82

шадей, разоряться на собакъ и возами отправлять
въ свои погреба вино, а послѣ заливать имъ вредную
Гораціянскую Философію? Горацій не виномъ увѣ-
ковѣчилъ свое имя, и что можно простить чело-
вѣку съ шаланцомъ, то вамъ должно запрещать,
вамъ, коиорые подражаете великимъ людямъ толь-
ко въ дурныхъ ихъ свойствахъ! Нѣтъ, моло-
дой человѣкъ! Гораціевъ слихъ не оправдаетъ тебя
передъ судомъ ума и неумолимой совѣсти, глу-
хихъ къ твоему сагре diem, если ты не выкупишь
шалостей жизни полезными дѣлами. Занимайся,
упопреби всѣ свои способности, всѣ средыства быть
полезнымъ — вошь цѣль жизни нашей! Гдѣ, въ ка-
комъ званіи не ищутъ людей? — Будь писатель,
ученный, воинъ, судья, но трудись непремѣино, не-
премѣино трудись! ..., А теперь, не уже ли ты
считаешь назначеніемъ человѣка уловки и уклоненіе
отъ должности, насмѣшки надъ всѣми въ мірѣ кро-
мѣ себя и безопасную праздность? Въ твоемъ по-
леніи — просвѣщеніе освѣщаетъ молько спыдъ
твой! Помогъ — ли ты когданибудь бѣдному, или
даже пріятелю своему (друзей у шебя быть не мо-
жешь)? Вспомниль — ли ты, что издерживая свои
огромные избытки, ты отнимаешь ихъ у другихъ?
Сколько добра могъ — бы ты сдѣлать съ твоими по-
знаніями, съ твоимъ умомъ, съ твоимъ богатыствомъ!
Но теперь я считаю тебя человѣкомъ безполез-
нымъ, даже вреднымъ. . . .

Втровъ. (Бѣжить вонъ) Прощай! . . .

Я. (Въ слѣдъ ему) Не разсердись, пріятель!..

Х,

83

Три пъсни.

Новая Кантата — слова В. А. Жуковскаго,
музыка А. Н. Верстовскаго.

Любимецъ нашей Публики и, что еще болѣе,
образованныхъ любителей музыки, подариль насъ еще
новымъ своимъ произведеніемъ. Мы давно уже слы-
шали о сей Канпашѣ, но въ первый разъ она
была пѣта въ публичномъ концернѣ, къ общему
удовольствію. О сей канпашѣ можно - бы напи-
сать многое; но мы и такъ боимся наскучить нѣ-
кошорымъ изъ нашихъ читателей музыкальными раз-
борами. На сей разъ скажемъ только, что музыка
въ оной, по обыкновенію Верстовскаго, совершенно
соотвѣтствуетъ словамъ: всего замѣчательнѣе то,
что при всемъ разнообразіи положеній въ сей ма-
ленькой Поэмѣ, музыка сохраняетъ одинъ, общій
характеръ, который выдержанъ съ начала до конца.
Съ большимъ искусствомъ оцѣлено описание отъ рѣ-
чи самаго Скальда; музыка въ стихѣ

И рухнулъ Освальдъ — голова пополамъ
поразительна; но признаемся: хотя слѣдующая за
тѣмъ фраза (*) и прекрасна въ музыкальномъ отношеніи,
и въ ней весьма хорошо соблюдена противополож-
ность съ предыдущимъ, но для соотвѣтственности
съ словами требовала-бы большей поржественности.
Странно также, что въ Канпашѣ, въ кошорой глав-
ное дѣйствующее лице Скальдъ, гдѣ упоминается
объ арфѣ, арфы - то и не было въ оркестрѣ. Мы
увѣрены, что Г-нъ Верстовскій не оскорбится на-
шими замѣчаніями; онъ знаетъ наше уваженіе къ его
паланту, онъ знаетъ наше искреннее желаніе бдѣ-
шихъ и бдѣшихъ ему успѣховъ.

(*) Раадайся-жъ послѣдняя пѣсня моя.

84

А въ доказательство того осмѣлимся отнесьсись къ нему съ усерднѣйшею нашею просьбою. Мы знаемъ, что у него есть еще Канпаша : Бѣдный пѣвецъ; долго - ли Верстовскому приносить жертвы скромиости, долго-ли лишать насъ удовольствія слышать это произведеніе (*)?"

Y. Y.

Иностранныя извѣстія.

Г. Дюфоконпрешъ, Сочинитель множества романовъ, столь долго бывшій неизвѣстнымъ переводчикомъ романовъ В. Скотта, по прошествію каждого года издаетъ обыкновенно книгу, въ кошорой собираешь

(*) Послѣ Г-на Верстовскаго — для музыкальной прошивоположности—не льзя не перейти къ Г-ну Юсшу Вередикову. Недавно вступившему на поприще Словесности и преважно расхаживающему по нумерамъ Вѣстника Европы съ мыслями и замѣчаніями. Какъ справедлива аксіома : нѣшь правила безъ исключенія ! Кажется, что можешь быть пріятнѣе, какъ видѣть человѣка, кошорый мыслить и замѣтаетъ; а есть люди, которымъ именно должно запрестишь и замѣгать и мыслить. Г-нъ Юсшъ сперва разсказываешь старую побасенку о двухъ щитахъ, далѣе толкуешь о пользѣ Словесности, о бливаніи масла въ свѣтильникъ Наукъ (3. 0. В. Е. стран. 226), и вдругъ ни съ هذا ашакуетъ и Кавказскаго Плѣвника и Канпашу и всѣхъ Молдаванъ и Черкесовъ

Грудь съ грудью и рука съ рукой!

Но „какъ жаль, что храбрость не всегда соединяется съ новашетельностію сужденія!“ говорилъ одинъ старый Полководецъ. Что вы на это скажете, Г-нъ Юсшусъ? Скажите мнѣ еще, какое имѣющі обношеніе ваши толки объ учепосши къ произведеніямъ Поэзіи и музыки? Не ужъ-ли Археологія должна изгнать Поэзію, Поэзія Археологію? Скажу вамъ ва-шими-же словами: „Вы часто разсуждаете о предмешахъ несправедливо, потому что смотрише я одну ихъ сшорону!“

Y. Y.

85

все, что любопытнаго слышно о Лондонѣ. Въ книгѣ
за 1824 г. (Londres en 1824) онъ описываетъ ме-
жду прочимъ Лондонскаго проповѣдника Ирвина, ко-
торый всегда привлекаетъ своими проповѣдями мно-
жество слушателей. Развѣ онъ краснорѣчивъ? Нѣшь!
но проповѣди его особеннаго рода. Онъ безъ милосер-
дія бранитъ всѣхъ, говоритъ о засѣданіяхъ Парла-
мента, о новыхъ произведеніяхъ Поэзіи, о колоніяхъ,
торговѣтъ, модѣ, цитуетъ Шекспира, ругаетъ На-
уки, конституцію. »Нѣшь ни одного парадокса въ
свѣтѣ, кошораго бы онъ не принялъ, общепринятаго
мнѣнія, кошораго-бы не отвергалъ, предразсудка,
котораго-бы не защищалъ; по его, все, что есть—
худо: ему, надобны новые люди, новый міръ.

Говоря о шарлатанахъ, Г. Дюфоконпретъ на-
зываетъ главою всѣхъ шарлатановъ Доктора Иди:
въ самомъ дѣлѣ человѣкъ ловкій. Кромѣ безчислен-
наго миожества аффишекъ, которые разсыпаешь
омъ вездѣ Г. Иди нанимаетъ нѣсколько кварширъ и
надъ каждою прибиваетъ вывѣску, лѣпитъ аффишки
на всѣхъ улицахъ и прозванъ наконецъ — неизбѣж-
нымъ Докторомъ, ибо никто не проживетъ дня безъ
шого, чшобы гдѣ нибудь не прочиталъ напечатан-
ныхъ преогромныхъ буквами словъ: Докторъ Иди.
Въ числѣ обороповъ его должно упомянуть, что онъ
разсылаетъ наемныхъ слугъ въ лучшіе домы, и они
должны показывать, будто ищутъ Докшора Иди для
шого или другаго Герцога или Лорда.

Странный обычай — продавать женъ, еще
существуетъ въ Англіи. Цѣна женъ упала въ про-
шедшемъ году необыкновенно : въ Эйлесбури мужъ
взялъ за жену менѣе трехъ рублей, а въ Манчесше-
рѣ супругъ въ придачу къ 3 ливрамъ и 12 су вы-
торговалъ шолько — одну кружку пива.

86

Въ Парижѣ вышла VI тетрадь книги: Collection des cinquante deux fresques de Vatican, connues sous le nom de Loges de Raphaël (Собраніе 52 картинъ Валикана, писанныхъ Альфреско, Рафаэлемъ и извѣстныхъ подъ именемъ Рафаэлевой ложи). Цѣна каждой тетради (по 4 рисунка) 10 франковъ. Эта книга весьма важна для изучающихъ основательно Изящины Художества,

## Модные обычаи,

Три слѣдующіе предмета доказывающіе нынѣ въ Парижѣ, что хозяинъ живешъ Comme il faut (какъ должно); просимъ вниманія — въ Парижѣ есть че- му поучиться: первое — бронзы, часы, канделабры, даже люстры, должны быть цвѣша зеленаго или темно-зеленаго, и отнюдь не позолоченыя; второе — на подсвѣчникахъ должны быть прозрач- ные хрустальные кружки, сверхъ металлическихъ, которыми обыкновенно оканчиваются къ верху под- свѣчники; третье — необходимы курильницы съ духами, которыя безъ огня разпространяли-бы аро- матъ или разжигались-бы легкимъ огнемъ и разпро- сширяли зефирное благовоніе. Хрустальные, гра- ненные кружки теперь въ величайшемъ употребленіи: они видны на каминахъ, на люстрахъ, на канделаб- рахъ, на подсвѣчникахъ. Слуги увѣрлють, что ихъ легко чисшипь, оппики, что свѣча даже догарая, все еще свѣтлипь черезъ отраженіе, дамы — но, это впрочемъ не извѣстно, почему хвалять ихъ дамы.

Вѣера въ спрашной модѣ: обыкновенно дамы носятъ ихъ за поясомъ. Другая необходимость —

87

маленькій альбомъ, въ коморомъ записывающі ан-
гажированье: это записка побѣдь!

Въ лучшихъ домахъ изъ куколь составляютъ
маленькие водевили. Дамы и мушины поюшь купле-
ты, оркесшръ замѣняешь формопіано.

Въ залѣ, гдѣ принимаю гостей, должны
быть два стола для висипа на одной сторонѣ, два
для имперіала на другой, въ срединѣ один столь
для эккарте; подлѣ камина бержерѣ для хозяйки и
три кресла для вновь пріѣзжающихъ гостей. Хо-
зяйка принимаетъ гостей, не двигаясь съ своего мѣ-
стя, хозяинъ и игроки также не замѣчаютъ гостя:
его дѣло искать хозяина и знакомыхъ. Но госпи,
которые пріѣзжаютъ играть въ эккарте, должны
быть сами не внимательны. Прежде игра не на-
чиналась, пока не велилѣ хозяйка; нынѣ еще Ла-
фонъ или Россини приводятъ слушателей въ вос-
торгъ, а эккарлисты гремятъ уже деньгами...

Самая модная ленша для ношенія часовъ цвѣ-
та чернаго, морелевая, съ широкою, лиловою по-
лосою по срединѣ.

Стѣнныя часы съ флейтами въ большой модѣ.
За 12 франковъ въ мѣсяцъ перемѣняютъ въ нихъ
валы и мѣста ушарѣвшихъ цвѣсенъ заступаютъ
новыя.

Прежде, въ шеатръ надѣвали сколько можно
болѣе брилліанщовъ — нынѣ кое-гдѣ въ ложахъ уви-

38

дите серьги, фермуаръ, а напротивъ на балы и ве-
чера надѣваютъ брилліантовъ сколько можно болѣе.

Померанцовое мороженое самое модное; его
подаютъ на тарелкѣ, обкладенной вокругъ позоло-
ченными ложечками.

Если пѣвецъ или пѣвица, по ремеслу, поеть и играетъ, имъ можно сдѣлашь иногда какоенибудь выразительное пѣлодвиженіе; напротивъ, дѣвушки или мущина, не-ремесленники, должны быть не-подвижны: руки пѣвицы на формопіано, руки пѣва-ца опущены, какое-бы страшное выражение ни вспрѣшилось имъ въ ношахъ.

Самые модные сюрпупки суконные, зеленаго цвѣ-
та, пуговицы въ два ряда, рукава узкіе, ворошникъ
и лацканы острыми углами. Сюрпукъ засгегиваш-
ся на всѣ пуговицы и долженѣ обрисовашь малю.

Annales des modes.

— 10 — 20 Fevrier. — La représentation dra-
matique la plus brillante de cette année, est sans con-
tredit celle qui a été donnée le 10 Février, à Feydeau,
au bénéfice de madame Belmont. Les loges et même
les galeries étant remplies de femmes très - parées ; les
coeffures surtout étaient d'une élégance parfaite. Voici
les plus remarquables: 1° une couronne de petites plu-
mes lisses rouges, sur des cheveux excessivement crêpés,
et de plus trois plumets jaunes et rougel; 2° un ruban
d'or et d'acier, qui formait trois rosettes entre les bou-
cles d'un noeud d'Apollon; en outre, une guirlande de-

89

feuilles de fougère en or; 3° une coeffure composée de longues épingles à boule d'or, d'un cordon de grosses perles d'or tortillé avec les cheveux, et de deux plumets blancs, l'un posé sur l'oreille droite, l'autre sur l'oreille gauche.

Il y avait aussi des turbans ; l'un en drap d'or, surmonté d'un oiseau de paradis, avait un pan de draperie qui flottait sur une épaule. Un autre turban en gaze d'acier mat, à raies d'or, était orné d'une aigrette de marabouts. Un troisième turban, en cachemire rouge, à fond fleuri, était posé si en arrière qu'il laissait voir tous les cheveux.

Parmi des toques surchargées de plumes, on dis- tinguait une toque russe, en velours, à forme haute et quadrangulaire, dont la partie supérieure était bordée de marabouts.

Un bonnet paré, en tulle, sur lequel étaient des roses et du jasmin, avait deux barbes de blonde exces- sivement larges.

Quant aux robes, elles étaient noires, à l'exception de deux en moire grise, faites en guimpe et garnies de brandebourgs du haut en bas.

Une robe-blouse en barèges bleu, avait sur le de- vant du corsage, cinq rouleaux de satin, posés verticale- ment, cinq autres par derrière, et cinq sur chaque manche.

A la sortie, l'on a vu une dame en manteau de satin blanc, qui paraissait être entièrement doublé de cygne, et qui avait une grande pélerine.

Les merveilleuses avaient toutes un gros bouquet de fleurs naturelles.

*

Quand un coefficient a des diamans à mettre sur les cheveux, il se garde bien de leur associer des roses blan- ches ou des tubéreuses, il pose plutôt des fleurs de gre- nadier ou de geranium, qui forment opposition.

90

Nous avons vu des robes de bal qui étaient chatgées de paquets de fleurs et de rouleaux de satin; mais d'autres n'avaient pour garniture que des feuilles de rose découpées. Les manches des robes de bal sont toujours très-courtes et le corsage décolleté, surtout par derrière.

Pour sortir du spectacle et pour aller au bal, les merveilleuses mettent autour de leur col, une petite palatine ronde toute en fourrure, soit de cygne, soit de martre.

Quelques modistes posent déjà du lilas sur les chapeaux de gros de Naples.

Un beau soleil a attiré pendant plusieurs jours, des promeneurs des deux sexes aux Tuilleries. On y a vu des robes et des redingotes de mérinos vert bouteille, robes à manches si amples depuis l'épaule, qu'an coudé seulement, commençait à se dessiner le bras. Beaucoup de chapeaux de gros de Naples vert foncé avaient des liserés, des rubans et des noeuds d'un jaune orangé. Le velours plain, violet et le chinchilla distinguaient les vraies élégantes.

On voit de fort jolis chapeaux à l'anglaise, en velours noir plain, qui, outre de gros noeuds, ou des pattes triangulaires, sur la forme, ou autour de la forme, ont une mentonnière de velours, et du côté où s'attache la mentonnière, un gros noeud à bouts en biséau. Une agrafe est cachée par le noeud.

## Льтописи мод.

Сь 10 по 20 Февраля. Блиусташельное представление въ теашръ Фейдо было 10 Февраля, въ бенефись Г-жи Бельмонъ. Уборка головъ многихъ дамъ была отличналъ; между прочимъ зашѣтили: и е йънецъ изъ красныхъ перьевъ, на разбросанныхъ во-

91

лосахъ, съ шремя плюмажами желшаго и краснаго
цвѣша; 2е три розетки изъ стальной и золотой
цѣпочекъ, между буклями Аполлоновымъ узломъ, съ
гирляндою изъ золотыхъ листочковъ папоротника;
3е уборка съ золотыми шариками на булавкахъ, зо-
лотыми перлами и двумя бѣлыми плюмажами.

Были и тюрбаны: одинъ изъ парчи съ рай-
скою пшичкой и драпировкою, висѣвшею на плечо;
другой изъ стальнаго газа съ золотыми полосами ц
съ йприборомъ изъ марабу; третій изъ краснаго ка-
шемира. Токи были обременены перьями; между про-
чимъ замѣтили токъ Русскій, высокій и квадрат-
пый, съ марабу. Чецчикъ замѣтили изъ пюля съ
розами и ясминами и съ широкими завязками. Платья
болѣе чернаго цвѣша; только двѣ дамы были въ
платьяхъ сѣраго цвѣша, убранныхъ бранденбургами.
Блуза барежевал, синяго цвѣша, убрана была атлас-
ными рулашками. Изъ плащей замѣтили бѣлый ат-
ласный съ огромною пеллериною. Всѣ модныя дамы
были съ букешами изъ цвѣтовъ.

Если въ уборку головы идутъ брилліанты,
тогда туберозы или бѣлыя розы замѣняютъ гераніи
или гранацовые листочки.

Бальныя платья убирають или цвѣтами съ ат-
ласными рулатками, или листочками розы. Рукава
бальныхъ платьевъ очень коротки и грудь платья
дѣлается съ большою вырѣзкою.

Выходя изъ театра или отправляясь на балъ,
дамы надѣвающі небольшіе круглые палатины.

На гроденаплевыхъ шляпахъ появляются лицеи.

На прогулкахъ въ Тюльери видно много платьевъ и рединготовъ мериносовыхъ, золено - бутылочного цвѣта. Рукава дѣлаются до плечь очень широкіе. У многихъ шемнозеленыхъ гроденаплевыхъ шляпъ,

92

лизере и ленты желто-оранжеваго цвѣта; самыя
модныя дамы отличаются бархатомъ, фіалками и
шиншиллою.

Появились прелестныя Англинскія шляпки изъ
чернаго бархата, у которыхъ, кромѣ большаго узла
или треугольныхъ лапъ, бархатная завязка; эта за-
вязка заспегивается аграфомъ, который закрышь
узломъ изъ бархата.

На приложенной картинѣ :

1. Уборка головы изобрѣшенная Албиномъ. Кре-
повое платье со складками и лапами изъ атласа.

2. Уборка головы изъ бэрхата, кисеи и золо-
шой цѣночки: изобрѣшеніе Ипполита. Платье ка-
шемировое убранное атласомъ: изобрѣшеніе Г-жи
Ипполишь.

МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФЪ.

1825. № VI. МАРТЪ.

I. ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ.

Геній и воображеніе (*).

Въ Поэзіи должно называть сильнымъ, творческимъ воображеніемъ то, которое будешь основаніе твореніямъ своимъ изъ природы, примѣры съ самаго себя. Изученіе великихъ Поэтовъ отчасти можетъ быть вредно великому Поэту: оно не отнимаетъ всего величія, но не допустить его и возвыситься, сколько могъ-бы онъ, не зная предѣловъ, на которыхъ другіе остановились; оно представить ему красоты, которые можешь онъ почесь образцами, а сіи образцы легко могутъ въ его понятіи превратиться въ неизмѣняемые образцы изящного. Изученіе твореній предшественниковъ оставляемъ слѣды въ душѣ и воспоминаніями вредить новымъ изобрѣтеніямъ. Вмѣсто отраженія блестящихъ, подлинныхъ обра-

(*) Изв новаго сочиненія Аксильона, издани. № 1824 году.

Ч. II. No 6.

E

84

зовъ, первоначальнаго свѣша природы, ом-
ражается преломленіе лучей свѣша и па-
мять сбиваетъ или цѣпнитъ воображеніе.
Безспорно, что Поэты, одаренные обильною
силою генія, всегда сохранятъ нѣкоторый
родъ своесущности, не смотря на прилеж-
ное чтеніе твореній Поэтовъ, имъ пред-
шествовавшихъ: это видимъ въ Дантѣ,
Аріостѣ, Мильтонѣ, Расинѣ, Вольшерѣ,
Гёте, Шиллерѣ, но кто знаетъ, какъ вы-
соко взлетѣли-бы они въ смѣломъ полетѣ
и въ какія новыя области перенесь - бы
ихъ сей полетъ, если бы они не знали
другихъ учителей кромѣ природы, дру-
гихъ уроковъ кромѣ собственныхъ своихъ?
По сему предположенію являлось бы менѣе
Поэтовъ, ў мы были - бы богатѣе, ибо
обладали-бы Поэтами великими, отдѣльно
существующими; столько - же было - бы
различныхъ картинъ природы, различныхъ
воззрѣній на природу, сколько умъ чело-
вѣческій представилъ-бы различныхъ зер-
калъ, или воображеніе человѣка приняло
офраженій идеала.

Человѣческія установленія приличія
вкуса, условія общества — помѣхи вообра-
женію, останавливаяющія, ослабляющія или
умѣряющія порывъ его. Съ перваго взгля-
да кажется, что оно будетъ совершенно
безпорядочно, когда будетъ совершенно
свободно; но оставленное самому себѣ, оно
угадало бы законы вкуса: оно соображалось-
же съ ними, еще не зная ихъ, въ первые

85

возрасты міра і въ началѣ всякой Литтера-
туры Люди нашли, извлекли сіи законы изъ
безсмертныхъ твореній генія; воображеніе
слѣдовало имъ прежде нежели существова-
ли теоріи, слѣдовало не какъ правиламъ,
но какъ счастливымъ вдохновеніямъ генія:
такъ оно уважало и будетъ уважать законы
нравственные, ибо они условія нравствен-
наго чувства въ человѣкѣ. Предположимъ во-
ображеніе совершенно безправильное: оно не
произведетъ твореній, удовлетворяющихъ
вполнѣ требованіе человѣка; предсѣдатѣе,
что оно освобождено отъ всѣхъ законовъ,
кромѣ невольнаго соединенія идей — и обра-
зы его произведеній уподобятся снамъ, и
какъ сны будушъ столь же независимы отъ
понятія, разумѣнія, разума, словомъ — не
удовлетворятъ природы человѣка.

Всякой геній, всегда болѣе или менѣе
Поэтъ и Поэзія есть во всѣхъ родахъ ге-
ніевъ, ибо нѣтъ генія безъ воображенія,
вся творческая сила души человѣческой со-
стоишъ въ количествѣ сей способности:
безспорно въ самыхъ смѣлыхъ, необыкно-
венныхъ произведеніяхъ, оно творишь изъ
стихій собираемыхъ чувствами; но при-
рода не то-ли-же дѣлаетъ?

Всегда есть что-то рѣшительное и
неокончательное въ изобрѣшеніи, исполне-
ніи, предметѣ генія, къ какому-бы роду
онъ ни принадлежалъ, и всегда есть что-то
несобственное и оконченное въ простомъ,

E 2

86

хотя-бы и великомъ умѣ, въ его сужденіяхъ, его вкусѣ, ибо умъ обнимаетъ полько сходства, разсудокъ, различія, а вкусъ относится къ приличіямъ.

Воспоргъ есть состояніе души, въ которомъ чувство предмета владѣетъ душею такъ, что она сама превращается въ сіе чувство, дѣлается имъ, не судить его, не различаетъ отъ самой себя и забываетъ себя совершенно.

Человѣкъ, въ которомъ болѣе ума или разума, нежели воображенія, не понимаетъ восторга: онъ не способень къ полету его: такой человѣкъ, созданный для разсчезновъ, склонень къ эгоизму. Если бы онъ могъ понимать воспоргъ, онъ не захотѣльбы и, еще болѣе, не одобрилъ бы его.

Бываетъ для всякаго человѣка такое время въ жизни, когда онъ больше думаетъ, нежели чувствуетъ, и когда умъ, разсѣкающій, испытующій, судящій превозношаетъ въ немъ воображеніе, которое проритъ, соединяешь и предшавляешь предметы, возбуждающіе удивленіе. Это время жизни, въ которое умъ человѣка свѣтится, а не пылаетъ — время несчастливое. Душевныя силы тогда изшощились уже, если совѣмъ не изчезли, время великихъ дѣйствій, великихъ предпріятій и блестящихъ созданій кончилось! Тогда полно творить — надобно пересмотрѣть молько прошедшее, то, что уже создано. Къ счащію, самолюбіе упѣшаетъ насъ и засшав-

87

ляемъ думать противное: мы увѣряемъ сами себя, чѣпо время спокойнаго обсуждања лучше всѣхъ прочихъ, потому что съ нимъ есть досугъ для пересмотра.

Когда восторгъ переноситъ насъ къ предметамъ недостойнымъ восторга, или по крайней мѣрѣ къ предметамъ имѣющимъ относительное-изящное, другіе люди, самые способные къ восторгамъ, не сумѣшь раздѣлить нашегоъ восторга. Мы сами, по прошествіи страсти, не поймемъ, не уразумѣемъ себя. Но если восторгъ обращить насъ къ вѣчнымъ идеямъ — Изящнаго, Высокаго — тогда души, согласныя съ нашими, поставленныя на одинаковой высотѣ, раздѣлять наши ощущения, и тѣ, которые не раздѣлять, не могутъ не оправдать ихъ. Мы сами, будемъ ли послѣ нонижены столько, что не можемъ уже испытывать сихъ усладительныхъ порывовъ, все еще поймемъ ихъ и невольно пожалѣемъ о прошедшемъ.

Всѣ удовольствія Наукъ, относящихся только къ уму, недовольствуютъ души человѣческой, ибо не наполняютъ ее. Умъ всегда ограниченъ въ своихъ слѣдствіяхъ, въ своихъ трудахъ и отпечатываетъ эту ограниченность на всѣхъ предметахъ его занимающихъ; чувство всегда безконечно и чѣмъ оно обширнѣе и неопределеннѣе, тѣмъ болѣе поражаетъ испытывающаго оное.

88

Оды священныя и оды героическія — плоды восторга и должны были показаться слѣдствіем вдохновенія, не потому что ода вначалѣ предназначена была богослуженію, но потому что въ ней Поэта не льзя отличить ошъ его творенія: они слишы нѣкоторымъ образомъ въ единое.

Внимательное разсмотрѣніе событій доказываетъ, что обстоятельства сопричастны успѣхамъ генія; геній рѣдко ихъ µредвидитъ, еще рѣже можетъ приугопошить: его сила и досшоинство познаются изъ умѣнья упошреблять ихъ.

Геній безъ благоприятныхъ обстоятельствъ есть художникъ безъ снарядовъ и орудій. Благоприятныя обстоятельства не для генія — снаряды и орудія не для художника, который умѣлъ бы упошребить ихъ: въ томъ и другомъ случаѣ не льзя ожидать чего-нибудь досшойнаго вниманія.

Мудрость и великодушіе доказываются: умѣнемъ упошребить въ пользу служай или событіе непредвидѣнное и покорностью необходимости: въ одномъ видимъ свободный и дѣятельный умъ, въ другомъ свободный и швердый характеръ. . . .

89

СТИХОТВОРЕНІЯ.

Къ Эльвиръ.

(Изъ Ламаршина.)

Такъ, Аню еще твердитъ
О милой Цинніи средь дикихъ скаль Тибура;
Въ Воклюзскихъ рощицахъ присутственна Лура;
Вѣкамъ Феррара говоритъ
О страсти пламенной пѣвца Іерусалима!
Счастлива та, пѣвцомъ которая любима:
Онъ прелести ея поеть!
Пусть время свой стремить губительный полетъ;
Онъ имя милое помолству завѣщаетъ,
И съ нимъ къ безсмертью воспарлетъ!
Пѣвцовъ безсмертье ждешь.

*

Когда-бы мой челнокъ, носимый непогодой,
Съ попутною волной могъ къ берегу пристать;
Когда-бъ мнѣ солнца лучь блеснулъ острадой новой,
И въ чась страданія могъ къ сердцу бы прижать
Я руку милую подруги драгоцѣнной:
Тогда-бы, можешь быть, на лирѣ восхищенной
Дерзнулъ любовію я силы размѣрять,
Памятникъ любви воздвигнуть незабвенной!
Такъ странникъ, уклонясь, полдневною порой,
Подъ сѣнь густыхъ деревъ, спокойно отдыхаетъ,
И прежде, чѣмъ пойдешь желанною тропой,
Онъ имя на корѣ свое тамъ оставляемъ.

*

90

Смотри, какъ въ мірѣ все проходитъ, погибашь!

Земля плоды свои, одежду лѣсъ меряешь;

Рѣка на дно морей струи свои· кашишь;

Мугъ вянетъ, и зима морозами страшитъ.

Какъ грозный исполинъ, мечемъ вооруженной,
Сатурнъ съ губительной косой
Стремитесь — и лицо вселенной

Приемлеть новый видъ подъ мощною рукой!

Какъ цѣшь отъ хладныхъ бурь въ долинѣ увядаетъ;

Какъ класы спѣлые склоняются главой

Подъ блещущимъ серпомъ, какъ виноградъ зластой,
Отторгнутый отъ древъ, въ кошницы упадаетъ:

Такъ вы погибнеше, минуты жизни сей,

Аюбовь и молодость съ невѣрной красошою,

Когда таланшъ рукой своей

Не дастъ безсмершья вамъ и власши надъ судьбою!

*

Пусть юность рѣзвая, съ безпечною душой,
Всю чашу радосши въ восторгѣ осушаетъ!

Когда-жъ изсякнетъ все — чтò юность оставляешь
Въ прошедшемъ за собой?

Увы! едва воспоминанье!

А тамъ — и мрачный гробь и вѣчное молчанье!

Тебѣ-жъ, о милый другъ! безвѣшень смерти страхъ:

Ты будешь вѣчно жить въ грядущихъ временахъ.

Волковъ.

91

## II. НАУКИ и ИСКУСТВА.

Географическія и этнографическія свѣдѣнія, пріобрѣтенныя грѣзь пустешествія Росса, Парри и Франклина въ Сѣверныя полярныя страны.

(Окончаніе.)

Журналъ, веденный частно Капитаномъ Ліономъ, сопутникомъ Парри, не былъ назначенъ для Публики, какъ то видно изъ предисловія, а изданъ единственно по желаніюѣкоторыхъ его друзей и въ особенности Г-на Баррова. Любопытно чинать повѣствованіе с полярныхъ земляхъ того самаго человѣка, копорый странствовалъ въ степяхъ Африканскихъ. По описанію его, природа и въ Сѣверъ представляемъ особенныя красоты: захождения солнца на береғахъ Гренландіи прекраснѣе, нежели въ Италіи. Еще болѣе вниманія заслуживаемъ Журналь Ліона въ эпнографическомъ отношеніи, ибо Капитанъ Ліонъ болѣе другихъ имѣлъ сношеніе съ Эскимосами: споитъ только заглянушь въ девятую главу, гдѣ они изображены со всѣхъ сторонъ. Природный цвѣшь тѣла ихъ не темнѣе Европейскаго, только не лызя скоро узнать его по причинѣ нечистоты. Платье обоихъ половъ различается только покроемъ. Услышавъ, что-

g2

женщины въ Европѣ не носять панталоновъ, всѣ вскричали: »какъ - же онѣ должны зябнуть!« О дурномъ вкусѣ нашихъ женщинъ заключають Эскимосы по тому, что онѣ не расписываютъ лица. Приготовленіе платьевъ совершенно предоставлено женщинамъ. Ескимосы росту небольшаго, и рѣдкіе изъ мущинъ бываютъ выше пяти футовъ, но поступь и взоръ ихъ выражаютъ мужество и самоувѣренность. Кажется, что они не знаютъ мщенія; женщинъ и дѣтей хорошо содержатъ, мало имѣютъ понятія о цѣломудріи; но въ общеніи ихъ не замѣшно никакихъ неблагопристойностей. Гостепріимные для чужестранцевъ, они безчувственны дома и къ больнымъ своимъ родственникамъ. Въ сихъ извѣстіяхъ Психологи найдушъ обильную матерію для наблюденій.

Журналъ корабельнаго Лѣкаря Ал. Фишера о пушешествіи 1819-20 года (когорый напечатанъ уже четвертымъ изданіемъ въ 1824 г.) можешь почесться прибавленіемъ къ большому творенію Г-на Парри. Въ немъ по большой части описываются рѣдкости природы и къ нему также, какъ и къ Журналу Капитана Ліона, приложена карта и много рисунковъ.

Въ то время, когда отправлена была первая экспедиція подъ начальствомъ Капитана Парри, пп. е. въ 1819 и 20 г., Адмиралтейство послало другую сухопуп-

93

ную экспедицію, коєй цѣль состояла въ
томъ, чтобы оть Гудзонова залила по
пвердой землѣ проникнуть до сѣвернаго
берега Америки, стараться сколько мож-
но изслѣдовать его и наконецъ соединить-
ся съ Капитаномъ Парри. Изъ исторія
географическихъ открытій извѣстно, что
въ прошедшемъ столѣтіи совершены бы-
ли два подобныя предпріятія; первое въ
1774 г. Г-мъ Херномъ, первымъ Европейцомъ,
достигшимъ по сему пути сѣвернаго бе-
рега Америки; второе въ 1789 г. недавно
умершимъ Ал. Маккензіемъ. Оба дошли до
Полярнаго моря, но только въ двухъ от-
дѣльныхъ пунктахъ, почти подъ 70° ш.
и подъ различными градусами долготы:
Хернъ при устѣѣ рѣки Мѣдныхъ рудъ, а
Маккензій при устѣѣ рѣки, названной его
именемъ. Исполненіе новаго предпрія-
тія поручено было Капитану Франклину,
коего изъ Англіи сопровождали шкиперы
Бакъ и Гудъ, вмѣстѣ съ корабельнымъ
Лекаремъ Д. Ричардсономъ. Въ Америкѣ при-
стали къ нимъ миссіонеръ Д. Венцель, нѣ-
сколько жителей Канады, множество Аме-
риканцовъ и два Ескимосскихъ переводчика.
Чрезвычайныя трудности такого пuthе-
шествія извѣстны уже изъ прежнихъ опы-
товъ. Какъ ни велики опасности и тру-
ды морскаго путешествія въ полярныхъ
моряхъ, но никакъ не могутъ быть сра-
знены съ опасностями и трудами сухо-

94

путнаго путшествівія въ семъ климашѣ,
гдѣ безпрестанно должно терпѣть голодъ
и стужу, не имѣя противъ нихъ тѣхъ
средствъ, которыми можно пользоваться
въ хорошемъ кораблѣ. Страданія Капитан-
на Франклина такого рода, что произво-
дятъ не только сожалѣніе и участіе, но
возбуждаютъ страхъ и ужасъ, ибо наконецъ
онъ и товарищи его дошли до того, чѣпо
сохраненіе существованія требовало смер-
ти одного Американца, который убилъ
уже ихъ сопутника. Путшествіе изъ Ан-
гліи по Гудзонову заливу къ Портъ-Юрку
было сопряжено съ великими опасностями.
Отъ сей факторіи, подъ 57° ш., началось
19 го Сентября путшествіе въ лодкахъ
зверхъ по рѣкѣ Гилль къ Винипегскому
озеру, отъ него черезъ Кумберландъ - Гузъ
по многимъ ождѣльнымъ рѣкамъ къ крѣп.
Чипевай на озерѣ Атабаконѣ, подъ 58° 42';
отсюда такимъ-же образомъ къ крѣпости
Провидѣнія на большомъ озерѣ Невольни-
ковъ, а оттуда къ открытой Херномъ рѣкѣ
Мѣдныхъ рудъ. Здѣсь построенъ былъ домъ,
названный крѣпостью Предпріятія. Октя-
бря 7 го, 1820 расположились въ немъ, и про-
жили всю долгую зиму, болѣе восьми мѣ-
сяцовъ, ибо только 14 Юня 1821 г. можно
было предпринять дальнѣйшее путше-
ствіе къ морю по рѣкѣ Мѣдныхъ рудъ. До
устъя ея и до берега Поллярнаго моря до-
стигли 19 го Юля подъ 67° 47' 50" С. ш. и

95

115° 36' 49" З. д. отъ Гринвичскаго Мери-
діана; а потому показанія Херна требу-
ють значительныхъ поправокъ. Опредѣ-
лено было въ лодкахъ изслѣдовать поло-
женіе берега на Востокъ отъ устья рѣки.
Отважившись пуститься въ Полярное мо-
ре на такихъ ломкихъ судахъ, слѣдовали
всѣмь изгибамъ берега, и продолжали пу-
тешествіе до 16го Августа на разстоя-
ніи 550 Анг. миль. Самый дальній восточ-
ный пунктъ, до коего достигли подъ 68°
18' 50" ш. и 109° 25' З. д. названъ былъ мы-
сомъ Поворота. Отсюда рѣшились возвра-
шиться въ крѣпость Предпріятія бли-
жайшимъ путемъ. На семь пуши на-
чались недостатки и бѣдствія, превы-
шавшіе, казалось, всѣ человѣческія силы.
Подъ безпрерывною мятелью пролагали
путешественники дорогу черезъ дикую
страну, покрытую уже льдомъ и снѣгомъ.
Лодки разбились, жизненные припасы ис-
тощились, охопа ничего не приносила,
ибо не имѣли уже силъ заниматься ею. На-
конецъ общество раздѣлилось. Франклинъ
съ тремя товарищами отправился впередъ,
чтобы изъ кр. Предпріятія, гдѣ надъя-
лись найти запасъ, прислать помощь; но
по прибытии туда нашелъ, что крѣпость
сія оставлена, и что въ ней совершен-
но ничего нѣтъ, комь нѣсколькихъ олень-
ихъ костей и кожъ, и сіи кожи были для
устоленія голода. Между шьмъ сѣ оставшись-

96

мися творищами случилось ужасное при-
ключеніе: Ирокезецъ Митчель застрѣлилъ
Г-на Гуда (вѣроятно для того, чпобы
съѣстъ); двое осшавшихся, Д. Ричардсонъ
и Гедбурнъ, не нашли другаго средства къ
своему спасенію, какъ только застрѣлишь
Митчеля. Такимъ образомъ достигли они
до крѣп. Предпріятія, гдѣ увидѣли това-
рищей своихъ подобными себѣ привидѣнія-
ми. Здѣсь питались правами, башмачною
кожею и малымъ количествомъ оставша-
гося чая до тѣхъ поръ, пока нѣсколько Аме-
риканцовъ прибыли изъ крѣпости Прови-
дѣнія съ припасами. Тогда путешествен-
ники почувствовали себя въ состояніи воз-
врашившіеся въ крѣпость Провидѣнія, а от-
туда, по нѣкоторомъ отдохновеніи, про-
должать путь въ крѣп. Юркъ. Все путе-
шествіе Франклина по Америкѣ полагающі
на 5550 Англ. миль. Плодъ сего путе-
шествія, въ географическомъ отношеніи,
соспоишъ въ точнѣйшемъ изслѣдованіи
рѣки Мѣдныхъ рудъ отъ крѣп. Провидѣнія
до ея устья, въ шочномъ опредѣленіи сего
послѣдняго въ изслѣдованіи сѣвернаго бе-
рега Америки отъ сего устья до мыса По-
ворота черезъ 6½ град. долготы, и внут-
ренней земли въ обратномъ путешествіи
до рѣки Мѣдныхъ рудъ. Въ этнографиче-
скомъ отношеніи: вѣрнѣйшее познаніе
Американцовъ, а особливо Рудожелтныхъ,
и Эскимосовъ, коихъ непріязненные по-

97

ступійки съ другими Американцами, когда они вступили въ ихъ земли, могли быть укрощены полько общимъ договоромъ. Пріобрѣтёнія Естественной Исторіі не могли быть важны въ столь бѣдныхъ земляхъ. Олени и кабарги живушъ тамъ стадами. Волки нападаютъ на нихъ очень искусно, обшупая ихъ полукругомъ и подвигал тамкимъ образомъ къ покатой сторонѣ, съ которой они принуждены бросаться.

Если вывесть общій резульатъ сихъ путешествій, то онъ будетъ состоять въ слѣдующемъ: Съверный берегъ твердой земли Америки простирается, кажется, между 67 и 70° С. ш.; но намъ еще очень мало извѣстно на немъ мѣстѣ. Извѣстныя мѣста: устье рѣки Маккензія и рѣки Мѣдныхъ рудъ, а оттуда прошяжения берега до мыса Поворота. Отъ сего мыса до Амгерстова острова, куда проникнуть Капитанъ Парри, осшается еще 20 градусовъ долгошы неизслѣдованныхъ, а отъ рѣки Маккензія до Берингова пролива Зо градусовъ. Если берегъ твердой земли простирается между упомянутою широтою 60° и 70°, и если всѣ лежащія къ сѣверу отъ Америки земли острова, то безъ сомнѣнія между ними проходъ самъ по себѣ возможенъ; но будетъ-ли онъ, по причинѣ льдовъ, удобенъ, это такой вопросъ, на которой еще ничего отвѣчать не можно. То однако-же справедливо, что если онъ въ нѣкоторыхъ случаяхъ и будетъ

98

удобенъ, но при всемъ томъ не можешь
сдѣлаться обыкновеннымъ путемъ для ко-
раблей, и потому изслѣдованіе его будетъ
полезно только въ географическомъ, а не
въ коммерческомъ отношеніи, развязѣ оп-
нести сіе послѣднее къ ловлѣ китовъ (*).

(Съ Нѣм. А. К.)

(*) О новѣйшихъ предпріятіяхъ Англичанъ донынѣ
извѣстно слѣдующее. Предположено было оппра-
вить Капитана Парри для дальнѣйшаго пушешествія
чрезъ Ланкастерскій проливъ къ Берингову проли-
ливу; Капитана Ліона для изслѣдованія берега омъ
зал. Репульса до рѣки Мѣдныхъ рудъ, и Капитана
Франклина для пушешествія по рѣкѣ Маккензія кв
Сѣверу и поопомъ къ Западу по Сѣверному берегу
Ледовищаго моря. Приняты всѣ возможныя и опы-
томъ узнанныя средства и пособія. Капитанъ Пар-
ри на корабляхъ Фуріи и Геклѣ вышелъ въ море 7
Май 1824 г.; его сопровождало транспортное су-
дно подъ начал. Лейт. Причарда до острова Вель-
фиша, что въ Баффиновомъ заливѣ; въ Августѣ
мѣсяцѣ, возвратилось оно въ Англію съ извѣстіемъ,
что Парри отправился въ дальнѣйшій пушъ 2 го
Юля. Писали послѣ того, что 17 Юля кишловы
видѣли его подъ 70° 5' широты задержанныго льда-
ми, но это извѣстіе не достовѣрно. Капитанъ
Люнъ па корветѣ Гриперъ отправился въ море
въ Маѣ мѣс цѣ, но возвратился въ Англію въ Но-
ябрѣ, ибо судно его вышерпѣло сильныя бури и
приведено было въ невозможность продолжать море-
ходство въ Сѣверныхъ странахъ. Капитанъ Франк-
линъ отправился недавно въ Нью-Йоркъ съ Докшо-
ромъ Ричардсономъ. Между шѣмъ иноспраниные
Журпалы наполняются многоразличными сужденіями
и предположеніями: вѣроятно, настоящихъ извѣстій
дождемся не скоро. Прим. Пер.

99

Статистицеское обозрение облад-
челей Турецкаго Государства (*).

Европейская Турція; на которую уже
четыре года обращаются взоры всѣхъ
людей просвѣщенныхъ, населена народами,
различными происхожденіемъ, върою и
языкомъ. Султанъ владѣетъ ими по пра-
ву завоеванія, и власть его основана тѣль-
ко на силѣ. Южная часть Греціи, свергі-
нувшая иго Турковъ, естѣ древняя Элла-
да, населенная Эллинами за 15 вѣковъ до
Р. Х., когда различные переселенцы изъ
Египта, Финикіи и Фригіи смѣшались съ
природными жителями и водворили между
ними науки, тогда еще младенческиховавшія,
но на благодатной землѣ Греціи скоро про-
цвѣтшія и содѣлавшія Грековъ просвѣщен-
нѣйшимъ народомъ древности.

Таково начало Грековъ. Они раздѣля-
лись въ послѣдівіи на многія Государства,
иногда соединенные въ общій союзъ, ино-
гда раздѣленныя между собными войнами.
Испорія показываетъ намъ славу, кото-
рою блистала Греція въ мирѣ и войнѣ,
упадокъ ел съ того времени, какъ она со-
дѣлалась область Римской Имперіи, обра

(*) Сочиненіе Ж. Б Сей. Онъ собралъ свѣденія изъ
достовѣрныхъ источниковъ и особенно изъ статей,
помѣщенныхъ въ Италіянскомъ Журналь: Акты
люсіи, писанныхъ ученымъ путешественникомъ, по
сѣщавшимъ Грецію. Прим. Изд.

Ч. II. No 6.

Ж

100

щеніе ея въ Христіанскую вѣру при Кон-
стантинѣ, который, давъ имя свое Визан-
тии, перенесъ на Востокъ столицу Импе-
ріи, наконецъ — порабощеніе Греціи Тур-
ками, угрожавшими всей Европѣ.

Обыкновенно, Европейцы распростра-
няющъ имя Турковъ на всѣхъ послѣдовате-
лей Магомеша или Музульмановъ, которые
между тѣмъ образующъ нѣсколько различ-
ныхъ народовъ, разселившихся въ Азіи и
Африкѣ отъ береговъ Гангеса до Гвинеи.

Турки были народъ Ташарскій. Багдал-
скіе Калифы, преемники Магомеша, наняли
войско, сосшоявшее изъ сего дикаго народа.
Турки приняли вѣру Магомеша и разорили
Имперію Калифовъ, въ послѣдствіи раздѣ-
лившуюся на нѣсколько народовъ: одинъ изъ
нихъ, подъ именемъ Мавровъ, завоевалъ сна-
чала сѣверные берега Африки, помомъ Ис-
панію, въ то время какъ соотечественни-
ки ихъ боролись съ крестоносцами въ Егип-
тѣ и Сиріи. Испанскіе Арабы долго сохра-
няли довольно высокую образованность;
но народы, составлявшіе остапокъ Кали-
фатства на Востокѣ, грабимые, разоря-
емые, угнетаемые Турками, призвавши-
ми въ сій страны остальныя свои орды,
сѣдѣлались, подобно имъ, грубыми варварами.
Начальникомъ одной изъ Турецкихъ ордъ
былъ ощецъ славнаго Османа. Дворъ Ико-
нійскій, въ Каппадокіи, нанялъ его для
защиты, по онъ кончилъ завоеваніемъ сего

101

Государства. Ему наслѣдовалъ Османъ, царствоваль со славою и покорилъ Малую Азію. Онъ назвалъ себя преемникомъ Калифовъ и по сему званію блюстителемъ Музульманской вѣры. Домъ Калифовъ былъ изребленъ и никто не спорилъ о семъ преимуществѣ съ сильнымъ Османомъ, умѣвшимъ чрезъ то соединить въ себя власть духовную съ гражданскою. По имені сего Османа или (правильнѣ) Отмана Турки назвались Османлисами или Оттоманами — единственное имя, которымъ они себя называющі, ибо имя Турка у нихъ въ презрѣніи.

Гордосшѣ Турковъ равна ихъ невѣжеству. Они увѣрены, что вся земля обѣщана Магомету и что они любимые дѣти сего лжепророка. Всякій не Музульманинъ врагъ ихъ. Хриспіянскіе народы занимаютъ свои земли, по мнѣнію ихъ, неправедно и до удобнаго только случая, который досшавитъ Музульманамъѣ повѣды, завоеванія и присовокупитъ невѣрныхъ къ числу избранныхъ сыновъ Магомета. Спремленіе къ сей цѣли отправданы въ емъ, по мнѣнію ихъ, всѣ насилія и разрѣшаетъ отъ нарушеній шракшашовъ и договоровъ.

По сей причинъ Хриспіяне всѣхъ исполнѣданій, живущіе въ Турціи, не только лишены всѣхъ правъ гражданскихъ, но даже не имѣютъ никакой законной увѣренности въ сохраненіи жизни и имущества своего.

Ж 2

102

Ихъ честь, собственность; самая жизнь; всегдашняя добыча не пюлько начальниковъ, но даже всякаго Музульманина. Такія постановленія всего болѣе оказали пагубныя слѣдствія свои въ Греціи — слѣдствія сіи — бѣдносіе и изтребленіе. — »Я былъ въ Греціи два раза«, говоритъ одинъ почтенный пuthешественникъ, »въ 1800 и 1817 гг., и видя тѣ самыя области, которые обо зрѣвалъ я за 17 лѣпъ, я былъ изумлень запустѣніемъ сихъ несчастныхъ странъ, и спрашивалъ самого себя: чтобѣ будетъ здѣсь, если порядокъ дѣлъ неизмѣняемо продолжится еще одинъ вѣкъ?«

Главное гнѣздо Отшомановъ средина Малой Азіи. Тамъ было начало ихъ могущества, и шамъ только число ихъ превышаетъ число всѣхъ другихъ обитателей. Рѣшительное изтребленіе Христіанъ, обитавшихъ въ Малой Азіи во времена Греческой Имперіи, принудило Турковъ заняться земледѣліемъ и необходимыми художествами и ремеслами. Чрезъ это Азіятскіе Турки сдѣлались миролюбивѣе другихъ и за тѣо презираются другими. Между Азіятскими Турками есть еще Туркоманы, остатки кочевыхъ. Ташаръ, родоначальниковъ Турецкаго народа, сохранившіе донынѣ древніе свои нравы. Они забошались о скошоводствѣ и мало думають о поддержаніи существовании Турецкой Имперіи. Симъ различаются обипатели Средней Азіи отъ прибрежныхъ жишелей, кошорые завладѣли торговыми

103

городами, и сохранивъ въ оныхъ существова-
ніе Грековь, похожи на Турковъ Европей-
скихъ: вооружены обезопасены крѣпостя-
ми и живутъ подающи, собираемыми съ
Хрисшіянъ.

Музульмане Месопотамскіе, Сирійскіе
и живущіе на Африканскомъ берегѣ, бу-
дучи происковленія Арабскаго и ільюко
покорены Османлисами, не люблять ихъ и
связаны единственно общностію вѣры и
почтеніемъ къ Султану Константинополь-
скому, ко whomаго счилающі преемникомъ
пророка.

Установленія Турковъ всѣ основаны
на Коранѣ, и какъ истолкователи сей, свл-
щенною почиаемой книги, духовные, по-
сему они единаченные истолкователи за-
коновъ. Они составляющі званіе Улімовѣ,
къ которому принадлежащъ всѣ Кади, или
судьи. Главнѣйшіе изъ сего званія назы-
ются Муфтіями, а повелѣнія ихъ Фетфа-
ли. Иногда самый Султанъ уважаетъ ихъ.
Низшіе чиновники назначаются Великимъ
Муфтіемъ: они покупаютъ свои мѣста и
вымѣщающі плату за нихъ на несчасш-
ныхъ просипеляхъ.

Янычары составляющі собственно
пѣхоту Турецкую. Желая раздѣлать на-
грады, на которые даетъ право сіе званіе,
всѣ молодые Турки, по гордости и невѣже-
стvu не желающіе заняться чѣмъ нибудь
другимъ, записывающіся лъ Янычары. Они

104

составляютъ такимъ образомъ особенный,
всегда вооруженный народъ, страшный
для прочихъ жителей и даже для началь-
никовъ. Можно понять, что весьма труд-
но было бы образовать народъ сей. Въ
среднія времена въ Европѣ покупали спо-
койствіе прочихъ жителей, платя деньги
вооруженнымъ защищникамъ; здѣсь сіи за-
щищники грозятъ оружіемъ, и сами ошни-
мають деньги, одушевляясь при всѣхъ дѣй-
ствіяхъ слѣпою ревностію къ своему за-
кону.

Изъ Грековъ, собственно та къ назы-
ваемыхъ, возстали нынѣ жители областей
древняго Пелопоннеза и областіи, извѣстной
въ новѣйшей Географіи подъ именемъ Лива-
діи, заключающей древнюю Фокиду, Бео-
тію, Аттику; кромѣ того, жители боль-
шей части острововъ Архипелага. Въ Пело-
поннезѣ есть еще мѣста, занимаемыя Ош-
томанами, какъ-то: Патрасъ и Корона; но
кажется, они скоро падушь предъ знамені-
емъ кресла. Все пространство земли Грече-
ской не велико, если сравнишь его съ Алба-
ніею, или древнимъ Эпиромъ, съ Фессаліею
и Θракіею, еще повинующимися Туркамъ;
но возстали Грековъ появился въ исчин-
номъ свѣтѣ, если сообразить доказанное
преимущество Греческаго флота, число
Грековъ, обитающихъ въ мѣстахъ еще не
возставшихъ, въ два или три раза пре-
вышающее число Турковъ, и наконецъ —
слабость Оптоманскихъ силъ.

105

Депошть, Вольней и другіе писатели,
извѣстные своими достоинствами, изы-
скивали причины сей слабости, которую
главнѣйше должно приписать, кажется
Сулпанамъ. Они оставили ратный станъ,
воспитываются, живушъ и умирають въ
Сералѣ; сверхъ того невѣжеству Турковъ,
слѣдствію ихъ гордости и вѣры (*), которая
дѣлаетъ ихъ сиднями, не смотря на успѣхи
Европы, ложной политикѣ ихъ правленія,
все во зло употребляющаго, и основавшаго
всѣ свои дѣйствія на вѣроломствѣ (**),
средствѣ безполезномъ, если единожды
возбуждено недовѣріе, и на силѣ, всегда ус-
тупающей уму. Съ Востока безпрестанно
нападають на нихъ Персіяне, послѣдова-
тели секты Музудьманства Аліевой, пю-
гда какъ Турки слѣдующь сектѣ Омаровой,
Паши или начальники областей безпре-

(*) Одинъ изъ знаменныхъ Музульмановъ, говоря съ Бо-
напарте, утверждалъ, что въ Коранѣ писано обо
всемъ — „Даже и о томъ, какъ стрѣлать изъ
пушекъ?“ сказалъ ему усмѣхаясь Бонапарте. Ту-
рокъ смѣшался на минуту; но помоь отвѣчаль ва-
жно: „Да, потому что памъ обо всемъ писано.“
Прим. Соч.

(**) Можно представить многія черты довѣрчивости, великодушія и гостепріимства Турковъ. Они спра- ведливы, кротки въ семействѣ, вѣрны въ привя- занности своей; но безпокойны, хитры и жестоки въ общественной жизни, особенно съ иностранца- ми. Общее благо для нихъ не существуетъ и имя его имъ не извѣстно: они всѣмь пожервующьѣ своимъ предразсудкамъ, своей корысли, власти и личности. Прим. Соч.

108

станно об'являють себя независимыми,
если только чувствуютъ нѣсколько силъ
для сопротивленія повелѣніямъ Султана и
чрезъ то лишають его и войскъ и денеж-
ной помощи.

Греки, обитатели восточныхъ обла-
стей Европейской Турціи, не смѣютъ еще
возстать: они ближе къ правительству
Турецкому. Безоружныя области сіи на-
полнены войсками. Въ городахъ находятся
гарнизоны, и Греки, если считать число
войска, находятся гораздо въ меньшемъ
количествѣ, нежели Турки. Въ Констан-
тинополѣ-же и безъ войскъ число Турковъ
гораздо болѣе, нежели Грековъ. Греки оби-
таютъ въ Фанарѣ (*), части Константи-
нополя, имъ отдѣленной Окруженные саб-
лями янычаръ, они помогаютъ своимъ
упѣснишелямъ и идушъ на своихъ соote-
чественниковъ и единовѣрцевъ. Ихъ вообще
обвиняютъ въ раболѣпствѣ и между ними
обыкновенно избираетъ Султанъ Господа-
рей или правителей Молдавіи и Валахіи,
также Патріарховъ и другихъ чиновниковъ,
которыхъ по условіямъ должно выбирать
изъ Греческихъ Хриспіянъ. Но жестокіе
поступки съ послѣдними Патріархами и

(*) Фанаръ, удаленная часть города, прошивъ Серая. Въ числѣ обитателей его есть богатые люди, но страхъ заставляемъ ихъ скрывать. свое состояніе въ бѣдныхъ жилищахъ. Успѣхи Эллиновъ отмщаются на нихъ самимъ безчеловѣчнымъ образомъ. Пр, Соч.

107

знавнѣйшими Фанаріотами доказывають, что Турецкое Правительство не вѣрилъ ихъ усердію; впрочемъ Турки не вѣрятъ ни одному Христіянину.

Не льзя сомнѣваться въ тайномъ со- чувствіи, существующемъ между Греками, живущими подъ саблею Турковъ, и Греками, защищающими свою независимость и вѣру, не льзя сомнѣваться въ желаніи ихъ соеди- ниться при первомъ благопріятномъ случаѣ. Бѣдствія и нищета Грековъ описаны многими путешествователями: со времени воз- станія они увеличились, ибо подвластные Греки сдѣлались жертвою ярости, возбуж-денной независимостью другихъ. Войска Ту- рецкія, жестокія и безпорядочныя, залили кровью цѣлыя области. Подати, лежащія на Грекахъ, увеличены тѣмъ бременемъ, ко- торое сбросили съ себя свободные братья ихъ.

Не смотря на всѣ бѣдствія, Греки оду- шевлены чувствомъ народности, живымъ, пылкимъ, ко whomому не трудно сыскать причину. Турки покорили Грецію не вдругъ и даже не въ малое время. Вездѣ, гдѣ толь- ко мѣстоположеніе благопріятствовало за- щитѣ, Греки защищались противъ слѣпой, фанатической храбрости завоевателей. Пе- лопоннезъ совершенно покорился только въ началѣ прошедшаго столѣтія; Майноты, жители тамошнихъ горъ, Сфакіоты на островѣ Кандіи, разныя племена въ Эпирѣ, обищатели Пинда, горъ Θессалійскихъ и

108

Македонскихъ никогда не были покоренья
совершенно. Если-бы Османлисы не оболь-
щали условіями, можетъ быть, они при-
нуждены-бъ были отказаться отъ утверж-
денія своего владычества въ Европѣ; но
они соединяли въ первыя времена своихъ
завоеваній, смотря по обстоятельствамъ,
умѣренностъ съ жестокостью. Они поз-
волили Грекамъ свободное богослуженіе и
какъ въ странѣ, занятой оружіемъ и обре-
мененной налогами, выгоды побѣдителя за-
ставляють его оставить управленіе преж-
нимъ судьямъ народа, потому что они
лучше побѣдителей знаютъ, какъ и гдѣ до-
стать денегъ, Греки сохранили право выбо-
ра судей: имъ оставили даже ихъ гражданскіе
законы; но всѣ обѣщанія были нарушены въ
послѣдствіи, подъ предлогомъ, что под-
данные Музульманъ не могутъ слѣдовать
другимъ законамъ, комъ Магомешовыхъ.

Греки, избѣгая несчастной участіи быть
судимымъ по законамъ Турецкимъ, почли
за лучшее согласиться на передачу власи
судебной Епископамъ, вспомоществуемымъ
ихъ чиновниками и писарями. Вообще сін
сужденія, въ видѣ посредничества, справед-
ливы и исполняются охотно. Грекъ, при-
бѣгшій къ защипѣ судьи Турецкаго, почи-
тается родичами свои за безчестнаго и
отверженнаго. Приговоры произносятся
сообразно законамъ Восточной Имперіи,
которыхъ собраніе сдѣлано до взятія Кон-
сультации, Такое ощѣльное судоведе-

109

ніе и вліяніе духовныхъ дикастерій умень-
шило отчасіи ужасы Турецкаго правленія и
немало способствовало къ удержанію между
Греками народности, ведущей нынѣ, можешь
быть, къ лучшему порядку вещей. Ослаб-
леніе Турковъ и безпрестанно увеличиваю-
щійся перевѣсъ Европейскихъ народовъ спо-
собствовали къ поддержанію надежды Гре-
ковъ. Надобно замѣтить, что со времени
побѣдъ Принца Евгенія, положившаго пре-
дѣлъ непобѣдимости Турковъ и ознамено-
вавшаго подвигами своими начало ихъ осла-
бденія, въ Турціи являлось менѣе отступ-
никовъ опъ истинной вѣры; теперь всего
рѣже примѣръ Грека, принявшаго Музуль-
манскую вѣру, не смочря на выгоды, до-
ставляемыя симъ преступленіемъ.

Греки еще болѣе привержены къ вѣрѣ,
по причинѣ гоненій, на нее возставляемыхъ.
Они чувствующъ превосходство своей ре-
лигіи и благоговѣющъ предъ памятью му-
чениковъ.

Такимъ образомъ сохранился Греческій
народный характеръ, не смотря на трехъ-
сотъ-лѣшнее рабство. Политика Турецка-
го правительства срывая головы и заби-
рая имѣнія знаменитыхъ семействъ, при-
обрѣвшихъ вниманіе своимъ образованіемъ
или богатствами, не остановила просвѣ-
щенія, къ которому безпрестанно стрем-
мился народъ Греческій: онъ самъ собою
увлекался къ большей образованности; онъ

110

былъ свидѣтелемъ успѣховъ другихъ народовъ и стыдился невѣжества, кооторымъ былъ обременень.

Взглянемъ на другія области, гдѣ возстали еще не оказалось, по крайней мѣрѣ оказалось несовершенно.

Албанцы составляютъ значительную часть народонаселенія Греціи и не смотря, на близость Ипаліи, на то, что прежде они принадлежали Венеціи, потопъ Франціи и нынѣ отчасти подъ властію Англичанъ, они мало извѣстны. Не знаемъ хорошо ни происхожденія ихъ, ни характера; между тѣмъ надобно внимательнѣе вглядѣться въ этопъ народъ, который, кажется, будетъ занимать важную роль въ дѣлахъ Греческихъ. Албанцы занимаютъ большую часть древняго Эпира, отдѣлившагося отъ остальной Греціи цѣпью горъ Пиндскихъ и простиравшагося по берегамъ моря Іонійскаго. Когда разрушилась въ XV вѣкѣ Константинопольская Имперія, Албанцы составляли отдѣльное Государство, управлявшееся начальниками изъ семейства Кастріотовъ. Греція наводнилась Турками, силѣ Амурата не могли противиться ея слабые защитники, и Кастріоты покорились съ условіемъ платить дань и отдать въ аманаты четырехъ сыновей тогда Правителя Султану. Трое изъ нихъ подибли въ неволь; послѣдній, Георгій Кастріотъ, бывшій только 9-ти лѣтъ, остался живъ, воспитанъ Турками въ Му-

111

зульманскомъ законѣ и получилъ Турецкое имя Скандеръ-Бея (Бея Александра), перебланное Европейцами въ Скандербега. Онъ отличился на войнѣ, которую велъ Амурашъ въ Вентріи, послѣ убѣжалъ, вступилъ въ область отца своего, и сдѣлавшись защитникомъ Христіянъ, успѣхами своими помрачилъ торжество Магомета II го.

Исторія сего славнаго вождя Албанцовъ, его мужество, воинскіе таланты, Музульманская вѣра, которую онъ сначала исповѣдывалъ, его отверженіе и ревность къ Хрістіянству, изъясняють нѣкоторымъ образомъ двусмысленность пожеденія и мнѣній его соотечественниковъ. Хотя большая часть Албанцовъ приняли вѣру Магометанскую, но они худые Музульмане и, подобно всѣмъ горнымъ народамъ, воинственны и любятъ независимость. Они презираютъ Турковъ, которые ненавидятъ ихъ и всегда опасаются. Греки называютъ ихъ Арванитами, изъ чего Турки и Европейцы сдѣлали Арнантовъ.

Албанскіе Христіяне, достойные называться древнимъ именемъ Эпиротовъ, доказали любовь свою къ независимости. Надобно вспомнить о бѣдствіяхъ Парги. Страшный Али Паша Яннинскій никогда не могъ рѣшительно покорить ихъ. Сульшы, обитатели небольшой области, при самыхъ почти ешѣнахъ его столицы со-

112

противлялись множество лѣшъ съ герой-
скою храбростью и погибли всѣ, съ жена-
ми и дѣшьми, но не покорились его влады-
честву.

Али - Паша, жадный власти и денег,
не смочря на жестокія средства, упои-
ребленныя имъ для удовлетворенія сей
жадности, покровительствовалъ торговлѣ
и сношеніямъ своихъ подчиненныхъ съ Ев-
ропейцами. Яннина сдѣлалась при немъ цвѣ-
тущимъ и образованнымъ городомъ Греціи.
Эпироты были тогда богаче другихъ Гре-
ковъ и получили болѣе прочихъ соотече-
ственниковъ охоты къ Наукамъ. Почти
не было въ Эпирѣ ни одной деревни, гдѣ
не существовало бы училище, въ которомъ
обучали хотя читать и писать. Училища,
библіотеки и другія публичныя заведенія
Яннинскія славились во всей Греціи; дѣти
знатнѣйшихъ семействъ и множество до-
стойныхъ людей посылаемы были на иж-
дивеніи богатыхъ людей въ Парижъ и Иша-
ліянскіе города. Между шѣмъ звѣрѣшво
Али - Паши, въ теченіи 40-летняго прав-
ленія означенное безчисленными примѣ-
рами жестокости, заставило множество
знатнѣйшихъ Эпиротскихъ жителей бѣ-
жать изъ отечества. Многіе изъ нихъ
разселились въ Беопіи, Аптикѣ, окрестно-
стяхъ Коринѣа и Аргоса; нѣкоторые основ
вались на островахъ Підрѣ и Спеціі.

Паденіе Али - Паши было пагубнѣе
Эпиротамъ, нежели его усѣхі. Османлися

113

для покоренія мятежнаго Паши напали на него съ огромными силами, я войско Турецкое обыкновенно изтреблется все и вездѣ, гдѣ только появились. Хотя Эпироты, по смерти тирана жалѣвшіе о его владычествѣ, и помогали сами Туркамъ, но Али - Паша не прежде погибъ, пока цвѣтущая Яннина не погибла въ пожарахъ и не раззорены были всѣ окрестныя мѣста и области. Безъ сопротивленія Албанцовъ-Музульманъ Албанскіе Христіяне изтребились-бы совершенно подъ мечемъ Турковъ. Жертвы Али - Паши, убѣжавшія въ мѣста, нодвластныя Османлисамъ, погублены, какъ подданные мятежника. Къ довершенію зла, банкрушْество Венеціянскаго банка лишило Эпиротовъ значительныхъ капиталовъ, которые старались они спасти отъ хищности Али - Паши.

Области, населенные народами Славли-
скаго происхожденія и находящіяся на Сѣ-
веръ отъ цѣпи горъ Гемусскихъ, были не
причастины древней Греціи, но въ послѣд-
ствіи имѣли многія отношенія къ Гре-
камъ. Онѣ составили часть Восточной Им-
періи, исповѣдывали одну вѣру; въ нихъ
были Греческія поселенія и перенесли съ
собою Науки и Литтературу своего оте-
чества; наконецъ, наравнѣ съ Греками об-
ласти сіи подверглись власти Турковъ.
Онѣ простираются отъ Венеціянскаго за-
лива до Чернаго моря и составляютъ по
берегамъ Савы и Дуна, Боснію, Сербію,

114

Булгарію, Молдавію и Валахію. Со вре-
мени ослабленія Оттоманскаго владыче-
ства, съ одной стороны Австрія, съ другой
Россія отторгли часть сихъ обла-
стей и имѣли сильное вліяніе на осталь-
ныя части. Порта Оттоманская обязалась
выбирать изъ Греческихъ Христіанъ Гос-
подарей Молдавіи и Валахіи и въ новѣй-
шее время Россія требовала, чтобы вой-
ска Турецкія выведены были изъ сихъ об-
ластей.

Странъ, по нижнему Дунаю находя
щіяся, сравниваютъ съ Ломбардією и зем
лями, орошаемыми рѣкою По, въ разсуж-
даніи климата и плодородія. При благо-
устроенномъ правленіи, земли сіи могли-
бы сдѣлаться одною изъ благословенныхъ
странъ Европы; но жители памошніе ны-
нѣ жертва властолюбія Бояръ и жесто-
кости Турецкихъ нафздниковъ. Бывшій
Господаремъ Маврокордашо гвелѣ посѣвъ
маиса, старался улучшить соседіе жите-
лей и утвердить между ними Науки и Иску-
ства. Достапныя семейспіва Молдавъ-
скія, Валахскія и даже Булгарскія и Серб-
скія отправляли дѣтей своихъ въ учили-
ща западной Греціи. Нынѣ всѣ сіи благо-
дѣшельныя начинанія прекратились.

Жиды разсѣяны въ Турціи повсюду,
и, какъ вездѣ, не имѣющі отечества:
одинаково враги и Музульманъ и Христі-
янъ, но между тѣмъ почищаются первыми,

115

върхъйшимъ средствомъ къ угнешенію и
раззоренію послѣднихъ.

Трудно опредѣлить народонаселеніе Ту-
рецкаго Государства. Турки не считаютъ
ни рождающихся, ни умирающихъ, и ду-
 мая, что исчисленіе людей есть дѣло, про-
тивное Богу, не знаютъ даже числа сво-
ихъ войскъ. Одинъ досповѣрный Итальян-
скій пушешец-певникъ, по мѣслѣнѣмъ на-
блюденіямъ, полагаетъ слѣдующее коли-
чество народовъ, еще подвластныхъ Сул-
тану:

Оъйшашелей Өессәліи, Македоній, Өра-
хіи и Эпира до 4 милліоновъ; горныхъ Ал-
банцовъ 500 пысячь: народовъ Славянскаго происхожденія до 3 милліоновъ, 200 пы-
сячь; Жидовъ, Армянъ и другихъ до 300 пысячв; слѣдовательно всего до 8 миллі-
оновъ, въ числѣ койкъ онъ полагаетъ полѣ-
ко 3 милліона Османлисовъ.

Число возставшихъ Грековъ и empatic
другихъ народовъ достовѣрно не извѣстно (*).

Будущее скрыто неизвестностью. Эл-
лины оказали мужество и блестящія да-
рованія, достойныя счасливейшихъ вре-
менъ Греціи: оні не покорятся, и если бы
захопли, уже не livedъ. Возстаніе Гре-


(*) По Гаммеру и другимъ Спайсейскамъ, пола-
гается число всѣхъ Турковъ до 7 милліоновъ Гре-
ковъ до 4 милліоновъ; Туркомановъ до 1½ милл,
народовъ Славянскихъ, Молдаванъ и Волховъ до
3 милліоновъ.

Ч. ІІ. No 6.

3

116

ковь не обыкновенная война, гдѣ дѣло идешь о владычествѣ надъ землею; съ порокреніем Грековъ Турками сопрѣлжено совершенное исшебленіе сего славнаго имени...

## Какъ должно писать Исторію (*).

Исторія совѣмъ различна отъ Поэзіи. Для стихотворца нужны всѣ боги: когда хочешь описать Агамемнона, ему потребны глава и очи Юпитеровы, грудь Нептунова, щитъ Марсовъ. Историкъ описываетъ Филиппа кривымъ, каковъ онъ былъ.

Александръ повергъ въ Идаспъ исторію Аристовула, кошорый приписываль ему дѣянія чудесныя, какихъ онъ никогда не совершаль, сказавъ ему притомъ, что изъ одного милосердія не повелѣлъ бросить его самаго въ рѣку.

Есть историки, предполагающіе, что великое приносятъ удовольствіе Государю, унижая достоинство непріятелей его. Ахиллъ былъ-бы однако не столь великъ,

(*) Извлеченіе изъ Лукіанова Тракташа, найденное въ бумагахъ Расина. Читашели припомнятъ странность, что Расинъ и Буало были Исторіографами Франціи. Говорятъ, что Расинъ, желая оправдать свое назначеніе въ Исторіографы, долго занимался Исторіею, испытываль свои силы и наконецъ рѣшительно отказался. Войѣ одинъ изъ его опытовѣ. Издатель благодаритъ почтенную особу, доспавившую въ Телеграфѣ сей любопытный оррывокъ.

117

когда-бы не побѣдилъ такого врага, каковъ
быль Гекторъ. Другіе покрываюшь руга-
шельсшвами начальниковъ непріятель-
скихъ, какъ бы хотѣли низложить ихъ
перомъ своимъ.

Иной наполняешь свою Исторію мѣл-
кими подробностями и словами художни-
ческими. какъ бы разсказывалъ по простой
воинъ или работникъ, трудившійся въ ста-
нѣ ; иной употребляетъ все свое время на
составленіе скучныхъ описаній одѣянія и
оружія военачальника или какой-либо рощи,
а когда доходятъ они до событій великихъ,
обнаруживають все свое неискусство и во-
ображаютъ достигнуть чудеснаго, описы-
вая дѣла, противныя правдоподобію, раны
ужасныя, смерти невѣрятныя.

Одинъ не щадить прекрасныхъ и ве-
ликолѣпныхъ рѣченій, какія только свой-
ственны поэту, и вдругъ упадая, изъя-
сняется въ низкихъ выраженіяхъ. Это че-
ловѣкъ, имѣющий на одной ногѣ богатый
котурнъ, а на другой простую сандалію.

Другой описываемъ подробно и весьма
продолжительно предметы незначущіе, и
слегка упочинаешь о важнѣйшихъ.

Таковы вообще главныя погрѣшности,
въ кои можешь впасть историкъ. Разсмотримъ теперь главныя качества, которые
ему имѣть должно.

Нужнѣйшими почищаются: здравый
смыслъ и пріяпный образъ изложенія.
Первое естъ даръ Неба; второе можно при-

3 2

118

обрѣсть большими трудами и прилежнымъ
членіемъ древнихъ.

Историку надобно видѣть войско раш-
никовъ, готовыхъ къ бою, знать, чтоб та-
кое крыло, строй, полки, военные орудія
и пр., чтобъ не полагаться въ шомъ на
чужіе глаза.

Особенно же долженъ онъ быть свобо-
денъ, ничѣмъ не ласкаться и ничего не
страшиться, долженъ быть неприступень
къ дарамъ и наградамъ, никого нещадящій,
справедливый и равнодушный судія. Пусть
разсказываетъ онъ событія, какъ они про-
исходили, безъ прикрасъ и прикрытія, ибо
онъ не стихотворецъ: онъ повѣствователь
и слѣдственно не отвѣчаетъ за то, что
описываетъ; однимъ словомъ, онъ долженъ
жертвовать всѣмъ одной истинѣ, не имѣя
передъ очами крашкихъ надеждъ сей жиз-
ни, но уваженіе всего пономства. Пусть
подражаетъ онъ сему зодчему Египетскаго
Фароса, который выставилъ на гипсѣ имя
Царя, употребившаго его искусство, а подъ
гипсомъ собственное свое имя, въ швер-
домъ увѣреніи, что лѣпная работа ошпа-
дешь, а имя его будетъ вѣчно видимо на
камнѣ.

Александръ, покоритель Персидскаго
Царства, не рѣдко говариваль: »Почто не
могу я возвратиться, спустя три или че-
тыре вѣка, чтобъ услышать, какъ люди
будушъ говорить обо мнѣ !«

116

Не должно ставить себя за правило,
иметь слово слишком высокопарный:
здѣсь простота приличнѣе блеска. Конечно
нужно, чтобы мысли быстро одна за
другою слѣдовали, чтобы мысли или дѣла
повсюду встрѣчались, но чтобы выражение
было ясно и таково, какъ говорятъ образо-
ванные люди, ибо Историкъ въ умѣ своемъ
долженъ иметь одну свободу и истину, и
цѣлію въ своемъ словѣ полагать одну чи-
стоту и представленіе событий, какъ они
случились; словомъ сказать, чтобы всѣ
его понимали, а ученые хвалили, чтобъ са-
мое послѣдуешь, если станетъ онъ изби-
рать выраженія не слишкомъ зашѣйливыя
и не слишкомъ также обыкновенные.

Надобно однакожъ Историку заимствова-
вать нѣчто и отъ поэта, когда на при-
мѣрѣ достигнешь онъ до описанія битвы,
летящихъ въ сраженіе воинствъ, готовыхъ
къ нападенію кораблей: здѣсь - то нужно
ему, такъ сказать, дуновеніе піитическое,
которое бы расширило его вѣтрила и
взволновало море. Должно только наблю-
дать, чтобы выраженіе немного отъ зем-
ли возвышалось.

Не слишкомъ много пещись о гармо-
ніи и звукѣ, но не оскорблять и слуха.

Должно быть осторожну въ получе-
ніи записокъ, и совѣтоваться только съ
такими людьми, коихъ не льзя подозрѣ-
вать ни въ ненависти, ни въ снисхожде-
ніи къ самимъ себя, или къ другимъ.

126

Собравъ достаточный запасъ хорошихъ записокъ, надобно сsiть ихъ вмѣстѣ и составить какъ-бы оставъ Исторіи, сначала сухой и безплотный, чтобъ снабдить его попомъ тѣломъ и придать ему нужный цвѣтъ.

Подобно Юпитеру у Гомера, историкъ долженъ обращать глаза свои повсюду, долженъ видѣть также хорошо, что дѣлается на сторонѣ непріятельской, какъ и на другой.

Пусть будетъ онъ какъ зеркало чистое, безъ пятенъ, пріемлющее предметы, какъ они являются, пусть прилагаетъ отъ себя одно простое, вѣрное израженіе, не озабочиваясь, какого существа дѣлà, имъ повѣствуемыя, но какимъ образомъ долженъ онъ говорить объ нихъ.

Разсказъ его не долженъ быть прерывистъ: не только происшествія должны слѣдоваться одинъ за другими, но быть въ связи между собою.

Нужно умѣнье не распространяться въ описаніяхъ: Гомеръ конечно могъ блистать ими, но такъ часто отважно ихъ пропускаль. Не думайте, что Θукиидъ былъ продолжителенъ въ описаніи моровой язвы; помыслипе, какой важности все то, что имъ повѣствуется: онъ убѣгаешь множества предметовъ, но предметы останавливаешь его прошавъ воли.

421

Можно возвышаться въ словѣ и вп-
шійствовать въ рѣчахъ, лишь-бы онъ
приличествовали говорящему лицу.

Надобно быть кротку и осторожну
въ сужденіяхъ, и всегда удаляться клеве-
ты. Надобно во всемъ основываться на
доказательствахъ. Историкъ не судится
предъ зерцаломъ съ тѣми, о коихъ гово-
ритъ: онъ не долженъ быть обвинителемъ, но историкомъ.
С. Н.

Извѣстіе о льтописяхъ, вновь из-
данныхъ въ Польшѣ.

Историки и Археологи, не знающіе
Польскаго языка, не могутъ предшавить
себѣ, какое богатство неизвѣстныхъ ма-
теріаловъ счастливые случаи опкрыли
въ послѣдніе годы опытнымъ и прони-
цательнымъ изыскателямъ сей досто-
примѣчательной страны. Ободренные ус-
пѣхами, Польскіе ученые составили осо-
бенное Общество, главною цѣлію котора-
го есть обработываніе Польской Исторіи
по новымъ источникамъ и печатаніе важ-
ныхъ и рѣдкихъ историческихъ пособій.
Такимъ образомъ на семъ, до сихъ поръ
необработанномъ полѣ сверкнули новые
лучи, которыхъ свѣтѣ представляемъ
намъ предметы въ другомъ видѣ. Въ нашъ
вѣкѣ и при нынѣшнемъ состояніи Наукъ,

122

иностранный изыскатель Исторії дол-
женъ имѣть многоразличныя свѣденія, ес-
ли хочетъ ясно видѣть свой предмѣсть.
Онъ долженъ долговременнымъ опытомъ
узнать языкъ, нравы и обычаи той стра-
ны, Исторію которой пишетъ, долженъ
знать и ученымъ образомъ пользоваться
всѣми важнѣйшими и на языкъ туземцовъ
писанными историческими пособіями.

Но сдѣлалъ ли это хотя одинъ изъ ино-
странныхъ историковъ Польши? Пользуясь
симъ случаемъ, напомнимъ чипателямъ
труды, въ которыхъ блестящій коло-
рипъ соенавѣляетъ единственное досто-
инство: таково, на примѣрѣ, извѣстное
сочиненіе Ферранда о раздѣленія Польши —
компилизія, въ которой авторъ списы-
ваетъ всѣхъ писателей, не сравнивая
противоположныхъ характеровъ ихъ сочи-
неній. Стобитъ только прочитать пре-
дисловіе, и можно увѣриться, на какомъ
слабомъ основаніи держались мынія авто-
ра. Впрочемъ слогъ предисловія замѣтно
отличается отъ самого текста книги. Но
еще большѣ отличаются основанія предисло-
вія и основанія большей части второй книги.
Это различіе трудно было-бы изъяснить,
если-бы мы не знали достовѣрно, что иѣ-
которыя мѣста сочинены не Г-мъ Фер-
рандомъ. Онъ воспользовался сочиненіемъ
Графа М*, бывшаго полномочнымъ на-
чальникомъ Польши во время Наполеона и
по приказанію сего послѣдняго писавшаго

123

о разділені Польши. Это сочиненіе осталось въ его портфелѣ при Министерствѣ иностранных дѣлъ, досталось Г-ну Ферранду, которой, найдя его сноснымъ, взялъ изъ него довольно много, не показавши источника и не потрудившись даже согласть съ другими источниками. Тамъ, гдѣ хотѣлъ онъ идти по слѣдамъ Рюльера, основывался на древней Польской Исторіі; о происхожденіи народа Польскаго взялъ просто изъ легкаго и недостовѣрнаго Солиньяка, трудъ котораго давно уже оцѣненъ по достоинству. Кто нынѣ занимается Польскою Исторіею, потпѣ долженъ поступать совсем иначе.

Намъ показалось кестами припомнишь все это при объявленіи о двухъ вновь изданныхъ пособіяхъ для Польской Исторіі. Они суть:

1. Historya Bolesl. III. Krola Polskiego, przez Po-
Jaka Bezimiennego rytmem Lac. napisana ok. roku
1115. Варшава. 1825 г. in 8. 350 стр.

2. Kronika Wengierska na pocz. wieku XII. Kro-
nika Czeska na pocz. wieku XI i проч. Варшава
1825 г. in 8. 156 стр.

Первая книга есть лѣтопись 1115 го-
да о жизни Болеслава III, писанная од-
нимъ неизвѣстнымъ Поллякомъ: она про-
ливаетъ ясный свѣтъ на Легенду Святаго
Станислава и писана стариннымъ, просто-
душнымъ слогомъ своего времени. Вторая
содержить Венгерскую и Богемскую лѣто-
писи: первую начала 12 го, вторую нача-

124

ла ІІ го вѣка. Къ ней присовокупленъ обра-
зецъ письма 8 го вѣка и одно замѣчатель-
ное Посланіе 13 го вѣка. Послѣднія два при-
совокупленія взяты изъ рукописей различ-
ныхъ библіотекъ. Въ предъизвѣщеніи упо-
минается, что лѣтописи получены изъ би-
бліотеки извѣстнаго заслугами въ Липте-
ратурѣ Польской, Князя и Сенатора Чар-
торыжскаго, и на иждивеніи его напечата-
ны. Венгерская лѣтопись перемѣшана съ
извѣстіями о Полякахъ и о жизни Св. Сте-
фана. Она относишься къ Королю Колома-
ну, царствовавшему въ Венгріи отъ 1065
до 1114, и сообщаеть замѣчательныя Испо-
рическія свѣденія (*).

(*) Представляя читателямъ извѣстіе о вновь выдан-
ныхъ въ Варшавѣ лѣтописяхъ, прибавимъ, что по-
дробнѣйшее извѣстіе о сихъ историческихъ пособі-
яхъ мы помѣстили-бы въ Журналѣ нашемъ съ боль-
шимъ удовольствіемъ. Къ сожалѣнію, древности
Польскія и вообще Польская Липшерашура у насъ
извѣстны очень немногимъ. Шлецеръ наложилъ
печать отверженія на старинныя, извѣстныя въ его
время лѣтописи Польскія, но въ его словахъ можно
замѣпить противорѣчіе и можетъ быть пристра-
стіе; такъ на примѣрѣ, браня Кадлубка и назы-
вая его древнѣйшимъ Польскимъ лѣтописателемъ
(на 23 стр. 2 Т. Русск. пер. книги: *Несторъ*),
онъ поставляемъ въ росписи историческихъ источ-
никовъ Маршына Галла между 1109 и 1138 годомъ,
слѣдовательно сто лѣтъ древнѣе Кадлубка и не
говоришь объ немъ ни слова. Г. Лелевель доказы-
валъ ошибку Шлецерą, выводя, что книга Кадлубка
(Historia Poloniae) есть выборъ извѣ почтенныхъ

125

ШШ. КРИТИКА И БИБЛЮГРАФІЯ.

Пъсни нынѣшнихъ Грековъ.

1. Chants populaires de la Grèce moderne. Народныя пъсни ново-Гретескія, собранныя и изданныя съ Французскимъ переводом, изъясненіями и замѣчаніями К. Форіелемъ. Часль І. Пьсни Исторія- скія. Парижъ. 1824. in 8. XLIV и 303 стр.

2. Простонародныя пъсни нынѣшнихъ Грековъ, съ подлинникомъ, издани. и переведенныя въ стихахъ, съ прибавленіемъ введенія, сравненія ихъ съ про- естонародными пѣснями Русскими и примѣчаній, Н. Гнѣдичемъ. Спб. 1825. in 8. XLI и 52 стр.

3. Chants heroique des montagnards et matelots Grecs.— Геропгескія пъсни горныхъ жителей и' матро- совъ 1 ретескихъ, передѣл. въ стихи Непом. Ле- мерсье. Парижъ. 1824. in 8. 184 стр.

Вотъ при перевода пѣсень ново-Греческихъ, вы- шедшіе одинъ за другимъ въ короткое время. Желая обозрѣть и самыя пъсни, возбудившія нынѣ внима- ніе всѣхъ Европейскихъ литтературоровъ и перево-

и древнѣйшихъ лѣтописателей Польскихъ: Матвѣя Гербы, Холевы, Еп. Краковскаго, и Яника Гербы, Еп. Гнѣзненскаго, перемѣшанный сѣ нелѣными всѣпка- ми и прибавками комментаторовѣ. Впрочемъ, какъ видно изъ словъ Г-на Лелевеля, Польская Исторія больна одною болѣзнию сѣ нашей Исторіей, т. е. и у Поляковѣ также весьма мало ио-ны пѣ занима- лись сводомъ и разборомъ лѣтописей, плѣющихъ вѣ разныхъ библіотекахъ. См. ставью Г-на Леле- веля вѣ Соревнователѣ Благотв. и Просв. на 1821 г. № V, стр. 146. (пер. З. В. Булгарина).

126

ды ихъ, мы обратимся сначала къ исторіи ново-Гре-
ческихъ пѣсень, сего, долго бывшаго въ неизвѣстно-
сти, произведенія Музы обновляющагося народа (*).

Съ паденіемъ Греческой Имперіі угасло и про-
свѣщеніе Грековъ и вдохновенные пѣсни ихъ отцовъ
умолкли. Угнетаемые тяжкимъ игомъ обладателей
своихъ, Греки забыли свѣшную поэзию предковъ
вмѣстѣ съ свободою; нор, человѣкъ, странное соз-
даніе: онъ воспѣваешь радости и бѣдствія свои!
Въ разныхъ странахъ Греціи раздавались унылыя пѣ-
сни обитателей ея, покоренныхъ Турецкому игу. Въ
сихъ пѣсняхъ описывались большею часцю бѣдствен-
ные случаи изъ новой исторіи Грековъ, но вмѣстѣ
съ ними, въ горахъ, неприступныхъ врагамъ, въ
Акарнаніи, въ Еессаліи, Этоліи, Эпирѣ и на Олим-
пѣ раздавались свободныя пѣсни неустрашимыхъ Гре-
ковъ. Скрываясь въ горныхъ ущеліяхъ, они герой-
ствовали и не покарялись власши Турковъ, которые
называли славныхъ противниковъ своихъ Клефтами,
то есть разбойниками, какъ унисшильнымъ име-
немъ; но свободные Греки принял это за почетное
шішло для отличія себя отъ Арматоловъ, поко-
ренныхъ и угнетаемыхъ безнаказанно жестокими Па-
шами. Кажется, произвѣдія сихъ героевъ должны-бъ
были обращіе на себя общее вниманіе; однакожъ
разсѣянныя почти по всей Греціи долго не дохо-
дили они до слуха просвѣченныхъ Европейцовъ, ко-
шорые не думали искать поэзіи между жершвами
свирѣныхъ Отщомановъ.

(*) Большая часть замѣчаній взята Рецензентомъ изъ Галль-
скихъ Учепыхъ Вѣдомосćiей: лучше признаўся при началѣ,
нежели черезъ полтора мѣсяца. А.

127

Все, что знали Европейцы о народной поэзии Грековъ, ограничивалось образчиками и оoprывками, которые, какъ предмешъ одного любопытства, представляли въ своихъ описаніяхъ путешественники, и то въ невѣрныхъ спискахъ или безхарактерныхъ переводахъ. Лагиллетьеръ, лѣшь за пятьдесятъ, уже (*) объщалъ издатьй собраніе ново-Грегескихъ пѣсень, но не извѣстно, почему не исполнилъ своего объщанія. Года за полтора передъ симъ объщали издать въ Германіи подобное собраніе; и Гѣте, помѣстившій въ своемъ Kunst und Alferthum cie извѣстіе, просилъ обладателя рукописи ново-Греческихъ пѣсень; объ изданіи оныхъ, и желая познакомить публику съ поэзіею новыхъ Грековъ, помѣстилъ переводъѣкоторыхъ пѣсень — но переводъ недостойный великаго писателя, исполненный грубѣйшими ошибками и копорый при сличеніи его съ оригиналомъ не выдерживаетъ нималѣйшаго сравненія. Гѣте не означилъ, самъ-ли онъ переводилъ сіи пѣсни; но за всѣмъ тѣмъ не понятно, чтобъ заставило его такъ жестоко поступить съ юною Музою возрастающейся Греціи.

Наконецъ Г-нъ Форіель издалъ въ прошедшемъ году первый Томъ своего Собранія Грегескихъ народныхъ пѣсень. Касательно сославленія и плана

(*) Эдѣсь встрѣтили мы у Г-на Гнѣдіча важную разницу съ показаніями Нѣмецких ученыхъ: онъ начаєть книгу Лагиллетьера і 676 годомъ; Нѣмцы же именно говорятъ, что Lacedemoinc ancienne et nouvelle издāна лѣтъ за пятьдесятъ — и это кажется сходнѣе съ правдою: впрочемъ, не имѣя сочиненія Лагиллетьерова, не смѣемъ говорить упвердайшельно. А.

128

собранія Г-на Форіелі, мы видимь изъ предисловія
его, чмю онъ обязань первымъ основаніемъ онаго
Кораю, ученому и знаменитому просвѣтипелю сво-
ихъ соотечественниковъ. Корай имѣлъ у себя не-
большое собраніе ново-Греческихъ пѣсенъ, и вѣроят-
но онъ самъ собиралъ ихъ, списывалъ, и подарилъ
Клонаресу; отъ сего Г-нъ Форіель получилъ спе-
сокъ, черезъ посредство Г-на Профессора Пикколо
въ Корфу. — Послѣ того многія пѣсни сообщены
Издателю отъ Г-на Мустоксиди (въ Корфу), ко-
шорый самъ нѣкогда хошѣлъ издать подобное собра-
ніе. Кромѣ того, Г-ну Форіелю сообщили пѣсни
многіе урожденцы Греческіе, именъ которыхъ онъ
не означилъ. Такимъ образомъ Г-нъ Форіель сдѣлал-
ся обладателемъ богатаго собранія любопышныхъ и
самыхъ употребительныхъ во всѣхъ краяхъ Греціи
пѣсенъ, и списки его, само собою разумѣется, пре-
взошли полнотою и исправностію всѣ другіе, сдѣ-
ланные иностранными пушественниками со словъ
народныхъ пѣвцовъ, между пѣмь какъ Г-нъ Форіель со-
биралъ свѣдѣнія отъ образованныхъ и совершенно
знающихъ свой языкъ Грековъ. Вспомнимъ при семъ
случаѣ, что сколь легко для иностранца, знающа-
го древній Эллинскій языкъ, изученіе ново-Греческаго,
столь-же трудно изучить ему различныя нарѣчія
нынѣшнихъ обитателей Греціи, и особенно упот-
ребляемыя въ горахъ Акарнаніи, Этоліи, Эпира.
Кромѣ смѣси съ словами Турецкими и Албанскими,
испортившей сіи нарѣчія, они имѣющі свои формы,
свои оптѣны и сокращенія, которыя дѣлаютъ весь-
ма различными сіи нарѣчія отъ собственно такъ
называемаго Ромейскаго ново-Греческаго, получивша-
го уже нѣкоторый характеръ отъ издаваемыхъ на

129

ономъ сочиненій. Лексиконы и Грамматики наши
ново-Греческаго языка не помогутъ намъ разобрать
и 100 стиховъ въ ново-Греческихъ пѣсняхъ. Какимъ-
же образомъ долженъ поступить иностранецъ
для основательнаго познанія Ромейскихъ нарѣчій?
Онъ долженъ совѣшоваться съ знашоками оныхъ, не
съ книгами: такъ и поступилъ Г-нъ Форіель. Кро-
мѣ того, многихъ пѣсень у Г-на Форіеля было по
нѣскольку списковъ, изъ коихъ иные сходные, иные
различествовавшіе между собою, и слѣдовательно
онъ долженъ былъ еще разсматривать ихъ крипи-
чески, и отдавая первенство лучшимъ и важнѣйшимъ,
дополнять пропуски, соглашать противорѣчія и
объяснять темныя мѣста. Счастливо и успѣшно
исполнилъ свой долгъ поченный Критикъ, и въ
этомъ увѣрится всякой, сравнивъ на примѣрѣ его
переводъ Буковалловой пѣсни (поставленной подъ 2 No
въ первомъ отѣленіи) съ переводомъ той-же пѣсни
въ третьей Части Пукевиллева путешествія, гдѣ она
означена шѣмъ-же названіемъ.

Съ особеннымъ удовольствіемъ признали всѣ
ученные Греки тщательность, съ какою Г-нъ Форіель
предшавляетъ текстъ, соблюдая всю полноту его
и правильность. Орѣографія выдержана вѣздѣ съ рав-
нымъ успѣхомъ; нѣшь нигдѣ неясности въ сомни-
тельныхъ случаяхъ выговора, метра, сокращеній
или умолчаній. Во всѣхъ сихъ народныхъ пѣсняхъ
совершенно однообразная орѣографія не могла быть
соблюдена, потому что надобно было соображать-
ся съ характеромъ языка, который въ своихъ шат-
кихъ формахъ измѣняется своенравно, такъ, что
даже въ окончаніяхъ собственныхъ именъ, или

130

въ цѣлых словах принимаетъ, умалчиваетъ и отбрасываетъ гласныя и согласныя цѣлыми слогами.

Все собраніе свое раздѣлилъ Г. нъ Форіель, нѣ
двѣ Части. Первая содержитъ 45 пѣсень боль-
шихъ и малыхъ (самая большая 30 стиховъ),
которыя имѣютъ основаніемъ что нибудь исто-
рическое и потому названы Chants historiques.
Вторая Часть будетъ содержать столько-же пѣ-
сенъ; но копіорыкъ содержаніе можно почесть про-
сто стихошворнымъ, на прим: баснословные роман-
сы; любовныя пѣсни, элегіи и проч. Изъ истори-
ческихъ пѣсень 35 посвящены дѣяніямъ неустра-
шимыхъ героевъ свободы; которые составляли до-
нынѣ палладіумъ древней свободы Эллиновъ послѣ
сцолѣтняго порабощенія ихъ отчēєства; обишая въ
высокихъ, неприступныхъ горахъ, идущихъ отъ сре-
дины древней Эллады въ Акарнанію, Θεσσαλον; Эпо-
лю и Эпиръ, и защищаясь въ своихъ ‘‘клефтиче-
скихъ или разбойничьихъ пещерахъ. Сиі Клефты
суть истинные герои новыхъ Грековъ и ихъ пѣс-
ней: понятіе о соединеніи съ именемъ Клефта, ка-
чествъ героя такъ утвердилось между ими; что
они всѣ герояческія свои пѣсни называютъ Клефти-
ками и даже мужесівенные Сульопы, храбро защи-
щавшіе свою свободу отъ миранствъ Али - Паши и
справедливо сравниваемые съ Термойнійскими Спар-
манцами — называли себя съ гордостью Клефтами.

Древнѣйшая изъ разбойничьи въ пѣсень про-
славляетъ какого-то удальца; копіоры отличалей
въ семнадцатомъ столѣпіи. Послѣ нее слѣдуетъ пѣ-
сня; извѣстная во всей Греціи до самаго Кон-
сітанпинополя, о Букоралласть, жившемъ въ началѣ
XVIII го вѣки. Большая часть прочихъ описываетъ

131

дъянія и бѣдствія шѣхъ Клефтовѣ, коморые послѣ
преслѣдованія и ограниченія Арматоловъ, въ полу-
винѣ прошедшаго вѣка, составили родъ Греческой
милиции, независимой отъ Турковъ, къ ужасу оби-
тателей долинъ: Войны съ Али-Пашою доставили
также обильную руду для прославленія героевъ, ихъ
мужества, храбрости, ненависти къ Туркамъ и проч.
Здѣсь блистають имена: Контогіанниса, Андрико,
Скиллодима, Котцантониса, Никоцараса и мно-
гихъ другихъ.

Кромѣ 35 собственно разбойничьихъ пѣсень
въ первой Части находимъ еще десять пѣсень раз-
наго содержанія. Изъ нихъ восемь прославляютъ
дѣянія героевъ во время войны Али-Паши съ
Сульотами.

Изъ сего-то собранія, сдѣланнаго Г-мъ Форіелемъ,
съ Греческаго подлинника перевель Г-нъ Гнѣдичь
двѣнадцать пѣсень и обогастиль свой переводъ из-
влеченіемъ изъ предисловія Форіелева, съ своими
замѣчаніями и сравненіемъ Греческихъ пѣсень съ-
старинными Русскими.

Извлеченіе изъ Форіелева предисловія, объяснен-
ное въ нѣкошорыхъ мѣстахъ Г-мъ Гнѣдичемъ, чрез-
вычайно любопышно. Русскіе читатели увидятъ въ
немъ новый міръ, который совершенно былъ имъ
неизвѣстень; а ученыя объясненія Русскаго пере-
водчика доказывающі, какимъ яснымъ свѣшомъ опли-
чаетъ въ изысканіяхъ глубокое изученіе своего пред-
мета: Г-нъ Гнѣдичь говоритъ что знаешь точно,
и читая его замѣчаній, всякой просвѣщенный чита-
тель отдасть ему полную справедливость.

Другое отдѣленіе введенія Г-на Гнѣдича со-
отошь въ разсужденіяхъ и доказательствѣ ө

Ч. ІІ. No 6.

И

132

сходство простонародныхъ пѣсень новыхъ Грековъ
съ пѣснями Русскими.

Отдавая и здѣсь должную справедливость Г-ну
Гнѣдичу, мы позволимъ себѣ сдѣлать слѣдующія за-
мѣчанія. Извѣстно, что древность нашихъ Русскихъ
пѣсень не достигаетъ штѣхъ временѣ, въ которыя у
насъ были частыя сношенія съ Греціею, то есть
времень, предшествовавшихъ владычеству Ташаръ.
Древность пѣсень ново - Греческихъ шакже отно-
силась къ шестнадцатому, или семнадцатому сто-
лѣшію, слѣдовательно особенное сходство ихъ съ
пѣснями Русскими можно приписать или случайно
си, или общему характеру пѣсень народовъ необраз-
ованныхъ. Потому-то ученые, при разсмотрѣніи
собранія Форіелева, находили въ пѣсняхъ Грековъ
сходство, въ духѣ и формахъ, съ Шостландскими
балладами и Испанскими романсами; другіе находили
сходство съ пѣснопѣніями Восточныхъ жителей.
Воспомиңаніе, что Славяне еще въ VI вѣкѣ хвалі-
лись передъ Византийскимъ Императоромъ любовью
къ музыкѣ и 1200 - лѣшнее вліяніе Славянь на Гре-
ковъ нейдутъ къ дѣлу, или не доказываютъ-ли ско-
рѣе вліянія Грековъ на Русскихъ и на ихъ пѣно-
пѣнія, Грековъ, тогда образованныхъ, на Русскихъ,
едва вышедшихъ изъ первобытнаго состоянія?

Г-нъ Гнѣдичь прибавляешь, что характеръ
Русскихъ пѣсень могли сообщить пѣснямъ ново -
Греческимъ племена Славянскія вообще: это так-
же не доказательство. Пѣсни Чеховъ, Сербовъ,
Болгаровъ и прочихъ племень Славянскихъ имѣютъ
свой особенный характеръ и совѣтъ не пѣсни Рус-
скія, о которыхъ идетъ дѣло. Если не можемъ
подозрѣвать сходства Восточныхъ пѣсень съ ново-

133

Греческими, то и Русскія, кажешься, не больше имѣ-
ютъ съ ними сходства. Впрочемъ, всѣ разсужденія
оканчиваются словами: можетъ быть! ...

Текстъ Греческихъ пѣсень въ нѣкоторыхъ мѣ-
стахъ поправленъ Г-мъ Гнѣдичемъ, по совѣту уче-
наго Литтератора нынѣшней Греціи, отца Прото-
іерея Константина Экономоса, пребывающаго нынѣ
въ Пешербургѣ и бывшаго Экономомъ покойнаго
Константинопольскаго Патріарха. Читатели тек-
ста встрѣшятъ нѣкоторыхъ дополненія противъ из-
данія Форіелева, въ пѣхъ мѣстахъ, гдѣ они были
необходимы для ясности; Г-нъ Гнѣдичь говоришъ, что
»Если читашели останутся болѣе довольны здѣш-
нимъ, нежели Парижскимъ, Греческимъ подлинни-
комъ издаваемыхъ пѣсень, благодарності принадле-
жить почленному отцу Экономосу.« Всѣ важнѣй-
шія перемѣны или прибавленія означены въ примѣча-
ніяхъ, которые приложены къ каждой пѣсни, и въ
которыхъ содержатся краткія историческія извѣ-
стія о каждой пѣсни и дѣйшвующихъ лицахъ ея,
съ необходимыми объясненіями.

Что касается до сущности Поэзіи въ Греческихъ цѣсняхъ, намъ кажется, что онѣ составляющъ новый, прекрасный подарокъ литтературному міру Европы. Судя по переводамъ, мы увѣряемся въ силѣ, могуществѣ образовъ и выражений, хотя въ то же время видимъ всѣ признаки дѣшства Поэзіи, сходнаго у всѣхъ народовъ: драматическій образъ разскажа, одушевленіе предметовъ, рѣчи имъ придаваемыя, повторенія словъ и каршинъ въ одной и той-же пѣсіи.

Ошдавая сираведливосші Г-ну Форіелю, за из-
даніе текста, его упрекали, что, не смотря на по-

И 2

134

реводъ въ прозѣ, онъ не вездѣ въразилъ силу, крайкъ
кось и смѣлость подлинника. Не можемъ судить;
избѣгъ-ли сихъ погрѣшностей Русскій переводчикъ,
но соображал переводъ Русскій съ Французскимъ, мы
находимъ, что Русскій переводчикъ, не смотря на
цѣпи стопосложенія (*), превосходитъ Француза. Мо-
жешь быть, это произходитъ отъ богаства язы-
ка. Для убѣжденія, вошъ переводы одной изъ древ-
нѣйшихъ и лучшихъ Клефтическихъ пѣсень, подн
названіемъ: Олимпъ (**):

L'Olympe et le Kissavos, ces deux montagnes, se què-
rellent:

L'Olympe alors se tourne et dit au Kissavos:
Ne dispute point avec moi, o Kissavos, toi foulé par
les pieds des Turks.

Je suis ce vieil Olympe, par le monde si renommé:
j'ai quarante deux sommets, soixante deux sources ;
et à chaque source sa bannière, à chaque branche
d'arbre son Klephte.

Et sur ma (plus) haute cime un aigle s'est perché,
tenant dans sa serre une tete de brave :

„O tête, qu'as-tu fait, pour être (ainsi) traitée? —
„Mange, oiseau, (repais-toi de) ma jeunesse, repais-
toi de ma bravoure.

ton aile (en) deviendra (grande) d'une aune, et ta
serre d'un étrair.

(*) Г-нъ Гнѣдічъ переводіль амфибрахіемъ, амапестомъ и
дактилемъ, безъ рилемъ. Механизмъ стиховъ его прекра-
сень.

(**) Чипатели замѣтать, что въ Русскомъ прибавлены 2 и 9
стихъ: это сдѣлано въ сходственность Греческаго тек-
ема, исправленіема, какъ мы упоминали, ощомъ Эконо-
момъ.

135

Je fus Armatole à Louros et à Xéraméras ;
et douze ans Klephte sur l'Olympe et dans les Khasia;
j'ai tué soixante Agas et brûlé leurs villages :
pour les autres que j'ai laissés sur la place, Albanais
ou Türks,
ils sont (trop) nombreux, oiseau; ils ne se comptent pas.
Mais à la fin est aussi venu mon tour de tonber dans
le combat."

Заспорили горы, Олимпъ и Киссавъ,
II первый за сабли, за ружья другой.
Олимпъ обернулся, къ Киссаңу шумить:
Молчи и во прахѣ сиди ты, Киссавъ,
Не разъ оскверненный Коньяра ного!
Я славень въ подлунной, Олимпъ я сѣдой!
Высокъ я, на мнѣ сорокъ двѣ головы;
Я шуменѣ, струю шестьдесятъ два ключа;
Гдѣ ключъ лишь, тутъ знамя, гдѣ дерево, Клефть.
Сидитъ у меня на вершинѣ орель,
Вѣ кохтяхъ у орла — голова храбреца.
Клюешь онъ ее и разспрашиваемъ:

»Что сдѣлала ты, удалая главą?
За что, какъ у грѣшнаго, срублена сѣ плечь? "
»Съѣдай мою молодость, птица-орель,
Съѣдай мою храбрость! швои подростушъ
И крылья на локоть и кохти на пядь!
Въ Ксерòмерѣ, въ Лùру я былъ Арматоль
И Клефть на Олимцѣ двенадцаць годовъ;
Сто Агъ истребилъ я, сто сель ихъ сожегъ,
А Турокъ, Албанцевъ, положенныхъ мной...
Ихъ множество, птицъ, и счена имъ нѣпъ.
Но жребій пришелъ мой — легь въ битвѣ и я! "

136

Для любопытныхъ прилагаемъ Нѣмецкій пере-
водъ сей-же пѣсни, сдѣланный В. Мюллеромъ, пере-
ведшимъ все Форіелево собраніе (*).

Olympos und der Kissavos, die beiden Berge streiten.
Es wendet der Olympos sich zum Kissavos und redet:
Mit mir nicht streite, Kissavos, du in den Staub ge-
tretener!
Ich bin der alt' Olympos, ich, der durch die Welt be-
rühmte,
Der zwey und vierzig Gipfel hat und zwey und sechzig
Ruellen,
Bey jedem Quell ein Eahnlein auch, bey jedem Zweig
ein Räuber;
Und auf dem höchsten Gipfel mein da ist ein Aar ge-
sessen,
Und in den Klauen hält er fest das Haupt von einem
Helden:
„O Haupt, was hast du doch gethan, was hast du
doch gesündigt?“ —
„Iss, Vogel, meine Jugend auf, iss auf meine tapfre
Stärke,
Dass ellendick dein Flügel werd' und spannendick die
Klaue!
In Luros und Xeromeros war ich ein Armatole,
In Chasa und auf diesem Berg zwölf Jahre lang ein Räuber.
Wohl sechzig Aga's tödtet' ich, verbrannt auch ihre
Dörfer,
Und was ich auf dem Platz noch liess, Türken und
Albaneser,

(*) Нѣмецкій переводъ печатается въ Берлине и скоро выйдемъ.

137

Es sind so viele, Vogel mein, sie sind nicht aufzuzählen.
Doch endlich ward auch mir das Loos, zu fallen in dem
Kampfe.“

Остается сказать что нибудь о переводѣ Ле-
мерсье. Эшо пышныя парафразы, гдѣ нѣтъ силь-
ныхъ красошъ подлинника. Все отличительное зава-
лено водяными риами и приличіями Французской
Поэзіи.

А. —

А. —

Иностранныя Литтература.

54. * Annales du Musée, et проч. Лѣтописи Музея и новѣйшей школы Изящныхъ Художествъ. Экспозиція 1824 года. Собр. К. П. Ландономъ. 4 штради. Парижъ. 1824. in 8.

Подъ названіемъ Лѣтописей Музея издаются
очерки лучшихъ статуй, карпинъ и памятниковъ
Королевскаго Музея, Музея Французскихъ памятни-
ковъ, галлерей Версальской и Люксамбургской и
экспозицій Изящныхъ Художествъ во Франції. Г-нъ
Ландонъ описываемъ и прилагаемъ рисунки замѣча-
тельнѣйшихъ произведеній въ экспозиціи прошлаго
года. Цѣна каждой штради 3 фр. Такимъ образомъ
книга сія удобна для приобрѣшенія всѣмъ художни-
камъ и любителямъ.

55. * Lettres à M. le duc de Blacas d'Aulps, et проч. Письма къ Герцогу Блаказу, касательно Музея Египетскихъ древностей, въ Туринѣ. Письмо 1-е. Парижъ. 1824. in 8. 110 стр.

Драгоцѣнное собраніе Египетскихъ древностей
всякаго рода, приобрѣтенное отъ Г-на Дроветти,
20 лѣтъ бывшаго въ Египтѣ, занимаемъ нынѣ мно-

138

нихъ ученыхъ, и вскъорѣ ожидають подробнаго учёна-
го оному описанія. Г-нъ Шамполліонъ младшій, извѣ-
стный важными опкрытыми въ системѣ іероглифовъ,
занимается нынѣ разборомъ древнѣйшихъ письмен-
чыхъ памятниковъ Египетскихъ въ Туринѣ. Онъ на-
шелъ драгоценные памятники, относящіеся къ Исто-
ріи 17 и 18 династіи Царей Египетскихъ, и опи-
сываетъ ихъ кратко въ своихъ письмахъ къ Герцогу
Блаказу. Надобно ожидать важныхъ слѣдствій для
Египетской Исторіи отъ заңятій сего знаменитаго
ученаго.

56. * — Rapport sur les produits de l'industrie française, et проч. Донесеніе о произведеніяхъ Французской промышленности, представленное отъ судей своихъ произведеній Министру внутреннихъ дѣлъ. Экспозиція 1823 года. Собр. Герикаромъ де Тюри и Миньерономъ. Парижъ. 1824. in 8.

Излишне было-бы говорить о пользѣ, производи-
мой экспозиціями произведеній промышленности въ
Парижѣ. Тамъ, каждый надѣющійся на доскоиншество
своихъ произведеній представляетъ образцы иску-
ства, умѣнья, смѣтливости и изобрѣпашельности;
правительство видитъ и ободряетъ наградами отлич-
нѣйшихъ фабрикантовъ, заводчиковъ, художниковъ и
ремесленинковъ; соотечественники узнаютъ добро-
ту и изящество ихъ произведеній. Какимъ соревно-
ваниемъ одушевляются производители, видно изъ
лого, что въ экспозиціи 1823 года участвовало
около 1200 особъ. Въ описании изложены предметы
экспозиціи подробно, съ означеніемъ именъ и мѣста
имительствъ всѣхъ участвовавшихъ.

57. * — Genealogisch-historisch-statistischer Almanach
auf das Jahr 1824. Генеалогическо-Историческо-

139

Статистикеій Альманахъ на 1824 г. Соч.
Г-на Гасселя. Веймаръ. 1824.

Въ 1817 г. Г-нь Гассель издалъ **Ругную книжку Статистики; Альманахъ его.**, пакже какъ и упомлнушая книжка, назначается не для полнаго изученія Исторіі, Генеалогіі и Стапистики, но какъ небольшое, уютное собраніе замѣчаній по всѣмъ тремъ Наукамъ, полезное для всякаго не имѣющего способовъ собрать огромное количество книгъ, писанныхъ по симъ частямъ. Нѣмецкая Публика приняла шрудъ Г-на Гасселя съ большимъ одобреніемъ, и онъ рѣшился издать въ 1825 году вторую книжку Альманаха.

Можно - бы, кажется, и въ Россіи издать пакой Альманахъ; теперь-же Альманахи въ модѣ. Надобно шолько быть осторожнѣе въ выборѣ матеріаловъ и тогность поставить важнѣйшею обязанностью.

58. * Abriss der Erdbeschreibung und Staatskunde der Schweiz. Нагрѣстаніе географітескаго и политическаго состоянія Швейцаріи. Соч. К. Мейера. Цирихъ. 1824. in 8. 267 стр.

Юный Авторъ заслужил себѣ изданіемъ сей книги большую похвалу. Въ первой Части излагаетъ онъ Исторію, естественное состояніе Швейцаріи, промышленность и иравы сей жителей; во второй, собственно географію, топографію и статистику Швейцаріи. Слогъ Автора ясень и чисть, описанія вѣрны. Кспатаи замѣтить, что иностраннымъ Географамъ всего надежнѣе брать матеріалы изъ сочиненій жителей той земли, которую они описываютъ, ибо вѣроятно, всякой умный Географъ знаешь свое отечество болѣе, нежели другія земли.

140

59. * Dictionnaire des termes appropriés aux arts et aux sciences, et проч. Словарь технистеских словъ, т. е. словъ, употребляемыхъ въ разныхъ Наукахъ и Искуствахъ, собр. Ф. Раймондомъ. Парижъ. 1824. in 4. XXXI и 680 стр.

Необходимость такого Словаря понятна. Есть множество словъ, ко торыя могутъ встрѣшиться всякому читателю, а не всякой читатель Физикъ, Химикъ или Математикъ. Положимъ, что крашкая дефиниція не дастъ полнаго понятія тому, кто не знаетъ предмета, но все, хотя не вцѣнѣ, вразумитъ его. Важную пользу доставляетъ такой Словарь и занимающимся Науками, ибо часто встрѣчается большое затрудненіе въ изложеніи предмета, отъ затрудненія въ выборѣ словъ. Г-нъ Раймондъ собралъ болѣе 3000 техническихъ словъ и присовокупил Ѳще основанія Французской пунктуаціи или теоріі орѣографическихъ знаковъ.

60 + Principes de ponctuation. Основаніе теоріі орѣографитескихъ знаковъ. Соч. А. Фрея. Парижъ. 1824. in 12. VII и 140 стр.

Вотъ книга, совершенно посвященная сему зна- нію, мѣлочному въ глазахъ нѣкошорыхъ людей, но весьма полезному.

Если есть правила для знаковъ въ письмѣ, шо должна быть и Наука, хотя, по мнѣнію многихъ, въ разстановкѣ знаковъ предоставляется каждому полная свобода. Согласимся, что у многихъ почтенныхъ Авторовъ находимъ нѣкоторую разность въ употребленіи знаковъ, но если правду говоришъ Монтескьё, что законы, въ обширнѣйшемъ значеніи, суть необходимыя отношения вещей, происходящія изъ природы ихъ: то на все должны быть, по

141

крайней мѣрѣ, общіе законы. Замѣтимъ между про-
чимъ, что чѣмъ опытнѣе писатель, тѣмъ проспѣе
у него разстановка знаковъ: мире, восклицатель-
ныя, запяпыя съ однимъ и двумя мире, все равно,
какъ изобилѣе словъ курсивомъ напечатанныхъ, дока-
зываютъ неопышность писателя, которому кажет-
ся, что безъ сихъ орѣографическихъ прилагатель-
ныхъ никакъ не уразумѣютъ выразительности его
словъ. Желательно, чтобы кто нибудь изъ нашихъ
соотечественниковъ, ошказавшись хотя ошъ Поэзіи,
занялся составленіемъ полнаго изложенія правилъ
пунктуаціи Русской — для корректоровъ Русскихъ,
ибо мы никакъ не осмѣливаемся сомнѣваться, что
всѣ до одного поэты и прозаики Русскіе безъ за-
трудненій управляются съ знаками препинаній, во-
склицаній, вопрошеній и проч. Издатель Французской
книги, посѣдѣлый факіпоръ — корректоръ типографіи.
Вошь что говорить при семъ случаѣ Французскіе
крипики : »Къ несчастію, съ тѣхъ поръ, какъ всѣ
начали писать, примѣтно уменьшилось число хоро-
шихъ корректоровъ, людей не славныхъ, но истин-
но полезныхъ. Кто могъ-бы быть хорошимъ кор-
ректоромъ, дѣлается нынѣ дурнымъ писателемъ, и
большая часть книгъ вновь печатанныхъ доказываютъ
сію печальную истину.«

61. * Recherches geographiques sur l'Afrique centrale.
Географигескія разысканія о внутренней Афри-
кѣ, извлеченныя изъ Эдризи и Леона Африканскаго.
Соч. Г-на Латрейля. Парижъ. 1824. in 8. 30 стр.

Авторъ, извѣстный многими Историческо-Гео-
графическими сочиненіями, извлекъ изъ сочиненій
Леона и Эдризи множество замѣчаній, и соображая

142

оныя сь новѣйшими открытіями, предлагаетъ важныя
поправки и соображенія касательно положенія мѣстъ
въ срединѣ Африки. Сочиненіе его, предварительно
членанное во Французской Академіи Наукъ, заслужило
вниманіе ученыхъ Членовъ.

62. * Narrative of the adventures of J. Jewitt. Повѣстиваніе о приклюгсніяхъ Дж. Джевитта. Лондонъ. 1824 in 12.

Джевиттъ, спасшійся во время разбитія кораб
ля Бостона, подлѣ береговъ Нутки, былъ захваченъ
Американцами. Онъ описываетъ бѣдствія, имъ пре
терпѣнныя, и нравы дикихъ весьма занимашельно.

63. * Travels in Brazil. Путешествіе въ Бразилію, продолжавшееся сь 1817 по 1820 годъ, Доктор. Спикса и Марціуса. Лондонъ. 1824 2. Т. in 8.

Путешествіе 1-дъ Спикса и Марціуса принад-
лежитъ къ числу важнѣйшихъ путешествій, совер-
шенныхъ въ наше время. Они посланы были Бацар-
скимъ Королемъ для собрания Бразильскихъ произве-
деній, и исполнили сіе препорученіе такъ удачно,
что для привезенныхъ ими рѣдкостей учрежденъ
особенный Бразильскій Музей. Они описали Брази-
лію отъ 24 град. сѣв. шир. до экватора и проѣхали
болѣе 1000 миль къ западу во внутренность земли,
особенно рѣкою Амазоною. Донынѣ не было еще
издано полнаго описанія ихъ путешествія и при-
обрѣтеній.

143

Современная Русская Литтература.

9. Краткая История Государства Российскаго для нагинающихъ, изданная по руководству номъ вѣйшихъ Отечественныхъ Историковъ Иларюномъ Васильевымъ. М. въ Ун. Тип. 1825. in 16. 95 стр.

»Смѣло можно сказать, что мы до сихъ поръ не имѣемъ такой Исторіи, которая, при всевозможной краткости, заключала-бы до нынѣшняго года всѣ великія событія нашегоъ Отечества и не была-бы наполнена произшествіями неважными, мѣлотными" — говоритъ Авторъ. Не знаемъ, что онъ разумѣетъ подъ всевозможною краткостью, и увеличиваємъ ли достоиншво его Исторіи тѣмъ, что е строчкахъ въ 40 описана Исторія послѣдняго десятилетія, но знаемъ, что Исторія крашкая, изд. П. М. Строевымъ, очень хорошая учебная книжка, не говоря уже о краткой Исторіи Г-на Эверса; знаемъ и то, что легко было Г-ну Васильеву сочинить Исторію, но не легко по ней выучиться: онъ выбралъ Хронологическую роспись Государей изъ Исторіи Карамзина, назвалъ эту роспись Исторіей, надѣлавши кое-гдѣ ошибокъ, и напечаталъ ее. Но почему же въ заглавіи сказано: по руковод. новѣшихъ отетественныхъ Историковъ? Не знаемъ, и не знаемъ даже и того, что это за новѣшіе Историки? Послѣ вступленія на 4 стр. начинаю-ся царствованія Великихъ Князей, описываемыя въ 10, 20, 30 строчкахъ. Нѣмъ ни раздѣленія, ни замѣчаній и никакихъ общихъ взглядовъ, обыкновенно бывающихъ въ учебныхъ книгахъ: видно, все это показалось Автору неважнымъ, мѣлотнымъ. Нѣчего

144

дѣлапіь, а можно сказать, что всевозможная краткосыль небольшое достоинство учебной книги, если къ пему не присовокуплено какое-нибудь другое достоинство посущественнѣе.

10. Das Lied von Heereszuge Igors, Sohnes Swätosławs, Enkels Olegs, и проч. Пъснь о походѣ Игоря, сына Святославова, внука Олегова. Съ Славянскаго спихами перевельъ, съ прибавленіемъ исторіи подлинника, пъсни, историческихъ и критическихъ замѣчаній изд. Пасторь Зедергольмъ. Москва. 1825 г. in 8. Х и 64 стр.

Пъснь о походѣ Игоря на Половцовъ — единственный до-нынѣ памятникъ древнѣйшей нашей Поэзіи, извѣстна уже Нѣмцамъ изъ переводовъ въ прозѣ. Г. Зедергольмъ перевельъ пъснь сію спихами. Не можемъ судить о поэтическомъ достоинствѣ перевода, и намъ кажется, что даже переводить пъснь Игореву спихами не должно-бъ было, шакъ какъ не должно переводить Русскими спихами какого-нибудь Нѣмецкаго Niebelungen; ибо, не говоря уже объ иностранныхъ, и въ Русскихъ переводахъ спихами Игорева пъснь перяетъ всю своесущность, всѣ особенности, ее отличающія. Впрочемъ, переводъ Г-на Зедергольма, по возможности, вѣренъ. Съ удовольствіемъ скажемъ, что почпенный переводчикъ заслуживаетъ благодарность за разныя приложения и замѣчанія. Сначала прилагаетъ онъ исторію подлинника Пъсни Игоревой, изданій оной, разныхъ сочиненій, писанныхъ для объясненія, и преложеній на Русскій и другіе языки. За тѣмъ слѣдующъ извлечения изъ Исторіи Гос. Российскаго (Н. М. Карамзина) — о пропзшесвіяхъ, послужившихъ предмете.

145

томъ Пѣсни, и разныя замѣчанія Исторіографа о соб-
держаніи и красонахъ оной. Въ қонцѣ приложены
историческія и другія объясненія темныхъ мѣстъ,
собственныхъ именѣ и намековъ, непонятныхъ ино-
странцу. Г-нъ Зедергольмъ восполѣзовался всѣми за-
мѣчаніями Н. М. Карамзина, К. Ө. Калайдовича и
другихъ особъ, писавшихъ о семъ предметѣ. Жаль,
члю онъ не приложилъ подлинника. Надобно так-
же замѣшипь, чпо мыслѣ его о хореяхъ и дмфи-
брахіяхъ (на стр. 8), будто-бы находящихся въ
Пѣсни Игоря, несправедлива. Два зашруднипельныя
мѣста, кошорыя до-нынѣ не могутъ хорошо изъя-
снипь наши Археологи, ш. е. первое, гдѣ послѣ
обращенія къ Князьямъ Рюрику и Давиду сказано :
къ рози нося имъ хоботы пашуть, копіа поютъ
на Дунай; второе: Рекъ Боянъ и ходы на Святъ-
славля пѣстворца стараго времени Ярославля
Ольгова Коганя хоти, Г-нъ Зедергольмъ переводить
такъ: но имъ рогоносящія животныя пашуть
тугныя поля и Дунай постѣ славу стрѣлъ ихъ—
Боянъ пѣлѣ походы Святослава, воспѣлѣ пѣснопѣ-
вецъ древнихъ временъ походы Ярослава и Олега
противъ Хана. Въ примѣчаніяхъ онъ доказываемъ
правильность своего чипенія, но неудовлетворитель-
но. Искренно желаемъ, чтобы Г-нъ Зедергольмъ
продолжалъ свои занятія въ Русской Литтературѣ.

11. Choix des quatrains moraux. Выборъ нравоуги-
тельныхъ гетыре-стишій. Москва. 1825. n 16.
бо стр.

Въ атой книжкѣ собрано 112 четырестишій,
содержащихъ нравоучительныя, приговорленныя

146

къ понятно дѣтей мысли. Съ пользою можно упош-
реблять сіе собраніе при обученіи дѣтей Француз-
скому языку.

IV. ИЗВѣСТІЯ и СМѣСЬ.

Мысли и замѣганія.

Часто порывъ къ высокому принима-
ютъ за чувство высокое; но порывы сіи
похожи на Французскіе духи: ихъ запахъ
вылетаетъ и остается ни къ чему не-
годная жидкость.

*

Предметы вдали являются намъ въ
меньшемъ видѣ и растутъ по мѣрѣ при-
ближенія къ нимъ; съ людьми бываешь про-
тивное: издали они велики; вблизи, мно-
гіе — почти непримѣтны.

*

Добродѣшли, подобно языкамъ, раздѣ-
ляющел на древнія-мершвыя и живыя-но-
вѣйшія. Герои Плушарха погибли съ ихъ
языкомъ, и если-бы одинъ изъ нихъ явиł-
ся нынѣ, его почли-бы за актера, бѣжав-
шаго со сцены.

*

Деньги, самое многотрудное друже-
ство: цѣлый вѣкъ ихъ щемъ, съ тру-
домъ находимъ — и на другой день онъ
измѣняють.

*

147

Самые корыстолюбивые и докучные
кредишоры — благодѣтели.

*

Люди дѣловые (и въ большомъ и вѣ
маломъ видѣ) имѣютъ сходство съ реме-
сленниками: часто весьма плохой мастеръ
обязанъ свою знаменитостью — иску-
сиву своего подмастерья.

*

Людей, исполненныхъ высокимъ чув-
ствомъ, мало: они на свѣшѣ какъ чуже-
странцы, они имѣютъ другія желанія, —
цѣль жизни ихъ иная, они говорятъ другимъ
языкомъ и ихъ немногіе понимаешь.

*

Какъ взыскашельны эрители въ теаш-
рѣ, какъ строго судятъ они игру актеровъ!
Незнаніе роли, дурная игра, невѣжество,
напѣвная дикція возбуждающі негодованіе,
шумъ, свисѣть; но какъ снисходительны
шѣ же самые эрители къ актерамъ боль-
шаго свѣта! Сколько дурныхъ, безталаннѣ-
ныхъ являющихся на сценѣ въ роляхъ, имъ
несвойственныхъ, прошивоположныхъ, и
эрители терпѣть ихъ, рукоплескающіе
имъ, восхищающіе. . . .

ZZ.

Ч. ІІ. No 6.

i

148

Догадки о пригинь урагановъ, бывшихъ въ Ноябрь, 1824 года на Съверныхъ моряхъ.

Необычайныя бури и произошедшія ошь пого наводненія, такъ страшно означеновавшія на сѣверѣ Европы первые дни Ноября мѣсяца прошедшаго года и наводнившія Петербургъ и его окрестности, занимаютъ нынѣ многихъ ученыхъ и наблюдателей, спарающихся изыскать причины сихъ необыкновенныхъ явленій.

Представляемъ читателямъ нашимъ краткій обзоръ пого, что намъ известно, и послѣ скажемъ мнѣнія о причинахъ онаго.

По всѣмъ свѣденіямъ ураганъ начался около береговъ Англіи и Голландіи, вскоблебалъ волны Сѣвернаго моря, разрушилъ множество кораблей при сѣверныхъ бере-тахъ Ютрандіи и стремительно ринулся мимо Готтенбурга и Сшокгольма, безпрестанно усиливаясь, ошь Юго-Запада къ Съверо-Востоку.

13 го и 14 го Ноября (по н. с.) въ Сшок-тольмѣ баромешръ упалъ такъ низко, какъ никто не запомнитъ: онъ былъ ниже точ-ки, замѣченной во время памятнаго Мес-синскаго землетрясенія въ 1783 году; въ слѣдующіе дни небо было мрачно и пого-да безпрестанно перемѣнялась.

Въ ночи съ 18 го на 19 е число поднялась невиданная, страшная буря. Вѣтръ

145

срывалъ корабли съ лкорей и билъ ихъ съ
жесшохостью одинъ о другой. Съ мно-
жества домовъ были сброшены крыши и
дороги покрылись деревами, вырванными съ
корнемъ. Шестнадцати-аршинный пласпъ
съ крыши дворца Принцессы Софіи Албер-
тины былъ вырванъ и унесенъ на площадь
Густава Адольфа.

Около 25 судовъ, стоявшихъ близъ мо-
сха Мюнброна, на озерѣ Меларѣ, вмѣстѣ
съ мосломъ были разнесены и потонули.

Съ равною жестокостію свирѣпствов-
валъ ураганъ съ 18 на 19 ч. въ Голтенбур-
гѣ, Выборгѣ и Удеваллѣ.

Въ Удеваллѣ вода поднялась восмью
футами выше самаго большаго своего воз-
вышенія и стремленіе ея было такъ бы-
стро, что многіе не успѣли спастись. Въ
высокихъ частяхъ города цѣлые домы бы-
ли снесены и нѣкоторые корабли найде-
ны на берегу за 4000 футовъ отъ лкор-
наго своего мѣста. Одинъ корабль въ 150
тоннѣ остановился и обмѣлѣлъ посреди
улицы.

Въ Христіаніи, 18 числа, въ 7 часовъ
вечера, воды Фіорда съ удивительною бы-
строю поднялись болѣе нежели на три
аршина прошивъ обыкновенной своей по-
верхности. Онѣ причинили ужасное опу-
стошеніе. Но скоро опустились ниже обык-
новенной мѣры, и на другой день опять
стремительно возвысились, такъ что мно-

I 2

150

тіе ожидали новаго наводненія. Въ низкихъ
мѣстахъ города, какъ-то въ предмѣстіяхъ
Ватерландъ и Лирдингенъ, вода досигала
даже до верхнихъ эпажей.

Опустошенія сіи ужасны, но въ Пе-
шербургѣ страшный ураганъ, кажется,
истощилъ всю свою яросшь.

Съ 18го ч. (н. с.) начался сильный
юго-западный вѣтеръ, а въ 9 часовъ уп-
ра, 19 ч., при ужасной бурѣ, почти весь го-
родъ, кромѣ немногихъ высокихъ мѣстъ,
потопленъ водою, которая пошла на
убыль въ 3 часу, при переменѣ вѣтра къ
Югу (*). . .

Причины сего опустошительнаго яв-
ленія не могутъ быть изъяснены досто-
вѣрно, неоспоримо. Теперь мнѣнія уче-
ныхъ раздѣлены надвое. Одни предпола-
гаютъ, что ураганъ, двинувши всю уси-
ленную массу водъ Балтійскаго моря въ
Финскій заливъ, необходимо заставиль ее,
ударившись о воспочный берегъ сего за-
лива, хлынуть въ Неву. Эпо мнѣніе со-
гласно со всѣми извѣстіями, полученными

(*) И въ Петербургѣ за недѣлю до наводненія замѣ-
тили пониженіе барометра какого не видано было
болѣе 30 лѣтъ: это предвѣщало что нибудь необык-
новенное въ природѣ. Въ 1777 г. вода поднималась
въ Петербургѣ на 9 ф. 11 д. Нынѣ была она 1¼
арш. выше. См. Отеч. Записки, 1824 г. Ноябрь. —

Прим. Изд.

151

изъ Россія, но едва-ли достовѣрно, если
подумаемъ о невозможності такой необы-
чайной силы вѣтра? Другое мнѣніе, при-
писывающее сіе необыкновенное движеніе
моря какой нибудь подземной перемѣнѣ,
кажется намъ достовѣрнѣе. Оно объясня-
ешь даже наводненія, бывшія не только на
полосѣ урагана, но и на берегахъ Рейна и
многихъ рѣк въ Германіи и самую продол-
жительность урагана.

Это мнѣніе подтверждають всѣ по-
слѣдствія. Быстрое возвышеніе и пони-
женіе водъ Фіорда, въ Христіаніи, новые
источники, открывшіеся при верхнемъ и
нижнемъ Рейнѣ, во многихъ мѣстахъ, гдѣ
ихъ не было, провалы земли, землетря-
сеніе, хотя и легкое, которое чувствова-
ли въ Поршесмушѣ и на Альпахъ, волкани-
ческое изверженіе Доннерсберга, гдѣ въ
первый разъ показалось пламя и пепелъ,
словомъ — всѣ случаи, замѣченные въ одно
время въ мѣстахъ, сопредѣльныхъ навод-
ненію, доказывають, что сей необыкно-
венный феноменъ есть слѣдствіе одной и
той-же перемѣны во внутренности зем-
ли, потрясшей всю сѣверо-восточную
чась Европы.

(Извѣ Фр. Жур.)

152

Отечественныя извъстія.

Говоря о лекціяхъ Парижскаго Профессора Г-на
Дюпея, мы упомянули (Тел. № 2), что и въ Мо-
сквѣ предполагаетъ одинъ изъ Г-дъ Профессоровъ
Московскаго Университета открыть Курсъ Науки
Сельскаго Хозяйства. Сія надежда благонамѣренныхъ
любителей отечественнаго просвѣщенія исполнилась.
Съ 18 го Февраля, Г-нъ Профессоръ Минералогіи и
Сельскаго Домоводства и Директоръ Земледѣльческой
Школы, учрежденной отъ Московскаго Общества
Сельскаго Хозяйсшва, М. Г. Павловъ, ошкрылъ пуб-
личныя чшенія въ залѣ собранія Общества и продолж-
жаль оныя по два раза въ недѣлю.

Намъ кажется, что учрежденіе публичныхъ
чтеній для любителей, полезно не менѣе учрежденія
училищъ для юношества. Во всѣхъ почти странахъ
Европы заведены Аөенеи, гдѣ читаются курсы На-
укъ, общихъ для Публики просвѣщенной. Въ Пари-
жѣ чтенія въ Аөенеѣ составляющі одно изъ люби-
мыхъ занятій Публики. Пожелаемъ, чтобы и у насъ
полюбили такое полезное препровожденіе времени,
чтобы Публика наша получила вкусъ къ оному и
чтобы юноши Русскіе перестали думать, что съ
оставленіемъ училищъ надобно оставлять и ученіе.
Въ чтеніяхъ для Публики всего болѣе можно привлечь
вниманіе слушателей на Науки, ибо Профессоръ за-
нимаетъ ихъ важнѣйшими предметами, оставляя всѣ
подробности и представляя только сущность Наукъ,
Публика многочисленная и блестящая собиралась на
чтенія Г-на Павлова. Общий судь оцдаетъ справед-
ливую похвалу поченному Профессору.

153

Предметъ его чтеній былъ штѣмъ любопытнѣе,
что многіе у насъ ни какъ не могутъ увѣриться,
что Сельское Хозяйство есть Наука, которой мо-
жно и должно учиться систематически, и почита-
ють сіе знаніе единственно собраніемъ правилъ, ко-
торыя узнаются практикою. Общество Сельска-
го Хозяйства блестящими подвигами своими и учреж-
деніемъ Земледѣльческой Школы, кажется, разрушаетъ
сіе ложное предубѣжденіе; штѣмъ не менѣе Г-нъ Пав-
ловъ почель нужнымъ начать свой Курсъ доказа-
тельствами, что Сельское Хозяйство точно должно
быть разсматриваемо, какъ систематическая Наука.
Изложивъ доказашельствва кратко и ясно, Г-нъ Пав-
ловъ обратилъ вниманіе слушателей на возраженія
людей, ошвергающихъ существованіе сей Науки, воз-
раженія, къ сожалѣнію, слышимыя еще въ Россіи.

»Естъ и другіе способы изученія Сельскаго Хо-
зяйства« (т. е. кромѣ систематическаго, правильна-
го) сказалъ онъ — »но сіи способы недостаточны.

»Первое состоять въ наглядной привычкѣ къ
способамъ производить сельскія работы и въ наблю-
деніи времени, когда изъ нихъ одинъ и когда другія
должны быть совершаемы.

»Хозяинъ, по сему способу образованный, въ
кругѣ занятій своихъ движется машинально, безъ
всякаго разсужденія о дѣлѣ и безъ стремленія къ даль-
нѣйшему совершенству, столько естественнаго че-
ловѣку; С. Хозяйство при такомъ состояніи вещей
остается въ одномъ положеніи чрезъ цѣлыя столѣ-
тія, между штѣмъ какъ прочія Искуства идутъ къ
совершенству.

»Второй способ состоять въ заимствованіи
яудыхъ правилъ и въ навычкѣ приводить ихъ въ дѣй-

154.

ешьвіе. Но поелику различіе почвъ, климатовъ и другихъ мѣстныхъ обстоятельствъ требуетъ и различныхъ правилъ, то лесно, что хозяинъ, образовавшійся по вворому способу, предпринимая хозяйство свое устроивать по извѣстнымъ образцамъ, скорѣе можешь испорить дѣло, нежели поправить оное.

»Жалко, что многіе сей способъ ученія, по не-
знанію, принимаютъ за Науку и чрезъ то дѣлаются
ея порицателями. Наука С. Х. отъ повсюдныхъ пра-
вилъ, опредѣленныхъ на каждый часшный случай, рав-
но какъ Медицина ошъ всеобщаго лѣкарства, рѣши-
тельно отказывается; она предлагаетъ свои прави-
ла, подобно Алгебрѣ, въ видѣ общихъ формуль, по-
мощію коихъ можно раздѣлить всѣ вѣстрѣчающиеся
частные случаи. Хозяинъ, Наукою образоваўшійся, къ
частию му случаю приступить не съ готовыми пра-
видами, но съ свѣденіями, помощью коихъ сославшій
правила на мѣстѣ дѣла: онъ въ полѣ своемъ не вве-
деть безъ разсужденія ни Мекленбургской, ни Нор-
фолкской системы, но введешь такую, кооторая
прилична почвѣ его земли, климату и другимъ мѣ-
стнымъ обстоятельствамъ, словомъ: С. Х. тогда
щолько въ состояніи дѣлать вѣрные и значительные
успѣхи, когда разшоргнувъ узы рабскаго подражанія,
является на сцѣ своей подъ руководствомъ
Науки. Свидѣтельствомъ тому служашь цѣлыя Го-
сударства.

»Однако жъ могутъ возразить: „А для простояниновъ, сихъ производителей С. Х — ва, систематическое учение своему дѣлу не возможно. Къ чемужъ и Наука? Какъ она полезною быть можешь?"

Архитектура у насъ въ короткое время сдѣ-
лала ближайшие усѣхи: многими зданіями мо-

155

жемъ уже гордиться предъ иностранцами. Ктожь
пому причиною? Не уже-ли это плодъ трудолюбія
каменьщиковъ, плошниковъ, столарей, кузнецовъ и
слесарей? Они дѣйствующъ по направленію дру-
гихъ: они камнями, деревомъ и мешалломъ осуще-
ствляющільльо умственныя линіи и фигуры, по-
раждающіяся въ головѣ Архитектора, образованнаго
Наукою. Очевидно, что Архитектура, какъ Наука,
полезна, а каменьщики, плошники и другіе произво-
дители объ ней и понятія не имѣющі.

»Такъ можешь быть полезною и Наука Сельскаго
Хозяйства, даже въ то время, когда главные произво-
дишели дѣла объ ней и понятія имѣть не будутъ:
полезное Науки вліяніе можешь на нихъ распостра-
ниться посредствомъ тѣхъ, кощорые, бывъ озаре-
ны свѣтомъ ея, тѣмъ или другимъ образомъ могутъ
давать направленіе ихъ дѣйствіямъ, а таковыми мо-
гутъ быть всѣ образованные люди вообще: по сему-
то Наука сія сдѣлалась предметомъ прецодаванія въ
высшихъ училищахъ и заслуживаецъ вниманіе про-
свѣщенной Публики.“ ...

Такими ясными доказашельствами убѣдивъ въ
истинѣ своего мнѣнія, Г - нъ Павловъ расположилъ
всю Науку Сельскаго Хозяйства слѣдующимъ образомъ:

I. Вещества, изъ коихъ состоять Физиге-
скій міръ вообще: 1. Простыя: газы, вещества
землистыя, мешаллоиды, металлы. 2. Сложныя:
воздухъ, вода, земли, щелочи, окиси металловъ,
кислошы, соли. II. Вещества, изъ коихъ состоять:
почвы земли, шѣла расплѣній, шѣла животныхъ. ІІІ.
Силы, дѣйствующія въ Физигескомъ мірѣ: свѣтъ
и неплота, магницизмъ, электричество, галва-

156

низмь. IV. Строеніе растѣній: системы, органы, V. Физіологія растѣній: 1. Ябленія произрастаній: въ периодѣ прозябенія, въ периодѣ развішія, въ периодѣ цвѣтенія, въ периодѣ плодотворенія. 2. Условія произрастанія: пищательныя вещества, аммосферныя вліянія, содѣйствіе почвы. 3. Форма или кагество растительнаго процесса. VI. Землеудобреніе: поправленіе почвъ, утучненіе почвъ, возбуждение почвъ. VII. Паханіе: цѣль нараго, способъ къ достиженію цѣли, правила. VIII. Общее хлѣбопашество: посѣвъ, присмошръ во время произрастанія, съемъ. IX. Системы хозяйства: полевая, выгонная, плодоперемѣнный. Х. Нагала хлѣбопашества и пр. мѣтеніе къ онымъ разныхъ системъ Хозяйства. ХІ. Содержаніе между хлѣбопашествомъ и скотоводствомъ. ХІІ. Управленія хозяйствомъ.

Пожелаемъ, чтобы Г-нъ Павловъ напечашалъ свой Курсъ Науки Сельскаго Хозяйства. Немногіе, и только жители Москвы, могли пользоваться его чпеніями, но вѣрояшно каждый сельский хозяинъ или помѣщикъ и въ Малой и въ Сѣверной Россіи покажелашь имѣть такую книгу, гдѣ излагается предметъ, для каждого изъ нихъ любоцый, важный и мовый.

## Иностранныя известія.

Въ Нью-Іоркѣ, съ 1825 года, будутъ открывы публичныя чпенія, подъ именемъ Авенел. Въ программѣ назначено 16 различныхъ курсовъ, между прочимъ курсъ — Френологіи, или Науки о мозгѣ, по системѣ Д. Галля, Востокной литте-

157

ратуры и Грегеской литтературы. Подписчиковъ, вскорѣ по объявленіи, оказалось 59. Общество, учреждающее Авеней, предполагаетъ со временемъ составить библиотеку и прочія ученія пособія: при быстрыхъ успѣхахъ просвѣщенія въ Сѣверныхъ Штатахъ это оказывается дѣломъ возможнымъ.

Въ пещерѣ, находящейся въ Англіи въ Графствѣ Соммерсетскомъ, подлѣ Баувеля, открыты кости разныхъ животныхъ, какъ то: быковъ, воловъ, медвѣдей, оленей и между прочимъ зубы, позвоночныя и бедренныя кости огромной ящерицы, по всѣмъ признакамъ принадлежащей къ роду Игуановъ Барбадскихъ. Г-нъ Мантелль, сдѣлавшій сіе важное для Наукъ открышіе, объщаетъ издать подробное описание.

Употребленіе чугуна въ замѣну дерева и камня, нынѣ повсемѣстно. Изъ чугуна строятъ мосты, дороги; шеперь въ Ливерпулѣ предполагаютъ построеніе церкви, въ которой столбы, своды, окна, двери и каоверха будутъ изъ чугуна.

Пишутъ, что гидравлическій прессъ, въ Англіи употребленъ былъ для весьма важнаго дѣла. Крышку, простирающиеся на 30 метровъ въ длину, 10 въ ширину и тяжестью превосходящую 160 тысячъ функовъ, на одной фабрикѣ, въ Графствѣ Іоркскомъ въ Бинглеѣ, подняли на 8 дюймовъ во всю ея величину, начали класть новый эпажъ, и по мѣрѣ кладки поднимая болѣе и болѣе крышку, наконецъ успѣшно кочили строеніе, безъ всякаго поврежденія крыши.

158

такъ что ни одна черепица не свалилась при семъ трудномъ дѣлѣ.

*

По достовѣрнымъ извѣстіямъ, число писемъ, отправляемыхъ во Франціи на почтѣ, простирается въ годъ до 110 миллионовъ, комѣ Журналовъ и Газетѣ, коморыхъ ежедневно изъ Парижа отправляется во всѣ мѣсты до 25 тысячъ листовъ. Писемъ изъ Парижа ежедневно отправляющіе во всѣ мѣсты до 40 тысячъ, получають отвсюду до 30 тысячъ.

*

Стулли, ученый Ишаліянецъ, издалъ книгу (въ Рагузѣ, 1823 г.) о необыкновенномъ явленіи природы, бывшемъ на островѣ Меледѣ. Марта 20, 1822 г., въ Бабинополѣ, деревнѣ, находящейся на островѣ Меледѣ, услышали странные звуки, которые сначала почли пушечною пальбою, но послѣ удосковѣрились, что это произходитъ подъ землею: звуки, болѣе или менѣе сильные, продолжались два мѣсяца, иногда въ одинъ децѣ насчитывали до 30 ударовъ, и штоль сильныхъ, что двери и окна домовъ дрожали. Звуки сіи постепенно ощдалялись, и наконецъ совершенно сдѣлались неслышны. Ихъ приписываять однакожъ не волканическимъ разрывамъ, но воспаленію газа во внутренности земли; впрочемъ 7 Августа, 1823 г., было на островѣ Меледѣ и сильное землетрясеніе, продолжавшееся болѣе 20 минутъ (*).

*

(*) Острожъ Меледа, припадлежащій къ Австрійской Далмāціі, находится на Ардriатическомъ морѣ и прочнѣнется къ Рагузской области. Онъ изобилуетъ виномъ, масломъ и плодами, гористъ и населенъ. Греками и Славянскими народами. Самое назваціе Babinopolie (Бабьино полѣ) естъ Славянсковъ.

159

Г-нъ Карабёфъ въ сочиненіи своемъ (о кото-
ромъ съ большимъ уваженіемъ оціозвался Баронъ Фе-
рюсакъ въ Географическомъ Парижскомъ Обществѣ)
доказалъ, что вопреки нѣкоторымъ новѣйшимъ измѣ-
реніямъ, по его измѣренію Монгъ - Бланъ есть вы-
сочайшая изъ всѣхъ Европейскихъ и Щвейцарскихъ
горъ. Вотъ мѣра, имъ выведенная:

Монгъ - Бланъ — 4814 м. 2.

Монгъ - Роя — 4636. — 5.

— — Изеранъ — 4045 —

— — Визо — 3.36 —

Рошь-Мелонъ — 3526 —

*

Въ прошломъ году, въ Норвегіи появились три
новые журнала: Зритель. Сынъ отегества и До-
зоръ Съ нового года въ Копенгагенѣ поздается на
Французскомъ языкѣ новый журналъ : Messager du
Nord.

*

Берлинская Академія Наукъ предложила слѣдую-
щую задачу: »Опредѣлить свойства образованія Эш-
русковъ, вообще, и частно касательно обществен-
ной жизни, также степень совершенства, на коiorой
маходились Науки и Искуства у сего замѣчатель-
наго народа.« — Академія требуетъ, чтобы въ рѣ-
шении не помѣщались отвлеченные гипотезы и эми-
мологическія мечтания, также въ разсужденіи вѣры
Этрусковъ не выводимы были слѣдствія по изображе-
ніямъ памятниковъ, ибо опыя бывають часто невр-
ны, а включались только такія, которыя составлены
по личнымъ обозрѣніямъ памятниковъ.“— Срокъ при-

160

сылки рѣшений 31 Марта, 1826 г. Награда — 50 червонцовъ.

*

Книгопродавецъ Фоссъ, въ Берлинѣ, издаетъ полное собраніе Сочиненій Лессинга, въ 34 томахъ. Подписная цѣна 11 рейхсталеровъ. Первый томъ выйдетъ на Пасхѣ сего года.

*

Извѣстный Женевскій Механикъ Тейльферъ изо-
брѣшшій уже механическую ногу, на которой чело-
вѣкъ, лишенный природной ноги, свободно ходить,
бѣгаетъ, всходить на лѣстницу и сходить съ
лѣстницы, сдѣлалъ для одного молодаго крестьянина
въ, Пеи-де-Во, Самуила Тесшюза, у кошораго отня-
ша была часть лѣвой руки, желѣзный цилиндръ
съ разными пружинами, замѣняющими пальцы, тапкъ
что Тесшюзъ: можешь заниматься рабочими въ вино-
градникѣ и свободно дѣйствовать ножемъ и вилкою.
Теперь Г-нъ Тайльферъ занимается изобрѣшеніемъ
машины, кошорая замѣнила-бы всю руку вообще.
Бреге сдѣлалъ уже нѣкогда что-шо подобное. Кста-
ти вспомнилъ о:Севастіянѣ Труше, славномъ меха-
никѣ своего времени: одинъ Шведскій Офицеръ на-
рочно приѣхалъ къ нему и просилъ замѣнить маши-
июю обѣ руки, оторванные ядромъ. Труше заруд-
нился задачею, думаль, и наконецъ выдумаль, но
между тѣмъ Офицеръ тапкъ привыкъ быть безъ рукъ,
что недождавшись окончанія машны, отказался и
уѣхалъ.

*

Въ Англии печатается въ 4 Томахъ, Пуше-
шествіе Капитана Юанафана Вашингтона Муггса, въ

161

Томбукто — книга любопытная! Кажется, никакие разсказы Марка Павла и прочихъ путешественниковъ о диковинкахъ, ими видѣнныхъ, не сравнялся съ разсказами Г-на Муггса. Вирочемъ, Г-нъ Муггсъ давно уже славится чудесами, имъ видѣнными. Помните-ли о морской змѣѣ, коморая обхватила корабль и ушопила-бы его, если-бы догадливый Капитанъ не вздумалъ высшрѣлить изъ пушки, и такъ ловко, что ядро попало въ лѣвый глазъ змѣи и чудовище ушло въ воду? Эшотъ Капитанъ былъ Г-нъ Муггсъ! Послѣ, корабль его разбился при берегахъ Африки, товарищей его сдѣлали рабами, а его, какъ знающаго языкъ Томбуктской (ибо мать его была родомъ изъ Африки и именно изъ Томбукшо), почли Африканцомъ и съ подорожною отпустили гулять по Африкѣ. Какихъ чудесъ не видалъ Г-нъ Муггсъ! Ганномъ поймаль шамъ нѣкогда двухъ человѣкъ волосатыхъ — Г-нъ Муггсъ видѣлъ цѣлый шакой народъ! Кто-то изъ древнихъ пithешъ о горящихъ рѣкахъ вѣ Африкѣ — Г-нъ Муггсъ нашелъ долину между горами, въ кошорыхъ множество свинцовой руды: жаръ былъ такъ безмѣренъ, что ршуть изъ мермометра вылетѣла на воздухъ, а свинецъ въ горахъ разтопился, вытекъ изъ горъ и составилось дѣлое озеро: при малѣйшемъ вѣтеркѣ, свинцовые валы его (безъ всякихъ риторическихъ фигуръ) плескались. Множество саламандръ живушъ въ озерѣ; ихъ ловятъ жипели, приманивая горящими угольями. Помните-ли Назамона, который, какъ увѣряющъ древніе, прошелъ во внешренность Африки изъ Киринеи, нашелъ большую рѣку, исполненную крокодилами, и на берегу поставилъ надпись, кошорою предостерегалъ будущихъ путешественниковъ: Г-нъ Муггсъ такъ былъ счасшливъ, что и надпись

ПРИБАВЛЕНІЕ
КЪ МОСКОВСКОМУ ТЕЛЕГРАФУ.

Il pique et il peint. Montaigne.

СОВРЕМЕННЫЕ НРАВЫ.

Первый выездъ на балъ.

„Иголку, нитку!“ — и весь домъ въ тревогѣ. Бабушка бранился, маменька поблѣднѣла, Наташа передъ трехъ-аршиннымъ зеркаломъ, въ слезахъ, а изъ рукъ испуганной служанки посыпались булавки.

Что дѣлать — такова судьба дѣвушекъ! Часто
Омъ одной лишней складки на платьѣ зависишь ихъ
успѣхъ въ свѣтѣ. . .

„Ножницы!“ провозгласила бабушка — „ножни-
цы!“ повторила мачушка „ножницы!“ раздалось по
всѣмъ угламъ дома, и опытныя родственницы рѣ-
жутъ, пришпиливаютъ, шьютъ, подшиваютъ, и изъ
Наташинаго длиннаго платья сдѣлалось платьице...

Наташъ исполнилось шестнадцать лѣтъ — съ
обыкновенными учетами, вычетами и снисходитель-
ными выкладками малопамятныхъ старушекъ. Нѣ-
чего думать! Наташъ пора видѣть свѣтѣ. Наташъ
пора завиваться. Съ утра послали за парикмахе-
ромъ, съ утра нахали петушки и давно завитыя
кузины для важнаго семейнаго совѣта. Артисень
явился, систематически разставилъ помаду и ду-
хи, разложилъ разнообразныя щеточки и гребенки,
фальшивыя косы и букли. Усадили Наташу. За-
волновались, зашумѣли совѣтницы, разбирая кипу
рисованныхъ головокъ, привезенныхъ въ портфели
угодникомъ парикмахеромъ. . . Тушь оживились вос-

Къ No 6.

6

94

поминанія и каждая въ рисункѣ по своему вкусу,
въ знакомой прическѣ, увидѣла давно-прошедшее.
Одна выхваляла приборъ головы à la Sevigné, другая
à la Ninon, трепшья тяжко вздохнула надъ уборомъ
à la Semiramis. Долго не совершился-бы надъ забыпою
Наташей приговоръ, еслибъ образованный парикма-
херъ съ язвицелью улыбкой не разбудиль мечта-
шельницъ, разкинувъ по плечамъ красавицы длинную
шелковую ея косу. Не смочря на то, оскорбленная
кузина, скрывавшая бѣдносьсь своихъ волосъ, подъ
узорнымъ чепчикомъ, у сильно требовала фальшивыхъ
буколь и накладной косы, а бабушка кричала: при-
тесать съ тупеемъ? Къ счасью, парикмахеру -
философу давно знакомы женскія головы. Опъ зналъ,
чіпо женщинамъ свойственно забывашь настоящее
и жить однимъ прошедшимъ, и потому рѣшился
причесать Наташу по послѣдней модѣ. »Бумаги
на папильошки!« сказалъ парикмахеръ. »Извольше«
отвѣчала смѣпливая служанка, подавая шол芭шую
тетрадь — трофеи наставника — мучищели: на ней
еще видны были слезы ребяческой лѣности. Въ одно
мгновеніе разтерзаны древности и державный Рикъ
повисъ на папильошкахъ и Аннибалъ съ Римлянами
соединены миролюбивой рукой парикмахера. . . На-
паша нечаянно подняла усталую голову, взглянула
въ зеркало, вспомнила объ Исторіи, о Географіи,
объ учителѣ и — улыбнулась. . . .

Прическа кончена, парикмахеръ отпущень. Скоро
промчалось время въ пригоповленіяхъ и совѣтахъ —
бьешь 9 часовъ.

»Вошь и мой Блестовъ — сказала машушка —
»дядюшка, дядюшка!« закричала Наташа и прыгнула-
бы отъ радосши, если бы въ корсетѣ прыгнуть бы-
ло возможно. Щеголь забывъ, чѣпо онъ въ родной
семьѣ, рисуется, какъ рисовался бывало въ Петер-
бургскихъ госшинныхъ.

95

»А главное забыто« — воскликнул онъ. „Что!“ подхватил хоръ испуганныхъ наставницъ. „Поми- луйте! возможно — ли, не стыдно-ли такъ явиться на балъ, въ кругъ бонтона: она будетъ предметомъ язвишельныхъ лорнетовъ — бѣдненькая! се осмѣющъ. . . “ — Да что-же, батюшка? Не мучь, и говори скорѣй. “ Ахъ! шетушка — жонкилевый букетъ на лѣвое плечо. . “ Приговоръ Диктатора исполнень. Въ одно мгновение съ окошекъ изчезли цвѣты и переселились на плечо Наташи. —

Карета подана. „Есть-ли съ нами Гофманскія капли?“ спросила матушка, садясь въ карету. — Цѣ- лый флакончикъ спирту къ вашимъ услугамъ. — „Какъ миль, какъ догадливъ нашъ Блестовъ!“ —

Забавно было-бы заглянушь въ карету героевъ, путешествующихъ на балъ! Они едва говорили, едва дышали, едва шевелились, боясь измять — Наташа свое платьице, матушка, огромный шокъ съ разноцвѣтными перьями, а Блестовъ систематическое жебо. Изъ скважинъ каретнаго окошка оставался въ аш- мосферѣ слѣдъ помаднаго запаха. . . .

Недоѣзжая нѣсколько шаговъ до дома Барона Бирюлина, заботливый Блестовъ велѣлъ остановиться и послалъ длиннаго лакея узнать, начинаютъ ли съѣзжаться. Къ счастью, у подъѣзда было многоство каретъ, музыка гремѣла, зала была уже полна — иначе Блестовъ гошовъ былъ возврашиться назадъ, или по крайней мѣрѣ, ждать на улицѣ. Пріѣхать первому — зажигать свѣчи, говоряшь законодатели большаго свѣта.

»Помни мои совѣты Наташинька,“ съ нѣжнымъ вздохомъ сказала маменька, пробираясь подъ покровитьельствомъ Блестова сквозь полпу полусонныхъ лакеевъ. Вошли.

Шумъ отъ всеобщаго разговора, отъ шарканья, отъ шпоръ, отъ музыки, ощушилъ Наташу.

6*

96

Блестящая полпа разнаряженныхъ красавицъ изумió
ла ее; она смѣшалась, поблѣднѣла, дрожащая при-
жалась къ матушкѣ и всѣ прочитали — семнадцать
летъ на миленькомъ личикѣ ея. Не смотря на за-
мѣшательство дочери, матушка, по совѣшу Бле-
стова, повлекла ее къ Баронессѣ. Ловкая хозяйка
взяла Нашашу за руку, прошептала ей обыкновен-
ныя, никѣмъ неслышимыя привѣтствія, и между
тѣмъ окинула быстрымъ взоромъ трепещущую краса-
вицу. Стань, глаза, платье и огромный жонкилевый
букетъ — все было замѣчено, все было оцѣнено: шакъ
несчастный скульпторъ разбираетъ недостатки въ
Венеръ Медицисской; такъ дюжинный скихотворецъ
водяной крипикой хочешь залишь поэтическій огонь
волшебника Пушкина.

Желаете- ли вы прислушашь попошь танцов-
щицъ? Хотите- ли узнать впечатлѣніе, произведенное
вновь появившеюся дѣвушкой? — Однѣ находили На-
шашу неповоротливою, неловкою, другія смѣялись
надъ свѣжестью ея румянца, иныя замѣчали без-
вкусіе въ букляхъ, еще иныя хладнокровно со-
знавались, что она молода и хороша, да вѣрно про-
винціалка.

Между тѣмъ, какъ продолжался строгій смозрь
нашей героинѣ, между тѣмъ какъ испуганная Наша-
ша проходила сквозь ряды язвительныхъ замѣчаній,
заботливый дядюшка, душисшый Блесшовъ, уже
промчался по залѣ, собралъ обѣщанія друзей -
манцоровъ и самъ поспѣшилъ воспользоваться пер-
вымъ бальнымъ подвигомъ Наташи. Кончивъ Польскій,
довольный самъ собою, шепнулъ онъ маменькѣ: Je
l'ai introduit !

Взволновались друзья - танцоры, обступили
Нашашу. Послѣ неловкой нерѣшительности выборъ
паль на гусара à la fleur d'orange... сдѣланъ первый
шагъ и — Нашаша не сходила съ паркета: и мило и

97

естранно было смотреть, съ какимъ стараніемъ не-
опытная красавица выбѣлывала трудныя па эфирнаго
своего танцовального учипеля, съ какимъ певиннымъ,
безразсчетнымъ жаромъ вершилась опа въ копиль-
онѣ! Незнакомая съ танцорами, она выбирала иногда
неуклюжаго провинціала, прострѣленнаго героя-дуэ-
листа и гасшронома — подагрика. . .

Насилу вырвали измученную Нашашу изъ ко-
тильона. Пріѣхали домой, вошли въ спальную ба-
бушки, и изъ рукъ ожидавшей ихъ старушки вы-
паль Разбойникъ Шварцвальдскихъ лѣсовъ! Яви-
лись нянюшки, мамушки, горничныя, начались раз-
спросы, разсказы, толки.

Но союціевозмогаетъ и женскую говори-
вость. Простились съ бабушкой, съ Наташи сняли
бальныя оковы, и она, уже поупру, заснула дѣ-
вущкой большаго свѣта въ сладостныхъ мечтахъ.
Маменька пошла въ свой кабинетъ, а Блестовъ —
уѣхалъ. . .

Каково-то будетъ пробужденіе? Каковъ-то будешь день? Каковъ-то будетъ новый образъ жизни Нашаши? Угадать не трудно! Вмѣсто Географіи — мадамъ Н. Н., вмѣсто ландкаршъ — выкройки, вмѣсто Исторіи — городскія вѣсти, вмѣсто Расина — Россини, вмѣсто покойнаго сна—безсонница, вмѣсто свѣжаго руминца—блѣдность и разслабленныя нервы..,

Z. Z. V.

Иностранныя известія.

Славный формопіанистъ Гуммель пріѣхалъ въ
Парижъ. Мошелеса ждутъ туда въ скоромъ времени:
онъ объѣхалъ Германію, и вездѣ припятъ былъ съ
восторгомъ. Въ концершѣ, коморый давалъ Моше-

98

лесь въ Гамбургъ, въ пользу пострадавшихъ отъ на-
водненія, собрана сумма около бООО рублей.

*

Г-жа Дюфренуа, сочинительница многихъ Эле-
гій, умерла въ началѣ Марша, въ Парижѣ.

*

Веберъ сдѣлался въ Парижѣ опаснымъ сопер-
никомъ Россини. Нѣшь концерта, гдѣ не играли-бы
увертюры изъ Фрейшицъ, или не пѣли-бы хора
охотниковъ. Въ бенефись дѣвицы Жоржъ, въ Одеонѣ
даны были: Юанна д'Аркъ, новая Трагедія и Robin de
bois, т. е. передѣланный Фрейшицъ: можно надѣять-
ся, задолго говорили Журналисшы, что недоостанетъ
мѣстъ. Надобно знать, что въ Парижѣ есть Веберъ,
также сочинитель музыки, а потому его романсы и
вальсы называются Веберовскими (de Weber), а ро-
мансы и вальсы, выбранныя изъ Фрейшица, ошличающъ
названіемъ — Romances de Robin des bois.

*

Американскій путешественникъ Г-нъ Зимондъ,
бывши въ Эдинбургъ, посѣтилъ В. Скотша. Вотъ
какъ описываетъ онъ сего знаменишаго романисма:
Большой ростъ и всѣ признаки крѣпкаго здоровья
придающъ ему стройный видъ; но его блѣдныя ще-
ки, молчаливость, маленькой подбородокъ, шупой
носъ, длинныя губы не показываютъ при первомъ
взглядѣ ничего необыкновеннаго. Темные, самаго
обыкновеннаго въ Шотландіи цвѣша, волосы и свѣ-
шлокаріе глаза умножающі это впечатлѣніе, но если
вы услышите В. Скотша въ разговорѣ занимашель-
номъ — лице его оживлено, черты измѣнились и въ
глазахъ видѣнъ блескъ шаланша необыкновеннаго.

99

Въ Парижѣ входятъ въ моду утренніе вегера.
Гости съѣзжаются за полночь и разъѣзжаются по-
умру.

Всѣ въ Парижѣ удивляются музыкальнымъ ве-
черамъ Г-на Р****— за то они и не дешево ему стó-
ятъ: однимъ музыкантамъ плашишь онъ за вечеръ—
болѣе 1500 франковъ!

Замѣтили, что музыкальные вечера бываютъ
весьма, если гости знаютъ, что вечеръ кончится
хорошимъ ужиномъ, и теперь на билешамъ печата-
ють: будетъ индѣйка съ трюфелями — будетъ
пирогъ de foies gras. —

Толпами сбѣгаются Парижане въ Олимпическій
циркъ — и какъ не сбѣгаются? Тамъ лошади танцую-
ть контрадансъ! Археологи ошыскали однакожъ,
что это не новость. Въ 1581 г. на свадьбѣ Герцога
Жуайёскаго съ Маргаритою Дорренскою, лошади
панцовали балешь; въ 1662 г. въ карусели, данномъ
Людовикомъ XIII, было може; но какъ балешь не
контрадансъ, шо тицательно ищутъ историческихъ
свѣденій, не былъ- ли когда нибудь дань хоть ме-
муэтъ лошадиный,

Въ Февралѣ, явилось на Парижскихъ теашрахъ
15 новыхъ пьесь.

Въ поодѣднемъ маскерадѣ Оперы собрано 12
тысячъ франковъ, Одеона 9 тысячъ, слѣдовательно
въ Оперѣ было 2000 посѣтищелей, въ Одеонѣ — три
тысячи.

100

Парижскія дамы сь восторгомъ говорятъ о пре-
лестномъ комплементѣ живописца Г***, Въ маске-
радѣ Баронессы Д*** онъ одѣшь былъ волшебницей
и разносилъ небольшіе пакеты: каждая дама нашла
свой поршретъ сь премилыми стишками. Напротивъ,
всѣ дамы жалуются, что фабриканты Французскіе
ничего не дѣлаютъ новаго: все пакъ старо, пакъ
обыкновенно — и заговорило оскорбленное често-
любіе фабрикантовъ. Г. Д***, хозяинъ огромной фаб-
рики, гдѣ шкутъ барежъ, предложилъ 1000 франковъ
награды тому изъ. мастеровъ, который выдумаетъ
что-нибудь невиданное и неслыханное! —

## Литтературныя замъганія.

Говоряпъ, что иногда критики бываютъ бран-
чивы, но чтоб критика и антипритика всего свѣша
передъ Арисшархомъ Лондонскимъ, кооторый съ про-
шедшаго года издаетъ въ Лондонѣ Журналъ, подъ
названіемъ: The universal Rewiew!

Онъ объявилъ, что Европа услышитъ, какъ су-
дятъ въ Англіи о произведеніяхъ иностранныхъ Лит-
тературъ и что онъ будетъ говорить открышо испи-
ну. Съ первой книжки началась эта истина въ видѣ не-
слыханныхъ ругашельствъ и злобныхъ клеветъ, коото-
рыя лились не только на книги, но и Сочинищелей и
переводчиковъ. Казалось, перо критики обмакивалось
въ желчъ и чернила засыпались крашивнымъ порош-
комъ. Если прежде въ Греціи Зоила повѣсили, то
въ нашъ вѣкъ заплатили потомку его гораздо луч-
шею платою — презрѣніемъ. Для образчика мы при-
ведемъ замѣчанія Британскаго Зоила на Каз. Делави-
ня, извѣстнаго Поэта Французскаго — »Школа ста-
рикобы, произведеніе столь же ничтожное, какъ па-
рикъ Наполеона, надѣшный на Силлу, привлекла себѣ

101

въ Парижѣ одобреніе всѣхъ и Роялиотовъ и Либера-
ловъ, всего міра Франціи. Можно назвать Делавиня
удальцомъ, не за шо, чпо онъ написалъ дурную
шрагедію и жалкую комедію, но за шо, чпо умѣлъ
заставшіь о себѣ говорить и нажить деньги. Онъ
былъ прежде писаремъ, съ небольшимъ жалованьемъ,
такъ чпо въ случаѣ нужды не далеко былъ отъ пет-
ли.»... Но довольно! Порадуемся, что Англичане
раздѣлили чувство презрѣнія къ Зоилу вмѣотѣ съ
Французами, ибо онъ не пощадилъ памяти Бейроца
и обременілъ его клеветами и ругательствами.

»Вездѣ будутъ литтературные мародеры и фо-
кусники, гдѣ только чипо нибудь и ктпо нибудь бу-
дешь писать« — такъ сказалъ давно умный Литте-
раторъ. Во Франціи, гдѣ шолько зор. ихъ Крити-
ковъ и столько Журналовъ, все еще прокрадывающеся
мародсры; вошь примѣрь. Нѣкто Г-нъ Кулье, па-
зывающійся ученикомъ Деламбра и обрекшій себя на
Астрономію, явился въ прошломъ году съ книгою :
Астрономитескій Словарь, приспособленный для
свѣтскихъ людей, съ приложеніемъ къ Геодезіи,
Мореходству и Гномоникъ — небольшой красивый
форматъ не помѣшалъ узнашъ, что Г-нъ Кулье ни-
чего не смыслить въ Астрономіи, и что на полу-
вину, только не вѣрно и ошибочно, выписалъ онъ
изъ Уранографіи Франкера, сгравировалъ его ри-
сунки и даже типографическія ошибки изъ Урано-
графіи перешли въ его Словарь: ученые улыбнулись
и молчали, но ихъ молчаніе побудило Г-на Кулье
къ дальнѣйшимъ подвигамъ. Онъ выписалъ опять коэ-
что, съ ошибками, изъ Уранографіи Франкера и
изъ Системы міра, Делапласа, придумалъ самое
зашѣйливое названіе: Способъ выугтитья Астроно-
міи въ 22 урока, или тудеса небесь, изъясненныя
безъ пособія Математики, Англиское сокиненіе,

102

которое 13 разъ было издано, — издание второе — (хотя перваго никто не видалъ) Тутъ ученые вышли изъ терпѣнія, уличили Г-на Кулье, онъ защищался, ему доказывали и прбч. и проч.

## Анекдоты.

Нѣжный родишель бранилъ своего сына и заключилъ увѣщанія слѣдующими словами: »Послѣ всего этого, видишь- ли ты, мой другъ, что ты ни-чего не стобишь? Да, ты, глупой породы: я тобѣ это говорю — я пвой отецъ. Ты нигего не знаешь, и то знаешь омъ меня!«

*

Даншъ, занятый своими стихами болѣе нежели домашними обстоятельствами, худо смотрѣлъ за своей женою; друзья принуждены были надпомнить объ этомъ. Разсерженный Поэшь бѣжить къ женѣ, начинаешь браниться, но жена оправдываешься, споришь, плачешь — и дѣла и душъ по прежнему. Друзья надпоминають снова. Но скажите пожалуйте, "съ жаромъ омвѣчалъ имъ Даншъ, "кто долженъ лучше знать все это: вы, или жена моя? Такъ знайтежъ: она говоришь, что это неправда! Прошу впередъ не говоришь пустаго. "

Г-нъ Р**** любилъ долго носить одинъ сюртукъ, и само по себѣ разумѣется, что сюртукъ его не могъ быть очень опряшенъ. Однажды по-умру Г-нъ Р**** приходишь къ Риваролю. „Какъ жарко, мой другъ!« сказалъ онъ: »Я скину сюртукъ мой и брошу на твою постель“— Очень радъ! омвѣчалъ Ривароль — но куда прикажешь мнѣ послѣ этого бро-ҫишь мою постель? —