- 5 -

Свѣтилъ возженныхъ милліоны
Въ нензмѣримости текутъ:
Твои они творятъ законы,
Лучи животворящі льютъ.
Но огненны сіи лампады,
Нѣль рдяныхъ кристалей громады,
Нѣль волнъ златыхъ кипящій сонмъ,
Или горящіе эөиры,
Нѣль вкупѣ всѣ свѣтлящи міры –
Передъ Тобой, какъ нощь предъ днемъ.

Какъ капля въ море опущенна,
Вся твердь передъ Тобой сія.
Но что мной зримая вселенна?
И что передъ Тобою я? –
Въ воздушномъ океанѣ ономъ,
Міры умножа милліономъ
Стократъ другихъ міровъ – и то,
Когда дерзну сравнить съ Тобою,
Лишь будетъ точкою одною:
А я передъ Тобой, – ничто.

Ничто! – Но Ты во мнѣ сіяешь
Величествомъ Твоихъ добротъ;
Во мнѣ себя изображаешь,
Какъ солнце въ малой каплѣ водъ.
Ничто! – Но жизнь я ощущаю,
Несытымъ нѣкакимъ летаю
Всегда пареньемъ въ высоты;
Тебя душа моя быть чаетъ,
Вникаетъ, мыслитъ, разсуждаетъ:
Я есмь; – конечно есь и Ты!

- 6 -

Ты есь! — Природы чинь вѣщасть,
Гласить мое мнѣ сердце то,
Меня мой разумъ увѣрясть,
Ты есь — и я ужъ не ничто!
Частина цѣлой я вселенной,
Поставленъ, мнится мнѣ, въ почтенной
Среднигъ естества я той,
Гдѣ кончилъ тварей Ты тѣлесныхъ,
Гдѣ началъ Ты духовъ небесныхъ,
И цѣнѣ существѣ связалъ всѣхъ мной.

Я связь міровъ повсюду сущихъ,
Я крайня степень вещества,
Я средоточіе живущихъ,
Черта начальна Божества;
Я тѣлумь въ прахъ ист.івваю,
Умомъ громамъ повелѣваю,
Я Царь, — я рабъ, — я червь. — я Богъ!
Но будучи я столь чудесень,
Отколѣ прошіешѣлѣ? — безвѣстень;
А самъ собой я быть не могъ.

Твое созданье я, Создатель!
Твоей премудрости я тварь,
Источникъ жизни, богъ Податель,
Душа души моей и Царь!
Твоей-то правдѣ нужно было,
Чтобъ смертну бездну пребывало
Мое безсмертно бытіе,
Чтобъ духъ мой въ смертность облачился
И чтобъ чрезъ смерть я возвратился,
Отецъ! — въ безсмертіе Твое.

- 8 -

Когда бы ты леталъ, какъ я, да зналъ бы свѣтъ;

То видѣлъ бы, что здѣсь луга, поля п нивы

Имъ только и живутъ, имъ только и счастливы:

Оно свою теплотой

Огромные дузы и кедры согрѣваетъ,

II удивительною красотой

Цвѣты лушстые богато убираетъ;

Да только тѣ цвѣты

Совсѣмъ не то, что ты:

Они такой цѣны п красоты,

Что само время ихъ, жалѣя, косить,

А ты ни пышенъ, ни пахучь:

Такъ солнца ты своей докукою не мучь!

Повѣрь, что на тебя оно луча не бросить.

И добиваться ты пустаго перестань,

Молчи и вянь!»

Но солнышко взошло, природу освѣтило,

По царству Флорину разсыпало лучи,

Пб бѣдный Василькъ, завянувшій въ ночи,

Небеснымъ взоромъ ожившіо.

О вы, кому въ удѣлъ судьбою данъ

Высокій санъ!

Вы съ солнца моего примѣръ себѣ берите!

Смотрите:

Куда лишь лучъ его достанетъ, тамъ оно

Былинкѣ ль, кедру ли – благотворить равно,

Пб радость по себѣ и счастье оставляетъ;

За то и видъ его горить во всѣхъ сердцахъ —

Какъ чистый лучъ въ восточныхъ хрусталахъ,

Пб все его благословляетъ.

КРЫЛОВЪ.

ПРОЗА.

О ЛЮБВИ КЪ ОТЕЧЕСТВУ

И

НАРОДНОЙ ГОРДОСТИ.

=

Любовь къ отечеству можетъ быть физическая, нравственная и политическая.

Человѣкъ любить мѣсто своего рождения и воспитанія. Сія привязанность есть общая для всѣхъ людей и народовъ; есть дѣло Природы, и должна быть названа физическою. Родина мила сердцу не мѣстными красотами, не яснымъ небомъ, не пріятнымъ климатомъ, а плѣнительными воспоминаніями, окружающими, такъ сказать, утро и колыбель словѣчества. Въ свѣтѣ нѣтъ ничего милѣе жизни; она есть первое счастіе – а начало всякаго благополучія имѣтъ для нашего воображенія какую-то особенную прелесть. Такъ друзья освящаютъ въ памяти первый день дружбы своей. Лапландецъ, рожденный почти въ гробѣ Природы, не смотря на то, любить хладный мракъ земли своей. Переселите его въ счастливую Италію:

- 10 -

онъ взоромъ и сердцемъ будетъ обращаться къ сѣверу, подобно магниту; яркое сіяніе солнца не произведетъ такихъ сладкихъ чувствъ въ его душѣ, какъ день сумрачный, какъ свистъ бури, какъ наденіе снѣга: они напоминаютъ ему отечество! — Самое расположеніе нервъ, образованныхъ въ человѣкѣ по климату, привязывасть насъ къ родинѣ. Не даромъ медики совѣтуютъ иногда больнымъ лечиться ея воздухомъ; не даромъ житель Гельвеціи, удаленный отъ снѣжныхъ горъ своихъ, сохнетъ и впадаетъ въ меланхолію; а возвращаясь въ дикой Унтервальденъ, въ суровый Гларисъ, оживаетъ. Всякое растеніе пьетъ бо-lbe силы въ своемъ климатѣ: законъ Природы и для человѣка не измѣняется. — Не говорю, чтобы естественные красоты и выгоды отчизны не пьѣли никакого вліянія на общую любовь къ ней: нѣ-которыя земли, обогащенныя Природою, могутъ быть тѣмъ ми. lěѣ своимъ жителямъ; говорю толь-ко, что сіи красоты и выгоды не бываютъ глав-нымъ основаніемъ физической привязанности лю-дей къ отечеству: побо она не была бы тогда об-щею.

Съ къмъ мы росли и живемъ, къ тѣмъ привы-
каемъ. Душа ихъ сообразуется съ нашею; дѣ-
лается пѣкоторымъ ея зеркаломъ; служить пред-
метомъ или средствомъ нашихъ нравственныхъ
удовольствій, и обращается въ предметъ склон-
ности для сердца. Сія любовь къ согражданамъ,
или къ людямъ, съ которыми мы росли, воспи-

- 11 -

тывались и живемъ, есть вторая или правствен-
ная любовь къ отечеству, столь же общая, какъ и
первая, мѣстная или физическая, по дѣйствую-
щая въѣкоторыхъ лѣтахъ спиленѣе : ибо время
утверждаетъ привычку. Надобно видѣть двухъ
единоземцевъ, которые въ чужой землѣ находятъ
другъ друга : съ какимъ удовольствіемъ они об-
нимаются и спѣшать изливать душу въ пскрен-
нихъ разговорахъ! Они видятся въ первый разъ,
но уже знакомы и дружны, утверждая личную
связь свою какими ппбудь общими связями оте-
чества! Имъ кажется, что они, говоря даже поно-
странпымъ языкомъ, лучше разумѣютъ другъ
друга, пежели прочихъ : поо въ характерѣ еди-
ноземцевъ есть всегда иѣкоторое сходство, и жи-
тели одного государства образуютъ всегда, такъ
сказать, электрическую цѣнь, передающую имъ
одно впечатленіе посредствомъ самыхъ отдален-
ныхъ колецъ или звеньевъ. — На берегахъ пре-
краснѣйшаго въ мірѣ озера, служащаго зерка-
ломъ богатой Натурѣ, случилось мнѣ встрѣтить
Голландскаго Патріота, который, по пенависти
къ Штатгальтеру и Оранистамъ, выѣхалъ изъ
отечества, и поселился въ Швейцаріи между Ніона
и Роля. У него былъ прекрасный домикъ, физи-
ческій Кабинетъ, библіотека; сидя подъ окномъ,
онъ видѣлъ передъ собою великолѣшнѣйшую кар-
тину Природы. Ходя мимо домика, я завидовалъ
хозяину, не знавъ его; познакомился съ нимъ въ
Женевѣ, и сказалъ ему о томъ. Отвѣтъ Голланд-

- 12 -

скаго флегматика удивилъ меня своею живостію :
« Никто не можетъ быть счастливъ вѣ своего оте-
« чества, гдѣ сердце его выучилось разумѣть лю-
« дей, и образовало свои любимыя привычки.
« Никакимъ народомъ нельзя замѣнить сограж-
« данъ. Я живу не съ тѣми, съ кѣмъ жилъ сорокъ
« лѣтъ, я живу не такъ, какъ жилъ сорокъ лѣтъ :
« трудно учиться себя къ новостямъ, и мнѣ
« скучно ! »

Но физическая и правовая привязанность къ
отечеству, дѣйствіе Натуры и свойствъ человѣка,
пе составляютъ еще той великой добродѣтели,
которою славились Греки и Римляне. Натріотизмъ
есть любовь ко благу и славѣ отечества, и желаніе
способствовать имъ во всѣхъ отношеніяхъ. Онъ
требуетъ разсужденія – и потому не всѣ люди
имѣютъ его.

Самая лучшая Философія есть та, которая осно-
вываетъ должности человѣка на его счастіи. Она
скажетъ намъ, что мы должны любить пользу
отечества, ибо съ нею неразрывна наша собствен-
ная; что его просвѣщеніе окружаетъ насъ самихъ
многими удовольствіями въ жизни; что его ти-
шина и добродѣтели служатъ щитомъ семействен-
ныхъ наслажденій; что слава его есть наша слава;
и если оскорбительно человѣку называться сы-
номъ презрѣннаго отца, то не менѣе оскорбитель-
но и гражданину называться сыномъ презрѣннаго
отечества. Такимъ образомъ любовь къ собствен-
ному благу производить въ насъ любовь къ оте-

- 13 -

честву, а личное самолюбие гордость народную,
которая служить опорою патріотизма. Такъ Греки и Римляне считали себя первыми народами, а
всѣхъ другихъ варварами; такъ Англичане, которые въ новѣйшія времена болѣе другихъ славятся патріотизмомъ, болѣе другихъ о себѣ ме-
чтають.

Я не смѣю думать, чтобы у насъ, въ Россіи, было немного патріотовъ; но мнѣ кажется, что мы излишно смиренны въ мысляхъ о народномъ своемъ достопнествѣ; — а смиреніе въ политикѣ вредно. Кто самого себя не уважастъ, того безъ сомнѣнія и другіе уважать не будутъ.

Не говорю, чтобы любовь къ отечеству尊敬ствовала ослѣплять насъ и увѣрять, что мы всѣхъ и во всемъ лучше; но Русскій долженъ по крайней мѣрѣ знать цѣпу свою. Согласимся, что иѣкоторые народы вообще насъ просвѣщеннѣе, ибо обстоятельства были для нихъ счастливѣе; но почувствуемъ же и всѣ благодѣянія судьбы въ разсужденіи народа Российскаго; станемъ смѣло на ряду съ другими; скажемъ ясно имя свое и повторимъ его съ благородною гордостію.

Мы не имѣемъ нужды прибѣгать къ баснямъ и выдумкамъ, подобно Грекамъ и Римлянамъ, чтобы возвысить наше происхожденіе: слава была колыбелію народа Русскаго, а побѣда вѣстницесю бытія его. Римская Имперія узнала, что есть Славяне, ибо они пришли и разбили ея легіоны. Историки Византийскіе говорить о нашихъ пред-

- 14 -

кахъ, какъ о чудесныхъ людяхъ, которымъ ни-
что не могло противиться, и которые отличались
отъ другихъ Сѣверныхъ народовъ не только своею
храбростію, по и какимъ-то рыцарскимъ добро-
душіемъ. Герони наши въ девятомъ, въ десятомъ
вѣкѣ играли и забавились ужасомъ тогдашней
новой столицы міра: имъ надлежало только явить-
ся подъ стѣнами Константинополя, чтобы взять
дань съ Царей Греческихъ. Въ первомъ-надесять
вѣкѣ Русскіе, всегда превосходные храбростію,
не уступали другимъ Европейскимъ народамъ и
въ просвѣщеніи, имѣя по Ремингіи тѣсную связь
съ Царемъ-градомъ, который дѣлился съ нами
п. людами учености, и во время Ярослава был
переведены на Славянскій языкъ многія Грече-
скія книги. Къ чести твердаго Русскаго характера
служить то, что Константинополь никогда не
могъ присвоить себѣ политическаго влѣянія на
отечество наше. Князья любили разумъ и знаніе
Грековъ, по всегда готовы были оружіемъ нака-
зать ихъ за малѣйшіе знаки дерзости.

Раздѣліе Россіи на многія владѣнія и несо-
гласіе Князей приготовили торжество Чингисъ-
Хановыхъ потомковъ и наши долговременные
бѣдствія. Великіе, поди и великіе народы подвер-
жены ударамъ рока, по и въ самомъ несчастіи
являютъ свое величіе. Такъ Россія, терзаемая лю-
тымъ врагомъ, гибла со славою: цѣлые города
предпочитали вѣрное истребленіе стыду рабства.
Жители В.ладиміра, Чернигова, Кіева принесли

- 15 -

себя въ жертву народной гордости, и тѣмъ спасли имя Русскихъ отъ поношенія. Историкъ, утолченный сини несчастными временами, какъ ужасною безплодною пустынею, отдыхаетъ на могилахъ, и находитъ отраду въ томъ, чтобы оплакивать смерть многихъ достойныхъ сыновъ отечества.

Но какой народъ въ Европѣ можетъ нохвалиться лучшею судьбою? Который изъ нихъ не былъ въ узахъ нѣсколько разъ? По крайней мѣрѣ завоеватели наши устрашали Востокъ и Западъ. Тамерланъ, сидя на тронѣ Самаркандскомъ, воображалъ себя Царемъ міра.

И какой народъ такъ славно разорвалъ свои цѣпи? такъ славно отмстилъ врагамъ свирѣшнымъ? Надлежало только быть на престолѣ рѣшительно му, смѣлому Государю. Народная сила и храбрость, послѣ иѣкотораго усыпленія, громомъ и молніемъ возвѣстили свое пробуждение.

Время Самозванцевъ представляетъ опять горестную картину мятежа; но скоро любовь къ отечеству воспаменяетъ сердца; — граждане, земледѣ.льцы требуютъ воепачальника, и Пожарскій, ознаменованный славными рапами, встаетъ съ одра болѣзни. Добродѣтельный Мининъ служитъ примѣромъ; и кто не можетъ отдать жизни отечеству, отдаетъ ему все, что имѣетъ.... Древняя и новая Исторія народовъ не представляетъ намъ ничего трогательнѣе сего общаго, геройскаго патріотизма. Въ царствованіе АЛЕКСАНДРА позво-

- 16 -

лесо желать Русскому сердцу, чтобы какой пи-
будь достойный монументъ, сооруженный въ
Нижнемъ Новъгородъ (гдѣ раздался первый гласъ
любви къ отечеству), обновилъ въ нашей памяти
славную эпоху Русской Исторіі. Такіе монумен-
ты возвышаютъ духъ народа. Скромный Монархъ
не запретилъ бы намъ сказать въ надписи, что
сей памятник сооруженъ въ Его счастливое
время.

ПЕТРЪ ВЕЛИКІЙ, соединивъ насъ съ Евро-
пою, и показавъ намъ выгоды просвѣщенія, не
надолго унизилъ народную гордость Русскихъ.
Мы взглянули, такъ сказать, на Европу, и од-
нимъ взоромъ присвоили себѣ люди долговре-
менныхъ трудовъ ся. Едва Великій Государь ска-
залъ нашимъ войнамъ, какъ надобно владѣть по-
вымъ оружіемъ, они, взявъ его, летѣли сра-
жаться съ первою Европейскою арміею. Явились
Генералы, нынѣ ученики, завтра примѣры для
учителей. Скоро другіе могли и должны были
перенимать у насъ; мы показали, какъ бьютъ
Шведовъ, Турокъ – и паконецъ Французовъ. Сіи
славные Республиканцы, которые еще лучше го-
ворятъ, пежелі сражаются, и такъ часто твер-
дять о своихъ ужасныхъ штыкахъ, бѣжали въ
Италію отъ перваго взмаха штыковъ Русскихъ.
Знали, что мы храбрѣе многихъ, не знаемъ еще,
кто насъ храбрѣе. Мужество есть великое свой-
ство души: народъ, имъ отlichенный, долженъ
гордиться собою.

- 17 -

Въ Военномъ искусствѣ мы успѣли болѣе, не-
жели въ другихъ, отъ того, что имъ болѣе запи-
малось, какъ нужнѣйшимъ для утвержденія госу-
дарственнаго бытія нашего; однако жъ не одними
лаврами можемъ хвалиться. Наши гражданскія
учрежденія мудростію своему равниваются съ учре-
жденіями другихъ государствъ, которые нѣсколь-
ко вѣковъ просвѣщаются. Наша лодкость, тонь
общества, вкусъ въ жизни, удивляютъ иностран-
цевъ, пріѣзжающихъ въ Россию съ ложью по-
нятіемъ о народѣ, которыйъ въ началѣо-
надесять вѣка считался варварскимъ.

Завистники Русскихъ говорятъ, что мы имѣемъ
только въ высшей степени переимчивость; по
развѣ она не есть знакъ превосходнаго образованія
души? Сказываютъ, что учители Лейнніза нахо-
дили въ нesмъ также одну переимчивость.

Въ наукахъ мы стоимъ еще позади другихъ,
для того – и для того единственно, что менѣе
другихъ занимаемся ими, и что ученое состояние
не имѣть у насъ такой общпрой сферы, какъ,
на примѣрѣ, въ Германіи, Англии, и проч. Если
бы наши молодые дюоряне учась могли доучивать-
ся и посвящать себя Наукамъ, то мы имѣли бы
уже своихъ Линнеевъ, Галлеровъ, Боннетозъ.
Успѣхи Литературы нашей (которая требуетъ
менѣе учености, но, смѣю сказать, еще болѣе
разума, нежели собственно такъ называемыя Нау-
ки) доказываютъ великую способность Русскихъ.
Давно ли зnamъ, что такое слогъ въ стихахъ и

2

- 18 -

прозѣ? и можемъ въ нѣкоторыхъ частяхъ уже рав-
няться съ иностранцамп. У Французовъ еще въ
шестомъ-падесять вѣкѣ философствовалъ и писалъ
Монтань: чудно ли, что они вообще пишутъ луч-
ше насъ? Не чудно ли, напротивъ того, что нѣ-
которыя наши произведенія могутъ стоять на ряду
съ ихъ лучшими, какъ въ живописи мыслей, такъ
и въ оттѣнкахъ слога! Будемъ только справедли-
вы, любезные сограждане, и почувствуемъ цѣну
собственнаго. Мы никогда не будемъ умны чу-
жимъ умомъ и славны чужою славою: Француз-
скіе, Англійскіе Авторы могутъ обойтись безъ
нашей похвалы; по Русскимъ нужно по крайней
мѣрѣ вниманіе Русскихъ. Расположеніе души мо-
ей, слава Богу! совсемъ противно сатирпческому
и бранному духу; но я осмѣлось попенять мно-
гимъ изъ нашихъ любителей чтенія, которые,
зная лучше Парижскихъ жителей всѣ произведе-
нія Французской Литературы, не хотятъ п взгля-
нуть на Русскую книгу. Того ли они желаютъ,
чтобы иностранцы увѣдомляли ихъ о Русскихъ
талантахъ? Пусть же читають Французскіе и Нѣ-
мецкіе критическіе журналы, которые отдаютъ
справедливость нашимъ дарованіямъ, судя по нѣ-
которымъ переводамъ (*). – Кому не будетъ обидно
походить на Даламбертову мамку, которая, живу-

(*) Такимъ образомъ самый худой Французскій переводъ Ло-
моносова Одъ и разныхъ мѣстъ изъ Сумарокова заслужилъ вни-
маніе и похвалу иностранныхъ журналистовъ.

- 19 -

чи съ нимъ, къ изумленію своему услышала отъ
другихъ, что онъ умный человѣкъ? Нѣкоторые
извиняются худымъ знаміемъ Русскаго языка: это
извіненіе хуже самой вины. Оставимъ нашимъ
любезнымъ свѣтскимъ дамамъ утверждать, что
Русскій языкъ грубъ и непріятенъ; что charmant
и séduisant, expansion и vapeurs не могутъ быть
на немъ выражены; и что, однимъ словомъ, не
стоинъ труда знать его. Кто смѣетъ доказывать
дамамъ, что онъ ошибаются? Но мущины не имѣ-
ютъ такого любезнаго права судить ложно. Языкъ
нашъ выразителенъ не только для высокаго крас-
норѣчія, для громкой, живописной Поэзіи, но
и для нѣжной простоты, для звуковъ сердца и
чувствительности. Онъ богатѣе гармоніею, неже-
ли Французскій; способнѣе для изліннія души
въ тонахъ; представляетъ болѣе аналогпческихъ
словъ, то есть сообразныхъ съ выражаемымъ дѣй-
ствіемъ: выбода, которую имѣютъ одни коренные
языки! Бѣда наша, что мы все хотимъ говорить
по-Французски, и не думаемъ трудиться надъ
обработываніемъ собственнаго языка: мудрено ли,
что не умѣемъ изъяснять имъ нѣкоторыхъ тонко-
стей въ разговорѣ? Одинъ иностранный Министръ
сказалъ при мнѣ, что языкъ нашъ долженъ быть
весьма теменъ, ибо Русскіе, говоря имъ, по его
замѣчанію, не разумѣютъ другъ друга, и тотчасъ
должны прибѣгать къ Французскому. Не мы ли
сами подаемъ поводъ къ такимъ немѣпымъ заклю-
ченіямъ? – Языкъ важенъ для патріота, и я лю-

*

- 20 -

б. по Англичанъ за то, что они лучше хотятъ свин-
стать и шипѣть по-Английски, нежели говорить
чужимъ языкомъ, извѣстнымъ почти всему изъ
нихъ.

Есть всему предѣль и мѣра: какъ человѣкъ,
такъ и народъ начинасть всегда подражаніемъ;
по должень со временемъ быть самъ собою, что-
бы сказать: я существую нравственно! Теперь мы
уже имѣть столько знаний и вкуса въ жизни,
что могли бы жить, не спрашивая: какъ живутъ
въ Парижѣ и въ Лондонѣ? что тамъ носять, въ
чемъ тѣздать, и какъ убираютъ домы? Патріотъ
святить присвоить отечеству благодарѣтельное и
нужное, по отвергаетъ рабскія подражанія въ без-
дѣлкахъ, оскорбительныя для народной гордости.
Хорошо и должно учиться; но горе и человѣку и
народу, который будетъ всегдашимъ ученикомъ!

До сего времени Россия безпрестанно возвышалась какъ въ политическомъ, такъ и въ нравственномъ смыслѣ. Можно сказать, что Европа годъ отъ году насъ болѣе уважаетъ – и мы еще въ среднѣ нашего славнаго теченія! Наб.податель вездѣ видитъ новыя отрасли и раскрытія; видитъ много людей, но еще болѣе цвѣта. Символъ нашъ есть пылкій юноша: сердце его, полное жизни, любить дѣятельность; девизъ его есть: труды и наспежда! – Побѣды очистили намъ путь къ благо-денствію; слава есть право на счастіе.

КАРАМЗИНТЪ.

## II.
# ИСТОРИЯ.
## БИОГРАФИЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I.

АЛЕКСАНДРЪ I, ИМПЕРАТОРЪ Всероссийскій, сьнѣ ИМПЕРАТОРА ПАВЛА ПЕТРОВИЧА и ИМПЕРАТРЦЫ МАРИИ ΘΕΟΔΟΡΟΒΝЫ, урожденной Принцессы Виртембергской, родился въ Санктпетербургъ 12 Декабря 1777; сочелѣтался бракомъ съ Принцессою Баденскою Лунзою Маріею Августою, по святомъ муропомазаніи Великою Княжною Елисаветою АЛЕКСѣЕВНОЮ, 28 Сентября 1795; по восшествіи на престолъ Родителя Его, ИМПЕРАТОРА ПАВЛА I, 6 Ноября 1796, объявленъ Цесаревичемъ и Наслѣдникомъ Престола; воцарился 12 Марта, вѣнчанъ на царство 15 Сентября 1801 г.; скончался въ Таганрогъ 19 Ноября 1825 года. Имѣлъ двоихъ дочерей: МАРИЮ АЛЕКСАНДРОВНУ (род. 18 Мая 1799, ск. 27 июля 1800), и ЕЛИСАВЕТУ АЛЕКСАНДРОВНУ (род. 5 Ноября 1806, сконч. 30 Апръеля 1808 г.).

- 22 -

Рожденіе Великаго Князя Александра Павловича, послѣдовавшее среди победъ и торжествъ царствованія Великой Екатерины, было для всей Россіи радостиейшимъ событиемъ, даровавъ наслѣдника Императорскому Дому, къ утвержденію и распространенію славы и величія Имперіи подъ владычествомъ сей благословенной Богомъ династіи. Воспитаніе Его было однимъ изъ главнѣйшихъ царственныхъ попеченій Августѣйшей Его Бабки. Она сама назначала для Него занятія и предметы ученія, сама писала книги для развитія Его ума и образованія сердца; выбирала Ему наставниковъ, учителей и товарищей, предвидя въ младенцѣ и отрокѣ великаго Государя. Главнымъ попечителемъ при немъ былъ Графъ (въ послѣдствіи Князь) Н. И. Салтыковъ, а воспитателемъ Швейцарецъ Лагарпъ, къ которымъ Императоръ до конца своей жизни сохранилъ искреннюю любовь и благодарность. Императоръ Павелъ Петровичъ, по восшествіи Своемъ на престолѣ, удѣлялъ часть трудовъ царственныхъ Свосму наслѣднику. Великій Князь Александръ Павловичъ, сверхъ отправленія обязанностей военной службы, былъ Санктпетербургскимъ Военнымъ Губернаторомъ, Членомъ Совѣта и Сената, но все свободное время посвящалъ изученію великаго подвига, къ которому былъ призванъ Провидѣніемъ. Онъ вступалъ на престолѣ въ цвѣтущихъ лѣтахъ, когда свѣтъ, его необлагодарность, его неумѣнье наслаждаться настоящимъ счастіемъ, его

- 23 -

пустыя сожалінія о прошедшемъ, и несбыточные
замыслы о будущемъ еще не разочаровали чело-
вѣка, обаяннаго великодушными мечтами юныхъ
лѣтъ. АЛЕКСАНДРЪ поклялся въ душѣ своей
быть другомъ, хранителемъ, утѣхою ввѣренной
Ему Провидѣніемъ Россіи и всего человѣчества. Въ
двадцатипятилѣтнее Его царствованіе Россія и че-
ловѣчество видѣли подвиги, совершенные Имъ
для исполненія сего священнаго объѣта.

Исторія царствованія АЛЕКСАНДРА есть Исто-
рія Европы въ первой четверті ХІХ вѣка, обильной
великими и грозными происшествіями, какихъ
прежде того не случалось и въ цѣлыя столѣтія.
Мы не въ состояніи представить нашимъ читате-
лямъ полную картину сего достопамятнаго време-
ни: она не вмѣстилась бы въ тѣсныя рамы этого
обозрѣнія, и превзошла бы наши силы. Величе-
ственная эта картина можетъ быть начертана то-
гда только, когда легкій туманъ времени, подер-
нувъ предметъ ея своею волшебною тѣнью, вы-
ставитъ глазамъ художника огромные очерки во
всемъ ихъ объемѣ, и удалить отъ нихъ второсте-
пенныя части, ослѣпляющія теперь блескомъ сво-
имъ взглядѣ современника. Ограничиваемся исчисле-
ніемъ главнѣйшихъ событий этой Всемірной Исто-
ріи; удовольствуемся воспоминаніями о тѣхъ ве-
ликихъ событияхъ сего царствованія, которые вол-
новали юношескія сердца нашіи сладостнымъ во-
сторгомъ, и теперь, по истеченіи многихъ лѣтъ,
извлекаютъ у насъ, на закатѣ жизни, слезы уми-

- 24 -

лительного благоговейня къ великому Государю,
избранному Богомъ въ орудіе его правосудія.

Изложеніе наше дѣлится на двѣ главныя части:
событія политическія и военные виѣшнія, и дѣла
внутреннія.

АЛЕКСАНДРЪ вступилъ на престолъ въ самое
бурное время. НИПЕРАТОРЪ ПАВЕЛЬ, недо-
вольный дѣйствіямъ своихъ союзниковъ, несоот-
вѣтствовавшихъ Его пламенному усердію къ воз-
становленію правъ Европы, сблизился съ тогдаш-
нимъ Французскимъ правительствомъ, возник-
шимъ подъ твердою рукою геніяльнаго Наполеона
Бонапарте, и объявилъ войну Англии. Грозный
Британскій флотъ двинулся въ Балтійское Море,
прорвалися силою сквозь Зундъ 21 Марта (2 Ан-
рѣла) 1801, и остановился въ випу Русскихъ бе-
реговъ. АЛЕКСАНДРЪ изъявилъ желаніе прекра-
тить войну сю. Английскій Дворъ съ радостью
принялъ слова мира, и 5/17 Юпя былъ подписанъ
мирный трактатъ между обѣими Державами. При-
миреніе съ Англиею въ этотъ разъ не всю къ вой-
нѣ съ вѣчными ея противницами. 22 Сентября
(4 Октября), былъ заключенъ мирный трактать
съ Испаніею, 26 Сентября (8 Октября) съ Фран-
ціею. Со вступлениемъ на престолъ АЛЕКСАН-
ДРА, казалось, звѣзда мира взошла надъ утом-
ленною въ брани Европою. Вскорѣ заключень
былъ (въ Амьенѣ 13 27 Марта) мпрѣ между Фран-
ціею, Испаніею, Голландіею и Великобританіею.
Россія согласилась съ Франціею касательно возна-

- 25 -

гражденія владѣльцей Германскихъ. Австрія,
Пруссія и прочія Державы Германскія равномѣр-
но къ тому приступили. Все клюñлись къ заклю-
ченію общаго мира, къ утвержденію спокойствія
и благоденствія Европы и Свѣта на основаніяхъ
прочныхъ. Но въ Европѣ владычествовали Але-
ксандръ не одинъ. Въ одно время съ благодѣ-
тельною и кроткою звѣздою АЛЕКСАНДРА воз-
никъ на горизонтѣ міра блистательный метеоръ,
съ необычайною сплою сжавшій въ себѣ всѣ бур-
ныя стихіи кровавой революціи Французской.
Наполеонъ Бонапарте изумилъ величіемъ своего ге-
нія весь тогдашній міръ: онъ успокоилъ Францію,
побѣдилъ и усмірилъ несмѣтныхъ враговъ ея,
пролилъ рѣки обилія и богатства на свое отечество,
озарилъ его блистательною славою, но не долго
пользовался безкорыстіемъ удивленіемъ совре-
менниковъ: безпрестанныя нарушения чужихъ
правъ и своего елона, покушения на собственность
близняго, жертвованіе благомъ общимъ возвыше-
нію своего семейства, и паконецъ беззаконное и
злодѣйское умереніе певиннаго Герцога Ан-
генскаго, открыли глаза Европѣ. Первая возстала
на него Англія. Россія, Австрія и Швеція зак.по-
чили между собою (въ началѣ 1805 года) союзъ,
для остановленія бурнаго потока. Наполеонъ, за-
нимавшійся нѣ сколько времени несобыточными
планами высадки въ Англію, узнавъ о начатіи во-
енныхъ дѣйствій вступленіемъ Австрійцевъ въ
Баварію, двинулся противъ нихъ всѣми своими

- 26 -

силами, и, прежде нежели Русскія войска поспѣли
на помощь къ своим союзникамъ, обошелъ Ав-
стрійскую армію (нарушивъ нейтралистетъ Прус-
скихъ владѣній), и разбивъ ее (2/14 и 5/13 Октября)
при Эльхшгенѣ и Лангенау, принудилѣ при
Ульмѣ положить оружіе, перешелъ Имнѣ, и за-
нялъ (1/13 Ноября) Вѣну. Русскія войска, не на-
шедъ Австрійской арміи, отступилі съ величай-
шимъ трудомъ, выдержавъ блестательное сраже-
ніе при Голабруннѣ. Французы проникли въ Мо-
равію, и тамъ произошла кровопролитная битва
при Аустерлицѣ, 20 Ноября (2 Дек.) 1805, въ ко-
торой побѣда склонилась на сторону Наполеона.

Императоръ АЛЕКСАНДРЪ ПАВЛОВИЧЪ
оказалъ въ сей битвѣ храбрость самую блистательную, но принужденъ былъ покориться величайшіямъ судьбы, и когда Императоръ Францъ изъявилъ желаніе заключить съ Наполеономъ переміріе, онъ удалился съ своею арміею въ предѣ лы Россіи. Въ с.Іѣдующемъ (1806) году, послѣ тщетныхъ усилій заключить миръ, соотвѣтствующій желаніямъ и требованіямъ Европы, война возгорѣлась съ большимъ жаромъ. Въ этотъ разъ выступила на поле брани Пруссія. Наполеонъ брошился на собравшіяся противъ него Русскія войска: 27 Сентября (9 Октября) начались военные дѣйствія; 2/14 Октября были разбиты Прусаки при Іенѣ и Ауэрштедтѣ; 15/27 Наполеонъ вступалъ въ Берlinѣ; важный шія крѣпости Русскія сдались одна за другою; 16/28 Ноября Французы

- 27 -

заняли Варшаву и двинулись къ границам Рос-
сіи. Здѣсь нашли они твердое сопротивленіе. По-
слѣ сраженія при Пултускѣ и Голыминѣ, 14/26 Де-
кабря, въ которомъ Французы въ первый разъ
встрѣтили мужественный отпоръ и приуждены
были уступить поле сраженія, они заняли зимнія
квартиры. Военныя дѣйствія возобновились съ
началомъ 1807 года: 27 Января (8 Февраля) про-
изошло одно изъ кровопролптнѣйшихъ сраженій
въ новѣйшей Исторіи, подъ Прейсшъ - Эйлау.
Русскіе удержали напоръ сильнаго врага, що немо-
гли сокрушить огромныхъ его полчищѣ. Объ арміи
нѣсколько мѣсяцевъ стояли въ виду другъ друга.
Въ концѣ Мая Русскіе одержали поверхность надъ
Французами, 27 Мая (8 Юня) при Гутштатѣ, 28
(9) при Гейльсбергѣ; но 2/14 Юня произошла бит-
ва при Фридландѣ, въ которой Русская армія,
поставленная въ невыгодную позицію, принужде-
на была уступить превосходнѣйшему непріятелю.
Слѣдствіемъ потери этой битвы было вступлѣніе
Французовъ въ Кенигсбергъ; Данцигъ былъ
взятъ за нѣсколько времени предъ тѣмъ, и Русскія
войска отступили къ своимъ границамъ. Имперл-
торъ АЛЕКСАНДРЪ ПАВЛОВИЧЪ, находившій-
ся съ 4 Апрѣля при главной квартирѣ, но предо-
ставившій командованіе войскомъ Генералу Бен-
нигсену, рѣшился испытать, не поведетъ ли къ
лучшему для Европы и Россіи, сближеніе его съ
сильнымъ и счастливымъ Императоромъ Францу-
зовъ. Послѣ свиданія ихъ на рѣкѣ Нѣманѣ, въ ко-

- 28 -

торомъ АЛЕКСАНДРЪ требовалъ только сохране-
нія владѣній союзника своего, Короля Фридриха
Вильгельма III, подписанъ былъ 25 июня (7 июля)
миръ Тильзитскій между Россією и Франціею, а
чрезъ два дни, между Пруссіею и Франціею. Изъ
составившагося по этому миру новаго Герцогства
Варшавскаго, отданнаго Королю Саксонскому,
Россіи, досталась область Бъюстокская. Вся Евро-
па получила новый видъ. АЛЕКСАНДРЪ удер-
жалъ всѣ свои владѣнія въ цѣлости, и присту-
пилъ къ концентраційной системѣ Наполеона.
Союзъ Россіи съ Франціею вскорѣ укрѣпленъ
былъ страннымъ поступкомъ Англійскаго Кабп-
нета. Британскій флотъ явился предъ Копенгаге-
номъ, и потребовалъ выдачи ему Датскаго флота;
получивъ отказъ, разрушилъ часть Копенгагена
бомбами и Конгревовыми ракетами 21 Августа
(2 Сентября), и принудилъ Датское правительство,
не подававшее ни малѣйшаго повода къ непріязнен-
нымъ дѣйствіямъ, выдать ему всѣ свои корабли,
морскіе и военные запасы, и проч. Слѣдствіемъ
этого было объявленіе Россіею войны Англіп 25
Октября (6 Ноября) 1807.

Въ то время, когда Русскія войска встрѣчали
грудью непріятеля на западной своей гранцф,
возникла война на югѣ, съ давнійними ея врага-
ми, Турками. Французы, въ намѣреніи развлечь
силы Россіи, воспользовались къ тому всегдаш-
нимъ свойствомъ, побутили Турокъ объя-
вить сей войну (18/50 Декабра 1806). Русскія вой-

- 29 -

ска, занявшія уже прежде того Молдавіо и Вала-
хіо, для понужденія Порты къєєєєєєю обя-
занностей, припятых ею на себя по трактатамъ
Кайнарджійскому и Яєскому, спачала дѣйствова-
ли тамъ безъ большихъ усилий. Глазныя дѣйствія
ихъ проесходили въ Архипелагъ: Вяце-Адмі-
ралъ Сепавинъ явился съ эскадрою на водахъ Гре-
ціі, и 19/31 Поя 1807 одержалъ значительную
побъду надъ Турецкимъ флотомъ при Лемкостѣ.
18/50 Пеня Графъ Гудовічъ разбилъ Турокъ въ
Азіі, на берегахъ Армачая. По заключеніи мира
Тиільзитскаго, армія, дѣйствовавшая на Дупаѣ,
была услена, и послѣ безуспѣшныхъ перегово-
ровъ въ теченіе 1808 года, съ наступлѣемъ вес-
ны 1809, начала военные дѣйствія подъ командою
Князя Прозоровскаго, въ концѣ Пояна перешла
чрезъ Дунай, и взяла небольшія лежащія при
немъ крѣпости. По смерти Князя Прозоровскаго
(9/21 Августа) принялъ начальство Князь Баграті-
онъ: онъ взялъ иѣ сколько крѣпостей, въ томъ
числѣ Измаль и Брапловъ, и одержалъ побъду
при Рассеватѣ, но, по наступлѣніи зны, перес-
шелъ сбратио черезъ Дунай. Въ кампаніи 1810
года командовалъ Графъ Каменскій: онъ взялъ
Базарджикъ, Сплистріо, Разградъ, храбро сра-
жался подъ Шумлою, однако не могъ покорить
ея; не имѣлѣ успѣха въ штурмѣ Рущука, но одер-
жалъ блистательную побъду при Батынѣ, 26 Ав-
густа; с.ѣдствіемъ ея было паденіе Рущука и
Журжи; при всемъ томъ Турки еще не думали о

- 30 -

миръ. По смерти Графа Каменскаго, Генералъ Голенищевъ-Кутузовъ принялъ, въ 1811 году, начальство падъ Дунайскою арміею, которая была значительно ослаблена усиленіемъ войскъ на западной гранцъ Россіи, а Турція въ то время собрала всѣ свои силы для блистательнаго окончания кровопролитной битвы. Кутузовъ успѣлъ заманить Турецкую армію на правый берегъ Дуная, у С.любодзеи, и окруживъ ее со всѣхъ сторонъ, выморилъ голодомъ. Заключено было перемиріе, и чрезъ несколько мѣсяцевъ послѣ того (16/28 Мая 1812), подписанъ миръ въ Бухарестѣ. Рѣка Прутъ назначена была границею объихъ Имперій. Россія пріобрѣла Бессарабію съ крѣпостями Хотиномъ, Бендерами, Аккерманомъ, Киініею и Измаилюмъ, и, что его важнѣе, армію, дѣйствовавшую до终ѣ на Дунаѣ, могла употребить противъ бурпагато нашествія, угрожавшаго ей съ береговъ Виціы.

Вскорѣ послѣ начатія брани съ Турками, возгорѣлась война съ Швеціею. Псслѣ Тильзитскаго мира, Россія пригласила союзника своего, Короля Густава IV, покориться обстоятельствамъ заключеніемъ мира съ Франціею. Въ его волѣ было не принимать этого предложенія, но отказъ его былъ такъ оскорбителенъ для Россіи, что за нимъ не могло не послѣдовать разрыва. Всѣ старанія нашегоъ Кабпнета объ удовлетворительномъ соглашеніи были тщетны. Двухѣтняя война въ Финляндіи принадлежитъ къ числу знаменитѣйшихъ

- 31 -

войнъ Россіи. ⁸/₂₀ Февраля 1808 года обнародова-
на была декларація о разрывѣ съ Швеціею, и въ
тотъ же день Русская армія, подъ начальствомъ
Графа Буксгевдена, переступила чрезъ границу.
Она шла впередъ безпрепятственно, занимая одинъ
городъ за другимъ, ¹³/²⁸ Февраля Ловизу и Борго,
¹⁸/₃₀ Гельсингфорсъ, 25 (8 Марта) Тавастгусъ,
⁸/¹⁷ Марта Біернаборгъ и Швартгольмъ, ¹⁰/²² Мар-
та Або, ¹⁷/²⁹ Вазу, 31 (12 Апрѣля) Аландскіе
Острова, Гамлекарлеби и Якобштатъ. Шведы,
отступавшіе предъ Русскими, стали защищаться
не ближе какъ подъ 64 градусомъ съверной ши-
роты, и одержали поверхность въ нѣкоторыхъ
мѣстахъ, но въ то же время, на югъ Финляндіи,
сдалась 25 Марта (6 Апрѣля) знаменитая крѣпость
Свеаборгъ. Усилія Шведскаго Короля вытѣснить
Русскихъ изъ сѣверныхъ предѣловъ Финляндіи,
или прозвести диверсію высадкою у южныхъ
береговъ ея, не имѣли успѣха. Храбрые Шведы
видѣли, что всѣ ихъіе тщетны. Прекраще-
ніе лѣта не остановило военныхъ дѣйствій, и ¹⁷/²⁹
Ноября Шведскія войны очистили всю Финлян-
дію. Кампанія 1809 года, въ которой главнокоман-
дующимъ былъ Генералъ Кноррингъ, началась
двумя блистательными подвигами, едва ли имѣю-
щими примѣръ въ Воённой Исторіи. Одинъ от-
рядъ Русскихъ (Генерала Кульнева) перешелъ по
льду чрезъ Аландскіе Острова въ Гриссельгамъ,
близъ Стокгольма (⁷/¹⁹ Марта), а другой (Барклая
де Толли) чрезъ самое узкое мѣсто Ботническаго

- 32 -

Западна, называемое Кваркенцю, и взял Умео (12 Марта). Третий корпус (Графа Шувалова) прошёл через Торнео в Западную Ботайю, и припудиль одинъ Шведский корпусъ положить оружіе. Послѣдствіем сихъ успешныхъ, было спачала заключеніе перемирія при Каликсе, а потомъ и мира, въ Фридрихсгамъ, ³/₁₇ Сентября: по этому миру Швеція навсегда уступила Россіи Финляндию и часть Восточной Ботайі, до рѣки Торнео.

Такимъ聯絡ательнымъ образомъ кончилась двѣ войны Россіи, на стверѣ и на югъ. Александръ не участвовалъ въ нихъ лицо, по былъ душею и руководителемъ всѣхъ восѣныхъ и полнѣнческихъ действій. Какъ при Петрѣ Великомъ Русскіе частными побѣдами готовились къ битвѣ Полтавской, такъ при Александрѣ войны Турецкая и Шведская были нашимъ войнамъ школою, для приготовленія себя къ отраженію величайшаго изъ полководцевъ нынѣшняго вѣка и арміи, которая дотолѣ считала дни выигранымъ сраженіями. Тиţьзитскій миръ, по властолюбівому и хищническому праву Наполеона, не могъ быть продолжителенъ. Императоръ Французовъ не запѣлъ покоя, доколѣ существовала еще на твердой землѣ Европы Держава, могшая спорчить съ нимъ о верховной власти. Тщетны были всѣ пожертвований Россіи, условія Эрфуртскія, участіе ся въ достиженіи Наполеономъ Вѣнскаго мира. Гроза, ужасный шая всѣхъ прежнихъ, сопралась черными тучами на горизонтъ Европы. Наполеонъ, безъ

- 33 -

всякаго права, безъ малъйшаго повода, однимъ
почеркомъ пера, лишилъ наслѣдственныхъ вла-
дѣній родственника Александрова, Герцога Оль-
денбургскаго, захватилъ города Ганзеатическіе,
и простеръ границы своей Имперіи до береговъ
Балтійскаго Моря. Первымъ выраженіемъ неудо-
вольствія Императора АЛЕКСАНДРА было распо-
ряженіе (19 Декабря 1810), коимъ запрещались къ
привозу разные товары Французскаго прописхож-
денія, и позволялся возстъ многихъ колоніяльныхъ
пропизденій: симъ средствомъ предполагалось
отчасти вознаградить потери и убытки, причи-
няемые континентальною системою, которую самъ
Наполеонъ, для выгодъ своихъ, нарушалъ без-
престанно. Наполеонъ отозвался объ этомъ распо-
ряженіи въ рѣчи Законодательному Сословію съ
обычною свосю дерзостью, и война оказалась не-
избѣжною.

Императоръ АЛЕКСАНДРЪ, зная силы, пособія
и геній противника своего, неутомимо занимался
приготовленіями къ отраженію его неминуемаго
нашествія. Армія получила новое устройство, въ
особенности была преобразована артиллерія; вой-
ска были усилены обраценіемъ въ нихъ гарнизон-
ныхъ и морскихъ полковъ и обученныхъ фронто-
вой службѣ матросовъ, и со всѣхъ сторонъ стека-
лись къ западнымъ предѣламъ Россіи. Между
темъ, какъ всегда нія наши союзницы, Австрія
и Пруссія, принуждены были стать подъ знамена
общаго врага, Россія нашла союзницу въ Держа-

3

- 34 -

въ, недавно еще враждебной съ нею. Швеція не
могла согласиться на тягостныя условия, предпи-
санныя ей Наполеономъ, и шишившись въ слѣд-
ствіе этого Помераніи, рѣшилась искать помощи
у Россіи : 24 Марта (5 Апръеля) 1812 заключенъ
быть между Россіею и Швеціею союзный трактатъ
въ С. Петербургъ.

Александръ Навловичъ выхалъ къ арміи
своей изъ Санкт-тербурга 9 Апръя. Русскія сплы
расположены былі одинною линіею по западной
границѣ. Онъ состояли изъ двухъ Западныхъ Ар-
мій, 1-й подъ командою Генерала Баркіяна дē Толп,
и 2-й подъ начальствомъ Князя Багратіона, въ
кончъ было всего не болѣе 200.000 человѣкъ. На-
полеонъ Бонапарте велъ съ собою 400,000 пѣхоты
и до 80.000 кавалеріи. Послѣ нѣкоторыхъ тшет-
ныхъ переговоровъ, громада сплы Наполеона дви-
нулась на Россію, (12 Юпя). Онъ не объявлялъ
войны формально, а только провозглашилъ своей
арміи, что начинается война съ Россіею, которая
увѣeredна своимъ непобѣжнымъ рокомъ : планъ
его былъ раздѣлить объ Русскія арміи, разбOP'Ь
пѣъ порознь, и открыть себѣ безпрепятственный
путь въ сердце Россіи. Александръ возразилъ :
« Не положу оружія, доколѣ ни единаго непрія-
тельскаго война не останется въ царствѣ моемъ...
На начинающаго Богъ ! »

Русскія войны, не изъїя возможности отразить
непріятеля, начали отступать въ порядкѣ и согла-
сіи, и послѣ и vice versa, частныхъ сраженій, объ

- 35 -

наши армии соединились въ Смоленскъ. Импера-
торъ АЛЕКСАНДРЪ находился при Первой Ар-
мии до отступления ся къ берегамъ Дриссы. Тамъ,
убъдясь въ необходимости действовать на сильнаго
врага не одною арміею, но всюю Россіею, оста-
вили главную квартипру, для принятія действи-
тельственных мѣр къ обезсиленію, отраженію и
уничтоженію непріятеля. Онъ прибыли (12 Нюля)
въ Москву : Россія встрѣтила Царя своего въ день
опыта, непоумѣнія и горести, съ бѣльшими вос-
торгомъ, иажели когда либо встрѣчала его въ дни
счастія и торжествъ. Боскресли времена Минши-
на Ножарскаго : милианы добровольныхъ прино-
шений лились въ казну царскую; тысячими стано-
лись граждане и поселане въ рады вовѣства;
одна мысль, одно чувство прошикли всю необят-
ную Россію : изгнать, истребить врага, и ни насть
съ честію на развалинахъ отечества, жертвуя по-
сѣднею капіею крови законному своему Госуда-
рю и свободѣ Русской земли. Древняя столица,
обреченный въ спасеніе отечества жертва, увѣи-
чалась, предъ закланіемъ, цѣтами радости и на-
дежды.

Государь, возвратясь въ Санктпетербургъ 22
Нюля, былъ обрадованъ извѣстіемъ объ отраженіи
Графомъ Витгенштейномъ Маршала Удино, по-
кушавшагося прорвать съ Нескову, и объ успѣ-
хъ, одержанномъ на лѣвомъ фланѣ арміи Генера-
ломъ Тормасовымъ; по главнымъ силы непріятеля
шилъ безпрестанно впередъ. Соединившіяся въ

*

- 36 -

Смоленскъ объ арміи наши оставили сей городъ послѣ храброй защиты, и продолжали отступление по Московской дорогѣ. Въ это время назначеньѣ былъ Главнокомандующимъ всѣхъ действующихъ армій Князь Голенщевъ-Кутузовъ, полководецъ убѣленный въ битвахъ и совѣтахъ. передавно еще украсивший покрытое ранами чело свое вѣнкомъ побutyтеля и миротворца. Онъ принялъ начальство надъ арміями при Царевомъ Займищѣ, и продолжалъ отступление по прежнему плану, пща сучая и возможности дать выгодное сраженіе. Наператоръ АЛЕКСАНДРЪ ПАВЛОВИЧЪ, видя всю важность обеспечения съверныхъ границъ Имперіи, и желая успѣшить главныя войска союн корпусомъ, стоявшимъ безъ действія въ Финляндіи, отправился (9 Августа) въ Або, и имѣлъ тамъ съ Шведскимъ Наслѣднимъ Принцемъ свиданіе, на котором положено было прочное основаніе существующему доны şi между обоими государствами согласію, и границы наши ограждены были царственнымъ словомъ. По возвращеніи Государя въ С. Петербургъ, позвѣстіе о ближайшей битвѣ Бородинской, полученное въ самый АЛЕКСАНДРОВЪ день, восхитило радостію сердце Государя и подданныхъ; по какая мрачная ночь наступила всѣдѣ за этими мгновенными ближкомъ! Наполеонъ вошелъ въ Москву. Древняя Русская столица испытала участь Америдама, Вены. Берлина, Ииссабона, Марита. Европа ждала и отъ этого торжества Наполеонова тѣхъ же послѣд-

- 37 -

ствій, которыя озпаменовали покореніе другихъ столиць ея; но АЛЕКСАНДРЪ, твердостію въ грозномъ опытѣ и благочестивымъ упованиемъ на помощь Вышняго, разстроилъ всѣ замыслы и расчеты враговъ своихъ. Умилительно вспомнить теперь тѣ достопамятныя слова, которыми Императоръ, не царскимъ манифестомъ, но скромнымъ объявленіемъ, возвѣщалъ о потерѣ Москвы: «Неприятель Сентября 5-го числа вступилъ въ Москву, но да не унываетъ отъ сего великій народъ Российский. Напротивъ, да поклятся всякъ и каждый воскипѣть новымъ духомъ мужества, твердости и несомнѣнной надежды, что всякое напослѣмосе намъ врагами зло и вредъ обратятся напаслѣдокъ на главу ихъ. — При бѣдственномъ состояніи всего рода человѣческаго, не прославится ли тотъ народъ, который, перенеся всѣ непзѣяныя съ войпою разоренія, наконецъ терпѣливостью и мужествомъ своймъ достигнетъ до того, что не токмо приобрѣтетъ самъ себѣ прочное и непарушимое спокойствіе, ио и другимъ Державамъ доставить оное, и даже тѣмъ самымъ, которые противъ воли своей съ нимъ воюють! »

Потомство сравнить дersзкое предсказаніе испитоварго завоевателя съ симъ сміреннымъ прецѣствіемъ благочестиваго Царя, и рѣшить, на которой сторонѣ были истинное величіе, мудрость и знаміе настоящей минуты. Провидѣніе уже рѣшено. Москва воспылала надъ главою рушителя царствъ. Онъ обратился къ АЛЕКСАНДРУ съ предложеніемъ

- 38 -

мира и дружбы. Не по.іучивъ отвѣта, бросился на
Русское войско, обновленное числомъ, силою и
духомъ, и встрѣтивъ препону въ намърши сво-
емъ прорваться на югъ Россіи. припужденъ былъ
начать свое бъдственное отступленіе по дорогѣ,
постоенной и опустошенной имъ самимъ. Русскіе
шли за Французами по пятамъ, не давали имъ от-
дыха, отрѣзывали всѣ сообщенія и пособія, ста-
новились на пути ихъ, и брали ихъ цѣлыми отря-
дами. При Березинѣ стѣнили Наполеона въ одно
время, съ сѣвера Витгенштейнъ, съ югозапада Чп-
чаговъ, съ востока Кутузовъ. Счастіе и въ этотъ
разъ помогло своему баловню: онъ переправился
черезъ Березину и лично спасся, но значительная
часть его арміи погибла на переправѣ. Остальная
выморена была морозомъ, голодомъ и казаками на
пути отъ Березины до границы. По словамъ са-
михъ Французовъ, вышло изъ Россіи 18.800 Фран-
цузовъ и Италіянцевъ и 25,000 Поляковъ и Нѣм-
цевъ. (Koch, Tableau des révol. II, 384.) Знамен-
тыя сіи событія были посѣдствіемъ плана, со-
ставленнаго самимъ Императоромъ Алекс-
сандромъ, по взятіи непріятелемъ Смоленска:
онъ предвидѣлъ, что дерзость Наполеона заведеть
его далеко внутрь Россіи, и предположилъ, по-
ставивъ въ тылу его, на берегахъ Березины 120,000
человѣкъ, отрѣзать его отъ границы, и истребить
со всюю армію. Временныя и мѣстныя обстоя-
тельства, къ несчастію, воспрепятствовали точно-
му исполненію сего великаго предначертанія, но

- 39 -

и при несовершенномъ принведеши его въ дѣй-
ство, послѣдствія кампаніи были велики и изуми-
тельны.

АЛЕКСАНДРЪ, въ началѣ Декабря мѣсяца, от-
правился къ побѣдоносной арміи, и посреди тор-
жествующихъ сыновъ своихъ, праздновалъ день
своего рождения, а наступленіе новаго 1815 года
ознаменовалъ переходомъ Русской арміи чрезъ
границу, для исполненія возвѣщеннаго имъ Рос-
сіи и Европѣ. Если бъ намъ предоставлено было
сказать, который годъ изъ двадцати пяти слав-
ныхъ лѣтъ царствованія ИмПЕРАТОРА АЛЕК-
САНДРА есть самый блистательный, мы отвѣча-
ли бы рѣшительно : тысяча восемьсотъ трипреда-
тый. Въ этомъ году онъ явился тѣмъ, что былъ
въ самомъ дѣлѣ : великимъ политикомъ, мудрымъ
распорядителемъ, благоразумінымъ и пкуснымъ
полководцемъ. Кромѣ веденія войны съ величай-
шимъ воинскимъ геніемъ нашегоъ вѣка, предстояло
ему другое, можетъ быть, важнѣйшее дѣло –
устранить причину пораженій, претерпѣиныхъ
арміями Германскихъ государствъ, состоящими
изъ воиновъ храбрыхъ и усердныхъ, имѣющими
предводителей искусствыхъ и опытныхъ, и безпре-
станно подавляемыми врагомъ – отъ недостатка
внутренняго единства, отъ совмѣстничества и
зависти разнородныхъ частей Германіи. АЛЕК-
САНДРЪ, своимъ умомъ, сердцемъ и характеромъ,
рѣшилъ эту трудную задачу. Послѣдствіемъ сего
было дѣло, сдваши слыханное во Всемірной Исто-

- 40 -

ріи: единогласное дѣйствіе войскъ самыхъ разно-
родныхъ, торжество коалиціи надъ непріятелемъ
сильнымъ, нераздѣльнымъ и самоластительнымъ.
При этомъ нesоволько сравнишь неудачу союзныхъ
армій Наполеона въ 1812 году противъ устранен-
ной Россіи, и торжество союзниковъ надъ Фран-
ціею, имѣвшею въ этотъ разъ на своей сторонѣ
выгоды единства. Вěлѣкія и славныя прописше-
ствія въ семъ году слѣдовали безпрерывно одно
за другимъ. Начало его ознаменовано было всту-
пленіемъ Пруссіи въ союз съ Россией. Шесть
летъ тягостнаго, унізительнаго ига возбудилъ въ
благородныхъ Прусакахъ жажду къ завоеванію
своей независимости; неудачи и обѣдствія закалили
духъ народа. Посреди приготовленій къ возобно-
вленію военныхъ дѣйствій, скончался Кутузовъ
(16 Апрѣля): съ того времени и явное распоряже-
ніе военнымъ дѣйствіями пало на самого Импе-
ратора А.ІЕКСАНДРА, который, бывъ всегда
руководителемъ и, можно сказать, душею во
всѣхъ дѣлахъ, по скромности своей, предостав-
лялъ другимъ исполненіе и славу.

Наполеонъ, употребивъ неслыханныя успѣшія,
выставивъ къ весѣ многочисленную армію. Со-
юзныя Русскія и Прусскія войска, сразившись
при. ноцѣнѣ, а потомъ при Бауценѣ, отступили
въ Силезію, и тамъ заключено было переміріе.
Въ продолженіе двухъ мѣсяцевъ шли переговоры
о мире, по обѣ стороны вооружались всѣми сред-
ствами, для продолженія войны въ случае не-

- 41 -

успѣха переговоровъ. Упрамство и странное ослѣ-
пленіе Наполеона содѣйствовали и въ этомъ слу-
чаѣ успѣху союзниковъ: подъ самыми ничтожны-
ми предлѣгами замедлялъ онъ ходъ дѣла, старался
о продолженіи перемирія, и, какъ видно было по
всему, хотѣлъ не заключить миръ, а только вы-
играть время. Въ началѣ августа возобновились
военные дѣйствія, но въ сей разъ Россія и Пруссія
подкрѣплены были союзомъ Австріи, которая,
употребивъ всѣ средства для образумленія ослѣ-
пленіаго властолюбца, рѣшлась присоединиться
къ его противникамъ. Войска Русскія, Прускія,
Австрійскія, Шведскія тѣнпли Наполеона со
всѣхъ сторонъ; онъ еще имѣлъ успѣхъ въ нѣ-
сколькихъ дѣлахъ, напримѣръ при нападеніи на
Дрезденъ, но первенство уже перешло на сторо-
ну союзниковъ: сраженія при Кульмѣ, при Кац-
бахѣ, при Гросъ-Беренъ и Денневицѣ, даннія въ
теченіе двухъ недѣль (съ 13/20 августа по 6/13 Сен-
тября), и паконецъ общая битва при Лейнзігѣ,
6/13 Октября, сокрушили армію Наполеона, и пре-
кратили владычество его въ Германіи. Онъ рѣ-
шился отступить во Францію: дорогу заступили
ему бывшіе его союзники, Баварцы, и нанесли
ему чувствительную потерю.

Падежда Русскаго Государя, основанная на ис-
кресненіемъ благочестіи и увѣренности въ правотѣ
своего дѣла, сбылась во всей точности; объщаніе
его было исполнено: Германія и Голландія осво-
бодились отъ тягостиаго пга. 24 Октября (5 Но-

- 42 -

лябра) побъдопосный АЛЕКСАНДРЪ вступилъ съ войсками своими во Франкфуртъ на Майнъ, и тамъ получилъ пріятное его сердцу назвѣстіе о прекращеніи войны съ Нерсією заключеніемъ ми- ра въ Голистанъ 12 Октября того же 1815 года.

Союзныя арміи въ теченіе двухъ мѣсяцевъ отды- хали отъ трудовъ и усилій своихъ. Между тѣмъ вновь предлагаемъ былъ Нмператору Наполеону честный и выгодный миръ: онъ сохранялъ Фран- цію, и только обязанъ былъ отречься отъ преж- нихъ завоеваній своихъ за Рейномъ, Альпійским и Нренейским горами. Онъ не согласился, и въ день новаго 1814 года союзныя войска перешли чрезъ Рейнъ, и начали третью кампанію этой досто- памятной войны. Предъ вступленіемъ союзныхъ армій въ предѣлы враждебной пмъ Франціи, А. ЛЕ- КСАНДРЪ отдалъ своинъ Русскимъ войнамъ (въ Фрейбургъ 25 Декабря) достойный безсмертія въ Псторіи приказъ, с.гѣдующаго, между прочимъ, со- держанія: «Воны! Мужество и храбрость ваши при- вели васъ отъ Оки на Рейнъ. Они ведутъ насъ да- лые: мы переходимъ за оный, вступая за предѣлы той земли, съ которой weедемъ кровопроливную, жестокую войну. Мы уже спасли, прославѣлі отечество свое, возвратилъ Европъ свободу ея и независимость. Остаєтся увѣнчать великий по- двигъ сей желаемымъ миромъ. Да водворится на всемъ Земномъ Шарѣ спокойствіе и тишина! Да будетъ каждое царство подъ единой собственнаго правительства властію и законами благополучно!

- 43 -

Да процвѣтаютъ въ каждой земль, ко всеобщему
благоденствію народовъ, Вѣра, языкъ, науки, ху-
дожества и торговля! Сіе ссть намъреніе наше,
а не продолженіе брани и разоренія. — Непріятель,
вступя въ средину царства нашего, накесли намъ
много зла, по и претерпѣли за оное страшную
казнь. Гнѣвъ Божій покоралъ ихъ. Не удобимся
имъ: человѣколюбивому Богу не можетъ быть
угодно безчеловѣчіе и звѣрство. Забудемъ дѣла
ихъ: понесемъ къ нимъ не месть и злубу, по дру-
желюбіе и простертую для приZRенія руку. —
Вонины! я несомнѣенно увѣренъ, что вы кроткимъ
поведеніемъ своимъ въ землѣ непріятельской столь-
ко же побѣдите ее великолѣшіемъ своимъ, сколько
оружіемъ, и соединял въ сѣбу храбрость воина про-
тивъ вооруженныхъ, съ благочестіемъ Христіани-
на противъ безоружныхъ, довершите многотруд-
ные подвиги свои сохраненіемъ приобрѣтенной уже
славы мужественнаго и добронравнаго народа!»

Начнавшаяся тогда кампанія требовала отъ со-
юзниковъ бѣльшихъ противу прежняго услѣй,
трудовъ и подвиговъ. Подвергшійся нападенію въ
своей Имперіи, распаленный жаждою славы и ме-
сти, Наполсонъ употребилъ всѣ средства для от-
раженія своихъ враговъ: и дѣйствительно кампа-
нія 1814 года была самая блистательная изъ всѣхъ
веденныхъ имъ въ новое время, и можетъ быть
сравнена только съ его же кампаніемъ 1796 года въ
Италіи. Но тщетны были всѣ способы генія, всѣ
труды и пожертвованія его воиновъ, защищав-

- 44 -

шихъ родныя пепелища: чась его ударилъ. От-
ринувъ скромныя предложенія союзныхъ Державъ
на Шатильонскомъ конгресѣ, онъ вздумалъ пере-
нести позорище войны на Рейнъ, и отрѣзать со-
юзниковъ отъ сообщеній ихъ съ Германіею. Союз-
ники, догадались о его замыслахъ, и рѣшились
упинчотожить ихъ действіемъ не менѣе смѣлымъ:
по миѣнію, изложенному въ военномъ совѣтѣ
ИмПЕРАТОРОМЪ АЛЕКСАНДРОМЪ, они двину-
лись въ Парижъ. По одержаніи надъ Французами
блистательной победы при Феръ-Шампенуазѣ,
Александръ взялъ Парижъ послѣ упорнаго,
кровопролитнаго боя, и 19/31 Марта, съ союзникомъ
своимъ, Королемъ Прусскимъ, ввелъ побѣдонос-
ныя войны въ изумленную столицу Наполеона.
10 Апрѣля, въ день Воскресенія Спасителя, со-
вершено было умилительное священродѣйствіе:
на площади Согласія, между Тюльерійскимъ Са-
домъ и Елисейскими Полями, на томъ самомъ мѣ-
стѣ, гдѣ за 21 годъ до того пала подъ гибельююю
голола несчастнаго Лудовика XVI, принесено бы-
ло Греко-Россійскимъ Духовенствомъ, въ при-
сутствіи ИмПЕРАТОРА ВСЕРОССІЙСКАГО И
Короля Прусскаго, союзныхъ генераловъ и всѣхъ
Французскихъ маршаловъ, посреди колѣно-пре-
клюеннаго войска, благодарственное молебствіе
Богу, освящившему благословеніемъ свопмъ труды
и подвиги, подъятые на спасеніе и примпреніе
человѣчества!

Послѣдствіемъ взятія Парижа, было отрѣченіе

- 45 -

Наполеона, возведёніе на Французскій престоль древней династіи Бурбоновъ и заключеніе всеобщаго мира, съ возвращеніемъ законныхъ правъ тѣмъ государямъ и народамъ, которые лишлились ихъ въ течении Французской революціи и владычества Наполеона.

Императоръ Александръ, возвращаясь изъ Франціи, посѣтилъ вѣрнаго своего союзника, Принца Регента Великобританскаго (въ послѣдствіи Георгій IV), всѣми силами содѣйствовавшаго усилѣямъ союза, и въ Юльѣ мѣсяцѣ возвратился въ С. Петербургъ, послѣ осьмнадцати-мѣсячнаго отсутствія. Радости, восторга, изступленія Россіи, при событияхъ того времени, не опишешь ии какое перо! Важнѣйшія государственныя сословія, Синодъ, Совѣтъ и Сенатъ, положили единодушно просить Государя о принятіи имени Благословеннаго, и о дозволеніи воздвигнуть ему приличный монументъ. Александръ далъ на сію просьбу рѣшительный отказъ, и воспретилъ всякое торжество по случаю возвращенія его въ отечество. Тѣмъ не менѣе усладительны и искренни были изліянія народной къ нему любви и благодарности.

Въ концѣ 1814 года Императоръ отправился на конгресъ Монарховъ въ Вѣну, для окончательнаго рѣшенія судьбы Европы, для вознагражденія всѣхъ пострадавшихъ отъ властолюбія Наполеона, и для упроченія мира и спокойствія навсегда. Издѣсь, какъ вездѣ, былъ онъ душею всѣхъ дѣйствій, и здѣсь, какъ вездѣ, своимъ умомъ, крستостью, вѣж-

- 46 -

ливостью, умѣть примирять, согласовать и на-
правлять къ одной цѣли самыя противоположныя
желанія и замыслы другихъ; и здѣсь, какъ вездѣ,
въ смиреніи своемъ, уступалъ другимъ наружное
перевисство, и действительно, какъ душа въ тѣлѣ,
былъ видѣнъ только своими добрыми и благород-
ными дѣлами.

Многочисленныя и разнообразныя дѣла, подле-
жавшія разсмотрѣнію Вѣнскаго конгреса, занима-
ли его иѣсколько мѣсяцевъ. Внезапно получена
была вѣсть о бѣгствѣ Наполеона съ острова Эльбы:
онъ оставилъ Порто-Ферраіо 24 Февраля (6 Марта),
и 1/15 Марта вышелъ на берегъ во Франціи при
Каннѣ. Тѣ самые Французы, отъ которыхъ опъ
за годъ предъ тѣмъ скрывался въ Прусскомъ мун-
дирномъ сюрwerkъ и въ Австрийской шляпѣ, при-
няли его съ восторгомъ. Встрѣчавшіяся съ нимъ
войска, и тѣ самыя, которые были высланы для
того, чтобъ схватить его, переходили на его сто-
рону. Всѣ принятыя королевскими правитель-
ствомъ мѣры были напрасны, и 20 Марта онъ
прибылъ въ Парижъ, откуда наканунѣ удалился
Король. Гудовикъ XVIII съ своемю самолѣю и Дво-
ромъ. Лишь только въ Вѣнѣ узнали о высадкѣ
Наполеона во Франціи, восемь союзныхъ Державъ
(Россія, Австрия, Англия, Пруссія, Франція, Ис-
панія, Португалия и Швеція) обнародовали декла-
рацію, косю объявляли, что Наполеонъ Бонапар-
те, нарушивъ условія, по которымъ получилъ во
владѣніе остротъ Эльбу, "пскочилъ себя изъ

- 47 -

числа людей, охраняемых щитомъ гражданскихъ
и политическихъ установленій; что онъ, какъ от-
крытый врагъ и возмутитель всемірнаго спокой-
ствія, предается праведной мести обществъ. » —
Сверхъ того обнародованъ былъ протоколъ засѣ-
данія конгреса 30 Апръеля (12 Мая), конмъ уча-
ствовавшія въ немъ Державы объявили войну На-
полеону. Наконецъ, 27 Мая (8 Юня), подписанъ
былъ актъ Вънскаго конгреса, которымъ спокой-
ствіе, безопасность и самостоятельность Европы
утверждались на прочныхъ основаніяхъ, уничто-
жался торгъ неграми, постановлялись правила
судоходства по рѣкамъ, и опредѣлялись степени
и права агентовъ дипломатическихъ. По сему акту
присоединено было къ Россіи Герцогство Варшав-
ское, подъ наименованіемъ Царства Польскаго. —
Союзники, довершивъ такимъ образомъ предпри-
нятое ими дѣло мира, обратились къ прекраще-
нію безпрерывныхъ дотолѣ войнѣ однимъ рѣши-
тельнымъ ударомъ. Россія, на основаніи заклю-
ченнаго ею съ прочими Державами трактата, от-
правила къ берегамъ Рейна, подъ командою Графа
Барклая де Толли, армію въ 168,000; но она не
успѣла сразиться съ общимъ врагомъ. Соединен-
ныя Англійскія и Прусскія войска одержали (6/13
Юня) при Ватерлоо рѣшительную побѣду надъ
арміею Наполеона Бопапарте: армія разсѣялась,
а самъ онъ поспѣшилъ въ Парижъ, въ надеждѣ
получить новыя пособія, но принужденъ былъ
вторично отказаться отъ престола, и послѣ тщет-

- 48 -

ныхъ услій пробраться въ Америку, сдался Ан-
гличанамъ, которые, въ слѣдствіе заключенной
ими съ союзными Аворами конвенціи, отправили
его въ заточеніе, на пустынный островъ Св. Еле-
цы.

Императоръ АЛЕКСАНДРЪ, не успѣвшій, по
отдаленности мѣстъ, изъ которыхъ должны были
прійти Русскія войска, принять участіе въ дѣй-
ствіяхъ воспѣныхъ, былъ за то главнымъ дѣй-
ствующимъ лицемъ въ святомъ дѣлѣ примиренія.
Ему, ему одному обязанъ Парпжъ сохраненіемъ
своихъ памятниковъ: послѣ бѣгства и пѣненія
Наполеона, по отступленіи арміи Французской,
когда отчаяніе, страданіе оскорбленной чести и
жажда мщенія волновали жителей Парпжа и всей
Франціи, когда первыя вступившія въ Парпжъ
союзныя войска, двпжимыя неотвратимымъ чув-
ствомъ ненависти къ своемъ давній лицѣ притѣс-
нителямъ, хотѣли воспользоваться побѣдою, и
поднять на воздухъ монументы славы своего вра-
га, АЛЕКСАНДРЪ, внявъ моленію побѣжден-
ныхъ, явился среди нихъ какъ ангелъ мира и утѣ-
шенія, и единымъ словомъ своемъ, свято чти-
мымъ въ рядахъ воиновъ всей Европы, остановилъ
совершеніе праведной, но жестокой мести, и тѣмь
прекратилъ недоумѣніе, ужасъ и отчаяніе вто-
рично покоренной стоянцы. Миръ съ Франціею
возстановилъ былъ трахтатомъ ⅜/20 Поября, и
сверхъ того положено было, какъ для обеспеченія
уплаты возложенной на Францію контрибуціи,

- 49 -

такъ и для водворенія въ ней спокойствія, занять союзными войсками иѣкоторыя ся провинціи. Въ тотъ же день между Россией, Австріей, Англіей и Пруссией заключенъ быть трактать о подтвержденіи прежнихъ условій, и о наблюденіи способствія во Франціи искорененіемъ всякихъ началь революціи. Въсѣ сіи условія, акты, трактаты доствершены и, можно сказать, освящены были заключеніемъ, по мысли и желанію Императора Александра, между ними, Императоромъ Австрійскимъ и Королемъ Прусскимъ, Бретскаго и Христіанскаго Союза. Актомъ сего Союза Монархіи обязывались руководствоваться во всѣхъ своихъ дѣлахъ заповѣдями Христіанской Вѣры, признать другъ другу услуги, почитать всѣмъ себя, какъ бы членами народа Христіанскаго, поставленнымъ отъ Провидѣнія для управленія тремя отраслями одного семейства, и наконецъ изъявляли- ли готовность принимать въ сей Союзъ всѣ Державы, желающія торжественно признать изложенные въ актѣ Союза правила. Въ послѣдствіе времени всѣ Державы Европы приступили къ сему Союзу, кромѣ Великобританіи. Король Англійскій, признавая и уважая изложенные въ актѣ правила, не могъ подписать его формально, по той причинѣ, что, на основаніи законовъ Англійскихъ, всякий актъ, подписанный Королемъ, долженъ быть контраспірованъ отвѣтственнымъ министромъ.

Императоръ Александра, сдѣлавъ предъ

4

- 50 -

союзными Моярхами и ихъ представителями
смотрѣ вступившимъ во Францію войскамъ своимъ
на равнинахъ Шампаніи, бывшихъ уже за 14 вѣ-
ковъ до того позорищемъ пораженія одного гроз-
наго завоевателя, воротился въ С. Петербургъ въ
концѣ 1815 года.

Съ 1816 года до конца жизни Императора, Рос-
сія наслаждалась миромъ. Всѣ дѣйствія Русской
дипломатики съ того времени клонились къ одной
цѣли: къ сохраненію, поддержанію и упроченію
мирныхъ сношеній между Державами Европы, и
къ уничтоженію зловредныхъ революціонныхъ за-
мысловъ, поколебавшихъ спокойствіе и благоден-
ствіе иѣкоторыхъ странъ ея. Дѣла сіи рѣшаемы
были личными свиданіями Монарховъ Европы на
конгресахъ, изъ которыхъ важнѣйшіе были слѣ-
дующіе: Аахенскій, въ Октябрѣ и Ноябрѣ 1818
года, которымъ рѣшено было вывести союзныя
войска изъ Франціи; Тропшаускій, съ Октября до
Декабра 1820 года, переведенный потомъ, для
рѣшения дѣлъ Италіи, въ Лайбахъ, (въ с.Іѣдствіе
этого конгреса союзные Монархи рѣшали заня-
тіемъ Неаполя, Сицилии и Піемонта прекратить
возникшее въ сихъ странахъ безначаліе), и нако-
пець Веронскій, продолжавшійся съ Октября до
Декабра 1822 года. Этимъ конгресомъ возложено
было на Францію, объявивъ войну Испаніи, воз-
становить въ ней прежнее законное правленіе.

Исчисленными выше войскими и политиче-
скими подвигами, Россия въ царствованіе Импра-

- 51 -

тора А.ЛЕКСАНДРА ПРЮБРЬЛА ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ ПРИ-
РАЩЕНІЕ ЗЕМЛЯМИ. ПРИ Вступлені ЕГО НА ПРЕ-
СТОЛЬ, РОССІЯ ЗАКЛЮЧАЛА ВЪ СЕБЬ ПРОСТРАНСТВО ВЪ
349,472 КВАДРАТНЫЯ ГЕСОРАФИЧЕСКІЯ МИЛ. ПРЮ-
БРЪТЕНІЕМЪ ФИНЛАНДІИ, АЛАНДСКИХЪ ОСТРОВОЪ,
ЧАСТИ ЛАПЛАНДІИ (4,977 КВ. М.), БЕССАРАБІИ И ЧАСТИ
МОЛДАВІИ (1,129 КВ. М.), ЦАРСТВА ПОЛЬСКАГО (2,292
КВ. М.), ЗЕМЕЛЬ, УСТУПЛЕННЫХЪ ПЕРСІЕЮ (2,356
КВ. М.), УТВЕРЖДЕНІЕМЪ ЗА РОССІЕЮ ЗЕМЛИ ЧЕРКЕС-
СКОЙ (1,553 КВ. М.), РАСПРОСТРАЧЕПА ОНА НА 362,890
ГЕСОРАФИЧЕСКИХЪ МИЛЬ.

Подвиги АЛЕКСАНДРА ВЪ ДЪЛАХЪ ВНУТРЕННЯ-
ГО, ГРАЖДАНСКАГО УПРАВЛЕНІЯ БЫЛИ НЕ МЕНТЬЕ МНО-
ГОЧИСЛЕННЫ, РАЗНООБРАЗНЫ, ВЕЛИКИ И БЛАГОТВОРИ-
ТЕЛЬНЫ. НЬТЪ НИ ОДНОЙ ОТРАСЛИ ГОСУДАРСТВЕННАГО
УПРАВЛЕНІЯ, КОТОРАЯ НЕ БЫЛА БЫ ПРЕОБРАЗОВАНА,
ПСПРАВЛЕНА, ДОПОЛНЕНА ВЪ ЕГО ЦАРСТВОВАНІЕ; МНО-
ГІЯ ЧАСТИ СОЗДАНЫ ИМЪ СОВЕРШЕННО. ВЪ САМОМЪ НА-
ЧАЛЪ СВОЕГО ЦАРСТВОВАНІЯ ПОДТВЕРДИЛЪ ОНЪ УНИЧТО-
ЖЕНІЕ СТАЙШОЙ КАНЦЕЛЯРІІ, ВОЗВРАТЫЛЪ СВОБОДУ,
ЧЕСТЬ И ИМУЩЕСТВО МЛОГИМЪ НЕВИННО ПОСТРАДАВ-
ШИМЪ; ВОЗСТАНОВИЛЪ ПРАВА ДУХОВЕНСТВА, ДВОРЯН-
СТВА И ВСЬХЪ ПРОЧИХЪ СОСЛОВІЙ; УЧРЕДИЛЪ МИНИ-
СТЕРСТВА ДЛЯ УПРАВЛЕНІЯ ДЪЛМАМИ ГОСУДАРСТВЕННЫ-
МИ; ВОЗОБНОВИЛЪ И РАСПРОСТРАНИЛЪ ПРАВА СЕНАТА;
ВЪ ПОСЛУДСТВІИ УЧРЕДИЛЪ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СО-
ВЬТЪ; ПЪРВЕЛЬ ВЪ ЛУЧШЕЕ УСТРойСТВО УПРАВЛЕНІЕ
ПРОВИНЦІЯЛЬНОЕ; ПРИЛАГАЛЪ ПОПЕЧЕНІЕ ОБЪ ИЗДАНИИ
УЛОЖЕНІЯ ЗАКОНОВЪ, СТАРАЛСЯ О ВОДВОРЕНІИ ПОВСЮ-
ДУ ПОРЯДКА, ПРАВОСУДІЯ, БЛАГОУСТРОЙСТВА, ОПР-

*

- 52 -

зращеній лихопмства і злюупотребленій. — Чело-
въколюбивый Монархъ отмѣшилъ наказанія не-
щадныя и жестокую казнь вырыванія ноздрей.
Мы уже упоминали о преобразованіи Имъ военной
части : весь отрасль ся были приведены въ общую
стройную систему; части артиллерійская и ин-
женерная получили совершенно новый видъ. Во-
енныя часть преобразована была не только по на-
ружности : кротость и великолушіе АЛЕКСАНДРА
измѣшили нравственность арміи и образъ веденія
войны. Примѣромъ свопмѣ, наставленіем и стро-
гимѣ наблюдениемъ дисциплины, вселилѣ Онъ въ
вопновъ свопхъ, храбрыхъ на полѣ брани, спис-
ходительность и состраданіе къ побѣжденнымъ,
уваженіе къ безоружнымъ и мирнымъ гражданамъ.
Въ войнахъ, веденныхъ въ Его царствованіе, не
было примѣровъ истребленія мирныхъ жителей и
безоружныхъ пленныхъ послѣ кровопропитнаго
штурма; напротивъ того, Русскія войска къ славѣ
мужества и неустрашимости своей присоединеніи
славу не менѣе блистательную — вопновъ Христі-
анъ, человѣколюбивыхъ и великолушныхъ. Это
свидѣтельство дано имъ всею Европою, и друзья-
ми и врагами. — Управленіе Путей Сообщенія со-
здано вновь, и возвысились на отличную степень
совершенства. Финансы Имперіи, посреди про-
должительныхъ войнь, достигли неслыханнаго
дотолѣ развитія. Земледѣлие, ремесла, фабрики,
мануфактуры, торговля вышняя и внутренняя
вознесеніе на высокую степень. Внутренние спо-

- 53 -

койствіе государства обезпечено составлениемъ От-
дѣльнаго Корпуса Внутренней Стражи. Но бли-
стательнѣйшій алмазъ въ нетлѣнномъ вѣнцѣ цар-
ствованія Императора АЛЕКСАНДРА, есть рев-
ностное и великодушное попеченіе Его о просвѣ-
щеніи своей неизмѣрной Имперіи. Въ самомъ
началѣ царствованія своего учредилъ Онъ Мини-
стерство Народнаго Просвѣщенія, преобразовалъ,
распространилъ, обогатилъ существовавшіе до
него Университеты, основалъ три новые (Санкт-
петербургскій, Казанскій и Харьковскій), раздѣ-
лилъ всю Россію на учебные округи, и въ каж-
домъ изъ нихъ учредилъ гимназіи, уѣздыя и
приходскія училища. Сверхъ того учреждены въ
Его царствованіе: Царско-Сельскій Ліцей, Ин-
ститутъ Корпуса Путей Сообщенія, Училища Ни-
женерное, Артиллерійское и Кораблестроптель-
ное, Школа Гвардейскихъ Подпрапорщиковъ,
Восныя Училища въ Туль и Тамбовѣ, Ниститу-
ты и кафедры Восточныхъ языковъ, и проч. Ака-
деміи Наукъ, Художествъ, Россійская, Медико-
Хирургическая, и вообще всѣ ученыя и учебныя
заведенія были при немъ преобразованы и усо-
вершенствованы. Институты для воспитанія жен-
скаго пола процвѣтали подъ благодѣтельнымъ по-
кровомъ Августѣйшихъ Императрицъ, Маріи
Өфедоровны и Елисаветы Алексѣевны.
При Императорѣ АЛЕКСАНДРѣ Русскіе не до-
вольствовались занимствованіемъ познаній и опы-
товъ у иностранцевъ: они и сами расширили

- 54 -

область наукъ. Въ 1803 – 1806 годахъ совершено
первое путешествіе Русскихъ вокругъ Свѣта, подъ
начальствомъ Крузенштерна и Лисянскаго, на ко-
рабляхъ Надеждъ и Невъ. Потомъ совершены еще
нѣсколько другихъ Головиннымъ, Беллингусау-
зеномъ, Васильевымъ, Коцебу, и проч., значи-
тельно обогатившихъ свѣдѣнія о Земномъ Шарѣ.
Открыта Новая Сибирь, обозрѣна Новая Земля,
и многія другія. – Благородные подвиги на пользу
просвѣщенія – увѣчаны были вожделѣннымъ
успѣхомъ, и принесли отечеству неоцѣненные
плоды. Возникли, образовались, прославились
отличные таланты: Карамзинъ написалъ Исторію
Россійскаго Государства; Andrіевъ, Озеровъ,
Крыловъ, Жуковскій, Батюшковъ, Пушкинъ
воскресли Российскую поэзію; Мартосъ, Графъ Тол-
стой, Егоровъ, Шебуевъ, Варшкъ, Вороьевъ,
Кипренскій, Уткинъ, Захаровъ, Воронихинъ,
Стасовъ прославились произведеніями художе-
ственными. Размножилось число издаваемыхъ въ
Россіи книгъ; распространилась любовь къ чтению
и къ благороднымъ занятіямъ науками и художе-
ствами.

Александръ, великий и мудрый между госу-
дарями, былъ и человѣкъ необыкновенный: пре-
красная его парружность, благородная осанка, ве-
личественный взглядъ являлся душу возвышен-
ную. Основаніемъ его чувствованій, помысловъ и
дѣяній было благочестіе самое чистое и искрен-

- 55 -

нес, а слѣдствіемъ этого освященія души его ог-
немъ небеснымъ – были твердость въ бѣдствіяхъ,
смиреніе въ счастіи, кротость къ побѣжденнымъ,
снисхожденіе къ преступнымъ, любовь къ право-
судію, порядку, тишинѣ и благоустройству. Онъ
былъ врагъ всякой пышности, всякихъ торжест-
венныхъ встрѣчъ, похвальныхъ словъ и льсти-
выхъ выраженій. Каждаго человѣка считалъ сво-
имъ ближнимъ, котораго, по заповѣди Божіей,
обязанъ былъ любить, какъ самого себя: онъ,
одинъ изъ всѣхъ государей земныхъ, получилъ,
какъ человѣкъ, награду за спасеніе человѣка. Это
было въ 1807 году, на пути въ Бѣлоруссію: Го-
сударь, увидѣвъ лежащаго на дорогѣ въ безпамят-
ствѣ крестьянина, съ неимовѣрными усиліями
возвратилъ его къ жизни. Англійское Общество
Человѣколюбія поднесло ему, въ ознаменованіе
этого подвига, золотую медаль. Въ Декабрѣ 1812
года, прибывъ въ Вильну къ побѣдоносной своей
арміи, онъ отправился не въ торжественное со-
браніе, не на великолѣпное, уготованное Ему пир-
шество, а въ госпитали, гдѣ томились больные и
раненые непріятели, ободрилъ, утѣшилъ, ожи-
вилъ несчастныхъ словами любви и милости, и
извлекъ слезы благодарности изъ глазъ закосиѣ-
лыхъ враговъ своихъ. Въ войнѣ 1813 и 1814 года
являлся онъ всюду ангеломъ мира и спасенія: мы
упоминали уже о великодушномъ его посредни-
чествѣ для охраненія столицы народа, который
за полтора года до того былъ виновникомъ разру-

- 56 -

шенія первопрестольнаго города Россіі. — За годъ
до Его кончины, мы, жители Петербурга, видѣли
нашего незабвеннаго Государя геніемъ храните-
лемъ нашимъ, посреди объдствій, причиненныхъ
грознымъ явліемъ природы. II эта благость ду-
шевная проявлялась во всѣхъ дѣлахъ и случаяхъ
жизни Его необыкновенною кротостью, вѣжли-
востью и предупредительностію. Обращеніе Его
было самое пріятное и привлекательное. Люди,
предубѣжденные противъ Него, послѣ самой ко-
роткой съ Нимъ бесѣды становились Его друзьями
и поборниками. Ничто не могло противиться оча-
рованію Его обворожительной ульюки.

Въ 1825 году, отправился Онъ на югъ Россіи,
для сопровожденія туда своей супруги, искавшей
исцѣленія въ полуденномъ кинматѣ. Онъ оста-
велъ Петербургъ 1 Сентября, совершивъ съ биа-
гоговѣніемъ молебствіе въ соборѣ Александронев-
ской Иавры. Какое-то горестное предчувствіе то-
мило Его душу. Выѣхалъ изъ города, Онъ нѣ-
сколько разъ въ тяжкомъ раздумьѣ оглядывался
на любезную свою столицу. По прибытіи въ Та-
ганрогъ, Онъ встрѣтилъ тамъ Государыню, и сдь-
лавъ всѣ приготовленія къ удобству и спокойствію
больной, отправился въ Крымъ; осмотрѣвъ нѣко-
торыя мѣста этой живописной страны, и посѣтивъ
Севастополь, возвратился въ Таганрогъ, 5 Ноября
съ разстроеннымъ здоровьемъ. Болѣзнь его, при-
чиненная простудою въ дорогѣ, со дня на день

- 57 -

усиливалась, вскорѣ сдѣлалась опасною, и чрезъ
двъ недѣли, 19 Ноября, въ 10 часовъ и 50 минутъ
до полудня, АЛЕКСАНДРА не стало. Кончина Его
была тиха, какъ отшествіе на покой по тяжкихъ
трудахъ жизни. Послѣдній взоръ Его обратился
къ свѣтлому небу, потомъ встрѣтился съ взгля-
домъ добродѣтельной супруги, – и глаза Его за-
крылись навѣки.

Провидѣнію угодно было положить конецъ
днямъ Его въ полуденномъ краю Россіи, далеко
отъ мѣста упокоенія Царей Русскихъ, какъ бы
для того, чтобъ Россія, при плачевномъ перенесе-
ніи останковъ Его, могла выразить падъ хладныхъ
Его прахомъ чувствованія, которыми была препен-
дополнена къ всемкому и добродѣтельному своему
Императору. Шествіе тѣла Государева отъ Та-
ганрога до С. Петербурга было величественнымъ
торжествомъ для усопшаго, принимавшаго
за гробомъ дань благоговѣнія, отъ которой смир-
ніе Его отказывалось въ жизни. Смертные остан-
ки Его преданы землѣ въ Петропавловскомъ Собо-
рѣ 13 Марта 1826 года, ровно черезъ двадцать
пять лѣтъ по принятіи Имъ престола.

Истекаетъ десятый годъ со временiem Его кончи-
ны. Россія наслаждается всеми благами земными,
счастіемъ, довольствомъ, славою, любить и благо-
словляетъ Государя своего; по священное восю-
минаніе объ АЛЕКСАНДРЪ вссѣ еще извлекасть

III.
НАУКИ И ХУДОЖЕСТВА.

ПЧЕЛОВОДСТВО.

Улей заключает в себе три рода жителей, — матку, рабочихъ пчел и самцевъ, или трутней. Рабочія пчелы отправляют всѣ труды, удовлетворяют всѣмъ потребностямъ, воспитывают поколѣніе, которое должно ихъ замѣнить, и заботятся о общей безопасности. Матка есть природный вождь этого общества, обязаннаго ей свопмь бытіемъ и въ которомъ каждый членъ принадлежитъ къ числу ея дѣтей; ея права на владычество не могутъ быть оспорены. Обязанности трутней ограничиваются размноженіемъ рода. Матка узнается по длиному тѣлу, маленькимъ крыльямъ и особенному строенію жала. Цвѣтъ ея иногда бываетъ ярче чѣмъ у рабочихъ пчел и трутней; ножки у ней прекраснаго желтозолотаго цвѣта. Она кладетъ всѣ яйца, изъ которыхъ, въ непродолжительномъ времени, при попеченіи рабочихъ

- 60 -

выходить новая колония, новое поколение, назначение поддержать народопаселеніе улья. Рабочія пчелы суть самки, у которых не развиты яичники; ихъ бывасть отъ двѣ падцати до двадцати тысячъ въ каждомъ ульѣ. Онъ темнаго цвѣта и очень не велики, такъ, что ихъ можно счесть за самыхъ безполезныхъ членовъ улья. Впрочемъ, подобное сужденіе можетъ имѣть мѣсто только въ такомъ случае, когда не видно гнѣогаго хобота, который имъ дала природа, и устройства ихъ лапокъ, снабженныхъ карманами, когда насѣкомое кладетъ запасъ, собранный хоботомъ съ цвѣточныхъ чашечекъ. Число трутней, которые занимаются однимъ дѣю мѣшъ и по одному разу, простирастется отъ тысячи пяти сотъ до двухъ тысячъ; они являются въ началѣ Апрѣля, и совершенно исчезаютъ въ половинѣ Августа; они одною третью болѣе рабочихъ и не имѣютъ жала. Полетъ ихъ сопровождается шумомъ, потому, что в ихъ короткія крылья, которыми они должны дѣйствовать съ велічайшего скоростью, д.я того, чтобы удержаться на воздухѣ.

Къ стыду мужскаго пола, одинъ только пчелы самки обнаруживаютъ дѣятельность, ловкость, проворство, и даже мужество, между тѣмъ, какъ самцы не удостоены даже чести носить оружіе. Многіе полагают, что трутти садятся на яйца и оплодотворяютъ ихъ, по мѣрѣ того, какъ ихъ кладетъ матка, по, по всей вѣроятности, это мнѣніе основано на дурно с.дѣланныхъ опытахъ. Г. Мар-

- 61 -

рны, изъ Нелеворта, увѣрлетъ, что ему часто
случалось видѣть, какъ самцы входить въ ячейки,
гдѣ лежатъ яйца гетовыя разкрыться, но Докторъ
Бивенъ думаетъ, что эти насѣкомыя искали покоя
и равно входили въ чашечки пустыя и съ яйцами.
Фабрицій того же матнія. Искусный наблюдатель
Дегеръ убѣдился, что самка клещака, оставлять
свои яйца не прежде ихъ раскрытія, высаживаетъ
ихъ до конца, и потомъ воспитываетъ свое ново-
рожденное семейство. Лѣсной клопъ расточаетъ
такія же попеченія свои мѣ дѣтямъ, которыхъ бы-
ваетъ отъ тридцати до сорока штукъ: нѣжная за-
ботливость этой матери могла бы служить образ-
цемъ самой бдительной курицѣ.

Главная обязанность матки состоитъ въ томъ,
что она должна класть яйца въ ячейки, парочно
для этого приготовленныя рабочими пчелами. Г.
Денбаръ (Dunbar) составилъ удовлетворительное
описаніе этой операціи, вовсе несогласной съ на-
шими понятіями о значимости матки; онъ замѣ-
тилъ, что когда маткѣ наступаетъ время нести
яйца, она просовываетъ голову въ каждую ячейку,
чтобы удостовѣриться, хорошо ли тамъ всё приго-
товлено. Такой осмотръ продолжается одну или
двѣ секунды: вынувъ голову, матка новорачи-
вается и впускаетъ туда заднія кольца своего тѣ-
ла. Это дѣйствіе, болѣе продолжительное чѣмъ
первое, имѣетъ цѣліе оставить яйцо на дѣть каж-
дой ячейки. Такимъ образомъ матка обходить
цѣлый рядъ яческъ, и уже потомъ и приступаеть

- 62 -

къ с.лѣдующему. Посредствомъ этого способа, яйца находятся одно близъ другаго, удобно нагрѣваются, и превращенія, которые должно испытать новое поколѣніе, совершаются съ большею безопасностью.

Для разкрытія яйца нужно не боьбе четырехъ дней; а по истеченіи пяти лині шести, личинка занимаетъ всё пространство своей кельи. Рабочія пчелы, которые до тѣхъ поръ снабжаютъ ее питаю, перестаютъ се кормить: онѣ закрываютъ ячейку покрышкою изъ темнаго вещества. Нокрышка должна быть гибка и не мѣшать движениемъ настѣкомаго, прядущаго изъ облаго шелку ткань, въ которую оно завернется, по превращеніи своемъ въ куклу: эта операция продолжается шесть часовъ. Наконецъ, въ двадцать первый день своего существованія, считая съ той минуты, когда яйцо было положено въ ячейку, молодая пчела раздираетъ свою оболочку, и выходитъ оттуда въ образъ совершеннаго настѣкомаго, съ крыльями и всѣми членами.

Постепенныя превращенія матки совершаются съ большею скоростью: младенчество ея не такъ продолжительно, какъ младенчество будущихъ ея подданныхъ: яйцо, въ которомъ она находится, раскрывается въ три дня; она проводить пять дней въ видѣ личинки; когда жи.инше ея закрыто, она въ двадцать четыре часа выдѣлываетъ свою шелковую скорлупу, и тогда, истощенная трудомъ, впадастъ въ безчувственность, которую на-

- 63 -

зываютъ «покоемъ», и которая продолжается до двѣнадцатаго дня ея жизни. По прошествіи четырехъ дней, превращенія ея оканчиваются, и вла дычество начинается.

Трутни образуются медленнѣе: имъ нужно двадцать четыре или двадцать восемь дней для достиженія вида совершеннаго насѣкомаго.

Молодая пчела, вырождаясь изъ куклы, раздираетъ зубами свою оболочку и выходить на волю. Услуживая работницу овладѣваетъ новорожденною, запínается ея уборомъ, развиваетъ и гладитъ ея крылья; по окончашніи туалета, наставница и ея ученица вмѣстѣ уѣстаютъ за добычею въ поле. Маральди утверждаетъ, что онъ видалъ молодыхъ пчелъ, которые, въ первый день своего превращенія, вылетали изъ улья и возвращались назадъ съ двумя большими шариками добычи. Впрочемъ, ихъ опытныя подруги не выпускаютъ ихъ натощакъ: онѣ угощаютъ ихъ медомъ до выхода на работу. Опустѣвшія ячейки молодыхъ пчел бываютъ старательно вычищены и приведены въ состояніе принять въ себя новыя яйца или медъ.

Но выходъ на волю матки совершается не одни ми только силами ея знаменитой особы: когда кукла близка къ перерожденію, прибѣгаютъ рабочія пчелы, разрываютъ скорлупу, и лишь только новорожденная начинаетъ пользоваться свободою, ея собственныя подданныя лишаютъ ее этой свободы. Онъ, вѣроятно, боятся, чтобы съ нею не слу-

- 64 -

чилось песчастія при первомъ вылетѣ, и не хо-
тить подвергать опасности такой драгоцѣнной жиз-
ни. Надобно также предохранить другихъ матокъ,
которыя еще не вышли изъ скорлупы, отъ напа-
деній ихъ смертельной непріятельницы, то есть,
ихъ старшей сестры. Если бы ей дать волю, эта
сестрица безжалостно истребила бы подозритель-
ныхъ соперницъ, которыхъ совмѣстничества она
опасается. Англійскій натуралістъ Г. Бивень со-
общаетъ объ этомъ предметъ занимательныя по-
дробности.

Рабочія пчелы весьма искусно помогаютъ новой
маткѣ выйти изъ оболочки. Онъ спачала снима-
ютъ часть воска, который паходится на крышкѣ
ячейки, и, не разрывая этой крышки, дѣлаютъ
се прозрачною. — Такое слабое препятствіе не мо-
жетъ болѣе удерживать насѣкомаго, которое го-
тово вылетѣть; когда перерожденіе совершенно
кончено, молодую матку освобождаютъ отъ ея не-
ленокъ, и она, подобно пчеламъ двухъ низшихъ
классовъ, охотно расправила бы крылья, чтобы
улетѣть, по ей еще должно провести въ неволь
и сколько дней, въ продолженіе которыхъ ее
щедро снабжаютъ пищу: въ крышкахъ ячейекъ,
наполнившихъ медомъ, дѣлаются отверзтія, въ
которыя узница опускаетъ свой хоботъ, и чер-
паетъ оттуда, сколько ей угодно; кромѣ того вре-
меніи, когда она есть, она не перестаетъ издавать
звуковъ въ родѣ пѣсни, которая переходить отъ
одного тока къ другому. Гюберъ говорить, что

- 65 -

онъ слушалъ пѣснь молодой матки, состоявшую
изъ ряда однпаковыхъ звуковъ, пли изъ щелка-
ній, быстро слѣдующихъ одно за другимъ. Онъ
полагаетъ, что рабочія пчелы принимали участіе
въ этомъ концертѣ, и праздновали счастливое
рожденіе своей матки; сверхъ того, онъ ду-
маетъ, что молодыя матки лишаются на нѣсколь-
ко дней своей свободы, для того, чтобы онъ
имѣли время укрепиться и могли лестать, когда
весь рой оставитъ родимый улій для основанія
новой колоніи.

Между-тѣмъ какъ одинъ пчелы замедляютъ, по
какимъ бы то ни было причинамъ, вылетъ своей
матки, другія, на противъ, убеждаютъ ее летѣть
вмѣстѣ съ poem, надъ которымъ ей опредѣлено
царствовать, пли, по-крайней-мѣрѣ, возвратить
себѣ свободу. Такая противоположность въ по-
ступкахъ жителей одного и того же ульи каза-
лась, многимъ наблюдателямъ, слѣдствіемъ не-
терпѣнія, которое чувствуетъ большая часть чле-
новъ общества привыкшаго къ порядку. Когда
оно встревожено какими-нибудь необычайными
движеніями, оно старастся отстранить отъ себя
принчину этихъ волиеній, и какъ-можно скорѣе
снова войти въ кругъ своихъ привычекъ. Если
Гюберъ не оспбается, рой находятся подъ пред-
водительствомъ старыхъ матокъ. Когда пмъ-на-
доѣдаютъ просьбы и нападенія окружающей тол-
пы, онъ умѣютъ напомнить ей должное почтеніе :
стопть только издать звукъ, называемый «голо-

5

- 66 -

сомъ верховной власти.» Несмотря на то, Бонне
утверждаетъ, что, ни въ какомъ случаѣ, дѣйствія
матки не заключаютъ въ себѣ ничего повелитель-
наго : но Гюберъ удостовѣрился въ истинѣ при-
водимаго имъ факта посредствомъ многихъ наблю-
деній; онъ былъ свидѣテлемъ страннаго дѣйствія
крика матки и впечатлѣнія, какое онъ произво-
дить. Одна молодая матка обманула бдительность
своей стражи, и вышла изъ своей кельи; она по-
дошла къ ячейкѣ, гдѣ находилась ея соперница,
еще не испытавшая послѣдняго превращенія, и
готовилась ее умертвить, когда прибѣжали рабо-
чія пчелы и принудили ее отступить въ довольно
жалкомъ видѣ. Но вскорѣ она ободрилась, и умѣла
воспользоваться преимуществами своего сана. —
Вскарабкавшись на медовый сотъ, махая съ вели-
чайшею скоростью крыльями, она издала свой
грозный крикъ, и поразила имъ нападающихъ до
такой степени, что онѣ сдѣлались неполвящным.
«Голосъ верховной власти» почти во все не отліц-
чается отъ звука или пѣнія молодыхъ матокъ,
когда онѣ выходятъ изъ ячеекъ. Пмя, которое
ему даютъ, слишкомъ пышно для того рода рѣ-
чи, если, впрочемъ, этотъ звукъ имѣетъ какое-
нибудь значеніе. Какъ бы то ни было, онъ всегда
сильно дѣйствуетъ на пчелę, и матка, желающая
остановить имъ непокорныхъ подданныхъ, всегда
принимаетъ такое положеніе.

Существование матки необходимо для сохране-
нія цѣлаго улья. Однако случай можетъ прежде-

- 67 -

временно прекратить жизнь, столь благоцѣнную
для цѣлаго улья. Этого иссчастія нельзя назвать
невознаградимымъ : когда оно случается, пчелы
избираютъ рабочую личинку и приготовляютъ ее
къ высокому сану, который ей суждено занимать:
съ того времени въ воспитаніи ея происходить
большая перемѣна; ее окружаютъ изобиліе и даже
роскошь; рабочія пчелы стараются развить ея
способности и придать имъ большую силу. Три
смѣжныя ячейки превращаются въ общеприную
комнату, къ несчастію ихъ жительницъ : онъ при-
посятся въ жертву общественному благосостоя-
нію. Будущая матка получаетъ особенную пи-
щу, сберегаемую для насѣкомыхъ этого рода;
ее выдѣлываютъ рабочія пчелы посредствомъ
способовъ, которые употребляются только въ по-
добномъ случаѣ; она весьма возбудительна, дѣй-
ствуетъ сильнѣе меда, обыкновенной пищи пчель
всѣхъ классовъ, пзящинѣе на вкусъ и очень пи-
сла. Личинки матокъ получаютъ ее въ такомъ
изобилѣп, что не могутъ всего съѣсть. Шпрахъ,
викарій Малаго Бацена и секретарь Общества
Пчеловодства, которое составилось въ Верхней
Лузаціи, кажется, первый открылъ и по-край-
ней мѣр обнародовалъ этотъ странный фактъ,
и дальнѣйшія наблюденія подтвердили истину его
мнѣнія. Многіе изъ членовъ общества, къ которо-
му онъ принадлежалъ, убѣдились въ этомъ собст-
венными глазами, а Гюберъ и Бонне отнесли это
явленіе къ числу самыхъ достовѣрныхъ.

*

- 68 -

Мы обязаны Г. Денбару любопытнымъ описа-
шіемъ трагическихъ сцень, прошедящихъ во
внутренности улья, и которыя, на большемъ теа-
трѣ, не были бы недостойны Мельпомены.

Въ Потѣ мѣсяцъ, когда ульи наполнились сотами,
числами и медомъ, и матка, достигшая до выс-
шей степени п.людородія, спосить по сту лицъ въ
день, Г. Денбаръ отворилъ улѣй и коварнымъ
образомъ захватилъ матку. Потѣ того, работы
продолжались осьмнадцать часовъ, и жители улья,
по винимому, во все не подозрѣли и пытанной
пміи потерпі, но лишь только это несчастіе сѣла-
лось изъвѣстнымъ, началось величайшее сматеніе.
Все народонаселеніе столічко-у летія, подобно
роло, который собирается улѣять. На следующее
утро, наблюдатель увидѣлъ пять новыхъ ячейек
для матки, построенныхъ какъ всегда дѣлается
въ подобныхъ случаяхъ; а потѣ обѣда, был
устроены четыре другія, въ соту, наполшенномъ
яйцами, которые находились тамъ только два дня.
Черезъ двѣ недѣли потѣ роковаго событія. кото-
рое лишило улѣй его матки, былія молодая ея
преемица, и тотчасъ направила шаги свои къ
другимъ ячейкамъ очевидно съ>All'редошными на-
мъреніями. Встрѣтивъ сильный отноръ рабочихъ
числъ, она отошла въ другую сторону; но мучи-
тельная жажда истреблена заставила ее предпри-
нять новыя покушения, которые имѣли также
мало успешна. Потѣ каждогоъ неудачнаго приступа,
она обнаружила упрямый гниень посредствомъ

- 69 -

звука, похожаго на сlogъ илпъ, пить; одна изъ
ея сестеръ, готовая выметѣть изъ своей скорлу-
пы, ей отвѣчала, по гораздо тише, какъ будто
она охрипла. Это наблюдение показало причину
двухъ различныхъ звуковъ, которые раздаются
при вылетѣ изъ улья новаго роя. Въ тотъ же день
кончилось перерождение второй матки; она тот-
часъ удалилась къ купѣ пчель, которые выстрон-
лись въ шпренгу. Это было вечеромъ: на другое
утро, Г. Денбаръ замѣтилъ, что ее сильно пре-
сѣдуетъ старшая сестра. Наблюдатель, отозван-
ный по нѣкоторымъ дѣламъ, былъ принужденъ
оставить свой постъ, и возвратился черезъ пол-
часа: несчастная младшая матка лежала на полу,
безъ сомнѣнія убитая жестокою соперницу. Гю-
беръ говорить, что несущественные матки илъмы:
предъидущія замѣчанія доказываютъ противное,
потому что способность издавать звуки предше-
ствуетъ даже совершенному развитію этихъ стран-
ныхъ существъ. Английский естественнопытатель
исправляетъ другое миты: онъ утверждаетъ, что постоянная стража окружаетъ ячейки, въ которыхъ образуются матки. Въ са-
момъ дѣлѣ, эта стражка мужественно защищаетъ
ввѣрSENныя ей ячейки противъ единственнаго гра-
га, который угрожаетъ имъ внутріе улья, то есть,
противъ той изъ матокъ, которой сила или счастіе
помогутъ прежде другихъ вырваться изъ дѣт-
скихъ узъ.

Теперь дознано, что рабочія пчелы суть самки:

- 70 -

въ этомъ пельзя сомнѣваться, потому что личинки, принадлежащія къ ихъ роду, превращаются въ матокъ, обязанныхъ поддерживать народонаселеніе улья и производить рои, которые онъ высылаетъ въ новыя колоніи. Пзвѣстно впрочемъ, что рабочія пчелы также иногда кладутъ яйца, это очень понятно: часть пищи, назначенной для царственныхъ личинокъ, изъ нихъ вытекаетъ, другія личинки, плебейскаго пропسхожденія, ею пользуются и, болѣе и піс менѣе, дѣлаются участницами въ способностяхъ, составляющихъ принадлежность матки. Странно, что самки, у которыхъ половые органы не совершенно развиты, хотя и онѣ могутъ класть яйца, производятъ только яйца самцовъ.

Натуралисты не согласны между собою относительно числа яицъ, которое матка можетъ произвести; въ самомъ дѣлѣ, къ и матѣ, воздухѣ, пища и, быть-можетъ, другія мѣстныя обстоятельства, болѣе или менѣе измѣняютъ свойство этихъ насѣкомыхъ, такъ какъ и всѣхъ животныхъ. — Гюберъ полагаетъ, что матка кладетъ въ Апрѣлы и Маѣ до 12,000 яицъ; въ Августѣ она несетъ снова, но уже не съ такимъ плодородіемъ. Реомюръ даетъ гораздо высшее понятіе объ этомъ производствѣ яицъ. По его словамъ, матка несетъ до двухъ сотъ штукъ въ день: это вдвое болѣе противъ мнѣнія Гюбера. Г. Ширахъ утверждаетъ, что каждая матка производить отъ 70,000 до 100,000 яицъ въ одно время года: это число калется преуличен-

- 71 -

нымъ, однако, оно, весьма мало въ сравненіи съ
удивительнымъ размноженіемъ нѣкоторыхъ дру-
гихъ пасѣкомыхъ. Самка бѣлаго муравья произво-
дить не менѣе шестидесяти ящцъ въ минуту, слѣ-
довательно три тысячи шесть сотъ въ часъ, и
восемдесятъ шесть тысячъ четыреста въ день;
ограничивая врема кладенія яицъ однимъ мѣся-
цемъ, мы получимъ 2,592,000 штукъ отъ одного
только семейства.

Оплодотвореніе яицъ есть тайнство, еще не-
разгаданное умомъ человѣка: ни одно изъясненіе
неудовлетворительно. Должно однакожъ замѣтить,
что когда погода такая теплая, что трутни рѣша-
ются вылетѣть, матка вылетаетъ также. Важность
прогулки матки - пчелы такъ велика, что, безъ
нея, нельзя ожидать размноженія; за то ея слѣд-
ствія такъ сильны и продолжительны, что произ-
веденіе яицъ и счастливое развитіе личинокъ и
червячковъ однимъ разомъ обеспечивается на два
года.

Когда матка рѣшается вылетѣть за трутнемъ,
она выходить изъ улья, пробуетъ себя, подни-
мается, возвращается снова, и наконецъ улетаетъ,
описывая большіе круги на воздухѣ до тѣхъ поръ,
пока совсемъ не скроется отъ глаъ. Черезъ пол-
часа послѣ ея отправленія, она прилетаетъ назадъ.
Иногда отлучка бываетъ не такъ продолжительна.
«Странно,» говоритъ Бонне, «что наблюдатели
замѣчали эти прогулки матки, не подозрѣвая ихъ
причины.» Онъ видалъ молодыхъ матокъ, кото-

- 72 -

рыя приступали къ великому дѣлу два или три дня послѣ своего перерожденія. Этотъ важный фактъ опровергается многими писателями: Гейшъ (Huish) считаетъ совершенно доказаннымъ, что матка никогда не вылетаетъ изъ улья; но его наблюденія были, по-видимому, слишкомъ ограничены, и отдельныя явленія, подобныя этому, могли отъ него ускользнуть. Впрочемъ то, что онъ говоритъ, справедливо вразсужденіи первыхъ роевъ, всегда предводимыхъ маткою, которая ихъ произвела и слѣдовательно уже была оплодотворена; въ такомъ случае, ни что не побуждаетъ ее вылетать изъ улья, – и такимъ образомъ утвердилось общее мнѣніе.

(Окончаніе въ будущемъ нумерѣ.)

IV.

СМБСЬ.

1. ДОНЕСЕНІЕ СУВОРОВА ИМПЕРАТОРУ ПАВЛУ І О ПЕРЕХОДѣ ЧРЕЗЪ АЛЬПІЙСКІЯ ГОРЫ. Побѣдно-носное воинство Вашего Императорскаго Величества, прославившееся храбростію и му-жествомъ на сушѣ и на моряхъ, ознаменовываетъ теперь безпримѣрную неутомимость и неустраши-мость и на новой войнѣ – на громадахъ неприступ-ныхъ горъ. Выступивъ изъ предѣловъ Италіи, къ общему сожалѣнію всѣхъ тамошнихъ жителей, гдѣ сіе воинство оставило по себѣ славу избави-телей, переходило оно чрезъ цѣнѣ страшныхъ горъ. На каждомъ шагѣ въ семъ царствѣ ужаса – зіяющія пропасти представляли отверзтые и по-глотить готовые гробы смерти; дремучія мрачныя ночи, непрерывно ударяющіе громы, ліющіеся дожди, и густой туманъ облаковъ при шумныхъ водопадахъ, съ каменьями, съ вершинъ низвер-гающимися, увеличивали сей трепетъ. Тамъ являет-ся зрѣнію нашему гора Сепъ-Готтардь, сей ве-личающійся колосъ горъ, пиже хребтовъ кото-

- 74 -

раго громоносныя тучи и облака плаваютъ; – и другая, уподобляющаяся ей, Фогельбергъ. Всѣ опасности, всѣ трудности преодолѣваются, и при такой борьбой со всѣми стихіями, непріятель, гниздившійся въ ущелинахъ и неприступныхъ выгоидныхъ мѣстоположеніяхъ, не можетъ противустоять храбрости войска, являющагося неожидаемо на семъ новомъ театрѣ. Онъ всюду проغانъ. Войска Вашего Императорскаго Величества проходить темию горную пещеру Унзернъ-Лохъ, занимаютъ мостъ, удивительною игрою. Природы изъ двухъ горъ сооруженный, и пропиенованный Чортовымъ. Оный разрушенъ непріятелемъ; но сіе не остановляетъ побѣдителей: доски связываются шарфами офицеровъ. По симъ доскамъ бѣгутъ они, спускаются съ вершины въ бездны, и, достигая врага, поражаютъ его всюду. Напослѣдокъ надлежало восходить на снѣжную гору Бинтинеръ-Бергъ, скалистую, крутизною всѣ прочія превышающую. Утопая въ скользкой грязи, должно было подыматься противу и посреди водопада, низвергающегося съ ревомъ, и низрыгающего съ яростію страшные камни и снѣжныя земляныя глыбы, на которыхъ много людей и съ люшадьми съ величайшимъ стремлениемъ летія въ преподнія пучины, где многіе убивались, а многіе спасались. Всякое израженіе недостаточно къ изображенію сей картыны Природы во всемъ ея ужасъ! Единое воспоминаніе препислňаетъ душу трепетомъ и

- 75 -

теплымъ благодарственнымъ моленіемъ ко Всем
вышнему, Его же невидимая, всесильная десница
видимо сохранила воинство Вашего Императорскаго Величества, подвизавшееся за свя-
тую Его Вѣру.

2. ОБЪДЪ СУВОРОВА СЪ ПРИОРОМЪ КАПУЦИН-
СКАГО МОНАСТЫРЯ. Русскіе, подъ предводитель-
ствомъ безсмертнаго Суворова, мужественно по-
дымались на высокій Сенъ-Готтардъ. Чрезвычай-
ная вышина Альпійской цѣпи, величественная
масса лежащихъ на ней льдовъ, неприступныя ея
вершины, суровость климата и бѣдность долинъ,
съ давнихъ временъ заставляли починать Альпы
предѣломъ, воздвигнутымъ Природою для отдѣ-
ленія Италіи отъ окружающихъ ее земель; пере-
ходъ черезъ Альпы увеличивалъ славу полковод-
цевъ, уже увѣнчанныхъ побѣдою.

Около Сенъ-Готтарда групируются, подъ назва-
ніемъ Альповъ - Гельветическихъ и. п. Лепонтій-
скихъ, многія цѣпи, весьма значительныя по вы-
сотѣ своей и по безчисленнымъ вѣтвямъ, которы-
ми покрываютъ Швейцарію; въ особенности цѣпь
Бернскихъ-Альповъ, простирающаяся по напра-
вленію, паралельному Пеннинскимъ - Альпамъ,
которымъ она не уступаетъ ни массою льдовъ, ни
высотою вершинъ. Высокіе хребты этихъ горъ,
скалы, висящія надъ головами, узкія и камени-

- 76 -

стыя тропинки (*), на которыхъ толпились артилерія, пѣхота съ своими обозами и огромное стадо павьюченныхъ лошаковъ, напоминали каждому Русскому горныя переправы Антипала! И каждый вѣрилъ по опыту Исторіи, что пѣтъ преграды для твердой воли человѣка и что тажкіе труды ихъ должны увѣпчаться успехомъ. Надежда не обманула храбрыхъ: черезъ нѣсколько дней они заняли спѣжную вершину Сенъ-Готтарда, надъ которой возвышается величественное зданіе Капуцкинскаго монастыря. Въ этомъ монастырѣ обитаютъ ищки, посвятившіе себя Богу; они даютъ убѣжище каждому путешественнику, и отыскивая въ спѣжныхъ пропастяхъ, съ помощью чутья пріученныхъ своихъ собакъ, замерзшихъ странникамъ, отогрѣваютъ и оттапваютъ тѣла ихъ, и часто возвращаютъ имъ жизнь.

Русское войско было встрѣчено настоятельемъ и братією этой прославившейся богоугоднымъ дѣлами обители, въ церковномъ ихъ облаченіи. Семидесателейъй старецъ, настоятель монастыря, съ добрымъ, умнымъ выраженнымъ лицом, въ котором отражалось кроткое благоговѣніе, приглашалъ въ келью нашего престарѣшаго Героя, Князя Италійскаго – « Пѣтъ! святый отецъ, » восклик-

(*) Чрезъ Сень-Готтардъ (6,387 ф.) про little дорога, нѣ- когда опасная по узкости, и проходимая только для лошаковъ, но въ послѣдствіи скульптовая совершенно безопасною для пово- зокъ, ибо се разширили до 10 п 15 футовъ.

- 77 -

нулъ Суворовъ, «я и мон дѣти, подвизались за
алтарь Господень, томимся голодомъ; по вечер
насъ въ храмъ, да воспоемъ хвалу Спасшему насъ!
а потомъ уже въ трапезу.

Полки расположились около Кануцинскаго мо-
настыря, а въ церкви началось молебствіе. Офи-
церы и солдаты выходили по одиначкѣ изъ строя,
шептали молитву и, перекрестались, смиренно при-
кладывались къ Св. Распятіо. Величественные
своды готическаго зданія, тихое пѣшіе священно-
служителей, бѣдный свѣтъ лампады и пѣсколь-
кихъ свѣчей, которые чуть тенлись предъ древ-
ними иконами: все это вмѣстѣ чудеснымъ обра-
зомъ располагало душу къ молитвѣ. Въ эти тор-
жественные минуты, кто не пролилъ вмѣстѣ съ
Суворовымъ чистыхъ слезъ глубокаго благодаре-
нія Неисповѣдимому, котораго десница вознесла
Русское войско изъ пропастей на неприступную
вышину Альпійскихъ горъ.

Послѣ молебствія, Кануцинскіе иноки угощали
нашего безсмертнаго Героя объдомъ, который со-
стоялъ изъ блода съ картофелемъ и горохомъ, и
какой-то рыбы. Какое прекрасное зрѣлище, пред-
ставляли эти два старца, Суворовъ и Пріоръ !
Сблизившись сердцами, они какъ будто бы вмѣ-
стѣ состарѣлись и посѣдѣли. Кроткій священно-
служитель разговаривалъ съ Фельдмаршаломъ на
всьхъ почти Европейскихъ языках. Въ продолж-
еніи этого разговора, Пріоръ вспомнилъ, что
Русскіе, какъ видно по монастырскимъ лѣтони-

- 78 -

сямъ, почти полтора столѣтія назадъ, посѣтили
Сепь-Готтардъ (*).

« И такъ, » возразилъ Графъ Александръ Васильевичъ: « мы ступали по слѣдамъ давно въ Божь усопшихъ прадѣдовъ нашихъ. Неосталось- ли здѣсь изъ нихъ умершаго; мы воспѣли бы ему вѣчную память. »

« Итъ, » отвѣчалъ Пріоръ.

Въ концѣ объда, Александръ Васильевичъ, восхипаясь человѣколюбивыми подвигами иноковъ Кануцинскаго монастыря, прибавилъ, что они сожалѣетъ о несчетныхъ трудностяхъ и опасностяхъ, которымъ они такъ часто подвергаются.

« Не жалѣйте о насъ, благодѣтельный Герой! возразилъ почтенный священнослужитель. Какъ часто стаканъ воды жаждущему, кусокъ хлѣба голодному, утѣшительное слово горюющему, иѣско-лько капель лекарство больному, пріобрѣтаютъ намъ довѣренность и любовь спасеннаго, и дѣлаютъ насъ его благодѣтями. А съ чѣмъ можетъ сравниться душевная радость, когда, преодолѣвъ

(*) Дворянинъ и Боровскій намѣстникъ, Васильй. Ихачевъ, въ царствованіе Царя Алексія Михайловича, здѣлѣ послюмъ въ Флоренцію въ 1659 году. Въ побопытномъ его журналѣ, сказано, между прочимъ, слѣдующее: « Марта во второй день стань быль въ гостиницѣ въ сель Ролѣ въ Швейцарской землѣ; а жалі между превеликихъ высокихъ горъ, и дозхали до высокія снѣжныя горы Сангутары (Сепь-Готтардъ). Тутъ жили три дни по веіпкое заговѣнье; а жили для того, что дѣлали чрезъ тѣ горы дорогу; а по нашъ пріѣдѣ чрезъ ту гору Сангутаръ, никто не бывалъ.

- 79 -

опасность, мы возвратимъ жизнь погибавшему?
Тогда каждый изъ насъ повергается предъ пре-
столомъ Творца, сподобившаго насъ быть оруді-
емъ Своея благости.

Суворовъ, обнявъ благороднаго старца, вос-
кликнулъ съ чувствомъ сердечнаго умиленія :
« Кто не щадитъ своей жизни для спасенія страж-
дущаго человѣчества, тотъ истинно великій хри-
стіанскій Герой! Вашему сердобольному благо-
призрѣнію, я ввѣряю моихъ братьевъ, погибшихъ
въ Альпійскихъ пропастяхъ. Вы, вознесясь надъ
земнымъ, — какъ душею, такъ и обителью, близ-
ки къ небесамъ. Богъ да хранитъ васъ! »

Войско, отдохнувъ и укрѣпивъ себя пищею,
снова низверглось въ зіяющія пучины.

3. ПОНЯТІЕ СУВОРОВА О СЛАВѣ. Князь Александръ Васильевичъ, по прибытіи въ Армію, узналъ, что Французскій Главнокомандующій Шереръ, сдалъ свое начальство Генералу Моро, и удалился въ Парижъ. « И здѣсь вижу я, » сказалъ нашъ без-смертный Герой : « перстъ Провидѣнія. Мало славы разбить шарлатана. Лавры, которые похитимъ у Моро, лучше будутъ цвѣсти и зеленѣть.

4. РАЗБОРЧИВОЕ ПОДАЯНІЕ. Князь Александръ Васильевичъ, встрѣтаясь съ убогимъ нищимъ, всегда надълялъ его щедрымъ подаяніемъ. А такъ

- 80 -

какъ у него никогда не было при себе денег, и онъ во всю жизнь не читалъ счетовъ своиѣ приходамъ и расходамъ, то всегда почти занималъ деньги, на это богоугодное дѣло, у тѣхъ лицъ, которые его окружали. Однако, въ обѣденное время, вошелъ исчалище къ Суворову девяносто-пятнѣй нищій. — Увидя многочисленное собрание, онъ испустился и хотѣлъ было уйти, но самъ Князь поѣвжалъ къ дверямъ, остановилъ старца, и уседѣлъ его за обѣденный столъ. Занявъ итѣ складчи-ну. Русскіе щелды: нищій, со слезами призна-тельности, получилъ значительное вспомощество ваніе. При этомъ случаѣ Суворовъ произнесъ съ искреннимъ чувствомъ слова, которые обнаружіваютъ прекрасное, доброе сердце великолѣшнаго нашего Героя: « Добрые друзья мои! кто благо-получнѣе, этотъ- ли старецъ, получившій отъ насъ итѣ сколько червонцевъ, и, мы, подкрѣпившіе болѣзненную его дряхлость? Тогда только чело-вѣкъ уподобляется Творцу, когда онъ посвящаетъ себя на вспомоществованіе бѣжимѣ! »

Черезъ итѣ сколько дней, Суворовъ встрѣтилъ молодаго и здороваго нищаго, который просилъ у него подаяніе. Фельдмаршальѣ велилѣь купить ему топоръ, сказавъ: « Руби дрова: не умрешь съ голошу. »

- 10 -

## 2.
### МЕТАФИЗИКЪ.

Отецъ одинъ слыхалъ,
Что за море дѣтей учиться посылаютъ,
Пі что того, кто за моремъ бываłъ,
Отъ небывалаго и съ впда отличаютъ.
Такъ чтобъ отъ прочихъ не отстать,
Отецъ немеліенно рѣшился
Дѣтину за море посіать,
Чтобъ доброму онъ тамъ понаучился.
Но сынъ глупѣе воротился :
Попался на рукп онъ школьнымъ тѣмъ вралямъ,
Которые съ ума не разъ людей сводил,
Нешто икуемымъ давая толкъ вещамъ;
Пі малаго не научил,
А на вѣкъ луракомъ пустил.
Бывало съ глупости онъ попросту болталъ,
Теперь всё высока безъ телку толковалъ;
Бывало глупые его не понимал,
А нынѣ разумѣть и умные не стали;
Домъ, городъ и весь свѣтъ враньемъ его скучалъ.

Въ метафизическомъ бѣснуясь размышлены
О заданномъ однемъ старинномъ предложеньѣ:
Сыскать начало вѣхъ началъ,
Когда за облака онъ думой возносплся,

ПРОЗА.

ШПСЬМА РУССКАГО ОФИЦЕРА.

=

Село Сутоки. Май 10. 812.

Природа въ полномъ цвѣтѣ!..... Заслѣдующія
поля обѣщають самую богатую жатву. Всё на-
слаждается жизнію. Не знаю, отъ чего сердце
мое отказывается участвовать въ общей радости
творенія. Оно не смѣетъ развернуться, подобно
листьямъ и цвѣтамъ. Непонятное чувство, похо-
жсе на то, которое смущаетъ насъ предъ си.ль-
ною лѣтнею грозою, сжимаетъ его. Предчувствіе
какого-то отдаленнаго несчастія меня пугаетъ.....
Но, можетъ быть, это мечты!..... «Не даромъ,
говорить простолюдимы, прошлаго года такъ
долго ходила въ небесахъ невиданная звѣзда; не
даромъ горѣли горо.ц, села, лѣса, и во многихъ
мѣстахъ земля выгорала: не къ добру это всё!
Быть великой войнѣ! » Сіи добрые люди имѣютъ
свои замѣчанія. Въ самомъ дѣлѣ мы живемъ въ
чудесномъ вѣкѣ: Природа и люди испытываютъ

-- 14 --

превратности необычайныя. Теперь въ въдомо-
стяхъ только и пишутъ о страшныхъ наводни-
яхъ, о трясеніи земли въ разныхъ странахъ; о
дивныхъ явленияхъ на неъ. Мы считаемъ въ Сме-
пенныхъ книгѣ, что передъ великимъ нашест-
віемъ Татаръ на Россію солице и луна измѣнялі
видъ своей, и нео, чудесными знаменіями, какъ
бы предувѣдомляло землю о грядущемъ горѣ...
Нельзя не согласиться съ знаменитымъ Макіаве-
лемъ, что мыслящіе умы также легко предузна-
ютъ различныя приключенія въ судьбѣ царствъ
и народовъ, по пзвѣстнымъ обстоятельствамъ,
какъ мореплаватели затмѣніе свѣтиль и прочее по
своимъ числENіямъ.

Извѣстно, до какой степени Маркизъ Куэва де
Бедмаръ, опнсанный Сень-Реалемъ, спленъ былъ
въ наукъ предузнавать!.. Къ чему въ самомъ дѣ-
лѣ, такое притеченіе войскъ къ гранцамъ? Къ
чему самъ Государь, оставивъ всѣ удовольствія
стоицы, поспѣшилъ туда раздѣлять труды воин-
ской жизни? — Къ чему, какъ не къ войнѣ!...
Но война сія должна быть необыкновенная, ужас-
на!.. Наполеонъ, разгромивъ большую часть
Европы, стоинъ какъ туча, и хмурится надъ Нѣ-
маномъ. Онъ подобень буркой рѣкѣ, надменной
тысячью поглощенныхъ источниковъ; грудь Рус-
ская есть илютина, удерживающая стремленіе, —
прорвется — и наводние будетъ неслыханно! —
О другъ мой! уже ли обѣдствія нашествій повто-

- 15 -

рятся во дни наши?... Уже ли покореніе?... Пьть!
Русскіе не выладуть земли своей! Если недоста-
нетъ вонновъ, то всякъ изъ насъ будетъ одною
рукою водить соху, а другою сражаться за оте-
чество! –

Кого не мучить теперь любопытство, чтобъ
разгадать загадку будущаго? Я читаю славную
Гедсонову проповѣдь на разрушеніе Лиссабона –
и живо представляется воображеннію моему, какъ
величавый мужъ сей въ священныхъ сумеркахъ
пространнаго храма, гдѣ голосъ его въ таинствен-
ныхъ отзывахъ повторяется, предъ лицемъ Им-
ператрицы Елисаветы, описывая бѣдствія
колеблющейся Природы и страшную гибель Лис-
сабона, смѣло укорять блестящій сонмъ вель-
можъ въ оставленіи праотеческихъ нравовъ, въ
нѣгѣ и роскоши, которымъ предаются, и вдругъ
устами боговдохновеннаго Пророка гласить имъ
въ послѣднее наставленіе сінъ священныя слова:
и егда услышите гласъ его, не ожесточите сер-
децъ вашихъ! – Прощай! я иду въ свой садикъ
попивать цвѣты, и слушать громкаго соловья –
пока это еще можно! – « Жить невидимкою, зна-
чить быть счастливу! » говоритъ славный писа-
тель Декартъ. – Еще разъ : прощай!....

- 16 -

16 Юля. Смоленскъ.

Сей часъ пріѣхалъ я въ Смоленскъ. Какое смя-
теніе распространилось было въ народъ!.... По-
лучили извѣстіе, что непріятель уже близъ Орши.
Въ самомъ дѣлѣ всѣ корпусы, армію нашу соста-
вляющіе, проходя различными путями къ одной
цѣли, соединились въ чрезвычайно укрепленномъ
лагерѣ при Дриссѣ, и нажидали непріятеля, по-
лагая, что онъ непремѣнно пойдетъ на то мѣсто,
чтобы купить себѣ входъ въ древніе предѣлы Рос-
сіи цѣною сраженія съ нашими войсками; ибо
какъ отважиться завоевывать Государство, не раз-
бивъ его войскъ? – Но дерзкій Наполеонъ, надѣ-
ясь на непсчислимое воинство свое, помпится пря-
мо въ грудь отечества нашего. Народъ у насъ не
привыкъ слышать о приближеніи непріятеля. Умы
и души въ страшномъ волненіи. Уже потянулись
длинные обозы; всякой развѣдываетъ, гдѣ близ-
паснѣе? Никто не хочетъ достаться въ руки не-
пріятelli. Кажется, въ Россіи, равно какъ и въ
Нспаніи, будетъ онъ покорять только землю, а
не людей. – До спхъ поръ Смоленскъ совершенно
опустѣлъ бы, если бъ не успокоило встревожен-
ныхъ гражданъ его вожделенное присутствіе Го-
сударя. Проѣзжая изъ арміи въ Москву, Онъ
удостоилъ посѣщеніемъ Своимъ нашъ городъ. Я
узналъ отъ живущихъ на большой дорогѣ, что
Государь, проѣзжая тамъ вчерашній день, весь-
ма ласково разговаривалъ съ поселянами, захо-
дилъ въ церкви, молился и приказывалъ парою

- 17 -

молиться. Не такъ ли поступали древніе Цари, отцы народа?

Смолсскъ, 17 Юля.

Мой другъ! настаютъ времена Минина и Пожарскаго! Вездѣ гремить оружіе, вездѣ движутся люди! Духъ народный, послѣ двухъ-сотлѣтняго сна, пробуждается, чуя грозу военную. Губернскій Предводитель нашъ, Маіоръ Лесли, отъ лица всего Дворянства, испрашивалъ у Государя позволеніе вооружить 20,000 ратниковъ на собственный щетъ владѣльцевъ. Государь съ великановшною призательностію принялъ важную жертву сію. Находящіяся здѣсь войска и многочисленная артиллерія были обозрѣваемы самимъ Государемъ. Къ нимъ, по Высочайшему повелѣнію, должны немедленно присоединиться идущіе изъ Дорогобужа и другихъ депо рекрутскіе баталіоны. Уже передовой отрядъ, подъ начальствомъ храбраго Генерала Оленина, выступилъ къ Красному. Старый Генералъ Лесли, поспѣшно вооруживъ четырехъ сыновъ своихъ и нѣсколько десятковъ ратниковъ, послалъ ихъ присоединиться къ сему же отрялу, чтобъ быть впереди. Вчера принять изъ отставки въ службу Генералъ Пассекъ, и получилъ начальство надъ частію здѣшнихъ войскъ. – Земское ополченіе, усердіемъ дворянъ и содѣйствіемъ здѣшняго Гражданскаго Губерна-

- 18 -

тора, со всемозможною скоростію образуется. Смо-
ленскъ принимаетъ видъ военнаго города. Безпре-
станно звенятъ колокольчики; скачутъ куръеры;
провозятъ плѣнныхъ или шпіоновъ. Нѣсколько
Польскихъ губерній подняли знамя бунта. Не да-
ромъ твердили они пословицу: « слышитъ птичка
весну! » (czuie ptaszek wiosne!) О заблюденіе!
Они думаютъ воскреснуть среди всеобщаго раз-
рушенія!..... Обстоятельства становятся бурны.
Не знаю, буду ли съ тобою видѣться; но пись-
менное сношеніе замѣняетъ половину свиданія –
такъ говорить Персіянинь Бек-а.ш; я вѣрю ему –
' буду стараться къ тебе писать – Прощай !....

19 Ιουλα. Ταμβ. же.

Я имѣлъ удовольствіе обнять брата моего Гри-
горія, служащаго въ Лібавскомъ пѣхотномъ пол-
ку. Общество офицеровъ въ семъ полку прекрас-
ное; солдаты отмѣнно хороши. – Обѣхавъ нѣ-
сколько полковъ, я ведѣ находилъ офицеровъ,
которые принимал меня какъ истинные друзья,
какъ ближайшіе родные. Кто же такіе эти пре-
красные люди? – спросилъ ты. – Общіе наши
товарищи : кадеты! – О какъ полезно обществен-
ное воспитаніе! Никакіе уставы, никакія улю-
вія обществъ не могутъ произвести такихъ твер-
дыхъ связей между людьми, какъ свычка рапіныхъ

- 19 -

льтъ. Совоспитанники по сердцу и душѣ встрѣ-
чаются вездѣ съ непритворнымъ, сердечнымъ удо-
вољствіемъ.... Многіе изъ товарищей нашихъ уже
Полковниками и въ крестахъ; но обхожденіе ихъ
со мною точно то же, какое было за 10 предъ
симъ лѣтъ, не смотря на то, что я только бѣдный
Поручикъ! — Какъ сладко напоминать то время,
когда между богатыми и бѣдными, между дѣтьми
знатныхъ отцевъ и простыхъ дворянъ не было ни
какой разницы; когда пища, Науки и рѣзвости
были общими; когда, не имѣя понятія о жизни и
свѣтѣ, мы такъ с.ладостно мечтали о томъ и дру-
гомъ!.... Помнишь, какъ, повторяя безсмертныя
слова Екатеринъ, что Корпусъ Кадетскій есть
разсадникъ великихъ людей (*), мы любили воо-
бражать себѣ, что всѣ до одного будемъ полезны
отечеству. Но сколько изъ юныхъ растеній сего
разсадника, поверенныея въ бури случаевъ,
утратили способности свои отъ бездѣйствія, сдѣ-

(*) Императрица Екатерина II почтила Первый Кадетскій Корпусъ лестнымъ названіемъ: Разсадника великихъ людей Россіи, и это заведеніе, какъ бы въ признательность къ такому вниманію, доставило Государству столько полезныхъ людей, что исчисленіе ихъ могло бы занять особую статью въ нашемъ Журналь. По части Военной Первый Кадетскій Корпусъ образовалъ Фельдмаршаловъ: Румынцова, Прозоровскаго и Каменскаго (Михаила Федотовича); дія поприща Гражданскаго: Генераль-Прокуроровъ: Вяземскаго и Беклешова, Стрекалова, Храповицкаго, Ахвердова и многихъ другихъ; изъ писателей: Сумарокова, Хераскова, Озерова, Крюковскаго.

*

- 20 -

лались безполезными отъ несправедливости лю-
дей, и увяли отъ об'яности или въ тѣніи неправѣст-
ности, лишенные снапительныхъ лучей — ободре-
нія....

Вчера армія двинулись отъ Смоленска, внизъ
по течению Диѣпра, къ окрестностямъ озера Ка-
тани. Авангардъ пошелъ къ Руднѣ: оттуда ожи-
даютъ непріятеля, который теперь толпится на
пространствѣ между Двиною и Диѣпромъ. Сіе
наступательное движение войскъ нашихъ много
обрадовало народъ. Всякій сталъ дышать свобод-
нѣе!....

Дай Богъ нашимъ впередъ! помоги Богъ оттол-
кнуть дерзкихъ отъ древнихъ рубежей нашихъ!...
Однакожъ, идя впередъ, кажется не забываютъ
^ способахъ, обезпечивающихъ и отступленіе.....

Дняхъ военное начальство требовало у
скаго Губернатора надежнаго и дѣятель-
наго дворянина дія особенныхъ важныхъ препо-
рученій. Зная изъ многихъ опытовъ усердіе и
дѣятельность брата моего Ивана, Губернаторъ
представілъ его начальству. Тотчасъ поручено
было ему, со всевозможною скоростію, безъ лиш-
ней огласки, устроить сколько можно болѣе не-
реправъ на Днѣпръ у Соловьева, что на большой
Московской дорогѣ. Мосты спьютъ съ удивитель-
ною скоростію. Работаютъ день и ночь. Великія
толпы народа, бѣгшія изъ разныхъ занятыхъ
непріятелемъ губерній, переправляются безпре-
станно. — Но неужели и войска пойдутъ чрезъ

- 21 -

нихъ? — Уже ли и Смоленскъ сдадутъ?... Солдаты будутъ драться ужасно! Поселяне готовы сдать то же. Только и говорить о поголовномъ наборѣ, о всеобщемъ возстаніи. «Повели, Государь! всѣ до одного идемъ!» Духъ пробуждается, души готовы. Народъ просить воли, чтобъ не потерять вольности. — По война народная слишкомъ нова для насъ. Кажется, еще боятся развязать руки. До нихъ поръ нѣть ни одной прокламаціи, дозволяющей сопраться, вооружаться и действовать гдѣ, какъ и кому можно. — Дозволить — и мы поселяне готовы въ подкрѣпу войнамъ. Значемъ мѣста, можемъ вредить; засадемъ въ лѣсахъ, будемъ держаться — и удерживать; станемъ сражаться — и отражать!...

Августа 4 дня, въ 2 часа за подень.

Село Сутоки.

Въ сіи минуты, какъ я пишу къ тобѣ дрожащęю рукою, рѣшается судьба Смоленска. Непріятель, сосредоточивъ гдѣ-то великія силы, ворвался вчера въ Красное; и между тѣмъ, какъ наши смотрѣли на Рудню, онъ полстѣлъ къ Смоленску, чтобъ овладѣть имъ внесанно. Дивизія Невѣровскаго принесла сегодня Французовъ на плечахъ; а храбрый Генералъ Раевскій встрѣтилъ ихъ съ горстію войскъ, и не впустилъ въ городъ. Сегодня всѣ обыватели высланы; баттарен раз-

- 22 -

ставлены. Непріятель съ двумя стами тысячъ на-
ступаетъ на Смоленскъ, защищаемый 150.000
нашихъ. Покровская гора еще въ нашихъ рукахъ.
Теперь сраженіе горить подъ самыми стѣнами. –
Когда получишь сіи строки, то знай, что чей-ни-
будь жребій уже рѣшился: или отбитъ Наполе-
онъ, или – дверь въ Россию отперта.

Я сей часъ иду помолиться въ послѣдній разъ
на гробахъ родителей, и йду къ старшему брату
моему, Василью: отъ него видно сраженіе. Про-
щай! –

Августа 8. Село Цуриково.

Я видѣлъ ужасныйшую картину – я былъ сви-
дѣтелемъ гибели Смоленска. Погубленіе Лиссабо-
на не могло быть ужаснѣе. 4 числа непріятель
устремился къ Смоленску, и встрѣченъ подъ стѣ-
нами его, горстью неустрашимыхъ Россіянъ. 5
числа, съ ранней зари до поздняго вечера, 12 ча-
совъ, продолжалось сраженіе предъ стѣнами, на
стѣнахъ и за стѣнами Смоленска. Русскіе не усту-
пали ни на шагъ мѣста; дрались какъ львы. Фран-
цузы, или лучше сказать Поляки, въ бѣшенномъ
изстушеніи лѣзьми на стѣны, помились въ ворота,
бросались на валы, и въ безчисленныхъ рядахъ
тѣнились около города по ту сторону Анѣпра.
Наконецъ, утомленный противоборствіемъ на-

- 23 -

шшихъ, Наполеонъ приказалъ жечь городъ, кото-
раго никакъ не могъ взять грудью. — Злодъи тот-
часъ исполнили приказъ изверга. Тучи бомбъ,
гранатъ и чинешныхъ ядеръ полетѣли на домы,
башни, магазины, церкви. — И домы, и церкви,
и башни обнялись пламенемъ — и все, что можетъ
горѣть — запылало!.... Опламененныя окрестно-
сти, густой, разноцвѣтный дымъ, багровыя зори,
трескъ лопающихся бомбъ, громъ пушекъ, кипя-
щая ружейная пальба, стукъ барабановъ, вопль
старцевъ, стоны жень и дѣтей, цѣлый народъ, упа-
дающій на колѣни съ воздѣтыми къ небу руками :
вотъ что представлялось нашимъ глазамъ, что
поражало слухъ, что раздирало сердце!.... Толшы
жителей бѣжали изъ огня, полки Русскіе шли въ
огонь; одни спасали жизнь, другіе несли ее на
жертву. Дажимый рядъ подводъ тянулся съ ра-
неными....

Въ глубокія сумерки вынесли изъ города икону
Смоленскія Божія Матери. Унылый звонъ колоко-
ловъ, сливаясь съ трескомъ распалающихся зланий
и громомъ сраженія, сопровождать печальное ше-
ствіе сіе. Блескъ пожаровъ освѣщалъ оное. Между
тъмъ черно-багровое облако дыма засѣло надъ го-
родомъ, и ночь присоединила темpestу ко мраку,
и ужасъ къ ужасу. — Смятеніе людей было столь
велико, что многіе выбѣгали полунагими, и ма-
тери теряли дѣтей своихъ. Козаки вывозили на
сѣдлахъ младенцевъ изъ мѣстъ, гдѣ свирѣпство-
валъ адъ. Наполеонъ отдалъ приказъ, чтобъ Смо-

- 24 -

Смоленскъ взять былъ непремѣшно 5 числа; однако
жъ Русскіе отстояли его грудью, и 5 числа городъ
пе былъ взять. По 6-го рано - о превратность
судьбы!... То, что удерживали съ такимъ уси-
ліемъ, отдали доброзольно!... Главнокомандрую-
щій имѣлъ на то причины. Теперь Смоленскъ есть
огромная груда пепла; окрестности его - суть
окрестности Везувія послѣ изверженія. - Наши
поспѣшно отступаютъ къ Дорогобужу; по сей
часъ, то есть 8 числа къ вечеру, пріостановились
педалеко отъ Бредихи. Третьяго дня

лись, сегодня дерутся, и зав-

Злодѣи берутъ одинимъ многою

йтесь всѣ, вооружайся всякъ, кто

гласнѣ наконецъ Главнокомандующіи
ль послѣдней прокомаціи своей. - И такъ - на-
родная война!

Его Императорское Высочество Коп-
стантинъ Павловичъ, усердно раздѣляющій
съ войскомъ труды и опасности сего бурнаго вре-
меніи, былъ спбѣテлемъ кровопропитнаго боя и
страшнаго пожара Смоленскаго. Съ душевнымъ
прискорбіемъ взпираль онъ на разрушеніе одного
изъ дреенѣйшихъ городовъ своего отечества. -
Жители Смоленска неутѣшны. Несчастія ихъ не
опасались. О другъ мой! сердце твое облюsiе
бы кровью, седлъ бъ ты увидѣлъ з.ю.полючіе моей
родины. Но судьбы Вышняго непспытанны: -
пусть разрушаются грады, пылають села, пstre-
баются домы, печезаеть спокойствіе мирныхъ

- 25 -

.: но пусть сія жертва крови и слезь, сіи
стоны народа, текущіе въ облака вмѣстѣ съ ку-
реніемъ пожаровъ, умилостивятъ наконецъ раз-
гнѣванныя небеса! Пусть постраждутъ области;
но спасется отечество! Вотъ общий голосъ душъ,
вотъ нскренняя молитва всѣхъ Русскихъ сердецъ!

Я и старший братъ съ нетерпѣніемъ ожидали,
пока выйдетъ брать нашъ Григорій изъ огня.
Онъ былъ 12 часовъ въ стрѣлкахъ, и дрались такъ
храбро, какъ только можетъ драться Смолянинъ
за свой отечественный городъ. Въ этомъ увѣрил
насъ всѣ офицеры его полка. Бригадою пхъ ко-
мандовалъ Генералъ-Маіоръ Оленинъ, и водилъ
ес въ самый жаркій огонь. Всѣ жалѣютъ о смер-
ти, отличнаго по долговременной службѣ, не
обычайной храбрости и добротѣ душевной, Гене-
рала Балы, который убить 5 числа въ передней
цѣни стрѣлковъ. — Кровопролитныя снѣты еще
продолжаются. Мы ложимся и встаемъ подъ блес-
комъ заревъ и громомъ перестрѣлковъ. Мне уже
нельзя затхать домой; путь отрѣзанъ! И такъ иду
туда, куда двинетъ всѣхъ буря войны!... Сколько
раненыхъ! сколько бѣгущихъ! Безконечнѣ
обозы тянутся по полямъ; толны народа сь
самы не зная куда!.... Мы теперь нищіе, съ
городнымъ духомъ, бродить упѣло по развали
нашъ своего отечества. — Бъдный С....! въ то вре-
мя, какъ брать его сражается, и отечественный
городъ въ глазахъ его горитъ, узнеетъ снѣ, что
отецъ впать въ жестокую горліку, а мать, пису-

- 26 -

гачная приближеніем врага, умерла!..... Вотъ примѣръ ужаснѣйшаго положенія, въ которомъ находится теперь многіе! – Повсюду стоны и разрушеніе!.... Мы живемъ во дни ужаса!.... Прощай! – Можетъ быть, въ этомъ мірѣ уже на всегда!....

23 Августа.

« Тутъ остановимся мы и будемъ сражаться! »
думалъ каждый, увидѣвъ издали высоты Боро-
динскія, на которыхъ устроили баттарен. Войска
перешли Колочу, впадающую здѣсь же, при селѣ
Бородинѣ, въ Москву рѣку, и установились на
протяженіи холмовъ, омываемыхъ сніяніемъ спхъ
двухъ рѣчекъ. Стало войско – и не стало ни жатвъ,
ни деревень : первыя притоптаны, другія спесе-
ны. « Война идетъ, и мететъ! » такъ говорится
издавна въ народъ. Можетъ ли быть бѣдствіе лио-
тѣйшее войны?....

Наступаетъ вечеръ: Наши окапываются неуто-
мимо. Засѣками городатъ льса. Пальбы нпгдѣ не
слыхать. Тамъ, вдашь, пепріятель разводитъ огни;
вѣтеръ раздуваетъ пожары, и зарево вынѣ и вы-
ше всexходитъ на небеса! – По послѣднему распо-
ложенію войны, у насъ на правой рукѣ Милора-
довичѣ; на львой Князь Евагратіонѣ; въ среднѣ
Докторовѣ. Глава всѣхъ войны Князь Кутузовъ,
подъ инымъ Барклай де Толли. Оставаясь пепрія-
телья и сраженія. – Прочай! –

- 27 -

24 Августа.

Отдаленный громъ пушекъ привѣтствовалъ вос-
ходящее солнце. Генералъ Коновницынъ, съ пе-
редовыми полками, схватился съ непріятелемъ
подъ стѣнами Колоцкаго монастыря. — Вотъ идутъ
они: одинъ искусно уклоняется, другой — нагло
влечетъ гремящія тысячи свои прямо на насъ.
Толпы его, тянувшіяся по-дорогѣ, вдругъ рас-
пахнулись въ право и въ лѣво. Смотрите какая
необозримость сихъ движущихся стѣн!.... Поля
дрожатъ, кажется, гнутся подъ множествомъ кон-
ныхъ; лѣса наполнены стрѣлками; пушки выта-
гиваются изъ долни и кустарниковъ, и въ раз-
ныхъ мѣстахъ, разными тропами пробирались, на
холмы и пригорки, взъѣзжаютъ. — Многочислен-
ное войско непріятельское колеблется: кажется
въ нерѣшимости. Вотъ пошатнулось было въ лѣ-
во, и вдругъ повалило на право. Огромныя пол-
чища двинулись на лѣвое наше крыло. — Русскіе
спокойно смотрятъ на всё съ укрепляемыхъ вы-
сотъ своихъ. — Пыль, взвившаяся до небесъ —
осѣдаетъ. Даль яснѣетъ. Непріятель къ чему-то
готовится. Посмотримъ, къ чему....

24 Августа, поздно въ вечеру.

Непріятель, какъ туча, заснивъ, стустив-
шись, противъ лѣваго нашегоа крыла, и съ бы-
стротою молитвъ ударивъ на оное, хотѣлъ всё
сбить и уничтожить. — Но Князь Багратіонъ, Ге-

- 28 -

пералъ Тучковъ, храбрый Графъ Воронцовъ и прочіе, призвавъ на помощь Бога, укрепясь своимъ мужествомъ, и оградясь штыками Русскими, отбросили далеко пѣхоту, дерзко приступавшую къ баттареямъ. Пушки наши действовали чудесно. Красиры врубались съ непмовѣрною отважностью. Раздраженный непріятель, пѣсколюко разъ повторялъ свои нападения, и каждый разъ былъ отражаемъ. Поле покрылось грудами тѣлъ. – Во всѣ время, какъ мелкій огонь гремѣлъ неумолчно и несо дымилось на лѣвомъ крылѣ, Князь Михаилъ Ларionовичъ спѣлъ на своей деревянной скамеечкѣ, которую за нимъ всегда возили, у огня, на срединѣ линій. Онъ казался очень поконъ. Всѣ смотрѣли на него, и, такъ сказать, черпали отъ него въ сердца свои спокойствіе. Въ рукахъ его была нагайка, которою онъ то помахивалъ, то черпилъ что-то на пескѣ. – Казалось, что весь онъ превратился въ слухъ и зрѣніе, то вслушиваясь въ гремящіе переходы сраженія, то внимательно обозрѣвая положеніе мѣстъ. – Часто пересыпался съ нимъ Багратіонъ. – Ночь прекратила бой и засвѣтила новые пожары. – Прощай до – завтра!

25. Утро.

Все тихо. Непріятель отдыхаетъ; перевязываетъ вчерашнія ракы, и окапываетъ лѣвое крыло свое. И наши не дремлуть: готовятся! –

- 30 -

ни въ таборахъ (*) непріятельскихъ; музыка, пѣ-
ніе, трубные гласы и крики по всему стану ихъ
разносятся. — Вотъ! слышны воскликанія. Вотъ
еще другія!.... Они вѣрно привѣтствуютъ разъѣз-
жающаго по строямъ Наполеона. Точно такъ бы-
ло предъ Аустерлицскимъ сраженіемъ. Что бу-
детъ завтра? — Вѣтеръ гасить свѣчу, а сонъ смы-
каетъ глаза. — Прощай!

29 Августа. Окрестности Москвы.

Застонала земля, и пробудилась спавшихъ на ней
воиновъ. Дрогнули поля, но сердца покойны бы-
ли. Такъ началось безпримѣрное сраженіе Боро-
динское, 26 Августа. Туча ядеръ, съ визгомъ
пролетѣвшихъ надъ шалашемъ нашимъ, пробу-
дила меня и товарищей. Вскакиваемъ, смотримъ —
густой туманъ лежитъ между ними и ними. Заря
только что начинала зажигаться. Непріятель под-
везъ нѣсколько орудій, и открылъ цѣлый адъ.
Бомы и ядра сыплись градомъ. Трескъ и взры-
вы повсемѣстны. Один шалаши валятся; другіе
пылаютъ. Войска бѣгутъ къ ружью и въ огонь. —
Всё сіе происходило въ срединѣ; а на лѣвомъ
крылѣ нашемъ давно уже свирѣпѣла гроза въ
безпрерывныхъ перекатахъ грома пушекъ и мел-
каго ружья. Мы простились съ братомъ. Онъ по-
бѣжалъ со стрѣлками защищать мостъ. — Боль-

(*) Таборъ значить, кажется, бивакъ (bivouacque).

- 31 -

шую часть сего ужасного дил проводить я то на
главной баттаре й, гдѣ находился Свят. геейшій, то
на дорогѣ, гдѣ перевязывали раненыхъ. — Мой
другъ! я видѣлъ сіе нен movemento — жестокое сра-
женіе, и ничего подобного въ жизнь мою не ви-
далъ, ни о чемъ подобномъ не слыхалъ и едва ли
читывалъ.

Я былъ подъ Аустерлицемъ; но то сраженіе,
въ сравненіи съ симъ — сшибка! Тъ, которые
были подъ Прейсшъ-Эйлау, дѣлаютъ почти та-
кое же сравненіе. — Надобно имѣть кисть Микель-
Анжела, изобразившую Страшный судъ, чтобъ
осмѣлиться представить сіе ужасное побонце. —
Подумай только, что до 400 тысячъ лучшихъ
воиновъ, на самомъ тѣсномъ, по многочисленно-
сти ихъ, пространствѣ, почти, такъ сказать, тол-
каясь головами, дрались съ неслыханнымъ отчая-
ніемъ, 2,000 пушекъ гремѣли безпрерывно. Тяж-
ко воздыхали окрестности — и земля, казалось,
шаталась подъ бременемъ сражающихся. Фран-
цузы металлись съ дикимъ остервениемъ; Рус-
скіе стояли съ неподвижностью твердѣйшихъ
стѣнъ. Одни стремились дорваться до вожделѣн-
наго конца всѣмъ трудамъ и дальнѣмъ походамъ,
загрести сокровища, пмѣ объщанныя, и насла-
диться всѣми утѣхами жизни въ древней знаме-
нитой столицѣ; другіе помнили, что заслоняютъ
собою сію самую столицу, сердце Россіи и мать
городовъ. Оскорбленнѣлъ Вѣра, разоренные обла-
сти, поруганные алтари и прахи отцовъ, обижен-

- 32 -

ные въ могилахъ, громко вопіяли о мщеніи и
мужествѣ.

Сердца Русскія внимали священному воплю се-
му: мужество нашихъ войскъ было неописанно.
Они, казалось, дорожили каждымъ вершкомъ
земли, и оплись до смерти за каждый шагъ. Мно-
гія баттарені до десяти разъ переходили изъ рукъ
въ руки. — Сраженіе горѣло въ глубокой долинѣ,
и въ разныхъ мѣстахъ, съ огнемъ и громомъ, на
высоты восходило. Густой дымъ заступилъ мѣсто
тумана. Сѣдня облака клубились надъ лѣвымъ
крыломъ нашимъ, и заслоняли средину, между
тѣмъ, какъ на правомъ сіяю полное солнце. И
самое свѣтило сіе мало видало такихъ браней на
земѣ съ тѣхъ порѣ, какъ освѣщаетъ ее. — Сколь-
ко потоковъ крови! сколько тысячъ тѣль! «Не-
заглядывайте въ этотъ лѣсокъ,» сказалъ мнѣ
одинъ изъ лекарей, перевязывавшій раны: «тамъ
цѣлые костры отпиенныхъ рукъ и ногъ!».....
Въ самомъ дѣль въ рѣдкомъ изъ сраженій про-
шлаго вѣка бывало вмѣстѣ столько убитыхъ, ра-
шеныхъ и въ плѣнѣ взятыхъ, сколько подъ Бо-
родинымъ было оторванныхъ ногъ и рукъ. На
мѣстѣ, где перевязывали раны, мужи крови не
изсыпали. Никогда не видали я такихъ ужасныхъ
ранъ. Разбитыя головы, оторванныя ноги и раз-
мозженныя руки до плечъ были обыкновенны.
Тѣ, которые несли раненыхъ, облиты были съ
головы до ногъ кровью и мозгомъ своихъ това-
рищей.....

- 33 -

Сраженіе не умолкало ни на минуту, и цѣлый день продолжался бѣгливый огонь изъ пушекъ. Бомбы, ядра и картечи летали здѣсь такъ густо, какъ обыкновенно летаютъ пули; а сколько здѣсь пролетѣло пусть!... Но это сраженіе не описанно: я сдѣлалъ только абрисъ онаго. – По счастію, на то самое мѣсто, гдѣ случился я съ братомъ, при-&mdash;вели уже около вечера брата нашего Григорія. Онъ былъ раненъ пулею въ голову. Рана опасна, но не смертельна. Нескучный лекарь перевязалъ ее. – Вечеръ наступалъ, и непріятель началъ уклюняться. Русскіе устояли! – Мы благословляли Небо, и поспѣшни проводить раненаго въ Можайскъ.

Грудно, 1 Июваря 1813.

Наконецъ минулъ сей 1812 годъ. Какимъ шумомъ, блескомъ и волненіемъ ознаменовалось шестыіе его въ мірѣ! Ежемні говорить языкомъ стихотворцевъ, придавая всему лице и существенность, то я воображаю, что сей годъ, обремененный славою и преступленіями, важно вступаетъ во врата вѣчности, и гордо вопрошаетъ неисчисляемые сонмы протекшихъ годовъ: кто болѣе его обагренъ кровіо и покрытъ лаврами; кто былъ свидѣテлемъ большихъ превратностей въ судьбахъ народовъ, царствъ и вселенной. – Возстаютъ въки древняго Рима, пробуждаются времена великихъ браней, славныхъ Полководцевъ; въки

3

- 34 -

всесобщаго переселенія народовъ..... Напрасно!
Древняя Исторія, кажется, не найдетъ въ себѣ
года, который бы во всѣхъ многоразличныхъ от-
ношеніяхъ могъ сравняться съ протекшимъ. –
Начало его наполнило было мрачными предвѣстія-
ми, томительнымъ ожиданіемъ. Гнивныя тучи
сгущались на западъ. Всѣдъ за пламенною ко-
метою многія дивныя знаменія на небѣ являлись.
Мюни ожидали будущаго, какъ Страшнаго суда.
Глубокая однако жъ тишина и тайна господство-
вали на землѣ. Но сія обманчивая тишина была
предвѣстицей страшной бурь. Взволновались на-
роды, какъ волны океана, и всѣ сплы, всё ору-
жіе Европы обратились на Россию. Богъ предалъ
ее на раны, по защитимъ отъ гпб. России от-
ступила до Оки и, съ упругостію, свойственною
сплы и огромности, раздвинулась опять до Ильма-
на. Области ея сдѣлались пространымъ гробомъ
пенсічелимымъ врагамъ. Русскій, спаситель зем-
ли своей, пожалъ лавры на снѣгахъ ея, и развер-
нулъ знамена свои на чуждыхъ предълахъ. Изу-
мленная Европа, слезами и горестію покрытая,
взирая на небо, невольно воскликаясь: «Великъ
Богъ земли Русскія, великъ Государь и народъ
ея!» – «Великъ Кутузовъ, Полководец мудрый!»
говоритъ Исторія, и вмѣстѣ съ именемъ его пи-
шетъ на златыхъ скрижаляхъ своихъ 1812 годъ.

ГЛИНКА.

II.

ИСТОРИЯ.

БИОГРАФИЯ

ГРАФА ӨЕДОРА ЕВСТАФЬЕВИЧА

АНГАЛЬТА.

=

Ангальтъ, Графъ Өедоръ (Friedrich) Евстафьевичъ, Генераль-Поручикъ, Генераль-Адъютантъ Императорцы Екатеринны II, сыпъ Вильгельма Густава, Наслѣднаго Принца Ангальт-Дессаускаго, и вникъ знаменитаго полководца Князя Леопольда, родился 10/22 Мая 1732 года. Вступивъ на семнадцатомъ году въ службу, онъ, въ званіи Флигель-Адъютанта Короля Фридриха II, участвовалъ во всѣхъ походахъ и сраженіяхъ семплѣтней войны, отличался храбростію и воинскимъ искусствомъ, и нѣсколько разъ былъ раненъ. По заключеніи мира

*

- 36 -

прописывали въ Полковнике, и назначали командиромъ Вильдаускаго пъхотнаго полка. Въ 1776 году, въ чинъ Генералъ-Маюра, вышелъ въ отставку; черезъ два года вступилъ въ Саксонскую службу Генералъ-Йейтенантомъ, и въ войнѣ за Баварское позелѣдство, командовалъ всѣми Саксонскими войсками, действовавшими въ соединеніи съ корпусомъ Прусскаго Принца Генриха. – Слава царствованія Екатерины II прыглѣла его въ Россию. По приглашенію Императора, онъ вошелъ въ 1785 году въ Российскую службу Генералъ-Поручикомъ, и былъ назначенъ Генералъ-Адъютантомъ Ея Величества. – Графъ Ангальтъ, посвятившій систематически всю жизнь свою на приведеніе въ дѣйствіо всего добраго и полезнаго, еще до выѣзда своего пъ Германіи, тщательно старался познакомиться съ страною, действовавшего отнынѣ быть его отечествомъ. Вскорѣ по прибытии въ Россию, онъ предпринялъ по ней многотрудное путешествіе, даже до самыхъ отдаленныхъ ея предѣловъ, и въ теченіи трехъ лѣть обозрѣвалъ въ ней все достойное виманія. Особенно нуждалъ онъ заведенія учебныя и благотворительныя, успешніи земледѣлія, развитіи торговли и промысленіи.

Пріобрѣтенные имъ такимъ образомъ драгоцвіны свѣдѣнія конечно приспесли бы непеческимую пользу государству, если объ Провидѣлію угодно было даровать ему долговѣтіе. Вскорѣ за тѣмъ бы онъ назначѣлъ Генералъ-Писпекторомъ всѣхъ

- 37 -

войскъ, расположенныхъ въ Нигермандии, Эстляндии и Финляндии, и въ Февраль 1786 года появлялись Кавалеромъ обоихъ орденовъ, Св. Андrea и Св. Александра. Въ концъ того же года вступилъ онъ на поприще, ознаменованное многими благими его дѣлами, предавшими его память въ незабвенное достояніе потомства. Императрица поручила ему, въ звании Главнаго Начальника, управленіе Сухопутнымъ Шляхетнымъ Кадетскимъ Корпусомъ, (нынѣй Первый Кадетский Корпусъ). Выборъ сей, соответственный высокимъ достописямъ Графа Ангальта, совершенно согласовался и съ душевными его склонностями: отдаленный отъ отечества и родныхъ своихъ, не жематый, онъ прижилѣлся всѣми силами и нежной души своей къ дарованному ему новому семейству, въ которомъ заключался цвѣтъ Российскаго Дворянства. Можно сказать по всей справедливости, что Графъ Ангальть въ кратковременное свое управленіе Корпусомъ (оно продолжалось около осьми лѣтъ) нанbолье споспѣшествовавъ къ утверждению благосостоянія сего знаменитаго заведенія на прочномъ основаніи. Предѣлы сей статьи не позволяютъ приступить къ исчисленію всѣхъ усовершенствованій и полезныхъ учрежденій, коньи Корпусъ обязанъ высокому уму, благородной душѣ и неусынной попечительности Графа. Объ управленіи его Кадетскимъ Корпусомъ говорить исторіографъ Корпуса (А. В. Висковатовъ): «Назначено Gicpaa Ategulfta eStb odna izъ примѣчатель-

- 38 -

«ИЙШИХЪ ЭПОХЪ ВЪ ПСТОРІІ ПЕРВАГО КАДЕСТСКАГО
«КОРПУСА. ЗНАМЕНИТЫЙ ВЕЛЬМОЖА СЕЙ СОВЕРШЕННО
«ПОСВЯТИЛЪ СЕБЯ ВОСПИТАНІЮ КАДЕТЬ; ОБХОДИЛСЯ СЪ
«ПИНИ КАКЪ ОТЕЦЪ ПОПЕЧИТЕЛЬНЫЙ, ПАСТАВЛЯЛЪ НХЪ
«КАКЪ МУДРЕЦЪ ОПЫТНЫЙ, И УМЬЛЪ ДЪЙСТВОВАТЬ НА
«ВСЪ НХЪ ДУШЕВНЫЯ СПЛЫ И СПОСОБНОСТИ. ОНЪ РАЗ-
«МЪСТИЛЪ ПО ЗАЛАМЪ КОРПУСА ПОЛЕЗНЫЯ И НАСТАВИ-
«ТЕЛЬНЫЯ КНИГИ; ОКРУЖИЛЪ ВОСПИТАНИИ ПОХВЪ БЮ-
«СТАМИ ВЕЛИКИХЪ ЛЮДЕЙ, КОИРОКЕ ВДЫХАЛИ ВЪ НИХЪ
«ЖЕЛАНИЕ ПОЗНАТЬ НХЪ ДЪЛА И ПОДРАЖАТЬ ИМЪ, И НА-
«КОНЕЦЪ ЗАПАВИЛЪ ГОВОРИТЬ СЪ НИНИ, И ГОВОРИТЬ
«ПОУЧИТЕЛЬНО, САМЫЯ СТЪНЫ. БОЛЬШАЯ СТЪНА, ОКРУ-
«ЖАЮЩАЯ КОРПУСНЫЙ САДЪ, БЫЛА ИСПИСАНА СЕВРХУ
«ДО НИЗУ ПОУЧИТЕЛЬНЫЙ НИНИ ИЗРЕЧЕНІЯП НА РУС-
«СКОМЪ И ПНОСТРАННЫХЪ ЯЗЫКАХЪ, ХРОНОЛОГІЕЮ ВАЖ-
«ИЙШИХЪ ОТКРЫТІЙ И ПРОИСШЕСТВІЙ, РАЗНЫМИ ЭМ-
«БІЛЕМАТИЧЕСКИМИ ПЗОБРАЖЕНІЯП И Т. П. ТАКИМЪ
«ЖЕ ОБРАЗОМЪ ИСПИСАНЫ БЫЛИ СТЪНЫ БОЛЬШОЙ РЕ-
«КРЕАЦІОННОЙ ЗА.ЛЫ (*). ВРЕМЯ НАЧАЛЬСТВОВАНІЯ СЕГО
«ВЕЛЬМОЖИ ОСТАВИЛЮ ПОСЛѣ СЕБЯ МНОГІЯ ДРАГОЦЬН-
«НЫЯ ВОСПОМНИНАНІЯ, И САМОЕ ИМЯ ЕГО ПЕРЕДАЕТСЯ СЪ
«ВЕЛИЧАЙШИМЪ УВАЖЕНІЕМЪ ОТЪ ОДНОГО ПОКОЛЬНІЯ
«КАДЕТЬ ДРУГОМУ.» ПРИПАВИМЪ КЪ СЕМУ ЕЩЕ, ЧТО
КОРПУСНЫЕ БИБЛІОТЕКА, ФИЗИЧЕСКІЙ, НАТУРАЛЬНЫЙ
И ДРУГІЕ КАБИНЕТЫ, ЗНАЧИТЕЛЬНО УМНОЖЕННЫЕ ПО-
ПЕЧЕНІЕМЪ И ЩЕДРОСТІЮ ГРАФА АНГАЛЬТА, БЫЛИ ИМЪ

(*) ВСЪ эти надписи сохранились въ двухъ необ.ъйшихъ кни-
гахъ, напечатанныхъ при Первомъ Кадетскомъ Корпусѣ подъ
заглавіями: La Muraille Parlante à la Salle de Récréation.

- 39 -

предоставлены на пользу Петербургской публики. Садъ заведенія по праздничнымъ днямъ равномѣрно былъ открыть для посѣтителей. Въ то время, когда Графъ Ангальтъ съ такою заботливостію оправдывалъ милославское довѣріе къ нему Великой Екатерины, почти половину важнейшихъ мѣстъ въ Государствѣ занимали бывшіе воспитанники этого заведенія. Одинъ начальствовалъ въ арміяхъ, другіе засѣдали въ Совѣтѣ Нмператрицы, въ Сепѣтѣ, въ Коллегіяхъ; управляли намѣстничествами; предсѣдательствовали въ важныхъ Комиссіяхъ, и наконецъ, начальствуя Кадетскими Корпусами (*), оставили по себѣ незабвенную намять. Въ управлѣніе Графа Ангальта Кадетскимъ Корпусомъ образовались также многіе достойные люди, съ честію служащіе и понынѣ на поприщѣ военномъ и гражданскомъ. Нмператрица изливала особенныя милости на Сухопутный Кадетскій Корпусъ и на достойнаго его Начальника; не рѣдко удостовѣрала кадетъ своимъ посѣщеніемъ, и неоднократно присутствовала при ихъ каруселяхъ, которые давались въ Корпусъ при стечении самой многочисленной и блистательной публики.

Въ званіи Президента Вольнаго Экономического Общества, Графъ Ангальтъ значительно рас-

(*) Адмиралъ Н. Л. Голенищевъ-Кутузовъ былъ въ это время Директоромъ Морскаго, а Генераль Н. Н. Мелиссино Артилерійскаго и Инжениераго, чю ныть Второй Кадетскій.

- 40 -

пространялъ кругъ дѣйствій его на общую поль-
зу. При всѣхъ сихъ многоразичныхъ, неусып-
ныхъ трудахъ, онъ имѣлъ еще время на заня-
тія Науками и Словесностію, и не упускалъ ни
одного случая къ распространенію своихъ уже
обширныхъ во всѣхъ частяхъ познаній. Любимымъ
его изреченіемъ бы.ю: «сомнѣваться въ самомъ
себѣ и безпрестанно учиться.»

Сей знаменитый и добродѣятельный мужъ скон-
чался въ С. Петербургъ 2-го Мая 1794 года, послѣ
шести недѣльной болѣзни, къ душевному огорче-
нію всѣхъ, имѣвшихъ счастіе знать его, и къ не-
утѣшной печали благодарныхъ его питомцевъ. Тѣ-
ло его предано землѣ на пновѣрческомъ Волков-
скомъ кладбищѣ.

М. ЕРМОЛОВЪ.

III.

НАУКИ И ХУДОЖЕСТВА.

ПЧЕЛОВОДСТВО.

(Окончание.)

По словамъ Одебера, травяная вошь обнаруживаетъ удивительную силу оплодотворенія, которая сообщаетъ жизнь девяти или десяти поколѣніямъ; безъ сомнѣнія, такая чудная способность распоженія постепенно ослабваетъ, и исчезаетъ въ срокъ, не опредѣленный наблюденіями; по фактъ не оспоримъ, и мы не имѣемъ права его отршцать, и не довѣрять показаніямъ искусствыхъ и правдоюбныхъ наблюдателей потому только, что не можемъ объяснить его, равно какъ и многихъ другихъ явленій природы. Бонне распространяетъ только на пять поколѣній оплодотворяющее дѣйствіе самца травяной вши; но Ліоне считаетъ гораздо боље, также какъ Кирби и Спенсъ, которые съ полюю довѣренностью полагаются на сви-

- 42 -

дѣтельство опытнаго испытателя природы Г. Воль-
пофа (Wolnough): опъ удостовѣрился, что травяная
вошь можетъ въ теченіе года видѣть свое двадца-
тое поколѣніе. Ограничиваясь пятью поколѣніями,
Реомюръ вычислѣлъ, что семейство вши можетъ
состоять изъ 5, 904, 900,000 штукъ. Можно воз-
разить, что травяныя вши суть живородящія, и
что ихъ способъ размноженія и его результаты не
должны входить въ сравненіе съ тѣми явленіями,
которыя мы замѣчаемъ у настюкомыхъ, кладущихъ
яйца. Но такое возраженіе основано на неполныхъ
наблюденіяхъ, потому что теперь извѣстно, что
вши не всегда бываютъ живородящія, что одинъ
изъ видовъ этого рода никогда не производить
живыхъ дѣтей, и что у прочихъ оба способа рас-
пользованія с培养утъ одинъ за другимъ или соеди-
нены вмѣстѣ. Впрочемъ, во всякомъ случае, дѣ-
тородное влѣяніе самца травяной вши еще болѣе
пензѣаснимо, нежели всѣ послѣдствія оплодотво-
ренія пчеицкой матки.

Чудесное дѣйствіе природы, сообщающее жизнь
многочисленнымъ поколѣніямъ, производить еще
другие результаты, которыхъ непосредственная
причина намъ пензѣстна. Ес.ш матка начинаетъ
класть яйца ноздно, черезъ двадцать или двадцать
четыре дня послѣ своего водворенія, то ея ум-
ственность качества повидимому освобѣваютъ. Во
всѣхъ ея поступкахъ замѣчается разстройство: опа
кладеть яйца рабочихъ пчели въ ячейки, постро-

- 43 -

енныя для трутней, и яйца трутней въ ячейки рапочихъ.

Отъ этого пропסходитъ невознаградимое зло.
Вмѣсто того, чтобы сначала нести яйца рабочихъ
пчелъ, а потомъ яйца трутней въ обыкновенномъ
порядкѣ, матка употребить на первое дѣйствіе
только сорокъ пять часовъ, а въ остальное время
будетъ производить однихъ самцовъ; слѣдующіе
рои будутъ составлены не лучше, и такимъ обра-
зомъ кончится существованіе улья. Можно отчасти
объяснить это явленіе тѣмъ, что зародышь лицъ
рабочихъ пчелъ ослабѣвастъ отъ долговременной
отсрочки, тогда какъ зародышіи яйцъ трутней мо-
гуть долѣе ожидать, чтобы ихъ оплодотворило
начало жизни. Растительное царство представляетъ
подобныя явленія, которые повидимому подтвер-
ждаютъ это объясненіе Г. Рении: извѣстно, что съ-
мена наконецъ портятся, не смотря на всѣ стара-
нія ихъ сохранить; но чтобы извлечь изъ этого
замѣчанія новыя свѣдѣнія, удобнѣе примѣняемыя
къ факту, о которомъ идетъ дѣло, падобно сдѣ-
лать пѣсколько опытовъ падѣ двудомными, dioica,
растеніями, и посмотрѣть, производятъ ли уста-
рѣвшія ихъ сѣмена растенія обоихъ половъ въ та-
кой же соразмѣрности какъ свѣжія.

Матки, отсрочившія время дѣторожденія, под-
вергаются большимъ перемѣпамъ въ расположеніи
духа и даже наружномъ видѣ. Гюберъ замѣтилъ,
что онѣ становятся короче, и что ихъ оконечности
худьютъ, между тѣмъ какъ на двухъ первыхъ

- 44 -

кольцахъ близъ груди является необыкновенная
опухоль. Короткость тѣла весьма невыгодна для
кладенія яйцъ; потому что матка не достаетъ до
дна ячейки, и часто кладетъ яица не туда, гдѣ
должно, а такъ сказать, на удачу. Опухоль на
кольцахъ отнимаетъ у нея возможность входить въ
узкія ячейки. Какъ роп, происходящіе отъ такихъ
несовершенныхъ матокъ, большею частію состо-
ятъ изъ трутней, то есть, празднолюбцевъ, то чи-
сло рабочихъ становится недостаточнымъ и улей
терпить голодъ. Матка иногда переживаетъ свое
семейство, но только нѣсколькимъ минутамъ, и
умираетъ послѣдняя. Впрочемъ рабочія пчелы ча-
сто показываютъ менѣе великолушія и самоотвер-
женія: наскучивъ кормить такъ много безполез-
ныхъ желудковъ, отъ которыхъ имъ нельзя осво-
бодиться, онѣ оставляютъ улей съ тѣмъ, чтобы
пріискать себѣ новое убѣжище. Вěлчайшій без-
порядокъ господствуетъ въ семействѣ, котораго
глава не въ состояніп болѣе исполнять своихъ вы-
сокихъ обязанностей. Самцы, чрезвычайно много-
численные, превышаютъ сверхъ того, своею ве-
личинною, обыкновенныхъ трутней.

Нѣкоторые писатели утверждали, что рабочія
пчелы переносять яйца съ одного мѣста на друг-
ое: это можетъ случиться въ самомъ дѣлѣ, когда
матка положила ихъ въ ненадеждащее мѣсто. Но
въ хорошо устроенномъ ульѣ, яйца не требуютъ
ни какихъ другихъ попеченій, кромѣ того, что ихъ
должно класть на дно ячеекъ, возвышенныхъ на

- 45 -

двѣ линии надъ сотами; это одно доказываетъ, что яйца не переносятся съ мѣста на мѣсто: къ подъ- тверждению доказательства надобно прибавить, что рабочія челы не терпятъ ни малѣйшаго без- порядка, и уничтожаютъ яйца, положенныя не на своемъ мѣстѣ, даже такія, которые должны умно- жить число ихъ подругъ. Но иногда с.лучается, что матка, которой совокупленіе пропошло въ надлежащее время и всѣ способности въ порядкѣ, несетъ яйца въ такомъ множествѣ, что не можетъ класть ихъ куда надобно, и что часть ихъ вына- даетъ изъ ячеекъ. Первымъ естествоиспытателямъ показалось, что эти яйца были перенесены туда рабочими пчелами. Г. Депбаръ былъ свидѣテлемъ ихъ уничтоженія: ихъ съ жадностію пожирали тѣ самыя пчелы, которые старательно берегли бы ихъ, если бы они находились въ назначенныхъ мѣ- стахъ. Размѣщеніе яйцъ въбрено маткѣ и она за- пимается этимъ дѣломъ, съѣдяhoodу своему природ- ному пистинкѣ. Если мы иногда видимъ пчелы, которые перетаскиваютъ яйца, отсюда не должно еще зак.почать, что онъ сносять ихъ въ одно мѣсто: это добыча, которую они собираются по- жрать.

Милосердіе не принадлежить къ числу качествъ свойственныхъ животнымъ: пчеламъ оно вовсе нес- назвѣсто. Трутиямъ каждогоъ улья ежегодно при- ходится испытывать это, самымъ жестокимъ об- разомъ.

Къ концу Поля, послѣ вылета роевъ, всѣ трут-

- 46 -

ии предаются смерти. Такъ какъ оплодотвореніе
совершилось, время ихъ службы кончено, и они
дъпаются дармоѣдами, то вмѣсто внимательности,
являются угрозы и непависть. Несчастные трут-
ни, обреченные гибли, чувствуютъ угрожающую
пмѣ опасность; тоска, которая ихъ мучитъ, не
дасть пмѣ успокониться; они съ равнымъ ужасомъ
стремятся изъ у.лья и снова въ него влетаютъ. По-
лагаютъ, что рабочія пчелы изгонлять ихъ изъ
улья, не употребляя своихъ жалъ. Гюнтеръ гово-
рить даже, что въ это время трутни достигаютъ
последняго срока своей жизни, что ихъ смерть
естественна и ии мало не ускоряется дурынъ об-
хождениемъ съ ними рабочихъ. Бошне принимаетъ
мнѣніе Гюнтера, или по крайней мѣрѣ онъ ему не
противорѣчить. Гюберъ думаетъ иначе, и утверж-
даетъ, что трутни погибаютъ отъ жала своихъ го-
нительницъ. Онъ убѣдился въ этомъ посредствомъ
многочисленныхъ наб.поденій, сдѣланныхъ надъ
ульями, составленными изъ большихъ стеклян-
ныхъ пластовъ. Кажется, что Реомюръ также это
зналъ: онъ говорить, что не смотря на превосход-
ство самцовъ относительно величины, они не мо-
гутъ избѣгнуть ядовитаго орудія рабочихъ пчелъ.
Пораженный однимъ ударомъ жала, трутень рас-
пускаетъ крылья и умираеть.

Во всѣхъ другихъ родахъ животныхъ, живу-
щихъ обществомъ, власть принадлежить муже-
скому полу. У пчелъ, которые составляютъ замѣ-
чательное пек.поченіе изъ общаго правила, ка-

- 47 -

жется, что умерщвлёніе самцовъ есть важное дѣло, заранѣе обдуманное и приготовленное: оно откладывается до другаго времени, когда въ ульѣ нѣтъ матки и предстоитъ необходимость воспитать и оплодотворить новую. Болше замѣтить такую благоразумную предосторожность въ одномъ ульѣ, принадлежавшемъ къ пчельницу, въ которомъ избіеніе самцовъ совершалось съ нѣкотораго рода яростью. Это было въ началѣ осени, что заставило его подозрѣвать пчелъ въ намѣреніи сохранить въ обезсиленномъ ульѣ болѣе многочисленное народонасленіе, для того, чтобы его внутренность удобнѣе нагрѣвалась зимою. Подобный расчетъ и предусмотрительность могутъ показаться сlichtкомъ утончеными для насѣкомыхъ.

Мнѣніе Гюбера вѣроятнѣе: онъ думаетъ, что пощаженные трутии сохраняются для будущей матки. Это мнѣніе подтверждается снисходительностью къ самцамъ въ ульяхъ, гдѣ есть плодородницы рабочія пчелы и нѣтъ матки, и въ тѣхъ, гдѣ оплодотвореніе было замедлено. За исключеніемъ небольшаго числа случаевъ, всѣ трутии печезаютъ къ концу осени. Пощады нѣтъ даже для дѣтей: личинки и червячки исторгаются изъ яческъ и бываютъ умерщвлены, или лучше сказать, покраны, потому что исполнительницы этихъ испытательныхъ мѣръ оставляютъ одни только скелеты своихъ жертвъ: ихъ желудокъ принимаетъ всё, что имъ удается собрать посредствомъ хобота и зубовъ. Въ этомъ отношеніи можно замѣтить

- 48 -

Иткоторое сходство между двумя близкими между
собою родами, — пчелами и осами, но нравы по-
сельских еще жесточе. Въ оспомъ гнѣздѣ, матки
убивают трутией, безъ всякаго мнюсердія: ра-
бочія осы подвергаются такой же участи, какъ
самцы, и погибаютъ всѣ еще до наступленія зи-
мы. Матки пожираютъ соты, и пресыщенные пи-
щею, забиваются въ какую-нибудь щель, гдѣ ожи-
дають возврата весны. Если бы ихъ можно было
тогда истребить, это было бы весьма выгодно для
спокойствія и безопасности пчелъ.

Грагоцківыя насѣкомыя, которые намъ доста-
вляютъ медъ и воскъ, заслуживаютъ, чтобы мы
занялись удовлетвореніемъ ихъ нуждъ. Нзвѣсто,
что медовой сокъ есть прописаніе растительнаго
царства, пропускаемое въ видѣ пота лѣстями п
ствомами растеній, которые часто бываютъ имъ
покрыты, когда. послѣ жаркаго дня, ихъ сжи-
маетъ свѣжесть ночи. Травалия вши собираютъ
этотъ сокъ, и если не находить его готовымъ, из-
векаютъ составыя его стихіи изъ самаго расте-
нія, которое онъ сосутъ посредствомъ хобота; ихъ
органы такъ хорошо устроены для превращенія
пищи въ сладкое вещество, что оно въ большомъ
изобліи выходить черезъ истоки, назначенные
для этого пизверенія. Умный муравей, который
въ странствованіяхъ своихъ доходить до мѣстъ,
занимаемыхъ львеными вками, искусьно пользуется
ихъ способностями и умѣть собирать съ нихъ
дань. Естественныитатели Кирби и Спенсь рас-

- 49 -

крыли эти таппства политики насѣкомыхъ. Мож-
но найти въ ихъ превосходномъ «Введеніи въ Есте-
ственную Нсторію насѣкомыхъ» много подробно-
стей объ этомъ явленіи, одномъ изъ самыхъ любо-
пытныхъ открытій новѣйшихъ наблюдателей, ко-
торые занимались малыми животными.

Давно говорятъ о дружескихъ отношенияхъ, су-
ществующихъ между лѣсными вшами и муравья-
ми; это можетъ видѣть всякой, въ хорошее время
года, на листьяхъ растений, осыпанныхъ настьо-
ными обоихъ родовъ. Наблюдая со вниманіемъ,
мы увидимъ, что единственная цѣль муравьевъ,
во всѣхъ ихъ движенияхъ, состоптъ въ собираніи
сладкаго вещества, вытекающаго изъ вшей и спра-
ведливо названнаго ихъ молокомъ. Это вещество
есть жидкость, почти такая же сладкая, какъ медъ,
и которой прозрачныя капли выходить изъ живо-
та вшей, не только посредствомъ обыкновеннаго
истока, но, сверхъ того, чрезъ двѣ трубочки, ко-
торыя находятся выше задняго прохода. Такъ
какъ это насѣкомое безпрестанно сосетъ своимъ
хоботомъ растеніе, на которомъ оно расположи-
лось, то извлекаемый имъ сокъ постоянно прохо-
дить черезъ органы пищеваренія, и изверженія
не прерываются.

На случай, когда тамъ нѣтъ муравьевъ для соби-
ранія такихъ изверженій, вошь одарена способ-
ностью бросать свою жидкость на нѣкоторое раз-
стояніе, посредствомъ толчковъ, которые она въ
извѣстные сроки даетъ своему тѣлу. Если бы ей

4

- 50 -

нельзя было отбрасывать столь частыя и изобпль-
ныя изверженія, она скоро потонула бы въ нпхъ;
при сгущеніи этой вязкой жидкости, всѣ вши,
которыя покрываютъ листъ, стволъ и пѣлое ра-
стеніе, и по большей части происходять отъ од-
ной матери, были бы слѣплены вмѣстѣ, и соста-
вили бы неподвижную массу, обреченную гибе-
ли: предусмотрительность природы избавила ихъ
отъ этой опасности. Но, кромѣ того, являются му-
равьи, которые совершению устраютъ всѣ не-
удобства, соединенные съ организаціею этого на-
сѣкомаго. Они съ большимъ вниманіемъ ожида-
ютъ минуты изверженія и не теряютъ ни одной
канали жидкости; этого мало: они умѣютъ заста-
влять ишей извергать сладкій сокъ и, можно ска-
зать, ихъ доять. Часто, говорить Миней, муравьи
взбираются на деревья, покрытыя травяными вша-
ми, не съ тѣмъ намѣреніемъ, чтобы вести съ ними
войну, но потому, что они пользуются ихъ моло-
комъ и считаютъ ихъ своимъ стадомъ. Гюберъ раз-
сказываетъ, что травяная вошь охотно соглашает-
ся на просьбу муравья, который ее тихо ласкаетъ
своими успеками, и расточаетъ ей такія же нѣжно-
сти, какъ своимъ дѣтямъ; обильныя изліянія слад-
каго сока щедро награждаютъ ловкаго тунеядца.
Тотъ же естествопытатель замѣтный, что вошь
отбрасываетъ отъ себя обременяющую жидкость,
отъ которой ся не освобождаютъ муравьи. Кажет-
ся, что такой способъ изверженія необходимы дія
насѣкомаго, пока оно не пмѣетъ крыльевъ и при-

- 51 -

ковано къ растенію, которое питасть его. Одна
вошь доставляетъ очень достаточную пищу для
нѣсколькихъ муравьевъ; иногда послѣдnie учреж-
даютъ особенные заведенія для насѣкомыхъ, кото-
рыя ихъ кормятъ, — стролтъ въ безопасныхъ и за-
крытыхъ мѣстахъ, вблизи отъ муравейника, зда-
нія, куда переносять своихъ кормицъ и пору-
чаютъ ихъ надзору нарочно поставленной стражи:
однимъ словомъ, это скотный дворъ, учрежден-
ный у городскихъ воротъ для удобства горожанъ.

Къ исходу осени, хорошій улей вѣситъ отъ
двадцати пяти до тридцати фунтовъ, и содержитъ
въ себѣ, по крайней мѣрѣ, полмѣрки пчелъ. Но
вѣсѣ улья не всегда можетъ служить вѣрнымъ
мѣрилиомъ его достопнства; въ немъ часто быва-
ютъ матеріалы, которые составляютъ безполез-
ную тлажесть и ни къ чему не служать. О формѣ и
величинѣ улья было писано очень много, по до
сихъ поръ, еще не дошли, посредствомъ сравни-
ательныхъ опытовъ, до достовѣрныхъ результатовъ.
Естествоиспытатели и любопытные предпочти-
ельно употребляютъ стекляные колокола, такіе
какъ у садовниковъ, и покрываютъ ихъ сверху со-
ломеннымъ ульемъ; снявъ эту покрышу, можно
видѣть, что происходитъ внутри, не мѣшая работ-
ницамъ и не прерывая ихъ трудовъ. — Посред-
ствомъ такой хитрости можно, хотя и не безъ тру-
да, быть свидѣテлемъ главныхъ дѣйствій, кото-
рыя самъ Реомюръ, изобрѣтатель стекляныхъ
ульевъ, разсмотрѣлъ только послѣ много-летнихъ

*

- 52 -

неудачныхъ опытовъ. Когда матка удостовѣвасть
свое семейство, она всегда бываетъ
окружена дюжиною тѣлохранителей: это обстоя-
тельство можетъ придать болѣе величія маткѣ,
по вовсе неудобно для наб.подателя. Вотъ что по
крайней мѣрѣ замѣтилъ Реомюръ. Но Денбаръ
утверждаетъ, что онъ видѣлъ необыкновенную
покорность пчел передъ своей маткой. По сло-
вамъ этого наб.подателя, матка существуетъ одна,
безъ свиты и тѣлохранителей; на пути ся нѣтъ
никого; рабочія пчелы стоять въ почтительномъ
отдаленіи, нѣкоторыя изъ нихъ приближаются
и ласкаютъ усіками любимую мать. Работы, пре-
рванцы на нѣсколько мгновеній, спова продолж-
жаются. Эти обыкновенія, въ которыхъ можно
предположить правственную цѣль, обнаружива-
ются еще болѣе удивительнымъ образомъ. когда
матка кладетъ яйца въ ячейки, приготовленныя
для будущаго поколѣнія: она со whole сторонъ
окружена сжатыми рядами зрительшія, которые
образуютъ родъ покрока, скрывающаго ее отъ не-
скромныхъ взоровъ, не мѣшая ей, впрочемъ, со-
вершать свои движения въ определенномъ про-
странствѣ. Безъ помощи ульевъ Гюбера и Денба-
ра, мы не пытаемся объ этомъ важномъ дѣйствіи
ни какихъ понятій, кромѣ тѣхъ, которые можно
получить въ необыкновенныхъ случаяхъ, когда
матка кладетъ яйца въ сотовъ. Реомюръ могъ за-
мѣтить, въ своемъ стекляномъ упѣ, одно только
искусство, съ какимъ рабочія пчелы сплетаютъ

- 53 -

свои ножки, образуя изъ своего сцѣпленія родъ
тканн, которая принимасть всѣ формы и по про-
изволу свивается и развивается. Посредствомъ то-
го же способа, онъ составляютъ изящно развѣшан-
ныя гирлянды, которые представляютъ подобіе
люстръ, украшающихъ наши комнаты, и вино-
градныхъ кистей. Сваммердамъ открылъ, что изъ
этихъ группъ, каждая пчела можетъ удалиться, не
разрушая тѣмъ общаго порядка, и не оставляя пу-
стаго мѣста тамъ, гдѣ прежде была. Пчелы уле-
таютъ, садятся на группу, даже проходить на-
сквозь, для того, чтобы въ нее войти и пять в
воń. Подобныя сцѣпленія и вистыіе на воздухѣ
повышенному очень нравятся пчеламъ и ни мало
ихъ не утомляютъ; небольшое число тѣхъ, кото-
рыя непосредственно держатся за точку окоры и
несуть на себѣ тяжесть всѣхъ прочихъ, остаются
въ такомъ напряженномъ состоянии по итскольку
часовъ, и потомъ съ прежнесю бодростью прини-
маются за работу.

Если бы за потерею любимаго существа не слѣ-
довало сожалѣніе, это показывало бы, что природа
противорѣчить собственнымъ законамъ, чего она
никогда не дѣластъ и не въ состояніи сдѣлать.
Поклоненіе пчел безжизненнымъ остаткамъ сво-
ей матки иногда бываетъ весьма трогательно. По
словамъ Гюбера, часто случается, что жительни-
цы улья оставляютъ плодородную матку, и тѣ-
снятся вокругъ изсохшаго трупа давно умершей
ся предместницы. Докторъ Псенсъ приводить еще

- 54 -

болѣе замѣчательныхъ примѣровъ общественной
горести: матка опустѣвшаго улья лежала на ме-
довомъ соту со всѣми признаками близкой смерти;
подлѣ нея было шесть пчелъ, которыхъ головы
были обращены къ больной и крылья находились
въ безпрерывномъ движении; другія въ большемъ
числѣ, образовали окрестъ ихъ кругъ, стоя гоło-
вами къ отверзѣю улья и высунувъ жала, какъ
будто онъ приготовлялись отразить нападеніе. -
Имъ дали меду; пчелы, которые находились вда-
ли отъ матки, тотчасъ воспользовались предю-
женною трапезою, но тѣлюхранители отказались:
они были с.пшкомъ озабочены. На слѣдующій
день матка умерла; стража не оставила своего мѣ-
ста, и хозяинъ тщетно снабжалъ этотъ улей ме-
домъ: число его жителей уменьшалось ежедневно;
на четвертый день онъ был уже пустъ: всѣ пче-
лы погибли.

Но способность чувствовать сп.льную привязан-
ность не есть единственное качество пчелъ: имъ
можно дать нѣкоторое воспитаніе. Послѣ до.го-
временныхъ опытовъ и рѣдкаго停ôствeа, Вильд-
манъ дошелъ до того, что могъ по произволу
у. -р. ялѣть ульемъ: повелѣнія его исп.п.нялись пче-
лами чудесною точностью. Опъ бралъ въ руки
у. ле переворачивалъ его, с.легка стучалъ по дну
и по стор.намъ, - и матка яв.ялась на этотъ зовъ.
Нскусный естествопытатель тотчасъ узнавалъ
ее и бралъ осторожно въ руки, стараясь не дѣ-
лать ей вреда. Попавшись въ неволь, она не дѣ-

- 55 -

лала ни какихъ покушений улетѣть или ужалить; Вильдманъ заставлялъ ее перебегать съ одной руки на другую, и наконецъ ставилъ на мѣсто улей, въ которомъ царствовалъ величайшій безпорядокъ, потому что пчелы летали взадъ и впередъ безъ всякой цѣли и опредѣленнаго направленія. Въ такомъ состоянии, онъ находились совершенно во власти того, кто поймалъ ихъ матку: куда бы онъ ее ни помѣщалъ, лишь только ее замѣчали пчелы, вѣсть объ этомъ открытіи тотчасъ распространялась, и всѣ онъ къ ней слетались. Онъ сажалъ ее къ себѣ на голову, и народонаселеніе улья образовало ему родъ шапки; когда она была къ его подбородкѣ, у него въ нѣсколько минутъ составлялась плотная борода, которая упадала на грудь. Если при томъ случались зрители, онъ просилъ ихъ назначить мѣсто, где имъ угодно, чтобы собралась крылатая толпа. Подражая сначала волшебникамъ, Вильдманъ произнесłъ кабалистическія слова, и наконецъ объяснялъ тайну своего всемогущества надъ существами, повидимому такъ мало способными понимать мысль человѣка и съ нею сообразоваться. Описывая свои долгіе и отважные опыты надъ покорностью пчел, онъ совѣтуетъ читателямъ не приступать слишкомъ рано, и безъ большихъ предосторожностей, къ доставленію себѣ и другимъ такого рода удовольствій. Онъ напоминаетъ краткое и благоразумное оправданіе Фурія Крезина, земледѣльца столь же трудолюбиваго, сколько смѣтливаго, который былъ

- 56 -

обвинень передъ Римскимъ народомъ въ колдов-
ствѣ за то, что его жатва была всегда богаче, чѣмъ
у его сосѣдей: тотъ явился къ судьямъ съ п.лу-
гомъ, двумя статными и хорошо откормленными
волами, и дочерью дородиою крестьянкою самаго
цвѣтущаго здоровья. «Римляне, сказалъ онъ, вотъ
въ чемъ состоитъ мое колдовство; не отъ меня за-
виситъ показать вамъ такимъ же образомъ мои
долговременные труды, бдѣнія и заботы.» — Ан-
гличанс, говорилъ Вильдманъ, вотъ мои орудія;
въ этомъ состоитъ тайна моего волшебства; при-
бавьте сюда, что миѣ невозможно представить ва-
шимъ глазамъ моихъ опытовъ, моихъ часто без-
плодныхъ изслѣдованій и долговременныхъ на-
блюденій.

Но скромный Вильдманъ не говорить о томъ,
что, для того, чтобы подобные опыты были увѣн-
чаны успехомъ, недостаточно одного терпѣнія и
отваги. Естествоиспытатель, который не получал
въ удѣлъ необыкновенной проницательности, не-
кусства и наб.нодательнаго ума, а этого не даетъ
и самая опытность, потеряетъ время и труды; да-
же природныя качества и счастливыя способности
ученаго не принесутъ, быть можетъ, полызы, ес.ш
ему не помогутъ благоприятныя обстоятельства,
которыхъ могущественное вѣяніе въ состоянии
отвратить препятствія и приготовить средства для
успѣшнаго хода дѣла. Здѣсь кстати будетъ при-
весть следующій анекдотъ, заимствованный изъ
прекраснаго сочиненія доктора Бивена.

- 57 -

«Вообще думаютъ, что пчелы не трогаютъ тѣхъ,
кто приближается къ нимъ безъ болзни: я узналъ
по опыту, что это мITT'не есть древнее заблужде-
ние, и могу привести, въ доказательство истины
моихъ словъ, свидѣтельство Г. Гофера, статскаго
совѣщника великаго герцогства Баденскаго. Этотъ
помощникъ, владѣецъ прекраснаго пчельщика и
большой почитатель нравовъ и промышленности
пчельщаго общества, захотѣлъ сдѣлаться соперни-
комъ Вильдмана и получить возможность похи-
щать матокъ изъ среды ихъ семейства. Сначала
ему удалось по желанию: одна матка попалась въ
его руки, и крылатый пародъ поступилъ въ
этомъ случаѣ такъ же, какъ во время опытовъ
Вильдмана. Къ песчастіо, Г. Гоферъ занемогъ
силѣюю горячкою, и иѣсколько времени не выхо-
дилъ изъ своей комнаты. Лишь только его сплы
позвали ему выйти на воздухъ, онъ поспѣшилъ
посѣтить своихъ пчел, взялъ у.ей, и, переворо-
тивъ его съ полюю увѣреніеміо, что онъ не под-
вергается ни какой опасности, сдѣлалъ сигналъ,
по которому должна была явиться матка: она не
вышла, а неосторожный посѣтитель былъ при-
нять, какъ врагъ, и весь изжаленъ. Съ тѣхъ поръ
онъ не могъ безнаказанно подходить къ пчелницу.
Такая необыкновенная перемѣна не можетъ быть
слѣдствіемъ своенравія или прихоти, потому, что
она была продолжительна.

Къ этимъ доказательствамъ тонкости чувствъ,
которою одарены пчелы, прибавимъ замѣчатель-

- 58 -

ный примѣръ ихъ смѣтливости: мы возмемъ его
изъ наблюдений Гюбера. Онъ однажды заперъ
подъ стеклянный колоколъ двѣнадцать пчель, того
рода, надъ которымъ въ то время дѣлалъ опыты,
и положилъ къ нимъ десятокъ шелковистыхъ ку-
колокъ, заключенныхъ въ соту. Въ продолженіе
пѣсколькихъ дней, онъ не давалъ имъ ни какой пи-
щи кромѣ цвѣточной пыли, pollen, безъ всякой
примѣси воску, сколько возможно было ее со-
брать. Ячейки, въ которыхъ находились личинки,
были очень не равны между собою, и повидимо-
му сильно тревожили пчель своею непрочностью;
имъ надлежало также согрѣть личинокъ посред-
ствомъ наспиванія, расположиться на соту и
оставаться на немъ до техъ поръ, пока не кон-
чится желаемое превращеніе: состояніе сотовъ не
позволяло имъ этого сдать; его должно было
чѣмъ-нибудь подпереть. Но какъ взять матеріаловъ?
Вотъ хитрое средство, которое онъ придумали.
Двѣ или три пчелы уцепились за соть свои
ножками, опустивъ голову внизъ; подползли подъ
него, не переменная положенія, и потомъ припод-
няли его свои лапками: такимъ обра-
зомъ, онъ служили подпорами зданію, которое
нагрѣвали ихъ подруги. Такъ какъ положеніе
пчель, исправлявшихъ должность каріатидъ, бы-
ло неловко и утомительно, ихъ отъ времени до
времени смѣняли другія: матка надзирала за всѣмъ
и хранила порядокъ. Показавъ многимъ особамъ
это явленіе, столь достойное размышленій фило-

- 59 -

софа, Гюберъ предложилъ своимъ узницамъ ме-
довые соты съ воскомъ : онъ тотчасъ принялись
за постройку подпорокъ изъ воску, и очень скоро
ихъ сдѣлали. Но этотъ воскъ былъ слишкомъ сухъ
и не могъ служить материаломъ для прочнаго зла-
нія; ломкіе столбы обрушились и бѣдалия, но му-
жественныя наськомыя взялись опять за прежнее
средство. Наконецъ наблюдатель, трохутый ихъ
постоянствомъ, самъ укрепілъ сотъ на столѣ. Са-
мые искусные наши архитекторы, быть-можетъ,
не съумѣли бы, подобно этимъ пчеламъ, выйти
изъ столъ затруднительнаго положенія, съ такими
малыми средствами.

Скажемъ еще нѣсколько словъ, о томъ, какъ
пчелы собираютъ цвѣточную пыль, которою онъ
кормятъ личинокъ.

Всякой можетъ замѣтить суетливость и озабо-
ченный вцѣпъ пчелы, собирающей съ цвѣтка пло-
дотворную пыль, изъ которой она образуетъ два
шарика, припѣпленные къ ея ножкамъ такъ ловко,
что они вовсе не стѣсняютъ ея движений. Если
погода очень сухая, частицы этого вещества не
пристаютъ одна къ другой, и пчела не можетъ
слѣпить ихъ вмѣстѣ; въ такомъ случае она по-
крываетъ ими свое тѣло, и возвращается въ улей
вся въ пыли, такъ, что ее можно принять за на-
сѣкомое другаго рода. Достигнувъ жилища, при-
лежная работница отряхаетъ съ себя драгоцѣнную
пыль или предоставляетъ снять ее своимъ подру-
гамъ. Реомюръ и нѣсколько другихъ наблюдате-

- 60 -

лей говорятъ, что пчелы предпочитаютъ утро для
собиранія своей жатвы, вѣроятно, по той причинѣ,
что власть, которую принимаетъ въ себя,
ночью цвѣточная пыль, даетъ насѣкомому возмож-
ность дѣлать шарики и удобнѣе переносить въ
улей свою добычу. «Случается, говорить Рео-
мюръ, что онъ предупреждаютъ зарю; я заста-
валъ ихъ за работую, въ такое время, когда тем-
нота сдва позволяла мнѣ ихъ видѣть : во время
лѣтнихъ жаровъ онѣ обыкновенно продолжаютъ
свои занятія до десяти часовъ; но въ Апрѣлѣ и
въ Маѣ, пли когда рой переселился въ новый
улей, цѣлый день посвященъ трудамъ. Для боль-
шей выгоды и удобности, пчелы избираютъ влаж-
ныя и тѣнистыя мѣста, и часто заляъ очень
далеко отъ прежнихъ своихъ жилищъ.

Когда работница возвращается въ улей, пчелы-
кормилицы берутъ часть принесенной пыли, п,
какъ кажется, ёдать ее съ жадностью: это не что
нное какъ приготовленіе, безъ котораго лапники
не могли бы переварить назначаемой пмѣ птищ.
Остатокъ запаса складывается въ магазинъ для бу-
дущихъ нуждъ. Вотъ какъ проходитъ это хо-
зяйственное дѣло : пчела, прилетѣвшая съ добы-
чею, пщѣть для нея приличной ячейки; когда вы-
боръ сдѣланъ, она машетъ крыльями для увѣдом-
ленія своихъ подругъ, которые понимаютъ снг-
паль и немедленно автollтесь. Тогда нагруженная
пчела кладетъ свои средня и задня лапки на край
ячейки, отвязываетъ передними ногами шарики,

- 61 -

и бросаетъ ихъ въ назначенную для того чашечку, и потомъ улетаетъ снова за добычею. Мѣсцебынцы входить въ чашечку, — сленка смачиваетъ медомъ находящееся тамъ вещество, перепосить его на мѣсто, и въ заключеніе своего труда покрываетъ его тонкимъ слоемъ лаку.

Поэты, слишкомъ рѣдко заботясь объ изученіи природы, искажаютъ ее невѣрыми картпонами и отнигаютъ у нея болѣе красотъ, пожели сколько могутъ ей соцізить своимъ воображеніемъ: они говорятъ, что пчела пролетаетъ съ цвѣтка на цвѣтокъ, и обвиняютъ ее въ непостоянствѣ. Это совершенная клевета: теперь дознано, что пчелы собираютъ пыль съ цвѣтовъ одного рода до тѣхъ поръ, пока находить ихъ въ достаточномъ количествѣ. Кажется, что имъ было бы трудно мѣшать надлѣжащимъ образомъ пыль различныхъ родовъ (*).

(*) Литература наук о пчеловѣсах можетъ похваниться мѣножествомъ отличныхъ сочиненій, къ числу которыхъ безспорно принадлежить вышедшая въ концѣ прошедшаго года, кипла Витвицкаго: «Практическое пчеловѣсство, или Правила для любителей пчел, извѣшенныя изъ долговременнаго опыта, съ облѣзненіемъ вновь усовершенствованныхъ ульсвъ.» Отрывокъ, здѣсь помѣщенный, займствовать изъ этого сочиненія Витвицкаго.

IV.

СМВСЬ.

1. ВНИМАНІЕ ИМПЕРАТОРА ПАВЛА І КЪ ВОИН-
СКИМЪ ПОДВИГАМЪ. Въ Голландіи, 1800 года 19
Септемяра, полкъ Бенкендорфовъ окруженъ былъ
со всѣхъ сторонъ Французами. Подпрапорщикъ
этого полка Шегловитовъ, въ минуту отчаяннаго
нападенія непріятелей, не надъясь спасти носимаго
имъ знамени, рѣшился, по совѣту стоявшаго по-
дѣлъ него Прапорщика Богогевута, сорвать знамя
съ древки и обвить его вокругъ своей шеп. Че-
резъ нѣсколько минутъ, храбрый Подпрапорщикъ
Щегловитовъ, обернутый въ полковое знамя, палъ
славною смертію на полѣ сраженія.

Пмператоръ Павелъ первый, получаю-
десеніе о славномъ подвигѣ Шегловптова, сказалъ
окружающимъ Его: «Не удивляюсь, но бо храбрость
и мужество — наслѣдіе моихъ подланныхъ; но
знаю, что этотъ войнъ былъ такой же человѣкъ,
какъ и Я; онъ Мой братъ столько же, какъ и
вашъ; — онъ пожертвовалъ жизни для чести Оте-
чества — почти все его память!» (*)

(*) Слова, достойныя Отца Отечества.

- 63 -

И М П Е Р А Т О Р Ъ П О В Е Л Ъ Л Ъ ВЫШИТЬ ИМЯ Подпра-
порщика Шегловитова на всѣхъ знамеахъ Бен-
кендорфова полка.

2. НАСТАВЛЕНІЕ СУВОРОВА СВОЕМУ КРЕСТНИКУ. (*)

Любезный мой сын Александр!

По званію военнаго человѣка, вникай прилеж-
но въ сочиненія Вобана, Кугорна, Кюрасса, Гюб-
нера; учься отчасти Богословію, Физикъ и Нрав-
ственности. Внимательно читай Евгенія, Тюрення,
Записки Юлия Кесаря, Фридриха Втораго, первыя
части Ролленевой Исторіи и мечтанія Графа де-
Сакса; языки полезны для Словесности. Упраж-
найся въ верховой йздѣ и въ шпажномъ искусствѣ.

Военныя добродѣ тели суть: отважность для
солдата, храбрость для офицера, мужество для
генерала. Военачальникъ, руководствуясь поряд-
комъ и устройствомъ, владычествуетъ съ помо-
щію неусынности и предусмотрѣнія.

Будь откровененъ съ друзьями, умѣрень въ
нужномъ и безкорыстенъ въ поведеніи. Пламенѣй
усердіемъ къ службѣ своего Государя.

Люби пѣшнюю славу; отчай честолюбіе
отъ надменности и гордости.

Привыкай заранѣе прощать погрѣшности дру-
гихъ, и не прощай никогда себѣ своихъ погрѣш-
ностей.

(*) Сыну храбраго А встрійскаго Полковника Карачал.

- 64 -

Обучай ревнистно подчиненныхъ и подавай
имъ примеръ собою.

Пепрестанное упражнение въ томъ, какъ всё
обнять однимъ взглядомъ, учинить тебя великимъ
Полководцемъ. Умтй пользоваться мѣстоположе-
ніемъ.

Будь терпеливъ въ военныхъ трудахъ; не уны-
вай отъ неудачъ. Умтй предупреждать обстоя-
тельства ложныя и сомнительныя; не предавайся
безвременной запальчивости.

Храни въ памяти своей имена великихъ людей
и руководствуйся ими въ походахъ и дѣйствіяхъ
своихъ съ благоразуміемъ; не презирай никогда
непріятеля своего, каковъ бы онъ ни былъ; ста-
райся узнать его оружіе и способы, какъ онымъ
дѣйствуетъ и сражается; из selectionы сплы и сла-
бость его.

Привыкай къ дѣятельности неутомимой.

Управляй счастіемъ; одинъ мигъ доставляетъ
побуду. Покораясь сбѣс счастіе быстротою Кесаря,
который умѣлъ уловлять непріятеля своего даже
днемъ, окружать его и нападать на него въ тѣхъ
мѣстахъ, гдѣ хотѣлъ, и въ то время, когда же-
лацѣ; отрѣзывай у него всякаго рода запасы и
пріобрѣти искусство, чтобы войско твое никогда
не нуждалось въ продовольствіи.

Да возвысить тебя Богъ до мужественныхъ по-
двиговъ знаменитаго Карачая!

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЯЕТСЯ,

съ тѣмъ, чтобы по отпечатаніи представлены быст въ Цецур-
ный Комитетъ три экземпляра.

Сапктпетербургъ, Июля 16 дня 1856 года.

Цепсоръ А. Никитенко.

- 13 -

## 2.

### ДУБЪ И ТРОСТЬ.

=

Дубъ стъ Тростіо вступилъ однажды въ разговоры:
Жалѣю, Дубъ сказалъ, склоня къ ней важны взоры:

Жалѣю, Тросточка, объ участи твоей;

Я чаю, для тебя тяжелъ и воробей;

Легчайший вѣтерокъ, едва струящій воду,
Ужасенъ для тебя, какъ буря въ непогоду,

И глетъ тебя къ земли,
Тогда, какъ я — высокъ, осанистъ и вдалі —
Не только Фебовы лучи перестѣкаю,
Но даже бурный вихрь и громы презираю;
Стою, и слышу вкругъ спокойно трескъ и стопъ;
Все для меня Зефиръ, тебя жъ все Аквилоцъ.

Блаженна бъ ты была, когда бъ росла со мною:

Подъ тѣпіо моей густою,
Ты бъ не страшилась бурь, по рокъ тебя судилъ
Расти, на мѣсто злачна дола,
На топкихъ берегахъ владычества Эола.

По чести! и въ меня твой жребій грусть вселить.
— « Ты очень жалостливъ, Трость Дубу отвѣчала:

Но, право, о себѣ еще я не вздыхала;

Да не о чемъ и воздыхать;

Миѣ вѣтры менѣе, чѣмъ для тебя опасны.

Хотя порывы ихъ ужасны

- 14 -

И не могши тебя доднесь поколебать;

Но подождемъ конца.» — Съ симъ словомъ вдругъ завыла

Отъ съвера гроза, и небо помрачила;

Ударилъ грозный вѣтръ — все рушитъ и валить;

Летитъ, кружится листъ, Трость гнется—Дубъ стоить.

Вѣтръ, пуще воружась, изъ всей ударилъ мочи —

II тотъ, на коего съ трудомъ взирали очи,

Кто ада и небесъ едва не досягалъ....

Упаль.

АМИТРЬЕВЪ.

ПРОВА.

ОТРЫВОКЪ

ИЗЪ НИСЕМЪ РУССКАГО ОФИЦЕРА

О

ФИНЛЯНДИИ.

Я видѣлъ страну, близкую къ Полюсу, сосѣднюю Гиперборейскому морю, гдѣ Природа бѣдна и угрюма, гдѣ солнце грѣетъ постоянно только въ теченіе двухъ мѣсяцевъ; но гдѣ, также какъ въ странахъ благословенныхъ Природою, люди могутъ находить счастіе. Я видѣлъ Финляндію отъ береговъ Кюмена до шумной Улеи, въ бурное, военное время, и спѣшу сообщить тебѣ глубокія впечатлѣнія, оставшіяся въ душѣ моей, при видѣ новой земли, дикой, но прелестной и въ дикости своей. Здѣсь повсюду земля кажетъ видъ опустошенія и безплодія, по-

- 16 -

всюду мрачна и утрюма (*). Здѣсь лѣто продол-
жается не болѣе шести недѣль, бури и непого-
ды царствуют въ теченіе девяти мѣсяцев,
осень ужасная, и самая весна не рѣдко прини-
маетъ видъ мрачной осени; куда ни обратшь
взоры, вездѣ, вездѣ встрѣчаешь п.ш воды, ц.ш
камни. Здѣсь глубокія, д.шнныя озера омываютъ
вол chainы утесы гранитные, на которыхъ вѣтеръ
съ шумомъ качаетъ сосновыя рощи; тамъ цѣлыя
развалины древнихъ гранитныхъ горъ, обрушен-
ныхъ подземнымъ огнемъ п.ш разлитіемъ океа-
на. Въ концѣ Апрѣля начинается весна; — снѣгъ
таетъ поспѣшно, и источники, образованные имъ
на горахъ, съ шумомъ и съ пѣною низвергают-
ся въ озера, которые, посредствомъ явнаго п.ш
подземнаго соединенія съ Ботническимъ залпомъ,
несутъ ему обильную дань снѣга. Если озеро
тихо, то высокіе, пирамидальные утесы, по бе-
регамъ стоящіе, начертываются д.шнными по-
лосами въ зеркаль водъ. На них-то хищныя
пищы вьютъ свои гнѣзда, и по древнему пре-
данію Скандинавовъ, въ часы пасмурнаго вечера
вызываютъ крикомъ свои мъ бурю, — изъ тайной
глубины пещеръ. Вѣтеръ повѣлѣ съ Сѣвера и
поверхность соннаго озера прообушилась, какъ отъ
сна!... Видѣшь ли, какъ она пѣнится? с.ьшшшь
ли, съ какимъ г.ухимъ и протяжнымъ шумомъ
разбивается о гранитныя, неподвижныя скалы,

(*) Особенно въ старой Финляндіи.

- 17 -

которыя нєсколько вѣковъ презирають порывъ
бурь и грость волнъ? Сосѣдніе лѣса повторя-
ютъ голосъ бурн, и вся Природа является въ
ужасномъ разстройствѣ. Сіи страшныя явленія
напоминаютъ мнѣ мрачную Миэологію Скапдина-
вовъ, которымъ божество являлось почти всегда
въ гнѣвѣ, карающимъ слабое человѣчество.

Лѣса Финляндскіе непроходимы; они растутъ
на камняхъ. Вѣчное безмолвіе, вѣчный мракъ въ
нихъ обитаетъ. Деревья, сокрушеныя временемъ
или дуновеніемъ бурн, заграждаютъ путь пред-
пріимчивому охотнику. Въ сей ужасной и без-
плодной пустынѣ, въ сихъ пространныхъ верте-
пахъ, путникъ слышитъ только рѣзкий крикъ
плотоядной птицы; завыванія волка, ищущаго
добычи; паденіе скалы, низвергнутой рукою все-
сокрушающего времени; или ревъ источника, об-
разованнаго снѣгомъ, который стрѣлою проте-
каетъ по каменному дну между скалъ гранит-
ныхъ, быстро тревозмогаетъ всѣ препятствія и
увлекаетъ въ течении своемъ деревья и огром-
ные камни. Вокрутъ его пустыня и безмолвіе! –
Посмотри далѣе: огнь небесный, или неутоми-
мая рука пахаря зажгли сей боръ; опаленные со-
сны, исторгнутыя изъ утробы земной съ глубо-
кими корнями; обожженныя скалы; дымъ, восхо-
дящій густымъ, чернымъ облакомъ отъ сего ог-
нища: все это образуетъ картину столь дикую,
столь мрачную, что путешественникъ невольно

2

- 18 -

содрогается и спѣшитъ отдохнуть взорами и.ли
на ближнемъ озерѣ, которое ве.мчественно дрем-
летъ въ от.логихъ берегахъ своихъ, и.ли на зе-
леной полянѣ, гдѣ волѣ жуетъ сочную и густую
траву, орошенную водами источника.

Какіе народы населяли въ древности зем.по
сію? – Гдѣ признаки ихъ бытія? – Гдѣ с.ѣды ихъ? –
Время все изг.ладило; или сіи сыны дикихъ лѣ-
совъ не ознаменовали себя никакимъ подвигомъ,
и Исторія, начертавшая малѣйшія событія странъ
полуденныхъ и восточныхъ, молчштъ о народахъ
Сѣвера. – Но существовали народы сіи – угрюмые,
непобѣдные сыны первобытной Природы, и.ли
изгнанники изъ странъ счаст.ливѣйшихъ (*): они
населяли сіи пещеры, пита.шь м.екомъ звѣрей,
и полагали предъюмъ б.лаженства удачу на охо-
тѣ, и.ли побѣду надъ врагомъ, изъ черепа кото-
раго (страшное воспоминаніе!) и.ли кровь и с.ла-
ви.ші свое могущество. Когда зима покрывала рѣ-
ки льдами, сыпала пней и снѣга, тогда дикіе
чада лѣсовъ выходил. изъ логовищей своихъ, и
пролагали путь по морямъ Гиперборейскимъ къ
новымъ пустынямъ, къ новымъ лѣсамъ. Воору-
женные сѣк.прою и пашцей, они п.дутъ войной
на стада пустынныхъ чудовищъ; ихъ мчатъ бы-

(*) Рупы, которые я видѣл. въ Финляндіи и потомъ въ Шве-
ціи, пропад.лежать къ поздѣйшымъ вѣкамъ. То сихъ поръ Не-
торики не могутъ утвердиться. сказать, кто были первые оби-
татели Финляндіи.

Прим. Сочинителя.

- 19 -

стрые олени; ихъ несутъ лыжи по равнинамъ
сиѣжнымъ; они сражаются, побѣждаютъ и учреж-
даютъ кровавую трапезу! — Томимые голодомъ,
нуждою, исполненные мужества, рѣшимости,
презирая равно и смерть и жизнь, — не знаютъ
опасности; въ звѣрскомъ изступленіи наполняютъ
крикомъ лѣса — и эхо повторяетъ гласъ ихъ въ
пространной пустынѣ. — Но сіи пустыни, сіи вер-
тепы, сіи непроходимые лѣса, въ среднихъ вѣ-
кахъ, повторяли голосъ Скальда. И здѣсь Поэ-
зія разсыпала цвѣты свои: она смягчила нравы,
укротила звѣрство и утѣшила страждущее чело-
вѣчество своими волшебными пѣснями о богахъ,
о герояхъ, о лучшемъ мірѣ, и о прекрасной бу-
дущей жизни. Разныя племена народовъ собра-
лись во едино, составили селенія на берегахъ се-
го залива. Мало по малу и самая Природа при-
няла другой видъ, не столь суровый и дикій.

Можетъ быть, на сей скалѣ, осѣненной со-
снами, у подошвы которой дыханіе зефира ко-
леблетъ глубокія воды залива, — можетъ быть,
на сей скалѣ воздвигнутъ былъ храмъ Одена.
Здѣсь Поэтъ любить мечтать о временахъ про-
текшихъ и погружаться мыслями въ оные вѣки
варварства, великодушія и славы; здѣсь съ удо-
вольствіемъ взираетъ онъ на волны морскія, пѣ-
когда струимыя кораблями Одена, Артура и
Гаральда; на сей мрачный горизонтъ, по ко-
торому носились тѣни почившихъ витязей; на

*

- 20 -

сін камни, остатки сѣдой древности, на конхъ
видны таинственные знаки, рукою незвѣстною
начертанные. Здѣсь погруженный въ сладкую
задумчивость

Въ полючный часъ
Оны слышить Скальда гласъ
Прерывистый и томный.
Зритъ: юноши безмолвны
Склоняся на щиты, стоять крутомъ костровъ,
Зажженныхъ въ полѣ брани;
И древній Царь пѣвцовъ
Простеръ на арфу длани,
Могну указавъ, гдѣ Вождь героевъ спить:
«Чья тѣнь, чья тѣнь, гласить
Въ священномъ изступленьи, —
Тамъ съ дѣвами плыветъ въ туманныхъ облакахъ?
Се ты, младый Иснель, иноцеменныхъ страхъ,
Со славой падший на сраженьи!
Миръ, миръ тебя, Герой!
Твоей сѣкирою стальной
Пришельцы гордые побиты...
Но ты днесъ палъ на грудахъ тѣлѣ.
Отъ тучи вражьихъ стрѣлѣ,
Палъ витязь знаменитый!
И се..., ужъ надъ тобой Посланницы небесны,
Валкирии прелестны,
На бѣлыхъ, какъ снѣта Біарміи, коняхъ,
Съ златыми копьеми въ рукахъ,
Въ безмолвіи спустились!
Коснулись до зѣнницъ копьемъ своймъ — и вновь

- 22 -

Такимъ образомъ и въ снѣгахъ, и подъ суро-
вымъ небомъ, и паменное воображеніе создава-
ло себѣ новый міръ, и украшало его прелест-
ными вымыслами. Съвершые народы съ избыт-
комъ одарены воображеніемъ: сама Природа, ди-
кая и безплодная, непостоянство стихій и об-
разъ жизни, дѣятельной и уединенной, даютъ ему
пищу.

Здѣсь царство Зимы. — Въ началѣ Октября
все покрыто снѣгомъ. Едва сосѣдняя скала вы-
казываетъ безп.юдную вершину; иней падаетъ
въ видѣ густаго облака; деревья, при первомъ
утреннемъ морозѣ, блистаютъ радугою, отра-
жая солнечные лучи тысячью пріятныхъ цвѣ-
товъ. Но солнце, кажется, съ ужасомъ взи-
раетъ на опустошеніе зимы; едва явится и уже
погружено въ багровый туманъ, предвѣстникъ
сильной стужи. Мьсяцъ, въ течении всей ночи,
измѣваетъ сребрные лучи свои и образуетъ кру-
ги на чистой лазуріи небесной, по которой из-
рѣдка пролетаютъ блестящіе метеоры. Ип маг-
лыйнее дуновеніе вѣтра не колеблется деревъ,
объденныхъ нandesъ: они кажутся очарованнымъ
въ новомъ своемъ видѣ. Печальное, но пріят-
пое зрѣшіе сія необыкновенная тишина и въ
воздухъ и на земѣ! — Повсюду безмолвіе! Роб-
кая лань торопко пропитается въ чащу, отря-
сал съ роговъ своихъ оледенѣий иней; стало
тетеревенъ, кремлѣтъ въ г.убокой тишинъ лѣса,

- 23 -

и всякий шагъ странница слышень въ снѣжной пустынѣ.

Но и здѣсь Природа улыбается (веселою, но краткою у.пыбкою). Когда снѣга растаяли отъ теплаго лѣтняго вѣтра и яркихъ лучей солнца; когда воды съ шумомъ утекли въ моря, образовавъ въ теченіи своемъ тысячи ручьевъ, тысячи водопадовъ: тогда Природа примѣтно выхолодитъ изъ тягостнаго и продолжительнаго усыпленія. Вдругъ озимыя поля одѣваются зеленымъ бархатомъ, луга душістыми цвѣтами. Ходъ растительной силы примѣтень. Сегодня все мертво, завтра все цвѣтетъ, все благоухаетъ. Народныя басни всегда имѣютъ основаніемъ истину. Древніе Скандинавы полагали, что Оденъ, сей великій чародѣй, чуткимъ ухомъ своймъ слышитъ, какъ весною прозябаютъ травы. Конечно быстрое, почти невѣрятное ихъ возрастаніе позволило поводъ къ сему вымыслу. Лѣтніе дни и ночи здѣсь особенно пріятны. Дню предшествуетъ обильная роса. Солнце, едва почившее за гэризою, является во всемъ велелѣпѣ на концѣ озера, позлащенаго внезапу румаными лучами. Пустышныя птицы радостно сотрясаютъ съ крыльевъ своихъ сонъ и нѣгу: рѣзвыя бѣлки выбѣгаютъ изъ мрачныхъ сосновыхъ лѣсовъ подъ тѣнь березокъ, растущихъ на отлогомъ берегѣ. Все тихо, все торжественно въ сей первобытной Природѣ! Большия рыбы плещутъ среди

- 24 -

озера златыми чешуями, между тѣмъ какъ мел-
кіе жители влажной стихіи играютъ стадами
у подопшвы скалъ и пли облзь песчанаго берега.
Бечеръ тихъ и прохладенъ. Солнечные лучи мед-
ленно умираютъ на гранитныхъ скалахъ, коте-
рыхъ цвѣтъ измѣняется безпрестанно. Тысячи
наськомыхъ (минутные жители сихъ прелест-
ныхъ пустынь) то плаваютъ на поверхности
озера, то кружатся надъ камышемъ и накло-
ненными ивами. Стада дикихъ утокъ и крик-
ливыхъ журавлей летятъ въ сосьднее болото, и
важные любеди торжественнымъ плаваніемъ при-
вѣтствуютъ вечернее солнце. — Оно погружает
ся въ бездень Ботническаго зашва, и сумракъ,
вмѣстѣ съ безмолвіемъ, воцарился въ пусты-
нь.... Но какой предметъ для кисти живописца:
ратный станъ, расположенный на сихъ скалахъ,
когда лучи солнца прошваются на утружен-
ныхъ ратниковъ и скользять по облестящему ме-
таліу ружей, сложенныхъ въ прамиды! — Какой
предметъ для живописіи и сімъ вельміе огни, здѣсь
и тамъ раскладенные, во кругъ которыхъ воины
толнятся въ часы хладной ночи? Этотъ ясъ,
хранивший безмолвіе, можетъ быть, отъ созданія
міра, вругъ оживляется при впезапномъ при-
шествіи полковъ. Войско расположилось: все при-
ходятъ въ движение: пушки зажженной соломы,
переносимые съ одного мѣста на другое, пылаю-
щіе костры хвороста, древніе пли и часто цѣлыя

- 25 -

деревья внесливо зажженныя, отъ которыхъ гус-
тый дымъ клубится и восходитъ но пебесъ: ор-
нимъ словомъ, движеńіе ратныхъ снарядовъ, ржа-
ніе и топотъ коней, б.ескъ оружія, и смѣшен-
ные голоса воиновъ, и звуки барабана и кошной
трубы: все это представляетъ зрѣлище новое и
разительное! Вскорѣ гласы умолкаютъ; огонь
пылающихъ костровъ потухаетъ; ратники почи-
ли, и прежнее безмолвіе вол.ворилось: — пэрѣдка
террываемо оно шумомъ горнаго водопада, или
протяжными откликами часовыхъ, расположен-
ныхъ на б.ажныхъ выпшинахъ, противъ лагеря
непріятельскаго: мѣсяцъ, склоняясь къ своему
западу, освѣщаетъ уже безмолвный станъ.

Теперь всякий шагъ въ Филияндіи ознамено-
ванъ прошествіями, которыхъ воспоминаніе и
сладостно и прискорбно. Здѣсь мы побѣдишь;
но цѣлые ряды храбрыхъ лесных, и вотъ ихъ мо-
ги.ы! Тамъ упорный непріятель выбитъ изъ
укрѣпленій, прогнанъ; но эти уедиенные крес-
ты, вдоль песчанаго берега или вдоль дороги
водруженные, этотъ рядъ могилъ Русскихъ въ
странахъ чуждыхъ, отдаленныхъ отъ родинъ,
кажется, говорятъ мимоодущему вону: и тебя
ожидаетъ побѣда — и смерть! — Здѣсь на каждомъ
шагу встрѣчаемъ мы или оставленную баттаресю,
или древній замокъ съ готическими острыми баш-
нями, которые возбуждаютъ воспоминанія о древ-
нихъ рыцаряхъ; или передовый непріятельскій

- 26 -

лагерь, и.ш мостъ недавно выжженный, и.ш
опустъную деревню. Повсюду слѣды побѣдъ на-
шихъ, и.ш слѣды вѣковъ, давно протекшихъ, -
пагубные слѣды войны и разрушенія! - Иногда
лагерь располагается на от.логихъ берегахъ озе-
ра, гдѣ до сихъ поръ спокойный рыбакъ бро-
салъ свои мрежи; иногда видимъ рвы, баттарен,
укрѣпленія и весь снарядъ воинскій близъ мпр-
ной кури селянна. Разительная противополож-
ность!.....

БАТЮШКОВЪ.

Филиалідія, 1809.

- 28 -

и острый. Лѣтъ пяти, онъ уже бойко читалъ
и бѣгло писалъ. Вскорѣ повезли его въ Орен-
бургъ, и представилъ, какъ недоросля, на смотрѣ
старику Неплюеву. Какъ дворянка, надобно
было его послѣ сего воспитывать. Но чѣмъ, и
гдѣ? Какой-то ссыльный Нѣмецъ, Осипъ Розе,
завелъ въ Оренбургъ школу, и дворяне тамош-
ніе отдавали ему дѣтей. Отдали и Державина.
Но Розе самъ ничего не зналъ, заставлялъ уче-
никовъ только читать, писать, твердить вокабу-
лы. Державинъ дѣлалъ все это, выучился коэ-
какъ по-Нѣмецки, по-Французскі, а боѣше чи-
талъ Русскія книги, и списывалъ Суздальскія кар-
тинки, страстно любя рисованье. Девять лѣтъ
было Державину, когда отецъ его вышелѣ въ
отставку Полковникомъ, и рѣшился отвезти дѣ-
тей (пхъ было двое у него: нашъ поэтъ, и еще
другой сынъ, умерший въ 1770 году), въ Ка-
детскій Корпусъ. Ему хотѣлось сѣдѣать пхъ ар-
тиллеристами, и ши инженерами. Но Ишератри-
ца Е.шсавета была тогда въ Москвѣ. Поѣздку
отложил до новаго года, а въ Ноябрѣ Полков-
никъ Державинъ умеръ. Бѣдную вдову сосѣди
начали терзать, раззорять тяжобами. Дня умію-
стывленія, возпала она къ судьямъ и обагѣтѣ-
лямъ дѣтей своихъ, п.акала, просила. «Съ тѣхъ-то
поръ,» говорилъ Державинъ въ старости, «врѣ-
залось въ сердце мое ужаснѣйшее отвращеніе
отъ людей неправосудныхъ и притѣснителей сл-

- 29 -

ротъ.» Между тѣмъ школьникъ Лебедевъ и
отставной Прапорщикъ Полетаевъ, на мѣдныя
деньги учили Державина Арнөметикѣ и Геомет-
рии. Мать удѣляла дѣя сего послѣднія крохи.
Державинъ чертилъ планы, слагалъ, вычиталъ,
рисовалъ, штралъ на скрыпкѣ самоучкою, и съ
жадностью читалъ Оды Ломоносова, Трагедіи
Сумарокова, переводъ Телемака, Аргенду, Мар-
киза Глаголя, выпрашивая книги у кого могъ,
былъ остеръ, ловокъ, уменъ, горячъ, и вскорѣ
осмѣлился самъ писать. Любопытно послушать
разсказъ Державина о началѣ его писанья, когда
уже поступилъ онъ въ Гимназію, учрежденную,
въ 1758 году, въ Казани. За годъ до того, мать
его, съ помощью добрыхъ родственниковъ, съез-
дила въ Петербургъ, заппсала дѣтей своихъ въ
Герольдію, и взяла назадъ въ Казань для окон-
чанія наукъ. «Но познанія въ Гимназіи пріобрѣ-
талі мы малыя; я отличался остротою и вооб-
раженіемъ, и въ сіе время стала открываться
во мнѣ способность къ стихотворству, отъ чте-
нія крикъ. Сколь ни тѣсенъ былъ путь, по ко-
торому склонность устрѣмляла меня, молодаго
стихотворца, безъ всякаго руководителя, однакожъ
началъ я денно и нощно трудиться въ составле-
ніи стиховъ, и въ сочиненіи романовъ и сказокъ,
въ подражаніе читаннымъ мною образцамъ. Но
какъ все сіе писано было безъ наставника, безъ
правила, то и было все то одно смѣшное ма-

- 30 -

ранье, котораго молодой сочинитель никому, да-
же товарищамъ своимъ не показывалъ, а все
раздиралъ и предавалъ огню; икоторые то.лько
маленькіе стипки был. извѣстны друзьямъ мо-
имъ, со мною воспитывались.» Директоромъ
Казанской Гимназіи былъ тогда Веревкинъ. Онъ
бранилъ Державина, называлъ тупицю, но ду-
малъ, что изъ него выйдетъ хороший Матема-
тикъ, повезъ его геометрическое черченье въ
Петербургъ, показалъ тамъ Шувалову, и воз-
вратясь въ Казань поздравилъ Державина съ за-
пискою кондукторомъ въ Инженерную службу.
Державинъ обрадовался, надъ. пъ мундиръ Инже-
нернаго Корпуса, и вдругъ, совсѣмъ неожидан-
но, получилъ ордеръ и паспортъ изъ Лейбъ-
Гвардейской Канцеляріи Преображенскаго по.п-
ка: Шуваловъ с.дъ. лалъ ему мп.юсть, по реко-
мендаціи Веревкина, и, за хорошее черченье гео-
метрическихъ фигуръ, опредѣ.шл. пъ его въ Гвар-
дію. Въ Мартѣ 1762 года Державинъ явился въ
Петербургъ. Любопытно, что онъ стоялъ на ча-
сахъ во Дворцѣ въ самый день восшествія Ека-
теринъ П-й, июня 28 дня, 1762 года. Думалъ
ли кто изъ людей, тогда сто.ль ве.шкихъ изна-
менитыхъ, что 20-ти лѣнній со.идатъ, отдающій
пмъ честь ружьемъ, будетъ Бардомъ вѣка Ека-
теринъ, и переживетъ ихъ въ вѣках! Ека-
теринъ начина царствовать, а обедущій Бардъ
Ея смѣренно возвратился въ свои казармы; мо-

- 51 -

жетъ быть, написалъ Ей Оду, и спряталъ въ
свой ящикъ, какъ негодное марапье. «Вступая въ
дъйствительную службу, жилъ я въ казармѣ,
между многими женатыми и холостыми. По тѣс-
нотѣ, неудобно было мнѣ заниматься ни рисо-
ваньемъ, ни музыкою. Оставивъ сіи искусства,
занимался я безпрестанно, когда другіе спали,
чтепіемъ книгъ, кон въ Петербургъ удобитье
было достать, также писаньемъ для разныхъ лю-
дей писемъ, а иногда стпховъ па разные случаи,
единственно для себя. Правила Поэзіи почер-
палъ я изъ сочиненій Тредьяковскаго, а въ вы-
раженіяхъ и слогъ старался подражать Ло-
моносову, но не имѣя подобнаго его таланта, въ
томъ не успѣвалъ.» Во время коронаціи Ека-
терины (въ Сентябрь, 1762 г.), въ Москвѣ, Дер-
жавинѣ, пришедшій туда съ другими Гвардей-
цами, узналъ, что Шуваловъ Ъдитъ въ чужіе
край. Онъ явился къ Шувалову, и просилъ взять
его съ собою. Шуваловъ распросилъ молодаго
солдата, и согласился. Но родня Державина не
хотѣла потакать шалостямъ. «Служить, братѣ, —
служить надобно,» говорили ему, «а не шатать-
ся по чужимъ землямъ!» Державинъ съ горемъ
согласился на благоразумный совѣтъ, Шуваловъ
уѣхалъ безъ него, а Державинъ, какъ будто въ
утѣшении, пожалованъ капраломъ, и продолжалъ
жить въ своей Петербургской казармѣ, читалъ,
писалъ, накопилъ кучу писанныхъ бумагъ, и

- 32 -

въ 1770 году сжегъ ее всю, безъ сожалѣнія. Онъ ъхалъ тогда изъ Москвы; безъ Петербур-
га остановились его, и какъ въ Москвѣ была тог-
да чума, то надобно было окурить превеликую
кипу бумагъ, которою набитъ былъ сундукъ мо-
лодаго капрала (другаго имѣнія со мною почти
не было). «По пылкости моего характера, соску-
чившись ждать окуренія и пересмотра, я сжегъ
свои бумаги, п тотчасъ былъ пропущенъ.» Двад-
цати восьми лѣтъ, 1772 г., Января 1 дня по-
лучилъ Державинъ чинъ офицерскій.

Тутъ было ему уже больѣе свободы читать и
писать. Онъ переводилъ съ Нѣмецкаго. подра-
жалъ Гагедорну, Клейсту, Захарін, Галиеру,
работалъ неутомимо, прослылъ грамотнымъ чело-
вѣкомъ, взбѣсилъ Сумарокова безыменною эпиг-
раммою, познакомился съ Херасковымъ, Прези-
дентомъ Бергъ-Коллегіи, Домашневымъ, Дпрек-
торомъ Академіи Наукъ, Хемпцеромъ, служив-
шимъ при Горномъ Кадетскомъ Корпусѣ, и проч.
Но современныя славы затмѣвали его. Новикодѣ,
издавая С.юварь Русскихъ писателей, не знали
даже имени Державина, внося въ списокъ свой
Жукова Петра, Кабинетъ – Курьера, и прочую
пищущую братью, превознося Сумарокова, кри-
тикуя Петрова, и проч. и проч. – «Будучи офи-
церомъ гвардіи, когда дозволяю время, не ос-
тавлялъ я упражняться въ любимомъ своемъ ис-
кусствѣ, руководствуясь правилами изъ кнігъ Рус-

- 33 -

скихъ и иностранныхъ; переводы свои, большею
частію предавалъ я огню, никому не открыва-
ясь въ своемъ упражненіи, и иногда только чи-
талъ бездѣлки друзьямъ своимъ.» Отважно при-
нялся Державинъ за Клоштока, и перевелъ двѣ
пъсни его Мессіады, «которыя читавшими оныя
были обобрены.» Домашневъ взялъ ихъ къ се-
бѣ, желая хорошенько прочитать, и потерялъ;
Державинъ не сталъ продолжать труда своего.
Между тѣмъ друзья его отдали нѣкоторыя изъ его
литтературныхъ упражненій тогдашнимъ Жур-
налистамъ. Державинъ изумился, но не обрадо-
вался, увидя въ печати свой переводъ Овидіевой
Героиды (въ 1772 г. Посланіе Вивлиды къ Кав-
ну), и нѣсколько Одъ.

Тридцать лѣтъ было Державину, когда новое
попроще жизни вдругъ открылось ему. Библи-
ковъ отправился усмірять Пугачева, и взялъ съ
собою Подпоручика Державина. Въ 1777 г. его
произвели за службу въ бомбардирские Капи-
танъ-Поручики, и хотѣли выпустить въ армію
Полковникомъ. Но недоброжелательство какой-
то знатной особы остановило успѣхъ службы;
Державинъ съ досадою увидѣлъ себя перемѣщен-
нымъ въ статскую службу, въ чинѣ Коллеж-
скаго Совѣтника, и принужденнымъ служить у
строгаго, суроваго Князя Вяземскаго, который
не терпѣлъ ни Поэзіи, ни поэтовъ. До 1782 го-
да, Державинъ, дѣловой человѣкъ, Экзекуторъ

5

- 34 -

Септара, Совѣтник Экспедиции государственныхъ доходовъ, пять летъ находился въ одномъ чинѣ. Гдѣ же его поэзія? Половина жизни его прошлѣла...

Но здесь, 1782-мъ годомъ, почти сороковымъ отъ рождения Державина, можно окончить первый периодъ его жизни. Подражатель Сумарокова и Ломоносова, ученикъ Тредьяковскаго и Готшеда, стыдащыйся страсти своей къ Поэзіи, безжалостно предающий сожженію свои опыты, онъ пишетъ въ Гимназіи, въ казармѣ, робко является въ общество свѣтское, за честь, за счастіе почитаетъ знакомство съ современными литтераторами. Но душа его уже отзывается сама себя. Бывши въ походахъ съ Бибіковымъ, онъ писалъ стихи безгрестанно. Въ годъ перехода своего въ статскую службу, рѣшился наконецъ Державши печатать свои стихи, и издалъ брошюрку, назвавъ ее: Чета.лагайскія оды; потомъ отдельно напечаталъ они эпistolу Екатеринę, и эпistolу Шувалову, на возвращеніе его изъ чужихъ краевъ (въ 1779 г.). Пмя Автора не было объявлено, и его знали весьма немногіе.

Любопытно было-бы прочитать Чета.лагайскія оды (такъ названыя по горѣ Чета.лагай, при которой долго жилъ Державинъ, въ походъ противъ Пугачева), и большую часть которыхъ составлялъ переводы стихотвореній Фриджиха II-го. Все, что ни писалъ Державинъ, казалось ему

- 55 -

ШИЧТОЖНО И НЕЛЬНО. ВЪ 1778 ГОДУ ОНЪ ЖЕНШЛЯСЯ. ЛЮБЕЗНАЯ, МИЛАЯ ПОДРУГА, СТРАСТНО ЛЮБИВШАЯ ПОЭЗИЮ, СДЪЛАЛАСЬ НОВЫМЪ ВДОХНОВЕНІЕМЪ НАШЕГО ПОЭТА. ДРУЖБА Н. А. ЛЬВОВА, УМНАГО, ОСТРАГО ЧЕЛовѣКА, В. В. КАПНИСТА, НАПИТАННАГО УЧЕНИЕМЪ КЛASSИКОВЪ, Хемницера, ДОБРОДУШНАГО ЦЪНИТЕЛЯ ПРОИЗВЕДЕНІЙ РОБКАГО ДРУГА, УВАЖЕНІЕ Е. Р. ДАШКОВОЙ, ГОТОВОЙ ОДОБРЯТЬ ВСЯКОЕ, ДАЖЕ МАЛЕНЬКОЕ ДАРОВАНІЕ - ВСЕ ЭТО ПОБУЖДАЛО ДЕРЖАВИНА, МЕЖДУ ЗАБОТАМИ СЛУЖБЫ, УЛЕТАТЬ ВЪ МІРЪ ФАНТАЗІИ. «ВСѣХЪ ПРЕЖНИХЪ СВОИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ Я НЕ ОДОБРЯЛЪ, ПОТОМУ, ЧТО ХОТѣЛЪ ВЪ НИХЪ ПОДГРАЖАТЬ ЛОМОНОСОВУ, НО ЧУВСТВОВАЛЪ, ЧТО ТАЛАНТЪ МОЙ НЕ БЫЛЪ ВНУШАЕМЪ ОДИНАКОВЫМЪ ГЕНИЕМЪ. Я ХОТѣЛЪ ПАРИТЬ, И НЕ МОГЪ ПОСТОЯННО УЫДЕРЖИВАТЬ КРАСИВЫМЪ НАБОРОМЪ СЛОВЪ, СВОЙСТВЕННАГО ЕДИНАСТВЕННО РОССІЙСКому ПІНДАРУ ВЕЛЕЛѣПІЯ И ПЫШНОСТИ. ДЛЯ ТОГО ВЪ 1779 ГОДУ, ИЗБРАЛЪ Я СОВЕРШЕННО ОСОБЫЙ ПУТЬ, БУДУЧИ ПРЕДВОДИМЪ НАСТАВЛЕНІЯМИ БАТТЁ, И СОВѣТАМИ ЛЬВОВА, КАПНИСТА И Хемницера.»

КАКОЙ БЫЛЪ ЭТОТЪ ОСОДЫЙ ПУТЬ? Мы узнаемъ его. Извѣ стихотвореній Державина, писанныхъ до 1781 года, до насъ дошли: Успокоенное не-въріе (преложеніе Псалма, см. Сочиненія Державина, нов. изд. т. 1, 42), пис. въ 1771 году; На побѣды Екатерины (1772 г.); Вельможа (1773 г.); На кончину Бибикова (1774 г.); Монументъ Петру Великому и Петру Великому

*

- 36 -

(1776 г.); На освященіе Каменно-островскаго ин-
ва.шднаго дома (1778 г.); Ключ (Херaskову) и
На смерть Мецерскаго (1779 г.); Псалом (Соч.
Держ. т. II, стр. 40); На отсутствіе Екатери-
ны въ Бълоруссію; Къ первому сослду (1780
г.). Вѣльможа бытъ помѣщенъ въ Четалагай-
скихъ одахъ. По намъ изъвѣстенъ онъ уже пере-
дѣланный Державиннымъ въ 1794 г., въ другомъ
видѣ, съ прибавленіемъ многихъ новыхъ мыслей.
Все, что ни писалъ Державинъ, казалось ему пи-
сано было не чистымъ, не яснымъ с.логомъ. И
подъ новыми пьесамъ не подписываіе онъ име-
ни; но тихонько отдавалъ однакожъ печатать ихъ
Брайко, издававшему тогда С. Петербургскій
Вѣстникъ. Брайко пересказывалъ ему потомъ
мнѣнія и сужденія читателей. Державинъ самъ
себѣ не върилъ, с.пыша, что его похваляютъ,
писалъ, слѣдуя своему особому пути, ждалъ,
что будетъ. Въ 1780 году, бывші у заутрени
въ Дворцовой церкви, въ Свѣтлое Воскресенье,
онъ создалъ себѣ первую цдею Оды Божь, «но
облумывая, и принимаясь ильско.лько разъ писать,
не могъ, по разсѣянности въ сто. писѣ, положить
чувствованій своихъ на оумагу.» Въ 1781 г. онъ
создалъ Фелицу. Дово.льный собою на сей разъ,
Державинъ показалъ это сочиненіе. Ільвову, Кап-
нисту и Хеминцеру. «Они были также весьма
дово.льны, но не совѣтовали выдавать въ свѣтъ,
опасались, чтобы нѣкоторые вѣльможи не приня-

- 37 -

ли чего будь на свой счетъ, и не сдѣлались врагами сочинителя.» Державинъ стряталъ свое твореніе; но показывалъ его иногда кое-кому. Дашкова сдѣлалась въ это время Президентомъ вновь учрежденной Россійской Академіи, и достала себѣ списокъ Фелицы. Екатерина расположила съ нею планъ Собесѣдника Любителей Русскаго слова, и Дашкова, не спрося ни Екатерину, ни Державина, начала первый листъ Собесѣдника Феличею (*).

(*) Вотъ какъ самъ Державинъ говорить о повлѣніи въ свѣтъ своей Фелицы (добродушіе разсказа прелестно; особливо при извѣстности лицъ, о которыхъ идетъ рѣчъ, этотъ разсказъ дѣлается историческимъ фактомъ): «Въ 1782 году написалъ я домъ на Литейной, у Петра Васильевича Неплюева, вмѣстѣ съ О. П. Козодавлевымъ; случилась мпѣ надобность пойдти въ свое бюро, для сыскапія одной бумаги, въ присутствіи Козодавлева, который, увидя мое сочиненіе, прочелъ, и неотступною просьбою, подъ объщапіемъ никому постороннему не показывать, выпросилъ прочесть теткѣ своей Аннѣ Осиповны Пушкиной, любившей Поэзію, а особливо мои сочиненія. По пріязни къ нему, пе могъ я въ томъ отказать, и ввечеру того же дня получилъ обратно. Но черезъ вѣсколько дней, противъ вслакаго чаянія, услышалъ я, что ода моя открыто читана въ домъ И. И. Шувалова, въ присутствіи объдавшаго у него всего Министерства. Шуваловъ, призвавъ меня къ себѣ, въ великомъ смятеніи сказалъ мпѣ: «Какъ намъ быть, и что дѣлать?» Оду вашу требуетъ къ себѣ Князь Григорій Александровичъ (Повремкинъ): отсылать ли ее къ нему такъ, какъ она есть, или выкинуть нѣкоторыя мѣста, которые его образуютъ?» Я удивился, и спросилъ его, какъ онъ о ней знаетъ. Онъ отвѣчалъ: у меня она есть. — «Отъ кого?» спросилъ я. Тогда признался

- 58 -

По должности своей, Державинъ былъ у Вя-
земскаго, когда ему сказали, что пришелъ поч-
тальонъ, и его спрашиваетъ. Онъ выходитъ; поч-
тальонъ вручастъ ему пакетъ, съ надписью:
«Изъ Оренбурга, отъ Царевны Киргизъ-Кайсац-
кой, Державину.» Развернувъ, онъ увидѣлъ зо-
лютую табакерку, осыпанную бриллятами, и въ
ней 500 червонцевъ. Въ изумленіи, въ смяте-
ніи, возвратился Державинъ къ Вяземскому, по-
казавъ неожиданный подарокъ и спрашивавъ:
позволитъ- ли онъ принять? Вяземскій «сперва
грозно взглянувъ на меня, но увидя табакерку
пос. 1 йдней Французской работы,» догадался отъ

опъ, что получилъ отъ Козодавлева, подъ великимъ секретомъ;
но по случаю бывшаго за столомъ разговора о Поэзіи, и при
замѣчаніи, что пѣтѣ еще у пась такой легкой, каковою сла-
вится Франція, любя Автора, не могъ вытерпѣть, чтобы къ
чести его не прочесть предъ всѣми сіе первое такого рода на
Русскомъ языкѣ твореніе. Онъ его чрезвычайно хвалѣлъ, но
при всемъ томъ опасается, чтобы Князь Потемкинъ не раз-
сердился. Я спросилъ: «Кто же Потемкинъ сказывать?» — Ап-
дрей Петровичъ (Шуваловъ). — Я отвѣчаюсь: «Ежели сочßenіе
сіе уже известно стало, то когда вы его не пошлете, или что
нибудь изъ него выкишите, Князь въ самомъ дѣлѣ можетъ по-
честь, что оно на счетѣ его паписано; но какъ оное не что
шное есть, какъ общее изображеніе страстей человѣческихъ, ип-
санное безъ всякаго намѣренія, то я подписываю на немъ свое
имя, и прошу отослать къ требователю.» Отозвавшись такимъ
образомъ, хотя показалъ я видъ бодрости, однакожъ безпо-
конился, чтобы столь сильный человѣкъ, каковъ Потемкинъ, не
пришелъ изъ которыхъ стиховъ на свой счетѣ, и не падѣлалъ

- 39 -

кого подарокъ, посмотрѣлъ, улюбнулся, и сказалъ: «Вижу, братецъ, вижу — хорошо! Для чего такой подарокъ не принять. Да за что бы это? «прибавилъ онъ, съ видомъ иѣкотораго недовольствія.» Державинъ отвѣчалъ, что самъ не знаетъ, а развѣ за сочиненіе, которое Ея Сиятельство, Княгиня Екатерина Романовна, сама собою, напечатала въ Собесѣдникъ.—Дашкова при-&nbsp;&nbsp;&nbsp;&nbsp;вѣла Державина въ совершенный восторгъ, разсказавъ ему, что въ день своего доклада, въ воскресенье, оставила она у Государыни первые листы Собесѣдника, и была призвана рано поутру въ понедѣльникъ. Со слезами спросила у

ми какихъ пепріятностей. Я открылъ сіе происшествіе другу
своему Н. А. Львову, который былъ вхожъ и коротокъ, быв-
шему тогда еще Графомъ, Алекс. Андреевич. Безбородкъ, и
просилъ его развѣдать, какъ онъ думаетъ о моемъ сочиненіи,
и, если можно, предварить о немъ съ лучшей сколько возмож-
но сторопы Государыню, дабы не попести ея гибва. Безбородко
былъ въ выпечупомпутой компаніи. Львовъ, будто ненарочно,
читая пькоторые стихи, вызывалъ тѣмъ Грава на объяспеніе
его мыслей; сей одинаковъ, хотя отозвался съ похвалою, по
говорилъ ли что Государынъ — ненervѣсто, а, кажется по об-
стоятельствамъ, что не вошелъ въ сіе дѣло. Вскорѣ послѣ того,
когда открылась Российская Академія, Княгиня Дашкова, бу-
дучи при Дворѣ тогда въ уваженіи, сдѣлана Директоромъ оной,
а Козодавлевъ Совѣтникомъ Академіи. Онъ показалъ мою пьесу
Княгинъ; она ей понравилась. Предпріявъ издавать тогда пе-
ріодическое изданіе, подъ названіемъ: Собесѣдникъ, приказала
она, не сказавъ никому ни слова, напечатать оную на первомъ
листѣ, и поднесла на апробацію Государынъ.

- 40 -

нея ЕКАТЕРИНА: «Кто сочинитель, который написал Фелицу, и который такъ подробно менина знаетъ(*)?»

Здѣсь начинается второй периодъ жизни и поэзіи Державина. Его немедленно представили ко Двору, благодарить за Высочайшую милость. «Во время представления, Государыня остановилась противъ меня, и осмотрѣла меня съ особшвымъ, проницательнымъ взоромъ, что бы я не только мнѣ, но и многимъ замѣтно.»

Шумно заговорили въ Петербургѣ и во всей России о Фелицѣ и Державинѣ. Поэты писали ему стихи, посланія; подражателей явилась толпа.

(*) Вотъ основаніе Фелицы: Державинъ вель родъ свой отъ какого-то Татарскаго Мурзы Багрима. Мурза этотъ выхлаль изъ Золотой Орды при Василии Темномъ, крестился, сѣдался подданнымъ Московскаго Князя, и отъ него произошли Нарбековы, Акнфіевы, а отъ одного изъ потомковъ его, пазывавшагося: Держава, Державины. Таково начало мысли поэта. Екатерина написала тогда Сказку о Царевiczѣ Хлорѣ. Сказка эта, названенная для юного Великаго Князя, весьма проста. Царевчу Хлору, похищенному Киргизъ-Кайсацкимъ Ханомъ, велять отыскать розу безъ шиповъ. Дочь Хана, Царевна Фелица, руководствуетъ Хлора. Сыпь Фелицы, Разсудокъ, ведетъ Хлора за руку. Хлоръ паходить розу. Соединивъ мысль о Татарскомъ своемъ происхожденіи съ идеею Екатерины, Державинъ написалъ посланіе отъ Мурзы къ Фелицѣ, и назвалъ его: Ода премудрой Киргизъ-Кайсацкой Царевiczѣ Фелицѣ, писанная пькоторымъ Татарскимъ Мурзою, издавна въ Москвѣ посвящившись, а живущимъ по дѣламъ въ С. Петербургѣ; переводъ съ Арабскаго языка.

- 41 -

па. Державиша искали въ свѣтскихъ, лучшихъ обществахъ; въ тотъ же годъ дали ему чинъ Статскаго Совѣтника. Изъявивъ чувства свои въ Благодарности Фелицѣ, онъ написалъ въ 1783 г. Видѣніе Мурзы, и началъ Безсмертіе души, «но болѣе двухъ первыхъ строфъ написать не могъ.» Время летѣло, и Фелица сиротѣла одинокая; Поэтъ не присоединялъ новыхъ лавровыхъ вѣнковъ на свою голову.

Между тѣмъ слава Фелицы возбудила злобу, зависть. Боялись народности, съ какою дерзнулъ Коллежскій Совѣтникъ подойти къ трону, шутя; искали намековъ на знатнѣйшихъ вельможъ, перетолковывали; другіе, слыша, какъ эти намеки заставляли говорить о людяхъ, заклейменныхъ Державнымъ, досадовали, почему онъ не намекнулъ на нихъ; дѣльные люди дивились, какъ можно было за такой вздоръ давать чины и червощцы, какъ можно было препоручать дѣла стихотворцу (*); другіе боялись эпиграммъ и одъ Державина болѣе доносовъ. Сама Екатерина говорила, что Мурза с.иншкомъ хвалить ее. Напрасно Поэтъ увѣрялъ, что онъ поетъ только тогда,

Когда отъ бремя дѣлъ случится,
И миѣ свободный часъ имѣть;

(*) «Нѣкоторыя въ то время извѣстныя особы почитали упражняющихся въ Поэзіи людьми лѣнивыми, и къ дѣламъ неспособными,» говоритъ Державинъ.

- 42 -

Напрасно писалъ онъ ЕКАТЕРИНЬ:

Возможно ль, кроткая Царевна!
Н ты къ Мурзѣ чтобъ своему
Была сурова столь и тиѣвна,
Н стрѣлы къ сердцу моему
Н ты, и ты чтобы бросала,
Н пламени души моей
Къ собой и ты не довѣряла?
Довольно безъ тебя людей,
Довольно безъ тебя поэту,
За кажду мысль, за каждый стихъ
Отвѣтствовать любому свѣту
Н отъ сатиръ щититься злыхъ!

Довольно золотыхъ кумировъ,
Безъ чувствъ мои что пѣели чли;
Довольно Кадієвъ, Факировъ,
Которы въ зависти сочли
Тебъ ихъ неприличной лестью;
Довольно нажилъ я враговъ!
Нной отнесъ себя къ безчестью,
Что не дерутъ его усовъ;
Иному показалось больно,
Что онъ пасѣдкой не сидитъ;

Иному — очень своему
Съ тобой Мурза что говорить;
Нной вмѣнялъ ми въ преступление,
Что я посланицей небесъ
Тебя быть мыслилъ въ восхищенье,
И лилъ въ восторгѣ токи слезъ.
И словомъ: тотъ хотѣлъ арбуза,
А тотъ соленыхъ огурцовъ....

- 43 -

Ничто не помогло. Фонъ-Визишъ давно гово-
рилъ: «Между людьми такъ ведется, что если
на тебя не разсердятся, такъ тебя разсердятъ.»
Поэтъ разсердился, и — подалъ просьбу объ от-
ставкъ. Какая дерзость! закричали дѣловые. Друзья
боялись за Державинą, и онъ-холодно былъ уво-
ленъ отъ службы. Но Екатерина понимала пѣв-
ца своего лучше, нежели онъ понималъ ее и са-
маго себя, слушала пересказы объ немъ, но не
сердилась, улыбалась, велѣла дать ему слѣдую-
щій чашѣ, и черезъ три мѣсяца послѣ отставки
приказала опредѣлить его куда нибудь Губерна-
торомъ. Выбрали — Олонецкую губернію. И вотъ
нашъ поэтъ, Дѣйствительный Статскій Совѣт-
никъ, уѣхалъ въ глушь лѣсовъ стверныхъ, ос-
тавя ненависть за собою въ столицѣ, рѣшшівшись
непремѣнно бросить стихотворство, припятіе за
дѣла, показать, что и онъ умѣетъ заниматься дѣ-
ломъ. «Я увидѣлъ тогда, что многіе знатные лю-
ди стихотворства моего не жалуютъ, а меня го-
нятъ,» и на нѣсколько лѣтъ совѣсмѣ оставилъ
Поэзію. Въ Петрозаводскѣ ожидалі его страш-
ныя непріятности. Генералъ-Губернаторъ Тутол-
мшнъ встрѣтилъ Поэта насмѣшкою, далъ ему
разумѣть, что онъ изгнанный Мурза, послалъ его
открывать уѣздный городъ Кемь, и на Бѣломъ
морѣ, въ жестокую бурю, Державинъ едва не
погибъ. Поэтъ представилъ проэктъ свой о про-
кормленіи Лапландцевъ. Вздумалъ кормить Лап-

- 45 -

Богъ въ 1784 г., когда былъ въ отставкѣ; по
поступивъ въ службу писалъ проэкты и бумаги.
«Когда-же увидѣлъ я, что все это не помогло, и
меня все гонятъ и бранятъ, то, по прибытіи изъ
Тамбова, въ 1789 году, принялся паки за перо,
съ большею ревностію.» Онъ и не оставлялъ
его, своего золотаго пера, никогда — только не
хотѣлъ писать ничего важнаго: переложилъ на
Тутолмина Псаломъ (Уповающему на силу свою),
составлялъ сценическіе прологи въ Тамбовѣ, и
Псалмами отводилъ потомъ душу въ Москвѣ и
Петербургѣ. Но тутъ явились его: Ода на ко-
варство, На счастье, Осень (во время осады Оча-
кова), и въ 1789 году Изображеніе Фелицы. Въ
началъ 1791 года, Графъ Зубовъ привезъ извѣ-
стіе о взятіи Измапла. Державинъ вдохновил-
ся, изобразилъ новое торжество Россіи въ сти-
хахъ, и представилъ Екатеринъ. «Сія ода при-
нята была Императрицею весьма хорошо.» Къ не-
му прислали табакерку, осыпанную брильянтами.
Люди, считавшіе Державина уже погибшимъ, изу-
мились, зашевелились. Федоръ Эминъ написалъ
злую критику, и читалъ самому Державину. «Я
полагалъ, что это было чье нибудь намѣреніе
разсердить меня, и сдѣлать смѣшнымъ, т. е.
такъ-же поступить, какъ прежде бывало съ ста-
ринными стихотворцами, которыхъ зазовутъ къ
себѣ Бояра, и, напустя на нихъ кого нибудь,
взобѣсятъ, а тѣ для потѣхи, между собою бра-

- 46 -

нятся.» Вскоръ пріѣхалъ въ Петербургъ великолѣпный Князь Тавриды, благодарилъ нашего Позта, за его стихи, и Державинъ воскресъ ду- хомъ. Въ Апръ.1ь 1791 года, Потемкинъ давалъ песчыханный балъ свой въ Таврическомъ двор- цѣ, и вели.ль: описать это торжество Державину: въ Декабрѣ 1791 г. Державина оправда.ш. Впрочемъ, все дѣло его состояю въ пустыхъ сплет- няхъ. Екатерина призвала Державина къ се- бѣ, опредѣ.шія Статсъ-Секретаремъ своимъ, и вели.ла ему писать все, что угодно, только по- казывать напередъ все ей самой.

Здѣсь начался новый периодъ жизни Держа- вина. Современники увидѣли въ немъ велицтю, литтераторы покровители, явились льстцы, при- с.ужинки. Смерть Потемкина отгрянула на стру- нахъ лиры его безсмертнымъ Водопадомъ, и — Державинъ умолкъ спова.

Послѣ Водопада, въ 1791 г. Державинъ на- писалъ стихи Н. В. Репину: Памятникъ Герою, и На Шведскій миръ; въ 1792 г. На рожденіе Ольги Павловны, Каллиопа, Умпренность и на- чалъ было стихи на Революцію (Колесница), но бросилъ неконченные; въ 1793 году написаны имъ: Горьки, вышеприведенные стихи Храпо- вицкому, На памяти. Гудовика ХІІІ-го, Львову, Ласточка, Преложеніе Псалма (Пьснь брачная Порфирородной четѣ), Буря. Въ 1795 году уво- мили его отъ Статсъ-Секретарства, и с.дъ.ла.ш

- 47 -

Сенаторомъ. Пьеса: Горълки стоитъ упоминанія.
Придворные, замѣтивъ однажды, что Екатери-
на была грустна и задумчива, хотѣл развесе-
лить ее: это было 15 Юля 1793 г. въ Царско-
сельскомъ саду; начали играть въ горѣлки. Дер-
жавинъ пришелъ съ бумагами. Но его уговори-
ли бѣгать вмѣстѣ съ другими. Пятидесятнѣт-
ній поэтъ побѣжалъ, упалъ, и вывихнулъ себѣ
руку. «По причинѣ болѣзни, долго не могъ я
показаться у Двора, отъ котораго впослѣдствіи
и еще болѣе отдаліся, будучи сдѣланъ 8-го
Сентября того-же года Сенаторомъ.» — «Хотя и
видѣлъ я» — говорилъ Державинъ — «неожидас-
мый успехъ своихъ дарованій, но ихъ, такъ ска-
зать, не обработывалъ, и Авторомъ никогда быть
не готовился, а упражнялся въ Поэзіи только
иногда, между дѣлъ по службѣ, и между раз-
бирательства Третейскихъ Судовъ и управленія
многихъ опекъ, въ конхъ, безъ всякой корысти,
защищалъ бѣдныхъ и несвѣдущихъ въ законахъ
отъ корыстолюбцевъ и ябедниковъ. По сей при-
чинѣ небрегъ я и о сочinenныхъ мною пьесахъ, и
шкогда оныхъ не собиралъ. Но супруга моя, любя
Поэзію, и имѣя къ ней отъ природы вкусъ, тихонь-
ко отъ меня переписывала ихъ въ одну тетрадь.»

При должности Сенатора Державину было до-
вольно досуга. Онъ передъалъ тогда своего
Вельможу, и кончилъ Безсмертіе души. Бюстъ
его, сдѣланный Рашетомъ, внушилъ ему пре-

- 48 -

лестное создание: Мой стуканъ. Вотъ, что написано было имъ до кончшны Екатеринны: Меркурію (при пожалованіи въ Президенты Коммерцъ — Коллегія, въ 1794 году), Провидѣніе, Красавцу, На взятіе Варшавы, На смерть Ольги Павловны, Флотъ, Приглашеніе къ обѣду, къ Лирѣ, Соловей, Павлинь, Богинь здравія, Кончина благотворителя (Бецкаго), На покорение Дербента, Гремислава, Аюнейскому витязю, На кончину Орлова. «Императрица неоднократно изъявляла мнѣ желаніе, чтобы я боѣube уражнялся въ стихотворствѣ, и какъ, по нѣкоторымъ обстоятельствамъ, не могъ я ниčего вновь пропазві, то и принялся за собранныя супругою моею стихотворенія.» (Она скончалась 1794 г. 15 Юля. Державинъ вступілъ во второй бракъ впослѣдствіи). Проказавъ перешсать опыя, какъ можно чище, и украсивъ виньетами, онъ поднесъ рукопись Екатеринѣ. При ней приложено было безсмертное посвященіе, вновь нашсанное. Въ 1796 году Державинъ создалѣ свой Памятникъ. Любопытно, что онъ хотѣлѣ было вновь начать аллегорическія пьесни Екатеринѣ, подъ именемъ Гремиславы (стихи къ Нарышкину), «отъ того, что имя Феищы сдѣлалось уже с.пшкомъ ообыкновеннымъ у всѣхъ стихотворцевъ, хотя выдумано было Авторомъ единственно для того, чтобы удобнѣе было писать свободно и шут.шіво. Начата сія Ода словами,

- 49 -

часто произносимыми Императрицею: живи, и
жить давай другимъ; къ которымъ прибавилъ
я и свое правило: Но только не на счетъ дру-
гаго.»

Положеніе Державина при Дворъ казалось мило-
стивою холодностью. Екатерина скончалась. Ед-
ва вступилъ на престолъ Императоръ Павелъ, Дер-
жавинъ опредѣленъ былъ Правителемъ Кан-
целяріи Государственнаго Совѣта. Чрезъ нѣс-
колько дней смѣнили его, и велѣли опять по
прежнему быть Сенаторомъ. Смиренно и тихо
занялся должностью своею Державинъ. Уже ста-
рость начинала тяготѣть надъ нимъ: ему было
слишкомъ пятьдесятъ лѣтъ. Въ 1798 году оп-
лакалъ онъ кончину Шувалова, и на досугахъ
переводилъ Оды Горація, перелагалъ Псалмы.

Но великія события новаго царствованія вос-
пламенили прежній духъ поэта. — Рожденіе Ве-
ликаго Князя Михаила Павловича, принятіе Им-
ператоромъ Гроссмейстейрства Мальтійскаго ор-
дена, были предметами его пѣснопѣній. Нако-
нецъ сбылось и то, о чемъ предвѣщалъ Держа-
винъ въ 1793 году — заревѣли громы,

На крыміяхъ орловъ несомы!

Суворовъ пошелъ спасать Царей. Пѣвецъ Из-
маила загремѣлъ пѣсніе, когда

4

- 50 -

На Гала сталъ погой Сувровъ —
И горы треснули подъ нимъ!

Порывиста, бурна была сія пъснь Державина.
Павелъ благосклюшно внялъ Пѣвцу Фешины. Въ
1799-мъ году онъ послалъ его для разбора за-
труднительныхъ дѣлъ умершаго Зорича; потомъ
опять въ Бълоруссію въ 1800 году, пожаловавъ
ему тогда-же чинъ Дѣйствительнаго Тайнаго Со-
вѣтника, и большой крестъ Св. Іоанна Іеру-
салимскаго; въ Августѣ 1800 года Державина
опредѣлили опять Президентомъ Коммерцъ — Ко-
легіи, а въ Ноябрѣ Государственнымъ Казначе-
емъ, и — онъ опять принялся за дѣла.

Вошелъ на престолъ Александъръ, и съ новы-
ми надеждами устремились къ нему сердца но-
ваго поколенія. Державинъ былъ немедленно
увоіенъ отъ свопхъ должностей, но радостно
привѣтствовалъ юнаго Монарха звуками своей
лиры. При упреждении Министерствъ, Держави-
ну дали Министерство Юстиции. Онъ пробылъ
въ семъ званіи только годъ, чувствовалъ, что
его политическое поприще уже кончилось, и
1805 г. Октября 7-го, по прошению, былъ во-
все уволенъ отъ служы, на шестьдесятъ пер-
вомъ году, посвятилъ ей боlgѣ сорока лѣтъ.

Здѣсь наступалъ последний периодъ жизни и
поэзіи Державина. Еще тридцать лѣтъ существ-
ствовалъ онъ, жилъ боľшее частью въ сельскомъ

- 51 -

уединеші своємъ, на берегахъ Волхова, иногда
въ Петербургъ, частнымъ человѣкомъ, посвяцая
все время Поэзіи и бесѣдъ друзей. Всѣ уважа-
ли, чтили въ немъ великое дарованіе его; лас-
ковость, радушіе его привлекали сердца; къ не-
му шли, какъ къ Меценату и покровителю. Ста-
рецъ радовался всему новому успѣху, не ста-
рѣлъ сердцемъ и душею. Всѣ великія события
Александрова царствовашія заставляли его
браться дрожащею рукою за миру: война 1806
и 1807 годовъ, патріотическій порывъ Россіи въ
1807 году, сопровождались его пѣніемъ. Въ Одъ
Платову даже воскресъ его прежій геній. Въ
1804 году, онъ собралъ свои мпимо-Анакреонти-
ческія Стихотворенія, и издалъ отдельно. Въ
1808 году онъ напечаталъ въ первый разъ пол-
ное собраніе своихъ сочинений, оставивъ при
первой части посвященіе Екатеринѣ, и по-
святивъ вторую Александру.

Въ послѣднемъ периодѣ-уже грустно смотрѣть
на Державина. Цѣлый вѣкъ ошибавшись въ сво-
емъ геніи, онъ всего болѣе ошибался въ послѣд-
ніе годы своей жизни. Цѣлый вѣкъ непонимае-
мый свои современниками, онъ вовсе былъ
непонятъ въ послѣдніе годы. Никакого впечат-
тѣнія не произвели двѣ большія театральныя
пьесы, помѣщенныя имъ въ 4-мъ томъ сочиненій:
Добрыня и Пожарскій. Старецъ думалъ, что мо-
жетъ принудить современниковъ къ сознанію его

- 52 -

дарованій и въ семъ родъ. Въ 1808 г. Академія
Россійская пред.ючила задачу: написать трагедію.
Державинъ предсталъ къ состязанію, съ
пьесою ж.ікою, дурно написаною, урод.шво
К.іассіческою: Продъ и Маріамна, гдѣ подражалъ
онъ надутъести п.іана и выраженію старыхъ трагедій.
Академія отвергла трагедію Державина,
и увѣнчала твореніе Хераскова: Зареіда и Роспиславъ — созданіе ни чуть не лучше Прода и Маріамны. Державинъ не выдержалъ, напечаталъ
отвергнутую трагедію, и объявиłъ притомъ свое
имя.

Новое поколіе отвсюду тѣснило уже старое,
съ его идеями, мнѣніями и понятіями. Обою.льщас-
ясь новомодною мишурою, оно не умѣло оцѣнять
послѣднихъ пскръ угасавшаго генія, безотчетно
благоговѣло къ его прежней славѣ, и то.лько изъ
этого благоговѣнія не хотѣло разрушать утѣшн-
ательныхъ мечтаній старца. У.ыбаясь с.луша.ш
все, что онъ писалъ вновь, и хва.ш.ш. Съ 1803-го
года по самую кончину Державинъ пспыталъ мно-гіе роды стихотвореній: Драму, Оду, Э.легіо,
преложеніе Псалтири, переводъ Гораціевыхъ Одъ,
Иди.ліію, переводы изъ Ши.ціера, изъ Ж. Б. Рус-
со, бралъ предметы изъ Съверной Поэзіи, Рус-
ской стирины. Наконецъ, когда въ 1811 году со-
ставилось литературное общество, подъ назва-
ніемъ: Бесъда любителей Руศкаго слова, Дер-
жавинъ, давшій въ своемъ Петербургскомъ домъ

- 55 -

залу для собраній Бесѣды, пожертвовавшій значительную библиотеку, взялся писать Разсуждение объ Одъ. Когда сошішься накопецъ грудь съ грудью Наполеонъ и Россія, Державшій пѣлѣ начало войны, пареніе орла надъ головою Кутузова, ужасы битвъ, гибель полчищъ Наполеона. Каждая новая вѣсть заставляла струпы лиры его трепетать, и душу его искать въ нихъ прежняго голоса. Послѣ 1812 года и отъѣзда Государя изъ Санктпетербурга, битва при Люценѣ, побѣда при Лейпцигѣ, отъѣздѣ Императрицы, отъѣздѣ Великихъ Князей, смерть Кутузова, взятіе Парижа, срѣтеніе Государя, Государыни, Гвардіи, годичное торжество взятія Парижа — все означеновывалось стихами Державина. Рукоплесканія загремѣли еще разъ дряхлому поэту, при звукахъ пѣсни его на возвращеніе АЛЕКСАНДРА: *Ты возвратился, благодарный! Она бы. па пародною, вмѣстѣ съ немногими другими: Хвала, хвала тѣбѣ, герой — За горамъ за долами — Что такъ рапо солнице вестаю, и проч.*

Намъ непозвѣстны посѣдниѣ дни поста. Знаемъ только, что онъ удалился тогда въ свою Звацку. Тамъ издавна мечталъ онъ о прежней жизни въ тихіе .пѣтніе вечера, на западѣ жизни, и говорилъ просвѣщенному Архипастырю и другу своему Евгенію, бывшему до 1808 года Викаріемъ Новгородскимъ и Епископомъ Старорусскимъ:

- 54 -

Чего въ мой дремлющій тогда не входитъ умъ?
Мимолестящи суть всѣ времени мечтанья:
Преходятъ годы, дни, ревъ морь и бурей шумъ,
П всѣхъ зефировъ повѣванья! ...
Такъ! самыхъ свѣтлыхъ звѣздъ блескъ меркнетъ отъ нощей.
Что жизнь ничтожная? Моя скудельна лира!
Увы! и даже прахъ спахнетъ моихъ костей
Сатуриъ крылами съ тѣнна міра!
Нль, нѣтъ, Евгеній! Ты, бывъ нѣкогда моихъ
Свидѣтель пѣсенъ здѣсь, взойдешь на холмъ тотъ страшный,
Который, тощихъ нѣдрѣ и сводовъ внутрь своихъ,
Вождя, волхва гробъ кроетъ мрачный;
Отъ коего, какъ громъ катается надъ нимъ,
Съ булатныхъ, ржавыхъ вратѣ, и сбруп мѣдной гулы
Такъ слышны подъ землей, какъ грохотомъ глухимъ
Въ лѣсахъ, трясясь, звучать стрѣлъ тулы.

Такъ! развѣ ты, отецъ, святымъ твоимъ жезломъ
Ударивъ о доски, заростшп мхомъ, желѣзны,
Н, свитыхъ вкругъ моей могилы эмъй гнѣздомъ,
Прогопишь бѣдну зависть въ безны.

Не зря на колесо веселыхъ, мрачныхъ дней,
На возвышеніе, на поникенье счастья,
Единой правдою меня въ умахъ людей,
Чрезъ Кши ожившіе согласья...

Еще за нѣско.лько дней до кончины, смотря
на Рѣку времень, извѣстную Пistorическую кар-
ту, Державшій написалъ на аспидной доскѣ нѣ-

- 55 -

есколько строкъ. Вотъ сіп, послѣдніе звуки лиры
безсмертнаго пѣснопѣвца:

Рѣка временѣ въ своемъ стремленьи
Упоситъ всѣ дѣла людей,
И топнить въ пропасти забвенья
Народы, Царства и Царей.
А если что и остается
Чрезъ звуки лиры и трубы,
То — вѣчности жерломъ пожрется
И общей не уйдеть судьбы...

Далѣе еще двѣ строки, но ихъ не льзя разо-
брать (*). Юля 9-го дня, 1816 года, 75-хъ лѣтъ
и 5-ти дней, скончался Державинъ. Онъ завѣ-
щалъ похоронить себя въ Варлаамскомъ Хутын-
скомъ монастырѣ, гдѣ пеоднократно гостилъ
прежде у друга своего Епископа Евгенія, прі-
ѣзжая изъ Званки, и часто, любуясь величествен-
нымъ видомъ на окрестности, говаривалъ ему:
«Здѣсь такъ хорошо, что никогда приходитъ мнѣ
желаніе навсегда здѣсь остаться.» Монастырь сей
стоптъ на 10-й верстѣ отъ Новгорода. Прежде
почти мимо его пролегала Московская дорога.
Суетливая забота мчалась и мчится изъ стои-
цы въ столицу, не внемля звону съ колоколеньъ
Хутыня, напоминающихъ древшою славу Нов-

(*) Дощечка съ этими стихами хранится теперь въ С. Пстер-
бургской Нмператорской Публичной Библиотекѣ.

- 58 -

ницею Россіи, что составляло около трехсотъ верстъ длишику и до двухсотъ верстъ поперечнику. На этомъ тѣсномъ пространствѣ, та и другая армія необходимо должны были избѣгать смѣжности и съ Галлициєю и съ моремъ, чтобы не быть опрокинутой ишь въ море ишь въ предѣлы неутральнаго государства своею противницей. Это уваженіе заставило Генерала Беннингсена оставить Пултускъ и перенести дѣйствіе въ Старую Пруссію. Малъйшая медленность въ этомъ с.учать угрожала намъ неотразимымъ бѣдствіемъ, потому, что главныя силы Французовъ находились тогда не противъ Пултуска, а въ направленіи отъ Цеханова къ Макову. Чрезвычайная ростополь воспретила Наполеону достиль избранной цѣл. и способствоваліа намъ确认шить перемѣщеніе наше чрезъ Остроленку, Тикоцинъ, Щучинъ, Бялу и Рейнъ.

На этомъ окружномъ маршѣ, главнокомандующій нашъ, генералъ Беншгсенъ, оставивъ корпусъ Эссена 1 въ Высокомъ Мазовецкѣ, а дивизію Седморацкаго въ Ганьондзѣ, Юганнисбургъ и Николайкинъ, для связи Эссена съ главными силами арміи, двинулся съ нею къ Бартенштейну.

Въ то время расположеніе Французской арміи было с.лѣдующее:

Гвардія, 12,000, въ Баршавъ.

Корпусъ Ланпа, 25,000, между Броками и Остроленкою, противъ Эссена 1.

- 59 -

Корпусъ Даву, 34,000, въ Мишеницахъ.

Корпусъ Сульта, 30,000, въ Вилленбергъ.

Корпусъ Ожеро 11,000, въ Ниденбургъ.

Резервный кавалерийскій корпусъ, 20,000, подъ командою Мюрата, въ окрестностяхъ Вилленберга.

Корпусъ Бернадотта, 17,000, почти внѣ кру-
га боевыхъ происшествій, — въ Эльбингъ.

Всѣ эти войска размѣщались уже по канто-
ниръ-квартирамъ: только корпусъ Нея, состо-
явшій изъ 22,000 человекъ пѣхоты, и кавале-
рія Бессіера преслѣдовали Прусскій корпусъ Ле-
стока внизъ по Аллеру, въ направленіп къ Фрид-
ланду, и черезъ это находились почти на пути,
которымъ слѣдовала наша армія.

Беннигсенъ узналъ объ этомъ залетномъ по-
ложеніи Нея въ Рейнѣ. Пользуясь бездѣйст-
віемъ Французской арміи, онъ вознамѣрился от-
рѣзать и истребить этотъ корпусъ на походѣ.
Всѣ наши силы обратились съ тою цѣлію на-
Ресель и Бишофштейнъ. Къ несчастію, исполне-
ніе не соотвѣтствовало достопнству плана. Пе-
реходы были медленны; къ тому жъ и направ-
леніе было не довольно наперерѣзъ, что дозво-
лило Несю и Бессіеру пробраться, черезъ Прей-
сшъ-Эйлау, а потомъ, между Пассаргою и Алле-
ромъ, къ Гильгенбургу, и безпрепятственно прим-
кнуть къ массѣ своей арміи.

Между тѣмъ Бернадоттъ, узнавъ о предпрія-
тіи нашемъ на Нея и Бессіера, постигъ опас-

- 60 -

ность, которой подвергъ бы себя дальнейшимъ
пребываніемъ на берегу моря и между крѣпо-
стями, Данцигомъ и Грауденцомъ, которые были
тогда еще заняты Прусскими войсками. Оста-
вивъ окрестности Эльбинга, онъ двинулся на
Голландъ, вступилъ въ Морунгенъ, и подвинулся
авангардъ свой къ Либштату.

Въ это время армія наша. прошедши Гейльс-
бергъ, прибизилась къ Аренсдорфу, и аван-
гардъ ея, подъ командою Генералъ-Маіора Мар-
кова, аттаковалъ Либштатъ.

Непріятельскій авангардъ отступилъ съ уро-
номъ. Марковъ слѣдовалъ за нимъ и аттаковалъ
самаго Бернадотта въ Морунгенъ, но понесъ отъ
него значительное пораженіе, и принужденъ былъ
отойти къ главной арміи, прпбывшей уже въ
Либштатъ.

Тутъ надобно было намъ прекратить дальнейшее движение впередъ, потому что, перешедши уже черту расположенія главныхъ спѣ непріятеля, оставшихся между Ом delevoю и Наревою, оно подвергало насъ потерѣ сообщеній съ дивизіею Седморацкаго, съ корпусомъ Эссена 1, и, что всего важнѣе, съ Россиейскою границею, и заключаю Лѣбствіе наше между Фришъ-гафомъ, Вислою и Французскою арміею при вступленіи ея на пройденные нами пути. Не взирая ни на что, мы, въ намъреніи оторвать Бернадотта отъ главной Французской арміи и освободить Грау-

- 61 -

денцъ отъ блокады, продолжали подвигаться въ бездну, преслѣдуя Бернадотта, отступавшаго на Дейчъ-Эйлау и Страсбургъ къ Торну. Уже мы были около Либемиля, занимая Ризенбургъ Прусскимъ корпусомъ Лестока; авангардъ нашъ, подъ начальствомъ Князя Н. Н. Багратіона, вступилъ въ Дейчъ-Эйлау, а его аванпосты, подъ командою полковника Юрковскаго, въ Страсбургъ. Однако какое то темное чувство тревожило Беннигсена на счетъ соотносительнаго положенія нашего съ главными силами Наполеона. Чтобы сколько нибудь исправить его защитою затыльныхъ сообщеній нашихъ, главнокомандующій счелъ нужнымъ оставить корпусъ Сакена въ Зебургъ, а корпусъ Князя Д. В.І. Голицына въ Алленштейнѣ, и этимъ полу-мѣропріятіемъ только увеличилъ протяженіе арміи, подвергнулъ Сакена и Голицына натиску превосходнаго числомъ непріятеля, и ни мало не улучшилъ положенія главной арміи, направлениаго къ ложному предмету действій. Но Русскій Богъ великъ! Вдругъ аванпостные козаки авангарда берутъ въ п.ѣнѣ Французскаго офицера, посланнаго курьеромъ отъ маршала Бертье къ Бернадотту съ повелѣніемъ Наполеона напирать на армію нашу и не упускать ее изъ виду, и съ извѣщеніемъ его о движеніи всѣхъ Французскихъ силъ на Виллепбергъ, Пассенгеймъ и Алленштейнѣ. Медлить было не когда. Багратіонъ мгновенно

- 62 -

постігъ опасность. Онъ въ ту же минуту отос-
лалъ и пѣннаго курьера и перехваченную бу-
магу къ Бенингсену, и не дождая повелѣнія
отъ него, самъ собою обратилъ авангардъ вспять
и пустился на соединеніе съ арміею усиленны-
ми переходами. Однако, предвиля неминуемость
генеральнаго сраженія, онъ, въ намѣреніи обез-
сить непріятельскую армію цѣлымъ корпусомъ войскъ, не забылъ и о Бернадоттѣ: прика-
залъ Юрковскому аттаковать его аванпосты, сбить
ихъ и преслѣдовать цѣлый день, чтобы черезъ
это увѣрить его, что намѣреніе наше тѣнить
его всѣми сапами не измѣнилось и продолжает-
ся. Приказаніе Юрковскому заключилось пост-
скриптомъ, который предписывалъ ему обратное
движеніе при наступленіи ночи и поспѣшнѣй-
шее слѣдованіе для прикнутія къ авангарду, по
приложенному маршруту.

Предпріятіе это увѣнчалось желаемымъ успѣ-
хомъ. Бернадоттъ, не получувъ повелѣнія На-
полеона, которое было перехвачено козаками,
остался въ безъизвѣстности о направленіи г.лав-
ныхъ сапѣ Французовъ въ тыль нашей арміи,
угрожавшимъ ей такою гибелью. Къ тому жъ,
онъ полагалъ, что натискъ Юрковскаго подцер-
живается всѣмъ авангардомъ, а авангардъ всею
нашею арміею, и продолжалъ отступленіе къ
Торну, что отерочилю прибытіе его на Эйлау-
ское поле цѣлыми сутками.

- 63 -

Юрковскій примкнулъ къ авангарду нѣсколь-
кими часами позже присоединенія авангарда къ
арміи подъ Янковымъ. Но Прусскій корпусъ Лес-
тока, бывъ отъ Янкова гораздо далѣе Багратіо-
на, не могъ уже надѣяться достичнуть этого
пункта безъ опасности, и потому избралъ себѣ
путь на Саальфельдъ, Вормдатъ и Мельзакъ,
стараясь всегда находиться на одной высотѣ съ
нею, по мѣрѣ ея отступленія.

Двадцать втораго Января, авангардъ засталъ
всю армію сосредоточенною при Янковѣ, льце
съ лицемъ съ Французскою, которая полагала,
что Янковскій путь занятъ однимъ корпусомъ
Князя Голицына, и изумлена была неожиданною
встрѣчею всѣхъ нашихъ сплѣ, готовыхъ къ от-
пору патиска: извѣстіе о взятіи козаками послан-
наго къ Бернадотту курьера тогда еще не дохо-
дило до Наполеона. Обманутый въ своемъ стра-
тегическомъ предпріятіи, онъ вознамѣрился, по-
средствомъ тактическаго дѣйствія на нашъ лѣ-
вый флангъ, возвратить потерянное, поставивъ
опять армію нашу въ то самое положеніе, кото-
раго избѣгла она быстрымъ перелетомъ отъ
Дейчъ-Эйлау къ Янкову. По этому, Сультъ ат-
таковалъ Бергфридъ, деревню, къ которой при-
мыкалъ нашъ лѣвый флангъ, а Генералъ Гюо
поскакалъ съ брігадою легкой кавалеріи къ Гут-
штату. Мы отстояли Бергфридъ; но Гутштатъ,
заключавшій въ себѣ часть обозовъ арміи безъ

- 64 -

охранныхъ войскъ, попался въ руки Францу-
зовъ, – партизанскій набѣгъ, замѣчательный при
общемъ тогдашнемъ неведѣніи правилъ этого
рода действій.

При наступленіи ночи армія наша отошла къ
Вольфсборфу, оставивъ дія прикрытія этого от-
ступленія appiergarль Генералъ-Маіора Барклая-
де-Толли на очищенномъ ею мѣстѣ.

Поутру двадцать третьяго, Барклай поднялся
всѣдъ за арміею, но на пути аттакованъ былъ
превосходными силами: цѣлый день сражался
онъ, и потерпѣлъ много, особенно при Депенѣ,
но къ вечеру примкнулъ къ арміи, стоявшей
уже на боевой позиціи при Вольфсдорфѣ. Ночью
армія снялась съ позиціи и потянулась по напра-
влению къ Ландбергу. Appiergarдъ Багратіона
смѣнилъ утомленный наканунѣ appiergarдъ Барк-
лая, и остался при Вольфсдорфѣ съ тою же
цѣлию, дія которой оставленъ былъ наканунѣ
appiergarдъ Барклая при Янковѣ.

Двадцать четвертаго, поутру, Багратіонъ ат-
такованъ былъ наступившимъ непріятелемъ. Бит-
ва была горячая, но не смотря на успешія Фран-
цузовъ, щегоство въ порядкѣ сохранено было
во всѣхъ частяхъ appiergarда. Къ вечеру онъ
потянулся всѣдъ за арміею черезъ Талбашъ и
Кашаусъ, и прибылъ въ Бергерсвальдъ, въ
трехъ верстахъ отъ Фрауэндорфа, гдѣ на нѣ-
 сколько часовъ пріостановилась главная армія.

- 65 -

Въ этотъ день Прусскій корпусъ Лестока, шел-
шій на одной высотѣ съ apprіергардомъ нашимъ
по направленію на Вормдатъ, аттакованъ былъ
корпусомъ Нея, отряженнымъ исключительно
противъ него отъ главной Французской арміи,
на походѣ ея изъ Янкова къ Вольфсдорфу. Въ
одно и то же время отряженъ былъ отъ нея и
корпусъ Даву на Гейльсбергъ, для облегченія
шествія арміи по стѣспенной снѣгами дорогѣ,
отъ которой чрезмѣрно растягивалась маршевая
колонна.

Въ ночь на двадцать пятое, армія наша вы-
стушила къ Ландсбергу, но не одною уже, а дву-
мя колониами, для избѣжанія, подобно Француз-
ской арміи, затрудненія въ движеніи одною ко-
лонною по пути, заваленному снѣгами. Первая
колонна потянулась большою дорогою; вторая,
подъ начальствомъ Сакена, на Спервартенъ и Пе-
терсгагенъ; apprіергардъ Барклая прикрывалъ от-
ступленіе первой; apprіергардъ Багратіона шелъ
на Клаузиттенъ, Пауленъ и Папертенъ въ Ландс-
бергъ, гдѣ примкнулъ къ арміи почти въ одно
время съ Барклаемъ, который понесъ на пути
своемъ, подъ Гофомъ, сильное пораженіе.

Бросивъ взглядъ на карту, мы увидимъ, что
направленіе этого трехъ-суточнаго отступія
нашей арміи и мало не перечило главной мыс-
ли Наполеона, отслонить насъ отъ сообщеній
нашихъ съ Нѣманомъ, или, что одно и то же,

5

- 66 -

съ Россиєю, и подавить насъ тыломъ къ морю,
то есть къ Фришъ-гафу. Въ противодѣйствіе
этой мысли, къ чему должны были кюниться
усилія наши въ теченіе трехъ-суточнаго отступ-
ленія? Къ сохраненію сообщеній съ Нѣманомъ
посредствомъ движенія всею громадою войскъ отъ
Янкова къ Гутштату, вмѣсто того, чтобы итти
къ Вольфсдорфу; и.ш отъ Во.льфсдорфа къ Гейльс-
бергу, — вмѣсто того, чтобы итти къ Ландсбер-
гу; и.ш отъ Ландсберга къ Домнау и Фрил.ан-
ду, вмѣсто того, чтобы итти къ Прейсшъ-Эй-
лау. Такимъ движеніемъ мы неминуемо разру-
шили бы всѣ намъренія Наполеона: избавясь по-
средствомъ этого движенія отъ охвата лѣваго
нашего фланга правымъ флангомъ Французской
арміи, мы заслонили бы сообщенія наши съ Рос-
сіею и удалились отъ Фришъ-гафа, — отъ моря,
къ которому болѣе и болѣе прибывался тыль
нашъ, по мѣрѣ нашего отступленія и направ.ле-
нія къ Эйлау и Кенигсбергу.

Но стратегическіе виды рѣшительно пожертвованные бы.ш какимъ-то минимымъ тактическимъ выгодамъ, основаннымъ на ложномъ мнѣніи, что войску Русскому столько же необходимо для битвы мѣстоположеніе открытое, сколько Французскому закрытое и.ш изобилующее естественными препятствіями, и что, сверхъ того, «войску «нашему, по малому его навыку къ стройнымъ «движеніямъ въ бояхъ, выгоднѣе оборонитель-

- 67 -

«Ное, чьмъ наступательное действіе,» — какъ будто за семь лѣтъ передъ тъмъ, при Суворовѣ, оно знало, не говорю сущность оборонительнаго дѣйствія, а одно названіе этого рода дѣйствій!
Какъ будто Альпы, съ ихъ ущеліями, пропастями, потоками и заоблачными высями, принадлежать болѣе равнинамъ, чьмъ мѣстоположеніямъ закрытымъ и изоблѣющимъ естественными прегятствіями!

Но таково бы лю разсуждение всѣхъ вообще военачальниковъ того времени, и на этомъ-то разсуждение еснована была мысль — сразиться при Эйлау, и сразиться оборонительно.

Между-тъмъ Наполеонъ, не зная, что Беннигсенъ избралъ Эйлау полемъ битвы, и привыкнувъ трехъ-дневнымъ опытомъ достигать нашу армию подъ вечеръ и видѣть ее уходящую съ занятой позиціи во время ночи, предполагалъ Прегель и кантониръ-квартиры за Прегелемъ единственными предметами нашего отступленія. Ни въ какомъ случае не думалъ онъ, и не могъ думать, чтобы сраженіе ожидало его подъ Эйлау,— на пунктѣ, не представляющемъ никакого не только стратегическаго, по даже тактическаго препмущества передъ Янковымъ, Вольфсдорфомъ и Ландсбергомъ, которые мы оставили безъ спора. Съ этой мыслью слѣдовалъ онъ за нами по большой дорогѣ, имъя въ двадцати или двадцати пяти верстахъ отъ главныхъ силъ своихъ

*

- 68 -

вправо Даву на Гейпьсбергской дорогѣ, а влѣво
Нея, преслѣдовавшаго Прусскій корпусъ Лесто-
ка по направлению къ Крейцбургу, и на по.ныя
сутки позади себя Бернадотта, не знавшаго о
происхожнемъ.

Ночью на двадцать шестое, армія наша выступи-
ла отъ Ландсберга, и по непмѣніо двойнаго пути,
довољно битаго и шпрокаго, потянулась къ Эй.лау
снова одною колонною. Арріергардъ Багратіона
оставленъ былъ въ Ландсбергѣ, ля прикрытія это-
го движенія. По с.учаю мѣпкатнаго выступ.ле-
нія съ мѣста отдыха и медленности движенія
одною колонною, Багратіонъ принужденъ былѣ
отсрочить отступ.леніе арріергарда до осьмаго
часа утра. Въ осьмомъ часу непріятельскія ко-
лонны двинуллись: онъ спустились со снѣжныхъ
высотъ Гофа, и, подобно шпрокому потоку, раст-
лалис, по всему пространству отъ Гофа до Ландс-
берга. Бой завязались; мы отступали, тѣснимые
и давимые превосходною силою. Не дошлось до
половины разстоянія отъ Ландсберга до Эй.лау,
весь арріергардъ уже вступилѣ въ дѣло. Подош-
ло мѣстоположеніе открытое: нужно было бо-
лѣе кавалеріи. Багратіонъ пос.алѣ меня къ г.лав-
нокомандующему, просить у него нѣско.лько кон-
шыхъ полковъ на подкрѣпленіе арріергарда. Бен-
шгсенъ приказалѣ миѣ взять два первые кон-
шые по.ка, которые я встрѣчу не дошлыми
еще до позиціи. Жребій палѣ, кажется, на Санкт-

- 69 -

петербургскій драгунскій и на Литовскій уланскій полки, съ которыми я рысью отправился черезъ Эйлау къ арріергарду, отступившему уже къ Грифовшенской мызъ. Его Величества кирасирскій (*) и два драгунскіе полка, Каргопольскій и Иигерманландскій, присланы были вслѣдъ за конпицею, которую я привѣлъ. Между-тѣмъ не-пріятель продолжалъ напрать сильнѣе и сильнѣе. Арріергардъ отступалъ въ порядкѣ и безъ волненія. Нѣсколько полковъ осьмой пѣхотной дивзіи подошли къ нему на подмогу, такъ какъ армія не вся еще вступила на избранное для ней боевое поле. Нужно было удержать стремленіе непріятеля на нѣкоторое время, чтобъ дать сей средства довершить свое размѣщеніе и упрочить осѣдْлость на позиціи. Возвратясь къ Багратіону, я нашелъ его засыпаннаго ялрами и картечами: онъ давалъ приказаніе съ геройскимъ величіемъ и очаровательнымъ хладнокровіемъ. Вскорѣ объ сражавшіяся стороны столкнулись, потому что Багратіонъ, получивъ подкрѣпленіе и извѣстіе о неготовности еще арміи къ бою, остановился, а Наполеонъ, который расчитывалъ долговременность отступленія Багратіона, продолжалъ прибывоей своей арміи, и напралъ волнами на волны. Ружейный огонь трещалъ по всей линіи, и не разъ прерывался звуками желѣза о желѣзо. Пѣхотные полки, Псковскій и Софійскій, ходили на штыки

(*) Я имѣлъ счастіе служить тогда адъютантомъ при Князѣ.

- 70 -

съ успѣхомъ на сорокъ-шестой линейный. Санкт-
петербургский драгунский, ведомый Полковникомъ
своимъ Дехтяревымъ, ударилъ на осьмнадцатый
линейный, который шел отъ Григорфшена меж-
ду озеромъ и холомъ, находящимся возле мы-
зы: онъ затопалъ этотъ полкъ, разсѣялъ его
и взялъ одного орла. Полковникъ А. П. Ермо-
ловъ, команду всей артиллеріею appiergarida,
сыпалъ картечи въ густоту наступавшихъ ко-
лонъ, которыхъ передніе ряды ложились лос-
комъ, но слѣдующіе шагали по трупамъ,валили
впередъ, и не теряли ни отваги, ни наглости.
Несмотря на всѣ наши успѣя удержать мѣсто
боя, appiergarдъ оттѣснень былъ къ городу, за-
нятому нашими войсками, и ружейный огонь
изъ переднихъ домовъ и заборовъ побѣжалъ по-
всему его протяженію, намъ на подпору, но тщет-
но. Непріятель, успѣвъ рѣшительный натискъ
свой свѣжими громадами войскъ, вюмился внутрь
Эйлау. Сверкнули выстрѣлы его изъ за ул.ловъ,
изъ оконъ и съ крышъ домовъ; п.ш посыпались
градомъ и ядра занимали стѣнчившуюся въ уш-
цахъ пѣхоту нашу, еще разъ оценичившуюся.
Эйлау болѣе и болѣе наполнялся непріятелемъ.
Приходилось уступить ему эти каменыя дефи-
лен, столько для насъ необходимыя. Уже Бар-
кай упалъ, раненый; множество штабъ и оберъ-
офицеровъ подверглись той же участи и, лег-
ли на мѣстѣ, и улицы завалились мертвыми тѣ-

- 71 -

лами нашей пъхоты. Багратіонъ, котораго не-
пріятель тъснилъ такъ упорно, такъ неотступ-
но, числомъ столь несоразмѣрнымъ съ его си-
лами, началъ оставлять Эйлау пагъ за шагомъ.
При выходѣ изъ города къ сторонѣ позиціи, онъ
встрѣтилъ главнокомандующаго, который, под-
крѣпивъ его полною пъхотией дивизіею, прика-
залъ снова овладѣть городомъ, во чтобы то ни
стало, потому что обладаніе нимъ входило въ со-
ставъ тактическихъ его предначертаній. И под-
линно, независимо отъ другихъ уваженій, го-
родъ находился только въ семи стахъ шагахъ
отъ праваго фланга нашей боевой линіи. Багра-
тіонъ безмолвно слезъ съ лошади, сталъ впере-
ди передовой колонны и повелъ ее обратно въ
Эйлау. Всѣ другія колонны ношли за нимъ спо
койно и безъ шума. Но при вступленіи въ ули-
цы все заревѣло ура, ударило въ штыки, и мы
снова овладѣли Эйлаюомъ. Почь прекратила бит-
ву. Городъ остался за нами.

Занявъ его достаточнымъ числомъ пъхоты, Баг-
ратіонъ снабдалъ начальствовавшаго надъ ними
приказаніями и наставленіями, распустилъ про-
чія войска арріергарда по мѣстамъ, назначен-
нымъ въ диспозиціи, и не пѣвъ уже команды,
отправился въ главную квартиру, которая за-
нимала тогда мызу Ауклапенъ, въ трехъ вер-
стахъ отъ Эйлау, въ тылу нашей линіи.

Пожаръ костровъ запылалъ въ объехъ ар-

- 72 -

міяхъ. Казалось, что все кончено до с.лѣдующаго
утра. Вышло иначе. Взятіе приступомъ города
произвело то, что производить всякой удачный
приступъ, — разбродъ по улицамъ и по домамъ
большей части войска, которое предалося свое-
вольству и безначалію. Надобно было собрать
ихъ и устроить. Начальствовавшій надъ этимъ
войскомъ прибѣгъ къ единственному въ такихъ
с.лучаяхъ способу, — барабану, но онъ забылъ,
что находится лицемъ къ лицу съ непріятелемъ,
котораго бивачные огни пылали почти у воротъ
города, и недостаточно обдумалъ дѣло: онъ при-
казалъ ударить сборъ, не назначивъ мѣста, гдѣ
его ударить. Барабаны загремѣли, но не въ сто-
ронѣ города, ближайшей къ непріятелю, а въ
самой отдаленной отъ него, или, лучше сказать,
у самаго отверстія улицъ, ведущихъ изъ горо-
да къ позніи нашей арміи. Можно вообразить,
что произвела подобная оплошность! Едва бара-
банный бой раздался по городу, какъ все х.ы-
нуло къ точкѣ сбора, оставшь и ворота Эйлау-
скія, и площадь, и улицы, безъ защиты. Непрія-
тель этимъ воспользовался, вступілъ по пя-
тамъ нашимъ въ очищенный городъ, и располож-
лись въ немъ съ полной рѣшимостью удер-
жать его за собою, во что бы то ни стало.

Неожиданное и, можно сказать, несчастное
происшествіе это, угрожая правому флангу на-
шему внесaptнымъ почнымъ нападеніемъ, прину-

- 73 -

дило Бенингсена исключить на всю ночь всю четвертую пъхотную дивизию изъ босваго порядка, успилить ее Архангелогородским пъхотным полкомъ и расположить между арміею и городомъ, и сверхъ-того, передвинуть ближе къ отверзтіямъ улицъ баттарею изъ сорока баттерейныхъ и двадцати легкихъ орудій, заложенную прежде на самой оконечности праваго фланга арміи. Но тѣмъ не ограничилась неблагоприятность этого обстоятельства: оно лишило пась на другой день средства, еще за пять часовъ до прибытія корпуса Даву на поле сраженія, двинуть всѣ силы наши на флангъ Французской арміи, бывшей тогда безъ этого корпуса, безъ корпуса Неля, безъ корпуса Бернадотта и лишенной всякихъ опоръ флангамъ своимъ, расположеннымъ за городомъ, на оси которого мы безопасно могли предпринять этотъ рѣшительный поворотъ вправо и воспользоваться превосходствомъ и силъ нашихъ и мѣстности. Наконецъ, оно перенесло на сторону непріятеля всѣ выгоды, представляемыя опорою на Эйлау: уже Французы, а не мы, совершили на его оси поворотъ влѣво: ихъ армія примкнула такимъ образомъ къ подходившему на поле сраженія корпусу Даву, охватила имъ весь лѣвый флангъ нашъ, подавила его къ Кенигсбергской дорогѣ, и тѣмъ выполнила виды Наполеона, которые, съ самаго начала движенія его отъ Наревы, клонились къ

- 74 -

тому, чтобы отстранить насъ отъ послѣдняго
прямаго сообщенія съ Россией и отбросить къ
Кенигсбергу и къ Фришъ-гафу. Словомъ, по за-
нятіи непріятелемъ Эйлау, намъ ни минуты не
сѣдовало оставаться на избранномъ намъ боевомъ полѣ,
надобно было тотчасъ отойти къ
Домнау п.ш. къ Фридланду, перемѣщеніе безо-
пасное, по случаю свободнаго въ этомъ направ-
леніи отверзтія, еще непресѣченнаго корпусомъ
Даву, и ночи, которой оставалось боїве чѣмъ на
семь часовъ временп, слѣдовательно по-крайней-
мѣрѣ на двадцать верстъ переходу.

По волю главнокомандующаго была не колеби-
ма: жребій былъ брошенъ.

Армія наша, заключавшая въ себя отъ 78,000
до 80,000, размѣщена была такъ:

Она примыкала травымъ флангомъ къ большой
Кенигсбергской дорогѣ и шла нѣско.лько косвен-
но къ городу; потомъ, не loходя около пол.вер-
сты до города, образовала тупой уго.ль и, петл-
ная львымъ флангомъ, ушpirалась къ К.лейнъ-
Санстартену.

Деревня Серпальтенъ, находившаяся впереди
Санстартена, занята была слабымъ отрядомъ Ге-
пераль-Маіора Багговута.

Четыре пъхотныя дивизіи, вторая, третья, пя-
тая и осьмая, постросены были въ двѣ мині:
два бatalionа каждого полка развернутымъ фрон-
томъ, третій позади ихъ въ коюнкѣ.

- 75 -

Резервъ, состоявшій изъ двухъ дивизій, чет-
вертой и четырнадцатой, построенъ былъ въ двѣ
густыя колонны, и имѣлѣ при себѣ шестьдесятъ
орудій конной артиллеріи. Въ началѣ онъ рас-
положенъ былъ по обѣимъ сторонамъ мызы Ау-
клапенъ, но при разсвѣтѣ переведенъ ближе къ
центру арміи.

Особый резервъ, состоявшій изъ одной диви-
зіи, поминется, изъ седьмой, построенъ былъ въ
одну колонну, и поставленъ на лѣвомъ флангѣ
арміи.

Вся конница раздѣлена была на три части, и
разставлена на флангахъ и въ срединѣ арміи, гдѣ
находилось не болѣе двадцати восьми эскадроновъ.

Козацкіе полки расположены были на обоихъ
флангахъ уступами.

Кромѣ артиллеріи, размѣщенной вдоль линіи
тина находившейся при резервѣ, первая баттарея,
изъ сорока баттарейныхъ и двадцати легкихъ ору-
дій, заложена была вначалѣ на правомъ флангѣ
арміи у Кенигсбергской дороги, а по занятіи
непріятелемъ города подвигута на семьсотъ ша-
говъ отъ него. Вторая баттарея изъ семидесятіи
баттарейныхъ орудій, расположена была почти на
центрѣ арміи, въ верстѣ отъ города; а третья,
изъ сорока баттарейныхъ, между этою баттаре-
ею и Саусгартеномъ. Ко всѣмъ тремъ баттаре-
ямъ примыкали войска первой нашей линіи, какъ
куртины къ бастіонамъ.

- 76 -

Прусский корпусъ Лестока, усиленный Выборг-
скимъ пѣхотнымъ полкомъ и простіправшійся по-
чи до 8,000 человѣкъ, былѣ еще далеко, но
направился къ Альторфу, то есть, къ правому
флангу нашей позиціи, заманивая одною бріша-
дою, командуемою Генераломъ Плюцомъ, Нея къ
Крейцбургу, для отвлечения его отъ круга рѣ-
шительныхъ происшествій и отъ содѣйствія въ
приготовляющемся боѣ.

Правымъ флангомъ командовалъ Генералъ-Лей-
тенантъ Тучковъ 1-й; срединю Генералъ-Лей-
тенантъ Сакенъ; лѣвымъ флангомъ Генералъ-
Лейтенантъ Графъ Остерманъ-Толстой; резер-
вомъ Генералъ-Лейтенантъ Докторовъ; всею ка-
ва.леріею Генералъ-Лейтенантъ Князь Голшынъ;
артилеріею Генералъ-Маіоръ Рѣзвой. Баграті-
онъ, который былѣ всѣхъ моложе въ чинѣ Ге-
нералъ-Лейтенанта, не имѣлъ особой команды и
назначенѣ былѣ подъ начальство къ Докторову.

Французская армія, въ ночь съ 26 на 27 чис-
лю, расположена была с.ѣдующимъ порядкомъ :

У передовыхъ строенныхъ города и въ городѣ
пѣхотная дивизія .Іеграна.

На правой сторонѣ города пѣхотная бригада
Вивіена; на лѣвой пѣхотная бригада Фере: обѣ
онѣ составляли пѣхотную дивизію Леваля.

Къ правому флангу бригады Вивіена примы-
кала пѣхотная дивизія Сентъ-И.іера.

Всѣ эти три дивизіи составляли корпусъ Сульта.

- 77 -

На правомъ флангѣ дивизіи Сентъ-Илера, уступомъ, драгунская дивизія Мило.

За городомъ, по объимъ сторонамъ Ландсбергской дороги, драгунскія дивизіи Клейша и Грушп.

Уступомъ отъ ихъ лѣваго фланга, позади пѣхотной бригады Фере, гвардейская кавалерійская дивизія.

На лѣвомъ ея флангѣ, выступомъ, легкія кавалерійскія бригады Кольберта, Гюо и Брюера; а уступомъ, кирасирская дивизія Гопульта.

Легкая кавалерійская бригада Дюропелля на оконечности лѣваго фланга всей арміи, между ею и селеніемъ Альторфъ.

Позади кирасировъ Гопульта, на дорогѣ, отъ Эйлау къ селенію Стробенену, пѣхотный корпусъ Ожеро.

Пѣшая гвардія Наполеона и его собственный бивакъ на холмѣ между Эйлау и Гришгофшенскою мызою.

Пѣхотный корпусъ Даву, верстахъ въ двадцати отъ арміи, на Бартенштейнской дорогѣ.

Пѣхотный корпусъ Нея, на Мельзакской дорогѣ къ Цинтену, около селенія Гуссененъ, верстахъ въ двадцати пяти отъ арміи.

Пѣхотный корпусъ Бернадотта на одинъ сутки позади арміи.

Мъстоположеніе занимаемой нами позиціи представляю с слегка-холмистую равнину, заключенную въ возвышеніяхъ, не весьма значительныхъ

- 78 -

и довольно отъ насъ отда.исныхъ, бо.лье однако
об.изкихъ со стороны нашаго лѣваго Фланга, сто.ль
опаснаго д.ля насъ и въ стратегическомъ смыслѣ.
Снигъ покрыва.ль зем.ю: это затрудняю пере-
мѣщеніе арти.леріи, а о.леденѣ.лыя и покрытыя
снѣгомъ озера, разбросанныя на полѣ сраженія,
бы.ш весьма обманчивы, пр.став.ляя п.люскости,
повидимому, удобныя, но въ существѣ нѣсколь-
ко опасныя д.ля л.виженія арти.леріи. Бо.юта
бы.ш еще непроходимы даже и д.ля пѣхоты. По-
года бы.ла вообще ясная, хотя нерѣдко отемня-
емая скоропостижными и пролетными появленія-
ми густаго снѣга. Стужа была легкая, и не пре-
вышла 5° и.ш 4 градусовъ.

(Окончание въ будущее н.мерп.)

ШШ.

СМБСЬ.

I. ПОДВИГЪ ГЕНЕРАЛА ЭММАНУЕЛЯ. Въ качествъ начальника авангарда, Генералъ Эммануель ишь лѣ обыкновеніе лично обозрѣвать положеніе непріятеля: на другой день послѣ Лейцинскаго сраженія, онъ, исполняя эту добровольную обязанность, отправился за авашпосты, ишья при себѣ только Капитана Кнобеля, Поручика Зельмица, Князя Голицына и восемь кавалеристовъ для прикрытія. Генералъ проѣхалъ вдоль по берегамъ Эльстера сколько было ему нужно для его наблюдений и уже поворотилъ назадъ, когда замѣтилъ двухъ человѣкъ, которые старались пробраться на противоположный берегъ по обломкамъ разрушеннаго моста, состоявшаго изъ перечныхъ перекладинъ, одинъ изъ нихъ ставался провести съ собою лошадь, которая поскользнулась, упала и исчезла въ волнахъ. Генералъ Эммануель подскакалъ къ мосту и угрозами принудилъ незнакомцевъ перейти спова на нашу сторону и сдаться. Одинъ изъ пленниковъ

- 80 -

разстегнул шинель, показалъ свои знаки от.ш-
чія, и объявилъ, что онъ Генералъ Лористонъ.
Конвой поспѣшилъ взять его съ собою. Недалеко
оттуда представилась дово.льно широкая улица
Лейпцгскаго предмѣстія, которал пересѣкала
дорогу. Въ то самое время, какъ Генералъ Эм-
мануель собирался черезъ нее переѣхать, онъ
увидѣлъ Французскій батальонъ, который шелъ
въ величайшемъ порядкѣ, съ заряженнымъ ружья-
ми. Впереди находилось человекъ двадцать офи-
церовъ. Русскіе остановились. Извѣшны тро-
пинки, по которой они ъхали и деревья, бывшія
по ея сторонамъ, скрывали малочисленность кон-
воя. Генералъ Эммануэль, чувствуя, что здѣсь
нельзя долго размышлять, и замѣтивъ нѣкото-
рое замѣшательство между Французами, закри-
чалъ имъ стенторовымъ голосомъ: Bas les armes!
«Кладите оружіе!» Изумленные офицеры начали
совѣтоваться между собою: но неустрашанный
Генералъ Эммануэль, видя ихъ колебаніе, закри-
чалъ имъ снова: Bas les armes ou point de
quartier! «Кладите оружіе, не то вамъ не бу-
детъ пощады!» И въ тоже мгновение, махая саб-
лею, обратился съ удивительнымъ присутствіемъ
духа къ своему отряду, какъ-будто дія того,
чтобы скомандовать аттаку. Но тутъ всѣ Фран-
цузскія ружья упали на землю какъ по волшеб-
ству, и двадцать офицеровъ, предводимые маю-
ромъ Ожеро, братомъ маршала, поднесли свои

- 81 -

шпаги. Генералъ сказалъ имъ съ благородствомъ, что онъ вѣритъ ихъ чести, и велѣлъ всему отряду плѣнныхъ итти впереди его. Офицеры, благодарные за этотъ знакъ довѣренности, повинуются ему, и идутъ прямо къ Русскимъ аванстамъ, отъ которыхъ нашъ Генералъ удалился было на значительное разстояніе. Лористонъ, углубленный въ размыщеніе во время страннаго шествія слишкомъ четырехъ сотъ человѣкъ, положившихъ оружіе предъ двѣнадцатью Русскими, обратился къ Генералу Эммануелю съ вопросомъ: «Кому я имѣлѣ честь отдать свою шпагу?» — Вы имѣли честь сдаться, отвѣчалъ онъ, Русскому Генералъ-Маюру Эммануелю, командиру трехъ офицеровъ и восьми козаковъ. — Трудно опсать досаду и отчалніе Лористона и всѣхъ Французовъ.

Взлые плѣнные приводили въ большое затрудненіе нашего Генерала, которому надобно было итти далѣе. Узнавъ, что Ихъ Величества, Императоръ Россійскій и Прусскій Король, находятся со всѣмъ своимъ штабомъ на большой Лейпцгской площади, онъ представлѣ самому Императору бывшаго Французскаго посланника въ Россіи. Но побѣда, одержанная на канунѣ, была ознаменована такимъ множествомъ трофеевъ, что этотъ прекрасный подвигъ не былъ замѣченъ и долго оставался въ непозвѣстности.

6

- 82 -

2. ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ КУТУЗОВА. Въ сраженіи подъ Аустерлицемъ раненъ смертельно Кутузова зять, Графъ Тизенгаузенъ, прекрасный молодой человѣкъ. Двигимый духомъ мужества, онъ стремился въ самыя опасныя мѣста; пуля прошлила ему грудь, онъ упалъ съ лошади...

Кутузовъ, узнавъ объ этомъ печальномъ извѣстіи, не изъявилъ ни малѣйшаго знака наружной скорбіи: казалось, онъ былъ совершенно покоенъ, и отдавалъ приказанія въ проголеніи цѣлаго сраженія съ необыкновеннымъ хладнокровіемъ. Но на другой день прибѣшенные застанѣ его въ невыразимой горести; слезы тек._ш ручьями; онъ рыдалъ неутѣшно надъ трупомъ. побимаго сына, погибшаго въ первыхъ мѣтахъ юности... Желая его успокоить, нѣкоторые изъ прибѣженныхъ рѣшійлись сказать, что они не ожидали видѣть его въ такомъ отчаяніи, послѣ того великодушія, съ которымъ перенесъ онъ вчера этотъ ударъ. — «Вчера, — отвѣчаłъ Кутузовъ, — я былъ начальникъ, а сего дня — отецъ!»

### 3. ПЕРЕПРАВА РУССКИХЪ ВОЙСКЪ ЧЕРЕЗЪ КАМЧИКЪ, ВЪ 1829 ГОДУ (*)

Наша баттарея была на позиціи, за опушкой лѣса, надъ берегомъ Камчика. Устальные и полусонные солдаты усѣлись чинно на станшнахъ, ста-

(*) Нзъ воспоминаній артиллерійскаго оцінца.

- 83 -

раясь разсмотрѣть сквозь густой мракъ непрія-
те.льскіе ретраншементы. Сфицеры задумчіво рас-
хаживали посереди своихъ взводовъ, перебирая въ
рукахъ холодный діоптръ, между тѣмъ какъ ђз-
довые съ орудійными лошадями, заложенными
по-парно въ передки, безпечно дремали въ гус-
тотъ лѣса. Кругомъ свѣтѣло, и надъ правымъ
берегомъ рѣки яснѣй зачернѣлись Турецкія бат-
тарен; надъ брустверомъ яснѣй замелькали чело-
вѣческія фигуры; вотъ видѣлись уже лафетныя
колеса, видѣлось дуло, отдѣлившееся отъ отло-
гой подошвы амбразуры. Разсвѣло, и въ непрія-
те.льскихъ укрѣпленіяхъ все затихло: не видно
было ни движения, ни людей въ амбразурахъ, и
многіе изъ нашихъ радовалісь, думая, что Тур-
ки со страху бѣжали въ горы; но мы были ос-
торожны. Наведенныя орудія неподвижно глядѣ-
ли въ боевыя подушки непріятельскихъ лафетовъ.

Вдругъ раздался шумъ и крикъ въ Турецкихъ
ретраншементахъ: задымились пальники, блес-
нулъ рядъ молній, и громъ перовнаго залпа от-
дался въ лѣсу. Сонныя лошади встрепенулись
отъ внезапнаго залпа. Турки огласили воздухъ
криками-Аллахъ! когда наши испуганныя трой-
ки, безъ ђздовыхъ, помчались съ зарядными ящи-
ками вдоль берега. Мы съ ужасомъ смотрѣли,
какъ взвивалась пыль изъ подъ осей двухъ-ко-
лесныхъ ящиковъ. Случай неожиданный спасъ
намъ заряды: домчавши ящики до лощины, трой-

- 84 -

ки разскакалась въ разныя стороны, - и вдругъ, какъ-будто сговорившись, бросилась одна къ другой, и запуталась въ тѣснемѣ кругѣ.

Между тѣмъ, не ожидая втораго непріятельскаго залпа, огонь былъ и ровно пробѣжалъ вдоль нашей баттареп, и ядра, огонь за другимъ, стали рвать, съ ужаснымъ трескомъ, почти прозрачные туры Турецкихъ брустверовъ. Невыразимо страшно отдавался громъ выстрѣловъ въ лесу, Турецкія ядра свистѣли иронізительно по верхушкамъ деревьевъ, разметая срѣзанные сучья во всѣ стороны; печальные вопли раненыхъ стонали въ облакахъ густаго дыма, висѣвшаго черной тучей надъ рѣкою. Вначалѣ, бой казался сомнительнымъ; но скоро върные полеты нашихъ снарядовъ, разрушая непріятельскія амбразуры и опрокидывая ихъ малокапберныя орудія, далі намъ верхъ надъ сѣпными выстрѣлаш Оттоманскихъ артиллеристовъ, отчаянныхъ, но непскусныхъ. Можно сказать утвердительно, что только Восточная артиллерія была въ состояніи позвать намъ дерgerаться до сумрекъ на открытой и опасной позиціи подъ Камчикомъ. Возвышеніе дульной части непріятельскихъ орудій было по крайней мѣрѣ четырмя линіями выше налѣдащаго. Къ полдню они образумились, и стали поникать свои орудія, такъ, что снаряды ихъ ложились уже на нашихъ баттареяхъ, ударяш въ лафеты и шывали артиллериста изъ строя. Съ какимъ пе-

- 85 -

чальнымъ чувствомъ старые солдаты провожали
глазами убитаго товарища, котораго уничтожено
въ лѣсъ, на окровавленныхъ посилкахъ!...

Но вдругъ наша баттарея ожила. Я взглянулъ
на правый флангъ, и увидѣлъ нашего почтеннаго
бригаднаго командира, Полковника Савочкина.
Трудно передать, какъ утѣшительно, въ миные
ужаса, встрѣтить тихое и ни чѣмъ неколебимое
равнодушіе! Его можно сравнить только съ
волшебствомъ надежды. Смотря на это почтенное,
свѣжее лице съ даго ветерана, который съ
доброю улыбкой на устахъ, съ кроткимъ взглядомъ,
такъ хладнокровно шелъ по баттареѣ, когда
яла и гранаты, взрывая землю, осыпали его
дерномъ и травою, кто смѣлъ, кто могъ быть
малодушнымъ? Полковникъ подошелъ ко мнѣ,
ласково взялъ за руку, и сказалъ улыбаясь:

— Кажется, господа Турки сегодня собраллись
отомстить нашей бригады за Анану и Варну.

Въ это время ядро съ ужаснымъ визгомъ удалило по ногамъ стараго бомбардира, Потапова, и несчастный покатился къ тому мѣсту, гдѣ стоялъ Полковникъ. Побѣжали за посилками.

— Это ничего, Потаповъ! сказалъ бригадный командиръ, спомая мундиръ съ раненаго. Мы сбережемъ тебя; будешь живъ....

— Безъ ногъ не проживешь, ваше высокоблагородіе! отвѣчалъ умирающий слабымъ голосомъ: я долженъ взводному фейерверкеру пять руб-

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЯЕТСЯ,

съ тѣмъ, чтобы по отпечатаніи представлены были въ Цецур-
ный Комитетъ три экземпляра.

Санктпетербургъ, Юля 25 дня 1836 года.

Цеnсоръ А. Никитенко.

- 5 -

Безчисленны Твои народы
Воздремлутъ подъ Твоей рукой.
Отъ хижинъ даже до престола;
На холмѣ и въ срединѣ дола
Почіетъ бранный Россовъ духъ.
Всѣ будутъ счастливы Тобою:
Законовъ подъ одной чертою
Равенъ вельможа и пастухъ.

Прострешь Ты животворны длань
На тяжкій земледѣльцевъ трудъ;
Отпустишь неимущимъ дани,
Да шивы и луга цвѣтутъ;
Дохнешь въ вѣтрила корабельны,
Пошлешь избытки руководѣльны,
И рѣки злата и сребра
Отъ Орма до Невы прольются;
Народы чужды къ намъ сберутся
Вкусить покоя и добра.

И се — ужъ возвѣщаютъ громы
Событіе блаженныхъ дней!
По вѣтру трубный звукъ несомый
Сзываетъ тысячи людей.
Народъ колеблется какъ волны,
Течетъ вездѣ, веселья полный,
Враговъ цѣлуетъ и друзей;
По стогнамъ гласы раздаются,
Въ домахъ нѣжинейши слезы льютая,
Объемлють женъ, отцовъ, дѣтей.

- 7 -

## 2.

### ОСЕЛЪ И СОЛЮВЕЙ.

=

Оселъ увѣрилъ Соловья,
И говорилъ ему: «послушай-ко, дружинце!
Ты, сказываютъ, пѣть великій мастерище:
Хотѣлъ бы очень я
Самъ посудить, твое услышавъ пѣнье,
Велико ли въ тебя умѣнье?»
Тутъ Соловей являть свое искусство сталъ:
Защолкалъ, засвисталъ,
На тысячу ладовъ, тянулъ, переливался;
То пѣжно онъ ослабѣвалъ
ІІ томной вдалекѣ свирѣлью отдавался,
То мелкой дробью вдругъ по рощѣ разсыпался.
Внимало всё тогда
Любимцу и пѣвцу Авроры;
Затихли вѣтерки, замолкли птичекъ хоры,
И прилегли стада;
Чуть-чуть дыша пастухъ имъ любовался,
И только иногда,
Внимая Соловью, пастушкѣ улыбался. —
Скочгалъ пѣвецъ. Оселъ, уставъ въ землю лѣбомъ:
«Изрядно, говорилъ, сказать не можно,
Тебя безъ скуки слушать можно,
А жаль, что не знакомъ
Ты съ нашимъ пѣтухомъ!»

ПРОЗА.

1.

МОИМЪ ДЪТЯМЪ.

НАША ФАМИЛІЯ.

Начало фамиліи нашей теряется во мракѣ вре-
менъ; думаю однако жъ, что и мы, подобно дру-
гимъ людямъ, произошли отъ Адама; а что дѣй-
ствительно Русскіе, безъ всякой примѣси со сто-
роны Кипчатской или Золотой Орды, въ томъ
свидѣтельствуютъ русые волосы, общіе всѣмъ
однофамильцамъ нашимъ. Не углубляясь въ про-
исхожденіе Русскихъ отъ Троянъ, Скиевовъ, Да-
ковъ, Мидянъ и троч. и троч., что не принадле-
житъ къ фамиліи нашей, довольно сказать, что
былъ шутливый крестьянинъ (это мой дѣдушка),
котораго сосѣди за остроту, можетъ быть съ
излишествомъ иногда расточаемую, прозвали мо-
имъ именемъ (*). Такъ по крайней мѣрѣ покойная

(*) Имя автора — Василій Сергѣевичъ Подшиваловъ (Стат. Сов., ум. 1813), Издатель Журнала Пріятное и Полезное Прес-

- 10 -

мать миѣ пересказывала; но я съ своей стороны
имѣю причины думать, что фамилія наша гораз-
до древніе.... Я и самъ, проѣзжал чрезъ Клинъ,
собственными газами видѣлъ многихъ однофа-
мильцевъ нашихъ, хотя родствомъ съ ними иш-
какъ считаться не могъ; но пожертвованія, дѣлан-
ныя въ пользу милии въ послѣднюю войну съ
Французами, открылъ въ Твери и Орѣ еще бо-
лье зажиточныхъ однофамильныхъ съ нами куп-
цевъ, изъ кончъ одинъ и Головою въ Орѣ. На-
конецъ неподалеку отъ Петербурга есть цѣлая
деревня нашегоъ имени. И такъ, вотъ сколько
причинъ древности нашей фамилии вѣрить, и
вамъ, дѣти мои! оною гордиться.

ДЕРЕВНЯ РОМАНОВА.

Какъ я ее помню, бывъ тамъ въ м.аденчест-
ве, и потомъ дія с.адкпхъ воспоминаній въ юно-
шескихъ лѣтахъ! Она принадлежитъ къ селу
Турбичеву, верстахъ въ 60-ти отъ Москвы, и по-
ложеніе имѣетъ романическое. Впереди кустар-
никъ, куда я холилъ иногда за грібамъ, позади
болото и верстахъ въ двухъ небо.льшой прудъ,
изъ котораго довольствуются скотъ и люди.

провожденіе Времени, (съ 1794) отличавшагося выборомъ ста-
тей и хорошимъ с.логомъ; Переводчикъ Психолоگіи Камне, Ро-
мановъ и Повѣстей Мейспера, и проч., въ свое время много
способствовалъ къ усовершенію Русской прозы.

- 11 -

У крестьянина Василья были три сына: Мар-
тынъ, Плья и Сергъй. Мартынъ, какъ старшій,
наслѣдовалъ послѣ отца домоводство, прилежно
пахалъ землю, разводилъ пчелъ, Єдалъ ихъ соты
и яблоки. У него также были три сына: Игпа-
тій, Егоръ и Иванъ; но по тогдашнему ихъ
малолѣтству, въ домашнемъ быту больше всего
помогалъ ему братъ Плья, человекъ равномѣр-
но женатый. Сергъй, младшій изъ всѣхъ, за-
нимался работую, которая была полегче; между
тѣмъ онъ росъ и выросъ румянъ и пригожъ.

Крестьяне и крестьянки сосѣдней деревни Ма-
лышной – и ее помню я живо, какъ бывало некъ
тамъ, на крутомъ берегу ручья, при подошвѣ
стараго дуба, большую Дмитровскую рѣну; какъ
любовался на противоположномъ берегу дерев-
нями Селивановымъ и Моговиловымъ, а позади Ес-
минымъ, чуть виднымъ на высокой горѣ, съ ко-
торой поспѣвающій хлѣбъ волновался – и такъ
крестьяне и крестьянки Малышевскіе были при-
хожане къ Турбичевской же церкви. Марья, мо-
лодая прекрасная дѣвушка, дочь Ивана Забѣли-
на, увидѣла тамъ пригожаго Сергъя; Сергъй уви-
дѣлъ прекрасную Марью; оба полюбили другъ
друга, объяснились, и какъ (говоря высокимъ
слогомъ) со стороны объихъ фамилій никакого
препятствія не было, то поклялись предъ алта-
ремъ Господнимъ вѣчно любить другъ друга. Но
когда счастіе человекѣческое было продолжитель-

- 12 -

но? Уже шумятъ издалека врановы крылья грозной тучи, уже приближается она, уже ви- ситъ надъ головами счастливцевъ. Объявленъ рек- рутскій наборъ. Старики ёдутъ къ чудотворно-му образу Спаса Цѣлителя на Ведерницахъ, мо- лить Его объ отвращеніи громоваго удара отъ ихъ семействъ. Мою дежь разсышается. Одни се- бя увѣчатъ, другіе кроются въ лѣсахъ. Сергей также скрылся. Слезы, ласки и убѣжденія Марыи увлекли его. Кто не подверженъ слабости! Меж- ду тѣмъ изъ Борисо-Глѣбскаго монастыря, къ которому пришисана была Турбиевская волость, пріѣзжаетъ для набора ужасный с.ужка. Стар- шіе братья ищутъ Сергѣя, находить его, кида- ются предъ нимъ на колѣни. Мартынѣ, котора- го уважалъ онъ, какъ отца, и котораго горячо любилъ (Иванъ былъ тутъ же), всхлишывая го- ворить ему: «братецъ, помп. упъ! жребій палъ на нашу семью. Ты знаешь, какъ давно мы жена- ты, и сколько у насъ дѣтей! не дай въ конецъ ра- зориться!» Сергей взглядываетъ на Марью; Марья стоитъ сложа руки, какъ окаменѣлая. С.лезы прошпаютъ его. Онъ обращается къ братьямъ и любимцу Мартыну; долго мо. лчитъ, блѣднѣетъ; наконецъ твердымъ голосомъ произноситъ: «Иду!»— И вотъ Сергей рекрутъ.

- 15 -

ДАЛЬНИЙ ШИЯ ПРИКЛЮЧЕНІЯ
СЕРГЬЯ И МАРЬИ.

Я для того такъ ими занимаюсь, что Сергъй и Марья были въ послѣдствіи отецъ и мать мои. Съ какою бывало жадностию, дѣти, слушалъ я повѣствованіе вашей бабушки, неоднократно повторяемое; съ какою горестью мысленно странствовалъ съ нею, какъ съ матерью, по чужимъ странамъ, по краямъ пезнаемымъ!

«Другъ ты мой, я отъ тебя не отстану! «скажала Марья Сергъю, когда началъ рѣдѣть ту-манъ, ихъ окружавшій. Произнесла и сдержала слово. Они отправлены въ Москву, а оттуда въ новый корпусъ, который тогда – это было въ царствованіе блаженной памяти Императрицы Елисаветы Петровны – противъ Прусаковъ навибирался. Фельдмаршалъ, Графъ Ферморъ, когмандовалъ Российскимъ войскомъ; но онъ имѣлъ дѣло съ опытнымъ, искуснымъ Полководцемъ – извѣстнымъ Оедоромъ Оедоровичемъ. Имъя больше людей, Графъ Ферморъ рѣшился окружить Прусскую армию; а Оедоръ Оедоровичъ въ это время, когда наши вытягивали полукругомъ, удавилъ на лѣвое наше крыло, гдѣ новый корпусъ находился, и давай колоть и рубить. – Марья не упомнитъ мѣста, при котором происходило это побоище, да и я не намѣренъ справляться о семъ съ Исторіею; ибо не военные подвиги

- 14 -

Графа Фермора описываю, а приключенія Сер-
гъя и Марьи.

Ну! новый корпусъ разбоптъ, такъ, что не много изъ него уцѣлѣю, хотя и говорятъ, что онъ изъ десяти тысячъ человекъ обынѣ составленъ. Остатки размѣщены по другимъ полкамъ, а тяжею раненые – разумѣется, когда не умирали, а выздоровѣливо – разосланы по гарнизонамъ. И Сергъй, какъ раненый, отправленъ въ Казань. Марья съ нимъ.

Не стану разсказывать, какъ они плыли по
Волгѣ, какъ оурлаки размышляли на жизнь Сер-
гѣеву, и какъ ихъ – подъ самою Казанью – чуть
было волной не заплеснуло. Сювомъ: они при-
были въ Казань благополучно.

Служба гарнизонная извѣстна. Сергъй слу-
жилъ и – тужливъ, потому, что дѣлать обыю не-
чего. Онъ задумалъ объ отставкѣ, но не смѣлъ
открыться командиру. Марья, участница всѣхъ
его таппъ, была уже столько смѣтлива, чтобъ
упросить добраго лекаря, и получила отъ него
свидѣтельство о минно-нензлечимыхъ боевняхъ
Сергѣя. И такъ вотъ онъ – опять на свободѣ.

Изъ путешествія ихъ отъ Казань до Москвы
тлабая память моя удержала только то, что они
ъхали на одной лошадкѣ, и много претерпѣвали
дорожного горя. Наконецъ они прибыли въ Мо-
скву облокаменную съ золотыми маковками.

Здѣсь надежда рѣшиться, какъ жить да

- 15 -

быть, да добра наживать; ибо на родину йхать
послѣ службы Царской казалось имъ уже стыд-
но. Думать надобно, что у Сергъя была голова
романическая (я его помню: ростъ средній, стань
прямой и крѣпкій, волосы русые, лобъ откры-
тый, глаза сѣро-голубые, цвѣтъ свѣжій) – ибо
первая мысль ему пришла извозничать. Сколько
разныхъ сѣдоковъ, сколько разныхъ разсказовъ,
сколько новыхъ домовъ, улицъ и лицъ! Призна-
юсь, что и я, во время пѣшеходства, нѣсколь-
ко лѣтъ занимался тѣмъ, чтобъ смотрѣть въ
глаза прохожимъ, и изъ тѣлодвиженій угадывать
каковъ кто, куда спѣшить, чѣмъ занятъ. Но по-
слѣ того, какъ онъ везъ опальное имѣніе и съ
нимъ попалъ въ Полицю, откуда его Марья
выручила, пробудилась въ немъ прежняя любовь
къ Природѣ и ея произведеніямъ. Сергъей снялъ
огородъ. Продажа зелени и овощу съ избыткомъ
наградила труды его.

НИКОЛА ВЪ НОВОЙ СЛОБОДЬ.

Тутъ я родился, въ деревянномъ домѣ Секре-
таря Ключарева, у котораго отецъ мой наши-
малъ вышеупомянутый огородъ; а это случилось
2-го Марта 1765 года на солнечномъ восходѣ,
какъ миѣ послѣ мать пересказывала. У отца и
матери было насъ семеро; четыре сына: Григо-

- 16 -

рый, Левъ, Имярекъ, я, и три дочери: Имярекъ именемъ, Аграфена и Елисавета. Я былъ предпослѣдній и одинъ остался на свѣтѣ; а безъ того не было-бы Нсторіографа нашей фамиліи.

Есть люди, которые утверждаютъ, что со втораго и:ІІІ третьяго года жизни своей всѣхъ и все уже помнять. Я, къ стыду моему, признаться долженъ, что въ то время намять моя снала еще г.убокимъ сномъ и того даже не упомнить, какъ г.лаза мон закрылись — отъ золотухи, и.ш отъ чего другаго, не знаю. Около пол.утора года с.ль-потствовалъ я, какъ в.другъ сестра Елисавета радостно воскликнула: «маменька! Ясенька про-г.лянулъ!» Съ тѣхъ поръ и г.ляжу я; а ежели бы навсегда с.льпымъ остался, то многаго не увидѣлъ бы на свѣтѣ!

Съ шестаго года началъ помнить я себя, да и то бо.льзненнымъ образомъ. Отецъ мой про-изведенія огорода своего важилъ д.я продажи на Моховую. Однажды вздумалось ему, по ук-ладкѣ зеленіи, посадить и меня въ тел.ѣжку, ко-торую онъ самъ возилъ. Тверскихъ воротъ пошелъ дождь; отецъ прикрылъ меня рогожкой. Но на Моховой дождь усилілся, пробилъ на сквозь рогожку, и меня соннаго до костей, и я началъ плакать. «Экой братъ ты какой!» напу-стили другіе огородники: «вѣдь убьешь малаго!» и батюшка, не продавши ничего, воротился до-мой, г.дѣ еще ему отъ матушки досталось.

- 17 -

Что я был баловень у отца съ матерью, то можно зак.почить изъ моего парла, въ какомъ я хаживалъ по праздникамъ и Воскресеньямъ. На мигъ бывалъ тогда китайчатый озлѣмъ, бархатный камзољ съ золотымъ позументомъ, на площади купленный, и на головъ корабликъ съ шерстянымъ вязапымъ окольшемъ. Къ тому жъ, какъ ни свято мон родители наблюдали посты, меня однако не строго къ нимъ придерживали, и я, даже до обѣдин, въ Рождество Христово могъ выпросить у матушки мяса.

Отецъ мой поразжился, и взлумалъ кушать свой домашко-что и дѣйствительно исполнилъ. - Домъ нашъ находился позади Вязковъ, на Ямскихъ концахъ, предпослѣдній къ полю; и при немъ былъ постоянный дворъ съ большимъ огородомъ, который оканчивался дѣLINымъ прудомъ. Какъ мнѣ жаль было разставаться съ домомъ Ключарева, котораго сыпъ Алексей, мой крестный батюшка, часто лакомилъ меня; а однажды объ маслящѣ въ прощальное Воскресенье, когда я и матушка припесли ему круглый пряникъ, да кусокъ мяса, подарилъ мнѣ шелковый кошечекъ, въ которомъ лежали два серебряные гривенника. Какое торжество! какая радость! У меня никогда еще денегъ не бывало. На повосельѣ познакомился я съ Жареховымъ, коего отецъ сылѣ важнымъ членѣкомъ въ околоткѣ; ибо имѣлъ домъ, обитый тесомъ, и выкрашенный

2

- 18 -

зеленою краскою пополамъ съ бѣлою. Притомъ
же онъ былъ сержантъ и счетчикъ при Монет-
номъ Дворѣ. Его-то сынъ, который годами дву-
мя былъ меня старше, преподавалъ ми первые
уроки, какъ играть въ кляпы и бабки. Но кляпы
скоро ми надобли, ибо я всегда почти даже и въ
грязь осенью, долженъ былъ известное разсто-
яніе проскакать на одной ножкѣ, при чемъ сзади
многіе голоса кричали: «а кисель, кисель! ноги
подъѣль!» Отъ того нерѣдко бывали у меня цып-
ки. — Въ бабки онъ меня также обыгрывалъ, и
я часто, чтобъ намѣнять бабокъ, тихонько брали
у бабушки изъ залавки свѣжія яйца.... (Впноватъ!
и позабылъ объ ней; ее звалі Степанцкой, от-
чества не упомню; она была мать моей матери,
любила меня безъ памяти, и жила болѣе вось-
мидесяти лѣтъ). Но въ бабки я со временемъ
сдѣлался такой мастеръ играть, что когда идешь
бывало по Арбату, то со всѣхъ сторонъ кривчатъ:
«лихой, лихой идетъ!»

Съ Жареховымъ странствовала мы по Ямскому
полю (гдѣ теперь острогъ), чтобъ рвать щавель,
а особливо столицы, также и дѣгель, копь об-
лупливая, съ удовольствіемъ лѣш. Съ тѣмъ же
намѣреніемъ, перешедъ дорогу и пустясь въ про-
тивную сторону, мы шли было разъ до Лаза-
рева кладбища, какъ на берегу пруда увидѣн
нагую женщину, которая расчесывала себѣ длин-
ные черные волосы. Оба обмерли, оба вскрича-

- 19 -

ли: Русалка! Русалка! — и безъ чувствъ пустились бѣжать къ М-ой заставѣ.

Съ Жареховымъ же однажды забраллись мы въ чужой садъ. Онъ успѣлъ набить яблоками карманы; а я только два или три сорвалъ, какъ увидѣлъ насъ сторожъ. Жареховъ ушелъ. Я какъ куръ во щи. Безчеловѣчный сторожъ высѣкъ меня свѣжею крапивой. И теперь больно, какъ вспомнишь! Сколько на свѣтѣ грабителей и воровъ, которые и не яблоки крадутъ, и ихъ не спѣкутъ свѣжею крапивой!!

Шесть лѣтъ минуло, и меня отвели къ Казанской въ Сущовѣ къ курносому дьячку учиться грамотѣ. Грамота мнѣ далась, и я ужъ бѣгло читалъ подъ титлами: Азъ, Ангелъ Ангельскій, Архангелъ Архангельскій, буки, Богъ Божество, Богородица, блаженъ, благословенъ и проч. какъ наступила страшная эпоха.

## МОРЪ И БУНТЪ.

Ахъ! два вдругъ, и какіе жъ два ужасные бича для рода человѣческаго!.. Узы родства, узы крови сами по себѣ расторгнуты; съ другой стороны невольно течетъ кровь черными рѣками. Стонетъ въ домахъ и по стогнамъ умирающій; вопіетъ громогласно піяно-неистовый; или привидѣнія или страшилища; смерть осклабляет-

*

- 20 -

ся, видя вездъ и во множествѣ жертвы, сей утод-
ныя. Рушился порядокъ, хаосъ віладычествуетъ.
ІІ бѣдныя, и рѣдыя лица равно прахъ земной
лобызаютъ. Небо безпрерывно плачетъ.

Я самъ видѣлъ — и волосы подымались лы-
бомъ — какъ фурманшки въ масках и воца-
ныхъ плащахъ, — воплощенные дьяволы, — дѣш-
ными крючьями таскали трупы изъ вымороч-
ныхъ домовъ, Drugie подымали на улицѣ, клали
на тѣлѣу и везли за городъ, а не къ церквамъ,
гдѣ оные прежде похоронялись, и гдѣ уже было
запрещено хоронить ихъ. У кого рука въ коле-
сь; у кого нога, у кого голова чрезъ край ви-
ситъ, и обезображеная безобразно мотается.
Человѣкъ по двадцати разомъ взвалѣвали на те-
лѣгу.

Я самъ слышалъ, — и кровь леденѣла въ жи-
лахъ — «батюшки, рѣжутъ!» Голосъ часъ отъ
часу слаѣлъ; на другой день въ самомъ дѣлѣ
зарѣзаннаго пахода. Слышалъ, какъ всюду оп.
ли въ набатъ, и взволновавшался чернь за
отъ Москвы и кругомъ ея обжала съ яростію,
и въ ночное время обна дубинами въ ставни,
крича: «постойте за домъ Божій, постойте за
мать Пресвятую Богородицу!»

Это было начало мора и бунта, и въ это-то
время меня отпустили, меня увезли въ деревню.
Не помогало поhenіе чесноку въ карманахъ, ии ку-
рение можжевельникомъ и прыгание черезъ оголѣ.

- 21 -

Моръ разлился, какъ быстрое пламя, гошмое вихремъ. Отецъ мой заразился — я это посѣп услышалъ — сначала показалась на тѣлѣ прыщики съ острыми головками, позеленѣли, почерпѣл: отецъ мой умеръ. У матушки открылась рапа, гнилась долго, прорвалась и затянулась; матушка выздоровѣла. Напротивъ бабушка и сестра Е. писавета не устояли. Самая Аграфена зачахла; она черезъ годъ за ними послѣдовала. И вотъ — мы один съ матерью!...

Причиною мора была шерсть, привезенная изъ Константинополя на суконную фабрику у Каменного моста....

ПОДШИВАЛОВЪ.

## 2.

### КТО ИСТинно добрый и счастливый человекъ?

=

Одинъ тотъ, кто способенъ наслаждаться семейственною жизнію, есть прямо добрый, и сльдовательно прямо счастливый человекъ.

Свѣтъ назвываютъ театромъ — всякій человекъ, въ одно время, и действующій и зритель. Ак-

— 22 —

теры стараются блеснуть искусствомъ; зрители воскликваютъ: ве.шкiй умъ! чудесное дарованіе! Но мало однихъ облистательныхъ успѣховъ на театрѣ свѣта, чтобы пріобрѣсть обагородное названіе добрый, чтобы имѣть право называться счаст.швыль.

Ты съ честію служишь отечеству; судья справед.швый — всѣ приговоры твои сходны съ приговорами закона и совѣсти; смѣ.ный, обагоразумный полководецъ — никто не видалъ, чтобы ты б.нѣднѣлъ въ виду непріятеля, чтобы терялъ присутствіе духа въ минуту неуспѣха и.ш замѣшательства. Въ обществѣ называютъ тебя пріятнымъ, ласковымъ, забавнымъ; не льзя не п.нѣниться твоимъ разговоромъ; все, окружающее тебя, оживлено твоимъ остроуміемъ, твоим с.людами, взг.лядамп, усмѣшками. Говорю смѣло: умный, дѣятельный, любезный, необыкновенный человекъ! Скажу ли: добрый и счаст.швый?

Нѣтъ! я впжу тебя на сценѣ, въ уборѣ, въ минуту представ.енія, въ минуту торжества: прельщаюсь однимъ наружнымъ, временнымъ твоимъ блескомъ. Ты действуешь не собственной силою, ты окружень безчисленными подпорами: общее мнѣніе хранитель твоихъ добродѣтелей; быть можетъ, источникъ ихъ единое твое често.любіе. Хочу ли узнать совершенно твой характеръ — я до.жень послѣдовать за тобою во внутренность семейства. Семейство есть

- 23 -

тихое, сокрытое отъ людей поприще, на кото-
ромъ совершаются самые благородные, самые
безкорыстные подвиги добродѣтельнаго. Здѣсь
человѣкъ одинъ-всѣ призраки исчезли; онъ дѣй-
ствуетъ безъ свидѣителей, въ кругу знакомцевъ
слишкомъ короткихъ, слѣдственно для него не
страшныхъ; не можетъ удивлять ложнымъ бле-
скомъ; не слышитъ рукоплесканій; онъ можетъ
наслаждаться единымъ скромнымъ, для другихъ
непримѣтнымъ, но сладостнымъ и неотъемле-
мымъ счастіемъ. Здѣсь онъ снимаетъ съ себя
заимственные покровы; свободно предается ес-
тественнымъ своимъ склонностямъ; никому, кро-
мѣ самого себя, не даетъ отчета; и если я ви-
жу его спокойнымъ, веселымъ, неизмѣняемымъ
въ тѣсномъ кругу любезныхъ; когда приходъ
его къ супругъ и дѣтямъ есть сладостная мину-
та общаго торжества; когда отъ взора его раз-
веселяются лица домашнихъ; когда, возвращаясь
изъ путешествія, приноситъ онъ въ домъ свой
новую жизнь, новую дѣятельность, новое сча-
стіе; когда замѣчаю окрестъ его порядокъ, спо-
койствіе, довѣренность, любовь – тогда рѣши-
тельно говорю: онъ добръ, онъ счастливъ!

Великіе подвиги, въ присутствіи многочислен-
ныхъ свидѣителей, бываютъ нерѣдко однимъ чрез-
вычайнымъ усилиемъ. Нерѣдко человѣкъ, кото-
раго дѣятельность и обширный умъ въ дѣлахъ
Государственныхъ, котораго пріятность и жи-

- 24 -

вость въ б.іестящемъ кругу свѣта приводятъ насъ въ изум.ешіе, бываетъ задумчивѣе и скученѣе среди своихъ домашнихъ, гдѣ онъ свободенъ, гдѣ падобно дѣйствовать безъ всякаго внишняго возбужденія; гдѣ все почерпается во внутренности души, гдѣ можешь быть весе.іе только тогда, когда твое сердце наполнено чистыми, живыми, неизмѣняющимися ни въ какихъ обстоятельствахъ жизни чувствами.

Быть счастливымъ есть наслаждаться самимъ собою — гдѣ же сіе счастіе, какъ не въ семействѣ? И что его источникъ, какъ не спокойное, невинное, доброе сердце? Человѣкъ-гражданинъ, пользуясь покровомъ общества, трудами своихъ покупаетъ у него почисти и от.ішчія; но добрый получаетъ сіи ог.ішчія и почисти на ряду съ неб добрымъ, имъюющимъ одинакое съ нимъ искусство, дѣятельность, скажу — дарованіе. Въ чемъ же его препущество, собственное, ни съ кѣмъ нераздѣляемое? Въ счастіи добраго сердца, въ тѣхъ наслажденіяхъ, которые вкушаетъ онъ въ кругу семейственномъ — п.юдъ, заповѣданный для порочнаго.

Не имѣвъ доброго сердца, можно быть въ нѣ-которомъ отношеніи добрымъ гражданиномъ: будь съ дарованіемъ, и будешь успешно действовать на той сценѣ, которая окружена безчестною толпою судей любопытныхъ и строгихъ. Честолюбіе замѣнить для тебя внутреннюю доброту;

- 25 -

и та и другая причины произведутъ одинакое видимое дѣйствіе. Но быть хорошимъ семьяни-
номъ, въ полномъ значеніи сего слова — добрымъ супругомъ, отцемъ, покровителемъ своихъ до-
машнихъ — говорю безъ исключенія, не льзя, не питьвъ добраго, нѣжнаго, чувствительнаго серд-
ца. Семейство есть малый свѣтъ, въ которомъ должны мы исполнять, въ маломъ видѣ, всѣ разно-
образныя обязанности, налагаемыя на насъ боль-
шими свѣтомъ; но съ тѣмъ различіемъ, что здѣсь никакое ложное достоинство не можетъ увѣнча-
но быть должною наградою; здѣсь видятъ тебя такимъ точно, каковъ ты въ самомъ дѣлѣ, и
вотъ причина того печальнаго отдаленія, въ ко-
торомъ многіе, такъ называемые счастливцы мі-
ра, живутъ отъ тихаго, уединеннаго семействен-
наго круга: они боятся вступить въ сіе священ-
ное общество! Что принесутъ они въ него съ собою? — Мертвое или испорченное сердце, чуж-
дое наслажденій непinhыхъ, смутное посреди
спокойствія и порядка, непостоянное въ кругу
удовольствій, однообразныхъ, но всегда сладост-
ныхъ для душі ясной, веселой и непорочной!

Ты ищешь върнаго счастія? Почитай обязан-
ностію быть дѣятельнымъ для пользы отечества;
но лучшія твои наслажденія, но самыя драго-
цѣнныя награды твои, да будутъ заключены для
тебя въ нѣдрѣ семейства: если душа твоя не-
винна, если пылаетъ въ ней тихое пламя добра,

- 26 -

то въ мирномъ семействѣ найдешь безмятежное,
постоянное счастіе. Гдѣ можешь любить съ та-
кою полнотою, съ такою взаимностію, съ та-
кимъ забвѣшемъ самого себя? Гдѣ можешь быть
сто'ль добродѣтельнымъ и сто'ль непосредствен-
но по.учать за добродѣтели твои воздаяніе? Гдѣ
найдешь такихъ вѣрныхъ, согласныхъ съ тобою
товарищей и въ радости, и въ печали? Стремись
воображеніемъ къ сему блаженству, когда его
еще не имѣешь; образуй для него свою душу;
помни, что оно существуетъ для одного невин-
наго, благороднаго, исполненнаго высокими чув-
ствами сердца; благодѣтельная, животворяющая
мечта о немъ, да будетъ сопутствию твоихъ
юношескихъ лѣтъ! — Совершенствуя себя для
мирной обители семейства, ты избѣжишь опас-
ной заразы разврата: п.гѣншься-и блестящимъ
безобразіемъ порока, имъя передъ г.лазами тѣ
честыя наслѣденія, ту благородную дѣятель-
ность, которые неразлучны съ семейственною
жизнію? И ес.ш твой выборъ уже сдѣланъ, ес.ш
душа твоя замѣтила существо, для нес необхо-
димое, то окружи себя его воспоминаніемъ; во-
споминающіе объ немъ будетъ твоею добродѣте-
лию, твоею совѣстію! — Такъ, ес.ш Провидѣніе
отредѣлило тебя наслѣдиться симъ благомъ, рѣд-
кимъ — но рѣдкимъ потому, что рѣдки сіи лю-
ди, которые полагали-бы въ немъ первую и са-
мую благородную цѣль своей жизни, которые

- 27 -

минутнаго, живѣйшаго наслажденія, или невѣр-
ной и блистательнѣйшей выгоды не предпочли
бы сему спокойному, скромному и неразлучно-
му со всѣми добродѣтелями счастія — если Про-
видѣніе, говорю, опредѣлило тебя насладиться
симъ благомъ, то смѣло можешь присвоить себѣ
титулъ счастливца; ты возвратишь сему титулу
его утраченное достоинство: на языкѣ твоемъ
счастіе будетъ знаменовать добродѣтель, наслаж-
деніе самимъ собою, прямое просвѣщеніе, истин-
ную мудрость.

Какое зрѣлище, возвышающее душу, пред-
ставляетъ намъ добрый семьянинъ — истинно
добрый и счастливый человекъ! Войдите въ его
домъ, веселый, скромный, гдѣ царствуетъ опрят-
ность и чистота — при первомъ шагѣ не окру-
жаетъ ли васъ какое-то псизъяснімое, нсвиди-
мое, трогательное очарованіе? не чувствуете ли
во глубинѣ души того утѣшительнаго спокой-
ствія, того внутренняго наслажденія собствен-
нымъ бытіемъ, которое всегда возобуждаетъ въ
васъ присутствіе счастія? Бы видите передъ со-
бою довольныя лица, пѣнятесь окружающимъ
васъ порядкомъ: здѣсь время пролетаетъ обыст-
ро, для каждой минуты есть собственное, не-
обходимое занятіе; минуты отдѣльнаго труда при-
готовляютъ къ минутамъ свиданія, къ минутамъ
общаго удовольствія, и всякій трудъ приноситъ
съ собою награду. Послѣдуйте за добрымъ семья-

- 28 -

ИИИИОМЪ – И ВЪ СВЪТЪ, ГДЪ ИСПОЛНИЕТЪ ОНЪ ОБЯ-
ЗАНПОСТИ ГРАЖДАНИНА, И ВЪ ДОМЪ ЕГО, ГДЪ ОНЪ
ПРЕДЛЯЕТСЯ ВАМЪ СУПРУГОМЪ, ОТЦЕМЪ, ХОЗЯП-
ПОМЪ, И ВЪ УЕДИНЕННЫЙ КАБИНЕТЪ, ГДЪ ОНЪ ОС-
ТАЕТСЯ ОДИПЪ СЪ СОБОЮ, И КЪ СМЕРТНОМУ ОДРУ,
НА КОТОРОМЪ ОНЪ ОЖИДАЕТЪ КОНЦА, СПОКОЙНЫЙ,
УВЪРЕННЫЙ ВЪ БЫТІИ БОЖЕСТВА, НЕОТРИЦАЕМАГО
Д.Я СЕРДЦА, ПАСЛАДИВШАГОСЯ ИСТИННЫМЪ СЧАСТІ-
ЕМЪ, УПОВАЮЩИЙ НА БЕЗСМЕРТІЕ, КОТОРОЕ ОШУПИ-
ТЕЛЬНО ДЛЯ СЕРДЦА, ИСПЫТАВШАГО ПРЯМУЮ МЮ-
БОВЬ – ВЕЗДЪ НАЙДЕТЕ ВЫ ЕГО ОДИНАКОВЫМЪ. ВЪ
ТЪХЪ САМЫХЪ ЧУВСТВАХЪ, КОТОРЫЯ ДЪЛЯЮТЪ ЕГО
СЧАСТЛИВЫМЪ ПОСРЕДИ ДОМАШНИХЪ, ХРАНІТСЯ И ПЧИС-
ТЫЙ ИСТОЧНИКЪ ГРАЖДАНСКИХЪ ЕГО ДОБРОДЪТЕЛЕЙ.
РАЗЛУЧАЕСЬ НА ВРЕМЯ СЪ СВОИМЪ СЕМЕЙСТВОМЪ, Д.Я
ИСПОЛНИЛЯ ОБЯЗАННОСТЕЙ ВЪ СВЪТЪ, ОНЪ СОЕДИ-
НЕНЪ СЪ СВОИМИ ЛЮБЕЗНЫМИ, НЕЖНЫМЪ, ИШКОГДА
НЕ ПОКИДАЮЩИМЪ ЕГО СЕРДЦА, О НИХЪ ВОСПОМННА-
НИЕМЪ; ИХЪ МЫСЛЕННОЕ ПРИСУТСТВІЕ ХРАНІТЪ ЕГО
ВО ВСѣХЪ РѣШПТЕЛЬНЫХЪ С.ЛУЧАХЪ ЖИЗНІИ. КАКЪ
МОЖЕТЪ ОНЪ НЕ ДОРОЖИТЬ ИСПОРОЧНОСТИЮ СВОЕГО
ИМЕНИ, КОТОРАГО СЛАВА ЕСТЬ С.ЛАВА ЕГО ЛЮБЕЗНЫХЪ?
КАКЪ МОЖЕТЪ НЕ УКЛОНЯТЬСЯ ОТЪ ЗЛА, КОГДА ОНЪ
ДОЛЖЕНЪ ПРИХОДИТЬ НЕВИННЫМЪ ПЕРЕДЪ СУДИШ-
ЩЕ БЕЗПРИСТРАСТНОЕ, ДЛЯ НЕГО ДРАГОЦЬННОЕ И
СВЯТОЕ, ПЕРЕДЪ СУДИШЩЕ СВОЕГО СЕМЕЙСТВА, ГДЪ
ОБИТАЕТЪ ЕГО НЕИЗМѣННЫЙ ТОВАРИЩЪ, КОТОРЫЙ,
ВМѣСТЬ СЪ ИИМЪ, ОДНОЮ ДОРОГОЮ, СТРЕМІТСЯ КЪ
ОДНОЙ И ТОЙ, ЖЕ ЦЬ.АШ - КЪ СЧАСТІЮ, ОСНОВАННОМУ

- 29 -

на совершенствъ нравственномъ, который не у-
знаетъ его, упризывшагося норокомъ, котораго до-
вольный, одобрляющий взоръ есть самая утвіш-
тельная для него награда! По всѣ облазнности,
всѣ удовольствія свѣта почитаетъ опѣ только по-
сторонними: главная дѣятельность его внутри
семейства — мирная, счастливая дѣятельность, ко-
торая животворить душу его, отдаляетъ отъ нее
унылье и скуку, возвышаетъ се, успѣшаетъ,
исцѣляетъ. Перенеситесь мысленно въ обитель
согласныхъ супруговъ, согласныхъ въ понятіи
своемъ о жизни, согласныхъ въ выборѣ спосо-
бовъ ею наслаждаться — здѣсь минуты заботъ не
имѣютъ того безпокойства, которое преслѣдуетъ
насъ, когда трудимся для однихъ себя: опѣ услаж-
даются трогательнымъ воспоминаніемъ о суще-
ствахъ, намъ любезныхъ, которымъ посвятилъ
мы всю свою жизнь; здѣсь всякое благородное
чувство души становится живѣе, возвышеннѣе,
непорочнѣе — благотворительность награждается
не однимъ тайнымъ одобреніемъ сердца, но вмѣ-
стѣ и пѣлкимъ участіемъ милаго существа, ко-
торое въ глазахъ твопѣ есть образъ всѣхъ до-
бродѣителей; опо сопутствуетъ тѣбѣ въ христиану
печального и шицаго; ты действуешь не въ од-
номъ невидимомъ присутствіи Промысла: ты ви-
дишь передъ собою Его посланника въ своемъ
товарищѣ, къ которому относишь всякое доброе
дѣло, всякое доброе чувство; — что можетъ быть
трогательнѣе и пламеннѣе моштвы, произносц-

- 30 -

мой въ присутствіи милой супруги, вмѣстѣ съ
нею, въ полнотѣ своего счастія? Дія кого мо-
жетъ быть ощутительнѣе Провидѣніе, дія кого
легче любить своего Создателя, какъ не дія
нѣжнаго супруга и отца, окруженаго драгоцѣн-
нѣйшими залогами Ихъ ми�осердія? Моштва оди-
нокаго человѣка есть требованіе, моштва семья-
нша есть благодарность.

Но, представляя себѣ счастіе, должно вообра-
жать и горестныя потерп. Супругъ нерѣдко, и
слишкомъ рано, липается супруги; отецъ пере-
живаетъ дѣтей – утраты незамѣняемыя, ибо онъ
разрушаютъ главное счастіе жизни, къ которо-
му относили мы всякое друтое. Но развѣ съ утра-
тою любезныхъ теряется дія насъ воспоминаніе?
Развѣ тому, кто наслаждался настоящимъ,
не остается меланхолической, услѣдительной при-
вязанности къ прошедшему? Ты жилъ дія нихъ!
ты жилъ вмѣстѣ съ ними! ты радостно летѣлъ
къ своей цѣли, окруженный мышліи спутникамъ;
спутники твои исчезли... но ты самъ не измѣ-
нился; поприще твое опустѣло... но оно всё
то же, и та же цѣль представляется глазамъ тво-
имъ въ отдаленіи; стремись къ ней, окружен-
ный знакомымъ, дружественнымъ тѣнямъ! Кто
развѣ насладился семейственнымъ радостямъ, тотъ
никогда, никогда не узнаетъ уже одиночества:
горесть будетъ дія него иѣкоторымъ образомъ
любовію.

ЖУКОВСКИЙ.

## II.
# ИСТОРИЯ.

## 1.
### СТРАДАНІЯ ІСУСА ХРИСТА,
### ЕГО СМЕРТЬ И ВОСКРЕСЕНІЕ.

Услышавъ о болѣзни Лазаря, брата Марөы и Маріи, Іисусъ обращается къ Іерусалиму, пророчествуя о смерти и воскресеніи своего друга, и о своихъ страданіяхъ и славѣ. Апостолы такъ мало еще разумѣютъ Его проповѣдь, что Іаковъ и Іоаннъ просятъ у Него первыхъ достоинствъ; а прочіе негодуютъ на сіе. Онъ отвѣтствуетъ кротко, что они не знаютъ, чего просятъ, и присовокупляетъ, что по собственному Его примѣру, желающій быть первымъ долженъ быть вслѣмъ слугою. Проходя чрезъ Іерихонъ, исцѣляетъ вопѣщихъ въ слѣдъ Его слѣпыхъ; и обращаетъ Закхея, начальника мытарей, при чемъ предла-

- 52 -

гаетъ притчу о человѣкѣ, отшедшемъ для прія-
тія царства и о розданныхъ имъ деньгахъ. До-
стигнувъ Виѣаніи чрезъ четыре дня по смерти
Лазаря, воскрешастъ его въ присутствіи мно-
жества Іудеевъ, и многіе въруютъ въ Него. Какъ
скоро сіе слѣлаюсь извѣстно въ Іерусалимѣ,
собирается Синедрионъ; и Архіерей Каіафа даетъ
коварное мнѣніе, но которое Промыслѣ обра-
тилѣ въ пророчество: Уне есть, да единъ чело-
вѣкъ умретъ за люди. Іисусъ, провидѣвъ тако-
вое опредѣленіе, въ ожиданіи Пасхи, отходить
тайно въ городъ Ефраимѣ: а Архіерей съ Фа-
риселями обнародываютъ повелѣніе взять Его,
гдѣ только увидятъ, рѣшась также погубить и
Лазаря.

За шесть дней до Пасхи Іисусъ является въ Виѣа-
ніи въ дому Симона прокаженнаго на вечерни, на
которой между прочимъ возлежитъ съ нимъ и. Ма-
зарь; Марова служитъ; Марія помазуетъ г.аву и
поги Его нардовою мастію. Іуда по корысто.по-
бію, а прочіе Апостолы по простотѣ, изъявля-
ютъ сожалѣніе о сей тратѣ: но Іисусъ отвѣт-
ствуетъ, что это есть приготовленіе Его къ по-
гребенію.

Въ слѣдующее утро отъ горы Елиопской тор-
жественно шествуетъ Онъ въ Іерусалимѣ, воз-
сѣдя поперемѣнно на осинѣ и жребяти, по об-
разу превышѣ судей, и сообразно съ пророче-
ствами, сопровождаемый и срѣтаемый народомъ.

- 33 -

постилающимъ по пути ризы, предносящимъ фи-
никовыя вѣтви и восклицающимъ: *Осанна*. При
видѣ города плачетъ и предсказываетъ его паде-
ніе. Вошедъ въ храмъ, изгоняетъ торжниковъ;
исцѣляетъ; и торжественныя восклицанія дѣтей
оправдываетъ предъ Архіереями и книжниками
пророчествомъ. Услышавъ, что нѣкоторые Ел-
лины же, лаютъ видѣть Его, возвѣщаетъ прибли-
женіе своей славы чрезъ спасительныя страда-
нія, и всенародно свидѣтельствуется небеснымъ
гласомъ. Вечеромъ возвращается въ *Виканію*.

На другой день проклинаетъ на пути смоков-
ницу, на которой не нашелъ плода; и, пришедъ
въ *Иерусалимъ*, снова очищаетъ храмъ.

Паки проведши ночь въ *Виканіи*, на пути въ городъ, когда Апостолы примѣтили, что проклятая Имъ смоковница изсохла, говоритъ имъ о силѣ вѣры и молитвы. Во храмѣ, бывъ отъ Архіереевъ и старцевъ вопрошенъ, на чемъ основываетъ Онъ свою власть учить и творить, взаимнымъ вопросомъ о Іоанновомъ крещеніи приводитъ ихъ въ замѣшательство; а притчами: о двухъ сынахъ посланныхъ въ виноградѣ, о дъла- теляхъ винограда, убившихъ сына домовладыки и о бракѣ сына царева, раздражаетъ. Разрѣшаетъ хитрые запросы Иродіанъ о обязанности платить дань Кесарю, Саддукеевъ — о супружествахъ по- слѣ смерти, законоучителя — о главной заповѣди; и предложеніемъ о *Мессіи Сынѣ* и *Господѣ* Да-

3

- 34 -

вида, совершенно заграждаетъ уста Фарисеямъ. Обличивъ ихъ пороки и похваливъ жену, положившую въ сокровище Храма двѣ лепты, выходитъ изъ него; и, когда ученики говорятъ Ему о красотѣ злашія, предрекаетъ его разрушеніе. Сіе пророчество, по желанію учениковъ продолжая на горѣ Елеопской, бесѣ дуетъ съ ними о знаменіяхъ грядущихъ и последнихъ временѣ; но бываетъ ихъ къ дѣятельной общецѣности притчами о дѣвахъ ждущихъ жениха и о та- лантахъ; и наконецъ описываетъ последній судъ, изображая Себя Пастыремъ разлучающимъ овцы отъ козлищъ.

За два дни до Пасхи Инсує ясно сказываетъ ученикамъ своимъ, что Онъ въ сіе время предапъ будетъ на пропатіе. Между тѣмъ Архіе- реи, Фарисен и Книжники действительно ищутъ случая погубить Его; и Іуда Пскариотъ соглашается тайно предать Его имъ за 50 сребрениковъ и сниклей, то есть, за обыкновенную, по замѣчанію Маймоніда, цѣну раба.

Въ вечеръ Пасха льный Инсує приходитъ съ Апостолами въ назначенный отъ Него предварітельно домъ въ Іерусалемъ; умываетъ ноги учениковъ, совершаетъ Насху по закону обрядовъ; и установляетъ тапynetво Евхаристін. При семъ Онъ указываетъ своего предателя не только имъ, но и ему самому столь ясно, что сей немедленно удаляется. По вечерни, прекративъ возобновив-

- 35 -

шійся межу Апостолами споръ о первествѣ, и
предсказавъ имъ общее искушеніе, а Петру троес-
кратное отреченіе, съ пъніемъ отходитъ съ ши-
ми въ гору Елеонскую. Въ продолженіе пути
утѣшаетъ ихъ благоволеніемъ Отца своего и на-
деждою сошествія Святаго Духа; увѣрляетъ въ
своемъ спасительномъ содѣйствіи или паче вседѣй-
ствіи, называя Себя лозою, а ихъ рождіемъ;
убѣждаетъ ко взаимной любви и упованію въ
бѣдствіяхъ; и въ заключеніе всего возсылаетъ
крѣпкую и торжественную молитву о единствѣ
впрующихъ съ Богомъ и между собою.

Въ саду Геосиманскомъ Божественный Под-
вижникъ, предназначаетъ самъ свои приближаю-
щіяся страданія. Уклонясь отъ прочихъ учени-
ковъ своихъ съ тремя свидѣтелями своей славы
въ преображеніи, Онъ начинаетъ скорбѣть и ту-
жить; и, оставя ихъ, троекратно молится до
кроваваго пота, такъ что Ангель является для
укрѣпленія Его, между тѣмъ какъ Петръ, Іаковъ
и Юаннъ, которымъ Онъ также заповѣдалъ бѣдѣть
и молиться, погружаются въ сошъ.

Провидя приближеніе предателя, Іисусъ пдѣлѣ
ему на встрѣчу, и словомъ: Азъ есмь, повергастъ
его полчище на землю. Но въ тоже время до-
пустивъ измѣнника облобызать Себя, доброволь-
но предается въ руки враговъ; исцѣляетъ ухо
раба Архіереева, отсѣченное Петромъ; даетъ свя-

*

- 36 -

зать и вести Себя. Устрашенные ученики обращаются въ большество.

Ночью, будучи приведень въ домъ Анны, тес-
тя Архіереева, и потомъ самаго Архіерея Каі-
афы, допрашвается по доносамъ лжесвдѣтелей,
и, по исповѣданіи Себя Сыномъ Божіимъ, будучи
тризнапъ достойнымъ смерти, терпить раз.шч-
ныя поруганія. Въ сіе время Пѣтрѣ, отважившій-
ся видѣть, но не раздѣлять судьбу своего Учи-
теля, три раза отрицается Его во дворѣ Архіе-
рея, слышитъ отъ пѣтуха проповѣдь покаянія,
и выходить съ горькими о грѣхѣ своемъ с.не-
зами.

Утромъ, по новомъ допросѣ во вторичномъ
многочисленнѣйшемъ собранні священниковъ и
ве.льможъ, Іисусъ отсылается къ Пилату на судъ,
въ видѣ возмутителя покоя общественнаго. Сей,
не находя Его виновнымъ, и же.ля отк.юншть
отъ себя сіе дѣю, посылаетъ Его къ Проду,
Тетрарху Галилейскому, который въ сіе время
находился въ Іерусалимѣ. Но и сей, поругавшись
только Іисусу за Его молчаніе, возвращаетъ Его
къ Пилату, въ бѣлой, вѣролатно д.ля означенія
простоты Его и невинности, одежѣ. Между тѣмъ
отчаянный Іуда, бросивъ сребрники въ цер-
кви, прекращаетъ жизнь свою страшною смер-
тію.

Пилатъ, приведенный въ большее прежняго
недоумѣніе поступкомъ Прода, и еще сновидѣні-

- 37 -

емъ своей жены, предлагаетъ Іудеямъ освобо-
дить Іисуса по случаю праздника: но народъ,
наученный Архіереями и старѣйшими, вмѣсто
Его, требуетъ свободы разбойнику Варавѣь. Су-
дія прибѣгаетъ къ послѣдней хитрости, бивъ
Іисуса, увѣнчавъ терніемъ, облекши въ багря-
ницу, и въ семъ позорномъ видѣ показалъ на-
роду: по не могши тронуть его и симъ, паче
же будучи угрожаемъ немилостію Кесарл, умы-
ваетъ руки, и повелѣваетъ умертвить Правед-
ника.

Около полуденнаго времени ведомый на лоб-
ное мѣсто, изнемогаетъ Онъ подъ тяжестію Кре-
ста и вспомоществуется Симономъ Киринейскимъ.
Плачущимъ о Немъ женамъ повелѣваетъ плакать
о себѣ самихъ. На Голговѣ нѣкоторые, изъ че-
ловѣколюбія къ умирающему, приusoятъ Ему,
по обыкновенію, винно смѣшанное съ смирною:
но Его ругатели мѣшаютъ оное съ желчію. -

Вознесенный на Крестъ, Іисусъ видитъ рутаю-
щійся народъ и воиновъ раздѣляющихъ его ри-
зы и молится за враговъ своихъ; поручаетъ свою
Матерь Юанну; хулится отъ распятыхъ съ Нимъ
разбойниковъ, но вскорѣ одному изъ нихъ каю-
щемуся и исповѣдающему Его объщаетъ Рай;
наконецъ, призвавъ Отца своего, вкусивъ оцца
смѣшеннаго съ желчію и возгласивъ: соверши-
шася, предлагаетъ Богу духъ свой, возвѣстивъ о
семъ великомъ событии міру и Церкви, затмѣні-

- 38 -

емъ солнца, зем.летрясеніемъ, возстапіемъ мерт-
выхъ и раздраніемъ церковной завѣсы. При сихъ
чудесахъ нѣкоторые стражи Его тѣла признаютъ
Его Сыномъ Божіимъ. Въ навечеріи субботы, до
которой Іудеи, по причинѣ стечения двухъ празд-
никовъ, отсрочиліи свою Насху, войны посланные
сокрушить голоди распятыхъ, дабы скорѣе мож-
но было снять и погребти ихъ, нашелъ Иисуса
уже умершимъ, прободаютъ Его ребро, изъ ко-
его чудеснымъ и тапинственнымъ образомъ ис-
ходятъ кровь и вода.

Въ тотъ же вечеръ Божественное тѣло Иску-
ни tella попеченіемъ Юсифа Аримаейскаго, Ни-
колима и нѣкоторыхъ женъ, съ обыкновенными
обрядами погребается въ обожнемъ саду въ но-
вомъ гробѣ, высѣченномъ въ камня: а Нацать
по просьбе Иудеевъ, полагаетъ на немъ печать
и поставляетъ у него стражу.

Тѣло Иисуса Христа требыю во гробѣ около
30, а вообще въ состояніи распятія и смерти
около 40 часовъ, которые принадлежали къ тремъ
днямъ: плятку, субботу и едной отъ субботу,
то есть, первому дню седмицы. Въ г.луокое ут-
ро сего дня послѣдовало Его славное Воскресе-
ніе, которое прежде въсѣхъ проповѣдано узникамъ
смерти торжественнымъ Его во адъ сошествіемъ;
а на земіш сперва чрезъ Ангеловъ открыто же-
намъ, такъ какъ жена первая пришла проповѣдь
смерти отъ діавола; потомъ возвѣщено Апосто-

- 59 -

ламъ и Церкви многократными въ продолженіи
40 дней явленіями Господа.

По окончаніи дня покоянѣекоторыя благоче-
стивыя жены, купив ароматы, дабы помазать
тѣло Его, рано приходить ко гробу, по уже то-
гда, какъ закрывавшій входъ его камень отва-
ленъ былъ Ангеломъ, и стража, устрашенная
симъ явленіемъ и бывшимъ при томъ землетрясе-
ніемъ, разсѣялась. При видѣ отверзтаго гроба
Магдалина тотчасъ удаляется, думая, что тѣло
Господа перенесено изъ него въ другое мѣсто:
а прочія сопутницы ея, по входѣ во гробъ, ко-
торый имѣлъ образъ пещеры, видятъ въ немъ
нѣкоторыя одного, а нѣкоторыя двухъ Ангеловъ,
и по выходѣ еще одного, которые благовѣству-
ютъ имъ Воскресеніе и предсказываютъ явленіе
Иисуса въ Гаплетѣ. Жены съ трепетомъ возвѣ-
щаютъ о семъ Апостолѣмъ; и Петръ съ Юан-
номъ поспѣшаютъ ко гробу, и бывъ въ немъ
увѣряются въ Воскресеніи, котораго даже досе-
лѣ не знали изъ писанія. Послѣ нихъ паки при-
ходитъ ко гробу Магдалина, и со смерIES при-
шикши во гробъ, видитъ и она двухъ Ангеловъ.

Теперь начнаются явленія самаго Воскресша-
го Господа, которыхъ въ Евангельской Исторіи
находить десять. Магдалина, озрѣвшись отъ гро-
ба, видить Его; приемлетъ за вертоградаря; у-
знасть, по не получаетъ позволенія прикоснуть-
ся Ему.

- 40 -

Возвращаясь паки къ Апостоламъ, вмѣстѣ съ
другою Маріею, она видить Его въ другой разъ;
и объемлются за ноги Его.

Въ третій разъ является Онъ Петру: но об-
стоятельства сего явленія неизвѣстны.

Предъ вечеромъ того же дня въ четвертый
разъ является Онъ двумъ ученикамъ, изъ коихъ
одинъ былъ Клеопа, на пути въ Еммаусъ; изъ-
ясняетъ имъ пророчества о Себѣ, и познается въ
преломленіи х.ѣба.

По скоромъ возвращеніи сихъ учениковъ въ
Іерусалимъ, въ тотъ же вечеръ Господь являет-
ся въ пятый разъ. Сквозь затворенные двери
Онъ входитъ въ домъ, гдѣ пребывали Апосто-
лы, кромѣ Θομы, и производитъ въ нихъ спер-
ва недоумѣніе и страхъ, а потомъ радость; да-
руетъ имъ миръ и Святаго Луха; даетъ осязать
Себя и вкушаетъ предъ ними рыбу и медъ.

Чрезъ восемь дней отъ сего явленія посѣдо-
вало шестое подобное предъдущему, для увѣ-
ренія Θομы; при чемъ Господь бдяженнымъ на-
зываетъ тѣхъ, которые не видятъ и въруютъ.

Въ седмый разъ является Онъ седми учени-
камъ на морѣ Тиверіадскомъ; предагаетъ имъ
чудесно успешный ловъ, и на брегѣ рыбу, х.ѣбъ
и огнь; пистязуетъ любовь Петра, поручаетъ ему
своихъ овецъ, и притчею предсказываетъ муче-
ническую смерть.

Осьмымъ явленіемъ полагать межно то, кото-

- 42 -

9.

ОЧЕРКЪ ХАРАКТЕРА

ПЕТРА ВЕЛИКАГО.

=

Чего не исказили страсти человѣческія? Нѣ-
которые иностранные Писатели, а за ними и лег-
ковѣрные читатели, изображаютъ даже ПЕТРА
ВЕЛИКАГО въ тревратномъ видѣ! Они не зна-
ютъ ПЕТРА. Онъ представляетъ одно изъ тѣхъ
рѣдкихъ явленій въ правственномъ мірѣ, кото-
рыя Природа создаетъ, какъ бы для показанія
всего своего могущества, и въ доказательство,
что она еще не истощилась временемъ. Въ са-
момъ дѣлѣ, щедрая во всемъ Природа скупа толь-
ко въ распредѣленіи нравственныхъ качествъ и
великихъ характеровъ. Броскъ философскій
взглядъ на милліоны людей, которые возстаютъ
цѣлыми поколѣніями изъ ничтожества, и снова
переходятъ къ забвению, подобно перелетнымъ
облакамъ, не оставивъ пос.ѣ себя никакого слѣ
да. Какая-то грусть объемлетъ сердце: горест-
но помыслить, что сім' гордые рыцари суеты и
тщеславія, блестящіе занимствованнымъ свѣтомъ

- 43 -

чужой славы и своего счастія, сін роскошные
богачи, приводящіе въ движеніе тысячи людей
звономъ металла, сіи красавицы, почитающія се-
бя божествами посреди толпы поклонниковъ, од-
шимъ словомъ, цѣлые ряды нашихъ современни-
ковъ, находящихся на первомъ планѣ картины
свѣтской жизни, погрузятся въ вѣчное забвеніе
наравнѣ съ бѣднымъ оратаемъ или поденщи-
комъ! За каждымъ поколѣніемъ, исчезнувшимъ
съ лица земли, время простираетъ завѣсу изъ
чернаго тумана, и чѣмъ болѣе сіи поколѣнія от-
даляются отъ насъ, тѣмъ мракъ становится не-
проницаемѣ. Всё сокрывается отъ умственныхъ
нашихъ взоровъ, почести, могущество, богатство
нашихъ предшественниковъ: только одни слав-
ные подвиги сіютъ во мракъ, какъ звѣзды на
темномъ небосклонѣ. Сіи звѣзды освѣщаютъ Ис-
торику путь во храмъ Истины, гдѣ онъ соби-
раетъ краски для начертанія вѣрныхъ изображе-
ній. - Извѣстность провозглашаетъ имена людей
необыкновенныхъ, общее мнѣніе опредѣляетъ
истинное достоинство каждого, потомство рѣ-
шаетъ всѣ спорные и сомнительные предметы,
наконецъ Слава вступаетъ въ свои права и пред-
ставляетъ образцы въ урокъ человѣчеству.

Міръ исполненъ дѣлами Пѣтрал. Прославлен-
ная нынѣ Россія — есть Его твореніе. Совре-
менники назвали Его Великимъ, потомство утвер-
дило приговоръ, — и Слава озарила имя Пѣтрал

- 44 -

сіяніємъ, которое угаснетъ развѣ вмѣстѣ съ со.ин-
цемъ.

Науки суть пища уму и душѣ; но безъ про-
свѣщенія общаго онъ не пылаютъ, не согрѣва-
ютъ че.ловѣ чества, а только т.ѣютъ безъ по.нь-
зы. Учение можетъ сдѣлать че.ловѣ ка полезнымъ,
достойнымъ уваженія и благодарности — но не
великимъ. Величіе находится въ Природѣ: она,
же.лая украсить че.ловѣ чество, зароняетъ въ ду-
шу избраннаго ею существа искру того небес-
наго огня, который мы называемъ геніемъ.

Чтобы с.ѣдовать прямымъ путемъ къ ве.ш-
кой цѣ.ли общаго б.лага и не ослѣпляться мете-
орами л.жемудрствованій, л.олжно быть одарену
отъ природы умомъ проницательнымъ и основа-
тельнымъ. Въ противномъ с.учаѣ, вмѣсто добра,
произойдетъ з.лю. -

ПЕТРЪ одаренъ былъ геніемъ и умомъ необык-
новеннымъ: онъ созидалъ и вмѣстѣ учился. -
Не получивъ никакого первоначального воспита-
нія, онъ си.люю ума достичъ быстро того, что со-
ставляло предметъ ц.юй жизни другихъ людей,
и сравнявшись въ познаніи наукъ съ просвѣщен-
нѣйшими Европейцами своего времени, превзо-
шелъ всѣхъ своихъ подданныхъ и во всемъ с.дь-
лался самъ ихъ учителемъ. Гдѣ геній творить,
а умъ исполняетъ, тамъ все идетъ быстро и успѣш-
но. ПЕТРЪ желалъ лучами просвѣщенія разогнать
мракъ невѣ жества (въ которомъ гибзятся всѣ

- 45 -

пороки), и дать Россіи вкусить сладкіе плоды
образованности – и Россія тросвѣтилась. – Онъ
хотѣлъ продѣлить жизнь Россіи въ грядущіе вѣ-
ки, утвердить ея силу, давъ новую жизнь раз-
слабленному ея составу, и Россія предстала об-
новленною, въ цвѣтѣ юности, съ новымъ воин-
ствомъ, флотами, въ новомъ гражданскомъ по-
рядкѣ. Онъ хотѣлъ, для внутренняго ея спо-
койствія, показать извѣнъ ея силу – и побѣдные
звуки раздались въ землѣ вражеской, и цѣлыя
области покорены по Его мановению. Превращая
Азіатскую Державу въ Европейскую Монархію
перваго разряда, Петръ должностовалъ измѣ-
нить весь прежній порядокъ вещей, и преобра-
зовать всѣ сословія людей отъ особы самого Го-
сударя до послѣдняго подданнаго: созданы новые
законы, судилища, новыя званія и должности; ус-
тановленъ новый образъ жизни, и Петръ вездѣ
былъ основателемъ и первымъ исполнителемъ. Онъ
все самъ видѣлъ, обо всемъ судилъ своимъ умомъ,
и зналъ лично всѣхъ върныхъ помощниковъ, отъ
перваго вельможи до послѣдняго письмоводите-
ля, отъ Генерала до солдата.

Правосудіе есть первая добродѣтель въ Го-
сударѣ: оно уподобляетъ его божеству безстра-
стному. Отъ правосудія Государя зависятъ все
благоденствіе подданныхъ. Сильный или проныр-
ливый страшится угнетать слабаго и простодуш-
наго, когда увѣренъ, что законъ, нанравляемый

- 46 -

перспективно волею Монарха, поразитъ виновнаго безъ раз.мчія званія и состоянія. Каждый членъ общества твердъ и усерднѣ въ обязанностяхъ своего званія, если знаетъ, что онъ найдетъ у трона над.ежашую защиту отъ бурнаго порыва страстей чужихъ и препону своимъ собственнымъ. Подъ покровомъ правосудія, заслутн и дарованія не страшатся ядовитыхъ стрѣлъ к.еветы и зависти. Спокойствіе и довѣренность волѣ дворяются въ сердцахъ: добродѣтель торжествуетъ, порокъ гибнетъ или скрывается во мракъ.

ПЕТРЪ былъ правосуденъ въ высочайшей стенаціи. Онъ почиталъ другомъ того, кто представлялъ ему истину безъ покрова, наказывалъ лесть какъ преступленіе, и презпира. пѣ постыдное равновесіе въ дѣлахъ общественныхъ. Въ исполненіі за-коновъ Пѣтрѣ былъ выше природы человѣческой. Первый и последій изъ его подданныхъ равно подвергался ихъ покровительству и строгости. Сострадал какъ отецъ, Петръ, какъ Государь, подвергъ собственнаго сына суду. Спасительный урокъ для человѣчества и сверхъ — естественный прямѣръ безпристрастія! Мог.ш.п. послѣ того подданные уклоняться отъ петы, и лицензіятствовать вопреки закону? Одна мысль о правосудіи Государя заглушала всѣ страсти, и правда торжествовала въ судахъ.

Но безъ твердости луха невозможно исполнить всѣхихъ предшерстній, преобразовать Госу-

- 47 -

дарство, и быть правосуднымъ. Злоба непостошма въ средствахъ для разрушения преградъ своё
ей деятельности. Устрашенная повинною нео-
пытность требуетъ примѣра и подпоры на каж-
домъ шагу, отъ лица самого преобразователя.
Великал душа Петрова не страшлась ни злобы,
ни силы человѣческой. ПЕТРЪ одинимъ присут-
ствіемъ своимъ обезоружилъ мятежниковъ, и
своимъ примѣромъ научилъ пообъять враговъ
въ бояхъ кровопролитныхъ. Ничто не могло удер-
жать Его въ стремительномъ полетѣ къ высо-
кой цѣли, благу Россіи, и встрѣчаемыя Имъ пре-
поны служили единственно къ возбуждению Его
дѣятельности и умножению средствъ. Твердость
духа ПЕТРА Великаго упрочила Его великіе
труды и сообщила имъ ту крѣпость, которая
продолжитъ навѣки ихъ существование.

Любимъ ли ПЕТРЪ Великий Россію? — Пись-
мо Его въ Сенатъ изъ подъ Прута, и рѣчъ къ
воинству подъ Полтавою служатъ на сіе отвѣ-
томъ. Онъ приспѣвъ въ жертву Россіи все, что
только драгоцѣнно для человѣка: жизни, время,
спокойствіе и счастіе собственнаго семейства!

Необыкновенные умы и силовые характеры
всегда имѣютъ непримышленныхъ враговъ и пла-
менныхъ друзей. Враги ПЕТРА хотѣли преслѣдь
священные для героя. Друзья его съ радостью
жертвовали для него собственныю жизнию. ПЕТРЪ,
какъ всякий гений, по какому-то сочувствію, узна-
валъ людей, и прошлѣлъ въ сердца. Откровен-

- 48 -

Мость Его, прямодушіе и доверіе къ добросо-
вѣстности, во времена самыя смутныя, привлека-
ли и привязывали къ нему всѣхъ умныхъ и
ве.школушныхъ людей. — Онъ искалъ друзей и
приверженцевъ не въ кругу однихъ своихъ ца-
редворцевъ — но вездѣ, гдѣ только видѣлъ умъ,
усердіе и доброе сердце, — гдѣ бы и ш въ состоя-
щіи помять Его и оцѣнить по достоинству. Петръ
зналъ всѣ сословія своего народа, сообщался съ
нимъ лично, и потому имѣлъ общшее попри-
ще д.я избранія вѣрныхъ сподвижниковъ и дру-
зей — а предъ лицемъ Самодержавнаго Монарха,
какъ предъ Богомъ, всѣ подданные равны. Отъ
него зависятъ озарить свѣтомъ своего ве.шчія
заслугу и достоинство, и презрѣть ложный блескъ
свѣтскихъ пришій.

Умалішваемъ о гражданскихъ и воинскихъ до-
блестяхъ, украшавшихъ Преобразователя Россіи:
онъ суть с.лѣдствія его ума и характера. Какъ
Государь, Петръ соединялъ въ себѣ всѣ каче-
ства, необходимыя для облага подданныхъ: Онъ
былъ одаренъ изобрѣтате.льнымъ, основате.льнымъ
и быстымъ умомъ, твердостью духа. Онъ былъ
правосуденъ, обладалъ искусствомъ познавать
любіе и зналъ Россию — выше всего постав.я.ъ
пистину — и потому приобрѣлъ имя Великаго.
Россіяне любятъ по справед.швости гордиться,
что онъ былъ ихъ Царемъ и соотечественникомъ.

БУЛГАРИНЪ.

III.
НАУКИ И ХУДОЖЕСТВА.

ВОСПОМИНАНІЕ

о

СРАЖЕНІИ ПРИ ПРЕЙСИШЪ-ЭЙЛАУ.

*(Окончание.)*

Съ утреннимъ полусвѣтомъ армія поднялась
и стала въ ружье. Еще костры курь шись на мѣс-
тѣ ночлега между войсками, которые черными
полосами разсѣкали бѣлое, незапятнанное поле
будущаго сраженія; еще нигдѣ изнутри пхѣ не
сверкнуло ни одного выстрѣла; только видно бы-
ло иѣкоторое волненіе въ линіяхъ и колоннахъ,
приходившихъ въ окончателный порядокъ; чет-
вертая пѣхотная линзія возвратилась на свое
мѣсто, въ составъ главнаго резерва арміи, и Ар-
хангею городскій полкъ примкнулъ къ резерву

4

- 50 -

ся лѣваго фланга. Тутъ ободняю, и, со свѣтомъ, грянула шестидесяти-пушечная баттарея нашего праваго фланга. Часть непріятельской артиллерии, ночевавшей подъ прикрытіемъ переднихъ строений города, отвѣчала на вызовъ, и Наполеонъ увидѣлъ собственными глазами, что лѣю идетъ о битвѣ уже не съ appier гардомъ, какъ онъ думалъ, а со всемю нашею арміею. Не можетъ быть, чтобы въ эту минуту великий Полководецъ не упрекнуть себя въ удаленіи корпусовъ Ней и Йаву на такое разстояніе отъ арміи, въ какомъ они тогда находились, и не подословалъ на судьбу, которая, въ такой рѣшительный день лишила его корпуса Бернадотта. Обстоятельство это не прошло бы ему даромъ за семь лѣтъ прежде, когда Суворовъ былъ еще на копь передъ Русскими знаменами. Но отъ того, что уже не было Суворова, ему нельзя было пренебрегать Бенингсена, Полководца не безъ высокихъ достоинствъ по многимъ отношеніямъ. Гонцы полетѣли къ Йаву и къ Нейо съ приказаніями немедленно обратиться къ Эйлau.

Между тѣмъ жестокая канонада гремѣла вокругъ города, и главыя сны Французской арміи начали размѣщаться. Легкія Кавалерійскія бригады Дюропеля, Брюера, Гюб и Кольберта остались въѣхъ отъ Эйлау. Пьхотная дивизія Левала, соединивъ всѣ три свои бригады, расположились лѣвымъ флангомъ къ этимъ легкокоп-

- 51 -

нымъ бригадамъ, а правымъ къ городу. Пъхот-
ная дивизія Леграна выдвинулась впередъ города
и примкнула къ правому флангу Леваля. Кор-
пусъ Ожеро построился въ двѣ линіи. Дивизія
Дежартина составила первую, а дивизія Гюдле
вторую линію. Объ эти дивизіи примкнули лѣ-
вые свои фланги къ церкви, лежащей у оконеч-
ности города, гдѣ находился Наполеонъ во все
время сраженія.

За Ожеро расположилась кираспирская дивизія
Гопульта, примыкая слѣва къ пѣшей гвардіи,
стоявшей позади церкви за возвышеніемъ. За
Гопультомъ стала конная гвардія, а вправо, на
одной съ нимъ линіи драгунская дивизія Груши.
Дивизія Сентъ-Илера, отъ корпуса Сульта, примк-
нула къ правому флангу первой линіи Ожеро,
заслоняя собою драгунскую дивизію Клейша; дра-
гунская дивизія Мило—къ правому флангу Клей-
на, и составила оконечность всей арміи.

Канонада съ объныхъ сторонъ загоралась по мѣ-
рѣ развитія Французской арміи параллельно на-
шей. Она сдѣлалась общею, но все гремѣла съ
большею сплою около города нежели на дру-
гихъ пунктахъ, — съ нашей стороны, потому что
мы посредствомъ ея старались воспретить диви-
зіямъ Леграна и Леваля нападеніе на нашъ пра-
вый флангъ, — а съ непріятельской, для привле-
ченія нашегоъ вниманія болѣе на нашъ правый
флангъ чѣмъ на лѣвый, чтобы тѣмъ облегчить

*

- 52 -

усінія Даву, котораго прибытіе на оконечность
нашего лѣваго ф.ланга д.олженствоваю рѣшить
участь сраженія.

Уже огонь изъ пьско.лькихъ сотъ орудій про-
должался около трехъ часовъ сряду, и ничего
замѣчателѣнаго не происходило ни съ непріятель-
ской, ни съ нашей стороны.

Получивъ извѣстіе о скоромъ прибытіи кор-
пуса Даву, – ему ве.lichо было, направляясь къ
арміи, взять вправо отъ Бартенштейнской до-
роги, на которую онъ перешелъ съ Гей.льсберг-
ской, – Наполеонъ приказалъ всей г.давной арміи
двинуться также вправо, л.я связи своего дѣй-
ствія съ действіемъ Даву. Армія двинулась, но
въ самую эту минуту закрутилась мятель съ гу-
стымъ снѣгомъ, такъ, что въ двухъ шагахъ ни-
чего не было видно; корпусъ Ожеро потерялъ
дoprекцію, и, отдѣлясь отъ дивизіи Сентъ-П.пера
и всей кавалеріи, предсталъ неожиданно, и д.я
нась и д.я себя, передъ центральною баттаре-
ею нашею въ самый моментъ проласненія пого-
ды. Семдцать жер.пъ рыгну.ш адомъ и градъ
картечь зазвень.лъ по же.ляз. ружей, застуча.пъ
по живой громадъ костей и мяса. Въ одно мгно-
веніе полки Московскій, Гренадерскій и Ш.шс-
се.льбургскій пъхотный, и пъхотная бригада Ге-
нерала Сомова, рину.шь на нее жадно съ нак-
лоненными штыками. Французы вско.льыхну.шь,
но, ободряясь, представил.ш штыки штыкамъ и

- 55 -

стали грудью. Произошла схватка, дотоль не-
виданная. Больше двадцати тысячъ человекъ съ
объехъ сторонъ вонзали трехъ гранное остріе
другъ въ друга. Толпы валились. Я былъ оче-
виднымъ свидѣテлемъ этого страшного истреб-
ленія, и скажу по истинѣ, что, въ четырпад-
цать кампаній моей службы, во всю эпоху войнъ
Наполеоновскихъ, справедливо названную эпопе-
ей нашего вѣка, я подобнаго побои не виды-
валъ. Около получаса не было слыши ни шееч-
ныхъ, ни ружейныхъ выстрѣловъ, ни въ среди-
нѣ, ни вокругъ его: слышенъ былъ только не-
выразимый гулъ перемѣшавшихся тысячей храб-
рыхъ и рѣзавшихся безъ пощады. Груды мерт-
выхъ тѣлѣ осыпаллись свѣжими грудами, люди
падали один на другихъ сотнями, такъ, что вся
эта часть поля сраженія вскорѣ уподобилась вы-
сокому парапету вдругъ воздвигнутаго укрѣпле-
нія. Накопецъ – наша взяла! Корпусъ Ожеро
былъ опрокинутъ и жарко преслѣдовать нашею
пѣхотою и княземъ Голицынымъ, прискакавшимъ
съ центральною кончинцею на подпору пѣхоты.
Задоръ достигъ до не вѣроятія: одинъ изъ на-
шихъ баталіоновъ въ пылу погони запеся за
непріятельскую позицию и явился у церкви,
во стѣ шагахъ отъ самаго Наполеона; объ этомъ
упоминаютъ сами Французы во всѣхъ описаніяхъ
войнъ того времени. Минута была критиче-
ская. Наполеонъ, котораго рѣшительность умно-

- 54 -

жилась по мърѣ усиленія опасности, приказала Мюрату и Бессеру ударить съ тремя дивизілми Гопульта, Клейна и Груши и съ конною гвардіею, на наши войска, гнавшіяся за Ожеро при криках ура, — движеніе необходимое для спасения хоть части его корпуса, и дія предупрежденіл общаго съ нашей стороны натиска, въ служа, ес.ш Беннигсенъ на это отважится. Больше шестидесяти эскадроновъ обскакало справа обжавшій корпусъ и понеслось на насъ, махая нашами. Загудѣю поле, и снѣгъ, взрываемый двѣ надцатью тысячами сплоченныхъ всадниковъ, поднялся и завился изъ-подъ нихъ, какъ вихрь изъ-подъ громовой тучи. Блистательный Мюратъ, въ театральномъ костюмѣ своемъ, сопровождаемый многочисленною свитою, горѣлъ впереди оурі, съ саблею на-голо, и летѣлъ какъ на пирѣ въ середину сѣчи. Пушечный, ружейный огонь и рогатки штыковъ, подставленныхъ нашею пъхотою, не преградили гибельному призву. Французская Кавалерія все смяла, все затопила, прорвали первую линію арміи и, въ оурномъ порывѣ, достигла до второй линіи и резерва. Тутъ разразился о скалу напоръ волѣ ея. Вторая линія и резервъ устояли, не поколебашлись, и густымъ резервнымъ и баттарейнымъ огнемъ обралиши вспять нахлынувшую громаду. Тогда кавалерія эта, въ свою очередь преслѣдусь магушею кончинцею сквозь строй пъхоты первой линіи.

- 55 -

ніп, ею же прежде смятой и затоптанной, а те-
перь снова поднявшейся на ноги и стрѣлявшей
по ней въ догонку, отхлынула даже за черту,
которую сама занимала въ началѣ дѣла. Погоня
конницы была удальски запальчива и, какъ го-
ворится, до дна, à fond. Оставленныя на этой
чертѣ непріятельскія баттарен были взяты нѣ-
сколькими нашими эскадронами, которые до нихъ
достигли; канонеры и у многихъ орудій колеса
изрублены всадниками, но самыя орудія оста-
лись на мѣстѣ за непмѣніемъ передковъ и упря-
жей, ускакавшихъ отъ страха изъ виду. Въ этой
рукопашной свалкѣ, въ приливѣ и отливѣ кава-
леріи, дивизіонные Генералы, кавалерійскій Го-
пультъ, гвардейскій Далманъ и пѣхотный Де-
жарденъ, легли на мѣстѣ битвы. Самъ маршалъ
Ожеро, дивизіонный Генералъ Гюдле и бригад-
ный Лошетъ были рапены; нѣкоторые другие
бригадные генералы и множество штабовъ и оберъ
офицеровъ потерпѣли подобную же участь. Два
эскадрона гвардейскихъ кошныхъ гренадерѣ, ко-
торые составляли хвостъ уходившей непріятель-
ской кавалеріи, были отхвачены нашесю конни-
цею и положили жизнь между первою и второю
лишлли. Четырнадцатый миейный полкъ
лишился всѣхъ офицеровъ, а въ двадцать четвер-
томъ миейшомъ осталось въ жпвыхъ только
пять. Весь корпусъ Ожеро, три кавалерій-
скія дивизіи и конная гвардія представляли

- 56 -

одни об.юмки. Шесть орловъ было взято нашими.

Какая была минута для дружнаго и совокуп-
наго напора всѣхъ нашихъ си.ль на дивизію Сентъ-
П.ера, оставшуюся безъ подпоры и безъ надеж-
ды на какую-либо подпору! Все вокругъ нея было
или истреблено или разстроено, и, что всего важ-
lie, ишшено духа не только помогать ей, но да-
же защищаться. Сверхъ того, еще бы.ю не боя
одинадцати часовъ утра, — с.г.д.ственно остава-
лось два часа времени до прибытия корпуса Даву
на поле сраженія. Но чтобы пол.ьзоваться подобны-
ми минутами, не дово.льно г.ю.бокаго познанія сво-
его дѣла, не дово.льно духа твердаго и ума расчет-
ливаго: все это мертво безъ вдохновенія, безъ то-
го порыва, непонятнаго, непзъяснимаго, мгновен-
наго какъ электрическая пскра, который равно
необходимъ и поэту, и витіш, и пол.ководцу, и
который составлял.ль принад.лежность Наполеона,
принад.лежность Суворова, — поэтовъ и витіш воен-
наго дѣла, принад.лежность Пиндара и Мпра-
бо, — пол.ководцев слова.

Благопріятная минута, обещавшая оружію на-
шему такъ много выгоды, пачез.ла. Войска наши,
гнавшіяся за непріятелемъ, прпнуждены бы.ш
возвратиться въ составъ г.авныхъ с.п.ль арміш,
изъ которой не бы.ю выдвинуто ни одного бата-
лиона имъ на подпору, и разстроенный непрія-
те.ль, пол.ьзуясь ихъ от.швомъ, сп.лютился, уст-
ройся, ободрился. Тогда об.ъ арміш вошіш въ

- 57 -

то самое положеніе, въ котором находились до рѣзни и сѣчи, до бойни, безполезно пожравшей такое множество, и всѣ эти чудеса храбрости, все это самоотверженіе, весь этотъ геропзмъ вошновъ, загромоздившихъ трунами свои поле кроваваго пренія, обратился ни во что. Какъ будто его не бываю!..... Дѣйствіе ограничилось жестокою канонадою, которая спова разлилась по всему протяженію объьхъ армій, и побіеніемъ ею новыхъ тысячей, — такъ, — отъ — печего дѣлать, — до прибытія къ Французамъ корпуса Даву, къ намъ Прусскаго корпуса Лестока.

Насталъ второй периодъ сраскенія. Около перваго часа по полудни, на гребень высотъ, которые видились отъ насъ в.пво, замелькало нѣсколько отдельныхъ всадниковъ. За нимъ показались громады кошшицы, а тамъ выдвинуллись громады пѣхоты и артилеріи. Горизонтъ зачерпѣлъ и взволновался. Холмы Саусгартепа, до толѣ безмолвные, сверкнули, склубились дымомъ, и «проглаголали», Даву отвѣчалъ имъ изъ сорока орудій, и потекъ лавою на боевое поле, въ одно время съ дивизіей Сентъ-Илера, которая сдѣлала приблизительное къ нему движение и была усилена кавалерійскою дивизіею Мило. На лѣвомъ флангѣ Сентъ-Илера, уступомъ отъ него, двинулись кавалерійскія дивизіи, уже потерпѣвшія въ бою, Клейна, Груши, Гопульта: онъ были построены въ три линіи. Къ лѣвому флангу этой

- 58 -

кавалерій примкнулъ остатокъ корпуса Ожеро,
построенный въ двѣ линіи. За нимъ расположи-
лась пьшая гвардія, а позади Гопульта кошая
гвардія, потерпѣвшая въ бою не менье кавале-
рійскихъ дивизій. Дивизія Леграна и Леваля,
какъ и четыре легкія кавалерійскія брігады ос-
ташься на своихъ мѣстахъ.

Все вниманіе, и наше и непріятельское, обра-
тилось къ Даву и къ нашему лѣвому флангу.

Поскакали адъютанты по Альторфской дорогѣ
съ повелѣніями Лестоку увелѣчить поспѣшность
и прибыть скорѣе уже не къ правому флангу
арміи, а чрезъ Шмодиттенъ къ лѣвому. Нѣкото-
рая часть конницы и артилеріи, находившалась
на нашемъ правомъ флангѣ и въ центрѣ, потя-
нулась тоже къ лѣвому флангу, который непрія-
тельскія сплы подавляли болѣе и болѣе и загп-
бали къ центру, давно уже терпѣвшему отъ бат-
тарей, расположенныхъ за каменными строенія-
ми города: онъ обстрѣливали все протяженіе на-
шей арміи отъ Эйлau до озерѣ, лежащихъ меж-
ду Саусгартеномъ и Кушттеномъ.

Обстоятельства являлись не въ красивомъ ви-
дѣ. Даву, оттѣсшвъ нашъ лѣвый флангъ за озе-
ра, занялъ пространство, раздѣляющее Кушш-
тенъ и Саусгартенъ, заложилъ на высотахъ его
огромную баттарею, и съ своей стороны заш-
залъ ядрами протяженіе нашей арміи, обстрѣш-
ваемое уже изъ города. Селеніе Кушштенъ на-

- 59 -

полнплось его пѣхотою, и пѣхота отъ дивизіи
Сентъ-Илера забралась въ мызу Ауклапенъ, гдѣ
была ночью главная квартира Бенингсена. Графъ
Остерманъ съ неустрашимостью, Графъ Паленъ
съ спокойствіемъ героевъ, отражали нападеніе,
котораго стремительность возрастала отъ успѣ-
ховъ. Но тщетно! Безпорядокъ началъ оказы-
ваться между нашими войсками. Вся часть поля
сраженія, отъ Кушиттена до Шмодиттена, по-
крылась разсѣянными солдатами: они тянулись
къ Кенингсбергской дорогѣ подъ прикрытіемъ
тѣхъ изъ своихъ товарищей, которые, не теряя
пи духа, ни устройства, обливали еще своей
кровю каждый шагъ оспориваемой земли. Пере-
крестный огонь умножившихся баттарей непрія-
теля пахалъ, взрывалъ поле битвы и все, что
на немъ ни находилось. Обломки ружей, щепы
лафетовъ, кивера, каски вились по воздуху. Все
трещало, все разрушалось. Средь бури реву-
щихъ лѣръ и лопавшихъ гранатъ, посреди упав-
шихъ и падающихъ людей и лошадей, окружен-
ный сумятицею боя и облаками дыма, возвышал-
ся огромный Бенингсенъ какъ знамя чести. Къ
нему и отъ него носились адъютанты; извѣстія
и повелѣнія смѣнялись извѣстіями и повелѣнія-
ми; скачка была безпрерывная, дѣятельность не-
утомимая: по положеніе арміи тѣмъ непсправля-
лось, потому что всѣ мысли, всѣ намѣренія, всѣ
распоряженія нашегоъ вождя дышали осторож-

- 60 -

ностью, расчетливостю, — свойствами ума тонка-
го, основателяного, сильного дыя состязанія съ
умами такого же рода, но не со вспышками ге-
нія, не съ созданіями внезапности, которые ус-
ко. изаютъ отъ предусмотрѣній и угадываній, ос-
нованныхъ на классическихъ правахъ. Все, что
Бенингсенъ и приказывалъ, все, что ни испо-
нилось въ слѣдствіе его приказаній, — все кю-
шилось къ систематическому отраженію нападе-
нія Даву и Сентъ-И.ера, противуставя штыкъ
штыку, дулю дулу, но не къ смерю и неожи-
данному движению, выходящему изъ круга обык-
новенныхъ движений, не къ удару на-уда.ню и
очертя голову на какой-шбудь пунктъ, почита-
сый непріятелемъ винъ опасности. И под.шчно:
какъ шлю дѣю? Даву продоложаю напрать, ох-
ватываю болѣе и болѣе. Нѣвый франгъ нашей
арміи, тогда какъ центръ и правый франгъ, не
двигался съ мѣста, постепенно отѣ-яш отъ се-
бя частцы пѣхоты, кошцы, артилериш, на
подпору отступавшему франгу, подвергаясь без-
полезно выстрѣламъ артилериш Даву и Сентъ-
И.ера, громившей перекрестно съ выстрелами,
направленными изъ Эйлau, и не предшіймали
ного совокупнаго, ичего рѣшеннаго, ичче-
го такого, чтобы могло своею скоропостижно-
стю ощеломить противника. Впрочемъ, много
по.льзы приносию намъ и одно прегражденіе на-
тисковъ праваго непріятельскаго франга до при-

- 61 -

бытія корпуса Лестока; но для этого слѣдовало подкрѣплять флангъ большими массами, а не мелкими частями. Багратіонъ, который въ ми-нуты опасности поступалъ на свое мѣсто силою воші и дарованія, двинуł резервъ къ Ауклапену, и обратилъ его лицемъ къ Даву и Сентъ-Илеру. Ермоловъ прискакалъ къ тому же пункту съ своими трицатью шестью конными орудіями, выдвинуł ихъ изъ-за резерва, осыпалъ брандсугелями Ауклапенскую мызу, мгновенно зажегъ ее, и припудилъ непріятельскую пѣхоту удалиться. Тогда, не теряя ни миouchты, онъ бро-сился къ озерамъ и сразился съ заложенными на нихъ баттареями; онъ вмѣстѣ съ тѣмъ не пере-пускалъ ни одной пѣхотной колонны ни мимо озеръ къ Ауклапену, ни къ Кушиттену для под-крѣпленія войскъ, ввалівшихся въ это селеніе. Но эти успѣхи, или, лучше сказать, эта отсроч-ка угрожавшей гибели не могла быть продолжительна. Для похищения у непріятеля рѣш-тельной пожды, надобно было не только оста-новить, но поразить Даву натискомъ на его пра-вый флангъ, и вмѣстѣ угрозить тылу его общимъ напоромъ на корпусъ Ожеро и кавалерію, кото-рая къ нему примыкала. Для последняго мы еще обладали достаточной силою; но для перваго намъ необходимъ былъ бы Прусский корпусъ, который все не являлся.

Наконецъ прискакали адъютанты съ пзвѣстіемъ

- 62 -

о приб.шженіі Лестока, такъ давно, такъ нетерпѣливо жданнаго намп. Занявши бо.льшую часть корпуса Неля битвою съ бригадою Генерала Плоца и преслѣдовашемъ ея къ Крейцбургу, Лестокъ, съ г.лавными своими сн. лами, которые состояли изъ левяти бата.юповъ и двадцати девяти эскадроновъ (*), обратился на Лейсенъ, Гравытенъ и Альторфъ. Уже было около четырехъ часовъ: горога Альторфская зачернѣла войскамъ, и Беннигсенъ поскакалъ къ нимъ на встрѣчу, и д.ля ускоренія ихъ прихода, и д.ля того, чтобы направить ихъ по собственнымъ видамъ. Замѣтно было, что по прибытии г.лавнокомандующаго къ этому корпусу, стремленіе его успѣшься. Лестокъ направленъ былъ къ Шмодиттену: онъ мниовалъ это селеніе, и, не доходя до Бушиттена, построился въ боевой порядокъ. Правую колонну его составлялъ Русскій Выборгскій полкъ, лѣвую полкъ Рюхеля; въ резервѣ за ними, гренадерскій бата.юповъ Фобецкаго сталѣ развернутымъ фронтомъ. Пѣхотный полкъ Шенинга, построенный въ колонну, оставивъ селеніе в.ѣво, ударилъ на непріятельскую колонну, какая передъ нимъ находилась, опрокинуłъ ее и. полкъ въ лѣсъ, прилегавшій къ озерамъ. Генералъ Кале, съ кончинцю и съ одинъ полкомъ козаковъ; который присоединился къ нему отъ

(*) 5,584 человекъ, по рапору лестока.

- 63 -

главной армии, бросив Кушиттен вправо, на-
пал на непріятельскую кавалерию, примыкав-
шую къ этому селению и разстройлъ ее, потомъ
обратился на пѣхоту, выбгавшую въ разстрой-
ствѣ изъ Кушиттена, затопталъ и строилъ
большую часть ся, и не допустилъ ее до лѣса,
въ которомъ скрылась первая пѣхота. Въ этомъ
случай Выборгскій пѣхотный полкъ отбилъ три
орудія, взятыя Французами у нашего лѣваго
франга во время его отступления.

Оълѣлѣвъ Кушиттеномъ, Лестокъ поворотилъ войска вправо и построилъ ихъ лицемъ къ лѣсу. Полкъ Шенинга составлялъ тогда правый фланг; гренадерскій баталIONъ Фобецкаго и Выборгскій пѣхотный средину, а полкъ Рюхеля лѣвый флангъ корпуса. Вторую линию образовалі кирасирскій полкъ Вагенфельда и грагунскіе полкі Ауера и Бачко. Легкоколчий полкъ «товарищей» занялъ мѣсто на лѣвомъ флангѣ пѣхоты.

Въ это время, нашъ отступавшій лѣвый флангъ остановился и устроился; а резервъ его, подъ командою Генералъ-Маіора Графа Каменскаго и конница резерва, подъ командою Генералъ-Маіора Чаплица, двинуллись на подпору Прусскому корпусу.

Аттака лѣса была произведена съ превосход-
нымъ мужествомъ и съ замѣтательнымъ устрой-
ствомъ. Лѣсъ былъ очищень частію огнестрѣе-

- 64 -

пымъ, частію холоднымъ оружіемъ. Вотъ мо-
ментъ общаго натиска всей средины и всего глав-
наго резерва нашей арміи на разжигенные отъ
утреплято боя корпусъ Ожеро, конную гвардію
и три кавалерійскія дивизіи Клейна, Груші и
Гопульта, которые соединяли лѣвый флангъ
Французской арміи съ правымъ. Подобное дви-
женіе даровало побѣду Наполеону подъ Аустер-
лищемъ.

Но армія наша осталась на мѣстѣ, и ограни-
чила дѣйствіе свое одною канонадою. Напору
Лестока содѣйствовала собственная его артил-
лерія, стрѣлявшая въ лице войскамъ Даву и
Сентъ-П. лера, и артиллерія Ермолова, которая
низала линию корпуса и дивизію по всему про-
тяженію отъ лѣваго до праваго ихъ фланга.

Не смотря на это общее съ нашей стороны
бездѣйствіе, которое представляю всѣ успѣя
одному Лестоку и артиллеріі Ермолова, непрія-
тель не устоялъ противъ нихъ. Отступленіе его,
начатое сперва съ устройствомъ, обратилось на-
конецъ въ опасный безпорядокъ, который до-
стигъ до того, что двадцать восемь орудій, ча-
стію подобныхъ, частію ни чѣмъ не поврежден-
ныхъ, быль брошены Французамъ на мѣстѣ сра-
женія. Невѣдѣніе объ этомъ и наступившій мракъ
вечера не дозволілъ Прусскому Генералу украсить
день Эйнаускій такими важными трофеями. Даву
и Сентъ-П. лерѣ, оставивъ поле битвы, располож

- 65 -

жили войска свои по объимъ сторонамъ Саусгар-
тена: авангардъ ихъ занялъ мъсто въ нѣсколь-
кихъ саженяхъ впереди его. Вся непріятель-
ская линія разсѣкала поле сраженія отъ Саус-
гартена къ Эйлау. У города остались на преж-
нихъ мѣстахъ пѣхотныя дивизіи Леваля и Лаграна;
но четыре легкія кавалерійскія бригады подви-
нулись къ Альторфскому ручью, для открытія
сообщенія съ частію корпуса Неля, подходившею
уже къ Альторфу.

Съ нашей стороны, войска расположились на
такой чертѣ: передняя линія, примкнувъ лѣ-
вымъ флангомъ къ дорогѣ, ведущей изъ Кушнит-
тена въ Ламнахъ, шла вдоль ближайшей опуш-
ки лѣса, который передъ Кушниттеномъ, и занп-
мала лѣсъ пѣхотою до самой внѣшней его опуш-
ки. Оттуда линія эта разсѣкала боевое поле впе-
реди Ауклапена и упиралась въ нашу централь-
ную баттарею, игравшую такую значительную
роль въ первомъ периодѣ сраженія. Къ баттареѣ
примыкали войска нашего праваго фланга, какъ
и въ первоначальномъ ихъ построеніи передъ
сраженіемъ. Это насупротивное положеніе сра-
жавшихся войскъ по прекращеніи битвы, дока-
зываетъ отсутствіе рѣшительного перевѣса ору-
жія одной арміи надъ другою. Какъ Француз-
ская такъ и наша, остались въ занимаемыхъ имп
позиціяхъ, съ нѣкоторымъ только измѣненіемъ
на лѣвомъ нашемъ флангѣ, уступившемъ нѣс-

5

- 66 -

колько мѣста корпусу Даву и дивизіи Сентъ-Плера, по причинѣ наступленія сумрака, сопровождаемаго спѣгомъ, который затруднилъ битву. Еще одинъ часть дня и Лестокъ неминуемо овладѣлъ бы артилерією, оставленною Французами между Кушиттеномъ и Саусгартеномъ, и принудилъ бы самый корпусъ Даву и дивизію Сентъ-Плера отступить за Саусгартенъ и далѣе.

Глубокая ночь болѣе и болѣе густѣла надъ Эйлаускимъ полемъ, упѣтаннымъ кровію. Всѣ окружныя селенія пчелы въ памени и отблескъ пожаровъ разливаłся на войска, которые были утомлены, но еще стояли подъ ружьемъ и ожидали повелѣній своихъ начальниковъ. Когдѣ видны уже были вспыхнувшіе костры бивakovъ, около которыхъ тошились сотни раненыхъ тогда какъ другія сотни пробирались и ползли къ нимъ. Искаженные трупы людей и лошадей, разбитыя фуры, пороховые ящики и пафеты, доспѣхи и оружіе, — все это, здѣсь разбросанное, тамъ сваленное въ грѣды, придавало равнинъ живописность ужаса и разрушения, которая не была бы недостойною кисти творца «Послѣдняго дня Помпеи.»

Бой прекратился, по передумѣніе — возобновить-ла битву и шла отступить намъ къ Кенигсбергу, Французамъ къ Вислѣ, обуревало мысли верховныхъ вождей обѣхъ арміей. Упрямѣній восторжествовалъ, — не нападеніемъ, но дожд

- 67 -

давшись утра на мѣстѣ битвы. Беннигсенъ ос-
тавилъ поле около полупочи и на немъ нѣс-
колько эскадроновъ для прикрытія арміи, кото-
рая потянулась къ Кенигсбергу. Лестокъ ото-
шелъ чрезъ Алленбургъ въ Вѣло. Погони не
было. Французская армія, какъ изстрѣленный
военный корабль, съ обломанными и съ изор-
ванными парусами, колыхалась еще грозная, но
песпособная уже сдѣлать одинъ шагъ впередъ,
иі для битвы, иі даже для преслѣдованія.

Вдругъ закшѣли ружейные выстрѣлы въ Шмо-
диттенъ. Мы изумились. Первая наша мысль об-
ратилась къ Нею, который вышелъ изъ нашей
памяти. И подлинно, Ней, прибывъ съ частію
своего корпуса въ Альторфъ въ девять часовъ
вечера, нашелъ тамъ Прусскій гренадерскій ба-
таліонъ капитана Куровскаго. Этотъ офцеръ,
видя несоразмѣрность силъ своихъ съ непріл-
тельскими, оставилъ селеніе и отошелъ къ ар-
міи. Генералъ Апже-Бслеръ, который съ шес-
тымъ и тридцать-девятымъ полками легкой пь-
хоты, слѣдовалъ за нимъ, вступилъ въ Шмо-
диттенъ, селеніе, полное нашими ранеными и
командами, прибывшими для ихъ прикрытія. По-
слѣднія открыли огонь по Французамъ, и пере-
стрѣлка завязалась. Тотчасъ отражены были на
помощь имъ Воронежскій пѣхотный полкъ и нѣ-
сколько орудій; но непріятель, недожидаясь при-

*

- 68 -

бытія нашего отряда, отступилъ въ Альторфъ,
и тѣмъ прекратилась тревога.

Двадцать восьмаго числа армія наша, отдох-
пувъ въ Мюльгаузенъ, продолжала путь къ Ке-
нигсбергу, вокругъ которого остановилась, ос-
тавивъ арріергардъ князя Багратіона въ Люд-
вигсвальдѣ.

Французская армія, опасаясь на пути впередъ
новаго сраженія, осталась около Эйлау. Только
двадцать четыре эскадрона двинулись для на-
блюденія на берега Фришпнга, къ Мансфельду
и Людвигсвальду, и то по истечении сlichtкомъ
двухъ сутокъ и когда Наполеонъ удостовѣрил-
ся въ прибытіи нашей арміи къ Прегелю.

Пятаго февраля Наполеонъ рѣшился отсту-
пить за Пассаргу для занятія кантонпръ-квар-
тиръ: онъ оставилъ Эйлау, преслѣдуемый на-
шимъ авангардомъ и всѣми козачьими полками
подъ начальствомъ атамана своего Платова, ко-
торый съ того дня началъ свою Европейскую
репутацію.

Обратное шествіе непріятельской арміи, не
смотря на умѣренность стужи, ни въ чемъ не
уступало отступленію ея пять пѣтъ послѣ изъ
Москвы къ Нѣману. Находясь въ авангардѣ, я
былъ очевидцемъ кровавыхъ с.ѣдовъ ея отъ Эй-
лау до Гутштата. Весь путь усѣянъ былъ ея
обломками. Не было пустаго мѣста. Вездѣ встрѣ-
чали мы сотни лошадей, умирающихъ и.ш. за-

- 69 -

валившихъ дорогу своими трупами, и лазаретныя фуры, полныя умершими или умирающими солдатами и чиновниками. Торопливость въ отступлении до того достигала, что, кромѣ страшальцевъ, оставленныхъ въ повозкахъ, мы находили многихъ, выброшенныхъ на снѣгъ безъ крова и одежды, истекающихъ кровью. Такихъ было на каждой верстѣ не одинъ, не два, но десятки и сотни. Сверхъ того, всѣ деревни на пути нашемъ завалены были больными и ранеными, безъ врачей, безъ пищи, безъ малъйшаго призора. Въ этомъ преслѣдованіи козаки наши захватили множество усталыхъ, много мародеровъ и восемь орудій, завязшихъ въ снѣгу и безъ упряжи.

Уронъ нашъ въ этомъ сраженіи простирался почти до половиннаго числа сражавшихся, т. е. до 57.000 человекъ убитыхъ и раненыхъ: по спiskамъ видно, что послѣ битвы армія наша состояла изъ 46,800 человекъ регуларнаго войска и 2,500 козаковъ (*). Подобному урону не было примѣра въ военныхъ лѣтописяхъ со временiem изобрѣтенія пороха.

Оставляю читателю судить объ уронѣ Французской арміи, которая обладала меньшимъ числомъ артилеріи противъ нашегоъ и отбитой отъ двухъ жаркихъ приступовъ.

(*) Изъ записокъ Генерала Беппингсена.

- 70 -

Трофей нашли состоящ въ девяти орлахъ, ис-
торгиутыхъ изъ рядовъ непрілѣе ньскихъ, и въ
2000 п.ѣнныхъ. Прусскій корпусъ взялъ два
орла.

Трогательное произшествіе случилось со мною
послѣ сраженія. За годъ и два мѣсяца армія на-
ша поражена была подъ Аустерлицемъ. Кава-
лергардскій полкъ раздѣлалъ пораженіе съ про-
чими. Служивший въ этомъ полку поручикомъ
родной братъ мой, тогда двадцати-пятній юно-
ша, былъ жестоко раненъ: онъ поучилъ пять
ранъ саблею, одну пулею и одну штыкомъ, и
былъ оставленъ за мертво въ грудь труповъ на
полѣ сраженія. Такъ пролежалъ онъ до г.ύбокой
ночи. Ночью онъ очнулся, всталъ и кой-какъ
добрелъ до огня, сверкавшаго изъ ближайшей
деревни, которую нашелъ полную Русскій ра-
неными. Онъ помѣстился между ними. Спустя
трое сутокъ, двое кавалергардовъ, подобно ему,
но гораздо легче его раненыхъ, Араповъ и Бар-
ковскій, уговорилі его итти всѣдъ за отсту-
павшею арміей нашей, и онъ, не зная ея напра-
вленія, побреши вмѣстѣ, какъ бродятъ люди,
изнуренные страдашіями и голодомъ. Путешест-
віе ихъ продолжалось не до го. Гвардейскій
конно-гренадерскій эскадронъ, отряженный изъ
Французской арміи для собранія раненыхъ, какъ
Французскихъ такъ и Русскихъ, настигъ стран-
никовъ и объявиłъ имъ объ ихъ участи. Дѣлать

- 71 -

было нечего: надобно было повиноваться. Эскадронъ пошелъ далиѣ, но командиръ его препоручилъ брата моего и его двухъ товарищей одному изъ офицеровъ своего эскадрона для доставленія ихъ въ Брюнъ, гдѣ тогда находилась главная квартира Наполеона.

«Но, бъдненький охъ, а за бъдненькимъ Богъ!» говоритъ пословица. Офицеръ этотъ былъ по ручникъ Серюгъ, племянникъ министра Маре (Герцога Бассано). На его произволъ отданы были и жизнь и смерть брата моего. Я говорю жизнь и смерть, потому что ненависть Французовъ къ Русскимъ и Русскихъ къ Французамъ началась съ этой эпохи. Въ объихъ арміяхъ вошлю въ обычай срывать съ п. винника послѣдній покровъ, послѣднюю обувь, и, изнеможеннаго голодомъ, усталостью, стужею и п. раною, требовать смерти. Начальство этого не приказывало, но за такіе поступки и не взыскивало. Человѣкому бывший и сострадательный Серюгъ не былъ еще зараженъ этими грусными примѣрами. Собользнуя злополучію своего пѣнника, онъ про стеръ свою сописходительность до того, что вос претилъ ему итти пѣнкомъ, посадилъ его на лошадь и раздѣлилъ послѣдній кусокъ собствен наго хлѣба съ ослабленнымъ отъ голода врагомъ. Онъ довезъ его до пастора ближайшаго села, приказалъ покормить его при себѣ до-сыта, снарядилъ для него повозку и отправилъ его въ

- 72 -

Брюнъ, ожививши его дружескимъ и, можно сказать, братскимъ участіемъ. Кромѣ того, онъ далъ брату слово отыскать его въ Брюнъ, куда надѣлся вскорѣ возвратиться, и на лучай не-vозврата взялъ съ него слово прибѣгнуть прямо къ дѣдѣ его, Министру Маре, и требовать отъ него всѣхъ вспомоществованій, необходимыхъ въ его положеніи.

Все это смышалъ я отъ брата, по возвращеніи его изъ п.ѣна, за нѣсколько недѣль до отъѣзда моего въ армію.

Прибывъ съ apprіергардомъ въ Людۋгсвальдъ 29 Января, я отпросился у Князя Багратіона въ Кенгсбергъ для своихъ надобностей, и, по прибытіи туда, присталъ у Генерала Чап.шца, исправлявшаго должность коменданта города. Чап-лицъ объявилъ мнѣ, что какой-то Французскій офцеръ, раненый въ пос.ѣднемъ сраженіи, страшвалъ его обо мнѣ, и.ш лучше сказать, освѣ-домлялся, нѣтъ ли въ арміи нашей гвардіи По-ручика Давыдова? Я одинъ бы.ль гвардіи Пору-чикъ Давыдовъ въ ц.юй арміи, и, изъ любо-пытства узнать имя этого Французскаго офице-ра, просилъ показать себѣ именной списокъ п.ѣн-ныхъ чиновниковъ. Каково бы.ю мое удивленіе, когда имя «гвардіи конно-гренадерскаго полка Поручика Серюга», первое бросилось мнѣ въ глаза при раскрытіи огромнаго фо.піанта. Уви-дѣть это имя и бѣжать къ Серюгу – бы.ю од-

- 73 -

нимъ движеніемъ. Я еще не добъжалъ, еще не
видалъ его въ лице, а уже былъ его братомъ,
его другомъ, — вѣчнымъ другомъ и страстнымъ
братомъ. Надобно сказать, что жители Кенигс-
берга, узнавъ о прибытіи нашей арміи къ стѣ-
намъ города, опасались отступленія ея далѣе и
занятія города Французами: вотъ почему, чтобы
б.аговременно заслужить Наполеонову благо-
склонность, они всѣми мѣрами испросили у Бен-
нигсена позволеніе разобрать по домамъ своимъ
раненыхъ — Французскихъ офицеровъ, для поль-
зованія и содержанія ихъ на своемъ иждивеніи.
Разумѣется, что въ этомъ фортупа болѣе бла-
гопріятствовала племянинку Министра чѣмъ дру-
гому. Серюгъ пользовался гостепріимствомъ бо-
гатѣйшаго гражданина въ Кенигсбергѣ.

Я нашелъ его въ высокомъ, роскошно-убран-
номъ домѣ, котораго весь первый этажъ предо-
ставленъ былъ на его волю. Кровать съ занавѣ-
сой, бѣлье отличное, ширины, столики, диваны,
общирныя креслы возлѣ кровати, полусвѣтъ и
курешѣ въ комнатѣ, и врачѣ, и лекарства: ни
въ чемъ не было недостатка. Но онъ лежалъ
б.ѣдный, изнеможенный, въ жестокихъ страда-
ніяхъ. Ильсколько сабельныхъ ранъ по головѣ и
по рукамъ не столько его безпокоили, сколько
мучила его рана пикою въ пахъ, — глубокая и
смертельная. Я тихо и осторожно подошелъ къ
кровати страдальца и объявилъ ему мое имя.

- 74 -

Мы обнялись какъ-будто совоспитанники, какъ
будто родные братья. Онъ спросилъ о братѣ
моемъ съ живымъ участіемъ; я благодарилъ за
сохраненіе мнѣ его, и предложилъ себя его услу-
гамъ съ душевнымъ чувствомъ. Онъ на это от-
вѣчалъ мнѣ: «Вы видите, я на попеченіи добра-
«го человѣка и ни въ чемъ не нуждаюсь. Одна-
«ко вы можете мнѣ сдѣлать большое одоленіе.
«Безъ сомнивія между плѣнными есть раненые
«моего возвода: не можете-и вы исходатайство-
«вать у начальства двухъ, п.ш хотя одного изъ
«моихъ конно-гренадеръ для пребыванія под.ш
«меня. Пусть я умру, не спуская съ г.азъ мун-
«дира моего полка и гвардіи ве.шкаго человѣ-
«ка.» — Разумѣется, что я бросился къ Бенниг-
сену и Чаплищу, испросилъ у нихъ позволеніе
на избраніе изъ полы плѣнныхъ двухъ конно-
гренадеръ возвода Серюга, п черезъ два часа явші-
ся къ нему въ сопровожденіи двухъ его усачей,
осъненныхъ медвѣжьими шапками и одѣтыми во
всю форму. Не.льзя пзъяснить радости несчаст-
наго моего друга при видѣ своихъ сослуживцевъ.
Пзъявленію благодарности не было бы конца,
безъ просьбы моей прекратить порывы сердца,
сто.ль изнурительные въ его положеніи.

Двое сутокъ я не оставлялъ Серюга ни ден-
но, ни нощно; на третьи все кончилось: онъ
умеръ на рукахъ моихъ, и похоронился на Кен-
нигсбергскомъ к.ладобишѣ!

- 75 -

За гробомъ ш.ш тѣ же два Французскіе кон-
по-гренадера и Поручикъ Русской гвардіш. Стран-
ное сочетаніе людей и мундировъ!

Глубокая печаль живо выражалась на лицахъ
старыхъ рубакъ, товарищей моихъ въ процес-
сіи... Я былъ молодъ... Я плакалъ.

ДЕНИСЪ ДАВЫДОВЪ. (*)

(*) Денисъ Васильевичъ Давыдовъ (род. 1784), Генералъ Маіоръ, Позть-Партизанъ, извѣстнѣ въ Анттературѣ прекрасными сво- ими Посланіями и Пѣснами. Въ прозѣ написалъ онъ Творіо пар- тизанського дпйствія, Разборъ трехъ статей въ Запискахъ Наполеона, и нѣсколько журнальныхъ статей, изъ которыхъ помѣщеннал въ этомъ Курналѣ отличается особенной военной поззією и прекраснымъ слогомъ.

IV.

СМБ СБ.

I. ПИСЬМО ЛОМОНОСОВА КЪ И. И. ШУБАЛОВУ.
Что я нынѣ къ Вашему Превосходительству ши-
шу, за чудо почитайте, д.ля того, что мертвые
не пшутъ. Я не знаю еще, и.ш по последней
мѣрѣ сомнѣваюсь, живъ ли я или мертвъ. Я ви-
жу, что Г. Профессора Рихмана громомъ убило
въ тѣхъ же точно обстоятельствахъ, въ кото-
рыхъ я былъ въ то же самое время. Сего Юля
въ 26-е число, въ первомъ часу по полудни,
поднялась громовая туча отъ норда. Громъ былъ
нарочито силенъ, дождя ни кап.ш. Выставлен-
ную громовую машину посмотрѣвъ, не видаль
я ни малаго признака электрической силы. Од-
нако, пока кушанье на столѣ ставш. и, дожда-
ся я нарочитыхъ электрическихъ изъ проволоки
пскръ, и къ тому пришла моя жена и другіе, и
какъ я, такъ и онъ, безпрестанно до проволоки
и до привѣшенаго прута дотыкалась, затѣмъ,
что я хотѣлъ пмѣть свидѣтелей разныхъ цвѣ-

- 77 -

товъ огня, противъ которыхъ покойный Профессоръ со мною спорилъ. Внезапно громъ чрезвычайно грлнулъ въ самое то время, какъ я руку держалъ у желѣза, и искры трещали. Всѣ отъ меня прочь побѣжали, и жена просила, чтобы я прочь шелъ. Любопытство удержало меня еще двѣ или три минуты, пока мнѣ сказали, что щи простынутъ, а притомъ и электрическая сила почти перестала. Только я за столомъ посидѣлъ нѣсколько минутъ, внезапно дверь отворилъ человѣкъ покойнаго Рихмана, весь въ слезахъ, въ страхѣ и запыхавшись. Я думалъ, что его кто нибудь на дорогѣ побилъ, когда онъ ко мнѣ былъ посланъ; онъ чуть выговорилъ: Профессора громомъ зашибло. Въ самой возможной скорости, какъ силъ было много, пріѣхавъ я, увидѣлъ, что онъ лежитъ бездыханенъ. Бѣдная вдова и ея мать таковы же, какъ онъ, блѣдны. Мне и минувшая въ близости моя смерть, и его блѣдное тѣло, и бывшее съ нимъ наше согласіе и дружба, и плачь его жены, дѣтей и дому столь были чувствительны, что я великому множеству сошедшагося народа не могъ ни на что дать слова или отвѣта, смотря на лице того, съ которымъ я за часъ сидѣлъ въ Конференціи, и разсуждалъ о нашемъ будущемъ публичномъ актѣ. Первый ударъ отъ привѣшенной минѣ съ ниткою пришелъ ему въ голову, гдѣ красноビшневое пятно видно на лбу; а вышла изъ не-

- 78 -

го громовая электрическая сила изъ ногъ въ доски. Нога и пальцы сини, и башмакъ разодранъ, а не проженъ. Мы старались движение крови въ немъ возобновить, затѣмъ, что онъ еще былъ теплъ; однако голова его повреждена и больше нѣтъ надежды. И такъ онъ плачевнымъ опытомъ увѣрилъ, что электрическую громовую силу отвратить можно; однако на шестъ съ желѣзомъ который долженъ стоять на пустомъ мѣстѣ, въ которое бы громъ билъ, сколько хочетъ. Между тѣмъ умеръ Г. Рихманъ прекрасною смертію, исполняя по своей профессіи должность. Память его никогда не умолкнетъ; но объная его вдова, теща, сышъ пяти лѣтъ, который добрую показывалъ надежду, и двѣ дочери, одна двухъ лѣтъ, а другая около полугоду, какъ объ немъ, такъ и о своемъ крайнемъ несчастіи п. лачутъ. Того ради, Ваше Превосходительство, какъ истинный Наукъ любитель и покровитель, будьте имъ милостивый помощникъ, чтобы объдная вдова лучшаго Профессора до смерти своей пропитаніе имѣла, и сына своего, манѣшкаго Рихмана могла воспить, чтобы онъ такой же былъ Наукъ любитель какъ его отецъ. Ему жалованья было 860 рублей. Милостивый Государь! находатieszъ объной вдовъ его и дѣтямъ до смерти. За такое благодарѣніе Господь Богъ васъ наградитъ, и я буду больше почитать, нежеши за свое. Между тѣмъ, чтобы сей с. лучай

- 79 -

не был протолкован противу приращенія На-
укъ (*), всепокорнійше прошу миловать Науки и
Вашего Превосходительства,
всепокорнійшаго слугу въ слезахъ.

Санктпетербургъ,
Юлл 26. 1753.

2. ТАКТИКА СУВОРОВА. Часто Герой Италійскій говариваю любимымъ своимъ Генераламъ въ по-ученіе слѣдующія краткія изрѣченія: «будьте быстры, неутомимы, прозорливы и подвижны! Непріятель думаетъ, что вы за сто верстъ; а вы, ульовы, утроивъ богатырскіе шаги, нагряньте на него въ расплохъ. Непріятель пересталъ за-ботиться, онъ ожидаетъ васъ съ чистаго поля; а вы изъ-за горъ крутыхъ, изъ-за темныхъ лѣ-совъ, какъ снѣгъ на голову налетите на него, поразите, стѣсните, и опрокинувъ гоните безъ устали.... Болѣе всего не давайте врагу оду-мываться: испуганный непріятель уже въ поло-

(*) Это опасение «тобы прекрасная с.перть Рихмана не
была перетолкована противъ приращеній Наукъ, — обпару-
живаетъ истинную любовь нашегоъ великаго Поза къ Наукамъ.
Тутъ говорятъ его душа и сердце; тутъ видно его пламенное
стремление къ распространению просвященія въ мимой отчизнь!

- 80 -

вину пообъжденъ. У страха глаза велики, и одинъ покажется за десятерыхъ.»

### 3. ПЕТРЪ ВЕЛИКИЙ ПОСЛѣ ПОЛТАВСКОЙ БИТВЫ.
Полтавское сраженіе не продолжалось и двухъ часовъ. Небо (сказано въ Журналь Петра Великаго) непобъдимые господа Шведы скоро хребетъ свой показали, и отъ нашихъ войскъ вся непріятельская армія весьма опрокинута. Вольтеръ въ своей Пistorіи говоритъ, что эта достославная побѣда есть одна изъ малаго числа побѣдъ, благодѣтельныхъ роду человѣческому.

Послѣ сраженія, вешкодушный Побѣднѣцъ Шведовъ возвратилъ шпаги всѣмъ п.гнннымъ Генераламъ и приг.асинымъ ихъ къ Себѣ объѣдать. За столомъ, Петръ первый много разговаривалъ съ Фельдмаршаломъ Репншпьядомъ, и менѣку прочитъ изъявилъ свое удивленіе, что Шведы такъ с.лѣпо зашішь въ землю, стоіь отдаленную и имъ непріязненную.

— Мы не смотрѣли на опасности,» отвѣча. и Шведский Полководецъ: «а исполнія пове. гнія своего Монарха.»

— Вотъ какъ должно служить своему Государю!» воскликнулъ Петръ Великий, восхвощенный симъ отвѣтомъ.

- 81 -

4. ГЕНЕРАЛЬ ДОХТОРОВЪ ПОДЪ МАЛЫМЪ ЯРОСЛАВЦЕМЪ. Оставя разоренную Москву, Французы намкреваллись прорваться въ наши южныя губернии, и двинуллись всѣти силами по Калужской дорогѣ, къ Боровку. Генераль Дохторовъ, занявъ съ своимъ летучимъ отрядомъ мальти Ярославецъ, предупредилъ ихъ дерзкое покушение. Началась битва упорная и кровопролитная. Воемсь разъ городъ переходилъ отъ Французовъ къ Русскимъ. Нашъ Герой помнилъ, что это сраженіе рѣшаетъ участь полуденнаго края Россіи, и ставъ передъ своимъ отрядомъ, воскликнулъ: «Наполеопъ хочетъ пробиться; по опѣ перепадетъ развѣ по моему трупу!» Голосъ любимаго начальника отозвался во всѣхъ сердцахъ. Раздалось ура! заблиستали штыки, и упорный врагъ былъ отраженъ. Слава Герою!...

5. БОРОДИНСКОЕ ПОЛЕ. На пространствѣ того мѣста, гдѣ происходила битва Бородинская, тескутъ три рѣчки: Войня Колоча и Стопецъ.

Была война, какой Европа не видала со времени изобрѣтенія огнестрѣльнаго оружія; былъ бой, гдѣ смерть на каждомъ шагу едва успѣвала поражать новыя жертвы; былъ стонъ, раздавшийся и въ Россіи, и въ отдаленныхъ предѣлахъ Европы.

6

- 82 -

Во мракъ письвъстности сокрыто, когда эти
рѣки получиш названіе, сто.ль сообразное съ об-
стоятельствами чалѣго времени, и что подало
поводъ къ такимъ именамъ. Къ несчастію чело-
вѣчества, военные бури пумятъ на лицѣ землѣ
почти отъ первопачальнаго основанія человѣче-
скихъ обществъ. Можетъ быть и въ прошедшія
сто.ѣтія проп исходила на полѣ Бородинскомъ бит-
ва кровопроп.штная, можетъ-быть и тогда бой-
на, бой и стонъ перед.ш память о себѣ рѣчкамъ,
хотя ничтожнымъ, но пережившимъ вѣки.

Безмолвны теперь по.ня битвы Бородинской;
прахъ сражавшихся смѣшался нераздѣ.льно въ нѣд-
рахъ землѣ х.ладной; нѣтъ тамъ даже и бутровъ,
возвѣщающихъ с.ѣды битвы: осталлись однѣ бат-
тарен, заросшія травою.

КОНЕЦъ ПЕРВАГО ТОМА.

КНИЖКА ТРЕТІЯ.

На восшествіе на престолъ Императрицы

<table><tr><td>Елисаветы. Ломопосова</td><td>5.</td></tr><tr><td>Дубъ и Трость. Басня Дмитриева</td><td>13.</td></tr><tr><td>Отрывокъ изъ писемъ Русскаго офицера о Филиандіи. Батюшкова</td><td>15.</td></tr><tr><td>Біографія Державина. Полеваго</td><td>27.</td></tr><tr><td>Воспоминаніе о сраженіи при Прейсшшъ-Эйлау. Давыдова</td><td>57.</td></tr></table>

Смѣсь: 1.) Подвигъ Генерала Эммануеля. 2.) Чувствительность Кутузова. 3.) Переправа Русскихъ войскъ черезъ Камчикъ, въ 1829 году.

КНИЖКА ЧЕТВЕРТАЯ.

Екатеринъ II-й, на Шведскій зиръ. Державина. 3.
Оселъ и Соловей. Басня Крылова . . . . . . 7.
Моимъ дѣтямъ. Подшивалова . . . . . . . 9.
Кто истинно добрый и счастливый человекъ?

<table><tr><td>Жуковскаго</td><td>21.</td></tr><tr><td>Страданія Иисуса Христа, Его смерть и воскресеніе. Филарета</td><td>31.</td></tr><tr><td>Очеркъ характера ПЕТРА Великаго. Бумгарина. 42.</td></tr><tr><td>Воспоминаніе о сраженіи при Прейсшшъ-Эйлау. (Окончаніе).</td><td>49.</td></tr></table>

Смѣсь: 1.) Письмо Ломопосова къ II. II. Шувалову. 2.) Тактика Суворова. 3.) Петръ Великій послѣ Полтавской бятвы. 4.) Генераль Дохторовъ подъ Малымъ Ярославцемъ. 5.) Бородинское поле.