300

„Nul n'aura de l'éprit, que nous et nos amis.”

Смѣлые писатели Королевской и Католической партіи, хотя и различные въ садомъ образѣ своихъ мыслей, имѣли однако же общую и іпаинственную цѣль. Цѣль сія была положищельнѣе философской, и поэтому Роялисты и Католики гораздо чаще прошивниковъ своихъ соглашались не только другъ съ другомъ, но и съ здравымъ разсудкомъ. Дерзость и строгосшь почти всегда привлекающъ одобреніе родной публики. Вошъ по чему столь много вздорныхъ критикъ на Волтера имѣли въ свое время величайшій успѣхъ. Не разбирая всего, сочинители подобныхъ критикъ возклицали шолько, что сочиненія его положили путь къ разврату, посѣяли первыя сѣмена революціи, и потому предавали анафемѣ не шолько опасныя, но и похвальныя мѣста его сочиненій; однимъ словомъ, говоря публично, они отнимали у Волтера всякой родъ достоинства по литтературѣ; между тѣмъ, какъ сидя въ кабине тѣс своемъ, или съ надежными друзьями, они украдкою чишали того же самого Волтера и отдавали ему справедливосшь какъ стихотворцу и словеснику. Многіе безпристрастные люди чувствовали, что сіи критики выходили изъ предѣловъ разсудка и истины; но не рѣшались опровергать ихъ потому, что надѣались ошь усердія сихъ рецензоровъ полезныхъ и важныхъ усилій въ пользу общаго блага. — Лагарповъ Лицеи или Курсѣ литтературы поразилъ было всю партію набожныхъ; послѣ

301

истиннаго разкаянія сего писателя, Роя-
листы и Кашолики не переставали гор-
диться пріобрѣшеніем столь знаменишаго
паршизана, и что же? Онъ самъ подавалъ
на себя оружіе панегиристамъ XVIII-го
вѣка! Сверхъ того Аббатъ Жофруа имѣлъ
свои причины не любить Лагарпа: онъ
не могъ равнодушно смотрѣть на сего
критика, котораго начинали уже провоз-
глашашь насшавникомъ и соперникомъ со-
чинителя Фельетовъ (9). Вскорѣ однако же
вниманіе публики ошвлечено было отъ Ла-
гарпа: новый, блестящій, липшератур-
ный феноменъ обратилъ на себя взоры
цѣлой Франціи; знаменишый авторъ Генія
Христіанства до того поразилъ не вѣро-
яннымъ успѣхомъ своимъ всю паршію
философовъ, чшо сіи мнимые любители
мудрости объявили ему непримиримѣйшую
войну: они видѣли въ торжествѣ Шато-
бріана торжество всей паршіи набож-
ныхъ, и тысячи пасквилей, саширъ, эпи-
граммъ и критикъ полились рѣкою на но-
ваго сочинителя. Таковое несмѣшное мно-
жество порицателей (большею частію при-
страстныхъ) принесло ему болѣе пользы,
нежели самыя похвалы его приверженцовъ:
почти вся чишающая публика приняла сто-
рону угнѣшаемаго Шатобріана. Усилія

(9) Аббатъ Жофруа сочинялъ извѣстный фелье-
тонъ занимавшій нижнюю часть листа въ
Журналѣ Преній. Обыкновеннымъ предметомъ
его была критика.

303

Пигмеевъ не свергнули Геркулеса. Сколько
философы употребляли средствъ для уничт-
женія сего знаменишаго писателя, столько
набожные старались превознесли его:
Шатобріанъ почти сдѣлался идоломъ сей
послѣдней партіи; въ немъ извиняли все:
самые недосшапки его, самые погрѣшности
противъ принятыхъ правилъ — почита-
лись порывами генія, разторгающаго свои
оковы....

Между штѣмъ, какъ люди съ достоинствомъ и умомъ шерзали другъ друга и лишали себя способовъ достигнуть до общей цѣли своей — до устройства благосостоянія Франціи, хитрый Бонапарте смѣялся ихъ шумнымъ спорамъ, и подавалъ каждой партіи тайные и корыстные совѣшы. Онъ внушалъ набожнымъ необходимость провозгласить властелимъ Франціи наследственного Государя; между штѣмъ, какъ философамъ совѣщалъ отдалять отъ трона законныхъ наследниковъ. Никто не могъ постигнуть политическихъ видовъ перваго Консула на Журналы. Обманутый лицемѣремъ Бонапарта республиканецъ Редереръ, напалъ на Жофруа со всею важностью патріоші, упрекая его въ желаніи произвести контрреволюцію. „Бонапарте, говорилъ онъ, никогда не думалъ быть послѣдователемъ Генерала Монка.“ — Оракулъ Журнала Прений не касаясь щекотливой спашьи оموнархіяхъ, отвѣчалъ Редереру какъ проищательный политикъ: „Такъ, революція кончена, и вотъ мое доказательство: я

303

васъ болѣе не боюсь.“ — Всѣ ожидали, что
Жофруа будетъ сосланъ въ Кайенну; и
что же вышло? Редереровъ повелитель—
могущественный Бонапарте, первый на-
чалъ смѣяться на счетъ своего любимца!

Стихшторецъ Эменаръ, (Esmenard) попалъ еце въ большій просакъ. Онъ во-образилъ себѣ, что заслѣжитъ милость временнаго идола Франціи сочиненіемъ под-ложной родословной, по кошорой вывелъ произхожденіе Бонапарта отъ фамиліи Балди и Остроготскаго Короля Балдуса, шакъ что первый Консулъ могъ счипать себя дальнимъ родственникомъ Густава-Адольфа II-го. Бонапарте отвергнувъ всѣ льстивыя розысканія о мнимой древности его Остроготскаго дворянства, сказалъ поэшу — Геральдику : „поколѣніе Бонапар-товъ начинается съ 18-го Брюмера, со дня спасенія Франціи.“ — Осмѣянный въ сіе время Эменаръ, получилъ однако же че-резъ два или три года богатую награду.

Когда счастливый Бонапарте примѣ-
тилъ, что общее мнѣніе созрѣваетъ, что
обѣ партіи переступаютъ предѣлы умѣ-
ренности; то и онъ рѣшился сбросить съ
себя личину. Лицемѣръ сей провозгласилъ,
что онъ благоволить низойти до трона
царскаго (10). Защитникъ Монархіи — Жо-

(10) Славный лирикъ Лебрюнъ, говоришъ между про-
чимъ въ одной своей одѣ:
„Et l'heureux Bonaparte, est itrop grand pour
descendre
„Jusqu'au trône des Rois.“ —

304

фруа, принужденъ былъ помѣстить въ од-
номъ изъ своихъ Фельетоновъ отголосокъ
народнаго желанія о возведеніи на
престолъ династіи Бонапартовъ (II).
Какъ должны были изумиться всѣ привер-
женцы издапеля Фильетоновѣ по прочтеніи
сей достопамятной его сташьи? — „Воз-
можно ли, говорили нѣкоторые, ревностный
защитникъ Монарховъ нашихъ и олтарей
неспыдится быть вишіею хищника!“ — „На-
конецъ нашъ святоша снялъ маску, вос-
клицали философы, за 30,000 франковъ, по-
лученныхъ отъ Бонапарта: онъ написалъ
ему по заказу сегодняшній Фельетонѣ!“
Вскорѣ однако же философы подали поводъ
къ гораздо большимъ упрекамъ. Извѣстный
Шенье написалъ грагедію Кира; публика
освистала ее, а новый дворъ не шолько
принялъ съ рукоплесканіемъ, но и награ-
дилъ автора 6,000 франковъ пенсіи... Какъ
извинить сіе непостоянство мнѣній и пра-
вилъ? Для чего авторъ сполькихъ респу-
бликанскихъ гимновъ и одъ былъ первымъ
пенсіонеромъ деспота? Вотъ вопросы, на-
коморые партія философовѣ освіавалась без-
гласною; не обещавъ никогда быть защит-
ницю Монархіи, она могла, она должна
была защищать священную для нее тѣнь
республики. Напропивъ того партія Ка-
толиковъ и Роялистовъ, принявъ сторону
единовласія, не могла оштепить отъ
правилъ, не открывъ тайныхъ своихъ ви-

(II) Voeu national pour l'établissement de la dy-
nastie des Bonaparte.

305

довъ. Шенье перемѣнилъ образъ мыслей;
Жофруа принужденъ былъ уступить не-
обходимоспи....

(Продолженіе вперед).

IV. СМѣСЬ.

ЭТО МОЯ ПРИВЫЧКА.

Г. де Сентъ Фуа, извѣстный Французскій
стихотворецъ, поссорившись въ шеатрѣ съ че-
ловѣкомъ довольно просто одѣшьмь, просилъ
его назначить мѣсшо, гдѣ бы могъ сказать ему
на свободѣ два слова. — „Государь мой, ошьѣ-
чаеть незнакомецъ, кому до меня нужда, шого
я прошу къ себѣ: это людя привытка. Я живу
подлѣ Пале-Рояля, въ домѣ подъ No.... завшре
я васъ дожидаюсь.“ — Г. Сентъ Фуа, не замед-
лилъ на другой день къ нему явиться и былъ
принялѣ очень бѣжливо. Незнаконецъ предла-
гаетъ ему завтракъ. — „Не о завтракѣ дѣло,
говоришъ Сентъ Фуа, пойдемше.“ — „Нѣшь,
ошьчаетъ хладнокровно его соперникъ, я не
выхожу никогда не позавтракавши: это людь
привытка.“ — Сказавши сіи слова, онъ принялся
ѣсТЬ, приглашая снова Сентъ Фуа послѣдо-
довать его примѣру. — По окончании завтрака
они выходятъ. Сень Фуа зачинаешь ождыхашь;
но проходя мимо одного кофейнаго дома, не-
знакомецъ останавливается. — „Государь мой!
говоришъ онъ, позавтракавши я всегда играю
въ шахмать: это людя привытка.“ — „О, сударь!
вскричалъ Сентъ Фуа, вы выбрали очень дур-
ное время играешь въ шахмашы.“ — „Не без-
покойтесь, это недолго продолжится, и послѣ

306

я совершенно вашъ." — Они входятъ въ кофей- ной домъ; флегмашическій незнакомецъ выи- грываетъ игру, вслаешь, дѣлаешь знакъ Сентъ Фуа, кошорый разрывался между тѣмъ отъ досады. — „Естьли вамъ угодно, говоришь не- знакомецъ, пойдемте со мною въ Тюльери; по- итравши въ шахмашы, я обыкновенно проту- ливаюсь: это моя привытка." — Сентъ Фуа ду- мая, что онъ назначилъ мѣсто поединка въ семъ саду, соглашается идти. Погулявъ довольно и желая скорѣе кончить, Сентъ Фуа пригла- шаетъ незнакомца въ Елисейскія поля.— „Нѣшь, опѣшаетъ онъ, когда я позавшракаю, выиг- раю игру въ шахмашы и пройдусь въ Тюльери, то обыкновенно возвращаюсь домой: эта моя привытка." — „Какъ, сударъ! вскричалъ съ до- садою выведенный изъ шерпѣнія поэтъ, да развѣ вы забыли...." — „Нѣшь, государь мой, перервалъ хладнокровно флегмашикъ, я не позабылъ, что занимаю мѣсто Государственнаго казначея и ровно въ двѣнадцатомъ часу принимаю проси- шелей: это моя привытка.— Сентъ Фуа осшол- бенѣль отъ удивленія — и осшавилъ какъ можно скорѣе незнакомца, кошорый съ шакою шочно- смію любишь выполнять свои привычки.

(Съ Французскаго.)

Погрѣшности No 8-го.

<table><thead><tr><th>Ст. стр.</th><th>Напечатано:</th><th>Должно чистать:</th></tr></thead><tbody><tr><td>268</td><td>6 Кенятыхъ Филосо- фовъ.</td><td>Женашаго Философъ.</td></tr><tr><td>275</td><td>50 чуднаго</td><td>груднаго</td></tr><tr><td>—</td><td>— ворловой</td><td>горловой</td></tr></tbody></table>

СЪВЕРНЫЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ.

№ 10.

1817.

I. НРАВЫ.

НЕ РОВНЫЙ БРАКЪ.

(Отрывок из одного Руасскаго ролана).

ГЛАВА І.

Лиза была молода, прекрасна и любезна; Г. Славолюбской былъ старъ, скупъ и дуренъ. Она любила городскую жизнь, балы, шеатры и всѣ шумныя удовольствія; онъ любилъ деньги; малой расходъ, колмогорскихъ быковъ и Голландскихъ коровъ. Ей было не болѣе 18 лѣшъ; ему около шестидесяти. Кто не пожалѣешь о бѣдной Лизѣ? Она была — его женою! — Вообразите фигуру уродливаго карлы; представьте себѣ лице, на которомъ время напечатѣло неизгладимыми чертами полныя бо лѣшъ: вошь Славолюбской. Видали ли вы когда-нибудь богиню красоты, написанную рукою искуснаго художника:

308

вотъ портретъ Лизы. Странно покажешься, что Лиза вышла за такого урода! На это есть не большая причина, о коморой я позабылъ упомянуть: Г. Славо-любскій имѣлъ нѣсколько сотъ тысячь и три, или чешыре подмосковныя. Но возможно ли, чтобъ молодая, любезная дѣвица была шакъ привязана къ богатству? Конечно нѣшь! — Но 18 лѣтняя дѣвушка не можетъ разполагать сама собою; а какому батюшкѣ не кинутся въ глаза три тысячи душъ! Какая матушка не захочешь видѣть свою дочку осыпанную бриліаншами!

Лиза воспитывалась въ Москвѣ. Тамъ увидѣл она и полюбила Эраспа, молодаго, любезнаго человѣка. Онъ сватался; ему огказали. (Эраспъ былъ не богатъ). Бѣдная дѣвушка грустила, тосковала, и въ одинъ вечеръ получила повелѣніе явиться въ ка-бинешъ къ своему батюшкѣ. Она взошла, и увидѣла тамъ всѣхъ родныхъ своихъ, собранныхъ вмѣстѣ. Дядюшки, тешушки, родные, двоюродные, внучашные и проч. и проч.; всѣ они посматривали другъ на друга и перешептывались. Почченной ба-пюшка, подобно Іакову, сидѣлъ по среди сего многолюднаго, семейспіва. Подозвавъ по ближе изумленную Лизу, изъяснилъ

309

онъ въ короткихъ словахъ причину сего
чрезвычайнаго собранія.

„Дочь моя, сказалъ онъ, шебѣ извѣстно,
какъ разстроено наше состояніе; шы мо-
жешь своимъ послушаніемъ вывесіи насъ
изъ крипическаго положенія, въ коемъ мы
находимся: почтенной другъ нашъ, Г.
Славолюбской, берется выплатить долги
всей нашей фамиліи, и шребуешь въ замѣну
сего руки швоей. Я хочу знать; согласна
ли шы выполнишь нашу волю.“

Тушь поднялъ онъ величественнымъ
образомъ свои взоры и устремилъ ихъ на
трепещущую Лизу.

Она молчала.

— „Ошѣчай, дочь моя, согласна ли ты?“

— „Батюшка! сказала шихимъ голосомъ
бѣдная дѣвушка, онъ такъ старъ!“

— „Три тысячи душъ! ворчалъ двоюрод-
ный брашецъ.“

— „Такъ дуренъ!...“

— „Трисша тысячь наличными деньгами,
пищала толстая шетушка въ пяшомъ ко-
лѣнѣ.“

— „Я ни когда не буду любишь Г-на
Славолюбскаго.“

— „Дурочка! шепшала ей мань, да кто-

310

и требуєшъ этого; тебѣ говорятъ, чтобъ
ты шолько вышла за него замужъ."

— „Я умру, естьли вы принудите меня
это сдѣлашь."

— „Пустое, голубушка! сказала внучач-
ная сестрица — дѣвушка лѣшъ подъ сорокъ;
отъ этого не умираюшъ."

— „Къ чему всѣ эти отговорки, продолжалъ батюшка, говори прямо: хочешь ли за него выдти, или нѣшь?

— „Нѣшь!“

Тушъ маминька закричала; папинька
шопнулъ ногою; дядюшки и шешушки, вся
внучачная и правнучачная бесѣда зашу-
мѣла, какъ шуча шмелей; бѣдная Лиза
плакала, — плакала, и наконецъ обтерши
слезы бѣлымъ плашочкомъ, и бросивъ го-
ресный взоръ въ ту сторону, гдѣ жилъ
Эрастъ, сказала: да!

На другой день Лиза имѣла свиданіе
съ женихомъ своимъ; выслушала длинную
дессертацію о способѣ разводить съ удоб-
носшію рогатой скопь. На трешій, Г.
Славолюбской нарядился въ свой праз-
ничной кафтанъ; а вечеромъ называлъ уже
Лизу своей супругою. На четвертой, при
полномъ собраніи дядюшекъ и шешушекъ,
сказалъ своемуестою, что чувствуешь

311

всю честь, ему сдѣланную, и считаетъ себя обязаннымъ подумать о приведеніи въ порядокъ его дѣлѣ; по汤ѣ взявъ подъ руку плачущую Лизу, прошелъ сквозь длинной рядъ родственниковъ и сѣвши въ карету, отправился въ свою подмосковную.

Бѣдные родственники! и такъ всѣ лес-
стныя надежды ваши кончились однимъ
пусымъ объщаніемъ. — Долго не могли
они опомниться; всѣ стояли въ прежнемъ
положеніи. Наконецъ заговорили въ одно
время; зачали ругать Славолюбскаго.—
„Я предъувѣдомляла, что отъ этого осла
ни чего пушнаго не будетъ, кричала одна."
„Я предсказывалъ, что мы останемся въ
дуракахъ, ворчалъ другой.“ — „Для чего
прежде свадьбы не засшавить его выпол-
нить данное объщаніе, возклицала трешья."
— „За чѣмъ упустили его, пищала те-
шушка въ пятомъ колѣнѣ.“

Батюшка заперся въ свой кабинешъ,
машушко въ уборную, а жалкіе родствен-
ники съ наполненными горестію сердцами
и пустыми карманами, разъѣхались по до-
мамъ.

Между штѣмъ, не смотря на пысячи
проклятій, которыя стремились въ слѣдъ

312

за молодымъ супругомъ, путешествіе его
приходило къ благополучному окончанію,
же можно было различать вдали де-
ревню, которая гошова была сдѣлаться
шемницею несчастной Лизы. Она молчала,
поглядывала назадъ, и слезы невольнымъ
образомъ капали на прелестную грудь ея.
Она осшавляла позади себя друзей своихъ,
Эрасша, все. — Славолюбской смоч-
рѣлъ впередъ и улыбался; онъ радовался
скорому свиданію съ своими колмогорскими
быками и Голландскими коровами. Съ каж-
дымъ шагомъ впередъ, несчастная чув-
ствовала прибавленіе своей горести; сердце
ее разрывалось!

Будучи воспитана съ самого младен-
чества въ кругу родныхъ своихъ, при-
выкши къ городскимъ веселостямъ, она
видѣла передъ собою пустыню, въ кошо-
рой, можешь быть, должна была на вѣкъ
погребсти себя; жить въ деревнѣ, жить
въ ошдаленіи опѣ друзей, родныхъ сво-
ихъ; иметь каждую минуту передъ гла-
зами человѣка, котораго ненавидѣла болѣе
всего на свѣтѣ; который разрушилъ на
всегда всѣ прелестныя мечты ея. Ахъ!
такая жизнь казалась ей несноснѣе самой
смерти! — Предавшись глубокой задумчи-

313

вости, вспоминая счастливые дни прежней жизни своей, милаго Эраста — она позабыла на нѣсколько минушъ горестное свое положеніе.

— „Вотъ онъ! вошъ онъ!“ вскричалъ съ восхищеніемъ Славолюбской высунувшись до половины изъ окошка. — Лиза вздрогнула; заблужденіе ея изчезло, и вмѣсто пламеннаго Эраста, она увидѣла своего уродливаго супруга, которой въ сильныхъ конвульсіяхъ необычайной радосши, казалось, хотѣлъ выпрыгнуть изъ окошка, продолжая кричать изо всей силы: „Вотъ онъ! вошъ онъ!“ — Изумленная Лиза спросила съ нѣкошорымъ любопытствомъ: „Что такое?“ — „Скотный дворъ! Я вижу его отсюда. — Лиза, не смочря на печаль свою, улыбнулась.

— „Такъ, это онъ! продолжалъ Славолюбской: наконецъ я опять васъ увижу, любезные мои, увижу и долго уже, долго не разсahanусь съ вами!“ — Глубокой вздохъ вырвался изъ груди несчастной красавицы: она слышала приговоръ свой!

Супруги подъѣхали къ окопицѣ, и пронзительной колокольной звонъ раздался по воздуху. Кресшьяне стояли у воропъ; спарики, женщины, ребяшишки — каждой го-

314

рѣлъ нетерпѣніемъ увидѣть молодую барыню. Впереди сей многолюдной полпы стоялъ земской изъ симинарисповъ; съ важнымъ видомъ поглядывалъ онъ на шумное собраніе народа; подавая имъ знакъ рукою пребывать въ молчаніи, онъ гошо-вился произнести поздравительную рѣчь, надъ которою пошлъ нѣсколько ночей. Карета остановилась, и Славолюбской вышелъ вмѣстѣ съ унылою Лизою,

Орашоръ выступилъ два шага впередъ, смиренно поклонился, надулся, правая рука отдѣлилась, поднялась, и Лашинской шекстъ вылешѣлъ изъ краснорѣчивыхъ устъ его; за онымъ нослѣдовали полно-вѣсные периоды, въ которыхъ исщощено было все краснорѣчіе сего новѣйшаго Ци-церона: мешафоры лились рѣкою, голосъ его дѣлался часъ ошъ часу живѣе, жесты выразищельнѣе. Онъ уподоблялъ Лизу плодовитому древу, которое должно принесть сладчайшіе плоды, и кончилъ свое подравленіе пропѣвши хоромъ вмѣстѣ съ шремя дьячками многія лѣша молодымъ супругамъ. Славолюбской изъявивъ свое благоволеніе, сѣлъ снова въ карету и отправился далѣе.

315

Теперь да позволено мнѣ будетъ, прężде чѣмъ доѣдушъ молодые до барскаго двора, сдѣлать не большее опѣступленіе.— Каждой разъ употребляя въ семъ описаніи слово: карепа, чувѣствовалъ я сколь много погрѣшалъ противу исшины, давая сіе знаніе екипажу, въ коемъ ѣхали новобрачные, и каждой разъ долженъ былъ сожалѣть, что мода и обычай изгнали изъ языка нашего много такихъ словъ, кою-рныя въ нѣкоторыхъ случаяхъ бывающъ необходимы; на примѣрѣ, слово колымага могло бы дать совершенное понятіе одо-рожномъ екипажѣ Славолюбскаго; но кто не побоялся бы на моемъ мѣстѣ, упо-требляя оное, подвергнуться колкимъ на-смѣшкамъ модныхъ рецензентовъ, кою-рые назвали бы сіе коренное Русское слово низкимъ, площаднымъ, и присудилибъ въ какомъ нйбудь періодическомъ изданіи къ нолитической смерти и автора и его со-чиненіе.

По среди обширнаго двора, заросшаго полынью и репѣйникомъ, обнессеннаго вы-сокимъ заборомъ, возвышались на кирпич-номъ фундаментѣ деревянныя обишыя те-сомъ хоролы — наслѣдственное зданіе въ фамиліи Славолюбскихъ; свинцовая рука

316

времени привела въ ничтожество большую
часть тесницъ на кровлѣ сего дома: ис-
кусная рука Антипоча, прикащика Сла-
волюбскаго, замѣнила ихъ соломою. Ерц-
сланъ Лазарить и храброй Бова Королевить,
разшерзанные безъ всякаго милосердія,
были прилеплѣны къ окнамъ на мѣсто раз-
битыхъ стеколъ; съ зади къ дому при-
мыкалась густая дубовая роща; съ переди
противу воропъ стоялъ огромный скоп-
ный дворъ — средоточіе всѣхъ радосшей и
наслажденій Г-на Славолюбскаго.

На тяжкихъ вереяхъ ворота заскрыпѣли,
Бичь хлопнулъ, и —

новобрачные вышли изъ карешы. На
крыльцѣ, по среди кучи слугъ, стоялъ съ
шолстымъ брюхомъ и подобосшрастною
миною Г. управитель. — „Честь имѣемъ
поздравить!“ сказалъ онъ входящей на
крыльцо новобрачной чetѣ.— „Поздравить
честь имѣемъ!“ подхвастила хоромъ вся
дворовая сволочь.

— „Спасибо ребята, спасибо! — Что Ан-
типочь, каково на скошномъ дворѣ?“

— „Все, сударь, въ надлежащей исправ-
носши.“

— „Бѣлой калмогорской быкъ? Черная
Голландская корова?....“

317

—,„Вчерась, сударь, изволила отъелись.“

—,„Душинька, сказалъ Славолюбской оборошась къ своей женѣ, ступай въ свою комнату, а я забѣгу взглянушь на моихъ коровокѣ.“

Лиза, провожаемая кучею дворовыхъ дѣвокъ, кои осматривали поперемѣнно съ ногъ до головы то молодую барыню, то служанку ея Анюшу, прошла чрезъ нѣ- сколько комнатъ, на голыхъ спѣнахъ ко- шорыхъ видны были осаптки древнихъ обой. Вошедши въ свою спальню, выслала она всѣхъ, выключая Анюшы, и предалась на свободѣ своей горесши.

Ахъ! какая женщина, привыкшая изъ дѣшства къ блестящему обществу, не пришла бы въ отчаяніе будучи на ея мѣстѣ!

(Продолженіе впередь).

318

СТИХОТВОРЕНІЯ.

I.

ВТОРЫЙ ОТРЫВОКЪ
ИЗЪ РУССКОЙ ТРАГЕДИИ
МАКБЕТЪ.

Безбимяччныя пророгицы предрѣкли Мак-
бету корону. Хитрая жена убѣдила его вос-
пользоваться прибытіемъ Короля Дункана
въ ихъ замокъ Дунсинань. — Макбетъ го-
товѣ сѣдланься Царецбійцею. — Дункань
цснулъ, и глубокая ногъ царствѣтъ вѣ
замкѣ. — Одинъ служитель, несущій свѣ-
тильникъ; Фредегондино міщеніе и Макбе-
това совѣсть — не дремлють....

ДЪИСТВІЕ II-е, ЯВЛЕНІЕ 1-е.

Макбемъ, (служищелю).

Оставь меня, возьми святильникъ свой напрасной:
И безъ него луна здѣсь свѣтитъ слишкомъ ясно!
Служитель цноситъ свѣтильникъ.
Макбетъ сопротивъ ему въ слѣдѣ и
по нѣкоторомъ полганіи говоритъ:
Ушелъ.... Часы летапѣ.... Минута настанетъ,
Въ которую.... Почто трепещешь ты Макбемъ?

319

Ты — коего досель ни что не ужасало?

Не сердцаль твоего предчувствіе сказало,

Что прагъ священный сей, за коимъ Царь швой
спишь, —

Есть прагъ раскаянья, за коимъ казнь стошпь?

Что преступивъ его, — въ твоемъ стремленьи сыѣлый,
За человѣчества преступишь ты предѣлы?....

Молганіе.

Что вижу? — Чья рука кинжалъ мнѣ подаетъ?....

Возьму.... Но онъ изчезъ.... Что зрю? Онъ представляетъ!

О видъ обманчивый! души мечтанье ложно!

Иль осязать шебя Макбету не возможно?

Не тыль — пошь мстительный раскаянья кинжалъ,

Кого небесный гнѣвъ для казни мнѣ послалъ?....

Но нѣпъ; напрасной ты не можешь быть мечпою:

Въ пушеводищели мнѣ посланный судьбою, —

Блесшящимъ остріемъ ты указуешь путь, —

Иду шебѣ во слѣдѣ; предтечею мнѣ будь!

Онъ содрогается.

Какія капли вдругъ кровавы проспупающъ,

И свѣтлое твое желѣзо помрачающъ?....

Но изчезаешь ты, подобенъ снамъ ночнымъ,

И я остался вновь съ раскаяньемъ однимъ.

Молганіе, во время котораго вхо-
дитъ Фредегонда и примѣтаетіб за-
движеńни Макбета; онъ продолж-
жаетъ.

Теперь природа вся мертва на полселенной,

И сны ужасные, изчадья ночи темной —

Летая в кругъ одровъ, гдѣ царствуетъ покой,

Пугающъ смертныхъ родъ погибели мечтой.

Злодѣйство бодрствуешь одно, скрываясь мракомъ;

Убійство блѣдное съ оцѣпеньемъ зракомъ,

320

Какъ пѣнь усопшаго блуждаетъ въ страшной мглѣ;
Съ зміями на главѣ, съ безбожьемъ на челѣ,
Очарованіе, — раскрывъ свой взоръ полмертвый,
Приноситъ маршару ужаснѣйшія жертвы. —
Вотъ собесѣдники Макбета въ сей ночи.

За театролѣ слышна буря.

Луна! твой блескъ погасъ!... Иль скрыла ты лучи
Чтобъ въ ночь сію не быть сообщницей Макбета?...

Еąги: въ сей грозный часъ мнѣ мракъ нужнѣе свѣша...

Реви пустынный вѣтръ, скрыпите древеса:

Да не услышатъ здѣсь стенаній небеса!

Земля! не отзовись преступника шагами!

О камни звучные! молчите подъ спопами

Убійцы, коего страшиться будетъ свѣтъ! —

Но что? я здѣсь грожу; а онъ еще живешь!

Часы быва два.

Иду... часы влекутъ мою виновную руку.

Не внемли, о Дунканъ! часовъ сихъ страшныхъ звуку:

Сей звукъ зовешь тебя на небо или въ адъ.

Онъ вынимаетъ кинжалъ и идетъ.

Фредегонда торжествуетъ; но едва
доходитъ Макбетъ до дверей, ве-
дущихъ въ покой Дункана; какб
внезапный трепетъ объемлетъ его,
и онъ возвращаясь назадъ, прятетъ
свой кинжалъ.

Низвергнись! (Съ ужасомъ). Но какой объемлешь
сердце хладъ?...

Нѣтъ, нѣтъ, я трепещу злодѣйства споль ужасна!

Въ велигайшелѣ отгаяніе.

Кто въ мірѣ вразумитъ преступника несчастна?

О ты!... Ктобъ ни былъ — Богъ, иль ада мрачный сынъ,
Прорѣкшій царство мнѣ изъ устъ самихъ судьбинъ!

321

Въщай въ послѣдній разъ, прерви недоумѣнье...

Что дѣлать мнѣ?...

Фредегонда, (внезапно подходя къ нему).

Рази!

Макбетъ исторгаетъ кинжалъ свой
и какъ бы узнавъ въ немъ подобіе
видѣннаго въ мегтахъ, уходитъ сб
звѣрскилѣ тѣвствомѣ вѣ покои
Дункана.

П. К.

2.

СУДЪ ОЛЬВѣ.

(Басня).

Лисица сдѣлала объѣдь,

И позвала къ себѣ гостей откушать.

Какъ кумушки не слушать?

Явился Тигръ, и Слонъ, и Барсъ, Кобанъ, Медвѣдь,

И съ Волкомъ забіякой.

О прочихъ что и говорить?

Чужой объѣдь ужасно лакомъ.

Собрались — и Лиса потщилась угостить.

Она при кушаньи и бледѣ всякомъ

Бокалъ съ виномъ

Кругомъ

Носила —

И подъ конецъ гостей изрядно подопила.

Забылъ всю важность Слонъ,

322

И съ Обезьяною пѣшь пѣсни начинаешь?

А Тигръ зѣваетъ,

И съ скуки онъ

Бокалы осушаетъ;

И Барсъ усастъ

Сталъ о политикѣ съ Свиньею споришь

И словомъ, кто во что гораздъ!

Иные ужъ и вздорить,

А Волкъ хоть въ драку, такъ гопіовъ.

А разговоръ таковъ:

О Львѣ трактуютъ, судятъ.

(И межъ звѣрей,

Какъ межъ людей,

Лишь полькобъ случай былъ, страхъ любятъ

Пересуждать царей!)

И кумушка моя къ тому, къ сему подсадешь:

Кому польстимъ, кого погладимъ,

Кого расхвалитъ (лишь въ глазахъ).

Но нынѣ ль совѣсти, разсудка ждать въ судьяхъ?

Кто Льва безумцемъ величаетъ;

А кто всѣхъ увѣряешь,

Что сила Льва

Ничто иное, какъ молва.

Другой царемъ его и въ шутку не считаетъ;

И даже и Оселъ

Ошибокъ тьму въ царѣ нашелъ,

Которыхъ за собой ужъ вѣрно онъ не знаетъ.

Иу чшожъ, ты кумушка! тушь Тигръ прервалъ;

Одна не говоришь? а я бы ожидалъ,

Чтобъ ты намъ многое и многое сказала.

И — башюшка! Лиса поступаясь ошвѣчала:

328

Ужъ миѣль досталося разсказывать что вамъ?

О Львѣ хошь я слыхала,

Да и видала, —.

Но можно ли судить о немъ простымъ звѣрямъ?

О Львѣ судишь лишь можно Львамъ.

К. Соболевъ.

3.

ЭПИГРАММЫ.

Оставая кредиторовъ полкъ,
Дамонъ скончался въ прошломъ годъ.
Одинъ онъ шолько ощдалъ долгъ,
И то послѣдній долгъ — природъ.

И...

Минута омчаянія

Элиза не вѣрна! — Собою не владѣю:
Пойду повѣситься... къ Эмиліи на шею!

16. XI.

Соверный Наблюдатель къ No 10.

324

## III. ТЕАТРЪ.

### ЕЖЕНЕДЪЛЬНЫЙ РЕПЕРТУАРЪ.

Воскресенье 26 Августа. — Школа злословія, комедія въ 5 дѣйствіяхъ, переведенная съ Англинскаго Г-мъ Муравьевымъ, — и Мѣльники, балетъ въ 1 дѣйствіи.

Публикѣ давно уже извѣстна прекрасная комедія Школа злословія. Главный недоспатокъ сей піесы есть нарушеніе театральныхъ правилъ, кошорыя, по мнѣнію нѣкоторыхъ совершенно необходимы для хорошей комедіи. Мы не смѣемъ утверждать прошивнаго, но скажемъ шолько, что гораздо пріятнѣе видѣть не правильную комедію, которая, подобно Школѣ злословія, зашавляешь насъ смѣяться, чѣмъ многія Французскія комедіи, въ коихъ сочинили наблюдая всѣ правила Аристотеля, забываютъ шолько о томъ, что комедія должна быть не шолько нравильна, но и забавна.

Понедѣльникъ 27-го. — Для бенефиса Г-на Жебелева въ первый разъ: Сила клятвы, или Честная пресшупница, драма въ 5 дѣйствіяхъ, переведенная съ Нѣмецкаго, — и Домовой и Гидравликъ, комедія въ 3 дѣйствіяхъ, переведенная съ Нѣмецкаго Г-мъ Лангинымъ.

Мы не хошимъ ушомлять читашелей подробнымъ разборомъ Честной прес

325

ступницы; одно воспоминаніе о сей ужас-
ной драмѣ приводишь насъ въ трепешъ.
Намъ удавалось видѣть много скучныхъ и
вздорныхъ драмъ, но они ничто передъ
Чесшной преступницей. Надобно при-
знаться, въ семъ отношеніи она прѣвос-
ходишь не шолько Маргаришу Анжуйскую,
но даже и знаменитаго Колоса Родосскаго.

Комсдія Домовой и Гидравликъ,
плохой фарсъ. Онъ сдѣланъ изъ одной из-
вѣстной сказки, кооторю любопытные
могушь найти, естьли хопятъ, въ Кур-
гановѣ Письмовникъ.

Вторникъ 28-го. — Юсифъ прекрас-
ный, опера въ 3 дѣйствіяхъ, музыка соч.
Г-на Мегюля.

Кажешься, не нужно говоришь о сей
оперѣ. Кто не знаетъ прекрасную музыку
дной, одно изъ лучшихъ произведеній Ме-
гюля. Она была разыграна не дурно. Пуб-
лика слушала съ удовольствіемъ Юсифа:
въ 1 дѣйствіи онъ пропѣлъ прекрасно ро-
мансь:

Съ младенчествомъ лишь разставаясь,
Я въ лѣтѣ юношей вступалъ....

Тріо втораго дѣйствія, пѣтое Іако-
вомъ, Веніаминомъ и Юсифомъ, было
также принято со всеобщимъ рукоплеска-
ніемъ. Не льзя было играть лучше Семі-
она; къ сожалѣнію, онъ не поспѣ почти
ни чего въ продолженіи всей оперы. Зри-
шели были также очень довольны игрою
и пѣніемъ одного изъ лучшихъ оперныхъ
актеровъ нашихъ, игравшаго ролю Іакова.

Середа 29-го. — Оптоджновеніе.

326

Четвергъ зо-го.— Влюбленный Шек-
спиръ, комедія въ ідѣйствіи, — и въ пер-
вый разъ Карлосъ и Розальба, комиче-
скій балетъ въ 3 дѣйствіяхъ, соч. Г-на
Дидло; музыка Г-на Кавоса.

Прекрасныя декораціі, прекрасные
панцы, веселый сюжетъ и хорошая му-
зыка, — вотъ достоинства балета Кар-
лосъ и Розальба. Послѣ этого не трудно
отгадать, какой успѣхъ имѣло сіе новое
произведеніе Г-на Дидло. Сюжетъ балета
взялѣ изъ извѣстной оперы Одна ша-
лосѣ; разумѣется съ нѣкоторыми пере-
мѣнами. На примѣръ: Донъ Карлосъ по-
является въ видѣ Отомата; его заводятъ:
онъ играетъ на скрыпкѣ; панцуетъ съ
своей любовницей передъ глазами ея опе-
куна, кошорый смотрилѣ съ удивленіемъ
на куклу, дѣлающую правильные антраша
и пирцеты, и никакъ не узнаетъ въ ней
своего соперника. Такая недогадливость
показалась бы въ оперѣ не много стран-
ною; но въ балетѣ, а особливо комiqueкомъ,
все извинительно.

Пятница 31-го.— Графъ Вальшронъ,
драма въ 5 дѣйствіяхъ, переведенная съ
Нѣмецкаго, — и Три браша горбуны,
опера въ 1 дѣйствіи; переведенная съ
Французскаго; музыка Г-на Кавоса.

Графъ Вальшронъ,—очень скучная и
длинная драма, она имѣла нѣкогда большой
успѣхъ на нашемъ шеатрѣ, и къ сожалѣ-
нію, мы знаемъ многихъ, кошорые до сихъ
поръ еще увѣрены, что сія піеса пре-
красна.

327

Три браша горбуны веселинькая
опера. Сюжетъ ея взятъ изъ тысячи одной
ночи. Онъ очень забавенъ. Музыка имѣется въ
себѣ много хорошего. Намъ особенно
понравилась арія, пѣшая Зеліею, и увер-
шюра, которая, по мнѣнію нашему, пре-
красна отъ начала до конца.

М. 3.

IV. ПОЛИТИЧЕСКІЯ ЗАПИСКИ.

Германія.

По письмамъ съ береговъ Майна, отъ 8 Авгу-
ста, Австрійской Комисаръ, находящійся на острѣе
Св. Елены, доставилъ въ Вѣну нѣсколько рѣдкихъ
животныхъ и собраніе растѣній сего острова. — Раз-
ныя Виртембергскія селенія, въ числѣ 52, прислали
хъ Королю шеснадцать депутатовъ, большею ча-
стію земледѣльцовъ, подъ началѣствомъ Оберъ-Фирш-
мейстера Фабера. Депутаты сіи благосклонно при-
няты И. В. — Въ представленномъ ими здřесть за-
мѣчательно сіе мѣсто: „мы не умѣемъ говорить язы-
комъ правовѣдцевъ, и не знакомы съ искусствомъ
опличаться словами; мы знаемъ только защищать
Короля и овечество. Между тѣмъ мы понимаемъ
языкъ В. В., Гооударя храбраго и великодушнаго. За-
щитники Германской свободы не намѣренъ управ-
лять невольниками. Содѣлать подданныхъ своихъ
свободными, не искать другой славы, кромѣ той,
чтобы быть Государемъ таковыхъ подданныхъ.
Вотъ чершы, отличающія конституцію, предложен-
ную В. В. Мы надѣемся, что она будучи утверждена
на патріочическихъ чувствахъ народа, лучше охра-

328

нимъ дѣтей нашихъ отъ произвольныхъ пере-
мѣнъ, коимъ мы подвергались при прежнихъ корен-
ныхъ нашихъ законахъ. — Въ Вѣнской придвор-
ной газетѣ сказано, что Императоръ положилъ не
прежде вывести изъ Неаполитанскаго Королевства
войска свои, какъ по полученіи отъ Короля обѣихъ
Сицилий увѣреніе, что ихъ присутствіе не нужно
болѣе для общественнаго спокойствія. — Съ нѣко-
тораго времени въ Ріо-Янейро дѣлають опышы раз-
водить чайное деревцо. Сею разработою занимается
нѣсколько Китайцевъ. — По извѣстіямъ изъ Мин-
хена, Баварская армія будетъ уменьшена въ поло-
вину. Свободные по сему случаю Офицеры будушъ
опредѣлены къ гражданскимъ должностямъ. Прави-
тельство для облегченія государства и для поддер-
жанія кредита намѣрено такъ же уменьшить число
гражданскихъ чиновниковъ.

## Англіл.

Въ Американскихъ листкахъ, отъ 12 Юля, воз-
вѣщено о прибытии въ Нассо корабля, привезшаго
ажную новость, что Бонопаріпе, по призаню Ве-
ликобританскаго Правительшва, перевез, чѣ съ осіп-
рова Св. Елены на островъ Мальшу. По; обные не-
лѣпые слухи часто были распространяемы въ Аме-
рикѣ. — Портреты И. В. Императоръ Всероссійскаго
и Короля Прускаго, подаренные ихъ Величествами
Оксфордскому Университету, поставлены въ залѣ
сего училища. Къ нимъ въ скоромъ времени присо-
единенъ будетъ портретъ Принца Регента. — Мно-
гіе Англинскіе Офицеры, принужденные довольство-
вающіся половиннымъ жалованьемъ, обращились къ
военному Министру съ просьбою о дозволеніи ясту-
пить въ службу Инсургентовъ полуденной Америки.
Имъ оставшисьовано, что могутъ отправиться
въ Западную Индію; но что Е. К. В. какъ главный
начальникъ, не имѣть ни какихъ сношеній съ по-
луденною Америкою. — Венезуельскіе Инсургенты
прислали въ Лондонъ Агента, съ просьбою о сохра-

329

женіи неутралишта во все продолженіе войны ихъ, предлага за сіе совершенную у себя съободу тормовли. Англискіе журналы замѣчають, что правительство можетъ поступать шакимъ же образомъ съ сею республикою, какъ съ Буеносъ-Аиромъ, гдѣ оно имѣетъ Консула и содержитъ неутральную оскадру, для охраненія тормовли.

## Испанія.

Отъ 19 Августа. Испанскимъ правительствомъ запрещено всякое сношеніе съ Гибралтаромъ; причиною сего опасеніе, дабы язва, свирѣствующая въ Африкѣ, не была занесена въ Испанію. — Не въ первый разъ Монахи возстаюшъ противъ новой системы подашелей. Въ Валладолидѣ одинъ Монахъ проповѣдывалъ противу недавно положеннаго Королемъ сбора; онъ осмѣлился опкрыло сказать, что буллы, полученные правительствомъ къ исполненію, подложныя. Недавно шакъ же другой въ Мадритѣ Монахъ за подобную дерзость сосланъ въ ссылку.

## Италія.

По письмамъ изъ Рима, 29 Юля, Папа имѣлъ шайное запѣданіе, въ коемъ полагають Е. С. названы три Французскихъ Кардиналовъ, т. е. Архиепископъ Реймскій, корольнынѣ, говорятъ, будетъ Архиепископомъ Парижскимъ, Епископъ д'Алексій и Лангрскій. — Конкордатъ, заключенный Папою съ Королемъ Французскимъ 11-го июня, объявленъ. Статьями онаго уничтоженъ конкордатъ, состоявшійся 1801 года, Юля 15 и возобновленъ бывшій между Папою Львомъ Х и Францискомъ 1-мь. Церкви, упраздненные во Франціи буллою 29 Ноября 1801 года будутъ возстановляемы въ томъ числѣ, въ коемъ договаривающіяся спороны признаютъ за мужное. — Но Архиепископства и Епископства, учрежденыя въ силу означенной буллы, останутся со

330

всѣми ихъ преимуществами. Пасторамъ имѣющіе
быть назначены достаточные къ содержанію ихъ
доходы. Французскій Король приметъ мѣры къ ско-
рѣшшему прекращенію безпорядковъ и несогласій,
противныхъ вѣрѣ и благу церкви, и пр.

*

— По извѣстіямъ изъ Еагіи, начальникъ Пернам-
букскихъ Инсургентовъ, Мартинецъ повѣшенъ 18
Люля. Семдесять соучастниковъ его подвергнулся
той же участи.

— Въ Персидскомъ заливѣ умножилось число мор-
скихъ разбойниковъ. — Они большой наносяші вредъ
Индѣйской порговлѣ. — Въ Тагиранѣ ожидающъ Рос-
сійскаго посольства.

IV. С М Ё С Ё.

I.

ПИСЬМО КЪ ИЗДАТЕЛЯМЪ.

Милосивые Государи!

Въ 7-й книжкѣ вашего Журнала я про-
челъ съ удовольствіемъ письмо изъ Каси-
мова; въ немъ порицающъ шѣхъ, кои вмѣ-
сто кришикъ пишутъ ругательства и
личности. Въ 35 номерѣ одного Журнала,
почленнаго по прекрасному своему назва-
нію, напечатано письмо пакже изъ Каси-
мова, въ кошоромъ нападающъ на безгра-
мошныхъ писателей, — и то и другое очень
хорошо. Пріятно видѣть единодушіе, съ

331

которымъ издашели нашихъ Журналовъ вооружаются противъ сей общественной язвы. — Да и кому же какъ не потенially Журналу нападашь на полуграмотныхъ нашихъ писателей. — Невѣжество, коры- „столюбіе и дерзость должны всегда нахо- „дить непреоборимаго врага въ Журналѣ, „которой произхожденіемъ своимъ обязань „пламенному желанію изобличашь злобу, „коварство и буйшко!“ восклицаетъ съ воспоргомъ одинъ извѣстный пушешест- венникъ. (*) Вы также, Милорстивые Госу- дари! взяли на себя обязанность изобли- часть злобу и коварство; но только не по- луграмотныхъ писателей, а презришель- ныхъ. Зоиловъ, — которые назвавши ка- кого нибудь сочинителя самозванцемъ, или безграмотнымъ, наполнивъ нѣсколько страницъ грубою бранью, думають, что доказали логически невѣжество своего про- шивника. — Будьше всегда непримиримыми врагами сихъ жалкихъ Ариспарховъ; сры- вайте съ нихъ по чаще личину — и вы за- служите благодарность всѣхъ здравомы- слящихъ людей. — Безъимянные Зоилы го- раздо вреднѣе худыхъ писателей: они стираются дѣлать зло, а плохіе рифмачи и прозаисты переводятъ только бумагу, что по словамъ одного глубокомыслен- наго политика не только позволитель- но, но даже очень выгодно для бумажныхъ фабрикъ и типографій. — „При томъ же,

(*) Смопр. 29 No C. O. стр. 88.

332

замѣчаетъ весьма остроумно-сей знамени-
ший писатель, — „съ уменьшеніемъ худыхъ
„книгъ, возвысился неминуемо и цѣна на
„обершочную печатную бумагу.“ (*) А вы
знаете, Милоспивые Государи, что она
отмѣнно нужна даже и для тѣхъ, кои по-
лучающъ Журналъ, обязанный произхожде-
ніемъ своего пламенному жванію изобли-
гать бүйство, злобъ и коварство.

Арзамасъ.

3. 300.

(Отвѣтъ полѣцѣнъ будетъ въ слѣдующей книжкѣ).

Въ 35 номерѣ Сына Ощечества помѣ-
щенъ прекрасной разборъ комедіи Распо-
читель. Онъ написанъ тѣмъ же самымъ
Ювеналомъ Прямосудовымъ, кооторый
въ рецензіи своей на комедію Провинці-
альъ въ Столицѣ увѣдомляетъ публику,
тто скинулъ и надѣлъ свои пергатки; тто
пришелъ къ себѣ на квартиру и выкурилъ
трубку табаку; тто легб спать и заснулъ.
Всякому любопытно знать такія подроб-
носши; а особливо о почленномъ Юве-
налѣ Прямосудовѣ. Это удѣлъ всѣхъ ве-
ликихъ людей: описаніе самыхъ обыкно-
венныхъ дѣяній ихъ, имѣшь какую-то

(*) Ibid.

333

неизъяснимую прелесть для чишателей. — Мы не могли безъ душевнаго восторга про- честь новой рецензіи сего великаго мужа. Сколько острошы въ его насмѣшкахъ! Какая замысловатость въ рѣзкихъ замѣ- чаніяхъ! Какой плѣнительный слогъ! Но ни- что не можешь сравниться съ запѣливой шушочкой, которую употребляетъ Г. Ювен- налъ, чѣпъ зашавишь молчашь друга сво- его Ловисловскаго, имѣющаго удиви- тельную способность помнить все дурное. Вошъ она слово отъ слова:

„Довольно, довольно! сказалъ я Лави- „словскому, ты эдакъ раззоришь меня въ- „совыми, придется за каждой такой стихѣ „платить на погрѣ по лишнему грошу.“

Не беспокойтесь, Г. Ювеналъ, не всѣ гроши будушъ ваши; одинъ вы можешь считашь за нами: шушочка ваша сдошь эшого. — Мы не спанемъ говоришь о всей рецензіи; надобно изписать цѣлую десть бумаги, чѣпъ замѣшить и восхвалишь до- стойно всѣ прекрасныя мѣста, коими она наполнена; мы скажемъ только слова два о выписанныхъ очень кспаши спихахъ изъ ошрывка шрагедіи Макбешъ, помѣщен- наго въ 6-й книжкѣ нашего Журнала. Г. Ювеналъ говоря своему другу о переводѣ Расшочишеля, предупреждаешьъ, что онъ не найдешьъ въ немъ нитего и такого, тѣо походило бы хотя на слѣдующее: шушъ выписываетъ, онъ нѣсколько спиховъ изъ Макбеша. На примѣръ:

334

И мира стсбль зеленый

Едва возникшій — палъ — огнемъ войны позженный. —
Созвавъ воителей усталыхъ отъ побѣдъ, —

И такъ далѣе. — Намъ кажешься, однакожъ, что гораздо бы лучше было привести въ примѣръ нѣсколько стиховъ изъ какой нибудь сказки, чѣмъ изъ шрагедіи; слогъ, коимъ пишутся сказки и басни гораздо ближе подходитъ къ комическому. Осмѣлимся сказать откровенно наше мнѣніе: естьли бы мы были на мѣстѣ Г. Ювенала, то написали бы вотъ какимъ образомъ:

„Предупреждаю шебя, любезный другъ,  
„шы не найдешь въ семъ переводѣ ничего,  
„что походило бы хотя на слѣдующіе  
„спихи:

....И гдѣжь? у полыньи каналья очутился....

....Въ сердцахъ кричите ему: бездѣльникъ, шельма,
плушь.

....Къ присягъ б'ес'пію притянемъ.

...Носъ длинной, съ малинькой на кончикѣ прибавкой,
Багряной съ вишню бородавкой.

Кривыя на манеръ клыковъ слоновыхъ зубы. (*)

И такъ далѣе. Написавши такимъ образомъ, мы предупредили бы нашего пришеля, что онъ не найдешь въ переводѣ ни одного комическаго спиха, ни одного зашѣйливаго описанія. Г. Ювеналъ приводя спихи изъ Макбеша, хочешь дока-

(*) Смотри новыя басни и сказки Г. Измайлова.

335

зашь, что комическіе стихи ни мало не
походятъ на трагическіе; а такая нео-
споримая испина не молько другу ве-
ликаго Ювенала, но и самому просшому че-
ловѣку должна быть извѣстна.

Но что мы дѣлаемъ? — Мы осмѣлива-
емся критиковать Г. Прямосудова. Какая
неосторожность! Ну естъли мы вооружимъ
противъ себя сего грознаго Арстарха;
естьли онъ прочитавъ сіи замѣченія, пой-
дешь къ себѣ на квартиру, выкуришь трубку
табаку, ляжешь спать, заснеть; пробудясь
на другой день напишешь шо, что видѣлъ
во снѣ и грянешь въ насъ какимъ нибудь
письмомъ въ Украйну. Боже сохрани! одна
мысль о семъ приводишь насъ въ ужасъ,
и для шого, мы кончимъ скорѣе наши за-
мѣчанія и замолчимъ.

336

2.

РОМАНИЧЕСКИЙ ДОКТОРЬ
ИЛИ
КТО КОГО САНТИМЕНТАЛЬНЫЕ?

Къ Г-жѣ Юліи **, извѣстной писательницѣ
Французскихъ романовъ, Ёздилъ молодой, тчв-
ствительный Докторъ. Ошь полудня до полу-
ночи, ошь полуночи до полудня, былъ онъ бес
къ услугѣ Г-жи Юліи **; однимъ словомъ,
онъ былъ нѣчшо болѣе, нежели Докторъ,— другъ
дома Г-жи писательницы... Препохвальное
свойство въ домовомъ Эскулапѣ, а особливо...
въ молодомѣ: большая часть нашихъ молодыхъ
Докторовъ шакъ разсѣянна! — Передъ выѣздомъ
изъ Парижа, Г-жѣ Юліѣ ** захошѣлось — рас-
плашишься съ любезнымъ своимъ Медикомъ.
Ему слѣдовало получить съ нее за два года
исправнѣйшихъ визитовъ.... „Неоцѣненный мой
Докторъ, сказала ему писательница — почти
со слезами: вы слишкомъ много для меня сдѣ-
лали; я вамъ обязана болѣе, нежели здоровь-
емъ — жизнію дѣшей моихъ!... Обыкновенная
плаша была бы ниже ващихъ одолженій, вашего
добрайо, сострадательнаго сердца. Видите ли
вы эшу крошечную чернильницу? — Она дере-
вянная; но изъ ней вылился мой послѣдній ро-
манъ.... Примише ее въ памяшь моей къ вамъ —
признательноши."
— „Слишкомъ много, ошь-­
чаль ей тронушный Докторъ: слишкомъ много,—
съ меня довольно.... и пера!" — Авторъ анекдота
ручаешся за его справедливосшь. — К**

337

3.

ТЕАТРАЛЬНЫЙ | АНЕКДОТЬ!

При звукѣ партерныхъ свисшковъ опуска-
лась занавѣсъ одного Парижскаго шеашра....
Есшьли я не ошибаюсь, шо это было въ день
перваго предшавленія довольно скучной, хотя
и комической оперы Женской урокъ (*). —
„Не постигаю, говорилъ одинъ раз而成енный
господчикъ, какъ могла дирекція шеашра Фейдо
принять такую глупую піесу! Ни одного ха-
рактернаго лица, ни одного шеапральнаго по-
ложенія, ни одной комической мысли....“ — „А
я, опвѣчалъ ему одинъ важный сосѣдъ, не по-
стигаю, какъ могъ авторъ такого пріятнаго
произведенія выбрашь въ свои сотрудники та-
кого глупаго музыканта!“ — „Потише, сударь,
музыканшъ мнѣ пріятель и я не пошерплю....“ —
„Есшьли вы не довольны, мы можемъ объяс-
нишься.... завтра поушру.“ — „Хонь сей чась,
сударь, естьли вамъ угодно.“ — Покуда два
героя всшавали, между ими показывается рас-
пудренная голова. „Я помирю васъ, сказалъ ея
неизвѣстный хозяинъ, — и слова и музыка ни
куды не годялись.“ — Не успѣлъ онъ произ-
несть своего рѣшительнаго приговора, какъ
защитники словъ и музыки берушъ его за рас-
пудренные виски. Тысячи ударовъ гошовы
упасть на дерзкаго Арисшарха; но по счасшію
онъ успѣлъ увернуться — и въ рукахъ ралпо-
борцевъ остается одинъ.... парикъ!

Какъ же послѣ этого не сказать, что изо-
брѣшашель париковѣ принадлежитъ къ благо-

(*) *Leçon d'une femme.*

["338", "дѣпелямъ человѣчества? Парикѣ спасъ нейз-\nвѣстнаго отъ ударовъ; парикѣ разсмѣшилъ\nдвухъ поединиковъ, обезоружилъ ихъ и мо-\nжешь быть избѣвилъ одного изъ нихъ: отъ\nсмерши!", "Въ извѣстной оперѣ Рихардъ львиное\nсердце говоряшъ о двухъ человѣкахъ, уби-\nщыхъ за.... кролика! Въ наше время два чело-\nвѣка гошовіі были рѣзашься и бить трешьяго\nменьше, нежели за кролика, — за освистанную\nоперу!", "К**", "4.", "КОРОЛЕВСКОЕ РѣШЕНІЕ.", "Сказывающіе, будто бы Король Прусскій\nФридрихъ второй имѣлъ съ Г.жею фонѣ Сп**\nслѣдующій разговоръ:", "Г-жа фонъ Сп**. — Мужъ мой очень дурно\nсо мной поступаешь.", "Король. — Мне до этого дѣла нѣшь.", "Г-жа фонъ Сп**. — Онъ очень дурно гово-\nришь объ Вашемъ Величествѣ.", "Король. — Вамъ до этого дѣла нѣшь.", "К**", "éèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèèccèècc

СЪВЕРНЫЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ:

№ ІІ.

1817.

I. НРАВЫ.

НЕ РОВНЫЙ ВРАКЪ.

(Отрывок из одного Русскаго романа).

(Продолженіе):

ГЛАВА II:

— „Послушай, Антипочь! я намѣренѣ
съ мобою посовѣшоваться, сказалъ Славо-
любской спустя три дни послѣ своего
приѣзда: завтрешній день хочу я дать
свадебной объдъ; надобно позвать госпей
и ближнихъ моихъ сосѣдей.“

— „Слушаю, сударь.“

— „Какъ бы, Антипочь, придумать намъ
подешевлѣ ошираздновать; всѣ эти празд-
ники стоютъ дорого, а проку-по отъ нихъ
не много.“

— „Конечно, сударь.“

340

— „Однакожъ, намъ не надобно себя и лицомъ еъ грязь ударить.“

— „Совершенно правда, сударь!“

— „Во первыхъ, желалъ бы я улиминовать хорошенько домъ; да плошки-то нынче не пушемъ стали дороги, того и гляди, чшо рублей пять на эту дрянь выдешъ.“

— „Позвольте, сударь, я думаю, чшо безъ плошекъ обойтишься можно: я ошдамъ приказъ крестьянамъ, чшобъ они снесли на барской дворъ всѣ старые лагуны; какъ мы ихъ запалимъ, то чшо твои плошки! Любо дорого посмотрѣть будешь!“

— „И то дѣло! — Ай да Аншипочь! ну право шы старикъ умной! — Намъ надобно также досташь какую нибудь мызыку. Какъ шы думаешь, Аншипочь?

— „Въ городѣ, сударь, есть два скрыпача, да гуслистъ; дать имъ копѣекъ пятдесятъ, да по рюмкѣ водки, такъ они васъ цѣлые сушки тѣшить будутъ.“

— „И это хорошо. Теперь надо подумать объ объдѣ: дичи-то настрѣлено у насъ довольно; да этого все мало будетъ. Ну, инъ такъ и быть! Пускай же себѣ не говорятъ, чшо Славолюбской угощать не умѣшъ. Черной-то быкъ лѣшъ двашцаши,

341

онъ чшо-шо больно сталъ плохъ: ни пьешъ,
ни ёспъ, шово и гляди, чшо здохнешъ.
Антипочь, зарѣжемъ его!

— „Зарѣжемъте, сударь!“

— „Вели разлить по бушылкамъ полведра
прошлогоднишней наливки, да вынуть изъ
погреба двѣ бутылки Французскаго пить
здоровье; а о десершѣ и говоришь нѣчего:
моченыхъ яблоковъ хошь не ёшь.“

— „Да и сущеныхъ грушъ у насъ довольно.“

— „Хорошо, это все пойдетъ въ дѣло.
Теперь гдѣ бы намъ разположить обѣден-
ный столъ: въ залѣ у насъ вчерась обва-
лился потолокъ; поправишь къ заврему
не успѣшъ, а другія комнаты больно
тѣсны.

— „Не прикажете ли, сударь, опросташь
карешной сарай?“

— „Нѣшъ, я придумалъ лучше: вели сдѣ-
лашь на скорую руку лубошную галлерею;
внутри можно ее украсить зеленью и цвѣ-
тами, а полъ усыпать пескомъ.“

— „Очень хорошо, сударь! Сей часъ же
пошлю накосить воза два травы! — Из-
вольте положишься на меня, все будешь
сдѣлано.“

— „Теперь ступай Антипочь, да мимо-
ходомъ скажи старостѣ, чшобъ онъ отпу-

342

стилъ полгарнца пшенишной муки дворо-
вымъ людямъ: они должны завтре напуд-
ришься.“

Что дѣлала бѣдная Лиза въ то время,
когда супругъ ея приготовлялся съ такою
пышностію поржествовать свою свадьбу?
Она сидѣла въ своей комнатѣ, говорила
съ Анютою объ Эрастѣ, плакала, гу-
ляла по рощѣ и перебирала листы въ од-
номъ томѣ економическаго журнала, ко-
торой нашла у себя на окошкѣ.

— „Ну, душинька! сказалъ Славолюб-
ской входя къ ней въ комнату, будь по-
веселѣ: завтре у насъ будушъ гости; ты
познакомишься съ Городничихой, — препо-
чшенная дама! Во всемъ околодкѣ она одна
можешь похвастаться такими коровами,
какія у меня. — Да кēшать, ты еще не
была у меня на скошномъ дворѣ? Право,
милая, есть что посмотрѣть!“

— „Вѣрю, сударь; но я еще прежде нашей
свадьбы говорила вамъ, что не охотница
до этого.“

— „Полюбишь, милая, полюбишь, — какъ
поживемъ здѣсь годковъ десять...“

— „Ахъ, сударь! не уже ли мы всегда бу-
демъ здѣсь жить?“

343

— „Я иногда буду по дѣламъ ѣздить въ Москву, а ты, душинька, спанешь оспа-
вашься дома и хозяйничашь; випь надобно же шебѣ приучашься.“

О Лиза, Лиза, для чего ты сказала
да? Для чего не перенесла равнодушно
упреки своихъ дядюшекъ и шетушекъ?
Для чего пожертвовала ты собою? Такъ
думала бѣдная Славолюбская ославшись
одна, и — о вы строгіе моралисты, непре-
клонные къ слабостямъ другихъ, снисхо-
дительные къ собственнымъ вашимъ по-
рокамъ, осмѣльшесь осудить ее!

Весь день былъ употребленъ на при-
готовленіе къ торжеству: умирающій быкъ
кончилъ жизнь свою ошь руки жестокаго
повара; скрыпачи и гуслистъ настроивали
въ заной свои инструменты; лагуны
разставлены по мѣстамъ, и прежде, чѣмъ
солнце скрылось за густую дубовую рощу,
лубошное зданіе было окончано. — Анти-
почь превосходилъ самого себя! Ни что
не укрывалось ошь прозорливыхъ его взо-
ровъ: мимоходомъ замѣшилъ онъ въ одномъ
углу двора старую заржавленную чугун-
ную пушку, которая около двадцати лѣтъ
лежала на одномъ мѣстѣ, и была нѣкогда
въ большемъ употребленіи у бабушки Г-на

344

Славолюбскаго, великой охотницы до пальбы. Чипашели, я думаю, замѣтили уже, что Антипочь былъ одаренъ отъ природы изобрѣшательнымъ и скорымъ на выдумки воображеніемъ. Чугунная пушка возродила въ немъ желаніе удивить пріятною нечаянностію своего барина; за желаніемъ слѣдовало исполненіе, — и грозное орудіе лежало уже позади лубошнаго зданія на двухъ чурбанахъ, кои наилучшимъ образомъ замѣняли недостатокъ лафеша; большая куча тросника, оставшагося отъ кровли, скрывала ее отъ любопышныхъ взоровъ.

— „Кумъ, сказалъ Антипочь краснорѣчивому Земскому, я думаю шы не оставишь въ завшрешній высокопоржественный день произнести приличное слово.“

— „Всеконечно любезный куманскъ!“

— „Естьль шакъ, то прошу шебя заключить оное многолѣшіемъ, пошому что вмѣстѣ съ онымъ намѣренъ я произвести пушечную пальбу.“

— „Изрядно, куманскъ! Но нижайше прошу взять въ разсужденіе, что оной пальбѣ слѣдуешьъ произойти не укоснишельно при концѣ моей рацеи, дабы не прервашь меня по среди одного изъ периодовъ.“

345

— „Не безпокойся, все будетъ сдѣлано какъ слѣдуепъ.“

Вмѣстѣ съ наступленіемъ ночи кончились всѣ приготовленія. Славолюбской, ложась спашь, восхищался, воображая сколько шуму надѣлашь въ околодѣ роскошный пиръ имъ приготовленной; болѣе всего нравилась ему безубытная выдумка освѣщенія. — Ахъ! естѣ либъ онъ предчувствовалъ всѣ бѣдствія, которыя произойдутъ отъ проклятыхъ лагуновъ! Естѣ либъ зналъ, какихъ золъ будетъ причиною сія пагубная иллюминація!

Солнце едва еще стало показываться на горизонѣ, какъ Антипочь явился съ кучею крестьянокъ, обремененныхъ цвѣшами и различною зеленью: онъ приспупилъ немедлѣнно къ украшенію внутреннOSTI вновь сооруженнаго зданія. Красноглаголивый Земской изливалъ уже въ послѣднемъ периодѣ своей поздравительной рѣчи все краснорѣчіе, почерпнутое имъ въ семинаріи; крестьяне торопились на работу, чтобъ успѣть возвратиться заранѣе домой и поглядѣть на ужасное изтребление лагуновъ своихъ; Славолюбской примѣривалъ свой праздничный кафтанъ въ шо время, когда люди его посыпали головы

346

свои пішенишной мукою. Горе имъ! естьльбъ господинъ ихъ могъ читашь въ книгѣ сутѣеъ; естьльбъ какая нибудь Сибилла предрѣкла ему слѣдствія злополучнаго праздника: онъ велѣлъ бы тогда вмѣсто муки пепломъ посыпашь имъ главы свои.

Не знаю, тайное ли какое предчувствіе
или что нибудь другое было тому причи-
ною, что Лиза, которая не смотря на
предувѣдомленіе своего супруга, не намѣ-
рена была для гостей наряжаться, прика-
зала по ушру Анюшѣ вынушь лучшее свое
пластье, и просидѣла за туалетомъ гораздо
долѣе обыкновеннаго.

Анюта прикалывала послѣдній цвѣтокъ
къ головному убору своей барыни, какъ Г.
Славолюбской взошелъ въ ея комнату. —
„Душинька, сказалъ онъ, одѣвайся провор-
нѣе, госши уже сѣхались и Г-жа Городни-
чиха съ нешерпѣніемъ тебя ожидешь.“
Лиза взглянула въ окошко; ободранные
коляски, плачевные рыдваны, безконечныя
линеи и коротенькія линѣчки, перемѣшан-
ная различнымъ образомъ, стояли въ прі-
ятномъ безпорядкѣ посреди двора; подобно
Колоссу возвышался между оныхъ огром-

347

ный фаемонъ почтенной Городничихи,
предмешъ зависши и удивленія всѣхъ ея зна-
комыхъ. — Лиза оканчила свой шуалешъ, и
вошла вмѣстѣ съ супругомъ своимъ въ
госшинную.

Гдѣ пы неподражаемый Гогардъ! (*)
Оставь на минуту своихъ флегматиче-
скихъ соотечественниковъ; переселись въ
мою веселую горенку; возми свою чудотвор-
ную кисть и изобрази на холстѣ тобою оду-
шевляемомъ то, чего не можешь описашь
перо мое; представь со всѣмъ причетомъ
Г-на Городничаго и высокоимянитую суп-
ругу его; сдѣлай легкій екскизъ обществу,
по среди котораго должна жить воспитан-
ная въ самомъ блестящемъ кругу, несчаст-
ная супруга Славолюбскаго; изобрази
ее входящую въ приемную комнату; пред-
ставь весь церемоніалъ уѣздныхъ реко-
мендацій: какъ каррикатура за каррика-
турою подходящъ съ различными ужим-
ками, минами и плѣодвиженіями къ сму-
щенной Лизѣ; какъ спарыя дамы въ ки-
сейныхъ накрахмаленныхъ чепцахъ ду-
шашь ее своими безконечными поздравле-

(*) Англинскій живописецъ, извѣстный своими каррикатурами.

348

ніями; какъ молодыя женщины, разодѣштыя не хуже Московскихъ горнишныхъ дѣвушекъ, осыпая ее поцѣлуями, перещитывающъ всѣ складки ея плѣшья и замѣчающъ каждой бантикъ въ головномъ уборѣ; какъ почшенные чиновники уѣзднаго и земскаго судовъ, старые помѣщики и длинные нездоросли шаркающъ ногами и изтощающъ все краснорѣчіе въ своихъ витіевашыхъ рекомендаціяхъ; изобрази все эпо неподражаемой Гогардъ и поставь смѣло свою каршину на ряду съ лучшими произведеніями искусной руки твоей.

„Ну, моя радость, сказала, когда всѣ усѣлись по мѣстамъ, Г-жа Городничиха — толстая, короткая, краснощокая, лѣпъ подъ сорокъ дама, какова вамъ кажется наша сторона?“

— „Я какъ недавно еще здѣзь, сударыня, что ничего не могу вамъ отвѣчать на это.“

— „Съ начала, миленькая, вамъ конечно покажется здѣсь скучнѣе Московскаго; но какъ по обживешься, то будешь в село; я сама была воспитана въ Губернскомъ городѣ, и когда вышедши замужъ должна была жить въ уѣздномъ, то съ начала очень тосковала. Не правда ли, мой другъ? про-

349

должала она оборотясь къ своему мужу,
худинькому и малорослому старичку.“

— „Правда, мой ангелъ! ошьѣчалъ онъ,
первые дни шы была настоящимъ дьяво-
ломъ: сердилась на меня, дралась съ сво-
ими дѣвками; однимъ словомъ, все было
не по шебѣ, все казалось прошивнымъ, и
есшьлибъ не посѣтила насъ на трешій
день любезная наша Анна Сшепановна,
шо мнѣ осталось бы завязавши глаза бѣ-
жать прямо въ воду. Ужъ испинно по ми-
лости ея гляжу я шеперь на свѣшъ Божій.“

— „Какой зашѣйникъ, сказала Исправни-
чиха, къ кошорой ошносилися послѣднія
слова, вѣчно съ своими шушочками!“

Вскорѣ разговоръ обратился на другіе
предметы. Одинъ изъ сосѣдей Славолюб-
скаго, копія Скошинина, извѣстнаго дѣй-
ствующаго лица въ прекрасной комедіи
Недоросль, взошелъ съ нимъ въ жестокой
споръ; онъ доказывалъ, что природа ни
въ чемъ не показала столь много своего
могущества, что шворческая рука ея не
создала ни чего єовершеннѣе большой жир-
ной свиньи, и что рогашой скотъ цѣлаго
свѣша нестошь одного настоящаго, по-
родистаго цуцкаго борова. Славолюбской
съ жаромъ опровергалъ его мнѣніе; Город-

350

ничиха взяла сторону хозяина; другие при-
соединились къ его сопернику, и споръ
сдѣлался общимъ.

Жаркое сіе преніе было прервано при-
ходомъ человѣка, которой прокричалъ гро-
могласно, что приѣхалъ Мирославской,
одинъ изъ сосѣдей Славо'любскаго. Дверь
ошворилась, и онъ взошелъ съ незнако-
мымъ молодымъ человѣкомъ.

— „Рекомендую вамъ моего пріятеля!“
сказалъ Мирославской хозяину. Лиза
подняла глаза, которые до шого были по-
шуплены, и кто изъяснишъ ея удивленіе: не-
знакомой молодой человѣкъ былъ Эрастъ!

(Продолженіе вперед).

351

## II. СЛОВЕСНОСТЬ.

### СТИХОТВОРЕНІЯ.

#### І.

Къ не й.

Ельвина, милый другъ! приди, подай мнѣ руку,
Я вяну, прекрати тяжелый жизни сонъ;
Скажи, увижу ли, на долгуюль разлуку
Я рокомъ осужденъ?

Уже ли никогда на друга другъ не взглянемъ?
Иль вѣчной темношой покрыты дни мои?
Уже ли никогда насъ утро не застанешь?
Въ объятіяхъ любви?

Ельвина! почему въ часы глубокой ночи
Я не могу тебя съ весельемъ обнимать?
На милую стремить юмленья полны очи
И страстью трепетаться?

И въ радости нѣмой, въ восторгахъ наслажденья,
Твои шопопъ сладостной и тихой спонъ внимать,
И михо въ скромной тьмѣ для нѣги пробужденья
Близь милой засыпать?

А. Пушкинъ.

352

12.

КОРОНА И ПОСОШОКЪ.

Не все клониться въ думу!

И голову ломать, —

Отецъ боговъ, уставъ отъ шуму,
Запѣялъ вдругъ играть.

И вашъ за мыслей, волей сею
На шушки скорый Момъ
Изобрѣшешь лóтерею,
Съ Дурачествомъ вдвоемъ.

Отъ посоха все стало призомъ
До царскаго вѣнца,
Билеты розданы Капризомъ
И боги ждущъ конца.

Плутусу велѣно скорѣе
Всѣ призы розыграть;
Но чѣмъ рѣшится лóтерея,
Никто не могъ узнать.
Судьба надъ всѣми пошутила,
Каковъ ея урокъ!
Корону — Скука получила,
Веселье — посошокъ.

А. И.

3.

СОВѣТЪ МОЕМУ ДРУГУ.

Мечтай, о юноша любезной!

Пока кровь пылкая кипитъ,

355

III. ТЕАТРЪ.

ЕЖЕНЕДЖЛЬНЫЙ РЕПЕРТУАРЪ.

Воскресенье 2 Сентября. — Сорока воровка; драма въ 3 дѣйствіяхъ, — и Девершеръ, большой балетъ въ 4 дѣйствіяхъ.

Понедѣльникъ 3-го. — Для бенефису Г-жи Рахмановой, Тонъ моднаго свѣша, драма въ 4 дѣйствіяхъ, — Говорунъ, медія въ 1 дѣйствіи, — и Ярмонка на Юрюпинской страницѣ, Интермедія-дивершиссементъ.

По всему видно авторъ драмы, Тонъ моднаго свѣша, не имѣлъ понятія о свѣшѣ; который хотѣлъ описывать. — Мы не думаемъ, чѣбъ можно было вѣрѣшить въ порядочномъ обществѣ женщину, похожую на Г-жу Причудову. Автору хотѣлось сдѣлашь изъ нее вѣтренницу — кокешку, и для этого заставляемъ ее называться съ своей любовью къ человѣку, котораго она видитъ въ первый разъ отъ роду. Такое кокешство не прилично не только женщинѣ, живущей въ хорошемъ обществѣ, но даже и простой горнишной. — Мы увѣрены также, что Тонъ моднаго свѣша не заставитъ отца любить лошадей болѣе, чѣмъ дѣтей своихъ; а мужа ненавидѣть добрую и прекрасную жену, — и старашься развратить невинную дѣвушку. Доброй ощецъ живя въ самомъ модномъ свѣшѣ останется добрымъ, точно также,

Свєрный Наблюдацьель къ No 11.

356

какъ дурной мужъ не сдѣлается лучше,
отъ того, что спанешъ жишь въ деревнѣ.

Впорникъ 4-го.— Водовозъ, опера въ
3 дѣйствіяхъ, переведенная съ Француз-
скаго, музыка соч. Херубини,— и Клѣпка,
Комедія въ 1 дѣйствіи, соч. Г. Коцебу.

Мы считаемъ за излишнее говоришь о
Водовозѣ. — Кто не знаетъ эту оперу,
кошорая вѣрно никогда! не наскучишь на-
шей публикѣ. Она по обыкновенію была
розыграна прекрасно,

Вошъ сюжешь комедіи Клѣтки. —
Старой опекунъ хочешь жениться на своей
питомицѣ, которая любишь вѣтреника
Фрица; опекунъ узнавъ, что Фрицъ хочешь
пробраться къ нему въ домъ, заказываетъ
желѣзную клѣпку для того, чѣбъ пой-
мешь и заперешь въ нее Фрица. Любов-
никъ подкупаешь слесаря, и подъ видомъ
его рабошника приходишь въ домъ своего
соперника. Ревнивой старикъ желая осмош-
рѣть хорошенько, влезашь въ клѣпку.
Его запираюшь. Фрицъ подаетъ ему сва-
дебный контракшъ и просишъ подписать.
Спа икъ бѣсится, кричишь; но все напра-
сно, его не выпусятъ до шѣхъ поръ, пока
онъ не согласился выдать за него свою
питомицу. Опекунъ боясь умерешь голод-
ною смертію (въ собственномъ своемъ
домѣ!) подписываетъ контракшъ, и коме-
дія кончился. — Охошники до замыслова-
тыхъ шушочекъ будушъ довольны сей ко-
медіею: она ими наполнена; напримѣръ: опе-
кунъ говоришъ Фрицу, что онъ никогда
не получишь руки его питомицы, а же-

357

нился бы, естъли хочешьъ, на дѣятельность." — „Этого не льзя сдѣлать, оспѣчаешьъ забавникъ Фрицъ, вы давно уже съ нимъ обружены! — Надобно сказать однакожъ, что нибудь въ похвалу сей комедіи: она продолжается не болѣе полутнара.

Середа 5-го. — Услужливые сосѣди, комедія въ I дѣйствіи, переведенная съ Французск. — Козакъ стихошворецъ, водевиль въ I дѣйствіи, соч. К. А. Шаховскаго, — и Праздникъ въ сералѣ, большой дивершиссементъ.

Чешвергъ 6-го. — Отецъ семейства, драма въ 5 дѣйствіяхъ, — и Юріюпинская ярмонка, и ппермедія-дивершиссементъ.

Пятница 7-го. — Въ первый разъ РОМЕО и ЮЛІЯ, опера въ 3 дѣйствіяхъ, переведенная съ Французскаго Г. Волковымъ; музыка соч. Г. Стейбельша; декорациі Г. Канопи.

Сюжетъ оперы, РОМЕО и ЮЛІЯ, не новъ; быть можешьъ однако же, что многіе изъ читателей нашихъ незнаюшъего. Фамиліи Капулетовъ и Монгегю пишали одна прошивъ другой съ давняго времени непримиримую вражду. — Юлія, дочь Капулета, не раздѣляла сей ненависти; она любила впайнѣ молодаго РОМЕО Монгегю. — Теобальдъ, брать ея, встрѣчаетъ по близости отъ своего замка РОМЕО. — Они дерутся, и брать Юлію оснася на мѣстѣ опасно раненый. — Капулетъ клянется отмиспить своему врагу, и разсылаешь повсюду вооруженныхъ людей съ приказаніемъ захвашить РОМЕО. — Между

*

358

шѣмъ появляется Донъ Фернандъ, Гиш-
панской Вельможа, за кошораго Капулетъ
намѣренъ выдать дочь свою. — Несчастная
Юлія піщетно упрашиваетъ отца своего
не принуждашь ее къ сему браку; онъ ос-
тается не преклоненъ. — Юлія предается
ужасному отчаянію: рѣшаешь умерешь. —
Въ замкѣ ихъ живешъ Себасъ, Греческой
врачь, другъ Капулета и молодаго Ро-
мео; ему извѣстна взаимная страсшь не-
счастныхъ любовниковъ. — Юлія проситъ
его изъ сожалѣнія прекратишь ея жизнь.
Себасъ притворно соглашается, и даетъ
ей вмѣсто яду составъ, имѣющій свой-
што лишашь на нѣкошорое время всѣхъ
чувствъ. — Юлія съ швердостію выпи-
ваетъ мнимый ядъ и приготовляется къ
смерти. Входитъ Капулетъ съ Донъ
Фернандомъ и многочисленно свитою. Въ
то самое время когда онъ хочешь вручить
дочь свою будущему супругу, напитокъ, при-
нятой ею, зачинаешь дѣйствовать; она
прощается съ отцомъ своимъ и падешь
безъ чувствъ. — Несчастный отецъ про-
клинаешь себя, раскаиваешься въ своей
жестокости; но уже поздо: Себасъ
увѣряешь, что Юлія лишилась жизни.
Въ трещемъ дѣйствіи сцена представ-
ляется подземные своды. Посреди гробницъ,
скрывающихъ прахъ предковъ Капулета,
возвышается великолѣпный кашафалкъ,
на коемъ лежишъ Юлія, покрытая бѣлымъ
покрываломъ. Хоръ дѣвъ, поющихъ уны-
лые гимны; печальная музыка; мрачный
видъ подземныхъ сводовъ; рядъ гробницъ

359

освѣщенныхъ блѣдными лампадами, — все возбуждаетъ въ зрителяхъ какое-то пе-
чальное чувство, смѣшанное съ ужасомъ. Пѣніе умолкаецъ. Всѣ осшавляющъ сіе жи-
лице скорби. Мершвая шишина царст-
вуешь повсюду. — Ромео входитъ; онъ не
знаешь ничего о произведшемъ; письмо
Сабаса привело его въ сіе подземелье.
Онъ долженъ встрѣтить тушъ Юлію;
ее нѣшъ! — Ромео видитъ великолѣпный
кафафалкъ. —,„Боже мой! говоришъ онъ,
это вѣрно Теобальдъ, умерщвленный
мною! Я убійца браша Юліи!“ — Мысль эпа
для него ужасна! — Ромео хочетъ еще разъ
увидѣшь Теобальда, прочѣшь на лицѣ
его свое прощеніе; робко всходишъ онъ на
возвышеніе, на коемъ стоишъ кашафалкъ;
трепещущею рукою берется за покрывало.
Музыка утихаетъ; все молчитъ; зрители
не смѣють дыюшать. —,„Юлія!“ кричитъ
Ромсо, и какъ громомъ пораженный па-
даетъ безъ чувствъ. Музыка гремитъ
снова. Ромео приходитъ въ себя; ужасное
отчаяніе овладѣло его душею: онъ прокли-
наешь жестокосшь Капулета; хочешь
умершить себя. Въ шу самую минуту,
когда онъ гошовъ уже лишилъ себя жизни,
вбѣгаешь садовникъ Капулета, ему пре-
данный; онъ опнимаетъ у него мечь. Въ
слѣдъ за нимъ входитъ Себасъ. „Спасайся
Ромео, говоритъ онъ, ты открыть!
Капулешъ и донъ Фернандъ съ пол-
пою вооруженныхъ воиновъ и души сюда.“—
Ромео не слышилъ ничего; онъ хочешь
умерешь подлѣ своей Юліи. Въ глубинѣ

360

пеатрз появляется Капулешъ и Донъ
Фернандъ. Капулешъ устремляется на
свою жершву. Донъ Фернандъ остонав-
ливаетъ его. „Ромео одинъ; онъ не во-
оруженъ, говоритъ благородный Гиша-
нецъ.“ — Капулешъ повшоряетъ снова
приказаніе схватить Ромео. Донъ Фер-
нандъ берешъ его подъ свою защиту, и
переходишъ съ своими воинами на его спо-
рону. Сей поступокъ увеличиваетъ гнѣвъ
Капулеша; онъ приказываетъ служите-
лямъ напасть на свиту Донъ Фернанда.
Обѣ противныя партіи зачинають сра-
жашься. Вдругъ Юлія, покрытая бѣлымъ
покрываломъ, всшапетъ подобно привидѣ-
нію. Ужасъ объемлетъ сражающихся: уди-
вленіе и страхъ дѣлаешьъ ихъ неподвиж-
ными. Себасъ открываетъ свою хиш-
рость. Съ помощью Донъ Фернанда
убѣждаетъ каконецъ Капулеша согла-
сишься на бракъ Юліи съ Ромео и со-
единишь союзами родства двѣ фамиліи,
пишавшія до этого другъ къ другу нена-
висшь и наслѣдственную вражду.

Опера сія была хорошо розыграна. По
окончаніи представленія Ромео и Юлія
были вызваны. Первый пѣлъ и игралъ съ
обыкновеннымъ своимъ искусствомъ. Сцена,
въ которой онъ находишъ среди гробовъ
свою Юлію, была имъ съиграна превос-
ходно; его ужасъ, опчаяніе не походило на
игру акшера: въ сію ужасную минуту онъ
былъ испинный Ромео. — Юлія шакже
съиграла прекрасно трудную сцену, когда
она готовится принять ядъ. Она не могла

361

однако же выдержать съ равною силою весь
речишапивъ и длиную арію; голосъ ея
подъ конецъ видимымъ образомъ ослабѣлъ.
Тоже самое можно сказать и о Капуленѣ:
онъ игралъ очень хорошо; но въ концѣ
шрешья гдѣйствія едва могъ пѣть.— Се-
басъ игралъ не дурно.— Сицилія, прія-
тельница Юліи, заслужила также пѣніемъ
и игрой своей одобреніе публики.

Музыка сей оперы прекрасна; она
имѣшь свои недосшапки, но гдѣ ихъ нѣ пѣтъ?
Намъ обещали доставить подробное раз-
смотрѣніе оной, и для того мы не гово-
римъ шеперь ничего о сдѣланныхъ нами за-
мѣчаніяхъ.— Всѣ три декораціи приносятъ
чесْть паланту Г. Канопи; а особливо тре-
шія, представляющая подъемные своды, и
длинную галлерею, слабо освѣщенную над-
гробными лампадами.

М. 3.

362

IV. ПОЛИТИЧЕСКІЯ ЗАПИСКИ,

КРАТКАЯ ИСТОРІЯ
СВОБОДЫ ТИСНЕНІЯ ВО ФРАНЦІИ,

(Продолженіе),

ГЛАВА IV.

Тьнь свободы тиснёнія подъ желѣзными з скипепромь Императора Наполеона.

Первый кликъ льстецовъ новаго Им-
перашора былъ послѣднимъ кликомъ, изды-
хающей свободы мнѣній и книгопечатанія
во Франціи. Достигнувъ цѣли своей, дес-
потъ, не имѣлъ уже нужды притворяться:
онъ сбросилъ личину умѣренности, и же-
спочайшій вандализмъ наложилъ оковы на
всѣ свободныя науки, Исторія, Мешафи-
зика и Нравственная Философія изгнаны
были съ профессорскихъ кафедръ. Ново-
учрежденный Императорскій Универси-
тешъ занялся приготовленіемъ тѣхъ лю-
дей, безъ которыхъ тирану нельзя было
обойтиться: инженеры, математики, лѣ-
каря, прокуроры и стряпчіе, — вошь кто
могъ выходить изъ сего храма наукъ, —
Воинственное правительство страшилось
распространять познанія, освобождаюція
душу ошь ига обычныхъ мнѣній и пред-
разсудковъ: ему нужны были Илоты (12),
а не Ефоры (13)! Сего еще недовольно: для
лучшаго помраченія умовъ, правительство

(12) Спарипанскіе невольники.

(13) Члены Лакедемонскаго совѣта.

363

подчинило новому Университету всѣхъ
профессоровъ въ Государстѣ, и учитель
и ученикъ принуждены были платить го-
довую подашь; одинъ за право учить, дру-
гой за право учиться! Вошъ какія тяжкія
оковы спѣсняли свободу мнѣній во Фран-
ціи, подъ покровительствомъ великаго ге-
нія западной Европы! Ученая и философи-
ческая Испорія, умозрительная Географія
и Політика — почищались излишними по-
знаніями въ великой Имперіи, въ новомѣх Ев-
ропейскомъ Китавѣ.

Строгая цензура книжной дирекціі во-
оружилась пронзительнымъ рѣзцомъ, подъ
которымъ изчезали не только періоды,
страницы, главы, но и самыя сочиненія.
По закону новаго Императора ни одна
книга не должна была оставаться въ Цен-
зурѣ долѣе ю дней; а не рѣдко случалось,
что большая часть удерживалась по ше-
сти мѣсяцовъ отъ ужасной и шакъ ска-
зань Египетской работы — налагаемой на
шогдашнихъ цензоровъ. Ужасная пошлина
на почтовую пересылку и приложенія
штемпеля почти прекрашила сей родъ
отправленія книгъ въ департаменты и за
границу. Правительство ничего пришомъ
не выиграло, кромѣ спѣсненія словесности
и наукъ. Между запрещенными въ то время
книгами находились шакія, кotorыхъ одно
Омаровское непросвѣщеніе или шираншво
какого нибудь Тиверія могли остановить;
на примѣръ (вторымъ шисненіемъ) Опытъ
о Дворянсівѣ соч. Графа Эшерни (14);
(14) *Éssay sur la Noblesse*, par Mr. d'Escherny,

364

(первымъ тисненіемъ) Курсъ Публигнаго
Правы, соч. ДОСЕ ДЕ БРІЯ (15) И ТЫСЯЧУ
ИМЪ ПОДОБНЫХЪ.

Ничто такъ хорошо не изобразишь
утвъсненія свободы мыслей при Бонопаршѣ
Императорѣ какъ слѣдующій анекдотѣ,
описанный во Французскомъ журналѣ la
Quotidienne.

Одинъ нескромный авторъ куплешовъ,
сосланный Бонопартомъ въ провинціаль-
ный городъ, завелъ было въ ономъ при-
вашный шеашръ. Узнавъ о семъ намѣре-
ніи, Подпрефектъ полиціи посылаетъ за
новымъ директоромъ привашнаго театра
и начинаетъ съ нимъ довольно необычай-
ный разговоръ. Оставимъ говоришь са-
мого изгнанника.

,,Государь мой, сказалъ мнѣ Подпре-
фектъ, правительство радуется, когда
честные граждане, а особливо опцы се-
мействъ, находятъ способы забавляться,
(что не всегда случается); но вы сами
знаете, что подъ либеральнымѣ прави-
тельствомъ, самыя невинныя удовольствія
должны быть подчинены цензурѣ: безъ осо-
беннаго позволенія полиціі мудрено, небла-
горазумно, даже опасно предаваться уве-
селеніямъ. Чѣмъ сильнѣе правительство,

comte du St. Empire et ancien chambellan
de la cour de Würtemberg, 1811. à Paris
chez Bossange et Masson et chez de Launay.
(15) Cours de droit public ou Théorie des loix
sociales, par feu Mr. Dauray de Brie, publié le 15 Novembre 1813 chez Demonville,
Imprimeur-libraire, quay des Augustins.

365

шімъ менѣе должно ему полагатся на свою силу; шімъ менѣе должно пренебрегать (по видимому) ничтожнымъ, а въ самомъ дѣлѣ значущими вещами: ни что не предшавляетъ столько способовъ къ вредному направленію общественнаго духа и къ подрыву власши, какъ театръ; имѣя на своей ошѣшественности все, могущее произойти въ моей Подпрефектурѣ, я желаю узнать ошъ васъ названіе піесъ, кошорыя вы играть намѣрены.” — „Меропу.“ — „Боже васъ избави! эшь превосходное твореніе наполнено опаснѣйшими правилами: авторъ доказываетъ намъ, что одни шолько порфородные Монархи могутъ называться законными государями. Одна роль Полифонта достапочна для запрещенія всей трагедіи. Изъ уваженія къ правительству не позволю я играть такую піесу, гдѣ ширанъ занимаешь одну изъ первыхъ ролей; въ нашемъ званіи должно избѣгать примѣній.” — „Возможно ли, Г. Подпрефектъ! вы узнаете начальника нашего правительства въ пресполохищникѣ Полифонтѣ?” — „Нѣшь, конечно нѣшь; я не могу видѣть ширана въ Государѣ, кошорымъ утвержденъ я на нашемъ мѣстѣ; нѣсколько злонамѣренныхъ людей (не имѣя лихбъ притинѣ) посудили бы со всемъ иначе!”

„Естъли вы изгоняете съ театра нашего всѣхъ ширановъ, то по крайнѣй мѣрѣ не откажете намъ въ позволеніи играть выѣздъ Генриха IV на охоту.” — „Ошибаетесь!.. Слишкомъ добрые Государи шакъ же имѣющъ свою опасность! Худой бы я

366

былъ политикъ, естъли бы позволилъ вамъ
преспавляпь народу изображеніе такого
Монарха, кооторый ни въ чемъ не похожъ
на его настоящаго Самодержца. Прави-
шество покровительствуетъ словесно-
ши, эшо правда; но оно не хочешь пода-
вать случаевъ къ насѣшкамъ на его
счетъ.“ — „Покровительство сего рода до
шого меня испугало, что я не посмѣлъ бы
болѣе назвать ни одной піесы, хотя бы
самъ Г. Подпрефектъ рѣшился ободрять
меня умягченіемъ своей строгости. И под-
линно онъ только запретилъ мнѣ играть:
Жокриса вѣ новомѣ званіи, за непристой-
ный тищуль; Смерть Цесаря, за республи-
канскую развязку; Кладѣ, соч. Андріе, за
одинъ сшихъ на счетъ Подпрефектскихъ
женѣ: Другой день стасія, за одно выра-
женіе на счетъ аудиторовъ; Слѣдѣ Господѣ,
за ихъ содержаніе; Жоржа-Дандина, за жену
свою; Каверзниковѣ, за сходство его съ род-
ными, и наконецъ Посредственнаго и Про-
лаза, за примѣненіе къ самому себѣ. Болѣе
всего совѣщовалъ онъ мнѣ не играть Ан-
глитанина вѣ Бордо, опасаясь подашь имъ
мысль о возможности сдѣлать туда вы-
садку.”

Заключимъ главу сію однимъ простымъ
мнѣніемъ: ничто столько не доказывалѣ
присутствія деспотизма, какъ безпрестан-
ныя примѣненія. Доброй Государь спишъ
спокойно за стѣною любви народной, ши-
ранъ трепещетъ за желѣзными зашворами
и каменными стѣнами.

(Продолжеңіе впредь).

367

IV. СМѣСЬ.

ОТВѣТЪ НА ПИСЬМО НЕИЗВѣСТНАГО,
ПОМѣЩЕННОЕ ВЪ Ю-Й КНИЖКЪ СЪВЕРНАГО
НАБЛЮДАТЕЛЯ.

Мы согласны съ почтеннымъ Арзамасскимъ жишелемъ: пріятно видѣть единодушне нашихъ Журналовъ. Ни какая литшерашурная ссора не возмущаетъ мира и согласія, существующихъ между ими; напрошивъ, они спараются перенимать другъ у друга все хорошее. На примеръ, что бы подумалъ, что Журналъ, котораго разходился на разное употребленіе болѣе шысячи номеровъ; который, какъ говоришъ Г. Неизвѣстный, заслуживаетъ потеніе по прекрасно-шовсheim, рѣшился подражать намъ. — Въ 3-й книжкѣ сего Журнала, издащели желая, подобно намъ, дашь понятіе своихъ законахъ, напечатали изъ нихъ подробную выписку. Можешь бышь чишашелямъ пріятно будешь сравнишь ихъ законы съ нашими, и для того мы помѣщаемъ ихъ здѣсь съ небольшими примѣчаніями.

Издащели поченнаго Журнала обязуются:

1) Не наполнять своего Журнала статьями, не имѣющими никакой залитьемъ носка и плохо написанными, поэтому что усыплять не ихъ дѣло, и ш. д.

Кто смѣшать сомнѣвающихся въ этомъ; да и кому придетъ въ голову спать, чишая въ почтенномъ Журналь доучишельныя слова и

368

куріозныя эпипафіи, списанныя съ надгробныхъ камней Смоленскаго кладбища и Волкова поля. Это такъ полезно и занимительно!

2) Не дѣлать смѣшныхъ и пристрастныхъ приговоровъ о театральныхъ писахъ.

Въ этомъ не льзя упрекнуть почтенный Журналь: редакторы сами не говорятъ о тешастрѣ ни слова. Правда, мѣсяца съ шри на задъ они обѣщали было произнести въ слѣдующей книжкѣ рѣшительной приговоръ одной оригинальной комедіи; но слѣдующая книжка до сихъ поръ еще не выходила.

3) Не называшь жалкихъ переводовъ превосходными, чшобъ не примѣнили къ намъ послѣдняго спиха первой пѣсни Поэмы Буало Lârt poétique (*).

По всему видно, Редакторы оштѣнно боятся сего примѣненія, и отъ излишней оскарожносći называющъ иногда хорошіе переводы жалкими. Мы также очень опасаемся подойчи подъ эпошъ спихъ, и для того уважаемъ отъ всего сердца редакшоровъ почтеннаго Журнала, но никогда не удавлялся имъ.

4) Не писать на свои сочиненіи пристрастныхъ рецензій для того, чшобъ выдавашь ихъ за спашьи, присланныя къ намъ отъ неизвѣстныхъ.

Эпошъ законъ, кажешься намъ, совершенно лишнимъ. Кому придешь въ голову писать на себя даже и пристрастные рецензіи. Вошь, на примѣрѣ, напечашать въ газешахъ отъ имяни книгопродавца объявленіе о своей книгѣ, разхвалить ее безъ милосердія, и укорять въ невѣжествѣ тѣхъ, кои не восхищаются ею, —

(*) Un sot trouve toujours un plus sot qui l'admire.

369

это другое дѣло; такая благородная хитрость не только позволишь ей, но даже и похвальна (*).

5) Въ сташѣ смихотвореній не помѣщашь дрянныхъ смиховъ и плохихъ эпиграммъ, и ш. д. „Трудно омѣшашь отъ старой привычки!“ скажушъ насмѣшники. — Мы напропивъ не сомнѣваемся въ искреннѣеши Г-дѣ редакторовъ, и просимъ всѣхъ недовѣрчивыхъ прочесшіе со вниманіемъ смихи, помѣщенные въ 36 номерѣ почленнаго Журнала. Они увидятъ тогда, что Гг. редакторы дѣйствительно рѣшились помѣщашь всегда въ изданіи своемъ хорошіе смихи. — Мы выписываемъ изъ нихъ на удачу одинъ купленъ:

Пускай Уранія небесна
Въ швоемъ созвѣздіи гремитъ,
И Полигимна многопѣсна
То въ звучныхъ одахъ возгласишъ.

Какіе превосходные смихи! — Мы не говоримъ уже о другихъ красотахъ, въ нихъ разсѣянныхъ; на примѣръ: о Эратѣ, кою рая дышешѣ Эротолѣ; о Каллиопѣ, кою рая съ Россіею и Европой звонишѣ въ колокола; о Гордынѣ рѣчки Карповки; о людяхъ, кои воспѣваютъ въ волынки, гудки и рожки, и о многихъ другихъ мѣсахъ, истинно прекрасныхъ.

6) Не приглашашь ученыхъ людей занимашься разборомъ шакой книги, кою рая этого не заслуживаетъ.

И конечно, къ чему занимать такимъ вздоромъ людей ученыхъ; дурную книгу могутъ разобравъ и сами редакторы.

(*) См. Санкш. Вѣдомости 1817 года, № 94.

370

7) Не принимать на свой счетъ сапиръ, басенъ, сказокъ и эпиграммъ, въ кошорыхъ говорится о дурныхъ писателяхъ, и не сердишься, естьли кто по глупости скажешь, будто мы наполняемъ свой Журналъ личностями для угожденія шѣмъ, въ коихъ имѣемъ нужду.

Прекрасное правило! И мы также не напрѣрыны сердѣшься, естьли кто нибудь станешь насъ передражнивать, прибавляя къ словамъ нашимъ выраженія, приличныя не лиштерашору, а какому нибудь Архиповичу, кошорой исправно насандалилъ носъ (*), Ругашельшва и брань есть признакъ безсилія; а на слабаго врага сердѣшься не должно, особливо же когда нападая на насъ, онъ даешь намъ способъ посмѣшаться самимъ и позабавишь нашихъ читателей.

Редакторы почленнаго Журнала общающъ продолжать выписки изъ своихъ законовъ; а мы съ своей спороны даемъ слово помѣщать ихъ въ Сѣверномъ Наблюдателѣ съ подобными же поясненіями и замѣчаніями.

(*) Мы не хотимъ присвоивашь себѣ сего сучашливаго выраженія: оно взято нами изъ извѣстной и прекрасной сказки — Пъянюшкинъ.

ПОГРЪШНОСТИ № 10-ГО.

Напечатано,
529 сшр. 14 ст.
подателей

Читать должно.
податей

СЪВЕРНЫЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ.

№ 12.

1817.

I. НРАВЫ.

НЕ РОВНЫЙ БРАКЪ.

(Продолженіе).

Ахъ! какъ запылали лилейныя щеки нашей красавицы, когда Мирославкой подведя къ ней Эрасша, сказалъ: „Кажется не нужно рекомендовать вамъ моего пріятеля; естьли не ошибаюсь, вы съ нимъ давно уже знакомы.“ — Бѣдная Лиза какъ будто онѣмѣла: она не могла выговорить ни одного слова.

— „Да, сударь, сказалъ Эрасшъ премѣшя смущеніе Лизы, я имѣлъ счастіе пользоваться знакомствомъ почтенныхъ ея родителей.“

372

Что можешь укрыться отъ проницательныхъ взоровъ ревниваго мужа? Славо-любской примѣтилъ смущеніе Лизы, ея пылающія щеки, и какой-то необыкновеннойъ взглядъ, брошенный украдкою на Эраста. Эшого уже было довольно, чтобъ привести его въ ужасное безпокойство: широкой лобъ его покрылся морщинами; онъ подошелъ къ Эрасту, сказалъ ему съ холодносшію нѣсколько обыкновенныхъ вѣжливостей, и отведя на другой конецъ горницы, просилъ садиться. Влюбленный человекъ не успустилъ въ догадливости ревнивому мужу. Эраспъ замѣшья, что его подозрѣвающъ, сталъ разговариватьсь съ своими сосѣдями, не глядѣлъ на Лизу, и казалось со всѣмъ позабылъ, что она въ одной съ нимъ горницѣ. Славолюбской успокоился; зачалъ думать, что ошибся въ своемъ подозрѣніи: что необычайная краска въ лицѣ его супруги произошла отъ одной застѣнчивости, и возобновилъ съ прежнимъ жаромъ споръ, прерванный приѣздомъ Мирославскаго. Нашурально, Эраспъ взялъ его сторону. „Позвольте, сказалъ онъ упорному защитнику свиней, сдѣлать вамъ не большое замѣчаніе: вы унижая любимыхъ скошовъ

373

Г-на Славолюбскаго позабыли, что самъ
Юпитеръ превращался для похищенія Ев-
ропы въ сіе благородное живошное; что
древніе Египтяне имѣли всегда въ числѣ
боговъ своихъ одного бѣлаго быка, и что
свиньи никогда и ни въ какой часши свѣша
не пользовались такою чесшію." — Все
упорство Г-на Скошинина не могло
устоять противъ сего историческаго до-
вода; онъ не могъ опровергнуть онаго по
весьма нашуральной причинѣ: Эрасповы
слова казались ему Китайскою азбукою.
Удивляясь обширнымъ познаніямъ и глу-
бокой его премудросши, онъ замолчалъ и
уступилъ ему мѣсто сраженія.

— „Браво! вскричалъ Славолюбской обнимая съ восхищеніемъ побѣдителя, не льзя лучше доказать превосходства моихъ любимыхъ живошныхъ передъ всѣми про- чими; я вижу, вы знашокъ и охопникъ. Смѣю васъ увѣришь, что естъли побы- ваете на моемъ скошномъ дворѣ, то ваша къ нимъ привязанность чрезъ сіе ни мало не уменьшился.”

— „Сердечно, сударь, радуюсь, что наши вкусы сходны межъ собою.”

374

Между штёмъ всѣ гости поднялись. Хозяинъ повелъ Городничиху; супругъ ея хотѣлъ было сдѣлашь эту честь Лизѣ, но Эрастъ былъ проворнѣе: онъ подалъ ей руку и пошелъ вмѣстѣ съ прочими гостьями.

Быть долгое время въ разлукѣ съ любимцемъ души своей; думать, что разлука сія должна быть вѣчною, и вдругъ увидѣть его передъ собою, слышать приятной голосъ своего возлюбленнаго, прикасаться своей рукой къ его рукѣ! О, эти чувства!... Но извините, я не знаю какъ описать ихъ! — Прекрасная читательница! естъли вы никогда не любили, то спросите вашихъ милыхъ подругъ, и вѣрно многія изъ нихъ будушъ вамъ описывать то непосligимое и приятное чувство, которое наполняетъ нашу душу, когда мы находимся въ первой разъ послѣ долгой разлуки вмѣстѣ съ милымъ, или съ милою своей; будушъ вамъ полковать, изъяснять, доказывать, и вы не поймете ихъ до штѣхъ поръ, пока сами въ свою очередь не узнаете по опыту того, чего никакая мEVENTORIA совершенно изъяснить и доказать не можешь.

— „За чѣмъ вы сюда приѣхали?“ шепнула Лиза голосомъ, которой имѣлъ видъ

375

упрека, и съ нѣжнымъ взоромъ, которой говорилъ со всѣмъ другое. — О женщины, женщины! вамъ лишь возможно въ одно и може время приводить насъ въ отчаяніе и подавать лесшную надежду; казашься нашими невольницами, и деспопически повелѣвать нами; однимъ словомъ, дѣлать изъ насъ все то, что вамъ угодно.

— „Ахъ, сударыня! отвѣчалъ Эрастъ, я рѣшился на все, рѣшился видѣть поржество моего соперника; хотѣлъ узнать, заслуживаетъ ли онъ свое благополучіе; найти васъ счастливою, и умереть, ушѣшаясь мыслію, что я одинъ несчастливъ!“

Вмѣсто отвѣта, Лиза взглянула на него пакъ жалко, пакъ жалко, что сердце бѣднаго Эраста облилось кровію. Съ го-рестію пожалъ онъ шрепещущую руку не-счастной красавицы и замолчалъ.

Все многочисленное общество вступало въ лубошную галлерею. Дамы ахнули отъ удивленія! Внутренность ея убрана была гирляндами изъ цвѣтовъ, полъ усыпанъ пескомъ и зеленью; однимъ словомъ, во всемъ видѣнъ былъ понкой вкусъ Анти-

376

поча, и расточительной нравъ его ба-
рина. Посреди тросниковаго пошолка на
поненькой бичевочкѣ висѣла люстра; на
концахъ, положенныхъ кресшѣ на кресшѣ
двухъ палкахъ прилѣплены были четыре
восковыя свѣчки; вся люстра была уб-
рана зеленью, и предшавляла вмѣстѣ съ
прочими украшеніями галлереи что-по
романическое и пріятное для глазъ всего
восхищеннаго собранія; но когда взоры
ихъ обратились на передній уголъ, то
всеобщее браво! какъ громъ раздалось по
воздуху. Гирлянды изъ полевыхъ цвѣтовъ
изгибаясь различнымъ образомъ, образо-
вали изъ себя вензелевое имя хозяина и
его супруги; надъ ними изъ огромныхъ
подсолнешниковъ была представлена ко-
рона, а въ низу — рога несчастнаго дваш-
ца пилѣшняго быка, обвитые гирляндами
и шуго набитые цвѣшами, въ совершен-
сшѣ представляли рога изобилія, и каза-
лось, предвѣщали счасшливую и безмятеж-
ную жизнь молодымъ супругамъ! — Прошу
не погнѣваться! Анчалочь не хуже вся-
кого зналъ Ми føологію.

Между восхищенными гостьями на-
шелся однакожъ одинъ записной уѣздной

377

насмѣшникъ (гдѣ нѣпъ этихъ господъ)! кошорый шепталъ своимъ сосѣдямъ, что эти рога пупнаго не предвѣщають; но никто не хошѣлъ слушать его замѣчаній. Скрыпачи, виршуозы и гуслистъ затянули при долинцѣшкѣ стояла; шуча лакѣевъ въ разноколиберныхъ ливреяхъ, шишыхъ при Пещѣ первомъ, заняли свои пошшы позади стульевъ, и всѣ гости разсѣлись по старшинству чиновъ, разумѣется супруга Годородничаго заняла первое мѣсто.

Случай ли былъ тому причиною, или что нибудь другос, Эрастовъ стулъ находился прямо прошивъ того мѣста, гдѣ сидѣла Лиза. Онъ не спускалъ съ нее глазъ; а какъ по весьма напуральной причинѣ, шошъ кто глядитъ не сводя глаза въ одно мѣсто, не можешь видѣть того, что дѣлается въ другомъ; Эрастъ не замѣчалъ подозрительныхъ взоровъ Славолюбскаго. Лиза сидѣла пошупивши глаза, и казалось, смозрѣла на парелку; но естьли бы ее спросили въ ту минуту, какое передъ ней стоишъ кушанье, то она не знала бы что ошвѣчать; изрѣдка глаза ея встрѣчались съ пламенными взорами Эраста; — бѣдная Лиза приходила въ такое смущеніе, что

378

брала вмѣсто ножа вилку и хотѣла ложкою разрѣзывать жаркое: все это заставляло ужаснымъ образомъ хмуриться ревниваго мужа. Но безпрерывная ихъ разсѣянность была замѣчена не однимъ подозрительнымъ супругомъ; услуга Славолюбскаго, для кошорой въ кругломъ году не было ни одного мясоѣда, возпользовалась безпечностію своей барыни и незнакомаго гостя: парелки съ кушаньемъ изчезали, а на мѣсто ихъ являлись пустыя; они не обращали на сіе ни какого вниманія; это было также замѣчено хозяиномъ.

„Кто во время стола не спускаетъ съ чего нибудь своихъ глазъ и позабываетъ ѣсть, тому сей предметъ милѣе ѣды; кто любитъ кого болѣе своего желудка, ђотъ очень любитъ; слѣдственно Эрастъ очень любитъ мою жену, а жена моя очень любитъ Эраста.“ Такъ филозофствовалъ Славолюбской и часъ отъ часу хмурился больше.

На дворѣ смерклось; вокругъ дома и праздничной галлерей запылали разсѣавленные въ симетрическомъ порядкѣ лагуны; столъ приходилъ къ концу; уже зачинали

379

подавать моченыя яблоки; уже двѣ бутылки стараго Французскаго были разкупорены,— какъ вдругъ, полкая на право и на лѣво, пробивается сквозь полпу лакѣевъ въ праздничномъ кафтанѣ, съ шепрадію въ рукѣ Г. Земской; все собраніе обрастило на него свои взоры; онъ вышелъ впередъ, и сдѣлавши низкой поклонъ, зачалъ:

„Высокоимеништое собраніе, и пы, о треблаженная чета!....“

Вдругъ раздался громкой высѣрѣлъ; дамы ахнули; мущины выскочили съ своихъ мѣстъ; Антипочь остолбенѣлъ; прерванной ораторъ бросалъ на него взоры, въ коихъ изображалось ужасное негодованіе.
— „Что это значитъ? спросилъ Славо-любской.“

Пожаръ, пожаръ! раздалось снаружи; пожаръ, пожаръ! закричали внутри, и въ мигъ быстрый пламень обхватилъ просниковую кровлю лубошнаго зданія.

(Продолженіе впередь).

380

## II. СЛОВЕСНОСТЬ.

### СТИХОТВОРЕНІЯ.

## I.
ОТРЫВОКЪ ИЗЪ КОМЕДІИ АМФИТРІОНЪ.

(Подражаніе Мольері.)

### ДѣЙСТВІЕ 1-е, ЯВЛЕНІЕ 7-е. (*)

Ам ф иш ріонъ и Сози.

Ам ф иш ріонъ.

А, Сози! очень радъ, что здѣсь тебя встрѣчаю. —
Хотя я самъ теперь къ Алкменѣ поспѣшаю;
Но слышашь отъ тебя желаю напередъ,
Упѣшилъ ли ее не жданной швой приходъ,
Успѣхи нашего оружія счастливы,
И шествіе мое поржественное въ Θивы?

С о з и.

На это не могу я вамъ отвѣта дать.

Ам ф иш ріонъ.

Не можешь! По чему?

С о з и.

Сперва должны вы знать

(*) Въ Мольеровомъ Амфитріонѣ дѣйствіе 2-е,
явленіе 1-е.

381

Премножество причинъ, препятствъ и приключеній,
По силѣ коихъ я всѣхъ вашихъ повелѣній,
Къ несчастью моему, исполнить не успѣлъ.

Ам фипріонъ, (съ гнѣвомъ).

Ты ихъ не выполнилъ! — Но какъ ты могъ, какъ
смѣлъ?....

## Сози.

Извольте выслушать, и я, сударъ, въ надѣждѣ,
Что вы узнавши все....

Ам фипріонъ.

Я знать желаю прежде,
Какъ смѣлъ ослушаться меня ты, грубіянъ?
Ужъ я ручаюся, чѣпъ ты былъ вѣрно пьянъ.

## Сози.

Власть ваша. — Я слуга, вы баринъ благородной,¹
И въ правѣ на меня клепать, какъ вамъ угодно.

Ам фипріонъ.

Ты долженъ дать отвѣтъ мошенникъ сей же часъ,
За чѣмъ невыполненъ остался мой приказъ?

## Сози.

Но какъ мнѣ отвѣчать прикажите предъ вами:
Солгать ли,— такъ какъ лгутъ всегда предъ господами,
Иль правду говорить?

Ам фипріонъ, (съ досадою).

Да. — Я скрѣпя себя,
Съ мерпѣньемъ буду ждать признанья отвѣ тебя.

## Сози.

Инѣ быть по вашему, — и я готовъ къ допросамъ.
Извольшежъ спрашивать меня вы по вопросамъ.

Ам фипріонъ.

Что сдѣлалъ ты, какъ я послалъ тебя домой?

382

Сози.

Я въ путь отправился ночною темною,
При каждомъ шагѣ васъ ругательски ругая,
И вашъ приказъ, и все на свѣтѣ проклиная.

Амфитрионъ, (съ сердцемъ).

Какъ смѣлъ ты?....

Сози.

Естььли вы хотите, чшобъ я лгалъ,
Велите молько....

Амфитрионъ.

Плушъ!.... Но я ужъ слово далъ
Крѣпиться. — Чможъ съ тобой случилось на дорогѣ?

Сози.

При видѣ каждаго предмеша, я въ тревогѣ
Дрожалъ отъ страха макъ, какъ листъ отъ вѣтра...

Амфитрионъ.

Трусъ! —

Сози.

Природа создала людей на разной вкусъ:
Иной въ опасности охочно радъ вдавашься;
Яжъ грѣшной человѣкъ люблю ихъ уклоняться.

Амфитрионъ, (скрывая досаду).

Что будетъ далѣе?

Сози.

Со страхомъ и съ трудомъ
Добрелъ я наконецъ до дому.

Амфитрионъ.

Чможъ пошомъ?

Сози.

Чшобъ лучше выполнить мое препорученье,

383

Хотѣлъ я протвердить здѣсь ваше повелѣнье,
Какъ вдругъ нечаянно встревожили меня.

Ам фипріонъ.

Кто?

Сози.

Сози; я другой.

Ам фипріонъ, (съ удивленіемъ).

Кто!

Сози.

Я — Не эшотъ я,

Которой говорить имѣшь счасшье съ вами;

Но шотъ я, коего послали вы же сами

Изъ лагеря — къ своей возлюбленной женѣ,

Вчерашнимъ вечеромъ съ приказомъ, даннымъ мнѣ.

Ам фипріонъ.

Ты бредишь!

Сози.

Нѣтъ, сударь! Я говорю не лживо,
Я дома. — Я себя предупредилъ такъ живо,
Что я здѣсь прежде былъ, чѣмъ я сюда пришелъ.

Ам фипріонъ.

Что говоришь ты мнѣ! — Ты знать съ ума сошелъ?

Съ просонья бредишь ты такою чепухою,

Иль можешь быть ты пьянъ, иль шутишь надо
мною?

Сози.

Вамъ въ правдѣ словъ моихъ; моя порукой честь.

Я думалъ прежде самъ, что я одинъ и естъ;

Но въ домъ вашемъ насъ теперь явилось двое.

Ам фипріонъ.

Какіе пустяки!

384

## Сози.

Нѣтъ, это не пустое;

И сей щедушной я, что съ вами говоришь,
Не есть тотъ я другой, коморой пакъ сердитъ;
Что кажешься гоповъ ежеминутно драься.

Ам фитріонъ, (съ досадою).

Какимъ терпѣніемъ я долженъ воружаться!

## Сози.

Досадны вамъ мои слова? — Я замолчу,

Коль вы прикажите мнѣ.

Ам фитріонъ.

Нѣтъ. — Я знать хочу
Ошъ самого тебя, ужель въ сей басни живой
Есть вѣроятіе, иль связь, иль полкъ правдивой?

## Сози.

Вы правы. — Я и самъ предъ вами сознаюсь,
Что я моимъ словамъ не меньше васъ дивюсь;
И все, что я сказалъ, есть гуціо, безразсудно;
Естьсь спранно, мудрено, невѣроятно, чудно,
И сказки этой смыслъ на правду не похожъ;
Однакожъ все это есть испинна.

Ам фитріонъ.

Ты лжошь;
И хочешь ты мое терпѣніе измѣрить!

## Сози.

Вы властны, сударь, мнѣ и вѣришь, и не вѣришь;
Не менѣе того замѣтить долженъ вамъ,
Что случаю сему не вѣрилъ я и самъ,
И признавать себя въ другомъ не соглашался.

Да, — я бездѣльницу, какъ могъ сопротивлялся;
Но наконецъ узнать себя былъ принужденъ.

385

Я опровергнушь былъ, и сильно убежденъ,
Что я другой со мной во всемъ имѣшь сходство:
Такой же голосъ, ростъ, такоежъ благородство,
Осанка, поступь, спанъ; члопъ словомъ объяснипь,
И капля съ каплею воды не могупъ быть
Похожи такъ, какъ я похожъ съ другимъ собою.
Одна лишь разница межъ тѣмъ и здѣшнимъ мною:
Я здѣшній — трусоватъ, а пошь — большой храб-
рецъ;

Когда не это, яъ сознался...

Ам фимріонъ.

О глупецъ!

Оспавя всѣ швои смѣшныя приключенья,
Скажи, исполнилъ ли мои шы повелѣнья?

Сози.

Я вамъ сказалъ, что нѣшь.

Ам фимріонъ.

Такъ шы вошедши въ домъ?....

Сози.

Вошедши!.... Да я вамъ докладывалъ о помъ,
Что я не могъ войти?

Ам фимріонъ.

Но чпожъ тому причиной?

Сози.

Я прогнанъ былъ отшоль.

Ам фимріонъ.

Но какъ и кѣмъ?

Сози.

Дубиной;

Дубиной жрѣпкою по немощной спинѣ.

386

Ам фипріонъ, (разгорячась).

Приходитъ наконецъ со всѣмъ взбѣситься мнѣ!
Прибили чшоль-шебя?

Сози.

Прибили.

Ам фипріонъ.

Понимаю.

Но кто прибилъ?

Сози.

Я — Да, я въ mom' васъ увѣряю.

Ам фипріонъ.

Какъ такъ! шы самъ себя прибилъ?

Сози.

Да.

Ам фипріонъ.

Ты!

Сози.

Я самъ.

Ам фипріонъ.

Прибилъ себя?

Сози, (съ досадою).

Вѣдь я докладывалъ ужъ вамъ,
Что я другой, не есть я, говоряцій съ вами;
А что я больно битъ, спиною и боками
Свидѣшельствуюсь въ mom'.

Ам фипріонъ.

Но кѣмъ же шы былъ битъ?

Сози.

Не шѣмъ мной, что теперь здѣсь съ вами говоришъ;

А мной, имѣющимъ во всемъ со мною сходство;

38

И есть либъ не имъ лъ онъ въ силахъ превосходства,
То не былобъ со всѣмъ и разницы межъ насъ.

Ам фитріонъ, (съ большимъ сердцемъ).
Ахъ, шы негодница! — Скажи, въ которой разъ
Я долженъ повшорять тебѣ одно и може:
Все, что шы ни сказалъ, на правду не похоже;
Но я уже прощу безумству твоему,
Коль шы признаешься, и скажешь, по чему
Ты долга своего, проклятой, не исполнилъ?
Забылъ шы чполь его?

## Сози.

Напротивъ, слишкомъ помнилъ.
Хошитель вы, чтобъ я сто разъ вамъ повышалъ,
Что я нечаянно себя здѣсь повсѣрѣчалъ?....
Себя сердитаго, привлѣчиваго, злова;
Онъ приступилъ ко мнѣ, — и не съ другова слова,
Принудилъ въ мигъ признать въ немъ самого себя;
Хать я противился и честь свою любя,
Какъ шолько могъ скрывалъ предъ пимъ свой нравъ
трусливой,
Наслаивалъ, что я есть Сози справедливой,
Доколь не пошерялъ съ мерлѣніемъ всѣхъ силъ.
Онъ въ заключенье мнѣ на дѣлѣ объяснилъ,
Что слабые молчатъ, коль сильные завзоряшъ,
И гдѣ большіе лгушъ, — мамъ малые не спорятъ;
И младшій завсегда предъ спаршимъ виноватъ!

Ам фитріонъ, (спараясь скрыть досаду.)
Знать шы ужъ слишкомъ пьянъ!

## Сози.

Я вамъ поклясшься радъ,
Что я еще не лѣ сего дня.

Свeерный Наблюдaпель кō No 12.

388

Амфибріонъ.

Такъ конечно,

Во снѣ шы видѣлъ вздоръ такой.

Сози:

Я радъ сердечно

Сей часъ повѣситься, коль я глаза смыкалъ...

Амфибріонъ.

Я долженъ наконецъ велѣть, чтобъ ты молчалъ
И не шерзалъ меня такими пустяками.

Сози, (въ сторону).

Ну вашъ, поди столкуй съ большими господами:

Другой и съ правдой рта у нихъ не разевай;

А сами понесутъ, такъ только потакай!

П—6 С—6.

2.

ЭПИТАФІЯ

КРОТКОЙ ЖЕНЩИНѣ.

(Извѣса).

Въ могилѣ сей погребена

Благочестивая жена.

Во весь свой вѣкъ она

Примѣрной кротоспнью супруга ушѣшала:

Что ей ни скажешь онъ, — на все, на все молчала,

И даже — про него съ сосѣдкой не болтала!

Ай диво! скажушъ всѣ, не зная что жена —

(Къ супружнему покою)

Была — глухою и нѣмою.

П. К.

389

ІІІ. ТЕАТР Ы.

ЕЖЕНЕДЬЛЬНЫЙ РЕПЕРТУАРЪ.

Воскресенье 9. Сентября. — Колосъ Родосскій, или Землешрясеніе въ Азіи, драма въ 3 дѣйствіяхъ.

Когда давали въ первый разъ на здѣш-
немъ шеатрѣ Колоса Родосскаго, то
одно названіе сей драмы привело въ вол-
неніе весь Госшиной дворъ. — Землешрясе-
ніе! и пусть бы уже на островѣ Родоссѣ,
а то въ Азіи! — Прочитавши такое пыш-
ное названіе, кпо пожалъетъ заплашить
пять рублей, чшобъ посмошрѣть на разру-
шеніе холстинныхъ стѣнъ и паденіе пяти
аршиннаго Колоса? Удившельно ли послѣ
эшого, что вздорная драма, Колосъ Ро-
досскій, даетъ иногда болѣе сбору, чѣмъ
Ифигенія и Мизаншропъ.

Понедѣльникъ 10-го. — Жокондъ или Искатели приключеній; опера въ 3 дѣйствіяхъ.

Вторникъ, 11-го. — Карлосъ и Розальба, комическій балетъ, соч. Г-на Дидло, — и Ошплаша, комедія въ 3 дѣйствіяхъ, переведенная съ Французскаго Г-мъ Волковымъ.

Разговоръ нашуральный и живой, за-
бавная интрига, двѣ, три сцены испинно
комическія: волшъ достоинства комедіи
Ошплаша. Переводъ очень не дуренъ.

Середа 12-го. — Гофолія, шрагедія въ пяти дѣйствіяхъ, въ стихахъ; переведенная съ Французскаго Графомъ Потемки-

390

нымъ и Шапошниковымъ, — и Новый
Стернъ, комедія въ і дѣйствіи, соч. Князя
А. А. Шаховскаго.

Не смочря на крипическій разборъ
Волтера, мы согласны съ мнѣніемъ Буало,
который сказалъ Расину послѣ перваго
представленія его Гофоліи: „Другъ мой!
„пускай завистники говорятъ, что имъ
„угодно: Гофолія есть лучшее твое про-
„изведеніе.“ — Тѣ изъ читателей нашихъ,
кои хотѣли бы прочесіть подробный раз-
боръ сей шрагедіи, могутъ найти его въ
пяшомъ томѣ Лагарпова Лицея. — Пере-
водъ не дуренъ; мѣстами даже прекрасенъ.
Слабѣе всего переведенъ сонъ Гофоліи;
а особливо слѣдующіе стихи:

....Mais je n'ai plus trouvé qu'un horrible mélange
D'os et de chairs meurtries et trainés dans le
fange,
De lambeaux pleins de sang et de membres affreux,
Que de chiens dévorants se disputaient entre eux.

Вошъ Русской переводъ:

Но токмо лишь нашла трупъ въ бреніи лежащій,
Запекшуюся кровь, и смрадъ, и гной мерзлящій,
Изплѣвшихъ еруду жилъ, и слышала тошь вой,
Какъ алчущіе псы ихъ рвали межъ собой.

Такихъ опврашипельныхъ выраженій
нѣшь въ Расинѣ.

Было время — и это еще не такъ давно,
когда всякой писатель долженъ былъ по
неволѣ казаться чувствительнымъ. Сошни
книжекъ, наполненныхъ санпименталь-
ными фразами, сладкими описаніями рома-
ническихъ прогулокъ и чувствительныхъ

["391", "пушешествій, навпяняли нашу словесность. Общая болѣзнь всѣхъ модныхъ писателей была milая, целанхолій; алмазныя слезы лились жемчужною рѣкою на бумагу; тяжелые вздохи, вырывались изъ груди, и шолько одно воззрѣніе на прелести любезной матери нашуры услаждало ихъ скорбь душевную. Писашели сіи спарались подразжашь одному извѣстному и всѣми уважаемому сочинителю. Описывая плѣнительнымъ сягомъ природу, онъ говорилъ иногда о ней съ пламеннымъ восторгомъ поэма, и всѣ послѣдовашели его зачали наперерывъ восхищашься природою и описывать ее дурною прозою. Въ спранѣ чужей онъ вздыхалъ иногда о друзьяхъ своихъ и родныхъ, и всѣ подражашели его принелись, не разставаясь ни съ кѣмъ, оплакивашь разлуку съ милыми сердцу, и проливашь слезы надъ прахомъ живыхъ друзей своихъ. — Авторъ новаго Стерна рѣшился первый возстать прошивъ сей заказной чувствительности. Комедія его можешь назваться прекрасной саширою противъ плаксивыхъ сочинителей;

392

зой и стихами дерзкому смертному, ко-
шорой осмѣлился называть ихъ душевные
эксцпазы — сумазбродствомъ, а сладкія
фразы — санпиментшальнымъ бредомъ.

Четвергъ 13. — Для бенефиса Г-на Андре: Бочаръ, комическій балетъ въ 1 дѣйствіи, соч. Г-на Андре; — Оборотни, или Спорь до слезъ, а объ закладъ не бѣйся, опера въ 1 дѣйствіи, переведенная съ Французскаго Г-мъ Кобяковымъ; музыка соч. Г-на Париса, — и Геркулесъ, шрагическій балетъ въ 4 дѣйствіяхъ, соч. Лепика.

Мы не знаемъ, для чего забавной во-
девиль Оборотни названъ въ переводѣ
оперою; не понимаемъ также, для чего Г-ну
Кобякову вздумалось перевесть шакимъ
сшраннымъ образомъ названіе сего воде-
виля. Намъ кажется гораздо бы лучше
было назвать его Любовники Протеи. Обо-
ротень значишъ на нашемъ языкѣ колдуна
или колдунью, превращенную въ какого
нибудь звѣря, и переводчикъ могъ бы упо-
шребить это слово тогда только, когда
бы водевиль назывался не Les amans protéé,
но Les loups garou, Еще одно замѣчаніе :
дѣйствіе произходитъ въ Петербургѣ; Г.
Угрюмовъ приѣзжаетъ на почтовыхъ,
и шакъ какъ съ нимъ нѣшъ человѣка, то
приказываемъ внести въ горницу свой
чемоданъ — погталіону, ко whom привезъ
его. Намъ кажется, что переводчикъ пе-
ренеся дѣйствіе изъ Франціи въ Россію,
долженъ былъ бы шакъ переимяновать и
Французскаго почталіона въ простаго

393

Русскаго ямщика. Впрочемъ, эти мѣлочныя замѣчанія не помѣшающі намъ отдать справедливосшь сему переводу: онъ очередь не дурень; слогъ вообще хорошъ; стихи, а особливо шѣ, кои говоритъ Миловзоровъ появляясь въ видѣ спряпчаго, переведены весьма удачно.

Пятница 14-го. — Отдочновеніе.

Субота 15-го. — Весталка, лирическая опера въ 3 дѣйствіяхъ, въ стихахъ, переведенная съ Французскаго А. Г. Волковымъ; музыка соч. Споншини.

М. 3.

IV. ПОЛИТИЧЕСКІЯ ЗАПИСКИ.

Великобританія.

Отъ 19-го Августа. — Военные Испанскіе корабли нападающі и берушъ Американскія суда на водахъ Южной Америки. Мѣра сія принята попому, что послѣднія помогающі Инсургеншамъ и особенно доставленіемъ военныхъ припасовъ. — Корсеры полуденной Америки наносящі чрезвычайный вредъ Англинскимъ страховымъ канпорамъ. Большая часть Испанскихъ и Поршугальскихъ судовъ застраховывались въ Англи; сумма, кошорую страховщики, по причиненнымъ имъ убыткамъ, должны шеперь заплатить, простирается до двухъ милліоновъ

394

Ф. ст. — Недавно одинъ застрахованный Пор-
тугальскій корабль, коего грузъ стоилъ до
300,000 ф. ст., захваченъ Корсерами па пути
въ Восточную Индю; въ поже почти время
взяты другие еще два. — Лордъ Амерстъ, воз-
вращаясь изъ Китая, (куда былъ отправленъ
посломъ) заѣзжалъ на островъ Св. Елены. По
сему случаю, въ Англинскихъ журналахъ по-
мѣщены разные анекдоты о Наполеонѣ. Лордъ
вмѣстѣ съ Капитаномъ Максвелемъ и докто-
ромъ Линномъ были у него 3-го июля. Боно-
партъ, будучи того дня въ хорошемъ нравѣ,
съ обыкновенною своею живостію, дѣлалъ
столько вопросовъ, что на всѣ почти невоз-
можно было ошѣчать. у Линна онъ спраши-
валъ о системѣ его въ Медицинѣ и присоеди-
нилъ: „я надѣюсь, чѣко ваша мешода отлична
отъ той, коей слѣдующъ на семъ островѣ;
здѣсь, кажется, ничего не знаютъ, кромѣ пу-
сканія крови, каломеля и сублимаша.“ Пошомъ
спрашивалъ Лорда на счетъ его посольства, и
зная, чѣко онъ не былъ допущенъ къ Кишай-
скому لِмперашору, по ошѣченію повергнуться
предъ нимъ 19 разъ на землю, замѣшилъ, чѣко
есшьлибъ онъ, ш. е. Бонопартъ, ошправлялъ по-
сла въ Кишай, шо приказалъ бы ему цѣло-
вашъ не полько ноги Кишайскаго Импе-
рашора, но сдѣлать еще больше, полько
чпобъ посоль достигнулъ своей цѣли. Въ про-
должени разговора Наполеонъ жаловался на
спрогій образъ обхожденія съ нимъ, и вручилъ
Лорду заготовленное письмо къ Принцу-Ре-
генту. — Одинъ ошважный Капитанъ просилъ
у Пранца Регента дозволенія отправиться въ
службу Американскихъ Инсургентовъ, и полу-
чилъ въ ошѣшь запрещеніе занимашься даже
шаковымъ предпріяніемъ.

395

Франція.

Ошь 22 Августа. — По новому конкордату съ Папою во Франції возстановляется 7. Архіепископовъ и 35 Епископовъ. Конституціонное собраніе при образованіи Гражданскаго устройства духовенства не столько имѣло въ виду Духовныя нужды народовъ, сколько уменьшеніе числа духовныхъ, сдѣлавшихся, по обряшій у нихъ имѣній, штегостными для Государшва. Король соблюлъ средину. Не возстановленныхъ и шеперь еще осшается сорокъ три Епископства и одно Архіепископство. — Зі Августа, не медля по окончаніи объѣдни, Воженный Министръ предшавилъ Маршала Даву, Принца Экмюльскаго, къ присягѣ въ качествѣ Маршала Франціи. Е. В. вручилъ ему жезлъ его достоиншва. Послѣ чего Маршалъ былъ предшавленъ Королевской фамилии.

Испанія.

7 Августа. — Испанское Правительство предписало строгія мѣры для охраненія Государшва ошь язвы, свирѣпствующей въ Алжирѣ, Бонѣ и другихъ мѣстахъ, прилежащихъ къ Варваріи; шакже въ Смирнѣ, Константино-полѣ, Салоникѣ и пр. Англинскій въ Алжирѣ Консулѣ, Дональдъ, извѣщаетъ, что язва сія занесена караваномъ Мавровъ, шедшимъ изъ Мекки въ Марокко. — По частнымъ письмамъ изъ Кадикса, въ непродолжительномъ времени страшная эскадра ошправился изъ Европы для осады Буеносъ-Аира. Она составляется, получаетъ устройство и должна действовать съ согласія Державъ, оказывающихъ помощь Испаніи въ сей войнѣ.

397

„англу гнѣтущей ихъ палицы, возложенной на
„рамена ихъ судоль безпристрастнымъ.“ —
Враги Г-на Прямосудова скажушъ, можешь
бышь, что ешьли бы какой нибудь школьникъ,
начиная учишься словесности, написаль по-
добную фразу, то учишель возложилъ бы за
это на рамена его гнѣтущую палицу, и за-
ставиль бы снова учишься азбукѣ. Мы не ска-
жемъ этого, дабы не раздражишь еще болѣе
ноченнаго Ювенала; намъ и такъ изрядно
опъ него достаешься: онъ называетъ насъ уран-
гами въ школахъ, и увѣряешь, что не стра-
шился дикаго рева сей буйственной ватаги.—
Мы напрошивъ очень страшимся не дикаго
рева Г-на Ювенала, но его всесокрушающей
логики, краснорѣчія, язвительной ироніі; а
пуще всего гнѣтущей палицы, ко торая въ ру-
кахъ Г-на Ювенала весьма походишь на то
оружіе, коимъ Самсонъ изшребилъ шысячу
Фелистимлянъ; оно тѣмь приличнѣе сему
лиштературному Витязю, что можешь слу-
жить ему въ одно и поже время оружіемъ и
эмблемою.

Редакторъ Сына Отечества въ примѣча-
ніяхъ своихъ, къ сташьѣ поченнаго Прямо-
судова, говоришь, что удачной стихъ его:

И тѣжъ? у полыньи каналья очупился,
право сдошь десяти иныхъ шрагедій и ко-
медій. — Такая любезная откровенность заспа-

398

вила насъ вспомнишь покойнаго Г-на Тредья-
ковскаго. Сей неушомимый писатель въ преди-
словіи къ мѣлкимъ своимъ стихошвореніямъ
увѣряешь, чшо они заслуживающъ вниманіе
просвѣщенной публики. — Благородная смѣ-
лосшь прилична всѣмъ великимъ людямъ. Пу-
скай обыкновенные писатели наблюдающъ дол-
жную скромносшь; исшинные геніи попирающъ
ногами ничтожные предразсудки, и подобно
шворцу Телемахиды и редактору Сына Оте-
чества, хваляшь не краснѣя свои безсмерт-
ныя произведенія.

Г. Редакторъ не понимашь, ошь чего
намъ не нравсясь слова: каналья, шельмя,
бестія и ш. п. „Эши слова, говоришь онъ, упош-
ребляются и порядочными людьми...“ — Совер-
шенная правда! Иногда и порядочный человѣкъ
позволяешь себѣ подобныя выраженія, браня сво-
его лакея или кучера; для чего же послѣ этого
не упошреблять ихъ Г-ну редактору, писавши
какую нибудь сказку или басню? — Г. Редак-
торъ оканчиваетъ свои замѣчаніи слѣдующими
достопамятными словами: „Спрашиваю Гг.
„издашелей Сѣвернаго Наблюдашеля, какое дру-
„гое слово постравили бы они на мѣсто ка-
„нальи въ первомъ моемъ стихѣ?“ — Чтобъ
ошьѣчашь на сей запруднипельный вопросъ,
надобно непремѣнно знашь много бранныхъ
словъ. Къ несчастію, мы не можемъ симъ по-

399

хвасшаться, и принуждены согласиться безпрекословно, что Г. редакторъ Сына Ощечества знаешь лучше насъ, можно ли чѣмь нибудь замѣнишь эту каналью, или нѣшь.

2.

ПРЕЖДЕВРЕМЯННЫЕ ГЕНІИ.

Observatum illud fere est, celerius occidere festinatam maturitatem.

Quintil. Inst. orat. lib. 6.

Поселянки Французскія ничего столько не боятся, какъ ума въ своихъ дѣшяхъ; естѣли у ребенка откроются какія нибудь преждевремянныя способности, то неутѣшная машь не знаешь, что дѣлать! Посторонніе восхищаются умомъ дипляти; а та, которому оно всѣхъ ближе къ сердцу, уходитъ въ уголъ и шепчитъ въ слезахъ: оно слишкомъ умно; ему жить нельзя (Il a trop d'ésprit, il ne vivra pas). Съ перваго взгляда, покажешься это страннымъ; а когда мы посудимъ, что на все естъ время, что все безвремянное — большею частію непрочно, то едва ли не то же бы сказали на мѣстѣ Французскихъ крестьянокъ. — Одинъ ученый писашель сравниваетъ преждевремянное понятіе младенца съ рѣдкимъ раннимъ.

400

ЦВЕТКОМЪ, выведенным въ шеплицѣ. День его
рожденя, — естъ почти и день смерти!

Адріанъ Балье (Bailles) сочинитель
трактата о дѣтяхъ, прославившихся преждевремянными своими познаніями, насчитываетъ
ихъ до сша шестидесяти трехъ. Много ли
изъ нихъ достигло до мужескаго возраста?...
Весьма мало.

Какой ребенокъ могъ быть славнѣе Хри-
сшіана Гейнриха Гейнекема, родивша-
гося въ 1791 году, въ вольномъ городѣ Любекѣ?
Десятимѣсячный началь уже онъ чисło гово-
ришь на природномъ своемъ языкѣ; на пя-
надцатомъ прошелъ весь вѣхій и новый за-
вѣшь; на трешьемъ году зналь исторію какъ
Роллень; географію какъ Бюшингъ; говорилъ
по Лашынѣ, какъ Цицеронъ, а по французски
какъ Рожеласъ; предшазленный Дашскому Ко-
ролю, онъ привѣшшвоваль его совсѣмъ орашор-
скимъ краснорѣчіемъ, и насказалъ тысячу
лесшныхъ вещей Принцессамъ. Вскорѣ однако
же пришло въ упадокъ слабое его здоровье: шѣ-
лесныя силы его не соотвѣшствовали душев-
нымъ, и сей чудесный феноменъ угасъ на 5
году достопамятной своей жизни!

Скажемъ однако же, что нибудь и за про-
тивную сторону: многіе славные умы, о кошо-
рыхъ не говорится въ реестрѣ Адріана
Балье, не смочря на раннее развітие свое,
достигали позднѣйшей старосши; я приведу
въ примѣръ Юліанну Мореллу и Форму-
наша Личетти. Первая родилась въ 1592 году,
въ Барцеллонѣ: 12-ти лѣшь отъ роду говорила

401

она на четырнадцати разныхъ языках; имѣла
основательныя познанія въ Богословіи, Крис-
пруденціи и музыкѣ, и до того сильна была
въ Діалектикѣ, что не смотря на возрастъ
свой,ѣздила нарочно въ Ліонъ на публичные
диспуты по части Асгики, Машемашики и
нравственной Философіи, на которыхъ весьма
отличилась. Въ одежѣ Францисканскаго мо-
наха объѣхала она всѣ шогдашнія Академіи, со-
стязаясь съ ученѣйшими докторами. Нако-
нецъ наскуча суешою мірскихъ познаній и
славы, удалилась она въ Авиньонскій мона-
сшырь Св. Прадексы, гдѣ и умерла на 63 году
ошъ рожденія. Форшунашъ (Fortunio) Ли-
чешіи, сынь Генуэзскаго врача, родился прежде
времяни; нѣсколько юймовъ прōтяженія со-
сшавляли всю длину его шѣла: всѣ говорили,
что ребенокъ — не жилѣцъ. Одинъ ощець его
не со всѣмъ ошчаявался: поставилъ своего ма-
ленькаго недоноска въ небольшую печь, за шеп-
лотою кооторой самъ присмашривалъ, размѣряя
ее по шермометру; между шѣмъ, предписалъ
и кормилицѣ особый образъ ухаживанья за мла-
денцемъ. — Каково было всеобщее удивленіе,
какова радость отца и мачери!.... Черезъ нѣ-
сколько мѣсяцовъ не доношенный ребенокъ до-
сшігъ до настоящей величины! Тогда вся
опасношь прошла и воспитаніе Фаршунаша
продолжалось обыкновеннымъ образомъ. Ло-
преки общему мнѣнію, будто бы не доношенные
дѣши глупѣ прочихъ, молодой Форшунашъ
скоро наградилъ отца преждевременнымъ раз-
вишіемъ душевыхъ своихъ способностей. Про-
ницашельносшь, умъ и познанія его безпре-
станно возрастили. На дватцатомъ году пуб-
ликовалъ онъ трактатъ о душѣ; а въ послѣд-
сшвіи времяни обогашилъ республику ученыхъ

СЪВЕРНЫЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ.

№ 13.

1817.

## I. НРАВЫ.

КОГО БОЛЬШЕ? КТО ПОЛЕЗНЂЕ?

Rien pour l'observateur n'est muët sur la terre.

MILLEVOYE,

— „Кого больше, спросилъ Крушонъ, по-
ложивъ .......й По одного Петербургскаго
Журнала: тѣхъ ли, которые пишутъ не ду-
мя, или думаютъ не писавъ?“

Вопросъ сей не много заştуднилъ
меня: я пошелъ было въ карманъ за от-
вѣшомъ, — но РР** избавилъ меня отъ сей
заботы, и я принялся опять за мое люби-
мое занятіе — слушать и замѣтать.“

— „Къ сожалѣнію, ошвѣчалъ РР**, и тѣхъ
и дрѣгихъ довольно. Судя по числу новей-