Наван Яковлевич Лунц.

14 июня 1924.

Милая, милая Лидія Николаевна !

Как мы с женой благодарник Вам за Ваше письмо ! Нам же только
в жизни осталось: память о нашем несчастном Левиньке и обо всеми
всех, что было связано с ним... И Вы первая пока и единственная
из его друзей, которая нам написала. Это даже мнѣ непонятно, и если
это дѣлается из деликатности и из нежеланія растравлять нашу рану,
то вѣдь это цѣли не достигает, это рана не перестанет никогда со-
читься кровью... Вы же всѣ его знали и так любили, и Вам легко по-
нять, что мнѣ теперь переживаем. Левинька облегчил нам наш смертный
час, потому что жизнь потеряла для нас всякое значение. Я лично по-
терял не только дорогое дитя, но и лучшаго и единственного моего
друга. Мы были ТАК близки, обо всем дѣлились друг с другом... Еще
утром, в четверг 8 мая он говорил со мной о послѣдней прочитанной
книге, о послѣдних выборах в рейхстаг, поиграл в шахматы и был очень
весел, так как мы собирались взять его домой, потом хорошо пообѣдал,
но в 1-ом часу получил опять мозговой щар, как в прошлую осень,
тут же впал в безпамятство и, не приходя в сознаніе, заснул на вѣки
в 6 час. утра в пятницу 20 мая. Хоронили его 12 мая, было много наро-
ду, говорили рѣчи, но никого из его друзей, кромѣ нас несчастных, развѣ-
только А. Векслер, незадолго перед тѣм пріхавшая из Россіи. И ходим
мы к нему на могилку и вспоминаем, вспоминаем... Он Вас всѣх очень,
очень любил и цѣнил Вашу любовь. Ради Бога, не оставляйте нас и пи-
шите иногда про себя всѣ, и если будете заграницей, заѣзжайте к нам,
всегда будем рады принять Левинькиных друзей, пойдем на его могилку.

Посклада Вам это письмо с копіей и прошу отослать ее в Питер кому
нибудь. Я писал на днях также Е. Полонской о том же и кромѣ того
просил ее о нѣкоторых услугах, как то о его книгах и пр. Также я не
имѣю НИЧЕГО из того, что появилось о Левиньке послѣ кончинь его. По-
твердите и Вы мои просьбы к Полонской. Здѣсь появились статьи Бер-
беровой, Познера и др. Наднях выходит пятая книжка "Бесѣды" с пьесой
"Город Правда" и статьей Ходасевича с портретом Левиньки. Мнѣ хо-
чется иметь все, что появляется и появится в печати в Россіи, и если
только есть возможность, постарайтесь содѣйствовать этому, и моя бла-
годарность будет безгранична. Сообщите также, что кое-что есть еще
неразобранное в рукописях, оставшихся и написанных в послѣдній год
его мученической жизни. Когда соберу силы, разберусь в этом. Прислать
ли тогда и кому?

Что "Вертр.де Борн" будет ставиться ныньче он успѣл узнать, также что "Внѣ Закона" пойдет на нѣмецком яз. в Берлинѣ. Вашу открытку с пути он тоже получил еще. Не застаніли его уже в живых: Ваше письмо из Крыма, также письма Полонской, Зильбера и Зои Никитиной. Весь год письма поддерживали его и он ждал их всегда с нетерпѣніем. Дух его все время был жив, он был радостью для всѣх окружающих до послѣдняго часа.

Простите за безвязное письмо, еще раз спасибо и пишите.

Ваш признательный