— 240 —

Общества, приобретены Члены оному и ихъ принoшенiями оказана тамъ помощь около освященных семействамъ.

ВъвWIi сего благодѣшельнаго заве-
денiя начали распространяться въ сосѣд-
ственных Губернiяхъ. Всѣми почитаемый
въ Екатеринославѣ мужъ по своей уче-
ности и извѣстный жизнiю посвященною
на службу Государству и общей пользѣ
Д. Т. Мизко, принялъ на себя обязан-
ность быть Корреспондентомъ во всемъ
Новороссiйскомъ краю и старанiемъ его
число Членовъ въ пiхъ мѣстахъ довольно
умножилось. Изъ получаемыхъ суммъ онъ
дѣлалъ благоразумное употребленiе, до-
ставляя пособiя бѣднымъ къ нему отно-
сившимся.

Но ежели кто заслуживаетъ наиболѣе
справедливую признательность всего Об-
щества; то это по всѣмъ отношенiямъ Кор-
респондентъ его въ Черниговской Губернiи
Г. И. Бажановъ, приобрѣтшій въ:1815 года 28 Членовъ, дѣлающихъ значи-
шельныя принoшенiя; и распоряженiе имъ
суммы, вступающей оть Членовъ въ его
вѣденiе, есть самое прочное, основaтель-

— 241 —

ное. Всю имъ получаемую какъ отъ Чле-
новъ, такъ и отъ прочихъ благотвори-
телей сумму — онъ взносишь для храненія
и приращенія въ Черниговскій Приказъ об-
щественнаго призрѣнія, — предполагая, по
умноженіи оной до извѣстнаго количества,
изъ процентовъ ея содержать сыновей
бѣдныхъ Дворянъ при Гимназіи, а дочерей
опредѣлять въ Харьковскій Институтъ
для воспитанія дѣвицъ учрежденный. На
такомъ прочномъ основаніи утвержденный
капиталъ можешь назваться вѣчнымъ и
благотворенѣ не пресшающимъ. — И ка-
кое благотворенѣ можешь быть сущест-
веннѣе, какъ не доставленѣ воспитанія для
юношества — по рожденію своему имѣю-
цаго право на полученіе образованія, по-
средствомъ коего оно должно быть не
юлько не лишнимъ, не только полезнымъ,—
но и примѣрнымъ въ отечествѣ? — А во-
спитанѣе и образованѣе дѣвицъ, коихъ слу-
чаи жизни часто повергають въ нищету и
потомъ бурные волны страшей и безна-
держности въ развратъ, — воспитанѣе и
пристроенѣе пакихъ дѣвицъ не есть ли
особенное, испинно Хриспіанское Благо-

9

— 242 —

твореніе? — Прикъръ шому у насъ въ
Харьковѣ предъ глазами каждаго. Инсти-
тутъ для дѣвицъ отъ Общества Благо-
творенія свидѣтельствуетъ о духѣ Сло-
бодскихъ Дворянъ, воздвигшихъ себѣ вѣч-
ный памятникъ учрежденіемъ онаго. Же-
лательно, что бы сомнѣвающийся въ истин-
ной пользѣ сего заведенія пришелъ туда, —
не въ тоъ день, когда приглашаются
посвѣтиели на испытаніе воспитанницъ
въ наукахъ, — но въ день простой, учеб-
ной; пришелъ и увидѣлъ бы: кромѣ 45
своекоштныхъ пансіонерокъ, 20 воспи-
танницъ одѣтыхъ чисło, опрятно, при-
лично мѣсту, — занимающихся по комна-
шамъ науками, искусствами, руководѣліемъ, —
разспросилъ бы ихъ о родѣ каждаго шишия
и удобностяхъ онаго, — испыталъ бы
у нихъ сколько аршинъ чего нужно на
плашья имъ, что потребно дабы хлѣбъ
хорошо былъ испеченъ и кушанье приго-
шовано вкусно, — какое время удобнѣе
для сажденія или сѣянія чего въ огоро-
дахъ; — предложилъ бы имъ по своему
произволенію каждой вопросъ изъ пред-
мѣшовъ имъ въ классахъ премодаваемыхъ, —

— 243 —

пройдя съ ними на Глобусъ и лавдкар-
махъ знамѣйшіе въ Европѣ города, рѣ-
ки, горы,— любопытствуя о доспопамян-
ныхъ произшествіяхъ въ Россіи и другихъ
Государствахъ, и получа на все удовле-
творительные отвѣты, спросиль бы: что
это за дѣти? — Повѣрилъ ли бы онъ
цисьменнымъ документамъ въ архивѣ Со-
вѣша, что всѣ онѣ изъ самаго бѣднѣйша-
го состоянія — многія изъ нихъ не имѣ-
ли куска хлѣба, необходимой одежды и
человѣка помогающаго имъ; повѣрилъ ли
бы онъ, что это дѣти бывшіе въ шакомъ
жалкомъ состояніи молько три года еще
назадъ?... — Потомъ — если бы на осно-
ваніи успѣава имѣлъ онъ право осмотрѣть
и спальныя ихъ комнаты — увидѣлъ бы
ихъ кровати въ порядкѣ, постѣли чи-
стыя — опрятныя, — заглянулъ бы въ
шкафы, гдѣ платья и бѣлье все въ до-
стапкѣ и разположено подъ No каждой;
въ ихъ комодцы, — гдѣ всякая вещь, всякая
даже бездѣлка лежитъ на своемъ мѣстѣ;
потомъ, услышавъ звонъ колокольчика сзы-
вающего ихъ къ обѣду, посмочрѣлъ бы
на нихъ по парно — со всякою чинно-

*2

- 244 -

спію выходящихъ къ столу, занимающихъ
свои мѣста, дежурную читающую какъ
должно молитву, — столъ снабженный
бѣльемъ чиснымъ, посудою простою, ку-
шаньемъ достаточнымъ — вкуснымъ, безъ
соусовъ и пирожныхъ, но очень доволь-
нымъ; увидѣлъ бы ихъ послѣ стола подъ
надзоромъ смотрительницы, подобную ка-
ковой по ея достоинствамъ, познаніямъ,
любви и усердію къ порученнымъ ей дѣ-
вицамъ, съ шрутомъ можно пріискать—
идущихъ въ садъ, бѣгающихъ тамъ съ
сердечнымъ веселіемъ, разсмешривающихъ
свои грядки и съ великимъ воспоргомъ
подбѣгающихъ извѣстить смотрительни-
цу, что на цвѣтункѣ такой то показал-
ся новый листикъ; и проч. т. п.; попомъ,
послѣ таковаго гулянья, по колокольчику
возвращающихся въ комнаты и съ піе мь
же непритворнымъ веселіемъ и доволь-
ствіемъ идущихъ въ классы, какъ бы на
новое гулянье; заглянулъ бы въ больницу,
разсмотрѣлъ бы содержаніе, лѣченіе и
присмотръ за бывающими больными ма-
люшками; пусть бы, однимъ словомъ, раз-
смотрѣлъ всякую часть Институша въ

— 245 —

особенности и все вообще, — то върно спросилъ бы: изъ какого капитала все сю содержится? — ему бы отвѣчали: изъ двадцати ляти рублей,.. — Точно такъ; каждый членъ Общества платитъ не менее сего и симъ содержится такое довольно обширное заведеніе, безъ всякаго отягощенія мѣстному, или вышшему начальству. — Но обратимся къ своему предмѣту.

Спараніемъ Г. Бажанова [капитальъ въ Черниговской Губерніи умножень въ годъ до 2700 руб. Въ слѣдующей книжкѣ Украинскаго Вѣстника сообщимъ списокъ членовъ вступившихъ въ пой Губерніи послѣ годоваго отчема. Совѣтомъ публикованнаго (*); такъ равно и списокъ, кому именко послѣ того же времяни сдѣланы Г. Бажановымъ вспоможенія.

Такимъ образомъ число благоприятелей не только не уменьшается; но день оподня возрастаетъ. Пусть нѣкошорые опрекаются отъ собственноручной подписки платить во всю жизнь всего по 25.

*) Сынъ Ощечества №: 49. 1815 года.

— 246 —

рудлей ежегодно; пусть другіе приводять
въ оправданіе, разстроенность обстоя-
тельствъ, не дозволяющихъ имъ платить
таковой суммы. О нихъ мы ничего ска-
зать не можемъ, справедливость, или не-
правость скрыта въ ихъ сердцѣ; а серд-
це человѣка можетъ проникнуть только
одинъ сердцевѣдецъ Богъ. При томъ же
они не по принужденію объявили себя бла-
готворителями: благотвореніе не есшь
обязанность, — слѣдовательно ни кто и
взыскивать не можетъ сего упущенія;
развѣ молько можемъ сожалѣть объ об-
стоятельствахъ таковыхъ людей — и въ
обоихъ случаяхъ, закрывая одной рукою
списокъ таковыхъ, другою — отмѣчая по-
вторяемыя подаянія прежнихъ членовъ,
я исполняющихъ свято свое обѣщаніе
предъ Богомъ, совѣстью и нещастными,
братіями своими, — вписываемъ новыхъ
членовъ, новыхъ благотворителей, слѣша-
щихъ приносить тысячи и лелты свои
на пособіе ближнимъ; а судъ Божій пи-
шетъ каждому свое опредѣленіе !!

Будушъ всегда благотворительные лю-
ди и для сего новое доказательство: нѣ-

— 247 —

которые изъ членовъ Общества, понима-
ющіе въ полной мѣрѣ цѣну благопворе-
нія, — зная, что жизнь человѣческая под
вержена преврашностямъ, перемѣнѣ об-
стоятельствъ и желая удалить отъ сихъ
перемѣнъ хотя нѣчто изъ своего суще-
ствованія — продѣлить и по смерти жизнь
свою, — взносять разъ на всегда капита-
лы въ сумму Общества сосшоящіе изъ
250-ти и 500 руб. — и симъ точно увѣ-
ковѣчивающъ свое благопвореніе. Похва-
ла шаковымъ поступкамъ — ихъ не до-
стойна; ибо, среди добродѣшлѣй, благо-
пвореніе кажется больше всѣхъ внемлѣпъ и
и чтишь слова Господа своего: да не
увѣсть шупца десницы дѣло.

Черту однако же благодарности по-
мѣщика нашей Губерніи Н. Θ. Алферова
мы не можемъ здѣсь не привести: послѣ
смерти благодѣщеля своего А. А. Пали-
цына, въ благодарность за всѣ оказанныя
ему отъ него милосердіи и благодѣянія, онъ
принялъ на себя обязанность отъ имени
благодѣщеля своего плашить названную
мокойникомъ въ Общество сумму.

(Продолженіе впередь.)

248 =

ПИСЬМО КЪ ИЗДАТЕЛЯМЪ.

Милостивые Государи!

Недавно былъ у насъ въ Харьковѣ
единъ случай, который долженъ послужить
для всѣхъ родителей — любящихъ сво-
ихъ дѣшей — печальнымъ примѣромъ, сколь
enti должны быть осторожны въ выборѣ
игрушекъ для дѣтей.

Продаются въ лавкахъ, также у
разнощиковъ и конфешчиковъ дѣтской иг-
рушки, куклы, собачки, лошадки и, т. п.
сдѣланныя изъ алебастра и выкрашенныя
разными красками.

Двухлѣтнее дитя одного почтеннаго
согражданина нашего получило отъ сосѣ-
дей въ подарокъ такую игрушку и забав-
ляясь ею, начало грысть ее и съѣло цѣ-
лую головку. Родители полагая, что это
мѣлъ — не обрашили на то вниманія; пото-
му что дѣти у насъ частоѣдятъ мѣлъ.
Черезъ чась сдѣлалась у него страшная
рвоща и понось, продолжавшіеся цѣлые
пять часовъ и съ этимъ выходила съѣден-
ная игрушка. Родители испугались и ду-

- 249 -

мая, что дитя съѣло чшо нибудь вредное
давали ему воды запивать, надѣясь чрезъ
то прекратить его мученіе; но дипия съ
большимъ отвращеніемъ отказывалось отъ
всякаго питья. Наконецъ рвота и понось
унялись и дитя, чрезвычайно ослабѣвшее,
выпило тушь два большихъ стакана во-
ды. Укрѣпительныя лѣкарства ни мало не
помогали; оно ничего не ѣло, но съ боль-
шею жадностію все пило воду. Его
дыханіе дѣлалось чась отъ часу труднѣе
и чрезъ нѣсколько дней оно кончило му-
чительную жизнь при сильныхъ судорогахъ.

Г. Профессоръ - Медикъ Каменскій,
призванный на помощь къ дипяти — уви-
дя игрушку подозрѣвальъ, что она произ-
вела такое сшрашное дѣйствіе и взявши
кусочикъ оной, вручилъ мнѣ, прося разло-
жить его химически на соспавныя части.

По паружному виду безъ труда узналъ
я, что это алебастръ, — покрытый кра-
сною и зеленою красками. Вѣсомъ онъ
былъ въ 95 грановъ.

Химическое разложеніе показало въ
немъ слѣдующія соспавныя части:

- 250 -

<table><thead><tr><th></th><th>Гран.</th></tr></thead><tbody><tr><td>Сърнокислой извести (алебастру) 41.</td><td></td></tr><tr><td>Углекислой извести</td><td>15</td></tr><tr><td>Глинистой земли</td><td>8</td></tr><tr><td>Кремнистой земли</td><td>8</td></tr><tr><td>Свинцовой закиси</td><td>2,11</td></tr><tr><td>Мѣдной окиси</td><td>3,50</td></tr><tr><td>Воды</td><td>15</td></tr></tbody></table>

Всего 92,61.

Количество свинцу и мѣди — хотя кажется слишком мало противу всей масы, что бы произвести такія ужасныя и смертоносныя дѣйствія; однѣкожь они находились на поверхности игрушки и суть изъ числа опаснѣйших ядовъ.

Надѣюсь, Мм. Гг., что вы не оставите въ вашемъ журналѣ помѣстить сіе письмо, которое засѣавили меня писать мой долгъ и человѣколюбіе. Можешь быть иной отецъ, или машь обращать вни-манѣ на это и будушъ осторожнѣе въ выборѣ игрушекъ для своихъ дѣтей. Мо-жешь быть мы спасемъ такимъ образомъ и жизнь какого-нибудь дитяти; тогда и вы, и я доволѣно будемъ вознаграждены.

Имѣю честь быть и пр.

Орестъ Шуманъ.

Харьковъ.

1816 Февр. 8

Магистръ Химіи.

— 251 —

СМѣСЬ.

Отрывки.

Для Славяннобцевъ.

Приятно видеть, какъ нѣкошорые
хочять, что бы Русское было разтворяе-
мо Славянски мь. Но къ нещастію въ со-
чиненіяхъ тѣхъ, кой стараются слѣдо-
вать сему правилу, — видимъ мы по боль-
шой части смѣшную лѣлню словъ. Они
думаютъ облагородить свой обыкновенный
языкъ неумѣстною вставкою великолѣл-
ныхъ словъ и выраженій Славянскихъ.

Надобно умѣть сливать оба идіотиз-
ма. Пусть Славянское слово, или выраже-
ніе теряется между Рускими и не вы-
ставляется изъ нихъ. Пусть Рускія сло-
ва льнутъ къ нему; а не полкаются объ
него. Иначе рѣть всегда будетъ ше-
роховата.

Смѣшне всего видить наборъ гром-
кихъ словъ, по большей части Славян-
скихъ, въ какой-нибудь торжественной
Одѣ, въ какомъ нибудь Гимнѣ. Жалкій
авторъ думаетъ, что съ нимъ вся при-

— 152 —

рода гремитъ, реветъ и бурлишь, — когда онъ ломаетъ нашъ языкъ своею лѣлѣю или мучитъ слухъ нашъ злобнымъ воемъ огрызагошіхся словъ, которые тщепно старается примиришь его уродливое во-ображеніе. И часто въ то время, какъ у него въ головѣ производятъ борьбу стихіи, въ стихахъ его борются слова; — не угомонныя! они выводятъ изъ терпѣнія бѣднаго читателя!!

## За Женщинę.

„Чтожъ дѣлать? гдѣ намъ учиться? — вопіютъ нѣкоторые.,, Молодой Французской Авторъ учился тонкостямъ своего языка у женщинъ: Русской куда ни повернись, вездѣ слышить Французскій языкъ. Когс-же должно обвинять въ это? — Большую часть мужей, а еще больше скоро-слѣлыхъ Авторовъ.

Молодая Русская дама (кто подумаетъ, чтобы это опросилося ко всемъ?) находитъ въ библіотекѣ своего мужа поря. дочное собраніе Французскихъ книгъ; между ними кое гдѣ по угламъ попадаются и Рускія. Какія же думаете вы? По-

— 253 —

литических по словамъ мужа, напримеръ:
Театръ войны противъ Французовъ, Сонь
Боналарта, Разговоры въ царствѣ мер-
твыхъ и пр. и даже стихотворныя — по-
добныя Поэмъ Лелетнева, которыми въ
прошлыя войны наводнились наши книж-
ныя лавки и о которыхъ, кажется, не
льзя даже сказать и того, что сказалъ
Вольперъ о журналахъ.

Мужъ, которому никогда и который
иногда не хочетъ по произхожденію сво-
ему занялся образованіемъ вкуса, — поку-
паетъ у разнощиковъ за дорогую цѣну ма-
кия рѣдкости и спокойно ставитъ ихъ на
полочки въ своихъ шкафахъ. Жена, ко-
торая по большей части разборчивѣе дру-
гой своей половины — находитъ книгу, смо-
тришь заглавіе, перевертываемъ страни-
цу, чипаетъ нѣсколько строкъ и, вышед-
ши изъ мерпѣнія, бросаетъ; она берется
за другую, третью и т. д. при каждой
перемѣнѣ произходятъ подобныя явленія!—
Чтожъ ей дѣлать? Она отдыхаетъ на
какомъ нибудь порядочно переведенномъ
романѣ; хорошій Французскій—рѣдко, рѣд-
ко Нѣмецкій авторъ успокоиваетъ ее;

— 254 —

наконецъ при членіи нѣсколькихъ луч-
шихъ пїэсокъ Русскихъ она мирится съ
нашею Словесностію.

Гдѣжъ найди Руской дамѣ сильный,
выразительный и крашкій языкъ? Наши
духовныя книги имѣютъ свое единствен-
ное достоинство; но приличень ли цер-
ковый слогъ общежитію? Естьли бы
слогъ юридическихъ, физическихъ и по-
добныхъ сочиненій былъ и чище; шо и
шогда разговорный языкъ не много бы
выиграль. Исторіи наши, въ коморыхъ
читатель и читательница могли бы по-
черпнуть столько сокровищь для своего
языка, — написаны не такъ, чпобы могли
льстить слуху и очаровывать его. Мы
хвалимся нашими лириками; безспорно, они
прекрасны: но опять, говорятъ ли такимъ
языкомъ? Гдѣжъ у насъ языкъ простой,
натуральный, — не богословскій, не юри-
дическій, не лирическій? Гдѣ языкъ сердца?

— Вамъ покажутъ маленькое собраніе
лучшихъ отрывковъ въ эстихахъ и прозѣ,
изъ коморыхъ вышла бы очень тоненькая
кинижка; вы читаете ихъ, любуетесь; но

— 255 —

не успѣете перевернуть несколько ли-
сшочковъ — уже и конецъ.

Упѣшьтесь! Скоро придетъ золотое
время. Доблесть Русскихъ показала себя
во всемъ величіи на поляхъ Лейпцита и
подъ стѣнами Парижа. Герои — соотчичи
наши свершили свой подвигъ: они возвра-
шились къ намъ съ миромъ; подъ его
тѣнію мирные сограждане наши въ свою
очередь явятъ себя на поприщѣ всеобща-
го просвѣщенія. Тогда мы не будемъ жа-
ловаться на хладнокровіе богачей, поспѣш-
ность сочинителей и скуку читашелей. Т.

ПИСЬМО КЪ ИЗДАТЕЛЯМЪ.

Милостивые Государи!

Ну! попался я съ своимъ письмомъ, какъ сомъ въ вершу! — Не успѣла I-якни-жка вашего Журнала появиться въ нашемъ околодкѣ, какъ всѣ сосѣди начали на меня указывать пальцами: это-дескашь пы, пы подъ именемъ Фалалея Повинуھина вздумалъ опличатся! Напрасно скры-

— 256 —

ваешь настоящее свое имя. — Ахъ, башпюшки! да развѣ можетъ кто не заикнувшись сказать: моя жена выродокъ изъ женщинъ, — зла, спѣсива, горда, сплетница и проч? И сколько я знаю молодицъ, именно съ такими достоинствами, но мужья при другихъ превозносятъ ихъ, какъ ангеловъ небесныхъ ; что же они въ самомъ дѣлѣ думають, о томъ разбираю не наше дѣло. Еще же, кто можетъ не совѣстясь сказать: я рабъ жены? Всякой хвалился, что я-де дома то-то и то-то и припишешь себѣ малую власть, окакой дома и помечтать ему не позволятъ. — По симъ полико важнымъ причинамъ и я рѣшился было имя свое скрыть, да и не узнали бы — но вотъ бѣда! отъ избытка сердца глаголюшъ успа и я разболталъ домашнїя тайны. (Рѣдкой мужъ!). При томъ винюсь, и то еще было у меня въ головѣ: не я вѣдь первый, не я послѣдній; и потому не воскликнемъ ли кто, прочтя письмо мое: ужъ не я ли это? — Но нѣтъ! ошибся въ рощотѣ: по описанію домашней жизни моей, всѣ сосѣди меня узнали. Инѣ нѣчего грѣха шаить; виновашь. Не выдайме

— 257 —

шолько передъ женою. Сосѣди общѣали,
я успокоился; все затихло, тѣмь дѣло и
кончилось... Да! вѣдь одни добрые
сосѣди знають настоящее мое имя, а да-
лѣе никто; — такъ за чѣмъ же откры-
ваться? Я для васъ, Гг. Издатели и
для Публики остаюсь подъ прежнимъ
имянемъ. И что можетъ быть приличнѣе?
Что я Фалалей, — то уже доказано и ни-
кто противъ этаго не поспорить; а что
Повнухинъ, то еще больше докажу, когда
въ часы величайшаго гнѣва жены моей
страну уединясь въ свой кабинетъ, опи-
сывать вамъ важнѣйшія приключенія моей
жизни. Я ихъ скоро кончу; потому что,
по выше изъясненной причинѣ буду имѣть
досугъ писапь въ сушки 12 часовъ. Напи-
савъ, вамъ же пришлю; вы это помѣщайте
уже гдѣ хочите. Въ сташью о Наукахъ и
Искуствахъ? — Годится: въ мойъ запи-
скахъ много будетъ наставленій, какъ нау-
чаться перпѣнію и искуству оммалчивать-
ся,— когда безъ вины виноватъ; а чрезъ это
много выиграютъ носящіе брачные узы.
Въ Живописную прозу? — Не испортить:
всѣ шалосши брашцевъ моихъ и проказы

10

— 258 —

сестрицъ, а пришомъ мое благополучіе
въ супружеской жизни живолисны. Въ
Дѣтское чтеніе? — Преполезно: многіе
дѣми узнають, какъ свои шалости пере-
водить на другихъ и какъ забавно шутить
надъ учишелями. Въ Смѣсь? — Не можемъ
быть лучше: такую смѣсь, какъ моя жизнь,
врядъ ли вы еще гдѣ найдете. Въ статью
об благотвореніяхъ, или въ извѣстія о неща-
стныхъ? — Нѣтъ ничего приличнѣе : —
можемъ быть кто нибудь изъ читателей,
прочтя, вздохнетъ изъ глубины сердца
и скажетъ: вотъ равный мнѣ въ нещастіи!

А этаго развѣ мало для страдальца? —
Въ Стихотворенія? И буда пожалуй:
мой батька Трифанъ, учившійся въ Семина-
ріи 10-12 лѣтъ назадъ, написалъ мнѣ стихи
на день Пасхи и пошомъ каждый годъ ихъ —
по задомъ на передъ пошавитъ, то съ боку
на бокъ переворотилъ, то стопы и риф-
мы перековеркаешь и всегда мнѣ ихъ под-
носишь, какъ новые: хотя матерія все та
же и полку по прежнему не добьешься; но—
очень приятно имѣть въ деревнѣ собствен-
наго стихотворца. Ну, такъ мы съ нимъ,
недѣльку посидѣвши, пришлемъ къ вамъ и

- 259 -

на рифмахъ. Однако о моей истории по-
слѣ. Теперь я вozьть чемъ вамь буду до-
кучать.

Бракъ нашъ дѣтейми не благословился,—
и конечно за наши прегрѣшенія: но у же-
ны моей есть — воспитанница давно
уже взятая. Кто она и откуда, ма-
люшка не знаемъ; а кто знаемъ, шоть
молчишь; въ числѣ сихъ и я: полагаю
также что и жена моя о шомъ не-
безъизвѣстна. Однимъ словомъ, она воз-
любила ее какъ родную дочь свою, а я —
нѣчего грѣха маить, какъ падчерицу. Дѣвоч-
ха будешь большая плушовка; поопому-по
намъ и хочется воспитать ее, какъ долж-
но. Жена не велилъ мнѣ ничего жалѣшь
на это и сама пратишь много. Ей минуло
шолько еще 14-шь лѣшь, а уже играешь на
флигелѣ 24 штучки; есть и голосокъ:
мой понамарь, бывши въ Секинаріи, ходилъ
въ пѣвческую и зашвердя что утѣ и что
соль, учишь её шеперь пѣнію; и такимъ обра-
зомъ въ храмовой праздникъ пикимъ она
на крылосѣ съ рѣзкогоносыми моими пса-
рами хоть бы куда — и уже на варіаціи
поднимаемся. Кромѣ церѣковной печали

*2

— 260 —

всѣ пѣсенники она читаетъ и кое-что для
примѣра знаемъ наизусть. Надъ писаньемъ
мы ее не мучимъ: жена моя говоритъ,
что писать ее научитъ сама напура, ког-
да придетъ время. О рукодѣльѣ и хозяй-
ствѣ мы и не помышляемъ; къ чему дѣв-
ку приучать къ низкимъ занятымъ? У ней
же будетъ свой кусокъ хлѣба. При та-
комъ воспитаніи чего бы кажется ей не-
доставало? — Но вотъ что сокрушаетъ
мою жену: иностраннаго-то она еще ни-
чего не знаетъ; хошь бы болшать немно-
го приучилась. Ну что съ нею безъ того?
Вывеземъ въ люди; а она будетъ пень
инёмъ! Съ воздыханіемъ сердечнымъ я при-
бавляю: такъ, матушка, правда швоя! —
(да и когда была ея не правда?). И такъ.
Милостивые Государи, къ вамъ теперь
обращаюсь. Знакомыхъ у меня въ Харь-
ковѣ нѣмь никого, а надобно вызвать же-
лагощихъ. Газетъ у насъ нѣмъ; поруди-
месь чрезъ вашъ Вѣсникъ извѣсить, что
нуженъ-де къ пакому-по иностранецъ —
учить дитя по Французски. А вотъ вамъ
и слѣдъ: къ намъ на квартиру въ Харь-
ковѣ приносилъ хлѣбы продавашь одинъ,

— 261 —

иностранецъ и, кажешься, Французъ. По-
изрудитесь отыскать его и поговорить
съ нимъ, не согласится ли онъ? — Вошь
кондиціи: жалованья въ годъ вошь 500 до
1000; споль, чай и проч., все съ нами:
одѣвать будемъ, какъ прилично; особая
комната, прислуга и экипажъ — куда и ког-
да захочешь. Должность его: Дуняшу въ
два года выучить болшать хотя употреб-
бительныя въ Публикѣ слова; до пра-
вильнаго выговора дѣла нѣтъ, — въ свѣтѣ
понатрѣшся. Когда Г. Мусье можешь у-
чить читать, — то хорошо; а когда
нѣтъ, — то и не нужно. Булошницу мо-
ей жены выучить по своему печь хлѣ-
бы; по вечерамъ съ женою расклады-
вать гранду а ласьонъ. А въ пользу
мою только и прошу, чѣбъ псаря Яшку
поучилъ, какъ запаривать кормъ собакамъ:
Французъ долженъ всё знать; а Яшка-воръ,
переморилъ у меня смычка чешые что ни
лучшихъ. Когда Г. Мусье на 'все сіе
согласится; — то пусшь приѣзжаетъ
въ село . . . . Онъ очень по Industria
женѣ моей. Да ужъ и проказникъ же,
и весельчакъ, и преострая голова! Мы его

— 263 —

Сочинсенія Акима Нахилова. и проч.

(Окончаніе).

1.

Описаніе голода.

Уродливый скелетъ, вооружась клюкою,
Пустился въ дальный пушь съ походною сумою;
По ребрамъ повязалъ широкій онъ кушакъ
И пламенный надѣлъ на голову колпакъ;
Гремióпъ онъ на бѣгу изсохшими костями
И челюсть искрививъ гиганшъ стучитъ зубами...

2.

Восторгъ подъячихъ.

Когда съ бумагой въ судъ приходишь челобишчикъ,—
Кряжшшъ и кашляешь опъ радосши повыпчикъ,
Облизывается въ воспоргѣ Секретарь
И нюхаетъ табакъ приказна мѣлка шварь.
Просишель корчится, подъячіе бодрятся (*);—
Эмѣю долженъ онъ предъ гадомъ увивашься!

3.

Плутоновъ дворецъ.

Насилу я смягчилъ бѣсовскія сердца:
Отверзлись ми врата геенскаго дворца.

(*) Издатели осмѣлились сдѣлать неремѣну; въ под-
линникѣ сюошь гордяшся; имъ показалось
то лучшимъ.

— 264 —

Въ отнѣ и въ пламени монархъ мнѣ адскій зрится,
Пресшолъ его въ дыму, какъ вespчина капшится;
Покрышы сажею порфира и вѣнедъ,
Его величество шакъ чорно какъ кузнецъ.

### 4.

#### Мода.

— Простерла мода перстъ — и вдругъ дѣвицы, дамы,
Какъ вѣдьмы спали всѣ съ предлинными хвоспами;
Реклама — и волосы нависли на глаза;
Велишъ — и лысина, тѣ были волоса;
Восхощешъ — и всѣ вдругъ дѣвицы обнажашься
И будушъ голыя, какъ дикія, таскаться;
Прикажешъ имъ — и вмигъ одѣнутся въ мѣшки
И вмѣсто чепчиковъ начнушъ носить горшки.
Митнешъ — и шѣ, что нынь лепечушъ по Франкузски.
Заквакающъ въ домахъ, какъ жабы, иль лягушки.

### 5.

#### Къ суло-и-соусо-людоцамъ.

Безумные враги отечественныхъ щей!
Не зрю я въ васъ Славянъ, не зрю богашырей:
Насилу движутся полмершвы ваши трупы!
Оставьше наконецъ вы соусы и супы;
Не Галламъ вы должны, а предкамъ подражать, —
Прямою добреспью и пузомъ щеголять.

### 6.

#### Диспутъ.

Представь себѣ мой другъ, безъ лести и отважнѣ
Сіе поворище толь дивно и толь страшно;

— 266 —

На чисты денежки все это продавалось;
Иной день разъ пяшьсотъ божишься мнѣ случалось !
Когда нажилъ я изрядный капшалецъ, —

То шакъ богобязливъ сталъ,
Что лишь по старой я привычкѣ воровалъ:
За доброе подъ часъ я продавалъ тнилое,
И бралъ не болѣе, какъ въ пятеро, иль втрое. —
Аршинъ и ножницы, вѣсы, рука и взоръ,
Зубъ каждый у купца и даже лавка зоръ, —
Не долженъ покупщикъ отнюдъ оберткѣ вѣрить;
Гошьва и она обвѣсить и обмѣришь.

8.

Индѣйскій лѣтухъ.

(Изъ лѣтньяго міха.)

Какъ предъ Троиломъ взглядъ сверкалъ Ахил-
ловъ звѣрскій;
Такъ взоромъ филину грозишѣ лѣтухъ Индѣйскій.
Онъ растопырившись прегордо хвостъ несешь,
Вращаясь крыльями, описываетъ свѣтѣ,
Синѣшь рожа вся, шрясется носъ мясистый,
Кричитъ на Филина: вы всѣ, всѣ ащеисны!

Сколько есть тварей похожихъ на
этого пѣтуха! но ихъ собсшенно причи-
слить надобно къ полугаямъ человѣче-
 скаго рода; потому что они, часто не
имѣя надлежащаго понятія объ истинной

— 267 —

религії, твердять за первымъ попавшимъся имъ фанатикомъ и вмѣсто всякихъ доказательствъ осыпаютъ бранью этого, кто не имѣшь чести быть столькоже глупымъ, какъ и они.

Изъ прозаическихъ Нахимова сочиненій особенно отличается Сказаніе о Фемидѣ и объ иноллеменныхъ лриказныхъ. Сила выраженной и острѣуміе автора почти равняются гнусности предмеша, который въ скаредныхъ своихъ видоизмѣненіяхъ разнообразенъ до безконечности. Во всей піэсѣ нѣтъ ни одного лишняго слова. Прозаическія описанія его столько же точны, какъ и стихотворныя. Вотъ нѣсколько оррывковъ, коморы мы стачаемъ по своему.

Новомодное описаніе Ночи.

„Шесть парадныхъ филиновъ важно подвигали поржеспанный берлинъ, откуда выглядывала угрюмая Ночь, оправляя на себѣ блестящія звѣзды.

Ночныя занятія Юл. подъячихъ.

„Клянусь Стиксомъ, что на Юпитерѣ подъячіе самыя неугомонныя твари,

— 263 —

Теперъ во время ночной тишины иные изъ нижъ за каршочными столами гремятъ алтынами, другіе при неистовыхъ восклинаніяхъ бьють въ дребезги опорожненныя фляги и красоули; иные же въ ябедническомъ изступленіи заспавляютъ кричашь нещастныя перья; даже и пѣ, кошорыхъ Морфей держитъ на привязи, нарушаютъ страшнымъ храпѣніемъ спокойствіе при роды.

## Красота ихъ.

„Оемида удивилась красомѣ Зари, а сія сказала ей: „такъ ли удивишь ты, когда увидишь двѣственную красошу подъячихъ здѣшней планеты? Райскія розы цвѣтушъ на ихъ пухлыхъ ланимахъ и небесная лазурь бываешь не рѣдко у нихъ подъ глазами. . . .

## Чувствительность ихъ.

„Само солнце никогда не зрѣло на Юпитерѣ такого дива, чтобы великолѣпіемъ его восхищался подъячій; въ гадахъ и чудовищахъ возбуждають кажется солжечные лучи нѣкоторое чувство благо-

— 269 —

дарносши; а въ подъячихъ — сихъ одарен-
ныхъ жизнію куфахъ, производять они
шолько броженіе. . . .

Полное описаніе Юл. подъячихъ.

„Разнозвучные голоса колоссальныхъ
жителей Юпитера потрясли воздухъ. Си-
поватый и принужденный голосъ подъя-
чихъ отличался отъ другихъ и былъ не-
сносенъ для ушей Правосудія. — Вскорѣ
покрылась Оемидина площадь нижайшими
формами: онъ имѣли скрюченное пулови-
ще, проворныя ходули, острые когти,
желѣзный лобъ, мутные глаза, ноздри ма-
баку алчущія, усша водки жаждущія, уши
длинныя пернатыя и карманы широкіе,
укладистые. . . .“

Не менѣе любопытно Историческое и
философическое разсужденіе о блохѣ, рав-
но какъ и спашья О словесныхъ обезья-
нахъ.

Заключимъ: Нахимовъ займешь мѣ-
сто между лучшими нашими саширически-
ми писателями и пожалѣемъ о томъ, что
его такъ рано похитила смерть у Музи
и дружбы.

— 270 —

А скромный Издатель его заслуживаемъ всю нашу признательность за то, что поспѣшилъ намъ сдѣлать такой пріятный подарокъ.

Г — й.

## Почтенные Гослода Издатели Украинскаго Вѣстника!

Полтавской Губернии, Переяславскаго уѣзда, въ селѣ Демянцахъ живущая вдова Капитанша Барвинская пожилыхъ лѣтъ съ дочерьми находится въ бѣднѣйшемъ положеніи, занимаясь единственно обученіемъ малолѣтнихъ дѣтей Русской грамотѣ. Покорно прошу васъ помѣстить сіе въ издаваемомъ вами Вѣстникѣ и чрезъ two споспѣшествовать распространенію благодѣяній благородныхъ особъ, и освобожденію таковыхъ отъ нищеты.

Желающій быть въ такихъ дѣлахъ неизбѣстнымъ.

1816 года,
Февраля 2 дня.
Каменецъ-Подольскъ.

- 274 -

стіе бытія своего: подобнымъ образомъ,
Почтеннѣйшіе Слушашели! подъ благотвор-
нымъ скипетромъ Августѣйшаго Монар-
ха АЛЕКСАНДРА I-го все возникаетъ, все
цвѣшетъ, все красуешься, все веселится, все
приходятъ въ совершенство. Ни одно со-
стояніе, ни одно сословіе людей въ Его
державѣ не отвержено отъ лица Его. Ве-
ликая душа Его неусыпно бодрствуешь
надъ благомъ подданныхъ, Богомъ Ему
ввѣренныхъ. И естьли то истинна, что
Цари не для себя существующъ, — а для
щастія народовъ ими обладаемыхъ; то
Исторія вѣка нашегоъ покажешь грядуще-
му по汤омству почти единственный при-
мѣръ сего въ юномъ Монархѣ нашемъ
нынѣ благополучно царствующемъ.

Обозрите мысленными очами ту часть
полвселенной, надъ кошорою кроткая де-
сница Его проситриаетъ жезлъ правле-
нія; — обозрите всѣ предѣлы обшир-
ной Россіи — отъ моря до моря и отъ

скромноси Сочинишеля, а не необходимосми въ
поправкахъ: — по чему онъ шакъ долго лишалъ
ученный свѣшъ, скажемъ, образцоваго произведения
въ семъ родѣ. —

— 275 —

конецъ до конецъ земли, отъ Бельша до
отдаленныхъ Алеушовъ, отъ Эвксина и
Каспія до моря Карскаго и до земель вѣч-
нымъ льдомъ покрытыхъ! — Куда не про-
нило пресвѣтлое око Его? Чего не оза-
рило свѣтозарное лице Его? — Тамъ на че-
тырехъ моряхъ пространныхъ развѣвающи-
ся Россійскіе флаги — страшные самымъ
страшными; тамъ строятся полки и въ
мирной — но бодрственной тишинѣ, ужасая
сильныхъ сопротивниковъ и препинах
путь къ неприязненнымъ покушеніямъ,
чорную зависимость въ молчаніи скреже-
шать заставляютъ; тамъ возникаютъ но-
выя пристани и отверзаютъ для Россіи не-
изсякаемые источники богаства; тамъ —
гдѣ прежде были обширныя степи ни-
кѣмъ необладаемыя, гдѣ отъ унылыхъ вѣ-
тровъ только волновался сребристый ка-
вылъ, — тамъ теперь ходяшь волы съ
плугами земледѣльцевъ, тамъ струятся
желтые классы и услаждаютъ сердца
трудолюбивыхъ жателей; оттуда от-
правляется Россійское жить въ отдален-
ныя Государства, — доставляемъ дѣла-
телю награду трудовъ его и ободряетъ

*2

— 276 —

время ошь времяни болѣе промышлен-
ность сего рода; — шамъ корабли Рос-
сійскіе съ отважностію Колумба разсѣ-
каютъ волны неизвѣстнаго, отдален-
нѣйшаго океана и обогащають кругъ по-
знаній новыми открытіями; — шамъ бо-
гатая Америка, сблизивъ западъ свой съ
восшокомъ Россіи, доставляемъ ей въ
великомъ множествѣ избытки своихъ про-
изведеній. — И такимъ образомъ дѣятель-
ная промышленность соотечественниковъ
нашихъ, подкрѣпляемыя силою и щедро-
шами Монаршими, всюду разпросшируетъ
свои вѣшви! —

Но штетный и силу моего ума пре-
восходящій подвигъ — описывать под-
робно всѣ великія дѣянія и неусынчыя по-
печенія чадолюбиваго Монарха наше-
го,— среди коихъ, какъ ясное свѣшило
дня, блистаетъ любовь Его къ под-
даннымъ, всюду стремится сильнѣй-
шее расположеніе духа ко благу народа
своего: пусть щастливѣйшій меня си-
лою краснорѣчія ораторъ изобразить
всѣ неизобразимые подвиги Его къ ша-
стію Отечества предпріемлемые; пусть

— 277 —

представимъ намъ живо, какъ умъ Его —
въ намъреніяхъ великій — шщисся побѣ-
дить естества уставы, чтобъ болѣе и-
мѣть силы къ содѣланію блага роду чело-
вѣческому! Я не дерзну прикоснуться къ
прагу сего паинственнаго свяшилища —
для однихъ высокихъ умовъ дозволеннаго!—

Воззримъ молько на предмѣшъ повсе-
мѣстнаго просвѣщенія; — и мы увидимъ
въ семъ, сколько мудрый Монархъ нашъ
печется о существенномъ благополу-
чіи народа своего! — какою нѣжною любо-
вію дышетъ сердце Его къ подданнымъ сво-
имъ! — Блаженной и вѣнной намяти достой-
ные Предки Его: ПЕТРЪ Великій, про-
ницая великимъ духомъ пользуopol
просвѣщенія, насадилъ — сколько мог-
да обстоятельства Россіи позволяли,—
нѣкоторые вершограды наукъ и, подоб-
но Зевесу, далъ бытіе Музамъ. Достой-
ная Дщерь Его Кроткая ЕЛИСАВЕТА раз-
пространила намъренія премудраго Роди-
шеля своего и милосерднымъ воззрѣніемъ
вновь одушевила, ободрила умы къ занятію
въ наукахъ. Великая ЕКАТЕРИНА разпро-
странила сію онрасль Государственнаго

— 278 —

благоденствія во вєхь предблахь, на всє
состоянія своей державы; — Ея намѣ-
ренія были обширны и велики по се-
му предмѣту; но они не успѣли до-
сигнушь предположеннаго конца во время
мудраго Ея царствованія. Юный Внукъ
одушевленный великимъ духомъ муд-
рой Бабки своей, шесшующій нынѣ ио
стопамъ Ея со славою, обозрѣвъ планъ
заведеній сего рода — увидѣлъ: что На-
родныя Училища, по недосшапку нуж-
нѣйшихъ частей просвѣщенія, не могли
производить людей ощечеству совершен-
но полезныхъ; что бѣдные не имѣли сно-
собовъ къ воспитанію дѣтей своихъ; что
богатые, введши въ обычай домашнее из-
нѣженное воспитаніе, — но не имѣя
средствъ сыскивать достойныхъ и опыш-
ныхъ во всѣхъ часяхъ наставниковъ, по-
большой части воспитывали преврашнымъ
образомъ, и не только безъ пользы, — но
часło со вредомъ для Ощечества; что и-
ностранные воспитатели часто безъ далъ-
нихъ свѣденій, часто безъ образованнаго
сердца, ищущіе куска хлѣба въ Рос-
сіи, — не только не внушали въ своихъ

— 279 —

воспитанниковъ любви къ Отечеству, —
но нерѣдко развращали мяткія сердца,
вкореняя обращеніе къ добродѣтіи и
Отечеству; — увидѣлъ — и нашелъ необхо-
димостію основать многіе Университеты,
въ которыхъ бы благородное юноше-
ство могло быть зоспитываемо съ надле-
жащею цѣлію для Отечества; — увидѣлъ:
что люди посвященіе себя наукамъ, ушѣ-
сненные бѣдностію, не могли имѣть способ-
собовъ къ дальнѣйшему усовершенствова-
нію своихъ познаній; — увидѣлъ, и из-
лилъ на нихъ Высокомонаршія щедроты
свои; — увидѣлъ: что гражданскія власти
часто во зло употребляли права свои надъ
симъ родомъ людей и, сжимая шакъ сказать
таланты ихъ, не воздавали достойной цѣ-
ны трудамъ ихъ, — увидѣлъ, что такое
униженіе учащихъ унижало самой образъ
воспитанія — и—оградилъ ихъ крѣпкою
десницею своею, ушвердивъ неизмѣняемо-
права и преимущества ихъ и препору-
чивь попеченію мужей, знаними и бла-
горазуміемъ извѣстныхъ, благороднымімъ
чувствованіями украшенныхъ и досшой-
ную цѣну ученымъ упражненіямъ воз-
давать умѣющихъ. Все сіе не ясноли по-

— 280 —

казываемъ Его неусыпное попеченіе объ уп
вержденіи незыблемаго благоденствія Рос
сіи? Не ясно ли живописуетъ ощеческую
любовь Его къ подданнымъ? —

Сей Высокомонаршій примѣръ и въ са-
мыхъ подданныхъ возбудилъ сильныя чув-
ства къ общественному благу, возродилъ
любовь къ ощечеству. Такъ, Поч. Слуша-
тели! мы видимъ шеперь въ Ощечествѣ
своемъ мужей посвятившихъ труды и ма-
ланты свои на служеніе общественному
благу; видимъ мужей съ непоколебимою
вѣрностію облегчающихъ тяготу скипе-
зродержавія; видимъ мужей предускоря-
ющихъ мудрыя намѣренія Монарха; ви-
димъ пожертвовавшихъ цѣлыми милліона-
ми для общаго блага соотечественниковъ
нашихъ! И самой день сей — есть день
великаго жертвоприношенія Ощечеству;
самое мѣсто сіе — есть храмъ воздвиг-
нутый во славу и пользу Ощечества.
И гдѣ приличнѣе посвятимъ даръ сло-
ва Люби къ Ощечеству,† какъ не тамъ —
гдѣ зиждунся таковые храмы для слу-
женія ему; гдѣ приносятся таковыя жер-
швы для благоденствія созгражданъ? —

— 281 —

Благодѣтельная дщерь небесъ! Ты, кошарая украшаешь троны Царей, укрѣпляешь силу народовъ, одушевляешь испинныхъ сыновъ своихъ ко благу общему — Любовь Отечества! Одуше-ви слабый духъ орашора, — дай мнѣ силу слова вѣщать о силѣ и дѣйстві-яхъ твоихъ! ..... Открой мнѣ вре-мяна протекшія, покажи блаженствовав-шіе тобою народы; представь во всемъ величіи сыновъ, пожерпвовавшихъ собою благоденствію отечества; укрась просто-тою и искренности мое слово, да исто-чимъ оно, подобно твердому кремню иск-ры изъ хладной стали!! —

Прежде изслѣдованія о силѣ и дѣйстві-яхъ любви къ отечеству, встрѣчаются два важные вопроса: что такое отечество? что такое любовь къ отечеству? — Въ самомъ дѣлѣ на сіи вопросы много было разныхъ из-толкованій — и по большой части нелѣпыхъ. Одинъ говорить: отечество есть то мѣсто, где жить хорошо. Оteinъ довольно острый, но обманчивый: всякъ по своему вѣсипѣ и мѣ-рлетъ, что значить жить хорошо. Разбой-

— 282 —

никъ думаетъ, — что тамъ для него жизнь
мастливая, гдѣ грабежъ и убійство не по-
читаются важными злодѣяніями; тайный
хищникъ шѣ мѣста почитаетъ раемъ,
гдѣ простома златаго вѣка — увѣрен-
ная въ добросердечіи собратій своихъ —
нимало не беретъ предосторожности о
сохраненіи своей собственности; сребро-
любецъ полагаетъ свое ощество тамъ,
гдѣ злаю и сребро могутъ шечь къ нему рѣкою; мздоимецъ тамъ благосло-
вляетъ жизнь свою, гдѣ на мздоимство не
обращаютъ вниманія; неправедный судія
ту страну почитаетъ блаженною, гдѣ
гражданскіе законы. можно всегда изъя-
снять въ свою выгоду и гдѣ справедли-
вость не находить себѣ защиты; неклю-
чимый тунеядецъ устремляемъ всѣ мысли
свои въ тотъ край, гдѣ можно жить ве-
село безъ всякаго шруда на щеть ближ.
нихъ; кичащійся древнosterю произхожде-
нія свого по мѣспю почитаетъ не до-
стойнымъ своего пребыванія, гдѣ въ уваже-
ніи личныя достоинства,— а не порода; над-
мѣнной Сатрапь щитаетъ по Государство
ниже себя, гдѣ законы ему не позволякшь

— 283 —

утѣснять подчиненныхъ и гдѣ невинный
можетъ стоять на одной доскѣ съ началь-
никомъ; — словомъ: сколько недѣлимыхъ
въ родѣ человѣческомъ,— столько разныхъ
понятій о щастіи жизни, столько разныхъ
мнѣній объ ощечествѣ. Но поставь разбой-
ника въ царсшвѣ разбойниковъ,— гдѣ бы онъ,
трабя и убивая своихъ собратій, самъ дол-
женъ былъ ежеминутно ожидашь подобнаго
жребія,— и онъ будетъ проклинать свое оте-
чество; поставь хищника въ царствѣ хищ-
никовъ, гдѣ бы онъ, производя свои хищенія,
равномѣрно и самъ могъ мерять собствен-
ность отъ хищенія другихъ,— и онъ будетъ
проклинать свое ощечество; поставь непра-
веднаго судію на мѣсто того, кто обви-
нень имъ неправедно, — и онъ будетъ
проклинать законы неправый; судъ на него
изрекшіе; здѣлай ширанна подданнымъ дру-
гому ширанну,— и онъ будетъ проклинать
руку надъ нимъ тяготѣющую; поставь
всякаго, изключая добродѣтельнаго, въ ро-
дѣ людей ему подобныхъ, — скажи:
пы имѣшь право обижать ближняго
и ближній имѣшь право обижать те-
бя безъ всякаго взысканія за по по за-

— 284 —

конамъ; — тогда онъ съ ужасомъ от-
ступишъ отъ правъ своихъ. И такъ, есть-
ли мы по своимъ страшямъ и склонно-
стямъ станемъ почитать отечествомъ
то мѣсто, гдѣ намъ жить хорошо; то
ни одно общество устоять не можемъ, и
понимать въ такомъ смыслѣ слово отече-
ство, — значитъ хотѣть пользоваться
правомъ сильнѣйшаго.

Суемудрый Космополитъ, не привер-
женъ будучи ни къ какому мѣсту, ни къ
какому народу, забывъ колыбѣль своего мла-
денчесшва, забывъ сосцы его писавшіе, ска-
жешь: цѣлый свѣтъ мое отечество. — Ты
величественно судишь, хладнокровный
мудрецъ! Какая мысль можетъ быть лест-
нѣе сей для ума человѣческаго? Но по-
сели тебя на необитаемомъ островѣ, — гдѣ
нѣтъ сочеловѣка, которой бы защищалъ
тебя отъ челюстей звѣриныхъ; поставь
между дикихъ народовъ, — гдѣ нѣтъ со-
страждущаго ни гладу, ни жаждѣ твоей, —
гдѣ нѣтъ людей, которые бы вняли сло-
вамъ твоимъ, которые бы почтили та-
ланты твои, — гдѣ нѣтъ руки охраняющей
цѣлосшь твою; — и мы скажешь: тутъ

— 285 —

иѣтъ моего отечества. И такъ признайся, хитрый обитатель цѣлаго свѣта! ты эпо говоришь отъ того молько, что почитаешь себя обиженнымъ — или не достойно принятымъ въ твоей землѣ; признайся, ты не любишь никакого народа,— ты самъ себя обманываешь и любишь только тѣхъ, которые жертвують твое-му самолюбію, или — ты любишь только самаго себя! Ты ищешь шамъ своего отечества, гдѣ можно тебѣ быть властелинѣмь, а не подвластнымъ, — гдѣ можешь давать законы, а не повиноваться имъ; — вообрази же, что цѣлый свѣтъ будетъ судить такъ высокомѣрно, какъ судишь ты; представь ту же самую, по твоему забавную картину, что всѣ люди сранушъ скипаться, переходя съ мѣстα на мѣсто — чтобъ найти себѣ отечество,— всѣ люди сранушъ искать себѣ власши, а не повиновенія; — можемъ ли тогда созавшіться какое нибудь общество? Но ты скажешь: нельзя всѣмъ такъ думать; — какоежъ изключительное право имѣть ты одинъ такъ думать? и идеаль всеміжнаго отечества не естьли произведеніе

— 286 —

сумазброднаго воображенія? ... — Надобно избрать мѣсто, которое бы можно было назвать своим мѣстомъ; надобно избрать народъ, которой бы можно было назвать своим народомъ: надобно избрать главу, которую бы можно было назвать своего главою; надобно поклясться изполнять законы, которые бы можно было назвать своими законами! —

Добродушный простолюдимъ назовешь своимъ отечествомъ по мѣсто, гдѣ онъ изпустилъ первый вопль по рожденіи своемъ,— гдѣ онъ началъ развертывать простыя понятія свои, — гдѣ началъ привыкать къ языку и къ нравамъ. собратьй своихъ,— гдѣ научился пасти стада свои, воздѣлывать поля свои. — Онъ столько приверженъ къ этому отечеству, что скорѣе согласится изъ камня доставать себѣ насущный хлѣбъ, нежели перемѣнить мѣсто рожденія своего,— самый великолѣпный городъ почтешъ несноснымъ для себя заточеніемъ. — И онъ правъ въ мысляхъ своихъ,— онъ имѣть свое отечество!

— 287 —

Но что представляемъ себѣ подъ и-
мянемъ ощечества здравомыслящій граж-
данинъ, кошорый не ограничиваетъ онаго
кругомъ зрѣнія своего, который думаетъ
не о себѣ только самомъ,— но о великомъ
цѣломъ, коего часть онъ сосщявляемъ? —
„Для него имя ощечества: какъ нѣкто ска-
„залъ,— свято и вожделѣнно: оно изобра-
„жаетъ ему отца, дѣтей, семейство; из-
„ображаетъ власть и подчиненность, —
„но вмѣстѣ безопасность и свободу; по-
„рядокъ, строгоесть, труды и пожертвво-
„ванія, — но вмѣстѣ щастіе и спокой-
„ствіе. Ощечество намъ даетъ жизнь
„и хранитъ ее; оно не терпить ни како-
„го зла въ нѣдрѣ своемъ, кромѣ зла неиз-
„бѣжнаго — болѣзни и смерти; не постав-
„ляемъ другаго различія между чадъ сво-
„ихъ, кромѣ различія добродѣшели, талан-
„повъ, заслугъ и никому не возбраняемъ
„пути къ возвышенію и славѣ. Оно изрѣ-
„каетъ законы и ввѣряетъ стражу надъ
„ними Архонпамъ, Кесарямъ или Царямъ;—
„но само бодрствуешь надъ сими стража-
„ми и строгимъ окомъ назираешь ихъ дѣ-
„янія. — Эшо мать — нѣжнѣйшая; эшо

— 288 —

„ВЛАСТЬ — СВЯЩЕННЁЙШАЯ, СОВРЕМЕННАЯ НА—
„ЧАЛУ ОбЩЕСТВЪ; ЭТО БОЖЕСНЬО — НЕОМ-
„ВЕРГАЮЩЕЕ НИ ЧЬИХЪ МОЛЕНЙ И ДЛЯ ТОГО
„МӨЛЬКО ПРИЕМЛЮЩЕЕ ДАРЫ И ПРИНОШЕНЬЯ,
„ЧТПЫРЬ раздѣЛЯТЬ ИХЪ ПРИНОСЯЩИМЪ! СЪ
„СВѣТЛОЮ УЛЫБКОЮ ВЕСЕЛІЯ ВЗИРАЕТЪ ОНО
„НА ДОБРЫХЪ И, БРОСАЯ ГРОМЪ НА ЗЛЫХЪ, ВОЗ-
„ДЫХАЕТЪ!!“ —

Чтожъ такое любовъ къ отечеству?
„Она есть, говоришь, тошь же Авторъ,
любовъ къ порядку, къ устройству, къ
законамъ, къ добротѣ тели, къ общему и
собственному благу.,, — Очень хорошо объ-
яснена любовь къ отечеству; но это лю-
бовь хладнокровная: ибо она съ усло-
віями. Кто любитъ отечество пото-
му полько, что видитъ въ немъ поря-
докъ, устройство, благо общее и соб-
ственное; тошь почтешь себя въ правѣ
здѣ латься измѣнникомъ своему отеческу,
какъ скоро примѣтшь въ немъ недоста-
шокъ сихъ качествъ. Такимъ образомъ
шолько умершій для всѣхъ чувствъ сер-
дечныхъ старецъ даетъ урокъ пылкому
юношѣ. Нѣ ть, любовь есть страсть, —
любовь къ отечеству есть страсть силь-
нѣ йшая и щасшливѣ йшая для Государства;

— 289 —

она всегда юна, никогда не погашаеть пламени своего! Кто прямо любитъ свое овечество, тотъ не судитъ о причинѣ любви своей: онъ видитъ въ немъ неустройства, видитъ злоупотребленія и, вздыхая вшайнѣ, не преспаетъ еще любить тотъ народъ, коморому одинъ разъ поклялся быть сочленомъ. Онъ всѣ силы, всѣ способности приносить въ жершву овечеству и не измѣрятъ заслугъ своихъ цѣною награды. Ему и горѣкій дымъ своего овечества приятенъ! „Для него, „по словамъ Платона, (*) овечество доро„ же отца, мѣшери, всѣхъ родныхъ и дру„зей. Онъ боготворить его, — повинуется „ему болѣе, нежели отцу своему; все пе„ „реносить для него съ мерпѣливостію: на„ „казанія, раны, узы и самую смерть. Онъ не „отклоняется, не отступаетъ и не отпор„ „гается отъ того порядка, коморый въ „ономъ установленъ. На войнѣ, въ судѣ и „везде исполняетъ съ ревностію то, что „повелить ему овечество.,, — Или, какъ говорить Цицеронъ сыну своему: „ когда ты обо всемъ здраво разсуждать странешѣ; то (*) Talis ne tua sapientia est, et caet. Plato, Dialogue V.

2

— 290 —

увидишь, что изъ всѣхъ обществъ нѣтъ
любезнѣе того, въ коморомъ каждый изъ
насъ имѣетъ участіе: milы родители,
milы дѣти, родственники, друзья; но всѣ
сіи привязанности заключаетъ въ себѣ
одно ощечество..., (*).

Такія чувства великихъ людей по-
кажутся суетными умствованными хлад-
нокровнымъ самолюбцамъ,— кои никогда не
помышляли о связи обществъ, о необхо-
димомъ соучастіи единоплеменныхъ, о
благѣ народномъ. — Но истинный граж-
данинъ, но человѣкъ не всее носящій на
себѣ образъ всеблагаго — премудраго Бо-
жества, представляемъ въ умѣ своемъ
всю силу сихъ великихъ мыслей,— чув-
этвуетъ въ сердцѣ своемъ всю возмож-
носْшь событія оныхъ; а великіе образцы,
въ лѣшописяхъ человѣчества представляе-
мые, утверждающъ его чувствованія! —

Возмемъ въ примѣръ Государя, кото-
рый совершенно понимаетъ долгъ званія
своего, — который совершенно любишь
подданныхъ своихъ; — онъ, принимая въ

(*) Cum omnia ratione et caet. Cicero in lib. I. de officiis, ad filium suum, cap. 22.

— 291 —

десницу свою жезлъ правленія, обязуется
жить — лишь для народа своего, — по-
свящаетъ покой свой — его успокоенію,—
объщается давать ему законы — полез-
ные и справедливые, — клянется не имѣть
иной воли — хромѣ согласной съ сими
законами. Чѣмъ онъ могущественнѣе спано-
вится надъ народомъ, тѣмъ менѣе почи-
таетъ себя свободнымъ; онъ не обинуется
отдавать отчетъ въ своихъ слабостяхъ,
въ страстяхъ, въ заблужденіяхъ; онъ от-
рекается самаго себя, когда соглашается
царствовать. — Такъ точно мыслили Ан-
тонинъ, Маркъ Аврелій, Титъ; одинъ го-
воритъ: я не имѣю ни чего собѣтееннаго;
другой: и самый дворецъ мой, не мой
есть; третій щитаетъ потъ день попе-
ряеннымъ, котораго не ознаменовалъ онъ
какимъ нибудь благовореніемъ. Исторія
царствъ земныхъ сберегла для насъ еще
нѣсколько примѣровъ симъ подобныхъ;
но мы освавимъ Тезеевъ, Кодровъ, Эди-
повъ, которыхъ царствованѣе и дѣла бо-
лѣе баснословны, нежели исчинны, — и
перейдемъ къ нашему любезному отече-
ству. Почт. Слуш. что можешь быть сла-

*2

— 292 —

достовѣре воспоминанія великихъ примѣ-
ровъ въ собственномъ отечествѣ? Что
можешь быть наспавительнѣе для ума и
питательнѣе для сердца? — Кромѣ другихъ
многихъ мы увидимъ въ лѣтописяхъ на-
шихъ Царя, — комораго вся жизнь по-
священа была на благо народа своего; Ца-
ря, комораго всѣ дѣянія будущъ казать-
ся неудобовѣроятными во времяна гряду-
щія; Царя, коморому не было рав-
ныхъ во времянахъ прошекшихъ; — уви-
димъ Великаго ПЕТРА — увидимъ про-
свѣтителя и спасителя Россіи!! — Кому
не извѣсшно изъ соотечественниковъ на-
нихъ, сколь велика — сколь неограниченна
была любовь Его къ подданнымъ? Какихъ
трудовъ, какихъ неприятностей, какихъ по-
жертвованій не переносилъ онъ для утвер-
жденія благоденства ихъ на незыблемомъ
основаніи? — Какой Монархъ сравнится
съ нимъ въ великодушіи, — когда онъ, на-
ходясь въ осадѣ у неприятеля и бывъ въ
опасности — здѣлашься плѣнникомъ она-
го, даетъ приказъ Сенату: чтобъ съ
тѣхъ поръ, какъ онъ будешь въ плѣнѣ, не
почишашь его Государемъ своимъ и не по-

— 293 —

виноваться никакимь предписаніямь его
Что можешь быть разительнѣе, когда
онъ — подобно преблагому Богу — не
пожалѣлъ и сына своего для спасенія
опечества? — Естьли прошедшее восхи-
щаемъ сердца наши; то кольми паче на-
стоящее приводимъ въ воспоргъ духъ
истинныхъ Россіянъ: мы созерцаемъ нынѣ
въ АЛЕКСАНДРѣ Первомъ Ангела мира и
щедрошъ, созерцаемъ утѣху рода человѣ-
ческаго, созерцаемъ божественный образъ
самой Любви къ Ощечеству!!—

Представимъ себѣ величественную
картину: что цѣлое воинсмво, оду-
шевленное любовію къ Ощечеству, и-
дешь противъ неприятеля — или защи-
щать права народныя, или омщать ос-
корбленную честь Главы опечества; пред-
ставимъ, какъ каждый въ немъ воинъ до
энтузіазма напоень сильными чувствова-
ніями: что онъ идешь защищать поля —
который питають его, жилища — собра-
тій своихъ, гробы — омцевъ своихъ, ло-
жа — жень своихъ, колыбели — дѣтей
своихъ; представимъ, какъ мужественный
и благоразумный вождь такое имѣшь о

— 294 —

воинствѣ попеченіе, что не имѣя въ виду
ни собственной пользы, ни собственной
чеши и славы, — не желѣвъ и соб-
ственной жизни; — а дыша единственно лю-
бовію къ отечеству, помышляемъ полько
о благоденствіи онаго, о славѣ, о чести
отечественнаго оружія и монарха свое-
го; — и что можемъ противу сташь
споль твердому оплоту отечества? Что
можемъ устрашить сонмъ героевъ, кои всѣ
единодушно поклялись положить жизнь
свою за цѣлость отечества? — Съ ма-
кими-то чувствами приста Спартанцевъ,
подъ предводительствомъ царя своего
Леонида, не устрашились трудъ свою поста-
вить въ преграду спрашному Персидскому
воинству! — Они пали, Почт. Слуш.! они
всѣ пали мертвы и одна могила сокрыла
прахи ихъ; — но паденіемъ своимъ они
спасли отечество отъ неминуемаго па-
денія; — вашъ ихъ чесшолюбіе, вашъ ихъ
награда! — Такимъ образомъ Марафон-
ское сраженіе было поржествомъ — люб-
ви къ отечеству. Сти-по чувства вы-
ражалъ юный Эпаминондъ, когда у-
мирая за отечество, говорилъ своимъ
воинамъ: „не почитайте этаго дня ков-

— 295 —

„цемъ моей жизни; онъ есть начало моего „бла̇женства и верѣхъ моей славы: я о- „ставляю Өивянъ мор̄жествующихъ!“, — Многихъ Героевъ видѣлъ у себя и Римъ, по- ка самолюбіе и корысть нэ овладѣли ума- ми гражданъ его.

И шакъ сіи великіе примѣры ушвер- ждаютъ, что любовь геройская къ оте- честву — не есть мечта всобраненія. Но мы слишкомъ были бы нещастливы, естъ- либъ только посмороннимъ и отдален- нымъ отъ народа и вѣка нашегоъ примѣ- рамъ удивляться могли,—естьли бы подоб- ныхъ опытовъ приверженности и герой- скихъ пожертвованій овечеству не нахо- дили въ родѣ нашемъ. Россія, отъ глу- бокой древности до нынѣшнихъ времянь, почти безпрерывно имѣла случаи ушѣ- шаться геройскою вѣрностію и храбро- спію сыновъ своихъ. Въ самые смулные годы, когда въ ней единшьво духа на- роднаго было раздроблено на многія части, — были герои, которые пока- зали любовь къ овечеству и крѣпоесть оилы народной только отъ всеобщаго у- нынія на время ослабѣвшей. Не входя въ

— 296 —

подробное изслѣдование всех случаев, тдѣ Славяне, предки наши, доказали приверженность свою къ отечественной пользѣ и славѣ, вспомнимъ о Куликовомъ Полѣ,— и оно представимъ намъ картину Мара-евонской долины. Князь Пожарской пре-восходитъ Эпаминонда, спасши отече-ство отъ ига чужеземцовъ. А Полиав-ское сраженіе? О! Эпо есть тріумфъ, который вѣчно будетъ напоминать Россіи вѣрность сыновъ ея къ трону и любовь къ отечеству !! — И въ наши времяна видѣли мы у себя добродушныхъ Камилловъ, ви-дѣли мудрыхъ Фабіевъ, видѣли отважныхъ Сципіоновъ; Царства Оттомановъ, Сар-машовъ и Финновъ — суть свидѣтели храбрости Россійской, произходящей отъ любви къ отечеству и къ престолу. Кто не знаетъ, какъ Италійскій Герой, изъ одной приверженности къ благу общему, ко славѣ царства и къ чести Царей сво-ихъ, забывъ нанесенные ему огорченія,— шествовалъ съ тріумфомъ по стопамъ Ган-нибала и, наказуя буйство, возвращалъ короны — поддерживалъ зыблющіеся пре-шолы Государей Европейскихъ?— Вы, ко-

-- 297 --

морые сопровождали его на пути славы (*), вы свидѣтели его неутомимых по-двиговъ, его предпрійимчивости, его му-жества, его неустрашимости, его безпри-мѣрной добродѣтіи, его безкорыстія и наконецъ его приверженности къ Трону и Отечеству. Да промчился памятъ его въ роды родовъ, отъ вѣка въ вѣкъ! Да воз-родитъ щасшливое соревнованіе въ со-отечественникахъ нашихъ ко славѣ и бла-годенствію Россіи!!

Но не въ однихъ молько подвигахъ геройскихъ оказывается любовъ къ отечеству; и въ мирѣ, и въ тишинѣ, внутри стѣнь своихъ истинный гражданинъ шакъ же можешь жершвовать оному, какъ и ратникъ на Марсовомъ полѣ. — Любовь есть плакень; она, какъ молнія, перелепаемъ во всѣ состоянія людей: сила, искуство, промышленность, просвѣщеніе, дарованія, добродѣтіи, — все можетъ слу-

(*) Въ сіе время присутствовалъ Князь Горчаковъ, Тамбовскаго мушкетерскаго полку Шефъ, съ Штабъ и Оберъ-Офицерами, кошорые были съ Княземъ Ишалійскимъ въ Швейцаріи. —

3

— 298 —

Жить, все можетъ приносить дань опече-
ству. Сократы, Фокіоны, Цицероны, Ме-
ценаты, Сюлли и Колберты не въ рыцар-
скихъ доспѣхахъ,— но въ мирныхъ могахъ
до сихъ поръ удивляютъ свѣтъ ревно-
стію своею къ общему благу. Предшавимъ
министра, или Монархова наперсника,
которой бы истинно любилъ свое опечес-
тво; — онъ долженъ быть не иной, какъ
человѣкъ просвѣщенный, трудолюбивый,
всегда равно удобоприступный, предан-
ный Отечеству и Государю; онъ забы-
ваемъ самаго себя и ничего не видимъ,
кромѣ блага общественнаго; онъ для
собственной пользы не спанетъ удов-
летворять порочнымъ прихотямъ Мо-
нарха своего. Онъ почитаемъ себя за-
щитникомъ истинны и безъ содроганія
духа говорить ее предъ трономъ. Ника-
кое лицепріятіе, никакое корыстолюбіе
не поколебаемъ сердца его; никакой гнѣвъ,
ниже самое низверженіе не ужасаетъ его;
онъ боится молько того, что не будетъ
въ состояніи здѣлать столько добра о-
течеству, сколько его способности поз-
воляютъ. Онъ въ глазахъ Государя, въ
глазахъ народа, въ глазахъ мудраго, въ

— 299 —

глазахъ самой зависи можешь смѣло
показашься такимъ, каковъ онъ есть.
Ему не нужно прикрывать себя пышноетію
породы; шакія помпы приличны полько
тѣмъ, которые не имѣють личныхъ до-
стоинствъ и хотятъ заслѣпить глаза
зришелей, чтобъ не примѣтили ихъ недо-
стапковъ. Почтеніе его само предваряешь,
уваженіе его окружаетъ, его добродѣ-
тель покрываетъ его всего, — она его
свима и великолѣпіе!

Что сказано о министрѣ и любимцѣ
трона; шѣ же обязанности принимающъ
на себя всѣ тѣ, которые удоспоиваются
полной довѣренности Монаршей въ пра-
вленіи областей, которымъ ввѣряется попе-
ченіе о благоденствіи цѣлыхъ провинцій, ко-
торымъ вручаются вѣсы правосудія. Не ска-
жешь ли что, что нѣтъ опытовъ шакой стро-
гой добродѣтіи?..... А Сократы, а Ари-
сфиды, а Бруты, а Регулы, а Фабриціи,
а Катоны, а Долгорукіе развѣ не доказали
примѣромъ своимъ возможности таковыхъ
свойствъ?— Признавшись надобно, мы часто
потому щитаемъ иныя дѣянія не сбыточ-
ными въ человѣчествѣ, что хошимъ сколько

*2

— 300 —

нибудь защитишь me, или утѣшить слабость собственнаго духа.

Наконецъ какая приятная, — какая разительная картина представляется взорамъ нашимъ, когда видимъ, — что честный человекъ, не имѣющей никакого участія въ правленіи, не имущій никакихъ почестей, никакаго вознагражденія, — а единственно изъ сильнаго желанія содѣлать существенную пользу Отечеству, содѣлать неизмѣняемое и всегда ощутительное благо согражданамъ — жертвуетъ Отечеству всѣмъ своимъ имѣніемъ, трудами и бережливостію цѣлой жизни своей, отказывая самому себѣ не только во введенныхъ прихотяхъ, но и въ нужныхъ издержкахъ!! Поч. Слуш.! Вы понимаете, къ чему клонится слово мое и радослныя лица ваши ясно показывають желаніе услышать нелестную хвалу согражданину, сочлену вашему — основателю сего священнаго Аßeнея — Демидову. Но я боюсь, чѣко никакая наша хвала не будетъ достойна его дѣянія; — боюсь огорчить шу великую дуну, коморая дѣйствовала не для славы, не для

— 301 —

молвы народной, даже и не для благодарности; которая, подобно Божеству, довольна одною своею добродѣшелію, одною благостію своею, — и въ полнотѣ чувствъ своихъ умѣшается грядущею пользою. — Пускай грубое невѣжесміво, пускай ядовитая зависѣь, пускай хитрая злоба изощряютъ, какъ бритву, языкъ свой въ поношеніе дѣянія его! Это не уменшишъ, а возвеличishъ честь и славу его. — Почт.

Дворяне и Граждане Ярославскіе! Вы чужды таковыхъ злобныхъ чувствованій; вы понимаете всю цѣну и важность сего заведенія: оно здѣлано изъ любви къ вамъ изъ отеческой любви къ дѣшямъ вашимъ — къ потомкамъ вашимъ; — и естьли не настоящее, то будущее восхищаетъ сердца ваши. А вы родители — родственники сихъ юныхъ отраслей, — вы, которые бывъ лишены способовъ для должнаго вовспиланія дѣтей своихъ, можешь быть не надѣялись имѣть щастіе — видѣть въ нихъ умѣху и подпору своей старости,— скажите, что вы теперь ощущаете въ сердцахъ вашихъ? О! радость ваша неистытнаголанна! Трепещущія сердца ваши пре-

— 302 —

иеполнены надежды и умиленія! Блиста-
ющія слезы на очахъ вашихъ сушь безмолв-
ные, но краснорѣчивые того свидѣтели! —

Любезные дѣти! вы юны; но вы вѣр-
но чувствуете, что Любовь Отечества
пріяла васъ въ нѣдра свои, что Любовь
Отечества будетъ васъ лелѣять и нѣжно
назирать за дѣяніями вашими, сшараясь
сдѣлать изъ васъ полезныхъ сыновъ. — Да
зрѣшь болѣе и болѣе сіе чувство въ нѣж-
ныхъ сердцахъ вашихъ! Да будешь во всю
жизнь вашимъ лозунгомъ: Любовь къ Оте-
честву — и имя Демидова! Это послу-
жить для васъ волшебнымъ шализманомъ,
предохраняющимъ васъ опь всѣхъ не-
праведныхъ покушеній. Тогда, — на сра-
женіи ли вы будете защищать Отечество,
или опмщать честь Государя? — вы по-
чувствуете въ сердцахъ своихъ силу
львиную, мужество Алкидово. Тогда, —
въ совѣтѣ ли судей будете рѣшить судь-
бу правыхъ и виновныхъ? — никакая
мзда — никакое лицепріятіе не соблаз-
нишь сердца вашего. Тогда, — никакое

— 303 —

щастіе, никакія почести не приведуть
въ надмѣніе духа вашего. Тогда, — никакое
нещастіе не отягчитъ души вашей от-
чаяніемъ. Тогда, — не вы чести, не вы
награды искать будете; вась честь, вась
награда повсюду сопровождать и искать
будеть. Тогда, — не наслѣдственное тит-
ло благородства, но истинное благород-
ство ума и сердца будетъ украшать имя-
на ваши. Тогда, — не вамъ предки ваши,
вы предкамъ своимъ честію и украшені-
емъ служить будете. Тогда, — какое не-
изъяснимое умѣшеніе для чувств, ишель-
ныхъ родителей! — Они услышатъ, что
дѣти ихъ служатъ съ вѣрностію Государю;
что всѣ силы, всѣ таланты приносятъ вь
жертву Отечеству; что имяна ихъ отзыва-
ющихся съ уваженіемъ заслугъ ихъ; — они услы-
шатъ, — и слезы радости покамѣтся гра-
домъ поланитамъ ихъ! — Тогда — зано-
ся послѣдній шагъ за дверь гроба — они
скажутъ: мы щасцливы, — мы остав-
ляемъ по себѣ дѣтей, кошорые дѣлають
чесь роду нашему! —

— 304 —

# О Малой Россії.

(Окончаніе.)

Спустя нѣсколько мѣсяцевъ по смерти Богдана Хмѣльницкаго войско выбрало себѣ новаго Гетмана — Генерального Есаула Ивана Виговскаго. Но сей человѣкъ — и многіе за нимъ послѣдовашіе Гетманы не имѣли, какъ мы увидимъ, — духа, благородства въ чувствахъ и любви къ отечественной пользѣ Богдана Хмѣльницкаго: онъ доказалъ собою ту лестину, что великіе люди для щастія народовъ являются не часто. — Виговскій одинъ годъ только былъ въренъ, или лучшие носиль на себѣ личину вѣрности къ Царю Алексѣю Михайловичу. За симъ началъ крамолы, и началъ ихъ — пославши тайно къ Королю Польскому Іоанну Казимиру II-му письмо, въ коморомъ договаривался о передачѣ Малой Россіи съ Украйною Польской Коронѣ. Условія, на коихъ предлагалъ онъ предательство, были: чшобъ Малая Россія и Украйна,

— 305 —

поступя подъ владѣніе Польши, получили
права и преимущества тѣ же, какими поль-
зовались сами Поляки и жители Великаго
Княжества Литовскаго. — Малороссійскіе
Генеральные Старшины, открывъ умыслъ
Гетмана, шакъ же тайно послали о семъ
донесеніе къ Царскому Двору; а меж-
ду тѣмъ до Его рѣшенія положили —
Гетмана Виговскаго арестовать и поса-
дить подъ стражу. Но въ тѣ времяна,
особливо въ сихъ краяхъ. — ни хитрость
злыхъ предателей, ни благоразуміе доб-
рыхъ гражданъ не имѣли еще предусмот-
рительности и необходимой скрытности;
почему и Гетманъ Виговскій, прежде сво-
его ареста, свѣдавъ о положеніи Стар-
шинъ не въ его пользу, потчасъ скрыл-
ся. Разположеніе умовъ въ Украйнѣ, какъ
странѣ ближайшей къ Польскимъ предѣ-
ламъ, больше согласовалось съ его пред-
прияшіями, — онъ шакъ имѣлъ успѣхъ :
склонилъ козаковъ тамошнихъ полковъ и
жителей на свою сторону, — и Казимиръ
ІІ-й пожаловаль его Гетманомь Украин-
скимъ.

— 306 —

Московскій Царь, принявъ донесеніе
отъ Генеральныхъ Старшинъ, потчась по-
велѣлъ Велико-Россійскимъ полкамъ вы-
ступить въ Малую Россію, дабы не до-
пустить непріятеля и измѣнника Вигов-
скаго ворваться въ оную. Война сія не и-
мѣла вида обыкновенныхъ войнь; и пото-
му длилась почти два года. Скончаніемъ
ея было то, что Виговскій съ Украински-
ми козаками, Поляками и Бугжапскими
Татарами,— нападая то шамъ, то индѣ на
Малую Россию,— не успѣлъ овладѣть ею,
бывъ выражаемъ вездѣ съ урономъ для
себя.

Внутреннее состояніе Россіи, еще не
совѣмь изцѣленной отъ долговремян-
ныхъ и глубокихъ ранъ послѣ ига Татар-
скаго и разореній Польскихъ, не дозво-
ляло дѣйствовать тогда наступательно
и наказать измѣну, какъ она того заслу-
живала. Возстановлено только спокой-
ствіе внутри Малой Россіи, обезопасены
нѣ сколько ея предѣлы, — и это достави-
ло случай выбрать оíять въ ней Гетма-
на. Войско, помнѣ все еще живо заслуги и
дарованія Богдана Хмѣльницкаго, обрати-

— 307 —

ло свой выборъ на сына его Юрїя Хмѣльниц-  
каго; но примѣры очень рѣдки даже въ  
Исторїи цѣлаго мїра, чшо сынъ поддержи-  
валъ славу отца въ какихъ бы то ни было от-  
личныхъ качествахъ. Юрїй Хмѣльницкїй не  
былъ почти ни въ чемъ Богданомъ Хмѣль-  
ницкимъ — и оставивъ намъ въ исторїи  
жизни своей неизъяснимую черту: скоро,  
по выборѣ его въ Геіманы, онъ ушелъ къ  
Туркамъ,— у коихъ нѣкогда былъ въ плѣну  
отецъ его, — отмолѣ бѣжалъ было къ По-  
лякамъ; — но былъ пойманъ, посажень съ  
Семибашенный Замокъ и остался шамъ на  
всегда.

Генеральные Старшины опять здѣла-
ли выборъ Геімана; выборъ сей палъ
на Старшину Стародубскаго полку Пěтра
Дорошенка, — и былъ опять неудаченъ.
Сей Геіманъ возобновилъ замыслы Вигов-
скаго, которой уже умеръ и по смерти
коего Украйна передалась Турецкому Сул-
ману Магомеду IV; — Дорошенко ушелъ
тайно къ Украинцамъ, зная духъ ихъ —
всегда томовый къ новымъ предприятіямъ,
и склонилъ ихъ избрать себя Геіманомъ
Украинскимъ. Замыслы его не сбылись и

— 308 —

естьли что выиграл онъ чрезъ побѣгъ
свой, такъ эпо — превратиль молько се-
бя изъ Гетмана Малороссійскаго въ Ук-
раинскаго.

Между шѣмъ Войско и Генеральные
Старшины двумя примѣрами худаго вы-
бора все еще не научились предусмотри-
тельности, благоразумію въ такихъ дѣ-
лахъ, — и выбрали въ Гетманы Чернигов·
скаго Полковника Даміана Многогрѣшна-
го. Не извѣстно, была ли его фамилія
изображеніемъ его жизни; но по послѣд-
ствіямъ можно догадываться, что онъ
здѣлался ея достойнымъ: ибо тайно подъ
стражею увезень былъ изъ Малой Россіи
въ Москву, — а отполѣ въ средину про-
странной Азіятской Россіи на вѣчное жи-
тельство. Мѣсто его замѣнилъ новый
грѣшникъ другаго рода Генеральный Обоз-
ный Иванъ Брюхавецкій. Ему пришла вы-
сокая мысль въ голову — здѣлаться са-
мовластнымъ, ни ошь кого назависящимъ
владыкою Малой Россіи. Хорошо, естьли
бы онъ удовольствовался — одною толь-
ко мыслію; но онъ предпринялъ произ·
вести ее въ дѣйшво и разположилъ свой

— 309 —

планъ такимъ образомъ: какъ зналъ онъ, что склонишь на свою сторону върныхъ подданныхъ Царю и истинныхъ сыновъ Отечества — Генеральныхъ и полковыхъ Старшинъ ему не возможно; то положилъ прежде всего возмутить чернь и общи- ніями, разумѣется самыми лестными, за- ставить ее оложиться отъ подданства России; — потомъ, въ случаѣ упорнаго со- протививленія со спороны Старшинъ, приг- ласишь Крымскихъ Тамаръ, сторговавшись напередъ съ ними,— принудить силою вър- ныхъ подданныхъ къ измѣнѣ и привести въ рабство; — а для начала всего по- слалъ онъ къ новонаселеннымъ или состав- леннымъ полкамъ Слободскимъ — Сумско- му, Ахтырскому и Харьковскому благо- волительное предложеніе: не хотятъ ли они принять его сторону? — Но сіе на- чало разстроило весь обширный планъ его: новые полки оказали древнюю вѣрность и преданность Российскому Царю и полу- чили за то похвальные отъ Его Царскаго Величества грамоты; а Гетманъ Иванъ Брюхавецкій, избѣгая награды своимъ за- слугамъ, ушелъ къ Татарамъ въ Крымъ

— 310 —

И шамъ кончилъ жизнь свою — скромнымъ подданнымъ Хана.

Наконецъ пятый выборъ палъ на достой-
наго — Гетманомъ здѣлань Генеральный
Обозный Иванъ Самойловичь. Это былъ
человѣкъ съ ненарушимою вѣрностію къ
Царю своему, хотя и не имѣлъ великихъ
достоинствъ воинскихъ и хотя управле-
ніе его не ознаменовано ни какимъ слав-
нымъ дѣяніемъ. Къ его жь нещастію мнѣ
тіе изъ Старшинъ заразились духомъ воз-
мущенія прежнихъ Гетмановъ; а видя, что
при немъ ничего нельзя ждать новаго, на-
чали клеветать на него. Малая Россія,
удаленная отъ Двора, не могла быть из-
вѣстною Ему — и донесенія клеветы по-
губили Самойловича: онъ былъ лишенъ
Гетманскаго достоинства и сосланъ въ
ссылку. Можно съ достовѣрностію по-
дозрѣвать, что участвоваль въ этомъ
больше всѣхъ Генеральный Есаулъ Иванъ
Мазепа; ибо часъ онъ здѣлань Гетма-
номъ. Его жизнь, опличенная примѣрнымъ
вѣроломствомъ, очень известна по Исторіи
войны между ПЕТРОМЬ Великимъ и Кар-
ломъ XII-Королемъ Шведскимъ; а потому

— 311 —

опустить покрывало на его Гетманство —
будеть простительно.

Въ то самое время, какъ Мазепа пе-
редался Карлу XII, войско Малороссій-
ское вѣрное своему Государю съ воли
ПЕТРА Великаго и въ Его Высочайшемъ
присутствіи выбрало въ Глуховѣ Гетма-
номъ себѣ Стародубскаго Полковника
Ивана Ильича Скоропадскаго. Онъ до-
стойно оканчиваетъ ссй санъ, копо-
рый началъ и украсилъ собою Богданъ
Хмѣльницкій. Такимъ образомъ къ упѣ-
шенію любящій свою отчизну два чело-
вѣка, носившіе булаву Гетманскую, пред-
ставляють себя въ примѣръ истинныхъ
заслугъ и преданности Государямъ —
Хмѣльницкій и Скоропадскій! По смерти
послѣдняго ПЕТРЪ Первый уничтожилъ
Гетманство и указалъ Сенату — учре-
дить вмѣсто его Малороссійскую Коллегію.

Впрочемъ достоинство сіе не тогда совер-
шенно уничтожено, — а гораздо въ позднѣй-
шія времяна; но оно имѣло уже другія права
и другія формы, какъ мы почась увидимъ.

Государь Императоръ Петръ II-й по-
велѣлъ возобновить выборъ Гешмана —

— 312 —

и здѣланъ онымъ Миргородскій Полковникъ Данѣилъ Павловичъ Апостоль. Вь день коронованія Императрицы Анны Ивановны Гетманъ Апостоль пожалованъ Кавалеромъ Алексанра Невскаго; знаки сего ордена возложены на него собственною рукою Ея Величества. По смерти Апостола опять пресѣклось Гетмансцво — и Императрица указала учредить вмѣсто его Министерскую Канцелярію, кошорая существовала до 1751 года, Ноября 8 числа. А съ сего времяни, по дозволительной грамотѣ ошь Государы и Императрицы Елисаветы Пешровны Малороссійскому войску, выбранъ въ Гетманы двора Ея Величества Камергеръ Графъ Кириллъ Григорьевичь Разумовскій и могдажъ онь пожалованъ Генераль-Фельдмаршаломъ.

Вь Царствованіе Государыни Императрицы Екатерины II-й Графъ Разумовскій лично подалъ Ея Величеству прошеніе и отставленъ ошь Гетмансцва 10 Ноября 1764 года. Сіе-то время — есть время уничтоженія на всегда Гетманскаго достоинства: ибо оно больше уже не возобновлялось, — Малая Россія при-

— 313 —

няла новый образъ управленія. Тогожь
10 Нобря Государыня повелѣть изволила
Сенату — учредить Малороссійскую Кол-
легію, наравнѣ съ прочими Государствен-
ными Коллегіями и пожаловала Генераль-
Аншефа Графа Петра Александровича Ру-
мянцова Генераль-Губернаторомъ Мало-
россійскимъ, Президентомъ вышеозначен-
ной Коллегіи и главнымъ Малороссійскихъ
козачьихъ полковъ Командиромъ.

И такъ Генеральный Судъ, Скарбовая
Канцелярія и всѣ въ Малой Россіи при-
сутственныя мѣста перешли въ вѣденіе
Малороссійской Коллегіи; права же и преи-
мущества остались по прежнему въ ихъ
силѣ. Всѣ грамоты отъ Царей и Импе-
раторовъ жалованныя Гетманамъ, шакъ
же всѣ дѣла и бумаги по ихъ управле-
нію — какъ непринадлежавшія къ Мало-
россійской Коллегіи, отправлены въ Им-
ператорскій Кабинетъ — и пособу самые
списки ихъ въ здѣшнемъ краѣ очень рѣдки.

Въ послѣдствіи времяни открыты въ
въ Малой Россіи Намѣстничества: Кіев-
ское, Черниговское и Новгород-Сѣверское;
а Малороссійскіе козачьи полки перефор-


4

— 315 —

глаженныхъ камешковъ, или финифтяныхъ призмъ, полагаемыхъ смѣжно на твердой и гладкой дощечкѣ, покрытой мастикою.

Симъ способомъ изображаются различные нашуральные предмѣты и картины лучшихъ живописцевъ, дабы доставить имъ неизмѣняемую прочность.

Мозаическая работа есть римская и флорентинская.

Для первой употребляются финифтяные кубики различныхъ цевѣтовъ, имѣющіе не болѣе двухъ линей въ діаметрѣ, — которые художникъ разсѣкаетъ остроконечнымъ молоткомъ на призмы спюлько малыя, какъ того потребуетъ подробность изображенія. Сею мозаикою можно изобразить лучшія картины. Сентъ-Піеръ, родомъ изъ Рима, оставилъ много отличнѣйшихъ произведеній сего искусства.

Для Флорентинской мозаики употребляются нашуральные камни хорошаго цвѣта, способные принимать полировку, каковы въ особенности суть: яшма и агаты, изъ которыхъ выбравъ мѣ, которыхъ цвѣтъ близко подходитъ къ изобраз-

*2

— 316 —

жаемому предмѣту, обрѣзываюшъ такъ, какъ видъ онаго требуемъ. —

Въ Парижской Академіи Художествъ находящся сего рода драгоцѣнныя картины красоты неподражаемой. На поляхъ оныхъ, здѣланномъ изъ краснаго порфира, представлены разновидныя и разноцвѣтныя вазы, морскіе раковины всякаго рода и пр.

Французское Правительство учредило въ Парижѣ мануфактуру для мозаики сего рода.

Плиній говоришъ, что рисованные полы, съ нарочитымъ искусствомъ здѣланные, ваняты омъ Грековъ; между прочими Пергамской полъ называемый asarotum, здѣланный Созусомъ; былъ самый удивительный. Названіе asarotum, значущее немѣтеный, ему дано потому, — что соръ и крошки, падающія со стола, на немъ представлены были такъ живо, какъ бы въ самомъ дѣлѣ, будшо комната не вымѣтена. На семъ полѣ, здѣланномъ изъ маленькихъ разноцвѣтныхъ раковинъ, такъ же приводила въ удивленіе голубка пьющая воду, коей голова отрасывала тѣнь на сію воду. —

— 317 —

Наконецъ родъ мозаики называемый у Грековъ lithostrotos появился въ Римѣ во времяна Силлы, который здѣлалъ таковый полъ въ Пренестѣ, въ храмѣ Фортуны, за 170 лѣтъ до Р. Х. Сей полъ представляющій Географію Египта, составляетъ нынѣ главное украшеніе ниша, сводомъ своимъ поддерживающаго двѣ лѣсницы, по копорымъ всходятъ въ главную часть дворца, построеннаго Барберинами въ городѣ Палестринѣ. —

Въ послѣдшвіи времяни, не довольствуясь украшашь мозаикою дворцы, употребляли ее и въ обыкновенныхъ комнатахъ; а наконецъ на стѣнахъ палатъ и храмовъ. —

Вкусъ къ мозаикѣ сохранился и послѣ паденія Римской Имперіи. — Въ началѣ 13-го столѣтія Венеціане выписали многихъ Греческихъ живописцевъ, изъ чистла коихъ Апполоніусъ училъ своему искусству Гафія Флорентинскаго и съ нимъ сдѣлалъ различныя картины, поставленныя послѣ въ семъ же городѣ въ царьковѣ Св. Юанна. —

— 318 —

Гаддо — Гадди также упражнялся въ
семъ родѣ живописи. — Наконецъ Глотто,
родившійся въ 1276 году превосходно изо-
бразилъ лодку Св. Петра, разбитую бурею,
которая и нынѣ находится надъ врашами
церкви сего Апостола въ Римѣ. — Спустя
около 200 лѣтъ Доминикъ Беккафумій про-
славился отдѣлкою потолка, въ церквѣ
Сіенской, предшавляющаго жертвоприно-
шеніе Авраама. —

Потомъ Юсифъ Арпинскій и Лан-
фракъ Пармскій превзошли своихъ пред-
шественниковъ. По открытии новаго свѣ-
та у Мексиканцовъ и Перувіянцовъ
нашли родъ мозанки, состоящей изъ подо-
бранныхъ птичьихъ перьевъ, требующій
не малаго искусства и мерпѣнія.—

Съ Франц. Александра Каменская.

- 319 -

## II. ЖИВОПИСНАЯ ПРОЗА.

### Соловей.

*(Извѣ Бюффона.)*

При сем' имяни всякой хорошо организованный, человѣкъ приведешь себѣ на память ту весеннюю ночь,— когда онъ подъ яснымъ небомъ, на чистомъ воздухѣ, въ безмолвіи внимающей природы, съ восхищеніемъ слушалъ пѣніе сего пѣвца лѣсовъ. Голосъ нѣкоторыхъ пѣвчихъ пшицъ можно сравнивать съ голосомъ соловья; ихъ можно шакъ же и съ удовольствіемъ слушать, — но тогда, какъ соловей молчить. У однѣхъ моны столько же приятны; у другихъ оттѣненія столь же чисты и даже чище; у иныхъ переливы не менѣе обольстительны; — но каждую изъ нихъ соловей превосходитъ полнымъ соединеніемъ различныхъ дарованій и чудеснымъ разнообразіемъ своихъ пѣсней. Цѣлая пѣснь каждой изъ оныхъ пшицъ, во всей ея полномѣ, составишъ одинъ молько куплешъ пѣсни соловья. . . . . .

— 320 —

Приготовляется ли сей пѣвецъ ве-
сны пѣть гимнъ природѣ? — Онъ начи-
наешь робкими, слабыми тонами, — поч-
ти нерѣшимыми, — какъ бы желая по-
пытаться и шолько занять слушателей;
но пошомъ, ободряясь, одушевляется по-
степенно; воспаменяется и вскорѣ раз-
крываетъ во всей полнотѣ свой несрав-
ненный органъ: голосъ его громокъ, игра
жива и легка, пѣнѣ льется и въ его пе-
реливахъ всегданяя чистота; внутреннее
урчанѣе глухое, едва постижимое слуху, —
но весьма способное увеличить свѣтлость
енятныхъ тоновъ; стремительные, яркіе,
быстрые перекапы, сильно выражаемые, да-
же неровные, но во вкусѣ; жалобные то-
ны, нѣжно льющіеся, звуки выводимые
безъ искусства, — но въ коморыхъ видна
вся душа; звуки очаровательные, прони-
цамѣльные, — кои выходятъ, кажешься, изъ
сердца и заставляютъ трепетать всѣ
сердца, — кои производятъ во всемъ, что
чувствительно, движенѣе столь приятное,
шомносшь столв трогашельную. . . . . .

Сіи различныя выраженія перемѣшаны
съ безмолвіемъ, симъ безмолвіемъ, көторое

— 322 —

изъ всего царства пернатыхъ? Не завидно мнѣ тагаканье гусей, клохтанье курицъ и мяуканье павлиновъ; но я завидую твоему голосу, нѣжный соловей; и когда ему внимаю, — то въ упоеніи едва, едва плыву по румяной зарѣ отливающейся на водахъ. Какъ бы желалъ я возпѣть тебя, вечернее—златое солнце, твой прекрасный свѣшъ, мое блаженство, — потомъ погрузиться въ зеркальномъ отблескѣ твоего багрянца и — умереть! — Тихій лебедь погрузился, поднялся изъ водъ опять и видишь, что какой-то бlesтящій образъ на берегу манимъ его къ себѣ. Это былъ Богъ утренняго и. вечерняго солнца — лучезарный Фебъ. — „Прелестное и крошкое существо, говорить онъ лебедю, твое желаніе — питаемое безмолвно въ груди твоей доселѣ, — шеперь исполнится! —“

Сказавши сіе Фебъ, настроиль лиру свою на безсмертный тонъ и тронулъ ею лебедя. Сей тонъ проникнулъ возхищенную птицу Аполлона, — и она разрѣшилась опь узъ нѣмоты: лебедь въ пихомъ излѣянія чувствъ, согласуясь со

— 323 —

струнами Бога свѣта, воспѣлъ благодар-
ственно и весело прекрасное солнце, бле-
щущее озеро, и свою невинную — блаженную
жизнь. Его пѣніе было пакъ пріятно, какъ
видъ его. Медленно влекъ онъ за собою
струю и при сладкихъ — засыпающіхъ
тонахъ переселился въ Элисейскія поля.
Тамъ, во всей своей небесной красотѣ,
паль къ ногамъ Аполлона съ признатѣль-
ностію, — что видѣлъ образъ сего Бога и
слышалъ безсмертные звуки его лиры.
Пѣніе, въ коiorомъ ему отказано было при
жизни, сдѣлалось его смертнымъ пѣніемъ —
и сопровождаетъ всегда тихое разрѣше-
ніе членовъ его. Тудажъ явилась и вѣр-
ная подруга его и съ такимъ же сладкимъ
при смерти пѣніемъ. Богина невинности
сдѣлала ихъ своими любимцами — и
упряжкою той раковинной колесницы,
въ которой она путешествуетъ купаться
въ море юноши.

Терпій, втайнѣ надъющееся сердце! въ
чемъ тебѣ было отказано при жизни и къ
чему, можетъ быть, шы было еще неспособ-
но, — то тебѣ доспавшій минута смерти! —

Съ Нѣмец. Глафира Шумлянская.

2

— 324 —

# Первая Элегія Мессинянъ.

(Изъ Бартелеми).

Изгнанцы Греціи, у чуждыхъ народовъ пришельцы — мы видѣли въ людяхъ только безплодную жалость къ нашимъ нещастіямъ, и то не всегда. — Кшожъ бы подумалъ послѣ сего; — что, долго носясь по волнамъ, доспигнемъ мы берега Эвесперидовъ — страны, на кою природа и миръ изтощаютъ прекрасные дары свои, — гдѣ земля благодарная къ трудамъ оратая сторицею возвращаетъ зерна ей ввѣряемыя, — гдѣ тихія рѣки змѣятся по равнинамъ и подлѣ долинъ отѣняемыхъ лаврами, миртами, гранатами — древами всякаго рода? Тамъ — за сей страной — горячіе пески, дикіе народы, свирѣпыя животныя; но намъ страшился нечего: тамъ нѣтъ Лакедемонянъ . . . .

Обитатели сей прекрасной страны шронулись нашими бѣдствами и благородно предложили намъ убѣжище. Однакожъ — печаль всё снѣдаетъ дни наши и снаббыя радосши дѣлаюшъ гораздо горши-

— 325 —

ми наши сожалѣнія. Увы! сколько разь,
прогуливаясь по прелестнымъ садамъ,
проливалъ я слезы, когда вспоминалъ о
Мессинѣ!! — О щастливые берега Па-
миза, о святые храмы, рощи священ-
ныя, поля — споль часто кровью пред-
ковь нашихъ напаземыя! нѣтъ, я не забу-
ду васъ!! — А вы, свирѣпые Спартанцы!
заклинаю себя имянемъ пятидесятіи ты-
сячь Мессинянъ разсѣянныхъ по земли —
питашь къ вамъ ненависшій споль же не-
оборимую, какъ ваша людость, — за-
клинаю себя имянемъ по[H]омства, имя-
немъ чувствительныхъ душъ во всѣ вре-
мяна, во всѣхъ мѣстахъ! —

Нещастные остатки героев — го-
раздо васъ нещастныхъ ихъ! да отзываю-
ся мои пѣсни, подобно пѣснямъ Тиртея
и Архилоха, вѣчно въ умахъ вашихъ, —
какъ звукъ трубы возвещающей брань
воину, какъ громъ попрясающей главу
малодушнаго! Да представляютъ они вамъ
водни и вънощи грозныя тѣни вашихъ
отцовъ — и не даютъ зашворяться въ серд-
цахъ вашихъ язвамъ еще зѣяющимъ!! —

— 326 —

Много вѣковъ наслаждались Мессиня-
ке глубочайшимъ спокойствіемъ на зем-
лѣ — всѣмъ нуждамъ ихъ удовлетворяв-
шей, подъ благотворнымъ вліяніемъ не-
ба — вѣчно яснаго. Они были свободны;
имѣли мудрые законы, простые нравы;
имѣли царей, которые любили ихъ, —
веселые праздники, кои услаждали тру-
ды ихъ.

Они вступили съ Лакедемонянами въ
союзъ — и потомъ показались признаки
тибели: начали обвинять другъ друга,
досаждашь одна другой сторонѣ. Надлѣн-
ность, доселѣ сковываемая законами Ли-
курга, обрадовалась случаю — разорвать
ввои узы; она кромко взвываетъ къ нелра-
босудіо и наслідо, впалываетъ съ сими
адскими изчадіями въ сердца Спартанцевъ
и заставляемъ ихъ клясшься предъ олта-
рями — не полагать оружія до изѣхъ поръ,
покуда не покорялъ они Мессинянь. (*)

Е. Филомаев. тскій.

(*) Баршелеми для меня есть одинъ изъ неподра-
жаемыхъ писашелей: переводъ какой-нибудь оп-
рывокъ его — надобно употребить всѣ усилія ума,

— 327 —

Гробницы.

(Изв Сен-Пгеца.)

Гробница есть памятник поставленный на предълах двух міровь. При первомъ взгляде представляемъ намъ она ковецъ суетныхъ безпокойствъ жизни и образъ вѣчнаго покоя; помоь возбуждаемъ

всѣ способы языка, всю осторожность; а онъ написалъ семь книгъ, — и вездѣ одинако — прекрасно. Естъли, какъ говорятъ, и сорокъ лѣшъ стоилъ ему Анахарсисъ; то еще не много. Разсуждая о самыхъ отвлеченныхъ предмѣтахъ Философіи — онъ не перестаетъ быть лицераторомъ; при описаніи искусствъ — музыки, живописы, скульптуры во всей ихъ вѣншней подробности, — въ немъ виденъ и философъ, и Эстелицкъ. Въ повѣствованіяхъ онъ до удивленія проспѣ и для всѣхъ поняшенъ; но это ему не мѣшаетъ разпрогашься и провѣсить вдругъ разшіельно живописную черту. Къ сожалѣнію почти не потѣ онъ, въ нашихъ переводахъ: по нимъ у насъ едвали не безпогрѣшительно можно опредѣлишь, — какою наукою занимался особенно переводчикъ и сколь былъ одностороненъ вразсужденіи переводимыхъ имъ мѣстъ не по его части.

Ф—й.

— 328 —

въ насъ чувство щастливаго безсмертія,—
коего вѣроятность увеличивается по мѣ-
рѣнію того, какъ велика была добродѣшель
намъ ею напоминаемаго: тушь утвер-
ждается наше почитаніе. . .

По сему разумному побужденію къ
добродѣтели гробницы великихъ людей
внушающъ намъ толикое благоговѣніе.
Отъ того же самаго гробницы, заключаю-
щія въ себѣ предмѣты нѣкогда намъ лю-
безные, возбуждающъ въ насъ такое со-
жалѣніе. Что насъ трогаетъ при видѣ
холмика скрывающаго прахъ милаго дипя-
ми? Память его невинности. Что споль-
ко разтрогиваетъ насъ при видѣ могилы,
въ которой покоится юная жена — любовь
и надежда своего семейства? Ея добродѣ-
тели. Чтобы сдѣлать сіи памятники до-
стойными почтенія; для сего не нужны ни
мраморы, ни бронза, ни позолота: чѣмъ они
просшѣе, шѣмъ больше придають живости
томному чувству... Особенно въ деревнѣ
сильнѣе ощущаешь ихъ впечатлѣнія. Нерѣд-
ко простая могила заставляешь пролить
болѣе слезъ, чѣмъ всѣ кашафалки въ собо-
рахъ. Тамъ горесть бываетъ во всей своей

— 329 —

изящности: она возвышается съ древними
тисами кладбищь; она простирается съ
окрестными равнинами и холмами; она
соединяется со всѣми дѣйствіями приро-
ды— съ восходомъ зари, съ шумомъ вѣт-
ровь, съ захожденіемъ солнца и съ мра-
ками ночи. Самыя грубыя занятаія и са-
мый низкій жребій не могутъ изгладить
сего впечатленія изъ самыхъ нещастныхъ
сердецъ.

Г. III.

ШІІ. ДѣТСКОЕ ЧТЕНІЕ.

ЮСТИНЪ,

или добрый братъ.

(Окончаніе.)

Эдѣсь постановился Юстинъ; биъ
всхлипываль и не могъ удерживаться. Но
одной минуты ему было довольно, чтобы
скрѣпиться, — и продолжать:

„Не знаю, что произходило вокругъ
меня въ тотъ первый день. Помню шолько,

- 330 -

что меня хопѣли вывести изъ покоя, гдѣ умерла мать моя; но я столь сильно ухва-
тился за ножку кровави, что меня никакъ не могли огорвать и оставили путъ.

На другой уже день я пробудился изъ какого-то усыпленія, въ кошорое былъ погруженъ, — и то тогда молько, когда четверо людей пришли вынести, что я любиль всего больше на свѣтѣ, и чего долженъ былъ уже больше не видашь! Я слѣдоваль за ними изпуская жалостный вопль; Юлия шла подлѣ меня. Церемонія была не большая; помолу что мы — были бѣдные люди. — Нась оставили на могилѣ нашей матери не забошясь, что съ нами будешь. Мы тушь пробыли весь осипокъ дня; ввечеру поцѣловаль я землю на могилѣ, взялъ Юлию за руку и пошли на постоялой дворъ. Дворникъ, увидя насъ, спросилъ: хопимъ ли мы еще у него оставаться, — или то онъ молько и поenterяпъ, что уже для насъ попратилъ? — Я вѣжливо ему ошвѣчалъ, что все будешь уплачено — и онъ позволилъ намъ войти. Наумро развязалъ я въ самомъ дѣлѣ свои

— 331 —

котомки и нашелъ деньги приготовлен-
ныя для нашего пупа, — разплатился съ
хозяиномъ и со всѣми, кто давалъ намъ
что нибудь. Чрезъ сей поступокъ очень
есущественный приобрѣли мы однакожь
друзей, — и когда узнали, что у насъ
ничего уже больше не осталось; пю начали
сожалѣть и предлагали намъ даже пособія.
Но я отказался, довольно поблагодаривъ
ихъ и прибавя: что съ охотою принялъ
бы пособіе, естъли бы оно было плата за
мой какой нибудь трудъ.

„Увидѣвшись, чю нѣтъ уже боль-
ше въ мірѣ для меня руководителя, —
я началъ размышлять: за что мнѣ взять-
ся? Нельзя было и подумать, чтобы безъ
денегъ возвратиться на свою сторону;
да и чего тамъ надѣяться намъ? Нечего!
Не было такъ же возможности пойти и
къ отцу своему: что зналъ, былъ ли онъ
еще живъ? — Но я потчасъ рѣшился и рѣ-
шимость сія состояла въ шомъ, чтобъ
искать мнѣ занятія по своему возрасту
или въ сей деревнѣ, или по близости къ
ней. Чѣмъ же могъ я заняться? Мнѣ было
еще пятью двенадцать, а юлѣ семь

— 332 —

лѣтъ; давши же клятву моей матеріи, по-
ложилъ я ни подъ какимъ видомъ не остав-
лять сестры своей. Конечно, бывъ одинъ,
я очень бы мало безпокоился: одна голод-
ва не бѣдна, — могъ бы я пойти въ матросы,
записаться барабанщикомъ въ
какой нибудь полкѣ, или ождаться ма-
стеровому въ ученье на все время дѣш-
ства моего. Но бѣдненная Юлия?...

„Священникъ тоя деревни, видя нашу
нужду, хотѣлъ пособить тому и сказаль, —
что онъ имѣшь случай помѣстишь се-
стру мою въ одинъ домъ произвѣнія ближ-
нихъ и что ей шамъ будетъ хорошо. Но я
отвѣчалъ ему: что до тѣхъ поръ не пой-
дешь сестра моя въ домъ произвѣнія, пока
не будетъ совсем надежды—здѣлать это
наче. Онъ меня бранилъ за упрям спово
и представлялъ, — что я еще молодъ, да-
бы шакъ самовольничать; а между тѣмъ
не преставалъ брать участіе въ насъ и я
видѣлъ, что упрямство, — за кошорое сыпь
бранилъ меня,— ни чутъ ему не ненрави-
лось. Наконецъ сей Священникъ далъ объ-
щаніе — поискать въ окружносши мѣста
у добрыхъ людей, кои дѣло имѣли бы и

— 333 —

согласились изъ человѣколюбія обременить себя двумя дѣтьми для ихъ пропитанія.

„Извините, сударь, мою нескромность, естьли я осмѣлился сказать о себѣ нѣчipo хорошаго; мое поведеніе точно имѣло щастіе быть одобрено и снискало мнѣ покровителей. На другой отъ сего день Г. Священникъ омвель меня къ одному доброму и старому кортомщику; мушъ-по и былъ я принятъ пасши стадо его очень небольшое и дѣлать, что не превышало мои силы. Онъ согласился, чтобъ и Юлия осталаe со мною помогая мнѣ сполько, сколько дитя сможешь.

„И вотъ я уже въ чужомъ домѣ; но Богъ не оставилъ меня: онъ мнѣ послалъ человѣка праводушнаго и благодѣтельнаго, — мнѣ стоило только исполнять свой обязанности, чтобъ заслужить его ласки. Что и случилось: добрый старикъ здѣлалъ меня своимъ другомъ; а примѣщая, что я не много умѣю писать и писатъ, онъ поручилъ мнѣ вести свои щошы и порядокъ въ бумагахъ. Опселѣ моя участие стала совершенно благополучна. За выполнениемъ должностей мнѣ оспавалось еще

— 334 —

время учить сестру свою, чему самъ умѣлъ — и я строго берегся, чтобы ие опустить ея воспитанія. Часто поминаль я, что говорила намъ мамъ наша: добротѣмель молько и знанія суть тѣ вещи, кои благородно отличающь насъ между людьми. Должно отдать справедливость и Юлії: она пособляла мнѣ изъ всей возможности и того молько не выучивала, что превышало ея понятія, — того молько не исполняла, чего не смогли ея силы. При всей малолѣпности она чувствовала наше положеніе и знала, чѣмь обязаны мы своему благодѣтелю. Вывало почший цѣлый день видишь ее у дѣла: то вяжешь чулки для нашего добраго корпомщика; то вышелушиваемъ горохъ, или турецкіе бобы; то другимъ какимъ нибудь образомъ дѣлается полезною. А оть того мы имѣли радоспь говорить, что никогда не можно было укорить насъ за хлѣбъ нами снѣдаемой.

„Симъ щастіемъ наслаждались мы однакожъ молько два года; Богъ, низпославши намъ его, положилъ и предѣлъ ему: престарѣлый корпомщикъ скончался и мы еще разъ

- 335 -

остались сиротами. — Такъ какъ въ де-
ревнѣ знали насъ уже; то можешь быпѣв
мы нашли бы шамъ другое прибѣжище.
Но извѣстіе, до насъ дошедшее, заставило

перемѣнить наше намѣреніе: одинъ пупе-
шественникъ, знавшій нѣ когда отца наше-
го, увѣдомилъ насъ. — что онъ отъ ра-
ны полученной имъ не умеръ, а удалился
въ одно мѣстечко — коморое и наимено-
валь намъ. А поелику пулѣшественникъ
зналъ объ этомъ самъ полько по слуху;
по и не могъ описать намъ состоянія
омца нашего. Да намъ не больше и нуж-
но было, какъ знать, — гдѣ найти его; —
попомъ искти и исполнить долгъ свой.

Я поговорилъ о семъ съ Юліею, которая сама начала уже судить о своихъ поступкахъ, — и какъ мы были люди вольные, имѣли не много денегъ — плодъ труда нашего и благодѣяній покойнаго кортомщика; то можно намъ было пуститься въ сей путь, — и мы пошчасъ отправились въ дорогу.

,,Вотъ уже четыре дни, какъ мы идемъ. Когда Юлія почувствуетъ успелость въ слабыхъ еще ногахъ своихъ;

— 336 —

мы отдыхаемъ по мамъ, по инде. А въ
эшотъ вечеръ надѣемся прибыть въ мо
мѣстечко, — гдѣ, какъ сказали намъ, жи-
вешъ отецъ нашъ. Мы не знаемъ, какъ онъ
насъ приметъ; но, благодаря Бога, испол-
нимъ долгъ свой. Естьли онъ простретъ
къ намъ руки, — мы будемъ его дѣтьми;
естьлижъ отринемъ насъ, — то все-таки
не меньше будетъ онъ нашимъ отцомъ.
А можешь ему еще и нужда въ насъ
есть! — Но и то для насъ щастіе, что
мы найдемъ его; — во всякомъ случаѣ
не величайшее ли удовольствіе — ви-
дѣть виновника нашей жизни и испол-
нить то, что повелѣваемъ намъ віра и
природа?

,,Вотъ все, сударь, прибавилъ Юстинъ,—
о чемъ я могъ иметь щастіе донесли
вамъ, и что одно ваше снисхожденіе за-
ставило васъ выслушать. — ,,,

Г. де Бомонъ поблагодарилъ его за
повѣствованіе. — Дипля мое, сказалъ онъ
потрепавъ нѣжно по плечу Юстина, — съ
швоими чувствами и обхожденіемъ вездѣ
находить себя друзей; хочешь ли ты быть
моимъ другомъ? — О! нѣтъ, сударь; —

— 337 —

смутясь отъ сей неожиданной приязни
отвѣчалъ Юспинъ, — я и думать не
смѣю объ этой чести. Но естьли вамъ
угодно будетъ удостоить насъ своимъ
покровительствомъ; то мы почтемъ себя
щастливѣйшими изъ людей. — Хорошо! я
вижу, что вы принимаете мою дружбу.
Не хочу вась удерживать сегодня; вы то
рите желанѣемъ увидѣть отца своего —
и ни что не можешь быть сего справед-
ливѣе. Но такъ какъ отъселѣ не больше
пяти, или шести миль до деревни, куда
вы идете; то и требую объщанія, что
возвратитесь ко мнѣ чрезъ два или три
дни. Тогда узнаемъ мы, что съ вами
случится. Вотъ какъ рѣшено, — не такъ
ли? А покуда, чтобъ намъ короче позна-
комисья, — иойдемъ-ше ко мнѣ завтра-
кать. — Напъ завтракъ уже кончился,
сударь. — Знаю; но въ вашемъ возра-
стѣ всегда бываемъ добрый аппешипъ и
этотъ первый вашъ завтракъ, какимъ я
видѣлъ его, вѣрно не будетъ большимъ
противникомъ другому. —

Дѣти не смѣли отговориться; взяли
свои маленькия комомки и пошли съ Г.

6

— 338 —

де Бомонъ. Онъ, удержавъ ихъ у себя на нѣсколько минутъ, всё вниманіе свое
устрелилъ на шо, — чтобы испытать
ихъ со всѣхъ сторонъ и узнать, точно ли
они досройны того щастія, кошорое
предположилъ онъ для нихъ здѣлать? —
Г. де Бомонъ былъ богатъ и почиталь
величайшимъ удовольствіемъ дѣлать ща-
стливыми тѣхъ, кои оказывались того
стоющими. Примѣченная имъ въ Юстинѣ
честность, искренность и другія добрыя
свойства разположили его сердце къ се-
му молодому человѣку; попеченія, какія
сей оказывалъ сестрѣ своей, — должен-
ствовали быть поддержаны. Ибо кто по-
могаетъ честнымъ людямъ; шоть дѣлаетъ
штѣмь больше добра, что даетъ и симъ
возможность — помогашь другимъ въ свою
очередь.

При концѣ завтрака Г. де Бомонъ
предложилъ свой кошелекъ молодому че-
ловѣку со всею осторожностію, какую
полько чувствительный человекъ умѣшь
употребить въ обхожденіи съ нещастны-
ми. Юстинъ вспыхнулъ, пробормоталъ
благодарность и прибавилъ: что у него

- 339 -

есть еще довольно денетъ нужных для путешествія ихъ. Г. де Бомонъ не настоялъ больше; но до глубины сердца былъ тронутъ симъ ошказомъ: онъ увидѣлъ изъ сего, что душа молодаго чѣловѣка точно такъ благородна, какъ сперва думалъ о ней. Онъ поцѣловалъ въ лобъ малютку Юлію, потрепалъ ее по щекѣ въ знакъ дружбы; пожалъ у Юстина руку, который почительно уклонился; новтериль обоимъ обѣщаніе возвратить ся къ нему чрезъ два или три дни, — и пожелалъ имъ щастливаго пути.

Юспинъ въ самомъ дѣлѣ пришелъ спустя три дни: радость сіяла на лицѣ его и можно было догадаться, что онъ пришелъ извѣстить Г. де Бомонъ о чомъ нибудь приятномъ. — Мы нашли, сударь, опца своего, — онъ прижалъ насъ къ своему сердцу, плакалъ вмѣстѣ съ нами и, слава Богу! совсем уже не таковъ, какъ былъ нѣкогда. Отнынѣ мы совершенно щасшливы. Вы сами его, сударь, видѣли и, можете ли представашь? спарикъ на деревянной ногѣ шедшій по дорогѣ мимо насъ — былъ онъ самъ! —

*2

— 340 —

Которому подалъ ты пить? — Точно
шакъ, сударь. — Ну - шакъ наслаждай-
ся же, молодой человѣкъ, удовольствіемъ
здѣлавши это доброе дѣло: пы помогъ
въ нуждѣ отцу твоему; — и подумай о
шомъ мученіи, которое бы терпѣлъ пы
теперь, — естьлибъ столь былъ жестокъ,
что отказалъ. . . . — О! сударь, прер-
валъ Юстинъ, — я умеръ бы съ печали! —

Потомъ молодой человѣкъ разказалъ, —
что отецъ его имѣетъ маленькую пен-
сію, выдаваемую отъ правительства ра-
менымъ воинамъ; но что эта пенсія не-
достаточна для его жизни. — Ему еще
надобно трудиться, прибавилъ онъ, — я
это меня печалилъ. Но естьли Богъ бла-
говолитъ, то — по прошествіи двухъ,
или трехъ лѣтъ — я въ состояніи буду
доставить покой его старости . . . . .
И, — потомъ продолжалъ онъ понизя го-
лосъ и смотря себѣ на руки, которыя вер-
тѣли шляпу, — вы мнѣ предложили, су-
дарь, ваше покровительство и я увѣренъ,
что естьли молько найдется какое-
нибудь прибыльное занятіе — обратите
на меня свое вниманіе изъ милости къ

— 341 —

нашему бѣдному отцу. — Безъ сомнѣнія, мой другъ! А для начала — посмотримъ, каково ты пишешь. — Юстинъ повиновался. Г. де Бомонъ показалъ, будто почеркъ его гораздо лучше, нежели каковъ онъ былъ въ самомъ дѣлѣ. — Ты пишешь довольно хорошо, сказалъ онъ; и тебѣ надобно ещё взять молько нѣсколько уроковъ. Я приму тебя къ себѣ письмоводителемъ, коль скоро получу свѣденія и узнаю, каково ты умѣешь щитать, — въ этомъ мнѣ большая нужда. Чможъ касается до твоего отца; то, естьли онъ захочешь, я дамь ему небольшой откупъ земли на условіяхъ для него выгодныхъ; это доставишь ему приятную жизнь, коли молько перемѣнился онъ въ самомъ дѣлѣ, какъ ты говорилъ мнѣ. Сестра твоя останется при немъ — и я дамъ тебе два часа въ день, чтобы ты кончилъ ея воспитаніе.

Юстинъ, внѣ себя отъ радости, хошьлѣ броситься въ ноги Г. де Бомонъ; но сей остановилъ его. — Я очень знаю, другъ мой, чувства признательности твоей; благодаришь однакожъ ты долженъ одното Бога. Ибо естьли бы онъ не надѣлилъ

— 342 —

тебя сердцемъ чеслнаго мальчика; то
повѣрь, что ты никогда и на мысль не-
пришелъ бы мнѣ. Подиже къ твоимъ род-
нымъ; повтори имъ, что ты слышалъ и
приходи найти во мнѣ своего друга. —
Юстинъ тотчасъ ушелъ, — и на третій
день вся семья предстала Гну де Бомонъ.

Этотъ благодѣшelnый человѣкъ все
изполнилъ, что ни объ, и даже боль-
ше для нихъ здѣлалъ: онъ, держа при
себѣ Юстина нѣсколько лѣтъ, далъ
ему отмѣнное воспитаніе и опредѣлилъ къ
довольно прибыльному мѣсту; Юлію
выдалъ замужъ за хорошаго арендатера
въ окресшносці, — и видѣль, какъ ста-
рой отставной умеръ спокойно въ сво-
ей арендѣ — благословляя дѣтей и бла-
годѣшля своего.

Когда Юстинъ изъявлялъ свою бла-
годарность; то Г. де Бомонъ сказалъ
ему: — Я самъ долженъ радоваться, дите
мое; поэтому что многіе дѣлаютъ то-
же, что я — и не получаютъ моего удо-
вольствія, благодѣшлѣствуя не такъ
удачно. Вспомни, какъ путникъ, котораго
шы не зналъ еще — сказалъ; что Богъ бла-

- 343 -

гословить тебя и что ты стоишь быть
щастливымь; — вопь это — то слово раз-
положило къ тебѣ мое сердце! Будь все-
гда таковъ — и всегда будешь находить въ
комъ ниесть благодѣщаго тебѣ друга. —

Сь Франц. Е. Филомавитскій.

IV. СТИХОТВОРЕНІЯ.

Графу Сергѣю Михайловичу
Каменскому. (*)

Не гибельная жажда славы —
При звукѣ грома мѣдныхъ жерлъ,

(*) Издатели имѣли честь получить стихи їи онъ
Его Сіятельства Графа Сергѣя Михайловича Ка-
менскаго при слѣдующемъ своєручномъ письмѣ:
„Получивъ на сихъ дняхъ съ почшой изъ Москвы
отъ неизвѣстнаго стихи безъ подписи и пись-
ма — и не знавъ кшо Авторъ; а желая изъя-
вить ему за оныя душевную мою признатель-
носْть, я почелъ за лучшее — сіи стихи пре-
проводишь въ оригиналѣ къ вамъ, Мил. Госу-
даря мои! и просишь, дабы напечатали вы ихъ

— 345 —

Следи, Богиня вдохновенья,
Въ блистаньи истинны святой
Ко мнѣ отъ горняго селенья,—
Будь вождь, и щитъ, и геній мой!
Склонися лиры надъ струнами,
Дай жизнь и огнь моимъ сапихамъ —
Въ урокъ надменнымъ богачамъ
Сь презрѣнно — хладными сердцами!
Ихъ богъ — сокровища земли;
Ихъ долгъ — однѣмъ смерстямъ служенье;
Удѣль — отъ правоты презрѣнье
И жизнь — въ златой пыли!

*

Боляринъ Рускій, знаменитый,—
Вельможа шипломъ и душой,
Во брани лаврами покрытый,
Краса — любовь страны родной!
Къ шебѣ души мөей стремленье! —
Сложивъ броню и шлемъ войны,
Среди всеобщей шишины
Твоя стезя — благотворенье;
Какъ солнечный весенній свѣтъ
Даетъ природѣ жизнь и силу:
Такъ шы льещъ радость въ грудь унылу
Безмолвной жертвы бѣдь.

*

7

— 346 —

Твой домъ, украшенный богато,

Гостямъ - согражданамъ опкрыты:
Тамъ Терпсихора и Эрато

Съ подругой Таліей госшишь;

Хозяинъ, ласковый душою,

Склоняешь къ нимъ привѣтный взоръ; —

Звучить музыка, громкій хоръ, —

Спеклися эрители юлюю —

Богачь, бѣднякъ въ единый сонмъ;

Имъ улыбается веселье,

Пишешь разумъ поученье:

Имъти добра путемъ.

*

Не правъ, не правъ мудрецъ холодный,
Бѣгущій дружбы Піеридъ,

Забавъ невинныхъ врагъ виновный! —

Онъ въ ослѣпленіи не зритъ

Ихъ пользы, дѣйствія на нравы,

Онъ не ревнивъ къ дѣламъ благимъ; —

Но ты, усердный другъ богинь,

Не ненавистникъ и забавы, —

Чрезъ нихъ привлекъ къ себѣ сердца:

А благотворности дѣлами —

Возблещешь нѣкогда лучами

Безсмертія вѣнца! —

*

— 347 —

Щасшливъ, кому дано Судьбами
Небезызвѣстнымъ въ мірѣ быть, —
Блистать и чиномъ, и звѣздами,
И всѣхъ богашERVами дивишь;
Но кто и дары благодатны —
И доброму душевныхъ силъ
Въ удѣлъ ощъ Неба получилъ,
Въ чьемъ сердѣ стоны бѣдныхъ вняшны,
Кто съ ложа пышнаго всшаетъ —
И нещастливѣца призываешь:
„Пей радость жизни! — онъ вѣщаетъ —
При мнѣ — печали нѣшь!„

*

Надъ нимъ десница Провидѣнья, —
Оно ему и вождь, и щитъ;
Онъ ходить по цвѣтамъ веселья —
И скука отъ него бѣжить!
Какъ шркъ струистый и прозрачный —
Роскошна дола красота, —
Душа срaskойна въ немъ, числа:
Ни любочестья думы мрачны,
Ни лесши раболѣный взглядъ,
Ни голодни открытый хохать,
Ни зависши украдкой шопотъ
Ее не возмутать! —

*

*2