— 249 —

же: Ростиславу Переяславль, Андрею Вышегородъ, Борису Бѣлгородъ, Глѣбу Каневъ, Васильку Суздаль. Знаменитый Епископъ Ипфонтъ находился тогда въ Кіевѣ: призванный Изяславомъ, онъ все еще не хотѣлъ покориться Митрополиту Клименту; называлъ его не Пастыремъ Церкви, а вол權ѣ, и заключенный въ монастырѣ Печерскомъ, великолепно сноспѣ гоненіе. Георгій возвратилъ ему свободу, и съ честію отпустивъ къ Новогородцамъ сего любезнаго имъ Епископа, надѣлся тѣмъ преклонить къ себѣ сердца ихъ, хотя въ то же самое время Воевода Юаннъ Берладникъ, оставивъ Смоленскаго Князя и вступивъ въ Георгіеву службу, нападалъ на чиновниковъ Новогородскихъ, собиравшихъ дань въ уѣздахъ (321).

Изгнанный Великій Князь обратился къ старшему дядѣ, Вячеславу, имъ оскорбленному; лыстиł ему именемъ втораго отца, предлагалъ господствовать въ Кіевѣ. Но Вячеславъ держалъ сторону Георгія, не вѣря ласкамъ, не боясь угрозъ племянника, который нашелъ союзниковъ въ Венгерскомъ Королѣ Гейзѣ, Владиславѣ Богемскомъ и въ Лахалъ. Первый не за долго до того времени женился на его меньшей сестрѣ, Евфросиніи — такъ она называется въ Булѣ Папы, Иннокентія IV — и далъ шурину 10,000 всадниковъ (322). Лѣтопись.

Союз съ Венгерами, Богемцами и Поллями.

— 250 —

сецъ сказываетъ, что Государи Богемскій
и Польскій, сваты Изяславовы, сами при-
вели къ нему войско, и что Болеславъ Ку-
дрявый, вмѣстѣ съ братомъ Генрикомъ
угоценный роскошнымъ обѣдомъ въ Вла-
шмірѣ, опоясалъ мечемъ многихъ Сыновей
Боярскихъ. Но сіи иноземные союзники,
узнавъ, что Георгій соединился съ Вяче-
славомъ въ Пересопницѣ, и что муже-
ственный Владимірко Галицкій идетъ къ
нему въ помощь, не захотѣли битвы, оста-
новились у Чемерина пі совѣтовали Изя-
славу прпмириться съ дядею (323). Они,
какъ посредники между пми, вступили въ
переговоры, увѣряя, что равно доброхот-
ствуютъ той пі другой сторонѣ. «Вѣрю и
«благодарю васъ,» отвѣтствовалъ Георгій:
«идите же домой и не тяготите земли на-
«шей; тогда я готовъ удовлетворить требо-
«ваніямъ моего илемянника.» Союзники
вышли весьма охотно изъ Россіи; но хит-
рый Георгій, удаливъ ихъ, отвергнулъ
мирпыя предложенія, которые состояли въ
томъ, чтобы онъ, господствуя въ столицѣ
Кіевской или уступивъ оную старшему бра-
ту, клятвенно утвердить за Изяславомъ
область Владимірскую, Луцкую и Великій
Новгородъ со всѣми данямп. Князь Суз-
дальскій надѣлся отнять у племянника всѣ
владѣпія, а гордый Изяславъ предложи-
талъ гибель миру постыдному.

— 251 —

Непріятельскія дѣйствія началися въ Во- г. 1150.
лыніп осадою Луцка, славною для сына
Георгіева Андрея, ибо онъ имѣлъ случай
оказать рѣдкое мужество. Въ одну ночь,
оставленный союзными Половцами — ко-
торые съ Воеводою своимъ, Жирославомъ,
бѣжали отъ пустой тревоги (324) — сей
Князь презрѣлъ общій страхъ, устыділъ
дружину и хотѣлъ лучше умереть, нежели
сойти съ мѣста. Видя же подъ стѣнами
Луцка знамена отца своего (пришедшаго
къ городу съ другой стороны) и сильную
вылазку осажденныхъ, Андрей устроился
въ битву, гналъ непріятелей, и былъ на
мосту окружень пми. Его братья, Рости-
славъ, Борись, остались далеко, ничего не
зная: ибо пылкій Андрей не велѣлъ распу-
стить своей хоругви, не вспомнилъ сего
обряда вопискаго и не приготовилъ ихъ къ
сраженію. Только два война могли слѣдо-
вать за Княземъ: одинъ покертвовалъ ему
жизнію. Камни сыпались съ городскихъ
стѣнъ; уязвленный конь Андреевъ исхо-
дилъ кровію; острая рогатина прошла
сквозь луку сѣдельную. Герой готовился
умереть великолушно, подобно Изяславу I,
его прадѣду; изломивъ копье, вынулъ мечь;
призвалъ имя Св. Оеодора (ибо въ сей
день торжествовали его намять), сравилъ
Нѣмца, готоваго пронзить ему грудь, и
благополучно возвратился къ отцу. Геор-

Муже-
ство
Андрея.

Февра-
ля 8.

— 252 —

Памят-
никъ
КОЮ.

гій, дядя Вячеславъ, Бояре, витязи, съ ра-
достными слезами славили храбрость юно-
ши. Добрый конь его вынесъ господина изъ
опасности и паль мертвый: благоларный
Андрей соорудить ему памятникъ надъ
рѣкою Стыремъ.

Братъ Изяславовъ, Владимиръ, началь-
ствовалъ въ Лукцѣ. Три недѣли продолжа-
лась осада: жители не могли почерпнуть
воды въ Стырѣ, и Великій Князь хотѣлъ
отважиться на битву для спасенія города.
Тутъ Владимирко Галицкій оказалъ чело-
вѣколюбіе: сталъ между непріятелями,
чтобы не допустить ихъ до кровопролитія,
и взялъ на себя быть ходатаемъ мира.

Юрій Ярославичь, внукъ бывшаго Вели-
каго Князя, Святополка-Михаила (325), и
Ростиславъ, сынъ Георгіевъ, мѣшали оно-
му; но Владимирко, кроткій Вячеславъ и
всѣхъ болѣе добродушный Андрей скло-
нили Георгія прекратить несчастную враж-
ду. Весною заключили миръ: Изяславъ
призналъ себя виновнымъ, то есть, с. лабпьй-
шимъ; съѣхался съ лядями въ Пересон-
ницѣ, и сидѣлъ съ ними на одномъ коврѣ.
Согласились, чтобы племянникъ князіль
спокойно въ области Владимирской и поль-
зовался данями Новогородскими; обяза-
лись также возвратить другъ другу всякое
движимое имѣніе, отнятое въ теченіе вой-
ны. Изяславъ сложилъ съ себя достоин-

— 253 —

ство Великаго Князя; а Георгій, желая казаться справедливымъ, уступилъ Кіевъ брату, старшему Мономахову сыну. Свадьбы и пиры были слѣдствіемъ мира: одна дочь Георгіева, именемъ Ольга, выплала за Ярослава Владимірковича Галицкаго, а другая за Олега, сына Святославова (323).

Вѣт казался довольными; но скоро обнаружилось коварство Георгія. Въ годность ему, какъ върятно, Бояре его представили, что тихій, слабый Вячеславъ не удержитъ за собою Российской столицы: Георгій, согласный съ ними, послалъ брата князать въ Вышегородъ, на мѣсто своего сына Андрея. Сверхъ того, будучи корыстолюбивъ, онъ не исполнилъ условій, и не возвратилъ Изяславу воинской добычи. Племянникъ жаловался: не получивъ удовлетворенія, занялъ Луцкъ, Пересопницу, гдѣ находился Глѣбъ Георгіевичь. Давъ ему свободу, Изяславъ сказалъ: «У меня итѣтъ Новая вражда.» «Вражды съ вами, братьями; по могу ли «сносить обиды? Иду на вашего отца, ко-«торый не любить ни правды, ни бѣлк-«пхъ.» Увѣренный въ добровольствѣ Кіевлянъ, онъ съ малочисленною дружиною пришелъ къ берегамъ Диѣпра и соединился съ Беренѣями; а Князь Суздальскій, изумленный нечаянною опасностью, бѣжалъ въ Городеццѣ (327).

Надъясь воспользоваться симъ случаемъ,

Ист. Кар. Т. Н.

22

— 254 —

слабоушальный Вячеславъ пріѣхалъ въ Кіевъ и
расположился во дворцѣ. Но граждане стремились
толпами на встрѣчу къ Изяславу. «Ты нашъ Го-
сударь!» воскликались они: «не желаемъ ни Геор-
гія, ипъ брата его!» Великій Князь послалъ объя-
вить дядѣ, чтобы онъ, не хотѣвъ добровольно
принять отъ него чести старѣйшинства, неме-
дленно удалился, ибо обстоятельства перемѣ-
нились. «Убей меня здѣсь,» отвѣтствовалъ Вя-
чеславъ: «а живаго не изгонишь.» Сія минут-
ная твердость была безполезна. Провождаемый
множествомъ народа изъ Софійской церкви, Изя-
славъ въѣхалъ на Дворъ Ярославовъ, гдѣ дядя
его спѣлъ въ сѣняхъ. Бояре совѣтовали Ве-
ликому Князю употребить наспілѣ; пѣкоторые
вызывались даже подрубить сѣни. «Нѣтъ!» ска-
залъ онъ: «я не убѣйца моихъ ближнихъ; люблю
«дядю, и пойду къ нему самъ.» Князья обнялись
дружелюбно. «Видишь ли мятежъ народа?» го-
ворилъ племянникъ: «дай миновать общему вол-
«неню, и для собственной безопасности ипъ въ
«Вышегородъ. Будь увѣрень, что я не забуду
«тебя.» Вячеславъ удалился.

Торжество Великаго Князя было не долговременно. Сынъ его, Местиславъ, хотѣлъ взять Перейславль: тамъ княгинъ Ростиславъ Георгіевичь, который изъѣстъ съ Андреемъ рѣшился мужественною обороною загладить ностыдное обѣство отца, привелъ въ городъ Днѣпровскихъ кочующихъ Торковъ, готовыхъ соединиться съ Кіевлянами, и ждалъ врага неустрашимо. Ве-

— 255 —

ликій Князь не имѣлъ времени заняться
свою осадою: свѣдавъ о приближеніи Вла-
димірка Галпцкаго, друга Георгіева, также
о соединеніи Давидовчей съ Княземъ
Суздальскимъ, онъ поѣхалъ къ Вячеславу
и вторично предложилъ ему сѣсть на тронъ
Мономаховъ. «Для чего же ты выгналъ
«меня съ безчестіемъ изъ Кіева?» возра-
зилъ дядя: «теперь отдаешь его мнѣ, когда
«спільные враги готовы пзгнать тебя са-
«мого.» Смягченный ласковыми словами Добро-
племянника, сей добродушный Князь об-
нялъ его съ нѣжностію, и заключивъ съ
нимъ искренній союзъ надъ гробомъ Свя-
тыхъ Бориса и Глѣба, отдалъ ему всю дру-
жину свою, знаменитую мужествомъ, что-
бы отразить Владимірка. Изъславъ при
звукѣ трубъ воинскихъ бодро выступилъ
изъ столицы (328); по счастіе онять измѣ-
нило его храбрости. Еще дружина Вячесла-
вова не успѣла къ нему присоединиться:
Берендѣи же и Кіевляне, встрѣтивъ Гали-
чанъ на берегахъ Стугны, ужаснулись ихъ
сплы, и пустивъ нѣсколько стрѣлъ, раз-
сѣялись. Онъ удерживалъ бѣгущихъ; хо-
тѣлъ умереть на мѣстѣ; молиль, заключалъ
робкихъ; накопецъ, впѣдя вокругъ себя ма-
лючисленныхъ Венгровъ и Поляковъ, ска-
залъ дружинѣ съ горестію: «одни ли чу-
«жеземцы будутъ моими защитниками?» п
самъ поворотилъ коня. Непріятель слѣдо-

Добро-
душіе
Ваче-
слава.

Побѣда
Влади-
мірко-
ва.

— 256 —

валъ за нимъ осторожно, боясь хитрости. Великій Князь нашелъ въ Кіевѣ Вячеслава, и еще не успѣлъ отобѣдать съ нимъ во дворцѣ, когда имъ сказали, что Георгій на берегу Анѣпра, и что Кіевляне перевозить его войско въ своихъ лодкахъ. Исполняя совѣтъ племянника, Вячеславъ уѣхать въ Вышегородъ, а Великій Князь со всемю дру- жиною въ область Владимірскую, занявъ крѣпости на берегахъ Горыни (329).

Георгій и Князь Галицкій сошлись подъ стѣнами Кіева: съ первымъ находились Святославъ, племянникъ его (сынъ Всево- лодовъ) и Давидович. Напрасно хотѣвъ догнать Изяслава, они встушили въ городъ, коего жители не дерзнули противиться му- жественному Владимірку. Сей Князь и Ге- оргій торжествовали побѣду въ монастырѣ Печерскомъ: новые дружественные обѣты утвердили союзъ между ими. Владимірко выгналъ еще Изяславова сына изъ Доро- гобужа, взялъ нѣсколько городовъ Волын- скихъ, отдалъ ихъ Местиславу Георгіевичу, съ нимъ бывшему, но не могъ взять Луж- ка, и возвратился въ землю Галицкую, до- вольный своимъ походомъ, который до- ставилъ ему случай видѣть славные храмы Кіевскіе и гробъ Святыхъ мучениковъ, Бориса и Глѣба (330).

БОДРОСТЬ Георгій, боясь новыхъ предпріятій Изя- славовыхъ, поручилъ Волынскую область

— 257 —

свою надежднѣйшему изъ сыновей, храбро-Андре-
му Андрею. Сей Князь болѣе и болѣе за-
ва-
служивалъ тогда общее уваженіе: онъ сми-
рилъ Половцевъ, которые, называясь со-
юзниками отца его, грабили въ окрестно-
стяхъ Перелавля и не хотѣли слушать
Пословъ Георгія; но удалились, какъ скоро
Андрей велѣлъ имъ оставить Россіянъ въ
покоѣ (331). Укрѣпивъ Пересопницу, онъ
взялъ такія мѣры для безопасности всѣхъ
городовъ, что Нязелавъ раздумалъ воевать
съ нимъ, и въ надеждѣ на его добродушіе
предложилъ ему миръ. «Отказываюсь отъ
«Кіева (говорилъ Великій Князь), если
«отецъ твой уступитъ мнѣ всю Волынію.
«Венгры и Ияхи не братья мои: земля ихъ
«мнѣ не отечество. Желаю остаться Рус-
«скимъ и владѣть достояніемъ нашихъ
«предковъ.» Андрей вторично старался
обезоружить родителя; но Георгій отвер-
гнулъ мирныя предложенія, и заставилъ
Нязелава снова обратиться къ поземнымъ
союзникамъ.

Меньшій его брать, Владимиръ Мстисла-
вичь, поѣхалъ въ Венгрію, и склонилъ
Короля объявить войну опаснѣйшему изъ
непріятелей Нязелавовыхъ, Владимирку
Галицкому, представляя, что сей Князь от-
важный, честолюбвый, есть общій врагъ
Державъ собственныхъ. Въ губокую
осень, чрезъ горы Карпатскія, Гейза во-

22*

— 258 —

ШЕЛЬ ВЪ ГАЛИЦІО, ЗАВОЕВАЛЪ САНОКЪ, ДУ-
МАЛЬ ОСАДИТЬ НЕРЕМЫШЛЬ. ЖЕЛАЯ БЕЗЪ КРО-
ВОПРОЛИТІЯ ИЗБАВИТЬСЯ ОТЪ ВРАГА СИЛЬНАГО,
ХИТРЫЙ ВЛАДИМІРКО КУПИЛЪ ЗОЛОТОМЪ ДРУЖ-
БУ ВЕНГЕРСКАГО АРХІЕВИСКОПА, ИМЕНЕМЪ КУК-
НИША, И ЗНАТНЫЙШИХЪ ЧИПОВНИКОВЪ ГЕЙЗИ-
НЫХЪ, КОКЯРЬ УБЫДИЛІ СВОЕГО ЛЕГКОВЪР-
НАГО МОПАРХА ОТЛОЖИТЬ ВОЙНУ ДО ЗИМЫ.
НО СВЯЗЬ ГЕЙЗЫ СЪ ВЕЛИКИМЪ КНЯЗЕМЪ ЕШЕ
БОЛЬЕ УТВЕРДИЛЛАСЬ: ВЛАДИМІРЪ МЕТИСЛА-
ВЧЬ ЖЕНІЛЬСЯ НА ДОЧЕРИ БАНА, РОДСТВЕННИКА
КОРОЛЕВСКАГО, И ВТОРІЧНО ПОСЛАННЫЙ БРА-
ТОМЪ ВЪ ВЕНГРІЮ, ПРИВЕЛЬ КЪ НЕМУ 10,000
Г. 1151. ОТБОРНЫХЪ ВОИНОВЪ (332). ТОГДА ИЗЯСЛАВЬ,
НЕТЕРПАЛЬВО ОЖИДАЕМЫЙ КІЕВІЯНАМИ, БЕ-
РЕНДЪЯМИ И ПРЕДАННОЮ ЕМУ ДРУЖИНОЮ ВЯ-
ЧЕСЛАВА, СМѣЛО ВЫСТУПИЛЪ ВЪ ПОЛЕ, МИНО-
ВАЛЬ ПЕРЕСОПНИЦУ, И ЗНАЯ, ЧТО ЗА НИМЪ
ИДУТЪ ПОЛКИ ВЛАДИМІРКОВЫ, СПѣШИЛЪ КЪ
СТОЛИЦЪ ВЕЛИКАГО КНИГЭНІЯ. БОЛЬЕ ГОВО-
РИЛИ ЕМУ: «У НАСЪ ВИНЕВДИ НЕПРІЯТЕЛЬ, ЗА
«ПАМИ ДРУГОЙ.» КНИЗЬ ОТВѣТСТВОВАЛЪ: «НЕ
«ВРЕМЯ СТРАШНИТЬСЯ. ВЫ ОСТАВИЛИ ДЛЯ МЕНЯ
«ДОМЫ И СЕЛА КІЕВСКІЯ; Я ЛИШЕНЬ РОДИТЕЛЬ-
«СКАГО ПРЕСТОЛА: УМРУ ИЛИ ВОЗЬМУ СВОЕ И
«ВАШЕ. ДОСТИГНЕТЪ ЛИ НАСЪ ВЛАДИМІРКО,
«СРАЗИМЕСЯ; ВСТРѣТНИМЪ ЛИ ГЕОРГІЯ, ТАКЖЕ
«СРАЗИМЕСЯ. ИДУ НА СУДЪ БОЖІЙ.»

Х и т-
росьь
Влади-
мірка.

Твер-
дость
Изяга-
ва.

Граждане Дорогобужа встрѣтили Изя-
слава со крестами, но боялись Венгровъ.
«Будьте покойны,» сказалъ Великій Князь:

— 259 —

«Я предводительствую ими. Не вы, люди
«моего отца и дѣла, а только одни враги
«мои должны ихъ ужасаться.» Другіе го-
рода изъявляли ему такую же покорность.
Онъ нигдѣ не медлилъ; по войско его едва
оставило за собою рѣку Ушъ, когда легкій
отрядъ Галицкаго показался на другой сто-
ронѣ. Самъ Владимірко, вмѣстѣ съ Ан-
дреемъ Георгіевичемъ, стоялъ за лѣсомъ,
въ ожиданіи своей главной ратн. Началась
перестрѣлка. Великій Князь хотѣлъ ударить
на малочисленныхъ непріятелей: Бояре ему
отсовѣтовали. «Рѣка и лѣсъ передъ нами,»
говорили они: «пользуясь ими, Владимірко
«можетъ долго сопротивляться; задніе пол-
«кп его приспѣютъ къ битвѣ. Лучше не
«тратить времени, итти впередъ и соеди-
«ниться съ усердными Кіевлянами, ждущи-
«ми тебя на берегахъ Тетерева.» Изяславъ Вони-
вельѣть ночью разложить большіе огни, и
тѣмъ обманувъ непріятеля, удалился, шелъ
день и ночь, отрядѣлъ Владиміра Метпсла-
вича къ Бѣлугороду, и надѣлся взять его
незанно. Такъ и случилось. Борпѣь Геор-
гіевичь, пирşa въ Бѣлогоролскомъ дворцѣ
своемъ съ дружиною и съ Попами, вдругъ
услышалъ громкій кликъ и вонскія тру-
бы: свѣдалъ, что полки Изяславовы уже
входить въ городъ, и бѣжалъ къ отцу, не

менѣе сына безпечному. Георгій жилъ спо-
койно въ Кіевѣ, ничего не зная: приведен-

Вони-
скал
х и т-
рость.

Безпеч-
ность
Георгія

— 260 —

И ТОР-ЖЕСТВО НДЛЕЛА-ВА.

Новый въ ужасъ столь печаянною вѣстію, онъ ороснілся въ лодку и уѣхалъ въ Остеръ; а Великій Князь, оставивъ въ Бѣлѣгородѣ Владимирѣ Метиславича для удержанія Галичанъ, вошелъ въ столицу, славимый, ласкаемый народомъ, какъ отецъ дѣтьми. Многіе Бояре Суздальскіе были взяты въ пѣнъ. Великій Князь, изъявивъ въ Софій-скомъ храмѣ благодарность Небу, угостилъ обѣдомъ усердныхъ Венгровъ и своихъ друзей Кіевскихъ: а друзьямі его были всѣ добрые граждане. За роскошнымъ пиромъ слѣдовали пгры: ликуя среди обширнаго двора Ярославова, народъ съ особеннымъ удовольствіемъ смотрѣлъ на ристаніе писныхъ Венгерскихъ всадниковъ (333).

Ристаніе
въ Кіевъ.

Еще Кіевляне опасались Владимирка; но изумленный обѣствомъ Георгія, онъ сказалъ Андрею, который шелъ вмѣстѣ съ нимъ: «Сватъ мой сеть примѣръ безпечности; господствуетъ въ Россіи, и не «знаетъ, что въ ней дѣлается; одинъ сынъ «въ Пересопницѣ, другой въ Бѣлѣгородѣ, «и не даютъ отцу вѣсти о движеніяхъ «врага! Когда вы такъ правите землею, я «вамъ не товарищъ. Мне ли одному рато-«борствовать съ Изыславомъ, теперь уже «сильнымъ? Иду въ область свою.» И немедленно возвратился, собирая на пути дань со всѣхъ городовъ Волынскихъ. Обитали, угрожаемые пѣнномъ, сносили ему

— 261 —

серебро; жены, выкупая мужей, отдавали
свои ожерелья и серьги. Андрей съ печаль-
нымъ сердцемъ пріѣхалъ къ отцу въ Го-
родецъ Остерскій (334).

Утвердясь въ столицѣ, Великій Князь
призвалъ дялю своего, Вячеслава, изъ Вы-
шегорода. «Богъ взялъ моего родителя,» Спа-
говорилъ онъ: «будь мнѣ вторымъ отцемъ.»
«Два раза я могъ посадить тебя на престо-
лѣ, и не сдѣлалъ того, ослѣпленный вла-
«столюбіемъ. Прости вину мою, да буду
«спокоенъ въ совѣсти. Кіевъ твой: господ-
«ствуй въ немъ подобно отцу и дѣлу.» До-
брый Вячеславъ, тронутый симъ велико-
душіемъ, съ чувствительностію отвѣтство-
валъ: «Ты исполнилъ наконецъ долгъ соб-
«ственной чести своей. Не имѣя дѣтей, Приз-
«признаю тебя сыномъ и братомъ. Я старъ; П
«не могу одинъ править земляю: буду мо-
«имъ товарищемъ въ дѣлахъ войны и мира;
«соединимъ наши полки и дружину. Иди
«съ ними на враговъ, когда не въ слахъ
«буду дѣлить съ тобою опасностей (335) !»
Они цѣловали крестъ въ Софійскомъ хра-
мѣ; клялись быть неразлучными во благо-
денствіи и зюсчастіи. Старецъ, по древ-
нему обыкновенню, далъ пиръ Кіевляпамъ
и добрымъ союзникамъ, Венграмъ. Одаривъ
послѣднихъ конями, сосудами драгоцѣнны-
ми, одеждами, тканями, Изяславъ отпустилъ
ихъ въ отечество; а въ слѣдъ за ними от-

Спа-
води-
вость
Велик.
Княза.

Приз-
тель-
ность
Ваhe-
слава.

— 262 —

Благодарность Королю Венгерскому.

правилъ сына своего благодарить Короля
Гейзу. Сей Посолъ именемъ отца долженъ
былъ сказать ему слѣдующія выразитель-
ныя слова: «Да поможетъ тебе Богъ, какъ
«ты помогъ намъ! Ни сынъ отцу, ни братъ
«единокровному брату не оказывалъ услугъ
«важнѣйшихъ. Будемъ всегда заодно. Твоц
«враги суть наши; не златомъ, одною кро-
«вію своею можемъ заплатить тебе долгъ.
«Но соверши добросъ дѣло: еще имѣемъ
«врага сильнаго. Ольговичи и Князь Чер-
«ниговскій, Владимиръ, въ союзѣ съ Геор-
«гіемъ, который сыплетъ злато и манитъ
«къ себѣ дикихъ Половцевъ. Не зовемъ
«тебя самого: бо Царь Греческій пмѣетъ
«рать съ тобою. Но когда наступитъ весна,
«мирная для Венгріи, то пришли въ Россію
«новое войско. И мы въ спокойную чреду
«свою придемъ къ тебя съ дружиною вспо-
«могательною. Богъ намъ победникъ, на-
«родъ и Черные Клобуки друзья.» — Вели-
кій Князь звалъ также въ помощь къ себѣ
брата, Ростислава Смоленскаго, который
всегда думалъ, что старший ихъ дядя
пмѣетъ законное право на область Кіев-
скую. Вячеславъ, увѣрля сего племянника
въ дружбу, назвалъ его вторымъ сыномъ,
и съ любовію принялъ Изяслава Чернигов-
скаго, который, вопреки брату, Владиміру
Давидовичу, отказался отъ союза съ Кня-
земъ Суздальскимъ.

— 263 —

Георгій имѣлъ время собрать войско, и
сталъ противъ Кіева, вмѣстѣ съ Ольгови-
чами — то есть, двумя Святославами, ля-
дею и племянникомъ — Владимиромъ Чер-
ниновскимъ и Половцами, разбивъ шатры
свои на лугахъ восточнаго берега Днѣпров-
скаго. Рѣка покрылась военными ладіями;
битвы начались. Лѣтописцы говорятъ съ
удивленіемъ о хитромѣ вымышленѣ Пявѣлава:
ладіи сего Князя, скѣланныя о двухъ ру-
ляхъ, могли не обращаясь итти вверхъ и
внизъ; одни весла были видимы: гребцы
скѣли подъ защитою высокой палубы, на
которой стояли латники и стрѣлки. Отра-
женный Георгій вз düşмалъ переправиться
ниже Кіева; ввелъ ладіи свои въ Долобское
озеро (336), и велѣлъ пхъ тащить оттуда
берегомъ до рѣки Золотчи, впадающей въ
Днѣпръ. Изяславъ шелъ другою стороною,
и суда его вступили въ бой съ непріяте-
лемъ у Витичевскаго брода. Князь Суздаль-
скій и тутъ не имѣлъ успѣха; но Половцы
тайнымъ обходомъ разстроили Изяславовы
мѣры: у городка Заруба, близъ Трубеж-
скаго устья, они бросились въ Днѣпръ на
коняхъ своихъ, вооруженные съ головы до
ногъ, и закрываясь щитами. Святославъ
Ольговичь и племянникъ его предводитель-
ствовали ими. Береговая стража Кіевская
оробѣла. Напрасно Воевода Шварнъ хо-
тѣлъ остановить бѣгущихъ: «съ ними не

Осада
Кіева.

— 264 —

«было Князя (говорить Лѣтонисецъ), а
«Боярина не всѣ слушаютъ.» Половцы до-
стили берега, и Георгій спѣшилъ въ томъ
же мѣстѣ переправиться черезъ Анѣпъ.

Великій Князь отступилъ къ Кіеву и вмѣ-
стѣ стѣ ядѣю сталъ у Златыхъ врать; Изя-
славъ Давидовичь между Златыми и Жи-
довскими вратами; подлѣ него Князь Смо-
ленскій; Борись Всеvолодковичь Городнен-
скій, внукъ Мономаховъ, у вратъ Лят-
скихъ или Польскихъ. Ряды Кіевлянъ окру-
жили городъ. Черные Клобуки явились так-
же подъ его стѣнами съ своими вежами и
многочисленными стадами, которые разсы-
пались въ окрестностяхъ Кіевскихъ. Дѣя-
тельность, движеніе, необозримый строй
людей вооруженныхъ и самый безпорядокъ
представляли зрѣлище любопытное. Поль-
зясь общимъ смятеніемъ, хвщные друзья,
Берендѣи и Торки, обирали монастыри,
жгли села, сады. Изяславъ, чтобы унять
грабителей, велѣлъ брату своему, Влади-
міру, соединить ихъ и поставить у Могилы
Олеговой, между оврагами. Воины, граж-
дане, пародъ, съ твердостію и мужествомъ
ожидали непріятеля (337).

Но старецъ Вячеславъ еще надъялся убѣ-
дить брата словами мирными, и въ присут-
ствіи своихъ племянниковъ далъ Послу на-
ставленіе. «Иди къ Георгію,» сказалъ онъ:
«цѣлуй его монѣ именемъ и говори такъ:

Маро-
любіе

— 265 —

«Сколько разъ молилъ я васъ, тебя и п.ле— Ваче-
слава.
«мянника, не проливать крови Христіанъ и
«не губить земли Русской! Изяславъ, воз-
«ставъ на Игоря, велѣлъ мнѣ объявить,
«что ищетъ престола Кіевскаго единствен-
«но для меня, втораго отца своего; а нослѣ
«завладѣлъ собственным мопми городами,
«Туровымъ и Пинскимъ! Равно обманутый
«и тобою — лишенный Пересопницы, До-
«рогобужа — не имѣя ничего, кромѣ Вы-
«шегорода, я молчалъ; имѣя Богомъ дан-
«ную мнѣ силу, полки и дружину, терпѣ-
«ливо сносилъ обиды, самое упичкиненіе,
«и думая только о пользѣ отечества, упи-
«малъ васъ. Напрасно : вы не хотѣли вип-
«мать совѣтамъ человѣколюбія; отвергая
«ихъ, нарушали уставъ Божій. Нынѣ Изл-
«славъ загладилъ вину свою : почтилъ дя-
«дю вмѣсто отца; я назвалъ его сыномъ.
«Боншься ли унизиться предо мною? Но
«кто изъ насъ старшій? Я былъ уже бра-
«дать, когда ты родился. Опомнись, и.п.,
«поднявъ руку на старшаго, бойся гнѣва
«Небеснаго!» — Посолъ Вячеславовъ на-
«шелъ Георгія въ Василевѣ: Князь Суздаль-
«скій, выслушавъ его, отставилъ собствен-
«ного Боярина къ брату; признавалъ его
«своимъ отцемъ; объщалъ во всемъ удовле-
«творить ему, но требовать, чтобы Мети-
«славичи выѣхали изъ области Кіевской.
«Старецъ отвѣтствовалъ : «У тебя семь сы-

Ист. Кар. Т. ІІ.

23

— 266 —

«новей: отгоняю ли ихъ отъ родителя? У
«меня ихъ только два: не разстанусь съ
«ними. Иди въ Переяславль и Курскъ; иди
«въ Великій Ростовъ, иди въ другіе города
«свои; удали Ольговичей, и мы примирим-
«ся. Когда же хочешь кровопролитія, то
«матерь Божія да судить насъ въ семъ
«вѣкѣ и будущемъ!» Вячеславъ, говоря
сіи послѣднія слова, указалъ на Златыя
врата и на образъ Маріи, тамъ изобра-
женный.

Георгій ополчился и подступилъ къ Кіе-
ву отъ Бѣлагорода. Стрѣлы летали чрезъ
Пыльѣ. Нылкій Андрей устремился на дру-
гую сторону рѣки, и гналъ стрѣлковъ не-
пріятельскихъ къ городу; но былъ остав-
ленъ свои: одинъ Половчинъ схватилъ
коня его за узлу и припудилъ Героя воз-
вратиться (338). Юный Владиміръ Андрее-
вичь, виукъ Мономаховъ, сѣшилъ раздѣ-
лить съ братомъ опасность: пѣстунъ си-
лою удержалъ сего отрока. Дружина ихъ
шла на полкѣ Вячеславовъ и Великаго Князя
за Лыбедью; прочее войско Георгіево сра-
зилось съ Борисомъ у вратъ Лятебныхъ.
Изяславъ наблюдалъ всѣ движенья битвы:
онъ велѣлъ братьямъ, не разстройшая пол-
ковъ, съ избранными отрядами и Черными
Клобуками ударить вдругъ на непріятеля.
Смятые ими, Половцы, Суздальцы бѣжали,
и труши наполнили рѣку Лыбедь. Тутъ

— 267 —

вмѣстѣ со многими палъ мужественный сынъ Хана славнаго, Боняка, именемъ Севенчѣ, которыйъ хвалился, подобно отцу своему, зарубить мечемъ врата Златыя (339).

Съ того времени Суздальцы не дерзали перебодать чрезъ Лыбедь, и Георгій скоро отсутствовать, чтобы соединиться съ Владимиромъ: поо Галицкій Князь, забывъ прежнюю досаду, шелъ къ нему въ по моць.

Отсутственіе Георгія.

Храбрые Метоплавчи пылали нетерпѣшіемъ гнаться за врагомъ. Согласно съ характеромъ своемъ, Вячеславъ говорилъ, что они могутъ не спѣшить, и что Всевышній даетъ пойду не скорому, а справедливому; но убѣжденный пхъ представленіями, и самъ немедленно сѣлъ на коня, вмѣстѣ съ племянниками совершивъ молитву въ храмѣ Богоматери. Никогда народъ Кіевскій не вооружался охотнѣе; никогда не пзъявлялъ болѣе усердія къ своимъ Государямъ. «Всякой, кто можетъ двигаться и владѣть рукою, да идетъ въ поле!» сказали граждане: «или да лишится жизни «ослушникъ!» Борись Городненскій былъ отправленъ лѣсомъ въ сѣлѣ за Георгіемъ, которыйъ думалъ взять Бѣлгородъ; но видя жителей готовыхъ обороняться, пошелъ на вѣрѣчу къ Галичанамъ (340). Изяславъ, стараясь предупредить сіе опасное соединеніе, настигъ его за Стугною. Сдѣлалась

Усердіе Кіев-ЛАНЬ.

— 268 —

ужасная буря и тьма; дождь лился рѣкою,
и ратники не могли видѣть другъ друга.
Какъ бы устрашенияя несчастнымъ пред-
знаменованіемъ, оба войска желали мира:
Послыѣѣдили пзѣташа въ станъ, и
Князья могли бы согласиться, если бы
местительные Ольговичи и Половцы тому
не воспротивились. Георгій, принявъ ихъ
совѣтъ, рѣшился на кровопролитіе; одна-
кожь убѣгалъ битвы, ожидая Владимірка,
и ночью перешелъ за рѣку Рутъ (нынѣ Ро-
токъ). Изяславъ не далѣ ему итти далѣе:
Битва. надлежало сравниться. Андрей устроилъ
Суздальцевъ (341); объѣхалъ всѣ ряды; ста-
рался воспаменить мужество въ Полов-
цахъ и въ своей дружинѣ. Съ другой сто-
роны Великій Князь, Полководецъ искус-
ный, также наилучшимъ образомъ распо-
рядилъ войско, и требовалъ благословенія
отъ Вячеслава. Сей старецъ, утомленный
походомъ, долженъ былъ остаться за стро-
емъ. «Неблагодарный Георгій отвергнулъ
«миръ, столь любезный душѣ твоей,» гово-
рили ему племянники: «теперь мы готовы
«умереть за честь нашего отца и дяди.»
Вячеславъ отвѣтствовалъ: «Суди Богъ мо-
«его брата; я отъ юности гнушался крово-
«пролитіемъ.» — Битва началася. Изяславъ
приказалъ всѣмъ полкамъ смотрѣть на его
собственный, чтобы слѣдовать ему въ дви-
женіяхъ. Андрей встрѣтилъ ихъ, и силь-

— 269 —

нымъ ударомъ изломилъ свое копіе. Уязвленный въ ноздри конь его ярился подъ всадникомъ; шлемъ слетѣлъ съ головы, щитъ Андреевъ упалъ на землю: по Богъ сохранилъ мужественнаго Князя. Изяславъ также былъ впереди; также изломилъ копіе: раненный въ бедру и руку, не могъ изъ славѣ раненъ. Битва продолжалась. Дикіе варвары, союзники Георгіевы, рѣшили ся судьбу пустивъ тучу стрѣлъ, обратились въ бѣгство; за Половцами Ольговичи, и наконецъ Князь Суздальскій. Многіе изъ его воиновъ бѣгство Георгія. утонули въ грязномъ Рутѣ; многіе легли на мѣстѣ или отдались въ плѣнѣ. Георгій съ малымъ числомъ ушелъ за Днѣпръ въ Переяславль.

Между тѣмъ Великій Князь, нѣсколько времени лежавъ на земѣ, собралъ сплы, всталъ, и сдва не былъ изрубленъ собственными воинами, которые, въ зару битвы, не узнали его. «Я Князь,» говорилъ онъ. «Тѣмъ лучше,» сказалъ одинъ войнъ, и мечемъ разсѣкъ ему шлемъ, на коемъ блистало златое изображеніе Святаго Паннелеймона (342). Изяславъ, открывъ лице, чувствительно увидѣлъ общую радость Кіевлянъ, считавшихъ его мертвымъ, исходилъ кровію, но слыша, что Владиміръ Черниговскій убоптъ, велѣлъ посадить себя на коня и везти къ его трупу; искренно сожалѣлъ объ немъ, п

23*

— 270 —

съ чувствительностью утѣшалъ горестнаго Изяслава Давидовича, который, взявъ тѣло брата, союзника Георгіева, спѣшилъ защитить свою столицу: ибо Святославъ Ольговичь хотѣлъ иезапо овладѣть ею; но тучный, дебельный и до крайности утомленный обществомъ, сей Князь принужденъ былъ отдыхать въ Остерѣ, гдѣ свѣдавъ, что въ Черниговѣ уже много войска, онъ рѣшилсяѣ хать прямо въ Новгородъ Сѣверскій; а послѣ дружелюбно раздѣлился съ Изяславомъ Давидовичемъ: каждый изъ нихъ взялъ часть отцевскую (343).

Мстиславичи осадили Переяславль. Утра-
тивъ лучшую дружину въ битвѣ, и слыша,
что Владимірко Галицкій, достигнувъ Буж-
ска, возвратился, Георгііи принялъ миръ
отъ снисходительныхъ побѣдителей. «От-
«даемъ Переяславль любимому изъ сыно-
«вей твоихъ,» говорили они: «но самъ
«иди въ Суздаль. Не можемъ быть съ то-
«бою въ собыдствѣ, ибо знаемъ тебя. Не
«хотимъ, чтобы ты снова призвалъ друзей
«своихъ, Половцевъ, грабить область Кіев-
«скую.» Георгій дали клятву выѣхать, и
нарушилъ оную подъ видомъ отмѣннаго
усердія къ Св. Борису: праздновалъ его
памать, жилъ на берегу Альты, молился
въ храмѣ сего Мученника и не хотѣлъ уда-
читься отъ Переяславля (344). Одинъ сынъ
его, Андрей, гушалесь вѣроломствомъ, от-

Вѣро-
номство
Георгія.

— 271 —

правился въ Суздаль. Узнавъ, что коварный
лядя зоветъ къ себѣ Половцевъ и Галичанъ,
Великій Князь грозно требоваль исполненія
условій: Георгій оставилъ сына въ Нереяславѣ,
но выѣхалъ только въ Городецъ, и ждалъ бла-
гопріятнѣйшихъ обстоятельствъ.

Надеждою его былъ мужественный Влади-
мірко. Метиславъ, сынъ Великаго Князя, велъ
къ родителю многочисленное союзное войско
Короля Гейзы, и своею неосторожності ли-
шился онаго. Вступивъ въ Волынію, онъ про-
валъ съ Венграмп, угощаемый лядею, Влади-
міромъ Метиславичемъ; слышалъ о проплиже-
ніи Галицкаго Князя, но безпечно легъ спать,
въ надежѣ на стражу и самохвальство Вен-
гровъ (345). «Мы всегда готовы къ бою,» гово-
рили они, и пили безъ всякой умѣренности.
Въ полночь тревога разбѣділа Метислава: дру-
жина его сѣла на коней; но упосные виномъ
союзники лежали какъ мертвые. Владимірко уда-
рилъ на нихъ предъ разсѣбтомъ: билъ, истреб-
лялъ — и Великій Князь получилъ низвѣстіе, что
сынъ его едва могъ спастися одинъ съ своими
Боярами. Тогда Изяславъ призвалъ союзниковъ:
Князя Черниговскаго и сына Всеволодова, его
племянника: даже и Святославъ Ольговичь, по-
винуясь необходимости, далъ ему вспомогатель-
ную дружину. Сіе войско осадило Городецъ.
Тѣснимый со всѣхъ сторонъ, оставленный
прежними друзьями и товарищами, Князь
Суздальскій долженъ былъ чрезъ иѣсколько

- 272 -

дней смириться: уступивъ Переяславль
Метиславу Изяславичу, возвратился въ на-
слѣдственный Удѣль свой и поручилъ Го-
г. 4432. родецъ сыну Глѣбу (346). Но скоро Изя-
славъ отнялъ у Георгія и сіе прибѣжище
въ южной Россіи: сжегъ тамъ всѣ дере-
вянныя зданія, самыя церкви, и сравнять
крѣпость съ землёю.

Помощь
В е в-
гровь.

Наказавъ главнаго непріятеля, Великій
Князь желалъ отмѣстить хитрому, счастли-
вому сподвпжнику Георгіеву, Владимірку:
Король Венгерскій хотѣлъ того же. Имъ
надлежало соединиться у подошвы горъ
Карпатскихъ (347). Лѣтописцы славятъ вза-
имную искреннюю дружбу сихъ Государей:
сановники Гейзы отъ его имени привѣт-
ствовали Великаго Князя на дорогѣ; самъ
Король, провождаемый братьями, Лади-
славомъ и Стефаномъ, всѣмъ Дворомъ,
всѣми Баронами, выѣхалъ встрѣтить Изя-
слава, который вѣръ за собою многочислен-
ное стройное войско. Съ любовію обнявъ
другъ друга, они, въ шатрѣ Королевскомъ,
условились не жалѣть крови для усмиренія
врага — и на разсѣтѣ, ударивъ въ бѣбны,
семдесать полковъ Венгерскихъ двинулись
впередъ; за ними шли Россіяне п конные
Берендѣи; уступивъ въ землю Галицкую,
расположились близъ рѣки Сана, ниже Пе-
ремышля. Владимірко стоялъ на другой
сторонѣ, готовый къ бою, и схватилъ нѣ-

— 273 —

есь
Изасла-
ва и по-
бѣда.

 сколько важитниковъ Королевскихъ (348). Тогда было Воскресенье; Гейза, обыкновенно праздную сей день, отложилъ битву до слѣдующаго. По данному знаку союзное войско приступило къ рѣкѣ. Изяславъ находился въ срелинѣ, и такъ говорилъ ратнякамъ: «Братья и дружина! доселѣ Богъ «спасалъ отъ безчестія землю Русскую и «сыновъ ея: отцы наши всегда славились «мужествомъ. Нынѣ ли уронимъ честь свою «предъ глазами союзниковъ иноплемен-«ныхъ? Нѣтъ, мы явимъ себя достойными «ихъ уваженія.» Въ одно мгновеніе ока Россіяне бросились въ Санъ: Венгры так же, и смяли Галичанъ, стоявшихъ за валомъ. Побѣжденный Владимірко, проскакавъ на борзомъ копѣ между толпами Венгровъ и Черныхъ Клобуковъ (одинъ съ каскимъ-то Избытиемъ), заключился въ Перемышлѣ. Союзники могли бы тогда взять крѣпость; но воны ихъ, грабя Княжескій богатый дворецъ на берегу Сана, дали вредѣ многимъ разсѣяннымъ битвою Галичанамъ собраться въ городѣ. Владимірко хотѣлъ мира: почью отправить къ Архіепископу и Боярамъ Венгерскимъ мнижество серебра, золота, драгоцѣнныхъ одеждѣ, и вторично склонить ихъ быть за негоХодатаями. Они представилі Гейзѣ, что Галицкій Князь, тяжело раненный, признается въ винѣ своей; что Небо милуетъ каю-

Рѣчъ

— 274 —

щихся грѣшниковъ; что онъ служилъ ко-
При-
твор-
ствов-
Влад-
мірка.

піемъ свонмъ отцу Гейзину, Белѣ Слѣпо-
лу, противъ Ляховъ; что Владимірко, зная
великодушіе Короля и готовясь скоро уме-
реть, поручаетъ ему юнаго сына, и боится
единственно злобы Изяславовой. Великій
Князь не хотѣлъ снышать о мирѣ. «Если
«умретъ Владимірко» — говорилъ онъ —
«то безвременная кончина его будетъ спра-
«ведливою Небесною казнію. Сей вѣролом-
ный, клятвенно обѣщавъ намъ пріязнь
«свою, разбилъ твое и мое войско. Забу-
«демъ ли безчестіе? Нынѣ Богъ предаетъ
«Владимірка въ рукі наши: возьмемъ его и
«землю Галицкую.» Метиславъ, сынѣ Ве-
ликаго Князя, еще ревностіѣе отца проти-
вылся миру: напрасно Владимірко старался
моленіемъ и ласкамъ обезоружить пхѣ. Но

Просто-
душіе
Гейзы.

Гейза отвѣтствовалъ: «не могу убить того,
«кто винится,» и простилъ врага, съ усло-
віемъ, чтобы онъ возвратилъ чужіе, за-
нятые имъ города Россійскіе (Бужскъ, Тп-
хомль, Шумскъ, Выгошевъ, Гнойнп) и на-
всегда остался другомъ Изяславу, или, по
тогдашнему выраженію, не разлучался съ
нимъ ни въ добрѣ, ни въ злѣ. Изъ шатра Ко-
ролевскаго послали ко мнѣмо – больному
Владиміру чудотворный крестъ Св. Сте-
фана: сей Князь далъ присягу. «Если онъ
«измѣнить нашъ (сказалъ Гейза), то ишь
«миѣ не царствовать или ему не князить.»

— 275 —

Услуживъ шурину и смиривъ надменнаго Владимірка, бывшаго въ тѣсномъ союзѣ съ Греками, Король спѣшилъ къ берегамъ Сава, отразить Императора Манупла, хотѣвшаго отместить ему за обиду своего Галицкаго друга (349). Изяславъ, возвратся въ Кіевъ съ торжествомъ, изъявилъ благодарность Всевышнему, праздновалъ съ дадею Вячеславомъ, увѣдомилъ брата своего, Князя Смоленскаго, о счастливомъ успѣхѣ похода, и совѣтовалъ ему остерегаться Георгія, слыша, что онъ вооружается въ Ростовѣ.

Князь Суздальскій еще большѣ возненавидѣлъ Метиславичей за разрушеніе Городца, который былъ единственнымъ его достояніемъ въ полуденчѣ, любезныхъ ему странахъ Государства. Тамъ онъ жилъ духомъ и мыслями; тамъ лескаłъ священный прахъ древнихъ Князей Российскихъ, сиялись храмы чудесами и жители благочестіемъ. Георгій въ наслѣдственномъ военно-учебномъ Удѣлѣ своемъ видѣ небо суровое, дикія стени, дремучіе лѣса, народъ грубый; считалъ себя какъ бы изгнаникомъ, и презирая святость клятвъ, думалъ только о способахъ удовлетворить своему властолюбію. Онъ призвалъ Князей Рязанскихъ и Половцевъ, кочевавшихъ между Волгою и Дономъ (350); занялъ область Вятичей и велѣлъ Князю Новагорода Сѣвер-

Любовь
Георгія
къ юж-
ной
Россіи.

["— 276 —", "В\nФ\nО\nМ\nС\nТ\nВ\nО\nМ\nЯ\nВ\nЕ\nМ\nУ\nВ\nЪ\nС\nТА\nН\nЪ\nП\nО\nД\nЪ\nГ\nЛ\nУ\nХ\nО\nВ\nЪ\nВ\nЯ\nЛ\nИ\nМ\nМ\nИ\nК\nА\nМ\nЯ\nВ\nЕ\nМ\nУ\nВ\nЪ\nС\nТА\nН\nЪ

— 277 —

войска; служилъ имъ образцемъ, и собственною храбростію воспаменялъ всѣхъ. Осажденные не могли защитить внѣшнихъ укрѣпленій, сожженныхъ Половцами, и го-родъ былъ въ опасности; но Великій Князь спасъ его. Услышавъ только, что Изяславъ перешелъ Днѣпръ, робкіе Половцы бѣ-жали: Георгій также отступилъ за Сновъ, и Князь Черниговскій встрѣтилъ своего избавителя на берегу рѣки Бѣлоуса.

Святославъ Ольговичь, удерживая Георгія, говорилъ: «Ты приpuдилъ меня воевать; разорилъ мою область, вездѣ потра-«вилъ хлѣбъ, и теперь удаляешься! По-«ловцы также ушли въ степные города «свои (352). Мнѣ ли одному бороться съ «сильными?» Но Князь Суздальскій, оста-вивъ у Святослава только 50 человѣкъ дружины съ сыномъ Василькомъ, вышелъ изъ области Сѣверской, чтобъ овладѣть всею страною Вятичей, гдѣ ему никто не противился.

Тогда была уже глубокая осень: Изя-славъ ждался зимы, поручилъ Смолен-скому Князю наблюдать за Георгіемъ, оса-дилъ Новгородъ Сѣверскій и далъ миръ Святославу Ольговичу; а сынъ Великаго Князя, Мстиславъ, съ Кіевскою дружиною и съ Черными Клобуками воевалъ землю Половецкую: разбилъ варваровъ на берег- г. 4153. г. Фе-враль.

Пахъ Орели и Самары, захватилъ ихъ

ИСТ. КАР. Т. Н.

24

— 278 —

веки, освободилъ множество Российскихъ наційскихъ. Но сей успѣхъ не могъ утвердить безопасности восточныхъ предѣловъ Кіевскихъ: скоро Метиславъ долженъ былъ вторично итти къ берегамъ Псла для отраженія Полоюцевъ.

Тогда, желая покоя, Великій Князь от-
правилъ Боярина, Петра Бориславича, стъ
крестнымъ грамотами къ Владимірку Га-
лицкому. «Ты нарушилъ клятву» — гово-
рилъ ему Посолъ — «данную тобою нашему
«Государю и Королю Венгерскому въ моемъ
«присутствіи (353). Еще можешь загладить
«преступленіе: возврати города Изяславо-
«вы п будь его другомъ.» Владимірко от-
вѣтствовалъ: «Братъ мой Изяславъ не-
«чаянно подвелъ на меня Венгровъ: нико-
«гда не забуду того; умру или отмщу.»
Посолъ напоминалъ ему цѣлованіе креста.

Насмѣ-
шка
Влади-
мірко-
ва.

«Онъ былъ не великъ!» сказалъ Влади-
мірко въ насмѣшку. «Но сила онаго ве-
лика,» возразилъ Петръ: «Вельможа Ко-
«ролевскій объявлялъ тебя, что если, цѣ-
«ловавъ сей чудесный крестъ Св. Стефана,
«преступlingъ клятву, то жпвъ не будешь.»
Владимірко не хотелъ слушать, и велѣлъ
Послу удалиться. Изяславовъ Бояринъ по-
ложилъ на столъ грамоты клятвенные, въ
знакъ разрыва. Ему не дали даже и под-
водь. Петръ отправился на собственныхъ
кошкѣ: а Владимірко, пошедши въ цер-

— 279 —

ковь къ Вечерѣѣ и видя его ъдущаго изъ города, смѣялся надъ нимъ съ своими Богами. — Въ ту же ночь Отрокъ Княжескій, логнавъ сего Посла, велѣлъ ему остановиться. Петръ ожидалъ новой для себя непріятности, безпокоился, и на другой день, въ слѣдствіе вторичнаго повелѣнія,

возвратился въ Галичь. Слуги Владимір-Печаль-
ковы встрѣтили его предъ дворцемъ въ
черныхъ одеждахъ. Онъ вошелъ въ сѣни:
тамъ юный Князь Ярославъ сидѣлъ на мѣ-
стѣ отца, въ черной мантіи и въ клобукѣ,
среди Вельможъ и Боярѣ, также олѣятыхъ
въ печальныя мантіи. Послу дали ступѣ.

Ярославъ заливался слезами; царствовало глубокое молчаніе. Изумленный Боярѣ, Изяславовъ хотѣлъ знать причину сей общей горести, и свѣдалъ, что Владимірко,

совершенно здоровый накапунѣ, отслу-
шавъ Вечерню въ церкви, не могъ сдѣти

Смерть
Влади-
мірко-
ва.

съ мѣста, упалъ, и припесенный во дво-
рецъ, скончался. «Да будетъ воля Божія!»

скалалъ Петръ: «всѣ люди смертны.» Аро-
славъ отеръ слезы. «Мы желали изъѣстить
«тебя о семъ несчастіи,» говорилъ онъ.

Послу : «скажи отъ меня Изяславу : Богъ
«взялъ моего родителл, бытъ судіе жёлѣду
имѣ и тобою. Могила прекратила вражду.

«Будь же мнѣ вмѣсто отца. Я пасѣлѣдо-
«валъ Княженіе; воины и друзья роди-
«тельскал со мною : одно его копіе постав-

ная о-
дежда.

Рѣчъ
Яросла-
ва.

- 280 -

«лено у гроба : и то будетъ въ рукъ моей.
«Люби меня какъ сына своего, Мстислава :
«пусть онъ пъздитъ съ одной стороны подлѣ
«твого стремени, а я съ другой, окружен-
«ный всѣми полками Галицкими!»

Великій Князь изъявилъ сожалѣніе о
внезапной кончинѣ знаменитаго, умнаго
Владимірка, основателя могущественной
Галицкой области, но требовалъ доказа-
тельствъ искренняго дружелюбія отъ Яро-
слава — то есть, возвращенія городовъ
Кіевскихъ, и видя, что ему хотятъ удовле-
творить только ласковыми словами, а не
дѣломъ, прибѣгнулъ къ оружію. Войско
Галицкое стояло на берегахъ Серета: Изя-
славъ, пользуясь густымъ утреннимъ ту-
маномъ, перешелъ за сію рѣку. Мгла ис-
чезла, и непріятели увидѣли другъ друга.
Юный Князь Галицкій сѣлъ на коня.
Усердные Вельможи сказали ему: «Ты у
«насъ одинъ: что будетъ, если погибнешь?
«Заключись въ Теребовлѣ: мы сразимся:
«и кто останется живъ, тотъ придетъ уме-

Сомні-
тельная
побѣда.
«реть съ тобою.» Въ сраженіи упорномъ и
кровопролитномъ побѣда казалась сомни-
тельною. Сынъ и братья Изяславовы не
могли устоять; но Великій Князь одолѣлъ
на другомъ крылѣ. Съ обѣхъ сторонъ
гнались и обѣжали; обѣ стороны взяли
плѣнниковъ, но Изяславъ болѣе. Онъ по-
ставилъ на мѣстѣ битвы знамена непрія-

— 281 —

тельскія и схватилъ многихъ разестѣянныхъ
Галичанъ, которые толпами къ нимъ соби-
рались, обманутые сею хитростію. Вида
малое число своей дружины, и боясь вы-
лазки изъ Теребовля, Изяславъ велиѣть
ночью умертвить всѣхъ несчастныхъ піль-
никовъ, кромѣ Бояръ, и съ покойною со-
вѣстію возвратился въ Кіевъ, торжество—
Бракъ
Изяслав-
BOAS.
ВОВЪ.
была Княжна Абазинская, безъ сомнѣнія
Христіанка: ибо въ отечествѣ ея и въ
сосѣдственныхъ земляхъ Кавказскихъ на-
ходились издавна храмы истиннаго Бога,
коихъ слѣды и развалины донынѣ тамъ
видимы (354). Мстиславъ, отправленный
отцемъ, встрѣтилъ сію Княжну у пороговъ
Днѣпровскихъ и съ великою честію при- г. 1154.
везъ въ Кіевъ.

Готовясь къ новому междуусобному кро-
вопролитію (ибо непримиримый Князь Суз-
дальскій стоялъ уже съ войскомъ въ землѣ
Вятичей, близъ Козельска), Изяславъ съ
прискорбіемъ видѣлъ безчестіе своего мень-
шаго сына, Ярослава, изгнаннаго Нового—
Дѣла
Нового-
ROAS.
РОДСКИЯ.
родцами, которые — въ 1149 году поло-
живъ на мѣстѣ 1000 Филианцевъ, хотѣв-
шихъ ограбить Волскую область (355) — въ
теченіе пяти лѣтъ не имѣли иныхъ вра-
говъ, кромѣ самихъ себя, и занимались
одними внутренними раздорами. Избран-
ный симъ легкомысленнымъ народомъ, Ро-

24'

— 282 —

стиславъ Смоленскій, въ угодность ему, отправился князить въ Новгородъ, а Ярославъ въ Владимиръ Волынскій, на мѣсто умершаго Святополка Метиславича.

Малочисленность союзныхъ Половцевъ и конскій падежъ заставили Георгія отлючить войну (356). Между тѣмъ Изяславъ, не доживъ еще до глубокой старости, скончался, къ неутѣшной горести Кіевлянъ, всѣхъ Россіянъ и самыхъ иноплеменниковъ, Берендѣевъ, Торковъ. Они единогласно называли его своимъ Царемъ славнымъ, господиномъ добрымъ, отцемъ подданныхъ. Старецъ Вячеславъ, проливая слезы, говорилъ: «сынъ любезный! сему «гробу надлежало быть монмъ; но Богъ «творитъ, что Ему угодно!» — Княженіе Изяслава описано въ лѣтописяхъ съ удивительною подробностью. Мужественный и дѣятельный, онъ всего болѣе искалъ любви народной, и для того часто пировалъ съ гражданами; говорилъ на Вѣчахъ, подобно Великому Ярославу; предлагалъ тамъ дѣла Государственныя, и хотѣлъ, чтобы народъ, исполняя волю Государя, служилъ ему охотно и враговъ его считалъ собственными. Раздѣливъ престолъ съ дядею, добродушнымъ и слабымъ, Изяславъ въ самомъ дѣлѣ не уменьшилъ власти своей, но заслужилъ похвалу современниковъ; обходился съ нимъ какъ вѣжный сынъ съ

ПОЛИКА
13 КОМ-
ЧИНА
ИЗЯСЛА-
ВА.

Харак-
теръ
его.

— 283 —

отцемъ; одинъ бралъ на себя труды, опа-
сности, но приписывалъ ему честь по-
бѣдъ своихъ, и жилъ самъ въ нижней ча-
стнѣ города, уступивъ Вячеславу дворецъ
Княжескій (537).

Готовый умереть за Кіевъ, Изыславъ
удалялся отъ иныхъ случаевъ прошивать
кровь Россіянъ: не вступились за сына,
оскорбленнаго Новогородцами, и на Рог-
волода Борисовича, зятя своего, котораго
Полочане въ 1151 году свергнули съ пре-
стола, избравъ на его мѣсто Ростислава
Глѣбовича, Князя Минскаго, и признавъ
Святослава Ольговича покровителемъ ихъ
области (358). Такъ граждане своевольство-
вали въ нашемъ древнемъ отечествѣ, упо-
требляя во зло правство, что благо народное
священство вспыхъ иныхъ законовъ.

Тѣло Изыслава было погребено въ монастырѣ Св. Оседора, основанномъ Великимѣ Мстиславомъ.

Свое-
вольст-
во По-
ючанъ.

- 284 -

## ГЛАВА XIII.

Великій Князь Ростиславъ-Михаилъ
Мстиславичь.

Г. 1154—1155.

Любовь Кіевлянъ къ Вячеславу. Смерть его. Сновники придворные. Неблагоразуміе и малодушіе Ростислава. Гордость Мстиславова. Свое-вольство Новогородцевъ. Кіевляне поддаются Изяславу. Георгій вступаетъ въ Кіевъ.

Узнавъ о кончинѣ Великаго Князя, Изя-
г. 1154. славъ Черниговскій приплылъ къ Кіеву,
чтобы оросить слезами гробъ умершаго;
но старецъ Вячеславъ и Бояре, справедливо
опасаясь его коварныхъ намѣреній, не поз-
волили ему въѣхать въ столицу. Они жда-
ли Князя Новогородскаго и Смоленскаго.
Граждане, Торки, Беренѣп, съ пзъявлѣ-
ніемъ усердія встрѣтили Ростислава (кото-
рый оставилъ въ Новѣгородѣ сына своего,
Давида), пѣдобродушный ляля сказалъ ему:
«Я стою у дверей гроба; суды, расправа и
«безпокойства ратныя уже не мое дѣло.
«Подобно Изяславу будь мнѣ сыномъ и
«Государемъ Россіянъ. Отдаю тѣбѣ полкѣ
«и дружину свою.» Бояре, вмѣстѣ съ наро-
домъ, требовали отъ новаго Князя, чтобы

— 285 —

онъ, слѣдуя примѣру старшаго брата, всегда уважалъ дляю какъ отца, и въ такомъ случае обѣщались служить ему вѣрно. — Въ Кіевѣ находился тогда Святославъ Всевололовичъ: призванный Вячеславомъ, онъ уѣхалъ тайно отъ своихъ дѣйностей и взялъ сторону Великаго Князя, отдавшаго ему за то Пинскъ и Туровъ.

Любовь
Кіев-
лянъ къ
В дѣе-
славу.

Съ другой стороны Изяславъ Черниговскій и Святославъ Ольговичь заключили союзъ съ Георгіемъ, котораго сынъ Глѣбъ, нанявъ Половцевъ, осадилъ Переяславль: Мстиславъ Изяславичь отразилъ ихъ съ помощью Кіевской дружины (359). Великій Князь, чтобы предупредить Суздальскаго, хотелъ воспользоваться сею первою удачею и шелъ къ Чернигову; но печальная вѣть настигла его въ Вышегородѣ. Добный Вячеславъ скоропостижно умеръ: впереду пировалъ съ Боярами и ночью засунуł навѣки. Искренно сожалѣя о кончипѣ его, Ростиславъ сиѣшилъ въ Кіевъ предать землѣ тѣло старца въ Софійскомъ храмѣ и быть свидѣテлемъ общей горести: ибо народъ любилъ кроткія, Христіанскія добродѣтели сего Мономахова сына. Въ похвалу Великому Князю Лѣтописцы сказываютъ, что онъ, созвавъ во дворцѣ Вельможъ, Тіуновъ, Казначеевъ, Ключниковъ умершаго дѣй, велѣлъ принести его имѣніе: олежы, золото, серебро; все роздадъ

г. 1155.
Смерть
В дѣе-
слава.

Санов-
нскіи
прид-
ворные.

— 286 —

по монастырямъ, церквамъ, темницамъ,
богадѣльнямъ, и поручивъ исполнить сіе
распоряженіе въ людствующей супругѣ отца
своего, взялъ себѣ на память одинъ крестъ.

Когда Ростиславъ возвратился къ вой-
ску, Бояре не совѣтовали ему итти далѣе.
«Ты еще слабъ на престолѣ,» говорили
они: «утверди власть свою, заслужи лю-
«бовь народную, и тогда не бойся Георгія.»
Великій Князь отвергнулъ благоразумный
совѣтъ; онъ приближился къ Чернигову,
требуя, чтобы Изяславъ далъ ему клятву
вѣрнаго союзника (560). «Кто вступилъ въ
«мою область непріятелемъ, съ тѣмъ не
«хочу дружиться,» отвѣтствовалъ Изя-
славъ, и соединясь съ Глѣбомъ Георгіеви-
чемъ, расположился станомъ на берегахъ
рѣки Бѣлюса. Тутъ открылось малодушіе
Ростислава, который, будучи устрашень
множествомъ Половцевъ, въ самомъ на-
чалѣ перестрѣлки далъ знать Черниговско-
му Князю, что уступаетъ ему Кіевскую
область съ Переяславлемъ, желая одного
мира. Съ негодованіемъ видя малодушіе
ляди, Метиславъ Изяславичь новоротилъ
коня, и сказавъ: «не будь же ни мнѣ Пе-
«реяславля, ни тебя Кіева!» удалlesя съ
свою дружиною. Войско разстроилось;
свирѣпые Половцы гнали, рубили бѣгу-
щихъ, и схватили, въ числѣ плѣнныхъ,
Сватослава Всеволодовича. Метиславъ,

Небла-
горазу-
міе и
малоду-
шіе е
Рости-
слава.

ГОР.
ДОСТЬ
МESTИ-
СЛАВА.

— 287 —

взявъ въ Переяславѣ жену, дѣтей, ушелъ въ Луцкъ, а бывшій Великій Князь въ Смоленскъ, лишась въ то же время и Новгородова: ибо тамошніе жители изгнали сына его, Давида, отправили Епископа Нифонта Посломъ въ Суздаль и призвали Метислава Георгіевича князить въ ихъ области (361).

Кіевляне, услышавъ съ горестію о несчастьі Ростислава, должны были обратиться къ побѣдителю. Епископъ Каневскій, Даміанъ, ихъ пменемъ сказалъ Изяславу (362): «Государь! или управлять нами, да не «демъ жертвою варваровъ!» ибо въ сіе время Половцы свирѣпствовали въ окрестностяхъ Анѣпра, и долго не могли быть усмирены Глѣбомъ Георгіевичемъ, которому Изяславъ Давиловичь отдалъ Переллавль.

Между тѣмъ Георгій ужешелъ съ войскомъ, и близъ Смоленска получилъ вѣсть о новой, благопріятной для него перемѣнѣ обстоятельствъ; согласился забыть вражду Ростислава Метиславича, примѣрился съ нимъ, и спѣшилъ къ Кіеву; произтилъ и Святослава Всеволодовича, уваживъ ходатайство его для, Сѣверскаго Князя, и послалъ объявить Черниговскому, чтобы онъ выѣхалъ изъ столицы Мономаховой (363). Изяславъ колебался, медапѣлъ; говорилъ, что Кіевляне добровольно возвели его на престолъ; но убѣжденный Святославомъ Ольговичемъ, и не пмѣя надежд-

Свое-
воль-
ство
Ново-
город-
цевъ.

Кіевля-
пе под-
держ.
ны.
Изя-
га-
пъ.

Георгій
всѣ-
пастъ
въ Кі-
евъ.

- 289 -

Опасаясь смѣлаго, пылкаго Мстислава,
Великій Князь послалъ Юрія Ярославяча,
внука Святополкова, съ Воеводами на Го-
рынь (365): они взяли Пересопницу. Въ то
же время зять Георгіевъ, Князь Галицкій,
и Владиміръ, братъ Смоленскаго, осадили
Луцкъ. Мстиславъ отправился пскать союз-
никовъ въ Польшѣ; но меньшій братъ его,
Ярославъ, заставилъ непріятелей снять
осаду.
Мести-
слав
фідѣ
въ
Поль-
шу.

Достигнувъ главной цѣли своей, обре-
мененный лѣтам и желая спокойствія,
Георгій призвалъ Ростислава Смоленскаго,
клялся забыть вражду Изяславичей, его
племянниковъ, и хотѣлъ видѣть ихъ въ
Кіевѣ. Ярославъ повиновался (368); но Мсти-
славъ, боясь обмана, не халъ: Георгій
послалъ къ нему крестную грамоту, въ
доказательство искренней дружбы. Узнавъ
о семъ союзѣ и прибытіи въ Кіевъ Галиц-
кой вспомогательной дружины, Князь Чер-
ниговскій, недовольный Георгіемъ, также
смирился и выдалъ дочь свою за его сына,
Глѣба (367). Великій Князь уступилъ Изя-
славу Корческъ, а Святославу Ольговчу
Мозырь. Князья же Рязанскіе новыми крест-
ными обътами утвердили связь съ Рости-
славомъ Смоленскимъ, коего они призна-
вали ихъ отцемъ и покровителемъ.

Россія наслаждалась т甚шною, говорят Тишина
Лѣтописцы (368): сія тишина была весьма
въ Рос-
сіи.

Ист. Кар. Т. П.

25

— 290 —

Г. 4156.

Новое
крово-
проли-
тие.

непродолжительна. Метиславъ принялъ
крестную грамоту отъ дѣла, но не далъ
ему собственной, и выгналъ Георгіева
союзника, Владимира, роднаго дядю своего,
изъ Владимирской области; плѣнилъ его
семейство, жену; ограбилъ Бояръ и мать,
которая съ богатымп дарами возвратилась
тогда отъ Королевы Венгерской, ея доче-
ри (369). Оскорбленный Георгій, въ надеждѣ
смирить внука съ помощью одного Галиц-
каго Князя, не хотѣлъ взять съ себя ни
Черниговской, ни Сѣверской дружины, и
выступилъ съ Берендѣями. Напрасно ис-
кавъ защиты въ Венгріп, познанинкъ Вла-
диміръ Метиславичь прибѣгнулъ къ Вели-
кому Князю; по Георгій въ самомъ дѣлѣ
не думалъ объ немъ, а хотѣлъ. пользовались
случаемъ, завоевать область Волынскую
для другаго племяника, Владимира Андрее-
впча, чтобы исполнить обѣщаніе, нѣкогда
данное отцу его (370). Жестокое сопротив-
леніе Метислава уничтожило сіе намѣре-
ніе: десять дней кровь流лась подъ стѣна-
ми Владимирскими, и Георгій, какъ бы
подвигнутый человѣколюбіемъ, снялъ оса-
ду. «Изаславичь веселится убійствами и
«враждою,» сказалъ онъ дѣтямъ и Боя-
рамъ: «желаю не погибъ его, а мира, и
«будучи старшимъ, уступаю.» — Владимиръ
Андреевичь ходилъ къ Червену съ
мирными предложеніями: напоминалъ та-

— 291 —

мошнимъ гражданамъ о своемъ родителѣ,
великодушномъ ихъ Князѣ Андреѣ (371);
обѣщалъ быть ему подобнымъ, справедли-
вымъ, милостивымъ; но уязвленный въ
горю стрѣлою, удалился, отмиствъ жите-
лямъ опустошеніемъ земли Червенской.
Георгій наградилъ его Пересопницею и До-
рогобужемъ; а Мстиславъ, слѣдуя за дѣ-
домъ, жегъ селенія на берегахъ Горыни.

Великій Князь щадилъ старинныхъ дру-
зей своихъ, Половцевъ. Они тревожили
окрестности Анѣпра, и были наказаны му-
жественными Берен'dами, которые мно-
гихъ хищниковъ умертвили, другихъ взяли
въ пленъ, и въ противность Георгіеву же-
ланію не хотѣли ихъ освободить, говоря :
«мы умираемъ за Русскую землю, но плен-
ники наша собственность.» Георгій, два
раза здивъ въ Каневъ для свиданія съ
Ханами Половецкими, не могъ обезору-
жить ихъ ни ласкою, ни дарами; наконецъ
заключилъ съ ними новый союзъ, чтобы
въ нужномъ случаѣ воспользоваться помо-
щію сихъ варваровъ (372): ибо онъ, по
тогдашнимъ обстоятельствамъ, не могъ
быть увренъ въ своей безопасности.

Берен-
дѣ п
объять
Полов-
цевъ.

Союзъ
съ По-
ловца-
ми.

Ростиславъ Мстиславичь пленъ предан-
ныхъ ему людей въ Новѣгородѣ, которые
съ единомышленниками своими объявили
всеснародно, что не хотятъ повиноваться
Мстиславу Георгіевичу. Слѣалось смѣте-

Смѣте-

— 292 —

ніе въ Новѣго-родѣ. Ніе; граждане раздѣлились на двѣ стороны: Торговала вооружилась за Князя, Софійская противъ него, и мостъ Волховскій, съ обѣ-пхъ сторонъ оберегаемый воинскою стра-жей, былъ границею между несогласными. Но сынъ Георгіевъ бѣжалъ ночью, узнавъ г. 1137. о прибытіи дѣтей Смоленскаго Князя (373), и такимъ образомъ уступилъ Княженіе Ро-стиславу, который, чрезъ два дни въѣхавъ въ Новгородъ, возстановилъ совершенную типину.

Союз
противъ
Geopria.

Май 15, пировавъ у Боярина своего, Петрила, ночью
Смерть
Geopria. Занемогъ и чрезъ пять дней умеръ (375).
Свѣдавъ о томъ, Изяславъ Давидовичъ

Сіе прошествіе долженствовало оскор-
бить Георгія: у него были и другие враги.
Изяславъ Давидовичь съ завистію смот-
рѣлъ на престолъ Кіевскій; искалъ друзей;
примирился съ Ростиславомъ, и для того
оставилъ безъ мести невѣрность своего пле-
мянника, Святослава Владиміровича, кото-
рый, вдругъ занявъ на Деснѣ города Чер-
инговскіе, передался къ Смоленскому Кня-
зю (374). Метиславъ Изяславичь Волынскій
также охотно вступилъ въ союзъ съ Да-
видовичемъ, чтобы действовать противъ
Георгія, и сіи Князья, напрасно убѣжавъ
Сѣверскаго взять ихъ сторону, готовились
итти къ Кіеву, въ надеждѣ на свое муже-
ство, неосторожность и слабость Георгіеву.
Судьба отвратила кровопролитіе: Георгій,
пировавъ у Боярина своего, Петрила, ночью
Смерть
Занемогъ и чрезъ пять дней умеръ (375).

Свѣдавъ о томъ, Изяславъ Давидовичь

- 293 -

пролилъ слезы, п возвѣвъ рукъ на небо,
сказалъ: «благодарю Тебя, Господи, что
«Ты разсудилъ меня съ нимъ внезапною
«смертію, а не кровопролитіемъ!»

Георгій властолюбовый, но безпечный,
прозванный Долгорукимъ, знаменитъ въ
нашей Исторіи гражданскимъ образова-
ніемъ восточнаго края древней Россіи, въ
коемъ онъ провелъ всѣ цвѣтущія лѣта
своей жизни. Распространивъ тамъ Вѣру
Христіанскую, сей Князь стропилъ церкви
въ Суздалѣ, Владимирѣ, на берегахъ Нер-
ли (376); умножилъ число духовныхъ Па-
стырей, тогда единственныхъ наставни-
ковъ во благонравіи, единственныхъ про-
свѣтителей разума; открылъ пути въ лѣ-
сахъ дремучихъ; оживилъ ликія, мертвыя
пустыни знаменіями человѣческой дѣятель-
ности; основалъ новыя селенія и города:
кромѣ Москвы, Юрьевъ Польскій, Перел-
славль Залѣскій (въ 1152 году), украшая
ихъ для своего воображенія сними, ему
пріятными именами, и самымъ рѣкамъ да-
вая названія южныхъ (377). Дмитровъ, на
берегу Яхромы, также имъ основанъ и
названъ по имени его сына, Всеволода-Ди-
митрія, который (въ 1154 году) родился на
семь мѣстѣ. — Но Георгій не имѣлъ до-
бродѣтелей великаго отца; не прославилъ
себя въ лѣтописяхъ ни однимъ подвигомъ
великолушія, ни однимъ лѣствіемъ до-

25*

— 294 —

Неп-
весь
къ
нему.

бросердечія, своєволнаго Мопомахову
клемені. Скромные Лѣтописцы наши рѣд-
ко говорить о злыхъ качествахъ Госуда-
рей, усердно хваля зобрыя; но Георгій
безъ сомнѣнія отличался первыми, когда,
будучи сыномъ Князя столь любимаго, не
умѣть заслужить любви народной. Мы ви-
дѣли, что онъ игралъ святостію клятвѣ и
волноватъ изнуренную внутренними несо-
гласілми Россію для выгодъ своего често-
любія: къ безславію его намѣ извѣстно
также слѣдующее происшествіе. Князь
Юаннъ Берладникъ, изгнанный Владимір-
комъ изъ Галича, служилъ Георгію, и
вдругъ, безъ всякой вины (въ 1156 году),
былъ окованъ цѣнями и привезенъ изъ
Суздалья въ Кіевъ: Георгій согласился вы-
дать его, живаго или мертваго, зятю свое-
му, Владиміркову сыну (378). Заступленіе
Духовенства спасло жертву: убѣжденный
человѣколюбивыми представленіями Ми-
трополита, Георгій отправилъ Берладника
назадъ въ Суздаль; а люди Князя Черни-
говскаго, высланные на дорогу, силою
освободили сего несчастнаго узника. —
Однимъ словомъ, народъ Кіевскій столь
ненавидѣлъ Долгорукаго, что узнавъ о
кончинѣ его, разграбилъ дворецъ и сель-
скій домъ Княжескій за Днѣпромъ, назы-
ваемый Раемъ, также пмѣніе Суздальскихъ
Бояръ, и многихъ изъ нихъ умертвилъ въ

— 295 —

изготовленій злобы. Граждане, не хотівъ,
кажется, чтобы и тѣло Георгіево лежало
вмѣстѣ съ Мопомаховымъ, погребленіе
внѣ города, въ Берестовской Обители
Спаса.

Церковныя дела сего времени достойны Дѣлам
замѣчанія. Георгій не желалъ оставить Митрополитомъ Климентяна, избраннаго по волѣ ненавистнаго ему племянника, и согласно съ мыслями Нифонта, Епископа Новогородскаго, имъ уважаемаго, требовалъ иначаго Пастыря отъ Духовенства Цареградскаго. Святитель Полоцкій и Мануилъ Смоленскій (379), врагъ Климентовъ, (въ 1156 году) съ великою честію приняли въ Кіевѣ сего новаго Митрополита, имеемъ Константина, родомъ Грека; вмѣстѣ съ нимъ благословили Великаго Князя, князіи память Изяслава Мстиславпча, и въ первомъ совѣтѣ уничтожили всѣ церковныя дѣйствія бывшаго Митрополита; наконецъ, разсѣдливъ основательнѣе, дозволили отправлять службу Іереямъ и Діаконамъ, коихъ посвятилъ Климентъ. Ревностный Нифонтъ не имѣлъ удовольствія видѣть свое полное торжество: онъ спѣшить встрѣтить Константина, но еще до его прибытия скончался въ Кіевѣ, названный славнымъ именемъ поборника всей земли Русской (380). Сей знаменитый мужъ, другъ. Святослава Ольговича, имѣлъ и

— 296 —

непріятелей, которые говорили, что онъ по-
хитилъ богатство Софійскаго храма и думалъ
съ онымъ уѣхать въ Константинополь: со-
временный Лѣтописецъ Новогородскій опро-
вергаетъ такую нелѣную клевету, и хваля Ни-
фонтовы добродѣтели, говоритъ: «мы только
«за грѣхи свои лишились сладостнаго утѣшенія
видѣть здѣсь гробъ его!» — Новогородцы, на
мѣсто Нифonta, въ общемъ совѣтѣ избрали доб-
родѣтельнаго Игумена Аркадія и еще непостав-
леннаго ввели въ домъ Епископскій: ибо избра-
ніе главнаго духовнаго сановника зависѣло тамъ
единственно отъ народа (381).

— 297 —

## ГЛАВА XV.

Великій Князь Изяславъ Давидовичь
Кіевскій.

Князь Андрей Суздальскій, прозванный Боголюбскимъ.

Г. 1157—1159.

Паденіе Великаго Княженія Кіевскаго. Новое сильное Княженіе Владимирское. Происшествія въ западной Россіи. Мятежный лухъ Полочанъ. Раздоръ за Берладника. Безкорыстіе Святослава. Неблагодарность Изяславова. Бѣгство Великаго Князя. Странное завѣщаніе Митрополита. Моръ въ Новѣгородѣ.

Кіевляне, изъявивъ ненависть къ умершему Великому Князю, послали объявить Г. 1157 врагу Георгіеву, Изяславу Давидовичу, чтобы онъ шелъ мирно властовать въ столицѣ Россійской. Изяславъ при воскликаніяхъ довольнаго народа, въѣхалъ въ Кіевъ, оставивъ въ Черниговѣ племянника 19 Майя, своего, Святослава Владиміровича, съ дружиною воинскою: ибо Князь Сѣверскій, хотя и миролюбивый, замышлялъ незапно овладѣть сею удѣльною столицею Ольговичей: его не впустили; но Изяславъ, же-

— 298 —

ная пмѣть въ немъ благодарнаго союзника, добровольно отдалъ ему Черниговъ; а пле-мяникъ ихъ, Святославъ Всеволодовичь, получилъ въ Удѣлѣ Княженіе Сѣверское. Они заключилли миръ на берегахъ Свини (гдѣ нышѣ Березна) въ присутствіи Мести-слава, Владимірскаго Князя, который, одоб-ривъ условія, спокойно возвратился въ Волынію (382).

Такимъ образомъ Изяславъ Давидовичь Паденіе остался повелителемъ одной Кіевской об-Велик. ласти и нѣкоторыхъ городовъ Чернигов-Княже-ской. Переяславль, Новгородъ, Смоленскъ, Туровъ, область Горынская и вся западная Россія имѣли тогда Государей обPRSенныхъ, независимыхъ, и достоинство Великаго Князя, прежде соединенное съ могуще-ствомъ, сдѣлалось однимъ пустымъ напме-нованіемъ. Кіевъ еще сохранялъ знамени-тость, обязанный ею, кромѣ своего счаст-ливаго положенія, торговлѣ, множеству избыточныхъ обитателей, богатству хра-мовъ, монстрырей: скоро утратитъ онъ и сію выгоду. лишенный сильныхъ защитни-ковъ. Но въ то время, какъ дресняя сто-лица наша кюнится къ совершенному па-денію, возникаетъ новая подъ сѣнію Вла-стителя, давно извѣстнаго мужествомъ и великодушіемъ.

Еще при жизни Георгія Долгорукаго сынъ его, Андрей, въ 1155 гоѣ уѣхалъ

Новое
спльное
Княже-

— 299 —

изъ Вышегорода (не предувѣдомивъ отца о віе Вла-
семъ намъреніи). Оbeatъ алчнаго власто-
любія, злодѣйствъ, грабительствъ, междоу-
собнаго кровопролитія, Россія южная, въ
теченіе двухъ вѣковъ опустошаемая огнемъ
и мечемъ, инонлеменниками и своими, ка-
залась ему обителію скорби и предметомъ
гнѣва Небеснаго. Недовольный, можетъ
быть, правленіемъ Георгія, и съ горестію
вида народную къ нему непавльсть, Андрей,
по совѣту шурьевъ своихъ, Кучковичей,
удался въ землю Суздальскую, менѣе
образованную, но гораздо спокойнѣйшую
другихъ (383). Тамъ онъ родился и былъ
воспитанъ; тамъ народъ еще не изъявлялъ
мятежнаго духа, не судилъ и не зѣнялъ
Государей, но повиновался имъ усердно и
сражался за нихъ мужественно. Сей Князь
набожный, вмѣсто иныхъ сокровищъ взялъ
съ собою Греческій образъ Маріи, укра-
шенный, какъ говорятъ Лѣтописцы, пят-
надцатью фунтами золота, кромѣ серебра,
жемчугу и камней драгоцѣнныхъ; избралъ
мѣсто на берегу Клязмы, въ прежнемъ
своемъ Удѣлѣ: заложилъ каменный горолъ
Боголюбовъ, распространилъ основанный
Мономахомъ Влахміръ, украшилъ зданіями
каменными, Златыми и Серебряными сра-
тами. Какъ иѣжный сынъ оплакавъ кон-
чину родителя, онъ воздалъ ему послѣдній
долгъ торжественными молитвами, строе-

— 300 —

ніемь новых церквей, Обителей въ честь умершему, или для спасенія его души; и между тѣмъ, какъ народъ Кіевскій злословилъ память Георгія, священный Клиросъ благословлялъ оную въ Владимірѣ. Суздаль, Ростовъ, дотолѣ управляемые Намѣстниками Долгорукаго (384), единолушно признали Андрея Государемъ. Любимый, уважаемый подданными, сей Князь, славнѣйшій добродѣтелями, могъ бы тогда же завоевать древнюю столицу; но хотѣлъ единственно тишины долговременной, благоустройства въ своемъ наслѣдственномъ Удѣлѣ; основалъ новое Великое Княженіе Суздальское или Владимирское, и приготовилъ Россію сѣверо-восточную быть, такъ сказать, истиннымъ сердцемъ Государства нашего, оставивъ полуденную въ жертву бѣдствіямъ и раздорамъ кровопролитнымъ.

Борись Георгіевичь, княживъ при отцѣ въ Туровѣ, или добровольно выѣхалъ от- туда въ Суздальскую область или былъ из- гнанъ Юріемъ Ярославичемъ, Святополко- вымъ внукомъ, который, происходя отъ старшей вѣтви Княжескаго Дому, имѣлъ право на самую область Кіевскую. Изя- славъ, желая доставить Удѣлъ Владиміру Метиславпчу, соединился съ Князьями Во- лынскими, Галицкимъ, Смоленскимъ, и приступилъ къ Турову. Юріій искалъ мира, но мужественно оборонялся, и чрезъ 10

Проис-
шествія
въ за-
падной
Россія.

— 301 —

недѣль многочисленное войско осаждаю-
щихъ удалилось, потерявъ, большую часть
коней своихъ отъ заразы (385).

Въ числѣ Изяславовыхъ союзниковъ на-
ходились и Полочапе, которые едва ли
уступали тогда Новогородцамъ въ свое-
вольствѣ. Мы упоминали о несчастіи Князя
Рогволода Борисовича, изгнаннаго ими
безъ всякой основательной причины: Свя-
тославъ Черниговскій далъ ему вспомога-
тельную дружину, и жители Друцка съ ве-
г. 1158.
ликою радостію приняли его, выславъ Глѣ-
ба Ростиславича, ограбивъ домъ, Бояръ,
друзей сего послѣдняго (386). Отецъ Глѣ-
бовъ, видя опасное волненіе и въ самомъ
Полоцкѣ, старался задобрить гражданъ
ласками, дарами, и взявъ съ нихъ новую
присягу, осадилъ Друцкѣ. Сильный отпоръ
жителей заставилъ сего Князя искать мира:
Рогволодъ далъ клятву жить съ нимъ въ
братствѣ, и нарушилъ оную вмѣстѣ съ вѣ-
роломными Полочанами, которые, думая
загладить измѣну измѣною, послали ска-
зать ему: «Князь добрый! мы виновны,
«свергнувъ тебя съ престола, и разграбивъ
«твое имѣніе: не помни зла, и возвратился
«къ намъ: выдадимъ тебя Ростислава Глѣ-
«бовича.» Онъ согласился съ ними; но Ро-
стиславъ, увѣдомленный объ ихъ замыслѣ,
ходилъ вооруженный, носилъ латы подъ
одеждою, и смѣлостію вселялъ боязнь въ

Пст. Кар. Т. Н.

26

— 302 —

злодѣевъ. Наконецъ они устыдились своей
робости и звали Князя, жившаго за горо-
домъ, въ собраніе народное, будто бы для
дѣлъ государственныхъ. «Вчера я былъ у
«васъ,» отвѣтствовалъ Ростиславъ: «для
«чего же вы не говорили о дѣлахъ?» одна-
кожь поѣхалъ въ городъ. Вѣрный Отрокъ
Княжескій остановилъ его: поо народъ
уже снялъ съ себя личину, грозно вопилъ
на Вѣчѣ и лилъ кровь Бояръ, преданныхъ
Глѣбовичамъ. Ростиславъ, соединивъ дру-
жину, удалялся въ Мпнскъ къ брату Воло-
дарю; а Рогволодъ, подкрѣпленный силою
Князя Смоленскаго, отнялъ Изяславль у
Всеволода Глѣбовича и предписалъ миръ
его брату: остался Княземъ Полоцкимъ,
далъ Всеволоду Стрѣжевъ, Изяславль Бря-
числаву Васильковичу, и возстановилъ ти-
пину кратковременную. Володарь, третій
сынъ Глѣбовъ, воевалъ тогда съ Литвою:
братья присягнули за него въ вѣриномъ
исполненіи мирныхъ условій.

Изяславъ Давидовичь не долго жилъ въ

Раздоръ
за Бер-
ладянъ
ка.

союзѣ съ Галицкимъ и Волынскими Князья-
ми. Новодомъ къ сему разрыву служилъ
знаменитый Воевода перваго, Юлианъ Бер-
ладникъ. Князь Галицкій, ненавидя и боясь
сего брата двоюроднаго, изгнаннаго Влади-
міркомъ, умѣлъ склонить на свою сторону
не только Венгерскаго Короля съ Поля-
ками, но и многихъ Князей Российскихъ,

— 303 —

желая, чтобы они вмѣстѣ съ нимъ убѣдились
Изъяслава выдать ему Юанна (387). Гнушаясь
дѣломъ столь жестокимъ, Великій Князь
отвѣчалъ ихъ Посламъ въ Киевѣ, что онъ
никогда на то не согласится. Юаннъ же,
безчеловѣчно гонимый, хотѣлъ мстить
Ярославу Владимірковичу: ограбилъ нѣ-
сколько богатыхъ судовъ на Дунаѣ, на-
нялъ 6000 Половцевъ и вступилъ въ Гали-
цю; но скоро былъ оставленъ сини хищ-
никами, ибо не позволялъ имъ опустошать
земли и щадилъ доброхотствующихъ ему
жителей. Свѣдавъ, что Ярославъ воору-
жается, Великій Князь предложилъ Свято-
славу Ольговичу тѣсный союзъ и два го-
рода, Мозырь и Чечерскъ. Тутъ Свято-
славъ оказалъ безкорыстіе великолѣшное.
«Признаюсь» — говорилъ онъ — «что я
«досадовалъ, когда ты не отдалъ мнѣ всей
«областъ Черниговской; но сердце мое не-
«навидитъ злобу между родными. Если
«враги несправедливые угрожаютъ тебя
«войною, то они будутъ и синими врагами.
«Сохрани меня Богъ отъ мздонимства въ
«такомъ случае: не хочу никакихъ горо-
«довъ, и вооружаюсь (388).» Пировавъ три
дни, они лали знать Князю Галицкому, что
готовы соединенными силами отразить его
нападеніе. Ярославъ успокоился; но Великій
Князь вз düşалъ самъ объявить ему войну
за Юанна Берладника: ибо многие Галичане

Безкорыстіе
Свято-
слава.

— 304 —

Неблагодарность Изяслава.

звали сего Воеводу въ землю свою, увѣряя,
что народъ топами устремится подъ его
знамена, и что сынъ Владимирковъ нелю-
бимъ гражданами. Святославъ Ольговичь
не хотѣлъ итти; удерживалъ Великаго Кня-
зя; представлялъ ему, что Юаннъ не сынъ,
не братъ ихъ; но пылкій Изяславъ съ угро-
зами отвѣтствовалъ въ Васильковѣ Послу
Черниговскому: «скажи брату, что онъ,
«по возвращеніи моемъ изъ Галича, волею
«и неволею можетъ отправиться назадъ въ
«Новгородъ Сѣверскій!» Добродушный Свя-
тославъ съ гōрестію видѣлъ несправедли-
вость своего родственника, желая ему добра
и мира Государству. «Богу открыто сми-
«реніе души моей,» сказалъ онъ Вельмо-
жамъ: «я не пскалъ управы мечемъ, когда
«Изяславъ, вмѣсто цѣлой области Черни-
«говской, далъ мнѣ только семь городовъ,
«опустошенныхъ Половцами и населен-
«ныхъ пśарями. Онъ еще не доволенъ, и
«за миролюбивыі, благоразумный совѣтъ
«грозится, вопреки святой клятвѣ, выгнать
«меня изъ Чернигова! Но Провидѣніе ка-
«раетъ вѣроломныхъ.» Оно въ самомъ дѣ-
лѣ наказало брата его. Галицкій, соеди-
нясь съ Волынскими Князьями, Изяслави-
чами и дядею ихъ, Владимиромъ Андрееви-
чемъ, предупредилъ Великаго Князя и за-
нялъ Бѣлгородъ. Изяславъ обступилъ ихъ
съ войскомъ многочисленнымъ: однихъ

— 305 —

Половцевъ было у него слишкомъ 20,000. Указывая на сильные полки свои, онъ съ гордостію требовалъ, чтобы союзники вышли изъ города. Но Берендѣи и Торки измѣнили ему; начальники ихъ тайно велѣли сказать. Метиславу : «Князь! отъ насъ «все зависитъ. Если будешь намъ другомъ, «какъ отецъ твой, и дашь каждому по доб-«рому городу, мы оставимъ Излѣлава.» Они сдержали слово : въ г. лубокую полночь зажгли шатры свои, и съ грознымъ воплемъ ускакали въ городъ. Пробужденный ночною тревогою, Великій Князь сълъ на коня; увидѣлъ измѣну и бѣжалъ за Днѣпръ. Бѣгство Велик. Князя. Вмѣстѣ съ Владимиромъ Метиславичемъ, его другомъ; Половцы также : многіе изъ нихъ утонули въ Росі; другихъ пѣнили Юрьевцы и Берендѣи.

Союзники вошли въ століцу, пославъ объявить Смоленскому Князю, Ростиславу, Декаб-
ря 22.
что они единственно для него завоевали
престолъ Кіевскій, и будутъ ему послушны
какъ старшему. Метиславъ требовалъ толь-
ко, чтобы низверженный Митрополитъ
Климентъ снова управлялъ Церковію Рос-
сійскою : «ибо Константинъ (говорилъ
«онъ) клялъ память отца моего.» Но Ро-
стиславъ не хотѣлъ слышать о Климентѣ,
избранномъ, по его мнѣню, беззаконно.
Наконецъ согласились, чтобы не быть Мп-
трополитомъ ни тому, ни другому и при-

26*

— 306 —

Стран-
вое 30-
він-1919
Митро-
полита

звать новаго изь Царяграда (³⁸⁹). Изгнан-
ный Метиславомъ, Константинъ уѣхалъ въ
Черниговъ и скоро преставился, удививъ
современниковъ и потомство странностію
своего завѣщанія. Онъ вручилъ запечатан-
ную духовную Святителю Черниговскому,
Антонію, и требовалъ, чтобы сей Епископъ
клятвенно обязался исполнить его послѣд-
нюю волю. Антоній въ присутствіи Князя
Святослава срѣзалъ печать, и съ изумле-
ніемъ читалъ слѣдующее: «Не погре-
«байте моего тѣла: да будетъ оно извле-
«чено изъ града и повержено самъ на
«снѣденіє» Епископъ не дерзнулъ нару-
шить клятвы; но Князь, страшась гнѣва
Небеснаго, велѣлъ на третій день привезти
тѣло Митрополита въ Черниговъ и съ че-
стію предать землѣ въ Соборной церкви,
подлѣ гроба Игоря Ярославича (³⁹⁰). Лѣто-
писцы разсказываютъ, что въ сіи три дни,
ясные для Чернигова, была ужасная буря
и молнія въ Кіевѣ; что однимъ громовымъ
ударомъ убило тамъ семь человѣкъ, и вѣ-
теръ сорвалъ шатеръ Ростислава, стояв-
шаго тогда въ полѣ близъ Вышегорода;
что сей Князь старался молитвами въ цер-
тицахъ умилостивить Небо, и что вдругъ
настала тишина, когда совершилось погре-
беніе Митрополитова тѣла.

Въ Княженіе Изяслава Новгородъ вто-
річно пепыталъ обѣдствіе мора: не успѣ-
Морѣ

— 307 —

вали хоронить ни полей, ни скота; отъ въ Новгород-смрада безчисленныхъ труповъ не льзя было ходить по городу, ки въ окрестностяхъ (391). Аѣтописцы не говорить о происхожденіи, свойствѣ и наружныхъ знакахъ сей язвы, которая свирѣствовала единственно въ Новѣгородѣ.

- 308 -

ГЛАВА XVI.

ВЕЛИКИЙ КНИЗЬ РОСТИСЛАВЪ-МИХАИЛЪ
ВТОРИЧНО ВЪ КІЕВЪ.

АНДРЕЙ ВЪ ВЛАДИМІРЪ СУЗДАЛЬСКОМЪ.

Г. 1159—1167.

Злоба Изяславова. Союзъ Ростислава съ Святославомъ. Городъ Берладъ. Впаденіе Половцевъ. Андрей за Изяслава: властуетъ въ Новѣгородѣ. Клевета на Ростислава. Ростиславъ изгнанъ. Смерть Изяслава. Берладникъ отравленъ ядомъ въ Греціи. Ссора и миръ Великаго Князя со Мстиславомъ. Удѣлы. Набѣгъ Ляховъ. Единовластіе Андрея. Изгнаніе братьевъ его въ Грецію. Кончина Святослава: ея слѣдствія. Вѣролюбство Епископа. Безпокойства въ землѣ. Пояцкой. Воиша съ Болгарами. Побѣда надъ Шведами. Россіяне бьютъ Половцевъ въ степяхъ. Кончина Великаго Князя. Его свойства. Союзы и браки. Дѣла церковныя.

Г. 1159. Ростиславъ — оставивъ сыновей князь, Святослава въ Новѣгородѣ, Давида въ Торжкѣ, Ромапа въ Смоленскѣ — былъ съ честію и радостію принятъ отъ всѣхъ жителей Кіевскихъ (392). Племянникъ его, Мстиславъ, возвратился въ юго-западную Россію съ богатою любычесю, взявъ имѣніе

Апрѣла
12.

— 309 —

Изяславовыхъ Вельможъ, множество се-
ребра, золота, рабовъ и всякаго скота.

Бывшій Великій Князь ушелъ въ Сож-
скую область, ему принадлежавшую, и съѣ-
хался въ Гомьѣ, или нынѣшнемъ Гомелѣ,
съ женою, которая въ слѣдъ за нимъ бѣ-
жала изъ Кіева. Припсыывая свое несчастіе
брату Ольговпчу, не хотѣвшему дать ему
помощи, Изяславъ завоевалъ его область, Злоба
землю Вятпчей, плѣнилъ жителей одного
мѣстечка, бывшаго собственностью и п. вѣ-
номъ Княгини Черниговской, и тревожилъ
города Курскіе. Тогда Святославъ, захват-
ивъ имѣніе и семейства многихъ Бояръ
сего злобнаго родственника, вступилъ въ
союзъ съ Государемъ Кіевскимъ. Опи съѣ-
хались въ Моровскѣ, обѣдали другъ у дру-
га, и богатыми дарами утвердили взапмную
любовь между собою: Ростиславъ подарилъ
Черниговскому Князю иѣсколько соболей,
горностаевъ, черныхъ куницъ, песцовъ,
волковъ бѣлыхъ и рыбьихъ зубовъ; а Свя-
тославъ Великому Князю парда и двухъ ко-
ней съ окованными сѣдлами (393).

Сіи два Князя, бывъ отъ юности непрія-
телями, искренно клялись умереть друзьям,
и согласились общими силами действовать
противъ Изяслава. Надлежало прежде за-
щитить южные предѣлы Государства отъ
внѣшнихъ хищниковъ. Въ Молдавіи, между
рѣками Прутомъ и Серетомъ, находился

— 310 —

Городъ тогда городъ многолюдный и крѣпкій, име-
немъ Берладъ (нынѣ мѣстечко), основан-
ный близъ развалинъ древней Дакійской
Зузидавы (394): онъ былъ гнѣздомъ свое-
вольныхъ бродятъ, людей разнаго племени
и Закопа, конхъ главное ремесло состояло
въ грабежѣ по Черному морю и Дунаю.
Шайки ихъ взяли Олешье (знаменитое тор-
говое мѣсто при устьѣ Днѣира, гдѣ склады-
валлись Греческіе товары, отправляемые въ
Кіевъ): Воевода Великокняжескій, Георгій
Несторовичь, настигъ сихъ разбойниковъ
и выручилъ многихъ взятыхъ ими пѣнни-
ковъ вмѣстѣ съ богатою добычою (395). —
Надлежало еще отразить набѣгъ Полов-
цевъ: сынъ Святославовъ въ Черниговской
области, а дружина Галицкая, Князья Во-
лынскіе и Берендѣи на западномъ берегу
Днѣира побили и гнали ихъ до границы.

Владе-
ніе По-
ловѣ
в-п-
цевъ.

Сіи хищники явились съ другой стороны,
нанятые Изяславомъ Давидовичемъ, кото-
рый, не теряя времени, осадилъ съ ними
Черниговъ, гдѣ Святославъ и племянникъ
его, Князь Сѣверскій, едва успѣли изгото-
виться къ оборонѣ, требуя войска отъ Ро-
стислава. Но Кіевляне и Берендѣи, вѣря
искреннему союзу дяди, не вѣрили племян-
нику, зная его коварство: чтобы успоконить
ихъ, Святославъ Всеволодовичь прислалъ
сына въ залогъ къ Ростиславу, и полки
Великокняжескіе спасли Черниговъ. Изя-

— 311 —

славъ, устрашенный силою оныхъ, бѣжалъ
въ степи (396). Тамъ услышалъ онъ, что не-
осторожный Святославъ отпустилъ союз-
никовъ и самъ боленъ: чѣмъ желал вос-
пользоваться, Изяславъ снова перешелъ за
Десну съ Половцами. Князь Черниговскій
дѣйствительно былъ нездоровъ; однакоь
съ супругою и дѣтьми стоялъ въ полѣ, ус-
пѣлъ возвратить Кіевлянъ и мужественно
отразилъ варваровъ. Союзники, гонясь за
Изяславомъ, приступили къ Вырю, гдѣ ос-
тавалась его Княгиня съ казною. Тутъ Вое-
вода Юаннъ Берладникъ имѣлъ случай до-
казать ему свое усердіе: защитилъ городъ,
и принудилъ осаждающихъ удалиться. Изя-
славъ отмстилъ имъ ужаснымъ разоре-
ніемъ Смоленской области: ибо наемники
его, Половцы, плѣнили въ ней болѣе де-
сяти тысяч людей безоружныхъ, кромѣ
множества убитыхъ; но впда превосходство
силъ на сторонѣ враговъ, онъ нскалъ со-
юзника въ могущественномъ Князѣ Суз-
дальскомъ.

Андрей Георгіевичь, не заботясь о Россіи
южной, желалъ господствовать въ сѣвер-
ной единовластно и присвоить себѣ древ-
нюю столицу Рюрикову, то есть, выгнать
оттуда сыновей Велпягло Князя: Святослава
Ростиславича изъ Новагорода, а Давида изъ
Торжка. Недоброхотствуя отцу ихъ, Андрей
за Изя-
слава.
вступился за Изяслава, и помолвпль дочь

— 312 —

свою за его племянника, Святослава Владиміровича, осаждаемаго тогда Князем Черниговскимъ въ городѣ Вщижѣ (397). Романъ и Рюрикъ, сыновья Великаго Князя, Владѣтель Сѣверскій стѣ братомъ, Полочане и дружина Галицкая были съ Святославомъ Ольговичемъ; но слыша, что сильное войско Андреево и Муромское идетъ отразить ихъ отъ Вщика, союзники склонились къ миру, и Святославъ Черниговскій снялъ осаду, клятвенно обязавъ племянника чтить его какъ старшаго въ родѣ. — Андрей стѣхался съ Иязславомъ въ Волокѣ Ламскомъ, праздновалъ тамъ свадьбу дочери и послалъ скажать Новогородцамъ, что онъ намѣренъ искать ихъ Княженія, не любить кровопролитія, но готовъ воевать въ слугѣ. Часть сопротивленія. Чиновники объявили о томъ народу. Слава Андреева давно гремѣла въ Россіи: Новогородцы плѣнились мыслію повиноваться столь знаменитому Князю; однакоъ, не имѣя причинъ жаловаться на своего, не вдругъ прибѣгнули къ средствамъ насилія: сперва сказалъ, что область Новогородская никогда не имѣла двухъ Князей, и что Давидъ долженъ остаться Торжекъ; когда же Святославъ Ростиславичь, угождая имъ, велѣлъ брату выѣхать оттуда въ Смоленскъ, они рѣшились, безъ дальнѣйшихъ околичностей, взять его подъ стражу. Увѣдомленный о

— 313 —

семъ намѣреніи, Святославъ не хотелъ вѣрить. «Вчера» (говорилъ онъ Боярамъ) «граждане любили меня; вчера я слышалъ «ихъ клятвы, вѣдѣлъ общее усердіе.» Въ самое то время народъ вломился во дворецъ, неволью послалъ Князя въ Ладогу, заперъ его жену въ монастырь, разграбилъ казну, оковалъ дружину (398). Андрей отпиралъ племянника, Метислава, Намѣстникомъ въ Новгородъ; а Святославъ Ростиславѣ ушелъ изъ Ладоги къ отцу, который, въ первую минуту гибѣва, велѣлъ заключить въ душную темницу всѣхъ купцевъ Новогородскихъ, бывшихъ въ Киевѣ; но выпустилъ и разослалъ ихъ по городамъ, свѣдавъ съ прискорѣйемъ, что нѣкоторые изъ нихъ скоропостижно умерли въ оной. Хотя Великій Князь досадовалъ на Андрея Суздальскаго, однакоъ не думалъ мстить ему кровопролитіемъ и желалъ спокойствія.

Къ несчастію, онъ не могъ удовлетворить своему искреннему миропобію. Впда, что Андрей, довольный пріобрѣтеніемъ Новагорода, не расположенъ воевать съ Великимъ Княземъ, безпокойный Изяславъ снова обратился къ Половцамъ, и нашелъ единомышленника въ непостоянномъ Святославѣ Всеволодовичѣ; ихъ сторону взяли также нѣкоторые Бояре Киевскіе и Черниговскіе, хотѣвшіе неустройства: ибо зло

ИСТ. КАР. Т. II.

Андрей ВЛАСТ-ВУЕТЬ ВЪ НОВГОРОДѣ.

27

— 314 —

общее бываетъ иногда частною выгодою. Святославъ Ольговичь послалъ сына своего, Олега, въ Кіевъ, гдѣ Великій Князь желалъ дружелюбно угостить его (399). Клевета, на Ростислава, ветники увѣрили сего юношу, что Ростиславъ тайно готовить ему темницу, и легкомысленный Олегъ, не сказавъ ни слова отцу, присталъ къ Изяславу Давидовичу и Князю Сѣверскому. Святославъ душевно оскорбился вѣроломствомъ сына и племянника въ разсужденіи Великаго Князя; но коварные его Вельможи старались очернить Ростислава. «Знай» (говорили они своему Князю) «что Духовникъ Ростиславича бѣз-dилъ изъ Смоленска къ Изяславу и пред-«лагалъ ему Черниговъ: Государь Кіевскій «притворяется другомъ твоимъ, но помо-«гаетъ тебя льниво; и до сего времени ты «не видалъ никакой пользы отъ его союза.» Обманутый клеветою, Черниговскій Князь взялъ сторону брата; однакожь самъ не хотѣлъ участвовать въ войнѣ. Изяславъ съ Союзниками ополчился; стоялъ двѣ недѣли подъ стѣнами Переяславля, убѣждая зятя своего, Глѣба Георгіевича, вооружиться противъ Великаго Князя; не успѣлъ въ томъ, и видя Ростислава готоваго къ битвѣ, удалился. Но вторичное его пред-пріятіе было счастливѣе: въ теченіе зимы усіленный множествомъ Половцевъ, онъ переправился за Днѣпръ выше Кіева и при-

— 315 —

ступилъ къ Подолу, огражденному высокимъ тыномъ (400). Тутъ началось сражение. Половцы во многихъ мѣстахъ разстѣкли ограду, ворвались въ улицы и зажгли домы. Окруженные пламенемъ, дымомъ и мечами варваровъ, Кіевляне съ Берендѣями въ ужасѣ обѣжали на гору къ Златымъ вратамъ каменной стѣны. Тогда Великій Князь, принлвъ совѣтъ дружины, оставилъ Кіевъ, и заключился въ Бѣлѣгородѣ, ожидая скорой помощи.

Изяславъ вступилъ въ Кіевъ, освободилъ тамъ многихъ друзей свои, бывшихъ подъ стражею, и спѣшшилъ осадить Бѣлгородъ. Великій Князь сжегъ деревянныя укрѣпленія и ли острогъ, и четыре недѣли оборонялся въ крѣпости. Напрасно Святославъ Черниговскій склонялъ брата къ общему миру, совѣтуя ему снять осаду, возвратиться за Днѣпръ и ждать всего отъ справедливости. Изяславъ отвѣтствовалъ его Посламъ: «Ежели уйду за Днѣпръ, то «союзники оставятъ меня. Чтоже будетъ «со мною? Въ степяхъ ли Половецкихъ «найду для себя область? Лучше умру здѣсь «отъ меча, нежели отъ голода на берегахъ «Сейма (401).» Онъ говорилъ смило, но дѣйствовалъ малодушно: ибо услышавъ, что Торки, Берендѣи, Печенѣги Росьскіе, Мстиславъ Волынскій и Галичане пдутъ въ помощь къ Великому Князю, Изяславъ бѣ-

Ростиславъ
из-
гнанъ.

-- 316 --

Марта
6.
Смерть
Излед-
Вд.

Берлад-
н пкъ
отрав-
лень въ
Греція.

ЖАЛЬ, И ПОГИБЪ БЕЗЪ МУЖЕСТВЕННОЙ ОБО-
РОНЫ: ИНПРІЯТЕЛЬСКІЙ ВСАДНИКЪ, ИМЕНЕМЪ
ВЫЙБОРЪ, РАЗЕСЬКЪ ЕМУ САБЛЕЮ ГОЛОВУ. ВЕ-
ЛИКІЙ КНЯЗЬ И МЕТПИЛАВЪ НАШЛИ ЕГО ПЛА-
ВАЮЩАГО ВЪ КРОВИ, И НЕ МОГЛИ УДЕРЖАТЬСЯ
ОТЪ СЛЕЗЬ Искренней горести. «ВОТЪ СЛЕД-
«СТВІЕ ТВОЕЙ НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ!» СКАЗАЛЪ
ПЕРВЫЙ: «НЕДОВОЛЬНЫЙ ОБАСТІЮ Чернигов-
«СКОЮ, НЕДОВОЛЬНЫЙ САМЫМЪ КІЕВОМЪ, ТЫ
«ХОТБЛЪ ОТНИТЬ У МЕНЯ И ББЪЛГОРДЪ!» ИЗЯ-
СЛАВЪ НЕ ОТВѣТСТВОВАЛЪ, НО ПРОСПЛЪ ВОДЫ;
ЕМУ ДАЛИ ВИНА — И СЕЙ НЕСЧАСТНЫЙ КНЯЗЬ,
ВЫТЛЯНУВЪ ДРУЖЕЛЮБНО НА ВРАГОВЪ СОСТРА-
ДАТЕЛЬНЫХЪ, СКОНЧАЛСЯ. ПИШУТЪ, ЧТО ОНЪ
ВЪ БИТВАХЪ ОБЫКНОВЕННО НОСПЛЪ ВЛАСЯНИ-
ЦУ БРАТА СВОЕГО, НИКОЛАЯ СВЯТОШИ, А ВЪ
СЕЙ ДЕНЬ ПОЧЕМУ-ТО НЕ ХОТБЛЪ НАДБТЬ ЕЕ.
РАЗБИВЪ ПОЛОВЦЕВЪ, ОЛЕГОВУ ДРУЖИНУ,
ЧЕРНИПГОВСКУЮ И КНЯЗЯ СЪВЕРСКАГО, ВЫЗАВЪ
ИХЪ ОБОЗЫ, ПОБЪДИТЕЛИ ОТОСЛАЛП ВЪ ЧЕР-
НИГОВЪ ТЪЮ ИЗЯСЛАВА, ИСКРЕННО ОПЛАКАН-
НАГО БРАТОМЪ СВЯТОСЛАВОМЪ И ПЕЩЕ ПИСКЕН-
НЬЕ ЮАННОМЪ БЕРЛАДНИКОМЪ. СЕЙ ЗЛОПО-
ЛУЧНЫЙ ГАЛИЦКІЙ КНЯЗЬ, УТРАТИВЪ ВЪ ИЗЯ-
СЛАВЪ ЕЛИНСТВЕННАГО СВОЕГО ПОКРОВИТЕЛЯ,

УЪХАЛЪ ВЪ ГРЕЦІЮ И КОНЧИЛЪ ГОРЕСТНУЮ
ЖИЗНЬ ВЪ ОССЕАЛОНІКЪ, ОТРАВЛЕННЫЙ ЯДОМЪ,
КАКЪ ДУМАЛИ СОВЕРМЕННИКИ. ВЕЛИКІЙ КНЯЗЬ,
НЕ ЖЕЛАЯ МЕСТить НИ СВЯТОСЛАВУ ОЛЬГОВЧУ,
НИ ГОРАЗДО ВИНОВНѣЙШЕМУ СЪВЕРСКУМУ ВЛА-
ГЕЛЮ, ИТЪКОГДА ПИЪ ОБЛАГОТВОРЕННОМУ,

— 317 —

удовольствовался ихъ новою присягою, и нашелъ способъ дружелюбно раздѣлаться съ Андреемъ, который добровольно уступилъ ему Новгородъ, назвавъ безпокойную строптивость его жителей. Обузданные согласіемъ двухъ сильныхъ Государей, они молчали, и Святославъ Ростиславичь возвратился управлять ними (402).

Мирясь съ непріятелями, Ростиславъ Ссора и миръ Велик. Князя со Мести-сі-а-вомъ. оскорбилъ знаменитый шаг о друга своего и племянника, Метислава Волынскаго, который возвелъ его на престолъ и удержалъ на ономъ. Великій Князь отдалъ ему въ помѣстье Бѣлгородъ, Триполь, Торческъ, какъ будущему наслѣднику всей Кіевской области. Но пылкій Метиславъ началъ, какъся, прежде времени господствовать въ оной самовластно, не могълъ слушать выговоровъ ляди, и съ гибвомъ убѣхавъ въ Волынію (403), старался угрозами преклонить къ себѣ Владиміра Андреевича, княжившаго въ Пересопницѣ. Сей послѣдній отвѣчалъ ему: «Ты властенъ завоевать вѣ р-ность Княже-ская. «Мою область, и я готовъ скитаться въ «бѣдности съ дѣтьми свои и по землямъ «чуждымъ; но буду всегда душею и серд-«цемъ за Ростислава.» Огорченный злобою племянника, Великій Князь отнялъ у него города Анѣровскіе, но съ радостію возвратилъ ему оные, когда Метиславъ оказался, и прибѣгнулъ къ лядѣ съ назве-

27.

— 318 —

ніями. — Столь же великолушно поступалъ Великій Князь и съ другими, ближними и дальніми родственниками. Меньшій его братъ, Владимиръ Метиславичь, упорный союзникъ Изяслава Давидовича, самовольно властовывалъ въ Слупкѣ: Ростиславъ принулилъ Владиміра выѣхать оттуда, но далъ ему нять городовъ Кіевскихъ; а внуку Вячеславову, именемъ Роману, два города въ Смоленской области, Васильевъ и Красный. Мы говорили о Туровскомъ Владѣ-телѣ, Юріи Ярославичѣ, внукѣ Святопол-ка-Михаила: отверженный отъ союза двухъ тогда господствующихъ Домовъ Княже-скихъ, Мономахова и Черниговскаго, онъ держался единственно своимъ мужествомъ, и счастіво отразилъ приступъ соединен-ныхъ Князей Волынскихъ, хотѣвшихъ по-добно Изяславу Давидовичу, изгнать его изъ Турова. Великій Князь, любя справед-ливость, заключилъ съ нимъ миръ. — Ти-шина внутренняя была тѣмъ нужнѣе, что внишніе непріятели, Ляхи, въ сіе время Набѣтъ безпокоили западную Россію и грабили въ окрестностяхъ Червена (404).

Ляховъ.

Андрей Георгіевичь, ревностно занимаясь благомъ Суздальскаго Княженія, оставался спокойнымъ зрителемъ отдаленныхъ прописствій. Имѣя не только добное сердце, но и разумъ превосходный, онъ видѣлъ ясно причину государствен-

— 319 —

ныхъ обѣдствій, и хотѣлъ спасти отъ нихъ
по крайней мѣрѣ свою область: то есть,
отмѣнилъ несчастную Систему Удѣловъ, Едино-
ластіе
княжилъ единовластно, и не давалъ горо-
довъ ни братьямъ, ни сыновьямъ. Можеть
быть, Бояре первыхъ осуждали его, ибо
лишались выгоды участвовать въ правле-
ніи Князей юныхъ, грабить землю и нажи-
ваться. Нѣкоторые думали также, что онъ
незаконно властуетъ въ Суздалѣ, ибо
Георгій назначалъ сіе Княженіе для мень-
шихъ дѣтей; и что народъ, обязанный ува-
жать волю покойнаго Государя, не могъ
безъ вѣроломства избрать Андрея (405). Мо-
жетъ быть, и братья сего Князя, слѣдуя
внушенію коварныхъ Бояръ, изъявляли
негодованіе, и мыслили рано и晚 поздно
воспользоваться своимъ правомъ. Какъ бы
то ни было, Андрей дотолѣ кроткій во
всѣхъ известныхъ случаяхъ, рѣшился для
государственнаго спокойствія на дѣло не-
справедливое по мнѣнію нашихъ предковъ:
онъ выгналъ братьевъ: Мстислава, Ва-
силька, Михапла; также двухъ племянни-
ковъ (дѣтей умершаго Ростислава Георгіе-
вича) и многихъ знатнѣйшихъ Вельможъ
Долгорукаго, тайныхъ своихъ непріятелей.
Мстиславъ и Василько Георгіевичи, вмѣ-
стѣ съ ихъ вдовствующею родительницею,
мачихою Андрея, удаллись въ Константи-
нополь, взявъ съ собою меньшаго брата,

изгва-
віе
брать-
евъ его
въ Гре-
цію.

— 320 —

осьмилѣтняго Всеволода (столь знаменитаго въ послѣдствіи). Тамъ Императоръ Манилъ принялъ изгнанниковъ съ честію и съ любовію; желалъ пхъ утѣшить благодѣяніями, и далъ Васильку, по извѣстію г. 1164-1166. Российскихъ и Греческихъ Лѣтонисцевъ, область Дунайскую.

Въ Россіи южной кончина Святослава Черниговскаго пропзвела несогласіе между сыномъ его и племянникомъ. Святославъ, достопамятный своею привязанностію къ несчастному брату Игорю и миролюбіемъ, оставилъ паслѣдникамъ великое богатство. Старшій его сынъ, Олегъ, находился въ отсутствіи. Черниговскій Епископъ Антоній и Вельможи собралися къ горестной оводѣ вшей Княгинѣ, и боясь хищнаго Владѣтеля Сѣверскаго, рѣшились таить смерть Святослава до Олегова возвращенія.

Кончина Святослава: его смертельствід.

Всѣ далі въ томъ клятву, и во первыхъ Епископъ, хотя Бояре говорили ему : «нужно ли цѣловать крестъ Святителю? людьми твоя къ Дому Княжескому извѣстна.»

В Запорожскомъ Епископ-на-

Но Святитель, былъ Грекъ, по словамъ Лѣтонисца : хитръ и коваренъ. Онъ въ тотъ же часъ написалъ къ Святославу Все-нephолодовичу, что для его скончался; что Олега и воинской дружины нѣтъ въ голодѣ; что Княгиня съ меньшимъ дѣтьми въ изумленіи отъ горести, и что Святославъ найдетъ у нее сокровища несмѣтныя. Сей

- 321 -

Князь немедленно отправил сына запять
Гомель, а Бояръ своихъ въ другія Черни-
говскія области; и самъ хотѣлъ въѣхать
въ столицу. Олегъ предупредилъ его; од-
накожь добровольно уступилъ ему Черни-
говъ, взявъ Новгородъ Сѣверскій. Свято-
славъ клялся наградить братьевъ Олего-
выхъ иными Удѣлами, и забывъ обѣтъ,
присвоилъ себѣ одному города умершаго
внучатнаго брата, сына Владимірова, Князя
Вщижскаго. Съ обѣхъ сторонъ готови-
лись къ войнѣ. Святославъ уже звалъ По-
ловцевъ; но Великій Князь, будучи тестемъ
Олеговымъ, примирилъ ссору и заставилъ
Святослава уступить Олегу четыре горо-
да (406).

Ростиславъ не могъ успокоить однихъ г. 4439-
Владѣтелей Кривскихъ или Полоцкихъ. 4466.
Глѣбовичи, нарушивъ миръ, нечаянно взя-
ли Изяславль и заключили тамошнихъ Кня-
зей, Брячислава и Володушу Васильковичей,
въ оковы. Рогволодъ Полоцкій, требуя за-
щиты Государя Кіевскаго, осадилъ Минскъ,
и стоявъ тамъ шесть недѣль, освободилъ
Васильковичей мирнымъ договоромъ; а по-
слѣ, желая отпить Городокъ у Володаря
Глѣбовича, самъ утратилъ Полоцкъ, где
народъ призналъ своимъ Владѣテлемъ его
племянника двоюроднаго, Всеслава Василь-
ковича. Сынъ Великаго Князя, Давидъ,
господствуя въ Витебскѣ, долженъ былъ

— 322 —

вступиться за Всеслава, изгнаннаго мятеж-
нымъ Володарешь, и снова ввелъ его въ
Полоцкъ, къ удовольствію народа (407). Въ
сихъ ничтожныхъ, однакожь кровопролит-
ныхъ распряхъ Литовцы служили Крив-
скимъ Владѣтелямъ какъ ихъ подданные.

Давно Россіяне, притупляя мечи въ ги-
бельномъ междуусобіи, не имѣли никакой
знаменитой рати виѣшней: Андрей, нѣ-
сколько лѣтъ наслаждавшись мирнымъ спо-
койствіемъ, вспомнилъ наконецъ воинскую
славу юныхъ лѣтъ своихъ, и выступилъ
въ поле, соединясь съ дружиною Князя
Муромскаго, Юрія Ярославича. Оскорблен-
ный сосѣдственными Болгарами, онъ раз-
билъ ихъ войско многочисленное, взялъ
знамена, и прогналъ Князя. Возвратясь съ
конницею на мѣсто битвы, гдѣ пѣхота
Владимірская стояла вокругъ Греческаго
образа Богоматери, привезеннаго изъ Вы-
шегорода, Андрей палъ предъ святою ико-
ною, слезами изъявилъ благодарность Не-
бу, и желая сохранить память сей важной
побѣды, уставилъ особенный праздникъ,
донынѣ торжествуемый нашею Церковію.
Россіяне завладѣли на Камѣ славнымъ Бол-
гарскимъ городомъ Бряхимовымъ, и нѣ-
сколько другихъ городовъ обратили въ пе-
пель (408).

Въ сіе же лѣто Новогородцы одержали
побѣду надъ Шведами, которые. овладѣвъ

Война
съ Боз-
гарами.

— 323 —

тогда Финляндією, хотѣли завоевать Ла-
догу и пришли на судахъ къ устью Вол-
хова. Жители сами выжгли загородные
домы свои, ждали Князя, и подъ началь-
ствомъ храбраго Посадника, Нѣжаты, обо-
ронялись мужественно, такъ, что непрія-
тель отступилъ къ рѣкѣ Вороной или Сал-
мѣ (409). Въ пятый день приспѣлъ Свято-
славъ съ Новогородскимъ Посадникомъ
Захаріею, напальъ на Шведовъ и взялъ
множество плѣнниковъ; изъ пятидесяти-
пяти судовъ ихъ спаслись только двѣ над-
цать.

Въ окрестностяхъ Анѣпра Половцы не
преставали злодѣйствовать и грабить: что-
бы унять ихъ, Ростиславъ призвалъ мно-
гихъ Князей съ дружинами. Казалось, что
онъ хотѣлъ, подобно дѣду Мономаху, про-
славить себя важнымъ предпріятіемъ и на-
долго смирить варваровъ; но войско союз-
ное пеклося единственно о безопасности
судоходства по Анѣпру, и нѣсколько вре-
мени стоявъ у Канева, разошлось, когда
флотъ купеческій благополучно прибылъ
изъ Греціи. — За то Сѣверскій Князь и
братъ Черниговскаго, при наступленіи зи-
мы, отмѣнно жестокой, съ малочисленною
дружиною дерзнули углубиться въ стени
Половецкія; взяли станы двухъ Хановъ и
возвратились съ добычею, серебромъ и зо-
лотомъ (410).

Побѣда
надъ
Шведа-
ми.

Россія-
не
бьють
Полов-
цевъ въ
с т е-
няхъ.

— 324 —

Ростиславъ, уже престарѣлый, всего бо-
лѣе заботился тогда о судьбѣ дѣтей своихъ:
не смотря на слабое здоровье, онъ поѣхалъ
въ область Новогородскую, чтобы утвер-
дить Святослава на ея престолѣ. Уговен-
ный зятемъ Олегомъ въ Чечерскѣ, Вели-
кій Князь имѣлъ удовольствіе видѣть не-
креннюю любовь Смолянъ, которыхъ По-
слы встрѣтили его верстъ за 300 отъ го-
рода. Сынѣ Романѣ, внуки, Епископъ Ма-
нуилъ, вмѣстѣ съ народомъ, привѣтство-
вали добрайо старца: Вельможи, купцы,
по древнему обыкновенію, сносили дары
Государю. Утомленный путемъ, онъ не
могъѣхать далѣе Великихъ Лукъ, и при-
звавъ туда знатнѣйшихъ Новогородцевъ,
взялъ съ нихъ клятву забыть прежнія не-
удовольствія на сына его, никогда не искать
инаго Князя, разлучиться съ нимъ одною
смертію (411). Щелро одаренный ими и
Святославомъ, усокоенный ихъ согла-
сіемъ, Великій Князь возвратился въ Смо-
ленскъ, гдѣ Рогнѣда, дочь Мстислава Вели-
каго, видя пынеможеніе брата, совѣтовала
ему остаться, чтобъ быть погребеннымъ
въ церкви, имъ сооруженной. «Нѣтъ,» ска-
залъ Ростиславъ: «я хочу лежать въ Кіев-
«ской Обители Св. Оеодора, вмѣстѣ съ на-
г. 4467, «шимъ отцемъ; а ежели Богъ нesцѣлить
Марта. 44. «меня, то постригусь въ монастырѣ Оеодо-
Кончи- «сiевомъ.» Онъ скончался на пути, тихимъ

— 325 —

голосомъ читая молитву, смотря на икону Спасителя и проливая слезы Христіанскаго умиленія. на Великаго Князя.

Сей внукъ Момомаховъ принадлежалъ къ числу тѣхъ рѣдкихъ Государей, которые въ своемъ блестящемъ верховномъ санѣ находятъ большѣ тягости, нежели удо-вольствія. Онъ не искалъ Великаго Княже-нія, и дважды возведенный на престолъ онаго, искренно желалъ отказаться отъ власти. Любя Печерскаго Игумена, Поли-карпа, Ростиславъ пмѣлъ обыкновеніе вся-кую Субботу и Воскресенье Великаго поста обѣдать во дворцѣ съ симъ благочести-вымъ мужемъ и съ двѣнадцатью братьями Оеодосіевой Обители; бесѣювалъ о добро-дѣтяряхъ Христіанскихъ, и часто говорилъ пмѣ о намѣреніи удалиться отъ суетнаго міра, чтобы краткую, мимотекущую жизнь посвятить Небу въ безмолвіи монастыр-скомъ, особенно послѣ кончины Святосла-ва Ольговича; но разумный Игуменъ все-гда ему отвѣтствовалъ: «Князь! Небо тре-«буетъ отъ тебя иныхъ подвиговъ; дѣлай «правду и блюди землю Русскую (412).» Нѣтъ сомнѣнія, что Государь петинно на-божный скорѣе инаго можетъ быть отцемъ народа, если одаренъ свыше умомъ и твер-достію. Ростиславъ не отличался великими свойствами отца и дѣла; но любилъ миръ,

Ист. Кар. Т. II.

28

— 326 —

тишину отечества, справедливость, и боял-
ся запятнать себя кровію Россіянъ.

Сей Великій Князь былъ другомъ Импе-
ратора Мануила, и помогалъ ему, какъ Го-
сударю единовѣрному, противъ Короля
Венгерскаго, Стефана III. Мануилъ тогда
же заключилъ союзъ и съ Галицкимъ Кня-
земъ, Ярославомъ. Узнавъ о намѣреніи
послѣдняго выдать дочь свою за Стефана,
Императоръ писалъ къ нему, что сей Ко-
роль есть извергъ вѣроломства, и что су-
пруга такого человѣка безъ сомнѣнія бу-
детъ несчастлива. Письмо имѣло действіе,
и хотя Ярославъ, уже отправивъ невѣсту
въ Венгрію, не могъ отмѣнить брака, одна-
кожь взялъ сторону Грековъ. Стефанъ —
кажется, досадуя на тестя — развѣлся съ
молодою супругою и женился на дочери
Австрійскаго Герцога. — Не смотря на
союзъ съ Императоромъ, Галицкій Князь
дружески принялъ врага Мануилова, Ан-
дроника Комнина, сына Исаакіева, бѣжав-
шаго пзъ темницы Константинопольской,
и далъ ему въ Удѣлъ нѣсколько горо-
довъ (413). Андроникъ, какъ пшутъ Визан-
тійскіе Историки, всегда ѣздалъ на охоту
съ Ярославомъ, присутствовалъ въ его
Совѣтѣ Государственномъ, жиль во двор-
цѣ, обѣдалъ за столомъ Княжескимъ, и
собиралъ для себя войско. Изъявивъ не-
удовольствіе Ярославу, Манулѣ прислалѣ
Союзъ
и бракъ.
Андро-
нія
живѣеть
въ Рос-
сіи.

— 327 —

наконецъ въ Галичъ двухъ Митрополитовъ, которые уговорили Андроника возвратиться въ Царьградъ: Енископъ Галицкій, Козьма, и Бояре Ярославовы съ честію проводили его за границу. Сей изгнанникъ чрезъ нѣсколько лѣтъ достигъ сана Императорскаго: булучи признательнымъ другомъ Россіянъ, онъ подражалъ имъ во нравахъ: любилъ звѣриную ловлю, бѣганіе въ запуски, и низверженный съ престола, хотѣлъ вторичноѣ хать въ наше отечество; но былъ поиманъ и замученъ въ Константинополѣ.

Ростиславъ въ 1160 году призвалъ изъ Дѣла Греціи новаго Митрополита, Оеодора, умершаго чрезъ три года. Великій Князь, отдавая наконецъ справедливость достоинствамъ изгнаннаго Святителя, Климента, желалъ возвратить ему санъ Архипастыря нашей Церкви, и для того послалъ Вельможу, Юрія Тусемковича, въ Грецію; но сей Бояринъ встрѣтилъ въ Олешѣ новаго Митрополита, Юанна, поставленнаго въ Константинополѣ безъ согласія Великокняжескаго. Ростиславъ былъ весьма недоволенъ; однакожь, смягченный дружескимъ письмомъ Мануила и дарами, состоявшими въ бархатахъ и тканяхъ драгоцѣнныхъ, принялъ Греческаго Святителя, съ условіемъ, чтобы впредь Императоръ и Патріархъ не избирали Митрополитовъ Россіи безъ вои.

— 328 —

ся Государей. — Исполняя требование честолюбивых Новогородцевъ, Юаннъ позволилъ ихъ Епископу, именемъ также Юанну, мужу доbroдѣтельному, называться Архиепископомъ (414). Сейчас Митрополитъ, умерший не за-долго до кончины Великаго Князя, славился ученостію, и слыша о желаніи Паны, Александра III, знать особенные Догматы нашей Церкви, писалъ къ нему ласково, оправдывая уставы Восточной. Письмо его, истинное или подложное, напечатано на языкѣ Латинскомъ и достойно Пастыря Христіанскаго. «Не знаю» (говорить сочинитель), «какимъ образомъ произошли ереси въ «Вѣрѣ Божественной; не понимаю, какъ могутъ «Римляне именовать насъ уже-Христіанами. Мы «не слѣдуемъ такому примѣру, и считаемъ ихъ «свонми братьями, хотя и видимъ, что они во «многомъ заблуждаются.» Предложивъ ученіе обѣхъ Церквей, и доказавъ согласіе нашего съ Апостольскимъ, добрый Митрополитъ убѣждаетъ Пану возстановить древнее единство Вѣры; кланяется ему отъ имени всего Духовенства, и желаетъ, чтобы любовь братская обитала въ сердцахъ Христіанъ (415).

— 329 —

ГЛАВА XVII.

Великій Князь Мстиславъ Изяслав-
вичь Кіевскій.

Андрей Суздальский или Владимир-
ский.

Г. 1167—1169.

Вѣроломство Владимира. Изгнаніе Святослава изъ
Новагорода. Война съ Половцами. Рѣчь Мсти-
слава. Клевета Волръ. Ненависть Андрея ко
Мстиславу. Взятіе и совершенное паденіе Кіева.

Сыновья Ростислава, братъ его Влади- г.1167.
міръ, народъ Кіевскій и Черные Клобуки —
псполняя извѣстную имъ послѣднюю волю
умершаго Великаго Князя — звалі на пре-
столъ Мстислава Волышскаго. Сей Князь,
задержанный какими-то особенными распо-
ряженіями въ своемъ частномъ Удѣлѣ, по-
ручилъ Кіевъ племянницу, Васильку Яро-
полковичу, прислалъ новаго Тіуна въ
Кіевъ, и скоро узналъ отъ нихъ, что для
его, братъ Ярославъ, Ростиславичи и Князь
Дорогобужскій Владиміръ Андреевичь, за-
ключивъ тѣпый союзъ, думаютъ само-
вольно располагать областями: хотятъ при-
своить себѣ Брестъ, Торческъ и другие го-

28

— 330 —

В்வо-
номство
Влади-
міра.

рода (⁴¹⁶). Метиславъ оскорбился; призвалъ
Галичанъ, Ляховъ, и выступилъ къ Днѣ-
пру съ спльною ратію. Усердно любивъ
отца, Кіевляне любили и сына, знамени-
таго дѣлами воинскими; народъ ожидалъ
Метислава съ нетерпѣніемъ, встрѣтилъ съ
радостію, и Князья смирились. Только Вла-
диміръ Метиславічь, малодушный и вѣро-
ломный, дерзнулъ обороняться въ Выше-
городѣ (⁴¹⁷): Великій Князь могъ бы нака-
зать мятежника; но желая тишины, усту-
плѣ ему Котелницу, и чрезъ нѣсколько
дней свѣдалъ о новыхъ злыхъ умыслахъ
сего дяди. Владиміръ хотѣлъ оправдаться.
Свиданіе ихъ было въ Обители Печерской.
«Еще не обсохли уста твои, которымъ ты
«цѣловалъ крестъ въ знакъ искренняго
«дружества!» говорилъ Метиславъ, и тре-
бовалъ вторичной присяги отъ Владиміра.
Давъ оную, безсовѣстный дядя за тайну
объявилъ Боярамъ своимъ, что Берендѣи
готовы служить ему и свергнуть Метислава
съ престола. Вельможи устыдились пови-
новаться клятвопреступнику. «И такъ От-
«роки буутъ моими Боярами!» сказалъ
онъ и пріѣхалъ къ Берендѣямъ, подобно
ему вѣроломнымъ: ибо сіи варвары, бывъ
дѣйствительно съ ишь въ согласіи, но
видя его оставленнаго и Князьями и Боя-
рами, пустили въ грудь ему двѣ стрѣлы.
Владиміръ едва могъ спастися бѣгствомъ.

— 331 —

Гнушаясь самъ собою, отверженный двою-
роднымъ братомъ, Княземъ Дорогобуж-
скимъ, и боясь справедливой чести племян-
ника, сей несчастный обратился къ Андрею
Суздальскому, который принялъ его, но не
хотѣлъ видѣть; обещалъ ему Удѣлъ, и ве-
лѣлѣ жить въ области Глѣба Рязанскаго.
Мать Владимірова оставалась въ Кіевѣ:
Местиславъ сказалъ ей: «ты свободна: иди
«куда хочешь; но могу ли быть съ тобою
«въ одномъ мѣстѣ, когда сынъ твой пшетъ
«головы моей и смѣется надъ святостію
«крестныхъ обѣтовъ?»

Андрей тогда же принялъ къ себѣ и дру-
гаго изгнанника, Святослава Ростиславича.

Новогородцы — думая, что смерть отца
Святославова разрѣшила ихъ клалтву — въ
тайныхъ ночныхъ собраніяхъ умыслили
изгнать своего Князя. Свѣдавъ заговоръ,
Святославъ уѣхалъ въ Великія Луки, и
велилѣ объявить Новогородцамъ, что не
хочетъ княжить у нихъ. «А мы не хотимъ
«имѣть тебя Княземъ,» отвѣтствовали гра-
ждане, клялись въ томъ иконою Богома-
тери, и выгнали его изъ Лукъ. Святославъ
обѣжалъ въ Суздальскую область, и съ по-
мощію Андрея обративъ въ пепель Тор-
жекъ, грабілъ окрестності. Съ другой
стороны Князь Смоленскій, отмщая за бра-
та, выжегъ Луки (418). Бѣдные жители
стремились топами въ Новгородъ, требуя

Пъгна-
вые Свя-
тослава
изъ Но-
вагоро-
да.

— 332 —

защиты. Могущественный Андрей, дѣйствуя согласно съ Романомъ Смоленскимъ и Всеславомъ Полоцкимъ, хотѣлъ, чтобы Новогородцы смирились предъ Святославомъ. «Вамъ не булетъ новаго Князя,» говорилъ онъ съ угрозами. Но упрямый народъ презиралъ оныя; убилъ Посадника и двухъ пяти друзей Святославовыхъ; говорился къ оборонѣ, и проспѣ сына у Великаго Князя Мстислава, общаясь умереть за него и за вольность. Едва Послы Новогородскіе могли проѣхать въ Кіевъ: ибо на всѣхъ дорогахъ стерегли ихъ и ловпли какъ злодѣевъ. Между тѣмъ въ Новѣгородѣ начальствовалъ умный Посадникъ Якунъ и заставилъ Святослава удалиться отъ Русы: сей Князь, имѣвъ сильное войско союзное, не дерзнулъ вступить въ битву, довольный разореніемъ многихъ селеній, и чрезъ два года умеръ, хвалимый въ лѣтописяхъ за его добродѣтель, безкозырьстіе и любовь къ дружишѣ.

Г. 1168.
Война
съ По-
ловца-
ми.

Нѣсколько мѣсяцевъ Новгородъ спротствовалъ безъ Князя, съ нетерпѣніемъ ожидая его изъ Кіева. Въ сіе время Мстиславъ былъ занятъ воинскишъ предшіятіемъ. Въ торжественномъ собраніи всѣхъ Князей союзныхъ онъ сказалъ имъ: «Земля Русская, наше отечество, стенаетъ отъ «Половцевъ, которые не премѣнили доны-«нѣ ихъ древняго обычая: всегда клянутся

Рѣчъ
Мсти-
слава.

— 333 —

«быть намъ друзьями, берутъ дары, но плѣ-
«няютъ Христіанъ, и множество невольни-
«ковъ отводятъ въ свои вежи. Нѣтъ безо-
«пасности для купеческихъ судовъ нашихъ,
«ходящихъ по Анѣпру съ богатымъ гру-
«зомъ. Варвары думаютъ совершенно овла-
«дѣть торговымъ путемъ Греческихъ (419).
«Время прибѣгнуть къ средствамъ дѣйстви-
«тельнымъ и сильнымъ. Друзья и братья!
«оставимъ междуусобіе; воззримъ на Небо,
«обнажимъ мечь, и прпзвавъ имя Божіе,
«ударимъ на враговъ. Славно, братья,
«искать чести въ полѣ и слѣдовъ проло-
«женныхъ тамъ нашими отцами и дѣдами!»
Всѣ единодушно изъявили согласіе уме-
реть за Русскую землю, и каждый привелъ
свою дружину: Святославъ Черниговскій,
Олегъ Сѣверскій, Ростиславичи, Глѣбъ Пе-
реяславскій, Михайлъ брать его, Князья
Туровскій и Волынскіе. Бояре радовалісь
согласію Государей, и народъ благослов-
лялъ пхъ ревность быть защитниками оте-
чества. Девять дней шло войско стены-
ми (420): Половцы услышали, и бѣжали ² Мар-
отъ Анѣпра, бросалъ женъ и дѣтей. Князья,
оставивъ назадъ обозъ, гнались за ними,
разбили ихъ, взяли многія вежи на бере-
гахъ Орели, освободили Российскихъ не-
вольниковъ и возвратились съ добычею, съ
табунами пѣ плѣнниками, потерявъ не бо-
лѣе трехъ человѣкъ. Сію добычу, слѣдуя

— 334 —

древнему обыкновенію, разділили между собою Князья, Бояре и воны. Народъ ве-
селился и торжествовалъ побѣду въ день
Пасхи. Скоро, къ общему удовольствію,
прибылъ благополучно и богатый купе-
ческій флотъ изъ Греціи: Князья ходили
съ войскомъ на встрѣчу къ оному, чтобы
защитить купцевъ отъ нападенія Полов-
цевъ, еще не совсемъ усмиренныхъ.

Ни Мстиславъ, пируя тогда съ союзни-
ками подъ Каневымъ (⁴²¹), ни Кіевляне,
радуясь побѣдѣ и товарамъ Греческимъ, не
предвидѣли близкаго несчастія. Одна изъ
причинъ онаго была весьма маловажна:
Князья жаловались на Мстислава, что онъ,
будучи съ ними на берегахъ Орели, тайно
посылалъ ночью дружину свою въ слѣдъ
за бѣгущими врагами, чтобы не дѣшиться

Клевета
Боярь.

ни съ кѣмъ добычею. Два Боярина, уда-
ленные Великимъ Княземъ отъ Двора за
гнусное воровство, старались также поссе-
риты братьевъ, увѣряя Давида и Рюрпка,
что Мстиславъ намѣренъ заключить ихъ
въ темницу (⁴²²). Легковѣріе свойственно
нравамъ грубымъ. Бояре Кіевскіе, знав-
шіе чистосердечіе Государя своего, и соб-
ственная его присяга, по тогдашнему обы-
чаю, доказали неосновательность злословія;
но Ростиславичи остались въ подозрѣніи,
и не согласились выдать клеветниковъ бра-
ту, говоря: «кто жь захочетъ впредь осте-

— 335 —

«регать насъ?» Въ то же время деля Мести-
слава, Владиміръ Андреевичь, несправедли-
во требуя отъ него новыхъ городовъ, слѣ-
лался ему врагомъ и съ негодованіемъ
Уѣхалъ въ Дорогобужъ. Такимъ образомъ
Великій Князь лишился друзей и сподвиж-
никовъ, столь нужныхъ въ опасности.

Но главною впною паденія его было то,
что онъ исполнилъ желаніе Новогород-
цевъ, и долго медливъ, послалъ наконецъ
сына, именемъ Романа, управлять имп.
Сей юный Князь взялся быть ихъ метите-
лемъ; разорилъ часть Полоцкой области,
сжегъ Смоленскій городокъ Торопецъ, плѣ-
нилъ многихъ людей. Андрей Суздальскій
вступился за союзниковъ, и не могъ про-
стить Метиславу, что онъ, какъ бы въ
досаду ему, объявилъ себя покровителемъ
Новогородцевъ. Можетъ быть, Андрей съ
тайнымъ удовольствіемъ впѣлъ случай
уничтожить первенство Кіева и слѣдаться
Главою Князей Российскихъ: по крайней
мѣрѣ оставивъ на время въ покой Новго-
родъ, онъ думалъ только о средствахъ низ-
вергнуть Метислава, издавна имъ нелюби-
маго; тайно согласился съ Ростиславцами,
съ Владиміромъ Дорогобужскимъ, Олегомъ
Сѣверскимъ, Глѣбомъ Переяславскимъ и
съ Полоцкимъ Княземъ; взялъ дружину у
Владѣителей Рязанскаго и Муромскаго, ему
покорныхъ; собралъ многочисленную рать;

Н е н а-
в и с т ь
А н д р е а
к о
М е т и-
с л а в у.

- 336 -

поручилъ ее сыну Мстиславу и Воеводѣ
Борису Жидиславпчу; велѣлъ имъ итти къ
Вышегороду, гдѣ княжилъ тогда Давидъ
Ростиславичь и гдѣ надлежало соединиться
г. 4469. всѣмъ союзникамъ. Сіе грозное ополченіе
одиннадцати Князей (въ числѣ коихъ былъ
и юный Всеволодъ Георгіевичь, пріѣхав-
шій изъ Царяграда) шло съ разныхъ сто-
ронъ къ Анѣпру (423); а неосторожный
Мстиславъ ничего не видалъ, и въ то же
время послалъ вѣрнаго ему Михаила Геор-
гіевича, Андреева брата, съ отрядомъ Чер-
ныхъ Клобуковъ къ Новугороду (424): Ро-
стиславичи схватили сего Князя на пути
вмѣстѣ съ купцами Новогородскими. Мсти-
славъ едва успѣлъ призвать Берендѣевъ и
Торковъ, когда непріятели стояли уже
подъ стѣнами города; два дни оборонялся
мужественно: въ третій союзники взяли
Кіевъ приступомъ: чего не бывало дотолѣ.
Сія, по слову древняго Олега, мать горо-
довъ Россійскихъ, нѣсколько разъ осаждае-
мая и тѣнпмая, отворяла иногда Златыя
врата свои непріятелямъ; но никто не вхо-
дилъ въ нихъ силою. Побѣдители, къ сты-
ду своему, забыли, что они Россіяне: въ
теченіе трехъ дней грабили, не только жи-
телей и домы, но и монастыри, церкви,
богатый храмъ Софійскій и Десятинный;
похитили иконы драгоцѣиныя, ризы, кни-
ги, самые колокола — и добролушиный Лѣ-
Марта
8. Взя-
ți и со-
вершен-
ное па-
діе
Кіева

— 337 —

тописецъ, желая извинить грабителей, сказы-
ваетъ намъ, что Кіевляне были тѣмъ наказаны
за грѣхи ихъ, и за нѣкоторыя ложныя церков-
ныя ученія тогдашняго Митрополита Констан-
тина!... Мстиславъ ушелъ съ братомъ Яросла-
вомъ въ Волынію, оставивъ жену, сына, Бояръ
плѣнниками въ рукахъ непріятельскихъ (425), и
едва не былъ на пути застрѣленъ измѣнниками,
Черными Клобуками.

Андрей отдалъ Кіевъ брату своему Глѣбу; но
сей городъ навсегда утратилъ право называться
столицею отечества. Глѣбъ и преемники его уже
зависѣли отъ Андрея, который съ того времени
сѣдался истиннымъ Великимъ Княземъ Россиі;
и такимъ образомъ городъ Владиміръ, новый и
еще бѣдный въ сравненіи съ древнею столицею,
заступилъ ея мѣсто, обязанный своею знамени-
тостію нелюбви Андреевой къ южной Россиі.

КОНЕЦЪ II ТОМА.

Ист. Кар. Т. Н.

29

["— II —", "Стр.", "Литвою, Мазовшанами, Ямью. Походъ на Гре-\nковъ. Древнее предсказаніе. Брачные союзы.\nМитрополитъ Россіянинъ. Наставленіе и кончина\nЯрослава. Гробъ его. Свойства сего Князя. Кре-\nщеніе костей. Первое народное училище. Кіевъ\nвторый Царьградъ. Монета Ярославова. Деме-\nственное пѣніе. Россія убѣжше изгнанниковъ.\nСѣверныя владѣнія Россіи. Законы . . . .", "19", "ГЛАВА III.", "ПРАВДА РУССКАЯ ИЛИ ЗАКОНЫ ЯРОСЛАВОВЫ.", "Законы уголовные. Денежныя пени за убійство.\nВира. Гражданскія степени. Дикая Вира. По-\nтокъ. Пеня за удары. Дворъ Княжескій есть\nмѣсто суда. Охраненіе собственности. Воровство,\nОцѣнка вещей. Бортные знаки и межевые стол-\nпы. Птицеловство. Зажигательство. Сводъ. Кра-\nжа людей. Бѣглые. Кабала. Долги. Торговля\nрабовъ. Сохраненіе пожитковъ. Росты. Улики,\nоправданія. Испытаніе желѣзомъ и водою. Право\nнаслѣдственное. Судіи Присяжные. Общий ха-\nрактеръ закоповъ. Уставъ о мостовыхъ. Уставъ\nцерковный. . . . . . . . . . .

— III —

Стр.

земъ. Перенесеніе мощей Бориса и Глѣба. Новое бѣгство Великаго Князя. Изяславъ у Нѣмецкаго Императора. Посольство Генрика IV въ Кіевъ. Письмо Напы къ Изяславу. Россіяне въ Силязіи. Возвращеніе Изяслава. Междуусобіе. Смерть Великаго Князя. Свойства его. Уничтоженіе смертной казни. Монастырь Кіевопечерскій. Россіяне служать въ Греціи. Зависимость нашей Церкви отъ Греческой. Переписка съ Патріархами. Пророки и вошебники

71

## ГЛАВА V.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ВСЕВОЛОДЪ.

Г. 1078—1093.

Междуусобія. Олегъ въ Родосѣ. Подвиги Мопомаха. Убіеніе Ярополка. Нападеніе Болгаровъ на Муромъ. Засуха и моръ. Землетрясеніе. Видѣнія. Набѣги Половцевъ. Слабость Великаго Князя. Кончина его. Дочь Всеволоłова за Геннікомъ IV. Митрополитъ Юанни. Его сочиненіе. Крестынцы. Праздникъ 9 Маія. Спошенія съ Римомъ

100

## ГЛАВА VI.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ СВЯТОПОЛКЪ-МИХАНЪ.

Г. 1093—1112.

Великодушіе Мономаха. Война съ Половцами. Бракъ Святополковъ. Безпокойный Олегъ. Якное состонніе южной Россіи. Саранча. Нобѣды. Вѣроломство Россіянъ. Междуусобія. Гор. лость Олегова. Сожгеніе монастыря Кіевопечерскаго. Храбрость и добродушіе Мстислава. Краснорѣчивое Мономахово письмо. Вѣроломство Олегово. Великодушіе Мстислава. Съѣздъ Князей. Злодѣй-

29*

["— IV —", "Стр.", "ство Давида и Святополка. Ослѣпленіе Василька.\nСлезы Мономаховы. Рѣчь Митрополита. Пре-\nкраснал душа Василькова. Месть Ростиславичей.\nКорыстолюбіе Поляковъ. Новое коварство Свя-\nтополка. Умѣренность Ростиславичей. Пораженіе\nВенгровъ. Междоусобія. Новый сѣздъ Князей.\nУсмиреніе Давида. Строптивость Новогородцевъ.\nСовѣтъ Князей. Счастливая война съ Половцами.\nВойна съ Мордвою и съ Князьями Полоцкими.\nБѣдствіе Россіянъ въ Семигаліи. Новые успѣхи\nвъ войнѣ съ Половцами. Походъ знаменитый.\nЯмя Тмутороканя исчезаетъ въ лѣтописяхъ. Кон-\nчина Святополкова. Евреи въ Кіевѣ. Брачные\nсоюзы. Митрополиты. Князь Святоша. Св. Ан-\nтоній Римлянинъ. Путешествіе Даніила. Россіяне\nвъ Іерусалимѣ. Конецъ Несторовой лѣтописи.\nСтарецъ Янь. . . . . . . . . . . . . . . . . .

— v —

Стр.

## ГЛАВА VIII.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ МСТПСЛАВЪ.

Г. 1123—1132.

Набѣгъ Половцевъ. Изгнаніе Ярослава Черниговскаго. Начало особенныхъ Княженій, Муромскаго и Рязанскаго. Удаленіе Половцевъ за Волгу. Междуусобіе въ юго-западной Россіи. Ссылка Князей Полоцкихъ въ Грецію. Война съ Чудью и Литвою. Кончина Метислава. Голодъ. Древнѣйшая грамота.

179

## ГЛАВА ІХ.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ЯРОПОЛКЪ.

Г. 1132—1139.

Неустройства. Дань Печорскал. Завоеваніе Дерпта. Битва на Ждановой горѣ. Кровопролитіе въ южной Россіи. Изгнаніе Князя изъ Новагорода. Великодушіе Василька Полоцкаго. Исковъ отдѣлился отъ Новагорода. Уставъ о церковной дани. Новогородцы опять изгоняютъ Князя. Междуусобіе въ южной Россіи. Миръ и кончина Великаго Князя. Столѣтняя вражда между потомками Олега и Мономаха. Галицкое Княженіе. Характеръ Владимірка. Борись воюетъ съ Королемъ Венгерскимъ; является въ станѣ Короля Французскаго; убитъ измѣнникомъ.

188

## ГЛАВА Х.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ВСЕВОЛОДЪ ОЛЬГОВНЧЬ.

Г. 1139—1146.

Всеволодъ изгоняетъ Вячеслава. Междуусобія. Мужество Андрея. Честность Всеволода. Его благоразуміе. Равнодушіе Новогородисвъ къ Князь

— VI —

Стр.

жеской чести. Сезпокойства въ Новѣгородѣ. Смерть Андрея Добраго. Грабежи. Хитрость Всеволода. Россіяне въ Нольшѣ. Первая вражда Георгія съ Изяславомъ. Мореходство Нового-родневъ. Браки. Походъ на Галичъ. Юаннъ Бер-ладникъ. Всеволодъ избираетъ наслѣдника. Дѣла Польскія. Война съ Галицкимъ Княземъ. Муже-ство Воеводы Звенигородскаго. Кончина Все-волода.

202

## ГЛАВА ХІ.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ИГОРЬ ОЛЬГОВИЧЬ.

Вѣче въ Кіевѣ. Измѣна Кіевлянъ. Рѣчь Изяслава. Корыстолюбіе Черниговскихъ Князей. Преда-тельство. Игорь взятъ въ плѣнъ. Грабежъ въ Кіевѣ.

217

## ГЛАВА XII.

### ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ПЗЯСЛАВЪ МСТПСЛАВИЧЬ.

Г. 1146—1154.

Строгость Великаго Князя. Коварство Чернигов-скихъ Князей. Добродушіе Святослава. Георгій возстаетъ на Изяслава. Богатство Княжеское. Игорь Схимникъ. Нѣжность Святославова въ дружбѣ. Начало Москвы. Бродшики. Поставленіе Россійскаго Митрополита. Любовь къ Мономаху. Измѣна Черниговскихъ Князей. Убіеніе Игоря. Война междуусобная. Мелленность Георгія. На-родный объѣль въ Новѣгородѣ. Рѣчь Изяслава. Опустошеніе земли Суздальской. Несправедли-вость Великаго Князя. Битва у Переяславля. Вѣгство Изяслава. Союзъ съ Венграми, Богем-цами и Ноляками. Мужество Андрея. Памят-никъ коню. Миръ. Коварство Георгія. Новая

— VII —

Стр.

вражда. Добросердечіе Изяслава и Вячеслава.
Побѣда Владимиркова. Бодрость Андрея. Хитрость Владимирка. Твердость Изяславова. Воинская хитрость. Безпечность Георгія и торжество Изяслава. Ристаніе въ Кіевѣ. Справедливость Великаго Князя. Признательность Вячеслава. Благодарность къ Королю Венгерскому. Осада Кіева. Миролюбіе Вячеслава. Чылкость Андрея. Отступленіе Георгія. Усердіе Кіевлянъ. Битва. Изяславъ раненъ. Бѣгство и вѣроломство Георгія. Помощь Венгровъ. Рѣчь Изяславова и побѣда. Притворство Владимирка. Просտушіе Гейзы. Любовь Георгія къ южной Россіи. Вѣроломство Владимирка. Подвиги Андрея. Насмѣшка Владимиркова. Печальная одежда. Смерть Владимирка. Рѣчь Ярослава. Сомнительная побѣда. Бракъ Изяславовъ. Дѣла Нового-родскія. Кончина Изяслава. Характеръ его. Своевольство Полочанъ.

222

## ГЛАВА XIII.

ВЕЛИКІЙ КНЯЗЬ РОСТИСЛАВЪ-МИХАИЛЪ МСТИСЛАВИЧЬ.

Г. 1154—1155.

Любовь Кіевлянъ къ Вячеславу. Смерть его. Сановники придворные. Неблагоразуміе и малодушіе Ростислава. Гордость Мстиславова. Своевольство Новогородцевъ. Кіевляне поддаются Изяславу. Георгій вступаетъ въ Кіевъ

284

## ГЛАВА XIV.

ВЕЛИКІЙ КНЯЗЬ ГЕОРГІЙ ИЛИ ЮРІЙ ВЛАДИМІРОВИЧЬ,
ПРОЗВАНІЕМЪ ДОЛГОРУКІЙ.

Г. 1155—1157.

Удѣлы. Мстиславъ ў летъ въ Польшу. Тишина въ Россіи, Новое кровопролитіе. Берендѣи бьютъ

["— VIII —", "Стр.", "Половцевъ. Союзъ съ Половцами. Смятеніе въ\nНовѣгородѣ. Союзъ противъ Георгія. Смерть его\nи свойства. Непависть къ нему. Дѣла церковныя.", "288", "## ГЛАВА XV.", "ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ИЗЯСЛАВЪ ДАВИДОВЧЬ КІЕВСКІЙ.\nКНЯЗЬ АНДРЕЙ СУЗДАЛЬСКІЙ, ПРОЗВАННЫЙ БОГО-\nЛЮБСКИМЪ.", "Г. 1137—1159.", "Паденіе Великаго Княженія Кіевскаго. Новое силь-\nное Княженіе Владимірское. Происшествія въ\nзападной Россіи. Мятежный духъ Полочанъ. Раз-\nдоръ за Берладника. Безкорыстіе Святослава.\nНеблагодарность Изяславова. Бѣгство Великаго\nКнязя. Странное завѣщаніе Митрополита. Моръ\nвъ Новѣгородѣ . . . . . . . . . . . . . .