрно разширяетъ предѣлы своей юеоріи и призываетъ нѣкоторымъ образомъ къ доказанію своихъ правилъ всѣ законы и положенія новѣшіей, отвлеченной, но неутвержденной философіи; безполезнымъ потому, что съ допущеніемъ ед, чтеніе и разборъ образовныхъ произведеній краснорѣчія въ семинарскомъ курсѣ должны быть выпущены и учащіеся остаться безъ практическаго познавія примѣровъ, кои преимущественно располагаютъ къ витійству Сверхъ сего, въ составѣ прежде преподаваемой въ Семинаріи эстетики значительную составляетъ часть обозрѣніе орнамны, коеся юеорія и образцы естьли не вредны для готовящихся быть служителями церкви и проповѣдниками Евангелія, то по крайней мѣрѣ излишни. Посему, преподаваніе собственно называемой эстетики въ семинарскомъ курсѣ исключить.

Впослѣдствіи, не составляя отдѣльнаго предмета, эстетика входила въ курсъ словесности вообще.

Въ конспектѣ Смирнова (1819 г.) видимъ уже основы стием, утвердившейся впослѣдствіи въ семинаріяхъ. Rhetorica. I. Praeliminaria. II. De propositionibus. III. De periodis. IV. De chriis. V. De orationibus: A) De inventione. B) De electione. C) De dispositione. D) De elocutione. VI. De actione sive pronuntiatione. Pars practica. Просодія: А) Латинская. В) Российская. — По отзыву ректора сем. Инокентія (1815 г.), профессоръ словесности Смирновъ «нѣкоторыхъ (учениковъ) въ немаломъ количествѣ приучилъ мыслить съ такой основательностію, какой отъ малолѣтнихъ не можно бы и надѣяться», преподавалъ «съ устными дополненіями того, что знать нужно, но авторомъ (т. е. въ учебникѣ) опущено и достаточнымъ изъясненіемъ,—что у автора оставлено въ темнотѣ и сбивчивости». О немъ же ревизоръ Филаретъ писалъ въ 1817 году: «И. Смирновъ есть профессоръ твердый въ понятіяхъ, настоященный во внушеніяхъ, искусствный въ примѣненіи къ уму начинающихъ». У Аменицкаго (1852 г.)

— 70 —

изложено подробнее — De eloquentia: роды красноречия, но вообще по системе Бургія, как отмечено и въ его консультѣ. Отдѣль поэзіи — на русскомъ языке.

Для лучшаго понятія о томъ, что преподавалось ученикамъ (—петербургской сем. на урокахъ словесности, въ началѣ 20-х годовъ, представляемъ написанный уже на русскомъ языке, сжато и независимо отъ учебника, консультѣ Раменскаго (1821 г.).

1. Введеніе въ правила словесности показывающее: а) опредѣленіе словесности — подлежательное и предметное; б) условія необходимыя для надлежащаго успешна въ оной, какъ то: природныя дарованія, знаніе словесныхъ наукъ, знаніе другихъ наукъ и упражненіе; с) опредѣленіе и раздѣленіе реторики; д) опредѣленіе и раздѣленіе ціитики. 11. Пріготовительныя правила словесности, показывающія: а) свойство прозвы — внутреннее и вышнее; б) свойство поэзіи — внутреннее и вышнее; с) наружный составъ прозвы, или предложенія и периоды и ихъ соединеніе между собою въ одинъ периодъ и одно цѣлое сочиненіе; д) наружный составъ поэзіи, или стихи и ихъ расдѣленіе по свойству стопъ, по числу стопъ, по послѣднему слогу и по созвучію; примѣчаніе о стихахъ грешескихъ и латинскихъ: е) предварительныя правила сочиненія прозвы; f) предварительныя правила соч. стихами. 111. Общія правила всѣхъ сочиненій, прозаическихъ и стихотворныхъ, раздѣляющіяся на: а) правила изобрѣтенія мыслей по указаніямъ реторическімъ; б) правила выбора мыслен, приличныхъ предмету и цѣлѣ сочиненія; с) правила расположенія мыслей, какъ естественнаго, такъ и искусственнаго; д) правила связи мыслей, какъ въ межихъ, такъ особенно въ большихъ частяхъ сочиненій: е) правила выраженія мыслей словами или слога простаго, среднаго и высокаго; примѣчаніе объ изяныхъ и высокихъ мыслѣхъ и чувствованіяхъ. независимо отъ слога украшающихъ сочиненія; f) правила произношенія, или замѣчанія касательно голоса и тѣлодвиженій при говореніи рѣчи. (г), IV. Частныя правила сочиненій прозаическихъ, а именно: а) правила писемъ простыхъ, ученыхъ и высокихъ; б) дѣловыхъ бумагъ низкихъ, среднихъ и высокихъ; с) спестемъ, разсужденій и рецензій; д) разговоровъ: е) описаній физическихъ, нравственныхъ и историческихъ; f) сочиненій историческихъ, какъ то: историческихъ записокъ и собственныі или прагматической исторіи; выбора процесшѣųй и обстоятельствъ: расположенія тѣхъ и другихъ: слога, занимательности и назидательности, каковыя требуются для исторіи; г) правила малыхъ рѣчей ораторскихъ: h) правила большихъ рѣчей ораторскихъ. вообще, і) рѣчей академическихъ; к) судебныхъ: 1) похвальныхъ словъ: 2) словъ церковныхъ или проповѣдей. Для составленія сихъ послѣднихъ даны нарочито подробныя наставленія: какъ избирать текстъ для церковнаго слова, какъ извлекать изъ него темъ или матерію, какъ излагать сію матерію и прилагать къ состоянію слушателей, и сдѣланы особенныя замѣчанія о словахъ догматическихъ и нравственныхъ, написанныхъ и случайныхъ. V. Частныя правила сочиненій стихотворныхъ, какъ то: оды, гимна.

*) Въ старой спб. академіи съ этой позицію приглашали даже знаменитаго актера Яковлева (Ibid.)

— 71 —

диоирамба, гимна лироэпическаго, элегіі, рондо, сонета, эпиграммы, поэмы исторической, философской и практической, посланія, сатиры, басни, поэмы эпической и идиліи. VI. Правила упражненія, т. е. сочиненія, чтенія, разбора, перевода и подражанія.

Профессоръ Меліоранскій (1829 г.), въ котором ревизоръ Навскій замѣтилъ «особенное прилежаніе и усердіе къ своему дѣлу», — вводить уже бодѣе обширный отдѣль поэзіи и раздѣляетъ ее на роды: лирическую, повѣствовательную (поэма, баллада), драматическую, опсательную (опсат. поэма, идиллія или эклога), дидактическую (сатиры, басни, притчи).

Конспектъ по словесности Крылова 1837 г. представляетъ опять нѣкоторую особенность. Введеніе (понятіе о наукѣ и ея значеніе). Предварительныя понятія изъ психологіи (о внѣшнихъ чувствахъ и трехъ главныхъ способностяхъ души) и логики (о законахъ, о способностяхъ и формахъ мышленія). Предварительныя понятія о средствахъ выражать внутреннія состоянія души: тѣлодвиженія, письмена и рѣчи. Понятія изъ общей грамматики. Реторика. Раздѣленіе прозы. Раздѣленіе реторики. О предметѣ сочиненія. О расположеніи (хріп). О формѣ сочиненія (слогъ и языкъ). Частныя правила реторики. Разные роды словесныхъ произведений. Историческія сочиненія. Повѣствованія вымышленныя (романъ, повѣсть, сказка, анекдотъ). Ученыя сочиненія. Рѣчи (духовныя и свѣтскія). Поэзія.

Классической книгой была реторика Бургія (Elementa oratoria 1776 г.), но она дополнялась записками профессора. По отзыву ревизора Никольскаго (1833 г.), реторика преподавалась по Бургію съ нѣкоторыми дополненіями профессоровъ, а поэзія по собственнымъ запискамъ ихъ (Масальскаго и Тяжелова). Затѣмъ пособіями служили: менѣе старая, хотя тоже изъ прошлаго столѣтія, реторика Лежая (Ars rethorica), также Рижскою (1805 г.); «Правила пітики», пресов. Аполлоса Байбакова (изд. 1774 г.); Мейнерса, «Начертаніе теоріи и исторіи изящныхъ наукъ»; Руководство къ церк. краснорѣчію (1804 г.); Лактанцій, предписанный въ 1825 г. только для учителей.

Въ проектѣ устава сем. (§ 125) и нормальномъ конспектѣ указаны, сверхъ означенныхъ: Ломоносовъ, Роллень, Блеръ Цицеронъ и др. Въ 1830 г. выслана изъ Комиссіи дух. уч. «Исторія древней и новой литературы», Шлегеля. — Толмачевъ въ 1813 г. выписалъ, съ разрѣшенія правленія, «Отборныя сочиненія въ стихахъ и прозѣ, изданныя Жуковскимъ», такъ какъ «крайне нужно показывать ученикамъ примѣры, заимствованные изъ лучшихъ россійскихъ

— 72 —

писателей. Но русскіе писатели послѣ Луковскаго не были приоб-
рѣтены въ разсматриваемый периодъ. По замѣчанію ревизора
Иннокентія Борисова (1827 г.), «съ бolderшіе осмотрительностію
надлежало выбирать примѣры изъ свѣтскихъ авторовъ, нежели
какъ дѣлано въ 1-мъ отделеніи». Простое чтеніе образцовъ во-
обще не играю первенствующей роли въ преподаваніи, больше
обращалось вниманія на заучиваніе учениками определеній и
примѣровъ разныхъ реторическихъ формъ и оборотовъ, которымъ
ученики обязаны были подражать. Но ревизоръ Иннокентій особенно
одобрилъ то, что лучшіе ученики въ продолженіе испытанія
могли говорить безъ приготовленія порядочные примѣры.

### 4. Исторія.

Первоначально каоведра исторіи была одна: церковной и
гражданской, всеобщей и русской. Съ 1814 г. она раздѣляется
на двѣ: церковной и библейской исторіи (въ высшемъ отделеніи)
и гражданской исторіи (въ нисшемъ отделеніи). Нѣкоторое время
(1819—25 г.) церковная исторія преподавалась инспекторами,
обыкновенно же на эту каоведру назначаллись особые препода-
ватели. Географія всеобщая, русская и церковная преподавалась
въ спб. семинаріи до 1819 года: по росписанію 1813 г. поло-
женъ одинъ урокъ въ недѣло по географіи, затѣмъ она оста-
лась только въ училищѣ, но безъ церковной. Всеобщая же исто-
рія, первоначально проходившаяся и въ училищѣ, исключена
изъ училищнаго курса въ 1816 году.

Въ конспектѣ Андрея Иванова (1811 г.) указывается исто-
рія и географія— всеобщая, подробнѣе — россійская исторія и ге-
ографія, затѣмъ библейская история и церковная — довольно
кратко. По этому поводу ревизоръ Филаретъ Дроздовъ замѣтилъ:
«желательно, чтобы лучше сокращаема была географія, наука
обременяющая намать, нежели церковная история, питающая
умъ и сердце, и тѣмъ большаго вниманія требующая, чѣмъ
тѣнѣе, нежели другія науки вспомогательныя, соединена съ
главнымъ предметомъ Духовнаго училища». Въ числѣ руководствъ
и пособій у Иванова названы: Всемірная история Шрека (1805 г.),
также историки: Милотъ, Анкентиль, Ролленъ, Робертсонъ, Та-
тищевъ, Ломоносовъ, Щербатовъ, Нахачинъ, Новое ядро рос-
сійской истории, «Россійская Вивлюеика»; церковная история
излагалась по Горнію и Флери; а русская церковная история—
по преосв. Платону, съ сокращеніями. По географіи—учебникъ,

— 73 —

изданный при Импер. Академіи наук 1807 г., «Россійская географія», цромѣ того Зябловскаго географія, статистика — ги. Голіцина, Германа и Словарь Російской Имперіи, Путешествіе аббата Делапорта, Сокращ. о странств. Лагарпа.

По отдѣленіи Церк. Исторіи въ 1814 г., она стала преподаваться подробнѣе. По конспекту Щелкунова (1819 г.): Введеніе. Определеніе церк. исторіи. Ея раздѣленіе по предметамъ, по времени, по источникамъ. Польза, конецъ, источники. Особливое назначеніе Церк. библейской исторіи. Далѣе излагаются 10 периодовъ ветхозавѣтной исторіи; новозавѣтная, и по вѣкамъ — исторія христіанской церкви, кончая XVII вѣкомъ.—Конспетъ Церк. исторіи всеобщей, вмѣстѣ съ русскою, —инсп. Савы (1825 г.) составленъ съ нѣкоторыми сокращеніями по назвѣстному учебнику Иннокентія Смирнова: «Начертаніе Церковной Исторіи, отъ библейскихъ временъ до XVIII в.» въ двухъ частяхъ (1817 г.), служащее продолженіемъ Начертанія Церк. библейской исторіи Филарета, Дроздова, и ко 2-му изданію исправленное профессоромъ академіи, прот. Кочетовымъ (1820 г.). Ректоръ академіи Филаретъ Дроздовъ въ ревизорскомъ отчетѣ 1817 г. назвалъ Исторію Иннокентія «прочнымъ даромъ духовному просвѣщенію» *) Прочность же его, действительно, была

*) Но не такъ respondовался онъ въ послѣдствіи объ этой книге. Въ 1839 г. въ письмѣ къ ректору Моск. акад. (Филарету Гумилевскому), разсуждая о недостаткахъ книги Руднева (магистра Моск. акад. 1836 г.) «О срѣсяхъ и расколахъ русской церкви», одобравной въ академіи къ напечатанію, онъ говорить: «Вы въ оправданіе ссылаетесь на книги, писанные почти за 30 лѣть назадъ, человѣкомъ, который тогда былъ гораздо неопытнѣе васъ и учился самоучкою: симъ образомъ, если угодно, можете имѣть совиновнаго, но не оправданіе. Нора вамъ писарывать то, что прежде недосмотрѣно людьми, которымъ предшественники глаза запрывали». —Но и самъ Иннокентій скромно смотрѣлъ на съей трудъ. Раздавая на память свои книги, при прощаніи съ учениками цербургской семинаріи въ 1817 г. онъ говорилъ: «когда сочините лучше, сожгите сіи недѣлныя». (Зап. Виногр. 364). Впрочемъ въ указанномъ выше письмѣ Филаретъ съ критикой относятся и къ своему труду «Библейская исторія». Онъ говоритъ далѣе: «Св. Свінодъ не утверждалъ официально ни церковной библейской исторіи, ни церковной послѣ библейскихъ временъ: а издала ихъ комиссія дух. уч. Послѣ-библейскан, безъ сомнѣнія, у Библейской засѣмствовала выраженіе: раздѣленная церковь,—(которое Филаретъ осудилъ въ книгѣ Руднева). Сочинителю Библейской некогда было пересматривать съей давній трудъ: а преподаватели по сей книгѣ брели до сихъ поръ по чужому слѣду не разсуждая, хотя имъ о семъ часто напоминали. Въ прошедшемъ году я удосужился пересмотрѣть Церк. библ. исторію, хотя не всю, узнавъ, что приступаютъ къ новому изданію: когда оно выйдетъ, оно уже не годится для оправданія вашихъ ошибокъ. Видя, что вы богословы до сихъ

— 74 —

такова, что эта книга служила учебником болѣе 50 лѣтъ. По
отзыву Филарета Черниг., сочиненіе это богато свѣдѣніями, пока
источники (Магдебургскія столѣтія и Бароніевы лѣтописи) до-
ставляютъ ей матеріаль, но не богата пми о востокѣ съ ХІ в.
и вообще о правосл. церкви новыхъ временъ; духъ исторіи—
превосходный, благочестивый и разумный, но расположеніе по
вѣкамъ, раздробляя событія на части, затрудняетъ пониманіе
цѣлаго; языкъ сухъ и нелетокъ. (Обз. русск. дух. лит. стр. 425).

Хотя при преподаваніи церк. исторіи и дѣлались по мѣ-
стамъ выпуски въ учебной книге, *) но ревизоръ Иннокентій
Борисовъ (1827 г.) замѣтилъ, что въ урокахъ церковной исторіи,
которую тогда преподавалъ К. Усенскій, «можно бы еще сдѣ-
лать сокращенія, особенно въ исторіи Западной Церкви, болѣе
же сѣднеть обращать вниманія на внутреннюю исторію церкви,
на ходъ вѣры, одушевляющей общество вѣрующихъ».

Въ 1838 г. по предписанію Комм. дух. уч., введено отдѣль-
ное преподаваніе русской церковной исторіи, входившей прежде
въ одинъ курсъ со всеобщей, и назначено особое руководство:
*Исторія россійской церкви, Муравьева. Чтеніе этого предмета
предписано (отъ 30 ноября) «присоединить къ классу общей
Церковной исторіи въ высшемъ отдѣленіи, такъ чтобы препо-

поръ не умѣвѣе стать на твердую ногу въ богословіи, и не имѣть времени за-
няться богословіем, а теперь пересматривало катихизисъ, чтобы въ немъ, по
возможности, досказать то, что прежде отлагалось до богословій, но чего
ваша богословія не досказываетъ. А вы богословы по наряду лучше бы сдѣ-
лали, если бы не заставляли другихъ болѣе васъ занятыхъ додѣлывать дѣло
вашей обязанности. (Тв. Св. Отц. 1883. IV. 682.) Нельзя не замѣтить при
этомъ, что богословы иногда уклонялись отъ самостоятельныхъ работъ по
опасенію тогоже Филарета. Назвѣстно, что въ Москов. академіи баккалавръ
библейской исторіи Побѣдникій за свои записки (1850 г.) натерпѣлся страху,
когда митрополитъ потребовалъ иль къ себѣ и выразилъ желаніе «узнать
настоятельную въ нихъ надобность, когда ссть учебная книга». Баккалавръ
оправдывался, какъ могъ, говоря, что строго держался назначеннаго руко-
водства, записки же служили ему для нѣкоторыхъ справокъ и не назначались
для изученія воспитанникамъ, и въ концѣ концевъ просилъ прощенія у мит-
рополита чрезъ акад. правленіе за свое неточное донесеніе о запискахъ.
Тогда митрополитъ нашисалъ: «прощеніе не нужно. Вопросъ предложенъ былъ
для получения свѣдѣнія безъ предосужденія трудившемуся». (Ист. Моск. ак.
Смирн. 43). Еще раньше изданная священникомъ Красносвѣтовымъ Библейская
исторія подверглась преслѣдованію и изъята изъ обращенія, по предписанію
Коммиссіи дух. уч., согласно мнѣнію Филарета (см. ниже въ отд. Библіотека).

*) Напр. по конспекту Саввы, въ исторіи XIV в. опущены имѣющіеся
въ учебникъ статьи: ересь стригольниковъ, состояніе монашества и соборы
западной церкви, также нѣкоторыхъ историческія лица.

— 75 —

дающій общую Церк. исторію указывалъ на прошесвіствія
Россійской церкви только кратко, для показанія современностей
и связи событий; а потомъ, окончивъ общую, излагалъ Россій-
скую Церк. исторію въ непрерывномъ порядке, по руководству
назначенной книгой.

Съ 1839 г. Библейская исторія отдѣлена отъ церковной и
составила особый предметъ преподаванія въ среднемъ отѣленіи,
по извѣстному руководству высокопр. Филарета Московскаго.

Гражданская исторія долго преподавалась по Шрекку,
Переводчикъ Шрекка, Константиновъ составилъ Российскую исто-
рію, которая стъ 20-хъ годовъ также служила въ семинаріи по-
собіемъ. Объ учёбникѣ Шрекка ревизоръ Филаретъ Дроздовъ ни-
салъ въ 1813 г. Классическая книга всеобщей исторіи, до-
стойная впрочемъ своего назначенія, по выбору и расположенію
предметовъ, не довољно чиста въ иѣкоторыхъ повѣствованіяхъ
и сужденіяхъ, относящихся до церкви, хотя иѣсколько и пере-
работана переводчикомъ. Сочинитель, будучи протестантъ, отъ
времень Константина Великаго до Лютера охотнѣе примѣчаетъ
въ церкви злюпотребленія и безпорядки, нежели дѣянія ио-
хвальныя и прошесвіствія назидательныя; разсматривая западную
церковь, какъ бы не видить за нею восточной; протестант-
ствомъ занимается много и не всегда безпристрастно. Далѣе
ревизоръ въ книгѣ, раскрываемой на удачу, указываетъ слѣ-
дующія мѣста, которые кажутся ему соблазнительными, или непри-
личными. «Втор. час. стр. 24. На одной и той же страницѣ
описаны Константинъ Великій и Іудіанъ отстунникъ; въ обоихъ
замѣчены добрыя и худыя качества, но Іудіанъ отстунникъ вы-
хваленъ болѣе, нежели Константинъ Великій.— (Стр. 130. Берен-
гарій признанъ страдальцемъ за стараніе неправить догматъ о
св. Евхаристіи. Напротивъ, Беренгарій пострадалъ за то, что
превращалъ и отвергалъ истинный догматъ о пресущественіи
въ св. Евхаристіи. Стр. 242. На подѣ противъ нараграфа 2-го
напечатано: потому христіане сдѣлали свою религию недпъст-
вительную и зредною? Своевольство человѣческое можетъ, правда,
сдѣлать религію христіанскую недѣйствительною, или лучше,
неотъемлемую у сей божественной религіи силу и дѣйствитель-
ность свободно не принять: но я не знаю, можно ли христі-
анамъ сдѣлать религию свою зредною!!—Стр. 254. Авторъ гово-
ритъ, что Лютеръ отставилъ отъ религіи всѣ человѣческія прибавки
и выдумки, чрезъ которыя не только впра, но и наружное Вою-
служеніе обезображены были. Каждый сынъ Восточной церкви

— 76 —

вЂруетъ, что пять таинствъ, которые Лютеръ оставалъ, не
были человеческія прибавки и выдужки. А что онъ, думая отвра-
тить безобразія въ Богослуженіи, самъ обезобразилъ Богослу-
женіе, лишивъ его нужнаго благовѣнія и занимательности, въ
томъ соглашаются нѣмъ безпристрастнѣйшіе изъ самыхъ люте-
ранъ». Но предприсанію Комиссіи дух. уч., согласно съ мнѣ-
ніемъ ревизора, предоставлено профессору — исторію Шрекка «въ
нужныхъ мѣстахъ исправлять записками необходимыми и не
иначе, какъ по предварительномъ сношеніи съ ректоромъ о ихъ
нуждѣ и достоинствѣ». Виослѣдствіи руководство Шрекка издано
въ исправленномъ видѣ. — Конспектъ Полянскаго (1819 г.) соста-
вленъ уже по 2-му изданию Шрекка: «Учебная книга всеобщей исто-
ріи», вышедшему въ 1819 г. Посль предварительныхъ по-
нятій, изложеніе всеобщей исторіи идеть по періодамъ:
1) Отъ сотворенія міра до потопа; 2) Отъ Ноя до Моисея;
3) Отъ Моисея до Ромула; 4) Отъ Ромула до Кира; 5) Отъ Кира
до Александра Македонскаго; 6) Отъ Александра до І. Христа.
Затѣмъ новая исторія: 1) Отъ І. Христа до Θεοδοσія; 2) Отъ
Θεοδοσія до Магомета; 3) Отъ Магомета до Карла Великаго;
4) Отъ Карла Великаго до Григорія VII. (Здѣсь же идетъ и
Русская исторія). 5) Отъ Григорія VII до Колумба (исторія всѣхъ
государствъ и русскаго). 6) Отъ Колумба до нашихъ временъ,
кончая Петромъ Великимъ. — Конспектъ проф. Малеина (1821 г.)
изложенъ уже не по періодамъ, а по народамъ, какъ и въ но-
вовышедшемъ тогда учебникъ Кайданова: «Руководство къ по-
знанію всеобщей политической исторіи. Профессоръ же Н. Тур-
чаниновъ, одинъ изъ лучшихъ преподавателей, по отзыву реви-
зора протоіерея Тимофея Никольскаго (1833 г.), преподавалъ
древнюю, среднюю и русскую исторію по собственнымъ запис-
камъ, а новую по Шрекку, оканчивая ее Наполеономъ І и
Александромъ І. О его преподаваніи ревизоръ Иннокентій вызы-
вался, что оно «заслуживаетъ похвалу; удовлетворительные
отвѣты учениковъ на неPredвидѣнные вопросы и умѣнье отно-
сить происшествія къ эпохамъ свидѣтельствуютъ о вниматель-
номъ слушаніи уроковъ. Весьма похвально, что ученики озна-
комлены съ важнѣйшими происшествіями новѣйшихъ временъ, и
указана самая точка зрѣнія на причины, ихъ произведшія». Но
мнѣнію же ревизора Навскаго (1830 г.), «надобно только для
лучшаго соображенія и удержанія въ памяти разнообразныхъ
историческихъ лицъ и происшествій исторію оживлять географіею
и синхронистическимъ сводомъ происшествій.» Недостаточность

— 77 —

географическихъ знаний, нужныхъ для исторіи, замѣтилъ въ
1839 г. (при проф. Семеновскомъ) и ревизоръ Ивановъ, поэтому
предписано было озаботиться принятіемъ нужныхъ мѣръ къ уси-
ленію этого предмета (т. е. географіи) въ училищахъ.

Конспектъ Боголюбова (1837 г.) представляетъ подробное
обозрѣніе народовъ по вѣкамъ, также примѣнительно къ Кай-
данову,—до 1812 года. При этомъ, замѣтно, не принималось во
вниманіе, что масса голыхъ и сухихъ фактовъ, изъ исторіи не
только главныхъ, но и второстепенныхъ государствъ, какъ Вен-
грія, Швеція, Данія, Шотландія и Ирландія, слишкомъ обреме-
нительна для памяти, на что было указано въ нормальномъ
конспектѣ, и можетъ служить въ ущербѣ не только вообще ра-
зумному усвоенію исторіи, но и въ частности Отечественной
исторіи, которая, по уставу, должна занимать первое мѣсто
(§ 138). Исторія же славянъ оставалась въ небреженіи. Русская
исторія, по указанному конспекту, доведена до половины цар-
ствованія Екатерины II, но по конспекту Семеновскаго (1841 г.)
закончена только Лжедимітріемъ I, а общая Вестфальскимъ миромъ.

Къ чести преподавателей нужно отнести, что они не запазды-
вали въ приобрѣтеніи вновь выходящихъ руководствъ. Въ концѣ
1839 г. по опредѣленію св. Синода, предписано было учебникъ Кай-
данова по русской исторіи замѣнить новымъ руководствомъ
Устрялова («Начертаніе русской исторіи»), которое въ это время
уже было въ обращеніи въ пет. семинаріи. Еще въ 1837 г.
оберъ-прокуроръ Пратасовъ, бывши въ семинаріи, между про-
чимъ на урокъ русской исторіи К. Боголюбова, обратилъ вни-
маніе на то, знакомъ ли преподаватель съ новымъ руковод-
ствомъ по этому предмету, и, когда тотъ показалъ ему имѣю-
щійся у него учебникъ Устрялова, то остался очень доволень

5) Математика.

Изъ конспекта Якова Толмачева (1811 г.) видимъ, что
геометрія преподавалась по Фуссу («Начальные основанія мате-
матики»), съ пополненіями изъ геометріи Гурьева, которая
всѣдствіе ся обширности, по предписанію Комиссіи дух. уч.,
въ 1811 г. была отмѣнена, какъ учебное руководство въ се-
минаріи. Алгебра проходилась по системѣ Вейдлера (Institutiones
Matheseos. 1736 г.), затѣмъ и по Фуссу; механика и матема-
тическая географія по руководствамъ, изданнімъ для народныхъ
училищъ (1806 г.); пасхалія по книгѣ преосв. архіепископа

— 78 —

Меодія (мирнова «Правилю насхального круга» (1800 г.); физика сначала по руководству Гиляревскаго, изд. еще въ концѣ прошлаго столѣтія, потомъ по Шрадеру, Начальныя основанія физики» (1807 г.) По замѣчанію ревизора Филарета Дроздова (1813 г.), «физика по недостатку новѣйшаго классическаго нисателя на латинскомъ языкѣ, преподаваема была на россійскомъ, подъ руководствомъ препмущественно Бриссона». Первоначально она относилась къ наукамъ философскимъ, какъ сказано выше, но съ 1814 г. она отомліа уже къ круту математическихъ наукъ. По отзыву ректора Иннокентія Смирнова (1815 г.), учебникъ по физикѣ, какъ ощутительно недостаточный, слудный и мало основательный, замѣнѣ собственными записками профессора (Веселовскаго), сокращенными впрочемъ, въ ясномъ и математическомъ порядке (methodo) предложенными. Сей трудъ г. профессора, какъ единственный людъ его соображенія извлеченій изъ древнихъ и новѣйшихъ физиковъ, написанъ имъ на 52 листахъ». Успѣхи же по математикѣ Иннокентій нашелъ недостаточными, такъ какъ преподавателю приходилось повторять ариеметику и останавливаться на «самыхъ первыхъ началахъ математики. Между тѣмъ, какъ видно изъ конспекта Райковскаго (1818 г.), проходилась и тригонометрия, и коническія сченія. У Наумова также излагается высшая геометрия, а физика болѣе подробно, кончая магнетизмомъ. Пасхалія же, хотя и уноминается, по иногда оставалась въ препебреженіи, поэтому ревизоръ Иннокентій въ 1827 г. сдѣлать замѣчаніе о томъ, чтобы «не опускать преподаванія пасхаліи, какъ науки нужной для дух. воспитанника», а преподавателю вообще предписано послѣ этой ревизіи «прилагать вяжшее понеченіе объ успѣхахъ учениковъ своихъ», такъ какъ «во многихъ изъ нихъ не-доставало желанія» заниматься математикой.

Въ 1833 г. ревизоръ прот. Инкольскій нисалъ, что по алебрѣ въ семинаріи введенъ учебникъ Себржинскаго, профессора спб. дух. академіи, (изданный въ началѣ 20-хъ годовъ и дослѣ еще не вышедшій изъ употребленія въ петерб. семинаріи), по геометріи—Райковскаго, а по тригонометріи—Фусса, физика же и механика преподавалась по собственнымъ запискамъ проф. А. Минхайлова, конспектъ которого (1837 г.) представляетъ следующія основныя заглавія: Алтебра, Геометрія, Плоская тригонометрія, Коническія сченія. Физика, Пасхалія. Съ 20-хъ годовъ по пасхаліи вводится руководство Тяжелова, по физикѣ же съ 30-хъ годовъ пособіемъ былъ Баумгартнеръ. Комиссія дух. уч.

— 79 —

съ 20-хъ годовъ стала высылать журналъ: «Указатель открытій по физикѣ, химіи, естественной исторіи и технологіи». Но въ 1835 г. Коммиссія нашла, что «күрсъ физико-математическихъ наукъ, по утвержденному въ 1814 г. конспекту, весьма обширенъ и, при неопустительномъ изученіи главныхъ предметовъ, обременителенъ». И, признавъ за нужное сократить означенный курсъ, составила новый конспектъ.

Въ томъ же 1835 г. былъ запросъ изъ академ. правленія, есть ли въ семинаріи физическіе и математическіе инструменты, такъ какъ Коммиссія д. уч. предписала: «упражнять непремѣнно учениковъ въ основательномъ приложеніи къ практикѣ пріобрѣтаемыхъ пми свѣдѣній въ математическихъ наукахъ» и озаботиться пріобрѣтеніемъ «пособій и инструментовъ для обученія практическимъ измѣреніямъ». Поручено проф. А. Михайлову доставить свѣдѣнія о пособіяхъ. Отвѣтъ последовалъ, что инструментовъ никакихъ не имѣется *). Въ следующемъ году, тому же профессору Михайлову поручено было составить списокъ инструментовъ, необходимыхъ для преподаванія физики. Онъ представилъ такой списокъ, на сумму 3407 руб., при чемъ семинарія дала отзывъ въ академическое правленіе, что она не имѣть возможности пріобрѣсти на свой счетъ означенные инструменты. Такимъ образомъ преподаваніе физики происходило въ разматриваемый периодъ безъ физическаго кабинета.

## 6. Языки.

Преподаваніе языковъ, какъ древнихъ, такъ и новыхъ, съ 1814 г. обыкновенно пріурочивалось къ какой-либо другой каеедрѣ. Ранѣе же были отдельные преподаватели языковъ. Съ 1814 года греч. языкъ соединялся съ каеедрой церковной исторіи, еврейскій съ математикой, французскій—съ гражд. исторіей, нѣмецкій—съ словесностью. По латинскому языку отдельныхъ уроковъ не полагалось **), такъ какъ самое преподаваніе основныхъ предметовъ происходило на латинскомъ языке, а въ 1812 г.

*) Физический кабинетъ Александро-Невской академіи (Чист. стр. 128), вършитно, не былъ общей собственностью академіи и семинаріи, а съ переводомъ академіи въ новое зданіе, перенесенъ туда же. Въ 1817 г. ревизор Филаретъ. Дроздовъ, одобряя уроки профессора физики о. Неопита Веселовскаго, прибавлялъ: «жаль только, что недоставало опытовъ, для украшенія и живѣшаго енечатлѣнія оныхъ», (т. е. уроковъ).

**) По росписанію 1813 г. видимъ, впрочемъ, 2 урока въ недѣлю «чтения латинскихъ авторовъ».

— 80 —

было даже предписано говорить по латыній ученикамъ между собою и съ учителями, даже вѣт классовъ; во всѣхъ классахъ назначались сочиненія на лат. языкъ, а сверхъ того, упражненіе въ латинскомъ краснорѣчіи входило въ курсъ преподаванія словесности. Поэтому въ конспектахъѣкоторыхъ изъ преподавателей словесности видимъ указанія на то, что было сдѣлано по предмету латинской словесности. При этомъ указываются и латинскіе писатели, которыми занимались ученики. У Толмачева (1813 г.) указаны: Цицеронъ, Горацій, Квинтиліанъ, Квинтъ Курцій, Вергилий, Плиний. По назначенію наставника Смирнова (1814—1819 г.), ученики нисшаго отдѣленія должны были читать извѣстныхъ латинскихъ авторовъ (Лактанція, Плини, Цицерона) и въ концѣ недѣли давать отчетъ о прочитанномъ. По этому поводу ректоръ сем. Иннокентій въ 1815 г. писалъ о Смирновѣ академ. правленію, что онъ «недостатки свѣдѣнія въ ученикахъ по латинскому языку восполнилъ своимъ особеннымъ прилежаніемъ, поощреніями и требованіями». Профессоръ Раменскій (1820 г.) разбиралъ съ учениками изъ рѣчей Цицерона—за Архія; Ливіеву рѣчь Накувія къ Пероллѣ; Цицеронову повѣсть о приключеніи съ Каніемъ; назначать ученикамъ комѣт латинскихъ сочиненій письменныя упражненія въ переводахъ съ латинскаго. Предъ уроками словесности у него читалось и разбиралось Стригелліево изъясненіе на Нов. Завѣтъ, на лат. языкъ. У Америцкаго заведено было, чтобы ученики въ свободное время переводили съ латинскаго и вънсмывали переводы въ заведенныея для того тетради, которые представлялись учителю сченедѣльно, по субботамъ. Начальство, съ своей стороны, неоднократно обращало вниманіе на усиленіе занятій лат. языкомъ. Такъ въ 1826 г. семинарское правленіе, по запискѣ ректора Антонія, само обращло вниманіе на увеличеніе занятій лат. словесностью, для усовершенствованія знанія лат. языка, и ввело чтеніе латинскихъ авторовъ, съ аналитическимъ разборомъ по средамъ, на урокъ словесности, и домашнее чтеніе книгъ какъ русскихъ, такъ и латинскихъ, съ отчетомъ учителю. Въ 1827 г. ревизоръ Иннокентій замѣтилъ, что «успѣхи учениковъ могли быть еще значительнѣе, если бы для нихъ не былъ тяжѣлъ лат. языкъ, на коемъ писана большая часть лекцій и предлагалъ «усилить тщаніе объ успѣхахъ въ латинскомъ и греческомъ языкѣ и «усугубить чтеніе латинскихъ авторовъ и сочиненіе задачъ на латинскомъ языке». Въ 1828 г. было предписаніе сем. правленію озаботиться, чтобы даже ученики училища, переводимые въ

— 81 —

семинарію, могли понимать разговоры на лат. языкъ; тоже трегуется и по «инструкції для обозрѣвающего дух. уѣздное и приходское уч.лица». (См. ниже, въ гл. Отнош. сем. къ учил.) Въ 1830 г. отъ академ. правленія снова было напоминаніе о латинскомъ языкѣ и о занятіяхъ учениковъ по латинской словесности переводомъ Лактанція, какъ въ классѣ, такъ и дома, съ отчетомъ наставнику. Въ 1830 г. на эъзаменѣ по словесности спрашивали переводить изъ Лактанція, а въ 1833 г. рѣчи изъ реторики Лежая. Въ 1839 г. вслѣдствіе замѣчаній ревизора Иванова, предписано озаботиться усовершенствованіемъ учениковъ высш. отд. въ изъясненіи уроковъ на лат. языкѣ.—Пособіями по латынѣ были: лат. грамматика преосв. Амвросія Протасова (тульскаго), введенная съ начала текущаго столѣтія; словарик: Шревеллія, Целларія, Розанова, Кронеберга.

Вышеозначенное соединеніе языковъ съ извѣстными каеедрами не всегда строго соблюдалось. Съ 30-хъ годовъ оно начинаетъ постоянно нарушаться. Такъ въ 1834 году наставникъ Смирянинъ просилъ о переводѣ его съ нѣмецкаго языка на французскій, а Жемчужинъ на оборотъ. Правленіе, на основаніи отмѣтокъ въ адтестатахъ проспителей, уважило ихъ просьбу. Еврейскій языкъ въ 1841 г. преподавалъ проф. словесности Крыловъ. По гречески иногда былъ особый преподаватель. Перемѣны въ прежнемъ распределеніи преподаванія языковъ происходили и вслѣдствіе увеличенія къ концу 30-хъ годовъ числа учебныхъ предметовъ и персонала преподавателей.

Въ началѣ разсматриваемаго періода, занятія языками были гораздо успешнѣе и серьезнѣе, нежели къ концу его, когда кругъ предметовъ семинарскаго обучения распшился. Но уже и въ 1830 г. ревизоръ Навскій писалъ въ своемъ отчетѣ, что языки въ семинаріп «преподавались очень хорошо и усѣхи учениковъ были значительны».

По гречески, по конспекту Дим. Воронова (1811 г.), переводились: киропедія Ксенофонта, слова Васпія Великаго и Еванг. отъ Юанна (5 главъ), а съ русскаго на греческій кондаки и др. пѣснопѣнія на Господскіе праздники. Внослѣдствіи изъ дух. авторовъ, кромѣ Васпія Великаго, видимъ въ Златоуста, а изъ свѣтскихъ, кромѣ Ксенофонта, отрывки изъ Геродота и Βυкидида, Гомера, Пиндара и Демосовена, а въ нисшемъ классѣ Плутарха. По конспекту Поліевтова (1825 г.) указывается: грамматика, разборъ и переводъ изъ Златоуста—два слова и три отрывка (по христоматіи); Васпія Великаго 2 слова; стихиры бого-

6

— 82 —

родичныя на 8 гласовъ; 6 писемъ Юанна Златоуста; 21 письмо Исидора Пелусіота; апофеегми Плутарха, числомъ 25. Въ 1827 г. тотъ же преподаватель обозначаетъ Лукіана Самосатскаго (жизнь его и 10 разговоровъ) и Григорія Богослова (20 писемъ). Занятія эти нельзя относить къ разнымъ классамъ, хотя греч. языкъ преподавался въ 3-хъ классахъ, такъ какъ одновременно съ Поліевковымъ былъ и другой преподаватель греч. языка. Въ 1841 г., по конспекту Галахова, указывается уже только слово Аванасія Великаго: «о воплощеніи», переводившееся въ высш. и среди. отдѣленіяхъ, а въ писшемъ, по конспекту Успенскаго, названы слова Златоуста: на страданія Юва п—противъ тѣхъ, которые вмѣсто церкви ушли на зрѣлища. Правда, эти последніе конспекты—за одинъ годъ и даже меңѣе, но сравнительно съ 20-ми годами то, что въ нихъ указано,—незначительно и, сверхъ того, неточно обозначено. Учебнымъ книгами были: грамматика Ляненскаго (1-е изд. 1747 г.), хрестоматіи—Каченовскаго и изданная Комиссіей д. уч. въ 2-хъ част., въ 1822 г. изъ соч. св. отцевъ; греческая филологическая энциклопедія; Clavis linguae graecaе. Словари—Шревелія и Гедерика. Не былъ оставленъ безъ вниманія и новогреческій языкъ; съ этой цѣлью съ 20-хъ годовъ выписывалась книга Поппадонуло «Россійскіе и греческіе разговоры». Ревизоръ Иннокентій (1827 г.) обратилъ вниманіе на тотъ фактъ, что ученикъ Гавриилъ Розовъ перевелъ между домашними занятіями книгу о церк. древностяхъ съ ново-греческаго языка. Тотъ же ревизоръ, вообще отзываясь съ похвалою объ успѣхахъ по греч. языку, прибавляетъ однакожъ, что «многіе (изъ учениковъ) умѣютъ только читать». Это уже указываетъ на неравномѣрность въ занятіяхъ учителя съ классомъ.

По еврейскій, по конспекту Н. Александрова (1811 г.), кромѣ пазученія граммат. правилъ, было разобрано и переведено съ евр. 35 пислмовъ, особенно изъ тѣхъ, которые неправильно переведены по славянски, а на еврейскій переводилось посланіе ап. Навла къ евреамтъ; затѣмъ составлялись рѣчи и сочиненія на еврейскомъ языкѣ. По конспекту Райковскаго (1819 г.), пренаподано: 1) элементы аналитическаго чтенія по грамм. Фроша; 2) Изъ кн. Бытія переведено 17 главъ, изъ другихъ книгъ 37 главъ и пислмовъ 37. У Наумова (1821 г.), въ теченіе 2-хъ летъ, кромѣ грамматики, — переведены—61 глава изъ разныхъ книгъ В. завѣта. Съ этого времени входитъ уже въ употребленіе евр. грамматика Навскаго. По конспекту Михайлова (1840 г.), въ высшемъ отд. основныя правила грамматики пройдены по ру-

— 83 —

ководству Павскаго и изъ его же еврейской хрестоматіи, составленной въ нач. 1820-хъ г. (по программѣ одобренной отъ Комм. дух. уч.), переведено 35 статей. Для пособія употреблялись: евр. словарь Штоккія; Lexicon Ioannis Simonis.

До 1814 г. дозволялось ученикамъ выбрать одинъ изъ 3-хъ языковъ: еврейскій, французскій, пли нѣмецкій, но по еврейски можно было заниматься и при одномъ изъ новыхъ языковъ въ высш. отѣленіи. Затѣмъ еврейскій преподавался всѣмъ ученикамъ семинаріи; такъ какъ въ 1821 г. было предписаніе отъ Коммиссіи дух. уч., чтобы всѣ ученики не менѣе двухъ лѣтъ занимались еврейскимъ языкомъ, а желающіе во весь семинарскій курсъ; но вскорѣ еврейскій языкъ сталъ преподаваться въ высшемъ и среднемъ отѣленіяхъ. Съ 1825 г. онъ дѣлается обязательнымъ для воспитанниковъ лѣшь высш. отѣленія, хотя и другіе могли заниматься, по желанію. При этомъ воспитанники, нѣмѣющіе по еврейски отмѣтку 3-го разряда, въ общемъ спискѣ состояли иногда въ 1 разрядѣ и часто не ходили въ классъ (по замѣчанію ревизора 1827 г.). Стѣдовательно, важнаго значенія еврейскому языку, повидимому, не придавалось. Съ 1828 г. встрѣчаются слушан увольненія отъ занятій еврейскимъ языкомъ нѣ которыхъ изъ учениковъ высшаго отѣленія «по слабости зрѣнія», иногда же увольняли и по другимъ основаніямъ: напр. въ 1837 г. ученику высш. отд. Музовскому дозволено вмѣсто ерейскаго языка заниматься финскимъ, который отчасти ему былъ уже пзвѣстень.

Новые языки (франц. и нѣмецкій), какъ большейю частію приуроченные къ извѣстнымъ каеедрамъ съ 1814 г., едва ли могли преподаваться обстоятельно, такъ какъ сами преподаватели не всегда могли быть волѣнъ свѣдущи. Въ силу этого и видимъ съ 30-хъ годовъ прошенія наставниковъ о перемѣщеніи съ одного языка на другой (Жемчужина и Смригина), удовлетворять которымъ правленіе признавало полезнымъ.

По нѣмецки, по конспекту св. Кораллова (1811 г.), кромѣ грамматики, занимались переводомъ Камповыхъ повѣствованій объ открытіи Вестъ-Индіи, и изъ поэмъ Гесснера—на смерть Авели, а также «Моральной опѣлотеки,—съ резолюціею грамматическою»; а съ русскаго на нѣмецкій переводили исторію Шрекка. Въ 1813 г. переводили изъ кн. Sittenbuchlein für Kinder und изъ Эбона: Polit. Moral. und Ekonom. Versuche, а съ русскаго на на нѣм. оду изъ Юва и «вечернее размышленіе», Ломоносова. Впослѣдствіи, (въ 20-хъ годахъ) переводились статьи изъ нрав-

— 84 —

ственныхъ сочиненій Геллерта, Грота и Душа; пли изъ сочи-
неній Гердера, Шиллера Маренцоля, Рейнгарда. Гейденрейха,
Лихтенберга, Тидге, Пфеффеля,—по нѣмецкой хрестоматіи Пелица,
въ первый разъ выписанной проф. Аменитскимъ, въ количествѣ
17 экз. на 47 учениковъ, чтобы избавить ихъ отъ излишняго
труда «писать то, что переводится въ классъ» (1824 г.). Поль-
зовались Россійско-французско-нѣмецкимъ словаремъ Гейма. По-
тотъ введены: нѣмецкая хрестоматія Ульрихса (съ 1826 г.) и
нѣм. грамматика Гольтергофа, которую велѣно въ 1833 г. за-
мѣнить грамматикой Ульриха, а съ 1837 г. Гаке; около этого
времени вошелъ въ употребленіе нѣмецкій словарь Аделунга.
Въ 1838 г. вмѣсто хрест. Ульрихса введена другая: Auswahl
von Mustern deutsch. Prosaiker und Dichter, одобренная конфе-
ренціей спб. академіи. При этомъ не оставлялись безъ вниманія
и переводы съ русскаго на нѣмецкій.

По французски—«Похожденія Телемака» (Фенелона) были
самою употребительной книгой для переводовъ, также слова
Боссюэта, рѣчи Флешье, Бурдалу, послѣднія особенно въ высш.
отдѣленіи, ученики котораго, по отзыву преподавателя Полян-
скаго (1819 г.), могли переводить свободно, безъ приготовленія,
съ французскаго на русскій и обратно. Въ нисш. отд. (1820 г.)
употреблялась французская хрестоматія «Le Magasin des enfants».
Ревизоръ Иннокентій (1827 г.) обратилъ вниманіе на недоста-
токъ учебныхъ книгъ по французски. По конспекту Турчанинова
(1829 г.), кромѣ Телемака—въ нисш. и средн. отд., ученики
средн. отд. перевели и разобрали по хрестоматіи 28 отрывковъ изъ
лучшихъ франц. писателей: Массильона, Паскаля, Роллена, Бюф-
фона и проч. Грамматика была въ употребленіи сначала Соко-
ловскаго, потомъ Перелогова; словаремъ пользовались Татищева.
Въ 1834 г. по опред. Комм. дух. уч. напечатано новое изданіе
франц. хрестоматіи, съ исключеніемъ изъ нея нѣ которыхъ ста-
тей, найденныхъ несообразными съ цѣлію дух. образованія. Въ
1837 г. изъ франц. хрестоматіи въ средн. отд. переведено 11
статей и изъ 2-й части—всѣ стихотворенія; въ нисш. отд. пе-
ревели 1-ю часть Фенелонова Телемака. На переводы съ русскаго
на французскій въ эту пору нѣтъ указаній.

Со стороны большинства учениковъ не замѣчается особен-
наго расположенія къ изученію новыхъ языковъ. Они не были
обязательны для всѣхъ учениковъ, да и тѣ, которые изъявили
желаніе заниматься какимъ либо изъ новыхъ языковъ, часто
манкировали. Еще въ 1811 г. учитель нѣм. яз. Коралловъ жа-

-- 85 --

ловался, что нѣкоторые ученики вовсе не ходили въ классъ. Въ 1841 году въ спискѣ профессора Симеоновскаго значится 66 человекъ нисш. отд., числящихся на нѣм. языкѣ, но изъ нихъ только 12 записаны въ первомъ разрядѣ и отмѣчены занимавшимися съ тѣмъ пли другимъ успѣхомъ, остальные 54 поставлены въ 3-мъ разрядѣ и отмѣчены вовсе незанимавшимися. По французскіи, на 38 человекъ нисш. отд., записанныхъ въ спискѣ проф. Боголюбова, только 30 оказали нѣкоторые успѣхи. Между тѣмъ только четверо изъ нисш. отд. вовсе не числились на какомъ либо языкѣ.

Первоначально новые языки преподавались во всѣхъ классахъ. Но уже въ 1825 году изъ высі. отд. только двое занимались новыми яз. (одинъ по французскіи, другой по нѣмецкіи), такъ какъ въ высш. отд. еврейскій языкъ былъ обязателенъ для всѣхъ, а уроки назначены были по всѣмъ этимъ языкамъ въ одни п тѣ же часы. Изъ средняго отдѣленія почти всѣ значились на новыхъ языкахъ (кромѣ нѣкоторыхъ, занимавшихся по еврейскіи); изъ нисшаго же отдѣленія всѣ состояли на томъ п. и. другомъ изъ новыхъ языковъ. Затѣмъ къ концу 20-хъ годовъ ученики высш. отд. уже вовсе не значатся на классахъ новыхъ языковъ. Новые же языки преподавались только воспитанникамъ средн. и нисшаго отдѣленія, комрѣ тѣхъ, которые избирали финскій языкъ для изученія, со времени введенія его въ петербургской семинарип.

Еще въ 1826 году, по Высочайшему повелѣнію, Коммиссіи дух. уч. предложено открыть при петерб. семинаріи, для дѣтей финскаго духовенства, уроки по финскому языку, «дабы образовано было особенное выпманіе, какъ на нравственное качество, такъ и на приличное образованіе опредѣляемыхъ въ Финляндію духовныхъ лицъ». Сначала дух. консписторія пскала снособнаго учителя финскаго языка; сносплась съ академіей по этому поводу, но, не нашедши никого, предоставила это дѣло семинарскому правленію, которое прежде всего обратилось съ запросомъ къ ученикамъ, родомъ изъ Финляндіп. Оказались двое знающихъ по фински: Ник. Погиневскій (высш. отд.) и Гавр. Зотиковъ (среди. отд.), которые и представили правленію свои опыты въ знаніи финскаго языка, но опыты ихъ признаны недовольстворительными, и поручить имъ лекторство правленіе не нашло удобнымъ. Только въ 1828 г. Коммиссія дух. уч. нашла преподавателя, губ. секретаря Григорія Окулова и опредѣлила его съ штатнымъ окладомъ жалованья, постановивъ обучать по фински преимущественно уроженцевъ Финляндіи, не устраняя

— 86 —

впрочемъ и другихъ, желающихъ заниматься по фински. Семин.
правленіе назначило для этого языка 4 часа въ педѣло; 12 че-
ловѣкъ изъ всѣхъ отдѣленій изъявили на первый разъ желаніе
учиться по фински, почему и уволены были отъ занятій фран-
цузскимъ, иѣм. и еврейскимъ языками, (хотя послѣдній для вос-
питанниковъ высш. отд. былъ все таки обязателень). Въ 1830 г.
учитель Окуловъ представилъ также свой конспектъ, въ кото-
ромъ значилось, что ученики обучены читать и писать по фин-
ски, также грамматикѣ, показаны имъ различныя нарѣчія фин-
скаго язма, перевели 15 главъ изъ ев. Матеєя съ синтаксиче-
скимъ разборомъ. Но неимѣніе учебника по грамматикѣ удвои-
вало труды учителя. Въ 1832 г. Коммиссія дух. уч. постановила
издать россійско-финскую азбуку, составленную Окуловымъ. Въ
1833 г. Окулову разрѣшено отправиться въ Финляндію, особенно
въ Гельсингфорскій унпверситетъ, для лучшаго ознакомленія съ
финской филологіей, по поводу составленія имъ грамматики, ко-
торую онъ окончилъ въ 1834 г. Отъ Гельсингфорскаго универ-
ситета былъ данъ одобрительный отзывъ объ этой грамматикѣ.
Въ 1836 г. по опредѣленію Коммиссіи дух. училищъ, издана была
финско-россійская грамматика, составленная Окуловымъ *) и вве-
дена въ семинаріи. Тогда же изданъ и краткій катихизисъ, имъ
же переведенный на финскій языкъ. Число учащихся въ 1834
году увеличилось до 28 человѣкъ, а въ 1837 г. было 35 чело-
вѣкъ, но преподаваніе финскаго яз. назначалось собственно для
воспитанниковъ среднаго и нисшаго отдѣленій; въ 1841 г. уча-
щихся по фински было 20 человѣкъ; занимались же въ этомъ году,
громѣ грамматики, переводомъ съ русскаго на финскій «Чина
исповѣданія», изданнаго св. Сунодомъ. (Конспектъ Д. Успенскаго.)

Въ числѣ предметовъ, вводившихся постепенно, или рас-
ширявшихся въ курсѣ семинарскаго преподаванія и составив-
шихъ потомъ отдѣльныя каоедры, кромѣ упомянутыхъ выше
«Церковныхъ древностей» и «Библейской исторіи», с.лѣдуетъ еще
назвать: *Изъясненіе св. Писанія и Историческое ученіе объ от-
цахъ церкви*.

По нормальному конспекту Коммиссіи, требовалось дать
образецъ изъясненія св. Писанія на одну изъ книгъ Библіи,

*) Но въ посвященіи ся наслѣднику Цесаревичу отказано, равно и въ
поднесеніи двухъ экз. со стихами Окулова великимъ князьямъ Александру и
Константину Николаевичамъ.

— 87 —

также ученикамъ назначать для чтенія книгъ св. Писанія, съ отчетомъ въ прочитанномъ. Но обыкновенно чтеніе и объясненіе разныхъ книгъ св. Писанія происходило предъ началомъ уроковъ по разнымъ предметамъ, на основаніи прединсанія отъ 3-го мар. 1819 г. Тамъ въ 1819 г. предъ началомъ ученья (на классѣ математики) объяснялось свангеліе отъ Матеоа, предъ уроками словесности (1820 г.) читались и объяснялись Дѣянія аностольскія, предъ уроками богословія читалось и объяснялось евангеліе отъ Юлина и т. п. Но въ томъ же прединсаніи указано было, что, согласно распоряженію Коммиссіи дух. уч., должно удѣлять еще по 2 часа въ недѣлю, чтобы составился особый классъ, общій для всѣхъ учениковъ семинаріи, по чтенію Нов. Завѣта, поочередно, наставниками. Назначены были 3-й и 4-й часы, послѣ обѣда, въ субботу. Въ 1821 г. прединсано въ аттестатахъ дѣлать отмѣтку по предмету чтенія Нов. Завѣта. Сверхъ того, по прединсанію Коммиссіи дух. учил. въ 1822 г., введены были къ «общенародному наставленію» назначительныя толкованія или бесѣды предъ литургіею и на литургіи. Толкованія понручались ректору и наставникамъ, по согласенію, или по назначенію правленія; на первый разъ толкованія св. Писанія назначены были ректору Ноликарну, инсп. Феодосію и профессорамъ Раменскому и Наумову, — поочередно. Тѣмъ же указомъ прединсаны были и чтенія изъ св. отцевъ, съ цѣлью «усіленія въ народѣ Православнаго ученія», по опредѣленію св. Сунода отъ 10 янв. 1821 г. Такія занятія изъяскеніемъ св. Писанія постановлено было отмѣвать въ послужинныхъ спискахъ наставниковъ, если они производились къмъ либо изъ нихъ не менѣе года. За симъ введенное въ семинаріяхъ по одному разу въ недѣлю чтеніе св. Писанія съ объясненіями въ учебные часы, «продолжать ли или замѣнить церковнымъ толкованіемъ, (прединсано)lefodnstatten усмотрѣníí městnаго начальства». Въ 1826 году впимѣ особые уроки по объясненію св. Писанія, собственно нового завѣта, уже для всѣхъ классовъ. Съ 1826 года встрѣчаемъ и конспекти по классу изъясненія св. Писанія нового завѣта. Такъ по конспекту инсп. Саввы (1827 г.), объяснены были посланія ан. Павла къ Римлянамъ, Коринѣ. Галат. Ефесямъ, съ предварительными свѣдѣніями о писателѣ, времени написанія посланія, нарѣчіи, мѣстъ и пр. Но ревизоръ Иннокентій (1827 г.) сдѣлалъ замѣканіе, что «по св. Писанію не ходили въ классъ многіе ученики, и отчета по этому предмету съ нихъ не требовалось.» Съ 1829 года классъ чтенія св. Писанія былъ въ пятницу, послѣ

— 85 —

об'єда: в'ї высшємъ и среднемъ от'dєл. читать посл.апостол'ь-
скія Массальскій (1831 г.), а з'ї обохъ нисших—Турчанновъ
(евангелія). Въ 1833 г. Алекс'їй Никольскій въ выс. от'єлений,
пнеп. Антоній въ сред. и Массальскій въ нисш. отд. изъясняли
новозав'єтнія книги. Въ 1835 г. по представленію правленія, на св.
Писаніе (вмѣстѣ съ греч. языкомъ) опредѣленъ особый, сверх-
штатный преподаватель (Галаховъ). Ревизоръ прот. Никольскій
(1833 г.) въ отчетѣ о пройденномъ по св. Писанію указываетъ
объясненіе евангелій и посланій ан. Павла. (Съ 1839 г. введень
и Ветхій зав'єть, по предписанію Коммисіі дух. уч. Вообще за-
м'ѣчается постепенное расширеніе курса преподаванія п'язясненія
св. Писанія, къ концу разматриваемаго періода. По опредѣленію
же св. (унода, сообщенному из'ї акад. правленія отъ 11 окт.
1839 г., чтеніе св. Писанія введено, какъ особый предметъ, во
всьхъ трехъ от'єленийхъ, и на этотъ предметъ вмѣстѣ съ Европей-
ской исторіей (въ сред. отд.)—назначенъ особый сверхштатный
наставникъ (П. Зыковъ). При этомъ предписано «им'ѣть бдительный
надзоръ и неослабное наблюденіе за успѣшнымъ преподаваніемъ
чтенія св. Писанія и при составленіи разрядныхъ еписковъ обра-
щать особенное вниманіе на успѣхи по оному учениковъ».

Конспектъ Галахова по классу объясненія св. Писанія
(1837 г.).

А. Общее введеніе къ чтенію св. книгъ.

1) Понятіе о немъ. Раздѣленіе его. Общее наименованіе всѣмъ кні-
гамъ В. З. и раздѣленіе оныхъ по содержанію.

2) Важность св. книгъ еврейскихъ для христіанъ.

3) Понятіе о канонѣ В. З. и составъ каноническихъ книгъ В. З.

4) О книгахъ апокрифическихъ. Исчисленіе ихъ. Время происхож-
денія и причина ихъ наименованія.

5) Подлинность св. книгъ В. З.

6) Неповрежденность св. книгъ В. З.

7) Исторія св. текста. О первоначальномъ языке св. книгъ.

8) Раздѣленіе св. книгъ на парасхи и гавтары—на главы и стпхи.

9) Исторіи св. текста периодъ I-й, отъ началаявленія писаній до
п'їна Вавилонскаго.

10) Періодъ II-й, отъ п'їна Вавилонскаго до І. Христа.

11) Періодъ ІІІ-й, отъ І. Христа до окончанія рецензіі сдѣланной
Мазоретами.

12) Періодъ IV-їи, отъ Мазоретовъ до нашихъ временъ.

Б. Частное введение.

Здѣсь предлагается обзоръ отдѣльно всѣхъ книгъ Св. Писанія В. З.
со стороны ихъ наименованія, подлинности, времени происхожденія, со-
держанія, раздѣленія, цѣли, а иныя и въ отношеніи пользы отъ чтенія,
мѣста и причины написанія, писателя и сго намѣреній, духа, источни-
ковъ, достовѣрности, слога и т. п. Затѣмъ указывается събъясненіе нѣ-

— 89 —

которыхъ болѣе замѣчательныхъ или трудныхъ мѣстъ изъ той или другой книги.—Недостаетъ только малыхъ пророковъ.

По Новому Завѣту конспекта нѣтъ въ 1837 г. но, какъ видно изъ программы публ. испытанія, пройдены были и книги нов. завѣтныя.

Въ 1841 г. видимъ уже подробные конспекты инспектора Юасафа, преподававшаго св. Писаніе во всѣхъ классахъ: въ нихъ, комрѣвведенія къ чтенію книгъ В. и Н. завѣта, обозначаются всѣ книги св. Писанія ветхаго завѣта (въ высш. и средн. отд.), съ историческими и литературными свѣдѣніями о нихъ и объясниемъ болѣе трудныхъ мѣстъ, затѣмъ книги нов. завѣта (въ нисш. отд.), за исключеніемъ нѣкоторыхъ посланій ап. Павла и соборныхъ посланій. Послѣдія, вѣроятно, были объяснены другимъ преподавателемъ въ предъидущемъ году, такъ какъ конспектъ инсп. Юасафа, бывшаго въ здѣшней семинаріи лишь одинъ годъ, относится только къ 1840—41 учебному году. Изъ пособій по части объясненія св. Писанія вѣрѣчаемъ указанія только на «Записки на книгу Бытія», Филарета, (высланы въ библиотеку еще въ 1817 г.), «Краткое руководство къ чтенію книгъ ветхаго и нов. завѣта», митр. Амвросія, изданное еще въ прошломъ столѣтіи; симфоніи. Но наставники, вѣроятно, руководствовались, твореніями отеческими и нѣкоторыми сочиненіями русскихъ толкователей св. Писанія, въ родѣ преосв. Аполлоса (Байбакова), Принея Клементьевскаго (архіен. нсковскаго) и проч.

Съ конца 30-хъ годовъ введенъ новый предметъ въ высшемъ отдѣлінѣ, подъ названіемъ: *Богословско-историческое учение о св. отцахъ церкви*. По предписанію акад. правл. отъ 5-го августа 1838 г., предметъ этотъ порученъ ректору семинаріп, но потомъ его занялъ професс. Галаховъ. По конспекту Галахова (1839 г.), перечисляются св. отцы отъ мужей апостольскихъ (съ Варнавы) до Грігорія Чудотворца, а въ 1841 году его конспектъ оконченъ св. Димитриемъ Ростовскимъ, съ краткими свѣдѣніями о жизни и писаніяхъ св. отцевъ. Въ 1840 г. были выписаны Галаховымъ для преподаванія этого предмета книги: 1) Historia scriptorum ecclesiasticorum usque ad saeculum XIV, 2) Biblioteque choisie des Peres, par Marie-Nicolas S. Guillon; также нѣкоторыя изъ твореній св. отцевъ (пностранинаго изданія).

Такимъ образомъ въ теченіи 30-ти летняго периода число предметовъ съ пяти (богословія, философія, словесность, история и математика) увеличилось до 10-ти, при чемъ нѣкоторыя каслись поучили развѣтвленіе, другія вновь открыты. Особенно развѣт-

— 90 —

вленіе получили науки богословскія, духовныя, на которые, какъ сказано было выше (стр. 57) вообще предшествовалось обращать
болѣе вниманія, сообразно съ назначеніем семинарія и осо-
бенной цѣлью духовнаго ученія, которое должно образовать
благочестивыхъ и просвѣщенныхъ служителей слова Божія».
(Введ. къ уст. учил. Отд. 1. § 3). Къ четыремъ языкамъ, двумъ
древнимъ (еврейскій и греческій) и двумъ новымъ, присоединіемъ
пятмій—фисскій, не считая латинскаго, который оставался язы-
комъ преодаванія и предметомъ постоянныхъ упражненій. Къ
конку рассматриваемаго периода науки слѣдующимъ образомъ
распредѣлялись по классамъ. Въ высшемъ отдѣленіи: 1) Богосло-
віе: а) герменевтика, б) догматическое богословіе, в) практиче-
ское и в) правственное богословіе; г) настырское богословіе.
2) Церковная Исторія, общая и россійская. 3) Археология, или
церковныя древности. 4) Богословско-историческое ученіе объ
отцахъ церкви. Въ среднемъ отдѣленіп: 1) Философія: а) логика,
б) метафизика, в) естественное богословіе и правственная фило-
софія; г) история философіи. 2) Церковно-библейская история.
3) Математика (алгебра, геометрія, тригонометрія). 4) Физика.
5) Пасхалія. Въ высшемъ отдѣленіи: 1) Словесность русская и
латинская. 2) Гражданская история всеобщая и русская. Затѣмъ
во всѣхъ классахъ: 1) Чтеніе и изъясненіе св. Писанія; 2) Гречес-
кій языкъ. Въ сред. и высш. отдѣленіяхъ: языки французскій, ияз-
мецкій и финскій, по выбору. Въ высшемъ отд. еврейскій языкъ.

При этомъ ностененно писалось и росписаніе. Въ
первое время, какъ видно изъ росписанія 1813 г., уроки
полагались—до обѣда, часы: 9-й и 10-й; 11-й и 12-й; после
обѣда—3-й и 4-й; 5-й и 6-й. Въ 1810 г. былъ запросъ, считаютъ
ли наставники удобнымъ вмѣсто 8 часовъ въ день заниматься
только 6, но чтобы не прополю ослабленія. Въ усѣхахъ. На-
ставники нашли это недостаточнымъ, особенно для слабыхъ воспит-
ательниковъ. Постѣ обѣда назначались не только языки, но въ
высш. отд. и богословіе съ философіей, а въ высшемъ—исторія,
математика и лат. авторы. — Высшее отдѣленіе: богословіе и
философія по 5-ти разъ въ недѣло; эстетика — два раза; иным,
француз. и еврейск. языки по два раза, изъ нихъ обязателень
быть одинъ, хотя иные, занимавшіеся еврейск. языкомъ, брали и
одинъ изъ новыхъ: таковыхъ было 13-ть человѣкъ. Греческій —
1 разъ въ недѣле. Всего 15 уроковъ, но для изучавшихъ но-
вый яз. и евр. — 17. — Нисшее отдѣленіе: реторика — 6 разъ, исторія 35

— 91 —

математика 3, греческ. и матин. по 2 раза, география 1 разъ. Всего 17 уроковъ.

Въ 1814 году было выслано новое, единообразное для
всѣхъ семинарій росписаніе учебныхъ часовъ и предметовъ, со-
ставленное въ Коммиссіи дух. училщіе. Тогда же акад. правле-
ніе къ 6-ти часамъ математики, т. е. тремъ урокамъ, прединисало
прибавить еще два часа, но сем. правленіе оставило по преж-
нему, такъ какъ проф. Веселовскій объщалъ окончить этотъ пред-
метъ къ своему времени, безъ прибавленія двухъ часовъ.

Въ 1830-хъ годахъ богословіе, философія и словесность были
по 6 разъ въ недѣлю. — Гражд. исторія, математика и церков-
ная исторія по 4 раза; языки — греческ., финск. и новые по
3 раза. Св. Инсаніе 1 разъ во всѣхъ трехъ отдѣленіяхъ. За-
тѣмъ, по новому росинсанію 1838 г. словесность полагалась еже-
дневно, богословіе и философія 5 разъ въ недѣлю, по граждан.
исторіи было 4 урока, по математикѣ съ физной (сред. отд.) 3,
по язикамъ по 3 урока, по церковной исторіи, библейской (средн.
отд.) и ученію объ отцахъ церкви (высш. отд.)—по 2 урока, по
св. Инсанію по 1 уроку въ недѣлю—(во всѣхъ классахъ) и по
археологіи 1 (въ высшемъ отдѣл.).— Уроковъ въ день было три,
по два часа каждый: отъ 8-ми часовъ утра до 10, отъ 10 до
12 и отъ 2-хъ до 4-хъ,— комрѣ четверга, когда последняго урока
не полагалось вовсе, согласно Прозэкту уст. сем. Отд. Н, § 62.
Послѣ обленные уроки стали назначаться премущественно на
языки. Всѣхъ уроковъ въ недѣлю было 17. Число учебныхъ ча-
совъ, или уроковъ, у наставниковъ было различно. Въ 1839 г.
у ректора Аванасія было 5 уроковъ по богословію и 2 по чте-
нію св. отцевъ (14 часовъ); по словесности было 6 уроковъ (12
часовъ), но философіи 5 уроковъ (10-ть часовъ); у иныхъ же
было еще менѣе, напр. у наставника финскаго языка 3 урока
(6 часовъ). Но и при этомъ замѣщеніе уроковъ больныхъ настав-
никовъ другим, свободными, какъ требовали въ своей резолюціи
1831 г. ректоръ академіи, викарій (Смарагдъ, не всегда было
удобно, по ненахожденію свободныхъ преподавателей на лице.

Внѣурочныя занятія.

Кромѣ классымъ занятій и уроковъ полагалась домашнія
упражненія, согласно съ § 22 Введ. къ уставу дух. учил., кото-
рыя состояли или въ сочиненіяхъ, или въ назначенномъ, примѣ-
пительно къ тому или другому предмету, чтеніи и долженство-

— 92 —

вали сопровождаться строгою критикою и замѣчаніями со сто-
роны профессоровъ. Каждый мѣсяцъ, въ писшемъ же отѣленіи
и каждую недѣлю, *) назначались ученикамъ сочиненія на рус-
скомъ и латинскомъ языкахъ, а иногда и латинскіе переводы, о
чемъ выше упомянуто; воспитанники же высшаго отѣленія сверхъ
того обязаны были пропозносить проповѣди, по назначенію, въ
церквахъ Лазаревской и надворотней, согласно предюженію рек-
тора Макарія въ 1836 г., съ каковою иначію ихъ посвящали въ
стихары. Разсмотрѣніе проповѣдей предписывалось Коммиссіей дух.
учил., согласно мѣнію ректора академіи, Филарета, ревизо-
вавшаго семинарію въ 1813 г., — «возложить относительно объ-
ясненія Слова Божія на ректора семинаріи, а относительно слога
на обучающаго эстетикѣ». При этомъ вообще рекомендовалось
«теорію эстетики прилагать къ практикѣ, — т. е. занимать уче-
никовъ сочиненіямъ». Лучшія изъ сочиненій ежемѣсячно пред-
ставлялись ректору. Сочиненія назначались собственно по глав-
нымъ предметамъ, т. е. словесности, философіи и богословію и
подавались наставникамъ этихъ предметовъ. Сочиненія по пред-
мету гражд. исторіи отмѣнены въ 1814 г. въ писшемъ отѣленіи
Коммиссіею дух. учил., на основаніи мѣнія ректора академіи, Фи-
ларета, въ виду того, что ученики этого отѣленія не слушали
еще уроковъ по философіи, и потому «безъ сомнѣнія не спо-
собны къ философіпъ исторіи». Но впослѣдствіи постановлено
правленіемъ давать сочиненія по исторіи гражданской и цер-
ковной; писали иногда и на темы изъ математики. Ректоръ Ан-
тоній въ 1827 году рекомендовалъ наставникамъ давать сочи-
ненія и по всѣмъ языкамъ, преподающимъся въ семинаріи. Въ
30-хъ годахъ письменныя упражненія назначались не по глав-
нымъ только предметамъ, но и по церковной исторіи, св. Писа-
нію, гражд. исторіи, такъ какъ правленіе находило это «нап-
лучшимъ способомъ къ усвоенію въ умахъ учениковъ уроковъ,
преподанныхъ наставникомъ» (1836).

О темахъ, какія назначались ученикамъ для сочиненій,

*) У Толмачева (1812—13 г.) въ недѣлю два раза были письменныя упражненія русскія и латинскія, всего до 50. Раменскій писалъ въ конспектъ за сентибрскую треті 1819 г. «на всѣ роды періодовъ, также на нѣкоторые тропы и фигуры, дѣланы были задачи, какъ на россійскомъ, такъ и латинск. языкахъ, а по части поэзіи сдѣлано нѣсколько переложеній прозы въ стихи и описаній. Всѣхъ задачъ въ теченіе сего времени подано было на бумагѣ 34.: Въ 1841 году полагалось задачъ по словесности по 4 въ мѣсяцѣ на каждаго ученика.

— 93 —

можно судить по уноминаемымъ въ ревизорскихъ отчетахъ, или
въ донесеніяхъ ректорскихъ академическому правленію, а иногда
и въ конспектахъ. Въ 1817 г. ревизоръ Филаретъ назначилъ слѣ-
дующія темы. Въ высшемъ отдѣленіи, для русскаго сочинен-
ія: а) «всякъ согрѣшаяй не видѣ и не позна Бога; всякъ, иже
въ Немъ пребываетъ, не согрѣшаетъ»; б) всякъ отметаяйся сына,
ни отца имать и исповѣдуйя сына и отца имать»; для латин-
скаго сочиненія: «Quinam est status animarum inter mortem corporis et judicium externum?» Въ среднемъ отдѣленіи, по русски:
а) «поелику понятіе о двяжении есть относительное, то все ли
равно, что земля обращается около солнца, или солнце около
земли?» б) «свѣтъ есть ли вещество, или только явленіе веще-
ства?» По латынѣ: а) «Ultrum natura sua intrinseca, an Dei vo-
luntate anima est immortalis?» б) «Quodnam est firmissimum argu-
mentum pro immortalitate animae?» Въ нисшемъ отдѣленіи, по
русски: «о спѣ человѣческаго слова»; «по латынѣ»: omnis, qui
non operatur justitiam, non est ex Deo. Кромѣ того, «по окончаніи
вопросовъ (экзаменическихъ) ученикамъ нисшаго отдѣленія дано
было предложеніе на устное сочиненіе (expromptu): послѣ тру-
довъ пріятно отдохновеніе, и выслушаны оныя сочиненія отъ
нѣкоторыхъ». Въ 1818 году для средняго и высшаго отдѣл. тема:
«an possibilis, et quomodo possibilis est invisibilis directio rerum
visibilium». Русское экзаменское сочиненіе дано было для до-
манияго упражненія, по причинѣ воскреснаго дня, на тему (для
высшаго и средняго отдѣл.): Слава Богу! Затѣмъ въ классѣ: а)
«иже ведѣ сый и вся споноляй»; б) «чѣмъ доказать, что душа
есть существо простое?» Въ нисшемъ отдѣленіи, латинское: amare
Deum est summum bonum»; русское: «нобѣда надъ собою выше
всѣхъ побѣдъ» и «описаніе лѣта». Въ 1819 году, въ высшемъ
отдѣленіи: «есть ли законъ Христовъ, отличается ли онъ отъ за-
кона Movceева, или сходствуетъ съ нимъ?» латинское: «quid sit
homo carnalis secundum apostolum?» Второе сочиненіе: «какая
цѣль была чудесъ Movceя въ Египтѣ и по исходѣ изъ Египта?»
Въ томъ же году въ среднемъ отдѣленіи назначено сочиненіе по
математикѣ: «опредѣлить отношеніе синуса, косинуса, тангенса,
и котangenса и опредѣлить отношеніе сторонъ треугольника»;
въ нисшемъ отдѣленіи: «науки безъ благочестія вредны». Въ
1826 г. въ высшемъ отдѣленіи: «Nemo potest theologus, nisi vir
probus» и текстъ изъ Евангелія Юанна; въ среднемъ отдѣленіи:
«что есть случай и существуетъ ли въ мірѣ?» Въ нисшемъ от-
дѣленіи, хрія порядочная: «должно почитать старшихъ себя».

— 94 —

Въ 1827 г. при ревизии Иннокентия, въ высшемъ отдѣлѣ тема до- жно ли пскать священства»; средн. отдѣлен. «какое сильнѣйшее до- казательство бытія Богія?» Въ нисш. отдѣлѣ скилогизмъ оратор- скій изъ предженія: «что худо учился словесности, тотъ не можетъ съ пользовою учиться философіи». Изъ темъ, назначав- шихся преподавателемъ въ теченіи года по философіи, означен- ный ревизоръ призналъ нѣкоторыя неудачными, напр., nemo po- test esse immortalis и т. п. Въ 1830 г. (при ревизіи Навскаго), въ высш. отдѣлѣ. «о различіи между закономъ и Евангелиемъ»; «всѣ люди пскуплены І. Христомъ». (Средн. отдѣлъ. qui philoso- phatur, non solis debet stare sensibus». Въ ревизорскихъ отчетахъ 1825 г. и 1833 г. указываются следующія темы, назначавшіяся для экзаменическихъ сочиненій,—на латинскомъ языке, въ выс- шемъ отдѣленіи: «in quo consistit summa officiorum hominis? ип.— «quid requiritur ad salutem hominis ex parte ipsius hominis?», въ среднемъ отдѣлѣ: «an dantur monades?» ип.—«quodnam est fundamentum cognitionis humanae?» въ нисшемъ отдѣленіи: «nemo sine naevo», ип., «prava consortia sunt vitanda»; русскія сочине- нія въ высш. отдѣлѣ на тексты св. Писанія, (въ родѣ: «нынѣ пребываютъ вѣра, надежда, любовь, три сія: больше же сихъ любовь»), въ среднемъ отдѣлѣ. философскіе вопросы («ведеть ли философія человѣка къ цѣл.ш бытія его?») въ нисшемъ отд. из- реченія и нравственные сентенціи («къ быднымъ должно быть сострадательнымъ», «одна добродѣтель составляетъ счастье», «мысли о воздержаніп»). На эти и подобныя темы, большею частью отвлеченные и нравоучительныя писались такъ называе- мыя хріи и разсужденія. Но ученики были упражняемы и въ составленіи другаго рода сочиненій, согласно съ § 136, 2) Уст. По словесности, напр. писались рѣчи: о пользѣ наукъ, — о пре- восходствѣ общественнаго воспитанія предъ частнымъ, ип. рѣчи поздравительныя, которые произносились учениками *), также— описанія: весны—стихами, удовольствій, изъ наукъ почерпаемыхъ;

*) Напр. предъ митрополитемъ, когда, вмѣстѣ съ служащими, и ученики избранные ходили поздравлять его со днемъ ангела или съ праздниками: но митрополитъ, конечно, не имѣлъ времени выслушивать ихъ. Преосв. Сера- фимъ, какъ рассказываютъ, обыкновенно прерывалъ конфуцившагося оратора, гладя его по головѣ и говоря: «ну, хорошо! знаю, знаю». Рѣчи составлялись для прописенія и на пностранныхъ языкахъ, даже по финскі. При этомъ говорить, преподаватель фин. языка О. обыкновенно давалъ совѣтъ своимъ ученикамъ, въ случае если забудутъ, чтò говорить въ рѣчи, то читали бы «Отче нашъ» по финскі.

— 95 —

переложенія прозы въ стихи. Но матынѣ также писались хріи изъ словъ какого-нибудь писателя, напр., по конспекту Раменскаго 1820 г.), были назначаемы: хрія автоніанская изъ словъ Сенеки tota vita discendum est mori, или изъ словъ Григорія Назіанзена и др.

О писательскомъ искусствѣ воспитанниковъ отчасти можно судить по сохранившись между дѣлами семинарскаго архива за 1827-й годъ нѣсколькимъ экзаменемческимъ задачкамъ, при надлежащимъ перу найболѣе слабыхъ воспитанниковъ, которые предъ каникулами были уволены изъ средняго отдѣленія за мало- успѣшность, но въ сентябрѣ снова просились въ семинарію при- ватно и были поэтому подвергнуты повѣрчному испытанію. Они писали разсудженіе (ex promptu) на тему: «о вліяніі философіи на нравственное образованіе человѣка». Написанное, конечно, не представляетъ ничего основательнаго и замѣчательнаго, отли- чается, такъ называемыми, общими мѣстами, по старому семи- нарскому шаблону, но ни въ одномъ изъ сочиненій не замѣ- чается недостатка смысла гдѣ-нибудь, или выдающихся логиче- скихъ и грамматическихъ неправильностей. Для примѣра приво- димъ отрывокъ изъ одного такого сочиненія, съ сохраненіемъ правописанія автора.

«а) Философія приходитъ насъ къ познанію и ціюбѣтенію добро- дѣтели, которое (а) есть украшеніе нашего сердца; доставляетъ намъ такія познанія, отъ которыхъ мы бываемъ въ сей жизни счастливы и научаетъ насъ жить свято для будущей жизни. б) Философія есть наука полезнѣйшая въ сей жизни. Ибо она преподаетъ намъ правила, по кото- рымъ воля человѣческая управляется въ избраніп добра, которое насъ и наше состояніе дѣлаетъ благополучнѣйшимъ, — и въ отвращеніи отъ зла, которое насъ и наше состояніе дѣлаетъ несчастнѣйшимъ, и сверхъ сего то и другое представляетъ намъ въ самыхъ живѣйшихъ истиннахъ. с) На- конецъ философія обязываетъ насъ къ почтенію Бога, Царя, родителей, наставниковъ и начальниковъ; заставляетъ насъ любить и вспомощицо- вать бѣднымъ,— и открываетъ намъ путь къ вѣчному блаженству. Слѣ- довательно, если философія дѣлаетъ совершеннымъ наше состояніе; если приводить человѣка къ познанію себя самого; если дѣлаетъ прилѣжно ею занимающегося благоразумнымъ человѣкомъ и вмѣстѣ добродѣтельнымъ: то великое имѣетъ вліяніе и на нравственное «образованіе человѣка».

Авторъ этого разсуденія курса не могъ окончить. Въ томъ же 1827 году ревизоръ Иннокентій о письменныхъ упраж- неніяхъ семинарскихъ отзывался, что «между проповѣдями есть назначательныя; разсуденія порядочны, хотя ихъ немного; по матынѣ многіе неспособны писать задачъ».

Вообще о писательскихъ способностяхъ семинарскихъ раз- сматриваемаго періода, а также и слѣдующаго, можно замѣтить

— 96 —

что ими они все таки выдавались предъ воспитанниками другихъ заведеній. Существовавшая въ семинарияхъ метода обученія писать по извѣстнымъ реторическимъ формуламъ (періоды, силлогизмы, хріи), распространять предложенія синонимами, синтетами и обстоятельствами, кстати и некстати употреблять троны и фигуры, прибѣгать къ такъ называемымъ топческимъ мѣстамъ и казеннымъ мыслямъ, прѣ понятіями, софпистикъ и резонерству, держась большею частію елога библейскаго или матинскаго, — отзывается, конечно, рутиной и схоластикой и какъ исключительная крайность достойна порицанія, но имѣла и свою полезную сторону, помогая еще неустановившейся мыслительной способности подходить къ предмету и принимать опредѣленный строй, пріучая къ порядку и логичности въ изложеніи мыслей.

Изъ практическихъ занятій, въ разсматриваемый періодъ, видимъ обученіе воспитанниковъ семинаріи прививанію осыпь, о чемъ былъ особый указъ св. Синода въ 1811 году, потомъ предписанія въ 1812 и 1816 годах *). Обученіе это возложено было на семинарскаго врача, «предъ окончаніемъ, пли непосредственно по окончаніи каждаго учебнаго курса, но безъ нарушенія прочихъ учебныхъ часовъ». Въ силу этого, напр. въ 1812 г. находимъ постановленіе правленія, чтобы окончившіе курсъ ученики семинаріи собрались 12 іюля въ 9 часовъ, для выслушанія лекціи о прививаніи осыпь семинарскаго врача Бока. Въ 1827 г. правленіе предписано врачу Жувенелю отмѣтить въ спискахъ, «кто какъ изъ учениковъ понятъ» сообщенное имъ о способахъ основпрививанія.

Пъніе не составляло особаго предмета обученія для всѣхъ воспитанниковъ, но поощрялось и поддерживалось, особенно въ интересахъ семинарскаго хора для богослуженія **), а также пісничныхъ хоровъ, набиравшихся изъ семинаристовъ и учениковъ дух. училищъ. Въ маѣ 1811 года было представленіе ректора Анатолія правленію о томъ, что «для усовершенствованія согла-

*) «На основаніи Высочайшіе аппробованной записки признано полезнымъ: ввести въ употребленіе, чтобы въ публичныхъ уч.п.щахъ, а особливо въ духовныхъ и народныхъ было показываемо прививаніе коровей осыпь въ тѣхъ классахъ, изъ кошъ обыкновенно приготовляются, по окончанію курсовъ, къ выпуску». (Изъ предписанія акад. правл. отъ 9 янв. 1812 г.).

**) Въ старой александроневской академіи были прекрасные пѣвчіе и музыканты, устропавшіе концерты въ залѣ, на которые съѣзжалісь знатныя лица изъ города, и митрополитъ Амвросій нерѣдко присутствовалъ на нихъ. (Зап. Виногр. стр. 560. Русск. стар. 1878. 8.)

— 97 —

сія и образованія голосовъ пѣвчихъ хора Его Высокопреосвященства (изъ воспитанниковъ семинаріи и училища) нуженъ re-
gentъ искусствый въ инструментальной музыкѣ, каковымъ при-
зналъ эконома, священника Петра Турчанинова, который беретъ
подъ свое вѣдѣніе и хоръ семинарскихъ пѣвчихъ». Правленіе его
опредѣлило, а митрополитъ утвердилъ, написавъ, что эконому
«поручается какъ обученіе архіерейскихъ пѣвчихъ, равно какъ
и пѣвчихъ семинарскихъ, такъ и надзоръ за порядкомъ надъ
всѣми, съ полученіемъ жалованья уставщика положеннаго и до-
ходовъ по назначенію». Говорятъ, въ короткое время, митропо-
личій хоръ былъ доведенъ Турчаниновымъ до такого совершен-
ства, что почти не уступалъ придворному.—Инепекторъ Феофанъ,
какъ любитель и знатокъ пѣнія, естественно, также не могъ
оставлять этого предмета безъ особеннаго вниманія.

Въ преднисаніи Коммиссіи дух. уч. чрезъ академію отъ 24
мая 1828 г. между прочимъ говорилось, «чтобы ученики вис-
шихъ училищъ тщательно обучаемы были церковному чтенію и
пѣнію, и, переходя въ высшія, не нереставали въ свободные отъ
ученія дни заниматься чтеніемъ и пѣніемъ въ церквахъ, по рас-
поряженію, какое по мѣстнымъ обстоятельствамъ за удобнѣйшее
признано будетъ». — Въ 20-хъ годахъ были и особые учители для
семинарскаго хора, напр. Филипповъ, изъ учителей училища.

Библіотека.

Семинарская Biblioteka составлялась постепенно посред-
ствомъ покупки книгъ, пожертвованій, присылки ихъ изъ ком-
миссіи дух. уч. и изъ академій. До 1819 г. пока академія не
была переведена въ новое помѣщеніе, Biblioteka семинарская
підъяла помѣщеніе вмѣстѣ съ академической, въ холодной башни
Александро-невскаго монастыря, (выходящей на нынѣшній учи-
лищный дворъ), гдѣ и осталась послѣ перемѣщенія академіи. Но
семинарскіе наставники, съ разрѣшенія ректора академіи, могли
пользоваться и книгами изъ академической Biblioteki, откуда
былъ даже выданъ въ 1810 г. особый листокъ книгъ, назначен-
ныхъ для пользованія въ семинаріи.

Первый ректоръ семинаріи архим. Анатолій составилъ въ
сентябрѣ 1809 г. каталогъ книгъ, нужныхъ для семинаріи и пре-
проводилъ его въ Коммиссію дух. уч. Получивъ оттуда разрѣше-
ніе, онъ издержалъ на покупку книгъ въ 1809—11 г. 1046 р. 52 к.
изъ суммы присланной Комиссіей въ количествѣ 2153 р. 45 к.

7

— 98 —

Слѣдующій ректоръ Месоедій изъ той же суммы истратилъ на книги 242 р. 10 к. Въ 1813 г. Иннокентій купилъ книгъ на 215 р. Какъ видно изъ росписокъ въ пріемѣ книгъ перваго семинарскаго аб-бліотекаря Гронскаго, для аббліотеки покупались такія книги, какъ русская исторія Татищева, реторика Ломоносова, творенія Златоуста, похожденія Телемака на франц., геометрія Гурьева и т. д. Вновь выходящія книги и руководства выписывались правленіемъ и по репортамъ преподавателей, но иностранныя книги, особенно въ большемъ количествѣ, пріобрѣтались непре-мѣнно съ разрѣшенія Комиссіи дух. уч., которая не всегда его давала. Въ 1820 году Комиссія обратила внимание на то, что при выпискѣ книгъ въ семинарскую аббліотеку, не точно обозначаются ихъ названія, не принимается во внимание дорогая цѣна книгъ и въ число классическихъ книгъ (руководствъ) по-мѣщаются такія, которые Комиссіей не признаны классическими. Разныя изданія пріобрѣтались и по рекомендаціі академическаго правленія, или высылались, по распоряженію Комиссіи, боль-шею частію изъ Московской синодальной типографской конторы; такъ въ 1814 г. оттуда прислано до 120 названій на лат. п греч. языкахъ по разнымъ предметамъ, иння въ нѣсколькихъ экземплярахъ. Въ 1824 г. съ февраля по декабрь поступило раз-ныхъ книгъ до 25 названій (65 экз.) на сумму, не считая вы-сланныхъ бесплатно, 115 руб. Ректоръ Антоній въ 1826 г. пре-проводилъ въ аббліотеку нѣсколько книгъ французскихъ и нѣ-мецкихъ, купленныхъ имъ раньше; за тѣмъ въ 1827 г. пріобрѣлъ церковныхъ книгъ и симфоній на 701 руб. 13 кол. по особому, для того составленному, по постановленію правленія, списку. Ректора иногда покупали въ аббліотеку книги свои, или отъ своихъ знакомыхъ. Такъ въ 1837 г. ректоромъ Макаріемъ куплено 57 названій по богословію и церковному краснорѣчію у прото-іерея Базплевскаго за 329 руб. Тотъ же ректоръ пріобрѣталъ книгъ—въ 1833 г. на 185 руб., въ 1834 г. свыше 200 р., въ 1836 на 157 и потомъ 211 руб. и проч.

Пожертвованія поступали иногда отъ академіп цетербург-ской и частію московской, также отъ частныхъ лицъ, авторовъ и изъ разныхъ учрежденій и мѣстъ. Въ 1811 г. изъ академичес-кой аббліотеки уступлены семинаріи всѣ тѣ книги, которые для академіп были не нужны, илли находились въ ея аббліотекѣ въ нѣсколькихъ экземплярахъ. Въ 1812 г. отъ протоіерея Бедрии-скаго поступило 100 экз. пожертвованныхъ книгъ. Затѣмъ по-жертвовали: митр. Амвросій 237 названій (1822 г.), ректоръ Юаннъ

— 99 —

39 экз. (1826 г.), возвратившійся изъ Китая архимандритъ Петръ
7 книгъ на китайскомъ языкѣ; протоіерей Веніаминовъ (1840 г.)
нѣсколько книгъ, переведенныхъ имъ на алеутско-лисьевскій
языкъ. Книги, оставшіяся по смерти іеромонаха Коневскаго мо-
настыря Мисанла, препровождены были чрезъ консисторію въ сем-
инарскую библіотеку. Въ 1827 году, по распоряженію св. Си-
нода, въ вѣдѣніе академіи и семинаріи поступила библіотека
бывшаго библейскаго общества, состоявшая большею частію изъ
книгъ св. Писанія, при чемъ на долю семинаріи досталось 52 наз-
ванія. Въ 1836 г. книги, сданныя по Высочайшему повелѣнію
въ Коммиссію дух. уч. изъ конфискованныхъ имѣній, чрезъ Де-
партаментъ государственныхъ имуществъ, — поступили въ би-
бліотеку семинаріи *). Но въ 1829 г. уже изъ семинарской би-
бліотеки отослано, по предписанію начальства, нѣсколько книгъ,
препмущественно твореній св. отцевъ, въ ново-открытую 910-
нецкую семинарію.

Относительно выписки периодическихъ изданій особое по-
ложеніе издано Коммиссіей отъ 12 авг. 1838 г., по которому
разрѣшалось выписывать журналы, издаваемые правительствен-
ными мѣстами, на счетъ экономическихъ суммъ, по возможности,
не касаять суммъ ассигнованныхъ на приращеніе библіотеки. Такъ
въ 1841 г. получались журналы: Христіанское Чтеніе, Воскрес-
ное Чтеніе, Журналъ министерства народнаго просвѣщенія, С.-Пе-
тербургскія академическія и полпцейскія вѣдомости. Но раньше
(напр. въ 1832 г.), сверхъ того, выписывались и такіе журналы,
какъ «Телескопъ» съ «Молвою», «Сѣверная пчела», «Библіотека
для чтенія», «Журналъ изящныхъ искусствъ»; послѣдній по ре-
комендаціи акад. правленія, вслѣдствіе предписанія Коммиссіи
дух. уч. При этомъ замѣчательно, что чрезъ посредство семина-
ріи нѣкоторые, собственно духовные, журналы выписывались и
посторонними лицами, напр. «Воскр. чтеніе» въ 1837 г. выпи-
сывали чрезъ семин. правленіе: одинъ іеромонахъ Ал. Невской
Лавры, коллажскій ассесоръ Гурьевъ, крестьянинъ Катковъ и др.
Въ 30-хъ годахъ не разъ присыпалось чрезъ акад. правленіе
объявленіе объ изданіи «Русскаго инвалида», но сем. правленіе
не выписывало его, какъ изданіе «неотносящееся къ образованію
духовныхъ воспитанниковъ семинаріи».

Слѣдя постоянно за выпискою книгъ въ сем. библіотеку,
Коммиссія дух. уч. старалась не допускать книгъ, по чему либо

*) Назван. изъ отч. «б. прок. Св. Син. за 1835 г. стр. 60.

*

— 100 —

считавшихся вредниками. Выписаниями учителем исторії Ивано-
вымъ въ 1810 г. сочиненія Мабли и Левека вычеркнуты были
изъ списка въ Коммиссіи, потому что Левекъ «часто россійскихъ
летописцевъ представляетъ въ превратномъ видѣ и во многомъ
отступаетъ отъ строгой исторической пистины; а сочиненія Мабли
основаны на началахъ, противныхъ правиламъ нравственности,
заключаютъ предосудительная мінія и для класса историчес-
кихъ наукъ ни въ какомъ отношении не могутъ быть полезны».
Мабли (Droit public de l'Europe), какъ извѣстно, училъ, что
главнейшая обязанность гражданина — стремиться къ свободѣ и
равенству и для доказательства этого не стѣснялся извращать
исторические факты. Въ 1818 г. предписано: томы «Образцовъхъ
сочиненій въ прозвѣ и стихахъ» раздавать для чтенія учащимся
съ особеннымъ разборомъ, такъ какъ Коммиссія усмотрѣла въ
нѣкоторыхъ томахъ «статы не совсемъ нравственныя и для ду-
ховнаго юношества неназидательныя», хотя и дозволено приобрѣ-
тать въ библіотеку это издание. Въ юhot 1825 г., по указу св.
Синода, приказано отобрать въ семинари и училищахъ книги
мистическаго характера, какъ напечатанныя безъ разсмотрѣнія
св. Синода: 1) Возваніе къ славянамъ о послѣдованіи внутрен-
нему влеченію Духа Христова; 2) Тапнство креста; 3) Нуть ко
Христу, соч. І. Бема; 4) Нобѣдная повѣсть, соч. Штилинга;
5) Письма къ другу объ орденѣ свободныхъ каменщиковъ. 6) Сіон-
скій Вѣстникъ 1808, 17 и 18-го годовъ (высланный въ библіотеку
въ 1817 г. по распоряженію Коммиссіи д. уч.). 7) Краткія раз-
сужденія о важнейшихъ предметахъ жизни христіанской. 8) Крат-
кій легчайшій способъ молиться, соч. Гіонъ. Въ предписаніп
означенныя книги названы противными вѣрѣ и благочестію.
Вследствіе этого, сем. правленіе пересматривало каталоги и най-
денныя части «Сіонскаго Вѣстника», а также 6 книгъ «Божествен-
ной философіи» — Лю-Туа, были запечатаны и положены до востре-
бованія. Въ мартѣ 1830 г. согласно съ предложеніемъ моск. мит-
рополита Филарета, послѣдовалъ Высочайшій указъ объ изъятіи
пзъ обращенія книги Вѣтрінскаго «Памятники древней христіан-
ской церкви» (т. 1-й) и о запрещеніи ея, если не будетъ исправ-
лена, такъ какъ заключаетъ въ себѣ «собвичвыя и ложныя изре-
ченія съ латинскаго переведенныя и мысли, благопріятствующія
то латинству, то протестантству, а св. Писанію и пистинному
преданію противныя». Въ 1838 г. изъ Коммиссіи д. уч. послѣ-
довало требование о возвращеніи присланныхъ экземпляровъ свя-
щенной исторіи Сем. Краснощѣтова, бывшаго бакалавра спб.

— 101 —

академії, затємь священника въ Швейцарії, а впослѣдствіи на-
стоятеля спб. Воскресенскаго собора. Книга его, написанная просто
и живо, одобрена была цензурой и Коммиссіей, но затємь най-
дена не вполїд православной. Одобрившій ее къ напечатанію
ректоръ семинаріи Макарій по этому поводу подалъ прошеніе
объ увольненіп отъ должности духовнаго цензора. Въ томъ же
году затребованы были изъ семинаріи въ Коммиссію для про-
смотра 5 томовъ Церковной исторіи Флёрі на франц. языкъ.

Для пользованія воспитанникамъ учебныя книги высыла-
лись изъ Коммисіи или безмездно—для казенныхъ и бѣднѣйшихъ,
пли для распродажи болѣе состоятельнымъ, съ нѣкоторой устун-
кой. Въ 1825 г. издано особое положеніе о порядке снабженія
училіцъ книгами и о образѣ составленія книжныхъ отчетовъ,
по высланной печатной формѣ, которые ежегодно должны были
представляться въ академическое правленіе. Высылая книги изъ
своихъ хранилишъ, Коммиссія требовала предварительно реэстра
нужныхъ книгъ, съ приложеніемъ денегъ, если такія книги зна-
чились въ каталогахъ Коммиссіи, если же книги въ нихъ не были
означены, то нужно было обозначать, для кого и для чего онъ
нужны. Свѣдѣнія о книгахъ предписывалось доставлять ежегодно
въ маѣ; сроки для пользованія учебниками положены 5-ти лѣт-
ніе. Въ 1830 г. предписано было отъ Синода—ученикамъ бого-
словія раздавать въ собственность книги св. Писанія изъ бывшаго
Библейскаго общества. Въ 1834 г. разрѣшена выписка книгъ въ
запасъ для всѣхъ духовныхъ училіщъ, на основаніи особыхъ
правилъ: реэстры книгъ представляются въ Коммиссію отъ ака-
деминческаго и семинарскаго правленій, которая, на основаніи
ихъ, составляетъ свой реэстръ и отправляетъ требуемыя книги,
для продажи ученикамъ; запись таковыхъ книгъ должна весться
аккуратно, по присланной формѣ. Бѣднымъ ученикамъ книги
даются безмездно, на прежнемъ основаніи. Правленіе, за полу-
ченныя изъ Коммиссіи книги, деньги уплачиваетъ сполна, тотчасъ
по полученіи книгъ, вырученную же за продажу ихъ сумму вно-
ситъ немедленно въ пополненіе семинарской экономіі.--Относи-
тельно же выдачи книгъ воспитанникамъ, кромѣ учебниковъ, изъ
фундаментальной библіотеки, еще въ 1809 г. было постановлено
правленіемъ, по предложенію ректора: «ученикамъ давать книги
по запискамъ профессоровъ, которая предъявляются ректору».
Это предписывается и проэктомъ устава 1814 г. (§ 184.)

Общаго и полнаго каталога книгъ семинарской библиотеки
не было до 1827 года. Въ этомъ году обозрѣвавшій семинарію

— 102 —

архим. Инокентий Борисовъ обратилъ винманіе на отсутствіе въ
библіотекъ исправныхъ каталоговъ. Тогда же послѣдоваю распо-
ряженіе Комиссіи дух. уч. о высылкѣ въ нее коніп съ каталога
библіотеки петербургской семинариі. Бывший въ то время биб-
лютекарь Поліевктовъ долженъ былъ заняться составленіемъ ка-
талога въ полномъ и унорядоченномъ видѣ, на основаніи отдель-
ныхъ каталоговъ, которыхъ къ этому времени въ библіотекѣ нахо-
дилось 7, но помаранныхъ и неисправныхъ: 1) каталогъ книгъ
вновь приобрѣтенныхъ — 396 названій,— составленный вчерѣнъ биб-
лютекаремъ Щелкновымъ (1816—1818 г.); 2) реэстръ книгъ,
присланныхъ изъ спб. духовной академіи, въ числѣ 433-хъ, со-
ставленный академическими библіотекарями, іеромонахомъ Григо-
ріемъ Постинковымъ (1814—16 г.) и іером. Монсеемъ Платоно-
вымъ (1816—17 г.); 3) списокъ книгъ поступившихъ въ 1822 г.
отъ митронолита Аввросія, числомъ 62 экземп. различного со-
держанія; 4) списокъ книгъ — отъ него же, еще 175 экз. 5) реэстръ
книгъ, присланныхъ изъ московской синодальной типографіи въ
1814 г., числомъ 120; 6) каталогъ книгъ изъ дух. академіи (1820 г.)
въ числѣ 713 экз. и 94 рукописей; 7) реэстръ книгъ, невозвра-
щенныхъ въ разное время учениками и неоказавшихся на лице
послѣ библіотекаря Гронскаго (1814 г.), 124 номера, съ означе-
ніемъ вмѣнъ невозвратившихъ. Но репорту Поліевктова и Ива-
новскаго, изъ которыхъ первый сдалъ библіотеку послѣднему въ
1827 году, въ каталогѣ значилось: книгъ и рукописей—латин-
скихъ 1231, россійскихъ 575, французскихъ 81, нѣмецкихъ 69,
языковъ малопозвѣстныхъ 36, географическихъ пособій 19; книгъ
не принадлежащихъ къ духовному просвѣщенію 237; учебныхъ
латинскихъ и греческихъ 519, россійскихъ 913, французскихъ 5;
но находились книги и не вписанныя въ каталогъ, всего было
свыше 3685 экземпляровъ. Въ 1829 г. библіотекарь Ивановскій
свѣрялъ каталоги и вноспіль въ общій каталогъ книги, раньше
почему либо незаписанныя. Но форма каталоговъ, предписанная
уставомъ (Отд. III, г.п. IV), какъ видно, не в соблюдалась.
Даже въ 1839 г. ревизоръ протоіерей Ивановъ обращалъ на это
вниманіе.

Что касается сохраненія книгъ, то на этотъ счетъ пред-
принимались и мѣстныя тѣ или другія мѣры и дѣлались неодно-
кратко разныя постановленія отъ высшаго начальства. Еще въ
1809 г. ректоръ Анатолій предложилъ и правленіе постановило
между прочимъ такое правило: «одна книга долѣе 4-хъ мѣсяцевъ
въ однихъ рукахъ оставаться не можетъ, не бывъ предъявлена

— 103 —

въ библіотекѣ. Правило это вошло и въ проектъ устава 1814 г. (§ 182). Въ 1821 г. предписано было строго наблюдать за собранностію книгъ, подъ ближайшею отвѣтственностью библіотекаря; тоже повторено въ 1827 году. Удостовѣреніе о цѣлости библіотеки семинарское правленіе должно было ежегодно въ августѣ представлять въ акад. правленіе, для сообщенія Комиссіи (предпис. отъ 7 мая 1827 г.). Относительно же ежегодной прозвеки книгъ правленіемъ по каталогамъ неоднократно были предписанія изъ академіи, напр. отъ 2 дек. 1830 г., 23 февр. 1831 г., 3 сент. 1832 г. и пр. Объ учебникахъ же еще въ 1825 г. (отъ 21 авг.) предписано: вмѣсто книжныхъ отчетовъ препровождать въ Комиссію чрезъ академію листы съ собственноручными росписками учениковъ, получившихъ книги.

Однакожъ, не смотря на всѣ предписанія, книги не рѣдко утрачивались. За таковыя предписывалось взыскивать съ виновныхъ деньги (предпис. отъ 25 авг. 1830 г.), но издавна утвердился обычай замѣнъ утраченныхъ книгъ вноseть другія. По этому поводу Комиссія д. уч. предоставила академіи разсматривать, могутъ ли книги, представляемыя вмѣсто утраченныхъ, замѣнять ихъ «по сравненію цѣнъ, безъ потери», за исключеніемъ, вирочемъ, драгоцѣнныхъ по важности и рѣдкости, объ утратѣ каковыхъ требовалось доносить Комиссіи (предпис. отъ 21 авг. 1829 г.). Проф. Турчаниновъ два раза въ 1835 г. представлялъ свои книги, замѣнъ утраченныхъ въ его библіотекарство (до 50 названій), такъ какъ, по сравненіи цѣнъ, представленныя въ первый разъ найдены недостаточными. За проф. К. Успенскимъ осталлись (1830 г.) невозвращенные книги, которые послѣ взыскивались и въ 1832 г. въ замѣнъ утраченныхъ приняты, по опредѣленію правленія, представленныя имъ его собственныя книги, каковыхъ сочиненій въ библіотекѣ не осталось, но частію сдѣланъ былъ вычетъ изъ его класснаго оклада. По смерти библіотекаря Массальскаго, на оставшееся его жалованье положено (1835 г.) купить сочиненія, утраченныя въ его библіотекарство изъ казенной библіотеки (24 названія). Такихъ книгъ куплено на 255 р. 10 к., потомъ еще на 60 руб. куплено книгъ вмѣсто атласа Сансона 1692 г., не оказавшагося въ продажѣ.

Всѣхъ книгъ фундаментальной семи. библіотеки, кроме учебниковъ, къ концу 30-хъ годовъ было 3750 номеровъ.

— 104 —

Экзамены.

Испытанія или экзамены производились обыкновенно два раза въ годъ: во второй половинѣ декабря (экзаменъ третей) и въ первой половинѣ юля (годовой). Измѣненіе сдѣлано было только въ 1831 г. по случаю холеры, когда ученики были отнужены съ половины юня до 22 сен. и экзамены произведеній—годовые въ октябрѣ, а третные въ февралѣ 1832 г. Один экзамены назывались частными или внутренними испытаніями, другіе—были нубличные, около 13—15 юля. Предъ началомъ экзаменовъ всѣ наставники представляли къ назначенному числу конспекты пройденнаго и списк учениковъ, съ отмѣтками объ ихъ способностяхъ, прилежаніи и успѣхахъ. Планъ или порядокъ экзаменовъ составлялся ректоромъ и опредѣлялся правленіемъ. Они происходили въ теченіе времени отъ трехъ дней (1825 г.)—до семи (1841 г.) въ два засѣданія: отъ 8 или 9 до 2 часовъ и послѣ обѣда, отъ 4-хъ до 6 или 8 ч. вечера. Экзаменъ по главнымъ предметамъ продолжался три часа, по второстененнемъ 1¹¹/₂ и 2 часа, а по языкамъ 1 часть (1813 г.). О характерѣ экзаменовъ еще въ 1810 г. было постановленіе сем. правленія: «назаражать испытанію произведенному въ академіи, гдѣ обращаемо было вниманіе на успѣхи учащихся, а не на церемонію. Для того двѣ рѣчи оставить, заготовлять программы». Во время экзамена въ одномъ отдѣленіи, ученики другихъ отдѣленій большею частію заняты были писаніемъ сочиненій—русскаго и латинскаго, или стиховъ (въ писш. отд.), а также рѣшеніемъ вопросовъ на бумагѣ, данныхъ экзаменаторами (1819 г.) Чтеніе экзаменническихъ сочиненій обыкновенно назначалось разнымъ профессорамъ, по опредѣленію сем. правленія. Но по распорядку экзаменовъ 1819 г. (ректора Поликарпа), «всѣ профессоры участвуютъ въ разсмотрѣніи ученческихъ сочиненій, которые всегда должны быть оканчиваемы въ присутствіи испытателей». На частномъ экзаменѣ присутствовали члены правленія и профессора. По плану экзаменовъ 1818 г. «на экзаменѣ присутствуютъ всѣ профессоры и даютъ вопросы послѣ преподавателя предмета, а по окончаніи экзамена высказываютъ свое мнѣніе объ успѣхахъ каждогоъ ученика». По предписанію Коммиссіи дух. уч., «испытаніе слѣдуетъ производить въ присутствіи учителей особенно тѣхъ классовъ, въ какіе переходятъ ученики». (1828 г.) Иногда же бывали на частныхъ экзаменахъ и лица, принадлежашія къ высшему начальству. Напр. въ 1812 г.

— 105 —

митр. Амвросій былъ на третномъ экзаменѣ, въ 1813 г. ректоръ
академіи Филаретъ. Онъ же былъ и на частныхъ годовыхъ экза-
менахъ въ 1814 г. Въ 1826 г. на декабрскомъ экзаменѣ былъ
Никаноръ, епископъ Ревельскій и т. д. (спрашивали большею
частію всѣхъ учениковъ — но главнымъ предметамъ: богословію,
философіи, словесности. По другимъ предметамъ и языкамъ не
всѣхъ спрашивали; напр. въ 1825 г. даже на ревизорскомъ
экзаменѣ, по гражд. исторіи были спрошены только первые и
послѣдніе ученники; по языкамъ также спрашивали не всѣхъ.
О способѣ производства экзаменовъ по языкамъ ревизоръ Фила-
ретъ. Дроздовъ писалъ въ 1817 г. «по каждому классу языковъ
вопросы начинались изъ грамматики и начначе изъ синтаксиса,
продолжались изъ переводовъ съ отечественнаго языка на ино-
странный и обратно». Инода экзаменъ не ограничивали опредѣ-
леннымъ срокомъ. Напр. по плану ректора Антонія (1827 г.),
во время ревизіи Иннокентія Борисова, значилось: «испытаніе
полагается начать съ 4-го іюля и продолжать дотолѣ, доколѣ
успѣхи каждогоъ ученика по своимъ предметамъ будутъ узнаны».
Эдѣсь же находимъ предписаніе и о способѣ испытанія: «уче-
ники высін. отд. по Богословію и Церковной ист. будутъ испы-
туемы по жребію или по вілѣтамъ, по прочимъ же учебнымъ
предметамъ ученики всѣхъ отдѣленій — чрезъ вопросы своихъ
наставниковъ». Отмѣтки качества устныхъ отвѣтовъ нолагается
«дѣлать цифрами, приспособительно къ раздѣленію на разряды».
Обыкновенно же отмѣтки успѣховъ, какъ въ частныхъ спискахъ
профессорскихъ, такъ и въ общей табели, дѣлались словами:
отлично хорошо, весьма ревностно, похвально, хорошо, поря-
дочно, не худо, мало, почти ничего, слабо, недостаточно и т. и.
Нисьменныя упражненія отмѣчались цифрами съ дробями — отъ
1 (лучшій баллъ) до 3 и 4, рѣдко 5.

На публичныя испытанія приглашалось обыкновенно много
разныхъ почетныхъ лицъ. Въ 1827 г. на публичномъ экзаменѣ
(14-го и 15-го іюля) въ первый день присутствовали: Серафимъ,
митрополитъ Новгородскій и Спб.; Филаретъ, митроп. Московскій;
Филаретъ архиеп. Рязанскій; Григорій, епископъ Калужскій; Ии-
каноръ, епископъ Ревельскій; Макарій, митрополитъ греческій и
другіе члены Св. Синода, Комиссія дух. уч. и конференціи
дух. академіи, а также и прочіе посѣтители дух. и свѣтскаго
званія. Въ 1830 г. на публичномъ экзаменѣ былъ оберъ-прокур-
оръ князь Мецерскій. Въ 1833 г. былъ оберъ-прокуроръ Не-
чаевъ.

— 206 —

Но къ 1826 г. въ недонмкѣ по семинаріи палек. невскому училіщу всего было 25,220 р. Частію деньги эти истребованы чрезъ консисторію, а нѣкоторую часть этой суммы правленіе рѣшило простить задолжавшимъ до 19-го ноября 1825 г., на основаніи манифеста; но дѣло впослѣдствіи опять возбудилось, такъ какъ митрополитъ не утвердилъ представленія о подведеніи подъ манифестъ. Въ 1827 г. семинарскимъ правленіемъ изданы особыя положенія о содержаніи въ училищахъ и семинаріи своекоштныхъ учениковъ. Въ положеніяхъ сказано, что сумма за содержаніе, своекоштныхъ должна быть взятаема «по истинной оцѣнкѣ всѣхъ предметовъ, основанной на опѣтѣ и мѣстныхъ обстоятельствахъ п на точномъ узнаніи состоянія родителей, потому въ назначеніи таковыхъ суммъ могутъ быть п степени». Съ дѣтей про-тоіереевъ, священниковъ и свѣтскихъ положена полная сумма 10 руб. въ мѣсяцѣ, съ діаконскихъ ³/₄, а причетническихъ ¹/₂ этой суммы. Впрочемъ при этомъ положено все-таки сообразоваться съ состояніемъ родителей и количествомъ дѣтей у нихъ. За ва-каціонное время вычета не положено, взносы же дозволены по третямъ. Въ случаѣ неаккуратности ихъ, постановлено дѣлать сношенія съ консисторіей, п. ли духовными правленіями касательно родителей, дѣтей же лишать стола и квартиры и не выдавать имъ увольнительныхъ видовъ до уплаты долга. Не получающимъ ка-зеннаго стола дозволено держать свой въ казенномъ зданіи, если позволяетъ помѣщеніе, или вѣр его. Пользующіеся только помѣ-щеніемъ и отопленіемъ платятъ, смотря по обстоятельствамъ, отъ 10 до 12 р. въ годъ; за пользованіе книгами назначалась особая плата, сообразно съ стоимостію книгъ.

Между тѣмъ къ марту 1827 г. невнесенныхъ денегъ за 1826-й годъ въ семинаріи, вмѣстѣ съ александроневскимъ училіщемъ, снова накопилось 4166 р. 80 к. *) По этому поводу воз-никло цѣлое дѣло. На представленіп семинарскаго правленія ми-трополиту Серафиму объ этихъ недонмкахъ, онъ написалъ: «какъ резолюціею нашею, послѣдовавшею 1826 г., генв. 18-го, на просьбу

*) Нужно замѣтить, что нѣкоторые изъ инспекторовъ, собирая съ учениковъ деньги за содержаніе, невсегда аккуратно вносили ихъ въ правленіе и иногда высылали ихъ послѣ своего выхода (напр. Феофанъ, Поликарпъ, Савва). Въ виду этого, въ выпискъ изъ журнала Комм. дух. уч. отъ 30 мая и 3 окт. 1831 г. между прочимъ значилось, «что деньги, собираемыя съ своекоштныхъ учениковъ должны быть, согласно узаконеніямъ, вносимы въ приходную книгу не по мѣрѣ полученія ихъ». Дѣло виѣш. ак. прав. 1832 1 № 18.

— 207 —

псключеннаго п.ъ философіі ученика Андрея Абрютина предпин-
сано между прочимъ сем. правленію, чтобы впредь ученики за
содержаніе свое вносили деньги напередъ за полнода или по
третямъ: то семинарское правленіе имѣть немедленно предста-
вить намъ объясненіе, почему онъ вопреки сей резолюціи нашей
не токмо не взыскивало за содержаніе въ семинаріи учениковъ
денегъ напередъ, но даже никакого распоряженія къ исполненію
оныя не сдѣлало.» Оказалось, что прошеніе Абрютина *) съ выше-
означенной резолюціей митъ. Серафима не было докладываемо
правленію. Потребовано объясненіе. Ректоръ Антоній только
въ мартѣ 1826 г. вступилъ въ должность. Инспекторъ Савва за-
явилъ, что онъ объ этомъ прошеніи ничего не зналъ, но съ своей
стороны принималъ разныя мѣры, чтобы взносы за своекоштныхъ
были аккуратны. Секретарь К. Успенскій указывалъ на то, что
это было раньше его вступленія въ должность, справиться же,
при производствѣ двѣла о недонкахъ въ мартѣ 1826 г. — онъ
«забилъ», въ чемъ «просилъ прощенія» со стороны правленія,
на основаніи манифеста 22 авг. 1826 г. Письмоводитель Ироді-
онъ Скроботовъ сослался на письмоводителя Вас. Перова, полу-
чившаго означенное прошеніе, замѣтивъ при томъ, что «къ части
письмоводителя не относится — докладывать бумаги». Вас. Перовъ
также слагалъ съ себя отвѣтственность. Третій же письмоводитель
Ольгинскій заявилъ, что бумаги совѣтъ не видалъ. Правленіе
представило митрополиту обширное объясненіе, стараясь оправ-
дать себя, вмѣстѣ съ проэктомъ строгихъ мѣръ взысканія недо-
имокъ (лишеніе стола, увольненіе изъ общежитія, сношеніе
съ консисторіей и проч.); секретаря же подводило подъ Высочайшій
манифестъ, хотя полагало сдѣлать ему строгое внушеніе, со взя-
тіемъ подписки въ исправности, также какъ и письмоводите-
лямъ. Митрополитъ въ длинной резолюціи, утвердивъ постанов-
леніе правленія, сдѣлалъ ему «стройайшее замѣчаніе», за не-
своевременность взысканія съ учениковъ денегъ, отчего накопи-
лось свыше 25 тыс., угрожая взысканіемъ недопомочной суммы
съ правленія, если она не будетъ внесена учениками. Дѣло тя-
нулось около года, нѣкоторыя недопомки были внесены, а вновь
поступившій инспекторъ Владиміръ долженъ былъ взыскивать
остальныя. Впрочемъ въ сентябрѣ 1828 г. съ инспектора сло-

*) Онъ просилъ о сложеніи съ него долга 203 р. по крайней бѣдности,
на основаніи всемилостивѣйшаго манифеста отъ 1 янв. 1826 г.

— 208 —

жена обязанность собирать деньги съ своекоштныхъ и поручена
эконому, въ силу § 190 Проэкта устава *).

Послѣ того взысканіе долговъ продолжали дѣлать разными способами. Съ А. Шишова, уѣхавшаго въ Испанскую миссію, чрезъ Иностранную Коллегію взыскано 390 р. 63 к. въ теченіи 1827—8 годовъ. Въ 1830 году, на основаніи вышеприведенныхъ резолюцій митрополита и подобной 1829 г., нѣкоторые неисправные во взносахъ ученики были лишены стола и жительства въ семинаріи. За тѣмъ постановлено не выдавать должникамъ одежды; а вмѣсто нея выдавать по полугодно деньги, для внесенія ихъ въ уплату долга.

Въ концѣ 1832 г., по запискѣ инсп. Антонія, такъ какъ день-
ги опять собиралъ инспекторъ,— должниковъ было 28 человѣкъ
(на сумму 2338 р.), изъ нихъ нѣкоторые должны были по 200 руб.
Въ томъ же году ученикъ инсп. отд. Мих. Ярославскій прину-
жденъ былъ выйти изъ семинаріи за неплатежъ долга 160 руб.
и по невозможности содержаться на свой счетъ поступилъ
въ псаломщики церкви Гатчинскаго дворца, но въ слѣдующемъ
году снова принятъ, по прошенію, въ семинарію, по уплатѣ
прежняго долга, и помѣщенъ, по вниманію къ обѣдности, на полу-
казенное содержаніе. Ради обѣдности, вообще, иногда вмѣсто
100 руб. брали 75, или внесеніе долга разсрочивали, требуя
при этомъ иногда вѣрнаго поручительства; даже, по крайней
обѣдности, совсемъ прощали долги. Но въ мартѣ 1833 года пра-
вленіе снова вынуждено было постановить: «не дозволять ни од-
ному изъ своекоштныхъ учениковъ пользоваться казенною пищей
и квартирою безъ предварительнаго внесенія за то платы» и вновь
составило относительно этого подробныя правила. Сумма за со-
держаніе назначена отъ 100 руб. (съ дѣтей священниковъ и
петербургскихъ дьяконовъ) и 75 р. (съ дѣтей сельскихъ дьяконовъ
и причетническихъ), до 50 р. При этомъ дозволялось подавать
прошенія о пониженіи суммы взноса, по вниманію къ тѣмъ или
другимъ измѣнившимся обстоятельствамъ. Принято во вниманіе
и количество семейства, опредѣлены сроки взносовъ и постанов-
лено—каждое полугодіе вновь подавать прошеніе о дозволеніи
поступить въ общежитіе, съ приложеніемъ квитанцій отъ ин-
спектора о внесеніи денегъ за содержаніе: инспектору порученъ

*) По правиламъ же, изданнымъ сем. правленіемъ въ 1826 г., эта обя-
занность утверждена за инспекторомъ и только въ случаѣ его отлучки, или
болѣзни, сборную сумму могъ принимать экономъ.

— 209 —

былъ сборъ денегъ, какъ лицу болѣе вліятельному, эконому же предписано не допускать иского въ общежитіе безъ резолюцій правленія, но съ конца 1837 г. и обязанность сбора денегъ за содержаніе снова возложена на эконома. Съ цѣлію побуждать къ болѣе справному внесенію денегъ въ срокъ, употреблялись и нѣкоторыя моральные мѣры, напр. воспитанники отличные по поведенію, но не заплатившіе въ срокъ за свое содержаніе, не записывались въ число отличившихся въ книгѣ по поведенію. Если ученикъ по болѣзни проживалъ въ домѣ родителей, то деньгъ, внесенные за него, дозволялось возвращать по разсчету за время его болѣзни. По этому пункту въ 1834 г. сдѣлано, впрочемъ, нѣкоторое ограниченіе, согласно мнѣнію инспектора Антонія, именно, означенные вычеты допускались въ томъ слушаѣ, если ученикъ проболѣетъ не менѣе мѣсяца и представить законное свидѣтельство о болѣзни. Такая скидка напр. въ 1841 г. сдѣлана была нѣсколькимъ воспитанникамъ, жившимъ по болѣзни дома. Но въ 1837 г. отцу ученика, исключеннаго за самовольныя отлучки, выдали сумму, изъ внесенныхъ имъ денегъ, за все время отлучекъ. Указанныя постановленія 1833 г. объявлены чрезъ консисторію по епархіи. Взысканія съ отцевъ производились также чрезъ консисторію и благочинныхъ. Чрезъ подлежащія мѣста и вѣдомства старались взыскивать и старые долги, съ 1829 г. Такъ, съ Якимовича, вышедшаго въ медицинскую академію въ 1832 г., вытребовали долгъ чрезъ конференцію медиц. академіи. На основаніи тѣхъ же постановленій, четверо изъ свое- коштныхъ воспитанниковъ высланы были изъ семинарскаго зда- нія п, не пмѣя средствъ къ жизни должны были отправиться къ ро- дителямъ за деньгами. Два брата Ш. сыновья одного сельскаго священника задолжали 566 р. 68 к. и одинъ изъ нихъ, при окон- чаніи курса въ 1837 г., не получилъ аттестата, пока не далъ правленію письменнаго обязательства заплатить, въ теченіе 5 лѣтъ, причитающіеся съ него 283 р. 34 к. Оставленный въ томъ же классѣ и уволенный съ казеннаго С—овъ, по бѣдности подалъ прошеніе объ увольненіи изъ семинаріи и уволенъ, такъ какъ принятіе его на казенное «должно быть сопряжено съ лише- ніемъ онаго кого либо достойнѣйшаго его» (сент. 1840 г.). Ученикъ же петропавловскаго училища М. Успенскій, назна- ченный къ переводу въ семинарію (1841 г.), изъ казанскихъ пѣвчихъ, долженъ былъ просить объ оставленіи его въ томъ же классѣ училища, по невозможности содержаться въ семинаріи, и оставленъ.

14

— 210 —

Между тѣмъ значительная сумма недоимокъ за прежнее время не оставлена была безъ вниманія и со стороны высшаго начальства. Въ сентябрѣ 1837 года, по предписанію Комиссіі д. уч., учрежденъ при консисторіи особый «Временный комитетъ», съ цѣлію поспѣшнѣйшаго сѣора съ бывшихъ учениковъ семинаріи и училѣщѣ недоимочныхъ денегъ за содержаніе, которая по 1826 годъ составляли 25,222 р. 39 коп. Членами этого комитета назначены: ректоръ семинаріи архим. Макарій, Большенţiенскій протоиерей Матей Смирновъ, священники — Ксенофонѣ Делекторскій и Өедоръ Сидонскій. Комитетъ долженъ былъ сообразить, съ кого могутъ быть взысканы деньги и кого можно освободить отъ уплаты долга, и дать свое заключеніе, но самъ не долженъ былъ приступать къ взысканію недоимокъ, въ силу особаго предписанія 1838 г. Комитетъ входилъ въ переписку съ отцами разныхъ бывшихъ воспитанниковъ семинаріи, или съ самими ими, провѣрялъ тѣ или другія показанія ихъ, на основаніи справокъ и свѣдѣній, вытребованныхъ изъ семинарскаго правленія, а для это присылалъ въ правленіе списки бывшихъ учениковъ, относительно которыхъ нужны были справки: о времени поступленія и пребыванія ихъ въ семинаріи или училищѣ, о количествѣ ихъ долга и пр. Первоначально комитетъ представилъ въ консисторію мнѣніе о взысканіи недоимокъ съ 32 бывшихъ учениковъ и о прекращеніи взысканій съ 70, о чемъ и доложено св. Синоду въ 1840 г., при репортѣ митрополита Серафима. Затѣмъ еще изъ 75 должниковъ съ 10 положено сдѣлать взысканія, а 65 освободить, о чемъ снова сдѣлано представленіе св. Синоду, при репортѣ митрополита. Благочинные, духовныя правленія и консисторія взыскивали съ разныхъ лицъ, изъ которыхъ одинъ какъ бывшіе воспитанники, сами за себя должны были уплачивать деньги, другія за своихъ сыновей; съ нѣкоторыхъ же брали обязательства о внесеніи къ извѣстному сроку недопмочной суммы. Взысканныя деньги высылались въ семинарское правленіе: всего съ конца 1837 года по 1840-й выслано было до 1545 руб. (отъ 10 руб. до 133 р. съ лица). Но вслѣдствіе нѣкоторыхъ недоразумѣній и жалобъ, по опредѣленію св. Синода въ 1841 году, предписано было пріостановиться въ приведеніи къ исполненію заключеній комитета. Въ июль 1841 года ректоръ Аванасій доносилъ семинарскому правленію, что комитетъ, учрежденный при спб. дух. консисторіи по дѣлу о недоимкахъ съ своекоштныхъ учениковъ семинаріи и ал.-невскихъ училищѣ по 1826-й годъ, ококчитъ сроп дѣйствія въ декабрѣ 1839 года.

— 211 —

Не смотря, однакожъ, на всѣ вышеозначенныя мѣропріятія,
надлежащей аккуратности во внесеніи платы за содержаніе не
было. Такъ, по донесенію эконома Петрова, учениковъ не допла-
тившихъ за свое содержаніе, въ первой половинѣ 1841 года,
было 15 человѣкъ, на сумму 151 руб. 30 коп.

Кромѣ указанныхъ источниковъ для содержанія воспитан-
никовъ были еще стороннія средства, назначавшіяся преиму-
щественно въ пользу недостаточныхъ учениковъ и утвержден-
ныя особымъ «проэктомъ положенія Коммиссіи дух. уч. объ уче-
никахъ, къ содержанію себя способа неимѣющихъ».

1) Еще въ прошломъ столѣтіи вошло въ обыкновеніе за-
числять мѣста за недостаточными духовными воспитанниками—
священническія, дьяконскія и особенно причетническія. Обыкно-
веніе это, подтвержденное особымъ указомъ св. Синода (отъ 16 апр.
1784 г.), продолжало существовать и по введеніи реформы 1808
года. Церковныя службы въ такихъ приходахъ отправлялись пре-
старѣлыми и заштатными священноцерковнослужителями, а иногда,
въ вакаціональное время, и самими учениками, за которыми за-
числялись мѣста (причетническія). При зачисленіи мѣстъ, по про-
шенію воспитанниковъ, консисторія сносилась съ семинарскимъ
правленіемъ о томъ, достоинъ ли такой-то зачисленія и потомъ
увѣдомляла семинарію, въ случаѣ состоявшагося зачисленія.
Напр. въ іюнѣ 1809 г. было сообщеніе изъ консисторіи, «для
объявленія ученику поэзіи Ив. Рождественскому, что новолад.
уѣзда въ Рождественскомъ сясскомъ погостѣ предоставлено за
нимъ праздное діаконское мѣсто», также «за ученикомъ поэзіи
Гр. Окуловымъ предоставлено мѣсто въ Сердобольскомъ уѣздѣ».
Чрезъ консисторію высылались такимъ ученикамъ и деньги,
которыя они вносили за свое содержаніе. При этомъ семик. пра-
вленіе иногда дѣлало чрезъ консисторію понужденія причтамъ
о болѣе аккуратной высылкѣ доходовъ ученикамъ отъ предостав-
ленныхъ за ними мѣстъ. Число воспитанниковъ содержащихся
въ семинаріи на такихъ доходахъ было въ разные годы различно,
но вообще незначительно.

2) На основаніи Высочайше утвержденнаго 18 марта 1810 г.
доклада Коммиссіи д. уч., изъ консисторіи ежегодно высылались
на содержаніе учениковъ суммы, собираемыя отъ продажи вѣн-
чиковъ, возлагаемыхъ на усопшихъ и плстовъ разрѣшительной
молитвы. Количество этой, такъ называемой, бурсачной суммы
было различно въ разные годы и, въ случаѣ ея уменьшенія,
семии, правленіе обращало иногда на это вниманіе консисторіи.

*

— 212 —

Такъ въ 1814—16 гг. вѣнчиковой суммы высылалось до 3 тыс. р. въ годъ, а въ 1817 г. поступило только 1817 руб. 80 к. На вопросъ правленія о причинѣ уменьшенія вѣнчиковой суммы, консисторія отозвалась невѣдѣніемъ, но указала на то, что вѣнчики и листы разрѣшительный молитвы, неизвѣстно гдѣ печатанные, продают гробовщики, а священники не обращаютъ на это должнаго вниманія. Семинарское правленіе представило о томъ митрополиту. Впослѣдствіи видимъ увеличеніе означенной суммы: во второй половинѣ 1826 г. ея получено 3132 р. 96 к., въ 1830 г. выслано 3557 р. 90 к., въ 1831 г. (холера) 6054 р. 20 к. Въ 1833 г. снова обращено вниманіе на уменьшеніе вѣнчиковой суммы, такъ какъ ея было уже менѣе 4 тыс., и поставленъ вопросъ консисторіи о способахъ къ ея увеличенію.

3) До 1821 г. отъ. разныхъ монастырей въ епархіи дѣлались ежегодные взносы, или пособія на содержаніе бѣдныхъ учениковъ отъ 50 р. до 100 и выше, именно отъ Сергиевой пустыни (до 300 руб.), Введенскаго Островскаго (до 200 р.), Зеленецкаго Троицкаго, въ новоладожскомъ уѣздѣ, Валаамскаго Спасопреобразенскаго, Череменецкаго Богословскаго (50 р.), Александроневскаго (1000 р.), но съ 1814 г. послѣдній освобожденъ отъ взноса этихъ денегъ, такъ какъ онъ выдавалъ на содержаніе учившихся въ семинаріи и ал. невскомъ училищѣ пѣвчихъ митрополичьяго хора до 2000 руб. и болѣе, напр. въ 1820 г. 2608 руб. Временно, на извѣстный годъ, и другие монастыри, вслѣдствіе заявленія о за труднительности взноса положенной суммы, освобождались отъ него, напр. Введенскій въ 1814 г., Череменецкій въ 1818 г., Сергиева пустынь въ 1819 г. Но въ 1821 г. этотъ источникъ доходовъ семин. экономіи совсемъ пресѣкся, да и вообще онъ былъ незначителенъ: отъ 750 р. (1815 г.) и ниже даже до 100 р. (1820 г.) въ годъ. Всѣхъ же доходовъ изъ означенныхъ трехъ источниковъ за десятилетіе съ 1814 по 1824-й годъ было 36,822 р. 76 к., въ томъ числѣ: бурсачной суммы изъ консисторіи поступило 34,272 руб. 76 к., отъ утвержденныхъ за учениками мѣстъ и отъ монастырей (за 6 лѣтъ)—2.550 руб.

4) На основаніи указа св. Синода отъ 25 августа 1824 г. изъ Александроневской лавры ежегодно высылалась сумма, остающаяся отъ неполнаго комплекта соборныхъ іеромонаховъ, такой суммы напр. за 1824 г. прислано 560 р., за 1828 г. 744 р. 61 коп., за 1833 г. 768 р. 88 к., за 1835 г.—563 р. 75 к. и т. д.

5) Были и пожертвованія на бѣдныхъ учениковъ отъ разныхъ лицъ — единовременныя, или внесенныя въ банкъ на обра-

— 213 —

щеніе процентами. Митрополитъ Михайлъ въ 1820 г. внесъ въ сохранную казну Опекунскаго совѣта 3000 руб. на вѣчное обращеніе, чтобы на проценты съ нихъ содержать одного изъ бѣдныхъ семинаристовъ, который долженъ прозываться Михайловымъ. На эту стинендію въ первый разъ былъ принять воспитанникъ Андрей Аліеновъ, поступившій потомъ въ 1823 г. въ спб. духовную академію, впослѣдствіи профессоръ с. петербургской семинаріи. Потомъ на этой стинендіі состояли: Гавр. Гсоргіевскій, Ив. Шабровъ, Еф. Флоринскій (въ янв. 1832 г.).—Въ 20-хъ же годахъ отъ протодіакона Заводскаго завѣщанъ капиталъ въ 3200 р. Еще ранѣе (1811 г.) поступило пожертвованіе отъ священника Мизеровскаго. Въ 1818 г. московскаго Новоспасскаго монастыря казначей, іеромонахъ Пансиі пожертвовалъ на бѣдныхъ учениковъ семинаріи 1000 руб., полученные имъ въ награду за труды по строительному комитету, учрежденному для построенія дома спб. дух. академіи. На проценты съ этой суммы положено, въ силу резолюціи викарія, ректора академіи, епископа ревельскаго Филарета: «покупать назначительныя книги для раздачи отличнѣйшимъ изъ бѣдныхъ учениковъ при открытыхъ испытаніяхъ, что было бы по особіемъ и поощреніемъ». Впослѣдствіи (1837 г.), по предложенію ини. Антонія, изъ этой суммы покупались на-градными книги для старшихъ, отличающихся исправностью по своимъ обязанностямъ.—Въ 1833 г. купеческая жена Харавина, по внушенію своего духовника, пожертвовала въ пользу бѣдныхъ дух. воспитанниковъ 50 пуд. воску, на сумму 1650 руб.—Въ 1837 г. антекарь Гросманъ пожертвовалъ на содержаніе бѣдныхъ воспитанниковъ 273 р. 75 к. Въ 1840 г. митр. Серафимъ внесъ въ сохранную казну для обращенія на вѣчное время изъ процентовъ 2142 р. 85 к. сер. въ пользу бѣдныхъ учениковъ семинаріи. Число учениковъ, состоявшихъ на стороннихъ пособіяхъ, опредѣлается слѣдующими цифрами: 1823 г.—1, 1827 г. 9, 1833 г.—6, 1839 г.—8.

Нѣкоторые изъ воспитанниковъ по своему особенному пелю-
женію пользовались и особыми суммами на содержаніе. На содер-
жаніе окончившихъ курсъ и, за неподученіемъ мѣста, жившихъ
въ семинаріи первоначально академія высылала потребную сумму,
напр. въ 1812 г. (на 19 человѣкъ окончившихъ курсъ и жившихъ
въ семинаріи) выслала 2000 р. и потомъ еще 698 р. Въ пред-
писаніи акад. иравленія отъ 31 дек. 1811 г. и Коммиссіи дух.
учил. 1813 г. между прочимъ сказано: «сумма на содержаніе
(окончившихъ курсъ) потребная имѣть быть употреблена изъ

— 214 —

суммы отъ неполнаго комплекта академическихъ студентовъ остающейся». При этомъ семинар. правление обязывалось «учинить примѣрное назначение денегъ, нужныхъ для содержания окончившихъ курсъ и представить акад. правленію». На 1814 г. представлено о высылкѣ суммы на содержание 31 окончавшихъ курсъ, въ количествѣ 6437 р. 15 к. Но академ. правленіе предписало: платья вновь не шить имъ, по выходѣ же изъ семинаріи его отбирать. Въ 1820 г. предписано: на содержание окончившихъ курсъ занимствовать уже изъ остаточныхъ суммъ по семинаріи и училщамъ, при собственной ихъ одежѣ, и далѣе 2-хъ лѣтъ не держать ихъ въ семинаріи. Въ «Положеніи же о способахъ къ улучшенію состоянія духовенства, вслѣдствіе извѣстнаго указа отъ 6 дек. 1829 г. сказано (§ 5), что бѣднѣйшіе изъ окончившихъ курсъ, но не поступившіе на мѣста, занимаясь повтореніемъ «богословскаго ученія, при семинаріи, пользуются и содержаніемъ отъ семинаріи.— На содержаніе воспитанниковъ армейскаго вѣдомства получалась извѣстная сумма отъ Оберъ-священника арміи и флотовъ, которая напр. въ 1839 г. равнялась 160 руб. на каждого воспитанника. Вообще же армейскій каппталъ на воспитанниковъ, по «Положеніямъ объ армейской семинаріи» 1818 г. (см. ниже въ г. Воспитанники), равнялся 1900 руб. на 170 армейскихъ воспитанниковъ всѣхъ епархій, слѣдовательно круглымъ числомъ около 112 р. на каждого воспитанника, но въ нетербургской семинаріи сумма отпускавшаяся на каждаго была нѣсколько выше. Оберъ-священникъ обыкновенно дѣлалъ отношеніе о принятіи тѣхъ или другихъ учениковъ, сыновей полковыхъ священно-и-церковнослужителей, «на казенное содержаніе отъ армейской семинаріи». Таковыхъ напр. въ 1823 г. было 2, въ 1827 г.—8, въ 1839 г.—18 и т. д.—Были и такие воспитанники, напр. изъ крещенныхъ евреевъ, на содержаніе которыхъ высылались деньги или пособія изъ попечительнаго комитета Императорскаго Человѣколюбиваго общества (въ 1820-хъ годахъ), хотя оно иногда и отказывало въ своемъ вспоможеніи.—Иные же изъ духовныхъ воспитанниковъ состояли на содержаніи попечительства о призрѣніи бѣдныхъ духовнаго званія.

## Помѣщеніе.

Петербургская семинарія, въ разматриваемый периодъ, какъ уже упоминалось вмѣше, помѣщалась въ зданіяхъ Александро-невской лавры, вмѣстѣ съ Александро-невскимъ духовнымъ учим-

— 215 —

лищемъ и до 1819 года вмѣстѣ съ духовной академіей. Семина-
рія занимала собственно такъ называемый Θедоровскій корпусъ,
находящійся между соборомъ и двухъ -этажной церковью, на
южной сторонѣ лавры *). Въ этомъ же корпусѣ помѣщалось сна-
чала и училище, а также академическое правленіе и квартиры
академическихъ наставниковъ. Собственно академія занимала зда-
ніе между Θедоровскою церковью и угловою юго-западною баш-
нею, въ которой помѣщалась академическая библіотека. Зданіе
это, съ небольшею башнею посрединѣ, принадлежитъ въ настоя-
щее время александро-невскому дух. училищу и занято кварти-
рами смотрителя, его помощника и друг.

Въ 1812 г. на ремонтъ семин. зданія издержано 5.929 р.
75 к. Затѣмъ въ 1815 г. по случаю раздѣленія семинаріи на
3 отдѣленія, правленіе представляло объ увеличеніи помѣщенія.
Между прочимъ баня передѣлана въ жилыя комнаты. На пере-
дѣлки отпущено изъ Комм. д. уч. 3.708 р. 95 к.

Когда, въ октябрѣ 1819 года, духовная академія выселилась изъ лавры въ новый домъ, то семинаріи разрѣшено было занять и бывшее академическое помѣщеніе, съ уступкою части его для митрополичьихъ пѣвчихъ. Въ 1822 году возникло дѣло о перемѣщеніи изъ нижняго Θедоровскаго корпуса малолѣтнихъ пѣвчихъ въ комнаты семинаріи, чтобы присмотръ за нимъ былъ болѣе строгій, такъ какъ лавра сама не можетъ имѣть этого присмотра; при этомъ семинарія выхлопотала, чтобы бывшее помѣщеніе пѣвчихъ осталось за нею. Починять его лавра отказалась, «по разстроенному состоянію лаврскихъ суммъ», какъ заявилъ митрополитъ Серафимъ ректору семинаріи Поликарну. Поэтому семинарія должна была обратиться за пособіемъ къ Коммиссіи дух. училищѣ. Въ началѣ 1829 года нять учителей александро-невскаго училища выселены съ казенныхъ квартиръ въ зданіяхъ, занимаемыхъ семинаріей и училищемъ, съ выдачею имъ по 200 р. на наемъ квартиръ, чтобы очистить болѣе помѣщенія для воспитанниковъ, такъ какъ отъ увеличенія ихъ стало тѣсно и душно. Съ этой же цѣлію въ 1829 г. и зiminій залѣ передѣланъ въ жилыя комнаты (за 8.425 р. 48 коп.).

Все помѣщеніе семинаріи съ училищемъ по описи 1826 г.
состояло изъ слѣдующихъ частей: 1) лѣтній залѣ о 8 окнахъ,

*) церковь носить названіе Θедоровской по имени св. благовѣрнаго князя Θеодора Ярославовича (брата св. Александра Невскаго), которому посвященъ престолъ въ верхнемъ этажѣ храма. Пск. росс. ієрӑрхіи, ч. 2. 219.

— 216 —

со стѣнами отдѣланными подъ мраморъ, гдѣ совершалось по
праздникамъ утреннес или всенощное богослуженіе *). 2) Зим-
ній залъ, (въ 1829 г. передъланный въ жилыя комнаты, съ доз-
вовленія Комиссіи дух. уч.) 3) Столовая. 4) Кухня. 5) Хлѣбная.
6) Библіотека, въ башинъ на юго-западной сторонѣ лавры, (гдѣ
въ настоящее время помѣщается лаврская ополютека). 7) Квар-
тира ректора изъ 5 комнатъ. 8) Квартира инспектора изъ 4 ком-
натъ. 9) Правленіе. 10) Больница изъ 4 комнатъ. 11) Богослов-
скій классъ о·5 окнахъ. 12) Философскій классъ о 7 окнахъ.
13) Два класса словесности, одинъ о 2-хъ, а другой о 4-хъ окнахъ.
14) Классъ уѣздный высшій о 5 окнахъ. 15) Нисшій—5 оконъ.
16) Приходскій въ 3 окна. 17) Жилыя комнаты для учениковъ
семинаріи и училища, вмѣстѣ съ помѣщеніемъ для пѣвчихъ,
числомъ 53; собственно комнатъ для учениковъ семинаріи — 31:
всѣ онѣ обозначались №№ и въ каждомъ номерѣ было отъ одной
до трехъ комнатъ. 18) Кухня учителей. 19) Бывшее правленіе.
20) Двѣ комнаты для служителей. 21) Сторожка. 22) Кладовая.
23) Конюшня. 24) Сарай. 25) Баня.

Для отопленія помѣщенія заготовлялась «годовая порція дровъ», въ количествѣ 500 саж. (1827 г.), а съ 30-хъ годовъ до 600 и 650 саж. Въ 1837 г. сложены двѣ новыя печи, по ново-изобрѣтенному способу Шамаева,—въ залѣ за 250 р. и въ рето-рическомъ классѣ за 125 р. Относительно топки печей въ семинарскихъ зданіяхъ, въ янв. 1830 г. дано предписаніе отъ академ. правленія, чтобы въ послѣобшенное время зданія не были отопляемы.

Вдоль набережной Невы, семинаріи принадлежалъ огородъ,
который вскапывался обыкновенно по контракту. Такъ въ 1817 г.
за обработку семин. огорода, съ съменами, уплачено 225 руб.

Въ началѣ 1827 года возникъ вопросъ о новомъ помѣще-
ніи семинаріи и расширеніи ея. Семинарское правленіе дѣлало
представленіе митрополиту Серафиму о томъ, что существую-
щее помѣщеніе семинаріи, вмѣстѣ съ училищемъ, въ комнатахъ
Ал.-Невской лавры и во флигеляхъ за лаврой, — неудобно. Отъ
тѣсноты не можетъ быть надлежащей опрятности и удобствъ
для экономіи, а отъ расположенія помѣщеній не можетъ быть

*) Богослуженіе это совершалъ иногда лаврскій іеромонахъ, особенно
въ дни говѣнія воспитанниковъ. Такъ въ 1831 г. за исправленіе службы п
исповѣдь учениковъ на первой и страстной седмицѣ іеромонаху Єеодору за-
плачено 75 руб.

— 217 —

общаго надзора за поведеніем учащихся. Всельдствіе этого желаительно было устроить отдільное зданіе, «въ родѣ замка или монастыря», гдѣ были бы: церковь, зало собранія, столовая съ принадлежностями, комнаты—для правленія, обібліотеки съ кабинетами, больницы, для начальствующихъ и учащихъ, для классовъ, спальныя комнаты съ умывальницами и служительскими—для 200 воспитаниковъ, а при домѣ—баня, погреба, кладовыя и дровяники. Удобнымъ для такого строенія мѣстомъ, «какъ по близости къ главному духовному начальству, такъ и по уединеннію», признана площадь за лаврою, между вновь устрояемымъ каналомъ (обводнымъ) и черною рѣчкою. Представленіе подписали: ректоръ архим. Антоній, инсп. соб. іером. Савва, исправл. д. эконома учитель Михаилъ Пановъ, секретарь Козьма Успенскій.

Митрополить утвердилъ представленіе, предписавъ «мѣсто для строенія избрать лаврской канцеляріи обще съ членами семинарскаго правленія, коего мѣста сдѣлать чертежи съ масштабомъ и намъ представить напередъ, не дѣлая плана». Правленіе указывало мѣсто въ лаврскомъ саду, занимаемое рощею; лаврская же канцелярія предлагала два мѣста или по невскому проспекту, или въ лаврскомъ большомъ саду, но митрополитѣ написалъ на представленіи лаврской канцеляріи такую резолюцію: «планы для построенія вновь семинаріи смотрѣны нами и найдены къ исполненію неудобными. Сообщить въ сем. правленіе, нельзя ли надѣ нѣкоторыми комнатами семинарскими надстроить вторые этажи, а къ Өедоровской церкви сдѣлать пристройку, въ соответствіе Духовской церкви, съ тѣмъ, чтобы въ сей пристройкѣ, имѣющей быть въ два этажа, устроены были комнаты для классовъ, или для помѣщенія въ нихъ учениковъ, о чемъ и имѣть представить намъ семинарское правленіе мнѣніе свое, посовѣтовавшись о семъ съ архитекторомъ, но плана еще на строеніе сіе не дѣлать».

Постѣ ревизіи инсп. акад. Иннокентія (въ июльѣ 1827 года), который вообще нашелъ семинарское помѣщеніе неудобнымъ, Ком. дух. учлишь предоставила митрополиту, по прибытіи новаго ректора въ семинарію, потребовать отъ него «скораго нзяйсненія мѣръ для приведенія семинаріи въ удобный и приличный видъ» по части помѣщенія.

Новый ректоръ, архимандритъ Нафананлъ дѣлалъ два пред-
ставлія, одно въ октябрѣ 1828 года, въ котором поддержи-
валъ мнѣніе преосв. Серафима о надстройкѣ нового этажа въ
старомъ семинарскомъ корпусѣ, другое въ маѣ 1829 г., въ кото-

— 218 —

ромъ полагалъ «построить новый трехъэтажный корпусъ на мѣстѣ принадлежащемъ семинаріи, что по правую сторону Өедоровской церкви», для чего архит. Петровымъ составленны были планъ и смѣта. Послѣднее представлено въ акад. правленіе.

Въ 1830 г. вслѣдствіе Высочайшаго указа отъ 6 декабря 1829 г. на пмя Св. Синода «о преподаніи вящинъ способовъ къ образованію духовнаго юношества и къ обезпеченію церк. причтовъ въ безбѣдномъ ихъ содержаніи», — было сдѣлано постановленіе Ком. дух. уч. «о доставленіи въ оную: 1) подробныхъ описаній и плановъ нынѣшнихъ семинарскихъ зданій; 2) мнѣнія, какія постройки нужно еще сдѣлать для совокупнаго помѣщенія всѣхъ обучающихся въ семинаріяхъ воспитанниковъ изъ духовнаго юношества и 3) плановъ и смѣтъ сихъ построекъ съ увѣдомленіемъ, нѣтъ ли средствъ сохранить вышеписанныя стропительныя издержки отводомъ помѣщенія для семинаристовъ въ готовыхъ зданіяхъ духовнаго вѣдомства, или же въ какихъ либо назвѣстныхъ зданіяхъ казенныхъ, не имѣющихъ особаго назначенія». Въ силу этого семинарское правленіе представило его Высокопреосвященству планъ Өедоровскаго корпуса, принадлежащаго Ал.-Невской лаврѣ, въ которомъ находятся: жилыя комнаты ректора семинаріи, эконома, двухъ учителей ал.-невскихъ училищъ и большей части семинаристовъ, также богословскій и философскій классы, семин. правленіе, зало собранія, подвалы, а на задней сторонѣ кладовыя, погребъ и дровяные саран; комнаты же инспектора семинаріи, два класса словесности, семин. больница, библіотека, кухня, столовая и хлѣбная, и жилыя комнаты остальной части семинарстовъ находятся въ прикословенныхъ Ал.-Невской лаврѣ зданіяхъ, собственно принадлежащихъ семинаріи, гдѣ помѣщаются и оба александро-невскія — узбѣдное и природское — училища. При этомъ правленіе доносило, «что помѣщеніе семинаріи въ зданіяхъ занимаемыхъ ею нынѣ, совершенно неудобно и несоотвѣтствуетъ правиламъ благого воспитанія»: 1) риторическіе классы и столовая находятся въ етдаленіи отъ жилыхъ комнатъ и воспитаники во всякое время должны ходить туда черезъ дворъ; 2) при жилыхъ комнатахъ нѣтъ отдельныхъ умываленъ и удобныхъ, волости находящихся нужныхъ мѣстъ, чего по настоящему фасаду и плану зданій въ надлежащемъ видѣ и устроить нельзя; *) 3) по разбросанности жилыхъ ком-

*) Сверхъ того, во многихъ комнатахъ недоставало свѣту, такъ какъ окна ихъ выходили въ корридоры, или галлеры.

— 219 —

натъ, наблюдать за учениками неудобно, а по множеству откры-
тыхъ выходовъ семинаріи, нерѣдки самовольныя отлучки; 4) отъ
умноженія воспитанниковъ, которое происходитъ ежегодно, по-
мѣщеніе сдѣлается совершенно невозможнымъ, несмотря на то,
что большая часть наставниковъ семинаріи и училищъ не имѣютъ
жительства въ семин. зданіяхъ и что для предотвращенія стѣ-
сненія въ жительствѣ въ 1829 г. зимняя семин. зала обращена
въ жилыя комнаты; между тѣмъ, на основаніи § 5 положенія о
способахъ къ улучшенію состоянія духовенства, (Высочайше
утвержденнаго 6-го дек. 1829 г.), и окончившіе курсъ до опре-
дѣленія на мѣста должны жить въ семинаріи. Всѣдствіе этого
сем. правленіе сначала предполагало выстроить отдѣльный отъ
александро-невскаго училища домъ, внѣ лавры, потомъ предпо-
ложило училище вывести въ другое мѣсто, а жительство семи-
наристовъ сосредоточить въ зданіяхъ собственно принадлежащихъ
семинаріи, сдѣлать къ нимъ пристройки и вторые этажи, гдѣ ихъ
нѣтъ, такъ чтобы здѣсь находились: комнаты для 300 воспитан-
никовъ, кухня, столовая, хлѣбная, больница, 4 класса и квар-
тиры для инспектора и его двухъ помощниковъ; Федоровскій
корпусъ съ подвалами, сараями и погребами назначить для
квартиръ ректора, эконома и неженатыхъ профессоровъ; осталь-
ную же часть его предоставить въ распоряженіе лавры, кото-
рая тоже терпить стѣсненіе отъ жительства внутри ея воспи-
танниковъ. Архитекторъ Комаровъ пересмотрѣлъ и исправилъ
составленныя умершимъ Петровымъ планъ, фасадъ и смѣту по-
стройки и освидѣтельствовавъ назначенные къ надстройкѣ зда-
нія. (Подписано: ректоръ Архим. Наоанаилъ, инси. іеромон. Ни-
колай, секрет. Ив. Меліоранскій). Резолюція: «учинить по мнѣнію
сему».

Но пока составлялись подобные проекты и придумывались
мѣры къ улучшенію помѣщенія семинаріи, зданія принадлежа-
щія ей въ лаврѣ болѣе и болѣе ветшали и становились тѣнѣе
отъ увеличенія воспитанниковъ. Въ началѣ 30-хъ годовъ живу-
щихъ въ семинарскомъ и училищномъ зданіяхъ было свыше
460 чел. Въ 1833 г. пришлось, вслѣдствіе тѣсноты, нѣкоторыхъ
вновь поступающихъ отсылать въ ямбургское и петропавловское
училища. Въ концѣ 30-хъ годовъ приватныхъ допускали уже
подъ условіемъ жить на своей квартире, за ненмѣніемъ мѣста
въ семинаріи. Въ 1839 г. ревизоръ протоиерей Ивановъ, вмѣстѣ
съ членами сем. правленія, осматривалъ всѣ сем. зданія, кото-
рЫЯ были найдены очень ветхими и тěсными. Описывая тогдаш-

— 220 —

нее помѣщеніе петерб. семинаріи, Ростиславовъ замѣчаетъ, что она была «едва ли не самая дурная изъ тогдашнихъ семинарій» *). Подобнымъ образомъ отозвался, какъ мы видѣли (стр. 163), перемѣщенный изъ тверской семинаріи ректоръ Аванасій и выразилъ опасеніе, по поводу сдѣланнаго Государемъ Императоромъ посѣщенія академіи въ 1838 г., какъ бы не дошла очередь и до семинаріи. Графъ же Пратасовъ, бывши въ семинаріи въ іюнѣ 1839 г., прямо заявилъ о семин. комнатахъ, что «онъ боится, если государь посѣтить ихъ». «А я на это сказалъ ему, — пишетъ Аванасій, — что для поправки ихъ нуженъ не одинъ десятокъ тысячъ, но что такой расходъ на нихъ дѣлать теперь коммиссіи дух. уч. вовсе неблаговременно, когда началась уже строиться семинарія» **). И effectively, къ этому времени уже состоялось рѣшеніе о перемѣщеніи семинаріи изъ лавры и наречата была постройка новаго зданія, на Обводномъ каналѣ.

Больница и мѣры для здоровья.

Семинарская больница сначала помѣщалась внѣ семинарскаго двора, но когда для построенія новаго академическаго зданія, нужно было очистить для него мѣсто, то больничный домъ, принадлежащій семинаріи, перенесенъ на семинарскій дворъ (въ 1817 г. за 2500 р.), что, конечно, было гораздо удобнѣе для больныхъ воспитанниковъ. Въ первое время былъ недостатокъ въ нѣкоторыхъ больничныхъ принадлежностяхъ. Ревизоръ Иннокентій въ 1827 г. заявилъ, что больничнаго платья не было въ теченіе 2-хъ лѣтъ. Но, по распоряженію Коммиссіи дух. уч., для больницы впослѣдствіи высланы были даже рисунки одежды и бѣлья изъ Обуховской больницы, съ которыми и предписано сообразоваться (отъ 1 мая 1833 г.) Семинарскія больницы были освобождены отъ надзора Врачебныхъ управъ, но предписано (1336 г.) ежемѣсячно доставлять въ Управу свѣдѣнія о числѣ больныхъ и свойствахъ болѣзни. Въ семинарскую больницу поступали больные ученики какъ семинаріи, такъ и училища, притомъ какъ казенные, такъ и своекоштные. Въ 1831 г. было даже особое предписаніе, на основаніи Высочайшаго повелѣнія, о томъ, чтобы больныхъ учениковъ изъ своекоштныхъ также принимать въ казенную больницу (предп. отъ 18 мая 1831 г. Впрочемъ

* Вѣстн. Евр. 1853, Х. 217.

**) Письмо въ Тверь (Духи. Чт. 1868. VIII. 338).

— 221 —

послѣдніе отпрашивались часто къ родителямъ или родственникамъ по причинѣ болѣзни. Непзлечимо больные вовсе выходили изъ семинаріи, по прошенію, на основаніи докторскаго свидѣтельства, о чемъ будетъ сказано въ своемъ мѣстѣ (см. въ гл. *Воспитанники*). Нерѣдко правленіе увольняло воспитанниковъ по болѣзни въ дома родителей, на болѣе или менѣе продолжительные сроки, впредь до выздоровленія, на основаніи удостовѣренія семинарскаго врача. Особенно много такихъ увольненій видимъ въ концѣ 30-хъ годовъ. Больные же, которые требовали продолжительнаго и спеціального леченья и особеннаго ухода, но не имѣли родственниковъ, могущихъ взять ихъ на свое попеченіе, обыкновенно были отправляемы въ городскую больницу, или клинику. Въ 1813 г. ученикъ Алексей Павловскій, заболѣвшій помѣшательствомъ, по предложенію врача Книпера, отвезенъ для излеченія въ Обуховскую больницу, за невозможностью лечиться въ семинаріи; чрезъ нѣсколько времени онъ былъ выписанъ, но потомъ снова отправленъ туда же. Въ 1826 г. за помѣщеніе и леченіе въ клинике учениковъ А. Смирнова, В. Гуляева и окончившаго курсъ Зах. Солнцева правленіе вносило деньги, по счетамъ представляемымъ изъ клиники. Въ 1830 г. ученикъ А. Андреевъ, страдавшій «хроническою ломотою костей, съ наростами на ногахъ», по представленію семинарскаго доктора не могъ быть лечимъ въ семинаріи и отправленъ въ клинику, где находился съ 10 января по 10 мая; за него было внесено 45 р. и послѣ еще 30 р. 45 к. Въ 1835 г. ученикъ Князевъ, укушенный, по предположенію доктора Александрова, бѣшеной собакой, отправленъ былъ для лучшаго за нимъ присмотра въ градскую Обуховскую больницу, откуда чрезъ 2 мѣсяца присланъ здоровымъ. Въ 1836 г. воспитанникъ нисш. отд. А. Славинскій помѣщенъ былъ въ Маріинскую больницу, для излеченія отъ «болѣзни требующей особеннаго медицинскаго пособія».

Болѣе или менѣе обычныя болѣзни, по репортамъ семинарскихъ врачей, были: чирьи чесотки, вереда, простуда, перемежающаяся лихорадка, золотуха, глазная и зубная болѣзнь, горячка, жаба и проч. Число больныхъ было различно. Въ 1827 г. напр. въ больницѣ перебывало, въ теченіе 8 мѣсяцевъ, 184; но въ 1828 г. въ теченіе того-же времени около 400 человѣкъ, среднимъ числомъ до 50 человѣкъ въ мѣсяцѣ. За лекарство, по репортамъ доктора, уилачивалось отъ 20 до 30 р. въ мѣсяцѣ (напр. въ 1814 г.) и болѣе; въ 1831 г. за полгода 506 р. 18 к. Въ 1838 г. за полугодіе въ аптеку Голлингера уилачено 990 р. 16 к., но

— 222 —

съ этого года по 1841-й расходи уменьшились. Иногда случались эпидемии, и расходы на больныхъ, разумѣется, значительно увеличивались. Съ сент. 1827 г. по июль 1828 г. была глазная эпидемия; въ аптеку Голлингера за полгода уплачено 1102 р. 21 к. Въ 1830 г. развилась повальная головная болѣзнь съ жаромъ (нервическая горячка), такъ что сразу 31 человека поступили въ больницу. Правленіе спрашивало врача о причинѣ эпидеміи. По мнѣнію Жювенеля, она произошла «всѣдствіе сухости воздуха и постоянныхъ морозовъ съ вѣтрами». Приняты были разныя гигіеническія и санитарныя мѣры: еженедѣльная баня, чистота и частая перемѣна бѣлья, окуривание, прекращеніе сообщенія съ больными. Чрезъ три мѣсяца (январь—мартъ) болѣзнь прекратилась; изъ 119-ти больныхъ этой болѣзнью умеръ одинъ. Въ аптеку Голлингера за медикаменты уплачено 1328 р. 62 к. за 3 съ половиной мѣсяца; всѣхъ же пздержекъ было сверхъ положенного, съ января по 9 апр. 828 р. 62 к., которые и отпущены, съ разрѣшенія ком. дух. уч. Тогда же Коммиссія, по представленію сем. правленія, постановила: «поставить г. Жювенеля во вниманіе г. министра внутр. дѣлъ, при канцеляріи коего стоитъ онъ на службѣ». Въ концѣ 1830 г., всѣдствіе записки оберъ-прокурора князя Мещерскаго, на имя митрополита, предприняты были мѣры предосторожности противъ холеры. Докторъ еженедѣльно долженъ былъ доносить о состояніи здоровья всѣхъ находящихся въ семинаріи и перечислять болѣзни, отъ которыхъ хворали лежавшіе въ больницѣ. Правленіе докладывало о томъ митрополиту, а онъ сообщалъ Коммиссіи дух. уч. Старшимъ предписано наблюдать за выполненіемъ тѣхъ или другихъ мѣръ предосторожности съ окт. по февр. 1831 г. Въ 1831 г., когда холера шла изъ остзейскихъ губерній, было предписано прежде всего распустить учениковъ ямбурскаго училища по домамъ; затѣмъ, когда она развилась въ Петербургѣ, семинарное помѣщеніе, въ июнѣ мѣсяцѣ, было занято академіей, академическое же зданіе, согласно Высочайшей вольѣ, отдано въ вѣдѣніе с.-петербургскаго генералъ губернатора, подъ помѣщеніе холерныхъ больныхъ. Ученики семинаріи и александроневскаго училища были распущены съ выдачей прогоновъ, (всего свыше 346 р.), двоньмъ дозволено жить при семинаріи, но 12 учениковъ семинаріи и нѣсколько училищныхъ помѣщены въ петропавловское училище, съ платою по 6 р. въ мѣсяцъ за человѣка; объ ихъ здоровьи и поведеніи представлялись еженедѣльныя донесенія семинарскому правленію. Для семинаріи холера осталась безъ

— 223 —

губительныхъ послѣдствій. Въ сентябрѣ, по предписанію начальства, когда болѣзнь прекратилась, академія выселилась въ свое помѣщеніе, и ученики семинаріи снова были собраны. Въ 1833 г. въ семинаріи развилась опять эпидемическая горячка, такъ что потребовалось увеличить помѣщеніе для больныхъ прибавленіемъ къ нему комнаты, ближайшей къ больницѣ. Въ томъ же году распространились крупъ и скарлатина и продолжались около двухъ мѣсяцевъ. По указанію врача Александрова, приняты были надлежащія мѣры предосторожности (провѣтриваніе комнатъ, свѣжая пища, чистота, отдѣльное помѣщеніе для больныхъ, недопущеніе въ городъ и на сырую погоду учениковъ), съ донесеніемъ митрополиту и Коммиссіи дух. уч. Въ 1835 г. врачъ Александровъ составилъ правила предосторожности, по поводу показанія въ нѣкоторыхъ учебныхъ заведеніяхъ скарлатины. Въ 1841 г. правленіе, обративъ вниманіе на то, что за 1838—40 годы весьма значительно сократились расходы по больницѣ и ни одинъ изъ воспитанниковъ семинаріи не умеръ за это время, представляло къ наградѣ врача Наковскаго, которому еще послѣ ревизіи прот. Иванова въ 1839 г. объявлена была благодарность начальства.

Уходъ за больными, помимо доктора, жившаго въ городѣ, поручался особымъ смотрителямъ лазарета, которые, по рекомендаціи врача, избирались или изъ учениковъ семинаріи разныхъ отдѣленій и даже уѣзднаго училища, или изъ пеключенныхъ и окончившихъ курсъ, съ умѣреннымъ жалованьемъ. Въ 1810 г. смотритель лазарета Никита Өминъ получалъ 40 руб. въ годъ, затѣмъ, по представленію доктора Книпера (1812 г.), прибавлено ему еще 20 р. Впослѣдствіи жалованье увеличено до 10 руб. въ мѣсяцъ, при этомъ смотрители изъ учениковъ иногда получали полное казенное содержаніе, такъ Я. Землянскій, получавшій 10 р. въ мѣсяцъ и полуказенное содержаніе и замѣнявшій даже фельдшера, по свидѣтельству доктора (1832 г.), за это принятъ, по прошенію, на полное казенное содержаніе. Всѣдствіе большаго числа заболѣвающихъ, въ 1833 г. опредѣленъ ему помощникъ изъ учениковъ нисш. отд., съ жалованьемъ 60 р. въ годъ. Въ 1840 г. смотритель больницы, ученикъ высш. отд. Вас. Покровскій получалъ 2 р. 86 к. сер. въ мѣсяцъ. По особымъ служаямъ смотрители получали прибавки и награды, такъ въ 1830 г. во время эпидемической горячки, смотрителю Спасскому положено было вмѣсто 10 руб.—25 р. въ мѣсяцъ. Въ 1883 г. смотритель и его помощникъ, по представленію доктора, получили,

— 224 —

«за усердіе къ больнымъ до самопожертвованія», по 50 руб. на-
грады. Въ 1827 г. по представленію врача Жювенеля, вмѣсто
смотрителя лазарета изъ учениковъ, или окончившихъ курсъ,
опредѣленъ былъ, съ разрѣшенія Коммиссіи дух. уч., фельдшеръ
изъ Императорской больницы, Ив. Андреевъ, съ жалованьемъ
20 руб. въ мѣсяцъ и казеннымъ ученическимъ столомъ. Но онъ
не долго оставался при семинаріи. Въ 1830 г. опять уже вн-
димъ смотрителемъ изъ окончившихъ курсъ, Алексѣя Смирнова,
состоявшаго въ тоже время и учителемъ приходскаго класса;
онъ за множествомъ дѣл вскорѣ отказался, а его мѣсто занялъ
ученикъ богословія С. Спасскій. Въ 1833 г. фельдшера вызывали
чрезъ газеты, но никто не явился. Въ 1838 г. по запискѣ врача
Паковскаго, фельдшера дозволено приглашать изъ больницы
Ал.-Невской лавры. Для болѣзни зубовъ съ 30-хъ годовъ являются
особые врачи, спеціалисты. Въ 1835 г. зубной врачъ Мартинъ
Вагенгеймъ возвался безмездно пользовать учениковъ семинаріи.
О немъ былъ запросъ въ 1840 г. изъ академіи, но въ актахъ
правленія не оказалось свѣдѣній о его дѣятельности по семи-
наріи. Постановлено было взять росписки у лечившихся у него.
Въ 1840 г. выслано въ награду ему 57 р. 14 к. сер., вслѣдствіе
представленія его къ 200 руб. асс.

Помимо указанныхъ мѣръ предосторожности, по поводу
тѣхъ или другихъ случаевъ, угрожавшихъ здоровью учениковъ,
видимъ и нѣкоторыхъ другія распоряженія, касающіяся гигіены
и охраненія здоровья воспитанниковъ. Въ апрѣлѣ 1826 г. ректоръ
Антоній между прочимъ обратилъ вниманіе правленія на дурной
воздухъ въ классахъ, «такъ какъ рамы не смотря на весеннее
время не были еще вынуты, и окна не отворялись». Въ 1827 г.
сдѣлано распоряженіе, согласно Высочайшему повелѣнію, о пре-
кращеніи всякихъ сношеній съ с. нет. гимназіей, по случаю раз-
вившейся тамъ скаратинной горячки. Въ 1833 г., по предста-
вленію эконома, вслѣдствіе заявленія врача Александрова, на
училищномъ дворѣ былъ засыпанъ прудъ «вредный для здоровья,
по причинѣ гнилыхъ испареній» и устроены сточницы трубы
съ колодцами (за 320 р.) Тогда же экономъ Михайловъ предста-
влялъ правленію объ устроеніи новыхъ отхожихъ мѣстъ, чтобы
чрезъ дворъ не проходить ученикамъ изъ нѣкоторыхъ комнатъ
и не простужаться. Въ 1835 г. сдѣлано представленіе митропо-
литу о возобновленіи для учениковъ семинаріи и училища сада
(за 361 р.), и онъ написалъ «согласенъ». Въ слѣдующемъ году,
вслѣдствіе донесенія доктора о нечистотахъ на дворѣ предъ

— 225 —

семинарской больницей, могущих развивать заразительные болезни, было дано особое предписаніе эконому. Въ 1837 г. по записки эконома, разрѣшено въ семинарской столовой выбить каминъ, съ цѣлю очищенія воздуха. Въ 1838 г. врачъ Паковскій предложилъ вмѣсто сахара покупать для семинарской больницы медѣ, «какъ болѣе полезный для здоровья и дешевый». Въ 1839 г. тотъ же врачъ, послѣ того какъ въ 1838 г. послѣдовало отъ Коммиссіи дух. уч. запрещеніе купаться ученикамъ въ Невѣ и Обводномъ каналѣ,— сдѣлалъ представленіе о необходимости построить для учениковъ ванну на рѣкѣ, въ виду того, что они часто страдаютъ накожными сыями и приливами крови къ головѣ отъ занятій въ лѣтнее время. Семинарская баня около того времени, осенью, долго оставалась безъ покинки, послѣ того какъ мастеровые соѣдняго водочнаго завода Крамера, опасаясь пожара, разломали на ней трубу, изъ которой однажды летѣли пскры. Полниця долго не разрѣшала покинки; экономъ представлялъ о необходимости банн для учениковъ, правленіе также признавало это и только, по сношеніи правленія чрезъ митрополита съ генералъ-губернаторомъ, было разрѣшено наконецъ въ май 1840 г. произвести покинку банн и топить ее. Баня обыкновенно топлась для воспитанниковъ чрезъ десять дней и открыта была для мытья два дня сряду. Мытье же половъ въ ученическихъ комнатахъ пронсходило обыкновенно, въ продолженіе трехъ или четырехъ дней, чрезъ каждые два мѣсяца, по крайней мѣрѣ въ тридцатыхъ годахъ, при экономѣ Михайловѣ.

## Прислуга.

Первоначально семинарскіе служители были изъ духовнаго вѣдомства, уволенные ученики духовныхъ училищъ, которые вызывались чрезъ консисторію. Это подтверждено и предписаніемъ Коммиссіи дух. уч. въ 1812 г. Въ паказаніе высылали провинившихся дьячковъ (1810 г.), пли консисторскихъ писцовъ (1811 г.), для временнаго услуженія въ семинаріи и потомъ экономъ свидѣтельствовалъ въ консисторію о поведеніи таковыхъ. Одинъ отецъ въ 1817 г. просилъ уволить сына его изъ училища въ свѣтское званіе, и семинарское правленіе согласилось, но митрополитъ Амвросій отказалъ въ виду того, что «духовное вѣдомство само имѣетъ нужду въ служебныхъ лицахъ». Даже въ 1827 г. ученикъ Георгіевскій, исключенный изъ дух. училища, по опредѣленію семинарскаго правленія, за вѣдство, кражу и ложь, поступилъ въ число

15

— 226 —

семинарских сторожей. Некоторые изъ таких служителей приобрѣтали съ теченіем времени собственность и особое доверіе начальства. Такъ, когда домъ служителя Артемьева въ 1817 г. приказано было перенести, въ виду постройки нового зданія академіи и выдано на это 1000 р., семинарское правленіе выдало ему еще заимообразно, по его просьбе, изъ остаточной училищной суммы 400 руб. подъ залогъ его дома. Тогда же было выдано изъ строительного комитета при академіи 5000 руб. на перенесеніе и перестройку 7 домовъ семинарских служителей по оценикамъ, произведенной при участіи семинарскаго эконома Турчанинова.

Но вообще подобные служители, поступавшие изъ епархіального вѣдомства, по неспособности къ церковно-служительскимъ должностямъ, были несоветмъ исправны и надежны; притомъ иногда ихъ и недоставало: нужно было отъписывать служителей вольнонаемныхъ. Кіевское семинарское правленіе образило вниманіе на неудобства имѣть вольнонаемныхъ служителей, которые съ великимъ трудомъ нанимаются и часто смѣняются. Положеніе дѣла улучшилось, послѣ того какъ въ ноябрѣ 1818 г. состоялось опредѣленіе Комитета министровъ объ отпускѣ солдатъ для служительскихъ обязанностей въ разныхъ присутственныхъ мѣстахъ и казенныхъ заведеніяхъ. На запросъ (въ 1817 г.) о чистѣ служителей въ петербургской семинаріи отъ писпекторскаго департамента Главнаго штаба, вслѣдствіе отношенія оберъ-прокурора св. Синода князя Голицына, — отвѣчено, что при семинаріи служителей требуется 20 человѣкъ. И вотъ въ 1818 г. по увольненіи изъ семинаріи прежнихъ служителей, были отпущены, съ Высочайшаго созволенія, по распоряженію начальника штаба корпуса внутренней стражи, 20 инвалидовъ для исправленія служительскихъ обязанностей въ с.-петербургской семинаріи. Изъ нихъ унтеръ-офицеру положено жалованья 33 р. 33½ к. въ 2 мѣсяца, а остальнымъ по 10 р. каждому.

Увольненіе, или перемѣна такихъ, своего рода какъ бы штатныхъ, служителей происходили при участіи высшаго начальства, академіи, и даже Комиссіи дух. уч. Такъ въ 1825 г. унтеръ-офицеръ Овечкинъ, вслѣдствіе ренорта эконома о его нетрезвиости и буйствѣ, по опредѣленію семинарскаго правленія и съ разрѣшенія академическаго, былъ уволенъ и отправленъ къ своему военному начальству. Это послѣднее сдѣлало семинаріи запросъ чрезъ академію, въ чемъ состоитъ его неправность: или отвѣтъ, что Овечкинъ за командой смотрѣлъ слабо. За неправность ему не выдано жалованья въ разное время

— 227 —

196 р., которые впрочемъ отданы послѣ, вслѣдствіе его прошенія къ митрополиту. Въ 1826 г. семинарское правленіе представляло академіи и Коммиссіи дух. уч. о перемѣнѣ 10 инвалидовъ и унтеръ-офицера. Коммиссія по этому поводу сносилась съ инспекторомъ департамента Главнаго штаба, и въ 1827 году прислано было вновь 11 человѣкъ. Но еще въ 1821 году было предписано вызывать инвалидовъ только въ случаѣ крайности. Поэтому приходилось принанимать также и вольныхъ служителей съ жалованьемъ отъ 16 руб. до 24-хъ въ два мѣсяца. По недостатку средствъ на наемъ служителей, въ 1826 г. было постановлено, чтобы «своекоштные воспитанники, сверхъ служителя, сами смотрѣли за порядкомъ и чистотою въ комнатахъ, поочереди». Но въ 1829 г. число инвалидовъ, служащихъ при семинарии, съ 16 человѣкъ дозволено увеличить до 26. Затѣмъ въ апр. 1830 г. по Высочайшему повелѣнію, предписано нанимать служителей изъ отставныхъ солдатъ и не ходатайствовать о значеніи ихъ изъ нижнихъ чиновъ военнаго вѣдомства, по недостатку ихъ въ отдѣльномъ корпусѣ внутренней стражи. Въ 1833 году снова сдѣлано распоряженіе «въ должности служителей и сторожей обращать исключенныхъ за неспособностью изъ убѣздныхъ и приходскихъ училищъ и изъ нисшаго отдѣленія семинаріи», или имѣть вольнонаемныхъ. Въ 1834 году и были только вольнонаемные, преимущественно изъ отставныхъ солдатъ всего 25 человѣкъ. Къ концу же тридцатыхъ годовъ число служителей простиралось отъ 35 до 45 человѣкъ.

Въ сент. 1809 г. согласно представленію инспектора іером. Филарета, замѣтившаго неисправности служителей, постановлено: «учинить росписаніе, кто изъ служителей, какою долженъ заниматься работою»; дѣло это поручено эконому.

Экономъ Турчаниновъ въ 1815 г. составилъ инструкціи для старшаго служителя и комисара, по опредѣленіи на эту должность служителя Вас. Атанасьева, на мѣсто уволившагося Мих. Понова, бывшаго пѣвчимъ и экономскимъ письмоводителемъ. Въ 1826 г., по запскѣ ректора Антонія, правленіе постановило составить особую инструкцію для служителей, съ показаніемъ должности каждогоъ изъ нихъ. Инструкцію составилъ экономъ Пановъ въ 1827 г., причемъ унтеръ-офицеру, который назывался исполнителемъ, дана была, съ утвержденія правленія, особая инструкція о надзорѣ и отвѣтственности по экономической части и по дому семинаріи. Подобную инструкцію для комисара поручено было составить эконому А. Петрову въ 1838 г. Въ должности же

— 228 —

комисара, или наблюдателя за припасами и приготовлением пищи, въ 30-х годах, состоять обыкновенно кто либо из воспитанников или окончивших курс, съ жалованьем отъ 10 до 25 р. (Петрову въ 1838 г.), иногда же и изъ исключенных. Въ 30-х годах упоминается названіе подъэконома, дававшееся, въроятно, комисару.

Столъ и одежда учениковъ.

Облѣд и ужин воспитанниковъ (въ 12 и 8 час.), по уставу (Проэкта §§ 225, 226), состояли изъ двухъ блюдъ, праздничный же облѣд—изъ 3-хъ. Ипша была простая и довольно однообразная. Въ 1810 г. экономъ Турчанновъ входилъ запиской въ правление о перемѣнѣ блюдъ за столомъ, чтобы не наскучивали один и тѣже, но, какъ видно изъ особаго журнала, напр. 1820 г. подъ заглавіемъ: «состояніе сеніорствъ», въ послѣднихъ числахъ декабря, слѣдовательно въ праздничное время, за обѣдомъ, обыкновенно были: щи, или пногда, супъ и каша, или же—раза три въ недѣлю — жаркое изъ говядины; за ужиномъ: щи, или супъ, и каша. При этомъ въ теченіе недѣли неразъ встрѣчаются такія замѣтки дежурнаго: «щи только съ дымомъ» (за ужиномъ), или: «супощи, безъ подболтки и безъ всякаго вкуса и каша». Бывали жалобы и на худое мясо и вообще на припасы. Въ постные дни, какъ видно изъ экономскихъ репортовъ, покупалась для стола рыба, напр. въ 1824 г. въ мартѣ по счету за рыбу уплачено 42 р., а въ iюнѣ 421 р. и т. д. Но вся ли рыба покупалась собственно для ученическаго стола, и въ достаточномъ количествѣ—сказать нельзя. По крайней мѣрѣ об. прокуроръ Пратасовъ, посѣтивъ семинарскую столовую въ iюнѣ 1838 г., «остался недоволенъ экономомъ за ботвинье, въ котором мало показалось ему рыбы» *). Испекторъ Антоній, какъ выше упомянуто, заботились отчасти объ улучшеніи пищи и разнообразіи росписанія кушаньевъ (стр. 163). Для питья квасъ брали обыкновенно съ завода бочками, по 3 руб. за каждую (въ 20-х годахъ) и истребляли его въ значительномъ количествѣ, напр. въ мартѣ 1824 г. на 162 р. (54 бочки), въ iюнѣ на 267 р., въ ноябрѣ—204 р. и т. д. Казеннаго завтрака не полагалось, но въ семинаріи допускались продажа ученикамъ и нѣкоторыхъ припасовъ. Въ первые годы семинарскій служитель продавалъ воспитанникамъ сбитень и булки,

*) Письм. ректора Аванасія въ Тверь. Душ. чт. 1863 г. VIII. 337.

— 229 —

а выручения деньги долженъ былъ вносить въ правленіе. Въ 20-хъ же годахъ правленіе заключило условіе съ сбитенщикомъ, который долженъ былъ за пользованіе помѣщеніемъ вносить 100 р. въ годъ и продавать ученикамъ сбитень, булки и т. п., но не держать горячительныхъ напитковъ, даже и для себя. Намѣреніе инспектора Владиміра вывести эту лавочку за монастырь, какъ мы видѣли, (стр. 160), вызвало протестъ со стороны учениковъ и новое установленіе правленіемъ строгихъ правилъ о часахъ и предметахъ торговли.

Одежда учениковъ опредѣлена въ 1814 г. въ особомъ росписаніи подъ буквой Е, приложеннымъ къ проэкту устава 1814 г. (къ § 221), хотя были и отступленія отъ этого росписанія. Верхней одежды, шинелей, не полагалось вовсе. Въ дѣлахъ встрѣчаются экономскіе репорты о пошитіи фризовыхъ шинелей только для учениковъ училища. Семинаристы же нѣкоторые имѣли свои шинели—фризовыя, или суконнія на байкѣ, другіе, за ненимѣніемъ своихъ, пользовались чужими, если можно было, или довольствовались выдаваемыми для зны суконными жилетами съ рукавами, или куртками, сверхъ которыхъ надѣвали еще суконный сюртукъ, и въ этомъ одѣяніи отправлялись иногда въ городъ, не смотря на зны мій морозъ. Шинели же шли впослѣдствіи только для назначаемыхъ въ академію. Сверхъ указаннаго, выдавались еще на два года тиковые или, впослѣдствіи, нанковые шлафроки, суконные брюки, а на лѣто панталоны и жилетъ китайчатые, или нанковые—впослѣдствіи. Сюртукъ же выдавался на три года, или изъ сукна синяго, а въ 30-хъ гг. темно-сѣраго, пли обыкновенно изъ особой мохнатой матеріп, называвшейся мухояромъ. Въ 1826 г. два ученика высш. отд. проспіи выдать имъ новые сюртукъ, за негодностію старыхъ, (послѣ того какъ одному ихъ варищу былъ выданъ новый сюртукъ «по увѣренію къ его успѣхамъ и поведенію, не въ примѣръ другимъ»); правленіе постановило: выдать, но лишить этихъ учениковъ лѣтней пары, которая должна была шиться (т. е. шлафроковъ и жилетовъ съ панталонами), съ внушеніемъ—быть бережливыми къ казеннымъ вещамъ. Суконный, или кожанный картузъ, полагавшійся по уставу, замѣнялся иногда, особенно для учениковъ высшихъ классовъ, пуховою круглой шляпой. Такъ въ 1817 г. куплено 40 такихъ шляпъ, въ 1830 г. для учениковъ высш. и средн. отдѣленія приобрѣтены такія же шляны, отъ 5—6 руб. за штуку. Говорятъ, что инспекторъ Андрей, назначенный ректоромъ въ воронежскую семинарію, завелъ тамъ, по примѣру петербургской, шляпы для

— 230 —

воспитанниковъ и тѣмъ возбудилъ даже толки въ городѣ. Кромѣ сапоговъ въ первое время выдавались еще башмаки. При выходѣ воспитанниковъ, казенную одежду нужно было возвращать, если срока не выслужила, но по бѣдности нѣкоторыхъ учениковъ, пли по ветхости одежды и близости къ сроку дозволялось иногда удерживать одежду при себѣ (напр. въ 1837 г.). Въ 1840 г. нѣ- которымъ изъ исключенныхъ, большѣе бѣднымъ, правленіе разрѣ- шило пользоваться казеннойً оздой до пріисканія мѣста. Отно- сительно своекоштныхъ, не пользовавшихся казеннойً оздой въ 1830 г. было предписаніе отъ Комиссіи дух. уч. чтобы и они соблюдали однообразіе въ одежѣ. Тоже предписывалось и относительно тѣхъ, которые получали вмѣсто одежи деньгами *).

Для спанья выдавали матрацъ, набитый шерстью, двѣ по- душки и одѣяло, стоющія въ 20-хъ годахъ 16 руб.

Вообще же и продовольствіе оздой, также какъ и пи- щей, по крайней мѣрѣ до половины 30-хъ годовъ, нельзя приз- нать удовлетворительнымъ. Къ концу разсматриваемаго періода, со вступленіемъ въ должность синодальнаго оберъ-прокурора гр. Пратасова, оно начинаетъ улучшаться. Протоіерей Винографовъ въ своихъ запискахъ пишетъ: «въ наше время часть сія (т. е. экономія) столько же была худа, сколько совершенно и хороша при Изранѣ **). Непонятно, отъ чего и отъ кого произошёлъ такой упадокъ оной. Положеніе отъ казны было увеличено, оклады съ своекоштныхъ возвышены, а столовая и кухня были въ весьма не- пріятномъ тонѣ: неопрятность, дурной вкусъ, качество дешевыхъ и порченыхъ припасовъ отличали оныя; все дурно, худо, чуть не скверно. Посмотрѣлъ бы кто на одѣяніе семинариста- студента, удивился бы убранству его. Мухояровый сюртукъ, шляпа кожаная (?), сапоги повисшіе, штаны и куртка толстаго сѣраго сукна, очень похожія на уборъ тогдашнихъ будочниковъ— вотъ что украшало наружность нашу! Сюртукъ суконный только походилъ кое на что. О ближайшемъ же къ тѣлу, сирѣчь о бѣльѣ и говорить нечего. Если было цѣло оное, то такъ тонко и такъ

*) Назначаемыхъ въ академіи предписано было костюмировать сполна по высланнымъ образцамъ одежды (въ июнѣ 1837 г.) и изъ доброкачествен- ныхъ матеріаловъ (въ ноябрѣ 1841 г.).

**) Т. е. въ старой академіи, гдѣ. какъ говоритъ Виноградовъ, «кромѣ строгаго надзора пресекта надъ состояніемъ стола, самъ митрополитъ часте- хонько въ подрядничѣ, въ камилавочкѣ, тихонько заходилъ и въ кухню. Что тутъ дѣлать эконому! (Зап. Виногр. стр. 560.)

— 231 —

нѣжно, какъ холстъ, что у добрыхъ людей по поламъ разсти-
лается *). О понoшенномъ же скажу только: часто въ банѣ ви-
дишь, какъ иной казенно-коштный студентъ какіе нибудь ло-
скутки на тесемкѣ опоясываетъ крутомъ себя. Сознаюсь, что,
пришедъ въ возрастъ, часто съ завистію глядѣли мы на слугъ
богатыхъ господъ, одѣтыхъ лучше каждого изъ насъ... Теперь
(1836 г.), говорятъ все улучшилось. Но кто припѣдалъ, кто изъ
монаховъ озаботился перемѣною? Никто. Самъ царь-батюшка
узналъ, послалъ, велѣлъ». (стр. 567, -568.)

По этому поводу высказывается иногда такое мятніе, что
монашествующее начальство не считало нужнымъ заботиться
объ улучшеніи вѣтшняго положенія духовныхъ воспитанниковъ,
находя это излишней роскошью, вовсе несоотвѣтствующей ихъ
званію и назначенію, тѣмъ болѣе что начальство это, само вос-
питавшись въ подобныхъ же условіяхъ, не сознавало даже всей
недостаточности экономическаго положенія духовно-учебныхъ за-
веденій **). Мятніе это имѣетъ свое основаніе. Дѣйствительно,
вопросъ о коренной реформѣ въ экономическомъ быту нашихъ
духъ заведеній разрѣшенъ былъ по инициативѣ оберъ-прокурора
графа Цратасова, тогда какъ духовныя начальствующія лица
относились къ этому не особенно сочувственно. Но требованія
физическаго воспитанія, которое уставомъ не оставлено въ не-
бреженіи (Введ. § 1), конечно, должны были соединяться съ тѣми
или другими заботами по улучшенію экономической части. Это
мы уже видѣли и снова, на основаніи документальныхъ данныхъ
петерб. семинаріи, можемъ заявить, что стремленіе къ улучше-
нію вѣтшихъ, физическихъ условій быта воспитанниковъ по-
стоянно было присуще начальству семинаріи. Недостатки же по
хозяйству, конечно, происходили иногда и отъ общей небрежно-
сти, препмущественно же зависѣли отъ неполнительной власти—
экономовъ, не говоря еще о нѣкоторыхъ условіяхъ всего тогдаш-
няго быта, независящихъ, можетъ быть, отъ воли начальства, по
крайней мѣрѣ ближайшаго.

Общее состояніе хозяйства и разныя мѣры къ его улучшенію.

Хозяйственная чѣсть, по уставу (§ 189), ввѣрялась осо-
бенно эконому, поэтому естественно, что она вообще, весьма

*) Цѣна рубашки съ «исподницей» (1818 г.) была 4 р. 50 к., лѣтніе
чулки 90 к., зимніе получулы 55 коп. (Изъ экон. дѣлъ семин. арх.).

**) См. Ростпел. воспом. (Вѣстн. Евр. 1883. VIII), также въ книгѣ «Объ
устр. дух. уч.» (г. II) и у Виноградова въ Запискахъ.

— 232 —

много зависели отъ способности и неправности этого должно
стного лица. Начальство же съ своей стороны, какъ отчасти мы
уже и видѣли, имѣло надъ этою частію наблюдение и предприни-
мало въ разное время тѣ пяти другія мысли къ ея улучшенію.

Въ декабрѣ 1809 г. возникло дѣло, вслѣдствіе жалобъ уче-
никовъ на худое мясо. Кунецъ Мешкуринъ два мѣсяца не являлся
для подписанія контракта и поставлялъ дурное мясо. Между
тѣмъ экономъ, по заявленію правленія, «медленностію своею и
потачкою неправному поставщику Мешкурину навлекъ еще
дороговизну,» такъ какъ за мясо лучшее пришлось платить
по 4 руб. за пудъ, вмѣсто 3 р. 50 к., какъ условлено въ кон-
трактѣ. Правленіе опредѣлило—выдать Мешкурину за поставленное
имъ дурное мясо, вмѣсто 3 р. 50 к. за пудъ, по 2 р. 80 к. Ми-
трополить Амвросій положилъ резолюцію: «худое мясо не слѣ-
довало брать; почему и нужно условиться съ поставщикомъ
онаго, а правленіемъ положенной цѣны утвердить нельзя». Дру-
гая его резолюція по этому же дѣлу, (которое изложено было
въ двухъ статьях), следующая: «Правленію по первому усмотрѣ-
нію п. и жалобъ надлежало решиться п. сдѣлать контрактъ,
или не брать мяса у худоваго поставщика». Около того же вре-
мени, по поводу представленія эконома о необходимости кунить
25 жестяныхъ подсвѣдниковъ со щинцами, правленіе опредѣлило:
«руководиться правиломъ его высокопреосвященства (даннымъ
раньше), т. е. при ранортѣ о покупкахъ «представлять, сколько
чего было, почему не стало, или вновь нужно». Митрополить
написалъ: «мое предложеніе имѣетъ смыслъ, чтобы о утрачен-
ныхъ вещахъ имѣть изысканіе, но вмѣстѣ стараться о покупкѣ
новыхъ, дабы не было остановки и недостатка для употребленія».

Въ 1810 г. ректоръ Анатолій дѣлалъ представленіе правле-
нію о неправностяхъ эконома У. Митрополитъ Амвросій по
этому поводу положилъ резолюцію: «экономскаго нерадіація вредь
предлагаю не терпѣть, о чемъ ему и объявить въ правленіи.»
Вскорѣ онъ вышелъ. Въ 1817 г. ревизоръ Филаретъ Дроздовъ
написалъ: «часть хозяйственная не равняется въ устройствѣ двумъ
первымъ. Нѣкоторые недостатки, какъ напр. въ полной олѣждѣ
на воспитанниковъ, незабѣжны по ограниченности семинарскихъ
окладовъ и доходовъ. Но къ сожалѣнію можно примѣчать, что
семинарскій экономъ не соответствуетъ своею дѣятельностію
тѣмъ усилиямъ, какія употребляетъ семинарское правленіе для
соблюдения хозяйства и порядка въ хозяйствѣ.» Указания на
нѣкоторые недостатки и безпорядки по экономіи находимъ

— 233 —

въ журналах сеніорствъ, напр. въ 1815 г. записана жалоба на недостатокъ свѣчъ, въ 1818 г. жалоба на дурную пищу и квасъ, на стужу въ столовой, отсутствіе въ трубахъ вьюшекъ и дверцевъ печныхъ, на изломанныя комнатныя двери и пр. Инспекторъ предлагалъ это вниманію эконома, а тотъ—комиссара. Филаретъ при ревизіи между прочимъ предложилъ семинарскому правленію: «подтвердить эконому семинаріи, чтобы въ столовой скатерти очищаемы были отъ кусковъ и крошекъ послѣ каждаго стола». Но по этому новоду и въ 1830 г. экономъ А. Михайловъ дѣлалъ представленіе о томъ, что «скатерти послѣ 1-й столовой, по недостатку служителей и времени, въ скорости не могутъ быть отряхнуты и просушены» и по этому необходимы еще двѣ перемѣны скатертей для 2-й столовой. Въ 1823 г. іеродіаконъ Мисанль уволень былъ изъ экономовъ семинаріи, вслѣдствіе представленія ректора правленію объ его неисправностяхъ. Имущество его было описано, вслѣдствіе сдѣланнаго на негоичетѣ. Въ 1826 г. ректоръ Антоній входилъ особой заниской въ правленіе по поводу тѣхъ безпорядковъ, какіе онъ замѣтилъ при посѣщеніи классовъ: недостатокъ иконъ въ нѣкоторыхъ классахъ, каоедръ или столиковъ для учащихъ, дурной воздухъ, измаранныя и изрѣзанныя ученическія парты. Около того же времени произведения, непозвѣстно кѣмъ, значительная покража бѣлья и книгъ въ комнатахъ, занимаемыхъ учениками словесности и митрополічными пѣвчими, когда всѣ находились у всенещнаго богослуженія, въ залѣ. Дѣло оставлено безъ дальнѣйшаго разслѣдованія, по словесному приказанію митрополита, «ибо покража пронзошла въ комнатахъ пѣвчихъ его высокопреосвященства». Вообще, около половинъ 20-хъ годовъ было очень много безпорядковъ, какъ по дѣлопронизовѣству вообще, такъ особенно по экономической части, о чемъ заявлялъ и ректоръ Антоній при вступленіи въ должность. Это же подтвердилъ и ревизоръ Иннокентій Борисовъ, замѣтивъ, что нѣтъ многихъ экономическихъ книгъ, отчетовъ за нѣсколько годовъ, непозвѣстно назначеніе иѣкоторыхъ суммъ и пр. Послѣ его ревизіи по экономической части между прочимъ предписано: «чтобы остаточныя суммы, подлежащія отсылкѣ въ Коммиссію за книги и въ составъ ненсіоннаго капитала высланы были въ оную, непозже какъ чрезъ двѣ недѣли по полученіи предписанія, съ различеніемъ, сколько денегъ значится по запискамъ сем. правленія вырученныхъ за книги, и сколько считалось къ 1823 г. на лицо остаточной экономической суммы. Въскія должна быть произведена, не ожидая по-

— 234 —

върхни отчетовъ семинаріи, потому, что если бы при сей повърхності и открылись какія либо обстоятельства переменяющія счетъ, оный всегда можетъ быть исправленъ возвратомъ ли излишнихъ денегъ въ семинарію, или взысканіемъ недосланныхъ отъ оной особо. «Помимо этого, въ 1826 г. учреждена была особая счетная комиссія для повърхни счетовъ с. п. семинаріи съ 1815 по 1826-й годъ. Членами Комиссіи избраны и утверждены митронолитомъ профессоры академіи, протоірец: Герасимъ Навскій и Юакимъ Кочетовъ, бакалавръ (Ст. Райковскій. Впослѣдствіи присоединенъ еще инспекторъ академіи архимандритъ Инокентій. Комиссія, на основаніи данной ей подробной инструкціи, рассматривала разные счеты и экономические документы съ 1809 г. и нашла значительныя опущенія и безпорядки, которые отчасти упоминались уже выше. Въ слѣдующемъ году Комиссія дух. уч. напоминала объ ускореніи занятій ревизіонной комиссіи и для этого назначила въ нее еще отъ себя бухгалтера и контролера кол. ассессора Филиппова, которому по окончаніи занятій комиссіи въ 1832 г. выдано награды изъ семины. суммъ 750 руб. Остальнымъ же членамъ объявлена «признательность начальства за труды». Вотъ что найдено было этой Комиссіей. 1) Многихъ экономическихъ записныхъ книгъ не оказалось на лицо съ 1809 по 1826 г. 2) Мелочныхъ расходовъ (безъ опредѣленій правленія) не записано въ книги на 4.489 р. 44 к. и ножертвованныхъ денегъ 4000 р., хотя послѣдніе были на лицо. 3) Передержано по большинцѣ изъ суммъ по другимъ статьямъ ассигнованнымъ (за 10 лѣтъ) 2081 р. 79 к.) 4) Выведено было передержки противу контрактныхъ цѣнъ за купленную говядину въ 1816 г. 1.014 р. 19 к. Экономъ Турчаниновъ этого опредѣленія семин. правленія не подписалъ, отозвавлись, что въ этомъ году «контракта на поставку говядины не было и что справка въ журналѣ подведена была невѣрно». На это обращено вниманіе и ревизоромъ Филаретомъ, но, по приказанію митр. Амвросія, оставлено безъ изъlostドованія. Впрочемъ и противу цѣнъ, показанныхъ въ опредѣленіяхъ сем. правленія, передано по сей статьѣ 265 р. 80 коп. *) 5) Статей не очищенныхъ росписками суммою на 13,660 р. 80 коп. 6) Нѣкоторые суммы не записаны на приходъ, хотя значатся въ расходѣ; другія записаны не въ тотъ годъ, въ который поступили; нѣкоторые же вовсе не записаны (на 5,323 р. 93 к.) Впослѣдствіе разныхъ опущеній, въ суммѣ

*) Вып. изъ журн. Комис. дух. уч. отъ 30 мая и 3 отв. 1831 г. ст. VII.

— 235 —

остатка къ 1826 г. недоставало 21,041 р. 5¼, коп. Все это Ком-
миссіей дух. уч. (1832 г.) поставлено сем. правленію на видъ,
съ строгимъ подтвержденіемъ на будущее время не допускать
подобныхъ безпорядковъ и упущеній, но безъ замѣчанія по силѣ
1 ст. Всемплостивыйшаго манифеста 1826 г. и безъ привлеченія
виновныхъ лицъ къ законной отвѣтственности, на основаніи
Высочайшаго манифеста 22 авг. 1826 г. Затѣмъ предписано
акад. правленію рассмотрѣть, признаются ли издержки по ме-
лочнымъ расходамъ необходимыми, а семинарскому—предписано
о сверштатныхъ издержкахъ представлять начальству, завести
шнуровыя приходорасходыя и другія книги по экономической
части, по высланнымъ (въ количествѣ шести номеровъ) формамъ,
и строго соблюдать въ веденіи книгъ, разныхъ вѣдомостей и от-
четностей указанный порядокъ и своевременную запись.

По запросу изъ академіи о документахъ по вышеозначен-
нымъ мелочнымъ расходамъ, семин. правленіе выслало только
пять расходныхъ записокъ за два года и два отчета о мелоч-
ныхъ расходахъ, но эти данные найдены необстоятельными, хотя
сумма мелочныхъ расходовъ за 9 лѣтъ (всего 5289 р. 44 к.)
признана необходимою.

Нѣкоторыя объясненія нужны были отъ бывшихъ ректоровъ
Иннокентія (уже умершаго) и Поликарпа, который и представилъ
объясненія о расходѣ суммѣ, но они признаны неудовлетвори-
тельными; по этому предписано отъ 5-го дек. 1833 г. «въ попол-
неніе следующей ко взысканію суммы 3,927 р. 25 к. взыскать
съ бывшихъ въ то время членовъ сем. правленія, соразмѣрно
ихъ жалованью и времени нахожденія въ должности членовъ.
Но какъ тогдашній писецторъ Андрей и экономъ Николаевъ уже
умерли, то положено взыскать съ ихъ наслѣдниковъ, такъ какъ
они умерли «по состояніи уже манифеста 22 авг. 1826 г.» Ока-
залось возможнымъ взыскать только съ наслѣдниковъ (въ твер-
ской губ.) бывшаго инсп. Андрея 280 р. 19 к. Сношенія по дѣлу
о взысканіи тянулись до 1839 г. *).

Въ томъ же 1826 г. секретарь Успенскій подаль правленію
заявленіе, о томъ, что экономъ іеромонахъ Симеонъ разорвалъ
контрактъ, заключенный съ поставщикомъ платья на воспитан-
ковъ семинаріи, а залогъ его (банковый билетъ въ 500 р.),
будто бы возвратилъ портному, между тѣмъ наслѣдники портнаго,
вскорѣ затѣмъ умершаго, требуютъ эти деньги. Экономъ, по за-

*) Дѣло арх. выш. акад. прав. 1832 г. № 18.

— 236 —

просу правленія, представилъ объясненіе, что контрактъ разорвалъ нечаянно, такъ какъ онъ попалъ между его черновымъ бунтами, а деньги 500 р. отыскалъ у пріятеля портнаго, къ когортому, незвѣстно какъ они попали. Съ контракта онъ представилъ правленію копію (незавидительствованную), а 500 руб. возвратилъ уже другимъ банковымъ билетомъ. Вскорѣ послѣ этого онъ подалъ прошеніе объ увольненіи отъ должности, по болѣзні. На него сдѣлалъ былъ начетъ въ 4.984 р. 57 к. и обнаружены — недостатокъ росписокъ отъ получавшихъ деньги и утрата нѣкоторыхъ казенныхъ вещей. Впрочемъ за 1824-й п 25-й годы до достовѣрности въ счетахъ не дойдено, посему, по резолюціи митрополита, дѣло передано въ учреждению около того времени вышеупомянутую комиссію для разсмотрѣнія старыхъ дѣлъ, имущество же Симеона опечатано и доходы его монашескіе (въ Киновіп) удерживались. Но комиссія повѣрчная нашла разсчетъ семинар. правленія съ экономомъ неправильнымъ, ибо въ основаніи сего разсчета принята не та сумма, какая на самомъ дѣлѣ была выдана эконому, но та, какую только предполагалось выдать ему по журналамъ, п.ш. какую онъ просилъ себѣ по своимъ представлENіямъ. Предписано — произвести новый точный разсчетъ. Митрополитъ утвердилъ это, сдѣлалъ правленію «строгое замѣчаніе, чтобы оно дѣла свои производило впредь съ большей аккуратностію, нежели какъ оно производило ихъ до сего времени» (1827 г.) Нѣкоторые же вещи изъ опечатанныхъ вѣтѣлъ выдать бывшему эконому Симеону. Послѣ того донущенъ къ исправленію должности эконома учитель М. Пановъ, который былъ, повдіммому, дѣльный. Но виманію къ его усердной службѣ п честному поведенію, ему съ разрѣшенія Комиссіи дух. уч., обращена въ награду сумма, выданная на протоны (192 р. 90 к.) до Тамбова, куда онъ былъ первоначально назначенъ, но не повѣхалъ, оставшись учителемъ ал.невскаго училища и потомъ экономомъ семинаріп. Пановъ заводилъ разныя новыя вещи, стоны, парты п др. къ удобству учениковъ, составилъ инструкцію для служителей. Въ 1827 г., когда п ревизоръ Иннокентій рекомендовалъ его какъ исправнаго, *) правленіе представляло митрополиту къ утвержденію его экономомъ «за особенную рачительность по службѣ, способность къ дѣламъ экономическимъ и пріобрѣтеную уже (въ теченіи 11 мѣсяцевъ)

*) Впрочемъ Иннокентій объ экономіи прибавилъ, что «желательно было бы видеть нѣкоторую бережливость, особенно въ покупкѣ волей менѣе нужныхъ, напр. мебели и больше старанія объ опрятности».

— 237 —

опытность.» Но митр. Серафимъ не утвердилъ Панова и рекомендовалъ правленію избрать въ экономы «извѣстной вѣрности и честности какого либо іеромонаха, или іеродіакона пожилыхъ лѣтъ, а до того времени править экономическую должность учительно М. Панову, подъ особымъ смотрѣніемъ и надзянраніемъ инспектора семинарии.» Такимъ образомъ экономическій интересъ приносился иногда въ жертву желанію имѣть и въ должности эконома лицъ духовнаго и пренумущественно монашескаго сана. Но въ 1830 г. снова представленъ въ экономы свѣтскій, профессоръ А. Михайловъ, «какъ способный къ сей должности въ 1-хъ потому, что ему извѣстны мѣстныя отношенія города С.-Петербурга, пбо онъ воспитался въ здѣшней семинарии и обучался въ здѣшней же академіи, въ 2-хъ потому, что онъ, занимая экстраординарные классы (2) по семинарии, имѣтьль довольно своевободнаго времени для исправнаго прохожденія возлагаемой на него экономской должности». Между тѣмъ экономы—монахи или были неисправны, или вскорѣ выходили изъ семинарии. Хотя и при Михайловѣ, одномъ изъ найболѣе, повидимому, предпріимчивыхъ и аккуратныхъ экономовъ, не все было ладно: книги иногда оставались неочищенными росписками (напр. Масальскаго, послѣ его смерти), не смотря на то, что за этимъ строго предписывалось слѣдить, послѣ разбора дѣлъ ревизіонной комиссіи 1829 г.; въ 1836 г. изъ семинарской кладовой произведена была покража одежи на сумму 289 р., причемъ два вора задержаны вахтеромъ и письмоводителемъ и препровождены въ полицію. Но вообще въ 30-годахъ замѣчается улучшеніе хозяйственной части. Въ числѣ улучшеній, введенныхъ при Михайловѣ, особенно можно упомянуть о новыхъ ложкахъ. Прежде употреблялись ложки деревянныя, а тарелки и кружки палевыя. При этомъ заведено было, чтобы каждый воспитаникъ съ своей ложкой приходилъ въ столовую, а какъ столовая помѣщалась на другомъ дворѣ (по крайней мѣрѣ для нѣкоторыхъ), то забывшіе свою ложку иногда оставались безъ горячаго. Въ 1836 г. заведены вмѣсто деревянныхъ такъ называемыя аргентиновыя ложки (32 р. за дюжину), какъ болѣе пріличныя и прочныя. Еще въ 1830 г. Михайлова «за особенное усердіе въ исправленіи экономической должности», какъ служившаго одинъ еще годъ въ семинарии, акад. правленіе, согласно съ отзывомъ ревизора Навскаго, постановило имѣть въ виду на будущее время. Но внослѣдствіи Михайловъ долженъ былѣ даже отказаться отъ экономской должности, не имѣя по ней поощренія и одобренія отъ высшаго

— 238 —

начальства. Около этого времени об.-прокуроръ Пратасовъ образ-
тилъ особенное вниманіе на экономическій бытъ академіи и се-
минаріи. Пратасовъ, бывши въ семинаріи, высказалъ неудоволь-
ствіе относительно экономіи и приказывалъ ректору строже смот-
рѣть за экономомъ, какъ свидѣтельствуетъ объ этомъ ректоръ
Атанасій, который, впрочемъ и самъ, по перемѣщеніи въ петер-
бургскую семинарію, нашелъ въ ней много «сору и дрянки.» *)
Очевидно, экономъ былъ въ зависимости отъ многихъ внѣшнихъ
условій, неблагопріятствовавшихъ его аккуратности. Въ 1837 г.
возникло особое дѣло о семинарской конюшнѣ. Содержаніе ко-
нюшні съ теченіемъ времени все возрастило. Въ первое время
въ дѣлахъ упоминается одна лошадь, тельга, дровни или водо-
возные роспуски. Въ 1831 г. вмѣсто одной лошади заведены двѣ
легковыя (куленные за 500 р.) Въ 1833 г. на конюшню и ея
принадлежности издано было 1436 р. 3 г. Наконецъ въ 1837 г.
на представленіи сем. правленія по дѣлу о содержаніи 3-хъ ло-
шадей, митрополитъ Серафимъ написалъ: «семинарское правле-
ніе имѣетъ немедленно представить намъ справку, сколько по
штату положено быть при семинаріи лошадей и для какой на-
добности содержатся онымъ три лошади.» Правленіе указало, что
число лошадей въ уставѣ не опредѣлено, хотя положено вообще
имѣть лошадей, число опредѣляется, безъ сомнѣнія, мѣстными
нуждами; число учениковъ живущихъ въ семинаріи, вмѣстѣ
съ училищными и служителями до 500; въ зданіи не имѣется
нѣкоторыхъ приспособленій, напр. квасоварни, колодца, по этому
часто приходитсяѣ здить за водой, за квасомъ (на заводъ), за
пескомъ, камнемъ и проч.; заведеніе находится на краю города
и далеко отъ разныхъ мѣстъ и лицъ, съ которыми необходимо
имѣть сношенія; тѣхъ же лошадей приходится началству упо-
треблять и для приглашенія членовъ св. Синода и Коммиссіи
дух. учил. на публичныя испытанія и для объясненій съ ними
и проч., тѣмъ болѣе, что въ 1831 г. уже дозволено было имѣть
трехъ лошадей, изъ которыхъ только одна содержится на штат-
ную сумму, остальныя же частію на бурсачную и армейскую,
частію на собираемую съ своекоштныхъ учениковъ сем. и учи-
лищъ. На этомъ объясненіи митрополитъ положилъ такую резо-
люцію: «для удовлетворенія всѣмъ нуждамъ училищной и семи-
нарской экономій двухъ лошадей совершенно достаточно. Дѣло
1831 г., на которое правленіемъ сдѣлана ссылка, говорить о

*) См. выше, стр. 163 и 220 также Душ. чт. 1868. VIII. 338.

— 239 —

нуждѣ имѣть вмѣсто одной двухъ лошадей, а не трехъ. Значу-
щіяся по тому жъ двѣлу двѣ пары конской збруи, цѣною въ 170 руб.
слишкомъ богаты для нуждъ хозяйственныхъ, а два цвѣтные
ковра, за кои значится въ дѣлѣ особая уплата денегъ не могутъ
и мѣста имѣть въ числѣ оныхъ». —Опредѣленный вновь въ 1838 г.
правящимъ должность эконома изъ комисаровъ при столѣ А. Пе-
тровъ принималъ нѣкоторые мѣры къ улучшенію хозяйства. Пра-
вленіе с.-пет. семинаріи, «усмотрѣвъ изъ экономическихъ отче-
товъ за 1838, 1839 и 1840 г. между прочимъ весьма значительное
уменьшеніе передержекъ по содержанію дома семинаріи и соеди-
ненныхъ съ нею александроневскихъ училищъ, въ. сравненіи
съ предшествовавшими имъ годами, именно въ послѣдніи три
года передержано по содержанію дома менѣе 10,585 р. 53³/₄ к.,
нежели въ предшествовавшіе имъ три года, всѣдствіе чего
должно было увеличиться число казеннокоштныхъ и улучшиться
содержаніе (такъ какъ передержки занимствуются изъ остатковъ
по содержанію ученниковъ, на осн. 32 пун. Введ. къ проэкту уст.),
сверхъ того, такъ какъ въ сент. 1838 г. открытъ новый довольно
значительный посточникъ экономическихъ доходовъ, именно
съ сент. 1838 г. *) по янв. 1841 г. выручено денегъ отъ про-
дажи костей, помоевъ и кусковъ 1206 р. 19 к. асс.,» — положило
представить эконома Петрова къ наградѣ въ размѣрѣ его годо-
ваго жалованья, которое онъ и получилъ.

Высшее начальство, обративъ особенное вниманіе, по пинціа-
тивѣ гр. Пратасова, на экономическое улучшеніе семинарій п
прежде всего петербургской, озаботилось упорядоченіемъ и от
четностей по экономической части, бывшихъ ранѣе постоянно
въ непсправности. Первоначально экономические отчеты семина-
рій и училища представлялись для разсмотрѣнія въ академиче-
ское правленіе, откуда препровождались, вмѣстѣ съ академиче-
скимъ, въ контроль Коммиссіи дух. уч. Коммиссія же была пода-
влена массою такихъ отчетовъ, поэтому «не могла также обой-
тись безъ особой рѣшительной мѣры по случаю давняго нако-
пленія въ ней училищныхъ отчетовъ, которые оставались не-
размотрѣнными за непмѣніемъ къ тому въ прежнее время сно-
собовъ.» По всенодданійшему докладу гр. Пратасова, съ цѣлюю
облегченія контрольной дѣятельности Коммиссіи дух. уч. въ
ноябрѣ 1836 г. учреждено временное счетное отдѣленіе для

*) Въ этомъ году выручено 384 р. 95 к. отъ продажи старой посуды, костей, сухарей и помоевъ, въ томъ числѣ старой лошади и свиней.

— 240 —

обревизованія накопившихся отчетовъ съ 1813 по 1833 г., «которое въ опредѣленный двухгодичный срокъ и привело свои занятія съ совершенному окончанію.» *) Потомъ эти дѣла перешли въ Хозяйственное Управленіе при св. Спнодѣ. При разсмотрѣніи экономическихъ отчетовъ петер. семинаріи этим учрежденіями, затребованы были изъ семинаріи разныя объясненія, по поводу встрѣченныхъ въ отчетахъ за 1834 г. и ранѣе недоразумѣній, неточностей, недомолвокъ. Особенное вниманіе обращено на передержки противу штата, напр. по содержанію дома въ 1834 г. свыше 6 тыс., въ 1835 г. до 15 тысячъ руб. На запросъ, дѣлаллись ли эти передержки съ разрѣшенія епархіального начальства, семинарія отвѣчала, на основаніи объясненія инспек. Антонія и эконома Михайлова, что передержки происходили съ разрѣшенія митрополита, кромѣ развѣ незначительныхъ. Послѣдовало предписаніе, да и не одно, чтобы на всякій сверхштатный расходъ спрашивать разрѣшеніе архіерея. Разъискиваллись и провѣрялись зкономическія дѣла за болѣе давніе годы, даже съ 1826-го, при чемъ какъ Хозяйственное, такъ и Духовно-учеб. Управленія опять спрашивали у семинаріи разныхъ объясненій, но, за выходомъ должностныхъ лицъ, бывшихъ въ то время, справокъ не могли собрать, тѣмъ болѣе, что и приходорасходныхъ книгъ или недоставало, или онѣ велись неправно, и отчеты нѣкоторые были невѣрны.

Въ пособіе же центральному контролю въ концѣ 1836 г. учреждены особые епархіальные временные комитеты изъ лицъ духовнаго вѣдомства, неучаствовавшихъ въ дѣйствіяхъ дух. учебныхъ заведеній,—для повѣрки съ документами экономическихъ отчетовъ этихъ заведеній. Въ выпискѣ изъ журнала Комм. дух. уч. отъ 22 окт. и 3 дек. 1836 г., сообщенной митр. Серафиму и сданной пмѣ въ консисторію, сказано, что Контроль Коммиссіи не можетъ имѣть «удостовѣренія въ томъ, согласны ли всѣ суммы, въ отчетахъ заключающіяся, съ подлинными инструковыми книгами и прочими документами, пбо сіп документы и книги къ отчетамъ не прилагаются,—на мѣстахъ же подобной повѣрки ни кѣмъ не производится, кромѣ нѣкоторыхъ опытовъ, сдѣланныхъ по московской епархіи. Коммиссія, обращая на сей предметъ вниманіе и желая отчетность подвѣдомственныхъ ей мѣстъ привести въ удовлетворительное во всѣхъ отношеніяхъ состоя-

*) Извл. изъ отч. об. прок. за 1836 г. стр. 86, 87; за 1837 г. стр. 109; за 1838 г. стр. 94.

— 241 —

ніе, признала нужнымъ раздѣлить ревизію училищныхъ отчетовъ на двѣ инстанціи, нисшую, въ которой могла бы производиться повѣрка съ документами на мѣстахъ, и высшую въ констролѣ Комиссіи, который долженъ окончательно рассматривать всѣ экономическія дѣйствія дух. учебныхъ заведеній. Съ сею цѣлю Комиссія, положивъ учреждать въ епархіяхъ временные ревизіонные комитеты изъ лицъ дух. вѣдомства, не участвовавшихъ въ дѣйствіяхъ учебныхъ заведеній, утвердила подробное положеніе для руководства симъ комитетамъ съ тѣмъ, чтобы повѣрку сію распространить на отчеты за время съ 1833 г..., привести дѣло сіе къ окончанію, сколько возможно, безъ потери времени, и, по обревизованіи отчетовъ за каждый годъ, не ожидая окончанія послѣдующихъ, представлять ихъ въ Комиссію со всѣми нужными свѣдѣніями.» Для обревизованія же дух. училищныхъ отчетовъ 1836 г. донущено въ случаѣ надобности, чтобы не задержать дѣла и окончить ревизію къ марту следующаго года, образовать особый комитетъ. По распоряженію спб. епархіального начальства, въ январѣ 1837 г. учреждены три комитета—для академіи, семинарии съ александроневскимъ и петропавловскимъ училищами и для ямбургскихъ училищъ: каждый изъ 3-хъ лицъ. Въ комитетъ по дѣламъ семинарскимъ, съ утвержденія митрополита, вошли: Спасосѣн. протоиерей І. Ивановъ, Пан titlem. священникъ Ст. Славинскій и учитель сем. Гр. Смирянинъ. *) Комитетамъ препровождены за три года отчеты и дано въ руководство особое, утвержденное Комиссіей дух. уч. «Положеніе», въ которомъ опредѣляются цѣль, составъ и обязанности временныхъ ревизіонныхъ комитетовъ. Главнымъ образомъ комитетъ долженъ удостовѣриться въ вѣрности экономического отчета съ документами, т. е. шнуровыми книгами, контрактами, разрѣшеніями начальства, журналами правленій и прен. (§ 9); за тѣмъ повѣрить самый отчетъ, также всѣ книги и записки, — соблюдены ли всѣ требующіяся формальности; смотрѣть, нѣтъ ли издержекъ несогласныхъ со штатами, правилами устава и предписаниемъ начальства (§ 16), провѣрить денежныя записи, расходы—съ справочными цѣнами и контрактами, освидѣтельствовать Nachllichkeit суммы; повѣрить съ документами количество въ теченіе года содержащихся пищевой учениковъ и служителей, а относительно одежды и обуви—пмѣются ли своеручныя росписки ихъ, также количество отапливаемыхъ

*) Дѣло арх. спб. дух. консист. 1837 г. № 14.

16

— 242 —

печей, освѣщаемыхъ комнатъ и другихъ помѣщеній, количество больныхъ и число служителей у каждогоъ дѣла (§ 21). Въ случае усмотрѣнныхъ неясностей или неисправностей, дозволено требовать объясненія у сем. правленія. Въ авг. того же 1837 г. семинарскій комитетъ окончилъ свои занятія по разсмотрѣнію экономическихъ отчетовъ за три года, а въ декабрѣ того же года и за 1836 годъ, представивъ на благо усмотрѣніе митрополита самые отчеты съ журналами своихъ заѣданій, равно какъ и замѣчаніями на усмотрѣнныя въ нихъ при повѣркѣ съ шнуровыми книгами и прочими документами неясности и неправности (впрочемъ незначительныя); отъ митрополита же дѣло препровождено въ Комиссію дух. уч. Ревизіонный комитетъ съ того времени сталъ учреждаться ежегодно, но распоряженію епархіального начальства.

## Воспитанники.

Звание. Ученики семинаріи были собственно дѣти священнициерковнослужителей, *) но въ семинарію принпмались и свѣтскіе, съ назвѣстными условіями и ограниченіями. Въ 1818 г. Коммиссія дух. уч. утвердила мнѣніе акад. правленія «о допущеніи въ дух. училища гражданскихъ лицъ и о снабженіи ихъ свидѣтельствамъ отъ спхъ училищъ, соразмѣряясь однакожь съ числомъ дух. воспитанниковъ и вмѣстимостію училищныхъ домовъ.» Между дѣлами архива слб. семинаріи, особенно 1819 и 1820 годовъ и раньше, встрѣчается немало прошеній отъ свѣтскихъ лицъ о принятіи дѣтей ихъ, илі родственниковъ, въ семинарію, илі дух. училища, напр. отъ тит. совѣтника Есаулова, служащаго при Императ. фарфоровомъ заводѣ, канцелярията Анкудинова, камеръ-лакея Небольсина, титул. совѣтника Ермонаева, новоторжскаго купца Аксанина и др. Семинарское правленіе не находило обыкновенно препятствій къ принятію ихъ, кромѣ неблаговременности, т. е. если началось уже ученье, илі подъ условіемъ сначала своихъ размѣстить по комнатамъ. Въ январѣ 1822 г. послѣдовало о свѣтскихъ слѣдующее предписаніе Коммиссіи дух. уч. (отъ 22 дек. 1821 г.) «1) Дѣтей не принадлежащихъ къ духовному званію въ духовныя училища не

*) Въ первое время допускались въ семинарію для обученія—лица, состоящія въ должности дьячка, илі дьякона, (напр. иподіаконъ Хеласвъ, 1809—1812 г.), но такихъ было не много.

243 —

принимать, буде они обременены многими учениками духовнаго званія, дабы излишнимъ умноженіемъ учащихся не обременять какъ самыхъ наставниковъ, такъ и не дѣлать затрудненія въ ходѣ ученія; но если таковаго препятствія не встрѣтится, то принимать въ качествѣ приватно обучающихся. 2) Принимать ихъ только предъ началомъ учебнаго курса, а увольнять во всякое время, когда сами просить будутъ. 3) Съ выходящаго изъ семинаріи не въ срочное время, если онъ жилъ въ семинаріи на своемъ содержаніи, «удерживать въ экономіи весь остатокъ суммы, какая внесена была ученикомъ при вступленіи его.» 4) При увольненіи, аттестата не выдавать, а только свидѣтельство о обученіи приватно, съ означеніемъ, «что выданное ему свидѣтельство ни въ какомъ случае не можетъ замѣнить аттестата семинарскаго. 5) Увольняемымъ въ срединѣ курса дѣтямъ свѣтскаго званія не выдавать свидѣтельствъ.» Однакожъ это предписаніе не мѣшало свѣтскимъ проситься и поступать въ семинарію. Въ 1828 г. находимъ 5 прошеній отъ свѣтскихъ лицъ (препмущественно чиновниковъ) *) о принятіи дѣтей ихъ въ семинарію, въ 1830 г. три такихъ же прошенія; въ 1835 г. было отношеніе оберъ-прокурора св. Синода Нечаева на имя митрополита о принятіи въ семинарію двоихъ сыновей антекаря екатеринбургскихъ заводовъ Гельма, для подготовленія ихъ въ медико-хирургическую академію. Также изъ свѣтскихъ Снигиревскій принятъ въ 1837 г. въ дух. училище, для подготовленія въ мед. академію. Но другимъ отказывали, на основаніи вышеприведенного предписанія Коммиссіи 1821 г. По предписанію же 1837 г. въ іюль постановлено—свѣтскихъ учениковъ принимать съ разрѣшенія епархіального архіерея и ежегодно въ перечневыхъ вѣдомостяхъ особо объ нихъ показывать. Въ 1841 г. изъ числа 264 воспитанниковъ семинаріи только двое принадлежали къ свѣтскому званію. Изъ крещенныхъ евреевъ воспитанниковъ видимъ еще до 20-хъ годовъ, таковы были: Ник. Петровскій и Ив. Крамановскій, послѣдній поступлѣ въ 1820 г. Въ 1835 г., по Высочайшему повелѣнію, и грекоунптовъ дозволено принимать въ дух. уч. и семинарію, хотя въ петербургской епархіи не было таковыхъ.

Иноепархіальные, хотя также съ нѣкоторыми ограничениями, но постоянно бывали въ петербургской семинаріи, между

*) Дѣти же консисторскихъ чиновниковъ и служителей считались наравѣ съ церковнослужительскими.

*

— 244 —

прочимъ и на основаніи распоряженій Коммиссіи дух. уч. Некоторые поступали сначала въ дух. училища, потомъ переходили въ семинарію. Впрочемъ еще въ 1811 г. семинарское правленіе, на отношеніе Принея, архіеп. сковскаго, о принятіи въ петерб. семинарію двухъ воспитанниковъ изъ сковской епархіи, постановило: «въ училищныхъ правилахъ нѣтъ основанія, на которомъ можно было бы принимать учениковъ другихъ епархій въ здѣшнюю семинарію», при чемъ указало и на то, что иноспархіальные переходящіе неблаговременно (т. е. послѣ начатія ученья) дѣлаютъ затрудненіе учителямъ. Но съ разрѣшенія Коммиссіи дух. уч. въ томъ же 1811 г. по экзамену принятъ въ семинарію ученикъ харьковскаго коллегіума Федоровскій. Въ 1812 г. по прошенію священника Славинскаго, но экзамену принятъ братъ его, ученикъ нисш. отд. новгородской сем., но съ условіемъ жить въ домѣ брата. Въ 1813 г. принятъ въ высшее отд. ученикъ моск. слав. греко-латинской академіи А. Некрасовъ. И послѣ видимъ, напр. въ 1814 г., что по экзамену ученики нерѣдко поступали или переводились въ петербургскую семинарію изъ другихъ епархій: новгородской, сковской, петрозаводской, ярославской и друг. Въ 20-хъ годахъ были случан принятія въ семинарію изъ другихъ епархій, на основаніи резолюцій митрополита. Въ 1828 г. на запросъ олонецкой консульторіи, сколько въ петерб. семинаріи было учениковъ изъ олонецкой епархіи, таковыхъ оказалось 9 человекъ; изъ нихъ 7, съ открытиемъ олонецкой семинаріи въ 1829 г., по предписанію Коммиссіи дух. уч., и переведены туда. Но въ томъ же году видимъ перешедшихъ изъ новгородской семинаріи, калужской и курской; тогда же были ученики изъ пензенской и минской епархій. Въ 1841 г. иноспархіальныхъ было 7 человекъ: С. Чижовъ (средн. отд.) изъ тверской епархіи, А. Ждановъ и Н. Сimeоновскій (нисш. отд.) рязанской; Гавр. Рутовъ (средн. отд.) и Ив. Платоновъ (нисш.) казанской; В. Наумовъ (высш. отд.)—херсонской; П. Смирновъ (нисш. отд.) тульской.

Обыкновенно просили о перемѣщеніи дѣтей или родственниковъ изъ другихъ епархій, ради тѣхъ или другихъ удобствъ. Въ 1837 г. напр. священникъ церкви села Бабина, новгородской епархіи, Прод. Флоринскій просилъ о перемѣщеніи сына своего Димитрия въ александроневское дух. училище, такъ какъ С. Петербургъ разстояніемъ ближе къ моему (проспителя) жительству, нежели Новгородъ и сверхъ сего пмѣю родственниковъ въ столицѣ, которые могутъ содѣйствовать къ успешному занятію препода-

— 245 —

ваемыми науками сыну моему Д. Флоринскому своимъ попечениемъ и присмотромъ.» Подобное же основаніе было выставлено въ 1841 г. священникомъ села Коровья-ручья, новг. ен. для помѣщенія сына его въ александроневское училище. Въ томъ же году А. Черенскій переведенъ изъ олонецкаго уѣзднаго училища въ здѣшнюю семинарію, такъ какъ отецъ его былъ священникомъ въ новоладожскомъ уѣздѣ.

Служащіе по духовно-учебному вѣдомству часто просили о переводѣ ихъ родственниковъ изъ другихъ епархій: баккалавръ акад. Монсей просилъ за племянника (1815 г.), Вѣтринскій за брата (1814 г.) Въ 1826 г. съ ректоромъ Антоніемъ пріѣхалъ изъ Архангельска ученикъ Сергіевъ и принятъ въ семинарію на казенное содержаніе. Въ 1830 г. инспекторъ академіи Юосифъ перевелъ двоихъ своихъ родственниковъ изъ тверской семинаріи, чтобы лучше наблюдать за ними, и вносилъ за ихъ содержаніе. Профессоръ с. петербургской семинаріи И. Спмеоновскій перевелъ изъ рязанской семинаріи своего роднаго брата въ 1840 году. Инспекторъ семинаріи Юасафъ въ томъ же году перевелъ своихъ дѣтей изъ курской епархіи въ петропавловское училище, а по выходѣ своемъ изъ петербургской семинаріи отправилъ ихъ въ рыльское училище.

Въ 1838 г. было предписаніе Комиссіи дух. уч. чтобы семинаріи «принимали дѣтей духовенства другихъ епархій въ томъ только случаѣ, когда на сіе получать разрѣшеніе отъ епархіального преосвященнаго и когда сними дѣтьми будутъ представлены надлежащіе документы о ихъ рождениі и происхождениі.» Еще ранѣе (1834 г.) было предписано — сообщать выписки изъ именныхъ вѣдомостей объ иноепархіальныхъ ученикахъ въ мѣстное семинарское правленіе и архіерею, но въ именныхъ вѣдомостяхъ мѣстной семинаріи имъ не числиться, если снова не перейдутъ въ нее.

Особенно часты были случаи временнаго перемѣщенія въ петербургскую семинарію иноепархіальныхъ воспитанниковъ, пріѣзжавшихъ сюда вмѣстѣ съ лицами монашествующими, вызываемыми на чреду священнослуженія.

Подобные воспитанники не только поступали на время, но иногда просто лишь допускались къ слушанію уроковъ въ петербургской семинаріи, а числились въ семинаріи своей епархіи. Напр. въ 1826 г. вмѣстѣ съ ректоромъ псковскимъ Иннокентіемъ пріѣхалъ ученикъ высш. отдел. Пономаревъ и чрезъ годъ опять просилъ увольненія, такъ какъ Иннокентій возвращался во

— 246 —

Исковъ. Съ Іустинномъ, ректоромъ черниговской семинарии, прі-
ѣхалъ въ 30-хъ годахъ, ученикъ средн. отд. Як. Дорогоневскій.
Съ Юанномъ, ректоромъ харьковскаго коллегіума, вызваннымъ
на чреду, перешелъ ученикъ высш. отд. Рудинскій, въ 1840 г.
Тогда же изъ подольской семинарии перешелъ ученикъ Н. Черняв-
скій, назначенный въ свиту архіенскопа подольскаго Кирпіла,
вызваннаго въ св. Синодъ. Иные изъ пріѣхавшихъ такимъ образ-
зомъ и курсъ оканчивали въ петербургской семинарии, числясь
въ своей, напр. Д. Верещагинъ изъ псковской семинарии, Мих.
Хребтовъ изъ тверской семинарии (1839 г.) и др. Иные, наобо-
ротъ, числясь въ петербургской семинарии, учились въ чужой
епархіи и даже странствовали изъ одной епархіи въ другую, съ
дозволенія правленія, напр. Н. Верховскій съ Инкодпимомъ (Лебе-
девымъ), ректоромъ сарат. и друг. семинарій, былъ въ Саратовѣ,
и въ Нижнемъ-Новгородѣ и въ Иркутскѣ. (1833 г.) При этомъ
ежегодно сообщались въ правленіе петер. сем. свѣдѣнія объ
устѣхахъ и поведеніи подобныхъ воспитанниковъ.

Армейскіе воспитанники, дѣти военнаго духовенства, но-
ступали въ семинарию по отношеніямъ въ семинарское правле-
ніе отъ своего начальства. Въ первый разъ въ 1818 году по-
ступили въ спб. семинарию 15 человѣкъ изъ существовавшей
доселѣ отдѣльно, такъ называемой, армейской семинарии, по слу-
чаю «предположеній о новомъ образѣ существованія армейской
семинарии.» *)

Положенія о новомъ образѣ существованія армейской семи-
нарии составлены членомъ св. Синода и Коммиссіи дух. уч.,
арміи и флота оберъ-священникомъ Державнымъ. Предписаніе
о приведеніи ихъ въ исполненіе, но опредѣленію Коммиссіи дух.
уч., послѣдовало отъ академическаго правленія 20-го сентября
1818 года. На основаніи этихъ постановленій, Высочайше утвер-
жденныхъ 14 апр. 1819 г., «армейская семинария изъ дѣтей
полковаго духовенства существуетъ отдѣленіями въ разныхъ

*) Особня армейская семинария для дѣтей военнаго духовенства устроена была, при Императорѣ Павлѣ І, въ 1800 г. по проекту полеваго оберъ-священника Озерецковскаго, въ С. Петербургѣ, на Васильевскомъ островѣ, въ домъ тверскаго подворья. Въ 1815 г. предполагалось преобразовать ее, привлѣнительно къ общему уставу дух. училищѣ, но всѣхѣствіе экономическихъ затрудненій, она закрытă, а ученики распределены по разнымъ спарх. семинаріямъ, на основаніи новыхъ особыхъ «Положеній.» (Барсоев «Объ управлѣніи русск. военн. дух. стр. 56, 57. Невзоров. Истор. оч. управ. дух. воена. вѣд. стр. 17 и д.)

— 247 —

епархіяхъ,» воспитанники ея «содержатся совокупно съ казенно-
коштными воспитанниками епаршескихъ училищъ» (§ 2) и, по
окончаніи курса, должны поступать на священнослужительскія
должности при полкахъ; исключенные же, но благонравные,
могутъ оставаться еще на годъ, «для усовершенствованія себя
въ свѣдѣніяхъ нужныхъ причетнику.» Сообщенія объ армейскихъ
воспитанникахъ, о ихъ успѣхахъ, поведеніи и содержаніи дѣлают-
ся отъ семинарскаго правленія къ оберъ-священнику, но они
«состоять въ совершенной подчиненности епархіальному началь-
ству, и оберъ-священникъ ни въ какое по дѣламъ ихъ разбира-
тельство въ то время не входитъ» (§§ 6, 8, 10); лучшихъ изъ
нихъ архіерей имѣютъ право назначать на епархіальную служ-
бу, сообщая о томъ оберъ-священнику. «Распоряженіе въ назна-
ченіи и доставленіи дѣтей въ епаршескія училища предостав-
ставляется оберъ-священнику, смотря по мѣстной удобности,
или другимъ обстоятельствамъ». (§ 12). Въ силу этого, обыкновенно
и дѣлались отношенія въ спб. семинарское правленіе отъ оберъ-
священника (протоіерей Державина, въ 20-хъ годахъ, или впо-
слѣдствіи Музовскаго, Мансѣтова, Кутневича), который, «вклю-
чивъ просящагося въ число воспитанниковъ армейской семина-
ріи,» сообщилъ правленію, «дабы благоволено было принять
его» въ семинарію, или училище. Но и отцамъ дозволено было
воспитывать дѣтей въ той епархіи, гдѣ признаютъ для себя
почему либо выгоднѣе, съ тѣмъ впрочемъ, чтобы приплачивать
отъ себя, если потребуется, къ суммѣ назначаемой на содержа-
ніе армейскаго воспитанника. (§ 14.) Поступающіе въ академію
не обязывались послѣ опредѣляться на полковую службу, но въ
академіи содержались уже не на армейскія суммы. О количествѣ
суммы отпусаемой вообще на содержаніе армейскихъ воспитан-
никовъ сказано въ своемъ мѣстѣ (см. въ гл. Экономія, стр. 214).

Фамилія воспитанника могла перемѣняться, съ дозволенія
семинарскаго начальства, и это происходило безъ особыхъ за-
трудненій, хотя подобные случаи въ спб. семинаріи были рѣдки.
Въ 1826 г. воспит. Павловъ «по волѣ родителя» просилъ пере-
мѣнить ему фамилію на Черткова; правленіе разрѣшило и пере-
именовало. Стиндіаты митр. Михапла перепменовывались Ми-
хайловыми, какъ выше сказано (стр. 213). Перемѣна фамиліи
производилась не только произвольно, но и довольно безпоря-
дочно. Такъ въ 1838 г. былъ запросъ изъ консисторіп, почему
исключенный изъ ал.-невскаго училища, сынъ діакона Пахомова
носилъ фамилію Мансветова? Отвѣтъ отъ семинаріи послѣдовалъ:

— 248 —

«изъ дѣлъ правленія не видно, почему.» Въ 1833 г. псаломщикъ придворной церкви Котовскій просилъ объ увольненіи изъ семинаріи сына его А-ра Спасскаго и о переименованіи снова Котовскимъ, такъ какъ ректоръ цептроп. училища прот. Стахій Колосовъ, по своему усмотрѣнію, безъ согласія отца, назвалъ его Спасскимъ. Правленіе уволило воспитанника и въ свидѣтельствѣ назвало его Котовскимъ.

Помимо ученическихъ обязанностей, на воспитанниковъ, какъ извѣсто, возлагались различныя должности, которые, служили къ облегченію тѣхъ или другихъ должностныхъ лицъ въ семинаріи, хотя, безъ сомнѣнія, мѣшали прямымъ, ученическимъ обязанностямъ воспитанниковъ. Какъ выше сказано было, изъ учениковъ выбирались старшіе, пріоры, цензоры—для наблюденія за поведеніемъ воспитанниковъ (на такихъ должностяхъ обыкновенно было до 20 и болѣе учениковъ высш. и частію среди, отдѣленія); за тѣмъ аддиторы и лекторы—по учебной части. О дѣятельности аддиторовъ нѣтъ свѣдѣній. Вѣроятно, должность эта, допущенная по инструкціи старшимъ 1826 г. (см. выше, стр. 132), не получила развитія въ семинаріи. Лекторы же изъ лучшихъ учениковъ высш. отдѣленія назначались, по уставу (§ 37), собственно «въ пособіе учителя по классу какого-либо языка», а также и вообще въ помощь нѣкоторымъ наставникамъ, пмѣвшимъ много занятій, или же за отсутствіемъ какого-либо преподавателя. Въ 1818 г. было постановлено акад. правленіемъ: если число учачихъся по классу словесности будетъ свыше 75, то «профессору давать помощника съ званіемъ лектора изъ лучшихъ учениковъ высш. отдѣленія, коего долгъ состоять будетъ въ разсмотрѣніи сочиненій.» По греческому языку, какъ общему предмету, постановлено давать профессору одного или двухъ помощниковъ, отдѣляя имъ учениковъ менѣе успешныхъ. На этомъ основаніи въ 1819 г. было отъ семинарскаго правленія представленіе академическому о необходимости лекторовъ по словесности и всеобщей исторіи и двухъ лекторовъ на греческій языкъ. По вниманію къ просьбѣ наставника словесности Пв. Смирнова, который принялъ на себя и секретарскую должность, въ 1818 г. назначенъ былъ лекторомъ къ нему ученикъ высш. отд. Н. Навинскій. Тогда же лекторомъ греч. языка былъ Фил. Кудрявцевъ, потомъ Ив. Смирновъ (1820-21 г.), Ив. Чупровскій (1823 г.), такъ какъ болѣе 200 учениковъ было у одного преподавателя греч. языка, (начала у инспектора Андрея, потомъ у К. Успенскаго). Въ 1828 г.

— 249 —

Ив. Мелюранскій, проф. словесности п греч. языка и секретарь проспіль назначить на греч. яз. лектора, которымъ и назначенъ М. Петронавловскій. Въ 1830 г. лекторомъ, былъ И. Чупровскій (другой), смѣненный потомъ П. Налимосымъ. Въ 1832 г. опредѣлены въ помощь проф. Тяжелову лекторамъ—по словесности 1-го отд. М. Саженскій, 2-го отд. В. Долоцкій, по греч. яз. И. Скроботовъ. За тѣмъ въ 1834 г., за выходомъ Тяжелова, назначены лекторами по 1 п 2 отд. словесности А. Недешевъ и В. Ушаковъ, а по греч. яз. Е. Михайлєвъ 1-й; но Ушаковъ вскорѣ былъ уволенъ «за нерачительность», по донесенію проф. Массальскаго, а вмѣсто него назначенъ уже магистръ Галаховъ. Въ 1839 г. за болѣзнію проф. Семеневскаго посылали за него въ классъ—на гражд. исторію П. Петровскаго, а на нѣм. языкъ А. Кедрова. Въ 1-й половинѣ 1841 г., за болѣзнію наставника Д. Успенскаго, на классъ греч. языка ходилъ К. Доброноравинъ, а на финскій классъ И. Зосимовскій. Лекторы изъ учениковъ подавали также конспекты пройденнаго, напр. между конспектами 1834 г. находимъ и конспектъ по греч. яз. лектора Е. Михайлова 1-го. Но уже въ 1835 г. (отъ 18 юня) предписано было—лекторовъ изъ учащихся болѣе не назначать на главные предметы, т. е. богословіе, философію и словесность. Да и на греческій языкъ съ этого времени семин. правленіе выражаетъ болѣе желанія назначать лекторовъ изъ окончившихъ курсъ въ академіи, такъ какъ охотинки находились.

Кромѣ того, воспитанниковъ высш. отд. временно назначали, съ увольненіемъ отъ нѣкоторыхъ уроковъ въ семинаріи, для исправленія учительской должности въ александроневскомъ училищѣ, по представленію ректора училища, бывшаго, какъ извѣстно, и инспекторомъ семинаріи. Въ 1818 г. ходилъ за учителя въ алекс.-невское училище воспитанникъ Ф. Кудравцель. Къ концѣ 1822 г., по рекомендаціи училищнаго ректора Вѣодоція, опредѣлены на учительскія должности лучшіе воспитанники И. Чупровскій и М. Николаевъ (съ жалованьемъ по 597 р.), при чемъ пхъ обязали ходить въ свой классъ только на богословскія лекціи и явиться на окончательные экзамены. По окончаніи курса въ 1823 г., Николаевъ предпочелъ остаться на учительской въ училищѣ должности поступленію въ академію. Въ томъ же году обучалъ партесному пѣнію въ училищѣ также п семинарскій хоръ ученикъ нисшаго отд. семинаріи Мих. Гороновичъ (съ жалованьемъ 60 р. въ годъ); онъ же училъ и въ 1826 г., бывши ученикомъ высш. отдѣлія. Въ 1824 г. на мѣсто вышед-

— 250 —

шаго пъз ал.-невскаго училища, учителя іеромонаха Іезекінля, сем. правленіе назначило учениковъ высш. отд. С. Ориатскаго и С. Устинова, какъ особенно благонадежныхъ, по отличнымъ успѣхамъ и примѣрному поведенію, увольнвъ ихъ отъ нѣкоторыхъ «менѣе значительныхъ классовъ.» Въ 1830 г. въ приходскій классъ назначенъ былъ ученикъ высш. отд. Н. Григорьевъ (съ жалованьемъ 250 р.), съ увольненіемъ отъ хожденія на урови по языкамъ. За тѣмъ съ половины 30-хъ годовъ обычай назначать учениковъ на преподавательскія должности въ училищѣ, повидимому, выходить изъ употребленія.

На воспитанниковъ, съ ихъ согласія, возлагались еще должности—компсара, смотрителя больницы, особенно же письмоводительская—при семинарскомъ правленіи, при экономѣ и даже при духовно-цензурномъ комитетѣ, иногда по библіотекѣ (напр. въ 1826 г. при составленіи каталога) и проч. Отвлекая воспитанниковъ отъ ихъ ученческихъ занятій, такія постороннія обязанности иногда могли служить и поводомъ къ злоупотребленіямъ. Еще въ 1810 г. ректоръ Анатолій представилъ къ увольненію совершенно неуспѣвающихъ въ наукахъ трехъ учениковъ высш. отдѣленія, какъ занятыхъ посторонними обязанностями по экономіи и письмоводству, дозволивъ двоимъ изъ нихъ остаться при семинаріи въ должности письмоводителей. Секретарь Ивановъ (1811 г.) также обращалъ вниманіе на неудобства имѣть письмоводителей изъ учениковъ. Тѣмъ не менѣе по проекту семии. устава (§§ 23, 24) это дозволялось. Въ 30-хъ годахъ, для облегченія письмоводителей, число ихъ увеличено до 4-хъ. Но и при этомъ бывало, что письмоводители опускали свои ученическія обязанности. Напр. письмоводители И. Аландскій и К. Смирновъ, вслѣдствіе донесенія инспектора объ отсутствіи ихъ въ классѣ (1840 г.), прямо заявили, что занимались дѣлами семии. правленія. Письмоводитель же Иги. Вознесенскій сослался на то, что по дѣламъ службы былъ у члена комитета по построенію зданія семинаріі. Впрочемъ хорошіе воспитанники не злоупотребляли своимъ особеннымъ положеніемъ, въ качествѣ письмоводителей, и не манкировали ученическими занятіями, какъ напр. тотъ же И. Аландскій, окончившій курсъ въ первомь десяткѣ.

Особой же какъ бы привиллегіей пользовалась пѣвческая должность въ хорѣ митрополита, такъ что пѣвчіе могли не подчиняться иногда общимъ съ другими воспитанниками правиламъ ученической дисциплины. Малоуспѣшность ихъ обыкновенно не

["— 251 —", "соединялась съ тѣми послѣдствіями для нихъ, какими она сою-
вождалась для остальныхъ воспитанниковъ, поведеніе же нихъ
нерѣдко было соблазномъ для другихъ. Въ 1817 г. (сент. 10)
митрополитъ Амвросій написалъ слѣдующую резолюцію на про-
шеніи объ увольненіи ученика семинаріи Петрова, состоявшаго
въ хорѣ Его Высокопреосвященства и два раза уже оставлен-
наго на повторительный курсъ за нехожденіе на уроки: «Петрова
яко пѣвчаго, не исключая изъ семинаріи предлагаю объявить въ
оной на прежнемъ положеніи, дозволя слушати лекціи философ-
сія и класса словесности и не занимая ничѣмъ другимъ». Но
оказалось, что философія и словесность бываютъ въ одинъ часы,
поэтому правленіе опредѣлило посылать его, когда свободенъ,
также на исторію и языки, чтобы одинъ не оставался въ комна-
тахъ. Въ концѣ разсматриваемаго періода былъ такой случай,
что уволенный воспитанникъ чернитовской семинаріи, принять
былъ въ петербургскую, потому что, по приѣздѣ въ Петербургъ,
поступилъ въ хоръ митрополита (1840 г.). Но въ 1841 г. при
введеніи реформы видимъ попытку и пѣвчихъ подчинить общимъ
требованіямъ дисциплины. Не смотря на ходатайство преосв. Се-
рафима о воспитанникѣ Б., бывшемъ въ митроноличьемъ хорѣ,
онъ за дурное поведеніе и малоустышность переведенъ былъ въ
Новгородскую семинарію, (см. стр. 186), чрезъ что пѣвчимъ
какъ бы давалось внесеніе быть болѣе исправными.", "Количество воспитанниковъ семинаріи обозначалось обыкновенно въ такъ назваемыхъ перечневыхъ вѣдомостяхъ*), ежегодно представлявшихся въ акад. правленіе (§ 443 акад. уст.), откуда свѣдѣнія изъ нихъ пересылались въ Коммисію дух. уч. Количество учениковъ снб. сем. въ теченіе года варьируетъ между 111 (1811 г.) и 264 (1839 г.), за исключеніемъ 1813 г. половины 1814 г., когда число воспитанниковъ семинаріи понижалось до 93. Вообще же оно шло въ увеличивающейся прогрессіи, съ незна-", "*) Форма ихъ, по образцу составленному о воспитанникахъ снб. сем., утверждена въ 1819 г. Въ нихъ обозначалось: 1) сколько учениковъ въ каждомъ классѣ въ сентябрѣ такого-то года; 2) послѣ того сколько переведено въ высш. классы; 3) уволено въ епарх. вѣдомство окончившихъ курсъ и исключено неспособныхъ; 4) исключено въ гражданскомъ вѣдомство за худое поведение; 5) уволено въ ины вѣдомства; 6) умерло; 7) въ сентябрѣ слѣдующаго года на лицо съ прибылыми; 8) въ семъ числен на казенномъ и буреасномъ содержаніи; 9) на полубуреасномъ; 10) на доходы отъ предоставленныхъ чѣстъ и др. пособіяхъ; 11) на своемъ содержаніи; 12) сколько обучалось въ домахъ родителей въ предыдущемъ году и нынѣ."]

— 252 —

чительными колебаніями. Для припніра укажемъ нѣсколько годовъ: 1817 г. — 156 чел. 1828 г. — 198, 1830—186, 1835—217, 1841—256. Въ высшемъ отдѣленіи обыкновенно было менѣе прочихъ, въ высшемъ болѣе, такъ что въ 1823 г. понадобилось раздѣлить высшее отдѣленіе на два класса по словесности: въ одномъ помѣщено 43 чел., въ другомъ 51, но въ 1841 г. было уже 52 и 55, въ 1838—39 г. еще болѣе. Въ высшемъ бывало отъ 24 (1817 г.), не считая 1815 г. когда, съ образованіемъ трехъ отдѣленій (стр. 54), въ высшемъ было только 13,—до 58 (1841 г.); въ среднемъ—отъ 40 (1816 г.) до 91 (1841 г.). Всѣхъ выпусковъ съ 1811 г. по 1841 г. было 16. Число воспитанниковъ, окончившихъ полный семинарскій курсъ въ теченіе этого периода, равняется 549, какъ видно и изъ приложенныхъ въ концѣ книги снисковъ. Количество исключаемыхъ къ году до 20-хъ годовъ было 10—14 человѣкъ, въ 20-хъ годахъ оно возросло до 22 (1823 г.), хотя и понижалось до 7 (1830 г.); затѣмъ въ 30-хъ годахъ оно довольно быстро поднялось до 32 (1840 г.). Исключенные увольнялись обыкновенно въ сепархіальное вѣдомство и объ нихъ сообщалось консисторіи, также какъ и объ окончившихъ курсъ, съ обозначеніемъ, чьи дѣти, сколькихъ лѣтъ, какого поведенія, не состоять ли въ долгу у семинаріи. Желавшіе же поступить въ свѣтское вѣдомство увольнялись св. Синодомъ, по представлению консисторіи. Число приватныхъ вообще было незначительно, еще менѣе изъ нихъ—количество принимаемыхъ въ число дѣйствительныхъ учениковъ, напр. въ 1816 г. изъ приватныхъ 7 включены въ число дѣйствительныхъ, въ 1827 г. также 7, въ 1840 г.—2, въ 1841 г.—4 и т. п. Объ условіяхъ допущенія приватныхъ сказано въ своемъ мѣстѣ (стр. 109); здѣсь же мы указемъ на особыя обстоятельства, по которымъ допускались иногда приватные. Въ 1816 нѣсколько исключенныхъ приняты приватно, до прийсканія и many мѣста, съ правомъ увольненія во всякое время. Въ 1819 г. бывшій воспитанникъ медико-хирургической академіи Андрей Леопольдовъ, желавшій поступить въ дух. академію, допущенъ приватно къ слушанію философіи въ семинаріи, съ помѣщеніемъ въ семинарскомъ домѣ, на содержаніи ректора дух. академіи. Также бывшій студентъ медиц. академіи Сивилловъ, изъявившій желаніе отправиться въ китайскую миссію, принять временно въ семинарію, для слушанія тѣхъ предметовъ, которые плохо зналъ, съ помѣщеніемъ въ семинаріи на собственный счетъ, съ вычетомъ изъ его послѣдующаго жалованья. Въ 1823 году нѣсколько исключенныхъ принято приватно.

— 253 —

Въ числѣ ихъ принятъ исключенный изъ нисш. отдѣленія Ник. Логипевскій, вслѣдствіе особой резолюціи митрополита на про-
шеніи отца его, выборгскаго протоіерея: «поелику означенный
ученикъ по самому мѣсту рожденія и воспитанія долженъ знать
финскій и частію миведскій языки, а языки сін въ Финляндіи
необходимо нужны для священника, для обучающихся же въ
здѣшней семинаріи нензвѣстны; то семинарское правленіе имѣть
принять сего ученика въ среднее отдѣленіе, не въ присмѣръ дру-
гимъ исключеннымъ ученикамъ, и имѣть объ немъ особенное по-
неченіе, дабы онъ современемъ моть въ томъ краю, где почти
вовсе нѣтъ ученыхъ священниковъ, знающихъ тамошніе языки,
употребленъ съ пользою для св. церкви». Воспитанникъ этотъ
въ числѣ последнихъ окончалъ курсъ въ 1827 г. Нослушникъ
Череменецкаго монастыря А. Новоградскій, изъ прежде исключен-
ныхъ, снова принятъ приватно въ 1834 г. и окончалъ курсъ въ
1835 г. Н. Наумовъ, уволенный изъ медиц. академіи (тобол. сем.)
въ 1836 г., доенъ приватно — на своемъ содержаніи — и про-
сился даже на казенное, но вскорѣ былъ уволенъ за нетрезвость.

Нѣкоторые изъ исключенныхъ поступали иногда въ другія
учебныя заведенія, напр. въ старый педагогическій институтъ.
Когда же одинъ изъ уволенныхъ по неспособности воспитани-
ковъ (1820 г.) выдержалъ экзаменъ въ московское отдѣленіе ме-
дико-хирургической аcademi, то послѣдовало предписаніе отъ
Коммиссіі дух. уч. наблюдать осмотрительность, чтобы не ислю-
чать способныхъ.

Нерѣдко воспитанники или родители ихъ подавали прошенія объ увольненіи изъ семинаріи по болѣзни, или по другимъ причинамъ, но правленіе въ этихъ случаяхъ, особенно въ первое время, поступало осмотрительно и не поспѣшно, тѣмъ болѣе что нужно было представлять о томъ въ Коммиссію дух. учил. (Считали нужнымъ обращать внимание на успѣхи ученика. Въ 1812 г. не уволенъ по болѣзни воспитанникъ Оредежскій, не смотря на представленное имъ докторское свидѣтельство. Въ 1814 г. отказано въ увольненіи Н. Налимову, согласно впрочемъ и мнѣнію семин. врача Книпера. Въ 1818 г. воспитанникъ Хилковскій подалъ прошеніе митрополиту Михаплу объ увольненіи его изъ семинаріи, о чемъ и мать ученика просила, но правленіе не нашло нужнымъ удовлетворить этому прошенію, такъ какъ здоровье воспитанника, по отзыву штабъ-лекаря Бока, было крѣпко; митрополитъ утвердилъ мнѣніе правленія. Въ 1827 г. ученикъ нисш. отд. Быстровъ писалъ въ прошеніи объ увольне-

-- 254 --

кін: «третій годъ, какъ я стражду отъ удара, полученнаго въ грудь», и былъ уволенъ въ епархіальное вѣдомство, на основаніи докторскаго свидѣтельства. Въ 1828 г. 8-мь учениковъ семинаріи просили объ увольненіи въ епархіальное вѣдомство по болѣзни (груди, сухоткой, золотухой): однихъ сем. правленіе осталось до каникуль, о другихъ отправило донесеніе въ Комиссію дух. уч., которая и уволила ихъ; вообще подобное увольненіе происходило съ разрѣшенія Комиссіи. Въ 1831 г. уволено ик- сколько человекъ по слабости здоровья. Вас. Владыкинъ (1837 г.) изъ выск. отд. вышелъ по слабости здоровья, на основаніи свидѣтельства штабъ-лекаря Смирнова.

Выходъ же изъ семинаріи, для поступленія въ свѣтскія учебны заведенія, не возбранялся, хотя допускался также не безъ разбора. Такъ въ 1811 г. одному изъ учениковъ нисш. отд. просившему увольненія изъ семинаріи, для поступленія въ медицинскую академію, отказано, со внушеніемъ о нелѣностномъ преложеніи ученія». Въ 1833 г. восп. Еф. Михайловъ 2-й не уволенъ въ медицинскую академію, потому что былъ въ числѣ лечивыхъ и состоялъ на казенномъ содержаніи. Но, по окончаніи курса, въ 1836 г. уволился изъ духовнаго званія. (Обсѣдно частіи были заявленія о желаніи поступить въ медико-хирургическую академію *), тѣмъ больше, что академія сама обыкновенно вызывала воспитанниковъ семинаріи. Пespтаніе ученикамъ желающимъ поступить въ медицинскую академію первоначально производилось, на основаніи постановленія 1811 года, во врачебныхъ управахъ, въ присутствіи одного члена семина. правленія, но потомъ это измѣнено. Въ 1817 г. прислана была отъ медиц. академіи программа для поступающихъ въ нее изъ семинарій, опредѣлень срокъ подачи прошеній и чрезъ Комиссію дух. уч. объявлено, чтобы ученики, увольняясь изъ семинарій, сами не пріѣзжали въ академію безъ достаточной подготовки и безъ всякихъ средствъ къ жизни. Въ правилахъ 1818-22 г. для поступающихъ въ медико-хир. академію изъ всѣхъ классовъ сем. опредѣлены годы 16-24 и предъявлены требованія—въ знаніи латинскаго и русскаго языковъ, ариометики и геометрии, логики и физики, съ дозволеніемъ переходить на фармацевтическое отѣдленіе, въ случае отвращенія къ трупамъ, или уѣзжать обратно. Въ 1824 г. было

*) Въ «Докладъ Комитета о усовершеніи дух. учил.» (изд. 1809 г. стр. 15; ср. «Начертаніе правилъ» §§ 61, 63) прама поставлено цѣлю семинарій — между прочимъ отправлять къ которыхъ въ мед. академію.

— 255 —

предписано — не подавать ученикамъ прошеній выскому начальству, мимо своего, объ увольненіи ихъ въ медикохирургическую академію. Въ томъ же году послѣдовало предписаніе отъ акад. правленія, подтвержденное и въ 1832 г., чтобы сем. правленіе «представленія свои о увольненіи учениковъ въ медицинское вѣдомство присыпало непремѣнно къ послѣднимъ числамъ марта, съ тѣмъ, что ежели таковыя представленія получатся въ академ. правленіи послѣ марта, то онъя будутъ оставляемы безъ дальнѣйшаго движенія». Въ янв. 1835 г., по Высочайшему повелѣнію, было предписаніе отъ Коммиссіи дух. уч., чтобы въ медикохирургическую академію между прочимъ назначать изъ семинарій «воспитанниковъ съ самою хорошою нравственностью», а то замѣчено было, что «епархіальное начальство никогда не изъбираетъ лучшихъ по нравственности». Подобное же предписаніе о благо надежной нравственности, въ соединеніи съ надлежащими знаніями въ положенныхъ наукахъ, было и раньше, отъ 2 іюля 1828 г., вслѣдствіе отношенія г. управляющаго виутренними дѣлами. Учениковъ же признанныхъ недостойными къ принятію въ медицинскую академію дозволялось замѣнять другими надежднѣйшими, безъ особаго представленія о томъ высшему начальству (Преди. отъ 12 окт. 1829 г.). Съ 1820 г. по 1841 г. число поступившихъ въ медиц. академію изъ спб. семинаріи, большею частію средняго отд. *) было около 25 человекъ, частію по назначенію семинарскаго правленія, вслѣдствіе вызова, больше же частію по собственному желанію. Въ дѣлахъ находимъ слѣдующія фамилии отправленныхъ въ мед. академію: Ник. Борисовъ (1812 г.), Юна Дьяконовъ (1817 г.), Конст. Максимовъ, Иванъ Андреевъ и Ник. Михайловъ (1818 г.), Петръ Трачевскій, Өед. Змиряновъ (1820 г.), Ник. Максимовъ (1822 г.), Дим. Песоцкій, Пав. Іерусалимовъ (1824 г.); Ив. Крипинцкій, Вас. Мокіевскій, Ег. Петровъ—въ 1826 году были назначены, но удержаны вслѣдствіе особаго предписанія Коммиссіи д. уч., хотя въ спискахъ потомъ не уномпинаются, (Петровъ вышелъ по болѣзніи въ 1827 г.); А-ръ Лебедевъ, А-ръ Товіевъ (1828 г.), Алексій Знаменскій (1830 г.),

*) Ипогда изъ средн. отд. не оказывалось охотниковъ въ медиц. академію, тогда посылали изъ нисшаго: въ 1818 г. были даже изданы особы пра-вила для семин. правленія «при выборѣ и отправленіи учениковъ изъ окончив-шихъ курсъ словесныхъ наукъ въ медикохирургическую академію», а въ 1819 г. изданы и дополненія къ нимъ. Но ученики нисш. отд. иногда оказывались вовсе неподготовленными и отсылались назадъ, напр. Хрусталевъ и Кузьмин-скій въ 1821 году.

— 256 —

Ив. Бъловъ (1831 г.), Вас. Спилловъ, Гр. Михайловъ, Ник. Знаменскій, Гр. Петровскій, Лука Якимовичъ (1832 г.), Петръ Павловскій (1833 г.), Пав. Щутскій (1836 г.), Ювъ Наспловъ (1837 г.). Поступившіе же въ 1838 г., ученики средн. отд. Барсовъ и Покровскій просили о принятіи ихъ снова въ семинаріо, всѣдѣствіе нерасположенности къ anatomіи: съ разрѣшенія Комиссіі дух. уч. были приняты обратно въ семинаріо. Въ 1839 г. желающихъ не оказалось на вызовъ въ мед. академію. Въ 1841 г.—И. Кондрейскій.

Бывали требованія въ старый недагоріческій институтъ, чрезъ Комиссію дух. уч., такъ въ 1816 г. отправлены—Н. Смирновъ средн. отд. и Θ. Первянскій инеш. отд. При учрежденіи Главнаго недагоріческаго института (1828), на остановіи 8 § устава института, было постановлено: наносить это заведеніе «премущественно воспитанникамъ дух. семинарій, но не прежде какъ по окончаніи ученья въ классахъ наукъ философскихъ. Правило сіе почтено мужнымъ въ томъ предноложеніи, что молодые люди изъ духовнаго состоянія, руководимые примѣрами благочестія, и получившіе подъ строгимъ надзоромъ духовныхъ властей начала нравственности и классическаго обученія, будутъ способнѣе докончить съ успѣхомъ образованіе свое въ институтъ и вступить потомъ съ пользою въ важное и почтенное званіе учителей». (Изъ отнош. министра нар. просв. гр. Ливена къ митр. Серафиму). Въ 1829 г. въ институтъ отправлены были студенты семинаріп Мих. Быстровъ и Влад. Нечаевъ. Затѣмъ въ октябрѣ отправлены ученики высш. отд. Андрей Дапковскій и Ник. Гостиннопольскій, но послѣдній возвращенъ по причинѣ болѣзни (чесотка и опухоль въ ногахъ). Но вызову въ 1832 г. назначены въ институтъ четверо: Матв. Сиженскій, Фед. Измайловъ, Ник. Долоцкій, А-ръ Вещезеровъ, но первые два отказаллись по нерасположенности къ свѣтскому званію; затѣмъ посланъ еще Вас. Михайловъ изъ средн. отд., Ив. Павловскій (1832 г.), а въ 1836 г. изъ инеш. отд. Петръ Долоцкій, въ 1840 г. Ив. Лавровскій (сред. отд.).

На поступленіе же въ университетъ въ разсматриваемый периодъ не находимъ прямихъ указаній. Но напр. въ 1827 г. былъ запросъ изъ спб. университета о новеденіи и успѣхахъ А-ра Вишневскаго (средн. отд.).—Въ началѣ 20-хъ годовъ видимъ и случай увольненія изъ семинаріи для поступленія въ Военно-стропѣльное училище путей сообщенія: А.Л. Адріановъ и Ник. Гавриловъ (средн. отд.) 1821 г., А-ръ Гавриловъ (инеш. отд.) 1822 г., Андрей Гойтанниковъ (средн. отд.) 1823 г.

— 257 —

Большинство кончивших курсъ постепенно поступало на епархіальную службу, поэтому о них сообщались всегда болѣе или менѣе подробныя свѣдѣнія (чей сынъ, сколько лѣтъ, откуда, не долженъ ли за содержаніе) въ дух. консисторію. Консисторія же почти ежегодно дѣлала запросы къ оканчивающимъ курст, не желаетъ ли кто занять такое-то священническое мѣсто (обыкновенно въ селѣ), съ условіемъ вступить въ бракъ съ такою-то, или на другихъ условіяхъ. Но больше частію воспитанники отказывались отъ предлагаемыхъ мѣстъ. Въ 1830 г. предписано сообщать Синоду объ остающихся еще безъ мѣста окончивших курсъ, съ цѣлію посылать ихъ въ другія епархіи. Часто бывали запросы въ семинарію, нѣтъ ли желăющихъ поступить на причетническія и пѣвческія должности, въ составъ той или другой миссіи. Еще въ 1809 г. вызывались желăющіе въ церковники къ учрежденной миссіи въ Касселѣ: изъявли желаніе двое, но консисторіей признаны неспособными. Въ отчетѣ ревизора Филарета (1817 г.) между прочимъ читаемъ: «не въ обыкновенное время уволены были изъ семинаріи по требованіямъ въ миссіи, основаннымъ на Высочайшей волѣ, икоторые ученики, немного обещавшіе семинаріи по своемъ умственнымъ способностямъ». Въ берлинскую и константинопольскую миссіи вызывались въ 1813 г., въ первую также и въ 1827 г., въ нивейцарскую въ 1817 г., въ некинскую въ 1823, 24 и 28 годахъ, также—въ парижскую (1816 г. и 1825 г.), мадрійскую (1826 г.), въ Штутгардтъ—во священники (1823 г.), въ Грецію (1833 г.), Стокгольмъ (1835 г.), ПарZHъ (1834 г.) и т. и. На эти мѣста еще изъ учившихся часто находились охотники, но лучшихъ по успѣхамъ не увольняли.— Иногда воспитанникамъ семинаріи были предложенія на мѣста изъ другихъ вѣдомствъ, но начальство не всегда отпускало учениковъ. Въ 1812 г. былъ запросъ изъ канцеляріи государ. банка объ увольненіи восп. Филиппова, для поступленія на службу въ эту канцелярію; но правленіе отказало. Въ томъ же году былъ вызовъ желăющихъ въ ополненіе изъ писм. отд. Изъявли желаніе иколько человекъ, но икоторые возвращены по слабости здоровья. Въ 1814 г. трое изъ семинаріи, по запросу, опредѣлены надзирателями за дѣтей въ Воспитательный домъ. Кончившіе же курсъ и не получившіе мѣста, какъ сказано выше, проживали до времени въ семинаріи и имѣли прѣвѣстныя занятія, подготовляющія къ дух. сану, (напр. въ 1811 г. было такихъ 27, изъ нихъ къ 1813 г. осталось 8). Иногда они отправляли за казенный столъ должность старшихъ, на основаніи предпос. Ком. отъ

17

— 258 —

3 марта 1834 г., напр. И. Голубевъ (1834 г.), Ив. Нокровскій 1-й,
Илья Смирновъ и Ив. Нокровскій 2-й (1835 г.), Вас. Благовѣщен-
скій и В. Барсовъ (1837 г.); иногда же должность комисара (В.
Музовскій 1839 г.). Но иногда и никто изъ окончившихъ не про-
живалъ въ семинаріи (напр. въ 1836 г.).

Лучшіе изъ воспитанниковъ поступали въ духовную ака-
демію, или на духовно-училищную службу. Вѣхъ ноступившихъ
въ дух. академію но 1841 г. включительно было 68 человѣкъ.
Въ московскую академію изъ нихъ ноступили лишь двое: Андрей
Адамовичъ изъ высш. отд. въ 1836 г. и Иванъ Надеждинъ въ
томъ же году (изъ окончившихъ курсъ въ 1835 г.). Ноступив-
шихъ же въ петербургскую академію, по окончаніи семинарскаго
курса, было 50; изъ нихъ только два случая поступленія въ ака-
демію второразрядныхъ: Мих. Галицкій (1823 г.) и А-ръ Кед-
ровъ (1839 г.), сынъ пѣвчаго придворной церкви великой кня-
гини Маріи Павловны, въ Веймарѣ, назначенный въ академію,
по желанію великой княгини, согласно предложенію спнодаль-
наго об. прокурора *). Затѣмъ 10 человѣкъ изъ высшаго отдѣ-
ленія въ 1814 г., по вызову академіп, ноступили въ составъ ея
2-го курса **). Наконецъ 6 человѣкъ ноступили изъ лучшихъ
воспитанниковъ среди. отделенія (1817—1821 г.); изъ нихъ 4 по
назначенію семин. правленія, такъ какъ въ высш. отд. не нахо-
дилось достойныхъ для отправленія въ академію, и 2 по про-
шеніямъ. Большею частію академія вызывала 4-хъ, но семинар-
ское правленіе иногда назначало менѣе; ноступавшихъ же въ
академію бывало и больѣ 4-хъ (напр. въ 1821 г., 1823 г.), вмѣ-
стѣ съ ноступавшими по собственному желанію и иногда со
взносомъ за свое содержаніе, или на половинномъ содержаніи,
до открытія штатныхъ вакансій **%). См. списки (въ концѣ книги).

*) Но предписаніемъ отъ 23 ноября 1841 г., согласно предложенію об. про-
курора, второразряднымъ запрещено было явиться на приемные экзамены въ
дух. академію.

**) Сначала затребовано было изъ высш. отд. спб. семинаріи 14 чело-
вѣкъ, потомъ 11, а поступило 10 (см. списки). Воспитанники 2-го курса спб.
академіи учились только три года—1814—1817. (См. Пет. спб. д. ак. Чистот.
стр. 270, 271).

***) Относительно ноступавшихъ по собственному желанію, или воют-
рой, какъ потомъ ихъ стади называть, особое предписаніе было отъ 29 апр.
и 21 мая 1840 г., чтобы они являлись на экзаменъ въ академію, съ согласія
мѣстнаго училищнаго начальства, съ надлежащими документами, въ одно время
съ поступающими по назначенію. Предписаніемъ 1841 г. они обязывались при
поступленіи въ академію шить себѣ одежду по образцу акад. студентовъ.

— 259 —

Относительно избранія учениковъ семинаріи въ составъ академическихъ курсовъ, комрѣșтисховъ и поведенія, предписано было, послѣ того какъ въ 1826 г. изъ поступившихъ вновь студентовъ оказалось очень много больныхъ,— «обращать должное впинманіе на состояніе ихъ здоровья, чтобы ученики разслабленнаго и ненадежнаго сложенія, или подверженные какимъ либо важнымъ болѣзненнымъ припадкамъ отнюдь отправляемы въ академію не были, подъ опасеніемъ за сіе строгой отвѣтственности», съ возвращеніемъ больныхъ на счетъ мѣстныхъ сем. правленій. (Предп. ак. пр. отъ 30 марта 1826 г. подтвержденное отъ 16 августа 1832 г.) *). Подобное требованіе предъявлялось и отъ другихъ высшихъ учебныхъ заведеній. Но, разумѣется, сужденія врачей въ этомъ случаѣ не всегда могли быть рѣшительны и вѣрны. По случаю сомѣнія врача въ здоровья назначеннаго въ 1833 г. въ академію, студента спб. семинаріи В. Долоцкаго, внутреннее акад. и правленіе, согласно и съ мѣніемъ доктора Александрова, положило: «хотя ученикъ Долоцкій признается врачемъ сомнительнаго здоровья, но оказанная имъ на испытаніи отличная благоуспѣшность подаетъ надежду, что онъ безъ особенныхъ успѣхій и потери здоровья можетъ продолжать курсъ академическаго ученья, а потому принять его въ число воспитанниковъ академіи, предписавъ впрочемъ спб. сем. правленію, дабы не избирало въ академію студентовъ сомнительныхъ по здоровью». Ири этомъ Долоцкаго общаять, въ случаѣ болѣзни, взять на свое понеченіе отецъ его, каеедральный соборный ключарь, свящ. Йоаннъ Долоцкій, у котораго онъ жилъ по болѣзни полгода, еще въ 1831 г. Между тѣмъ оказалось впослѣдствіи, что студентъ Долоцкій ни разу не хворалъ въ академіи и послѣ въ теченіи цѣлыхъ 35 лѣтъ былъ одиничъ изъ исправнѣмѣнныхъ профессоровъ той же академіи. Въ 1832 г. Ник. Долоцкій, назначенный въ педагогическій институтъ, былъ забракованъ докторомъ (по слабости труды), но по предписанию Комиссіи дух. уч. не былъ задержанъ. Бывало и наоборотъ: больного докторъ признавалъ здоровымъ. Воспитанникъ Гостиннопольскій въ 1829 г., отправленный въ Главный педагогическій институтъ, возвращенъ былъ назадъ, по причинѣ болѣзни чесоткою и опухоли въ ногахъ, хотя семинарскій докторъ ранѣе нашелъ его здоровымъ.

*) При вызовъ 11 человекъ изъ спб. семинаріи въ составъ 2-го курса академіи между прочимъ предписывалось: «они должны быть здоровы и безъ значущихъ недостатковъ въ благовидности».

*

— 260 —

Не всѣ поступившіе въ академію оканчивали академическій курсъ, но изъ окончившихъ—27 получили степень магистра, изъ нихъ до 10 принадлежать къ числу лучшихъ магистровъ, пріобрѣтшихъ впослѣдствіи большую или меньшую назвѣстность въ духовномъ и другихъ вѣдомствахъ: 1 — ръ *Рождественскій* (оконч. въ сем. 1813 г. 0 немъ см. стр. 35). *Андрей Окуневъ* † (изъ семи. въ 1814 г.), 2-го курса магистръ и бакалавръ спб. ак. ректоръ ал.-невскаго, потомъ петропавлавскаго училища, протоиерей Ка-занскаго, затѣмъ Петропавловскаго, наконецъ Исаакіевскаго со-бора, членъ акад. конференціи и дух. консисторіи, законоучитель Пажескаго корпуса. Иванъ Ивановъ † (1814 г.) протоіерей, ординарный профессоръ спб. академіп. А—ръ *Максимовичъ* † (1814 г.) бакалавръ гражд. исторіи и евр. языка въ кіевской академіи; перешелъ потомъ въ минист. внутр. дѣлъ (тайный совѣтникъ). *Спиридонъ Гуляевъ* † (1817 г.), ординарный профессоръ кіевской академіи. Иванъ Чупровскій † (1823 г.), см. стр. 37. *Сергій Орнатскій* † (1825 г.)—въ числѣ 3-хъ лучшихъ студентовъ спб. академіи, по предложенію М. М. Сперанскаго, былъ вызванъ для изученія законовѣднія при П. отд. собственной Его Величества канцеляріи, слушалъ лекціи въ спб. университетѣ и затѣмъ отправленъ въ Берлинскій университетѣ; по возвращеніи, со сте-пенью доктора правъ, опредѣленъ профессоромъ энциклопедіи законовѣднія и росс. государственныхъ законовъ — въ москов-скомъ университетѣ. *Гавриилъ Михайловъ* † (1827 г.), протоіе-рей Покровской, въ Коломиѣ, церкви. Василій Ив. *Долоцкій* (1833 г.), заслуженный профессоръ спб. дух. академіп. Иванъ *Скроботовъ* † (1833 г.), протоіерей полковой кавалергардской церкви въ Спб. (болѣе 30 лѣтъ). *Константинъ Добронравинъ* (1841 г.), законоучитель 3-й спб. гимназіи, потомъ смотритель ал.-невскаго училища, въ санъ протоіерей; нынѣ епископъ Тав-рическій (преосв. Гермогенъ). А—ръ *Никольскій* † (см. ниже. пер. П) *).

*) Изъ остальныхъ, окончившихъ курсъ въ академіи, воспитанниковъ спб. семинарии наполѣе извѣстны въ духовенствѣ спб. протоиерей: Ив. Смир-новъ † (законоучитель въ Импер. воспитательномъ обществѣ благор. дѣвицѣ), Ал—й Н. Максимовъ, Вас. Бережнѣ † (законоуч. Морскаго училища), Гавр. Розовъ † (законоуч. Инженернаго учил.). Вас. Шишовъ †, Дим. Максимовъ † (законоуч. Екатер. института), Фил. Сперанскій †, Пав. А. Налимовъ, Арнанъ Колоколовъ †, Ал—й Недешевъ †, Вл. Виноградовъ †, Вас. Помяловскій † Вас. Н. Барсовъ; въ гражд. служб: Пл. Пантовскій †, Кодр. Коралловъ †, Юс. Самчевскій †. Изъ небывшихъ въ академіи, кромѣ упомянутыхъ въ числен-

— 261 —

Духовныя училища уѣздныя, а отчасти и приходскія, на-
ходились въ зависимости отъ семинарскаго правленія въ отно-
шеніи административномъ, педагогическомъ и экономическомъ.

Поэтому и вся вторая часть «Проэкта устава дух. семинарій» посвящена дѣлу управления упздныхъ училищѣ, зависящихъ отъ семинаріи, которое состояло: «1) въ надзорѣ за училищами по вступающимъ изъ оныхъ бумагамъ въ семинарское правленіе; 2) въ надзорѣ за оными посредствомъ отряжаемыхъ семинарскимъ правленіемъ чиновниковъ (ревизоровъ), для наблюденія за производствомъ экзаменовъ и для обозрѣнія всего относящагося къ уѣзднымъ училищамъ. Приходскія училища находились собственно подъ надзоромъ уѣздныхъ *), но напр. устроеніе этихъ училищъ подлежало наблюденію семин. правленія (Проэк. уст. дух. сем. ч. П. § 272), отчасти и ревизія ихъ (§ 298 примѣч.); назначеніе и увольненіе учителей происходило также съ вѣдома семинарскаго начальства, ему же дѣлалось представленіе въ служа нетерпимости ученика въ училищѣ и духовномъ званіи (Проэктъ уст. дух. прих. уч. § 67), а семинарія о таковыхъ соб общала консисторіи (Проэктъ уст. дух. сем. ч. П § 268); была изъ которой зависимость и по экономической части (Пр. уст. прих. уч. §§ 84, 87, 88) и друг. (§ 12, 36, 39). Семинарское правленіе съ своей стороны могло дѣлать смотрителю тѣ или другія предписанія (§ 7). Съ теченіемъ времени приходскія училища по большей части сливались съ уѣздными, согласно съ 272 § проэкта сем. уст. ч. П, или вовсе закрывались.

Первое уѣздное духовное училище въ С.-Петербургѣ открыто
въ Александро-невской лаврѣ (стр. 10) на 112 учениковъ, съ утвер-
жденія Коммиссіи дух. уч., изложеннаго въ отношеніи на имя мит-
рополпта Амвросія отъ 14 февр. 1809 г. Затѣмъ по 14 пункту жур-
нала Коммиссіи дух. уч. отъ 23-февр. 1809 г., сообщенному и
въ указѣ консисторіи отъ 17 августа 1809 года, опредѣлено

должностныхъ лицъ, назовемъ нынѣ здравствующихъ петерб. протоиересвъ—
Андр. Як. Эвенхова (1819 г.), И. И. Шполатова, И. Я. Преображенскаго,
А. Н. Братолюбова, В. Т. Покровскаго, М. П. и Н. П. Соколовыхъ, С. И. Не-
чева, О. А. Флоровскаго и старейшаго изъ воспитанниковъ спб. семинаріи
А—ра Бѣлявина (1813 г.), свящ. въ новолад. уѣздѣ (с. Василькова).

*) Начерт. прав. о образов. дух. учил. ч. І отд. І § 12. Отд. І § 28.
Ср. Проэк. уст. дух. уѣзд. уч. ч. П.

— 262 —

новоучрежденному при лаврѣ учлишку «оставаться въ соединеніи
съ семинаріем во всѣхъ отношеніяхъ: нравственномъ, учебномъ
и экономическомъ», хотя и съ особымъ начальствомъ и дѣлопро-
изводствомъ. Въ сплу этого, инспекторъ семинаріи былъ обыкно-
венно ректоромъ Александро-невскаго учлища, начиная съ Фи-
ларета Дроздова, утвержденнаго 31 июля (1809 г.) по представ-
ленію митр. Аввросія, и кончая Антоніемъ Навлинскимъ (1840 г.).
Въ концѣ 1840 г. назначенъ исправляющимъ должность ректора
учлища магистръ моск. академіи іеромонахъ Аврамій Казан-
скій, и съ него пошли отдѣльные смотрители и ректоры
учлища, тѣмъ болѣе, что оно, по переводѣ семинаріи изъ
Александроневскаго монастыря въ новый домъ, отдѣлилось отъ
нея; съ этого же временъ для учлища стали назначать и от-
дѣльного эконома.

Въ 1809 же году Коммиссія дух. уч. опредѣлила открыть
и 14 приходскихъ учлищъ: въ С.-Петербургѣ два—спасоѣннов-
ское и нетропавловское, въ уѣздахъ — ямбургское, выборгское,
гдовское, новоладожское, кронштадтское, софійское (или царско-
сельское), шлиссельбургское, ораніенбаумское, сердобольское, дуж-
ское (село-запольское), ревельское, староладожское (въ старо-лад.
монастырѣ). Уѣздыя учлища открывались по мѣрѣ подготовки
учениковъ приходскихъ учлищъ къ высшимъ классамъ,— сначала
нисшія отдѣленія, потомъ высшія. Такъ въ февр. 1810 г. открыто
петропавл. уѣздное учлище, въ присутствіи ректора семинаріи
архим. Анатолія, затѣмъ въ сент. ямбургское и ладожское. Но
нѣкоторыя приходскія учлища, вслѣдствіе малочисленности уча-
щихся (отъ 4-хъ до 7)*), вскорѣ закрывались къ соединялись
съ чрупним. Такъ, уже въ сент. 1809 г. ревельское приписано къ
ямбургскому, новоладожское къ староладожскому. Въ 1812 г. за-
крыты: кронштадтское, софійское, ораніенбаумское и шлиссельбур-
гское, а сердобольское соединено съ выборгскимъ. Въ 1815 за-
крыты еще лугское и гдовское приходскія учлища, въ 1820 году—
выборгское (гдѣ было только два ученика), такъ что съ 1821 г.
существовали лишь — александроневское (уѣздное), нетропав-
ловское (уѣздное и приходское), спасоѣнновское (приходское),
ямбургское (уѣздное и приходское) и ладожскія (уѣздное—новола-
дожское и приходское—староладожское).

*) При этомъ еще нѣкоторые ученики только числивались въ учлищѣ, а обучались въ домахъ родителей. На основаніи § 23 Начерт. прав. и § 39 Проект. уст. прих. уч.

— 263 —

Училища закрывались, по постановлению семинарского прав-
ленія, съ утвержденія академическаго и митрополита. Въ 1822 г.
въ семинарскомъ правленіи разсматривалось дѣло по просьбѣ ста-
роладогскаго Николаевскаго монастыря о выведеніи изъ него дух.
училища, такъ какъ ученики причиняютъ неопрятность и безпокой-
ство братіи. Въ тоже время поступила отъ монастыря жалоба
на писпектора іером. Іезеїпля (Цвѣткова), что онъ не платить
денегъ въ монастырь за свое содержаніе. Отъ училища полу-
чено оправданіе, съ заявленіемъ о желаніи имѣть собственный
домъ, но какъ это оказалось дорого, то сем. правленіе постано-
вило и представило академическому о закрытіи училища. Ака-
демія донесла комиссіи дух. уч., которая и предписала конси-
сторіи—училище закрыть, размѣстивъ учениковъ, где окажется
удобѣе, а вещи передать въ александроневское училище. Та-
кимъ образомъ къ концу 1822 г. закрылись и оба ладогскія учи-
лища, а въ 1823 г. открыто приходское—александро-невское. Въ
1824 г. закрыто Спасоѣнновское приходское училище, въ кото-
ромъ было только 4 ученика, по заявленію ревизіи 1823 года.
Суммы и вещи переданы въ складніе семинарскаго правленія;
ученики размѣщены по другимъ училищамъ. Осталось только
три училища—уѣздыня и приходскія: александроневское, петро-
навловское съ казанскимъ отдѣленіемъ *) и ямбургское.

Завѣдуя назначеніемъ и увольненіемъ учителей, иногда по
представлению училищнаго ректора, или переводомъ ихъ изъ
одного училища въ другое, безъ представлений о томъ на рас-
поряженіе акад. правленія, по съ согласія сепарх. архиерея, (со-
образно 9 § Пр. уст. д. уч., подтв. въ предписаніи акад. правл.
отъ 20 авг. 1835 г.), семинарія была и судебной инстанціей для
училищъ, полагавшей штрабы на виновныхъ, даже иногда де-
нежный (прозяк. ч II § 277, 280). Мы позволимъ себѣ привести
кѣн сколько фактовъ: хотя они можетъ быть и некрасивы, какъ
и вообще разные сцѣдственныя кляузныя дѣла, но съ одной сто-
роны служать къ характеристикѣ тогдашнихъ училищныхъ не-
дагоговъ и вообще положенія дух. училищъ, съ другой показы-
ваютъ, на сколько сем. правленіе должно было отвлекаться этими,
сторонними для него и иногда непривлѣющими прямо отношенія

*) Нѣвчіе казанскаго собора, по резолюціи митрополита Амвросія въ 1812 г., должны были обучаться въ спасоѣнновскомъ прих. и петронавловскомъ уѣздномъ училищѣ. Въ 1817 г. всѣдествіе ревизіи архим. Поликарпа, поручено протоіерейю Казанскаго собора для пѣвчихъ избрать еще особаго учителя.

— 264 —

къ педагогіи, дѣлами. Въ январѣ 1822 г., учитель староладог-
скаго учлинища, священник Матвей Вещезеровъ, управленный по
отмѣткѣ смотрителя въ послужномъ снискѣ («должность прохо-
дить безъ усердія и впредь не подаетъ о себе хорошей падежды»),
жаловался семин. правленію, что «эта отмѣтка есть нѣчто (sic) пное,
какъ слѣдствіе его (смотрителя) ко миѣ (Вещезерову) ненависти,
которую онъ и прежде сего неоднократно обнаруживалъ весма
оскорбительными и незаступенными мною выговорами, какъ сло-
весно дѣлаемыми, такъ и письменно, и даже къ большой моей
обязкъ на журналъ классическому изъясненными.» При этомъ
учитель сеьластся на прежнія о немъ рекомендаціи и ревизіи.
Семинарское правленіе оставило его учителемъ до усмотрѣнія,
переведши на мѣсто уволенного безъ аттестата отъ должности
учителя приходскаго учлинища И—скаго, обвиненного въ пьян-
ствѣ и федератіи. Объ этомъ послѣднемъ было особое дѣло и
слѣдствіе. Чрезъ годъ, когда слѣдствіе освободило И—скаго отъ
уголовнаго суда, онъ просилъ семин. правленіе о выдачѣ ему
аттестата, для поступленія въ свѣтскую службу, но правленіе
представило дѣло на усмотрѣніе митронолита Серафима, кото-
рый словесно далъ такое рѣшеніе: «такъ какъ учитель И—сій
по собственному своему желанію рѣшается поступить въ мона-
стырь, то пусть по времени получить свидѣтельство отъ на-
чальства той обпѣли, въ которой будетъ жить. Аттестатъ же
его по должности учителя, приложенный при семъ представле-
ніи, хранить при дѣлѣ, впредь до разсмотрѣнія». Въ аттестатѣ
онъ значится «поведенія порадочнаго». — Въ 1821 г. возникло
дѣло о растратѣ въ 1819 г. смотрителемъ ладожскаго уѣзднаго
учлинища свящ. А. С—вымъ 609 р. 64 к. Изъ нихъ взыскано къ
1826 г. 249 р. 7 к., а остальные прощены на основаніи мани-
феста отъ 1 янв. 1826 г.—Въ 1822 г. производилось дѣло о про-
нажѣ въ ладожскомъ учлинишѣ 1565 руб., о чемъ доведено было
до свѣдѣнія Коммиссіи дух. уч, которая предписала уволить отъ
должности ректора съ инспекторомъ за перадѣніе о храненіи
казенныхъ суммъ и произвести слѣдствіе чрезъ конститорію,
послѣ чего положено было взыскать съ нихъ означенную сумму.
При этомъ привлеченъ къ отвѣтственности и учитель свящ. Ве-
шезеровъ, всѣдествіе подозрѣнія учлинищнаго начальства, но
признанъ послѣ (въ 1830 г.) сем. правленіемъ къ дѣлу непри-
кословеннымъ. Въ авг. 1823 г. правленіе представляло академіи,
что при всѣхъ мѣрахъ съ бывшаго смотрителя учлиница оста-
лись невысканными 1242 руб. 97 коп. Учитель же Вещезеровъ

— 265 —

проскать Коммиссію дух. учил. о выдаче ему удержанного
жалованья. Дѣло это тянулось до 1834 г., и семинарія дала от-
зывъ на прошеніе Вещезерова, что остаточныхъ суммъ для вы-
дачи ему удержанного жалованья не имѣется.—Въ 1837 г. инсп.
ал.-невскаго училища протоіерей Нав. С—овъ, по донесенію учи-
лищнаго ректора, инсп. сем. Антонія, уволенъ отъ должности
за безвременныя отлучки, неисправность, нетрезвость и время-
провожденіе «съ особами коммитетнаго поведенія». Отосланъ
былъ въ Рождественскій Коневскій монастырь.

Въ томъ же году смотритель ямбургскаго училища, прото-
іерей С. Р—скій былъ подъ судомъ за неисправность и проти-
возаконныя дѣйствія, по доносу инспектора училища П. В—ева;
въ свою очередь смотритель рекомендовалъ инспектора, какъ че-
ловѣка безнравственнаго поведенія и потомъ доносилъ, что онъ
не подчиняется приказаніямъ смотрителя, уѣхалъ безъ его вѣ-
дома въ Петербургъ (между тѣмъ самъ смотритель выдалъ ему
билетъ и зналъ, что инспекторъ находится въ с.петербургской
семинаріи, при производствѣ экзамена ученикамъ, поступавшимъ
изъ ямбургскаго училища въ семинарію); доносилъ также, что
инспекторъ употребляетъ въ услуженіе себѣ учениковъ, (хотя,
при разLOTДованіи, смотритель не могъ доказать этого доку-
ментально). Семинарское правленіе, по предписанію академиче-
скаго, должно было, разсмотрѣвъ это дѣло, донести безъ про-
медленія о его ходѣ и окончаніи. Сначала смотрителю даны были
вопросные пункты и на основаніи его отвѣтовъ замѣчены важ-
ные безпорядки по училищу, поэтому постановлено было по-
слать въ училище ревизора, тѣмъ болѣе что передъ этимъ ре-
визіи не было 8 лѣтъ. Въ качествѣ ревизора и слѣдователя от-
правленъ былъ инспекторъ семинаріи о. Антоній. По слѣдствію
оказалось, что инспекторъ В—евъ былъ оклеветанъ смотрите-
лемъ, напр. будто онъ нѣсколько лѣтъ не былъ на исповѣди и
у св. причащенія, не ходилъ въ церковь и былъ неисправенъ
по нписьмоводству; смотритель же признанъ виновнымъ въ не-
брежномъ веденіи хозяйства и книгѣ, въ недобросовѣстности, а
также въ ратратѣ суммъ.

Между прочимъ ученики семинаріи всѣхъ отдѣленій, раньше учив-
лись въ ямбургскомъ училищѣ, были допрашиваемы въ 1837 г. въ при-
сутствіи сем. правленія, касательно деятельности и исправности смотри-
теля и инспектора и показали:

Классы посвящает смотритель не более 4-х разъ въ году. На-
казываетъ учениковъ жестоко, часто безъ вины, единственно по прихоти
| нерѣко собственноручно (такъ онъ собственноручно часто наказываетъ

— 266 —

учениковъ въ банѣ, замѣтивъ у нихъ чесотку (а тѣлѣ). Пища бываетъ вообще негодная, именно: щи варятся изъ сърбой канисты, иногда и съ снѣтками, но до такой степени гнілыми, что ученики выходятъ изъ столо-вовой едва отвѣдавъ кушанья; хлѣбъ подается большемю частію сырой и тотъ въ маломъ количествѣ, такъ что ученики принуждены бываютъ по-купать его на собственный счетъ, (это, впрочемъ, смотрителемъ строго запрещено). Говядины за ужиномъ не бываетъ, и порція подаваемая за обѣдомъ несравненно менѣе порцій, подаваемыхъ за обѣдомъ и ужиномъ здѣсь въ семинари; притомъ говядина большемю частію бываетъ солонина. Рыба бываетъ только одинъ разъ въ году. Каша приготовляется изъ крути затхлыпъ. Суконные сюртухи выдаетъ (смотритель) ученикамъ большемю частію старые, шлафроки пьются каждогодно мухожаровые. Сюр-туки выдаетъ смотритель ученикамъ только на время богослуженія и, сели отбирая ихъ замѣтить на чьемъ либо сюртукѣ оторванную пуговицу или другое что-либо,—жестокому подвергаетъ наказанію виновнаго. Сапоговъ выдаетъ по двѣ пары на ученика въ годъ безъ всякой ночи, отъ того ученики въ лѣтнее время ходятъ большемю частію босые. Бѣлье выдаетъ въ разное время, когда настоить уже крайняя нужда перемѣнить его за ветхостію, и получившій оное должень росписаться за большее его коли-чество нежели, какое получилъ, такъ напр. получивъ пару бѣлья. Дол-женъ росписаться въ полученіи трехъ партъ; кромѣ того ученики часто росписываютъ въ полученіи такъльѣ въсцѣй, которыхъ никогда не полу-чали, напр. не получавъ совсемѣмъ головокъ, косынокъ, жилетовъ, носковъ, а иногда и фуражекъ, ученики принуждены росписываться въ полученіи. Ученики росписываются часто не зная того, въ чемъ росписываются, и притомъ один ученики иногда росписываются въ полученіи какой-либо вещи за другаго; напр. за Гронскаго росписывался Петръ Логиневский, за И. Тихомірова А. Соловьевъ. Бумаги выдастъ по 12 листовъ въ треть года, перьевъ по 3 штуки въ треть. Прислугу по училищамъ составляетъ одинъ поваръ, которому впрочемъ помогаетъ иногда служитель смотрителя. Естественно, что ученики поэтому сами исправляютъ должности служителей, какъ-то: носить воду, дрова, топать печки, метутъ классы и пр. Ин-спекторъ Васильевъ по инспекторской и учительской должностямъ совершен-шенно исправенъ; съ учениками обращается вѣжливо, съ учителями жи-ветъ согласно. Впрочемъ въ церковь съ учениками не ходить, не исповѣ-дуется съ ними и св. таинъ не пріобщается. Еще показали, что смотри-тель часто бываетъ нетрезвъ и въ этомъ видѣ нетрезвомъ посѣщаетъ ком-наты учениковъ и наказываетъ ихъ нешадно. Инспекторъ же, напротивъ, всегда бываетъ трезвъ и ничего подобнаго не дѣлаетъ. Показаніе подпи-сано семью воспитанниками семинари: 1 высш. отд. 2 средн. и 4 нисш. Вѣрность засвидѣтельствована секретаремъ сем. правленія Пв. Крыловымъ.

Учителя ямб. училища, допрошенные ревизоромъ Антоніемъ на мѣстѣ, также показали противъ смотрителя, что классовъ почти никогда не посѣщаетъ и на свои уроки почти не ходить, а ходятъ за него или другіе учителя, или дьячекъ. Іекаревъ и т. д. Напротивъ, инспектора одоб-рили. 16 вопросныхъ пунктовъ предложено было ревизоромъ самому смот-рителю, потомъ еще 6 и 5.

Лучшіе по поведенію и рекомендованные училищымъ началствомъ ученики высш. отд. ямб. училища допрашивались и показали въ пользу

— 267 —

инспектора и противъ смотрителя, что онъ по классамъ не ходить, боль-
шею частію бываетъ нетрезвъ и необыкновенно жестоко сѣчетъ учени-
ковъ, особенно за оторванныя пуговицы на старыхъ даже шляхорокахъ;
въ банѣ сѣчетъ своими руками и т. и. Подписано 7 учениками, которые
всѣ, по замѣчанію ревизора, имѣютъ 16 лѣтъ.

На запросъ ревизора, почему смотритель, не смотря на неодно-
кратныя требованія ревизора, не явился къ нему, онъ подалъ объясненіе,
написанное совершенно безграмотно и безъ смысла, и ревизоръ написалъ
на объясненіи карандашемъ: « nos miscros, a quibus sunt legenda hanc, tam
aliena sens... hum...

Вопросные пункты даны были и писпектору, который съ своей
стороны также подавалъ объясненія, ссылалъся на разныхъ свидѣтелей.
Объ немъ ревизоръ спрашивалъ и земскаго неправника, и почетнаго смо-
трителя ямбургскихъ нар. училищъ мин. нар. просв., пдаже отца его; всѣ
дали одобрительный отзывъ.

Постановлено, согласно съ предпинаніемъ акад. правленія
въ июльѣ 1838 г. — ректора уволить, а писпектору сдѣлать вы-
говоръ за то, что вовремя не донесь о безпорядкахъ, и внушеніе
объ аккуратности. Предноложено было даже закрыть училпще и
перевести учениковъ въ С.-Петербургъ, но Коммиссія дух. учил-
пока не нашла этого нужнымъ; въ Ямбургъ назначенъ былъ но-
вый ректоръ, профессоръ казанской духовной семинаріи, магистръ
спб. академіи 1837 г. Ник. Содальскій. Протоіерей же Р-вскій въ
1839 г. подавалъ съ своей стороны жалобу на писпектора семи-
паріи Антонія, что онъ по ревизіи «очерилъ его передъ вы-
шинъ начальствомъ по пристрастію къ писпектору ямбургскаго
училища Н. Васильеву». Иравленіе семинаріи снова должно было
разбирать это дѣло и требовало объясненія отъ Антонія, которое
и признаноѣю полнѣ удовлетворительнымъ и во всемъ согласнымъ
съ подлиннымъ дѣломъ, въ свое время разсмотрѣннымъ въ семи-
нарскомъ правленіи и представленнымъ въ академическое. Жалоба
оставлена безъ послѣдствій. Но миръ въ ямбургскомъ училищѣ
не водворился: новый ректоръ въ 1839 г. доноsegъ на писпек-
тора Васильева, что онъ «принводить непріятности въ училищѣ».
На запросъ же семинаріи, какія именно? — ректоръ просилъ не
давать хода его донесенію, такъ какъ «непріятности въ настоя-
щее время совершенно пресѣчены и оныя были больѣ частны». Семинарское правленіе рѣшило оставить дѣло безъ послѣдствій, но ректору сдѣлало внушеніе, чтобы впередъ былъ осмотрите-
ленъ при подобныхъ донесеніяхъ. Послѣдствія показали, что и
правленіе поступило не дальновидно, оставивъ В — ва на прежней
должности. Въ 1841 году відцімъ новую жалобу на него отъ
ректора ямбургскаго училища Содальскаго, что онъ самовольно

— 268 —

уважалъ изъ Ямбурга, по классу, какъ учитель, несовѣтъ мъ исправенъ, оскорбляетъ ректора и учителей. Въ свою очередь Васильевъ жаловался на ректора, что онъ самовольно устранилъ его отъ экономической отчетности и отъ писпекторства. На этотъ разъ семинарское правленіе, не разбирая жалобъ по существу, при知ало справедливымъ устраненіе Васильева отъ писпекторства, въ виду того, что «несогласіе, существующее между ними, препятствуетъ надлежащему управленію учILLIИЦАИ». Васильевъ приѣхалъ въ Петербургъ и подалъ новое заявленіе о злоупотреблениияхъ ректора, который долженъ былъ отписываться. Снова направленъ былъ въ 1842 г. ревизоръ въ ямбургское училище — священникъ казанскаго собора Андрей Окуневъ, членъ академической конференціи. Признавъ ректора несовѣтъ мъ исправнымъ, относительно бывшаго писпектора В. ревизоръ отозвался, что онъ «свобимъ малообдуманнымъ обращеніемъ съ священникомъ Кедровымъ, (писпраляющимъ должность писпектора), и ректоромъ Содальскимъ отчасти вредить имъ». Онъ «былъ бы почти правъ, если бы уважительнѣе обращался съ учILLIИЦАИМъ начальствомъ и если бы иногда тоже не съѣдъ безъ строгаго разбора учениковъ и не употреблялъ ихъ себѣ въ услуженіе, дозволяя тоже дѣлать и другимъ». Семинарское правленіе, признавъ относительно ректора «слабость надзора и открывшіяся за нимъ неисправности, хотѣло уволить его, но принимая во внимание предположеніе о закрытіи учILLIИЦАИ, ограничилось только строгимъ выговоромъ. Васильева же постановило уволить. Оба они по этому новоду подавали объясненія, которые, однакожъ, не приняты во внимание. Васильевъ жаловался даже оберъ-прокурору св. Синода. Академія должна была провѣрить дѣло и поставила на видъ семинарскому правленію нѣкоторые съ его стороны недосмотры и противорѣчія: правленіе отписывалось, отсюда возникло нѣсколько новыхъ дѣлъ; но увольненіе Васильева все-таки признано справедливымъ.—Въ 1837 г. и отъ начальства александроневскаго учILLIИЦАИ поступило донесеніе на учителя Алексія Филиппова, письменно нанесшаго оскорбленіе учILLIИЦАИному начальству. Въ своемъ письменномъ объясненіи подобное же оскорбленіе онъ нанесъ и семин. правленію. Хотя по резолюціи митрополита, Филипповъ и просилъ прощенія, но былъ призваемъ въ семин. правленіе для внушенія, съ угрозой увольненія отъ должности, при повтореніи подобнаго случая. Въ 1842 г. этотъ учитель, действительно, былъ уволенъ, вслѣдствіе новой на него жалобы, за неуважительное отношение къ начальству.

— 269 —

Съ другой стороны, правленіе въ пзвѣстныхъ случаяхъ хо-
датайствовало за служащихъ въ духовныхъ училищахъ. Когда въ
1812 г. предписано было отъ Коммиссіи дух. уч., вслѣдствіе ре-
визіи въ гдовскомъ училищѣ, уволить нѣкоторыхъ учителей, то
смотритель представлялъ семинарскому правленію о ихъ при-
годности и способности, тѣмъ болѣе что и самъ ревизоръ при-
зналъ достойными перевода въ слѣдующій классъ 25 учениковъ
этихъ учителей. Семинарское правленіе признало это уважитель-
нымъ и сдѣлало представленіе академическому, но последнее от-
клонило это дѣло, уже рѣшенное Коммиссіей дух. уч. Въ 1832 г.
Коммиссія отказалась въ квартпрномъ пособіи учителю ал.невскаго
училища Скворцеву, такъ какъ онъ не выслужилъ 4-хъ лѣтъ.
Сем. правленіе, войдя въ бѣдное положеніе учителя, снова пред-
ставило его къ квартпрному пособію, на основаніи примѣровъ,
бывшихъ въ 1829 г. Разрѣшено выдать 200 р. Въ 1834 г. се-
мин. правленіе ходатайствовало о награжденіи писпектора нетро-
павловскаго училища, соборнаго ключаря Ив. Долоцкаго орде-
номъ Анны 3-й ст. по выслугѣ имъ 21 года въ училищѣ. Назна-
ченіе же ему пенсіи за 20 лѣтъ, о чемъ онъ проспѣлъ, признало
невозможнымъ, такъ какъ онъ оставался еще на службѣ. Въ
1835 г. новый писпекторъ и учитель нетропавловскаго училища
Андрей Павловскій, опредѣленный къ церкви Государственнаго
контроля, желалъ оставаться и въ училищѣ. Консписторія спраши-
вала мнѣнія семинарскаго правленія, которое, не смотря на мнѣ-
ніе викарія Венедикта (Григоровича) о необходимости увольне-
нія Павловскаго — хотя отъ писпекторства, нашло возможнымъ
оставить его при прежнихъ должностяхъ, согласно его прошенію
и по сношеніи съ учил. ректоромъ, прот. Кочетовымъ. Митропо-
литъ утвердилъ мнѣніе правленія. Въ томъ же 1835 г. правле-
ніе позволило учителю адександроневскаго училища Александру
Петрову пользоваться казеннымъ ученическимъ столомъ за 75 р.
въ годъ.

По педагогической части — семинарское правленіе должно
было заботиться о снабженіи духовныхъ училищѣ книгами, ко-
торыя выписывались нервоначально изъ московской спндальной
типографской конторы, и дѣлало тѣ или другія указанія и вну-
шенія училищнымъ педагогамъ. Въ 1813 г., по предписанію ака-
демическаго правленія, былъ запросъ отъ семинарскаго по учи-
лищамъ — о недостаточныхъ сторонахъ прозекта устава дух. учи-
лищъ. Большею частію училищныя начальства признали проектъ
удовлетворительнымъ, но иные указали его недостатки. Напр.

— 270 —

ректоръ александреневскаго училища Весфанъ, какъ и ректоръ ямбургскаго училища, заявилъ о необходимости увеличить уроки по греческому и латинскому языкамъ, исключить изъ училищ- наго курса всеобщую историю, по затруднительности предмета и отсутствію надлежащаго учебника, сократить число уроковъ по русскому языку, но по славянски учить и въ высшемъ классѣ; сократить также курсъ священной исторіи. Семинарское управле- ніе съ нѣкоторымъ измѣненіемъ представило это мнѣніе акаде- мическому. - Завѣдуя принятіемъ и исключеніемъ учениковъ, или зачисленіемъ исключенныхъ приватными, семинарія малоуспѣш- ность учениковъ училищъ по тому или другому классу всегда имѣла предметомъ особаго вниманія, особенно съ конца 30-хъ го- довъ, когда нерѣдко бывали запросы въ сем. правленіе объ учи- лищныхъ воспитанникахъ изъ духовно-учебнаго управленія. Напр. когда въ 1831 г. нѣсколько учениковъ ямбургскаго учи- лища на испытаніи въ семинарскомъ правленіи оказались неспо- собными къ поступленію въ нисмее отдѣленіе семинаріи, осо- бенно по латинскому языку, и был возвращены въ училище,-- послѣдовательъ запросъ о принцахъ малоуспѣшности учениковъ по латинскому языку. Учитель сослался на разсѣянность учениковъ во время канцкуль, но это признано неосновательнымъ и постав- лено на видъ учителью. Впрочемъ, въ дѣлѣ наблюденія за успѣ- хами въ училищахъ особенное значеніе имѣютъ ревизіи, о кото- рыхъ сказано будетъ ниже.

Что же касается поведенія училищныхъ воспитанниковъ, то оно постоянно являлось предлогомъ къ сношеніямъ училищъ съ семинаріей, помимо сжемѣсячныхъ донесеній училищныхъ на- чальствъ о поведеніи учениковъ. Самымъ распространеннымъ по- рокомъ въ училищахъ является бѣгство изъ училища и отсут- ствіе на болѣе или менѣе продолжительное время. Ревизоръ ямб. училища свяж. Юаннъ Смирновъ (1819 г.) писалъ въ своемъ до- несеніи семина. правленію между прочимъ следующее: «многіе изъ учениковъ, отправясь въ домъ родителей на вакаціальные дни, проживали тамъ очень долгое время, такъ что нѣкоторые не являлись въ училища около полугода, а нѣкоторые и пылый годъ. Ректоръ училищъ и учители жаловались на сіе опущеніе, по которому и лучше ученики, по прибытіи въ училища, не могли сравниваться и съ посредственными; и потому должны были или на другой курсъ оставаться въ томъ же отдѣліи, или поступать, по исключеніи, въ епархіальное вѣдомство. Сіе опущеніе въ ученикахъ замѣчено и обозрѣвающимъ. Ректоръ учі-

— 271 —

лицъ для прекращенія онаго предпринимать свои мыры: яко
членъ ямбургскаго духовнаго правленія, онъ высылалъ учени-
ковъ изъ домовъ родителей по ямбургскому уѣзду, а къ прочимъ
писать письма и другія употреблялъ мыры, но всѣ остаются
безуспѣшны. Ибо ученики въ оправданіе свое представляли учи-
лищу свидѣтельства въ томъ, что они въ продолженіи просро-
ченнаго ими времени были больны. Должно думать, какъ увѣ-
ряетъ и ректоръ училищъ, что нѣкоторые родители, для коихъ
тягостно содержаніе дѣтей въ училищѣ, нарочито задерживали
ихъ въ домахъ своихъ, дабы дѣти ихъ скорѣе поступили къ ис-
ключенію».

Семинарское иравленіе постановило: «употребить съ своей
стороны понужденія чрезъ посредство дух. консисторіи», а отно-
сительно бурсаковъ и полубурсаковъ сдѣлать угрозу, что они
«за таковую отлучку—будутъ лишаемы винdeть казенного cодeр-
жанія».

Совѣжавший изъ алекандро-невскаго училища въ 1827 г.
II. Ксеномонтановъ отисканъ былъ чрезъ нѣсколько времени въ
новгор. Юрьевскомъ монастыря, съ другимъ товарищемъ И. Со-
коловымъ. Тогда же были еще подобные случаи. Напр. неправ-
лявший должность ректора алекандроневскаго училища, іеромо-
нахъ Исидоръ представлялъ сем. правленію объ ученикъ Н. Го-
дубевъ, что онъ «по причинѣ неоднократной самовольной от-
лучки, сдѣлался почти нетерпимымъ въ училищномъ вѣдомствѣ,
впрочемъ взявъ во внимание его сиротство и то, что въ настоящее
время онъ занимается классическими дѣлами и живетъ смирно,
училищное начальство въ падежѣ неправленія его, полагаетъ
оставить уч. Голубева до 1-го экзамена». Правленіе согласилось.

Любопитны показанія училищныхъ бѣтлецовъ, которые они
давали, по требованію семинарскаго правленія.

Вотъ напр. показаніе ученика нисмаго отд. центр. учи-
лища А.Г.—я Смирнова, гдѣ и какъ онъ провелъ время своего по-
бѣга изъ училища и чѣмъ занимался. Вѣроятно, показаніе было
словесное, но заплано училищнымъ начальствомъ и препровож-
дено въ семинарское иравленіе, (гдѣ получено 14 окт. 1836 г.)

Послѣ побѣга моего 21 сент. вмѣстѣ съ товарищемъ монмъ Вас.
Никитинымъ, по взаимному съ нимъ согласію, во весь тотъ день мы хо-
дили по городу безъ всякой цѣли и ночевали на Волковскомъ кладбищѣ
въ сараѣ, привнадеждащемъ къ богадѣльнѣ; на другой день побѣга ходилъ
мы по Волковскому полю п заходилъ на бойни, не столько для любопыт-
ства, сколько для того, чтобъ устраниться отъ носковъ. Никитинъ въ
этотъ день отъ меня отлучился въ то самое время, какъ замѣчены мы

— 273 —

были мою матерью, которая хотя и кричала, бѣжа всѣдѣз за мною, что бы я воротился къ ней, однакожъ изъ боязни ваказанія я се не послушалъ и скрываясь кое-гдѣ въ городѣ. я опять возвратились на ночлегъ и ночевалъ на томъ же клаібѣщѣ, у дьякона въ сараѣ, куда я и во все время своего побѣга ходилъ на ночлегъ постоянно, какъ въ мѣсто болѣе мнѣ извѣстное и безопасное, дли же проводилъ, въ часы службы, въ церквахъ, а прочее время или въ птичьемъ и толкучемъ рынкахъ, пісц на сѣнной, и вообще тамъ, гдѣ по многолюдству представлялось мнѣ болѣе удобства скрываться и быть въ безопасности отъ попсковь. Чтоже касается до пропитанія, то для сего сначала продали мы съ Никитинымъ взятыя съ собою пинели свои, послѣ же, когда уже мнѣ нельзя было достать денегъ и продать было нечего, а потому и ѣсть было не на что, ходилъ я по огородамъ и питался тамъ морковью, рѣшою и кочерыгами, хлѣбъ же испрашивалъ отъ нищихъ, которые изъ сожалѣнія давали мнѣ иногда и по порядочному куску. Воровствомъ нигдѣ и никакимъ я не занимался и далѣе города не ходилъ никуда. Бѣжалъ же изъ училища не столько по собственному какому либо побужденію, сколько по внушенію товарища моего Вас. Никитина, которые безпрестанно писалъ ко мнѣ даже и записки о томъ, чтобъ скорѣе сбѣжать съ нимъ изъ училища и дабы всѣдѣ провести время побѣга своего вмѣстѣ. Все сіе показалъ я по самой супней правдѣ, въ чемъ и подписуюсь. Петрои. лух. уѣзд. учил. нисш. отд. ученикъ Алискѣй Смирновъ.»—Были исключены оба.

Другой ученикъ того же училища Нв. Криницкій, въ 1835 году бывшій полтора мѣсяца въ бѣгахъ, показывалъ: «бѣгалъ же я, какъ въ сей разъ такъ и прежде, по той собственно причинѣ, что я чувствую себя совершенно неспособнымъ къ ученію и чрезвычайно отягощаюсь ученическими занятіями. Хотя я и выучиваю уроки, но всегда съ великимъ трудомъ и по большей части не понимая содержанія оныхъ; при своихъ слабыхъ способностяхъ я совершенно потерялъ склонность къ учению, такъ что если еще долгое время долженъ буду оставаться въ училищѣ, то не могу ручаться за исправность своего поведенія. Всячески желаль бы я, чтобы меня исключили изъ училища, и это желаніе было единственною причинною моего бѣгства, что все и показываю по сущей справедливости. Семинарское правление предписало: исключить, какъ неподдающегося никакой надежды къ исправленію, при окончаніи учебнаго года, (до чего оставалось около двухъ мѣсяцовъ).

И. Воскресенскій, ученикъ нисш. отд. уѣзднаго ал. невскаго училща, нѣсколько разъ самовольно отлучался, наконецъ 12 марта (1837 г.) ушелъ опять «съ товарищемъ М. на Апракинъ дворъ для продажи книгъ сего послѣдняго; отсюда пошли они въ 3-ю адмиралтейскую часть къ знакомому фонарщику и, пробывъ здѣсь нѣсколько времени, на ночлегъ отправились въ <u>каречевню</u> къ тріумфальнымъ воротамъ; 13-го числа возвратились опять къ фонарщику и въ тѣтъ же день, нанавъ подводу до села Бабина, новгор. губ., провели ночь въ Ижорѣ; 14-го пообѣдавъ въ Тосѣ къ вечеру приѣхали въ Бабино, гдѣ и ночевали; отсѣдѣ 15-го пошли пѣшими, три дня находились въ дорогѣ и проводили ночи въ деревняхъ, имъ незавѣстныхъ; 18-го пришли въ Новгородъ, гдѣ проживали до 21-го на постояномъ дворѣ; 22-го пошли въ монастырь св. Антонія и къ вечеру перешли на другой постоянный дворъ, гдѣ товарищъ Воикресенскаго остав

— 273 —

вилъ его. 24-го по совѣтамъ одного дворника, онъ, Воскресенскій, отерялся въ Юрьевъ монастырь къ о. архим. Фотію, гдѣ живя болѣе недѣли, но убѣжденію его высокопреподобія, явился въ полицію, въ которой и содержался въ продолженіи недѣли; отсюда, 6-го апрѣля въ числѣ аре-стантовъ отправленъ былъ въ здѣшній Ордонансъ-гаусъ, гдѣ находился сутки; 17-го числа пересланъ въ Каретную часть, въ которой провелъ двое сутокъ, наконецъ 19-го былъ взятъ отцемъ своимъ (изъ сельскихъ). у котораго проживалъ по 27 апр. Правленіе предписало: «ученика Воскресенскаго за побѣгъ его и бродячество наказать соразмѣрно преступленію и сдѣлать надлежащее внушеніе». Но онъ, по донесенію училищнаго на-чальства, «въ присутствіи отца своего объявилъ оному, что продолжать учение ни подъ какимъ видомъ не желаетъ и наказанія начальства при-нять не хочетъ». Предписано исключить и отослать въ консисторію «за вины его довольно важныя тѣмъ болѣе, что самъ рѣшительно объявилъ своему начальству о нежеланіи продолжать ученіе и отвергаетъ мѣры, предпринимаемыя начальствомъ къ его вразумлѣю и исправленію».

Но не видно, чтобы начальство старалось вникнуть въ су-щественныя причины такого явленія, кроющіяся, вѣроятно, въ условіяхъ быта бурсаковъ, хотя семин. правленіе еще въ 1827 г. положило придумать «мѣры къ удержанію учениковъ отъ бѣгства».

Иногда бѣгство изъ училища имѣло уже не просто только характеръ наивности и ребячества, но соединялось съ болѣе пли-менѣе крупными проступками. Такъ, въ 1832 г. исключенный ученикъ высш. отд. александроневскаго училища Алексей Логи-невскій (армейскаго вѣдомства) и вновь принятый приватно, по предписанію семинарскаго правленія, согласно желанію оберъ-священника Мансветова,— самовольно отлучился изъ училища, захвативъ съ собою казенные подушки, простыни и даже нѣ- сколько книгъ товарищей и скрылся. По сношеніи съ оберъ-свя-щенникомъ Мансветовымъ оказалось, что онъ до 6 разъ ноче-валъ въ его домѣ у псаломщиковъ, затѣмъ скрылся, неизвѣстно куда. Правленіе постановило препроводить его къ оберъ-священ-нику, когда онъ возвратится въ училище, а тотъ рѣшилъ отдать его въ военную службу.—Въ 1839 г. ученикъ высш. отдѣленія центр. училища Ив. Ареновскій недѣлю пропадалъ. Оказалось, что онъ похитилъ у служащаго при Петропавловскомъ соборѣ солдата 6 руб., издержалъ пхъ на лакомства и зрѣлища (на Пасхѣ) и боясь отвѣтственности намѣревался уйти къ родствен-никамъ, въ ладожскій уѣздѣ, но на пути (пѣшкомъ), въ Шлис-сельбургѣ былъ задержанъ однимъ родственникомъ и препровож-денъ въ училище. Училищное начальство спрашивало сем. прав-леніе, что дѣлать съ этимъ ученикомъ: исключить его, или на-казать розгами при всѣхъ воспитанникахъ, сдѣлавъ притомъ над-лежащее внушеніе и угрозу? Семинарское правленіе предписало

18

— 274 —

послѣднее. Подобное же было и относительно двухъ учениковъ
александроневскаго училища.

Попечительность семинаріи объ училищныхъ воспитанни-
кахъ не ограничивалась, впрочемъ, только отрицательными и
карательными мѣрами. По предписанію академического правленія
(1811 г.), семинарія должна была внушать ректорамъ и смотри-
телямъ дух. училищъ слѣдовать движению добраго сердца, за-
мѣнаяя сротамъ мѣсто ихъ родителей и ближнихъ своихъ изъ нихъ
попеченіями. Это—всѣдствіе ревизіи, нашедшей, что учениковъ
училищъ илохо содержать. Поэтому расходы на содержаніе ихъ
увеличены до 4000 руб. (на бурсака 70 руб., полубурсака 40 руб.)
Въ 1811 г. предписано чрезъ семинарское правленіе ректорамъ
и смотрителямъ дух. училищъ петерб. епархіи, «дабы старались
родителей и родственниковъ ученическихъ склонять къ совокуп-
ному помѣщенію и содержанію юныхъ ихъ нитомцевъ, по при-
мѣру ямбургскаго училища». Нѣкоторія изъ училищъ находили
къ этому затрудненія, напр. лугское, смотритель котораго, свя-
щенийкъ Галактіонъ Барсовъ дѣлалъ представленіе сем. прав-
ленію и просилъ объ несходатайствованіи 1000 руб. на построй-
ку дома, переводъ же училища въ самый городъ Лугу изъ села
Заполья находилъ невыгоднымъ по большой дороговизнѣ содер-
жанія; правленіе согласилось съ этимъ, — училище оставлено въ
селѣ Запольѣ и на построеніе дома рѣшено выслать 1000 руб.
(1814 г.)—Возбужденіе дѣла объ употребленіи учениковъ въ услу-
женіе инспекторомъ ямбургскаго училища — фактъ по тому вре-
мени заслуживающій вниманія, такъ какъ и въ болѣе позднюю
эпоху услуженіе учениковъ въ училищахъ практиковалось, хотя
уставомъ и было запрещено (Пр. уст. прих. уч. § 73) *) Въ
1823 г. регенту митрополичьяго хора Качановскому отъ правле-
нія запрещено было наказывать училищныхъ воспитанниковъ,
(не говоря уже о семинарскихъ), при обученіи пѣнію, тѣлесно,
подъ опасеніемъ отвѣтственности, на основаніи § 69 уст. уѣзд.
дух. уч., а только штрафовать, а о важныхъ проступкахъ доно-
сить училищному начальству. Для наблюденія же за пѣвчими
съ 1816 г. опредѣлялся особый надзиратель, съ условіемъ жить
въ семинарскомъ помѣщеніи, на нждивеніи Лавры. Въ 1821 г.
пѣвчіе подчинены еще и особому надзору семинарской инспек-

*) Ревизоръ Поликарпъ въ 1817 г. писалъ, согласно 17 § инструкціи ре-
визорамъ, о петропав. училищѣ, что «ни ректоромъ, ни учителями ученика въ
домашнія услуги употребляемы не были».

— 275 —

ціп. Ревизоръ ямбургскаго училища свящ. Смирновъ (1819 г.) образ
тиль особенное вниманіе на то, что въ ученикахъ не замѣчается «ни
дакости или чрезмѣрной застѣнчивости, ни чрезмѣрной смѣлости,
похожей на дерзость. но въ нихъ господствуетъ какая-то мат-
кость сердецъ и откровенность, по которой они свободно отвѣ-
чаютъ на вопросы начальниковъ съ какою-то къ нимъ довѣрчи-
востію». Въ этомъ отношеніп онъ особенно рекомендуетъ исправ-
ляющего должность смотрителя прот. Матвея Атанасьева, кото-
рый соединяетъ въ себѣ отеческую попечительность съ началі-
ническою важностью п строгостью къ ученикамъ». — Въ 1829 г.
семинарское правленіе имѣло разсуждение объ ученикѣ приход-
скаго класса М. Д—скомъ, который, по донесенію училищнаго
начальства, подверженъ былъ спільнымъ моченецусканіямъ не
только въ сонномъ, но и въ бодрственномъ состояніи. Семинар-
скій докторъ не находилъ удобнымъ лечить его въ своей боль-
ницѣ, родные же отказались взять его къ себѣ по многосемей-
ности. Правленіе опредѣлило помѣстить его на казенный счетъ
въ клинику для излеченія.—Въ 1834 г. назначенъ помощникъ
инспектора въ петропавловское училище, а въ 1837 г. и въ
ал.невское, по представленію учил. ректора Антонія. При пере-
стройкѣ петропавловскаго училища, въ 1837 г., учебныя комнаты
отдѣлены отъ спільныхъ и явились необходимость усилить над-
зоръ за учениками. По представленію училищнаго начальства,
семинарское правленіе признало полезнымъ учредить особыхъ
надзирателей или гувернеровъ и представило на утверждение
митрополита трехъ кандидатовъ на эту должность изъ окончив-
шихъ курсъ семинаріи, которые и утверждены. На будущее же
время вообще постановлено назначать надзирателей въ училище.
Въ 1840 г. дозволено допускать надзирателей къ исправленію
учительской должности въ 1-мъ приходскомъ классѣ.

Принятіе училищныхъ воспитанниковъ на казенное (бур-
сачное или подубурсачное) содержаніе зависѣло также отъ усмо-
трѣнія сем. правленія, которое пересмѣла и деньги на содер-
жаніе и соображалось при этомъ съ тѣми или другими педагог-
ическими и экономическими условіями. Въ 1815 г. положено
на бурсака 110 р., а подубурсака 75 р. для спб. епархіи, по
представлению семин. правленія. Въ 1823 г. мѣщанSHIP Фроль
Алексѣевъ подалъ прошеніе митрополиту о принятіи племян-
ника его И., сына бывшаго колинскаго дьякона, который былъ
боленъ помѣшательствомъ.—на полный бурсачный окладъ въ
училищѣ. Митрополить написать: «семинарскому правленію раз-

*

— 276 —

смотрѣть; и буде можно: то спротствующаго діаконскаго сына
опредѣлить на полное казенное содержаніе. Семинарское прав-
леніе рѣнило, что ученикъ II. не можетъ быть принятъ прежде
усмотрѣнія его усѣховъ и поведенія; но при этомъ, по просьбѣ
дади, вошло въ сношеніе съ консисторіей, чтобы она предостав-
вила спротѣ пансіонъ его умершей матери. — Относительно при-
нятія на казенное послѣдовало ограниченіе, по предписанію
акад. правленія въ 1817 г., — «принимать на бурсачные и полу-
бурсачные оклады только тѣхъ учениковъ, кои имѣютъ образовать
себя для духовнаго, а не гражданскаго званія.» По штатамъ 1820 г.
на бурсака полагалось 150 р., а полубурсака 75; но изъ сем. прав-
ленія иногда высылалось менѣе, вслѣдствіе разныхъ затрудненій.
Въ 1825 г. семинарія объявла къ свѣдѣнію, что, по недоста-
точности бурсачной суммы, «семинарское правленіе не можетъ
удовлетворить многимъ обѣднымъ ученикамъ, не взпрая на прось-
бы пхъ, назначеніемъ какого либо пособія въ содержаніи.» Въ
1829 г. количество бурсаковъ и полубурсаковъ, по представле-
нію семинарскаго правленія, увеличено въ духовныхъ учили-
щахъ на 50, и къ 7650 руб., отпусаемымъ изъ Коммисіи дух.
уч., прибавлено еще 3600 руб. Оклады обѣдныхъ учениковъ
иногда раздѣлялись по немногу между нѣсколькими, поэтому
было даже особое предписаніе (отъ 2 янв. 1833 г.), въ кото-
ромъ сказано, что оклады «не должны дробиться на участки
слишкомъ мелкіе, неудовлетворительные для нуждающихся» и
должны распредѣляться «управительно съ разными степенями
обѣдности, принмѣчаемыми въ разныхъ ученникахъ.» Въ 1835 г.
правленіе сем. представляло высшему начальству, что нахо-
дящихся въ его вѣдѣніи бурсачныхъ суммъ весьма недостаточно
для содержанія учениковъ, по причинѣ множества обѣдныхъ уче-
никовъ и по дороговизнѣ жизненныхъ потребностей, такъ что
для однихъ петропавловскихъ и ямбургскихъ училищъ во 2-й
половинѣ 1834 г. недостало 4451 р., не говоря уже объ алек-
сандроневскихъ. Еще въ 1832 и 33 годах семинарія съ этой
цѣлю займствовала изъ суммъ, принадлежащихъ Коммисіи дух.
уч., 2612 р. 52 к. (т. е. остатки классныхъ и профессорскихъ
окладовъ) и изъ своихъ экономическихъ—11,810 р. 36 к., «кои
числятся въ долгу на александроневскомъ училищѣ.» Прося о
сложеніи этого долга, правленіе просило и о высылкѣ изъ
Коммисіи дух. уч. означенныхъ 4451 р. и сверхъ того, въ
дополненіе къ штатнымъ суммамъ на содержаніе обѣдныхъ уче-
никовъ училищъ 5000 р. единовременно, а также—объ уве-

— 277 —

личеніи бурсаковъ и полубурсаковъ, по 25 человѣкъ тѣхъ и
другихъ.

Правленіе по этому новоду получило во 1-хъ выговоръ,
за недостатовъ распорядительности и неточность въ исполненіи
существующихъ правилъ, такъ какъ оно должно было сократить
число казеннокоштныхъ, не дѣлать заимствованій изъ экономи-
ческихъ суммъ, въ два года болѣе 14,000, соображаться съ ко-
личествомъ наличной суммы и дѣлать строгій выборъ изъ ученни-
ковъ, нуждающихся въ казенномъ содержаніп. Но постановлено
при этомъ — вышеозначенный долгъ не числить на училищѣ; вмѣ-
сто единовременной прибавки, отпускать ежегодно въ добавокъ
вновь потребную сумму на 50 бурсаковъ и столькоже полубур-
саковъ, съ подтвержденіемъ, чтобы правленіе никакъ не выхо-
дило изъ штатнаго положенія и заботилось не столько объ умино-
женіи числа казеннокоштныхъ, сколько объ улучшеніи содержа-
нія ихъ; относительно же 4451 р. — потребовать новыхъ, болѣе
обстоятельныхъ объясненій. Вноскѣдствіи (1842 г.), по дѣлу
объ увеличеніи бурсачныхъ окладовъ въ петрон. уч., предпи-
сано: руководствоваться предписаніемъ Комм. дух. уч. 1835 г.
(т. е. имѣть 100 полныхъ казенныхъ и 100 половинныхъ, съ
прибавкой еще 26 полныхъ и 4 половинныхъ) и прибавки болѣе
не допускать. — Въ 1841 г. ямбургское училище просило семина-
правленіе ходатайствовать о восполненіи недостатка штатныхъ
суммъ, по случаю дороговизны на всѣ жизненныя потребности,
въ размѣрѣ 572 р. 76¼ к. на содержаніе учениковъ и дома.
Семинарское правленіе представляло объ этомъ чрезъ академію
оберъ-прокурору. Синодъ разрѣшилъ, съ внutenіемъ, чтобы учи-
лище на будущее время «старалось не выходить изъ штатнаго
положенія.» — Въ 1831 г. на исправленіе двухъ домовъ ямб. уч.
исходатайствовано 7273 р. 20 к. Въ 1837 г. правленіе ходатай-
ствовало о высылкѣ единовременно до 3080 р. для петрон. учи-
лища на разныя нужды, послѣ обновленія училищныхъ зданій
въ этомъ году, при содѣйствіи купца Эртова; новыя зданія сви-
чѣтельствовали проф. А. Михайловъ и С. Галаховъ. Въ 1841 г.
семин. правленіе, по запросу Духовно-учебнаго управленія, пред-
ставляло, что недостаточно будетъ суммы, назначенной по
штату на содержаніе дома александро-невскихъ училищъ, по
переводѣ семинаріи въ новое зданіе. Дѣйствительно, съ отдѣ-
леніемъ училищной экономіи отъ семинаріи, утвержденъ но-
вый штатъ по содержанію дома александро-невскихъ училищъ,
и опредѣленъ особый экономъ (бывшій семинарскій — А. Петровъ)

— 278 —

особый при немъ письмоводитель. Но приходорасходныя книти уччи
лища представлялись всегда на ревизию семинарскому правленію.

Для ревизій училищъ семинарское правленіе, согласно съ
уставомъ (§ 283), отряжало не только своихъ членовъ, но и по-
стороннихъ лицъ изъ монашествующаго, или бѣлаго духовенства,
коихъ дѣятельность, пресвѣщеніе и благоразуміе не недежать
сомнѣнію, снабжая ихъ надлежащю инструкцію. Инструкцію
ревизорамъ въ 1-й разъ встрѣчаемъ въ 1817 г. Въ ней указы-
ваются различныя стороны 1., внутренняго управленія уѣздныхъ
училищъ по учебному, правственному и экономическому отвѣ-
ленію 2., виѣшняго управленія, т. е. по отношенію уѣздныхъ учи-
лищъ къ приходскимъ, въ частности — о бурѣ, состоящей при учи-
лищахъ и вообще объ обонхъ училищахъ. Въ 20-хъ годахъ ин-
струкція пересматривалась. Первые четыре пункта этой инструк-
ціи — о производствѣ испытаній — представляютъ выниску изъ
проэкта уст. дух. сем. (ч. II. §§ 288, 289, 290 и примѣч. къ
§ 282). Затѣмъ выписаны дальнѣйшіе нараграфы о способахъ
обозрѣнія устройства и порядковъ училищъ. Наконецъ сѣдняеміе
послѣдніе три пункта инструкціи уже представляютъ иѣчто сверхъ
сказанного въ уставѣ. «13. (Ревизоръ) имѣть наблюдать: были ли
пренодаваемы съ особеннымъ вниманіемъ предметы, существенно
относящіеся къ духовному образованію и церковному служенію и
пѣнію, и ученики, переходя въ высшіе классы, не переставали
ли въ свободные отъ ученія дви заниматься чтеніемъ и пѣніемъ
въ церквахъ, по распоряженію, какое по мѣстнымъ обстоятель-
ствамъ за удобнѣйшее признано. 14. Для точности въ испытаніи
ученниковъ, назначаемыхъ къ переводу въ высшіе классы, (реви-
зоръ) имѣть употреблять въ особіе тѣхъ учителей, къ которы-
мѣ они по переводѣ должны поступить, которымъ и наблю-
дать, чтобы къ переводу избираемы были достаточно приготов-
лѣніемъ въ нисшихъ классахъ. 15. Имѣть наблюдать, знаніе ла-
тинскаго языка, въ приготовляемыхъ къ переводу изъ уѣзднаго
училища въ семинарію, доведено ли до того, чтобы они знали
синтаксисъ сего языка совершенно и могли какъ переводить съ
онаго и на оный, такъ и разумѣть говорящаго на ономъ и от-
вѣтствовать». — Закрытіе училищъ происходило иногда на основа-
ніи бывшихъ въ нихъ ревизій. — Въ 1815 г. ректоръ Иннокентій
обозрѣвать непропавловское училище и остался доволенъ, осо-
бенно ректоромъ Станіемъ Колосовымъ и инси. Ив. Долоцкимъ.
Въ 1817 г. Александро-невское училище хотя оставлено безъ обо-
зрѣнія, но на экзаменѣ присутствовавші ректоръ семинаріи архим.

— 279 —

Иннокентий. Въ 1817 г. инспекторъ семинаріи Поликарпъ обозрѣвалъ нетропавловское уѣздное училище и сдѣлалъ одобрительный отзывъ; а новоладожское, по назначенію семин. правленія, обозрѣвалъ бывшій инспекторъ Ал.невскаго училища, свящ. Мих. Гогановскій. Въ 1819 г. ямбургское училище ревизовалъ профессоръ семинаріи, священникъ морскаго Богоявленскаго собора Иванъ Смирновъ: ректоръ и большинство учителей послѣ его ревизіи получили денежныя награды. Новоладожскія училища тогда же ревизовалъ священникъ Маріинскаго пиститута Мих. Благовѣщенскій, «по пзвѣстной правленію способности его къ исполненію таковаго пренерученія», такъ какъ онъ былъ прежде инспекторомъ и учителемъ Ал.-невскаго училища. Александроневское и нетропавловское училища обозрѣвалъ ректоръ сем. архим. Поликарпъ. Въ 1821 г. по мѣнію правленія семинаріи, на испытаніяхъ въ ал.невскомъ училіяѣ будетъ присутствовать ректоръ академіи Григорій, также какъ и въ 1823 г. Петронавловское въ 1821 г. и Сиаго-сѣновское долженъ былъ обозрѣвать іером. Андрей, новоладожское уѣздное и староладожское приходское—свящ. Ив. Смирновъ, ямбургскія—оставлены безъ обозрѣнія; но въ 1823 г. обозрѣвалъ пхъ инспекторъ семинаріи Феодосій, а ректоръ Поликарпъ—петропавловское. Ректоръ семинаріи Антоній ревизовалъандроневское и нетропавловское училища въ 1827 году и далъ одобрительный отзывъ; инспекторъ Савва, тогда же ревизоравшій ямбургское училище, указалъ значительныя тамъ опущенія. Въ 1829 г. его обозрѣвалъ проф. Меліоранскій и нащель безнорядки по экономіі. Членъ академійской конференціи, протоіерей Тимоѣй Николаіскій ревизовалъ Александрій и нетропавл. училища въ 1833 г., въ ямбургскомъ же ревизіи не было. Въ 1835 г. въ тѣже училища назначены были присутствовать на экзаменах ректоръ сем. Макарій и учитель словесности Григорій Смирновъ, для испытанія учениковъ высш. отделенія премунственно по латинскому язку. Учитель этого языка Гавр. Ревизоръ (старшій кандидатъ спб. акад. 1831 г.) представлѣлъ, какъ особенно рачительный въ исполненіи учительской должности и получилъ благосердность отъ семина. правленія. Тѣже лица, съ присоединеніемъ еще другаго профессора словесности Крылова, пронизводили экзаменъ въ означенныхъ училищахъ въ 1837 г. Профессора словесности назначаллись въ виду того, что подъ ихъ премунственно руководство поступали переведенные изъ училища. Въ ямбургскомъ же училище въ 1837 г. и экстренно въ 1838 г. ревизоромъ былъ инспекторъ Антоній, которымъ, указавъ

— 280 —

замѣченные имъ недостатки, какъ-то, непсunsвяное послѣщеніе клас-
совъ учениками и учителями, нечистоту въ комнатахъ, недоста-
токъ прислуги, небрежность смотрителя, неудобства зданій учи-
лицныхъ и самой мѣстности, представлѣ мѣніе о закрытіи и
переводѣ училища въ Петербургъ. Всѣдствіе его ревизіи, нѣко-
торымъ учителямъ, впрочемъ, объявлена благодарность, учитељю
Крпинцкому исходатайствованъ годовой окладъ жалованья въ на-
граду, другимъ сѣдано замѣчаніе, дѣло же о закрытіи училища,
по опред. св. Спнода, оставлено до построенія новаго зданія
семинаріі. Петерпавловское училище въ 1839 г. ревизовалъ опять
протоиерей Т. Ипкольскій, за отказомъ назначеннаго сначала, свя-
щенника Юанна Добронравпна. Получивъ подробную инструкцію
для ревизіи отъ семин. правленія, онъ обо всѣхъ почти ото-
звался съ похвалою, особенно о ректорѣ съ инспекторомъ. Семин.
правленіе ходатайствовало о награжденіп ихъ. Въ 1839 г. рек-
торъ Аванасій присутствовалъ на экзаменѣ учениковъ высш. отд.
ал.невскаго училища. Онъ же, вмѣстѣ съ протоіереемъ Андреев-
скаго собора Өед. Песоцкимъ, производилъ ревизорскіе экзамены
въ петерпавловскомъ училищѣ въ 1841 году.

Иногда же ревизія поручалась самимъ училищнымъ началь-
ствамъ, съ обязательствомъ (по § 300, ч. П Прозэкта) донести о
состояніи училіцѣ. Семинарское правленіе, въ случаѣ неназна-
ченія ревизіи, обязано было, по уставу (§ 300, б), само пытывать
всѣхъ поступающихъ изъ училіцѣ и явившихся съ учил-
лицными свидѣтельствами въ семинарію и иногда возвращало
назадъ нѣкоторыхъ учениковъ, одобренныхъ училищнымъ началь-
ствомъ: равно и неодобренныхъ, но явившихся съ прошеніями
въ семинарію, вновь экзаменовало (§ 301). Въ 1813 г. въ семи-
нарскомъ правленіи, въ присутствіи депутата, бакалавра архим.
Инокентія, пропведены были 3, 4 п 6-го сентября вторичныя
испитанія ученикамъ училищъ, назначеннымъ къ поступленію
въ семинарію; изъ нихъ П. Савинъ ямб. уч. признавъ неспособ-
нымъ обучаться въ семинаріи и отправленъ обратно въ училище,
на счетѣ ректора ямб. училища. Въ 1817 г. изъ 20 учениковъ
ямб. училища, гдѣ не было ревизіи, 6 признаны сем. правленіемъ
недостойными къ поступленію въ семинарію. Ноставлено это на
видъ начальству, а учителя церемѣнены. Въ 1831 г. также 6
учениковъ ямб. училища признаны сем. правленіемъ неспособ-
ными къ поступленію. Тогда же изъ петропавл. училища 10 не
приняты. Въ 1839 г. явившиеся изъ ямбург. училища и экзаме-
нование въ правленіи, при участіи пренодавателей Крылова и

— 281 —

Д. Успенскаго, въ приняты въ семинарію. Но въ 1841 г. изъ 14 возвращены 3; а изъ ал. невскаго не принято 13. Случалось, что ревизоры признавали нѣкоторыхъ учениковъ сомнительным, и таковыя назначалось снова явиться на экзаменъ, въ сентябрѣ, въ семинарское правленіе; такъ въ 1837 г. сомнительными при- знаны были 7 человѣкъ изъ ал.-невскаго и петропавловскаго училщѣ, изъ нихъ только 4 послѣ новаго испытанія приняты въ семинарію. Двое признаны малоспособными и великовозраст- ными, а одинъ (А-ръ Одоевскій) «по молодости лѣтъ (14 лѣтъ) и нѣкоторой незрѣлости оставленъ». Но, по прошенію отца къ минтрополиту, переведенъ, всѣдѣствіе его резолюціи: «если сынъ протегерса сего не переведенъ въ ипсшее отдѣленіе семинарін единственно по молодости лѣтъ, а не по малоусѣшеству: то перевесть его въ оное, буде сомнѣнія важнаго не окажется». Въ 1841 году, наоборотъ, ученикъ нисшаго отд. петрон. учил., изъ казанскихъ нѣвчихъ, И. Боровскій признанъ ревизоромъ настолько развитымъ и подготовленнымъ къ семинарскому образованію, что былъ объявленъ достойнымъ перевода прямо въ семинарію, и внослѣствіи ии разу не оставался на повторительный курсъ.

Что поступавшихъ изъ училщѣ въ семинарію въ общемъ увеличивалось, почти съ каждымъ курсомъ. На первомъ планѣ въ этомъ отношении большею частію стояло александроневское училище, затѣмъ петропавловское, наконецъ ямбургское и др. Укажемъ нѣкоторые годы:

<table><thead><tr><th></th><th>1813 г.</th><th>1817.</th><th>1825.</th><th>1827.</th><th>1829.</th><th>1831.</th><th>1833.</th><th>1835.</th><th>1837.</th></tr></thead><tbody><tr><td>А. -невское.</td><td>29.</td><td>17.</td><td>40.</td><td>43.</td><td>39.</td><td>27.</td><td>50.</td><td>56.</td><td>56.</td></tr><tr><td>Петронав.</td><td>18.</td><td>16.</td><td>20.</td><td>22.</td><td>23.</td><td>31.</td><td>33.</td><td>31.</td><td>35.</td></tr><tr><td>Ямбург.</td><td>12.</td><td>14.</td><td>10.</td><td>14.</td><td>7.</td><td>11.</td><td>10.</td><td>17.</td><td>18.</td></tr><tr><td>Новол.</td><td>10.</td><td>6.</td><td></td><td></td><td></td><td></td><td></td><td></td><td></td></tr></tbody></table>

Непереведеннымъ въ семинарію и исключенъ изъ учил- ския дозволялось иногда (1821 г.) «числиться въ училщѣ до усмотрѣнія ихъ успеховъ». Семинарское правленіе повѣряло и свидѣтельства безуспѣшныхъ учениковъ, отсм.авшихся къ нему, и потомъ ведавало ихъ по принадлежности (Проэкт. уст. уѣзд. учил. § 27).

Съ цѣлію составленія учебниковъ и руководствъ по тѣмъ или другимъ предметамъ училщіяго курса иногда учреждались особые комитеты, по распоряженію высшаго начальства. Такъ въ 1831 г. предписано учредить комитетъ для пересмотра книгъ по изученію русскаго язмка и составленія новаго лучшаго руковод- ства по этому предмету. Ректоръ семинаріи архим. Макарій, быв-

— 282 —

шій членомъ этого комитета, вмѣстѣ съ ректоромъ академіи и
учителемъ русскаго языка александроневскаго училища В. Николь-
скимъ, принять на себя «составленіе новой грамматики съ окон-
чательною обработкою во всѣхъ частяхъ, какъ требующее едино-
ства въ соображеніи пізженіп», такъ какъ составленіе отдель-
ныхъ частей руководства распредѣлено было между всѣми чле-
нами. Но было затянулось, между прочимъ и потому, что вышло
новое руководство Мартынова, которое комитетъ также пожелалъ
разсмотрѣть. Наконецъ въ 1833 году 1-я часть грамматики пред-
ставлена была къ оберъ-прокурору Нечаеву, по его затребованію;
остальные же три части препровождены въ академическое пра-
вленіе уже въ февралѣ 1834 года, съ увѣдомленіемъ, что 2-я
часть грамматики (словосочиненіе) была составлена ректоромъ
Макаріемъ вновь, а 4-я (правописаніе) значительно измѣнена и
исправлена. Грамматику Макарія читали: Филаретъ московскій и
вятскій ректоръ, вызванный въ С.-Петербургъ въ 1838 г. Нико-
димъ и къ употребленію неодобрили.

Въ 1834 г. выслана изъ Комиссіи дух. уч. книг. «началь-
ныя правила греч. языка», Шада, — для разсмотрѣнія, не можетъ
ли она съ пользою замѣнить для писшихъ дух. ученищъ изу-
чавшуюся доселѣ краткую греч. грамматику. Книгу поручено
размотрѣть профессору греч. языка Н. Боголюбову, съ препро-
вожденіемъ ея къ начальству петропавловск. дух. ученицѣ, въ
которыхъ «наставники греч. языка извѣстны правленію семина-
риі своею опытностью». Затѣмъ послѣдовали новый запросъ, не
имѣть ли правленіе въ виду какого-либо другаго руководства,
которое было бы больѣ пригодно для преподаванія греч. грам-
матики, особенно въ писшихъ училищахъ. Съ этой цѣлію рѣшено
было разсмотрѣть: синтаксисъ греч. яз. по Векеерлину, изд. Иваш-
ковскимъ, грамматику и синтаксисъ Грациanskаго, проф. казан-
скаго университета, «Начальные основанія елинскаго языка»;
всѣ означенія руководства правленіе препроводило въ духов-
ныя училища — петропавловское и александроневское, для раз-
смотрѣнія. Руководство Шада признано непригоднымъ, потому
что 1) въ немъ недостаетъ синтаксиса, въ котором особенно
чувствуется нужда, 2) произношеніе греч. словъ принято по ме-
тодѣ Эразма, «основанной на сличеніи словъ греческихъ съ ла-
тинскими... А поелику въ духовныхъ училищахъ слова греческія
произносятся такъ, какъ древле научлии русскихъ сами греки—
учители ихъ въ греческой особенно церковной словесности; п
поелику въ нашихъ церковныхъ книгахъ греческія рѣченія, оста-

— 283 —

ваясь непереведенными, произносятся по старой методъ (Рейхли-
новой): то измѣненіе употребляемаго въ нашихъ дух. училищахъ
произношенія на Эразмово будетъ странно, трудно и едва ли
основательно» (Изъ предст. сем. правл. виѣшнему прав. академіп,
1835 г.) 3) Один правила изложены слишкомъ кратко и неудобо-
понятно для учениковъ, другихъ недостатъ.

Синтаксисъ по Векеерлину, при многихъ своихъ достоин-
ствахъ, также признанъ неудобнымъ, какъ написанный слишкомъ
философскимъ отвеченнымъ языкомъ. Въ грамматикѣ Грациanskаго
отчасти усмотрѣны тѣ же недостатки, что и въ руководствѣ
Шада, но при этомъ замѣчены въ ней безпорядочность и неотчетли-
вость въ изложеніп, при отсутствіи иѣкоторыхъ нужныхъ пра-
вилъ *); синтаксисъ же составленъ съ замѣтною поспѣшностью.
Впрочемъ для руководства преподавателямъ означения сочине-
нія признаны полезными. Присутить же къ составленію новой
грамматики признано неудобнымъ, по неловѣстности, «какая бу-
летъ введена въ употребленіе въ училищахъ русская грамматика,
примѣтительно къ которой должны быті изложены всѣ руковод-
ства другихъ языковъ». (Предст. сем. пр. виѣшнему правл. академіп 2 марта 1835 г.)

Канцелярское дѣлопроизводство и архивѣ
семинарскаго правленія.

Дѣйствія и распоряженія семинарскаго правленія, состояв-
шаго изъ ректора, инспектора и эконома, по разнымъ частямъ
мы уже видѣли изъ всего того, что дослѣдѣ изложено. Что ка-
сается канцелярскаго дѣлопроизводства, опредѣлявшагося въ осо-
бой главѣ проэкта семинар. устава (ч. 1. отд. 1. гг. VI. «О образл.
производства дѣль въ правленіп ), то, при общемъ надзорѣ рек-
тора, главная дѣятельная роль въ этомъ отношеніи принадле-
жала секретарю, пмѣвшему въ своемъ завѣдываніи письмоводи-
tionей, которые раздѣляли съ нимъ канцелярскія занятія. Секре-
тарь Ивановъ въ 1811 г. для большѣ успѣшнаго дѣлопроизводства
по канцеляріи хлюноталъ о томъ, чтобы письмоводители назна-
чались не изъ учениковъ семинаріп, отвѣлкамыхъ ученическими

*) Учитель греч. изъ въ алекσандроневскомъ училищѣ А. Филлиповъ:
представитъ попробныя разборъ этой грамматики, заключающіеся такимъ об-
разомъ: «Въ краткихъ словахъ: грамматика Грациanskаго мелочными примѣча-
ніями полна, хорошими быдна, къ исправленію трудна, къ употребленію, одинъ из
слово-мъ. сегодня».

— 284 —

обязанностями, по изъ постороннихъ. Правленіе согласись съ этимъ и представляло о томъ высшему начальству, но академическое правленіе не уважило этого представленаія, сылаясь на 22 § сем. устава (1809 г.). Семинарское правленіе вторично давало представленіе, указывая на то, что «въ противномъ служаѣ можетъ постѣдовать медленность въ дѣлахъ и опущеніе». Не смотря на это, и по проекту сем. устава 1814 г. (§ 24), какъ пзвѣстио, допущены ученики къ неправленію письмоводительской должности, хотя не устраивались и постороннія лица, которая, действительно, бывали изрѣдка въ петерб. семинаріи на означенной должности (стр. 50), вирочемъ изъ бывшихъ воспитанниковъ.

Постороннія обязанности и для самого секретаря служили иногда препятствіемъ къ неправности. Въ 1817 г. ревизоръ, ректоръ академіи Филаретъ въ своемъ отчетѣ между прочимъ сдѣлалъ замѣчаніе о недосмотрахъ секретаря (Платунова), прописчившихъ, вѣроятно, отъ того, что онъ обременѣнъ былъ старонними дѣлами». Къ половинѣ 20-хъ годовъ, какъ сказано выше (стр. 233, ср. 207), особенно много обнаружилось безпорядковъ по экономіи и дѣлопроизводству, какъ заявлялъ о томъ и ректоръ Антоній (Домкинскій) и подтвердилъ потомъ въ 1827 г. ревизоръ Иннокентій (Борисовъ); вслѣдствіе чего и учреждена была особая ревизіонная коммиссія. Вскорѣ по вступленіи въ должность ректора Антонія (1826 г.), составлены были секретаремъ К. Успенскимъ особья «правила для канцеляріи семин. правленія». Въ нихъ распредѣляются обязанности между письмоводителями, съ цѣлюю «исправитьшаго и благонадежныйшаго производства ими дѣлъ по канцеляріи семин. правленія». Смотрѣніе за входящими бумагами, которая должны помѣчаться рукою секретаря, поручено одному изъ письмоводителей правленія («кротову) (§ 2). Ему же поручено: (§ 7) записывать входящія бумаги и, соображая ихъ со входящими, следить за исполненіемъ бумагъ и немедленно тоносить секретарю о неисполненныхъ; (§ 8) выписывать опредѣленія правленія на дѣла, объявлять ихъ кому следуетъ, nominować дѣла и вносить ихъ въ концѣ года въ архивъ съ номеровкою и опись; ему же преимущественно следить и за архивомъ (§ 10). Второй письмоводитель при правленіи (Ольгинскій) обозывался: (§ 4) переписывать на бѣло журналы, провѣренные секретаремъ, безъ отлагательства; (§ 5) изготовлять на черно размыя сообщенія, предписанія и представленаія по разнымъ чатамъ, комрѣ экономической. Третій письмоводитель--при экономѣ

— 285 —

(Неровъ) обязывался. (§ 3) составлять черновые доклады на всѣ
поступившия бумаги, наблюдать въ иных порядокъ, дѣлать нуж-
ныя справки и др. распоряженія по сему предмету; (§ 6) вести
приходорасходныя книги, повѣрять экономическіе счеты, приго-
товлять записки и прочія бумаги по экономической части. Сверхъ
того, всѣ обязывались: (§ 9) въ слушаѣ сложныхъ дѣл, по ра-
споряженію секретаря, заниматься однимъ дѣломъ; (§ 10) наблю-
дать отчасти за порядкомъ и цѣлостью архива, такъ какъ всѣми
ими берутся справки изъ него; (§ 11) дежурить по недѣлямъ,
или по днямъ, находясь безотлучно, кромѣ классовъ, при пра-
вленіи, ключъ отъ которого не повѣрять правленскому служи-
телю, и росписываясь въ особой тетради (за скрѣпою секретаря)
о благополучномъ состояніи канцеляріи и архива; (§ 12) строго
смотрѣть, чтобы ни ученики, ни постороннія лица безъ нужды
не впускались въ канцелярію; (§ 11) не отлучаться изъ семина-
ріи безъ дозволенія писпектора и секретаря.

По постановленію сем. правленія отъ 5-го іюля 1826 г.
(ст. 1), письмоводители обязаны были подпискамъ въ исполненіи
инструкціи, секретарю же поручено имѣть главный надзоръ за
ними. Правила эти, очевидно, должны были ввести въ дѣлопро-
изводство болѣе порядка и точности — и предупреждать безпо-
рядки, въ родѣ происшедшаго въ началѣ 1826 г., когда была
затеряна бумага съ резолюціей митрополита Серафима (см. выше
стр. 207). Правда, вина въ этомъ падала особенно на секретаря
У., который и въ другихъ случаяхъ обнаруживалъ неаккурат-
ность, напр. растратилъ деньги, собранныя за книги въ 1827—8 г.
(564 р. 80 к.), но и письмоводители, при иных тогдашнемъ значе-
ніи при канцеляріи, не могли быть свободными отъ отвѣтствен-
ности. Вообще же, дѣлопроизводство къ концу 20-хъ годовъ
улучшается, особенно послѣ того, какъ упоминавшаяся ревизіон-
ная комиссія 1826—29 г. обратила серьезное внимание на дѣло-
производство и счетоводство, а Комиссія дух. уч. вслѣдствіе этого
сдѣлала нѣсколько распоряженій въ этомъ отношеніи (см. выше
стр. 240). Между прочимъ въ 1829 г. предписанно было изъ жа-
лованья секретаря У... вычитать по 50 р. въ мѣсяцъ упомяну-
тыя деньги 564 р. 80 к., съ замѣчаніемъ отъ акад. правленія
«чтобы правленіе въ не допускало подобныхъ безпорядковъ».
Тогда же было предписано ежегодно представлять въ академ.
правленіе вѣдомость о дѣлахъ рѣшенныхъ и нерѣшенныхъ (отъ
16 февраля).

Въ 1830 г. ревизоръ Навскій уже писалъ въ своемъ отчетѣ

— 286 —

акад. правленію, что онъ нашелъ въ дѣствіяхъ семин. правле-
нія «во всемъ точность и самое върное исполненіе устава и
канцелярскій порядокъ держится во всей неправности».

Но въ половинѣ 30-хъ годовъ вышепзюженныя правила
письмоводителямъ, вѣроятно, пришли въ забвение или можетъ
быть признаны были недостаточными. Но крайней мѣрѣ секретарь
П. Боголюбовъ въ апр. 1836 г. дѣлать докладъ правленію
объ утвержденіи составленнаго имъ «начертанія обязанностей
письмоводительскихъ», съ просьбой «для приведенія въ дѣствіе
подобныхъ правилъ указать средства опредѣленійшія и дѣ-
ствительныхія тѣхъ, копі доселѣ употреблялись». Обязанности
раздѣлены на общія и частныя и отчасти тѣже, что пъ въ пра-
вылахъ 1826 г. Мы отмѣтимъ только, что есть въ этомъ «начер-
танін особеннаго. Къ общимъ обязанностямъ письмоводителей
отнесены: неукоснительное исполненіе пми вообще своего дѣла
и приказаній начальства; сообщеніе немедленнаго движенія дѣ-
лать, если порядокъ произведения ихъ пзвѣстень; неухоженіе
безъ позволенія секретаря изъ семинаріи и возвращеніе въ се-
минарію непремѣино къ 8 час. вечера; неопустительное посвѣ-
ніе классовъ, кроме дежурнаго письмоводителя, который остается
въ канцелярии на время классовъ, богослуженія и стола, «чтобы
канцелярія всегда была отперта, какъ для приема входящихъ
бумагъ, такъ и для другихъ непредвиденныхъ случаевъ». Част-
ныя обязанности раздѣлены между 4 письмоводителями, изъ ко-
торыхъ одинъ называется старшимъ, другой младшимъ, 3-й по-
мощикомъ и 4-й при экономѣ. Старшему назначалась больѣ са-
мостоятельная дѣятельность, напр. поручалось дополнять входя-
щія бумаги пужными справками и приготовлять къ докладу; по
опредѣленіямъ правленія составлять вчерѣнѣ исходящія бумаги и
обозначать на входящихъ ихъ именованіе и краткое содержаніе;
благовременно приготовлять всѣ дѣла срочные; наблюдать за
другими письмоводителями; хранить архивъ вмѣстѣ съ письмо-
водителемъ при экономѣ. Младшій частію раздѣлялъ обязанности
старшаго, частію же обязывался вести внѣшнюю сторону дѣла:
запись входящихъ и исходящихъ, переписку на бѣло журналовъ,
собираніе и сшивку бумагъ въ одно дѣло. Помощинку назнача-
лась премущественно переписка, выписки изъ журналовъ, за-
пись бумагъ въ пакетную книгу и отсылка ихъ, веденіе тетради
для записыванія ученическихъ билетовъ и объявленій ученикамъ
съ почты и т. п. Письмоводитель при экономѣ завѣдывалъ соб-
стенно экономическою частію. Переписка же большихъ бумагъ —

— 287 —

въдомостей, отчетовъ и т. п. поручалась, по усмотреннію секретаря, тому или другому письмоводителю, а его обязанности въ то время должны были исправлять остальные письмоводители.

Правленіе утвердило инструкцію (отъ 9 апр. 1836 г.), постановивъ «объявить оную письмоводителямъ, съ подписками къ точному и непремѣнному исполненію, что по ней до кого изъ нихъ касаться будетъ, подъ опасеніемъ въ случаѣ самовоюяго отступленія отъ оной штрафа вычетомъ изъ жалованья или дружими строгими мѣрами,—копіи же съ инструкціи выдать и членамъ семин. правленія».

Само собой разумѣется, что при значительныхъ полномочіяхъ письмоводителей и довѣріи къ имѣть, могли быть и нѣкоторыя злоупотребленія, въ случаѣ недосмотра секретаря, пли вообще начальства. Одно изъ такихъ и указано выше (на стр. 113), когда письмоводитель (1832 г.) улучшилъ отмѣтки въ аттестатѣ одного воспитанника, что было замѣчено ректоромъ Макаріемъ. Изъ двѣла не видно, какому взысканію подвергся за это письмоводитель, но штрафы, введение по постановленію правленія 1836 г. могли, конечно, предупреждать подобныя злоупотребленія, или недосмотры.

Относительно порядка поступленія семинарскихъ дѣл къ митрополиту и отъ него имѣется следующее свидѣтельство ректора Аонасія: «владыка, сказать въ добрыйчасть, очень ко мнѣ расположенъ. При прежнихъ ректорахъ, слышалъ я, семинарскія бумаги доходили ко владѣнѣ и отъ владѣки въ семинарское правленіе чрезъ руки Ал. Ив. Суслова (письмоводителя при митрополитѣ); но при мнѣ ни одной такой бумаги еще не было. Я принесу бумагу, я же и унесу въ тоже самое время, вовсе не заходя къ Ал. Ив—чу. И владыка ни въ чемъ еще со мной не спорилъ, а все утверждалъ безпрекословно». (Изъ пис. въ Тверь въ сент. 1838 г. Дуп. Чт. 1868. VIII. 338).

Архивъ правленія семинаріи заключаетъ въ себѣ двѣа съ 1789 г. относящіяся къ Главной семинаріи и Алекс.-невской академіи—до 1799 г. (Съ 1800 же года по 1808 включительно (громѣ 1806 г.) нѣтъ ни одногоѣла; затѣмъ многихъ дѣлъ недостаетъ особенно до 20-хъ годовъ, частію и постѣ, хотя по старымъ описямъ эти двѣла значатся. Журналовъ нѣтъ на лице за 1828 и 29 годы. До 20-хъ годовъ архивъ не имѣлѣ описи и находился въ безпорядкѣ, какъ доносило въ янв. 1823 г. секретарь Кудрявцевъ, заявляя, что двѣла принимать отъ бывшаго секретаря Виноградова, вслѣдствіе этого, неудобно. Иравленіе постановило: поручить секретарю Кудряв-

— 288 —

цеву привести въ порядокъ архивъ и составить онсь его, и довести
о томъ до свѣдѣнія высш. начальства. Но исполненіи возложенной
на него обязанности, онъ въ награду представленъ былъ къ чину
ІХ кл. вмѣсто следующаго ему Х-го; письмоводителямъ, по его пред-
ставленію, объявлено благоводеніе правленія, старшему же пись-
моводителю дана денежная награда (см. стр. 200). Секретарь
Нарбековъ продолжалъ онпись, начатую Кудрявцевымъ. Въ 1826 г.
при разсмотрѣніи правилъ для канцелярии, составленныхъ К. Успен-
скимъ, правленіе между прочимъ постановило, чтобы секретарь
наблюдалъ за цѣлостію архива. Въ концѣ же 20-хъ годовъ на-
значена была особая комиссія для разбора старыхъ дѣлъ; въ
ней кромѣ секретаря Меліоранскаго занимался и бывшій се-
кретарь К. Успенскій, который сдалъ Меліоранскому не всѣ дѣла,
при оставленіи секретарства.

Вмѣстѣ съ донесеніемъ о состояніи библіотеки и съ вѣдо-
мостями о воспитаниикахъ — предписано было доносить и о со-
стояніи семинарскаго архива (отъ 23 апр. 1828 г.).

## ПЕРІОДЪ II.

### Графъ Пратасовъ и предпринятое имъ дѣло преобразованія духовно-учебной части.

Духовно-учебная реформа, введенная въ началѣ 40-х годовъ, тѣсно связана съ именемъ синодальнаго оберъ-прокурора, графа Николая Александровича Пратасова. Въ виду этого весьма важно остановить особое внимание на этой личности.

По выходѣ изъ Синода князя Мещерскаго, оберъ-прокурора кроткаго и съ особымъ уваженіемъ относившагося къ духовенству, его мѣсто занялъ бывшій чиновникъ за оберъ-прокурорскимъ столомъ С. Д. Нечаевъ, оказавшійся, по словамъ современника, начальникомъ «нелегкимъ», который, едѣлавъ безгласными всѣхъ чиновниковъ, «хотѣлъ взять верхъ и надъ членами Синода, измѣнялъ резолюціи и опредѣленія Синода и затѣвалъ ограничить архіерейскую власть, воспитанниковъ же духовныхъ училищъ нарядить въ пучки и полукафтанья» *). Во время отѣзда Нечаева въ Крымъ къ умирающей женѣ, его должность писарялѣ гусарскій полковникъ, флигель-адъютантъ, графъ Пратасовъ, бывшій въ то время товарищемъ министра народнаго просвѣщенія, который потомъ, по просьбѣ членовъ Синода (Филарета моск. впрочемъ не было тогда въ Петербургѣ), указавшихъ на него Государю, какъ на «человѣка назвѣстнаго по уму, образованности и усердію къ церкви православной,» утвержденъ былъ Императоромъ Николаемъ въ должности синодальнаго оберъ-прокурора **) и оставался въ ней до смерти своей, въ янв. 1855 года.

*) Изъ воспоминаній секретаря син. Исмайлова. *Странникъ*, 1882. ІХ. 77. 78.

*) Направленіе дѣла о смѣнѣ Нечаева и назначеніи на его мѣсто Пратасова приписываютъ назвѣстному духовному писателю А. Н. Муравьеву, бывшему тогда чиновникомъ за оберъ-прокурорскимъ столомъ, по назначенію самаго императора, которому онъ поднесъ сочиненіе свое «Путешествіе къ св. мѣстамъ». Предполагаютъ что Муравьевъ не разсчитывалъ на утвержденіе Государемъ Пратасова, какъ человѣка военнаго и слишкомъ свѣтскаго, и надѣлся самъ получить об.-прокурорское мѣсто. (См. зап. Исмайлова, ibid. Лѣскова, «Синод. персоны». Истор. вѣсти. 1882 г. ХІ.)

19

— 290 —

Умъ и образованность гр. Пратасова вообще не испори-
ваются, хотя характеръ послѣдней пока еще недостаточно опре-
дѣленъ. Относительно же усердія его къ церкви православной
остается много недоразумій. Съ одной стороны, гр. Пратасовъ
является человѣкомъ весьма вѣрующимъ и почтительнымъ къ
церкви. Изъ всѣхъ оберъ-прокуроровъ онъ едва ли не одинъ
устроилъ у себя домовую церковь. Онъ первый издалъ собор-
ныя правила и «догматическія творенія вселенскихъ учителей,»
отмекалъ въ Спинодѣ и поздалъ грамоты восточныхъ патриарховъ,
по писавленіи ихъ митр. Филаретомъ, и этимъ, какъ замѣчаетъ
Муравьевъ, «а также и другимъ дѣйствіями въ пользу право-
славія старался приобрѣсти расположеніе старца Серафима и
приобрѣлъ.» *) Признавая «ученіе православія необходимымъ для
твердости вѣры и для чистоты нравовъ, для единодушія хри-
стіанъ и для самой государственной силы, — ученіе, коему доселѣ
отечество наше одолжено нравственнымъ своимъ могуществомъ,» **)
онъ всѣ распоряженія свои, новидимому, направлялъ къ возвы-
шенію и господству этого ученія. Получивъ въ управліеніе и
грекоуніатскую церковь, старался «оградить ее отъ вліяній, чуж-
дыхъ духу ея восточного прописходенія», способствовать «воз-
становленію въ ней древнихъ восточныхъ обрядовъ,» ***) былъ и
дѣятельнымъ членомъ секретнаго комитета противъ стремленій
совращать въ латинство возсоединенныхъ уніатовъ и съ особен-
нымъ восторгомъ указывалъ какъ на ‘блистательный подвигъ’
царствованія Николая I, на возсоединеніе уніи въ 1839 г., когда
«древнее христіанское православіе, можно сказать чудовѣствен-
нымъ маніемъ Всевысшіяго, освѣнило весь Западный край отече-
ства». ****) «На сихъ пензмѣнныхъ началахъ православія, на требо-

*) Письма Фил. къ Муравьеву. Примѣч. между 24 и 25 письм., ср. прим.
къ пис. 42. (стр. 59). Муравьевъ же называетъ Пратасова «человѣкомъ весьма
образованнымъ и ловкимъ въ дѣлахъ». Ibid. стр. 37. Изданіе устава дух. кон-
систорій и начало обнародованія отчетовъ по дух. вѣдомству принадлежить
также гр. Пратасову.

**) Извлеч. изъ отч. об. прок. за 1837 г. стр. 192; 1839 г. стр. 120.

***) Отч. за 1837 г. стр. 109. 104.

****) Отч. за 1837 г. стр. 124. Правда, значеніе Пратасова по возсоединенію уніатовъ нѣкоторые умаляютъ въ пользу другихъ дѣятелей, напр. гр. Блудова (Морошкинъ, «Возсоедин. уніи», Вѣстн. Евр. 1872 г. авг. 538), но не отрицаютъ, что онъ относился къ дѣлу съ тактомъ, энергіей и сочувствіемъ. Знаменитый же дѣятель возсоединенія и борецъ за православіе въ Зап. Руси, митр. Юсифъ Сѣмашко въ своихъ «Запискахъ», периодъ управленія Пратасова называетъ «направленіемъ къ одной цѣли» греко-уніатскаго вопроса. «Вмѣсто

— 291 —

ваніяхъ дѣятельнаго христіанства и на прамихъ нуждахъ паствъ», хотѣть онъ основать п реформу духовнаго образованія, *) имѣя въ душѣ, даже по словамъ его недруговъ, вѣкоторую скру чистой ревности и желаніе русскому духовенству добра. **) Испе- раторъ Николай Павловичъ высоко цѣнилъ этого оберъ-прокурора, на отчетѣ его за 1839 г. онъ написалъ собственноручно: «чи- таль съ большимъ удовольствіемъ», а на донесеніи о смерти Пратасова въ 1855 г. написалъ: «пскренно и душевно скорблю о потерѣ этого достойнаго и вѣрнаго слуги, котораго столь давно зналъ и уважалъ». ***)

Съ другой стороны, о гр. Пратасовѣ разсказываютъ, что онъ былъ «воспитанникомъ іезуита, приставленнаго къ нему въ гу- вернери;» ко двору получилъ доступъ чрезъ своихъ мать и тещу, бывшихъ статсъ-дамами при ими. Александрѣ І, и пріобрѣлъ особенную низкость свѣтскими талантами, «какъ отличный танцоръ.» Сдѣлавшись оберъ-прокуроромъ, онъ не выражалъ со- чувствія монашеству и недовѣрялъ духовнымъ дѣятелямъ, но окружилъ себя лицами, новидимому, неправославнаго духа. Та- ковъ напр. К. С. Сербіновичъ, редакторъ Журнала мин. народ. просвѣщ., сдѣланный директоромъ канцеляріп синод. об. проку- рора, (впослѣдствіи членъ въ коммиссіи прошеній на Высочайшее имя); онъ получилъ воспитаніе въ полонцкой іезунтской колле- гіи,— человѣкъ, по отзыву Нсмайлова, «необыкновенно хитрый и дѣйствующій постоянно подъ непроницаемымъ покровомъ.» Также Войцеховичъ, сначала чиновнику за оберъ-прокурорскимъ сто- ломъ, потомъ директоръ канцеляріп св. Синода, (впослѣдствіи членъ Государственнаго совѣта), «хотя не изъ іезунтовъ, но не менѣе изъ хитрый и сомнительной честности.» Во главѣ учебнаго вѣдомства сталъ правитель Комиссіи дух. учил., а потомъ дн-

бывшаго разъединенія и даже противодействія». Сравнивая же Пратасова съ Блудовымъ, говорить: «Гр. Пратасовъ былъ не менѣе благосерднаго характера, и скели не столь общирнаго ума, какъ Блудовъ, то болье живаго и дѣятельнаго. Онъ принялся съ полнымъ рвеніемъ за уніатское дѣло и заботился о немъ всю жизнь свою,—его не пужно было подгонять». Въ письмахъ своихъ, по поводу смерти Пратасова, высокоп. Юсифъ называетъ его «свѣтлымъ жизнію и за- слугами», «пезабвеннымъ», «добрымъ царскимъ слугою и ревнителемъ церкви православной,»—и восклицаетъ: «да будетъ ему вѣчная память за добрый дѣла и за ревностное служение церкви и отечеству. Записки, 1883. Спб. т. І. стр. 108. г. II, стр. 547—549.)

*) Назв. изъ отч. за 1839 г. стр. 120, 121.

**) Записки еп. Никодима, Чгели въ общ. ист. 1877 г. II, стр. 33, 34.

***) Извлеч. изъ отч. об. пр. за 1855 г. стр. 4.

*

- 292 -

ректоръ Дух. уч. управленія, А. И. Карасевскій, человѣкъ, по выраженнію Иесмайлова, тогоже «духа и мастіе», впрочемъ, по отрыву Ростиславова, «добрый, деликатный, не заносивый, не всиличчивый.» *) Какъ администраторъ, гр. Пратасовъ былъ очень способный, энергичный, съ преобразовательными наклонностями, но необыкновенно властолюбивый, повелительный и гордый, нещадившій и архіерейскаго сана. «Я министръ! я архіерей!.» недаромъ сказалъ онъ, по назначеніи его оберъ-прокуроромъ одному изъ знакомыхъ **).

«Но неограниченному властолюбію, пишешь въ своей автобіографіи протопресвитеръ Бажановъ,— графъ Пратасовъ желалъ безпрекословно управлять спкодомъ и сдѣлать его безгласнымъ ***)

*) Вѣстн. Евр. 1883. VII. 156. О католическомъ вліяніи при гр. Пراتсовѣ моск. митр. Филаретъ писалъ между прочимъ Григорію архиеп. тверскому, отъ 28 дек. 1844 г. «Западные римскіе мудрствователи и усиливаются войти къ намъ съ своими мнѣніями и безъ усилия входятъ, потому что мы имъ широко отворяемъ двери. Кто нибудь (?), напримѣръ, пмѣлъ домашнимъ учителемъ римскаго священника, а православнаго священника не слушать; и легко могло случиться, что онъ будетъ защищать римскія мнѣнія, меняся защищать православіе, и, если его мнѣнію открытъ путь въ общество, то оно можетъ пройти далеко». Чт. въ общ. люб. дух. просв. 1877. ХІ. 136.

**) Изъ письм. преосв. Игнатія Бринчанинова. (Прав. Обозр. 1878. І. Мысли митр. Филар. стр. 109.

***) Каково было положеніе членовъ Синода при Пратасовѣ, объ этомъ имѣются интересны указанія, напр. въ письмахъ изъ Петербурга преосв. Филарета Гумилевскаго къ А. В. Горскому. Такъ отъ 11 марта 1842 г. онъ пишетъ между прочимъ: «дѣла въ такомъ положеніи, что едва-едва можно бываетъ по временамъ дѣлать отраженіе натисковъ. Иначе—приходится только встрѣчать пули въ бокъ и лобъ и стоять не морщась. Да, точно таковы дѣла. О вылазкахъ, или наступательныхъ дѣйствіяхъ и думать нельзя... Надобно молить Господа, дабы далъ имъ (т. е. членамъ Синода) твердость и рѣшимость выдерживать осаду. Силы ищотлены, средства отобраны; осталось одно—упованіе на Господа Иисуса... чтобы сохранялась твердость оставаться въ оборонительномъ положеніи, не щадя послѣднихъ капель крови. А надобно признаться, что много, очень много нужно твердости оставаться и въ этомъ положеніи, когда нападенія столько жестоки и столько часты, а средствъ нѣтъ.» Вообще въ этихъ письмахъ не разъ упоминается о страданіяхъ церкви; подобный тонъ замѣчается въ письмахъ и отзывахъ и другихъ іерарховъ того времени. Свою же собственную бессѣду съ гр. Пратасовымъ преосв. Филаретъ называетъ «испытаніемъ, или лучше пыткой», замѣчая: «да, легко пытать, но каково быть въ пытѣ... Съ этими людьми говорить не легко, очень не легко.» (Тв. св. от. 1883. І. Приб. 255. 227). Въ подтверждение этого и еп. Никодимъ въ своихъ зап. о митр. Филаретъ пишешь, что Пратасовъ, не дожидаясь приглашенія, входилъ къ митрополиту въ гостияную и не стѣснялся и съ нимъ кричать, «какъ это въ модѣ у военныхъ и у начальниковъ», такъ что владыка

— 293 —

и, пользоваясь болезнію і преклонными лѣтами первенствующаго
члена, митр. Серафима, онъ достигъ этой цѣли, выживъ изъ сн-
нода пропеками митрополитовъ: кіевскаго Филарета и москов-
скаго Филарета» *).

О религіозныхъ же убѣжденіяхъ гр. Пратасова епископъ Ник-
одимъ пишетъ, что онъ «съ презрѣніемъ смотрѣлъ на правосла-
віе» **). Отсюда и въ его разныхъ распоряженіяхъ и мѣропріятіяхъ
усматриваютъ католическія тенденціи. Такъ, при изданіи натріар-
шихъ грамотъ, будто бы имѣлось въ виду утвердить католическую
мысль, заключающуюся въ нихъ, о недозволеніи всякому читать
безъ руководства св. Писаніе; введеніе катихизма Иетра Могили
въ семии. курсъ направлялось къ пропагандированію католи-
ческаго ученія о предопредѣленіи и о церковныхъ заповѣдяхъ,

долженъ былъ однажды замѣтить ему: «если и потише будете говорить, Ваше
сіятельство, я услышу.» (Зап. гл. XLII.)

*) Истор. Вѣстн. 1883. XII. Поводомъ къ удаленію московскаго и кіев-
скаго митрополитовъ изъ Синода въ 1842 г. послужило извѣстное дѣло по до-
носу о распространеніи литографированнаго перевода Библіи на русскій языкъ
протоіерея Навскаго, при чемъ въ частной бесѣдѣ этихъ митрополитовъ было
высказано предположеніе объ изданіи новаго, больѣ правильнаго перевода и
Библіи съ толкованіем; но обо всемъ было доложено Государю и, согласно съ
мнѣніемъ митр. Серафима, подчинившагося, какъ полагаютъ, вліянію гр. Пра-
тасова,—означенное предположеніе, которое Филаретъ московскій и письменно
изложилъ, признано «излишнимъ и опаснымъ», направлено къ обвиненію автора,
или, по выраженію пр. Филарета Гумилевскаго, «обращено въ громкое без-
честіе лицу его (моск. Филарета) и всему Синоду, крошѣ старика потерявшаго
смыслъ» (Приб. къ Тв. Св. отц. 1883 г. І, стр. 266. Подробнѣе см. Сушкова,—
объ уполнѣеніи двухъ Филарстовъ, въ Чт. въ Общ. ист. и др. 1869. IV, стр.
185—187; Истор. Ист. перев. Библіи, Хр. Чт. 1872. V. 92—119.)—По этому
случаю митр. Филаретъ писалъ къ намѣстнику Тропце-Сергіевской Лавры, о.
Антонію: «забота не о томъ, что случилось лично со мною, а о томъ, могу ли
и сколько нибудь быть полезенъ службѣ. Не указуется ли мнѣ время устра-
ниться, чтобы оплакивать грѣхи мон и внѣ мятежа дѣлъ молиться о благосо-
стояніи св. церкви» (Ч. П. стр. 13, 14. М. 1878.) Послѣ отвѣзда Филарета
московскаго изъ Петербурга, тамъ, по его словамъ, «жаждали клеветы» про-
тивъ него, не отвѣчали на его письма (Ibid. стр. 325, ср. 132; 112, 113. Ср.
къ Мурав. стр. 39, 123, 294) и нѣкоторое время оставляли вдали отъ вліянія:
«время слушать насъ, если отчасти и было,— писалъ онъ къ Муравьеву въ
1848 г.—то миновало». (Пис. къ Мурав. № 167). Хотя обстоятельства по-
тому измѣнились, какъ увидимъ ниже, но события 1841—42 г. для Филарета
были печальнѣе 1822—25 г., когда изъ чуждаго Синоду вѣдомства были воз-
буждены относительно его противодействіи (т. е. Шишковымъ).

**) «Меня,—прибавляетъ далѣе Никодимъ,—увѣрялъ совоспитанникъ его,
что графъ былъ католикъ, а православнымъ объявлялъ себя изъ земныхъ ви-
довъ» (гл. XVII).

— 294 —

съ каковою цѣлію и Филаретовъ катихизы передѣ лывался (см. выше, стр. 125); изданіе Книги правиль, какъ основы церковнаго преданія, воспрещеніе русскаго перевода п толкованій Библіи, предположеніе утвердить исключительное, церковное и учебное, общественное и домашнее, употребленіе Славянской библии, по примѣ ру латинской Вучитати, — все это представляется резуль- татомъ римско-католическаго вініянія.

Послѣ дствія, однакожь, показали, что собственно католи- ческіе принципы не имѣ ли у насъ развитія и силы. Если бы дѣ й- ствительно ихъ желали иронагандировать, то были бы какіе ни- будь результаты этой иронаганды, но указать ихъ въ чемъ ни- будь едва ли можно. Каккъ не противъ цервославія дѣ йствовали гр. Пратасовъ и не въ интересахъ именно католи чества онъ дѣ лалъ вышеуказанныя распоряженія. Не римско-католи ческія идеп сами по себѣ были важны и дороги для него, а потому развѣ , что эти идеп совпадали съ общимъ направленіемъ правительственной системы его, стремящейся, сообразно вообще съ духомъ царство- ванія Николая I-го, къ охраненію власти, порядка, дисциплины и однообразія въ формахъ жизни и даже мысли, — къ устраненію какихъ днѣ о свободныхъ нововведеній и вопросовъ, возбуждаю- щихъ мысль, словомъ системы, которую можно назвать консер- вативно-дисциплинарной. Церковныя зановѣ ди и преданіе; непри- косновенность установившагося славянскаго перевода Библии; не- дозволеніе читать ее всякому безъ руководства и чрезъ то впа- дать въ опасня м уствованія,— все это какъ разъ соответствовало этой системѣ; напротивъ, переводъ Библии, да еще съ европейскаго языка (что защищалъ особенность Филаретъ моск.), толкованія ея и т. п. — приспавалось ведущимъ къ свободомыслію, протестант- скому направленію и подрыву авторитета церкви и власти. Такъ какъ Филаретъ московскій въ этомъ пункте смотрѣ ль на дѣ ло пиная, да и раньше были наговоры о его мистицизмѣ и проте- стантствѣ, *) къ которымъ присоединялась еще молва о его по- давляющемъ вініяніи въ Синодѣ **), то Пратасовъ рѣ шился specially собствовать удаленію его изъ синода ***), хотя всегда цѣ лить умь

*) Муравьевъ, примѣ ч. къ письм. Фпл. № 24.

**) Сушковъ, объ увольненіи митр. Чт. въ общ. ист. 1869. ГУ. 186.

***) Прот. Павскій въ своей автобіографіи, при разсказѣ объ удаленіи Филаретовъ изъ С. Петербурга, не упоминаетъ даже о Прагасовѣ, а говорить только, что «митрополиты подали различные голоса касательно перевода св. Писанія, Серапинъ подалъ отдѣ лный голосъ, что не надо и вовсе переводить св. Писаніе. Своею разноголосницей они испортили все дѣ ло, разсорились и

— 295 —

и познанія моск. митрополита и — особенно позднее (съ конца
40-хъ годовъ) — постоянно обращался къ его совѣту и мнѣнію.
Сушковъ въ своихъ записках о Филаретѣ передаетъ о немъ слѣ-
дующія слова гр. Пратасова: «вѣдь мы живемъ съ нимъ дружно...
всѣ думаютъ, что это удаляютъ отъ Синода; напротивъ, мы без-
престанно обращаемся къ нему за совѣтами. Мне хотелось бы,
чтобы онъ зналъ, какъ я цѣню его, какъ благодаренъ ему!..»
и пр. (стр. 142). Въ 1849 г. и самъ Филаретъ писалъ архіеи.
Григорію: «я думалъ, что угнѣздясь въ епархіи, буду свободнѣе,
нежели въ лѣта многаго пришельствія. Оказалось не то. Все не
усиѣваю. Иногда изъ Петербурга даютъ дѣла, съ которыми не
легко раздѣлаться» *). О множествѣ и разнообразіи этихъ дѣлъ
онъ неоднократно писалъ и къ архимандриту Антонію **).
Разумѣется, все это не мышало Пратасову дѣйствовать незави-
симо, гдѣ онъ находилъ нужнымъ, и не стѣсняться авторите-
томъ высшихъ іерарховъ; между прочимъ, онъ практически до-
казывалъ этимъ, что онъ вовсе не защитникъ католическихъ
принциповъ, въ силу которыхъ авторитетъ іерархіи абсолютенъ
и неприкосновененъ. Онъ съ энергіей проводилъ свои планы и
намѣренія и противодѣйствій не допускалъ, при чемъ даже не-
всегда былъ разборчивъ въ средствахъ. Духовенству же, дѣйстви-
тельно, онъ желалъ добра, хотя и явился для него благодите-
лемъ одностороннимъ, насильственнымъ и непризнаннымъ. Несто-
рія духовно-учебной реформы особенно подтверждаетъ это. Къ ней

всѣдствіе сей сессоры разъехались, кто въ Москву, кто въ Киевъ, и никогда уже посль не съѣзжались». Русск. Стар. 1880 г. № 117). Дѣйствительно, Филаретъ, не сходясь съ первенствующимъ членомъ Синода, митр. Серафимомъ, самъ выразилъ предъ гр. Пратасовымъ нежеланіе присутствовать въ Синодѣ (Сушк. Зап. объ увольненіи кіевск. и моск. митр. въ Чт. въ общ. ист. и др. 1869. IV. стр. 185), что, конечно, совпадало съ желаніями графа. О митрополитѣ Серафимѣ думаютъ, что въ этомъ случаѣ онъ былъ орудіемъ въ рукахъ Пратасова, поэтому и самъ Филаретъ въ одномъ изъ писемъ къ Антонію (ч. II, 20—31) выражается о его мнѣніи: «подписанное полумертвою рукою представлено, какъ написанное живою и сильною и Высочайше утверждено», (ср. пис. къ Муравьеву № 87), а Филаретъ Гумилевскій въ письмѣ къ Горскому весьма даже рѣзко выразился о старческой немощи петер. митрополита (см. выше примѣч. 1 на стр. 293). Неблагословные отзывы о митр. Серафимѣ находимъ и въ записках еп. Никодима Казанцева. Но едва ли вътърно—участіе Серафима въ разсматриваемомъ дѣлѣ считать только пассивнымъ. Онъ и раньше грозилъ «выйти въ отставку», если Филаретъ будетъ «настанвать на продолженіе перевода св. Иисанія». (Нез. воспом. мир. Фил. Пр. Об. 1868. VIII. 256).

*) Чт. въ общ. люб. дух. просв. 1877. XII, стр. 152.

**) Ч. II. стр. 411, 464, 479, 680.

— 296 —

телерь мы и обратимся, пользуясь особенно при этомъ иите-
ресными записками, относящимися къ разсматриваемому времени,
епископа красноярскаго Никодима.

Выше упоминалось (стр. 121) о томъ, что въ 1837 г. отъ
св. Синода дано было, по предложенію об. прокурора, предин-
саніе всѣмъ ректорамъ семинарій — представить конспекты бого-
словія съ свободнымъ изложеніемъ того, какъ они понимаютъ
эту науку и какія улучшенія находятъ нужнымъ внести въ нее.
Въ слѣдующемъ году конспекты представлены: изъ нихъ болье
всѣхъ понравился гр. Пратасову и правителю дѣлъ Коммиссіи
д. уч. Карасевскому конспектъ вятскаго ректора Никодима Ка-
занцева (магистръ моск. акад. 1830 г.). Но, не полагаясь на
свою компетентность, об. прокуроръ просилъ чрезъ Карасевскаго
моск. митрополита прочитать конспекты и особенно сказать свое
мнѣніе о конспектѣ Никодима. Филаретъ одобрилъ его и поста-
вилъ выше другихъ особенно потому, что «въ немъ есть зерно
мысли», а не простое перечисленіе заглавій, какъ у большей
части другихъ авторовъ. Послѣ этого, по распоряженію гр. Пра-
тасова, съ Высочайшаго дозволенія, но безъ вѣдома и разрѣше-
нія Синода, Никодимъ былъ вызванъ въ Петербургъ, «въ распо-
ряженіе об. прокурора». Проѣздомъ чрезъ Москву, Никодимъ былъ
у митрополита Филарета, котораго онъ весьма почиталъ, желая
услышать что либо о цѣли своего вызова въ Петербургъ, но
Филаретъ «огранчился общими рѣчами», потому ли что самъ
не зналъ видовъ прокурора, или потому, «что не зналъ какимъ
(вятскій ректоръ) окажется на дѣлѣ, во всякомъ случае нискуш-
тельномъ и скользкомъ, даже не перейдетъ ли онъ на сторону
свѣтскихъ, чтобы вмѣстѣ съ ними работать къ униженію и порчѣ
Духовныхъ училищъ... Общій тонъ Филарета въ это время былъ
благожелательный, даже уважительный, но безъ оскорбленія вы-
сокой важности своего сана и положенія... Прощаясь онъ пода-
рилъ (Никодиму) четки, новыя, бѣлой кости, съ голубою бисер-
ною кисточкою».

По пріѣздѣ въ Петербургъ, около 18 іюня, Никодимъ пред-
ставился графу Пратасову. Вотъ какъ онъ самъ объ этомъ раз-
сказываетъ:

«Вхожу въ пріемную залу. Графъ сидитъ у письменнаго
стола. Въ рукахъ у него наша церковная книга — Большой треб-
никъ. Графъ разсѣянно перелистываетъ его.

Графъ. Здравствуйте, отецъ архимандритъ! Давно ли?

Я.—Третьяго дня, Ваше сіятельство.

— 297 —

Гр. Прону садиться!

Указалъ на кресло противъ себя, и самъ тотчасъ сѣлъ. Я
опять кланяюсь и стою. Графъ весочилъ. Взялъ меня обѣпши
ками и посадилъ почти наспѣль. — Сдѣлайте милость, садитесь!

Я сѣлъ (на переднемъ краѣ глубокихъ, косыхъ креселъ), чуть
держался и опасался опрокинуться. Графъ забавлялся мною.

Графъ: Мы васъ позвали на работу. Прону котрудиться.
Вашъ конспектъ отличный. Онъ доказалъ, что вы съ талантами:
намъ такие люди нужны. Прону знать меня, и еще никого. Мы
васъ успокоимъ, дадимъ все. Не бойтесь никого: я вашъ заступ-
никъ. Храните въ тайнѣ все, что будемъ поручать вамъ. Будьте
нскренни. Говорите со мною смѣло, о чемъ буду васъ спрашни-
вать. Я самъ буду говорить такъ, какъ самъ разумѣю. Вашъ
конспектъ подвергся пререканіямъ. Его ужасно разбранилъ кіев-
скій, кажется изъ завести, или по недоразумѣніямъ"). Москов-
скій, напротивъ, весьма хвалитъ. Какъ бы ни было, мы васъ
оградимъ путѣшимъ. Конспектъ вашъ будетъ напечатанъ. Васъ
ожидаетъ докторство богословіи. Нусть приѣдетъ московскій: вы
тогда съ нимъ посовѣтуетесь и кое что исправите: надоально же
потѣшить и кіевскаго! Объ этомъ подробно разскажетъ вамъ Ка-
расевскій: спросите его! Я только говорю, не бойтесь никого,
ниже вашихъ архіереевъ: знайте меня! Мы вамъ даемъ хорошую
квартиру **). Вы тутъ будете покойникъ. Вамъ никто не помнѣ
шаетъ. Я велѣлъ осмотрѣть ее и снабдить приличною мебелью.
Вамъ Государь приказалъ выдавать по 100 руб. въ мѣсяцъ,
кромѣ вашихъ доходовъ, во все время, пока вы будете въ Не-
тербургѣ въ монгъ распоряженіяхъ. Прощайте, о. архимандритъ!

*) Никодимъ объясняетъ это столкновеніемъ между двумя Фила-
ретами по дѣлу о св. исторіи Красноцвѣтова, которую Филаретъ кіевскій раз-
рѣшилъ печатать, а московскій, «всѣлѣдѣе всеобщихъ настойчивыхъ похвалъ
ея», прочитавъ ее внимательно и нашедъ «никуда не годною, предложилъ ся
ноду о запрещеніи. «Филаретъ кіевскій принялъ сіе за личное себѣ оскорбле-
ніе и ждалъ случая отмѣгать». Прочитавъ конспектъ Никодима, «весьма восхва-
ленный» Филаретомъ моск. п нѣкоторыми даже приписанный самому ему, кіев-
скій митрополитъ на первомъ листѣ его сѣдѣлъ следующую надпись: «въ сочи-
нителя замѣтны способности, а особенно начитанность новѣшшихъ, такъ назы-
ваемыхъ, германскихъ богослововъ, но недостаетъ въ немъ зрѣлости и вѣр-
ности сужденій. Конспектъ его ни для дух. семинарій, ни для дух. академій.
Филаретъ, м. Кіевскій». (Зап. гл. XX).

**) Никодимъ былъ помѣщенъ не въ Лаврѣ, а въ сподн. подворьѣ, у Се-
меновскихъ казармъ,—съ цѣлю, какъ говорилъ тогда, держать его вдами отъ
вѣшения монашествующихъ лицъ. (Ростисл. В. Евр. 1883. ІХ. 231.)

— 298 —

Вы ко мнѣ будете приходить, когда я назначу. Теперь у насъ канцкулы. Я живу на дачѣ. Я скажу Александру Иванычу (карасевскому), когда вамъ приходить ко мнѣ. Прошу съ нимъ понознакомиться: мы будемъ работать вмѣстѣ.

Въ заключеніе графъ мнѣ подалъ конспектъ богословіи ка-
менецъ-под. ректора Наоанапла (Савченко, впослѣдствіи черниг.
архієписскопа) и сказалъ: прочтите этотъ конспектъ и скажите
ваші о немъ мысли. Правду сказать, говорить, да и я кажется,
вплив, что тутъ учености немного: но онъ для насъ интересенъ.—

Я вышелъ отъ графа, полный мыслей и думъ крупныхъ,
не бывалыхъ, озаботившихъ меня, даже грозящихъ подавить
меня. Чрезъ нѣ сколько дней я пришелъ къ графу съ конспектомъ
Наоанапла.

Графъ: Прочитали? Каковъ конспектъ?

Я.—Не бойкій, страничный, фальшывый. Лишняго и ненуж-
наго много, а дельнаго мало. Много рѣчей о церковностяхъ, ко-
торыя обязаны знать причетки. Они и знаютъ ихъ, безъ на-
шего наученіа, потому что о нихъ написано въ церк. уставѣ...

Графъ улыбался и давалъ мнѣ просторъ говорить, что хочу. Я говорилъ много.

Графъ началъ:— смешалъ я ваші рѣчи, о. архимандритъ.
Богословіи вашей я не глубокій знатокъ. Но вотъ что: вы учи-
лись не столько для себя, сколько для насъ, вы нами учители
въ вѣрѣ. Но мы вашъ не поминаемъ. Ваша богословія очень вы-
прення. Ваши проновѣди высоки. Мы вашъ не понимаемъ. У васъ
нѣтъ народнаго языка. Вы чуждаетесь церковности. Практическое
богослуженіе вамъ незвѣстно. Вы почитаете церквымъ для себя
знать и изучить его: оттого смѣшните, вступая въ священную
должность. Не умѣете ни пѣть, ни читать, не знаете церк. устава.
Васъ руководить дьячи, надъ вами поздѣваются начитанные мѣ-
щане. Въ вашихъ школахъ нѣтъ спеціальности. Вы хотите быть
и почитаться универсально учеными. Это ошибка. У насъ всякий
кадетъ знаетъ маршъ и ружье; морякъ умѣетъ назвать последній
гвоздь корабля, знаетъ его мѣсто и спу; инженеръ пересчитаетъ
всевозможные ломы, лопаты, крюки, канаты. А вы, духовные, не
знаете вамихъ дух. зеней! Вы изобрѣли для себя какой-то свой
языкъ, подобно медикамъ, математикамъ, морякамъ. Безъ толко-
ванія васъ не поймешь. Это тоже не хорошо. Говорите съ нами
языкомъ намъ понятнымъ, поучайте закону Божію такъ, чтобы
васъ понималъ съ перваго раза последній мужикъ! — Нодумайте
хорошенько, (говорилъ графъ въ другой разъ), и мнѣ скажите:

— 299 —

что нужно измѣнить въ семинаріяхъ. Какъ упростить существую-
щія наукъ? Не нужно ли ввести новыя, и какія именно? Не на-
добно ли иные науки сократить, а другія и вовсе выгнать?
Поминте: семинарія не академія. Изъ академій идутъ профессоры,
имъ много знать нужно. Изъ семинарій поступаютъ во священ-
ники по селамъ. Имъ надобно знать сельскій быть и умѣть быть
полезными крестьянину, даже въ его дѣлахъ житейскихъ. Итакъ,
на что такая огромная богословія сельскому священнику? Къ
чему нужна ему философія, наука вольномыслія, вzdоровъ, этопзма,
фанфаронства? На что ему тригонометрія, дифференціалы, нинте-
гралы? Исть лучше затвердятъ хорошенько катихизпѣсъ, церк.
уставъ, нотное пѣніе. И довольно! Высокія науки пусть оста-
нутся въ академіяхъ... Прочтите хорошенько семин. уставъ и
скажите, что вы находитe въ немъ нужнымъ исправить, измѣ-
нить, отмѣнить, или дополить.

Я вышелъ отъ графа грустный. Я увидѣлъ, что меня хотятъ
сдѣлать орудіемъ униженія и разстройства нашей ученой части,
хотятъ поставить въ противорѣчіе и вражду съ духовенствомъ,
со властями, хотятъ перестронить мои убѣжденія, хотятъ навя-
зать мнѣ ихъ образъ мыслей, такъ леткомысленный, столь намѣ
враждебный. Подобнаго рода рѣчи и декламація выслушивалъ
цѣлый мѣсяцъ и отъ самого об. прокурора и отъ его ассертента
А. И. Карасевскаго. Меня и ласкали, мнѣ грозили, меня вызывали
на диспуты. Съ грустію я выслушивалъ крайне неуважительныя
сужденія и о великомъ Филаретѣ моск., еще чаще о другихъ
святителяхъ. Я не имѣлъ въ Петербургѣ ни созѣдниковъ, ни
наставниковъ: меня чуждаясь мои собратія, иные изъ зависти,
а больная часть по робости. Даже члены Синода держали меня
вдали и въ сторонъ отъ себя. Преосв. псковскій Наоананъ, усли-
шавъ отъ меня, что мнѣ запрещено сказывать, что ядѣлаю у об. про-
курора, гей часъ прекратить о семъ любопытство, даже просилъ
меня не напоминать ему о семъ и словомъ. Я оставался одинъ,
самъ при себѣ. Кѣ чести графа скажу: говоря со мною такъ рѣ-
шительно и смѣло, онъ не препятствовалъ и мнѣ говорить столько
же рѣшительно и смѣло.

Поняться этими, Исконимъ защищалъ, какъ могутъ, прежний
уставъ и показывалъ прочность и цѣнность семинарской науки,
говора, что предлагаемыя преобразованія «въ сущности относятся
къ умалочію и обезиленію дух. просьщенія», что новыя науки,
которыя хотѣли ввести въ семинарі (сельское хозяйство, меди-
ція) можетъ быть и полезны, «по онѣ, помѣстясь между су-

— 300 —

ществующими науками, изъ кохъ ни одной нѣть безполезной, стѣснятъ пхъ и сократить, отчего пропозайдетъ потеря, а не пріобрѣтеніе. Указывалъ на то, что укоризна за smallкомъ вы- сокую и непонятную для другихъ ученость только отчасти мо- жетъ относиться къ нѣкоторымъ «педантамъ, которые громкими фразами спишутъ пынинъ издоръ», что вообще подъ этой уко- ризной «скрывается зависть и досада на то, что духовенство равняетъ себя въ образованіи съ другими привилегированными сacerвіями»; что для божественныхъ пынинъ, действительно, ну- женъ язмъ не «илощадной и уродивый», а «отборный и бла- городский». Особенно же о. Никодимъ ограждалъ богословію и требовалъ даже расширенія ея», много защищалъ и философію, говоря: «напрасно вы отнимаете у насъ философію. Она у насъ смирина, пбо обуздывается богословіем. У насъ есть надзоръ: архіерей, ректоръ, писпекторъ, экзамены; мы не дозволимъ про- фессору заговариваться. Да и кто нашъ профессоръ философіи? Нашъ же, изъ насъ, и учился вмѣстѣ съ нами. Намъ нужна фил- лософія, для раскрытия и укрепленія строгости и правильности мышленія, для ознакомленія себя съ пынами естественными, умозрительными и правственными, на кохъ святое Откровеніе изъдѣтъ свои небесная пытки. Самое откровеніе дѣается созна- тельнымъ и твердимъ послѣ правильнаго разумнія пынинъ на- туры. Бонтесь нашихъ вольностей? Но данъ ли поводъ къ та- кимъ опасеніямъ? Почти сто лѣтъ въ нашихъ семинаріяхъ пре- подается полная философія; нами ученики философіи не занят- нали себя никакою вольностію. Императоръ Александръ Навло- вичъ упинчотожилъ въ унинерпіетахъ философію, опасаясь, ко- нечно, вольностей. Что же вышло? Пустыя науки, науки безъ зерна, сдѣлали пустыми головы студентовъ: и мы имѣемъ несча- стіе записать въ пistorію 14 декабря 1825 года! — На этомъ мѣстѣ меня прервалъ графъ, впрочемъ довольно терпѣливый, и воз- бужденно сказалъ: оставьте! не хочу слушать вашихъ анологій. Философію изгнать изъ семинарій! Объявляю волю Императора!.. Ты не знаешь: когда я напомянулъ Государю, что въ дух. се- минаріяхъ читаютъ философію, Государь съ гнѣвомъ и въ недо- умствіяхъ воскликнулъ: «какъ? у духовныхъ есть философія, эта нечестивая, безбожная, матежная наука? Изгнать ее!.. Государь не терпитъ самаго имени философія.—Тутъ я замолчалъ».

Вынужденный составлять новый уставъ, Никодимъ поста- рался не касаться «статей о науках». Московскій митр. Фила- ретъ, по приѣздѣ въ Петербургъ, узналъ отъ Николида о томъ,

— 301 —

что онъ дѣлалъ и «едва сдерживалъ гнѣвъ и досаду, почитая
затѣю сочиненія новаго устава личною себѣ обидою, потому что
прежніе уставы написалъ онъ» *), тѣмъ болѣе что дѣло начато
было безъ разрѣшенія св. Синода. Одинакожь кое-что въ Никоди-
мовскомъ уставѣ Филаретъ одобрилъ, «напр. совѣтъ ученый при
ректорѣ, промоцію наставниковъ, годичные переводы, семь лѣтъ
въ семинаріи и пять въ учлинице». Уставъ этотъ не получилъ
все-таки дальнѣйшаго хода, также какъ и конспектъ Никодима,
хотя онъ и передѣлывалъ послѣдній, по совѣту Филарета мо-
сковскаго, на основаніи замѣчаній Филарета кіевскаго. Пратасовъ
видимо охладѣлъ къ Никодиму, послѣ того какъ увидѣлъ въ немъ
«упорнаго защитника прежнихъ порядковъ и, слѣдовательно, себѣ
не подручнаго». Между тѣмъ и «самъ Синодъ возсталъ противъ
проектовъ графа». Въ 1838 г. сначала было издано извѣстное
«постановленіе» комиссіи дух. уч. о преподаваніи семин. наукъ
(см. стр. 112), затѣмъ два Филарета, на которыхъ митр. (Сера-
фимъ положился, впослѣдствіи «вошли въ соглашеніе» для со-
ставленія проекта преобразованія семинарій. При этомъ на жа-
лобы Никодима митр. Филарету, что «у семинаріи отнимаютъ
философію и другія высокія науки, а безполезныя навязываютъ»,
онъ сказалъ: «что же дѣлать? Надобно устунить что нибудь и
пмъ: иначе все отнимутъ» **). Въ другой разъ, недовольный проектомъ распредѣленія по академіямъ переводовъ св. отцевъ, который, по порученію об. прокурора, также составленъ былъ Никодимомъ, Филаретъ сдѣлалъ ему замѣчаніе, что онъ «рѣшаетъ такія трудныя, до всего духовенства относящіяся, задачи одною
своюю головою» ***), потомъ, «помолчавъ немного, тяжело вздохнулъ

*) Филарету, вѣроятно, принадлежить только передѣла уставовъ 1809 г., составленныхъ, какъ извѣстно, Комитетомъ 1807 г. и въ частности арх. Осо-филактомъ и Сперанскимъ, и окончательная обработка ихъ въ томъ видѣ, какъ они пзданы въ 1814 г.

**) Никодимъ отставалъ философію и согласно съ взглидомъ Филарета моск., который высказывалъ ему, что философія и математика «нужны въ семинаріи, какъ оселокъ испытанія, изощренія и приведенія въ порядокъ мыслящаго духа». (Зап. гл. XXXIX.)

***) «А. И. Карасевскій (говорилъ владыка о. Никодиму) вздало управлять нашими духовными дѣлами. Ему, правда, и дано право на это. Да онъ очень благоразумно дѣлаетъ, что, не зная нашихъ дѣлъ, употребляетъ для сего изъ нашихъ (разумѣется Никодимъ). Ему все простительно. Говорить какъ разумѣетъ, и какъ ему представлено. Но ты какъ не разсудилъ спросить никого, кто постарше тебя?.. А совѣтъ старшаго былъ бы твердъ, и тебя по-лесень, и къ дѣлу годень».

— 302 —

съ молитвой: утверждение на Тя надъщихся, утвердил, Господи, церковь!.. Куда пдуть? чего хотить? Не жалвемъ, что сопрашаютъ и отнимаютъ вовсе власть: видно, на то есть воля Божія—за наші грѣхи. Но жаль, что терпить общее благо. Все только портятъ, а не усовершаютъ». Между прочимъ о введеніи въ семенаріи медицины Филаретъ высказался: «поверхностное знание сมนіянастами медицины безполезно, даже вредно. Вмѣсто издѣянія могутъ увеличить болѣзнь... а неудачное лѣченіе линить (сваненника) довѣрія даже и въ совѣтахъ духовныхъ».

Въ тоже время уже скѣланы были распоряжанія объ перавленіи внѣшней стороны духовно-учебныхъ заведеній, «на манеръ свѣтскихъ». Графъ Пратасовъ «ввелъ раздѣленіе ученýchъ комнатъ, отдѣлѣвъ для спальней особыя комнаты, въ которая ученикамъ не дозволялось входить цѣлый день». Когда Филаретъ узналъ чрезъ Никодима о такомъ нововведеніи въ петербург, аказѣдеміи, онъ удивился и сказалъ между прочимъ: «теперь студенты будутъ дураки. У нихъ отняли свободу располагать своимъ покомъ». Но Филаретъ находилъ возможнымъ въ этомъ пункѣ дѣлать уступки хотя и съ пропіей. «Если въкъ сей, — писалъ онъ въ одномъ изъ нисемъ къ ректору московской академіи Филарету Гумилевскому,—за нечистый полъ или стѣну осуждаетъ заведеніе: не дразните его и въ сей малости, тогда какъ нечетесь о важнѣйшемъ... Приводите къ точности порядокъ и чистоту во всемъ,— писалъ онъ къ тому же ректору,— и единообразную правильность. На петербургскую академію теперь обращается въ семъ отношеніи вниманіе не безъ обличенія: не лучше ли усовершать дѣло по усердію, не требуя дѣлопонудителей? Намъ указываютъ на примѣръ свѣтскихъ учебныхъ заведеній, которые личнымъ вниманіемъ Государя Императора доведены до удивительной точности. Недавно онъ изволилъ посѣтить одно военно-учебное заведеніе, возвращаясь съ пожара ночью, и нашелъ все въ должномъ положеніи, даже до послѣдней костроли, которая не оставлена послѣ ужина, какъ случайось, но тотчасъ выпищена и поставлена на своемъ мѣстѣ въ ряду прочихъ» *). Вообще же, большинство духовенства, не сочувствую преобразованіямъ гр. Пратасова, надѣялось на авторитетъ митр. московкаго и думало, что онъ не допуститъ реформы. Но этому поводу митрополитъ писать ректору академіи Филарету, въ концѣ 1838 г. «если подлинно принадлежащіе къ вертоградамъ духовнымъ молятся за меня, при-

*) Тв. св. Отеч. приб. 1883. IV. стр. 681. Душел. им. 1882. ХІ. 262.

— 303 —

зывая къ защищенію оныхъ: сіе для меня и утѣшительно и без-
гонадежно. Можетъ быть, подлинно нынѣ болѣе вниманія образ-
щено на ихъ недостатки, нежели на то, что въ нихъ лучшее,
п отсюда пропасходить желаніе преобразовать, какъ кому раз-
суждается, вмѣсто истиннаго писарженія и усовершенія. Но
удобно ли защищать, когда защищаемые никогда подкапываютъ
сами себя? Вы боитесь, чтобы, вмѣсто виноградныхъ лозъ, не
посадили рябины? На сіе, можетъ быть, скажутъ: если виноград-
ныя лозы приносять рябинные ягоды, для чего не сдѣлать опыта
посадить рябину, не принесетъ ли она виноградныхъ ягодъ»? *)

Не находя такимъ образомъ въ духовенствѣ сочувствія сво-
имъ намъреніямъ относительно преобразованія духовно-учебной
части, предвидя и на будущее время особенную для нихъ по-
мѣху въ Коммиссіи дух. уч., графъ Пратасовъ сознавалъ въ тоже
время, что онъ надлежащихъ правъ на распоряженія въ духовно-
учебныхъ заведеніяхъ не имѣть, что если онъ и распоряжается
въ академіи и нѣкоторыхъ семинарияхъ какъ начальникъ, такъ
п прочіе члены Коммиссіи вправѣ также поступать, равнымъ образ-
зомъ—если этимъ членамъ не предоставлено право осматривать
дух. учебныя заведенія въ качествѣ начальниковъ, то и ему не
слѣдовало бы, по закону, присвоить себѣ это право. Поэтому
гр. Пратасовъ постарался пріобрѣсти для себя, какъ об. проку-
рора, офиціальные права начальника духовно-учебныхъ заве-
деній и обставить себя административными и бюрократическими
формами, на удобіе министра. Въ виду этого гр. Пратасовъ рѣ-
шился уничтожить Коммиссію дух. училищъ, которая, по его
словамъ, «дѣйствуя и независимо, недостигала своей цѣли, при
множествѣ обременявшихъ ее разпородныхъ дѣлъ, особенно эко-
номическихъ, и при отвлечении членовъ ея дружими, болѣе пря-
мыми обязанностями ихъ званія» **). Упраздненіе Коммиссіи про-
пизошло неожиданно, даже для самихъ членовъ св. Синода. Дѣло
это не разсматривалось ни въ св. Синодѣ, ни въ Государствен-
номъ совѣтѣ, а совершенілось по пменному указу Государя, вслѣд-
ствіе представленія гр. Пратасова.

1-го марта 1839 г. послѣдовалъ Высочайшій указъ объ
упраздненіи Коммиссіи духовныхъ училищъ, которымъ Высочайше
признано «за благо сосредоточить въ св. Синодѣ, какъ въ един-
номъ главномъ духовномъ Правительствѣ Имперіи, высшее завѣ-

*) Приб. къ Тв. св. отч. 1883. IV. 679.

**) Извл. изъ отч. об. прок. за 1839 г. стр. 51.

— 304 —

дываніе духовно-учебною частію, которое доселѣ ввѣрено было
особой Коммиссіи дух. училищъ, а падзоръ за повсемѣстнымъ
полніеніемъ существующихъ по сей части законовъ ввѣрить
оберъ-прокурору св. Синода». Но упразденіи Коммиссіи, «всѣ
предметы высшаго понеченія по учебной и хозяйственной части»,
а также и «всѣ права Коммиссіи переданы по главнымъ предметамъ св. Синоду», а по прочимъ дѣламъ — полнѣніetylаго про-
изводства—Духовно-учебному и Хозяйственному Управленіямъ, па
основаніи особыхъ «Положеній» о нихъ, Высочайше утвержденныхъ.

Духовно-учебное Управленіе, по «Положенію», есть Глав-
ное полнѣнійное мѣсто по постановленіямъ и распоряже-
ніямъ, относящимся къ образованію духовнаго юношества и къ
предназначеніямъ для того средствамъ. По сему оно а) производить всѣ дѣла, относящіяся къ обученію и воспитанію духовнаго
юношества; б) непосредственно завѣдываетъ каниталами и про-
чинами хозяйственными способами дух. учебнаго вѣдомства; в) свое-
временно собираетъ и содержитъ въ порядкѣ свѣдѣнія о всѣхъ
частяхъ сего вѣдомства, дабы высшему Начальству всегда были
извѣстны настоящее ихъ положеніе, успешіи и недостатки; г) на-
блюдаетъ за точнымъ полнѣніемъ Высочайшихъ постановленій
п всякаго рода предпосѣданій и распоряженій начальства во всѣхъ
мѣстахъ дух. учебнаго вѣдомства» (§ 1 и 2). Далѣе въ «Положеніи»
печатаются въ частности дѣла и отдѣльные вопросы, по учеб-
ной и хозяйственной части, подлежащіе вѣдѣнію дух. учебнаго
Управленія. Помимо этого, «непосредственному распоряженію
оберъ-прокурора предоставляются тѣ дѣла духовно-учебнаго вѣ-
домства, которая разрѣшаются постановленными правилами, уста-
вами и положеніями, или относятся къ наблюденію за точнымъ
полнѣніемъ оныхъ, или же касаются службы лицъ не духов-
наго сана» (§ 5). Управленіе, подъ главнымъ начальствомъ оберъ-
прокурора, состояло изъ Общаго присутствія (директора и на-
чальниковъ, отѣленія, куда постановлено было приглашать—для
совѣщанія ректоровъ с. петербургской академіи и семинаріи и
другихъ, если они были въ Петербургѣ), двухъ отѣленій, секре-
тарскаго стола, бухгалтеріи, казначейства и вообще чиновъ по
штату положенныхъ (§ 8, 9, 13), всего до 40 человекъ. Въ Управ-
леніе поступали отношенія, какъ академическихъ, такъ и семи-
нарскихъ правленій, но къ оберъ-прокурору, у которого еще съ
1836 г. была уже своя особая канцелярія,—отношенія архіереевъ
и представленія академическихъ правленій и конференцій (§ 20).
По дѣламъ же подлежащимъ разрѣшенію св. Синода оберъ-

— 305 —

прокуроръ входитъ въ оный съ предложеніями (§ 22). Директоръ Управленія, опредѣляемый именнымъ Высочайшимъ указомъ, по-лучилъ особенно важное значеніе въ духовно-учебномъ вѣдом-ствѣ. Бывшій правитель дѣлъ въ Комиссіи дух. училишъ, Ка-расевскій занялъ должность директора и въ теченіе долгаго вре-мени имѣлъ сильное вліяніе на ходъ всѣхъ дѣлъ означеннаго вѣдомства. Исчисленная по штатамъ Управленія сумма 84,670 руб. производилась изъ процентовъ съ духовно-учебныхъ капиталовъ. Духовно-учебное Управленіе открыто съ 1 апр. 1839 г.

Въ тоже время Хозяйственное Управленіе при св. Синодѣ вмѣсто хозяйств. комитета, существовавшаго съ 1836 г., учрежде-но съ цѣлію завѣдыванія суммами и имуществами, въ особомъ вѣ-дѣніи св. Синода состоящими и контролемъ надъ ними, а также и контролемъ по суммамъ духовно-учебнаго вѣдомства, который принадлежитъ 3-му отдѣленію Хозяйственнаго управленія. Кромѣ другихъ суммъ, нечисленныхъ для штата Хозяйственнаго управ-ленія, — 65,020 руб. предположены изъ духовно-учебныхъ капи-таловъ.

Такимъ образомъ съ учрежденіемъ указанныхъ двухъ Управ-леній, (не говоря еще о канцеляріяхъ об. прокурора и синодаль-ной), прежде всего экономія духовно-учебнаго вѣдомства должна былазначительно пострадать, вслѣдствіе отдѣленія изъ капиталовъ ея суммы на эти учрежденія и ихъ канцеляріи, хотя предполагалось, что расходы эти должны вполнѣ искупаться пользою означен-ныхъ учрежденій для духовно-учебной части *).

«Высшее завѣдываніе духовно-учебной частію сосредоточено въ св. Синодѣ... съ возложеніемъ на него обязанности обращать полное вниманіе на главные предметы воспитанія и хозяйства, не развлекаясь дѣлами меньшей важности, требующими двпженія быстраго, которое они и получили подъ надзоромъ об. проку-рора... (наблюдающаго) за повсемѣстнымъ исполненіемъ суще-ствующихъ законовъ (по духовно-учебной части)» **). Непосред-ственное отношеніе св. Синода къ духовно-учебнымъ заведеніямъ такимъ образомъ прервано. Прежде дух. академіи дѣлалі свои представленія прямо въ Комиссію дух. уч. и отъ нея также прямо получали предписанія, члены же Комиссіи, какъ пзвѣстно, большею частію были и членами Синода. Теперь между св. Си-нодомъ и академіями съ семинаріями явился посредникъ, об. про-

*) Назв. изъ отч. об. прок. за 1839 г. стр. 50 и сл.

**) Ibid. стр. 51, 52.

20

— 407 —

Всего по списку значится свыше 100 опытовъ. Между прочимъ занимались рисованіемъ облаченій и церк. утвари. Въ 1849 году введено было еще и такъ называемое техническое ученіе, хотя и раньше (1846 г.) сообщались свѣдѣнія о грунтованіи, о клеѣ для красокъ, о золоченіи и т. п. Отъ 15 апр. 1849 г. св. Синодъ опредѣлилъ: «ввести въ видѣ опыта техническое преподаваніе иконописи, съ изученіемъ разныхъ производствъ образнаго и стѣннаго писанія». Съ этою цѣлію назначенъ особый техникъ, крестьянинъ Коротковъ, которому дана особая программа, и на приобрѣтеніе разныхъ матеріаловъ отпущено 300 руб. Но въ 1852 г. Коротковъ былъ уволенъ, какъ малоопытный и неусердненный; опредѣлено было приглашать разныхъ иконописцевъ, посолотчиковъ и столяровъ, вмѣсто одного постояннаго,— подъ наблюденіемъ Солнцева и по его представленію, при чемъ на издержки назначено отъ 100 до 150 р. Послѣ этого приглашались разные техники,—напр. Богдановъ, Токаревъ, Любавинъ, Васильевъ. Воспитанниковъ, занимавшихся техническимъ ученіемъ было обыкновенно отъ 10 до 15. Имъ преподавалось: левкасное дѣло, золоченіе, о краскахъ, мурованіе и стѣнописаніе, возстановленіе иконъ, олифованіе ихъ; составленіе полимента и позолота по нему, цированіе по золоту и пр. Объ успѣхахъ по части живописи и техническаго рисованія правленіе, на основаніи отчета Солнцева, должно было ежегодно доносить выснему начальству. Митр. Антоній, по словамъ Солнцева, «оказывалъ особенное покровительство живописи и иконописанію... Онъ говорилъ, что на священникѣ, какъ на хозяинѣ церкви, лежитъ прямая обязанность починять ее, а слѣдовательно и понимать иконописание; вслѣдствіе этого и заставлялъ воспитанниковъ заниматься живописью» *). Въ 1847 г. «для большаго усовершенствованія тѣхъ (изъ воспитанниковъ), кои особенно успѣли, дозволено имъ, по собственному ихъ желанію, посѣщать въ свободное отъ занятій время Импер. академію художествъ, подъ ближайшимъ надзоромъ акад. Солнцева» **).

Съ цѣлію снятія замѣчательныхъ иконъ, нѣкоторые изъ воспитанниковъ назначались въ командировки, по рекомендаціи Солнцева, напр. въ 1852 г. въ Новгородскій Софійскій соборъ, для

*) Солнц. «Моя жизнь», въ Русск. Стар. 1876 г. У. 299. О митр. Серафимъ авторъ замѣчаетъ, что онъ «мало обращалъ вниманія на занятія дух. воспитанниковъ живописью». Но Серафимъ умеръ еще до введенія живописи въ семинаріи, въ янв. 1843 г.

**) Извл. изъ отч. об.-пр. за 1847 г. стр. 50.

— 408 —

скопированія образовъ Софіи премудрости Божіей и апостоловъ Петра и Павла. Въ 1853 г. двое назначены были на Аонъ, для изученія образцевъ древней византійской живописи, впрочемъ, по измѣнчившись обстоятельствамъ на востокѣ, не отправлены. Но въ 1857 г. одного изъ окончившихъ курсъ воспитанниковъ, занимавшихся жиновисью, съ его согласія, прикомандировали къ отировлявшемуся на востокъ съ «набожною и ученою цѣлію», бывшему настоятелью нашей миссіи въ Іерусалимѣ, архим. Порфірію,— «съ зачисленіемъ ему таковой командировки въ дух. училищную службу» и съ выдачею на путевыя издержки 750 р. с. изъ дух. училищныхъ капиталовъ.

Также въ семинарію иконы присылались изъ разныхъ мѣстъ, какъ для образцевъ, такъ и съ цѣлію пхъ разсмотрѣнія и опредѣленія въ отношеніи пригодности. Въ началѣ 50-хъ годовъ, когда Солнцеву разрѣшено было составить для спб. семинаріи образцевыя изображенія праздниковъ и святыхъ,— изъ Тихвинскаго монастыря было выслано 5 иконъ (двунадесятые праздники) для скопированія; изъ ризницы ал.-невской лавры брали 11 иконъ—съ тою же цѣлію. Въ 1857 г. въ семинарію присланы раскольническія иконы, признанныя св. Синодомъ неправильными, числомъ 11, «чтобы хотя дки оныхъ могли быть употреблены съ пользою учащимся иконописанію». Въ слѣдующемъ году выслано, по опред. св. Синода, 76 иконъ, взятыхъ изъ молельни крестьянина Ушакова, также изъ раскольнической молельни бердичевскаго мѣщанина Чесненка. Въ 1860 г. присланы для руководства 31 икона и 2 креста послѣ умершей жены чиновника, Жуковской. Солнцевъ разсматривалъ иконы и 22 изъ нихъ обратилъ въ доски. По предложенію генерала Хрулева (1860 г.), признано полезнымъ приобрѣсти хромолитографированные оттиски съ древнихъ иконъ. Другія семинаріи обращались къ петербургской за совѣтами и пособіями по части иконописанія, хотя и не всегда могли быть удовлетворяемы. Такъ въ 1861 г. вслѣдствіе запроса изъ архангельской семинаріи образцевъ греческаго письма, предписано было немедленно снять съ такихъ иконъ точные копіи и выслать въ архангел. семинарію. Но Солнцевъ заявилъ, что хотя ученики высш. отд. и могли бы снять копіи, но имъ нѣтъ времени, такъ какъ заняты приготовленіемъ работъ для выпускнаго экзамена, а воспитанники другихъ классовъ рисуютъ только карандашомъ. Учители иконописанія по разнымъ семинаріямъ выходили большею частію изъ с.-петербургской. Воспитанники же другихъ семинарій,

— 409 —

оказавшіе въ нконописаніи особые успѣхи, принимались
въ петербургскую для дальнѣйшаго усовершенствованія.
Въ виду такихъ очевидныхъ успѣховъ по классу нконо-
писанія, со введеніемъ новаго устава 1867 г., когда за-
крылся этотъ классъ, семинарское правленіе нашло нужнымъ
ходатайствовать снова объ открытіи его. (См. ипже, пер. III).

Педагогика.

По закрытіи классовъ медицины и сельскаго хозяйства,
какъ бы въ замѣну ихъ, съ августа 1866 г., также въ народ-
ныхъ интересахъ, введена въ семинарскій курсъ педагогика, по
распоряженію Д. у. управленія, согласно представленію семи-
нарскаго правленія. Еще съ конца 30-хъ годовъ духовное на-
чальство обращало вниманіе на «первоначальныя поселянскія
школы при церквахъ... устройемыя пѣднѣйшихъ учениковъ книгами и письмен-
ными принадлежностями и, по неимѣнію въ нѣкоторыхъ прихо-
дахъ особаго помѣщенія для училищъ, уступало для нихъ свои
комнаты» *). Но какихъ либо мѣръ къ ознакомленію будущихъ
пастырей церкви съ приемами и методами преподаванія не прин-
нималось до 60-хъ годовъ, хотя пособія по этой части уже су-
ществовали, напр. Ободовскаго—педагогика и дидактика, изд.
еще въ концѣ 30-хъ годовъ, Евсевія (Орлинскаго), тогдашняго
ректора моск. акад. — «О воспитаніи дѣтей въ духѣ христіанскаго
благочестія» (М. 1844 г.). Епископъ же камчатскій Иннокентій
Веніаминовъ (впосл. моск. митрополитъ) въ особомъ письмѣ къ гр.
Пратасову (1845 г.) изложилъ свой прозектъ относительно обученія
дѣтей простонародья духовенствомъ, (препмущественно посред-
ствомъ живаго собесѣдованія) **). Въ 1863 г. проф. семинаріи
Вл. В. Никольскій, по возвращеніи изъ заграницы, представлялъ
оберъ-прокурору отчетъ о заграничныхъ педагогическихъ заве-
ніяхъ, съ мѣніемъ о введеніи курса педагогики въ нашихъ
духовно-учебныхъ заведеніяхъ. Цѣль введенія педагогики въ
1866 г. была преимущественно народная, такъ какъ признано было,
«что правильный ходъ просвѣщенія народныхъ массъ возможенъ

*) Извл. изъ отч. об.-прок. 1837 г. 122. 1849 г. 97. 1851 г. 107.
1859 г. 20. Ср. Уст. дух. конс. 1841. § 14. Число школъ церковно-приход-
скихъ напр. въ 1860 г. простирилось до 7907, а въ 1865 году до 21420. (Отч.
об.-прок. 1860 г. 67. Всеподд. зап. об.-прок. 1865 г. стр. 45).

**) Барсуковъ, Митр. Иннокентій. М. 1884 г. стр. 222—233.

— 410 —

только при содѣйствіи духовенства...) Въ письмѣ об.-прокурора гр. Д. А. Толстаго къ предсѣдателямъ земскихъ управы отъ 5 марта 1866 г. сказано, что «духовное начальство вводить въ семинарскій курсъ преподаваніе педагогики, какъ предмета необходимаго для будущаго учителя, и учреждаетъ воскресныя школы при семинаріяхъ, гдѣ воспитанники, подъ руководствомъ преподавателя педагогики и подъ наблюденіемъ ректора, будутъ заниматься обученіемъ приходящихъ дѣтей, и такимъ образомъ приготовляться къ учительству въ церковно-приходскихъ школахъ» (о поддержаніи которыхъ земствами и проспить гр. Толстой въ этомъ письмѣ). При сообщеніи объ этомъ семин. правленію, для библиотеки семинаріи выслана книга, непредназначавшаяся къ обращенію въ публики: «Начальные народные учILLIщА и участіе въ нихъ православнаго духовенства.» Затѣмъ приoslана утвержденнаa св. Синодомъ программа по педагогикѣ, «заключающая въ себѣ какъ общія правила для воспитанія юношества, такъ и подробныя наставленія объ употребленіи болѣе легкихъ и болѣе раціональныхъ методовъ обученія», и указанъ учебникъ Шафранова, не соотвѣтствовавшій, впрочемъ, программѣ. Книга же Шварца (Руководство къ воспитанію и обученію), которую разматривалъ, по порученію начальства, преподаватель семинаріи Щекуновъ и не одобрилъ въ качествѣ руководства, какъ не имѣющую собственно отношенія къ духовнымъ воспитанникамъ,—рекомендована въ особіе.

*) Извл. изъ отч. об.-прок. 1866 г. стр. 70, 118. «Чѣмъ успѣшнѣе распространялись церковно-приходскія школы, (главная заслуга которыхъ въ томъ, что онъ даютъ воспитаніе въ духѣ православно-народномъ), тѣмъ большая обязанность лежить на духовномъ вѣдомствѣ и на обществѣ упрочить ихъ существованіе подготовленіемъ учителей, улучшеніемъ преподаванія и въ особенности матеріальнымъ ихъ обезпеченіемъ. Съ этой цѣлію духовнымъ вѣдомствомъ приняты уже различныя мѣры, и можно надѣяться, что общество не останется безучастнымъ къ положенію этихъ первоначальныхъ училищъ, призванныхъ образовать народъ, только что начинающий учиться. Школа—болѣе, чѣмъ элементарное учлище грамотности; она вмѣстѣ съ тѣмъ и предваріе къ церкви; въ ней дѣти преимущественно знакомятся съ догматикъ вѣры и воспитываются въ правилахъ христіанской нравственности. Такое значеніе, признанное за народною школою во всѣхъ образованныхъ государствахъ, принадлежитъ ей въ особенности въ Россіи, гдѣ народъ, проникнутый самымъ теплымъ христіанскимъ чувствомъ, къ сожалѣнію, еще весьма мало знакомъ съ сущностью исповѣдуетой имъ вѣры; отчего не рѣдко у насъ отцы поучаются въ этомъ отношеніи отъ дѣтей. (Всеподдан. докл. зап. гр. Д. Толстаго о дѣят. прав. дух. 1865 г. стр. 46, 47. Ср. Отч. 1866 г. стр. 116—119).

— 411 —

Уроки педагогики положены были со 2-го года въ средн.
отдѣленіи и должны были продолжаться въ высшемъ (собственно
дидактика). Назначенный на этотъ предметъ наставникъ Щелку-
новъ выдавалъ свои краткія записки, составленныя преимуще-
ственно по Шварцу, хотя въ пользованіи преподавателя были и
другія педагогическія сочиненія и статьи (Гугеля, Анонкина,
Юркевича, Пирогова, журн. Педаг. сборникъ). Въ его конспектѣ въ
отдѣлѣ педагогики, послѣ введенія и общихъ понятій о воспи-
таніи, его задачи, трудности, характерѣ и пр., слѣ дуетъ глава 1-я
о воспитаніи религіозномъ, и этимъ закончено преподанное по
педагогикѣ въ сред. отдѣленіи. Дидактика же составлена частію
по Шафранову съ дополненіями изъ Шварца, частію же и на
основаніи др. руководствъ, напр. глава о способахъ обученія
грамотѣ, при чемъ указываются способы педагоговъ—Базедова,
Песталоцци, Пельмана, Стефани, Круга, Гинча, Щульце, Лерман-
това, Золотова, Главинскаго и др. съ «общимъ заключеніемъ о
сихъ способахъ.»

Воскресная школа открыта была въ томъ же 1866 г. На
нее выслано 100 руб. отъ министра народ. просвѣщенія. Ученье
положено было два раза въ недѣлю: въ субботу и воскресенье
отъ ½ 2-го до ½ 4 часа; учащіеся (отъ 30 до 40 чел.) раздѣлены
на двѣ группы; имъ преподавалось: чтеніе, чистописаніе, арие-
метика, законъ Божій, отчасти п церковное пѣніе, правила при-
лчія и нравственности. Съ мальчиками занимались воспитан-
ники высш. отдѣленія, подъ руководствомъ преподавателя учи-
тельской семинаріи и ал. невскаго училиша, свящ. Петрова.

Письменныя упражненія.

Въ обученіи воспитанниковъ искусству писать, начинав-
шемся съ первыхъ же уроковъ словесности въ нисшемъ отдѣле-
ніи, хотя поддерживались старые способы—упражнять въ со-
ставленіи периодовъ, хрій, описаній, разсужденій, но прилага-
лись и иные приемы, смотря по способности и находчивости
преподавателя. Еще въ 40-хъ годахъ бывали преподаватели, не
ограничивавшіеся только указанными способами, напр. М-овъ
нерѣдко читалъ въ классѣ ту или другую статью, доступную
воспитанникамъ (большею частію изъ журн. «Воскресное чтеніе»)
и предлагалъ потомъ изложить слышанное на бумагѣ, преем-
никъ же его Ч-скій вообще не былъ сторонникомъ риторическихъ
формулъ. Въ 50-хъ годахъ дѣло первоначальнаго обученія писа-

— 412 —

тельству, какъ отчасти и выше замѣчено (стр. 378), было поставлено основательно. Воспитанниковъ первоначально практиковали въ письменномъ изложеніи на русскомъ языке болѣе простой главы изъ славянскойбибліи (пъзькн. историческихъ), или какого нибудь отрывка изъ латинскаго автора, далѣе—въ изложеніи прочитаннаго учителемъ въ классѣ отрывка изъ какого нибудь сочиненія, въ замѣнѣ однихъ оборотовъ рѣчи другим, въ переложеніи стиховъ въ прозу, въ краткомъ изложеніи содержанія данной для прочтенія статьи, напр. проповѣди Иннокентія, или въ передачѣ ея главныхъ мыслей.

Между прочимъ, съ цѣлю развитія большей чистоти русскаго языка, отмѣнены были латинскія сочиненія—въ первые три года семинарскаго курса.

Въ правилахъ 1840 г. сказано (§ 18): «собственныя сочиненія учениковъ, какъ вѣрѣйшее средство къ развитію и укрепленію ихъ умственныхъ способностей, должны быть писаны по-перемѣнно на языкахъ русскомъ и латинскомъ и разсматриваемыи наставниками съ подлежащею отчетливостію *). Таковыхъ сочиненій для каждого воспитанника полагается на каждый учебный мѣсяцъ въ нисшемъ отдѣленіи по 4, въ среднемъ по 3, а въ высшемъ по 2; въ последнемъ сверхъ того по одной проповѣди для каждого воспитанника въ теченіе каждой трети года. Проповѣди должны быть писаны сколь возможно вразумительнѣе и ближе къ понятіямъ прихожанъ простолюдиновъ». Въ 1849 г. о сочиненіяхъ въ высш. отдѣленіп ректоръ Христифоръ писалъ въ концѣ своего консульта: «ученики занимаемыя были сочиненіемъ церковныхъ словъ, поучительныхъ бесѣдъ и краткихъ по-ученій и особо—каждомѣсячно назначаемыхъ на данныея пред-ложенія разсужденій на латинскомъ и россійскомъ языке—съ критическими разборомъ оныхъ въ классѣ.

Но уже къ концу предъидущаго періода прежнее значеніе латинскаго языка, для того, чтобы болѣе или менѣе свободно выражаться на немъ устно и письменно, въ семинаріяхъ значительно ослабѣло **); съ реформой же 1840—41 г. уничтожив-

*) Въ следующемъ 19-мъ § правиль говорится, что «для многолюдныхъ классовъ, къ облегченію наставниковъ главныхъ предметовъ въ разсматриваніи ученическихъ упражненій, въ томъ чпель и проповѣдей, употреблять наставниковъ второстепенныхъ предметовъ, по усмотрѣнію семинарскихъ правленій, съ утвержденія епархіальныхъ архіересвъ».

**) Въ 1838 г. московск. митр. Фипаретъ писалъ Николаю (Соколову) еп. каляжскому: «упадокъ латинскаго языка теперь болѣе или менѣе общий, только не въ одинаковой степени». (Чт. въ общ. люб. дух. пр. 1870. ХІ.

— 413 —

шей преподаваніе на латинскомъ языкѣ, ученики стали сильно затрудняться излагать свои мысли по латынѣ и старались пере-водить ихъ съ русскаго. Въ виду этого въ 1844 г. могилевская семинарія возбудила вопросъ объ отмѣнѣ латинскихъ сочиненій, какъ безполезныхъ «для усовершенствованія знанія сего языка», но крайней мѣрѣ въ нисшемъ отдѣленіи. Но запросу снб. академіи, и правленіе петербургской семинаріи согласилось съ этимъ, находя достаточнымъ занимать учениковъ нисш. отдѣленія «переводами съ латинскаго на русскій и свободнымъ пере-ложеніемъ готовыхъ русскихъ сочиненій на латинскій языкъ». Но сношеніи съ высшимъ начальствомъ, академическое правле-ніе предписало отъ 3-го іюня 1845 года: «1) Въ нисшемъ отдѣ-леніи и первый годъ въ среднемъ занимать учениковъ сочине-ніями на одномъ русскомъ языкѣ, дабы они приобрѣли навыкъ свободно и правильно излагать на ономъ свои мысли, нисколько не занимствуя оборотовъ отъ языковъ иностранныхъ. 2) Для упраженія въ латинскомъ языкѣ, сверхъ переводовъ съ опаго на русскій, ввести въ употребленіе въ теченіе тѣхъ же трехъ летъ, переводы готовыхъ статей съ русскаго языка на латин-скій, назначая по однойъ задачѣ въ мѣсяцъ, при чемъ пастав-ники должны знакомить учениковъ съ особенными формами и оборотами языка латинскаго и показывать имъ существенное различіе въ конструкціи сего языка съ русскимъ. Затѣмъ со 2-го года въ среднемъ отдѣленіи можно уже будетъ заставлять уче-никовъ дѣлать опыты въ собственномъ сочиненіи на латинскомъ языкѣ, назначая также по одному сочиненію въ мѣсяцъ, какъ въ среднемъ такъ и въ высшемъ отдѣленіи, начиная впрочемъ съ самыхъ краткихъ и переходить постепенно къ большѣ общир-нымъ. 3) Мѣру сію ввести въ действіе въ видѣ опыта на два года въ семинаріяхъ, подвѣдомственныхъ только с.-петербур-ской академіи, съ тѣмъ, чтобы по прошествіи двухъ летъ до-несли, въ какой степени мѣра эта будетъ полезна». Въ 1847 г. семинарское правленіе доносило академическому, что означенная мѣра оказывается полезною. Поэтому въ следующемъ 1848 г. она была утверждена св. Синодомъ, при чемъ постановлено распространить ее повсюду и возложить составленіе особой ла-тинской христоматіи на ректора кіевской семинаріи, архиман-дрита Антонія. Но такой христоматіи къ употребленію въ семи-паріи не поступало.

Въ 1849 г., бывшій въ снб. семинаріи ревизоромъ, ниспек-торъ академіи Макарій (Булгаковъ), желая испытать способность

— 414 —

воспитанниковъ писать полатынѣ, назначилъ имъ слѣдующія темы: въ нисш. omd. quo sensu vera est positio: non potest esse orator nisi vir bonus? въ средн. omd. quamnam relationem habere possunt cognitiones psychologiae ad theologiam dogmaticam? въ высш. omd. quaenam est relatio inter fidem et bona opera? Но въ отчетѣ своемъ ревизоръ замѣтилъ что «сочинять по латынѣ ученики не въ состояніи». Тѣмъ болѣе это можно сказать о послѣдующемъ времени. Упражненіе въ переводахъ съ русскаго на латинскій еще поддерживалось (въ нисш. отд.), какъ видно изъ нѣкоторыхъ конспектовъ, но сочиненія латинскія съ половинъ 50-хъ годовъ совѣмь выходить изъ употребленія.

Темы для русскихъ сочиненій, назначенные тѣмъ же ревизоромъ, были слѣдующія: въ нисш. отдѣлѣніи — «о пользѣ молитвы», въ среднемъ — «возможны ли для человѣка познанія о Богѣ?» въ высшемъ — «какъ понимать ученіе православной церкви о мытарствахъ?» Темы, назначавшіяся наставниками, по документамъ семин. архива нпѣдъ не значатся, хотя нѣкоторые ректора и требовали представленія вмѣстѣ съ конспектами данныхъ въ теченіе года темъ. Но нѣкоторыя изъ нихъ можемъ передать со словъ бывшихъ воспитанниковъ, другія — по сохранившимся сочиненіямъ ихъ. Въ нисш. отд. по словесности, — послѣ первоначальныхъ упражненій въ изложеніп читаннаго въ классѣ, въ составленіп періодовъ, хрій, описаній (напр. весны, деревни, провожденія каникулъ, пли святокъ), въ изложеніп мыслей и чувствованій (напр. при поступленіп въ семинарію, предъ принятымъ св. тайнъ и т. п.), для такъ называемыхъ разсужденій даваллись какія и будь изреченія изъ Св. писанія, напр. благочестіе на все полезно естъ,» «любите враги ваша,» «смерть грѣшниковъ люта», особенно изъ книги Притчей, или Иисуса Спрахова, также пословицы, въ родѣ — «ученье свѣтъ, неученье тьма», «бѣдность не порокъ», «вѣкъ живи — вѣкъ учись», затѣмъ назначали (особенно въ позднѣйшеское время) разборы того и пли другаго поэтническаго произведенія, стихотворенія и проч., поощрялось и собственное писаніе стиховъ желающими («вечеръ въ деревнѣ», «рѣка Нева», переложеніе псалмовъ), но иногда темы для стихотвореній изпирались учениками довольно неудачныя, въ родѣ — «убийный войнъ», «воевода», что не оставлялось, впрочемъ, безъ вниманія преподавателями; сочиненія въ нисш. отд. назначались и по другимъ предметамъ, о чемъ было даже особое постановленіе семинарскаго правленія въ 1858 г., по гражд. истории— большею частію біографіи и характеристики (Алкивіадъ, Энэ-

— 415 —

минондъ, характеръ Августа), по свящ. писанію—объясненіе тѣхъ или другихъ мѣстъ изъ читанныхъ св. книгъ, (напр. «объясненіе заповѣди: Боговъ да не злословиши, и князю людей твоихъ да не речеши зла» (Исх. XXII. 28), или «прообразовательный смыслъ перехода Евреевъ чрезъ Чермное море»). Въ средн. отд. давались подобныя же сочиненія по свящ. писанію и исторіи, но на первомъ планѣ стояли сочиненія по предмету философіи; таковы напр. темы Мишина: «о безсмертіи души», «познай самого себя», «нужно ли философу краснорѣчіе?» «велика вещь — человѣкъ», «истинная свобода состоитъ въ постоянномъ стремлении къ нравственному добру», «что такое совѣсть? есть-ли она какая-либо особенная способность въ душѣ нашей, или только действіе извѣстныхъ способностей души и откуда и какъ происходитъ то, что совѣсть одобряетъ насъ и увеселяетъ, осуждаетъ и угрызаетъ?» Мишинъ давалъ, впрочемъ, темы и не философскаго только содержанія, напр. «объ изящномъ», или «въ какомъ отношеніи полезно духовнымъ воспитанникамъ чтеніе латинскихъ и греческихъ классиковъ?» Темами для разсужденій въ высшемъ отдѣленіи служили большею частію разные богословскіе вопросы, напр. «извѣстно ли было ученіе о св. Троицѣ чадамъ ветхозавѣтной церкви»? «почему Спаситель міра долженъ быть истиннымъ Богомъ и истиннымъ человѣкомъ», «главный характеръ православнаго богословія», «единство церкви», «отношеніе естественной или философской добродѣтели къ христіанской», «почему для Боговѣднія нужно смиреніе»? или, по свящ. писанію—«различіе между крещеніемъ Христовымъ и йоанновымъ» и проч. О темахъ, особенно по словесности и философіи, можно замѣтить, что къ концу разсматриваемаго періода онѣ имѣютъ менѣе отвѣченный и болѣе живой характеръ. Соотвѣтственно этому и въ самыхъ сочиненіяхъ замѣчается болѣе живости, даже въ сочиненіи на богословскую тему приводились напр. отрывки изъ Шекспира и т. п.

Писательство на столько было развито, на столько интересовало воспитанниковъ, что они относились къ нему съ особымъ стараніемъ, добывали и прочитывали книги на данную тему, даже на иностранныхъ языкахъ, писали большею частію пра-вильно грамматически и логически, съ особеннымъ нетерпѣніемъ ожидали, когда наставникъ принесетъ въ классъ сочиненія для сдачи, или для прочтенія нѣкоторыхъ съ критическимъ разбоз-ромъ, а иной—съ юморомъ и мѣткимъ острословіемъ. Мало того; не удовлетворяясь казенными задачками, воспитанники по соб-

— 416 —

ственной охотъ упражнялись въ разнаго рода произведеніяхъ. Нѣкоторые вели дневникъ, куда записывали не только случан п впечатлѣнія, но и цѣлѣя разсужденія — философскія и богословскія, и стихотворенія; другіе заявляли наклонность къ стихотворству нерѣдко сатпрinchескаго характера, на счетъ семинаріп — въ особенности, такова напр. «Новая семинаріада», составленная въ 50-х годахъ и отзывающаяся, впрочемъ, даже характеромъ пасквили на тогдашнихъ наставниковъ; паконецъ, пные съ особеннымъ увлеченіемъ занималсь изданіемъ журналовъ и составленіемъ для нихъ разнаго рода статей; такъ въ 50-х же годахъ издавался сначала «семинарскій листокъ», потомъ семинарістъ. Первый выходилъ еженедѣльно отъ 3-х до 5 листовъ мелкаго письма п имѣлъ и нѣсколько редакторовъ, въ числѣ которыхъ былъ п извѣстный впослѣдствіи писатель Помяловскій, помѣщавшій въ журналѣ п свои статьи, напр. въ № 1 подъ псевдопнімъ: Тамбовскій семинарістъ — помѣщено его разсужденіе: «понытки рѣшить нерѣшенный п притомъ философскій вопросъ, пмѣютъ ли животныя душу? Орывки изъ этого разсужденія приведены въ біографіи автора, приложенной къ его сочиненіямъ. Изданіе «листка» прекратилось на 7-мъ выпускѣ. Поздѣе издавался «семинарістъ», въ которомъ премущественно шла полемика между воспитанниками петербургскими и провинціалами, какъ называли бывшихъ въ петербургской семинаріи иноспархіальныхъ воспитанниковъ (особенно изъ западной Россіи). Въ № 1 этого изданія помѣщенъ напр. разборъ комедіи «Горе отъ ума», нѣсколько стихотвореній п проч. Изданіе этихъ журналовъ происходило безъ вѣдома начальства и содержалось отъ него въ секретѣ, хотя въ нихъ и не замѣчается чего либо предосудительнаго. — Съ цѣлію дать понятіе читателю о томъ, какъ писали петербургскіе семинарісты разныхъ классовъ и курсовъ, помѣщаемъ въ «приложенияхъ» нѣсколько экземпляровъ ихъ различныхъ литературныхъ произведеній.

Библіотека.

Приращеніе семинарской библіотеки продолжалось посредствомъ выписки книгъ правленіемъ, по предписанію началаства, пли по представлению ректора, а также вслѣдствіе заявленій п рекомендаціи наставниковъ, посредствомъ высылки книгъ изъ разныхъ мѣстъ, а затѣмъ и пожертвованій.

— 417 —

Выписывались разныя вновь выходящія руководства, пособія и книги, болѣе или менѣе имѣющія отношеніе къ тому или другому предмету, русскія и иностранныя. Нѣкоторыя изъ такихъ книгъ указаны уже выше, при разсмотрѣніи предметовъ семин. курса, нѣкоторыя же будутъ упомянуты ниже (въ гл. Экстраординарныя занятія наставниковъ). Для образца, какія приобрѣтались сочиненія въ библіотеку и на какую сумму, возмемъ рестръ книгъ изъ экономическаго отчета за 1849 г. 1) Жемчужина, физіологія человѣка и животныхъ. 2) Собранія сочиненій—Ломоносова, Державина, Озерова, Кантемира и Хемпцера. 3) Ручной латино-русскій словарь. 4) І. Христосъ на Голговѣ, или семь словъ на крестѣ. 5) Гомилетика Амфитеатрова. 6) Начальныя основанія физіологіи человѣческаго тѣла, Валентина. 7) Изданія Сахарова: а) изслѣдованіе о русскомъ конопшианіп, б) обозрѣніе славяно-русской библіографіи, в) сказанія русскаго народа, г) лѣтопись русской нумизматики. 8) Импер. Александръ и его сподвижники (52 тетради). 9) Manuel d'iconographie chretienne graeque et latine. 10) Новый завѣтъ на эстскомъ языкѣ (10 экз.) 11) Письма русскихъ государей и другихъ особъ царскаго семейства. 12) Французскіе разговоры (изд. по образцу Мейдингера). Изъ журналовъ и газетъ: Журн. мин. народн. провѣщенія, Христ. чтеніе, Творенія св. отцевъ, Воскресное чтеніе; С.-петерб. вѣдомости и Вѣдомости спб. городской полиціи. Всего на 126 р. 64 к. Въ слѣдующемъ 1850 г. по опредѣленію св. Спнода, выписаны еще: Журналъ моск. общества сельскаго хозяйства и овцеводства—съ 1837 г., Земледѣльческая газета и Журналъ министерства государ. имуществъ. Въ 1849—50 г. особымъ циркуляромъ Дух. учебн. управленія рекомендовано къ приобрѣтенію въ библіотеку очень много руководствъ и пособій, преимущественно по наукамъ естественнымъ, математикѣ, медицинѣ и сельскому хозяйству, отчасти п по другимъ предметамъ. Въ 1853 г. приобрѣтено разныхъ книгъ до 70 названій, въ томъ числѣ изданія археографической комиссіи, академіи наукъ и проч. и книги для миссіонерскаго класса. Еще болѣе книгъ стали выписывать съ начала 60-хъ годовъ. Въ 1860 г. отъ 8/25 іюля послѣдовало опредѣленіе св. Спнода, которымъ отмѣнялось посредство Дух. учебн. управленія въ приобрѣтеніи книгъ для семинарій на библіотечныя суммы и самимъ семинаріямъ предоставлялось право выписывать нужныя книги, по ихъ непосредственному усмотрѣнію. Въ іюнѣ 1861 г. ректоръ архим. Платонъ представилъ въ семин. правленіе записку о необходимости, со-

27

— 418 —

гласно съ мнѣніемъ наставниковъ, пріобрѣсти нѣсколько новыхъ книгъ для обoluотеки. По справкѣ оказалось, что «семинарская библіотека, какъ показываетъ каталогъ содержащихся въ оной книгъ, почти вовсе не имѣетъ новѣйшихъ пособій по всѣмъ отраслямъ наукъ». Вѣдствіе этого выписано до 75 названій книгъ, главнымъ образомъ по богословскимъ предметамъ, отчасти же и по философіи, исторіи и словесности ( соч. русскихъ писателей, оканчивая Жуковскимъ). Кромѣ прежнихъ журналовъ п съ 1857 г. еще Правосл. собесѣдника, Русскаго педагогическаго вѣстника и Журнала воспитанія, выписаны были: Труды кievск. академіи, Руководство для сельскихъ настырей, Прав. обозрѣніе, Странникъ, Душеполезное чтеніе, потомъ—Духовный вѣстникъ, Духъ христіанина и Херсонскія епарх. вѣдомости. Въ слѣдующіе годы выписка книгъ продолжалась также въ значительномъ количествѣ (напр. въ 1865 г. латин. и греч. классиковъ до 35 названій и до 50 по разнымъ предметамъ) и къ журналамъ прибавлялись вновь выходящіе, въ родѣ: Радуги, Вѣстника юго-западной Россіи, Учителя, Филологическихъ записокъ и т. п.

Высылались книги изъ разныхъ мѣстъ, напр. въ 1843 г. изъ академіи наукъ, также изъ редакціи Христіан. чтенія—отдѣльныя брошюры, изъ синодальной обoluотеки чрезъ академію (въ 1855 г.) нѣсколько старопечатныхъ книгъ, изъ Оптиной пустыни —изданія этой пустыни, въ числѣ 21 экз. Въ 1864 г. выслано 18 названій книгъ по исторіи изъ коммиссіи печатанія государственныхъ грамотъ (при архивѣ мин. иностр. дѣлъ); особенно же изъ Духовно-учебнаго управленія высылались книги и премущественно по предметамъ вновь введеннымъ—сельскому хозяйству, естественной исторіи и проч. (напр. въ 1848 г.) Иногда и частныя лица—авторы присылали свои изданія.

Пожертвованія—болѣе или менѣе значительныя — сдѣланы слѣдующими лицами. Минtr. Никаноръ въ 1854 г. пожертвовалъ 54 ном. разныхъ книгъ и два изданія Мины: Scripturae sacrae cursus completus въ 28 томахъ и Theologiae cursus completus въ 28 томахъ. На 1-мъ томъ перваго изъ этихъ изданій онъ сдѣлалъ надпись: «полный курсъ Свящ. писанія въ XXVIII томахъ жертвую въ библіотеку с.-петербургской духовной семинаріи въ пособіе преподавателямъ, съ наставленіемъ св. апостола Павла: да письтываютъ все, добраю, здраваго ученія да держатся». На 1-мъ томъ втораго изданія написано: «полный курсъ богословія въ XXVIII т. жертвую въ библіотеку спб. дух. семинаріи, въ пособіе наставникамъ: да извлекаютъ изъ него, что согласно съ

— 419 —

словомъ Божіимъ и ученіемъ, еже по благовѣрію». — Преосвящ.
Христофоръ (бывшій ректоръ спб. сем.) въ 1865 г. пожертво-
валъ 6 латинскихъ фоліантовъ по части объясненія Свящ. писа-
нія.—Протоіерей Павскій половину библіотеки своей завѣщалъ
(1863 г.) въ пользу спб. семинаріи, «тѣ самъ нѣ когда былъ
воспитанникомъ». Въ 1864 г. нѣ сколько книгъ поступило въ
библіотеку по завѣщанію прот. І. Пывницкаго. Тогда же пожерт-
вовалъ нѣ сколько книгъ прот. церкви департамента удѣловъ
Вас. Помяловскій, который потомъ (1866 г.) завѣщалъ всю свою
библіотеку семинаріи, въ количествѣ 3700 томовъ и брошюрѣ;
часть ихъ сдана въ ученическую библіотеку и въ а.л.-невское
училще. Въ 1867 г. изъ библіотеки митрополита Григорія, по
его завѣщанію, поступили въ семинарію различныя русскія книги
преимущественно богословскаго содержанія. Изъ другихъ жертво-
вателей можно указать Энохина и Брандта, о которыхъ упомяну-
то выше (стр. 389 и 394), также проф. Вл. Никольскаго, въ 1864 г.
пожертвовавшаго 101 медаль изъ олова съ оттисками собтій
изъ русской исторіи первыхъ четырей княженій. Много пожертво-
ванныхъ разными лицами книгъ поступило въ библіотеку въ 1860 г.

Дублеты, имѣвшіеся въ фундаментальной библіотекѣ, отсы-
лались иногда, по распоряженію начальства, въ другія мѣста,
напр. въ 1843 г. 72 названія отправлены въ библіотеку вновь
открытой казанской духовной академіи. Въ 1851 г. былъ запросъ,
нельзя ли для рижской семинаріи отѣлить часть книгъ изъ
библіотеки спб. семинаріп? Отвѣчено отріцательно, «по слудости
здѣшней библіотеки». — Книги, признанныя высшимъ начальствомъ
вредными, вытребовались изъ библіотеки. Такъ въ 1846 г. послѣ-
довалъ указъ св. Синода о высылкѣ въ Синодъ книгъ мистическаго
содержанія (согласно съ указ. 1825 г. см. стр. 100), каковы—
толкованія на нѣкоторыя книги свящ. писанія и проч., а также
и напечатанныхъ въ больныхъ типографіяхъ (18 экз.).

Каталоъ книгъ вновь составленъ былъ въ 1843 г. библіо-
текаремъ Дашкевичемъ. Всѣхъ книгъ въ этомъ году было (не
считая учебниковъ) 2695 экз. По перемѣщеніп библіотеки въ
новое зданіе (см. въ отд. Экономія) въ 1862 г., постановлено
было составить новый каталогъ, къ чему и приступилъ библіо-
текарь Саввантовъ и къ 1865 году составилъ каталогъ книгъ по
древнимъ и частію новымъ языкамъ. Затѣмъ особый каталогъ
составленъ былъ въ 1867 г. библіотекаремъ Нечаевымъ для книгъ,
пожертвованныхъ прот. Помяловскимъ.

Объ освидѣтельствованіи библіотеки ежегодно доносили

*

— 420 —

академическому правленію, съ разрѣшенія котораго, по прежнему, въ замѣну утраченныхъ книгъ принимались другія, неимѣвшіяся въ библіотекѣ. Таковыя внесены были напр. Галаховымъ и Крыловымъ въ 1843 г., Михайловымъ въ 1853 г. и др., но съ нѣкоторыхъ наставниковъ книгі оставались невысканными до слѣдующаго періода.

Къ концу разсматриваемаго періода всѣхъ книгъ фундаментальной библіотеки было до 7000 названій. Библіотекарю въ 1866 году назначенъ былъ помощникъ (Зинченко), по представлению ректора семан. архим. Палладія, согласно указанію оберъ-курора гр. Д. А. Толетаго, посѣтившаго семинарію 20-го мая 1866 г.

Учебныя руководства высылались чрезъ Хозяйственное управление, по прежнему, для безмездной раздачи казеннокоштнымъ ученикамъ, а также и для продажи своекоштнымъ. Учебники обыкновенно высылались чрезъ извѣстные сроки слѣдующіе: греческая учебная книга въ 2-хъ частяхъ, нѣмецкая христоматія, нѣмецкая грамматика Гаке, руководство къ чтенію книгъ ветх. и нов. завѣта, французская христоматія Рюо, франц. грамматика Перелогова, философія Баумейстера, греческая энциклопедія часть 2-я, догматическое богословіе Антонія, церковн. исторія Иннокентія, катихизисъ Петра Могилы, алгебра Себржинскаго, французская грамматика Ноэли и Шансала, библейская исторія Филарета. финская библія и новый завѣтъ, эстскій новый завѣтъ, финская грамматика Окулова, русско-финско-шведскій словарь, начатки христіан. ученія на финскомъ языке, латинскій лексиконъ Розанова, греческій Шревеллія, географіческія карты всѣхъ частей свѣта, руководство къ переводамъ съ русскаго на французскій, греко-россійскій словарь Ивашковскаго, атласъ Барановскаго, латинскій словарь Кронеберга, врачебно-народное наставленіе, грамоты—царская и патріаршія, славянская библія, геометрія Райковскаго, нѣмецкій лексиконъ Аделунга, французскій Татищева, Новая скрижаль Веніампна. Позднѣе къ имъ прибавились: герменевтка Савваптова, русская церковная исторія Филарета, нѣмецкій учебникъ Лонгардта, словари Рейфа, Истинно-древняя православ. церковь, м. Григорія.

Росписки воспитанниковъ въ полученіи учебныхъ книгъ представлялись семинарскому правленію, для доставленія академическому (на основаніи правила Комм. духовн. училищъ отъ 21 августа 1825 г.), но въ 1861 году правило это было отмѣнено. На запросъ академ. правленія въ 1851 г. о количествѣ выписываемыхъ библій съ 1840 года—заявлено, что экземпляры

— 421 —

библіи выписывались по мѣрѣ надобности и служили болѣе
5 лѣтъ. На вопросъ же, какъ сократить число выписываемыхъ
экземпляровъ библіи, отвѣчено, что, помимо болѣе частой отдачи
въ переплетъ, хорошо бы издавать библію по частямъ, а не въ
полномъ составѣ (для разныхъ классовъ). Отдѣльныя части (три)
предположено раздавать по одной на трехъ учениковъ, а пол-
ныхъ экземпляровъ—по одному на 10 человѣкъ въ классѣ. Въ
1853 г. (отъ 9 марта) послѣдователь циркуляръ—не выдавать
ученикамъ библій въ собственность, а только на время пребы-
ванія ихъ въ семинаріяхъ. Учебныя книги ветхія и выслужив-
шія срокъ (5 лѣтъ) уничтожались съ разрѣшенія правленія,
напр. по представленію библ. Михайлова въ 1847 г. такихъ книгъ
пеключено до 280 экземп. (съ 1830 г.), въ 1866 г. до 380 экзем.
(съ 1849 г.) и т. д. Своекоштные воспитанники покупали учеб-
ники, высылавшиеся изъ Хозяйственнаго управленія—по удешев-
ленной цѣнѣ.

Книгами фундаментальной библиотеки воспитанники пользовались мало. Чаще другихъ брали: О должностяхъ пресвитеровъ, бесѣды сельскаго священника къ прихожанамъ, нѣкоторыя повѣдки, Христианское чтеніе. Въ 1852 г. изъ академ. правленія послѣдователь запросъ, по требованію высшаго начальства: «не нужны ли особыя мѣры къ удобнѣйшему полученію ученикамъ книгъ изъ библиотеки и къ сообразнѣйшему съ цѣлю пользованію оними»? Отвѣчено, что—не нужно. Но въ 1854 году предшіяно: два или три раза въ недѣлю выдавать ученикамъ изъ семинарской библиотеки книги для чтенія и потомъ въ классъ требовать отчета въ прочитанномъ. Наставники рекомендовали иногда книги и даже давали изъ бывшихъ у нихъ книгъ ученикамъ для чтенія (напр. В. Никольскій). Нѣкоторые ректора (Юаннъ, Платонъ) особенно поощряли чтеніе.

Между тѣмъ въ 60-хъ годахъ является отдѣльная ученическая библиотека, составившаяся частію изъ пожертвованій бывшихъ семинарскихъ воспитанниковъ, или ихъ родственниковъ, частію же приобрѣтенная на деньги, собранныя съ воспитанниковъ. Число книгъ ученической библиотеки въ 1867 г. возросло до 1429 томовъ, но она пока не писала офиціального утвержденія и отдѣльного помѣщенія, а находилась при общей, фундаментальной библиотекѣ. Въ означенномъ году, всѣдѣствіе предложенія митрополита Испдора о заведеніи ученической библиотеки, ей документально усвоено названіе ученической и приняты мѣры къ ея приращенію чрезъ новые сборы денегъ съ воспитанни-

— 422 —

ковъ и приглашеніе духовенства къ пожертвованіямъ. Тогда же изданы были п «правила касательно храненія, пользованія, ревизіи и содержанія въ приличномъ видѣ ученической обolyотеки». Правила эти были составлены инспекторомъ Эпинченко съ помощникомъ обolyотекаря Евдокимовымъ, при участіи избранныхъ воспитанниковъ.

### Экзамены, ревизіи, успѣхи и мѣры къ ихъ возвышенію.

Начало лѣтнихъ экзаменовъ, съ теченіемъ времени, сталоться все ранѣе. Въ 40-хъ годахъ экзамены большею частію начинались съ конца іюня. но бывало и раньше, напр. въ 1849 г. съ 14-го іюня. Затѣмъ начало экзаменовъ устанавливается около 20-го іюня, а въ 1867 году они начались даже 7-го іюня. Продолжались же лѣтніе экзамены отъ 10 дней до трехъ недѣль (1867 г.). Эпинчен и пли декабрскіе экзамены производились въ теченіе недѣли; послѣдній разъ эти экзамены были въ 1867 г.. по рѣшенію педагогического собрания, въ виду того, что преподаваніе до этого времени было по прежнему порядку. Экзамены производились обыкновенно по билетамъ въ утреннія застанія (отъ 8 или 9 до 2-хъ или 3-хъ часовъ) иногда двумя только лицами. т. е. однимъ изъ трехъ членовъ правленія и учителем предмета, чаще—тремя, т. е. назначался еще ассентентъ изъ наставниковъ, но бывало и такъ. что по главнымъ предметамъ (богословскимъ наукамъ, философіи и словесности) экзамены производились въ присутствіи всѣхъ членовъ правленія (напр. въ 1861 г.)

Публичные экзамены существовали до начала 60-хъ годовъ и производились при прежней торжественной обстановкѣ, въ присутствіи приглашенныхъ гостей, духовныхъ и свѣтскихъ, принадлежащихъ къ духовному вѣдомству, съ назначеніемъ определенныхъ статей по каждому предмету (см. выше, стр. 105, 106.) Но въ разматриваемый периодъ публичные пепытанія ограничены были однимъ днемъ, 9-го или 10-го іюля, рѣдко поздѣе, а въ нѣкоторые годы и раньше, напр. въ 1849, 1853. 1855 гг. публичный экзаменъ пропусходилъ 2-го іюля. Спрашивали обыкновенно только дучшихъ учениковъ, хотя въ началѣ периода были случай вызова на публичномъ экзаменѣ и второразрядныхъ, такъ въ 1843 г. спрашивали и изъ втораго разряда: два ученика изъ митрополичьихъ пѣвчихъ М—чъ и М—й, не ожидая этого, опоздали на экзаменъ, пришли послѣ того, какъ ихъ вызывали, и за это изъ 2-го разряда спесены были въ 3-й; подали

— 423 —

было прошеніе митр. Антонію о возвращеніи имъ 2-го разряда, но онъ отказалъ, за состоявшимся уже утвержденіемъ списковъ. Съ начала 60-хъ годовъ публичные экзамены прекращаются, очевидно, какъ неимѣвшіе цѣлесообразнаго значенія и пожы, а представлявшіе лишь номпу и безполезную въ педагогиче- скомъ отношеніи выставку, въ соединеніи, сверхъ того, иногда еще съ нѣкой которой фальшью, такъ какъ не только спрашивали изъ каждого предмета заранѣе опредѣленную статью, но, случалось, что вызывали ранѣе назначенныхъ учениковъ; бывало, говорятъ, и то, что вмѣсто одного вызваннаго выходилъ отвѣчать другой ученикъ.

На частинѣхъ экзаменахъ всѣхъ учениковъ по всѣмъ пред- метамъ обыкновенно не спрашивали, какъ на курсовыхъ, такъ, тѣмъ больше, на третныхъ и годовыхъ. Но изъ курсовыхъ экзаме- новъ представляютъ нѣкоторое исключеніе экзамены 1867 года, когда, въроятно подъ вліяніемъ изданнаго уже новаго устава, по всѣмъ предметамъ во всѣхъ классахъ спрошены были всѣ воспитанники, кромѣ нейавившихся—больныхъ и нѣкоторыхъ изъ нѣвчихъ; также—экзамены 1863 г. во время ревизіи, отчасти и 1865 года, когда въ нисм. и средн. отдѣленіяхъ спрашивали всѣхъ по каждому предмету, а въ высшемъ не всѣ воспитанники были спрошены только по двумъ или по тремъ предметамъ— изъ 13. Въ другіе годы число предметовъ, изъ которыхъ сра- шивали наличныхъ учениковъ на экзаменѣ, большею частію было менѣе половины. Такъ, въ 1849 г. при ревизорѣ, какъ видно изъ табелей, въ высшемъ отдѣленіи воспитанниковъ экзаменовали по 5—2 предметамъ—изъ 15 (не считая инородч. языковъ и иконописанія), а въ среднемъ по 3—1 предм. изъ 11, въ нис- шемъ большей частію по одному, но есть и спрошенные по двумъ предметамъ—изъ 9. Въ 1853 г. въ высш. отдѣленіи боль- шая часть воспитанниковъ имѣетъ экзам. отмѣтки по 4 пред- метамъ, нѣкоторые по 5 и одинъ изъ 6 предметовъ; въ средн. отдѣленіи нѣкоторые по 7 и 6, большая часть по 4 и 5, и не менѣе 3-хъ; въ нисм. отдѣленіи большая часть имѣетъ отмѣтки по 2 предметамъ, есть и по 3-мъ и очень не многіе по 4-мъ. Въ 1855 г. въ томъ же родѣ, но количество предметовъ, по ко- торымъ значатся въ табеляхъ экзаменическія отмѣтки, еще менѣе. Въ 1859 г. въ высш. отдѣленіи большая часть воспитанниковъ имѣетъ экзамен. балдѣ по тремъ предметамъ, нѣкоторые по двумъ, а есть и по одному, но по догматич. богословію, какъ главному предмету, спрошено 57 человѣкъ изъ 65; въ средн. отдѣленіи

— 424 —

большая часть спрошена по одному предмету, есть и по двумъ, одинъ воспитанник совсемъ не былъ спрошенъ; въ нисш. отдѣленіи въ томъ же родѣ, но совсемъ не спрошенныхъ—6 въ 1-мъ классѣ и 5 во 2-мъ. Въ 1861 г. въ высш. отдѣленіи большая часть спрошена по двумъ, есть и по одному, въ среднемъ почти тоже, но есть и по тремъ, въ нисшемъ большая часть по четыремъ, но есть и по тремъ: почти всё спрошены по древнимъ языкамъ и словесности.

Отмѣтки ученическихъ успѣховъ въ табели, какъ наставническія, такъ и экзаменническія, въ разное время дѣлались различнымъ образомъ. Въ первое время 1 считалась лучшимъ балломъ, но иногда дѣлались отмѣтки словами, ревизоръ же 1849 г. держался десятибальной системы, практиковавшейся въ академіи. Въ началѣ и концѣ 50-хъ годовъ ставились баллы отъ 6 (лучшій баллъ) до 1 (худшій), а въ срединѣ 50-хъ годовъ, вслѣдствіе распоряженія ректора, (архим. Юанна 1855 г.), баллы ставились отъ 8 (оч. хорошо) до 3 (худо), какъ въ табеляхъ, такъ и въ частныхъ спискахъ наставниковъ, представлявшихся предъ экзаменами; обыкновенно же въ своихъ частныхъ спискахъ наставники отмѣчали словами—отдѣльно, а иногда и вмѣстѣ — «способности, прилежаніе и успѣхи воспитанниковъ». Но съ 60-хъ годовъ вообще устанавливается обычная нятибальная система. На экзаменахъ курсовыхъ, въ 60-хъ годахъ, особенно по богословскимъ наукамъ, присутствовалъ иногда митрополитъ, не говоря уже о викаріяхъ.

Ревизорскіе экзамены въ теченіе разсматриваемыхъ 25 лѣтъ были четыре раза: въ 1843, 1849, 1851 и 1863 годахъ. Въ 1843 г. ревизоромъ былъ ректоръ спб. академіи, епископъ винницкій Атанасій, который семинаріей остался доволенъ, и особыхъ распоряженій вслѣдствіе его ревизіи не было, тѣмъ болѣе что семинарія только что была преобразована и находилась подъ строительнымъ надзоромъ, какъ своего ближайшаго начальства, такъ и высшаго. Чрезъ шесть лѣтъ ревизоромъ назначенъ былъ инспекторъ спб. академіи, архим. Макарій (Булгаковъ), въ то время, какъ семинарскій ректоръ архим. Христофоръ долженъ былъ отправиться ревизоромъ въ новгородскую семинарію, и за него ректорскую должность писавшего инспектора Мпшинъ, а инспекторскую—помощникъ инспектора, іеромон. Леонтій. Отзывъ ревизора былъ слѣдующій.—«Учебная часть вообще въ состояніи очень удовлетворительномъ, за немногими исключеніями. По богословію догматическому ученики отвѣчали очень хорошо, не

— 425 —

только изучили руководство недавно введенное, но умѣли воспользоваться и многими мудрыми изъясненіями своего опытнаго наставника (Христофора), также и по богословію нравственному, настырскому, сравнительному и гомилетикѣ: записки (наставника іером. Леонтія), составленныя довольно разумно и примѣнительно къ понятіямъ слушателей, свидѣтельствуютъ о его ревности къ своимъ обязанностямъ и подаютъ о немъ пріятную надежду. По патристикѣ и логикѣ съ психологіей весьма хорошо и даже превосходно. Наставникъ (Михинъ), при здравомъ умѣ, отлично знаетъ свое дѣло, владѣетъ искусствомъ передавать ученикамъ свои познанія и пмѣтъ на нихъ сильное нравственное вліяніе.

По церковной библейской исторіи, литургикѣ и каноническому праву—хорошо, наставникъ (Боголюбовъ) съ основательными познаніями, но записки его нѣ сколько обширны и потому обременительны для воспитанниковъ. По словесности—довольно хорошо. Желательно, чтобы были правила по риторикѣ и поэзіи составлены съ большею точностію и ясностію и обогащены лучшими примѣрами, особенно въ 1-мъ классѣ; въ наставникѣ (А. Никольскомъ) чтобъ менѣе было холодности и болѣе усердія. По математикѣ весьма хорошо и превосходно. Почти съ равнымъ успѣхомъ занимаются по матем. всѣ ученики отъ перваго до последняго, такъ какъ наставникъ (Михайловъ) изучилъ свой предметъ въ совершенствѣ и пріобрѣлъ опытность приспособляться къ понятіямъ воспитанниковъ и возбуждать въ нихъ любовь къ своей наукѣ. По свящ. Писанію хорошо, но въ занятіяхъ кое-гдѣ недостаетъ надлежащей точности и отчетливости. По гражданской исторіи довольно хорошо. По богослужебнымъ книгамъ и православному исповѣданію неудовлетворительно, наставника (свящ. Кедрова) желательно замѣнить другимъ, болѣе способнымъ и усерднымъ. По медицинѣ и сельскому хозяйству хорошо. (Ревизоръ между прочимъ дѣлалъ осмотръ посѣвовъ на огородѣ). По древнимъ языкамъ довольно хорошо, но сочинять по латынѣ ученики не въ состояніи. По новымъ языкамъ и инородческимъ хорошо, но ни по французскі, ни по итъмецкі ученики не могутъ объясняться и могутъ переводить большею частію совершенное прежде. По иконописи хорошо п очень хорошо. Сочиненія пишутъ довольно хорошо, хорошо п очень хорошо. Направленіе мыслей правильное, доброе и благочестивое. Довольно удачные опыты краткихъ поученій къ сельскимъ прихожанамъ». — Рекомендованы выпманію начальства: ректоръ, приспекторъ, проф. іером. Леонтій, проф. и библіотекарь Михайловъ и помощникъ инсп.

— 426 —

и экономъ Тропцкій. Академическое правление, по разсмотрѣніи ревизорскаго отчета, постановло: ректора Христофора представить къ милостивому вниманію высшаго начальства, инспектора Мишина и эконома къ награжденію годовымъ окладомъ жалованья, Леонтія—саномъ соборнаго іеромонаха, Михайлова «за отлично усердную и полезную долговременную службу, ревизоромъ засвидѣтельствованную»—орденомъ Анны 2-й ст. (но въ его формулярѣ кромѣ знаковъ безпорочной службы ничего болѣе не значится). Наставникамъ словесности сдѣлать внушеніе. За представленіемъ уже къ увольненію свящ. Кедрова, впредь наблюдать семин. правленію за болѣе тщательнымъ преподаваніемъ православ. сповѣданія и ученія о богослуж. книгахъ. Резолюція митрополита послѣдовала: «исполнить».

Въ 1851 г. ревизоромъ назначенъ былъ бывшій ректоръ семинаріи, въ то время уже епископъ ревельскій Христофоръ, который, за три года передъ этимъ, вступая въ должность ректора, (въ маѣ 1848 г.), по преднисанію высшаго начальства, долженъ былъ сдѣлать осмотръ семинаріи и представить отзывъ семинарскому правленію, для донесенія академическому. Онъ писалъ тогда: «внікая въ образъ и способы присмотра мѣстнаго начальства за нравственнымъ поведеніемъ и образованіемъ умственныхъ способностей воспитанниковъ здѣшней семинаріи, не могъ не замѣтить, что сіе духовно-учебное заведеніе, пользуясь по милости правительства, преимущественно предъ прочим таковыми, въ отечествѣ нашемъ существующими, доступными средствами къ содержанію, при опытномъ руководствѣ и при ближайшемъ внимательномъ надзорѣ высшаго начальства, состоять по всѣмъ частямъ въ должномъ порядке и въ надлежащей исправности и на будущее время при ревностномъ собѣйствіи мѣстнаго начальства къ поддержанію устройства подаетъ отрадныя надежды для церкви и отечества». Въ 1851 г. епископъ Христофоръ, недавно передъ этимъ вышедшій изъ ректоровъ семинаріи, нракихъ особенныхъ замѣчаній не сдѣлалъ, и распоряженій вслѣдствіе его ревизіи не было.

Слѣдующая ревизія назначена была спустя 12 лѣтъ и попучена профессору академіи Карпову. Онъ сдѣлалъ такой отзывъ объ учебной части: «науки, входящія въ кругъ семинарскаго образованія, идутъ неравномѣрно: одинъ, суда по усіхъ камъ учениковъ, выступаютъ впередъ, другія отстали и едва тянутся назади, а иныя въ курсѣ преподаваемыхъ предметовъ почти вовсе не движутся и существуютъ едва ли не въ одинъ хѣ про-

— 427 —

граммахъ; болѣе замѣтны успѣхи воспитанниковъ по классамъ
догматическаго и нравственнаго богословія; довольно успѣшно
также идет словесность въ 1 нисшемъ отдѣленіи, по прочимъ
же учебнымъ предметамъ успѣхи вообще оказались очень посред-
ственными, особенно недостаточны были отвѣты учениковъ по
библейской и церковной исторіи, по археологіи, литургикѣ и
каноническому праву; что же касается древнихъ языковъ—гре-
ческаго и латинскаго, то незнаніе ихъ въ семинаріи почти всеоб-
щее и успѣховъ по этимъ классамъ не видно никакихъ». Дѣйстви-
тельно, въ высш. отдѣленіи по гречески изъ 75 воспит. 48 получили
неудовлетворительные баллы на экзаменѣ; въ средн. отдѣленіи 27
изъ 97, громѣ неявившихся на испытаніе, по латынѣ значительно
менѣе, но и лучше ученики получили отмѣтку 1; въ нисшемъ
отдѣленіи 1-мъ изъ 67 уч. 40 получили по латынѣ неудовле-
творительныя отмѣтки, большею частію 1, 1/2 и 0, даже многіе
изъ лучшихъ учениковъ; во 2-мъ также; по гречески—нѣсколько
лучше. Экзамены, помимо производившихся членами семин. прав-
ленія и наставниками, ревизоръ производилъ одинъ въ каждомъ
классѣ по всѣмъ предметамъ сразу, и сверхъ того по нѣкото-
рымъ предметамъ экзаменовалъ самъ, особо, напр. въ высшемъ
отдѣленіи по богословію обличительному, настырскому и гоми-
летникѣ, потомъ по богослов. догматическому и нравственному,
въ средн. отдѣленіи по логикѣ, психологіи и патристикѣ, въ
среднемъ и нисшемъ—по языкамъ; всѣхъ экзаменовъ было 30;
затѣмъ, при соучастіи членовъ правленія и всѣхъ наставниковъ,
составлялъ списки въ теченіе цѣлаго дня (6-го іюля), отъ 10
часовъ утра до 8 вечера. Нѣкоторые изъ воспитанниковъ въ
спискахъ были понижены на основаніи экзаменационныхъ отвѣтовъ,
сочиненій и поведенія, не бывшимъ по чему либо на экзаменѣ,
или уклонившимся напр. отъ испытанія по древнимъ языкамъ,
назначены переэкзаменовки послѣ вакаціи, нѣкоторые уволены
съ казеннаго содержанія, другихъ (поставленныхъ въ 3-мъ раз-
рядѣ) рѣшено выслать изъ семинарскаго корпуса, относительно
же приватныхъ и вообще приходящихъ постановлены особыя
правила: 1) чтобы аккуратно посѣщали всѣ классы, подъ опасе-
ніемъ увольненія послѣ троекратнаго замѣчанія, 2) чтобы въ
классѣ занимали постоянно одинъ и тѣже мѣста, указанныя на-
чальствомъ, 3) являясь въ классы съ билетомъ, выданнымъ отъ
семии. правленія, каждый предъявляетъ билетъ швейцару, для
доставленія инспектору, который послѣ уроковъ возвращаетъ
билеты чрезъ швейцара, 4) чрезъ каждое полугодіе обязаны

— 428 —

сдавать особые экзамены по всемъ предметамъ, отдельно отъ прочихъ учениковъ, 5) въ случаѣ недостаточныхъ успеховъ на одномъ изъ такихъ экзаменовъ, приватно-обучающіеся окончательно исключаются. Особые мѣры приняты и къ возвышенію успеховъ архіерейскихъ пѣвчихъ, такъ какъ назначеніе имъ особаго учителя въ 1857 г., вслѣдствіе предложенія эконома архіерейскаго дома іером. Юанникія, оказалось недостаточнымъ. Поручено было наставникамъ особо слѣдить за успехами пѣвчихъ, сажать ихъ отдельно отъ прочихъ, за непосѣщеніе урокахъ каждый разъ записывать, чтобы потомъ, по справкѣ о принцахъ непосѣщенія, доносить митрополиту. Въ казанскій же хоръ опредѣлено—предоставить настоятелью собора озаботиться пріисканіемъ пѣвчихъ изъ всякаго званія. Кромѣ того, вслѣдствіе ревизіи Карпова, возникли предположенія: объ увеличении окладовъ наставникамъ, о составленіи учебныхъ руководствъ, о сокращеніи семинарской программы и усиленіи преподаванія древнихъ языковъ: все это, по опредѣленію академ. конференціи и потомъ св. Синода, решено было имѣть въ виду при начавшейся уже въ то время разработки проекта преобразованія дух. семинарій. По причинѣ значительного количества воспитаниковъ въ высшемъ и среднемъ отѣленіяхъ, предположено открыть параллельные классы по богословскимъ предметамъ и философіи съ патристикой. Номощникъ инспектора, бывшій и экономомъ, освобожденъ отъ хожденія въ классъ за отсутствующихъ преподавателей, а обязанность эта возложена на наставниковъ древнихъ языковъ. Учителямъ Фриману и Крестингку сдѣлано внесеніе за невниманіе къ своимъ обязанностямъ.

Съ цѣлію возвышенія успеховъ воспитанниковъ, кромѣ ревизій и связанныхъ съ ними распоряженій начальства, отъ времени до времени предпринимались тѣ или другія мѣры, по усмотрѣнію высшаго начальства, а также и самаго семинарскаго правленія. Въ 1842 г. было предписано представлять въ академическое правленіе ежегодно вмѣстѣ съ вѣдомостями объ учникахъ конспетты учителей и чтó по каждому предмету сдѣлано. Затѣмъ и въ Дух. учебное Управленіе нужно было ежегодно доносить о ходѣ учебныхъ занятій, особенно по нѣкоторымъ вновь введеннымъ предметамъ, естественной псторіи, сельскому хозяйству, медицинѣ, иконописанію, инородческимъ языкамъ и потомъ по расколу.

Съ увеличеніемъ числа предметовъ, а также и уроковъ, отчасти и числа учащихся, естественно, увеличивались и педаго-

— 429 —

тическія силы. Число всѣхъ преподавателей постепенно возра
стало—съ 10 человѣкъ (1841 г.) до 17 и иногда до 18, при чемъ
богословіе напр. преподавалось большей частію ректоромъ и
его помощникомъ, для новыхъ языковъ приглашались особые
преподаватели, нѣкоторое время и на греческомъ языке были
особые преподаватели, напр. въ 1857-59 г. (Нищинскій) и въ
1865-67 г. (Евдокимовъ). Росписаніе классовъ измѣнялось прав-
леніемъ со введеніемъ новыхъ предметовъ, пли съ поступленіемъ
особыхъ преподавателей,—съ цѣлю уравнять по возможности
количество уроковъ и труда всѣхъ наставниковъ. Такъ. съ при-
глашеніемъ на нѣмецкій языкъ въ 1856 г. совершенно отдѣль-
наго преподавателя (Брандта), предметы, соединенные съ нимъ
раньше, распредѣлены между другими наставниками, а всѣд-
ствіе этого и все росписаніе измѣнилось. Также съ опредѣле-
ніемъ отдѣльнаго преподавателя на греческій языкъ во всѣхъ
классахъ (Нищинскаго), у профессоровъ Саввацтова и Толмачева
убавилось уроковъ, а другіе имѣли до 7. Между тѣмъ по рос-
писанію 1840 г. полагалось каждому наставнику не менѣе 6 уро-
ковъ, не считая, конечно, медицины, иконописанія и новыхъ
языковъ. Всѣдствіе этого (съ 1858 г.) преподаватели словесно-
сти освобождены были отъ уроковъ по свящ. Писанію въ нис-
шемъ отдѣленіи, и предметъ этотъ порученъ Саввацову во всѣхъ
классахъ, съ присовокупленіемъ и катихнзискаго ученія, но
съ освобожденіемъ его отъ библіографіи раскола, которая возло-
жена на іером. Юсифа, вмѣстѣ съ исторіей раскола и граждан-
ской исторіей. Толмачеву же назначено 3 урока по физикѣ и
3 урока по латин. языку (въ нисп. отд.). Вмѣстѣ съ тѣмъ по-
становлено, согласно § 19 росписанія предметовъ семинарскаго
ученія, назначать темы и читать сочиненія всѣмъ наставникамъ
какъ главныхъ предметовъ, такъ и второстепенныхъ. Впрочемъ,
росписаніе уроковъ и распредѣленіе предметовъ между настав-
никами не всегда сообразовалось съ педагогическими цѣлями и
потребностями, о чемъ будетъ замѣчено ниже. Въ 1859 г. рек-
торъ Леонтій входилъ въ правленіе семинаріи предложеніемъ, а
правленіе представило митрополиту, о томъ, что въ обо-
ихъ классахъ нисшаго отдѣленія очень много воспитанни-
ковъ (свыше 120 человѣкъ), раздѣлены же они только по словес-
ности, почему еще нужно назначить двухъ параллельныхъ на-
ставниковъ. Иначе, наставники «едва ли могутъ точно и основа-
тельно узнать способности, успѣхи и прилежаніе воспитанни-
ковъ по ихъ многочисленности». Но ходайство правленія о назна-

— 430 —

ченіп еще двухъ параллельныхъ преподавателей осталось безъ
удовлетворенія, и въ нисшемъ отдѣленіи два класса оставались
лишь по словесности. Только въ половинѣ 60-хъ годовъ еще
назначенъ второй наставникъ по свящ. Писанію. Тогда же и
среднее отдѣленіе раздѣлено на два класса—по психологіи и
логикѣ съ патристикой и по свящ. Писанію съ герменевтикой.

Въ 1851 г. Дух. учебное Управленіе спрашивало мнѣнія
семинарскаго правленія относительно того, не будетъ ли полезно
для возвышенія успѣховъ въ концѣ двухгодичнаго курса повто-
рять все пройденное въ назвѣстномъ классѣ и затѣмъ на экзаме-
нахъ спрашивать изъ предметовъ все—за оба года. Правленіе
сдѣлало объ этомъ запросъ наставникамъ, которые и дали отзывъ,
что повторенія за два года не только полезны, но и необходимы;
помощникъ же ректора Леонтій призналъ полезнымъ общее по-
втореніе въ концѣ курса всѣхъ богословскихъ наукъ, съ нѣкото-
рыми развѣ сокращеніями. Чрезъ нѣсколько времени, действи-
тельно, послѣдовало распоряженіе св. Синода, «въ видѣ времен-
ной мѣры, чтобы въ кругъ двухгодичнаго за цѣлый курсъ испы-
танія входили предметы обоихъ годовъ въ тѣхъ семинаріяхъ,
гдѣ окажется удобнымъ занимать учениковъ во второмъ году
повтореніемъ предметовъ перваго года, относительно же догма-
тическаго богословія входили бы въ испытаніе предметы обоихъ
годовъ во всѣхъ семинаріяхъ безусловно» *). Но синодскому
же опредѣленію отъ 1 марта 1857 г., согласно съ мнѣніемъ ка-
занской академіп и друг., вообще предписано (переводные) экза-
мены въ семинаріи производить за весь двухгодичный курсъ, а
предъ экзаменами повторять пройденное и въ теченіе перваго
года. Въ мартѣ того же года возобновлено было предписаніе—
исключать малоуспѣшныхъ и послѣ декабрскихъ экзаменовъ, «не
только послѣ всѣхъ принятыхъ къ исправленію (учениковъ) мѣръ».
Переводили въ слѣдующій классъ—иныхъ до усмотрѣнія (1863 г.)
и подъ условіемъ возвращенія назадъ, если не окажутъ надлежа-
щихъ успѣховъ на слѣдующемъ экзаменѣ, или совершеннаго ис-
ключения изъ семинаріи (1857 г.) Третьеразрядныхъ оставляли на
повторительный курсъ, или исключали, но и второразрядныхъ ино-
гда оставляли на повторительный курсъ (1851 г.). Иногда предо-
ставлялось право перехода въ слѣдующій классъ въ другой семи-
наріи, если же въ церебургской, то въ качествѣ приходящихъ
(1861 г.). Съ 1863 г. дозволялись переэкзаменовки въ сентябрѣ

*) Извл. изъ отч. об.-прокур. 1856 г. стр. 61, 62.

— 431 —

или августѣ. Относительно же принятія обратно исключенныхъ еще въ 1843 г. было опредѣленіе св. Синода, сообщенное изъ Дух. учебн. управленія отъ 23 марта 1844 г. «воспретить на будущее время всѣмъ семинарскимъ правленіямъ принимать обратно въ семинаріи учениковъ, исключенныхъ изъ оныхъ по безуспѣшности, пронесходящей отъ малоспособности и лѣности, или по неодобрительному поведенію». На этомъ основаніи было отказано тогда въ приемѣ напр. одному пѣвчему митрополита, исключенному изъ вологодской семинаріи. Принятіе въ число приватныхъ также было вообще ограничено. Въ концѣ 1841 г. семин. правленіе отказывало въ приемѣ приватныхъ, такъ какъ «съ новымъ порядкомъ семинарскимъ уже не совмѣстно имѣть въ семинаріи приватныхъ учениковъ» (резолюція на прошеніи Сем. Флоринскаго). Но съ теченіемъ времени взглядъ этотъ измѣнился и къ принятію приватныхъ стали относиться снисходительнѣе. Въ 1861 г. семинарское правленіе послѣ экзаменовъ за семятибрскую третіе постановило: «для побужденія къ занятіямъ малоуспѣшныхъ и для поощренія оказавшихъ хорошіе успѣхи— казеннокоштныхъ учениковъ, постановленныхъ за недостаточные успѣхи въ 3-й разрядѣ, лишить казеннаго содержанія и выслать изъ корпуса для жительства на квартиры родственниковъ, а равно и своекоштныхъ учениковъ, не оказавшихъ достаточныхъ успѣховъ; а вакансіи ихъ въ семин. корпусѣ замѣстить учениками вольноприходящими, оказавшими хорошіе успѣхи, съ принятіемъ обѣдѣйшихъ изъ нихъ на казенное содержаніе». При этомъ изъ приватныхъ 5 приняты въ число дѣйствительныхъ, 1 исключенъ и 1 оставленъ приватнымъ еще на полгода, до сѣдующихъ экзаменовъ. Всѣхъ исключено 28 и 2 оставлены для занятій иконописаніемъ. Въ этомъ же году, для лучшихъ успѣховъ воспитанниковъ изъ иностранцевъ, недостаточно знакомыхъ съ русскимъ языкомъ, согласно пхъ желанію, назначенъ особый преподаватель для домашнихъ занятій съ ними знающій по новогречески (Люперсольскій). Тогда же о воспитанникахъ высшаго отдѣленія инспекторъ Юсифъ представлялъ семин. правленію, что они желаютъ имѣть литографированныя записки вмѣсто нисанныхъ, чтоб, по его мнѣнію, будетъ полезно, такъ какъ «литографованіе можетъ значительно облегчить труды воспитанниковъ». Правленіе сдѣлало объ этомъ представленіе митрополиту, который написалъ: «согласенъ, съ тѣмъ, чтобы на каждой рукописи были дозволительныя надписи и печать». Воспитанники собрали на литографію 112 руб.

— 433 —

<table><thead><tr><th></th><th>1844 г.</th><th>1856 г.</th></tr><tr><th></th><th>разряды.</th><th>разряды.</th></tr></thead><tbody><tr><td>Всѣхъ:</td><td>І. ІІ. ІІІ.</td><td>І. ІІ. ІІІ.</td></tr><tr><td>В. отд. (59)</td><td>21—38—</td><td>(56) 19—26—11 (4 искл.)</td></tr><tr><td>Ср. отд. (84)</td><td>28—56—</td><td>(76) 21—39—16 (9 искл.)</td></tr><tr><td>Н. отд. (99)</td><td>35—60—4 (1 ост. 3 искл.)</td><td>(92) 30—40—22 (10 искл.)</td></tr></tbody></table>

<table><tbody><tr><td></td><td>1848 г. дек.</td></tr><tr><td></td><td>разряды.</td></tr><tr><td>Всѣхъ:</td><td>І. ІІ. ІІІ.</td></tr><tr><td>В. отд. (49)</td><td>15—28—6</td></tr><tr><td>Ср. отд. (84)</td><td>28—55—1 искл.</td></tr><tr><td>Н. отд. (119)</td><td>41—60—18</td></tr></tbody></table>

<table><tbody><tr><td></td><td>1865 г. дек.</td></tr><tr><td></td><td>разряды.</td></tr><tr><td></td><td>І. ІІ. ІІІ.</td></tr><tr><td>(75)</td><td>18—49—8 (1 искл. 1 ост. до усмотр.)</td></tr><tr><td>(96)</td><td>20—63—13 (4 до усмотр.)</td></tr><tr><td>(134)</td><td>23—87—24 (1 искл. 8 до усмотр. 5 высл. изъ корпуса.) *)</td></tr></tbody></table>

Экстраординарныя учебныя і учено-литературныя занятія
наставниковъ.

О нѣкоторыхъ ученыхъ или учебныхъ порученіяхъ высшаго
начальства наставникамъ и нихъ трудахъ по этой части, имѣю-
щихъ непосредственное отношение къ урокамъ, упоминалось выше.
Здѣсь же будутъ указаны занятія и порученія начальства по-
стороннія, которые необходимой связи съ уроками не имѣли,
хотя по большей части относились къ той или другой спеціаль-
ности,—т. е. ученыя статьи и сочиненія, разсмотрѣніе вновь
выходящихъ руководствъ и пособій, исправленіе печатаемыхъ
духовно-учебнымъ начальствомъ книгъ и проч.

Составленіе и произнесеніе проповѣдей, по прежнему, вмѣ-
нялось въ обязанность наставникамъ, не вышедшимъ изъ духов-
наго званія. Проповѣди предписано было (1848 г.) представлять
на рецензію ректору семинаріи, а затѣмъ митрополиту; произно-
сились же онъ въ Александроневской лаврѣ, въ Псаакіевскомъ и
Казанскомъ соборахъ За непредставленіе проповѣдей къ сроку безъ
уважительной причины, по предложенію ректора академіи Ава-
пасія (1843 г.), былъ положенъ штрафъ въ 7 руб. сер. Катихи-
зическія бесѣды въ семинаріи, установленныя въ 1838 г. (см.
стр. 124, 127) поддерживались только въ самомъ началѣ раз-
сматриваемаго періода. Такъ въ 1841—42 г. онъ назначены были
помощнику инспектора Покоеву.

*) Послѣ третныхъ или декабрскихъ экзаменовъ до 60-хъ годовъ исключали вообще рѣдко, такъ какъ на 1-й годъ исключеніе чрезъ 3 мѣсяца ученья было бы слишкомъ поспѣшно, а во 2-й годъ удерживались отъ исключения въ декабрѣ, въ виду близости курсовыхъ экзаменовъ. Въ 50-хъ годахъ даже разрядные списки не составлялись послѣ декабрскихъ экзаменовъ.

28

— 434 —

Отъ времени до времени, съ ученою цѣлію, учреждались
разные комитеты и комиссіи, къ участію въ которыхъ пригла-
шались или назначались семинарскіе наставники. По опредѣле-
нію св. Синода въ 1850 г., съ цѣлію развитія русской церковно-
исторической науки, предписано составлять епархіальные истор-
ико-статистические комитеты для разработкиѣ мѣстныхъ цер-
ковно-историческихъ и статистическихъ матеріаловъ и составле-
нія описаній епархій, съ свѣдѣніями о началѣ и распространен-
ніи въ нихъ христианства, о всѣхъ бывшихъ іерархахъ и св. угод-
никахъ, о монастыряхъ, соборахъ и церквахъ, объ актахъ и ру-
кописяхъ, о благочестивыхъ мѣстныхъ обычаяхъ, религіозныхъ
установленіяхъ и вообще замѣчательныхъ церковныхъ событияхъ"). Въ 1851 г. послѣдовало распоряженіе объ учрежденіи историко-
статистическаго комитета въ центербургской епархіи, съ возло-
женіемъ трудовъ по описанію церквей и на преподавателей ака-
деміи и семинаріи. Программа для занятій составлена была прот.
Окуневымъ и Кочетовымъ. Комитетъ, подъ предсѣдательствомъ
прот. Окунева, съ 1854 г. началъ свои дѣйствія. Въ числѣ чле-
новъ комитета, или принимавшихъ участіе въ занятіяхъ его, а
также впослѣдствіи къ нему примкнувшихъ, были—изъ наставни-
ковъ: Савваитовъ, Соколовъ, Травлинскій, Архангельскій, Гумилев-
скій, архим. Юсифъ, Георгіевскій, Барсовъ. Ректоръ семинаріи
(Нектарій), послѣ прот. Окунева, назначенъ былъ старшимъ
членомъ комитета: къ нему предписано было доставлять статьи.
Дополнительную программу предложено было составить свящ.
Гумилевскому, назначенному въ 1859 г. и секретаремъ комп-
тета. Членамъ комитета предоставлена была возможность поль-
зоваться разными архивами, но издавать труды, какъ зна-
чится въ предписаніи консепторіи отъ 14 мая 1860 г., не дозво-
лено безъ особаго разрѣшенія св. Синода, на благоусмотрѣ-
ніе котораго нужно было представлять изготовленныя статьи.

*) Назв. изъ отч. обер.-прокур. за 1850 г. стр. 56. Между прочимъ въ
отчетъ такъ мотавируется разсматриваемое учрежденіе: «Одинъ изъ главныхъ
предметовъ духовнаго образованія въ нашемъ отечествѣ, исторія россійской
церкви, косм. спестматистское преподаганіе началось не ранѣе 1811 г. въ видѣ
дополненія къ общей церковной исторіи, только съ 1838 г. получилъ въ семи-
наріяхъ особую каоеду. Съ тѣхъ поръ сдѣлалась ощутительною потребность
въ спеіальномъ курсѣ сей столи важной науки. Для составленія оного въ
надлежащей полнотѣ необходимо прежде привести въ известность всѣ церковно-
исторические и статистические матеріалы, разсѣянные по пространству общш-
ной нашей имперіи, хранились въ мѣстахъ, часто недоступныхъ для самыхъ
трудолюбныхъ изслѣдованій» (стр. 55, 56.)

— 435 —

Въ 1863 г. ректоръ сем. Платонъ, видя медленность въ дѣствіяхъ комитета, который не имѣлъ «вліятельнаго положенія по отношенію къ здѣшнему епарх. духовенству» и всѣ свои сношенія съ церквами доженъ былъ производить чрезъ консисторію, предложилъ устроить для комитета особую печать, разрѣшить ему непосредственно сноситься съ разными мѣстами и лицами, а предсѣдателемъ быть викарію спб. митрополіи (первоначально Леонтію). *) Первый выпускъ изданія комитета вышелъ только въ 1869 году. Въ немъ, какъ и въ послѣдующихъ, труды по описанію церквей принадлежатъ собственно петербургскимъ священникамъ, хотя нѣкоторые изъ нихъ раньше и состояли профессорами въ спб. семинаріи; для семинарскихъ же наставниковъ это дѣло оказалось не совсемъ удобнымъ.

Въ 1853 г. графъ Пратасовъ, по порученію императора, йздилъ въ Москву провѣрить, ведутся-ли опписи въ монастыряхъ и удовлетворительно-ли хранятся разные исторические памятники. Св. Синодъ, вслѣдствіе записки моск. митрон. Филарета, учредилъ комитетъ для разсмотрѣнія присылаемыхъ изъ епархій церковныхъ описей, — подъ предсѣдательствомъ Григорія архиеписк. казанскаго, съ назначеніемъ въ него и ректора спб. семинаріи (Люанникія). Въ тоже время командированы были нѣкоторые лица, для осмотра извѣстнѣйшихъ епархіальныхъ книгохранилищъ и ризницъ, и въ числѣ ихъ проф. (Саввантовъ **).

Въ 1856 г. по Высочайшему повелѣнію, составленъ былъ комитетъ для изданія духовно-нравственныхъ книгъ для народа, «въ кончъ предлагалось бы престолюдинамъ чтеніе, утверждающее сердца въ вѣрѣ, въ преданности престолу и въ благихъ нравахъ». Къ участію въ этомъ комитетѣ, по опредѣленію св. Синода, приглашены были и наставники спб. семинаріи.

Вследствіе предложенія митрополита Григорія, по опредѣленію св. Синода отъ 6 ноября 1857 г., при семинаріи разрѣшено было изданіе журнала Духовная бесѣда, съ цѣлію, по мысли высокопр. Григорія, «доставить православнымъ христіанамъ всѣхъ званій и состояній чтеніе назидательное, соответствующее со временнымъ духовнымъ ихъ потребностямъ» **). Въ программу изданія входили: 1) духовно-назидательныя поученія, катихизическія бесѣды и христіанскія размышленія, 2) краткія свѣдѣнія

*) Истор. стат. свѣд. о спб. епархіи, т. Х. Прилож. стр. 181, 182.

**) См. сообщ. Сербиновича, въ Русск. Стар. 1877 г. У.

***) См. въ извл. изъ отч. обер.-прокур. за 1857 г. стр. 73.

*

— 436 —

о жизни святыхъ и о предметахъ праздниковъ, также изложеніе
особенно назидательныхъ событий изъ библейской, церковной и
отечественной гражданской исторій, 3) изложеніе главнѣйшихъ
христіанскихъ обязанностей, съ указаніемъ способовъ утверж-
даться въ добродѣтлии; 4) изреченія св. отцевъ, относящіяся
къ дѣятельной христіанской жизни и цѣлаяя поученія ихъ, еще
не переведенные на русскій языкъ; 5) краткія наставленія въ
современныхъ духовныхъ потребностяхъ общества, направленныя
къ искорененію вредныхъ для спасенія души современныхъ мнѣ-
ній, обычаевъ, предразсудковъ и заблужденій, 6) краткія свѣдѣ-
нія о вновь издаваемыхъ духовно-нравственныхъ книгахъ и о
книгахъ особенно вредныхъ, 7) разныя назидательныя свѣдѣнія,
не входящія въ означенные статьи, и извѣстія о важнѣйшихъ
перемѣнахъ въ іерархіі и о начальственно-духовныхъ распоря-
женіяхъ, особенно важныхъ для церкви. «Духовной бесѣдъ» поло-
жено выходить въ свѣтъ еженедѣльно. На изданіе испрошено
было нѣкоторое вспомоществованіе *). Первый № вышелъ 1 янв.
1858 г. Самъ митроп. Григорій принялъ живое участіе въ изда-
ніи и въ каждомъ № помѣщалъ свою проповѣдь **). Редакторомъ
былъ ректоръ семинаріи (Нектарій, потомъ Леонтій и Платонъ),
а помощникомъ его избранъ професс. Шавровъ. По особому указу
св. Синода отъ 19 ноября 1859 г. въ «Духовной бесѣдъ» стали
печататься «законодательныя мѣры и правительственныя распо-
ряженія, постановляемыя по духовному вѣдомству». Изданіе та-
кимъ образомъ получало уже офиціальный характеръ. Значи-
тельную и отдѣльную часть его стала составлять «церковная
лѣтопись». Но съ половины 1862 г. изданіе перешло въ част-
ныя рубки, хотя наставники продолжали принимать въ немъ нѣ-
которое участіе своими статьями ***) . О характерѣ статей, по-

*) На первоначальные расходы испрошено у Духовн. учебн. управленія 500 руб., съ условіемъ возмірать впослѣдствіи, и 125 р. на обзаведеніе помѣщенія редакціи. (500 руб. возвращены въ февр. 1861 г. послѣ нѣсколькихъ напоминаній.)

**) Онъ иногда и поправлялъ нѣкоторыя статьи, или выраженія въ нихъ. (См. объ этомъ въ письм. митр. моск. Фпларета къ архим. Антонію, ч. IV. стр. 90. 99. 138.)

*) Спб. протоиерей Яхонтовъ, въ виду издання во многихъ епархіяхъ «Епархіальныхъ вѣдомостей», просвѣлъ митрополита исходатайствовать ему разрѣшеніе у св. Синода издавать подобный же органъ, подъ названіемъ: «Вѣстник спб. митрополіі». Но такъ какъ цѣль изданія и программа совершенно совпадали съ «Духовной бесѣдой», а редакторскія обязанности по еженедельному изданію послѣдней найдены были «для ректора семинаріі обремен

— 437 —

мѣщавшихся въ «Духовн. бесѣдѣ» наставниками, можно судить по свѣдѣніямъ объ ученыхъ трудахъ ихъ, которыя въ 1860 г. предписано представлять ежегодно въ академическое правленіе, для внесенія въ отчетъ оберъ-прокурора. Такъ въ 1860 г. доносили, что инспект. Юсифъ помѣстилъ нѣсколько статей въ Дух. бесѣдѣ по нравственному богословію и расколу, также о переходахъ свящ. писанія; Саввантовъ по русской церковной исторіи и археологіи, Шавровъ нѣсколько статей критическихъ и религіозно-нравственныхъ; Барсовъ въ 1862—63 г. «о протестантизмѣ въ Испаніи»; въ 1865 г. — Ловягинъ помѣстилъ нѣсколько статей библиографическихъ, Образцевъ — «объ архим. Гавріилѣ Домецкомъ», кіевскіе ученые въ Великороссіи и т. д. — Другіе ученые труды семинарскихъ наставниковъ, независимо отъ «Духовной бесѣды», указываются ниже, вмѣстѣ съ перечисленіемъ разныхъ занятій ихъ по порученію начальства.

Начальственныя порученія давались иногда самому правленію, иногда отдѣльнымъ лицамъ. Правленіе же или само исполняло порученіе и представляло отъ себя отвѣтъ, или, и даже чаще, возлагало дѣло на кого либо изъ наставниковъ и представляло ихъ отзывы въ конференцію академіи. Такъ, по предписанію Духовно-учебн. управленія чрезъ академію, въ семин. правленіе ноступали разныя книги семинарскаго или училищнаго курса, о которыхъ, по разсмотрѣніи, представлялся отзывъ, съ цѣлію регомендовать ихъ къ выпискѣ, или оставить безъ вниманія. Напр. въ 1848 г. предписано было разсмотрѣть «Сводъ россійско-латин. французскаго словаря». Федорова: правленіе не одобрило этотъ «Сводъ», какъ не имѣющій многихъ русскихъ словъ и заключающій съ другой стороны «слова провинціальные, неупотребительныя, сочиненныя». Въ 1851 г. прислано для разсмотрѣнія нѣсколько книгъ, напр. *Охотина* по русской грамматикѣ и словесности, *Трусова*—сельскія бесѣды и проч. Въ 1853 г. поручено было разсмотрѣть правила объ усиленіи латинскаго языка въ училищахъ (см. ниже въ отд. *Объ училищахъ*.)

Порученія, дѣлавшіяся наставникамъ отъ вышаго начальства, или по распоряженію семинарскаго правленія, большей частію, конечно, могли приносить имъ и низвѣстную пользу, представляя практику по учебному дѣлу, давая возможность знакомиться съ литературой предмета и имѣть новыя пособія,

тельными», (согласно и съ мнѣніемъ бывшаго ректора, викарія Леонтія), то св. Синодъ отъ 1 мая 1862 г. опредѣлилъ передать изданіе прот. Яхонтову. (Церк. лѣт. Духовн. бесѣды, 26 мая 1862 г. «Объясненіе отъ редакціи»).

— 438 —

нерѣдко доставляя и матеріальное вознагражденіе (см. въ отд. Экономія).

Ректоры семинаріи, и сами по себѣ, иногда и по званію членовъ акад. конференціи, имѣли особыя порученія, кромѣ ревизій, или участія въ комитетахъ,— и по разсмотрѣнію книгъ. Оetonствъ въ 1843 г. разсматривалъ двѣ карты европейской Россіи большую и малую, сост. подпольк. Мѣдниковымъ; Юан-никій въ 1852 г. исправлялъ книгу прот. Дебольскаго «о христіанскомъ православномъ богослуженіп,» за что ему объявлена признательность св. Синода; Юаннъ былъ членомъ коммисіи для пересмотра богослуж. книгъ, переведенныхъ на татарскій языкъ; также—коммисіи для пересмотра программъ философскихъ и богословскихъ наукъ при министерствѣ нар. просвѣщенія, состоя (какъ Юанникій и др.) помощникомъ главнаго наблюдателя за преподаваніемъ закона Божія, логики и психологіи — въ университетѣ, недагогическомъ институтѣ, лицеѣ и училищѣ правовѣдѣнія. Онъ же въ 1855 г., по порученію св. Синода, долженъ былъ, вмѣстѣ съ Григоріемъ архіеп. казанскимъ, избрать книги для народнаго чтенія, «могущія утвердить его (народъ) въ добрыхъ нравахъ и въ любви къ православію, государю и порядку.» Нектарій былъ членомъ комитета (подъ предѣдательствомъ члена Синода Атанасія казанскаго) по переводу богослужебныхъ книгъ на татарскій языкъ.

Изъ наставниковъ — Михайловъ въ 1848 г. разсматривалъ (съ проф. Карповымъ) физику проф. Ростиславова; въ 1849 г. руководства проф. Больмана по алгебрѣ и геометріи, одобрилъ ихъ, хотя для семинаріи призналъ не подходящими, но для гимназій; свидѣтельствовалъ физическіе инструменты для семинарій архангельской, вятской, оренбургской, кишиневской, для казанской академіи. Въ 1851 г. назначенъ наблюдателемъ за укупоркой въ магазинѣ геодезическихъ инструментовъ для семинарій, долженъ былъ также и свидѣтельствовать ихъ. Въ томъ же году разбиралъ проектъ преосв. Гавриила тв. объ ограниченіи курса матем. наукъ практической геометрией съ архитектурою (см. выше, стр. 386). По предписанію акад. правленія въ 1852 г. корректировалъ вновь изданная—алгебру Себржинскаго и геометрію Райковскаго; разсматривалъ пасхалію Н. Ф. съ отзывомъ о ней тверской семинаріи. Но на предложеніе начальства (1852 г.) составить ариометику для дух. училищъ далъ отказъ, по «многосложности обязанностей.» Въ томъ же году былъ командиро-ванъ, по вызову Дух. уч. управленія, для разсмотрѣнія плановъ

— 439 —

(по практической геометрии), присланных изъ разныхъ семи-
нарій, (вмѣстѣ съ Красносельскимъ). — Успенскій, съ разрѣшенія
высшаго начальства, ўздилъ въ 1842 г. въ Финляндію, съ обя-
зательствомъ представить «о послѣдствіяхъ сдѣланныхъ имъ на-
блюденій относительно преподаваемаго имъ финскаго языка,» а
также и сдѣланные имъ переводы на финскій. Представилъ, что
для воспитанниковъ семинаріи болѣе нужно знаніе нарѣчія
финско-корельскаго, нежели тавастляндскаго, такъ какъ право-
славные финны говорятъ этимъ нарѣчіемъ, кромѣ немногихъ
исключеній. Такое заявленіе, по опредѣленію акад. правленія,
нуждалось въ засвѣдѣтельствованіи ученыхъ гельсингфорскаго
университета. Тогда же Успенскій заявлялъ и относительно
предпринятаго имъ, по порученію начальства, изданія финско-
корельскаго словаря, что входилъ въ сношенія съ финскими уче-
ными, особенно Готлюндомъ, объщавшимъ ему содѣйствіе,—но
ждетъ выхода въ свѣтъ словаря Ленрота. По справкѣ чрезъ ака-
демію наукъ оказалось, что Ленроту еще нужно по крайней мѣрѣ
пять летъ, чтобы довести свой трудъ до окончанія. Общанныхъ
переводовъ — литургіи, требника и катихизиса Филарета Успен-
скій также не представилъ, но въ 1844 г. представилъ послѣ-
дованіе вечерни, утреніи и изобразительныхъ; на просмотръ пе-
реводы предоплагалось послать или члену академіи наукъ Ше-
грену, или старшиму цензору иностр. цензуры Лагервалю. Но
вскорѣ Успенскій былъ уволенъ отъ службы. — Савватовъ, какъ
знающій зырянский языкъ, разсматривалъ нѣкоторые переводы
на этотъ языкъ въ 1847 г., и издалъ зырянскую грамматику и
зырянско-русскій и русско-зырянскій словарь (1850 г.) Въ 1852 г.
разсматривалъ катихизись, переведенный на зырянскій языкъ По-
повымъ (учит. волог. сем.), съ отзывомъ о немъ академика Ше-
грена, и одобилъ къ употребленію, но изданную тѣмъ же авто-
ромъ (въ 1857 г.) зырянскую азбуку не одобилъ. Въ 1853 г.
перевелъ съ греческаго для Дух. уч. управленія подробное объ-
явленіе объ изданіи каноническаго права, предпринятомъ въ
Аонинахъ: «собраніе правилъ св. апостоловъ, св. соборовъ и св.
отецъ, со многими другими постановленіями касательно церк.
устройства, съ древними толкователями и разными чтеніями,
изд. Ралля и Потля.» Въ объявленіи излагается и история но-
добныхъ изданій съ патріарха Фотія. Св. Синодъ опредѣлилъ
пріобрѣсти означенное изданіе для всѣхъ академій и семинарій.
Въ томъ же году разсматривалъ «Опытъ областнаго великорус-
скаго словаря», изданный 2-мъ отд. Импер. Акад. наукъ, и на-

— 440 —

шелъ весьма полезнымъ для пріобрѣтенія въ библіотеки всѣхъ
духовно-учебныхъ заведеній. Въ 1857 г. былъ временнымъ членомъ
Дух. цензурнаго комитета для разсмотрѣнія перевода евангелія отъ
Мө. и др. на зырянскій языкъ. Съ 60-хъ годовъ принималъ участіе въ
переводахъ на русскій языкъ проф. Хвольсономъ св. книгъ — Прит-
чей Соломона, Евклезіаста и части кн. Юва, помѣщенныхъ въ Христ.
чтеніи. Въ 1860 г. напечаталъ соч. «Описаніе вологодскаго Спа-
со-каменнаго монастыря.» Въ 1865 г. трудился по изданію Но-
ваго завѣта на греческомъ и славянскомъ языкахъ, по редакціи
новгородскихъ писцовыхъ книгъ и издалъ археологическое изслѣ-
дованіе о царскихъ утваряхъ одеждахъ и вооруженіяхъ. — Фри-
манъ, вслѣдствіе отношеній дух. консисторіи, неоднократно произ-
водилъ испытанія въ знаніи финскаго и корельскаго языковъ ли-
цамъ, просившимся въ финляндскіе приходы. Съ 1845 г. присту-
пилъ къ переводамъ на финскій языкъ свящ. и богослужебныхъ
книгъ; тогда же ему поручено и составленіе финскаго словаря,
которое начато было Успенскимъ. Въ 1847 г. испросилъ у семи-
нарскаго правленія разрѣшеніе ходить въ спб. университетъ для
слушанія юридическихъ лекцій. Въ 1849 г. разсматривалъ пере-
водъ на финскій языкъ молитвъ свящ. Болотинскаго и не одоб-
рилъ. Въ 1850 г. составилъ учебную книгу для первоначальнаго
обученія грамотѣ православныхъ финновъ, которая была разсмотрѣ-
на тремя священниками въ Финляндіи и съ замѣчаніями ихъ
препровождена въ 1852 г. въ консисторію для окончательнаго от-
зыва. Въ 1852 г. былъ временнымъ членомъ комитета для раз-
смотрѣнія издаваемаго при рижской семинаріи «Училища благо-
честія» — въ оригиналѣ и переводѣ на латышскій и эстскій языки.
Въ 1854 г. поступили въ продажу въ спнодальной лавкѣ, пере-
веденныя имъ на финскій, книги: пространный катихизисъ, цар-
ская и патріаршія грамоты, чинъ исповѣданія отроковъ. Въ 1856 г.
разсматривалъ и исправлялъ эстскіе переводы каноновъ, прислан-
ние изъ Риги, а съ 1857 г. былъ временнымъ членомъ цензур-
наго комитета для разсмотрѣнія переводовъ на эстскій часослова,
каноника и др. Въ 1858—60 гг. Ёздилъ для перевода богослуж.
книгъ на эстскій и латышскій языки въ Ригу, гдѣ былъ комп-
тетъ съ этой цѣлію, (членомъ котораго Фриманъ сдѣланъ вмѣсто
Мюльберга); разсматривалъ и исправлялъ тексты, избранные изъ
библіи и изданные на латышскомъ языкѣ, также латышскую грам-
матику. Въ 1860 г. разсматривалъ переводъ на шведскій языкъ ли-
тургіи Златоуста священника Судакова; сдѣлалъ отзнавъ, по запросу
консисторіи, о часословѣ, переведенномъ на финскій языкъ свя-

— 441 —

щенникомъ иломанской Ильинской церкви, замѣтивъ, что это клас-
сное упражненіе ученика семинаріи В. Дьяконова, которое по не-
удовлетворительности не можетъ быть отпечатано безъ исправ-
ленія. Переводъ съ отзывомъ препровожденъ былъ на разсмо-
трѣніе комитета по переводу богослужебныхъ книгъ, также какъ
«Молитвословъ» въ переводѣ того же автора (Дьяконова) и «чинъ
пріобщенія больныхъ», — послѣдній трудъ Фриманъ одобрилъ къ
церковному употребленію. Разсматривалъ поученія на эстскомъ
языкѣ св. Знаменскаго (въ Ревелѣ), но, не понявъ многаго, пре-
проводилъ въ комитетъ рижкой епархіи, который также не могъ
понять всего, за неправильностію въ правописаніи, и вслѣдствіе
этого положилъ держаться, при изданіяхъ на эстскомъ языкѣ, но-
ваго правописанія. Въ 1862 и 1864 г. Ёздилъ въ Сердоболь про-
вѣрять, переведенный имъ на финскій, требникъ,— съ тамошнимъ
священникомъ Θ. Львовымъ. Около того же времени ему пору-
чено просматривать С.-петербурскій народный финскій листокъ,
вслѣдствіе сношенія министра пар. просв. съ синодальнимъ об.
прокуроромъ. Въ 1863 г. по затребованію, представилъ переведен-
ные имъ на эстскій: часословъ, акафистъ Іисусу, молебный ка-
нонъ Богородицѣ, послѣдованіе къ св. причащенію, стихиры и ка-
нонъ кресту, молебное пѣніе на новый годъ, великій канонъ Анд-
рея Критскаго. Служебникъ имъ переведенный отпечатанъ по Вы-
соц. повелѣнію въ 1864 г. Въ слѣдующемъ году перевелъ на фин-
скій службу Богородицѣ; въ июлѣ же 1865 г. уволенъ отъ обязан-
ности переводить на эстскій языкъ, хотя нѣкоторыя эстскія рукопи-
си разсматривалъ и въ 1866 г. Въ 1865—67 г. наблюдалъ за неча-
таніемъ, переведенныхъ имъ на финскій, требника, октоиха (1 ч.),
службы рождеству Богородицы, литургіи, воскреснаго всенощнаго
бдѣнія, апостола и евангелія (чтеній на весь годъ). Въ 1867 г.
перевелъ: службы — пасхальную, на рождество Христово, октоихъ
(2 ч.), послѣдованіе полунощницы и великаго повечерія, молит-
вословъ, послѣдованіе общаго молебна, воскресные и субботніе
тропари, а въ слѣдующемъ году Ёздилъ опять въ Сердоболь для
провѣрки переводовъ, числомъ до 20 номеровъ.— Солицевъ въ
1847 г. разсматривалъ соц. Гиппіуса «очерки теоріи рисованія»,
но для класса иконописанія въ семинаріи призналъ его излиш-
нимъ. Въ 1849 г. разсматривалъ книгу изъ новгородскаго софій-
скаго собора, подъ заглавіемъ: «Книга лицовая раскольницкая
разныхъ изображеній древле письменная», но призналъ ее (какъ
подтвердило и семина. правленіе) «не близкою къ духу иконопи-
санія православной церкви» и неудобною для руководства вос-

— 442 —

питанниковъ семинаріи въ иконописаніи, почему она и отравлена назадъ. Напротивъ, «святцы», присланные изъ Кириллобълозерскаго монастыря, призналъ довольно древними (XVII в. вре-мени Мих. Феод.) и полезными для воспитанниковъ, съ цѣлюю ознакомленія съ древними образцами иконописнаго искусства, также одобрилъ и святцы (4 мѣсяца) изъ Тихвинскаго мона-стыря, которые отнесъ къ XVI вѣку (при Юаннѣ IV). Въ 1855 г. по заказу Дух. уч. управленія, долженъ былъ составить лицевые святцы за февраль мѣсяцъ. Въ 1857 г. составлялъ реэстръ ри-сунковъ, нужныхъ къ приобрѣтенію въ тобольскую семинарію, гдѣ былъ открытъ классъ иконописанія, а въ 1859 г. рекомен-довалъ пособія по иконописанію для кіевской семинаріи.—Боб-риковъ въ 1847 г. разсматривалъ и одобрилъ для класса меди-цины въ семинаріи «Анатомію и физіологію человѣка и живот-ныхъ.» Въ 1851 г. по порученію высшаго начальства (какъ это было и по другимъ семинаріямъ) составлялъ программы для семинарій по физіологіи и діететикѣ, но въ Медицинскомъ совѣтѣ, куда ихъ отправили на разсмотрѣніе, онъ найдены не удовлетворительными и въ 1853 г. возвращены автору для пе-ресмотра и исправленія. Въ 1856 г. разсматривалъ «Описаніе минеральнихъ водъ» Грумма и призналъ необходимымъ для приобрѣтенія въ семин. библіотеку.—Шмальцъ въ 1852 г. разсмат-ривалъ книгу Матвьевскаго «Описаніе выставки сельскихъ произ-веденій въ С. Петербургѣ» и призналъ полезною къ приобрѣте-нію въ семин. библіотеку для класса сельскаго хозяйства.—Рюо въ 1846 г. разсматривалъ книгу Сень-Жюльена—Методическій курсъ франц. языка и призналъ для начинающихъ непригод-ною, хотя для обучившихся нелишнею. Въ 1852 г. разбиралъ планъ учителя новгородской семинаріи, Ловцева, для преподова-нія франц. языка и изданія новой христоматіи и призналъ его безполезнымъ.—Пъвницкій въ 1852 г. разсматривалъ составлен-ный учителемъ одесской гимназіи Топоровымъ «Гимназическій курсъ постепенныхъ грамматическихъ и синтаксическихъ упраж-неній въ нѣмецкомъ языкѣ» и призналъ не безполезнымъ ввести въ видѣ пособія, или дополненія къ нѣмецкой христоматіи, упо-треблявшейся въ семинаріи. Правленіе согласилось.—Германъ іе-ром. изготовилъ къ напечатанію свое сочиненіе: «Преп. Юаннъ Лѣствичникъ и его Лѣствица постепеннаго усовершенствованія» (1854 г.).—Карашевичъ въ 1852 г. свѣрялъ 4-е изданіе догмати-ческаго богословія Антонія съ 3-мъ и указалъ опечатки. Въ 1853 г. былъ въ числѣ членовъ коммисіи для составленія описи

— 443 —

библіотеки Ал. невской лавры; въ 1855 г. напечаталъ соч. «Очеркъ
исторіи правосл. церкви на Волыни». — Архангельскій въ 1854 г.
разсматривалъ русскую грамматику въ вопросахъ и отвѣтахъ
свящ. Θ. Флоровскаго, (за смертію прот. Кочетова, которому пер-
воначально поручено было разсмотрѣніе), и сдѣлалъ неодобри-
тельный отзывъ. Тогда же разсматривалъ книгу Готтеса «основаніе
всеобщей словесности и пронесхожденіе русскаго языка» и
рекомендовалъ пріобрѣсти ее въ библіотеку.— Красносельскій въ
1854 г. разсматривалъ зоологію Симашко и «матеріалы для ми-
нераліі России». Когшарова и одобрилъ объ книги для пріобрѣ-
тенія въ библіотеку; въ 1856—7 г. — соч. Жуковскаго «сельско-
хозяйственная архитектура», Куторги «Геогностическую карту
спб. губерніи», Гроссмана «Механикъ земледѣлецъ» и ариометику
Бѣликова: изъ нихъ въ первомъ сочиненіи нашелъ много неяс-
наго, такъ какъ еще одна часть только была издана; въ 60-хъ го-
дахъ — ариометики Бордоноса и Воленса, послѣднюю одобрилъ,
какъ хорошее пособіе; свидѣтельствовалъ физическіе инструменты
для разныхъ семиарій. — Шавровъ въ 1854 г. — книгу Данскаго
«Правила русской словесности» и Охотина «учебникъ русской
словесности» и рекомендовалъ къ пріобрѣтенію въ библіотеку; въ
1860 г. издалъ брошюру о митр. Григоріи, въ 1861 г. соч. «О
3-й книгѣ Ездры. Опытъ изслѣдованія о книгахъ апокрифиче-
скихъ.» — Павелъ архим. въ 1857 г. напечаталъ свое сочиненіе:
«О должностяхъ и учрежденіяхъ по церковному управленію въ
древней восточной церкви. — Травлинскій разсматривалъ руковод-
ство ко всеобщей исторіи Шульгина въ 1856 г., но не предста-
вилъ отзыва, который сдѣлалъ въ слѣдующемъ году іером. Оео-
ностъ, признавъ книгу «важнымъ пособіемъ для наставника, но
не для классическаго употребленія». Оеогностъ также разсматри-
валъ и одобрилъ въ 1856 г. Рудакова священную исторію и ис-
торію христіанской правосл. церкви. — Брандтъ въ 1860 г. разсм.
двѣ нѣмецкія грамматики — Эльскера и Кизеветтера. — Толмачевъ
въ 1858 г. держалъ корректуру вновь изданныхъ книгъ — Пра-
восл. сповѣданія, греческой грамматики и врачебнаго наставле-
нія. — Ловягинъ въ 1860 г. издалъ свое сочиненіе «жизнь и слу-
женіе св. Юанна крестителя»; тогда же разсматривалъ «синтакси-
ческій курсъ русскаго языка» Новаковскаго и далъ неодобритель-
ный отзывъ; въ 1861 г. корректировалъ вновь изданную Д. уч.
управленіемъ догматику Антонія, а въ 1863 г. лат. грамматику;
въ 1865 г. перевелъ сочиненія Аоннагора для «Православнаго обо-
зрѣнія», у котораго состоялъ корреспондентомъ; въ 1866 г. раз-

— 444 —

сматривалъ свящ. исторіи—Попова и прот. Богородицкаго.—Ю-
сифъ архим. въ 1860 г. напечаталъ статьи о псковскихъ свя-
тыняхъ и церк. древностяхъ.—Нищинскій въ 1858 г. разсм. гре-
ческо-русскій словарь Грацинскаго и далъ неодобрительный от-
знывъ.—Поповъ въ 1859 г. разсматривалъ «часословъ», переведен-
ный на монгольскій языкъ Ниломъ архіеп. ярославскимъ и далъ
весьма одобрительный отзывъ, хотя и сдѣлалъ нѣкоторыя исправ-
ленія.—Предтеченскій въ 1859 г. корректировалъ латинскую
христоматію, но, по замѣчанію Дух. уч.управленія, допустилъ
хного оневчатокъ.—Вл. Никольскій въ 1860 г. окончательно кор-
ректпривалъ сокращенную исторію русской церкви Филарета,
архіеп. черн., а въ 1861 г. латинскую грамматику.—Люперсоль-
скій въ 1860 г. свѣрялъ русскій переводъ толкованій блаж. Өео-
филакта на еванг. Лукъ съ греческимъ подлинникомъ, (вмѣстѣ
съ членомъ акад. конференціи прот. Колоколовымъ); съ 1861 г.
какъ знающій по новогречески, приватно занимался съ воспитан-
никами семинаріи и иностранцами, съ утвержденія семин. правле-
нія; въ 1863 г. корректировалъ новое изданіе латинской грам-
матики для дух. училищъ.—Розановъ въ 1864 г. просматривалъ
25-е изд. лат. грамматики и значительныхъ несправностей не
нашелъ.—Образцевъ въ 1865 г. просматривалъ латинскую грам-
матику Смирнова и провѣрялъ ее съ прежними грамматиками,
при чемъ указалъ разные недостатки употреблявшейся прежде
латинской грамматики и рекомендовалъ руководство Кюнера, ко-
торое не одобрили въ московской академіи, но онъ отзывъ ака-
деміи нашелъ поверхностнымъ и, вслѣдствіе новаго запроса, опять
указывалъ на Кюнера, изъявляя намѣреніе передѣлать его для
духовныхъ заведеній, но вскорѣ вышелъ изъ семинаріп.—Ювлѣвъ
разбиралъ въ 1866 г. «объясненіе прав. богослуженія» В. Ми-
хайловскаго, также «объясненіе литургіи» Виноградова.—Зні-
ченко въ 1865 г. корректировалъ всеобщую исторію Казанскаго;
въ 1866 г. разсматривалъ «Описаніе губерній россійской импе-
рии (таблицы), А. Невскаго.—Щелкуновъ въ 1866 г.—руковод-
ство Смирнова къ переводамъ съ русскаго на латинскій и латин-
скую хрестоматію для дух. училищъ, Кирьякова.—Стратила-
товъ въ 1865 г. напечаталъ соч. «Древность и важность апо-
стольскихъ правилъ.»

Общій взглядъ на состояніе учебной части.

Семинарская программа, передѣанная въ 1840 г., какъ мы
видѣли, была весьма обширна и разнообразна и имѣла харак-

— 445 —

теръ по препнуществу практическій и утилитарный, въ отличіе отъ прежняго направленія семинарскаго образованія, болѣе теоретическаго, отвлеченно-философскаго. Богословское образованіе значительно расшипрено, какъ чрезъ введеніе разныхъ духовныхъ наукъ во всѣ классы, такъ и чрезъ развѣтвленіе науки богословія по отдѣльнымъ кафедрамъ, препнущественно въ практическомъ направленіи, таковы: богословіе настырское и собесѣдовательное, литургика и каноника, ученіе о вѣроисповѣданіяхъ и о русскомъ расколѣ. Съ этой стороны программа, съ отмѣной притомъ латинскаго языка въ преподаваніи, вполѣ отвѣчала основной цѣли семинарскаго образованія, приготовляющаго дѣятелей для русскаго православнаго народа, настырей православной церкви. Но уже на первыхъ порахъ дѣлались не безъ основанія нѣкоторыхъ возраженія, напр. на счетъ духовныхъ наукъ въ нисшемъ и среднемъ отдѣленіяхъ, въ родѣ Православнаго исповѣданія съ Богослужебными книгами, также Библейской истории и патристики, представлявшихся излишними, въ виду повторенія ихъ въ иной только формѣ въ высшемъ отдѣленіи и изученія въ училищѣ (катихизисъ, церковный уставъ и свящ. истории). Библейская история, сверхъ того, входила въ науку о свящ. писаніи. Дѣйствительно, подобныя науки, помѣщенные среди предметовъ общаго образованія, поглащавшихъ больше вниманія учащихся, не пользовались сочувствіемъ со стороны ихъ, не разрабатывались съ особымъ тщаніемъ и преподавателями въ учебномъ курсѣ являлись нѣкоторымъ балластомъ, отчасти мѣшавшимъ вообще успѣшному ходу учебныхъ занятій, какъ это признано было потомъ и духовно-учебной р formой 60-хъ годовъ (см. ниже). Что касается постановки главныхъ богословскихъ наукъ въ высшемъ отдѣленіи (т. е. богословія догматическаго и нравственнаго, настырскаго и собесѣдовательнаго) и въ частности въ церебургской семинаріи, то ее нельзя не признать вообще удовлетворительно. И по отзывамъ ревизоровъ и по воспоминаніямъ бывшихъ воспитанниковъ, богословскія науки преподавались больше частію отчетливо и основательно, такими напр. профессорами, какъ ректоры теогностъ, Юанникій, Юаннъ, Платонъ, или помощники ректора, впослѣдствіи бывшіе и ректорами,—Леонтій, Павелъ. О профессорской дѣятельности ихъ отчасти уже упоминалось выше, о лекціяхъ же иныхъ (напр. Павла) бывшіе воспитанники передаютъ, что онѣ нисколько не уступали академическимъ.

Предметы общаго образованія — словесность, философія (логика

— 446 —

съ психологіей), гражданская история и математика съ физикой — новой программой не выдвигались особенно, но какъ предметы общаго образования, больше или меньше интересные, особенно первые три, держались своимъ собственнымъ значениемъ. Впрочемъ, шли они не одинаково — иные и иногда очень удовлетворительно, другіе — недостаточно, смотря по профессору, котораго, одинакъ, не всегда можно винить, какъ какъ назначеніе на профессорскія должности въ рассматриваемый периодъ находилось въ весьма неблагоприятныхъ для успѣха преподаванія условіяхъ, о чемъ будетъ замѣчено ниже. *)

Словесность большейю частію преподавалась удовлетворительно, и ближайшая цѣль ея — умѣнье письменно излагать свои мысли irrightfully — достигалась; о достописывахъ постановки логики съ психологіей при МишINKѣ и въ половинѣ 60-хъ годовъ сказано выше (стр. 380—382), также — о гражданской истории, на которой иногда были весьма способные наставники, а иногда и очень посредственные; по физикѣ очень часто смѣнялись преподаватели и попадали на этотъ предметъ, иногда случайно, лица, вовсе къ тому не подготовленныя; математика въ семинаріяхъ вообще въ рассматриваемый периодъ не пользовалась ни сознательствіемъ, ни вниманіемъ, какъ со стороны учащихся, такъ даже и самаго начальства, хотя о такомъ напр. профессорѣ, какъ Михайловѣ, остаются добрыя воспоминанія. Общій же существенный недостатокъ въ семинарскомъ преподаваніи предметовъ богословскихъ и общеобразовательныхъ былъ тотъ, что по пимъ не существовало особыхъ, общеобязательныхъ или нормальныхъ программъ, содержаніе и объемъ преподаваемаго зависѣли отъ усмотрѣнія наставника, иногда и личнаго, случайнаго взгляда семи-

*) По отзыву Благовещенскаго (въ біографіи Помяловскаго), «преподаваніе свѣтскихъ наукъ въ семинаріи шло безтолково и небрежно.» Поэтому отзыву можно довѣрить въ самомъ ограниченномъ смыслѣ, въ виду того, что авторъ его, какъ и выше замѣчено (стр. 381), вообще ограничительно относится къ семинаріи и принадлежить къ числу писателей отрицательно-обличительнаго наведенія 60-хъ годовъ, такого времени, когда даже въ особенной модѣ было нападать на семинарское образованіе; самый же отзывъ его относится лишь къ половинѣ 50-хъ годовъ и подтверждается доводами не довольно убѣдительными, въ родѣ того, что въ алгебрѣ выпускались логаритмы и биномъ «по трудности пониманія», а изъ физики математическихъ вычисленій: тутъ и нѣтъ еще ни безтолковости, ни небрежности; если же исторію учили «въ долгожку», какъ выражается авторъ, то это можетъ быть и справедливо въ отношеніи иѣкоторыхъ наставниковъ, но далеко не составляло общаго явленія, какъ выше мы видѣли. О преподаваніи словесности и философіи Благовещенскій, даже въ противорѣчіе съ своимъ общимъ отзывомъ, дѣлаетъ одобрительное замѣчаніе.

— 447 —

нарскаго начальства. *) Ревизін же, сравнівельно съ предыдущей эпохой, были довольно рѣдки. При этом недоставало большею частію и учебныхъ руководствъ и пособій по разнымъ наукамъ, ученикамъ приходилось пользоваться записками, безплодно тратить время на ихъ списываніе и испытывать всѣ неудобства приготовленія уроковъ по тетрадкѣ, часто наинсанной неразборчиво, съ значительными описками и неправильностями, которые не могли не отражаться на основательности изученія предмета.

Весьма выдающейся особенностью семинарской программы 1840 года является введение въ нее такихъ предметовъ, какъ естественная история, медицина, сельское хозяйство и геодезія, которые собственно были направлены къ пользѣ народной. Эта сторона программы изъ всѣхъ нововведеній гр. Пратасова всего больше подвергалась впослѣдствіи злой критикѣ, которую, однакожь, нельзя признать полныя резонной и безпристрастной. Что касается естественной истории въ ея основномъ и элементарномъ

*) Ректоръ мнительный п осторожный (въ родѣ Юанникія) опасался допустить какое нибудь отступленіе отъ принятой системы, илп издawna установившейся программы (см. стр. 379), ректоръ кацризный нападалъ иногда даже на утверждёніе пункты программы и сбивалъ учителя, напр. объ Юаннѣ передаютъ, что и заслуженные наставники, въ родѣ Боголюбова, подвергались его нападкамъ на своихъ урокахъ; пришедъ же однажды на урокъ словесности, гдь рѣчь шла о басенѣ, онъ сталъ опровергать учителя и доказывать неумѣстность и неразраіональность этого рода словесныхъ произведеній. Изъ наставниковъ напр. Боголюбовъ, по замѣчанію ревилора, давалъ нѣсколько обширныя записки и обременялъ воспитанниковъ (стр. 425), преемникъ же его Б. слишкомъ сокращалъ, пли не доводилъ до конца курса своихъ наукъ, какъ иногда и другіе. Правда, въ нѣкоторомъ отношеніи отсутствіе программъ имѣло и свою выгодную сторону: программы, составленныя напр. въ 40-хъ годахъ, могли быть довольно односторонни, какъ отчасти это и указано выше, и стѣсняли бы дѣятельность талантливаго преподавателя, который безъ программы могъ быть гораздо полезнѣе. Но не забудемъ, что это частные случаи; общій же уровень учебнаго дѣла при существованіи программѣ долженъ быть всегда выше, нежели безъ нихъ. Нужно только, конечно, чтобы программы чрезъ нѣстные промежутки времени пересматривались и измѣнялись, примѣнительно къ состоянію науки, выходу новыхъ больше дѣльныхъ руководствъ и пособій, къ указанію опыта и развитію педагогіи вообще. Въ этомъ отношеніи указанное вышло (стр. 52, 53) правило Прозкта уст. дух. сем. (1814 г.)—«держаться на одной линіи съ послѣдними открытіями и успехами въ каждой наукъ» (§ 112, с.)— весело важно, хотіа, разумѣется, въ 40-хъ и частію 50-хъ годахъ оно оказывалось совершенно неумѣстнымъ, въ виду разныхъ, указанныхъ выше, стѣснительныхъ обстоятельствъ и взглядовъ, да и вообще означенное предписаніе должно предполагать правильный и компетентный контроль при его исполненіи.

— 448 —

курсъ, который и рекомендовался духовнымъ начальствомъ въ
1859 г. (стр. 389), то она составляетъ собственно предметъ об-
щаго образованія, необходимый для всякаго просвѣщеннаго че-
ловѣка и въ частности священника, но постановка его въ семи-
наріяхъ вообще не была раціональна, введеніе же его въ семи-
нарскій курсъ представлялось какъ бы прихотью, къ которой
семинарское начальство отнеслось безъ сочувствія и энергіи: бо-
лѣе 10 лѣтъ въ петербургской семинаріи не могли найти пре-
подавателя на естественную исторію, надлежащихъ пособій не
заводилось, былъ, правда, минералогическій кабинетъ, но, гово-
рятъ, и къ нему ученики не имѣли особенно близкаго и сво-
боднаго доступа, ботанника же изучалась безъ гербаріевъ, да еще
какъ бы для курьеза, большею частію знамой, экзамены по естество-
знанію не всегда производились и вліянія на ученическій спи-
сокъ не оказывали, отсюда и заниматься предметомъ ни ученики,
ни учитель обычныхъ побужденій не имѣли. Медицина въ нѣкото-
ромъ отношеніи тоже можетъ быть признана предметомъ весьма
важнымъ для духовнаго воспитанника; общія свѣдѣнія изъ ана-
томіи и практическая діагностика обыкновенныхъ болѣзней, съ про-
стыми медицинскими средствами, — вообще полезны для каждого, въ
частности — для сельскаго священника, который, особенно въ преж-
нее время, былъ единственнымъ интеллигентнымъ лицемъ среди
крестьянъ, эсплуатируемыхъ разными знахарями и ворожеями.
Но опять надлежащей постановки этотъ предметъ въ семинарі-
яхъ не получилъ, толковой программы не было, каждый докторъ
дѣйствовалъ по своему усмотрѣнію, одинъ вдавался въ ученость,
другой хотѣлъ занять какойнибудь блестящей, но въ сущности
безполезной вещью, уроками обыкновенно манкировали, петер-
бургскій же преподаватель, Бобриковъ, если и съумѣлъ соста-
вить удовлетворительныя лекціи (стр. 394), за то, какъ педагогъ
не отличался, говорятъ, достоинствами и способностями, и польза
отъ преподаванія оказывалась такимъ образомъ весьма сомни-
тельной. Что касается сельскаго хозяйства, то предметъ этотъ
на первыхъ порахъ былъ моднымъ и казался интереснымъ для
воспитанниковъ, тѣмъ болѣе что занятія происходили на откры-
томъ воздухѣ, на грядахъ, но при этомъ научная сторона дѣла
нерѣдко оставалась на заднемъ планѣ, семинарское начальство
относилось къ предмету большею частію пренебрежительно и
не смотря на то, что объ немъ требовалось дѣлать особыя
донесенія высшему начальству, онъ все таки вскорѣ занялъ
третьестепенное мѣсто въ семинарскомъ курсѣ, какъ и геоде-

— 449 —

зія; невольно поддерживалось общее убійденіе, что введеніе поз-
добныхъ предметовъ было пустой затѣей, что священнику до-
статочно совершенно быть только добрымъ паствыремъ душъ, а
не врачемъ тѣлеснымъ, не сельскимъ хозяиномъ и ученымъ агра-
номомъ, не землемѣромъ и архитекторомъ. Нѣкоторые изъ про-
тивниковъ реформы гр. Пратасова шли дальше и говорил, что
нодобныя науки могутъ вредить благочестію и духовнымъ стрем-
леніямъ священника, увлекая его на почву матеріалистиче-
скихъ взглядовъ и реально-практпческаго направленія въ житні.
Къ такимъ последствіямъ разсматриваемыя науки, можетъ быть,
и не приводили, но въ семинарскомъ курсѣ во всякомъ случаѣ
являлись дѣломъ постороннимъ и помѣхой, отнімали время и
вообще раздвояли задачу семинарскаго образованія, лишая его
надлежащей цѣльности и основательности. Мезду тѣмъ на бо-
лѣе близкую и прямую задачу семинарскаго образованія — народ-
ное учительство до самаго конца разсматриваемаго періода не
обращали вниманія, хотя нельзя сказать, чтобы не сознавали
этой задачи. О преподаваніп язьковъ замѣчено уже выше, что
древніе постепенно упадали до минимума, а новые, не смотря
на предписанія высшей власти, надлежащей постановки никогда
не пмѣли, притомъ и общеобязательными не были. Многопред-
метность семинарской программы вела къ упадку занятій не
только языками, но и вообще къ неудовлетворительности учеб-
наго дѣла, къ раздѣленію предметовъ на главные и второсте-
пенные, при чемъ послѣдніе хотя бывали въ пренебреженіп, но
не могли не мѣшать успешу первыхъ.

Помимо затруднительной и излишней многопредметности
семинарской программы, при отсутствіи точныхъ и толковыхъ
частныхъ программъ по каждому предмету, другимъ выдаю-
щимся недостаткомъ учебнаго строя разсматриваемаго періода
было отсутствіе надлежащихъ мѣръ къ успешному и цѣлесо-
образному преподаванію, невыработанность дисциплинарныхъ и
педагогическихъ условій обучения. Сюда относятся: переполненіе
классовъ ученикамъ, такъ что не представлялось возможности
сledить за успешами каждогоъ, большѣ или меньше часто спрашивать,
заставлять работать весь класъ, держать его въ постоян-
номъ напряженіи и строго следить за порядкомъ; производство
иззаменовъ весьма неудовлетворительное, такъ что ученики оста-
вались несроменными по многимъ предметамъ, а нѣкоторые и
ни по одному; безнаказанное почти макпированіе уроками, какъ
со стороны урениковъ, особенно приватныхъ, пѣвчихъ, письмо-

29

— 450 —

водителей и т. п. такъ, особенно въ последнее десятилетіе, и
со стороны наставниковъ, изъ которыхъ одни постоянно опускали
уроки, другіе приходили въ классъ на нѣ сколько минутъ, третыи
часто и подолгу хворали; неподготовленность педагогическая
самихъ наставниковъ, такъ какъ педагогика и въ академіи не
преподавалась, хотя на это еще въ концѣ 30-хъ годовъ обращать
вниманіе моск. митрополитъ Филаретъ; а отсюда напр. такія одно-
сторонности въ преподаваніп, какъ система монологической чтенія
лекцій, которые далеко не веѣми учениками слушались, за усвое-
ніемъ же читаемаго мало слѣдип и воспитанниковъ при этихъ
ченіяхъ больше частію не тревожили, вслѣдствіе чего, осо-
бенное у наставниковъ болѣе слабыхъ и робкихъ, одни пре-
спокойно дремали, другие бесѣдовали между собой, третыи
чтали принесенный изъ города романъ, или занимались посто-
ронней перепіской, нные же,—особенно въ 60-хъ годахъ, какъ
разсказываютъ бывшіе воспитанники,— скрываясь за послѣдними
партами, которая стояли значительно выше переднихъ, играли
въ карты, или шахки, даже курили напросы, при случайномъ
же вызовѣ наставника, объявлялись отсутствующими, а икото-
рые если и выходили отвѣчать, то безъ всякаго знанія, един-
ственно разсчитывая на систематически организованное подсда-
зываніе. Конечно, подобные явленія болѣе или менѣе случайны и
не пмѣютъ необходимой связи съ тогдашней учебной системой,
но они ею и не предупреждались; икоторыя же изъ предполо-
женныхъ мѣръ нерѣдко оставались безъ осуществленія. Отдѣльныя
лица изъ семинарскихъ педагоговъ иногда и боролись, можетъ быть,
не безъ успеха противъ означенныхъ безпорядковъ, но тѣмъ еще
недостаточно способствовали общему улучшенію учебнаго строя.

Обращаясь къ условіямъ быта и положенія наставниковъ
по преобразованіп въ 1841 году, видимъ, что они къ луч-
шему не измѣнились сравнительно съ предъидущимъ периодомъ.
О матеріальномъ состояніп наставниковъ будетъ сказано въ
своемъ мѣстѣ (въ отд. Экономіі), здѣсь же обратимъ вниманіе
на служебное пхъ положеніе. Ректоръ въ первое время былъ осво-
божденъ отъ уроковъ и ему данъ помощникъ, между тѣмъ дру-
гихъ постороннихъ занятій, отвѣскавшихъ его даже изъ семина-
ріп, было весьма много. Освобожденіе его съ 50-хъ годовъ отъ
управленія монастыремъ, «чтобы дать болѣе возможности къ над-
лежащему выполненію прямыхъ его обязанностей, *) было еще

*) Оп. об. прок. за 1860 г. стр. 49.

— 451 —

далеко недостаточно. Назначеніе на преподавательскія должности
записью пли отъ академіп, или большєю частію отъ Дух. уч.
управленія, которое перемѣщало на ту пли другую каоведру на-
ставниковъ, часто не справляясь съ пхъ желаніями и познані-
ями; при этомъ для с.-петербургской семинаріи важную роль
стали пграть протекціп *), чтò въ прежнее время, при Коммисіи
дух. училищъ, было не такъ удобно. Ходатайство или представ-
леніе семин. правленія, съ утвержденіемъ митронолита, нерѣдко
оставлялось безъ удовлетворенія, какъ со стороны академіп, такъ
и Дух. уч. управленія. Въ 1849 г. семинарское правленіе пред-
ставляло на каоведру гражд. исторіи учителя дух. училища,
старшаго кандидата П. Никольскаго, но академія назначила
А. Булгакова; въ 1852 г. представленный правленіемъ на сло-
весность учитель училища, магистръ В. Серафимовъ не былъ
утвержденъ высшімъ начальствомъ. Вообще въ дѣлѣ назначенія
наставниковъ было много запутанности и переходовъ по инстан-
ціямъ. Иногда желавшіе перейти въ семинарію подавали просьбу
прамо митронолиту,**) который сдавалъ ее въ семинарское прав-
леніе, а это—въ академическое, академическое же представляло
въ Дух. учебное управленіе, отсюда дѣло шло иногда на рѣшеніе
об. прокурора, а имъ, по усмотрѣнію, докладывалось и св. Синоду.
Иногда отъ прокурора предлагалось академическому правленію—

*) Для примѣра указать случай, относящійся къ 1853 г. Уволенный за
штатъ священникъ церкви Главнаго Штаба В. просилъ митронолита о пере-
мѣщеніи въ слѣ. семинарію изъ типфесской зятія его К., но семинарское прав-
леніе, куда сдано было прошеніе, предоставило дѣло рѣшенію академпческаго,
которое отказало проситью на томъ основаніи, что наставникъ К. готовился
для своего края. Тогда гр. Пратасовъ писалъ митронолиту, что въ судебѣ
священника В. и переводъ К. принимаетъ участіе председатель Государствен-
наго совѣта, книзъ Чернышевъ. Пришлось снова пересматривать дѣло, но
пока наводили справки о положеніи свящ. В., онъ умеръ, и К. остался не-
переведеннымъ, вършоито, только по этому.

**) Такъ въ 1847 г. учитель ал. невскаго училища, магистръ А. Николь-
скій писалъ въ своемъ прошеніи митронолиту: «Въ С.-Петербургской Вашего
Высокопреосвященства (?) семинарін открывается мѣсто профессора словесно-
сти по случаю поступленія проф. Чубинскаго въ гражданскую службу. Желала
и чувствуя себя способнымъ занять оное мѣсто, и осмѣливаюсь утруждать
Ваше Высокопреосвященство, Милостивѣшаго Архипастыря и Отца, всеунні-
женнѣшшѣю просьбой предоставить мнѣ означенное мѣсто; на что и ожидаю мило-
стивѣшаго Вашего Архипастырскаго рѣшенія. Къ сему прошенію учт. Ал.
невскаго Дух. узднаго училища Алексеандръ Никольскій руку приложилъ. Но-
ября 11-го дни 1847 г., Въ мартѣ 1848 г. онъ былъ перемѣщенъ въ семиша-
рію, ст. разрѣшенія об. прокурора.

*

— 452 —

сдѣлать то или другое назначеніе, или перемѣщеніе.*) Вакант-
ныя каоведры временно занимались кѣмъ либо изъ наимчныхъ
наставниковъ, если представлялась къ тому возможность, чаще
же помощникомъ инспектора, который, естественно, не имѣлъ
ни охоты, ни надлежащей возможности преподавать всякий пред-
метъ, какъ скажетъсь. (Но по крайней мѣрѣ лекторы изъ воспитан-
никовъ въ спб. семинаріи были уже устранены). Между тѣмъ
перемѣна наставниковъ прописана весьма часто, икоторые
служили въ семинаріи мѣше полугода и, не имѣя побужденій и
какой либо приманки оставаться на семинарской службѣ, не зо-
дучая большей частію обмкновенныхъ поощреній,**) пользова-
лись всякимъ удобнымъ служащимъ къ входу; каоведры при этомъ
постовали по два, по три мѣсяца, и больѣ. Еще ректоръ Аванасій
(Соколовъ), недовольный тѣмъ, «что въ с.-петербургской семинаріи
часто смѣняютъ профессоровъ, и никогда назначаютъ туда такихъ
людей, которые недостойны и неблагонадежды, а между тѣмъ
умѣютъ забѣжать или къ г. оберъ-инокурору, или къ кому пнѣть
изъ влѣятельныхъ личъ,» писалъ въ 1839 г. въ Тверь: «нетер-
бургская семинарія и училѣша похожи на садокъ, въ который
сажаютъ риму только до перваго стола. Ну, право, скучно, то
и дѣло что встукай и провожай профессоровъ и училѣй. Съ
этими новичками, пришлѣцами и переселенцами будьте осторож-
ны. Один часто бываютъ большіе болтушки, одно всемъ обмкновенно
судятъ и радятъ, и обмкновенно часто безъ толку.***) Сравненіе,
спб. семинаріи съ садкомъ, сдѣланное въ концѣ 30-хъ годовъ,
еще больѣ относится къ ней въ разматриваемый периодъ. Въ
60-хъ годахъ начальство даже не дозволило оставаться въ семи-
наріи тѣмъ изъ наставниковъ, которомъ, принялъ священный
санъ, желали бы иструдиться и на духовно-учебный перш-

*) См. Письма въ Тверь рект. Аванасій (Соколовъ), Душ. чт. 1868 г.
VIII. 341.

**) Денежныя награды давались иньда (см. бъ отд. Экономія), но почет-
ныя весьма рѣдко. Такіи лица, какъ Боголюбовъ или Саввантовъ, если имѣли
ордена, то получили пхъ не на семинарской, а на стороней службѣ. Инспес-
торъ и одинъ изъ лучшихъ профессоровъ, Минштъ, въ теченіе 16 лѣтъ служ-
бы не получилъ ни одногоъ ордена. Также Михальцовъ, служившій профессоромъ
весьма пеправно 25 лѣтъ. Только экономъ и помощникъ инсп. Троицкій по-
лучилъ на 22 году службы Станислава 3-й ст. (1859 г.) и Ловленнѣ въ 1863 г.
Анны 3-й ст. чрезъ 12 лѣтъ службы. Приглашаемые же со стороны препода-
ватели, не изъ дух. академіи, (Солнцевъ, Бобриковъ и т. п.) награждались
довольно щедро. Но выходъ въ светское званіе, съ течениемъ времени, для
дух. наставниковъ сталъ, впрочемъ, мѣше затруднителѣнъ.

***) Душ. Чт. стр. 339—340. 1868. VIII.

— 453 —

щѣ, а старалось замѣщать ихъ мѣста новыми лицами, руководясь при этомъ въ сущности не какими нибудь педагогическими соображеніями, въ родѣ того, что приходскому священнику не совсемъ удобно быть точнымъ и аккуратнымъ въ исполненіи учительскихъ обязанностей, (хетя формально и указывалось иногда это основаніе, вопреки, впрочемъ, семпи. уставу § 197),—а просто тѣмъ, что имѣлось на лице много канцердатовъ въ наставники и просителей, которымъ нужно было дать назначеніе. Между тѣмъ профессоръ священника могъ быть и способнымъ, и аккуратнымъ, и имѣть полное желаніе оставаться при семинаріи. Такъ въ 1865 г. профессоръ О., поступивъ во священники, просилъ оставить его при семинаріи, указывалъ на свою исправность и вмѣстѣ съ тѣмъ на «нерезонность обычая увольнять священниковъ отъ занятій въ семинаріи», тѣмъ болѣе что петербургская семинарія и безъ того «чрезвычайно страждетъ отъ частой мѣны наставниковъ», предлагалъ, если останется при семинаріи, заняться составленіемъ новой латинской грамматики, о чемъ въ то время хлонотали. Но все оказалось напраснымъ: священника не оставилі въ семинаріи. Тогда какъ раньше проводился даже такой взглядъ, что наставники-священники «получаютъ въ глазахъ питомцевъ болѣе духовное значеніе» *).

Назначеніе на тотъ или другой предметъ наставника, понимло его желанія и сочувствія пзвѣстному предмету и даже надлежащаго знанія, вело къ холодности и безплодности въ его классныхъ занятіяхъ, состоявшихъ иногда въ простомъ чтеніи той или другой книжки, или къ уклоненію въ сторону и стремленію иногда завоевывать симпатіи учениковъ на посторонней почвѣ. При представившейся возможности, наставникъ иногда перепранивался на другой предметъ: такъ, перемѣщенный пзъ Рити на физику, наставникъ О. въ 1865 г. писалъ въ прошеніи семин. правленію, что на физику онъ назначенъ «вопреки желанію» и просилъ перемѣщенія на исторію. Но подобныя просьбы далеко не всегда были удовлетворены, и наставникъ по крайней мѣрѣ утѣшался тѣмъ, что скоро выйдетъ на какое нибудь священническое мѣсто; страдало же только дѣло преподаванія, которое онъ велѣ кое-какъ. При этомъ не нужно забывать, что одинъ и тотъ же наставникъ нерѣдко перемѣщался съ одной календъ на другую, не имѣвшую ничего общаго съ нервой, и

*) Извл. изъ отч. об. прок. за 1851 г. 73.

— 454 —

одновременно преподавалъ нѣсколько предметовъ, иногда самыхъ разнородныхъ (напр. физику, латинскій языкъ и богослужебны книги; словесность и священное писание; логику съ психологіей, латинскій языкъ и патристику; нѣмецкій языкъ, латинскій и православное исповѣданіе съ богослужебн. книгами), вслѣдствіе чего дѣятельность его вообще разсѣвалась и клонилась въ особенности къ невыгодѣ тѣхъ предметовъ, которымъ менѣе синматизировалъ наставникъ. Такое разнородное сочетаніе предметовъ не только узаконено было синодскимъ росписаниемъ 1840 г., но потомъ постоянно практиковалось и самимъ семинарскимъ правленіемъ, которое, позмѣная росписание по тому или другому новоду, и назначая наставнику то тотъ, то другой предметъ, пимѣло въ випу главнымъ образомъ уравненіе числа уроковъ между наставниками (такъ какъ вознаграждение было не поурочное) и мало соображалось съ степенью знанія предмета и сочувствія ему. Такъ въ 1844 г., когда было обращено особенное внимание на изученіе новыхъ языковъ въ слб. семинари, на нѣмецкій языкъ назначенъ былъ кандидатъ спб. академіи К. (германскій уреженецъ) и затѣмъ ему еще даны: латинскій языкъ, православное исповѣданіе и богослужебн. книги, предполагалось, что и эти предметы онъ долженъ былъ знать также, какъ и нѣмецкій языкъ, хотя онъ окончилъ академическій курсъ въ численніхъ кандидатовъ, подобно своему предшественнику по этимъ предметамъ У., опредѣленному первоначально только на финскій яз. При первой же послѣ того ревизія оказалось, что православное исповѣданіе п богослужебн. книги преподавались «неудовлетворительно», и наставника предложено было уволить (см. стр. 425), между тѣмъ онъ 5 лѣтъ состоялъ на означенныхъ предметахъ. Наставникъ 3. нѣсколько разъ перемѣщался съ предмета на предметъ, онъ преподавалъ и библейскую исторію съ (Свящ. писаніемъ, и церковныя древности, и философію; наконецъ его опредѣлили на гражд. исторію, кромѣ еще греч. языка. Между тѣмъ для исторіи-то онъ, кажется, по препутству, былъ неудовѣренъ, обладая физическимъ недостаткомъ зап канія и постояннаго капіля, что во время его разсказовъ по исторіи служило лишь забавой для воспитанниковъ и помѣхой ихъ должному вниманію.

Въ 1856 г. на нѣмецкій языкъ опредѣленъ былъ нѣмецъ Брандтъ, и правленіе должно было соединенные съ нѣмецкимъ языкомъ предметы распределить между другими наставниками, при чемъ вышли сочетанія тоже весьма неестественныя: пренопо-

— 455 —

давателю гражданской исторії дано православное исповѣданіе, профессору словесности — богослужебныя книги, къ физикѣ съ латинскимъ языкомъ присоединена исторія раскола, математику же отдѣлили отъ физики и соединили съ сельскимъ хозяйствомъ. Можетъ быть, тутъ и были приняты во вниманіе заявленія по крайней мѣрѣ нѣкоторыхъ наставниковъ, но во всякомъ случаѣ перетасовка предметовъ довольно странная.

Такимъ образомъ реформа гр. Пратасова не предусмотрѣла многихъ весьма важныхъ обстоятельствъ для успѣха учебнаго дѣла въ семинаріяхъ. Еще пока живѣ былъ гр. Пратасовъ, духовныя семинаріи пользовались особымъ вниманіемъ высшаго начальства, особенно церебургская семинарія, какъ «образцевая», съ его же смертію, въ нѣкоторомъ отношеніи въ семинаріяхъ, можетъ быть, и стало легче и свободнѣе, за то онъ на довольно долгое время остались въ небреженіи и все болѣе приходили въ разстройство.

## Нравственная часть.

### Инспекція.

Съ цѣлію усиленія нравственнаго надзора за воспитанниками, по опредѣленію св. Синода въ 1841 году, какъ выше сказано (см. стр. 184 и 332), инспектору назначены были два помощника, которымъ дана особая инструкція, призывавшая ихъ къ постоянному и неослабному, хотя съ допущеніемъ очереди, наблюденію за поведеніемъ воспитанниковъ; при этомъ если дозволялось избрать помощниковъ инспектора изъ налѣчныхъ наставниковъ, то изъ такихъ «которые удобно могутъ совмѣстить трудъ по сей должности съ обязанностями наставника,» о совмѣщеніи же другихъ должностей (библіотекаря, секретаря, эконома) съ должностью помощника инспектора въ синодскомъ опредѣленіи не было сказано, но уже съ 1842 года такое соединеніе постоянно допускалось, что, конечно, не обходилось безъ нѣкоторыхъ затрудненій въ дѣлѣ инспекціи, также какъ и хожденіе помощника въ классъ за отсутствующихъ наставниковъ, которое практиковалось на основаніи означеннаго опредѣленія. Помощникамъ предоставлено было дѣлать доклады не только инспектору, но «если онъ не уважитъ замѣчаній ихъ по дѣлу не маловажному,» то самому ректору; равнымъ образомъ, въ случаѣ несогласія съ инспекторомъ на счетъ списковъ по поведенію,—«представлять свое мнѣніе письменно» въ правленіе. Но изъ дѣлъ не видно, чтобы помощники пользовались предостав-

— 456 —

леннымъ имъ правомъ. Номимо двухъ помощниковъ инспектора, и смотритель дома, определенный съ 1841 года (см. стр. 317), обязывался между прочимъ наблюдать за воспитанниками, «что бы въ часы назначенные для уроковъ всѣ они были въ клас- сахъ, въ столовую сходились бы въ одно время и въ оной велѣ себя съ должнимъ приличіемъ и скромностію, отходили ко сну и вставали въ назначенное время и кромѣ того никогда не ост- вались въ спальняхъ безъ особенной надобности; также чтобы никогда не отлучались безъ особенного именнаго дозволенія; чтобы всегда имѣли на себѣ одинаковую предписанную формою одежду и сохраняли оную въ возможной чистотѣ и опрятности; однимъ словомъ, чтобы какъ въ часы занятій, такъ и во время самаго отдыха и прогулокъ, вели себя въ должномъ порядке и не позволяли себѣ никакой неблагопристойности» (Истр. смотр. § 11). Далѣе въ инструкціи значилось: «воспитанники семинаріи со- стоять по всѣмъ вышепрѣложеннымъ предметамъ въ полномъ по- виновеніи смотрителя, которому предоставляется право непс- правныхъ учениковъ штрафовать голоднымъ столомъ, стояніемъ на колѣняхъ, или воспрещеніемъ въ праздничные дни выходить изъ семинаріи къ родственникамъ; о болѣе важныхъ проступ- кахъ обязанъ онъ доводить до свѣдѣнія ректора, а о важнѣй- шихъ доносить директору Дух. уч. управленія. Независимо отъ сего, каждую субботу смотритель подаетъ правленію семинаріи записку о поведеніи воспитанниковъ съ краткимъ показаніемъ, кто изъ нихъ былъ штрафованъ и за что именно. Въ случае увольненія инспекторомъ кого либо изъ учениковъ изъ семина- ріи для свиданія съ родственниками, или для другой какой-либо надобности, обязанъ онъ давать о томъ знать смотрителю, который снабжаетъ отпущеннаго билетомъ (печатнымъ), съ означеніемъ въ ономъ срока назначеннаго инспекторомъ, и строго наблюдаетъ за своевременнымъ возвращеніемъ его въ семинарію. Когда же кто либо изъ постороннихъ пожелаетъ имѣть свиданіе съ учениками, то можетъ не начае быть допущенъ къ нимъ, какъ съ вѣдома смо- трителя, которому долженъ объяснить и причину свиданія и ко- торый дозволяетъ таковое свиданіе въ пріемномъ залѣ. Свиданія съ учениками, находящимися въ больницѣ, допускаются также съ вѣдома смотрителя.» (§§ 12—15).

Такимъ образомъ весь внѣшній порядокъ и дисциплина въ поведеніи воспитанниковъ лежали на прямой обязанности смо- трителя дома. Въ виду этого въ смотрители и назначались лица военнаго званія и, когда на эту должность, за неніемніемъ кан-

— 457 —

дидата въ 1848 г., семинарское правление представляло экзекома и помощника инспектора, кандидата дух. академіи Треницкаго, уже исправлявшаго раньше должность смотрителя, высшее начальство его не утвердило и допустило только къ временному исправленію смотрительской должности и на половинномъ окладѣ. Предполагалось, что кандидатъ академіи для этой должности не годится, и потомъ, действительно, назначатъ былъ въ 1852 г. опять изъ военныхъ Михалкевичъ-Дольскій, отставной майоръ. Должность смотрителя отчасти смѣшвалась съ инспекторской и съ экономской п. какъ бы сонерничала въ тоже время съ ректорской, такъ какъ была поставлена въ непосредственныя отношенія къ директору Дух. уч. управленія, а следовательно и къ самому оберъ-прокурору, который въ смотритель имѣлъ какъ бы своего въ семинаріи агента. Дух. уч. управленіе съ своей стороны строго следило за неправностію смотрительскихъ донесеній, такъ что когда въ 1850 г. съ 15 июля не было рапорта о состояніи семинаріи, Дух. учебн. Управленіе отъ 27 июля предписало представлять рапорты своевременно, согласно «Положенію объ обязанности смотрителя.» Очень въروятно, что смотрители способствовали възьмему благоустройству и дисциплинѣ, особенно же военной выправкъ воспитанниковъ *), и въ семинарскомъ начальствѣ могли поддерживать постоянную энергію, но самый принципъ раздѣленія власти едва ли состоятеленъ, даже и при условін, если представители ея свѣтской стороны были люди всегда обладавшіе надлежащимъ тактомъ и педагогическими способностями. Между тѣмъ надѣлъ этого далеко не было. Отставные майоры и подполковники дѣйствовали слишкомъ по военному и полицейски, большейю частію не входя въ какія либо нравственныя и педагогическія соображенія, при этомъ не ограничивались предоставленною имъ областію и иногда превышали свою власть, возбуждая противъ себя воспитанниковъ и затрудняя тѣмъ семинарское начальство. Такъ смотритель Камышниковъ уже въ самомъ началѣ своей дѣятель-

*) Учениковъ заставляли маршровать и ходить попарно въ столовую, или въ церковь. Разказываютъ, что, при похоронахъ гр. Пратасова, семинарсты были выросены въ шеренгу предъ домомъ об.-прокурора и при вынось гроба, по данному знаку, сбросили съ себя шинели, которые тутъже подхвачены были семин. служителями и попарно выстропились предъ выноснымъ гробомъ, который сопровождали самъ государь и многія другія лица высоко-поставленныя. Пиператоръ Николай, замѣтивъ это, выказался послѣ: «прекрасно себя держагъ семинарсты».

— 458 —

ности получил отъ семин. правленія внесеніе «сообразоваться
въ родъ наказаній съ данною ему пиструкцією,» постѣ того какъ
посадилъ въ карцеръ одного воспитанника за драку. Но и послѣ,
какъ видно изъ его еженедельныхъ донесеній правленію о пове-
деніи учениковъ, онъ продолжалъ наказывать воспитанниковъ
карцеромъ. Тотъ же смотритель однажды въжалъ въ классъ во
время экзамена и грубо закрпчалъ ректору, что ученики елиш-
комъ распущены, что они сломали калітку въ саду и ушли изъ
семинаріи. Ректоръ Феогностъ, человѣкъ серьезный, всѣми ува-
жаемый, спокойно замѣтилъ ему, что неудобно такимъ образомъ
нарушать порядокъ экзамена и просилъ разсѣдовать дѣло вмѣ-
стѣ съ инспекторомъ. Оказалось, что человѣка три пошли ку-
паться чрезъ дверь, ведущую изъ сада къ Черной рѣчкѣ, дверь
же была заперта плохой, проржавѣвшей задвижкой. Виновные,
конечно, подверглись наказанію — карцеромъ. Въ февр. 1843 г. былъ
еще такой случай. Один ученикъ, задержанный родственникомъ,
на нѣсколько минут опоздалъ въ столовую, и, когда входилъ
въ нее, былъ остановленъ смотрителемъ, который велѣлъ ему
идти «обѣдать туда, гдѣ былъ;» ученикъ сначала ничего не от-
вѣчалъ, но по второму приказанію смотрителя, началъ оправ-
дываться, тогда тотъ схватилъ его за руку и сталъ выводить
за дверь: всѣ ученики произвели шумъ и смѣхъ. О случае до-
ведено было до свѣдѣнія Дух. уч. правленія; виновный поса-
женъ въ карцеръ на 4 дня, лишенъ отпуска на 2 мѣсяца и по-
рученъ строжайшему надзору инспекціи; всѣмъ ученикамъ сдѣ-
ланъ строжайшій выговоръ и опредѣлено лишеніе отпуска на
праздникъ. Вскорѣ послѣ того и самъ смотритель Камышниковъ
вышелъ изъ семинаріп, (отчасти, можетъ быть, подъ вліяніемъ
подобныхъ случаевъ). Его преемники также не долго оставались
на службѣ, комрѣ послѣдняго. Съ теченіемъ времени, дѣятель-
ность смотрителей по отношенію къ воспитанникамъ стала,
повидимому, менѣе ретива, хотя столкновенія выходили и послѣ.

Ревпзоръ Карповъ въ 1863 г. нашелъ должность смотрителя семинарскаго дома пятишнею и представилъ о ея закрытіи, ко- торое и послѣдовало, съ Высочайшаго созволенія, въ 1865 году, обязанности по смотрѣнію за домомъ соединены съ экономской должностью, съ освобожденіемъ эконома, бывшаго и помощни- комъ инспектора, отъ хожденія въ классъ за отсутствующихъ наставниковъ.

Съ усиленіемъ инспекціи новыми начальственными лицами,
дѣятельность старшихъ изъ воспитанниковъ стала менѣе прец-

— 459 —

няго отвѣтственна и многосюжна, новыхъ особыхъ инструкцій для нихъ не видимъ, но эта нисшая форма надзора не была отмѣнена: для наблюдения за воспитанниками въ классѣ назначались цензора изъ лучшихъ учениковъ, а вѣтъ класса старшіе и подстаршіе, пренумощенно изъ учениковъ высшаго отдѣленія, исправныхъ по поведенію и вполнѣ способныхъ наблюдать за другими, такъ что, замѣтивъ напр. близорукость въ старшемъ (1842 г.), инспекторъ предлагалъ правленію замѣнить его другими.

Что касается собственно должности инспектора, то въ ней, по мысли гр. Пратасова, съ начала 40-хъ годовъ произведена была довольно важная перемѣна, съ уничтоженіемъ прежняго обычая—соединить непремѣнно съ этой должностью монашескій самъ. Хотя это шло въ разрѣзъ съ установившимся взглядомъ не только духовныхъ лицъ, но и свѣтскихъ, *) по которому монашеская ряса лишь считалась способною возбудить нужное уваженіе къ начальству и поддерживать повиновеніе и порядокъ, но гр. Пратасовъ прежде всего опཔался на слишкомъ свѣжемъ и выдающемся опытѣ той же церебургской семинаріи, о которой самъ св. Синодъ опредѣлилъ въ 1841 г., что «управление по части поведенія воспитанниковъ не сопровождалось дознымъ тѣмъ внимательнымъ, понечительнымъ и строгимъ надзоромъ, который составляетъ необходимое условіе при воспитаніи юношества, а еще болѣе въ семинаріи, окончательно приготовляющей духовное юношество къ важному поприщу настырей и служителей церкви, которыхъ нравственность должна быть призвомъ чистоты,» далѣе, что «образъ действованія семинар. начальства по управленію нравственною частію и способы нравственного надзора, коп. доселѣ онымъ употреблялись, невсегда были сообразны съ цѣлію и важностію власти, которою на сей предметъ облечено семинарское начальство,» наконецъ, что въ частности инспектору іеромонаху Юасафу, помпно распоряди-

*) Инспекторъ кіевской академіи, архам. Димитрій (Муреговъ), по поп рученію акад. прадаленія, составилъ въ 1841 г. инструкцію для субъинспекторовъ, по которой требовалось, чтобы и одинъ изъ субъинспекторовъ непремѣнно былъ изъ лицъ монашествующихъ. (Аскоч. Пест. кіев. акад. стр. 202). Вывішій чиновникъ за об. прокурорескимъ столомъ, А. Муравьевъ въ 1837 г. писалъ гр. Пратасову изъ Калуги, тѣдѣ былъ для обозрѣнія семинаріи: «какъ непримѣтно и неприлично было видѣь инспекторомъ семинаріи молодаго мірлянина, хотѣлъ и скромнаго человѣка, но съ виду похожаго на служку. Кажется, инспекторъ долженъ непремѣнно быть духовная особа; иначе не врушить должнаго уваженія.» (Русск. арх. 1876. III. стр. 173).

— 460 —

тельности и аккуратности, недоставало «вниманія чадолюбиваго отца, постояннаго наблюдения і вALLъ ХЪХъ дѣйствій, которые могутъ вмешать добрую нравственность и воспитывать дѣтей въ духѣ любви, порядка и подчиненія властямъ» (см. выше, стр. 183, 186, 187). На этомъ прежде всего основаніи,—кромѣ того, самъ держась мнѣнія, что «монахъ не пещетъ ничего, какъ только душевнаго спасенія,» *) если смотрѣть съ идеальной стороны, а съ практической — полагая, что монахъ вообще не проченъ на должности въ семинаріи, что и начальство обыкновенно видить въ немъ кандидата на высшія іерархические стена- пени и самъ онъ всегда смотрить выше и дальше, а потому не можетъ иметь охоты и необужденій серьезно и всей душей пре- даться дѣлу воспитанія со «вниманіемъ чадолюбиваго отца» но, чтобы не скомпрометить себя, относится къ дѣлу липь фор- мально, съ собленіемъ «одной отчетности на бумагѣ;» нако- нецъ хорошо понимая, при указаніяхъ того же опыта нетерпур- ской семинаріи, что ряса сама по себе не ручается еще за не- лагогическія и административныя способности, между тѣмъ досе- лѣ заграждала путь этимъ способностямъ, необленнымъ въ рясу. да вмешать истинное уваженіе къ начальству она не всегда можетъ. между тѣмъ является для писпектора по своей важности въ нѣкоторыхъ случаяхъ даже помѣхой къ точному и непрерывному отправленію писпекторскихъ обя- занностей, отвлекая монаха къ стороннимъ связанностямъ сана, препятствуя его надлежащему сближенію съ воспи- танниками и удобному вхожденію всюду въ ихъ среду, даже служа иногда поводомъ къ развитію лицемѣрія въ воспитанни- хахъ и скрытности: въ силу всего этого гр. Пратасовъ нарушілъ установившійся обычай и назначілъ на должность писпектора перваго магистра спб. академіи 1841 г. А. Мишина въ святскомъ званіп, давъ ему чрезъ Карасевскаго припинчныя наставленія. Ми- шинъ хорошо понялъ свою задачу и, можно сказать, блестящимъ образомъ оправдалъ намѣренія оберъ-прокурора, 16 лѣтъ оставаясь на должности писпектора и всей душой отдавшись своему дѣлу.

Мишинъ и самъ по себе представляетъ личность весьма вы- дающуюся, и въ исторіи семинаріи занимаетъ очень видное мѣсто, оставшись глубоко въ памяти многихъ воспитанныхъ имъ ноко- лѣній: въ виду этого слѣдуетъ остановить особенное вниманіе на этой личности.

*) Слова гр. Пратасова Флл. черниг. (Пльсьма Фил. къ Горскому, 271).

— 461 —

Взглядъ на Машинна его воспитанниковъ — не одинаковъ. Ис-
начительное меньшинство, находясь подъ вліяніемъ отрицатель-
наго и легкоместно-либеральнаго направленія конца 50-хъ и на-
чала 60-хъ годовъ, въ родъ упоминавшагося выше Благовещенскаго—біографа Помяловскаго, или, вторящаго ему, автора брошюркъ «Приходскій священникъ А. В. Гумилевскій», — относятся къ Ми-
шину весьма несоцветвенно, называя его «десептомъ, какихъ
мало, безжалостно давнешнимъ и гнавшимъ все свѣтное и саме-
стоятельное,» «формалістомъ до мелочей и двоедушнымъ неда-
гогомъ» и т. п., нисколько не подтверждая, впрочемъ, свопхъ словъ
достаточными фактами, а нные факты скажая и перестолковывая по
своему *). Большинство же бывшихъ воспитанниковъ Машинна раз-
ныхъ курсовъ отвечается о немъ съ глубокимъ уваженіемъ и
всномннаетъ съ особеннымъ чувствомъ, какъ о человѣкѣ съ боль-
шими достояниями и по великомъ педагогѣ, — съ готовностью про-
стить ему нѣкоторые недостатки, зависѣвшіе частію и отъ него

*) Такъ, Благовещенскій нападаетъ и на лекціи Машинна (которыя
однаковѣ, «зантерресованы Помяловскаго), говоря, что «въ нихъ все изы-
валось мистикой и эволастикой, — тогда какъ общий голодъ его учени-
ковъ — весьма въ пользу его лекцій, какъ отличавшихъ, наоборотъ, реали-
ностію пъ жизненности. Замѣшаетъ также, что «начальство считало Помилов-
скаго за дурака и негодя... и онъ кончилъ курсъ предпослѣднимъ, между
тѣмъ въ таблицѣ «по сопосѣнчымъ, прилежанію и упѣхамъ» онъ измѣть
огмынъ: по духовнымъ предметамъ въ иншемъ отд. оч. хорошо, по богослов-
скимъ наукамъ, словенства и математике — хорошо, по сочиненіямъ дос.
хорошо, по философіи, св. Исп., церк. центоріи и др. порядочно и оч. пори-
дочно, только по сельск. хозяйству и филлы съ сетественной исторіей — слабъ.
Онъ окончилъ курсъ подъ № 36 (изъ 50 учениковъ), въ висш. отд. зани-
мать № 24 (при 47 уч.), въ среднемъ 45—50 (пра 74 учен.) Наконецъ,
говоря, что весь ученики были противъ Машинна и въ видѣ протеста пьянство-
валіи, Благ. прибавляетъ: «и Помяловскій въ ту пору научился попивать»
между тѣмъ самъ Помяловскій въ письмѣ къ Полонскому въ 1862 г. писалъ:
«первый разъ пьянъ и былъ на седьмомъ году. Съ тѣхъ поръ, др. окончанъ
курса, стравѣ къ водкѣ развивалась кресцѣдо и демпурѣдо. Что за при-
чинą?... Она была въ началѣ чисто моральныя, но теперь сдва ли не перешла
въ болезня тѣло. Я пилъ въ дѣтствѣ, значить, здѣсь и пскать начало моего
порока... При окончаніи курса я былъ почти пьяница, Замѣтивъ далѣе, что,
по выходъ изъ бурмы, подъ вліяніемъ добрыхъ людей, онъ началъ было не-
равнитья. Помяловскій прибавлялъ, что потомъ пришлось «новоротить на
естарую дорогу... Характеръ мой измывался. — продолжаетъ онъ, — прежде и
пилъ, теперь пожищало водку, прежде отвергалъ религію, теперь кошумѣтую;
не терпѣть десептизма, а теперь самъ десептъ; не уважалъ сплетню, приго-
воръ кружка, а теперь — общественнаго мнѣнія; острѣлъ и шутивъ, а теперь
ругаю; говорилъ, а теперь реву. Я дошелъ наконецъ до мысли о самой бій-
ствѣ. Но все это онъ объясняетъ безнежежемъ любовія. (Русск. Стар. 1851.

— 452 —

самаго, особенно же отъ обстоятельствъ п духа временп. «Беже
мой! Какое прелестное зданіе эта семинарія! — ишшетъ въ своихъ
воспоминаніяхъ одинъ изъ даровитѣйшихъ воспитанниковъ не-
тербургской семинаріи, занимающий нынѣ весьма видный іерар-
хический постъ.—Какіе были при наслѣ тогда почтенные, даровы-
тые, высокодаровитые, трудолюбивые и вліятельные наставники,
въ родѣ А. П. Мишина, который не любилъ Помяловскаго, пред-
чувствуя въ немъ зло, п котораго Помяловскій изображаетъ чуть
ли не въ видѣ злодѣя, по меньшей мѣрѣ въ видѣ медвѣдя» *).

(опоставляя этотъ отзывъ съ другими, какіе неоднократно намъ приходилось слышать отъ бывшихъ воспитанниковъ о Мишинах, можемъ сдѣлать его слѣдующую характеристику.

Малороссъ по происхожденію, высокій ростомъ, съ ли-
цемъ серьезнымъ п видомъ внушительнымъ, говорившій отчет-
ливо густымъ басомъ, съ малороссійскимъ акцентомъ, человѣкъ
недюжинаго ума, съ огромной сплойDOI и самообладаніемъ,
необыкновенно точный, писолнительный п строго-исправный въ

1. 201). Да и самъ Благовещенскій прибавляется, какъ бы въ противо-
рычіе своему главному взгляду о гибельномъ влініи на Помяловскаго бурсы
и Мишина, что «въ немъ совершенствованъ переломъ», посѣтъ того какъ онъ сталъ
ходить въ университетъ, сотрудничать въ «Современникъ» и познакомился съ
Чернышевскимъ, по векорѣ увидѣлъ, что и «въ жизни также бурса и запилъ.»
(Біогр. Помял. стр. XLI). Оказывается, что семинаріи п Мишинъ вовсе не ви-
новны ни въ началѣ, ни въ концѣ страсти Помяловскаго къ вину; можетъ быть,
по его выраженію, страсть эта была даже деминуullo, пока онъ находился въ
семинаріи. Ниже будетъ показано, на сколько, действительно, въ семинаріи
возможно было ишь при Мишинѣ.—Подобнымъ образомъ и авторъ соч. о свящ.
Гумилевскомъ, награжданъ своего бывшаго инспектора разными нелестными
эндитетами и подкрѣпляя ихъ подобными же стишками изъ «новой семина-
риады», въ доказательство двоедушіи Мишина, какъ педагога, и даже его іеаун-
тизма, природить тогъ фактъ, что въ своей квартирѣ онъ обыкновенно ку-
рилъ въ трубу, въ виду погръсенія его дежурными старшими (стран. 21).
Помимо того, что этого факта не подтверждаютъ сослуживцы Мишина, не-
рѣдко къ нему захедывали и совершенно свободно вмѣстѣ съ нимъ курив-
ніе,—что въ словахъ самого Мишина, будто бы передавшаго объ этомъ, по
оставлении инспекторской должности, одному изъ своихъ знакомыхъ, могла
заключаться щутка, слегка провизирующая надъ ствененіями писекторской долж-
ности: помимо этого, означенный фактъ, если онъ и въренъ, никакого двоедушія
въ педагогіи не обнаруживается. Мишинъ сестредоенно считалъ неприличнымъ ку-
рить при воспитанникахъ, или принимать ихъ въ накуренной комнатѣ, также какъ
напр. Тѣсь при нихъ, быть въ халатѣ, а не въ вицъ-мундирѣ и т. п. и тѣмъ пода-
вать имъ примѣръ не двоедушія, а благоприличія и воздержанія отъ юасцѣ-
щенности.

*) Наша свѣтская и духовная печать о духовенстве. Воспоминанія бѣш-
шаго альта-солиста А. Б—а. Спб. 1884 г. ср. 8.

— 463 —

должности, хорошо понимавшій и требованія времени, Мишиńъ въ
отношеніяхъ былъ всегда прямъ, но тактичнѣ, нерѣдко грубъ
п рѣзокъ, но сердеченъ и въ душѣ гуманенъ, въ тоже время
обладалъ необыкновеннымъ искусствомъ сообразоваться съ усло-
віями мѣста, времени и лицѣ, а отсюда казался даже какъ бы
двуличинъ Ясусомъ. Не тѣмъ онъ являлся какъ пииспекторъ, чѣмъ
былъ въ классѣ какъ профессоръ, или — въ занятій. Какъ и-
спекторъ, при нѣкоторой естественной суровости, онъ еще напу-
скалъ на себя грознаго вида, для устрашенія учениковъ, кото-
рыхъ опасно было не держать въ рукахъ, требовалось строго
охранять порядокъ и дисциплину въ ихъ поведеніи, недавно еще
столі нетерпимой и при малѣшемъ послабленіи могущемъ
снова подпасть неотжившимъ нока традиціямъ старой непреобра-
зованной семинариі. Въ послѣдствіи, по нѣкоторымъ разсказамъ,
Мишиńъ былъ бранчивъ, иногда не чуждался будто бы и свое-
ручной расправы, но въ первые годы былъ обыкновенно вѣз-
ливъ и деликатенъ съ воспитанниками, въ занятное время всегда
серьезенъ и строгъ иногда до неумолимости, но въ занятій даже
мутливъ и игривъ съ воспитанниками, нерѣдко отечески къ нимъ
внимателенъ и ласковъ. Въ наказаніяхъ иногда жестокъ, согласно
вообще съ введенной въ то время системой, но разборчивъ и
разсудителенъ, не прибывая только къ внѣшнимъ, механическимъ
карамъ, но стараясь действовать и нравственными средствами,
внушеніями, предостереженіями, посрамленіемъ. Слѣдующій слу-
чай, относящійся къ 40-мъ годамъ, характеризуетъ недологиче-
скіе приемы Мишина. Одинъ ученикъ досталъ гдѣ-то кондуктор-
скую трубу и вечеромъ, когда ногасили уже огни, затрубилъ
на одномъ концѣ корридора, гдѣ жилъ пииспекторъ: вышелъ Ми-
шинъ изъ своей квартиры, чтобы остановить шалуна, но тотъ
успѣлъ по боковой лѣстницѣ подняться на верхій корридоръ,
пробъзовать чрезъ него, пока пииспекторъ шелъ по среднему кор-
ридору съ одного конца на другой, съ котораго послышался
звукъ трубы,— и, спустившись съ другой стороны корридора,
снова затрубилъ. Мишиńъ пошелъ назадъ, а тѣмъ временемъ
шалунъ снова успѣлъ взбѣжать по лѣстницѣ и спуститься съ про-
тивоноложиаго конца корридора и опять началъ трубить. Мишиńъ
разсердился и пошелъ уже по спальнямъ, чтобы посмотретьъ, кого
нѣтъ на кровати. Догадавшись, кому должна принадлежать про-
дѣлка, онъ до времени оставлялъ ее безнаказанной. Спустя нѣ-
 сколько дней, на классѣ латинскаго язька, онъ вызвалъ занодо-
скѣннаго въ малости ученика переводить изъ Энейды и велѣлъ

— 464 —

читать съ самаго начала, а не то, что стёдовало по порядку. Место это заключало въ себе слова: «я тотъ, который нёкогда пграль на нёжной свирёлъ». Едва только ученик пропизнесь эту фразу, какъ Мишинъ остановилъ его: «довольно, довольно, — сказалъ онъ, мы слышали и знаемъ, что это ты пграль»... Ученик сконч於是лся, покрасилъ, ничего не сказавъ; весь классъ надъ нимъ засмѣялся. Этимъ и ограничилось наказаніе шалупа.

Въ отношеніяхъ съ начальствомъ Мишинъ также всегда былъ прямъ, находивъ, тактиченъ безъ упшенія своего достопі-ства, исполнителенъ и покоренъ, но безъ всякаго стремленія служить больше личной прихоти, чѣмъ дѣлу и закону. Ректоръ Хрстофоръ, котораго вообще не одобряютъ за мелочность и несерьезность, на 1-й годъ своего поступленія въ семинарио хотѣлъ сдѣлать уроки 23 ноября въ день Александра Невскаго, вопреки издавна установившемуся обычая—неучиться въ этотъ день мѣстно читимаго святаго, и самъ назначилъ урокъ по догма-тикъ ученикамъ высш. отѣленія. Инсекторъ заявлялъ ректору о неудобствѣ нарушать безъ нужды установившійся обычай и тѣмъ возбуждать учениковъ, но ректоръ не припилмалъ ника-шихъ резоновъ и пошелъ на свой урокъ (приходившійся въ пер-вые часы). Въ корридорѣ онъ засталъ учениковъ, которые не шли въ классъ, п началъ гнать пхъ; наставниковъ не было; Мишинъ же, который въ этотъ день былъ именникомъ, сначала не выходилъ изъ квартыры, занерпісь въ ней, потомъ въ 10 часовъ ушелъ въ Лав-ру къ обѣднѣ, предоставивъ ректору самому приводить въ испол-неніе свой каиризъ, но тотъ отсѣдѣлъ только свой урокъ и по-томъ уѣхалъ изъ семинарип—на служеніе. *) Было у Мишина столк-

*) Исправлявший въ то время должность смотрителя дома Т. долженъ быть, по инструкции, донести о такомъ случае директору Дух. учебн. управленія. Карасевскій, выслушавъ донесеніе, изъявилъ сожалѣніе по поводу служившагося и особенно потому, что ни классовъ все таки не было, ни церковной службы, и) при этомъ прибавилъ строго: «если ректоръ велилъ, обязаны были его слушаться, даже если онъ прикажетъ, чтобы уроки были въ первый день Пасхи, и то весь должны идти въ классъ» (Замѣтилъ кстати, что въ 1853 г., по поводу нового россійской праздничныхъ действ для нѣкоторыхъ учебныхъ заведеній, помѣщелаго въ академическомъ мѣсяцесловѣ, последовалъ цир-кулиръ изъ Дух. уч. управленія, чтобы въ дух. уч. заведеніяхъ «соблюдали тѣже праздничные дни, кои на основаніи существующихъ положеній были въ досель соблюдаемы п въ отношеніи дух. уч. заведеній остались неотвѣ-ненными». Духовная власть и раньше всегда старалась поддерживать устано-вившіеся праздники въ учебныхъ заведеніяхъ. См. Пис. Мос. м. Филар. къ Ант. ч. Ш, стр. 337, 372).

— 465 —

новеніе и съ рект. Юанномъ, который, вскорѣ послѣ поступленія, давъ почувствовать свою власть всѣмъ наставникамъ въ классѣ, не хотѣлъ оставить и заслуженнаго инспектора безъ приличнаго внушенія и воспользовался для этого случаемъ, когда: въ воскресенье послѣ объѣдни, выходилъ изъ церкви чрезъ боковую алтарную дверь, а семинаристы, выходя главными церковными дверями, толпились въ корридорѣ и попадались ему на встрѣчу, чего Юаннъ очень не любилъ. Онъ вызвалъ инспектора на корридоръ и началъ ему выговаривать, что семинаристы у него распущены, что они вести себя не умѣютъ п.т. д. Мишинъ все слушалъ, склонивъ, по обычаю, голову на бокъ и держа шляну въ рукахъ, съ которой постоянно ходилъ. Нако- нецъ ректоръ послѣ долгихъ разглагольствій остановился. Тогда Мишинъ началъ съ разстановкой: «кончилъ? такъ теперь я буду говорить. Мнѣ стыдно за васъ предъ учениками, о. ректоръ! Во время церковнаго богослуженія, въ виду всѣхъ воспитанниковъ, когда царскія двери отворены и изъ церкви все видно, ректоръ въ алтарѣ идетъ мимо престола въ шубѣ, въ калошахъ, пропводить стукъ и нарушаетъ общее благоговѣніе. Какой примѣръ воспитанникамъ!...» Постѣ того Юаннъ уже не затрогивалъ Мишина.

Въ дополненіе и какъ бы подтвержденіе сказаннаго, приводимъ отрывокъ изъ надгробнаго слова, прописеннаго при погребеніи Мишина 5-го мая 1859 г. въ академической церкви, въ которомъ вѣрно и мѣтко характеризуется его личность, на обученіе педагогамъ.

«Первоначальный недостатокъ опытности чѣмъ можетъ быть замѣненъ, если не особенною проницательностію и дальновидностію ума, которыя бы не позволилъ занутаться въ смѣшныхъ и опасныхъ противовѣчіяхъ,—если не терпѣливымъ изученіемъ различныхъ оттѣнковъ дурнаго и хорошаго въ многочисленномъ кругу воспитываемыхъ,—если не добросовѣстностью чувства, которое бы не позволило съ упорствомъ слѣдовать заблужденію, всегда, а особенно на первыхъ порахъ, возможному въ трудномъ дѣлѣ воспитанія? А за приходомъ опытности всегда ли достаетъ твердости воли, ровности характера—выдерживать обдуманный образъ дѣйствій, не колеблясь отъ всегда возможныхъ непріятныхъ столкновеній съ юностію,—терпѣнія продолжать изученіе ея въ всѣхъ возможныхъ недѣлимыхъ для истиннаго блага послѣднихъ,—постоянаго личнаго уваженія къ закону для большей обязательности его въ глазахъ руководимыхъ? А успѣхъ воспитанія духовнаго юношества не зависитъ ли, кромѣ всего этого, отъ глубокаго пониманія высоты и отвѣтственности его будущаго служенія и сердечнаго сочувствія къ нему? Между тѣмъ, кому не извѣстно раннее соединеніе этихъ качествъ въ почвѣшемъ, тогда же замѣченное окружавшими его,—внушавшее постоянно ювѣрчпивую

30

— 466 —

любовь и благородный страхъ воспитывавшимся и вми принесенное въ жизнь въ признательныхъ воспоминаніяхъ объ немъ?...

Покорное, но не унижающееся до поплой угодливости и самолю-
биваго разсчета, исполненіе воли начальства,—готовность, но чуждая гор-
дости и навязчивости, а тѣмъ болѣе втворенія въ права власти высшей,
служить ей полнымъ ума и опытности совѣтомъ,—умѣнье быть разумно
полезнымъ разнообразнымъ видамъ начальства,—неспособность ни къ
какому коварному соучастничеству изъ видовъ честолюбія противъ выс-
шихъ себя,—вотъ черты, которые съ пользою можно брать въ примѣръ
для себя съ него, какъ съ подчиненнымаго, которые въ свою очередь ува-
жало въ немъ и начальство! Обращеніе, не дающее замѣчать своего пре-
восходства предъ другими и еще тѣмъ болѣе внушающее къ себѣ ува-
женія и довѣрія,—умѣнье, но самымъ благороднымъ образомъ, безъ
оскорбленія самолюбія, приносить пользу неопытности,—должная честь
дѣльной мысли, благонамѣренному лицу, кому бы ни принадлежала пер-
вая и кто бы ни былъ послѣдній,—отсутствіе злобнаго сусловія и двое-
душія, какого либо предразсудочнаго предпочтенія однихъ другимъ,—вотъ
что сдѣлаетъ незабвенною память почившаго въ глазахъ его сослуживцевъ!

Видѣнъ ли въ почившемъ человѣкѣ внѣ отношеній службы и долга? Да, видѣнъ человѣкъ, съ которымъ возможны были такія связи нравственныя, что для нихъ скорѣе были причичны названія кровнаго родства».

Весьма замѣчательно, что Миншинъ всего себя принесъ въ
жертву петербургской семинаріп. Самое поступленіе его въ семи-
нарію, когда ему, какъ наплучшему изъ магистровъ своего курса,
предстояла болѣе блестящая карьера академпческаго профессора,
потомъ 16-ти лѣтняя служба въ должности инспектора, безъ по-
пытокъ ее оставить, безъ развлеченія какими либо посторонними
обязанностями и занятіями: все это составляетъ почти безпри-
мѣрное явленіе въ исторіи спб. семинаріи, которая для другихъ
инспекторовъ, какъ и для большинства служившихъ въ ней, была
лишь переходнымъ мѣстомъ къ дальнѣйшимъ назначеніямъ, такъ
что не они, собственно говоря, были для семинаріи, а семина-
рія для нихъ, составляя необходимую ступень въ пхъ карьерѣ.
Исполнивъ съ честію возложенное на него назначеніе высшаго
начальства, Миншинъ, вскорѣ послѣ смерти гр. Пратасова, пере-
шелъ на каюдру каноническаго права въ спб. академіи; оста-
ваться долѣе въ семинаріи, когда началлись новыя вѣянія въ
жизни и- пное направленіе въ духовномъ вѣдомствѣ, значило
стать въ противорѣчіе со всемъ прошлымъ, выработаннымъ, опре-
дѣленнымъ, и, примѣняться къ инымъ, еще неяснымъ, несформи-
ровавшимся началамъ: это было тяжело и, можетъ быть, не цѣлесо-
образно, лучше было перейти на другое поприще, не менѣе срод-

*) Христ. чт. 1859 г. ч. II. стр. 37.

— 467 —

ное и важное, да и было по-ра уму серьезному отдохнуть отъ
весьма безпокойныхъ и часто мелочныхъ обязанностей. Сдѣлав-
шись профессоромъ академіи, Мишинъ съ перваго раза, гово-
рятъ, своими лекціями пріобрѣлъ симпатіи студентовъ.

Поведеніе воспитанниковъ и мѣры къ его усовершенію.

Съ переводомъ семинаріи въ новое зданіе и усиленіемъ
инспекторскаго надзора, въ частности—всѣдствіе особеннаго
вниманія по отношенію къ семинаріи высшаго начальства и
строгости мѣръ взысканія за проступки, поведеніе учениковъ
семинаріи радикально измѣняется, сравнительно съ предъиду-
щимъ периодомъ и почти до самаго конца 50-хъ годовъ въ об-
щемъ не представляетъ какихъ либо выдающихся уклоненій отъ
требованій порядка и дисциплины, хотя отдѣльные случаи та-
кихъ уклоненій встрѣчаются и тѣмъ лучше могутъ свидѣтель-
ствовать о строгости надзора и взыскательности начальства.
Выше мы видѣли одобрительный отзывъ между прочимъ объ
«образъ и способахъ присмотра мѣстнаго начальства за нрав-
ственнымъ поведеніемъ воспитанниковъ», сдѣланный архиман-
дритомъ Христосфоромъ, при вступленіи его въ должность рек-
тора спб. семинаріи въ началѣ 1848 г. (стр. 426). Также ин-
спекторъ академіп, архим. Макарій, ревизовавшій семинарію въ
1849 г. сдѣлалъ добрый отзывъ о нравственной части въ семи-
наріи: «нравственная часть въ очень хорошемъ состояніи,—пи-
саль онъ въ отчетѣ,—за весьма немногими исключеніями. Духъ
повиновенія, скромности, взаимной любви и благородства состав-
ляетъ гавальный характеръ нитомцевъ». Особый донесенія ин-
спекціи о неблагоповеденіп воспитанниковъ, сравнительно, был
рѣдки, хотя донесенія эти могли дѣлать не только инспекторъ и
смотритель дома, но отчасти и субъинспекторы. Напр. въ 1845 г.
не видимъ ни одной жалобы на неблагонравіе, въ 1843 г. та-
кихъ жалобъ не было полгода, и въ спискахъ инспектора о
поведеніп—отмѣтки все хорошія, даже ученики состоящіе подъ
особымъ надзоромъ съ 1841 г. рекомендуются академическому
равленію «довольно скромными». Нельзя думать, чтобы пи-
спекція намѣренно скрывала проступки, какъ это отчасти за-
мѣчается нозднѣе, въ 60-хъ годахъ; напротивъ, проступки и не
особенно важные съ иной точкѣ зрѣнія, не оставлялись безъ
обнаруженія и строгаго взысканія.

*

— 468 —

Наболюєе обыкновенные изъ проступковъ прежняго вре-
мені — своєовольныя отлучки изъ семинаріи или несвоевременное
возвращеніе изъ отпуска и нетрезвость воспитанниковъ — состав-
ляли въ 40-хъ и 50-хъ годахъ предметъ особеннаго вянманія
начальства семинарскаго, близайшаго и высшаго.

По вышеупомянутому определенію св. Синода (стр. 183), 1841 г. «въ предотвращеніе самовольныхъ отлучекъ полагается следующая мѣра: а) для учениковъ, отлучающихся изъ семинаріи, содержатся двѣ книги: въ одной изъ нихъ, хранящейся у инспектора, записываются ученики, просящіе у негоѣ позволенія на отлучку, съ означеніемъ притомъ, куда отлучаются и на долго ли. Другая книга должна быть у смотрителя дома, который по сему предмету имѣетъ непосредственное сношеніе съ инспекторомъ; б) каждый ученикъ, которому позволено отлучиться, получаетъ отъ смотрителя дома билетъ и росписывается въ полученіи онаго по его книге; в) книга находящаяся у смотрителя должна быть повѣряема инспекторомъ, или его помощникомъ, съ тою книгой, по которой выдаются дозволенія на отлучку; г) въ самыхъ билетахъ, выдаваемыхъ на отлучку, сверхъ означенія срока отпуска и лица, къ коему увольняется ученикъ, требовать собственноручной подписі сего лица въ томъ: действительно ли у него былъ увольный, и въ какое время именно онъ пришелъ къ нему и отправился отъ него обратно въ семинарію; д) увольненія должны быть рѣдки, и то къ родителямъ и близкимъ родственникамъ, и притомъ только благонравнѣйшихъ по поведенію и справнѣйшихъ по ученію воспитанниковъ, дабы увольненіе составляло одну изъ поощрительныхъ наградъ за благонравіе и прилежное ученіе».

Семинарское правленіе на основаніи этого предписанія со-
ставило больѣе подробныя правила объ увольненіи на праздники.
«Согласно съ постановленіемъ св. Синода, изображеннымъ въ
предписаніи внѣшняго правленія снб. д. академіи отъ 28 авг.
1841 г. и вслѣдствіе приказаній г. директора Дух. уч. управле-
нія при св. Синодѣ, отпускъ учениковъ изъ семинаріи въ празд-
ничные дни дѣлается по следующимъ правиламъ: 1) увольня-
ются только справные по ученію и благонадеждѣйшіе по пов-
веденію, 2) увольняются только къ родителямъ и еще къ тѣмъ
изъ близкихъ родственниковъ, которые лично или письменно
просили писпектора объ увольненіи къ нимъ учениковъ и изъ-
явили ему желаніе всегда принимать ихъ къ себѣ, 3) увольня-
ются всегда до 8 часовъ вечера, и только по особенной просьбѣ

— 469 —

родственниковъ и по уважительнымъ причинамъ часомъ, и не
болѣе какъ двумя, позже; на ночь же согласно съ 76 § Проэкта
уст. сем. не увольняются. 4) Выходить изъ семинаріи ученики
съ получаемыми отъ смотрителя дома билетами, въ которыхъ
означается время выхода учениковъ и срокъ, до котораго они
уволены инспекторомъ изъ семинаріи и 5) увольняемымъ уче-
никамъ вмѣняется въ обязанность на оборотѣ билетовъ брать
свидѣтельства отъ родственниковъ, къ которымъ они уволены
были, въ томъ, что они действительно провели время у нихъ,
и въ какое время вышли отъ нихъ. Ближайшій надзоръ за своев-
временнымъ возвращеніемъ учениковъ и за исправностію прин-
носимыхъ ими свидѣтельствъ принадлежитъ смотрителю дома;
къ нему и являться обязаны ученики съ билетами своими по
возвращеніи въ семинарію». Положено было завести шнуровую
книгу, «въ которой родители и заслуживающіе довѣрія род-
ственники, желающие принимать къ себѣ учениковъ въ празд-
ничные дни, должны дать правленію семинаріи росписку въ
томъ, что они пѣ желаютъ принимать къ себѣ издѣстныхъ уче-
никовъ и обязуются подъ строгою отвѣтственностью наблюдать
во время отпусковъ какъ за поведеніемъ, такъ и за здоровьемъ
оныхъ; и во 2-хъ вмѣнить въ обязанность инспектору увольнять
учениковъ съ собленденіемъ всѣхъ вышепл decisiones правилъ
только къ тѣмъ родителямъ и родственникамъ, которые дадутъ
такія росписки; къ прочимъ же не увольнять, а только позво-
лять имъ имѣть свиданіе съ учениками въ приемной комнатѣ
семинаріи, и при томъ не наче, какъ съ вѣдома смотрителя
дома». Правленіе академіи, просмотрѣвъ эти правила въ 1844 г.,
одобрило ихъ и съ своей стороны сдѣлало нѣкоторыхъ дополнені-
я, напр. между прочимъ то, что «принимающіе къ себѣ вос-
питанниковъ обязуются о всѣхъ приключившихся въ бытность
у нихъ съ воспитанниками особыхъ случаяхъ, которые пре-
пятствуютъ имъ явиться къ сроку въ семинарію (напр. болѣзнь
и т. и.), немедленно пзвѣшать инспектора, который по сему из-
вѣщенію, съ вѣдома ректора, распоряжается или объ оставленіи
воспитания до издѣстного времени на понеченіи родственника,
или о способахъ къ немедленному доставленію его въ семинарію.
Къ лицамъ, которые окажутся нарушившими требованіе предъ-
идущаго пункта, или къ которымъ, бывъ отключенъ, воспитан-
никъ возвратится въ семинарію неправнымъ въ какомъ бы то
ни было отношеніи, отпускъ воспитанниковъ прекращается до
издѣстнаго времени, или на весь годъ, по усмотрѣнію инспек-

— 470 —

тора, съ вѣдома ректора семинарін». Дух. уч. управленіе сооб-
щило чрезъ академію, что всѣ эти правила утверждены об.-про-
куроромъ, «съ такимъ только дополненіемъ, чтобы усмотрѣніе
въ разсужденіи благонадежности желающихъ принимать къ себѣ
воспитанниковъ относилось преимущественно къ обязанности
инспектора, подъ главнымъ, однакожь, наблюденіемъ ректора,
съ полною его въ томъ отвѣтственностію».

Эти правила находятся отчасти въ связи съ случаемъ,
бывшимъ въ 1843 г. съ воспитанникомъ Аванасьевымъ, который,
бывъ уволенъ изъ семинаріи, ъхалъ на извощикѣ и упалъ, а
найхавшимъ сзади извощикомъ у него была сломана рука; въ
томъ мѣстѣ, куда онъ ъхалъ и былъ привезенъ съ сломанной
рукою, его въ теченіе 10 дней держали и только мазали руку
муравьинымъ спиртомъ. Вследствіе этого и послѣдовало пред-
писаніе о составленіи новыхъ правилъ относительно отпусковъ
и лицъ, къ которымъ увольняются воспитанники.

Въ 1844 г. послѣ каникулъ нѣкоторые изъ воспитанниковъ
не являлись въ теченіе недѣли, о чемъ донесено было инспек-
торомъ правленію; сдѣланъ былъ чрезъ консультію запросъ къ
родственникамъ, отъ которыхъ чрезъ духовныя правленія послѣ-
довали отвѣты въ семинарію, съ свидѣтельствами о болѣзни не-
явившихся въ срокъ учениковъ. Иногда помощниковъ инспек-
тора посылали провѣрять, правда-ли что боленъ ученикъ, о ко-
торомъ представляли свидѣтельство (1843 г.)

Въ февралѣ 1846 г. по поводу донесенія инсп. Мишина о
томъ, что ученикъ высш. отдѣленія Н. П—овъ вопроски его при-
казанію ушелъ изъ семинаріи къ родственнику-священнику до
9 часовъ вечера, постановлено: «такъ какъ проступка такого
еще и не бывало въ семинаріи и потому виновный заслуживаетъ
принѣрнаго наказанія: но полагая, что онъ почувствуетъ всю
важность вины своей и исправится, объявить ему, чтобы онъ
въ теченіе 2-хъ мѣсяцовъ не просился изъ семинаріи ни куда,
между тѣмъ имѣть за нимъ строжайшій надзоръ и послѣ каж-
даго праздника доносить о его поведеніи особо, или чемъ объ-
явить ему и то, что ежели онъ учинитъ что либо подобное, то
будетъ исключенъ изъ семинаріи». Окончилъ курсъ въ числѣ
самыхъ послѣднихъ.

Гораздо чаще встрѣчаются случаи нетрезвости воспитан-
никовъ, не смотря на всю энергичность борьбы начальства съ
этимъ порокомъ, съ которымъ связывались и другие проступки,
напр. невозвращеніе въ срокъ въ семинарію, ложь и т. п. По-

— 471 —

рокъ этотъ въ разсматриваемую эпоху не составлялъ, конечно,
такого открытаго и постояннаго явленія, какъ до 40-хъ годовъ.
Обыкновенно изъ города возвращались нѣкоторые въ нетрезвомъ
видѣ, въ стѣнахъ же семинаріи выпивать было весьма затруд-
нительно, хотя, по словамъ бывшихъ воспитанниковъ, нные ухи-
трались и въ самой семинаріи выпивать, добывая вино тайными
путями, тогда какъ даже булку нельзя было купить безнаказанно.
За нетрезвость, даже въ смыслѣ единичнаго случая, обыкновенно
искочали безъ пощады, или переводили въ другую семинарію.
Въ янв. 1842 г. воспитанникъ нисш. отд. И. В. замѣченный въ
нетрезвости и разныхъ шалостяхъ представленъ семин. правле-
ніемъ къ переводу въ другую семинарію. Предписано перевести
его въ впѣанскую, «такъ какъ сія семинарія по уединенному
своему положенію болѣе другихъ представляетъ возможности къ
сохраненію доброй нравственности воспитанниковъ». Смотрителю
Камышникову поручено было приискать въ одномъ изъ дилижан-
совъ въ Москву мѣсто для воспитанника, закупить теплую оде-
жду и проводить его въ дорогу. Впослѣдствіи ученикъ этотъ,
говорятъ, пропалъ безъ вѣсти. Въ дек. 1842 г. воспитанникъ
Д. Ф. замѣченъ былъ въ нетрезвости и при допросѣ заявилъ,
что выпилъ 3 рюмки сладкаго вина у дьякона Тропцкой церкви
въ Галерной гавани. Назначеньѣ былъ къ переводу въ исповскую
семинарію, но отправленъ въ новгородскую, по просьбѣ матери;
поступокъ же діакона, по приказанію об.-прокурора, представ-
ленъ былъ на разсмотрѣніе викарія, еп. ревельскаго Іустина.
Тогда же исключенъ вовсе изъ семинаріи ученикъ среди. отд. С.
замѣченный инспекторомъ въ нетрезвости, хотя прежде вель
себя хорошо, но успѣховъ былъ недостаточныхъ. Об.-прокуроръ
утвердилъ постановленіе. Въ томъ же году еще двое попались
въ нетрезвости: изъ нихъ одного исключили, другаго, отъ кото-
раго только нахло виномъ, по наказаніи карцеромъ, поручили
строгому надзору инспекціи и лишили отпуска съ мая до ва-
каціи. Исключеный поступилъ въ хоръ митрополита и просилъ
у него дозволенія приватно ходить въ семинарію на уроки;
мптр. Серафимъ передалъ дѣло на разсмотрѣніе семин. правле-
нія, которое отвѣтшло, что безъ разрѣшенія высшаго духовно-
учебнаго начальства не можетъ принять исключеннаго; митро-
полить написалъ: «просить о семъ разрѣшенія у высшаго учи-
лицнаго начальства». Но Дух. уч. управленіе сообщило семи-
наріи, что, по распоряженію об.-прокурора, пѣвчій, о которомъ
просил, не можетъ быть допущенъ приватнымъ въ семинарію,

— 472 —

«потому что исключенъ не по малоуспѣшности или какимъ либо другимъ недостаткамъ, а за нетрезвость, порокъ нетерпимый въ дух.-учебномъ заведеніи». Въ слѣдующемъ году ученикъ Θ. Р. уволенный за то, что, по донесенію инспектора, возвратился въ семинарію «нѣсколько въ нетрезвомъ видѣ», также снова про- сить о принятіи его, но правленіе отказало, а митр. Антоній написалъ: «правленіе семинаріи объявить просителю, съ надле- жащимъ вразумленіемъ, что онъ потому именно и исключенъ изъ спб. семинаріи, что въ ней, какъ въ образцовой, послѣ дур- наго поступка своего, терпимъ быть не можетъ и не долженъ. 2 окт. 1843 г.». Тогда же ученикъ А. Т., по донесенію инспек- тора, возвратился въ нетрезвомъ видѣ и былъ допрашиваемъ въ правленіи, но заявилъ, что ничего хмѣльнаго не пилъ. Объ немъ донесено было Дух. уч. управленію, съ мнѣніемъ объ пе- ключеніи; об.-прокуроръ утвердилъ это мнѣніе. Въ 1844 г. уче- никъ средн. отд. А. В. замѣченъ былъ помощникомъ инспектора въ нетрезвости, а «пилъ вечеромъ въ умывальной комнатѣ, въ которой заперъ его на это время служитель Ивановъ, купившій вина». Исключенъ, съ прописаніемъ въ свидѣтельствѣ: «былъ замѣченъ 30 дек. 1844 г. нетрезвымъ». Послѣ этого до 1847 г. не встрѣчаемъ донесеній инспекціи о нетрезвости. Въ означен- номъ же году ученикъ средн. отд. Л. уволенный къ родствен- нику проф. Боголюбову, опоздалъ къ ужину и пришелъ послѣ ужина прямо въ спальную нетрезвый, по донесенію старшихъ. Оказалось, что у профессора вовсе не былъ и подпись на билетѣ сдѣлалъ самъ. Вѣроятно, только вслѣдствіе ходатайства род- ственника профессора, онъ исключенъ не былъ, но, по желанію отца, наказанъ розгами, на 4 дня посаженъ на хлѣбъ и воду и лишенъ отуска на продолжительный срокъ. Но вскорѣ послѣ того ученикъ С. И. уволенный къ дядѣ дьячку и возвратившійся нетрезвымъ, сознавшись, что былъ у одногоъ пѣвчаго Петроп. собора, а не у дяди, исключенъ былъ съ прописаніемъ въ атте- статѣ о причинѣ увольненія. Въ 1848 г. было донесеніе инспек- ціи о нетрезвости ученика Н. Л. который, бывъ уволенъ по просьбѣ матери до 9 часовъ вечера, «возвратился нѣсколько не- трезвымъ», былъ же у дяди для поздравленія съ чиномъ. По- становлено: «такъ какъ нетрезвость есть порокъ нетерпимый въ дух. воспитанникахъ, и правленіе семинаріи уже не разъ наказывало за оный исключеніемъ изъ семинаріи, и, не смотря на это, ученикъ И. Л. дерзнулъ быть и явиться въ семинарію не въ своемъ видѣ; то, съ одной стороны, въ должное наказаніе

— 473 —

ему, а съ другой дабы не ослабить ко вреду прочихъ учениковъ
мѣръ строгости, принятыхъ правленіемъ относительно сего по-
рока, немедленно исключить его Л. изъ семинаріи и увѣдомить
о семъ об.-священника Кутневича» (къ вѣдомству котораго онъ
принадлежалъ). Вскорѣ потомъ исключенъ еще ученикъ А. Г.
за «нѣкоторую нетрезвость», обнаруженную при посѣщеніи ком-
натъ ректоромъ Христофоромъ, а также и за самовольную от-
лучку. Въ виду того, что около этого времени были три случая
увольненія изъ семинаріи за нетрезвость, на которые обратилъ
вниманіе въ своемъ отчетѣ и ревизоръ архим. Макарій, послѣ-
довало чрезъ академію предписаніе отъ оберъ-прокурора: «имѣть
строжайшій надзоръ за образомъ жизни и поведенія учениковъ,
употребляя всѣ завнѣсящія мѣры къ пскорененію въ нихъ на-
клонности къ пороку». Послѣ этого не дѣлалось пощады и род-
ственникамъ наставниковъ. Такъ В. П. неремѣщенный изъ ко-
стромской семинаріи, по желанію брата, профессора спб. семи-
наріи, замѣченъ былъ въ нетрезвости и неприличномъ объясне-
ніи съ помощникомъ инспектора, и за это обратно высланъ въ
костромскую семинарію, гдѣ принятъ подъ особый надзоръ.
До конца 50-хъ годовъ встрѣчаемъ и еще нѣсколько случаевъ
увольненія за нетрезвость, и увольненія немедленнаго, хотя
напр. иногда оставалось до экзамена двѣ недѣли, и даже до
окончанія курса. Нѣкоторымъ, учившимся исправно, предостав-
лялось право поступленія въ другую семинарію, по усмотрѣнію
мѣстнаго начальства.

Изъ другихъ проступковъ въ донесеніяхъ инспекціи ука-
зываются иногда—непослушаніе, дерзость и сопротивленіе волѣ
начальства, которые наказывались также весьма строго—пере-
водомъ въ другую семинарію, пли исключеніемъ, но случаевъ
подобныхъ проступковъ не много. Въ 1844 г. два воспитанника,
просившіе прибавки кушанья за столомъ, бросили ложки на
столъ и громко засмѣялись, когда помощникъ инспектора при-
казалъ подать пмѣ новое блюдо того же кушанья; какъ неотли-
чавшіеся и прежде добрымъ поведеніемъ, были исключены изъ
семинаріи за «поступокъ нетерпимый въ дух. воспитанникахъ
и вредный по своему вліянію для другихъ». Около того же вре-
мені ученикъ Т. за неуважительное обращеніе съ смотрителемъ
Мещанковымъ лишенъ былъ должности старшаго и посаженъ
въ карцеръ на сутки, съ донесеніемъ Дух. учебн. управленію.
Въ 1848 г. ученикъ высш. отд. С. оказалъ грубость и неповп-
новеніе смотрителю дома Соколову, которой и донесь объ этомъ

— 474 —

Дух. учебн. управленію; на запросъ оттуда отвѣчено, что хо-
тѣли исключить ученика, но самъ смотритель Соколовъ не поже-
лалъ губить его, кромѣ того за ученика просили—родственникъ
оберъ-прокурора сената и учитель семин. Зыковъ, поэтому онъ
наказанъ розгами, «что для ученика высш. отдѣленія до послѣд-
ней степени чувствительно и унапінченно», сверхъ того, пору-
ченъ особому надзору писпекціи, съ угрозой объ удаленіи изъ
семинаріп. — Въ маї 1850 г. ученикъ высш. отдѣленія Н. Б., за-
нимавшій первое мѣсто въ спискѣ успѣховъ, «въ столовой въ
присутствіи помощника писпектора показалъ своеволіе и дер-
зость, бросилъ порцію говадины на полъ, признавъ ее неудов-
летворительною», п за это лишенъ былъ должности старшаго,
1-го разряда въ спискѣ п заключенъ на 3 сутокъ въ карцеръ,
съ условіемъ, если не будетъ потомъ замѣченъ въ какихъ либо
непсправностяхъ по поведенію, возвратить ему надлежащее
мѣсто въ спискѣ. Годъ велъ себя скромно и включенъ въ 1-й раз-
рядъ. — Въ декабрѣ того же года, по донесенію писпектора, уче-
ники средн. отд. просили новыя одѣяла п, когда не получили,
по распоряженію начальства, то порвали до 30 старыхъ одѣялъ
и сложилі въ кучу. Всѣдствіе внушеній писпектора, четверо
повнились, еще пятеро обвиняемыхъ не сознавались, но 4 изъ
нихъ обличены другими учениками. Четверыхъ болѣе виновныхъ
опредѣлено исключить, а менѣе виновныхъ пятерыхъ перевести
въ новгородскую семинарію. Одинъ изъ исключеныхъ подавалъ
прошеніе митроп. Никанору о перемѣщеніи его въ исковскую
семинарію, но митрополитъ написалъ: «эту просьбу оставить
безъ удовлетворенія». Оберъ-прокуроръ утвердилъ рѣшеніе сем.
правленія. — Въ 1852 г. воспитанникъ высш. отд. Р. въ нетрез-
вомъ видѣ вооружалъ товарищей противъ старшаго и бранпль
его за донесенія инспектору, и за это былъ исключенъ, тѣмъ
болѣе что прежде не отличался добрымъ поведеніемъ. По этому
поводу пятеро товарищей исключенаго также возстали на стар-
шаго и бранили его (въ 11 часовъ ночи, въ сральнѣ). Писпек-
торъ сдѣлалъ объ этомъ донесеніе правленію, какъ о дерзости,
своеволіи и желаніи укрывать проступки. Правленіе хотѣло ис-
ключить этихъ учениковъ, но, принимая во внимание прежнее
одобрительное поведеніе ихъ, оставило на мѣсячное испитаніе,
назначивъ стоять на колѣнахъ въ столовой и лишеніе отпусковъ
до усмотрѣнія, съ объявленіемъ всѣмъ ученикамъ, «что правле-
ніе семинаріп приметъ строжайшія мѣры противъ грубыхъ и
вредныхъ порывовъ запирательства виновныхъ и особенно про-

— 475 —

тивъ оскорбленій какимъ бы то ни было образомъ тѣхъ воспи-
танниковъ, преимущественно старшихъ, которые доведутъ до
свѣдѣнія начальства о какихъ либо проступкахъ учениковъ».
Около того же времени воспитанникъ А. В. не хотѣлъ остричиться,
по приказанію смотрителя, и сталъ на колѣна не среди столо-
вой по назначенію инспектора и требованію его помощника,—
а у стѣны. Возникъ вопросъ объ его исключеніи, «но въ той
мысли, что означенный поступокъ могъ произойти болѣе отъ
разсѣянности и неблагоразумія нежели отъ укоренившейся склонно-
сти къ непослушанію, и въ надеждѣ исправленія, (рѣшено) оста-
вить его», наказавъ трехдневнымъ стояніемъ въ столовой за объ-
домъ и ужиномъ на колѣнахъ и лишеніемъ отпусковъ до усмот-
рѣнія. При этомъ опредѣлено внушить всѣмъ ученикамъ, со-
гласно 10 § введенія къ уст. сем. «чтобы всегда всѣ приказанія
начальства и наставниковъ принимали со всею почтительностію,
выполняли со всею точностію, и ни подъ какимъ видомъ не
доводили до вторичнаго приказанія». Случаевъ столкновенія съ
наставниками въ классѣ почти не видимъ въ особыхъ донесе-
ніяхъ до конца 50-хъ годовъ. Только въ самомъ началѣ 1841 г.
было инспекторское донесеніе о девяти ученикахъ высш. отд.
произведшахъ безпорядокъ въ классѣ у помощника инспектора
Дашкевича (занимались постороннимъ дѣломъ), изъ нихъ зачин-
щикъ Л. переведенъ былъ въ нисковскую семинарію, а остальные
наказаны стояніемъ на колѣнахъ и лишеніемъ отпусковъ «впредь
до особаго разрѣшенія». Чрезъ 4 мѣсяца инспекторъ доносплѣ
о ихъ добромъ поведеніи, и семин. правленіе ходатайствовало
предъ Дух. учебн. управлѣніемъ о снятіи съ нихъ наказанія.
Но двое раньше разрѣшенія ушли самовольно въ городъ и воз-
вратились въ нетрезвомъ видѣ. Приговорены къ исключенію, о
чемъ представлено Дух. учебн. управленію, и оберъ-прокуроръ
сдѣлалъ подтвержденіе о немедленномъ увольненіп.

Затѣмъ въ Мишинскую эпоху случая три видимъ исключе-
нія изъ семинаріи по подозрѣнію въ кражѣ. О табакокуреніи
особыхъ донесеній почти нѣтъ; вѣроятно, оно не было довельно
открыто и преслѣдовалось собственными мѣрами инспекціи. Но
въ 1854 г. поступило донесеніе о куреніи ученика средн. отд.
П. А. въ корридорѣ, какъ о проступкѣ «нетерпимомъ въ воспи-
танникахъ всѣхъ учебныхъ заведеній, а тѣмъ болѣе духовныхъ
заведеній, и склонности къ непослушанію» (такъ какъ этотъ уче-
никъ раньше былъ уже штрафованъ инспекторомъ за куреніе).
Правленіе постановило: хотя и слѣдовало бы исключить П. А.,

— 476 —

но оказать ему снисхожденіе, заключить на 3 сутокъ въ карцеръ
на хлѣбъ и воду, два мѣсяца не увольнять въ городъ и имѣть
подъ особымъ надзоромъ, при этомъ объявить всѣмъ о крайнемъ
неприличіи для духовныхъ воспитанниковъ куренія, съ угрозой
строгаго взысканія за такого рода проступки. Попытка купаться
въ Черной рѣчкѣ въ 1844 г. была замѣчена и наказана 2-хъ днев-
нымъ карцеромъ п обращено вниманіе смотрителя на приврат-
никовъ. Особыя донесенія инспекціи до конца 50-хъ годовъ почти
исчерпываются вышеприведенными случаями. Но помимо ихъ,
были особыя аттестаціи учениковъ въ инспекторскихъ синскахъ
по поведенію, представлявшихся ежемѣсячно семии. Правленію,
а на основаніи ихъ составлялись годичныя вѣдомости о поведе-
ніи для академическаго правленія. Въ еженедѣльныхъ донесе-
ніяхъ смотрителя дома обозначались также тѣ или другіе, меѣе
важные проступки и наказанія за нихъ, налагавшіяся самимъ
смотрителемъ, напр. за ссору съ товарищемъ—карцеръ на сутки
(1842 г.), за ссору соединенную съ грубостію ири допросы—кар-
церъ на 4 сутокъ, за игру въ карты—стояніе на колѣнахъ въ
столовой, за лежаніе на сѣнѣ на чердакѣ—стояніе въ столовой
безъ обѣда; за дерзость съ служителями и драку—карцеръ 5 дней
(1844 г.), за табакокуреніе—пшеніе отпуска на нѣсколько дней.

Съ конца 50-хъ годовъ замѣчается уже иное состояніе п
направленіе нравственной части; сообразно духу времени, воспи-
танникамъ оказывается болѣе снисхожденія и лѣгтъ, наказанія
становятся значительно легче, со стороны высшаго начальства
дѣлаются попытки усиленія собственно нравственнаго вліянія и
разныхъ моральныхъ мѣръ, но въ тоже время надзоръ инспекціи
постепенно значительно ослабѣваетъ, инспекторы часто смѣняются
и со стороны ихъ замѣчается отчасти стремленіе какъ бы кры-
вать проступки и заявлять правленію только о самыхъ нетерпи-
мыхъ случаяхъ неблагонравія. Ревизоръ Карповъ въ 1863 г. пи-
салъ въ своемъ отчетѣ: «въ семинаріи не велось книги поведенія
учениковъ, въ которую записывалсь бы особенно замѣчательные
нравственные поступки, чтобы потомъ составить правильную ха-
рактеристику нравственной жизни каждогоъ изъ нихъ, и то, чтō
инспекторъ зналъ о поведеніи воспитанниковъ, оставалось достоя-
ніемъ субъективныхъ его воззрѣній и убѣжденій; между тѣмъ когда
составляемъ былъ разрядный списокъ учениковъ, окончившихъ
курсъ семинаріи, нѣкоторые изъ наставниковъ заявили, что назвѣст-
ные ученики оскорбляли ихъ грубостами и дерзостями, о чемъ
они въ свое время доносили начальству, но офиціальныхъ доку-

— 477 —

ментовъ, которыми подтверждались бы эти заявленія, накакихъ не представлялось».

Но и пзь тѣхъ донесеній инспектора, которые дѣлались, можемъ заключать, какъ поведеніе воспитанниковъ, сравнительно, ухудшилось, мѣры же взысканія стали болѣе снисходительными. Въ концѣ 1857 г. инспекторъ (преемникъ Мишина, старавшійся, впрочемъ, поддерживать прежнюю дисциплину) доносиłъ, что иѣ- сколько учениковъ или чай въ кучерской комнатѣ; помощникъ ин- спектора велѣлъ взять у пухъ чайники, отнести въ кухню и отдать повару для храненія, но человѣкъ 20 воспитанниковъ высш. отд. пришли и отняли чайники, впереди прочихъ были двое, которые названы были служителями; приговорены правленіемъ къ трех- дневному карцеру, съ порученіемъ особому надзору инспекціи. Въ слѣдующемъ году было донесеніе о несвоевременномъ воз- вращеніи двухъ учениковъ нисш. отд. въ нетрезвомъ видѣ, (около 12 часовъ ночи) «подъ руководствомъ и по ободренію воспитанника высш. отд. А». Первые два наказаны уединеннымъ заключеніемъ на 4 сутокъ, а последній на одни сутки — на хлѣбѣ и водѣ, съ порученіемъ особому надзору.—Прежнія строгія пра- вила объ отпускахъ измѣняются. Инспекторъ юсифъ представ- лялъ правленію о дозволеніи увольнять воспитанниковъ на ночь въ праздники, до утра слѣдующаго учебнаго дня, по просьбѣ ихъ родителей и родственниковъ. Правленіе дозволило, но «съ тѣмъ, чтобы воспитанники, не возвратившіеся къ началу клас- совъ, впредь уже были лишаемы подобныхъ отпусковъ, на празд-ники же продолжительные увольнять на все праздничное время (Рождество, или Насху), но къ благонадежнымъ лицамъ». Въ до- несеніяхъ того же инспектора указываются проступки, прежде невестрѣчавшіеся, или случавшіеся довольно рѣдко: опаздываніе въ классъ, хожденіе по корридорамъ во время уроковъ, грубость по отношенію къ старшимъ, куреніе безъ разбора мѣста и проч. Въ нисш. отд. «мальчишескія шалости и неряшество», по сло- вамъ инспектора, «были не столько наказываемы, сколько вра- зумляемы, чтобы сами стыдились подобныхъ шалостей». На вос- питанника же М. Н. инспекторъ иѣсколько разъ доносиłъ, какъ отличавшагося дерзкимъ характеромъ и духомъ непокорности, явнымъ невниманіемъ къ правиламъ семин. инструкціи и нару- шеніемъ ихъ. Сначала этотъ ученикъ уволенъ былъ изъ семинар- скаго общежитія, но, по донесенію инспектора, сталъ манкпро- вать уроками и ходить «въ свѣтскомъ нарядѣ, съ манжетами, въ марфѣ съ брошкой.» Получивъ за это отъ инспектора выго-

— 478 —

воръ въ классѣ, пришелъ къ нему на квартипру для объяснений, и, когда инспекторъ не хотелъ вступать съ нимъ въ объяснения, Н. прислалъ къ нему дерзкое письмо, «обличающее духъ противления всякой власти». Послѣ того былъ наконецъ уволенъ изъ семинаріи. Также воспитанникъ высш. отд. В. М., по донесению инспектора, не разъ отличался грубымъ обращеніемъ съ помощниками инспектора и дерзко заявлялъ помощнику свое неудовольствіе на пищу въ столовой; былъ приговоренъ правленіемъ къ лишенію казенного содержанія, но такъ какъ не имѣлъ чѣмъ содержаться, то былъ назначенъ къ переменію въ исковскую семинарію, но, съ разрѣшенія митрополита, поступилъ въ новгородскую.

Высшее начальство отъ времени до времени обращало ви-
маніе на улучшеніе нравственности духовныхъ воспитанниковъ.
Такъ въ 1858 г. отъ 29 января было предписано академическимъ
правленіемъ, согласно опредѣленію св. Синода, «не переводить
въ богословскій классъ воспитанниковъ семинаріи, замѣченныхъ
въ какихъ л.пбо предосудительныхъ проступкахъ». Въ виду этого
въ 1860 г. не былъ допущенъ даже приватно въ семинарію
исключенный изъ средн. отдѣленія К. Но объ отмѣткахъ по по-
веденію въ аттестатахъ и свидѣтельствахъ предписано, согласно
опредѣленію св. Синода отъ 4 марта 1858 г., чтобы онъ «били
дѣлаемы съ особенною осторожностью, пбо указанія на недостатки
поведенія болѣе всего вредно для воспитанниковъ, заграждая
или затрудняя имъ путь ко вступленію въ гражданскую службу,
тогда какъ въ юности или дѣтствѣ недостатки поведенія боль-
шею частію проесходятъ отъ дѣтскаго неразумѣнія, а не отъ
закоренѣлаго упорства». Предписывалось отмѣчать поведеніе не
ниже дов. хорошо; только за важные пороки, которые требуютъ
исключенія изъ духовнаго вѣдомства, дозволено отмѣчать: пове-
денія неодобрительнаю. Въ слѣдующемъ году, какъ упоминалось
выше (стр. 335), опредѣленъ былъ штатный священникъ къ цер-
кви спб. семинаріи, съ предписаніемъ, «чтобы онъ былъ духов-
никомъ воспитанниковъ и такимъ образомъ могъ удобнѣе вни-
кать въ ихъ нравственное настроение и помогать начальству
въ развитіи и укорененіи въ нихъ благочестія» *). На основа-
ніи также указа св. Синода отъ 22 мая 1861 г. вслѣдствіе не-
рѣдко возникающихъ «дѣлъ о проступкахъ духовныхъ лицъ
противъ должностей и благоповеденія», предписано начальствамъ

*) Назв. изъ отч. спод. обр. прокур. за 1859 г. № 40.

— 479 —

духовно-учебныхъ заведеній «строго наблюдать за развитіемъ нравственныхъ наклонностей духовн. воспитанниковъ и при поступленіи ихъ изъ училищнаго въ епархіальное вѣдомство, представлять епархіальному преосвященному возможно вѣрныя и полныя объ ихъ характерахъ и склонностяхъ свѣдѣнія», чтобы, если начальство, или благочинные, подъ надзоромъ которыхъ состоять кончившіе курсъ, или самъ архіерей—замѣтить въ нихъ «склонности несоотвѣтствующія нравственнымъ качествамъ, какія по заповѣди св. апостола Навла, должны имѣть священнослужители,— епархіальные начальства ни по какимъ уваженіямъ не допускали ихъ до воспріятія священного сана».

Не видно, однакоъ, чтобы подобные предписанія сообразовались успешными результатами. Напротивъ, поведеніе воспитанниковъ къ концу разсматриваемаго періода все болѣе ухудшалось, сколько можно судить по писпекторскимъ донесеніямъ, по фактамъ обнаруженнымъ ревизіей 1863 г. и частію по рассказамъ бывшихъ воспитанниковъ. Кромѣ заявленій писпектора о неявкѣ изъ города отлучившихся, о куреніи въ занятныхъ, о грубости съ начальствомъ и проч. въ донесеніяхъ встрѣчаемъ факты въ родѣ слѣдующаго: одного изъ воспитанниковъ, купавшагося вопреки семинарскимъ и полицейскимъ правиламъ въ Черной рѣчкѣ, будучи ноймали и вели, но нѣсколько другихъ воспитанниковъ напали на нихъ, отняли товарища, сорвали у одного изъ будучниковъ нѣсколько пуговицъ и полицейскій знакъ. Ревизоръ Карновъ особенно обратилъ вниманіе на неуважительное и дерзкое обращеніе воспитанниковъ съ наставниками и за это многіе были понижены имъ въ разрядномъ спискѣ. Академическое же правленіе поставило на видъ семинарскому неодобрительный отзывъ ревизора о поведеніи воспитанниковъ и предписало «употребить особое вниманіе по нравственной части». Послѣ этого инсп. Валладій составилъ новыя инструкціи для воспитанниковъ и помощника писпектора, «соотвѣтственно тогдашнему положенію воспитанниковъ»; просили третьято помощника писпектора, но акад. правленіе отказало. Между тѣмъ ученики не подчинялись требованиямъ дисциплины, нѣкоторые самовольно отлучались изъ семинаріи на болѣе или менѣе продолжительный срокъ, уѣзжали напр. на страстную и Пасху безъ разрѣшенія, другие въ классахъ заявляли себя крайне распущеннымъ поведеніемъ, пные не ночамъ уходили въ городъ черезъ заборъ въ саду, прикрываясь вмѣсто верхней одежды, которую не всегда можно было достать, одѣялами какъ бы

— 480 —

пледамн, посѣщали театры и цѣлой компаніей собрались въ
одной изъ прожныхъ лавокъ—пить пиво, при чемъ давали свои
семинарскіе концерты, входили въ знакомство съ посторонними
посѣтителями обоихъ половъ, иногда же затѣвали съ ними и
группыя ссоры и возвращались въ семинарію иные въ весьма
нетрезвомъ видѣ. Семинарскому же начальству, повидимому это
оставалось непозвѣстнымъ; оно рѣдко вообще посѣщало учени-
ковъ, а старшіе часто бывали за одно съ ними и обманывали
начальство, и тѣмъ больше, чѣмъ оно было довѣрчивѣе и напр-
нѣе, въ родѣ инспектора Феодосія. Остававшіеся дома воспитан-
ники также не стѣснялись въ своемъ времяпровожденіи, прапали
въ карты, собрались въ банѣ для музыки, или водокачальнѣ—
для вышивки, а лѣтомъ—препмущественно въ саду,—читали свѣт-
скія книги запрещенные, устранвали домашніе театры, которые
также преслѣдовались начальствомъ, но противъ инспекціи пред-
принималлись разныя хитрости и уловки, иногда весьма ненрав-
ственнаго свойства, противъ же такихъ лицъ, какъ помощникъ ин-
спектора Л.—нѣ, отличавшійся особенной охотой накрыть и изло-
вить, предпринималась иногда даже весьма дерзкія мѣры *). Если же
можно указать и нѣкоторыя добрыя проявленія въ поведеніи воспи-
танниковъ, то они едва-ли зависѣли отъ тогдашнихъ собственно
оффиціальныхъ педагогическихъ мѣръ и дѣйствій инспекціи, а объ-
ясняются частію личнымъ вліяніемъ нѣкоторыхъ наставниковъ,
и отзывчивостію семинарпста на доброе, душевное слово и вни-
маніе къ себѣ, частію и вліяніемъ общественнаго товарищескаго
мнѣнія, развивавшагося вслѣдствіе чтенія и духа времени.

Такъ, для училищныхъ воспитанниковъ семинарія пред-
ставлялась какъ бы нѣкоторымъ идеаломъ и допускать въ ней
разныя училищныя выходки, грубости и невѣжество счита-
лось неприличнымъ. Напр. училищные драчуны, привыкшіе къ
кулачной расправѣ съ товарищами, по переходѣ въ семинарію,
должны были оставлять свою привычку, подъ вліяніемъ общаго
голоса товарищей, что «здѣсь не училище, драться нельзя».
Училищныя прозвища въ семинаріи замѣнялись уже фамиліями,

*) Въ газетѣ *Сублетъ 1880 г.* (№ 3—45) помѣщенъ быть разсказъ одного изъ бывшихъ петербургскихъ семинаристовъ, подъ заглавіемъ «Театръ въ Н.—ской бурсѣ», гдѣ изображается внутренній товарищескій быть спб. семинаріи переходной эпохи. Означенные неофиціальные занятия воспитанниковъ и отоненій ихъ изъакмныя и съ начальствомъ передаются въ разсказъ, съ обозначеніемъ действительныхъ лицъ, мѣстъ и событий, конечно, отчасти съ прикрасами, но въ сущности вѣрно, какъ удостовѣряютъ петербургскіе семинарии той эпохи.

— 481 —

иногда и полными именами, п. и уменьшительными, не товарищески-дружелюбными. Въ примѣръ нравственного вліязія нѣкоторыхъ наставниковъ можно указать изъ воспоминаній одного бывшаго воспитанника сочувственный отзывъ о проф. Вл. Никольскомъ, который «на первой же лекціи покорилъ учениковъ свою сердечную рѣчью... Заботясь объ ихъ умственномъ и нравственномъ развитіи, желая пробудить въ нихъ здравую мысль, укрепить въ ихъ молодыхъ умахъ начателнѣ писты и добра и дать толчечку на будущее развитіе, онъ заслужилъ особенную признательность отъ нихъ», такъ что они гордились именемъ «учениковъ Никольскаго» и, по оставленіи семинаріи, сохранили любовь и признанность къ своему учителю *). Бывшіе воспитанники вспоминаютъ и о другихъ наставникахъ, отличавшихся вѣжливымъ и гуманнымъ обращеніемъ и пользовавшихся уваженіемъ и вліяніемъ въ средѣ воспитанниковъ. Подобное можно сказать и о нѣ-которыхъ начальникахъ, въ родѣ напр. Платона, котораго особен- но уважали за серьезность и гуманность въ отношеніи воспитан- никовъ; онъ выражалъ заботливость о нихъ, предпринималъ и нѣ-которая современно-педагогическая мѣры, выписывая для нихъ книги, разрѣшая прогулки на дворѣ и въ саду—зимнюю, съ выдачей верхней одежды и т. и. Въ нныхъ пзѣ начальниковъ воспитанники цѣнили добродушіе, простоту и списходительность и преклонялись предъ ними, по крайней мѣрѣ на глазахъ. Но вообще начальство разсматриваемаго времени стояло очень далеко отъ воспитанниковъ, и они, болѣе пли менѣе справные офиціально, за глазами начальства дѣлали, что хотѣли, и не только никакихъ дисциплинарныхъ правилъ и инструкцій по поведенію не признавали, но иногда нарушали и общія правила благоприличія и нравственности. Такъ что, когда изданъ былъ новый семинарскій уставъ и нужно было примѣнять и къ петербургской семинаріи строгія требованія реформы, начальству пришлось вступ-

*) «Памятник книжка воспит. епб. семин. вып. 1863 г.» стр. 48–50. Спб. 1883. «Въ стремленія его, говорить; вотъ же авторъ о Никольскомъ, состояли въ томъ, чтобы пробудить въ нашихъ молодыхъ умахъ стремленія къ лучшимъ сторонамъ человѣческой жизни. Въ этомъ отношеніи онъ пользовался каждымъ удобнымъ случаемъ и во времени лекцій, и вѣнъ классныхъ занятій, у себя въ скромной квартирѣ, которая была всегда открыта для каждого изъ насъ. Эти бесѣды учениковъ съ учителемъ, въ которыхъ онъ двинулся свои взглядами и понятіями на жизньъ и ея запросы, сполотили насъ съ нимъ и насъ другъ съ другомъ. Направляя молодой умъ въ волю, (онъ) прежде всего заботился развать въ нашихъ умахъ понятіе о нравственномъ достовѣнствѣ человѣка. На эту тему онъ часто говорилъ». Ср. «Памятник листокъ изд. 1881 г. стр. 21.

31

— 482 —

нить въ борьбу съ воспитанниками. Благодаря энергіи тогдаш-
нихъ ректора и инспектора—втораго послѣ Мишина въ свѣтскомъ
званіи,— распущенная учениковъ постепенно нскоренялась, не
смотря на ихъ сопротивленіе и дерзкіе протесты, въ родѣ напр.
разбитія стеколъ въ квартиря инспектора брошеннымъ снаружи
большимъ камнемъ, который влетѣлъ даже въ комнату. Впрочемъ,
явленія нравственной распущенности, своеволія и непокорности
воспитанниковъ были болѣе или менѣе общими въ семинаріяхъ
начала 60-хъ годовъ, (какъ и въ свѣтскихъ заведеніяхъ). О не-
тербургской же семинаріи можно даже замѣтить, что здѣсь по-
добныя явленія не достигали еще такихъ крайнихъ предѣловъ,
какъ въ нѣкоторыхъ другихъ семинаріяхъ. *)

Экономическая часть.

Помѣщеніе, обзаведеніе новыхъ зданій и содержаніе дома и
хозяйства.

Новое помѣщеніе с. петербургской семинаріи, по описи 1841 г. (см. стр. 309) представляется въ слѣдующемъ видѣ. «Главный корпусъ построенъ на пространствѣ 40 пог. саж. длины и 11 п. с. ширины безъ выступа, а съ выступомъ 13 п. с. (вышinosю въ 4 этажа, стѣны нижняго этажа снаружи обложены цоколемъ, а остальной фасадъ не оштукатуренъ; покрытъ листовымъ двухъ-аршиннымъ желѣзомъ съ 18 водосточными трубами; на крышѣ коего 31 дымовыхъ трубъ; кругомъ всего строенія сдѣланъ троту-аръ въ два ряда аршинной плитою, съ отмосткою булыхнымъ камнемъ; окружень каменнымъ заборомъ, длиною на 270 пог. саж. съ 4 воротами и 3 калитками, (изъ нихъ одна послѣ задѣ-лана), въ коемъ на лицевой сторонѣ сдѣлана желѣзная рѣшетка на пространствѣ 40 п. с. На заднемъ дворѣ флигель одно-этажный длиною 15, а шириною 6 пог. саж., не оштукатуренъ, покрытъ листовымъ желѣзомъ; и при однихъ воротахъ, съ Обводнаго ка-нала, каменная сторожка, покрытая листовымъ желѣзомъ.» (Послѣ—зданія оштукатурены, когда совѣмъ просохли).

*) Напр. въ нермской были такие важные безпорядки (1861 г.), что св. Синодъ назначилъ туда двѣ, одна за другой, экстренныя ревизіи (проф. ак. Карпова и рижскаго рештора Ефрема). уволилъ нѣкоторыхъ изъ служащихъ и, согласно Высоч. повільнію, издалъ особыя постановленія о наблюденіи за нравственностью дух. воспитанниковъ (см. стр. 478). Отч. об. прок. 1861 г. 89. Ср. Ист. пер.и. сем. архим. Иерон. III. 372—377.

— 483 —

Далъе идетъ описаніе внутренняго помѣщенія, съ подробнымъ
численіемъ разныхъ принадлежностей, задвижекъ, петель, крюч-
ковъ, стеколъ и пр. *По подвальному этажу:* боковой входъ въ
главный корпусъ съ восточной стороны; отсюда идутъ помѣщенія:
для качанія воды (проведенной изъ обводнаго канала), для
пекарни и квасоварни, для подыманія кушанья, для сторо-
жей; главная кухня съ двумя очагами, далъе — гардероб-
ныхъ 2, кладовыхъ 3, комната для швейцара, 2 комнаты
для смотрителя, 2 комнаты для служителей; кухни — ректора,
писпектора, для лазарета, комната (остававшаяся вначалѣ безъ
назначенія); корридоръ. *По 1-му этажу:* съ боковой лѣстницей
съ западной стороны зданія — комната для ванной, лазаретъ о
4-хъ комнатахъ; квартира ректора при входѣ съ парадной лѣст-
ницы (на лѣво) о 6 комнатахъ въ 8 оконъ; 2 комнаты запасныхъ;
приемная; правленіе, въ которомъ, кромѣ первой комнаты, комната
присутствія и комната для секретаря; комната эконома; столовое
зало о 9 окнахъ, буфетъ, комната отхожая съ ватерклозетомъ;
корридоръ. *По бель-этажу:* отъ входа въ корридоръ по черной
лѣстницѣ — комната для физическаго кабинета; комната для за-
нятій № 4; библиотека о 5 окнахъ; церковь и залъ собраній о 7-ми
окнахъ: для раздѣленія алтаря отъ залы собранія сдѣлана филен-
чатая складная перегородка, въ видѣ ширмѣ; комнаты для за-
нятій № 1, 2 и 3-й; классъ высшаго отдѣленія о 3-хъ окнахъ,
средняго о 4-хъ, нисшаго отдѣленія 1-й и 2-й классы, каждый
въ 3 окна; квартира писпектора въ 3 комнаты, о 4-хъ окнахъ, съ
особымъ ватеръ-клозетомъ; *) малая комната; корридоръ. *По 3-му
этажу:* отхожая комната, умывальная съ мѣднымъ рукомойни-
комъ на 11 мѣстъ; спальня № 3-го; комната для занятій № 6;
спальня № 2-го; отхожая комната; умывальная; спальня № 1-го;
комната для хранители; спальня № 4-го, спальня № 5-го; ком-
наты для служителей—2. Всѣхъ оконъ въ домѣ 195. Флигель
на дворѣ, позади главнаго дома: баня изъ 3-хъ отдѣленій—раз-
дѣвальни, мильни и самой бани; кучерская; сараевъ 2, конюшня;
педникъ; чердакъ съ каменной лѣстницей. Немного спустя, здѣсь же
построены: отхожее мѣсто съ помощью ямой и деревянный заборъ.

Нодъ строеніемъ, дворомъ, плацомъ и садомъ заключается
земли 7200 квадр. саж. Дворъ вымощенъ булужнымъ камнемъ;

*) Инспекторъ Автовій въ 1840 г. заливалъ о недостаточности квартиры
инспекторской, но ему было указано на планъ. Инспекторъ Юасафъ просилъ
перевести инспекторскую квартиру въ помѣщеніе правленія, но просьба его
осталась безъ последствій.

9

— 484 —

передъ фасадомъ устроены куртины, которые обесены деревянными надолбами.

На построение зданій и устроение тротуаровъ, мостовой, каменнаго забора и подземельной трубы по смѣтѣ ассигновано 185,556 р. 43 к. с., а израсходовано 145,905 р. 81 к. с., такъмь образомъ противъ смѣты собережено 39,650 р. 62 к. На вышеозначенныя же пристройки, пропiszенные послѣ и невошедшія въ общую смѣту, употреблено еще 693 р. 13 к. с. Всего издержано на постройку семинаріи 146,598 р. 94 к. с.

На обзаведеніе новаго помѣщенія семинаріи мѣбелью, столожными, спальными, кухонными и др. приборами, также церкви — ризницю, кингами и др. церковными вещами, въ мартѣ 1841 г. выслано изъ Дух. уч. управленія 15,520 р. с., съ предписаніемъ вести отчетность по тремъ статьямъ отдельно: столовыя и спальныя принадлежности, мебель, церковь. Издано: на посуду съ столовымъ бѣльемъ и спальныя принадлежности 6020 р. 58 к., на мебель 5675 р. 73 к., на ризницу, церковныя принадлежности и кинги 3622 р. 59 к. *) Но вскорѣ потребовались еще расходы — на освященіе церкви, иконы для классовъ **), койки, половки, щетки и разныя починки до 1500 р. Для больницы по представленію врача Паковскаго, куплено медико-хирургическихъ инструментовъ болѣе, чѣмъ на 100 р. При этомъ, нѣкоторыя вещи перенесены были изъ старой семинаріи въ новую, другія оставлены въ пользованіе училища. Новое помѣщеніе по своей чистотѣ и удобствамъ, особенно на первыхъ порахъ, производило въ удивленіе воспитанниковъ, поступавшихъ въ семинарію изъ училищъ. Нѣкоторыми порядками приказано было заимствоваться въ свѣтскихъ учебныхъ заведеніяхъ, отличавшихся чистотою и внѣшнимъ благоустройствомъ ***).

Два раза (1841 г. и 1842) составлялась смѣта на разведение сада, на пустомъ мѣстѣ сзади зданія въ 2715 квадр. саж., также налисадовъ и устройство забора, но та и другая смѣта

*) Въ 1843 г. на ризницу снова издержано 105 р. 76 к.

**) За написаніе 30 иконъ художниковъ Антоновъ положилъ по 4 р. 25 к. с. за каждую.

***) Еще въ концѣ 30-хъ годовъ, по приказанію об.-прокурора, экономъ спб. азаменіи посетилъ съ означенною цѣлію нѣкоторыя заведенія, между прочимъ батальонъ военныхъ кантонистовъ, откуда потомъ и въ семинарію заимствовано напр. устройство скамеекъ въ столовой, половины которыхъ поднимаются, пока воспитанники столѣ для молитвы за столомъ, и потомъ указать, какъ бы по командѣ, въ одинъ таптѣ, когда нужно садиться.

— 485 —

(въ 6900 р. и 4861 р.) найдены св. Синодомъ слишкомъ значи-
тельными, и дѣло оставлено до другаго времени. Тогда семин.
правленіе, въ виду болотистаго мѣста и вредныхъ испареній и
необходимости сада для прогулокъ воспитанниковъ,—разведеніе
сада сдѣлало «предметомъ ежегодныхъ практическихъ занятій
учениковъ по классу сельскаго хозяйства, подъ руководствомъ
наставника». Въ 1846 г. куплено 7 кустовъ калпны и 300 бере-
зокъ; въ 1849 г. вмѣсто посохшихъ приобрѣтено 200 новыхъ бе-
резокъ для посадки съ лицевой и задней стороны зданія. Также
въ 1854 г. прикуплено 250 березокъ и 10 разныхъ кустовъ.
Въ 1849 г. требовалось между прочимъ въ саду вырывать ка-
навы, ровъ, очистить прудъ, уравнять землю, исправить заново
і дорожки, устроенные домашнимъ образомъ, и сдѣлать 2 но-
выхъ; насадить деревья—липы. Ясени, клена; исправить подзем-
ную водосточную трубу: за все это подрядчикъ назначилъ
625 р. с. Правленіе 200 р. опредѣлило занимствовать изъ оста-
точныхъ суммъ, а 425 писорить у высшаго начальства, которое
п выслало просимую сумму.

Вельдствіе того, что въ 1843 г. загорѣлась балка въ семи-
нарскомъ домѣ, Дух. уч. управленіе постановило назначить осо-
бую коммисію для осмотра всѣхъ балокъ и дымовыхъ трубъ,
съ каковою цѣностью во всѣхъ этажахъ поднимались полы, затѣмъ
архитектору Шедрину (1844 г.) поручено было, при депутатѣ
отъ минист. путей сообщенія и публ. зданій, инженерѣ Лидерѣ,
сломать печи, для осмотра балокъ. Постройка оказалась удовле-
творительной. Но отъ высшаго начальства поѣдовало внушеніе
правленію о наблюденіи осторожности и частныхъ освидѣтель-
ствованіяхъ. Переписка по дѣлу закончилась только въ 1847 г.
Въ 1844—45 г. по распоряженію высшаго начальства, къ 62 су-
ществовавшимъ топкамъ прибавлены вновь 23.—камины въ уче-
ническихъ спальняхъ, занятныхъ комнатахъ, классахъ, большинцѣ
и ватерклозетахъ. Вскорѣ (1851 г.) Дух. уч. управленіе назна-
чило своего экзекутора для осмотра семинаріи, съ цѣлю опре-
дѣлить, какіе и сколько пожарныхъ инструментовъ нужно для
семинаріи и училища. Онъ раздѣлилъ инструменты на 3 раз-
ряда, указалъ мѣсто, гдѣ ихъ поставить, предложилъ назначить
особаго служителя для надвора за ними, а другихъ служителей
пріучать дѣйствовать пожарными трубами и насосами. На за-
просъ акад. правленія, семинарское отвѣчало, что соображенія
экзекутора основательны, но суммъ никакихъ не имѣется на
пріобрѣтеніе, постановку и ремонтировку инструментовъ. Еще

— 456 —

въ 1842 г. смотритель Камманиковъ приторговаль пожарныхъ трубъ на 76 руб., но разрѣшения на приобрѣтеніе ихъ не по-словѣдовало.—Обращалось внимание и на другія условія въ отнесеніи помѣщенія. Въ 1850 г. архитекторъ доносилъ, что дурной запахъ въ семинаріи можно устранить посредствомъ устройства вентиляторовъ и соблюденія учениками порядка въ ватерклозетахъ. Устроено было 8 вентиляторовъ въ трехъ ватерклозетахъ на 44 р. Въ 1858 г. прозекторъ Импер. медико-хирургической академіи, докторъ Нордстремъ осматривалъ семинарію и назѣлъ нѣкоторые недостатки, сырость, въ больницѣ неудобства, отсутствіе вентиляціи, непмѣніе гимнастики. Правленіе согласалось съ его заявленіемъ и спрашивало, какъ и что устройть, но было не получило дальнейшаго хода. Но въ томъ же 1858 г. семинарское правленіе сдѣлало представленіе на имя митрополита о необходимости построенія двухъ новыхъ каменныхъ флигелей при семинаріи, такъ какъ помѣщеніе, первоначально разчитанное на 250 воспитанниковъ, стало, съ увеличеніемъ числа ихъ, ственильно и неудобно: въ классъ проходятъ и домашнія занятія воспитанниковъ, въ одной п той же залѣ помѣщаются: библіотека, физ-ческій кабинетъ и комната для храненія конъ по классу живописі; церковь служить и заломъ собранія *); воспитанники изъ юныхъ славянъ, поступающіе согласно Высочайшему созволенію, имѣютъ нужду въ особомъ помѣщеніи (на 25 человекъ); наконецъ предполагалось дать и квартиры нѣсколькимъ наставникамъ съ прислушою. Архитекторъ Сычевъ составилъ планы флигелей, перчислѣвъ примѣрно сумму на постройку ихъ въ 75,000 р. с. Учреждентъ былъ временный строительный комитетъ изъ ректора семинаріи Нектарія (потомъ Леонтія), инспектора Павла (потомъ Юспфа), эконома Тронцкаго, смотрителя зданій Дольскаго-Михай-кевича и секретаря правленія Георгіевскаго. Съ конца 1858 г. начаты были работы подрядчикомъ, купцомъ Платономъ Ивано-вымъ. Въ 1862 г. флигеля были готовы; на постройку ихъ пе-держано 77,067 р. 43 к. с. Ворота съ улины оставлены были только средія, а боковыя уничтожены. Въ одинъ изъ флигелей (на право отъ воротъ) переведены были: больница и библіотека **),

*) Съ прекращеніемъ публичныхъ эззаменовъ, въ началѣ 60-хъ годовъ, церковь уже перестала служить заломъ собранія.

**) Съ увеличеніемъ количества книгъ, съ начала 60-хъ годовъ (см. стр. 417, 419) и расширеніемъ помѣщенія библіотеки, устроены п новые шкафы для книгъ числомъ до 6, которые размнecomъ меньше и по формѣ проще, чьмъ устроенные въ началѣ 40-хъ годовъ 12 ясеневыхъ шкафовъ, съ стеклянными

— 437 —

занявшія верхній этажъ, и баня, помѣщенная въ подвальномъ этажѣ; нижній этажъ, также какъ и лѣвый флигель, отданъ подъ квартиры наставниковъ.

На содержаніе семинарская дома и хозяйства, по опредѣленію св. Синода отъ 4—28 июня 1841 г., принявшаго «во вниманіе съ одной стороны недостатокъ (прежняго) штатнаго положенія на содержаніе дома спб. семинаріи (6000 р. асс.), а съ другой, необходимость въ преподаніи способовъ къ сохраненію на будущее время должнаго порядка и чистоты въ новопостроенныхъ зданияхъ»,—положено производить, но сдѣланному семни. правленіемъ исчисленію,—7172 р. с. 50 к., т. е. на отопленіе (62 топкп) березовыми (312 саж.) и сосновыми (100 саж.) дровами 1004 р. 40 к., а съ кухней и баней 1684 р. 40 к., освѣщеніе (59 ламповыхъ рожковъ и 12 ночниковъ) 848 р. 47 к., содержаніе служителей, числомъ до 48, 2733 р. *), ремонтъ посуды и столоваго бѣлья 186 р. 63 к., мѣтье бѣлья 360 р., церковныя потребности (просфоры, вино и пр.) 30 р., ремонтъ дома 1000 р., на конюшню 330 р. Съ теченіемъ времени расходы увеличивались. Такъ, съ прибавленіемъ 23 топокъ въ 1845 г. уже требовалось на отопленіе 1947 р. 60 к. Въ 1849 г. напр. на освѣщеніе уже требовалось 1091 р. 14 к., на ремонтъ посуды и столоваго бѣлья 672 р. 68 к., церковныя потребности 97 р. 49 к., на конюшню (3 лошади) 577 р. 25 к., при чемъ недостающія суммы воспоживались, съ утвержденія митрополита, изъ остатковъ, напр. по содержанію воспитанниковъ и др. Но по мѣрѣ надобности правленіе обращалось и къ высшему начальству. Въ 1861 г. число служителей увеличено до 55, всѣдствіе представленія, по запскѣ смотри tella doma (въ виду построенія новыхъ флигелей), и на прислугу

передвѣрными дверцахъ, вышной 3 арш., а ширины различной, отъ 2 арш. 10 вершк. до 8¼ арш. Въ 1852 г. устроены и особые шкафы для архива (за 250 р.), который около этого времени приводился въ порядокъ коммисіей изъ секретаря Брянцева (потомъ Архангельскаго и Шаврова) и препод. Германа и Карашевича.

*) Въ томъ числь на одежду 695 р. и 2038 р. на жалованье—отъ 6 р. 25 к. исполнителямъ (двумъ), 4 р. гардеробщаку и проч. до 3 р. въ мѣсцѣ, но въ 1865 г. отъ 48 до 97 р. въ годъ; при чемъ въ нѣкоторые годы служителей было менѣе положенкаго—до 44-хъ и отъ ихъ содержанія былъ остатокъ, напр. въ 1849 г. до 250 р. Фельдшеру въ 1841 г. назначено жалованья отъ 72 до 85 р. въ годъ, но по представленію врача Паковскаго въ 1844 г. увеличено до 114 р. 28 к., а съ 61-го года до 126 р. 28 к. Въ услуженіе набирались лапа изъ разныхъ сословій, напр. въ 1855 г. были: унтерь-офицеръ, радовые, крестьянъ, мѣщанъ и дворовые.

— 488 —

предноложено уже 4636 р. 65 к. Хотя въ томъ же году было предипсаніе держать узаконенное число служителей, но оно не всегда соблюдалось, расходовалось же на прислугу до 4249 р. 15 к. (1865 г.). Въ с. 166ующемъ году (1862) писрошена прибавка и на освѣщеніе: сумма эта была удвоена—1696 р. 94 к., хотя произли до 2800 р.; но въ усѣмпченіи суммы на конюшню (до 800 р.) совсемъ отказано, съ предипсаніемъ держать 2 хъ лошадей, вмѣсто 3-хъ, и пользоваться лучше наймомъ ямскихъ лошадей, чтобы не тратиться на кучеровъ и экипажи. Въ особенности же на ремонтъ дома постоянно недоставало положенной суммл. Такъ, еще въ 1843 г., по смѣтѣ архит. Шедрина, требовалось на ремонтъ свыше 2-хъ тысячъ р., а у правленія было въ распоряженіи только 428 р., поэтому смѣту пришлось сократить и ремонтъ ограничливо 600 р. Въ 1846 г. на ремонтныя писравленія пошло 2144 р. 35 к., въ 1849 г.—3091 р. 9 к. Недостающія суммы уплачивались изъ остатковъ, но иногда особая сумма отпискалась изъ Дух. уч. управленія, такъ въ 1850 г. на ремонтъ отнущено 1332 р. 50 к., тогда какъ у семинаріи свободныхъ денегъ всего было до 100 руб. Въ с. 166ующемъ году на ремонтъ, даже хозяйственнымъ способомъ произведенный, нужно было 1100 р., а въ запасѣ имѣлось только 186 р., недостающіе 914 р. писрошены у Дух. уч. управленія. Въ 1865 г. такъ называемые хозяйственные расходы, т. е. по ремонту, содержанію дома и прислуги, отопленію и освѣщенію, исполненные по смѣтѣ управленіемъ, на основаніи «дѣйствительныхъ расходовъ последнихъ трехъ лѣтъ», и утверждение св. Синодомъ, равнялись уже 13432 р. 45 к., а въ 1866 г. — 13498 р. 91 к.

## Содержаніе воспитанниковъ.

На содержаніе 100 штатныхъ казенниковыхъ воспитанниковъ, по прежнему, полагалось 8570 р. (по 85 р. 70 к. на каждого), но изъ капиталовъ Дух. уч. управленія высылалась и сверхштатныя суммы на содержаніе и пѣкоторыхъ бѣдныхъ учениковъ на казенномъ свыше 100, напр. уже въ 1842 г. такихъ было 26 человѣкъ. И пѣкоторые изъ армейскихъ воспитанниковъ пользовались казенными содержаніемъ также изъ суммъ Дух. уч. управленія, напр. въ теченіе 5 лѣтъ (1843—48 г.) такихъ было разновременно до 42-хъ въ семинаріи вмѣстѣ съ ученицами. Изъ придворнаго вѣдомства Высочайше повелѣно (1842) принимать на казенное наравень съ дѣтьми прочаго духовенства (т. е.

— 483 —

на основаніи «Положенія о бѣдныхъ ученикахъ».) На 14 воспитанниковъ, вызывавшихся каждое 6-ти лѣтіе изъ Западной Россіі, высылалась также особая сумма; затѣмъ на иностранцевъ (грековъ и славянъ) даже до 147 р. на человѣка.*) Напр. въ 1865 г. сверхштатныхъ учениковъ семинаріи, пользующихся казеннымъ содержаніемъ изъ суммъ Дух. уч. управленія, было 41, на сумму 3657 р. 70 коп. Что касается своекоштныхъ воспитанниковъ, то относительно ихъ послѣдовало особое опредѣленіе св. Синода въ 1841 г., вслѣдствіе предложенія об.-прокурора. Въ бумагѣ, присланной относительно этого изъ акад. управленія (отъ 31 июля), между прочимъ значится: «по разрѣшенію св. Синода, новое зданіе семинаріи обзаведено уже всѣми принадлежностями для казеннокоштныхъ учениковъ, а нѣкоторыми, какъ-то: постельными приборами и вещами для столовой — на полное число учащихся, и устройство сего заведенія по отношенію къ казеннокоштнымъ воспитанникамъ не представляетъ затрудненій, напротивъ того, своекоштные, живущіе въ семин. зданіи **), требуютъ особенной въ настоящее время заботливости, по непмѣнію постояннаго правила на счетъ пансіонеровъ: ибо сіи воспитанники вносять сумму только за содержаніе ихъ пищевой и за помѣщеніе, а одежду имѣютъ собственную, разнообразную и большею частію не соотвѣтствующую казенному заведенію; самые оклады, внослые ими за пищу и помѣщеніе доселѣ, также разнообразны и именно: отъ 50 до 100 р. асс. смотря по состоянію родителей, между тѣмъ какъ полная, положенная по штату, сумма составляетъ на каждогоъ воспитанника 300 р. асс. Такимъ образомъ взносъ пансіонерскихъ денегъ въ меньшемъ количествѣ, несоотвѣтственномъ расходамъ на содержание, естественно производить ущербъ

*) Воспитанникамъ изъ южныхъ славянъ положено было (1857 г.) между прочимъ выдавать на мелочные расходы по 1 руб. въ мѣсяцъ (изъ суммъ мінист. иностр. дѣлъ).

**) Сначала только пѣсне митрополита изъ семин. воспитанниковъ (не бѣдне 10 человѣчка) жили изъ семинаріи, такъ то, когда въ 1850 г. об. священникъ Кутневичъ пожелалъ, чтобы его два сына были приходящими въ семинаріи, то для этого потребовалось особое разрѣшенье директора Дух. уч. управленія. Но въ 60-х годахъ, когда число учащихся пресышало 300, уже постоянно выдавалась билеты для проживанія на волныхъ квартиранъ, и число приходящихъ доходило иногда до 25. Правленіе нерѣдко отказывало въ приѣмъ въ общежитіе (сем. ниже) и увольняло изъ него, напр. оставляемыхъ на повторительный курсъ и приватныхъ. Въ 1862 году 6 учениковъ, увольненные за малоуспѣшность изъ корпуса, допущены за плату въ комнату нижняго коридора, служившую прежде классомъ живописн.

— 490 —

семинарской экономии и восполнения оного падаетъ всегда на
общія казенныя семинарскія суммы, тогда какъ во всѣхъ учеб-
ныхъ заведеніяхъ другихъ вѣдомствъ пансионеры допускаются
только со взносомъ полной штатной суммы, положенной на ка-
зеннокоштнаго воспитанинка, и заведенія не только не обреме-
няются спмъ, но увеличеніе числа воспитанниковъ способствуетъ
приращенію экономіи. Съ перемѣщеніемъ семинарія въ новое
зданіе, которое, какъ выше сказано, обзаведено всѣми припад-
лежностями (кромѣ одежды) на полное число воспитанниковъ,
какъ казеннокоштныхъ, такъ и своекоштныхъ, сіи последніе
должны содержаться одинаково съ казенными и сохранять со-
вершенное единообразіе въ одежды. Для достиженія сего необхо-
димо нужно постановить правила для семинар. пансионеровъ, (ко-
торыя и утверждены св. (синодомъ). 1) Взнось за содержаніе
учениковъ своекоштныхъ раздѣлить между священноцерковно-
служителями столпичными, уѣздными и сельскими на 5 разрядовъ
въ инициалдующихъ размѣрахъ: священникъ петербургскій доз-
женъ вносить 85 р. 70 к. с., протоиерей уѣздный 57 р. 14 г.,
здѣшній дьяконъ и уѣздный или сельскій священникъ 45 р. 70 к.,
здѣшній дьячекъ и уѣздный или сельскій дьяконъ 39 р. 98 к.,
уѣздный или сельскій дьячекъ и пономарь 34 р. 28 к. с. въ
годъ, — и тогда содержать ихъ наравиѣ съ казеннокоштными
воспитанниками. 2) Но какъ оклады последнихъ четырехъ раз-
рядовъ не могутъ покрыть расходовъ, определенныхъ на содер-
жаніе казеннокоштныхъ, чрезъ что долженъ непремѣнно про-
изойти ущербъ въ семинар. экономіи: то для восполнения сихъ
расходовъ прибавлять каждый разъ столько суммы изъ дух. учеб-
ныхъ капиталовъ, сколько по числу учениковъ будетъ нужно,
о чемъ семинарскому правленію и входить съ представленіемъ
установленнымъ порядкомъ. 3) Правила сіи сдѣлать немедля пз-
вѣстными всему духовенству спб. епархіи, съ такимъ присво-
кулированіемъ, что своекоштные ученики, не могутъ выполнять
оныхъ, не будутъ принимаемы въ здѣшнюю семинарію, а пре-
доставляется имъ право окапчивать ученые въ новгородской п
исковской семинаріяхъ, ближайшихъ къ здѣшней епархіи. 4) Но-
слику... вышепреженныя правила, по разному мѣстопребыванію
родителей своекоштныхъ воспитанниковъ, не могутъ быть прин-
ведены въ короткое время въ дѣйствіе, то разрѣшить на первый
разъ семинар. правленію построить для своекоштныхъ учениковъ
полную одежду по образцамъ казеннокоштныхъ, и расходъ по-
требный на сіе единовременное обзаведеніе по представленному

— 491 —

сем. правленіемъ росписнію, принять на счетъ дух. учебныхъ
капиталовъ, съ отпускомъ исчисленныхъ на сей предметъ 8848 р.
50 к. с. нынѣ же въ распоряженіе сем. правленія, съ тѣмъ,
чтобы (по изготовлениі одежды) оно вошло въ соображеніе о
пополненіи суммы съ означенныхъ учениковъ и донесло бы о
семъ по надлежащему. Сумма отпущена была на 150 человѣкъ,
съ назначеніемъ на каждаго по 58 р. 99 к. именно: сюручная
пара темносѣраго сукна (5¾ арш.) 15 р. 99 к. (на два года),
другая подобная на один годъ 12 р. 77 к. *), лѣтніе панта-
лоны и жилетъ 2 р. 53 к., разныя мелкія вещи 2 р. 85 к., три
пары смазныхъ полусаногъ 6 р., шинель темносѣраго сукна (на
3 года) 10 р. 63 к., фуражка темносѣраго сукна съ кожанымъ
козырькомъ 1 р., пара перчатокъ 58 к., обѣе 6 р. 64 коп.
Въ 1845 г. семинарія окончательно уплатила вышеозначенную
сумму.

Когда въ 1842 г. нѣсколько учениковъ не уплатили денегъ
за содержаніе, то чрезъ академію было предпрідано: одинъ, бо-
лѣе обѣдныхъ, по точнымъ справкамъ, принять на казенное, если
они «пріобрѣли вниманіе къ себѣ хорошимъ поведеніемъ, при-
лежаніемъ и способностямъ», другихъ псключить, предоставивъ
имъ перемѣститься въ другія семинаріи; деньги же требовать
съ учениковъ за полгода впередъ. Деньги за содержаніе прихо-
дилось взыскивать (напр. въ 1844 г.) чрезъ дух. консисторію,
при посредствѣ дух. правленій и благочинныхъ. Но и при этомъ
иногда оставались должники. Такъ, уволенный изъ семинаріи за
нетрезвость И. Л. остался долженъ за нѣсколько лѣтъ 120 р. п
хотя поступилъ въ дьяконы военнаго вѣдомства, но по обѣдности
не могъ уплатить денегъ; дѣло оставлено безъ последствій, по
вниманію къ крайней обѣдности Л., но правленіе постановило: «на
будущее время немедленно увольнять изъ сиб. семинаріи въ
другія тѣхъ изъ воспитанниковъ армейскаго или епархіального
вѣдомства, конхъ родители или родственники не будутъ взно-
сить за нихъ добавочной суммы въ узаконенные сроки» (1851 г.).

*) Съ 1843 г. сюртухи, брюки и жилеты разрѣшено шить изъ чернаго сукна вмѣсто съраго, «по причинѣ встрѣчаемыхъ затрудненій въ пріобрѣтеніи значительного количества темносѣраго сукна одинаковаго цвѣта и достовѣнства. Сюртушки отличались особенной длиннотою. Для починки одежды заведены были, по представлению смотр. Камышникова, два портныхъ. На починку назначалось по 1 р. 23 к. въ годъ, за каждаго воспитанника.—Для бритыи и стрижки воспитанниковъ приглашенъ былъ цирюльникъ за 5 р. въ мѣсяцъ, но потомъ по контракту за 4 р. 28 к.

— 492 —

Тема больше внимания требовалось по этому вопросу, что преж-
нія недопみь оставались еще невысканными и съ цѣлію упоря-
доченія этого дѣла въ 1844 г., по просьбѣ секретаря Полисадова,
составленъ былъ при семинаріи особый комитет о соборной не-
дономочной суммѣ съ учениковъ ал. невскаго училища и семи-
наріи съ 1826 по 1841 годъ.

Изъ Дух. уч. управленія высылалась добавочная сумма на
содержаніе обѣдныхъ воспитанниковъ по полугодіямъ въ различ-
номъ количествѣ, смотря по представленію о численнї нуждаю-
щихся. Такъ въ 1842 г. 1989 р., въ 1845 г. 1543 р. 65 к., за
1849 г. выслано на 67 восп. добавочныхъ денегъ свише 2908 р.,
за 2-е полугодіе 1851 г. 1163 р. 78 к. на 53 чел., за полугодіе
1852 г. 1232 р. 30 к. на 60 чел., за 2-е полугодіе 1854 г. 962 р.
на 45 чел. Въ 1860 г. выслано всего 2925 р. 75 к. (ср. отч. свр.
об.-ирок. 1860, г. стр. 53); на каждого воспитанника добавочныхъ
приходилось, напр. въ 1848 г. отъ 40 до 51 руб., въ 1860 г.
отъ 28 р. 56 к. до 51 р. 40 к. и т. д.

Сверхъ того, изъ консисторіи, по прежнему, высылалась
сумма на недостаточныхъ учениковъ, вырученная отъ продажи
вѣнчиковъ и листовъ разрѣшительной молитвы, и изъ Ал.-Нев-
ской лаврм—отъ ненолиаго комплекта соборныхъ іеромонаховъ,
напр. въ 1849 г. въ два раза изъ консисторіи 1480 р. 27 к.,
изъ лаврм—171 р. 72 к., въ 1850 г. изъ конс. 1893 р. 70 к.,
изъ лаврм—173 р. 87 к., въ 1853 г.—2851 р. 50 к. и —188 р.
41 к., въ 1862 г.—2296 р. 20 к. и 219 р. 96 к. с. Въ 1861 г.
св. Синодомъ утверждены были новыя «правила о порядкѣ снаб-
женія церквей вѣнчиками и листами разрѣшительной молитвъ
и объ отчетности въ облѣхъ», где сказано между прочимъ, что
деньги за нихъ установленнымъ порядкомъ отсылаются немед-
ленно въ правленіе дух. семинаріи (§ 6) и что на ректоровъ
сем. возлагается обязанность въ дух. консисторіи наблюдать за
вѣрнымъ ходомъ этого дѣла, такъ какъ выручаемыя суммы по-
ступаютъ на содержаніе обѣдныхъ учениковъ (§ 16).—Илькоторое
вспоможеніе оказывалось недостаточнымъ ученикамъ изъ спрот-
скихъ суммъ отъ Спб. епархіального попечительства о обѣдныхъ
дух. званія, напр. въ 1850 г. такімъ пособіемъ пользовались
16 человекъ (вмѣстѣ съ училищами); о нихъ правленіе должно
было сообщать свѣдѣнія, где именно учатся, давно ли и на ка-
комъ содержаніи. Въ 1850-хъ гг. былъ пансионеръ и отъ Ими.
человѣкобюпваго общества (Долгомостъевъ), смѣшъ надворнаго со-
вѣтинка. Были и частныя пожертвованія на обѣдныхъ учениковъ

— 493 —

сверхъ сдѣланьныхъ раньше (стр. 213). По завѣщанію м. Серафима, въ правленіи хранились 1428 р. с., проценты съ которыхъ должны были пдти на содержаніе дочери тит. сов. Рудина, а послѣ ея смерти на обѣдныхъ учениковъ семинаріи. Въ 1854 г. митр. Никаноръ пожертвовалъ 2300 р. для содержанія на проценты одного изъ сиротъ, или дѣтей обѣдныхъ родителей. Отъ почетнаго блюстителя Эзелева поступали пособія, (напр. въ 1862 г. 150 р.). Въ 1864 г. 2-й гильдіи купецъ Мак. Як. Калашниковъ завѣщалъ 1500 р. на вѣчныя времена въ пользу обѣднѣшаго воспитанника сем. подъ его именемъ, *) желающаго поступить въ священнослужители; въ 1867 г. неизвѣстнымъ лицемъ пожертвованъ (чрезъ скорохода Высочайшаго двора Григорьева) 5% банковый билетъ въ 150 р. въ пользу обѣдныхъ воспитанниковъ. Находящіеся въ хорѣ с.-петерб. митрополита состояли на пѣвческомъ содержаніи. Въ 1859 г. напр. такихъ было 12; но воспитанниковъ на содержаніи отъ предоставленныхъ мѣстъ уже не видимъ.

Со введеніемъ съ 1841 г. новой улучшенной п для всѣхъ «единиобразной» одежды, съ выдачей и верхняго платья — шинелей (на 250 чел.), сдѣланы улучшенія и въ столѣ: вмѣсто 2-хъ блюдъ за обѣдомъ, согласно донесенію эконома Петрова, найдено возможнымъ давать три, за ужиномъ — два. Оберъ-прокуроръ гр. Пратасовъ однажды, при посѣщеніи столовой, сказалъ эконому: «благодарю, мы съ вами не дадимъ отвѣта ни Богу, ни царю; воспитанники довольны и я очень довольны; царь отъ насъ болѣе ничего и не требуетъ» **). Жалобъ учениковъ на столъ не замѣчается даже въ постные дни. Поступившіе изъ спб. семинаріи въ академію высказывали иногда, что пища въ семинаріи—

*) Въ началѣ 40-хъ годовъ фамиліи учениковъ еще перемѣнялись, и состоявшія на капиталахъ пожертвованныхъ усвоялись фамиліи жертвователей, по желанію послѣднихъ; напр. В. Боголюбовъ, содержавшийся на капиталъ митр. Серафима, названъ Серофимовымъ (1840 г.), Ал-й Головинъ, помѣщенный тогда же на капиталъ митр. Михапла, переименованъ Михайловымъ. Но въ 1846 г. послѣдовалъ указъ св. Синода, чтобы впредьникому въ духовномъ вѣдомствѣ не усвоялись фамиліи произвольныя, но по общему порядку сохранились такія, которые принадлежать родителямъ къндаго. Въ 1857 г. дополнено, чтобы ученикамъ давать фамиліи отъ именъ отцевъ, если отцы безъ фамиліи. Въ слу этого напр. Л. Павловскій, по вниманію къ многосемейности и полезной 18-ти лѣтней службѣ отца его, помѣщенный въ 1852 г. на казенное содержаніе изъ 1% на капиталъ митр. Серафима, остался при прежней фамиліи.

**) Изъ объясн. эконом. Петрова, поданнаго митрополиту въ 1857 г.

— 494 —

лучше академической *». Столовая принадлежности имели при-
личный видъ, напр. въ записках эконома за 1853 г. значатся
въ пользованіи учениковъ: оловянныя миски, мельхіоровыя ложки,
носеребренныя гальванопластическимъ способомъ (на 221 руб.).
чайныя кружки, гантеровскія кружки, устроены вновь—10 ска-
тертей п 302 салфетки, 4 дюжины столовыхъ ложекъ варшав.
серебра, 34 дюжины тарелокъ («ибо ежедневно въ мытьѣ лопаются»).
Съ октября 1841 г. по распоряженію об.-прокурора, для воспитан-
никовъ заведенъ былъ завтракъ изъ хлѣба, кваса п соли. Но приобрѣ-
тать какіе либо продукты на свой счетъ строго было запрещено. Бу-
дочникъ, явившийся въ новую семинарію, былъ тотчасъ же изгнанъ
инспекторомъ Миншнымъ. Нослать служителя за будкой недозволя-
лось, и если иногда это дѣлали воспитанники, то тайно и съ
большими предосторожностями, по крайней мѣрѣ до конца
50-хъ годовъ. Впослѣдствіи и въ этомъ отношеніи стало свобод-
нѣе. Съ 60-хъ годовъ воспитаникамъ давался уже казенный чай
съ французскими булками, на что, по опред. св. Синода отъ
30 янв. 1861 г., отпускалось 2000 р. с.

Попеченіе о больныхъ воспитанникахъ не ограничивалось
только содержаніемъ въ больницѣ, на которую вмѣстѣ съ меди-
каментами по штату полагалось 214 р. 20 к., хотя расходовалось
болѣе, напр. въ 1849 г. 260 р. 88 к., а къ 1866 г. расходы по
больницѣ возвыслись до 287 руб. **).

Въ 1843 г. было предписаніе увольнять не медля учениковъ больныхъ хроническими болѣznями и въ семинарію таковыхъ не при- пинмать». Въ окт. 1847 г. послѣдовало опредѣленіе св. Синода о мѣ- рахъ и предосторожности противъ холерной эпидеміи, вслѣдствіе этого, когда въ июнѣ 1848 г. замѣчены были признаки холеры въ 10 семинарскихъ воспитанникахъ. занятія были прекращены и ученики

*) Какъ видно изъ записокъ эконома, для ученическаго стола покупались: говядина, студень, солонина, рыба (окуни, лещи, сги, судаки, снѣгки, магдалянка, корюшка, сырть, щук, ерши), огородные овощи, (солнечные огурцы), хлѣбные припасы: крупа—крупичатая, перловая, пшенная, манная, гречневая, овсяная, рисовая, бълый горохъ; магло коровье и конопляное, молоко и проч. Въ 1861 г. вслѣдствіе замѣченной разницы въ цѣнѣ на покупку припасовъ въ дух. учебныхъ заведеніяхъ одной и тойже епархіи и въ расходовѣніи ихъ, послѣдовало предписаніе назначать общіе торгі. а частною покупкой приобрѣтать припасы, если торгі по чему либо не состоятся. На запросъ по этому поводу, семин. правленіе предлагало составить на цѣлый годъ общее росписа- ніе для дух. уч. заведеній одной епархіи. Но это не оказалось удобнымъ.

**) Въ светѣ на 1866 г. малованье солѣдшера (126 р. 28 к.) внесено въ больничные расходы, опредѣленные правленіемъ въ 380 р. 68 с.

— 495 —

распущены по домамъ, въ семинари осталось 49, изъ которыхъ 8
хотя и находились въ больницѣ, но не холерой были больны. Съ пре-
кращеніемъ эпидеміи въ городѣ, ученики были вызваны чрезъ
консисторію къ 20-му сентября, согласно и съ мнѣніемъ врача
Бобрикова. Мнѣніе доктора Нордстрема (см. стр. 486) о сы-
рости, неудобствахъ въ больницѣ, отсутствіи вентиляціи, не-
достаточности свободнаго времени для отдыха воспитанниковъ
и необходимости гимнастики, было принято правленіемъ
1858 года, хотя и не доведено до полныхъ результатовъ.
Въ 1862 г. послѣ того какъ одинъ воспитанникъ умеръ отъ
оспи, съ которой приѣхалъ послѣ вакаціи, по предписанію
спб. физиката, былъ осмотръ всѣхъ воспитанниковъ семина-
ріи докторомъ Бобриковымъ, и 20-ти изъ нихъ привита оспа.
Въ 1863 г. золотушныхъ отправили на казенный счетъ въ Ста-
рую Русу для пользованія тамошинами минеральными водами:
изъ семинари пятирныхъ и изъ ал.-невскаго училища 8, въ со-
яровожденіи училищнаго надзирателя.—Зубнымъ врачемъ при сем-
инари былъ Вагенгеймъ, которому, по засвидѣтелствованію
Бобрикова, выдавались иногда денежныя награды 100—130 р.,
а въ 1861 г. исходатайствованъ орденъ Станпсі. 3-й ст.—По бо-
лѣзни воспитанники нерѣдко увольнялись домой «впредь до вы-
здоровленія», иногда съ выдачею прогоновъ, или перемѣщались
зъ др. семинари. По показанію доктора Бобрикова, представив-
шаго въ 1869 г., при выходѣ изъ семинари, таблицу за послѣд-
нія 5 лѣтъ о больныхъ, выздоровѣвшихъ и умершихъ воспитан-
никахъ, умершій относятся къ выздоровѣніемъ за его время,
какъ 1: 210.

Вознагражденіе служащихъ.

Оклады должностныхъ лицъ, за которыми исключеніями,
оставались прежніе, и штатамъ 1836 года. Профессорскій ок-
ладъ былъ 429 р. с. При этомъ изъ ректорскаго оклада (равняв-
шагося также профессорскому) дѣлался вычетъ отъ 1/5 до 1/2,
если ректоръ пользовался доходами отъ управляемаго штъ мо-
настыря, но съ 1857 г. это правило отмѣнено *). Съ увольне-
ніемъ же ректора Юанникія въ 1851 г. отъ должности настоя-
теля Ростовскаго монастыря, ему разрѣшено, по Высочайшему
повелѣнію, производить, въ замѣнѣ монастырскихъ доходовъ, сто-

*) Извл. изъ отч. син. обр. 1857. с3. 64.

— 433 —

ловых денег 600 р. Послѣ того ректору только лично предо-
ставлялась степень настоятеля первоклассного или второклас-
сного монастыря *), и жалованья онъ получать всего 1458 р.;
другія лица—по прежнему (см. выше стр. 195, 196). Но и нѣко-
торымъ оклады были возвышены. Такъ, помощники инспектора,
не состоявшіе въ должности преподавателей, получали 429 р. **),
а состоявшіе въ этой должности 200 р. 20 к., окладъ утвержден-
ный 1 дек. 1840 г. Смотритель дома получалъ 629 р. 20 коп.
Приглашенные вновь преподаватели со стороны получали увели-
ченные оклады, такъ, французъ Рюо, преподаватель сельскаго
хозяйства Шмальцъ и художникъ Солнцевъ—получали по 573 р.,
Фриманъ 300 р. с. за финскій языкъ и потомъ 300 р. за эстскій,
за переводъ же богослуж. книгъ особо (см. ниже), помощникъ
Солнцева по классу живописи—286 р. с. **), техникъ Коротковъ
600 р. с., но послѣ него на наемъ техника 100—150 р. и даже
300 р. (1866 г.), преподаватель монгольскаго языка Поповъ
1200 р., препод. нѣмецкаго языка (съ 1856 г.) и французскаго
(съ 1857 г.) по 300 р., врачъ за преподаваніе еще 143 р. с.,
каковой окладъ, по закрытіи медицинны, переданъ учителю при
воскресной школѣ; священникъ семин. церкви (съ 1859 г.)
400 р., дьяконъ—300 р. Письмоводители, которыхъ было отъ 4
до 6, *) получали отъ 36 р. до 84 (старшій).

Наставники изъ воспитанниковъ дух. академіи, по преж-
нему, получали классные оклады — по ученой степени, пока оста-

*) Управленіе ректоровъ монастырями найдено препатствующимъ «надле-
жащему выполненію прамыхъ обязанностей» ихъ по семинаріи (отч. об.-прок.
1860. 49), но оно было не выгодно и для самыхъ монастырей. А. Муравьевъ
еще въ 1837 г., нашедь безпорядки и запущеніе Боровской обители св. Наф-
нутія, писалъ гг. Пратаconу. что обитель эта «можетъ служить примѣромъ,
какъ пагубы ректоры для монастырей и что необходимо искоренить это зло,
чтобы возстановить разорасмыя или обители». Русск. срх. 1876. III. 174. Ср.
Пис. м. Филарета къ Антонію, ч. IV. 305.

**) Въ 1848 г. помошиники инспектора изъ академ. воспитанниковъ у-
твердились и «во всехъ техъ правахъ, какія по существующимъ узаконеніямъ
принадлежать наставникамъ семинаріи» (Отч. об.-прок. 1848 г. 43).

*)*) «Въ 1858 г. Высочайше повелѣно присвоить учителамъ иконописанія
(въ дух. уч. заведеніяхъ) права государственной службы примѣнительно къ
гимназическій учителамъ рисованія... жалованье же назначено производить
сообразно съ занятіями, по усмотрѣю св. Синода» (Отч. об.-прок. 1858 г. 51.)

*)*) Определеніе св. Синода (1853), согласно Высочайшему повелѣнию, о со-
кращеніи дѣлопроизводства и переписи и по духовному втдомству, повиди-
мому, не имѣло вліянія на сокращеніе семинарскаго письмоводства, напро-
тивъ, съ теченіемъ врѣлени, число письмоводителей увеличивалось.

— 497 —

вались въ духовномъ званіи. Въ 1845 г. даже было предписано не выдавать классныхъ обладовъ наставникамъ овдовѣвшимъ, «если только не объявятъ они письменнаго желанія поступить въ монашество». Единовременное пособіе, выдаваемое на первоначальное обзаведеніе воспитанникамъ академіи, при поступлении на духовно-учебную службу, въ 1843 г. возвышено съ 28 р. с. до 50 *).

Казенныя квартиры въ зданіи семинаріи (до 60-хъ годовъ) предоставлены были: ректору, инспектору, эконому, смотрителю дома, помощникамъ инспектора, (которымъ дозволено было пользоваться и ученическимъ столомъ), также и секретарю. Съ июня 1842 г. разрѣшено давать квартиры холостымъ наставникамъ семинаріи въ бывшихъ семинарскихъ комнатахъ въ Александроневской лаврѣ, но съ 1857 г. лавра сама уже нуждалась въ этихъ комнатахъ и давать квартиры семин. наставникамъ не находила удобнымъ. Отоплять же квартиры въ лаврѣ наставникамъ приходилось на свой счетъ, впрочемъ семинарія выдавала иногда дрова, вообще по прошеніямъ наставниковъ, напр. Бобрикову (1849 г.) и Михайлову (1850 г.) положено было отпускать по 10 саж. берез. дровъ, священнику Денисову въ 1850 г. едино временно 5 саж., Красносельскому въ 1852 г. единовременно 6 саж., а съ 1855 г. ему и Травлинскому, жившимъ въ лаврѣ, по 10 саж.

Денежное квартирное пособіе получали болѣе заслуженные изъ преподавателей (Боголюбовъ и Саввантовъ) по 100 р. с., которое въ 1852 г. дозволено выдавать впередъ за треть. По представленію кіевской дух. академіи въ 1854 г., Дух. уч. управленіе признало справедливымъ назначить нормальное количество квартирнаго пособія, чтобы въ равной мѣрѣ давать его служащимъ. Затребованы были соображенія отъ правленія спб. семинаріи, которое отвѣтило, что 1/4 часть жалованья можно признать нормальнымъ количествомъ квартирнаго пособія для семин. наставниковъ. Но такое пособіе не всѣмъ выдавалось и послѣ этого, а по особымъ уваженіямъ. Такъ, Пѣвницкому въ 1854 г. правленіе отказало, «принявъ во вниманіе его службу (около 5 лѣтъ) и существующія постановленія—1818 г.» (хотя были и нозднѣйшія, см. стр. 199); Ловягинъ же и Красносельскій, по выходѣ изъ лавры въ 1857 г., получили квартирное пособіе, хотя первый былъ въ спб. семинаріи менѣе года. Бобри-

*) Извл. изъ отч. об.-прок. 1843. 66.

32

— 498 —

кову въ 1858 г., по вниманію къ 13-ти лѣтней службѣ, находа-
тайствовано квартирное пособіе. Въ 1860 г. оно еще назначено
Георгіевскому (по оставленіи имъ секретарства) и Евдокимову.
Въ 1857 году было особое предписаніе Дух. уч. управленія
о томъ, чтобы назначать квартирныя пособія изъ дух.-учебныхъ
капиталовъ только въ самыхъ крайнихъ случаяхъ, если не
имѣется экономическихъ суммъ, ни наличныхъ, ни въ билетахъ
государственныхъ кредитныхъ учрежденій. Въ 1859 г. послѣдо-
валъ запросъ о расходахъ наставниковъ на наемъ квартиръ и о
количествѣ семействъ ихъ. Оказалось, что платили за квартиру отъ
180 р. (Нишинскій—5 чел. семейства) до 650 р. (Бобриковъ—
8 чел. семейства). Съ построеніемъ двухъ филгелей при семи-
наріи, въ нихъ отводились казенные квартиры наставникамъ,
хотя не всѣмъ; нѣкоторымъ, болѣе заслуженнымъ, но жившимъ
на своихъ квартирахъ, продолжали выдавать квартирное пособіе
въ 100 руб. (напр. Савваитову, Бобрикову).

Другія денежныя пособія, награды и добавочные оклады
выдавались или за усердную и долговременную службу, или по
вниманію къ особымъ обстоятельствамъ, на основаніи прошеній,
а также за исправленіе вакантныхъ должностей и за посторон-
ніе труды, по порученію начальства. Въ 1846 г. проф. Бого-
любовъ писалъ на пмя правленія, что «13-й годъ занимается пре-
подаваніемъ различныхъ предметовъ, изъ коихъ нѣкоторые
весьма недостаточно обработаны въ ученомъ отношеніи и тре-
буютъ со стороны преподавателя особыхъ трудовъ и усилий,
между тѣмъ окладъ его съ квартирными (529 р. с.) едва доста-
точенъ на наемъ необходимой квартиры съ прислугой и отопле-
ніемъ»; въ виду этого просилъ денежнаго пособія. «По вниманію
къ долговременной службѣ усердной и полезной», назначили ему
полугодовой окладъ (214 р. 50 к.). Также въ 1850 и 1852 гг.
Но при выходѣ изъ семинаріи въ наградѣ годовымъ окладомъ
ему отказано, по опред. св. Синода, какъ вышедшему изъ дух.
вѣдомства. Въ 1848 г. правленіе представило къ наградѣ 300 р.
Михайлова, Троицкаго и Дашкевича. Въ 1849 г. Бобрикову ис-
ходатайствовано 300 р. за绝лично-усердную службу, по вы-
слугѣ 3-хъ лѣтъ; ему же въ 1860 г. выданъ въ награду годовой
окладъ 286 р., а при выходѣ въ 1869 г. 300 руб. Въ ноябрѣ
1850 г. Бронницкій просилъ пособія на леченіе, но, не дождав-
шись рѣшенія, умеръ отъ чахотки, тогда выдано было женѣ его,
по ея прошенію, единовременное пособіе 429 р., согласно опред.
св. Синода. Въ 1852 г. Ил. Бпляеву, по вниманію къ болѣзни,

— 499 —

выдано жалованье за годъ, хотя хворалъ болѣе года *). Въ томъ
же году инсп. Мишинъ за долговременную отлично-усердную и
полезную службу награжденъ, по представленію правленія, го-
довымъ окладомъ профессорскаго жалованья. Заболотскій въ
1852 г. награжденъ половиннымъ окладомъ жалованья, а въ
1855 г. при выходѣ изъ семинарін послѣ 11 лѣтъ службы—пол-
нымъ (286 р.). Проф. Савваитову въ 1855 г., вслѣдствіе его
прошенія, опредѣлено выдать годовой окладъ 429 р. изъ дух.-
учебныхъ капиталовъ, въ награду за долговременную, усердную
и полезную службу и по вниманію къ его стѣсненнымъ обстоя-
тельствамъ; тоже въ 1858 г., а съ 1862 г., вслѣдствіе его про-
шенія на имя об.-прокурора, Высочайше разрѣшено ему выда-
вать двойной окладъ жалованья (858 р. с.), по вниманію къ от-
лично-усердной службѣ и ученымъ трудамъ, въ видѣ особенной
награды. Рюо, при выходѣ изъ семинарін (1856 г.), послѣ 12 лѣтъ
службы, на которой, по его заявленію, онъ «приобрѣлъ болѣзнь
въ легкихъ и гортани», разрѣшено выдать годовой окладъ (572 р.).
Шаврову въ 1858 г. за усердное прохожденіе секретарской
должности 143 р. Въ 1859 г. по прошеніямъ исходатайствованы
полугодовые оклады: Нищинскому (214 р. 50 к.), по случаю по-
несенныхъ имъ убытковъ отъ пожара, и Малову (143 р.), по
вниманію къ одобрительной службѣ и недостаточному состоянію
а Ловяинку за новгородскую службу—полный проф. окладъ.
Въ 1862 г. Ловягнъ подавалъ прошеніе митрополиту, гдѣ инсалъ:
«желая поѣръ силъ своихъ содѣйствовать успѣхамъ духовнаго
образованія, какъ вообще въ обществѣ, такъ въ особенности въ
дух.-учебныхъ заведеніяхъ», издалъ въ 1860 г. книгу объ Юаннѣ
Крестителѣ и пstrатилъ 400 р. с. Въ виду этого, просилъ де-
нежнаго всноможенія, такъ какъ «находится въ затруднитель-
ныхъ обстоятельствахъ». По резолюціи митрополита, представ-
ленъ былъ къ годовому окладу. Письмоводитель Фальковскій за
усердную службу, по представленію секрет. Георгіевскаго, награж-
денъ годовымъ окладомъ 90 р. с. Красносельскому, по прошенію,
(1861 г.) исходатайствованъ годовой окладъ, «какъ понесшему
значительные убытки отъ произведенной изъ квартиры его кражи
разныхъ вещей», и принимая во вниманіе постоянно усердную
его службу. Вл. Никольскому, получившему въ 1862 г. уволь-
неніе за границу по болѣзни, выдано пособіе 214 р. 50 к. Дья-

*) По ходатайству правленія, помѣщенъ былъ въ Обуховскую больницу для излеченія отъ нервной горячки, также какъ въ 1854 г. Пѣвницкій—отъ золотухи.

*

— 500 —

кону Троянскому (1863 г.) по случаю болезни 50 р. Въ 1864 г. за проф. Зинченко ходатайствовали, вслѣдствіе его прошенія, чтобы не взыскивать съ него прогоновъ отъ Полтавы (откуда онъ пріѣхалъ) до Петербурга, что и опредѣлено было св. Сино-домъ, а въ 1864 г. въ награду за весьма усердную и полезную 9 лѣтнюю службу ему исходатайствованъ полугодовой окладъ. Вдовѣ Малова, по вниманію къ усердной службѣ мужа, исхода-тайствованъ въ 1864 г. его годовой окладъ, хотя на службѣ со-столѣ не 10, а только 7 лѣтъ.

За исправленіе должностей и посторонніе труды получили: въ 1842 г. Успенскій на путевыя издержки въ Филияндію 150 р. с. свящ. Семеновъ 30 р. с., за 25 службъ въ семинарской церкви, хотя представляли къ 50 р.; въ 1849 г. экономъ Троицкій за исправленіе должности смотрителя болѣе полугода 270 р., іером. Леонтій за исправленіе должности субъинспектора въ теченіе 6 мѣсяцевъ 100 р. 10 к.; въ 1850 г. Савваитовъ за составленіе зырянской грамматики и словаря, съ Высоч. соизволенія, но опред. св. Синода, 1200 р. изъ дух.-учебныхъ капиталовъ, (по-лучилъ также премію 714 р. отъ академіи наукъ); А. Никольскій за преподаваніе 3 мѣсяца словесности ученикамъ 2-го кл. нисш. отд., за смертію Бронницкаго, 53 р. 62 к.; въ 1851 г. Пвеницкій за преподаваніе болѣе 4-хъ мѣсяцевъ гражд. исторіи, по выходѣ Булгакова, 154 р. 91 к. изъ остаточнаго жалованья; Брянцевъ за исправленіе болѣе 3-хъ мѣс. должности помощника инсп., по выходѣ Леонтія—52 р. 84 к.; въ 1852 г. Михайловъ за чтеніе корректуры алѣбры и геометріи—100 р.; Архангельскій, препо-дававшій словесность во 2-мъ отд. за болѣзню Бѣляева 2¹/₂ мѣс. 91 р. 76 к.; Троицкій за 3-хъ лѣтнее исправленіе должности смотрителя дома 891 р. с.: въ 1856 г. іеромонахъ Шавелъ и пом. инсп. Троицкій за преподаваніе въ теченіе 9-ти мѣс., по выходѣ Нѣвницкаго, по 160 р. 87 к. Шавровъ за преподаваніе франц. яз. 16 мѣсяцевъ 400 р., іером. Отеческъ за исправленіе долж-ности смотрителя ал.-невск. училища 8 мѣс. 154 р. 91 к.; Фри-манъ за переводы богослуж. князѣ на латышскій и эстскій языки съ 1857 г. получалъ ежегодно 1020 р. с. Съ закрытіемъ класса эстскаго языка (1865 г.) и увольненіемъ отъ переводовъ на лат. и эстскій, ему оставлено 300 р. за переводы на финскій. Въ 1858 г. Дольскій-Михалковичъ за испр. должности помощника инсп. полгода 105 р. 66 к.; въ 1859 г. Красносельскій за разсмотрѣніе нѣсколькихъ книтъ и исправленіе должности пре-подавателя физики представлѣнъ былъ къ полугодовому окладу,

— 501 —

но выдано 110 р.; въ 1860 г. Вл. Никольскій за корректуру учебника по русск-церк. ист. Филарета 50 р., Савваитовъ, по Высочайшему соизволенію, награжденъ изъ дух.-учебныхъ капиталовъ за поднесенное Государю его сочиненіе: «Библ. герметевтика» 286 р. Ловялину и Троицкому за преподаваніе греч. яз. 4 мѣс.— 109 р. 63 к. по поламъ. Люперсольскій за занятія съ воспитанниками изъ иностранцевъ (съ 1861 г.) 300 руб. Въ 1862 г. Ловялинъ за корректуру догматики Антонія 50 р., за преподаваніе вмѣсто Вл. Никольскаго (1863 г.) два мѣсяца 73 р. 88 к. Письм. Фальковскій за занятія въ комитеѣ по постройкѣ флигелей— 125 руб. Въ 1864 г. Евдокимовъ и Зинченко за преподаваніе, по выходѣ Люперсольскаго, по 120 руб. Виноградовъ за исправленіе должности преподавателя иконоисканія, бывшіи еще ученикомъ—50 руб.

Въ ноябрѣ 1865 г. семин. правленіе представило митрополиту, что за отчисленіемъ 10 тыс. р. остаточной суммы въ хозяйственное управленіе, еще остается 3586 р. 17 к. и къ 1866 г. предполагается остатокъ 1760 руб. Поэтому, въ виду бѣдственнаго положенія наставниковъ, можно было бы пмѣ выдать единовременное пособіе, по крайней мѣрѣ наставникамъ уже достаточно послужившимъ въ семинаріи, числомъ 7: однимъ (Савваитову и Красносельскому) – годовой окладъ, другимъ (Ловялину, Евдокимову, Барсову, Юлеву и Бобрикову) – полугодовой Дѣло представлено было въ Дух.-уч. управлѣніе, которое, истребовавъ нужныя справки, разрѣшило выдану. Въ слѣдующемъ году, на основаніи сподскаго опредѣленія (отъ 19 авг. 1866 г.), по предложенію митр. Исидора консисторіи, съ цѣлію улучшенія содержанія наставниковъ, постановлено выдавать изъ церковныхъ суммѣ дополненіе къ окладамъ жалованья, по росписанію семин. правленія, которое предположило раздѣлить наставниковъ на старшихъ, состоящихъ на службѣ отъ 8 лѣтъ, и выше, и младшихъ—отъ 1 до 5 лѣтъ, и назначить первымъ прибавки по 471 р. въ годъ, а вторымъ по 271 р., такъ чтобы старший годовой окладъ равнялся 900 р., а младший 700 р. Изъ другихъ должностныхъ лицъ—инспектору предположено прибавить 150 р., econому Троицкому 270 р. 80 к. (чтобы годовой окладъ его равнялся окладу старшихъ наставниковъ, по вниманію къ его долговременной службѣ). секретарю 107 р., библіотекарю, его помощнику и врачу по 100 р., всего на семинарію исчислено 6100 р. 80 коп. Митрополитъ, по разсмотрѣніи дѣла въ консисторіи, утвердилъ представленіе семин. правленія, положивъ слѣ-

— 502 —

дующую резолюцію отъ 26 іюня: «согласно представленному для вспомогательныхъ окладовъ росписанію, препроводить въ семин. правленіе собранную сумму для выдачи, кому слѣдуетъ, прибавочныхъ окладовъ на первую половину текущаго года, давъ знать, что временно-утвержденное назначеніе, по обстоятельствамъ, можетъ измѣниться. О распоряженіи увѣдомить г. об.-прокурора св. Синода, съ приложеніемъ копіи съ росписания». Деньги высылались частію изъ консисторіи, частію отъ благочинныхъ. Городскихъ церквей исчислено 111, но нѣкоторыя изъ нихъ, особенно при казенныхъ мѣстахъ, отъ взносовъ отказались, остальныя опредѣлили вносить отъ 500 р. (Владимірская и Вознесенская) до 5 р. Уѣздныя и сельскія церкви, числомъ 244, положили отъ 218 р. (Усть-Ижорская Ал.-Невская) до 1 руб.

Относительно пенсій послѣдовалъ новый указъ, Высочайше утвержденный 6 ноября 1852 года. Назначено только два срока: 20 лѣтъ—для половинной пенсіи и 25 для нолной, вдовѣ положена половинная пенсія; сверхъ жалованья не дозволено производить пенсіи; но для чиновниковъ, пріобрѣтныхъ право на пенсію до 1853 г., оставлено старое положеніе. (См. стр. 202). Въ 1858 г. правила о сокращенныхъ срокахъ на пенсіи, существующія по минист. народн. просвѣщенія, распространены и на служащихъ въ дух.-учебныхъ заведеніяхъ *). Въ петербургской семинаріи выслужили полную пенсію, въ размѣрѣ годоваго оклада (429 р.).—Михайловъ (1853 г.), Боголюбовъ (1859 г.) и Савваитовъ (1862 г.), но послѣдній ея не получалъ, оставаясь на государственной службѣ.

## Смѣтныя назначенія; храненіе суммъ и ихъ обращеніе; ревизія; отчетность.

Общая сумма на семинарію, назначенная на 1841-й годъ по смѣтѣ, утвержденной св. Синодомъ, равнялась 16,561 р. 30 к. с. (съ добавочными на 4-хъ сверхштатныхъ преподавателей). Затѣмъ сумма эта увеличилась. Въ 1843 г. она простиралась до 21,133 р.—на жалованье служащимъ: 4947 р. 80 к., на содержаніе дома и хозяйства 7172 р. 50 к., на больницу 214 р. 20 к., библіотеку 142 р. 80 к., канцелярію 85 р. 70 к., на 100 казенныхъ воспитанниковъ 8570 руб. Съ половины же 40-хъ годовъ особенно увеличиваются сверхштатныя назначенія, въ виду при-

*) Извл. изъ отч. об.-прок. 1858. 50.

— 503 —

глашенія новыхъ преподавателей со стороны и увеличения числа воспитанниковъ, получавшихъ пособія на содержаніе изъ дух.-учебнаго капитала, такъ что сверхъ штата высылалось на семинарію до 8000 р. с., не считая классныхъ окладовъ, которые получались также на различное число лицъ постороннихъ, въ 1842 г. напр. на 31, въ 1851 г.—69, 1852 г.—78, а въ 1861 г, на 82 магистровъ и 50 кандидатовъ. Въ 1854 г. по смѣтѣ утвержденной св. Синодомъ, было ассигновано на семинарію, считая съ классными окладами,—35,308 р. 58 к., а съ училищами (на которыя семинарія также получала деньги)—55,337 р. 93 к. и по дополнительной смѣтѣ 888 р. 85 коп. Въ 1860 г. всего было ассигновано уже 70,142 р. 29 к., въ томъ числѣ на семинарію штатныхъ по прежнему 21,133 р. и сверхштатныхъ: на наставниковъ 5862 р. 8 к. и на воспитанниковъ (инопархіальныхъ, иностранцевъ и пр.) 1828 р. 47 коп.

Въ 1864 г. «съ преобразованіем государственной отчетности по системѣ смѣтъ, св. Синодъ призналъ полезнымъ ввести таковой же порядокъ, важный по единству въ распоряженіи денежнымъ хозяйствомъ, и по духовному вѣдомству». Завѣдываніе духовно-учебнымъ капиталомъ съ бухгалтерією и казначейскою частію передано изъ Дух.-учебнаго въ Хозяйственное управление при св. Синодѣ, на которое возложено и составленіе ежегодной смѣти доходовъ и расходовъ по духовно-учебному вѣдомству по формѣ, примѣненной къ общей финансовой государственной смѣтѣ, послѣ предварительнаго пѣребованія по тойже формѣ смѣтъ отъ мѣстныхъ управленій. Въ хозяйственное управление предписано представлять всѣ денежныя суммы, которые поступали дотоłѣ въ Дух.-учебное управление, также экономическіе отчеты, объяснія и запросы по экономической части. Сдѣлаемъ выдержку изъ смѣты на 1865 г. для семинаріи и училища, составленной семинарскимъ правленіемъ и препровожденной, на основаніи указаніаго предписанія (отъ 30 апр. 1864 г.), въ хозяйственное управление, гдѣ смѣты иногда сокращались и вообще пѣсправлялись.

Доходъ на 1865 г. опредѣляется следующими цифрами: 57,962 р. 39 к. отъ продажи въ церквахъ свѣчъ и воска *),

*) Доходъ отъ продажи свѣчъ опредѣленъ на основаніи поступленія прошлаго года, съ надбавкою 800 р. с. по приблизительному разсчету ежегоднаго увеличения. Въ 1866 г. предписано вносить свѣчной доходъ на потребности дух.-учебныхъ заведеній и съ кладбищенскихъ церквей, которые прежде были освобождены отъ этого.

— 504 —

2062 р. 80¼ к. отъ продажи консисторій вѣнчиковъ и листовъ разрѣшительной молитвы, 432 р. процентовъ съ экономическаго капитала, состоящаго въ 200 билетахъ Государственного казначейства на 10,000 р. с., 10,277 р. 5 к. за содержаніе пансионеровъ и другихъ платящихъ воспитанниковъ, 500 р. жертвляемыхъ ежегодно почетнымъ блюстителемъ Эзелевымъ *), 525 р. 88 к. процентовъ съ капиталовъ, пожертвованныхъ разными лицами, 163 р. 74 к. остатка отъ неполнаго комплекта соборныхъ іеромонаховъ Ал.-невской лавры, 2443 р. 62 к. ожидающихся остатковъ за расходами къ 1 янв. 1865 г. **). Расходы, какъ и доходы, писчислены въ смѣтѣ совмѣстно для семинаріи и училища, но мы отдѣлимъ только расходы по семинаріи: на жалованье служащихъ 30 лицъ—12,251 р. 80 к., содержаніе воспитанниковъ—казенныхъ, пансионеровъ и др. 23,780 р. 38 к., на содержаніе дома, ремонтъ, отопленіе, освященіе и прислугу 13,432 р. 45 к., на библиотеку (142 р. 80 к.) съ периодическими изданіями 243 р. 68 к. (100 р. 88 к. на период, изданія предположено замѣствовать, по примѣру прошедшихъ, годовъ изъ пожертвованій почетнаго блюстителя), на канцелярскіе расходы 85 р. 70 к., на больницу и медикаменты по сложности дѣйствительныхъ расходовъ послѣднихъ трехъ лѣтъ писчислено 287 р. 44 к., при чемъ излишкъ противъ штатнаго назначенія (214 р. 20 к.). по примѣру прежнихъ лѣтъ, предположено покрыть на счетъ суммы по содержанію учениковъ, на мелочные и экстраординарные расходы 214 р. 64 к., на пенсіи и классные оклады служащимъ въ семинаріи и постороннимъ 15,458 р. 10 к. Всего 65,754 р. 19 к. с.

Съ перемѣщеніемъ семинаріи въ новое зданіе, экономическія суммы, припадлежащія семинаріи, перенесены были изъ академическаго казнохранилища, гдѣ онѣ дотоłѣ находились, въ собственное, особо-устроенное въ семинарскомъ корпусѣ (см. выше стр. 483). При этомъ, во избѣжаніе случавшихся прежде без-

*) Купецъ Эзелевъ, кромѣ съегоднаго взноса въ семин. экономію 500 р., двалѣ и единовременные пожертвованія, напр. на церковь при всупленіи въ должность въ 1860 г. 3000 р. с. и послѣ жертвовать, между прочимъ и вещами; также давалъ пособіи на разныя нужды, особенно воспитанниковъ.

**) Были и еще нѣкоторые доходы негласные и не вносившиеся въ смѣтву, но ихъ незначительности, напр. отъ продажи кусковъ, оставшихся отъ стола воспитанниковъ, или ихъ стараго платья. Такъ въ 1849 г. стараго платы продано было на 110 р., которые употреблены на новую одежду учениковъ; въ 1855 г. куплены были новая дрожжи за 215 р. изъ суммы, вырученной отъ продажи стараго ученическаго платья.

— 505 —

порядковъ по распоряжению денежнымъ хозяйствомъ, въ 1843 г. постановлено, чтобы правленіе для приема суммъ выдавало эконому, «за подписаніемъ членовъ его, довѣренность, по коей онъ въ положенные сроки принимая деньги, представляетъ ихъ правленію, а правленіе, записавъ оныя въ приходную книгу и означивъ приемъ ихъ въ журналѣ, вносить въ казнохранилище, за печатью сем. правленія». Для выемки денегъ экономъ входитъ записками каждый разъ въ правленіе. Суммы свидѣтельствуются ежемѣсячно правленіемъ, и вѣдомости о нихъ предписано было ежемѣсячно представлять Дух. уч. управленію. Въ 1844 г. присланы особня «правила о порядкѣ храненія и свидѣтельства денежныхъ суммъ и казенного имущества въ духовно-учебныхъ заведеніяхъ», утвержденныя св. Синодомъ 14 июля 1843 г. Относительно веденія экономіп. какъ и дѣлопроизводства, ревизоръ Макарій въ 1849 г. замѣтилъ въ своемъ отчетѣ, что эта часть находится въ надлежащей исправности». По новоду пропажи въ вятской дух. семинаріи 2622 р. 71 к. (1854 г.), послѣдовало предписаніе соблюдать правила 1843 г. о порядкѣ храненія и свидѣтельства денежныхъ суммъ, и, сверхъ того, архіереямъ назначать внезапныя ревизіи по семинаріямъ, возлагая ихъ на извѣстныхъ имъ лицъ духовнаго вѣдомства. Всѣдѣствіе этого, ревизерами въ сл. семинарію назначены были: членъ конститоріи, прет. Окуневъ и казначей А.П.невской лавры іером. Геннадій, которые все нашли въ должномъ порядкѣ, о чемъ и сдѣлано было митрополитомъ донесеніе синодальному об.-прокурору.

Свободня деньги, бывшія въ семин. казнохранилищѣ и остававшіяся безъ всякаго употребленія, по опредѣленію правленія, приращались процентами. Такъ, въ 1852 г. съ этой цѣлію положено въ Государственный банкъ 10,000 руб. Въ 1859 г. четыре билета сохранной казны (трехпроцентные) на сумму до 5980 р., на которые содержались обѣдные воспитанники, перемѣнены на государственные непрерывно-доходные, приносящіе 4%.

Остаточния суммы, поступавшія, по уставу (Проект. §§ 200, 201, Введ. къ уст. § 34), въ распоряжение правленія, расходовались по временамъ на тѣ или другія потребности, напр. въ 1844 г. изъировано до 1400 р., въ 1845 г. до 1200 р., въ 1849 г. свыше 2000 р., а въ 1852 г. 3500 р., въ томъ числѣ напр. на устройство шкафовъ для перекви, свинковыхъ трубъ, на техническое рисование, на награды нѣкоторымъ изъ служащихъ, ремонтъ и т. п. До 60-хъ годовъ по епископѣ оставалось довольно многоъ денегъ, напр. въ 1854 г. остаточныхъ библіотечныхъ суммъ было

— 506 —

609 р. 73 к., иль которых между прочимъ купцаً минералогическій кабинетъ за 36 руб. Въ 1860 г. отъ прошлыхъ годовъ по обліютекѣ оставалось 604 р. 68 к., изъ которыхъ на 318 р. 60 к. приобрѣтено было книгъ, и затѣмъ въ 60-хъ годахъ книгъ вообще покупалось бошьше прежняго.

Изъ остатковъ, съ разрѣшенія начальства, упахивались кромѣ непредвиденныхъ расходовъ и передержки по нѣкоторымъ статьямъ, напр. въ 1862 г. передержки преимущественно по содержанію учениковъ и дома, съ разрѣшенія митрополита, покрыты остатками отъ другихъ статей, на сумму 2615 р. 34 к., въ 1866 г. разныя передержки покрыты изъ остатковъ на сумму до 1100 руб.

Ревизіонные комитеты, установленные въ 1863 г. (стр. 240), продолжали ежегодно учреждаться изъ лицъ епархіальнаго и учлищнаго вѣдомства: одинъ изъ семинарскихъ паставниковъ постоянно назначался въ число членовъ комитета. Но, со внесеніемъ въ хозяйство дух.-учебнаго вѣдомства смѣтнаго порядка съ 1865 г., произведены соответственныя «измѣненія, какъ въ производствѣ ревизіи и отчетности по духовно-учебнымъ канцелярямъ, такъ и въ самой формѣ отчетовъ», при чемъ прежняя «инструкція ревизіоннымъ комитетамъ дополнена и измѣнена» и издана новая форма экономическихъ отчетовъ; хозяйственному управленію предоставлено ревизію годовыхъ отчетовъ производить на точномъ основаніи 51 и 52 ст. счетнаго устава, а составленіе отчета Духовно-учебнымъ управленіемъ о дух.-учебныхъ каниталахъ отмѣнено. Преобразованія эти Высочайше повелѣно ввести въ дѣйствіе съ 1 янв. 1866 г. *).

## Воспитанники.

Составъ воспитанниковъ былъ весьма разнообразный. Кровѣ дѣтей петербургскаго духовенства—епархіального, военного и при дворнаго, поступавшихъ главнымъ образомъ изъ дух. училищ, частію же прямо изъ дома (напр. въ 1867 г. до 13), или иногда изъ гимназіи **) и др. учебныхъ заведеній—по экзамену (Гр. Прорвѣч, Вл. Ильинскій, Н. Бажановъ—даже не къ курсу въ 1850 г., Н. Солиарскій, С. Баранскій, Митр. Орловъ, Н. Голубевъ и пр.),—п сь-

*) Всесон. докл. зап. об.-покур. св. Синода, 1865—66 г. стр. 58, 59.

**) Въ 1850 г. св. Синодъ разрышилъ приготовлять дѣтей дома и къ семинаріи; въ 1863 г. дозволено обучаться духовнымъ въ гимназіяхъ безъ увольненія изъ дух. званіл, хоті и раньше это разрышалось.

— 507 —

новья заграничного духовенства определялись, по прошеніям отцевъ, обыкновенно въ спб. семинарію, «въ виду исключительнаго положенія» ихъ «за невозможностью получать дальнейшее образованіе въ духѣ православной церкви» (Пѣвницкій—изъ Штутгардта, Осининъ — изъ Копенгагена, Лапчинскіе, Базаровъ, Вл. и Ив. Окуневы и пр.). Что касается воспитанниковъ иноспархіальныхъ, то число ихъ въ разсматриваемый периодъ значительно увеличилось въ спб. семинаріи. Изъ другихъ епархій, съ разрѣшенія высшаго начальства, переводились воспитанники, но прежнему, по прошѣѣ разныхъ родственниковъ ихъ, состоявшихъ въ Петербургѣ на службѣ, или такіе, которые пріѣзжали съ архіереями, или архимандритами, а также и пріѣзжавшіе для поступленія въ хоръ спб. митрополита. Нѣкоторые же отцы изъ чужихъ епархій проспили о перемѣщеніи дѣтей въ спб. семинарію, какъ образцевую, съ цѣлю помѣщенія въ казенномъ зданіи, и до 60-хъ годовъ подобныя просьбы большею частію безпрепятственно удовлетворялись, воспитанниковъ принимать разрѣшалось по испытаніи, но «безъ перечисленія изъ своей епархіи». Только на прошенія о принятіи уволенныхъ по малоусишности изъ другихъ семинарій отказывали, находя это «несообразнымъ съ учлищными постановленіями», (напр. отказано въ принятіи В. Львовскому въ 1859 г., увол. изъ кинин. сем.).

По Высочайшему повелѣнію отъ 14 февр. 1842 г., «въ видахъ развитія православно-русскаго элемента въ западномъ краѣ», и съ отмѣною распоряженія о помѣщеніи дѣтей западно-русскаго духовенства въ великороссійскія семинаріи, состоялось опредѣленіе св. Синода «объ отправленіи въ с.-петербургскую семинарію, какъ образцевую, для продолженія ученія отличнѣйшихъ учениковъ изъ западныхъ епархій (волын., подол., кіевск., полоцк., могил., минск., литовск.), съ предоставленіемъ для нихъ постоянно 14 казеннокопѣтныхъ мѣстъ... откуда они, возвращались потомъ на родину, приносили бы съ собою примѣръ возможным-лучшаго духовнаго образованія» *). Такіе ученики вызывались каждое шестілѣтіе, хотя не всѣ они доходили до конца курса: пные выходили въ другія учебныя заведенія, нѣкоторые уѣзжали обратно по болѣзни; случалось, что иныхъ возвращали назадъ, «какъ не оказавшихъ достаточнаго прилежанія и успѣховъ» въ теченіе напр. двухъ лѣтъ (въ 50-хъ годахъ Цитовичъ, Пероцкій),

*) Отч. об.-прок. за 1842 г. стр. 65. Ср. Всеподд. докл. зап. об.-прок. св. Син. 1865—66 г. стр. 40.

— 608 —

нять значеніе его съ прочимя предметами преподаванія. Наставникамъ сдѣлано приглашеніе не отказываться отъ содѣйствія въ дѣлѣ религіозно-нравственнаго воспитанія учениковъ. Чрезъ ректора семинаріи и депутаты съѣзда приглашались къ просвѣщенному содѣйствію въ отношеніи лучшей подготовки воспитанниковъ по учебной пі нравственной части. На съѣздѣ постановлено между прочимъ: возстановить прежній обычай помѣчать на билетахъ воспитанниковъ настоятелямъ церквей объ упражненіи ихъ въ чтеніи и пѣніи въ церквахъ, въ каникулярное время и т. д.

Характеръ сношеній между семинаріей и училищемъ, а также и съѣздомъ, который наблюдалъ за дѣлами училища, не-
всегда былъ нормаленъ. Напр. въ 1874 г. на съѣздѣ обсужда-
лись мнѣнія семин. правленія объ училищномъ преподаваніи и
нѣкоторыя изъ нихъ оспаривались: правленіе признало сношенія
съ съѣздомъ по этому поводу «излишними и незаконными.» Въ
1876 г. училищному правленію замѣчено, что оно «совершенно
безполезно входить въ излишнія препирательства, не соотвѣт-
ствующія характеру сношеній между офиціальными учрежде-
ніями неравной степени.» Но въ отношеніяхъ самого семин.
правленія къ училищу ревизія 1878—9 г. указала «тонъ высо-
комѣрный и распоряженія иногда затруднительныя.»

Пріемные въ семинарію экзамены училищныхъ воспитан-
никовъ въ первые годы большего частію давали весьма небле-
стящіе результаты, такъ какъ удовлетворительно выдерживали
экзаменъ немногіе, и принимаемыхъ въ семинарію изъ держав-
шихъ экзаменъ иногда было гораздо менѣе половины. Но съ те-
ченіемъ времени результаты улучшились, тѣмъ болѣе, что по
нѣкоторымъ предметамъ экзамены были отмѣнены высшимъ на-
чальствомъ, напр. по церк. уставу, священной исторіи, затѣмъ
пріемные экзамены дозволено производить предъ каникулами
(1877 г.), и не выдержавшимъ по одному пли двумъ предметамъ
дозволена послѣ каникулъ переэкзаменовка (1878 г.). Всѣдствіе
этого число воспитанниковъ 1-го класса стало превышать 50, и
на средства съѣзда постоянно уже съ 1879 года существовалъ
1-й параллельный классъ. Въ концѣ 1883 года пріемные въ се-
минарію экзамены дух. училищныхъ воспитанниковъ совершенно
отмѣнены, съ предоставленіемъ семинаріи права назначать, по
усмотрѣнію, своихъ депутатовъ на училищные экзамены.

Въ экономicsкомъ отношеніи особенно можно отмѣтить
заботы семин. правленія о расширеніи семинарскаго помѣщенія
и его удобствахъ и объ увеличеніи окладовъ содержанія.

— 609 —

Помѣщеніе семинарской Bibliотеки и больницы въ одномъ изъ флигелей, въ нижнемъ этажѣ котораго устроена была баня еще и по ревизіи 1868 г. найдено было неудобнымъ вслѣдствіе вліянія банной сырости, дыма и пара, и даже опасности отъ пожара, тѣмъ болѣе что и больница и библіотека въ этомъ флигелѣ были стѣснены,—поэтому предположено библіотеку перевести въ главное зданіе на мѣсто квартиры ректора, которую отвести въ верхнемъ этажѣ означеннаго флигеля, а для бани постропить особое помѣщеніе. (Отч. Серг. стр. 49). Проектъ этотъ въ 1869 г., по предложенію ректора Хрисанова, снова разсматривался въ правленіи, былъ одобренъ и представленъ на разрѣшеніе высшаго начальства. Въ 1872 г. окончена была постройка бани и отдѣлка ректорской квартиры и больницы (на что отнущено 11,858 р. 80 к.) библіотека же перемѣщена въ бывшую квартиру ректора, гдѣ она оставалась, впрочемъ, недолго, такъ какъ помѣщеніе это, по просьбѣ инспектора, отдано было подъ его квартиру, какъ выходящее на солнечную сторону и болѣе удобное для жилья, особенно семейнаго человѣка, библіотека же снова перенесена въ бывшую инспекторскую квартиру, обращенную окнами въ семин. садъ. Казенныя квартиры наставникамъ хотя по уставу 1867 г. не положены, но въ спб. семинаріи осталось за ними, и по ревизіи 1868 г. признаны (отч. Серг. стр. 49). Но такъ какъ не для всѣхъ наставниковъ доставало помѣщенія, болѣе или менѣе приличнаго, при этомъ и нѣкоторыя другія помѣщенія, особенно больницы, оказывались недостаточными, то въ концѣ 70-хъ годовъ снова былъ поднятъ вопросъ о расширеніи семин. помѣщеній. Всѣдствіе заявленія врача Пахомова правленію «о крайней тѣснотѣ и неудобствахъ помѣщенія семинарской больницы» (отъ 10 июля 1877 г.), правленіе нашло необходимымъ пострить новое зданіе на площади, примыкающей къ семин. саду, съ 5-ю комнатами для больныхъ, 9 еще небольшихъ комнатъ для разныхъ нуждъ по больницѣ и для прислуги. Дѣло представлено отъ имени преосв. митрополита оберъ-прокурору для зависящаго распоряженія. Въ 1878 г. синодальный архитекторъ Люшинъ осматривалъ семинарскія помѣщенія и нашелъ возможнымъ не строить особаго зданія для больницы, а перевести больницу изъ нежного этажа праваго флигеля въ верхній этажъ лѣваго, а квартиры наставниковъ перевести отсюда частію въ бывшее помѣщеніе больницы, частію въ нижній этажъ лѣваго флигеля, произведши здѣсь нѣкоторыя перестройки. Семинарское правленіе, разсмотрѣвъ этотъ

39

— 610 —

проектъ, нашло что онъ не представляетъ тѣхъ гигиеническихъ
выгодъ и удобствъ, какія оно имѣло въ виду при своемъ хода-
тайствѣ о постройкѣ нового зданія для больницы: по этому
проекту выйдетъ для больницы 10 комнатъ, и то больше ча-
стію на СВ. мало освѣщенныхъ солицемъ, а нужно 14; негдѣ
будетъ устроить садникъ для больныхъ; лѣвый флигель открытъ
для вѣтровъ, а со стороны Черной рѣчи и Обводиаго канала
съ барками, окружень нечистымъ воздухомъ и пылью съ набереж-
наго шоссе отъ множества ломовыхъ пьщиковъ, пропIONOляющихъ,
сверхъ того, постоянный шумъ и стукъ, четыре же предположен-
ныя внизу квартиры постоянно «будутъ обмѣниваться съ боль-
ницей взаимной порчей воздуха.» Доказывая далѣе необходи-
мость приличныхъ квартиръ для наставниковъ, которые и выс-
шее начальство доселѣ признавало, правленіе обратило внима-
ніе на то, что семинарія находится на окрайнѣ города, оклады
же наставниковъ очень недостаточны для найма квартиръ въ
городѣ, преподаватели и безъ того часто мѣняются и стали не-
охотно являться на конкурсы (греч. языкъ, гомилетка). Пред-
положенныя архит. Люшнимъ квартиры будутъ плохи и тѣсны,
между тѣмъ и нѣкоторыя другія квартиры нуждаются въ исправ-
леніи и улучшеніи: преподаватель свящ. Испанія даже отказался
отъ этой тѣсной п сырой комнаты, какую ему дали, и выселился
въ городъ; преподаватель же нѣмецкаго языка п церк. пѣнія
живетъ въ подвальномъ этажѣ, въ соѣдствѣ съ служителями, а
еще одинъ изъ преподавателей (приходскій священникъ) вовсе не
пользуется казенной квартирой; небольшія преподавательскія
квартиры въ главномъ корпусѣ не пмѣютъ никакихъ квартир-
тирныхъ принадлежностей. Помимо того, въ семинаріи нѣтъ: раз-
дѣвальной комнаты для воспитанниковъ, рекреаціонной и акто-
вой залы, замѣняемой для ученниковъ корридоромъ, помѣщенія
для надзирателей и на случай открытія параллельнаго класса.
Въ виду этого, «предоставляя устраненіе прочихъ недостатковъ
будущему времени,» правленіе постановило по крайней мѣрѣ
повторить свое ходатайство о больницѣ, «съ оставленіемъ безъ
послѣдствій сдѣлавнаго архит. Люшнимъ предположенія, стѣс-
нительнаго для наставническихъ квартпрѣ и приносящаго боль-
ницѣ только расширеніе ея помѣщенія, неудовлетворяющее всѣмъ
ея потребностямъ и даже поставляющее ее въ такія неблаго-
пріятныя гигиеническія условія, какимъ она не подвержена и въ
настоящемъ помѣщеніи, при всей его неудовлетворительности.»
Ревизія 1878—9 г. подтвердила основательность соображеній се-

— 611 —

минарскаго правленія, і высшимъ начальствомъ разрѣшена была
постройка особаго зданія для семинарской больницы, со всѣми
принадлежностями, на что отнущено 26,977 р. Постройка окон-
чена въ 1881 году.

По вопросу объ увеличенніи окладовъ на разныя статьи прав-
леніе неоднократно вынуждалось употреблять свое ходатайство.
Цю уставу 1867 г. не положено различія между семинаріями въ
экономическомъ отношеніи, и петербургская сравнена со всѣми
прочими въ назначеніи окладовъ. Такимъ образомъ, можно сказать,
не приняты были во вниманіе естественные и мѣстныя условия
жизни и отступлено было отъ историческаго какъ бы преданія
относительно петербургской семинаріи, которая по прежнимъ шта-
тамъ всегда выдѣлялась изъ ряда другихъ и имѣла преимущества.
Непрактичность этого нарушенія прежде принятаго принципа
вскорѣ обнаружилась. Всѣдствіе столичной дороговизны, правле-
ніе на первыхъ же порахъ должно было ходатайствовать объ уве-
личеніи оклада на содержаніе воспитанниковъ: въ 1869 году онъ
возвышенъ съ 90 руб. до 110, на каждаго ученика, потомъ въ
1874 г., всѣдствіе новаго ходатайства, увеличенъ до 125 руб.,
тогда же исходатайствована и прибавка на наемъ прислуги (до
500 р.) и жалованье врача (200 руб.). Въ слѣдующемъ году сдѣ-
лано представленіе чрезъ митрополита о прибавкѣ жалованья
преподавателямъ новыхъ языковъ до 50%, всѣдствіе прошенія
учителя франц. языка Барена и въ виду постоянной смѣны учи-
ANEL
Но означенное ходатайство высшимъ начальствомъ не было
уважено. Въ концѣ 70-хъ годовъ поднятыѣ былъ вопросъ и объ
увеличеніи окладовъ всѣхъ служащихъ, на основаніи означенныхъ
презедентовъ и въ виду возвышенія на 50% ректорскаго оклада,
съ поступленіемъ на должность ректора прот. Княгинскаго, жа-
лованье котораго было сравнено съ получавшимся имъ въ Каме-
нецъ-Подольскѣ. Въ 1878 г. служащіе въ петербургской семина-
ріи подали ревизору Керскому окладную записку о необходимо-
сти возвышенія ихъ жалованья и, по его предложенію, предста-
вили ему два бюджета — одинокаго и семейнаго наставника. Со-
образенія ревизора по этому поводу были переданы, всѣдствіе
рѣшенія об. прокурора гр. Д. А. Толстаго, въ Хозяйственное
управленіе, семинарское же правленіе съ своей стороны постано-
вило «почтительный» просить Его В—во, не соблаговолено ли
будетъ ходатайствовать предъ Св. Синодомъ объ увеличеніи со-
держанія должностныхъ лицъ на 50%.» Дѣло это, первоначально

*

— 612 —

оставшееся безъ уси, только въ 1881 г., со вступленіемъ въ
должность оберъ-прокурора Св. Синода К. П. Побѣдоносцева, по-
лучило благопріятное разрѣшеніе. Въ отчетѣ об. прокурора за
1881 г. значится: «всѣдствіе ходатайства спб. митрополита Иси-
дора, принимая во вниманіе, что при существующей въ С.-Петербургѣ
дороговизнѣ на всѣ жизненныя потребности, положенное
по штату 1867 г. для служащихъ въ спб. дух. семинаріи содер-
жаніе оказывается недостаточнымъ и влечетъ за собой частое
неремѣщеніе преподавателей, вредно отзывающееся на учебно-
воспитательной части и что съ разрѣшенія св. Синода послѣдо-
вала уже прибавка къ штатнымъ окладамъ содержанія ректору
спб. семинаріи по 1000 р. и взялу 200 р. въ годъ, св. Синодъ
призналъ возможнымъ возвысить положенные по штату оклады
жалованья служащихъ въ спб. семинаріи лицъ до 20% и поста-
новилъ съ 1-го июля 1881 г. прибавить изъ дух. учебнаго капи-
тала къ штатнымъ окладамъ: инспектору 300 р., помощнику
инспектора 150 р., учителямъ наукъ и древнихъ языковъ по 200 р.
каждому, учителямъ франц. и нѣм. языковъ по 60 руб. и эконому
100 руб.» Ревизія 1877—8 г. между прочимъ, обратила вниманіе
на передержку, сдѣланную семинарскимъ правленіемъ по
разнымъ статьямъ семин. хозяйства за прежніе годы, и необ-
ходимость, согласно мнѣнію правленія, увилчить окладъ содер-
жанія казеннокопштнаго воспитанника до 150 р. «по случаю зна-
чительно увеличивающейся въ Петербургѣ дороговизны на всѣ
жизненныя потребности». Всѣдствіе запроса Хоз. управленія,
семинарское правленіе объяснило, на основаніи цифровыхъ дан-
ныхъ за 3 года, что передержка по содержанію воспитанниковъ,
отчасти уже сокращенная въ 1879 г. правленіемъ, отложившимъ
нѣкоторые значительные расходы (напр. на попитіе нѣсколь-
кихъ теплыхъ пальто и приобрѣтеніе одѣялъ), къ 1880 г. про-
стиралась, однакожъ, до 4277 р. 78 к. и что къ покрытію этой
передержки въ распоряженіи сем. правленія особыхъ средствъ
не имѣется. Согласно зак. поченію Хоз. управленія, Св. Синодъ
разрѣшилъ (отъ 23 окт. 1881 г.) отпустить означенную сумму
на покрытіе передержки, но въ увеличеніи оклада на содержаніе
казеннокопштныхъ, по причинѣ предполагавшагося «значительнаго
увеличенія расходовъ изъ дух. учебнаго капитала», отказалъ,
отлагая разсмотреніе этого вопроса «до уясненія средствъ дух.
учебнаго капитала».

Общій выводъ о дѣятельности семинарскаго правленія можно
сдѣлать тотъ, что правленіе, съ полнымъ сочувствіемъ относясь

— 613 —

къ реформѣ и стремясь къ точному приложеннію новаго устава
къ практикѣ во всѣхъ отношеніяхъ, употребляю съ своей сто-
роны возможныя мѣры и заботы къ осуществленію тѣхъ или дру-
гихъ требованій устава и всестороннему улучшенію учебно-вос-
питательнаго дѣла, стараясь согласоваться и съ изданными вно-
следствіи разъясненіями и дополненіями къ уставу, преодолѣвать
разнообразныя виѣшнія препятствія и затрудненія, улаживать
такъ или иначе и внутреннія несогласія, происходившія обыкно-
венно вслѣдствіе уклоненія кого либо изъ членовъ, подъ тѣмъ
или инымъ вліяніемъ, отъ прямаго смысла устава и вообще вслѣд-
ствіе столкновенія личныхъ, своекорыстныхъ цѣлей съ требова-
ніями закона. Во всякомъ случае нельзя не замѣтить въ этой дѣя-
тельности надлежащей энергіи, одушевленія и преданности педа-
гогической цѣли. Члены правленія не съ формальной только сто-
роны относились къ своему дѣлу, желая лишь отбыть повинность,
но съ живымъ интересомъ и сердечнымъ управленіемъ, сознавая
и свои права и свою отвѣтственность предъ закономъ. Въ этомъ
общемъ привлеченіи учащей корпораціи къ педагогическому дѣлу,
въ этомъ предоставленіи всѣмъ наличнымъ педагогическимъ си-
ламъ извѣстнаго простора для вліянія на ходъ учебно-воспита-
тельнаго механизма, при чемъ обсужденіе педагогическихъ во-
просовъ является «болѣе зрѣлымъ и всестороннимъ, а при выпол-
неніи важнаго дѣла воспитанія многими лицами. устраняется
всякая разрозненность, столь опасная въ этомъ дѣлѣ» ¹), также
п всякій произволъ и пристрастіе,—во всемъ этомъ, безъ сомнѣ-
нія, заключается, весьма важная сторона устава 1867 г. Но,
всѣдствіе разныхъ неблагоріятныхъ причинъ, она не могла
получить надлежащаго, цѣльнаго развитія.

Обученіе, воспитаніе, экономія, ревизіи.

Изъ сказаннаго въ предъидущей главѣ отчасти уже можно
заключить о состояніи обученія и воспитанія въ спб. семинаріи,
по введеніи новаго устава, по крайней мѣрѣ о тѣхъ требованіяхъ,
какія предъявлялись по этой части, о тѣхъ заботахъ, какія заявля-
лись правленіемъ для усовершенія этого дѣла. Въ настоящей
главѣ мы вкратцѣ покажемъ особенности, со введеніемъ новыхъ
порядковъ, въ обученіи и воспитаніи, состояніе каждого предмета
въ отѣльности, общій уровень успеховъ и поведенія воспитан-

¹) Объяс. зап. къ уст. дух. сем. стр. 9.

— 614 —

никовъ, наконецъ экономическая условія состоянія семинаріи. — сопровождая все это въ заключеніе отзывами трехъ бывшихъ въ слб. семинаріи ревизій.

Прежній 6-ти лѣтній курсъ раздѣленъ по уставу 1867 г. на общеобразовательный (4 первые класса одногодичныхъ) и спе-ціально-богословскій (классы V и VI). Въ основу общеобразова-тельнаго курса положена классическая система, какъ въ гимна-зіяхъ, но при этомъ не упущена изъ вниманія и главная цѣль семинарскаго образования и чрезъ всѣ классы проведена наука о свящ. писаніи (16 уроковъ), какъ основа всего богословскаго образования. Раздѣленіе предметовъ на главные и второстепенные уничтожено, также какъ и соединеніе нѣсколькихъ разнородныхъ предметовъ въ одинъхъ рукахъ, преподавателамъ даны опредѣлен-ныя программы, съ объяснительными къ нимъ записками. Съ те-ченіемъ времени, составлялись, большею частію наставниками разныхъ семинарій, примѣнительно къ нормальнымъ програм-мамъ учебныя руководства и пособія, которые, получивъ одобре-ніе учебнаго комитета, рекомендовались имъ, съ предложеніемъ иногда на выборъ преподавателя, если представлялось нѣсколько руководствъ по одному и тому же предмету, и вводились въ употребленіе.

Наука о свящ. писаніи, съ реформой, получила совершенно новую постановку. Библия, изучавшаяся прежде отрывочно и при-томъ не столько въ своемъ содержаніи, сколько съ своей вѣнш-ней стороны, т. е. со стороны библиографическихъ свѣдѣній,— вопросовъ о подлинности, времени написанія свящ. книгъ и т. п., теперь, сверхъ того, и по преимуществу, стала изучаться въ пол-номъ, послѣдовательномъ чтеніи ея и объясненіи, при пособіи русскаго перевода, изданнаго св. Синодомъ. Съ изученіемъ свящ. писанія соединена и священная исторія. Учебникъ свящ. Смараг-дова «Пособіе къ доброму чтенію и слушанію слова Божія», упо-треблявшійся на первыхъ порахъ, конечно, далеко не удовлетво-рялъ цѣли и требованіямъ программы, и наставнику свящ. Г. приходилось не мало трудиться надъ составленіемъ своихъ запи-сокъ, которые онъ въ видѣ конспекта выдавалъ ученикамъ, съ разрѣшенія Св. Синода. Нотомъ постепенно вводились въ упо-требленіе: Афанасьева, «Учебное руководство по предмету свящ. писанія», для I, II и III классовъ семинаріи, т. е. изъясненіе книгъ историческихъ и учительныхъ; Хераскова, «Руководство къ нятокнижію Монсееву» и «Обозрѣніе истор. книгъ ветх. за-вѣта»; Орды. «Руководство къ послѣдовательному чтенію проро-

— 615 —

ческихъ книгъ», также — учительныхъ; Херзозерскаю, «Обозрѣніе пророческихъ книгъ ветх. завѣта» (для IV к.І.); Иванова, «Рук. къ изъяснительному чтенію книгъ нов. завѣта», въ 3-хъ частяхъ; Боголюбова, «Учебное руководство къ чтенію Евангелій и Дѣяній апост.» (для V и VI к.І.)

Классические языки, по числу уроковъ занимающіе первое
мѣсто въ общеобразовательномъ курсѣ (15 лат. яз. и 20 греч.),
стали преподаваться уже не въ смыслѣ только простаго перевода
извѣстныхъ страницъ или главъ, но особенно въ смыслѣ грамма-
тическаго изученія языка, съ подробными филологическими, исто-
рическими и литературными комментаріями, въ сопровожденіи
постоянныхъ классныхъ упражненій въ переводахъ съ русскаго
(extemporalia), стали излагаться и опускавшіяся въ прежнее время
правила метрики, сканновки, особенности діалектовъ и проч.
Для воспитанниковъ выписано лейпцгское изданіе латинскихъ и
греческихъ классиковъ. По латынѣ обыкновенно переводились: въ
1-мъ к.І. «Фасты» Овидія и Титъ Ливій, во II-мъ также «Фасты»
и Салюстій, въ III-мъ «Энеіда» Виргилія и Горацій, также и
«De officiis» Цицерона, въ IV-мъ до половины 70-хъ годовъ Се-
нека, Августинъ и Лавтанцій, потомъ последніе два отмѣнены и
прибавлено «De officiis». Грамматика въ употребленіи Н. Смир-
нова; лексиконъ Кронеберга постепенно вытѣснялся словаремъ
Шульца, отчасти и Ананьева. По гречески: въ 1-мъ к.І. «Анаба-
зись» Ксенофонта, съ изученіемъ греч. синтаксиса, во II-мъ Геро-
дотъ и «Одиссея» Гомера, въ III-мъ «И.піада» и Демосеенъ, въ нер-
вую половину періода и Исократъ, въ IV-мъ «Діалоги» Платона
и Шпутархъ. Въ послѣднее время выписана для воспитанниковъ
греч. хрестоматія Орловскаго и Фаминскаго, заключающая избран-
ныя мѣста изъ всѣхъ указанныхъ классиковъ. Греческая грамма-
тика употреблялась сначала Кюнера, въ переводѣ Коссовича,
также Носова, потомъ она стала замѣняться грамматикой Гри-
горевскаго, составленной по Курціусу, поздѣе стали пользоваться
и грамматикой Чернаю. Словарь Синайскаго замѣнялся иногда
словаремъ Коссовича, а потомъ—Грацинскаго. Въ V и VI клас-
сахъ положено по уставу чтеніе отцевъ церкви по гречески (по
2 урока), которое происходило по старой греческой учебной книгѣ
въ 2-хъ частяхъ *). Новый завѣтъ на греч. языкѣ употреблялся

*) Нынь уже издана для семинарій составленная, по порученію начальства, проф. спб. академія Е. Н. Ловляннык новая греческая свитоотеческая хрестоматія.

— 616 —

воспитанниками V и VI к.л. на уровахъ свящ. писанія. Латин-
скихъ отцевъ церкви читать предписано только въ 1878 г., послѣ
того кабъ замѣченъ былъ упадокъ латинскаго яз. на академиче-
скихъ экзаменахъ. Для этого отдѣлено отъ чтенія греч. отцевъ
по одному уроку въ V и VI к.л. и введена особая христоматія,
составленная *Помяловскимъ*, «Избранныя мѣста изъ латинскихъ
христіанскихъ писателей до VIII вѣка». Но въ 1881 г. послѣ до-
вало предписаніе, къ ущербу классическихъ языковъ, не считать
отмѣтки по нимъ V и VI к.л. на ряду съ отмѣтками по богослов-
скимъ предметамъ, и баллу 3 не придавать значенія для степени
студента.

Физико-математическія науки признаны также весьма важ-
ными «для развитія умственныхъ силъ учащихся и вообще для
основательности и прочности общаго образованія» (Объясн. зап.
стр. 8) и по числу уроковъ занимаютъ второе мѣсто послѣ клас-
сическихъ языковъ (15 уроковъ). Учебникомъ по алгебрѣ введено
руководство Сомова, по геометріи—Буссе (во II к.л.), прямолиней-
ной тригонометріи—Дмитріева, пасхаліи—Ильяшева, также и
Тяжелова (въ III к.л.), физики—Краевича, по космографіи—Во-
ленса (въ IV к.л.) Пріобрѣтены математическіе приборы и геоме-
трическія фигуры; физическій кабинетъ пополненъ, особенно же
увеличился съ уступкой большей части кабинета спб. дух. ака-
деміи, по закрытіи тамъ каеөдры физики въ 1869 г.

Русская словесность съ исторією литературы (по 3 ур. въ
І и II к.л.) сначала проходилась при пособіи руководствъ Пет-
рсва, съ дополненіемъ записокъ наставниковъ, потомъ — Стою-
нина, но и послѣдній, по мнѣнію преподавателя II., признанъ
неудовлетворительнымъ по «несоотвѣтствію программѣ, непол-
нотѣ содержанія, растянутости изложенія, неудобопонятности
выраженій», поэтому введены литографированныя записки са-
мого преподавателя. Пособіями приняты: христоматіи Гала-
хова—для теоріи словесности, въ 2-хъ частяхъ и историческая
въ 2-хъ частяхъ, Филонова въ 4-хъ ч., Петрова—историческія.
Изученіе новыхъ русскихъ образцовыхъ авторовъ признано необхо-
димымъ. Вообще на первомъ планѣ поставлено «ознакомленіе вос-
питанниковъ съ образцами, на основаніи которыхъ дѣлаются
общіе выводы». По лоіикъ, которая присоединена къ каеөдрѣ сло-
весности (въ 3-мъ к.л.), введенъ учебникъ Свѣтилина. По граж-
данской исторіи всеобщей—учебникъ Иловайскаго, но не краткій,
указанный въ объяснительной къ программѣ запискѣ, а подроб-
ный (курсъ старшаго возраста, въ 3-хъ частяхъ), по предложе-

— 617 —

нію преподавателя Н., какъ болѣе обстоятельный и отвѣчающий программѣ, краткій же оставленъ для нѣкоторыхъ отѣловъ; для иныхъ же вопросовъ программы преподаватель Н. сдаваль свои записки. Русская история проходилась по Иловайскому (во II к.І.), но съ Петра Великаго до нашихъ временъ (въ 3-мъ к.І.) по Рождественскому—въ связи со всеобщею. Въ пособіе воспитанникамъ преподавателемъ Н. были выписаны стѣнныя карты: Киперта, Бретшнейдера, Добрякова, истор. атласы Юрдана и Добрякова, и историческія картины—Брауна Мюнхенское изданіе и Добрякова. По писхолоіі предписано руководство Чистовича, но оно не считалось преподавателями вполнѣ удовлетворительнымъ, особенно преподаватель К. дѣлалъ отъ него значительныя отступленія въ своихъ чтеніяхъ, весьма нравившихся ученикамъ, онускалъ вопросы метафизические и т. п., но подвергся за то порицанію ревизіи (см. ниже), Впослѣдствіи введенъ еще учебникъ Гиляревскаю. Обзоръ философскихъ ученій—наука совершенно новая, по крайней мѣрѣ по плану и распорядку матеріала,—проходился сначала по запискамъ наставниковъ. Но со второй половины 70-хъ годовъ вошło въ употребленіе руководство Остроумова въ 2-хъ частяхъ, потомъ и Маркова. Педагогика и дидактика (въ V и VI кн. по 1 ур.) изучались также по запискамъ наставниковъ, хотя подъ руками воспитанниковъ имѣлись—сначала учебникъ Шабранова, потомъ «руководство къ начальному обученію», сост. Малышевскимъ, Зайцевымъ и Экземплярскимъ. Съ 1883 г., по предложеннію преподавателя свящ. М., введенъ въ употребленіе «курсъ педагогики, дидактики и методики», составленный примѣнительно къ семин. программѣ В. Тихомировымъ. Практическія занятія воспитанниковъ въ начальной школѣ при семинаріи происходили сначала 2 раза въ недѣлю (въ субботу и воскресенье), но съ марта 1869 г. сдѣланы ежедневными въ послѣденное время— съ соблюдениемъ очереди. Въ школѣ обучали чтенію, письму, закону Божію, ариометикѣ, отчасти пѣнію, иногда и отечествовѣдѣнію. Болѣе ревностные изъ воспитанниковъ, занимавшихся обученіемъ, получали въ концѣ года награду отъ правленія, въ размѣрѣ до 25 руб. На содержаніе школы деньги отпускались изъ министерства народнаго просв. (300 р. въ годъ), но въ 1880 г. этотъ отпускъ былъ прекращенъ, и школа закрылась. Въ первое время воспитанники допускались для занятій и въ нѣкоторыя изъ городскихъ школъ.

Богословскія науки сокращены по количеству, но введена и новая.—Основное богословіе, имѣющее задачею по преимуществу

— 318 —

защищеніе христіанской истины отъ живыхъ воззрѣній раціона-
лизма и доказательство ея богооткровенности. Предметъ этотъ
преподавался ректорами, изъ которыхъ первые два составляли по
нему для воспитанниковъ записки, особенно ректоръ Хрисановъ
много и съ успешномъ работалъ для этой науки; онъ же, въ каче-
ствѣ члена дух. учебнаго комитета, составилъ и программу ея
для семинарій, также какъ и программы богословія догматиче-
скаго и нравственнаго. Впослѣдствіи введено было печатное ру-
ководство по основному богословію архим. Августина. По догма-
тическому богословію предписано руководство преосв. Макарія,
сочращенное изъ его обширнаго труда по догматикѣ; по совѣту
наставника С., ученики имѣли подъ руками и «богословіе» архиеп.
Антонія, какъ болѣе систематичное и сжатое, иногда и катихи-
зись Петра Могилы. Все это восполнялось особенно классными
объясненіями, въ которыхъ преподаватель С. «при строгомъ со-
храненіи прежде всего положительнаго характера науки, старался
повсюду указывать живой и современный интересъ ея содержа-
нія: живой характеръ науки обусловливаютъ собою вносимые въ
нее элементы историко-экзегетическій, церковно-историческій, сра-
внительно полемическій и по мѣстамъ апологетическій». Нрав-
ственное богословіе, являвшееся въ прежней постановкѣ большего
частію наукой сухой, отвлеченной и казуистической, по новой
программѣ получило характеръ болѣе живой, фактическій, они-
рающійся на данныхъ исторіи и психологіи. Въ виду этого, ни
принятый на первыхъ порахъ учебникъ пр. Платона, ни введен-
ное потомъ руководство прот. Солярскаго, какъ не удовлетворяю-
щія цѣли и не отвѣчающія в полнѣ программѣ, должны были въ
значительной степени восполняться собственными записками на-
ставника. Преподаваніе церковной исторіи общей (6 уроковъ въ
V к.І.) на первыхъ порахъ представляю не мало труда, по не-
имѣнію удовлетворительнаго руководства, и наставникъ Н. выда-
валъ свои записки, признанныя ректоромъ Хрисаномъ «и въ на-
учномъ и въ педагогическомъ отношеніи заслуживающими пол-
наго одобренія». Но съ 1873 г. введенъ былъ учебникъ Е. Смир-
нова, въ 3-хъ выпускахъ, впослѣдствіи дополненный авторомъ, и
преподаватель В. поставилъ своей «главной задачей довести учени-
ковъ до отчетливаго усвоенія учебника», восполняя его, впрочемъ,
«въ нѣкоторыхъ пунктахъ» классными чтеніями. Въ 80-хъ уже годахъ
введенъ еще и учебникъ Розова: «очерки церк. ист. съ рефор-
мациі до настоящаго времени». По русской церковной исторіи
учебникъ Филippета въ программѣ поставленъ на первомъ мѣстѣ,

— 619 —

но, какъ маюсодержательный, замѣненъ былъ «руководствомъ къ
русс. церк. исторіи» проф. казан. ак. Зnamенскаго, удостоеннымъ
преміи и рекомендованнымъ по опред. Св. Синода (17-23 марта
1877 г.) «въ качествѣ учебнаго пособія, какъ наставникамъ, такъ
и воспитанникамъ при приготовленіи сини послѣдними уроковъ».
но чтобы «пренодаватели руководили въ правильномъ пониманіи
событий изложенныхъ авторомъ не точно, или односто-
ронне». Но руководство это, признанное преподавателемъ весьма
дѣльнымъ и удобнымъ, послѣ ревизіи 1882 г. предписано замѣ-
нить опять книжкою Филарета. Къ каеедрѣ церковной исторіи,
по уставу, присоединено практическое руководство для пасты-
рей — наука, замѣнившая прежнее настырское богословіе и канони-
ческое право, но впослѣдствіи (1870 г.) оно присоединено къ
гомилетицѣ съ литургикой, въ виду того, что въ академіи церк.
исторія и каноническое право проходились на разныхъ отѣле-
ніяхъ. Нормальной программы по практическому руководству не
дано, книжки Скворцева и Парвоза не отвѣчали задачъ
этой науки, и Книги правилъ было недостаточно, поэтому настав-
никъ Н., преподававшій потомъ этотъ предметъ и на инспектор-
ской должности, выработалъ собственную программу, выдавалъ
записки воспитанникамъ, которые потомъ и передѣланы имъ въ
учебникъ, одобренный къ употребленію въ семинаріяхъ (см. стр.
567). По литургикъ учебникомъ сначала служила книга прот.
Смолодович, потомъ дополнялась у преподавателя 3. руковод-
ствами Хорошунова и Смирнова, наконецъ замѣнена «наукой о
богослуженіи правосл. церкви», въ 2-хъ частяхъ, Лебедева. Для
практическаго ознакомленія воспитанниковъ съ церк. службами,
имъ выдавался полный кругъ церковно-богосл. книгъ. На гомиле-
тику по уставу положено 4 урока въ V к. и 2 въ VII-мъ и дано
ей особенное значеніе, безъ сомнѣнія, съ цѣлію приготовить вос-
питанниковъ къ практическому навыку въ проповѣдничествѣ,
которому прежде мало давалось значенія въ самомъ служеніи па-
стыря. Отсюда, преподаваніе гомилетики стало по преимуществу
практическимъ, съ разборомъ образцевъ, какъ древнихъ, такъ и
новыхъ, и постоянными упражненіями воспитанниковъ въ состав-
леніи поученій. Теоретическія свѣдѣнія, помимо классныхъ чте-
ній наставника, ученики получали изъ учебника Оаворова, а съ
образами проповѣдническихъ произведеній знакомились (съ конца
1870-хъ г.) по книгамъ Поторжинскаго: «Святоотеческая христома-
тія» и «Образцы русск. церк. проповѣди ХІІ в.» По исторіи про-
повѣдничества имѣли подъ руками: Катаева, «Очерки ист. русск.

— 620 —

церковной проповѣди», также Заведывала и самаго преподавателя
3. налитографированныя записки по исторіи проповѣдничества въ
древней христ. церкви

Изъ новыхъ языковъ одинъ сѣланъ обязательнымъ для воспитанниковъ первыхъ 3-хъ классовъ. Большинство обыкновенно записывалось на нѣмецкій языкъ. По французски первоначально руководствомъ была книга Марю, переводилась иногда и хрестоматія Гемиліана, затѣмъ введенъ «теоретико-практическій учебникъ» Пинатовича, имѣющій применіе къ тремъ классамъ семинаріи. По нѣмецки сначала пользовались руководствами Лонгартда и Массона, потомъ введенъ учебникъ Ганненана, наконецъ Бълицкало—«руководство» и «краткая нѣм. грамматика». Словари употреблялись—Рейфа, Фукса потомъ и Макарова. По еврейски и фински (виѣ класснаго времени) занимались очень немногіе — изъ разныхъ классовъ. Евр. грамматика Навскаго замѣнена руководствомъ Гезеніуса, пер. Коссовичемъ. Кромѣ христоматіи Павскаю введена потомъ и Коссовича. Финская грамматика Окулова замѣнена грамм. Эврена; для перевода съ финскаго употреблялась свящ. исторія Stenberg 1869 г. и Grünberg 1874 г.

Церковное ппніе, иконотисаніе п пимнастика, по уставу,
также положены вѣ класснаго времени. По пѣнію (собственно
въ первыхъ 3-хъ классахъ) по плану преподавателя С. обраща-
лось впянаніе особенно наеніе болѣе употребительныхъ
церк. пѣснопѣній по обходу Львова, затѣмъ Потулова. По мерѣ
возможности, псилялись и нѣкоторыя изъ партесныхъ пропзве-
деній Бортиянскаго, Турчанпіова, Львова и др. При этомъ сооб-
щались и элементарныя правила по теоріи музыки и свѣдѣнія
изъ исторіи церковнаго пѣнія. Семинарскій храмовой праздникъ
служилъ особеннымъ поводомъ къ занятіямъ преподавателя С.
съ воспитанниками по части разучиванія разныхъ церковныхъ
пѣснопѣній, которая никогда выполнялись общимъ хоромъ воспи-
танниковъ *). Иконописаніе открыто снова съ янв. 1870 г. на

*) Уставъ предписываетъ и поощрять занятіа учениковъ музыкою (§ 160). Поощреніе это ограничивалось дозволеніемъ брать частнымъ образомъ уроки на скрипки у преподавателя пѣнія С., для чего впослѣдствіи приобрѣтена и скрипка, для воскресной же школы была куплена небольшая фисгармонія. Но попытка устроить въ семинаріи концертъ воспитанниковъ, при пособі и нѣкоторыхъ наставниковъ, остановлена была особымъ указомъ, изданнымъ 17 апр. 1871 г. всѣдствіе предложения об. прокурора, гдѣ сказано, что «пособныя собранія могутъ сопровождаться геблігопріятными въ педагогическомъ

— 621 —

особия средства, какъ и финскій языкъ. Занимавшихся было
иногда до 25 и ментѣ. Нѣкоторые изъ воспитанниковъ достигали
удовлетворительныхъ успеховъ по части нконописанія, иногда
п пейзажной живописи. Занятія гимнастикой эпмой пропрошли
въ заг, гдѣ помѣщались разные гимнастическія приснособленія,
а лѣтомъ въ саду, и стали болѣе систематическими и постоян-
ными, съ поступленіемъ преподавателя Г. на должность учителя
гимнастики.

Наставникамъ предоставлено (Уст. § 64) вносить въ свои
годичные отчеты ректору и предположенія объ измѣненіяхъ,
какія находятъ нужнымъ сдѣлать въ программахъ, или методѣ
преподаваемаго предмета. Такія предположенія, вносимыя въ
ректорскій отчетъ, обсуждались въ правленіп и представля-
лись въ учебный комитетъ. Такъ предположеніе преподавателя
гражд. исторіи Н. объ измѣненіи программы по исторіп, съ цѣлю
лучшаго примѣненія учебнаго матеріала къ развитію и спламъ
учащихся, было найдено правленіемъ заслуживающимъ выпманія
и представлено въ уч. комитетъ, но осталось безъ послѣдствій.
Преподаватель философіи М. (1879 г.) представлялъ объ измѣненіп
въ программѣ по обзору филос. ученій въ отношеніи расположе-
нія матеріала. Преподаватель математики К. указывалъ на несораз-
мѣрность назначеннаго по программѣ во 2-мъ классѣ съ 3-мъ пред-
лагалъ перенести въ послѣдній часть геометріп, съ чѣмъ правленіе
согласилось. Препод. педагогики К. представлялъ соображенія о
неудобствахъ преподаванія дидактики въ VI кл. Правленіе въ
видѣ опыта допустило измѣненіе, какъ не представляющее су-
щественнаго отступленія отъ программы, хотя и представило о
томъ въ уч. комитетъ. Препод. ирактич. руководства для насты-
рей Н. составилъ свою программу по этому предмету, которая
представлена въ учебный комитетъ (1883 г.) Каждый наставникъ
старался выписывать, съ разрѣшеніл правленія, по своему пред-
мету книги и пособія не только указанныя въ программѣ, или

отношеніи послѣдствіями, требуи на приготовленіе къ нимъ не мало времени,
отвлекая воспитанниковъ отъ прямыхъ обязанностей и развивая въ нихъ на-
клонность къ развѣянности и развілченимъ, поэтому литературно-музыкаль-
ныя собранія предписано воспретить. Однакожъ, съ теченіемъ времени, въ нѣ-
которыхъ семинаріяхъ образовалісь даже свои оркестры и давались концерты,
тѣмъ болѣе, что съ 80-хъ годовъ начальство съ большимъ сочувствіемъ стало
смотрѣть на музыкальныя упраженія. Въ виду этого, и правленіе спб. семи-
наріи просило у съѣзда средствъ на музыкальные инструменты, но съѣздъ
асспіновалъ только 150 р.

— 622 —

рекомендуемыя ч. компететомъ, но и другія, по своему усмотрѣ-
нію, особенно изъ вновь выходящихъ, какъ на русскомъ, такъ и
на иностранныхъ языкахъ (на послѣднихъ больше выписывалось
по богословію, философіи и церковной исторіи). Фундаменталь-
ная библиотека вслѣдствіе этого увеличилась. Изъ пожертвова-
ній, въ нее поступившихъ, болѣе значительны—библіотеки быв-
шихъ ректоровъ, преосв. Христофора и Хрисанова; также .п
нѣкоторые изъ вышедшихъ наставниковъ дѣлали пожертвованія,
особенно взамѣнъ утерянныхъ ими какихъ нибудь казенныхъ
книжекъ. Число книгъ такимъ образомъ увеличилось бо.ѣе, чѣмъ
на 2000 названій, не считая учебниковъ и періодическихъ изда-
ній. Послѣднія выписывались ежегодно въ количествѣ 15 и бо-
лѣе названій. Духовные журналы получались почти всѣ, изъ
свѣтскихъ препмущественно—пторпческія изданія, а также жури.
мин. нар. пр., Русскій Вѣстникъ, Вѣстникъ Европы, Отечествен-
ныя Записки и др. хотя не за всѣ годы. Казенные учебники пер-
воначально выдавались всѣмъ ученикамъ, потомъ только казен-
нымъ. Каталоги въ окончательной формѣ составлены въ 1871 г.
библіотекаремъ Н. какъ и правила о храненіи и выдачѣ книгъ.
Предположеніе о составленіи подвижнаго каталога не получло
осуществленія, по ненѣнію средствъ. Ученческая библіотека
также значительно пополнилась выпискою большей части клас-
сическихъ новыхъ русскихъ авторовъ и другихъ сочиненій, ре-
комендованныхъ наставниками, каждымъ по своему предмету.
Незначительныя средства воспитанниковъ дополнялись иногда
пожертвованіями, напр. почетнаго блюстителя, и.п. ректора
(Хрисанова), затѣмъ правленіе исходатайствовало у съѣзда еже-
годно 100 р. на библіотеку, но потомъ отъ этой выдачи съѣздъ
отказался. Преосвященный митрополитъ жертвовалъ нѣкоторыя
изданія въ ученическую библіотеку. Наградныя книги стали го-
раздо болѣе прежняго интересны и цѣнны для воспитанниковъ
по своему содержанію. Впрочемъ книги назначенные правле-
ніемъ въ награду не всегда одобрялись преосвященнымъ, напр.
въ 1869 г. онъ не одобрѣлъ Куно Фишера ист. философіи и
Штоля, Миөы классич. древности, въ другой разъ написалъ: «что-
бы впредь избираемы были сочиненія болѣе близкія къ возрасту
и быту воспитанниковъ»

Новая постановка предметовъ, требовавшая вмѣсто прежней
сухости и отвлечённости болѣе живаго и реальнаго содержанія,
вмѣсто иногда безсодержательныхъ фразъ—научныхъ фактовъ, со-
провождались естественно и новыми приемами преподаванія,

— 623 —

болѣе практическими и раціонально-педагогическими"). Какъ впѣдно
изъ ректорскихъ отчетовъ, наставники спб. семинаріи, особенно
вновь поступившіе со введенія устава, старались устранять
«обычные недостатки прежняго семин. преподаванія — сухость
изложенія уроковъ безъ обращенія къ сознанію и мысли самихъ
воспитанниковъ, отвлеченность чтеній, часто переходившую въ
школьную мертвенность преподаванія, не возбуждавшую пите-
реса въ слушателях... и простотою, наглядностію, живостію
приема преподаванія старались вызывать собственную дѣятель-
ность умственныхъ силъ воспитанниковъ и заботились о томъ,
чтобы все преподанное дѣйствительно было воспринято пми и
усвоено сознательно». (Отч. рект. Хрисанова за 1869 г. и слѣд.).
Сообразно съ этимъ, классная и вообще учебная дисциплина под-
нята весьма высоко. Количество воспитанниковъ въ классѣ, огра-
нченное 50-ю, и 55-ю въ старшихъ классахъ, не представляетъ
преподавателю прежнихъ затрудненій: лѣность и шаловливость
лишены уже возможности укрываться въ массѣ. Строгость тре-
бованій къ урокамъ и вообще учебнымъ занятіямъ, а также и
къ экзаменамъ, предъявляемая ко всѣмъ и къ каждому порознь,
вела къ своей цѣли и пріучала учениковъ не манжировать свопмъ
дѣломъ. Въ особенности же пробуждена была къ дѣятельности мас-
са воспитанниковъ, дотолѣ косная и нерасположенная къ ученью.
Обычные прежде случай перехода изъ класса въ классъ и даже
окончанія курса, при совершенномъ небреженіи многими пред-
метами, напр. архіерейскихъ пѣвчихъ,—стали рѣшительно не-
мыслимы, также какъ и увольненія изъ семинаріи цѣлыми де-
сятками за малоуспѣшность. Что касается немногихъ изъ даро-
витыхъ ученниковъ, которые прежде занимались самостоятельно
и достигали иногда, помимо семинарскихъ занятій, развитія и
нѣкоторыхъ серьезныхъ знаний, то они лишились въ этомъ отно-
шеніи прежняго простора и свободы, которыми, впрочемъ, поль-
зовались противозаконно, но получили полную возможность
удовлетворять своей любознательности офиціально предлагае-
мыми имъ знавіями; жалобы на неудовлетворенность въ этомъ
отношеніи могутъ касаться развѣ рѣдкихъ исключеній изъ на-

*) Для обученія студентовъ спб. дух. академіи педагогической практики въ 1873 г. возникало предположеніе объ открытіи при спб. семинаріи практическихъ занятій для нихъ, и съ этою цѣлю по порученію уч. компетета, составлена была правленіемъ изъ преподавателей семинаріи комиссія, которая выработала проектъ указанныхъ занятій; проектъ представленъ былъ въ уч. комитетъ, но дѣло осталось безъ послѣдствій.

— 624 —

ставниковъ, тогда какъ прежде пск.юченіе составляли преподаватели удовлетворявшіе запросамъ желавшихъ учиться. Большинство же учениковъ, скорѣе, не чуждо теперь жалобъ на множество учебнаго дѣла и требовательность преподаванія и готово выражать свои симпатіи менѣе дѣльнымъ и нетребовательнымъ изъ учителей. Для сужденія объ успѣхахъ воспитанниковъ можно взять на выдержку годичную вѣдомость инспектора, напр. за 1876—7 г. Въ ней значится удовлетворительныхъ балловъ 944—92%, неудовл. 81=8%. Пли въ началѣ 1877—8 г. по сентябрской вѣдомости—удовл. балловъ 875, неудовл. 172, 16,4%; въ октябрѣ удовл. 895, неудовл. 142, около 13,7% *). Бо отчету же ректора за 1876 г. процентное отношение высшихъ балловъ (5 и 4) распредѣляется по классамъ въ слѣдующей исходящей линіи: VI к.л.77%, VI—73%, IV—49%, II—38%, III—34%, I—30%. общій же изтогъ высшихъ балловъ по всѣмъ классамъ составляетъ 47%. Нисшихъ балловъ (2 и 1) въ VI и V кл. ни одного, въ IV и III по 5%, въ II—10%, въ I—13%, общій же изтогъ нисшихъ балловъ на всѣ классы составляютъ 6%. На посредственный баллъ 3 падаетъ 47%.

Воспитанникамъ доставлялась иногда возможность поучать и нѣкоторыя стороннія знанія, напр. два раза былъ приглашаемъ въ семинарію названный микроскопный Тинцеръ, въ 1883 г. воспитанникъ VI кл. выслушали чтенія доктора Чертороева о первоначальной врачебной помощи, на нѣкоторыя изъ выставокъ бывшихъ въ Петербургъ воспитанни-

*) Правда, совѣтъ спб. университета въ своемъ отчетѣ о поврочныхъ испытаніяхъ семинаристовъ въ 1871 г. указалъ еще нѣсколько недостатковъ, которые препятствуютъ семин. воспитанникамъ сравняться съ гимназпческими, и министерство (1873 г.) признало недостаточную подготовку ихъ въ русскомъ и латинскомъ языках и въ математикѣ и предположило подвергать ихъ съ 1876 г. въ гимназіяхъ испытанію зрѣлости по указаннымъ предметамъ (Сборн. постан. и распор. по гимн. и прогими. 1874. Стр. 393, 394). Но никогда такъ много народу, по крайней мѣрѣ изъ петербургской семинаріи, не поступало и въ дух. академію и въ свѣтскія высшія учебныя заведенія, въ послѣднія— особенно изъ IV кл.,—какъ со введенія реформы до 1879 г., когда прекращенъ былъ семинаристамъ досугу въ университетъ безъ аттестата зрѣлости (см. списки). Прекращеніе же это вызвано было не столько вопросомъ о недостаточной подготовкѣ семинаристовъ къ университету, сколько другими обстоятельствами. Говорятъ, впрочемъ, что съ того времени солидная ученость университетской молодежи не только не возвыспаслась, но скорѣе упала. Объ учебномъ же уровнѣ въ спб. семинаріи можно судить по тому факту, что уволенные отсюда по малоуспѣшности легко поступали въ другія семинаріи (особенно въ олонецкую) и оканчивали тамъ курсъ съ успѣхомъ.

— 625 —

камъ также доставлялся доступъ. Одна лишь сторона дѣла
является, можно сказать, въ невыгодныхъ условіяхъ по реформѣ
1867 г. .. это — писательство, которое стало, правда, свободнѣе отъ
прежнихъ реторическихъ формъ и схоластическихъ приемовъ, но
за то и неправильнѣе и даже небрежнѣе. Причина того — въ не-
достаточной подготовкѣ по русскому языку въ училищѣ, въ зна-
чительномъ сокращеніи противъ прежняго уроковъ по словесности,
на которыхъ собственно въ прежнее время и обучали писать, а
особенно въ подавленіи учениковъ множествомъ занятій, чтобы
приготовиться къ четыремъ урокамъ, препмущественно же по клас-
сическімъ языкамъ: одно прискиваніе словъ, записываніе и
заучиваніе ихъ поглощаетъ большую часть вечернихъ занятій,
такъ что для упражненія въ сочиненіяхъ и чтенія книгъ остается
весьма немного времени.

Признавая воспитаніе нравственное въ семинаріи «дѣломъ
въ высшей степени важнымъ», реформа старалась поставить его
« сколь возможно естественно, просто и безъискуственно», не какъ
«дѣло механическое и формальное», признала «излишнимъ и
даже вреднымъ опредѣлять его подробными правилами», но
обозначивъ точно и ясно цѣль воспитанія въ семинаріяхъ и
поставпѣ ее въ правильномъ развитіи характера учащихся
соответственно ихъ будущему назначенію», предоставила дѣло
«недарогической опытности и благочестивому усердію самихъ
воспитателей». (Объясн. зап. стр. 8, 9). Реформа способствовала
облагороженію семинарскихъ нравовъ, уничтоженію прежней гру-
бости, склонности къ обману и лицемѣрію въ отношеніи на-
чальства, и содѣйствовала значительному ослабленію старинныхъ
пороковъ, особенно нетрезвости. «Вѣжливость и деликатность
въ обращеніи, искреннее чувство признательности къ наставни-
камъ, чувство дружбы въ товариществѣ; у многихъ уваженіе къ
долгу и чести»: — такими словами инспекторъ характеризовалъ
воспитанниковъ петербургской семинаріи въ своемъ донесеніи
правленію въ 1871 г., и донесеніе въ такомъ родѣ не единствен-
ное; взглядъ же этотъ въ общемъ раздѣлялся и наставниками.
Исключенія, разумѣется, имѣли мѣсто, но никогда не оставались
безъ должнаго вниманія и приплечныхъ мѣръ и взысканій. И въ
отчетѣ об. прокурора за 1879 г. значится: «по отзывамъ реви-
зоровъ и по заявленіямъ семин. начальствъ, воспитанниковъ пре-
образованныхъ семинарій вообще держатъ себя очень прилично,
вѣжливо и почтительно» (стр. 170). Характеръ церковности,
правда, не выдвигался на видный планъ, но по уставу развитіе

40

— 626 —

его весьма поощряется (§§ 147—153 ср. объясн. зап. стр. 11). Задача же воспитанія челов'ка і пастыря далеко не ограничивалась этим, но ставилась болѣе широко *).

*) Вотъ что напр. говорилъ по этому поводу ректоръ Хрисановъ въ своемъ напутственномъ словѣ воспитанникамъ, при отпускѣ на каникулы въ 1869 г. «Вы должны быть для остального общества представителями высшихъ, идеальныхъ началъ человѣческой жизни, т. е. того, что не даетъ человѣческой мысли затеряться среди дробныхъ явлений матеріі, того, что единственно препятствуетъ человѣческому эпоизму обратить жизнь человѣческихъ обществъ въ одну чисто животную «борьбу за существованіе», что единственно благородить эту жизнь мыслію о небѣ, о томъ, что есть нѣчто высшее обычныхъ земныхъ, эпоистическихъ меркантильныхъ разсчетовъ, того, безъ чего наша жизнь сдѣлалась бы безплоднымъ и безцѣльнымъ процессомъ, за которымъ одно ничтожестео, того, наконецъ, безъ чего не только умерли бы всѣ такъ называемые нравственно-соціальные интересы, но и едва ли уцѣлѣла бы сама наука... Вотъ ваше великое признание въ мірѣ. Я, пожалуйіі, могъ бы сократить это еще болѣе, и сказать только вотъ что: вы должны быть среди общества представителями духа любви. „la! любви, потому что высшія начала жизни и проявляются въ действительности, какъ нравственная любовь къ человѣку,—та любовь, что не можетъ не скорбѣть о человѣческомъ невѣжествѣ, о человѣческой испорченности, та любовь, что готова саму себя отдать на жертву ради высшихъ цѣлей человѣческой жизни. Да! священникъ—это сердце общины, это ея другъ-утѣшитель. Я прибавилъ бы къ этому въ заключеніе, что такой любви отъ васъ давно уже ждетъ нашъ бѣдный, темный, неразвитый народъ, который подъ бременемъ тяготѣвшаго надъ нимъ рабства и матеріальныхъ лишений, до нынѣ еще сознательно и свободно не поднималъ головы своей къ Небу»... Обращаясь далѣе къ воспитанникамъ, не имѣвшимъ намѣренія оставаться въ духовномъ званіи, о. ректоръ продолжалъ: «Наши заведенія искони, со времени учреждений въ Россіи высшихъ спеціальныхъ школъ, давали изъ себя дѣятелей для всѣхъ сферъ знанія и жизни, служа источникомъ силъ свѣжихъ, разумныхъ. Наши заведенія никогда не знали той узкой обособленности въ своемъ устройствѣ, какая существовала и существуетъ на западѣ въ церковныхъ школахъ. Бытъ нашихъ дух. учебныхъ учрежденій, служившихъ цѣлямъ не церковнымъ только, но и общественнымъ, искони служилъ нагляднымъ выраженіемъ того широкаго воззрѣнія нашей Церкви, по которому нѣтъ раздѣленія между религіею и наукою, между обществомъ и Церковію, той высокой, истинно христіанской идеи, что всякое научное занятіе—изученіе ли духа съ его таинственными проявленіями, или мертвой матеріі съ ся механическими законами, одинаково есть въ извѣстномъ смыслѣ служеніе Богу, Богу разумовъ, Богу пестины... Новый бытъ нашихъ заведеній не измѣнилъ этого порядка вещей. Такъ было, такъ и будетъ. И какъ бы ни прискорбно было, что въ силу этого, насъ оставляютъ иногда наши лучшія силы, сѣтовать на это мы не можемъ. Мы напутствуемъ исходъ ихъ своихъ благожеланіями и предлагаемъ одинъ совѣтъ—не забывать среди занятій въ другихъ родахъ знанія и жизни о томъ, во имя чего

— 627 —

Относительно проступковъ воспитанниковъ снб. семинаріп можемъ привести данныя, напр. изъ инспекторской вѣдомости за 1876—7 годъ, гдѣ указаны: «несвоевременное возвращеніе въ семинарію изъ отпуска (12 случаевъ), табакокуреніе въ спальнѣ и буфетѣ (5 сл.), оскорбленіе товарищей (4 случая), неуважительное объясненіе съ преподавателемъ (2 сл.), грубое обращеніе съ служителемъ (1 сл.) и порча классныхъ принадлежностей одинъ случай. Большая часть означенныхъ проступковъ приходится на классы 1-й (который вообще не сразу подчиняется вліянію семин. педагогіи) и 2-й. Общее нравственное настроеніе воспитанниковъ в;ѣнѣ доброе». Но, вообще, съ конца 70-хъ годовъ, какъ замѣтно изъ донесеній инспекціи, число проступковъ увеличивается.

Физическое воспитаніе стало также предметомъ особаго вниманія. Для развитія и укрепленія силъ воспитанниковъ введена гимнастика, къ занятіямъ которой, по предложенію ректора Хрисанова (1874 г.), семин. врачъ долженъ былъ опредѣлять способность каждого, и которая, по словамъ 1-го отчета того же ректора, оказываетъ «замѣтное вліяніе на свѣжесть и физическую бодрость воспитанниковъ». При размѣщеніи учениковъ по комнатамъ принпмается во вниманіе объемъ помѣщенія и количество воздуха, необходимое для каждого; введена новая классная мебель, по образцамъ одобреннымъ св. Спидомъ, съ соблюденіемъ требованій педагогіи (препмущественно въ нисшихъ классахъ). Съ цѣлію дать воспитанникамъ болѣе удобное и полезное въ гигіеническомъ отношеніи время для вакаціоннаго

здѣсь—у насъ соединяются будущіе дѣятиели всѣхъ родовъ жизни, что дѣйствительно есть источная сила всей и всякой человѣческой жизни, что одинаково нужно и медику, и юристу, и натуралисту, что есть единственная цивилизующая міръ сила. Имя этой силѣ: евангельская истина, свангельская любовь»... Наконецъ, въ заключеніе, собственно къ воспитанникамъ, ъхавшимъ на вакацію домой, сказано: «Знаете ли, что несете вы съ собою въ свои родные домы, въ свои родные дѣса и поля изъ этой школы съ ея искуственно созданною жизнію?.. Мысль, просвѣщенную свѣтомъ вѣры, умственное развитіе, чувство человѣческаго достоинства,—величайшія пріобрѣтенія, безъ которыхъ ничтожна, безсмысленна жизнь, мертва природа съ ея красотами. Да! вы воротитесь теперь въ свои домы болѣе людьми, чѣмъ прежде, болѣе умными глазами будете смотрѣть на самую природу... Вотъ зачѣмъ нужны эти книги и эти порядки въ вашей школьной жизни. Жизнь хороша, но къ ней нужно приготовиться разумно; природа хороша, но когда мы понимаемъ ес, научаемся читать ея великую книгу, полную тайнъ, чудессъ»... (Христ. Чт. 1869 г. № 8, стр. 182—189).

*

— 628 —

отдыха, по ходатайству правленія, перенесены каникулы сначала на іюль і первую половину августа, потомъ, вслѣдствіе предложенія инспектора, еще раньше — съ 15 іюня по 1-е августа (съ 1877 г.). Тогда же п экзамены для вновь поступающихъ перенесены на начало іюня, до каникулъ, чтобы свободнѣе и спокойнѣе было отдохновеніе воспитанниковъ. Въ 1883 г., вслѣдствіе предложенія доктора Пахомова объ увеличеніп лѣтнихъ вакацій, для лучшаго возстановленія силъ п здоровья воспитанниковъ, прибавлены двѣ недѣли каникулъ для дух. училища. Вопросъ о томъ же подпинался въ семпі. правленіп и относительно семпіаріп. но получить дальнѣйшаго движенія не могъ. Мѣры по улучшеннію большинчаго помѣщенія въ семпіаріп указаны выше (см. стр. 609). Пища обыкновенно была удовлетворительная п ропота не возбуждала. Въ отношеніп одежды — покрой принятъ обще- употребительный, п прежняя шинель замѣнена суконнымъ пальто на ватѣ, болѣе плотно охватывающимъ тѣло.

Чutto воспитанниковъ семпіаріп, принимаемыхъ изъ всѣхъ сословій, ограничено пзвѣстной нормой, какъ въ цѣляхъ педагогическихъ и экономическихъ, такъ и въ виду потребностейъ мѣстной епархіи. Для спб. семпіаріп эта норма опредѣлена въ 223 чел., но, при введеніп устава, воспитанниковъ было 243, затѣмъ число пхъ уменьшилось п напр. въ 1878-9 г. было 156, съ 80-хъ же годовъ снова стало возрастать, такъ что въ 1883-4 г. оно дошло до 229, т. е. на 6 человѣкъ болѣе положеннаго по штату. Составъ воспитанниковъ напр. въ 1881-2 г. былъ слѣдующій: 154 спб. епархіи. 14 пноепархіальныхъ. 24 военнаго п придворнаго вѣдомства, 14 изъ свѣтскаго званія, 2 еврея и 1 герцеговинецъ. Количество казеннокоштныхъ положено по штату и опред. св. Спи. отъ 17 мая 1868 г. — 111, съ содержаніемъ на каждомъ, постененно возвышеннымъ съ 90 р. до 125 р. Увольняемые съ казеннаго за малюспѣшность получали пособіе изъ понечпительства (до 500 р. въ годъ на всѣхъ), устроенаго съѣздомъ для таковыхъ учениковъ. Воспитанники изъ дѣтей придворнаго п военнаго духовенства, а также изъ крещенныхъ евреевъ и пностраницевъ, пользовались содержаніемъ по особому распоряженію вышаго начальства. Изъ процентовъ на благотворительные капиталы, увеличившіеся пожертвованіями г-жи Дубовицкой (2001 р. с.), вдовы ген. майора Поляковой (5000 р.), прот. И. В. Рождественскаго (3000 р.), преосв. Хрисанова (5000 р.), — содержались стипендіаты. Плата съ пансіонера сначала соответствовала суммѣ на содержаніе казеннокоштнаго, но съ 1882 г. возвышена до

— 629 —

510 р. и на первоначальное обзаведеніе 25 р. Въ первые особенно годы правленіе ходатайствовало о воспособленіи нѣкоторымъ изъ бѣдныхъ пансионеровъ и своекоштныхъ. Напр. въ 1870 г. до 300 руб. исходатайствовано на верхнюю одежду нѣкоторымъ бѣднымъ изъ приходящихъ воспитанниковъ. Въ 1869 г. воспособленіе (по 55 р.) оказано 54 своекоштныхъ, изъ 1870 г.—46, въ 1871 г.—5. Хозяйственные расходы по семи-наріи простирались до 14,900 р. (по смѣтѣ 1883 г.), въ томъ числѣ на содержаніе и ремонтъ зданія и разныя принадлежности 3396 р. 2 к., отопленіе и освѣщеніе 5595 р. 27 к., конюшню и прислугу (съ прибавкой 500 р. съ 1874 г.) 5008 р. 71 к., на содержаніе и ремонтъ новопостроенной больницы 400 р., на би-бліотеку съ физическимъ кабинетомъ 400 р., канцелярскія принадлежности 100 р. Расходы разнаго рода (по церкви, больницѣ, содержанію конопшнаго класса и мелочные)—1680 р.

Оклады служащихъ съ теченіемъ времени увеличены противъ штата (см. стр. 610) въ слѣдующихъ размѣрахъ: ректор-скій—(2000 р.) увеличенъ въ 1875 г. до 3000 р., врача (300 р.) съ 1874 г. до 500 р.; къ штатнымъ окладамъ остальныхъ сдѣлана прибавка съ юля 1881 г., инспектору (къ 1500 р. шт.) прибавлено 300 р., преподавателямъ—старшимъ (къ 900 р.) и младшимъ (700 р.) по 200 р., преподавателямъ франц. и нѣм. яз. (къ 300 р.) по 60 р., эконому (450 р.) 100 р.; секретарь оставленъ при штатномъ окладѣ (400 р.) безъ прибавки; также письмоводитель вольпонаемный (300 р.) и священникъ (400 р.) съ діакономъ (300 р.); должность библіотекаря въ спб. семинаріи безмездна и присоединена къ каеедрѣ гражд. исторіи, по которой по штату полагается только 8 уроковъ, тогда какъ вообще для уроковъ положена норма 12. Впрочемъ, до нормы недостигаетъ число уроковъ и по нѣкоторымъ другимъ предметамъ, (по словесности, философіи, богословію, церк. исторіи, литературѣ съ гомлиетникой), тѣмъ больше что ректоръ съ писпек-торомъ преподавали (безъ особаго вознагражденія) предметы, взятые пми отъ какой-либо каеедры, напр. ректоръ—основное богословіе, инспекторъ до 1870 г.—педагогику, потомъ русск. церк. исторію, а съ 1872 г. практ. руководство для настырей. Сверхъ нормы уроки имѣли преподаватели: свящ. писанія, математики, латин-скаго языка и одинъ изъ преподавателей греч. языка съ 1878 г. Плата за каждый добавочный урокъ положена 50 р. младшему наставнику и 60 р. старшему. Уроки въ параллельномъ классѣ, существующемъ на епархіальныя средства, оплачивались на

— 630 —

счетъ съѣзда. За временное преподаваніе уроковъ, по незамѣщен-
ной каебрѣ, положено по 1 р. 13 к. за каждый (ук. Св. Син.
21 окт. 1874 г.), по такая плата признавалась иногда недоста-
точной, и правленіе входило въ особое соглашеніе съ препода-
вателями (напр. по франц. яз. въ 1876 и 79 г.). Съ реформой,
семин. наставникъ лишились классныхъ окладовъ, а также де-
нежныхъ наградъ и пособій, выдававшихся прежде изъ бывшихъ
въ распоряженіи правленія остаточныхъ суммъ, которая теперь
предписано возвращать въ хозяйственное управленіе. Въ псклю-
чительныхъ случаяхъ за пособіемъ или вознагражденіемъ кого
либо изъ служащихъ правленіе обращалось къ высшему началь-
ству. Такъ, преподавателю Х. въ 1871 г. исходатайствовано по-
собіе въ 200 р. на лѣченіе, преподавателю Г. въ 400 р. по вни-
манію къ затруднительному семейному положенію, преподава-
телю К. вознагражденіе въ 1879 г. въ размѣрѣ 900 р. за свидѣ-
тельствованіе физическихъ приборовъ для нѣсколькихъ семинарій,
коммиссіи изъ 5 наставниковъ, приводившихъ семин. архивъ въ
порядокъ, 300 р. въ 1880 г. При опредѣленіи на учительскія
мѣста въ семинарію разрѣшено, съ Высочайшаго утвержденія
(1874 г.), выдавать сверхъ прогоновъ третное не въ зачетъ жа-
лованье. Но при поступленіи на высшій окладъ, или новую дол-
жность, производится вычетъ въ теченіе трехъ мѣсяцевъ въ устано-
вленномъ порядкѣ. Установленъ также двухпроцентный вычетъ въ
пенсіонный капиталъ. По «положенію» 1876 г. оклады пенсій за 25
лѣтъ службы, по выходѣ изъ нея, слѣдующіе: ректору 800 р., инспе-
ктору 700 р., преподавателямъ 550 р. преподавателямъ новыхъ язы-
ковъ 150 р., помощнику инспектора 300 р., эконому по VIII разр.,
выходящимъ въ отставку, по прослуженіи 10 и болѣе до 20 лѣтъ;
предоставлено право на единовременное пособіе, въ размѣрѣ го-
доваго оклада пенсіи; за 20 лѣтъ положена половинная пенсія;
семействамъ должностныхъ лицъ пенсіи положены по общему
пенсіонному уставу.

Ревизія въ сиб. семинаріи произведены были—въ 1868 г.
директоромъ канцеляріи синод. об. прокурора Н. А. Сергіевскимъ,
въ 1877—8 г. членомъ ревизоромъ дух. уч. комитета С. В. Кер-
скимъ и въ 1881—2 г. членомъ ревизоромъ Н. К. Зинченко. Во
время ректорствованія архим. Хрисанова ни разу не было ревизіи,
такъ какъ онъ самъ состоялъ членомъ дух. уч. комитета.

Первая ревизія, найдя семинарію «въ благоустроенномъ со-
стояніи по всѣмъ частямъ своего управленія», въ частности сдѣ-
лала слѣдующія замѣчанія: а) по учебной части: не заниматься прено-

— 631 —

даваніемъ за отсутствующихъ наставниковъ членамъ правленія отъ
духовенства; строго держаться программъ и пріобрѣсти болѣе учеб-
никовъ; финскій языкъ преподавать ближе къ практической цѣли;
по математикѣ болѣе спрашивать учениковъ и не спѣшить идти;
далѣе, не убѣдившись, что преподанное усвоено; въ физикѣ съ
теоретическою стороною соединять практическую; наставнику
гражд. исторіи С. не ограничиваться лишь учебной книжкой и
болѣе слѣдить за классною дисциплиной; преподавателю греч.
языка Л. держаться въ чтеніи Рейхлина и побольше заниматься
съ учениками грамматикою; вообще преподавателямъ — не гово-
рить лекцій болѣе ¹/₂ часа, чаще спрашивать учениковъ и слѣ-
дить за ихъ вниманіемъ и усвоеніемъ преподаваемаго. Темы для
сочиненій давать соразмѣрно съ силами, сочиненія читать вни-
мательнѣе и строже исправлять, по физикѣ и математикѣ темъ
не назначать; въ случаѣ обнаруженія мыслей неправильныхъ,
особенно же направленія ложнаго — дѣлать вразуміленіе ученикамъ.
По воститательной части: отмѣнить старшихъ изъ учениковъ,
донуская лишь дежурныхъ по классу; ректору и инспектеру по
взаимному соглашенію дѣлать присужденіе на х.г.ъ и воду и
заключеніе въ карцеръ; изъ правидѣ о взысканіяхъ исключить
параграфъ, приглашающій начальство заботиться, чтобы «взыска-
нія въ сознаніи учениковъ представлялись справедливыми»; уче-
никамъ не дозволять подавать жалобы въ правленіе; принять осо-
быя мѣры противъ такихъ недостатковъ ихъ, какъ живость, свое-
воліе, препирательство съ наставниками и начальствомъ, воров-
ство, и проектъ такихъ мѣръ представить въ уч. комитетъ; не
допускать переизслѣдованія инспекторскихъ донесеній въ правле-
ніи, къ униженію власти инспектора, но чрезъ него же собирать,
если нужно, дополнительныя свѣдѣнія по дѣлу, а учениковъ въ
правленіе отнюдь не приглашать. По административной и хо-
зяйственной части — пріобрѣсти вновь нужныя книги и физич.
инструменты; не выдавать ученикамъ новыхъ свидѣтельствъ въ
замѣнъ полученныхъ; не лишать казенного содержанія и иноепар-
хіальныхъ; съ выходящихъ по собственному желанію взыскивать
за содержаніе, по ноступленіп ихъ на службу, а не съ родителей
ихъ; не оставлять дух. училище содѣйствіемъ правильному и
успѣшному развитію учебно-воспитательной дѣятельности. Всѣ
яти требованія подтверждены потомъ особымъ указомъ Св. Синода.

Результаты ревизіи 1877—8 гг., представившей весьма обшир-
ний отчетъ о состояніи спб. семинаріи, являются въ слѣдующемъ
видѣ по извеченію изъ журнала уч. комитета отъ 6-го іюня

— 632 —

1879 г. «Учебная часть въ состояніи не вполнѣ удовлетворитель-
номъ. Хотя двумя предшественниками настоящаго ректора было
много сдѣлано для организаціи учебнаго дѣла, но настоящій рек-
торъ, прот. К. не былъ въ надлежащей степени твердѣ и энерги-
ченъ въ дальнѣйшемъ направленіи и благоустройствѣ учебной
части». Большинство преподавателей «отличается весьма хоро-
шими способностями и надлежащимъ научнымъ развитіемъ». Къ
милостивому вниманію начальства представленъ особенно препо-
даватель греческаго языка свящ. М., также и преподава-
тель церк. исторіи В. Но латинскій языкъ и философія найдены
въ неудовлетворительномъ видѣ: преподаватель лат. языка Г.
«обнаружилъ недостаточное знакомство съ преподаваемымъ имъ
предметомъ и несостоятельные педагогические приемы», а настав-
никъ философіи К. «ве.г. дѣю обученія въ духѣ едва ли умѣст-
номъ въ дух. учебныхъ заведеніяхъ», устранивъ учебникъ иси-
хологіи Чистовича и введши свою книгу, «Педагогическую иси-
хологію», которая «представляетъ ученіе вовсе не соотвѣтству-
щее цѣлямъ семинарскаго образованія». Нѣкоторые наставники
допускаютъ дословно записываніе лекцій, излагаютъ новый урокъ
прежде спрашиванія даннаго урока, необстоятельно и несвоевре-
менно записываютъ уроки въ классныхъ журналахъ; преп. Р. чи-
таетъ по академически лекціи, бѣгло и недостаточно внятно; Г.
по долгу спрашиваетъ одного и вдается въ объясненія, къ дѣлу
не относящіяся; С. не владѣетъ предметомъ преподаванія и раб-
ски держится учебника (нѣм. яз.) Какъ преподаватель пѣнія; «мастеръ
этого дѣла», по очень много учениковъ не учится пѣнію, которое
сдѣлано обязательнымъ лишь для первыхъ 3-хъ классовъ. Для
экзаменовъ положены сроки слишкомъ широкіе. Перемѣны учеб-
никовъ и измѣненія въ программахъ допускаются «безъ соблюде-
нія установленнаго для сего порядка». Неудовлетворительно органи-
зовано особенно веденіе письменныхъ упражненій, которые несвоев-
ременно назначаются, тѣжѣ какъ собираются и сдаются; многіе изъ
учениковъ только наканунѣ дня подачи принимаются писать сочи-
неніе. Въ нисшихъ классахъ, особеніо 1-мъ, значительная безgra-
мотность, но и въ старшихъ встрѣчаются орѣографическія ошибки
и безсмыслицы. Въ IV-мъ классѣ — «несоотвѣтствующее цѣлямъ
семин. образованія умственное направленіе развивается подъ
вліяніемъ уроковъ философіи и чтенія книгъ, преимущественно
позитивнаго характера». Въ послѣдніе 4 года успѣхи учениковъ
ухудшились. Въ библиотекѣ недостаточно книгъ по нѣкоторымъ
предметамъ, наставники помногу набираютъ книгъ и почти не

-- 633 --

сдаютъ ихъ въ библіотеку до выхода, но и при выходѣ не всѣ
книги возвращаются и до лѣго остаются невзысканными. Ревизіон-
ныя комисіи для освидѣтельствованія библіотеки и пр. отно-
сятся къ дѣлу не всегда съ должною внимательностію. Учениче-
ская библіотека бѣдна: «книгъ для нравственнаго чтенія въ нек
немного, но есть книги, умѣстность которыхъ сомнительна». Вос-
питательная часть «представляетъ много добрыхъ задатковъ,
хотя и не приведена еще въ состояние полнаго и окончательнаго
благоустройства». Правила требуютъ пересмотра; нѣкоторыя изъ
правилъ на практикѣ не исполняются, напр. чтеніе и объясненіе
Евангелія въ праздники. Въ ученикахъ замѣтны—практицизмъ,
утилитаризмъ, грубоватость; изъ простунковъ выдаются особенно
табакокуреніе и самовольныя отлучки, иногда нетрезвость; инспек-
цію нужно усилить надзирателями, а помощнику инспектора—
быть дѣятельнѣе. Мѣры же взысканія вообще «правильны и цѣ-
лесообразны». «Чувства церковности и молитвенный духъ мало
развиваютъ въ ученикахъ»: всенощная служится съ companyми,
слушаніе часовъ предъ литургіей для воспитанниковъ не обяза-
тельно, отъ богослуженія въ праздники увольнять никого бы изъ
нихъ не слѣдовало, наставникамъ же слѣдовало бы болѣе посѣ-
щать семинарскую церковь. Продовольствіе и уходъ за больными
удовлетворительны. Въ правленіи ректоръ обнаруживаетъ «излиш-
нюю укюччивость и нерѣшительность», не умѣетъ предотвра-
щать «пустыя пререканія, которые иногда даже въ печать пере-
носятся *). Наружное согласіе въ правленіи, по словамъ ректора
мѣшало инициативѣ его для разныхъ мѣропріятій по учебно-во-
спитательной части, но нынѣ недоразумѣнія, прибавлялъ ректоръ,
прекратились». Правленіе усвоило обыкновеніе назначать конкурсы,
всѣдствіе чего происходили проволочки въ опредѣленіи препо-
давателей. Секретарь правленія очень дѣятельнѣ, но архивъ не
внилилѣ благоустроеніе. Соображенія ревизіи о постройкѣ особой
больницы, объ отпускѣ суммы на покрытие передержки прежнихъ

*) Въ отчетѣ указано напр. на возникавшій въ 1875 г. вопросъ о
празднованіи 150-дѣтняго юбилея семинаріи, т. е. со времени введенія
семинаріи для ал.-невской школы; по вопросу этому были замѣты и въ нѣко-
торыхъ газетахъ, но двѣ осталось безъ послѣдствій. По этому поводу реви-
зія вообще указала на неумѣстность участіи въ газетной печати семинарскихъ
наставниковъ и двѣхъ изъ нихъ поименовала, вслѣдствіе чего вскорѣ послѣ-
довало предписаніе даже «увольнять отъ службы подобныхъ лицъ». Послѣ нѣ-
которой тревоги, дѣло обошлось, однакожъ, благополучно для названныхъ,
но одному изъ нихъ принесло оставить изданіе газеты «Современность», въ
которой принимали участіе и семин. преподаватели.

— 634 —

лѣтъ, увеличенніи окладовъ, указаны выше (стр. 609). По заключенію учебнаго комитета определено: просить преосвященнаго разъяснить ректору недостатокъ въ немъ энергіи и твердости; учителя лат. языка уволить, (пренодаватель философіи самъ вышелъ ранѣе); правила и инструкціи пересмотрѣть и точно выполнять, принять мѣры противъ малоуспѣшности, достигающей 50%, особенно по сочиненіямъ: обучать пѣнію всѣхъ воспитанниковъ; не слишкомъ много времени назначать на экзамены; усилить надзоръ; библиотеку пополнить, архивъ благоустроить; конкурсы допускать только при имѣніи кандидатовъ и пр. По заслушаніи въ правленіи указа и извлеченія изъ журн. уч. комитета, постановлено: вывести на справку, что правила и инструкціи пересмотрѣны еще въ 1869 г. и 1872 г. и исправлены, сообразно съ указаніями ревизія 1868 г. и предписаніями уч. комитета, что процентъ неудовлетворительныхъ балловъ по сочиненіямъ за 4 последнихъ года очень незначителенъ; именно: въ 1875—6 г. въ 1 к.л. 43% неудовлетворительныхъ, въ 3-мъ 5%, въ остальныхъ классахъ неудовлетворительныхъ балловъ не было; въ 1876—7 въ 1 к.л. 13%, во 2-мъ 10%, въ 3-мъ 3%, въ остальныхъ неудовл. ни одного; въ 1877—78 въ 1 к.л. 23%, во 2-мъ 10%, въ 3-мъ 11%, въ 4-мъ 4%; въ 1878—79 г. въ 1-мъ к.л. 29%, во 2-мъ 3%, въ остальныхъ ни одного. Далѣе отмѣчено, что съездъ отказалъ въ назначеніи оклада для надзирателя, что о возвращеніи книгъ выбывшими наставниками сдѣланы сношенія, но пока безуспѣшно, что архивъ уже приведенъ въ порядокъ комиссіей, назначенной еще въ началѣ 1878 г. Для пересмотра же всѣхъ правилъ назначены три отдельныя комиссіи.

Ревизія 1881—82 г. составъ наставниковъ нашла «весьма удовлетворительнымъ, отъ дѣятельности которыхъ получаются весьма удовлетворительные результаты обученія, не смотря на то, что изъ а.л.-невскаго дух. училища семинарія получаетъ воспитанниковъ не всегда надлежаще подготовленныхъ. Процентъ неуспѣвающихъ сжемѣсячно не великъ, и изъ 22 воспитанниковъ, окончившихъ въ годъ предъ ревизіею курсъ, въ дух. академію принято 12 человѣкъ. Поведеніе и здоровье учениковъ вообще удовлетворительно, не смотря на то, что большинство учащихся поступаетъ въ семинарію съ надюмленнымъ въ училищѣ здоровьемъ и съ навыками неблаговоспитанныхъ дѣтей. Благоразумная строгость и внимательность инспекціи, обнаруживающіяся какъ въ поддержаніи установившихся въ заведеніи воспитательныхъ порядковъ, такъ и въ противодействіи неблагопріятнымъ

— 635 —

внѣшнимъ вліяніямъ (со стороны напр. нѣкоторыхъ отцевъ и род-
ственниковъ, потворствующихъ слабостамъ и неисправностямъ от-
пусаемыхъ къ нимъ воспитанниковъ; а также вслѣдствіе поступ-
ленія, иногда противъ воли правленія, учениковъ исключенныхъ
изъ другихъ семинарій за поведеніе, которые, если не всегда вно-
сять заразу, то увеличиваютъ своимъ вліяніемъ число недоволь-
ныхъ существующими въ семинаріи порядками, вообще строгими,
но для большинства здѣшнихъ семинаристовъ, вслѣдствіе при-
вычки, не отяготительными), — обезпечиваютъ правильное развитіе
характера и добраго нравственного настроенія учащихся; но на
эстетическое воспитаніе особенного вниманія не обращается. Со-
держаніе учениковъ, по средствамъ, весьма удовлетворительно.
Экономія въ порядкѣ и находится въ опытныхъ рукахъ. Дѣла въ
распорядительномъ собраніи правленія ведутся отчетливо и своев-
временно. Дѣла же въ педагогическомъ собраніи носять на себѣ
слѣды весьма естественной въ новомъ ректорѣ нѣкоторой нерѣ-
шительности, вызываемой осмотрительностію и благоразуміемъ».
Но указаны и нѣкоторые недостатки, по поводу которыхъ предпи-
сано: «располагать учениковъ, особенно готовящихся въ академію,
къ занятію еврейскимъ языкомъ; озаботиться открытіемъ вновь
воскресной школы; употребить стараніе о приведеніи физическаго
кабинета въ состояніе, удовлетворяющее правильному преподава-
нію физики; окончить безотлагательно разсмотрѣніе правилъ и
инструкцій по учебно-воспитательной части; для устраненія не-
удовлетворительныхъ результатовъ преподаванія финскаго языка,
изыскать способы къ болѣе цѣлесообразной постановкѣ его; обя-
зательно всѣхъ обучать церк. нѣнію; рекомендовать преподава-
телямъ: богословія — удѣлять на урокахъ историко-критическимъ
замѣчаніямъ возможно меньше времени; свящ. писанія — кромѣ
послѣдовательнаго чтенія библии и изъясненія замѣчательнѣйшихъ
мѣстъ оной, сообщать ученикамъ и необходимыя герменевтическія
свѣдѣнія; русской церк. исторіи — ввести для класснаго употреб-
ленія воспитанниковъ одобренийъ св. Синодомъ учебникъ» (преосв.
Филарета). По поводу означеннаго предписанія, правленіе, при-
нявъ его къ исполненію, входило въ обсужденіе указанныхъ пунк-
товъ и предприняло нѣкоторые мѣры къ усовершенію ихъ, напр.
объ еврейскомъ языкомъ постановлено — просить начальство сдѣлать
его обязательнымъ для поступленія въ духовныя академіи, съ от-
мѣткой не ниже 3; финскій языкъ, всегда представлявшій не мало
затрудненій для его надлежащей организаціи, предположено за-
крыть и перенести его въ какую-либо другую семинарію, но

— 636 —

преосв. митрополитъ нapiкаль: «несогласенъ; испытать другія
мѣры». Тогда правленіе озаботилось прiисканiем новаго препо-
давателя и входило въ обecжденiе проeвкта, составленнаго ректо-
ромъ, по поводу назначенiя изъ суммъ великаго князества Фин-
ляндскаго двухъ стиендiй, ежегодно по 800 марокъ каждая, дяя
поступающихъ въ спб. семинарiю финляндскихъ уроженцевъ.
Чтобы привлечь таковыхъ въ семинарiю, предположено ходатай-
ствовать о дозволенiи оказывать имъ снисхожденiе при прiемѣ
и во время ученiя, на ряду съ инострaнцами, даже не обязы-
вать учиться древнимъ языкамъ и т. п. (Съ цѣлiю развитiя во-
спитанниковъ въ эстетическомъ отношенiи, предположено прiо-
брѣсти разные музыкальные инструменты и дать возможность
обучаться на нихъ; также озаботиться подготовленiемъ воспитан-
никовъ къ общему хоровому пiнiю при богослуженiи.

Относительно состоянія с.-петербургской семинаріи въ учеб-
но-воспитательномъ отношеніи въ разсматриваемый периодъ, встрѣ-
чаются иногда въ годичныхъ отчетахъ синод. об. прокурора одо-
брительные отзывы, напр. о преподаваніи того или другаго пред-
мета и т. п. Но съ особенностью похвалою отзываетется о состояніи
семинаріи отчетъ 1882 года, на основаніи последней ревизіи,
заявляя (стр. 127), что петербургская семинарія относится къ «сра-
внительно болѣе благоустроеннымъ во всѣхъ отношеніяхъ» и что
въ ней «дѣло обученiя и нравственнаго воспитанія учениковъ по-
ставлено на высотѣ, указанной Высочайше утвержденнымъ въ
1867 году уставомъ духовныхъ семинарiй». Публично спб. семи-
нарiя выступила первый разъ, въ разсматриваемый периодъ, въ
1883 году, по случаю ея 75-тилетія.

75-тилетіе с.-петербургской семинаріі.

1 марта 1884 года исполнилось 75 летъ, со времени откры-
тия спб. духовной семинаріи на основаніяхъ всеобщей и коренной
реформы духовныхъ училищъ 1808 года. На такихъ основаніяхъ
петербургская семинарія открыта первая. также какъ и цетер-
бургская духовная академія; въ другихъ семинаріяхъ реформа
вводилась не ранѣе, какъ спустя 5 летъ послѣ того, т. е. по
окончаніи 1-го курса спб. академіи въ 1814 году.

Семидесятинялетіе свое семинарія. по опредѣленію правле-
нія, съ разрѣшенія Высокопреосвященнаго митрополита, отпразд-
новала особымъ торжествомъ. Въ воскресенье 4 марта, послѣ
архіерейскаго священнослуженія, устроенъ былъ актъ въ одномъ

— 637 —

изъ классовъ. Актъ пронесходилъ подъ предѣдательствомъ самого Высокопреосвященного митрополита Исидора, въ присутствіи членовъ св. Синода, нѣкоторыхъ чиновниковъ духовнаго вѣдомства и многихъ почетныхъ гостей, большею частію изъ бывшихъ воспитанниковъ, или наставниковъ спб. семинаріи. Семинарской корпораціи особенно утѣшительно было видѣть своимъ гостемъ Владыку митрополита, весьма давно неудостоивавшаго семинарію своимъ постѣщеніемъ. На актѣ читалъ историческую записку о спб. семинаріи преподаватель гражданской исторіи, имъ составленную и потомъ напечатанную въ «Христ. чтеніи» (1884 г. № 5—6); секретарь сообщилъ свѣдѣнія о спб. семинаріи къ 1-му марта 1884 г., съ краткимъ извлеченіемъ изъ отчета за минувшій учебный годъ; о. ректоръ читать телеграммы и письма, полученные къ этому дню отъ разныхъ лицъ, большею частью преосв. архіереевъ; синодальный оберъ-прокуроръ К. П. Побѣдоносцевъ также почиталъ семинарію письмомъ своимъ, на имя ректора, въ которомъ высказывать сожалѣніе, что по болѣзни «долженъ отказать себѣ въ удовольствіи присутствовать на (семинарскомъ) торжествѣ». Подробности празднованія описаны въ особой брошюрѣ, изданной семин. правленіемъ въ память 75-лѣтія семинарін.

Годъ 75-лѣтія спб. семинаріи ознаменованъ еще важнымъ въ семинарской жизни событиемъ, это—изданіемъ новаго устава дух. семинарій, Высочайше утвержденнаго 22 авг. 1884 года. Особенности этого устава, весьма быстро составленнаго комиссіей, подъ предѣдательствомъ московскаго митрополита Юанникія, заключаются въ слѣдующемъ: выборное начало отмѣнено, составъ правленія сокращенъ, власть енархіального архіерея надъ семинаріей увеличена, также какъ и начальственный авторитетъ ректора; классическіе языки и математика ослаблены, новые языки сдѣланы необязательными, словесность и русская исторія нѣ сколько усилены, богословскія науки увеличены въ числѣ и разроблены по всему семин. курсу, церковное пѣніе сдѣлано предметомъ общеобязательнымъ, образцовая школа начального обученія при семинаріи проэктирована съ ежедневными правильными уроками; по воспитательной части введена особая мѣра, проэктировавшаяся и раньше (см. стр. 335, 538, 546), состоящая въ учрежденіи духовника для воспитанниковъ, съ цѣлюю религіознонравственнаго вліянія на нихъ не только во время исповѣди, но и въ домашней ихъ жизни. Экономическое положеніе наставниковъ измѣнилось къ ихъ невыгодѣ, вслѣдствіе сокращенія количества оплачиваемыхъ уроковъ по однимъ предметамъ и увеличе-

— 638 —

нія числа безплатныхъ уроковъ по другимъ. Съ новымъ распредѣленіемъ предметовъ, явилась необходимость въ изangenіи новыхъ программъ преподаванія, къ составленію которыхъ, по распоряженію учебнаго комитета, приглашено было и большинство преподавателей с.-петербургской семинаріи.

Такимъ образомъ последняя четверть столѣтія въ исторіи нашихъ семинарій, какъ средне-учебныхъ заведеній, начинается третьимъ по счету уставомъ и четвертой реформой семинарскаго устройства.

Дополненія и поправки.

Къ стр. 126, примъч. Объ исправленіи и дополненіи ка-
тихизиса Филарета см. письма еп. Филарета Гумилевскаго къ Гор-
скому (Тв. св. отц. 1885. III. 129).

— стр. 261, примъч. Прот. Н. П. Соколовъ умеръ въ
концѣ 1884 г.

— стр. 301, прим. 1-е. Митр. Филаретъ въ одномъ письмѣ
къ архим. Антонію говоритъ, что онъ «уже въ 1814 или 1815 г.
будучи ректоромъ, представилъ проектъ исправленія устава д.
училищъ, усиливая власть архіерея надъ ректоромъ». (Т. IV.
стр. 157).

— стр. 316. Іосифъ архимандритъ, нынѣ епископъ балт-
скій. Θεοδοσίαν επ. εκατερινοσлавскій умеръ въ нач. 1885 г.

— стр. 320. Проф. Андрей Михайловъ умеръ въ маѣ 1885 г.

— стр. 333. Въ должности помощника инсп. состоялъ
также Гурновъ.

— стр. 336. Прот. Мансветовъ умеръ 1 февр. 1885 г.

— стр. 353, примъч. 1-е. Отъ 15 мая 1852 г. послѣдо-
вало опредѣленіе Св. Синода открывать классъ еврейскаго языка
въ семинаріяхъ, если число желающихъ обучаться этому языку
будетъ не менѣе 15.

— стр. 416. Образцы ученпческихъ сочиненій не могли
быть помѣщены въ приложеніи, по недостатку мѣста въ книгѣ,
которая и безъ того вышла обширной.

— стр. 418. Въ фундаментальную библіотеку спб. семинаріи и преосв. митр. Серафимъ отказалъ книги (1843 г.), для разбора которыхъ, по запросу консепторіи, посланы были изъ семинаріи воспитанники высш. отд. Моисей Голубовъ и Өед. Студійскій.

— стр. 483. Несоотвѣтствіе цифры количества земли семинарской 7200 квадр. саж. съ указанной выше на стр. 309 (8024 кв. саж.) объясняется разностью плановъ 1838 и 1839 г. По послѣднему земли убавлено.

О П Е Ч А Т К И:

<table><thead><tr><th>Стр.</th><th>Строка</th><th>Напечатано:</th><th>Должно исправить.</th></tr></thead><tbody><tr><td>33</td><td>14 сверху</td><td>смерти, его</td><td>смерти его,</td></tr><tr><td>36</td><td>23 —</td><td>курпуса</td><td>корпуса</td></tr><tr><td>58</td><td>12 —</td><td>Далъе идетъ: II.</td><td>Далъе идетъ догматика</td></tr><tr><td>64</td><td>22 —</td><td>воронежскаго;</td><td>воронежскаго:</td></tr><tr><td>66</td><td>25 —</td><td>служилъ</td><td>служили</td></tr><tr><td>68</td><td>20 —</td><td>о томъ чтобы</td><td>о томъ, чтобы</td></tr><tr><td>69</td><td>1 снизу</td><td>(1852 г.)</td><td>(1825 г.)</td></tr><tr><td>71</td><td>11 —</td><td>(1805 г.)</td><td>(1805 г.) и Кошан-скаго;</td></tr><tr><td>—</td><td>6 —</td><td>Блеръ Цицеронъ</td><td>Блеръ, Цицеронъ</td></tr><tr><td>72</td><td>1 сверху</td><td>писателей.</td><td>писателей».</td></tr><tr><td>75</td><td>9 —</td><td>по Шрекку,</td><td>по Шрекку.</td></tr><tr><td>77</td><td>18 —</td><td>Лжедимітріемъ</td><td>Лжедимітріемъ</td></tr><tr><td>83</td><td>2 снизу</td><td>на нѣм. оду</td><td>нѣм. оду</td></tr><tr><td>88</td><td>9 сверху</td><td>Съ 1839 г.</td><td>Съ 1837 г.</td></tr><tr><td>92</td><td>6 —</td><td>произносить</td><td>писать и произносить</td></tr><tr><td>95</td><td>24 —</td><td>есть наука</td><td>есть наука</td></tr><tr><td>103</td><td>1 и 2 снизу</td><td>кромѣ учебниковъ</td><td>вмѣстѣ съ учебниками</td></tr><tr><td>129</td><td>9 сверху</td><td>просматривалъ также,</td><td>просматривалъ также</td></tr><tr><td>139</td><td>7 снизу</td><td>служенія (всенощной)</td><td>служенія (всенощной);</td></tr><tr><td>170</td><td>23 сверху</td><td>въ 1836 г.</td><td>въ 1838 г.</td></tr><tr><td>174</td><td>27 —</td><td>рпедразсудковъ</td><td>предразсудковъ</td></tr><tr><td>183</td><td>19 —</td><td>вниманіемъ</td><td>внимательнымъ</td></tr><tr><td>190</td><td>21 —</td><td>каждый</td><td>каждой</td></tr><tr><td>197</td><td>11 —</td><td>воспітанниковъ.</td><td>восписанниковъ</td></tr><tr><td>210</td><td>18 —</td><td>а для это</td><td>а для этого</td></tr><tr><td>220</td><td>9 снизу</td><td>(1336 г.)</td><td>(1836 г.)</td></tr><tr><td>223</td><td>2 —</td><td>Въ 1883 г.</td><td>Въ 1838 г.</td></tr><tr><td>229</td><td>12 —</td><td>по уверенію</td><td>по уваженію</td></tr><tr><td>230</td><td>21 сверху</td><td>совершенно</td><td>совершена</td></tr><tr><td>234</td><td>5 —</td><td>особо. «Помимо</td><td>особо». Помимо</td></tr><tr><td>235</td><td>4 —</td><td>безъ замѣчанія по силѣ</td><td>безъ замѣчанія, по силѣ</td></tr></tbody></table>