— 30 —

Арсеній. Въ первый же годъ, послѣ своего основанія, оно уже подовало постранцу Олегарію надежды на хорошую будущность. Въ слѣдующемъ году напечатано было для него, при букварѣ, исколько грамматическихъ правилъ. Царь и Патріархъ, дополняя его устройствомъ, имѣлі памъреніе завести Греко-Датинскія Школы и во многихъ другихъ го-родахъ. Но пелѣзжество сиѣшило подавить возникающие про-свѣщене въ самомъ зародынѣ. Непелѣзжество состояніе Греко-Да-тинскаго Школы при Патріархѣ Юсафатѣ, по при Юспіфѣ оно уже сѣдалось предметомъ нападеніи людей, защищавшихъ непо-рочность богослужебныхъ нашихъ книгъ. Самъ основатель ся и наставникъ подналъ нападеніи и гопенію Патріарха за то, что былъ ревностнымъ обличителемъ, непосправности тогдашнихъ Богослужебныхъ книгъ Славянскихъ, и дѣлалъ Патріарху неоднократныя представлѣнія: сжить наши Славянскія черковныя книги со Греческими, и исправить персы по тексту послѣднихъ.»

Въ отношение народнаго образованія, въ 31-й fascis царствованіе Алексія Михайловича Россія обновилась тѣмъ, что Хмельницкій, разбивъ пѣсколько разъ полаковъ. славною побѣдою подъ Зборовымъ (Сбаражемъ) въ 1649 г. застанѣлъ польскаго короля Ана Казимира принять, между прочими статьями договора, и слѣдующую: « Испитимъ Учлищамъ посещавшагося бѣлѣ, ии въ Итвѣ, ии въ другихъ помышьяхъ казацкаго». Но полаки и не думали исполнить этого договора. Напротивъ, жестокости спова начались, какъ въ Малороссіи, такъ въ Литвѣ и на Вѣлынѣ. Въ столѣ тѣсныхъ обстоятельствахъ, Хмельницкій отправилъ послѣкъ къ царю Алексію Михайловичу съ прошеніемъ покровительства и защиты Малороссійскому народу, и предлагалъ вступить въ поданіе Россіи со всесою Украйною. Это было въ февралѣ 1651 г. при Натріархѣ Юспѣфѣ. Царь предложилъ просьбу Хмельницкаго на разсуждение Сѣбора, Духовнаго и Гражданскихъ особъ.

1649 г.

По мысли и убѣжденію патриара Иниена, въ этомъ 1649 г. любимецъ цари и сверстникъ его, постѣлышцій Феодоръ Михайловичъ Римскаго, устроилъ для цацкъ, на берегу Москвы рѣки, близъ Воробьевыхъ горъ, у церкви Св. Апостола Андреа, монастырь во имя Пресображенія Господня, какъ бы

3.

— 31 —

въ знакъ того, что отсюда теперь должно начаться преобразование духовной жизни Русскаго народа, какъ она нѣ когда была цеобразована (в. проновѣ дью первозвANNаго апостола. Сюда вызваны были ученые иночи Кіевъ-Печерской лавры Межегорскаго монастыря и другихъ Матероссійскихъ бISHЕЛей. Въ гибѣ ихъ первое мѣсто запахать Елифаній Славянскій—«музѣ мудрый, пекущійся, многоученный въ философіи и богословіи, изрядный даделашь, пекущійся въ Елиниогреческомъ и Славянскомъ діалектахъ», успешный показать еще въ Кіевѣ много опытовъ своихъ богословскихъ познаний. Въ то же время царь Алексій Михайловичъ троебралъ въ Москву отъ митрополита Кіевскаго Сильвестра, еще двухъ ученыхъ иноковъ изъ Лавры: Архангія Стаповскаго и Дамаскина-Панчакаго. Цѣ лѣ ихъ призванія въ Москву была не только учена, но и учебная. Записаясь переводами «душеполезныхъ кингъ» съ Грецскаго языка на Славянскій, они должны были вмѣстѣ съ тѣ лъ обучать московское юношество свободнымъ наукамъ. Такимъ образомъ составилась въ точномъ смыслѣ учное браншетство съ Училищемъ.

Нарѣ Алексій Михайловичъ освящалъ также въ Москву Западноисraelскую (Пыль московскую) Духовную Академію. Въ которой внесутывающі:

Амвросій Нодольский, Августинъ Винодарскій, Архангельскъ
Московскій; Шлюцкъ-митрополитъ Московскій; Дмитрій Сельско-хмельницкій
Новgorod, кн. князь Кантижскій-сатарскій и стихотеторъ;
А. А. Бановъ—священъ Екатеринъ; Ермилъ В. Костровъ, перепел-
тыкъ 1 р. — палатн. вр. Нв. Литовск.-постепн. Н. М. Тер-

— 35 —

Ирвекій-докторъ богословін и заслуженный профессоръ московъ университету (*)
Як. Ив. Баршесъ проф. государств. зак.; С. Н. Ерменинин, докторъ
проф. ботан. при сн. Академіи Науки; В. Н. Петрог. издательный
писатель въ царствованіе Екатерины II.

Въ Московской Духовной Академии наук, были въ
1862 г., съ начальствомъ Академического курса, въ первый
разъ къ слушателю дескій, всокомыкс. слуханцы, и в 8 чело-
вѣ къ, съ разрѣшенія его высокопресвятенствія, митрононита
Филарета, приняты съ опуо безпѣдны.

(1) Гол. въ Москвѣ въ 1798 г. Умеръ въ 1874 г. Оцк. учавствовалъ
въ переротъ Ср. Писанія съ Еврейскаго языка на Русскій; занимался
переводомъ твореній Св. Стилья съ Греческаго на Русскій языка вд.
«Арнетіанскаго Бенія». Изъ сочиненій его издѣстны «Фотограмы
Догматическіе» и слесо о прерочествахъ Рѣшаго Звѣтка.

Прежде всего необходима оговорка. Въ программу наста-
янцаго труда вопили только Училища, Школы и пр., а не
образование народа, исходившее изъ нихъ. Тамъ, где соч-
тется за нужное, будетъ сдѣлать взглядъ и на исходъ его
изъ Училщы, Школъ и проч.; но все-таки главная задача
труда, повторяемъ — возникновеніе Училищъ.

До Юанна III мы выдали: какъ возникли Училища.
Осталось сказать о 220 лѣтнемъ периодѣ, т. е. отъ Юанна III
до Нетра Великаго.

Правственная сила народа, хранимая Церковію, поученіемъ
и прононѣдью, осталась твердое, несмотря на нашествіе
Азіатскихъ пародовъ.

Мы выдали, что печатаніе первой книги (Апостолъ) окончено
только въ 1564 г. « Благополучное совершеніе такого подвига,
говорить г. Ногдинъ, явленіе первой печатной книги вдругъ,
во множествѣ экземпляровъ, удобство и леткость чтенія ио
ней, должны были показаться для современниковъ чудомъ,
должна была образовать всѣхъ Православныхъ людей, полу-
чившихъ теперь возможность пріобретать духовныя сокро-
вища, столь для нихъ веждѣленныя, съ меньшими затруд-
неніями и меньшими жертвами. Наші трущины должны
были показаться людямъ необыкновенными, должны были
осыпаны почестами и наградами, сдѣляться предметомъ ува-
женія... Но иІІ паградъ, иІІ почестей, иІІ признательности

— 42 —

вепролучили они; не столько счастія, но и обыденнаго способствія и безопасности недосталось на долю этихъ людей, прилагавшихъ сердце къ славному делу, думавшихъ сосудить воburgю службу Церкви и Отечеству, мечтавшихъ соответствовать предшествію Русскаго народа, спасенію душъ Христианскихъ. Брань ругательства, напраслины, клеветы, обвинения чуть на въ глодолюмъ церстунленін, въ ересн—вотъ что сталъ удѣлъ достойныхъ дѣлателей, и они должны были нискать спасенія въ скоромъ обществѣ отъ угрожавшихъ опасностей» Мы нахали къ этому нужнымъ добавить, что и самый типографейный домъ былъ сожженъ необлагопѣренными людьми. При такомъ норадкѣ дѣлъ ничего было и думать о заведеніи, согласно «Стоглавому Собролному постановленію» о заведеніи повсѣмѣшно Училищѣ. Болѣе удобства представляли къ тому моястыри, да и въ нихъ дѣйствительно больше обучали юношей, чѣмъ при церквахъ и въ домахъ священниковъ и діяконовъ.

За вѣзь вышесказаннымъ, во время Юанна IV народное образованіе ушло иť сколько впередъ противъ татарскаго владѣчества и правленія при Удѣліяхъ назвьяхъ.

Далѣе видно, что при взялъ стараніи Езунтовъ сдѣлать все дѣло—распространить систему своего учения въ Русской землѣ, осталось безусловно. Высшая Езунитская Школа показала церквѣ, и по образцу ея учредилась въ Кіевѣ, Братствомъ Богоявленскей церкви Школа, которая, потомъ, возведена на стенень Коллегіи. Но это былъ только опытъ. При утвержденіи Патриаршества явилось въ Москвѣ

— 43 —

Греко-Латинское Училище, а въ городахъ Греко-Латинскія Школы. Преображенскій Монастырь, устроенный въ Москвѣ Ртищевымъ, образовался въ ученое Братство, а основаніе Занконоспасской Академіи послужило такимъ учрежденіемъ, какое только могло вырабататься въ продолженіи 220 лѣтъ.

Вотъ какою постепенностію Россія дошла до того зна-
менательнаго и высшаго Училища, которое дало намъ выс-
шихъ духовныхъ ученыхъ. Народная жвѣа масса. жившая
по городамъ, селамъ и деревнямъ, обучаясь у священниковъ,
діяконовъ и дьячковъ, ограничивалась изученіемъ часослова,
а много много псалтиря, и то для канонарства.

Немалымъ тормазомъ къ заседенію Школы и Училищѣ
служили и прибывшие къ правителямъ Россіи. Къ числу
такихъ личностей принадлежалъ, при царѣ Михаилѣ Вѣсодо-
ровичѣ, Князь Григорій Сенгульевичъ Черкаскій.

...Величайшій изъ нашихъ Царей тотъ, который, говорятъ, на-
чалъ для насъ новую Эду, которому мы обязаны своимъ величіемъ,
свобой и всеми благамп. какими теперь владѣемъ, отрекся под-
торасто лѣть тому пазадъ отъ древней Россіи предъ лицомъ нѣлато
міра. Онъ смелъ своимъ могущественнымъ дуновеніемъ всѣ наши учреж-
дения; онъ вырылъ пропасть между нашимъ прошедшимъ и нашимъ
настоящимъ и бросилъ въ псе кучей всѣ наши преданія. Онъ отпра-
вился въ страны Запада самымъ малымъ и возвратился къ намъ са-
мымъ великимъ; онъ преклонился передъ Западомъ и сталъ нашимъ
повелителемъ и законодателемъ...»

«Надобно согласиться, что это было прекрасно, это созданіе Петра Великаго...глубоко было сказанное имъ слово: «видите ли тамъ эту образованность, людъ столькихъ трудовъ, видите ли эти науки, эти искусства, которые стояли столько пота столькимъ поколѣйнимъ!... Все это—ваше!»...

(Вѣст. Европы. Декабрь мѣс. 1871 г.
Письма Чаадасва, выраженные въ харак-
теристикѣ литературныхъ мишій Цы-
пина).

— 47 —

(съ 1462 по 1699 годъ, т. е. въ теченіи 237 лѣтъ, въ Россиі существовали предпочтительно Духовныя Училища; но съ вошествіемъ на Русскій престолъ Петра Великаго, Опъ завелъ въ нашемъ отечествѣ Школы и Училища Духов-ныя и Гражданскія (свѣтскія), почти по всѣмъ отраслямъ, и началъ съ того, что далъ Польскому Приказу повелѣніе: «чривлечь въ Россию иностранныхъ, въ томъ числѣ и Гор-ныхъ людей.» Нѣсколько Нѣмцевъ, Грековъ и Англичанъ выз-ваны были въ наше отечество, и, по прибытіи, разохланы въ разныя мѣста государства для отысканія рудъ и постройки горныхъ заводовъ; другіе опредѣлены въ морское службу. Камія Школы и Училища заведены, покажемъ ниже.

При вступлении своемъ на престолъ, Петръ I обратилъ виниманіе и на морское дѣло.

Заведія корабли, завелъ и морскую бомбандирскую роту, при которой и учредилъ Школу Но такъ какъ, кромѣ са-маго Государя, учителя его Зотова, Л. Ф. Магницкаго и весь-ма нѣ многихъ другихъ, небыло свѣдущихъ людей, ни въ наукахъ, ни въ морскомъ дѣлѣ, то офицерскія должности занимали иностранны.

1697 г.

Царь предпринялъ путешествіе по Европѣ и взялъ съ собою бомбандировъ, которыхъ и оставилъ заграніцею для изученія Артиллерійскихъ науки и службъ.

Надобно же Школѣ, учрежденій при Бомбандирской ротѣ, учредить Школу и при Артиллерійскомъ пѣшегоріи.

— 48 —

1798 г.

Въ бытность въ Лондопъ, Государь приказалъ отыскать хорошаго преподавателя математики и морскихъ наукъ, и вслѣдствіе этого повелѣнія ему былъ представленъ профессоръ Абердинскаго университета Фарварконъ. По приглашенію Государя опъ рѣшился вступить въ Русскую службу.

1700 г.

Въ Черниговѣ учреждена Духовная Школа.

1701 г.

«Кіевская Коллегія» названа была Духовную Академію. По словамъ митрополита Евгенія, Кіевская Духовная Академія возрастила для Россіи знаменитыхъ просвѣщеніемъ и добродѣтелями Государственныхъ сановниковъ и во всѣхъ отношеніяхъ отличныхъ гражданъ. Восточные Патріархи: Константинопольскій—Іеремія, и Іерусалимскій—Оеофанъ, благословляли ея колыбель, а Іерусалимскій Патріархъ Напсій видѣлъ уже цвѣтъ ея. И въ самомъ дѣлѣ, имена воспитанниковъ Акадміи, каковы: Лазаря Барановскаго, Св. Дмитрия. Митрополита Ростовскаго, Стефана Яворскаго, Прокоповича-Лопатинскаго, Инокетія—Архіепископа Таврическаго и Херсонскаго, Юва Борецкаго, Елифанія Славеницкаго, Георгія Канисскаго, Гетмана Самойловича, графа Завадовскаго, князя Алек. Алек. Бѣзбородко, Юанна Леванды, Гавриила Бужинскаго, Василья Григоровича, названія странствователя ишкомъ по Киру, Аравіи, Египту и Сиріи, Н. Н. Бантынъ-