126

Здѣсь сочинитель перерывает на время повѣствованіе свое о сраженіи, и обращается къ бывшим въ прежнія времена приключеніямъ. Каждая рѣчь его означаетъ особливое нѣкое произ- шескіе или обстоятельство, коţoрыхъ можетъ быть и самая исторія подробно объяснить не въ сосpyяніи; а поопому и остаются оныя для насъ шемны и невразумимые. Сташься можешь, что вникая въ исторію, до нѣкоπорыхъ изъ нихъ не трудно до- браться; но какъ мое намѣреніе разсмо- шрѣлъ токмо силу словъ и красому языка, того ради исполкованіе всего историчего въ сей древней пѣсни предославляю я другимъ, желающимъ въ томъ потрудиться.

То было въ тѣх ратах, и въ тѣх полгких; а спце и рата не слышано. (Здѣсь сочи- нитель обращается кани къ описанію сраженія. Извѣ словъ сихъ видѣть мож- но, что онъ для того пятьдесят- пилъ отвѣ описанія бипвы, дабы ис- числя преждебывшія брани, пѣмь бо-

127

лье придать важности сей послѣдней,
сказавъ, что оная жестокосшію своею
всѣхъ прежнихъ превосходила. Замѣ-
шимѣ, что вездѣ перомъ его управлѣешь
искусство).

Сб зараніа до вегера, съ вегера до свѣ-
та летятъ стрѣлы каленныя; гремллютъ
сабли о шеломы; трещатъ конія хара гуж-
ныя, въ полѣ незнаемѣ среди земли Поло-
вецкія. (Все сіе само по себѣ ясно. При-
мѣшимѣ токмо, что вездѣ вѣ слогѣ его
блишаетъ стихопворство: съ утра до
вегера, съ вегера до свѣта летятъ стрѣлы,
греливъ сабли, трещатъ копья и проч.).

Терна земля подъ копытъ, костѣли
была посѣяна, а кровіо полязна; тугою
взяло доша по Руслой земли. (Вдѣреду-
щихъ словахъ видѣли мы быстроту сло-
вовеченія, а здѣсь видимъ высокую сши-
хопворческую мысль: изъ терныя земли
конскими копытами взрѣтой, костѣли по-
бѣенныхъ Россіянъ усѣянной, и кровіо ихъ
поліянной, восходитъ, возрастаетъ петаль,

129

кровь враговъ своихъ, доколѣ свою всю
до послѣдней капли пролили).

Нититѣ трава жалощаflти, а древо сту-
гото кѣ земли преклонилось. (Симѣ жало-
стнымѣ изображеніемѣ, чшо природа
вся уныла, трава и деревья ошѣ горе-
сти и печали вершины свои поступили,
оканчиваетѣ сочинитель кровопролит-
ное побоище сіе. Пошомѣ, какѣ и весь-
ма естественно, приступаетъ онъ
кѣ описанію бѣдшвій, каковыя Россія,
послѣ сей одержанной надѣ нею побѣ-
ды, принуждена была ошѣ непріяте-
лей своихъ прешерпѣвать).

Уже бо, братіе, не веселая година въ
стала, уже пусть ни силу прикрыла. (Сін
послѣдняя рѣчь: уже пусть ни силу при-
крыла, совсѣмъ невразумишельна. Пре-
ложеніе оной: пала въ пусть інѣ сила мно-
гая, есть паче ошѣ себя сочиненное
выраженіе, нежели догадка, основанная
на силѣ и разумѣ сославляющихъ рѣчь
сію словѣ. Ежели бы сказано было:
уже пусть ня силу прикрыла, или: уже
пусть ни силу прикрыли, тогда бы можно
было вывести изъ сего слѣдующій

9

130

смыслъ: уже тамъ, где была сила или
народъ, стала пустыня или пустыни. Без-
сомнёнія сіе самое сочинитель сказать
хочётъ).

Встала обида въ силахъ Даждъ-Божа
внука. (Поелику здѣсь сказано въ един-
ственномъ числѣ Даждъ-Божій внукъ,
щего ради подъ словами: встала обида
въ силахъ его, надлежитъ разумѣть, чтоо
силы или войска Даждъ-Божья внука, то
есть князя Кіевскаго, ослабѣвъ, при-
нуждены были шерпѣть обиды, нагло-
сти, пораженія отвъ непріятелей сво-
ихъ Половцевъ).

Вступилъ (*) дѣвого на землю Грояню,
всплескала гебединныи кръглы на синемъ море
у Дона плещуги. (Трудно добрались до
заключающейся въ сихъ словахъ мысли,
однакоже естьли мы представимъ себѣ
обиду въ двухъ лицахъ или видахъ, то
кажется содержаніе сей рѣчи будешь
слѣдующее: во первыхъ обидѣ, то есть

(*) Сему глаголу надлежитъ непремѣнно
быть или дѣвричастіемъ вступивъ, или
въ женскомъ родѣ вступила, а не въ
мужескомъ вступлѣ, какъ оный въ

131

убійство, мщеніе, грабежъ, вступила,
во образѣ дввы, (*) на землю Троя-
ню (**). Во вторыхъ обида же, шо есть
гордость Половцевъ, уничиженіемъ Рос-
сіянѣ превозносящаяся, радуешься, пле-

подлинникъ поставленѣ. Ибо во первыхъ,
по связи сей рѣчи съ предвидущею дол-
женѣ онв необходимо ошносишься кв
слову обида; во вторыхъ, ежели бы
онв былъ мужескій, то и послѣдующему
за нимъ глаголу надлежало бы вв муже-
скомѣ же родѣ бышь: всплескалъ, а не
вв женскомъ вплескала.

(*) Можешь быть слово дѣва употреблено
здѣсь вв смыслѣ нѣкоего грознаго или
свирѣпаго божества, какъ то и по
нынѣ вв сказкахъ привязываемъ мы сіе
понятіе кв нѣкоторымъ женскимъ ли-
цамъ, таковымъ, какъ Тарб-дѣвица,
Баба-Ега и проч. Или можешь быть
подѣ словомѣ дѣв сочинитель разу-
мѣль, чшо обида никогда не извѣстна
была Русской землѣ, никогда не сочера-
валась св нею, и дѣвою, то есть, пер-
вый разв вв нее вступила.

(**) Чшо значить здѣсь земля Трояня
или Гроянова, о томъ, какъ уже и
выше сказано, предоставляю я судить
искуснѣйшимъ меня историкамъ.

132

щеть крылами, на подобіе лебедя, игра-
ющаго на синемь морѣ у Дона, сирѣчь
вѣ землѣ Половецкой).

Убуди жирная времена. (Рѣчь сія
есть особая, не принадлежащая кь
предвидущей, не относящаяся кь слову
обида, а пошому и не значить: разбу-
дила тяжкія времена, какъ сказано вѣ
преложеніи; но значить: прекратились
благополучныя времена. Глаголь убуди,
происходитъ здѣсь ошь глагола убывать,
а не ошь глагола будить. Прилагатель-
ное имя жирныя означаетъ благополуч-
ныя, изобильныя, а не тяжкія времена).

Усобица княземъ на поганыя погибѣ, ре-
костя бо братѣ брату: се мое, а то мое же;
и наташа князі про малое, се великое мол-
вити, а сали на себе краю полу ковати: а
поганіи со есѣхъ странѣ прихождаху сѣ по-
бѣдами на землю Рускулю. (Все сіе само
по себѣ довольно ясно. Сочинитель го-
ворить, что единодушіе между Руски-
ми князьями разрушилось, несогласіе
водворилось; они преспали совокупными
силами нападать на общаго непріятеля;

134

вотнаго устроено такимъ образомъ,
чко все вшишое или насыпанное вѣ
него, по причинѣ узкаго вѣ низу конца
и широкаго вѣ верху отверзтія его,
вдругѣ и вѣ великомѣ количествѣ лишь-
ся или сыпаться извѣ него можешь.
Слово же тага означаетъ сухость гор-
шани, жажду, каковую чувствуетъ че-
ловѣкъ, когда прешерпѣваетъ неснос-
ный жарѣ, или тяжкій трудѣ, или ис-
пощающее силы его страданіе. И такъ
рѣчь: поскоти по Русской земли, смагу мы-
тоти вѣ пламянѣ розѣ, заключаетъ вѣ
себѣ мысль: поскакали по всей Россіи,
расточительною, не милосердою рукою
разнося, разливая повсюду огонь и пла-
мень, жестокія и лютыя напасши, пе-
чали, мученія, скорби, приводящія вѣ
истому, вѣ жажду, вѣ изнеможеніе весь
народѣ).

Женъ Рускія вспѣкашась аркути
(слово сіе происходитъ отвѣ глагола рку
или арку, шо есть говорю): уже на вѣ
свопхвѣ ми гвѣхъ ладѣ (шо есть мужей,
супруговѣ) ни мыслію смыслити, ни ду-

135

люго сдулати, ни огима сглядати, а зла-
та и сребра ни мало того потрепати.
(Знаменованіе глагола сего потеряно.
Вв преложеніи сказано невозвратить;
но какое сходство есть между тре-
пать и возврашить?). А востона бо,
братіе, Кіевв туюю, а Серниговв напасть-
ли; толка разліяся по Русской земли;
петалъ жирна тете средь земли Рус-
кой; а князи сами на себе крамолу коваху,
а поганіи сами побѣдали нарищуще на
Рускую землю, емляху дань по бѣлѣ отв
двора. (Примѣтимъ, какое изобиліе мы-
слей заключается вв крашкомъ семѣ
описаніи: жены безумѣшно плачутъ о
погибшихъ мужьяхъ своихъ; грады спо-
нуштѣ; шоска разливается по всему цар-
спву; печаль тучная, упинанная слеза-
ми народа, течешь по среди Россіи, вв
самомъ сердѣ ея; и между тѣмъ, какъ
князья Рускіе раздирающі себя междо-
усобіями и несогласіями, непріятель
грабишь, разоряешь, опустошашь зем-
лю. Можно ли вв шоль не многихъ сло-
вахъ бѣдствіе Россіи изобразишь жи-
ве?).

136

Тін бо два храбрая Святбславлига,
Игорь и Всеволодь уже лжу убуді которую
то бяше успіль отець ихб Святославь гроз-
ный всегикий Кіевскій. Грозою бяшеть;
притрепеталь своими силбными полки и ха-
ралужными лети; наступи на землю По-
ловецкую; притопта холмы и яруги; взму-
ти рікти и озеры; иссуши потоки и болота,
а поганаго Кобяка изб луку моря отб же-
лѣзныхъ великихъ полковъ Половецкихъ, яко
вилъ ввторже: (эдѣсь сочинишель опи-
сывая прежнія побѣды Святославовы,
говорить, что пріобрѣтенная имъ сла-
ва, несчасшнымъ сраженіемъ дѣшей его
Игоря и Всеволода, паки помрачилась.
Все сіе какъ вѣ подлинникѣ вразуми-
шельно, шакъ и вѣ преложеніи довольно
объяснено. Примѣтимъ токмо сіе по-
слѣднее выраженіе: а поганаго Кобяка
изб луку моря отб желѣзныхъ великихъ
полковъ Половецкихъ, яко вихрь ввторже.
Какая сильная и богатая мысль! Ничто
не могло спасти Кобяка отб грознаго
Святослава: ни выгодное при излучинѣ
или заливѣ морскомъ мѣсноположеніе;
ни многочисленные, ограждавшіе его,

137

желѣзу подобные крѣпостію полки; Свя-
тославѣ наешѣлъ, и какъ вихрь, испорѣ
его изв средины оныхѣ!)

И палеся Кобякъ въ градѣ Кіевѣ, въ
гридницу Свята้วли. (Гридня или грид-
ница значить княжескій покой, комна-
ша, чершогѣ. Изв сихъ словъ: падеся
Кобякъ въ гридницѣ, то ешь находился
или привезень былъ во дворецѣ Свято-
славовѣ, можно видѣть, что сб знам-
ными плѣнниками поступаемо было со-
отвѣственно ихъ сану). Ту Нѣ лиц
и Венедици, ту Греки и Морова пототъ
славу Святагѣлавлю. (Сія рѣчѣ показы-
ваемъ, что Рускіе князья уже и тогда
окружаемы и прославляемы были чуже-
странцами). Катоть князя Игоря, иже
погрузи жирѣ во днѣ Каллы рѣки Половец-
кія Рускаго злата насѣпаша. (Ошѣ слова
катоть, значащаго хулять, безсомнѣ-
нія произошли слова: окаянный, шакже
хатоть, брехатоть и проч. Жирѣ значить
здѣсь: все, что Игорь взялъ сб собою
дебраго, лучшаго изв Россіи. Подѣ сло-
вами погрузилъ во днѣ или на дно Каллы

138

рѣки, не разумѣшся точное потопленіе вѣ рей всѣхъ Игоревыхъ силъ и сокровищѣ, но что онъ разбѣшь былъ при оной, и всего лишился, шакѣ какѣ бы все вѣ рѣку сію побросалъ). Ту Игорь князь высѣдѣ избѣ сѣдла злата, а вѣ сѣдло Кощіево. (Рѣчь сію не вѣ настоящемъ смыслѣ, но вѣ иносказательномъ принимать должно; оная значить: могда Игорь потерялъ добрую славу свою, и нажилъ худую; стали говорить про него, какъ про Кощія, кооторый измѣнилъ своему омечесшву. Ибо во всѣ времена успѣхи сопровождались похвалою, а неудачи влекли за собою хулу). Уныша бо градолѣ забралы, а веселіе полніе. А Святъславѣ мутеньѣ сонѣ видѣ. (Здѣсь сочинитель расказываетъ сонѣ сей устами самого Святослава):

Вѣ Кіевѣ на горахъ си вѣ вѣ тегера одѣвахъте мя, рете, терного паполомою, на кровѣти тисовѣ. Терпахутѣ ли синее вино вѣ трудолѣ с.пѣшано. Сыпахутѣ ли тощими тулѣ поганѣхъ тѣлковинѣ великій жемчугѣ на лоно, и нѣ гуготѣ мя. Уже дски

139

безъ кнѣса въ моемъ терелѣ златовер-
сѣмѣ. Всю нощъ съ вегера босувъ врани
взграяху, у Плѣснѣска на болони бѣша дебрѣ
Кисаню, и не сошлю къ синему морю. (Сонѣ
сей есть вподлинну мушный, то есть,
состоящій изъ нѣкоего смѣшенія мы-
слей, кошорое весьма трудно истолко-
вать или сообразить; ибо что значить:
на горахъ Кіевскихъ и на шисовой кро-
ватахъ одѣвали меня черною паполомою
или покрываломъ? что значить: черпа-
ли или подносили мнѣ синее вино смѣ-
шанное съ ядомъ? что значить: тощи-
ми тулъи поганьхъ тѣлковинъ (*) сыпали
на лоно мое крупный жемчугъ, и нѣжили
меня? что значить: уже доски были безъ
кнѣса или князя, то есть безъ верхней пе-
рекладины, на моемъ шеремѣ златовер-
хомъ? что значить слово босувъ, и почему

(*) Въ преложеніи сіи слова истолкованы: изб
пустяхъ колтановъ въ негистыхъ рако-
винахъ. Сіе со всѣмь не понятно: ибо
какъ можно сообразить себѣ жемчугѣ
въ раковинѣ и въ пустомѣ колтанѣ?

140

тлаголы бѣша и не сошли, истолкованы
глаголами усѣлись и не полетѣли? Какимъ
образомъ всѣ сіи мысли, и самыя слова,
не ясныя, и подверженныя сомнѣнію
истолковать и сообразитьь можно? Впро-
чемъ вообще видно, что сонъ сей естъь
нѣкое предзнаменованіе нещастій; ибо
всѣ сіи понятія, какъ то: черное по-
крывало, вино смѣшанное сѣ ядомъ,
жемчугъ, могущій уподобленѣ быть сле-
замъ, стѣны шерема безъ кровли, кар-
кающіе вѣ дебри враны, всѣ сіи поня-
пія, говорю, составляющі нѣчто мрач-
ное и печальное. Отрѣшь боярь Свято-
славу есть паче описаніе случившагося,
нежели истолкованіе видѣннаго имѣ
сна):

И ркоша бояре князю: уже княже
туга умь полонила. Се бо два сокола слѣ-
тѣста съ отня стола злата, поискати гра-
да Тблутароканя, а любо испити шло-
монь дону. (Нѣмь сомнѣнія, что подь
двумя соколами разумѣются здѣсь князья
Игорь и Всеволодь, кошорые оспавя
отеческій златый престоль пошли вой-

141

ною на Половцевь). Уже соколами крильца припѣшали поганыхъ саблями, а самаго (*) опутоша въ путинъ желѣзны. (Мы видѣли, что сіи два князя разбившы были и въ полонь взяты. Опусташь желѣзными пушинами, вѣрояшно не иное что значишь здѣсь, какъ смочрѣть строго, содержать крѣпко). Телно бо бѣ въ г день: два солица померкоста, оба багряная столпа погасоста, и съ нимъ (чаншельно и съ ними) молодая мѣсца Олегъ и Святославѣ тѣлою ся поволокоста. (Выше сего сказано было, что сраженіе продолжалось два дни, и что уже на третій день Половцы одержали совершенную побѣду. И шакъ смыслъ словъ: темно бо бѣ въ третій день, весьма ясень; шакожь и шо не сомнишельно, что подѣ двумя солицами или багряными столпа-

(*) Для разумѣнія словъ соколами, самаго, и прочихъ таковыхъ же, надлежитъ припомнишь, что въ Славенскомъ языкѣ кромѣ единственнаго и множественнаго числа, есть еще двойственное.

142

ми, каковые при сѣверныхъ сіяніяхъ видимы иногда бываютъ на небѣ, сочиніétéle爾 разумѣшь эдѣсь двухъ братьевѣ Игоря и Всеволода; но что принадле- жиру до Свяпослава и Олега, кошорыхъ называетъ еь онъ молодыми мѣсяцами, то вѣ семѣ находится нѣкоорое несход- ство сѣ историческимъ содержаніемъ сей пѣсни (см. стран. 26), вѣ коемъ упо- минается, что сѣ князьями IIгоремъ и Всеволодомъ были еще молодые князья Свяпославѣ Ольговичѣ и Владимирѣ Иго- ревичѣ. Можешь быть Владимирѣ взяты за Олега, а можешь стапаться былѣ еще и третій князь называемый Олегомъ).

На рѣшѣ на Каялѣ тѣла свѣтѣ покрывала: по Русской земли проstrошася Половцы, аки пардуже гнѣздо, и вѣ морѣ погрузиста и великое буйство подасть Хинови. (Что побѣда одержана при рѣкѣ Каялѣ, что Ханѣ Половецкій, или подвласшные ему народы, возгордясь успѣхами своими и сдѣлавшись наглы и дерзки, подобно свирѣпымѣ изъ одного логовища леопар- дамѣ или тиграмѣ, распространясь по Россіи тѣснили, грабили, топили на-

143

родъ Русской: всѣ сіи обстоншельствва уже извѣстны намъ изъ прежняго повѣствованія). Уже снесеся хула на хвалу; уже тресну нужда на воло; уже вѣрѣл дивѣ на землю. (Сіи крашкія слова изображаютъ всю обширность золь и бѣствій, какимъ подверглася Россія. Смогти полкованіе о семъ вѣ примѣчаніи на стран. 102). Се бо Готфскія красныя дѣвѣ воспѣша на брезѣ синему морю: звоня Ру-скимъ златомѣ поютъ время Бусово, лелѣютъ лестѣ Шароканю. Я мы уже дружина жадни веселія. (Разумѣ сихъ словъ довольно ясень, но историческая связь оныхъ остается неизвѣстною. Сдѣляемъ шеперь общее примѣчаніе, какъ на сонѣ, коморый Святославѣ разсказываемъ боярамѣ, шакѣ и на рѣчь или оживѣ боярѣ на слова Святославовы. Разсмопримѣ сомнительности и пощемѣ свѣта вѣ шемношѣ. Вникая вѣ расположеніе сей пѣсни встрѣчаемъ мы слѣдующія зашрудненія: во первыхъ, естъли Святославѣ видѣль сонѣ сей прежде одержанной Половцами побѣды; то кажешься надлежало бы и помѣстишь

144

оный прежде события сих произшествій, поелику пророчества и предвѣщанія не могут имѣть мѣста, когда уже совершеніе оных воз послѣдовало. Во вторых, отвѣт бояр долженствовал бы содержать в себѣ истолкованіе сего сна и угадываніе изв онаго пред будущих приключеній; но бояре, напротивъ того, расказывающ со всею подробностію обо всем случившемся, и говорят в прошедшем времени: опутоша в путни, тѣла свѣт покрыла, прострошася Половцы, дѣвы Готфскія звонять Руским златом, и проч.; одним словом рѣч их ешь совершенное повѣствованіе или увѣдомленіе, не покмо о бывшей между Половцами и Рускими битвы, но даже и о слѣдствіях оной, не скоро послѣ того произшедших, и ни мало не содержит в себѣ предсказанія о будущих приключеніях. И так по всѣм сим обстоятельствам должно заключить, что Святослав расказывает с онъ свой послѣ события произоствій; но в таком случае встрѣчаются новыя защрудненія: первое

145

могъ ли Святославъ расказывать сно-
видѣніе свое, когда событие оного на
яву уже видѣль? Второе, могли ли бо-
яре возвѣщать ему о томъ, о чемъ
онъ самъ не меньше ихъ долженство-
валъ быть извѣстень? Какое же из-
брать мнѣніе? Какимъ образомъ согла-
сить сіи противурѣчія? мнѣ кажется
слѣдующее соображеніе есть извѣ всѣхъ
вѣроятнѣйшее: положимъ, что Полов-
цы одержали уже побѣду и распросстра-
нили завоеванія свои, но Святославѣ ни-
чего еще о томъ не вѣдаемъ. Сіе от-
нюдь не противно вѣроятію; ибо лег-
ко могло статься, чіпо бояре, окружав-
шіе Святослава, щадя спаросшь его,
спарались колико возможно не допу-
скать до него сихъ несчастныхъ извѣ-
стій, и не прежде увѣдомили его обв
оныхъ, какъ по совершеніи всѣхъ напа-
стей, когда уже не возможно было бо-
лѣе скрывать ихъ отвѣ него (*). Пола-

(*) Таковое мнѣніе тѣмъ паче вѣроятно,
что вѣ историческомъ на пѣснь сію

10

146

тая сіе, все остальное будешь ясно и вѣроятно: Святослава смущаеть сонное мечтаніе; онъ расказываеть оное приближеннымъ своимъ боярамъ; бояре видя, что не могутъ долго таить олѣь него случившихся несчастій, находятъ сей случай за удобнѣйшій обвявить ему о томъ, и обвявляютъ. Сіе расположеніе подтверждается во первыхъ рѣчью боярь, которые, расказавь о успѣхахъ и торжествахъ неприятелей своихъ, окончевають оную сімь горестнымъ выраженіемъ: а мы уже дружина жадни веселія, то есть: а мы погруже-

примѣчаніи сказано: „удѣльный Князь Новагорода Сѣверскаго Игорь Свято-„славичѣ, не сдѣлавѣ сношенія сѣ сма-„рѣйшимѣ Великимѣ Княземѣ Кіевскимѣ, „рѣшился въ 1185 году омстшить самъ „собою Половцамъ за расореніе под-„властныхъ ему владѣній и приобрѣсть „себѣ чрезъ то славу.,, Слѣдовашель-но Святославѣ легко могъ не значь, что происходило, а особливо будучи въ глу-бокой старосши.

147

ны въ бездну золь, чужды всякихъ рап-
досшей. Во вшорыхъ изв самаго содер-
жанія сна сего (*). Въ трешьихъ изв
шого, чіпо Свяпославѣ, по выслушаніи
рѣчи боярь своихъ, пошчась, какъ Царь

(*) Полагая, что бояре скрывающі отв
Свяпослава приключившееся съ Игоремъ
несчастіе, сонь сей, яко вѣроятное пре-
старѣлаго Князя сего предчувствіе или
проницаніе, не токмо весьма будешь у
мѣсна, но даже и самое иносказашель-
ное содержаніе онаго получить нѣко-
рую ясность: ибо что иное слова Свя-
пославовы (на горахъ Кіевскихъ одева-
ли въ меня терпѣли в покрываломь, под-
носили мнѣ вино смѣшенное съ ядомъ,
свѣпали на лоно мое жемтугъ и нѣжи-
ли меня; а уже доски на моемъ тере-
мѣ златоверхомъ были безъ кнѣса и
проч.) могутъ значить, какъ не слѣ-
дующую или сей подобную мысль: въ
тамъ отбѣленя приключившееся нальб
бѣдствіе, и опасаясь нанести мнѣ пе-
талъ скрываете отбѣленя зло, когда
уже теремь мой натинаешь розвали-
ваться (то есть когда уже бѣда ви-
ситься надъ главою моею) и проч.?

148

и опець, глубоко пораженный печаль-
ною вѣдомоспію сею, начинаєть жало-
бы свои изливать сими словами): тогда
великій Святославѣ изрони злато слово сле-
зали смѣшено, и рете: о لما сныновья Иго-
рю и Всеволоде! рано еста нагаля Поло-
вецкую землю мети цвѣлити, а себѣ слабы
искати. (Могъ ли бы Святославѣ послѣ
рѣчи боярѣ своихъ начать рѣчь свою
сею смѣшенною со слезами жалобою,
естьли бы онъ о томъ уже прежде из-
вѣстень былъ? Впротчемъ рано зна-
чить здѣсь безвременно, не подумавѣ,
не сообразясь сѣ обстоятельствами.
Глаголь цвѣлити преложень глаголомѣ
воевать, но наступое знаменованіе она-
го не извѣстно (*). Но негестно одо-
лѣсте: негестно бо кроец поганную пролія-
сте. (Нечестно значить здѣсь безъ
успѣха, безъ пользы, не получа отв. мо-
го никакой себѣ чести или славы). Вато
храбрая сердца вбѣжестоемъ харалузѣ

(*) См. примѣчаніе на стран. 93.

149

скована, а въ буести закалена. (Смѣлое и сильное выражение! довольно бы для означенія неустрашимости и твердости Князей Игоря и Всеволода сказать, что храбрыя сердца ихъ изъ крѣпкаго Сулата сковынъ, но сочинитель для вящей силы придаетъ еще къ тому: а въ буести, то есть въ огнѣ или въ горнильѣ мужества закалены). Се ли створисте моей сребреней сѣдинѣ! (Всѣ сіи съ поликимѣ чувствованіемъ произносимыя Святославомѣ жалобы показываютъ, что онъ расказывая сонъ свой не зналъ о приключившихся ему несчастіяхъ). Я уже не вижду власти силнаго и Богатаго, и многовони брата моего Ярослава съ Серниговски, ли Былями, съ Могуты, и съ Татраны, и съ Шелѣбиры, и съ Топаки, и съ Ревуги, и съ Олбберы.

(Въ преложеніи сказано: я уже не вижу власти силнаго, богатаго и многовоннаго брата моего; но поелику многовони есть имя существительное, односящееся къ слову не вижду, сирѣчь: не вижу много-воевъ брата моего; сего ради и смыслъ сей рѣчи не можешь быть потѣ, какой

150

дань ей вѣ преложеніи. Мнѣ кажется
разумѣ сихъ словѣ долженѣ быть слѣ-
дующій: я уже не вижу себя богатымъ,
сильнымъ властелинOMb; не вижу побо-
рающихъ по мнѣ многихъ войскъ брата
моего Ярослава, ни Черниговскихъ Бы-
лей (*), ни Могутѣ, ни Тамранѣ, ни
Шельбировѣ. Впрочемъ не извѣстно,
какія суть имена сіи, народовѣ ли или
часпныхъ людей). Тіи бо безъ щитовъ
св засапожники кликомъ полки побѣждѣ-
тотѣ, збоняти вѣ прадѣдню славу. (Точно
ли слово засапожникъ значитѣ кинжалъ,
сего нигдѣ мнѣ видѣшь не случилось.
Выраженіе безъ щитовъ св засапожники,
двоякимъ образомъ молковать можно:
безъ щитовъ имѣющихъ засапожники, или:
безъ щитовъ св одними засапожниками.
Что принадлежитѣ до мысли заключа-
ющейся вѣ словахъ: кликомъ полки побѣ-

(*) Опкуда слово былъ имѣть начало
свое, и значить ли оно бояринą, не
знаю; но безъ сомнѣнія слово бѣбилѣ
долженствуешь происходишь отѣ онаго.

151

ждать, то кажешься оная есть ша самая, какую находим мы въ старинныхъ сказкахъ, гдѣ часто упоминается, что въ древнія времена богатыри страшнымъ гласомъ или крикомъ своимъ въ ужасъ людей приводили. Сіе подшверждается даже и нѣкошорыми приведенными выше сего именами или прозвищами, какъ напримѣрѣ весьма вѣроятно, что слова топтагъ, ревуга, взяты ошѣ словѣ топтать, ревѣтъ. Рѣченіе звонить вѣ прадѣдніо славу должен-стьуешь значить: не токмо собственными своими дѣлами, но и предковѣ своихъ славою гремѣпь). Но рекосте мужа имѣся сами, преднюю славу сами похитимь, а задную ся самі подѣлимь. (Рѣчь сія въ подлинникѣ во вся не вразумишельна. Преложеніе ея: не говорятъ они, мы де предстоящую славу похитимь, а прошедшего съ другими подѣлимся, заключаемъ въ себѣ нѣкую темную мысль, кошорую не льзя сообразить ни съ предвидущимъ, ни съ послѣдующимъ. Особливо же слова мужа имѣся совсемъ не понятны. Мнѣ кажешься

152

здѣсь ошибкою взята буква м вмѣсто буквы т, и что надлежало бы сказать мужайтеся. Тогда начало рѣчи будешь такое: но рекосте, мужайтеся и проч. Хочя и вѣ семѣ расположеніи оставешься она еще не совершенно ясною, однако же можно проницать вѣ ней слѣдующій разумь: но въ сказали, возвѣстили мнѣ о нестастіяхъ нашихъ; такъ мужайтесь же; пойдемъ и безвѣсякой отвѣ другихъ помощи прославился одни, и прежнею, то естѣ пріобрѣтенного вѣшеполынятыми богатырями с. лагою подѣлился сб нили.

По крайней мѣрѣ мысль сія дѣлаеть расположеніе сего повѣствованія весьма естесшвеннымь. Святославѣ, увѣдомленный боярами о приключившихся злополучіяхъ, начинаешь горесть свою изливать жалобами, укоряешься Игоря и Всеволода неблагоразуміемъ, и оплакивая учась ихъ говоришься: того ли при спаросши моей ожидалъ я отъ вас! Поімь снѣдаемый печалію и пылающій міценіемъ, воспоминая о прежнихъ побѣдахъ своихъ, сожалѣешься, что не видишь себя окруженаго шѣми силами,

153

отъ которыхъ никогда неприятели его
трепетали. Сіе прискорбное воспоми-
наніе и гнѣвъ на Половцевъ вливающіе
въ хладную кровь его огнь юности и
понуждающіе его воскликнуть: пойдемъ,
возврашимъ прежнюю славу и проч.
Слѣдующія потомъ слова его и паче
мысль сію подтверждающі): а ти диво
ся братіе стару помолодити? Коли со-
колб въ мытехъ бываетъ, высоко птицѣ
взбивасть; не дасть гнѣзда своего въ обиду.
(Ясно, что Свяшославѣ говорить здѣсь
о самомъ себѣ, ободряя себя въ старо-
сти примѣромъ выученного или выно-
шенного сокола, разгоняющего птицѣ и
не дающего имъ птенцовъ своихъ оби-
жать (*). Всѣ сіи чувствованія въ

(*) Сіи вѣ подлинникъ слова: коли соколѣ
вѣ мытехѣ бываетъ, вѣ преложеніи из-
толкованы: когда соколѣ перелинять.
Не знаю по чему слово вѣ мытехѣ взя-
то за глаголъ линять, или перелинять;
но какъ у соколиныхъ охонниковъ и по
нынѣ шотѣ, которой выносить ихѣ,
называется помышникомъ (см. Академ.

154

Святославѣ весьма естественны. Но вскорѣ послѣ сей мгновенной, не свойственной лѣтамъ его пылкосши, возвращается онъ паки къ хладнокровному разсудку и говорится: но се зло, князя ми не пособіе; на ните ся годины охватила. (Сирѣчъ: но то бѣда, чіпо оіпъ Князей не могу я ожидашь пособія; счастливыя времена преврашились въ несчастныя. Какая прекрасная борьба! какой вмѣстѣ огнь и хладъ въ престарѣломъ воинѣ! Впрочемъ не знаю, почему въ преложеніи рѣчъ Святославова по сіи шокмо слова означена двумя точками, чрезъ что разумѣть должно, яко бы оная на семѣ мѣстѣ окончилась, и что слѣдующее пособѣ есть уже сочинителево повѣствованіе. Мне кажется, Святославѣ не престаєть здѣсь бесѣдовать съ боярами своими.

Словарь); то и я подъ словами соколъ съ мытѣхъ разумѣю выученнаго, выношеннаго сокола.

155

Правда, рѣчъ его нѣсколько длинна; но во первыхъ вѣ подлинникѣ ничто не показывается прерыва оной; во вторыхъ, она содержитъ вѣ себѣ продолженіе пѣхъ же самыхъ жалобъ и взываній, шолико приличныхъ во устахъ Свято-слава; вѣ трешьихъ порядокѣ расположенія сей пѣсни кажется быть тако-вымъ, что сочинитель, для возбужде-нія вящшей вѣ сердцахъ чувствитель-носши, потомъ послѣ Святославовой рѣчи приводилъ другую жалостную рѣчь, или паче плачъ жены Игоревой, какъ мы то ниже сего увидимъ). Уримѣ критать подѣ саблѣли Половецкины, а Во-лодимирѣ подѣ ранами. Туга и тоска сы-ну Глебову (*). (Кричать значить здѣсь

(*) Преложитель сей пѣсни вѣ примѣчаніи своемъ на сіе мѣсто (см. стран. 28.) думаетъ, что чрезъ слова: **Володимирѣ подѣ ранами:** туга и тоска сыну Глѣ-тову, должно разумѣть двухъ Князей, **Володимира** и сына Глѣбова; но мнѣ ка-жется сочинитель пѣсни говорить сіе обѣ одномъ и шомъ же **Володимирѣ**, на-

156

говоряшь, сказывающи). Великій Кня-
же Всеволоде! не мыслію ти прилетѣти
издалеге, отня стола злата поблости: ты
бо можеши Волгу веслы раскропити, а
Донъ шеломы вЫльбяти. (Прекрасное сти-
хотворческое изображеніе могущества
и силы Великаго Князя Всеволода III,
къ кошорому сіе относишіся!). Аще бы
ты былъ, то была бы Тага по наготѣ, а
Кощей по резани. (Нагоша и рѣзань
сушь самыя мѣлкія деньги. Безъ сом-
нѣнія рѣчь сія есшь родъ пословицы,
означающей, что ежели бы Всеволодъ
быль присудшвень, сирѣчь стояль бы
за Россію; шо сіи два человѣка, Чага и
Кощей, не значили бы ничего, или про-
сто сказать, не стоили бы ни полуш-
ки). Ты бо можеши по суху живьми

звавъ его сперва Володимиромъ, а пошомъ
сыномъ Глѣбовымъ: ибо по лѣтописцамъ
Князь Володимиръ Глѣбовичь вѣ сраже-
ніи сб Половцами подв Переяславлемъ
ранень былъ шремя ранами.

157

шерешпръ (*) стрѣляти удалыми сыновъ
Глѣбовѣ. (Вѣ преложеніи сказано: „пы
„можешь живыми шереширами стрѣ-
„лять чрезъ удалыхъ сыновъ Глѣбо-
„выхъ,“. Но мнѣ кажется смыслъ сей
рѣчи есть слѣдующій: пы можешь
стрѣлять удалыми сынами Глѣбовыми,
кошорые суть живые шереширы). Тѣ
буй Рюриге и Давыде, не ваю ли злате-
ными шеломы по крови плаваша? не ваю
ли храбрая дружина рыкаютъ аки турп,
ранены саблями калеными, на полѣ незна-
емѣ (**)? (Какіе сильные вопросы, и
какая потомъ убѣдительная прозьба):
вступита господина вѣ златѣ стремень за
обиду сего времени, за землю Рускую, за
раны Игоревые, буего Селятславлита! (Прозь-
ба или взываніе сіе кѣ Князьямѣ вѣ

(*) Нѣ комораго рода воинскія орудія.

(**) Рюрика и Давыда не было съ Игоремъ; итакъ надлежитъ думать, что здѣсь говорился о прежнихъ битвахъ ихъ съ Половцами, или можешь быть часть войскъ ихъ была съ Игоремъ.

158

чьихъ устахъ приличнѣе быть можетъ, какъ не въ устахъ Свяпослава, чувствующаго немощь силъ своихъ, и купно пылающаго мщеніемъ?) Галицкій осломысле Ярославе! высоко сѣдиши на своемъ златокованнемъ столѣ. (Великолѣпное начало!). Подперь горы Угорскіи свои ли желѣзнЫми полки (смѣлое и сильное выраженіе!), заступивъ королеви путѣ, затвори въ Гунаю ворота, мета бременны грезь облаки, суды рядя до Гуная. (Какое изображеніе Ярославова могущесшва!). Грозы твоя по землямъ текутъ; (прелаять подобныя выраженія, было бы уменьшать ихъ краткоспь и силу). Отворяetri Кіеву врата; (въ преложеніи сказано: отверѣть тѣ путѣ къ Кіеву; но мнѣ кажешься сіе значить: преграждая неприятелямъ пушь отверзаешь шы врата Кіевлянамъ). Стрѣляetri съ отня злата стола салтани за земляли. (То есть: великія пространства многихъ земель, лежащихъ между Сулманами и побою, не могушь ихъ укрывать отъ стрѣль, кошорыя мещешь шы въ нихъ съ высоты наслѣдственнаго

159

лучезарнаго преҫшола твоего). Стрѣляй
господине Контака, поганаго Кощея за зем-
лю Рускуло, за раны Игоревы буго Свят-
слав. (Рѣчь Свяпославова расположе-
на таким образом, что онъ при взы-
ваніи къ каждому изъ Князей, сперва
искусною и всегда различною кистію
изображаетъ власть его и силу, а по-
шомъ уже окончеваетъ прозьбою или
приглашеніем, да вступился за Игоря
и ополчился прошиву Половцевъ. Мы
послѣ увидимъ плачъ или жалобу жены
Игоревой, расположенную совсѣмь ина-
че). Я ты буй Романе и Местис. (аве!
храбрая мысль носить васъ умб на дѣло.
Высоко плаваesti на дѣло въ буести, яко
соколъ на вѣтрехъ ширялся, хотя птицу
въ буйствѣ одолѣти. (Кажешься должны
быть здѣсь нѣкоторыя погрѣшности:
слово васб есть ошибка. Глаголъ пла-
вѣли поставленъ въ единственномъ, а
надлежало бы ему быть въ двойствен-
номъ числѣ, пошому что говорился о
двухъ Князьяхъ. Но впрочемъ смыслѣ
сей рѣчи въ преложеніи весьма хоро-
шо объяснень. Примѣтимъ токмо, ка-

160

кое прекрасное упошреblено здѣсь по-
добіе св соколомь, и какъ знаменаше-
лень глаголь ширляся). Сутѣ бо у вато
желѣзнѣи папорзи подб шеломы Латин-
скини. Тѣми тресну земля, и многи стра-
ны Хинова. Литва, Ятвези, Деремела и
Половци сулицы своя повергоша, а главы
своя поклониша подб тьи меги харалуж-
нѣп.. (Все сіе само по себѣ довольно
вразумительно и хорошо объяснено вь
преложеніи). Но уже Княже Игорю утр-
пѣ солнцю свѣтѣ, а древо не бологолѣ ли-
ствіе срони. (Слова сіи совсѣмь не вра-
зумищельны. Преложеніе оныхѣ: „Но для
„Князя Игоря помрачился уже свѣтѣ
„солнечный; не омь добра опали сь
„деревь лисшы,“ есть шакже одинъ
шолько наборъ словѣ, содержащій вь
себѣ двѣ разныя совсѣмь неудобосвя-
зуемыя мысли. Вь слѣдующей пособѣ
рѣчи хошя и всѣ слова извѣсіпны, од-
нако трудно согласить ее съ предвиду-
щею рѣчью, и сдѣлашь изъ нихъ обѣ-
ихъ общій разумѣ): по Рсіи, по Сули
гради подѣлиша; а Игорева храбраго пол-
ку не крѣсити. (Догадывашься должно,

161

что Свяшославѣ, взывая къ князьямъ
Роману и Мешиславу, говоришь и нечто
подобное сему: „храбросить и сила ва-
, ,ша велика; многіе народы побѣждены
, ,вами: потерпите ли вы, что бы Игорь
, ,на всегда лишенъ былъ солнечнаго свѣ-
, ,ша? что бы жизнь его подобна была
, ,вѣчной осени? Можете ли смочрѣть
, ,спокойно, какъ Половцы по рѣкамъ
, ,Роси и Сули беруть и раздѣлять по
, ,себѣ города наши, которыхъ защищать
, ,уже нѣ кому, поелику. Игоревы войска
, ,не возстанутъ?)... Гонь ти княже кли-
гетъ, и зовешь Княги на поѣду. (Какое
стихочворческое приглашеніе: Гонь
кличешь, зовешь васъ, и сулишь вамъ
побѣду!). Олговити храбрый Князь до-
лѣли на брань. (Вѣ преложеніи сказа-
но: „храбрые князи Ольговичи на брань
, ,поспѣшили,. Но куда и на какую брань
могли они поспѣшить? Мысль Свято-
славова совсемъ не та: онъ созываетешь
Князей, исчисляешь каждаго изъ нихъ
силы и способности, и говоришь объ
Ольговичахъ, чѣто они доспѣли уже не
брань, что есть созрѣли, возмуžали,

11

162

пришли въ возраспів, сдѣлались способ-
ны управлять войсками, побѣждать не-
приятелей). Игваръ и Всеволодъ и всп
три Мстиславиги, не худа гнѣзда шесто-
крилчи, непобѣдными жребіи собѣ власти
расхитисте? Кое ваши златыи шеломы и
сулицы ляцкіи и щиты? Загородите по-
лю ворота свои и острѣли стрѣлами за
зѣллю Рускую, за раны Игоревы буего
Святславлига. (Чпо значишь Шесто-
крилчи? шестерыхъ ли одного дому
Князей, или чпо иное, не извѣстно.
Впрочемъ все остальное само по себѣ
довольно вразумишельно и пришомъ
преложеніемъ объяснено). Уже бо Сула не
тететъ сребряными струлми къ граду Пе-
реяславло, и Двина бо.ютомъ тететъ онымъ
грознымъ Половтаноль подъ кликолль по-
ганыхъ. (Кажется сочиниціль стихо-
пворческимъ образомъ описуешь здѣсь
рѣки Сулу и Двину, то ешь, мечтая
ихъ какъ бы живыхъ и имѣющихъ чув-
ства и спрасши, говоришь, что сму-
щенная Сула уже не сь веселіемъ те-
чешь къ Переяславлю, и что печальная
Двина, превраща чиспую воду свою вЬ

163.

мутную и болотную, съ негодованіем
спруи свои кашипъ подъ кликомъ или
подъ власшію неческихъ народовъ.
Ілю сіе мѣсто рѣчи Святославовой мо-
жно было съ нѣкоторымъ трудомъ
разбирашь связь соспавляющихъ ея мы-
слей, но слѣдующее помоль окончаніе
оной уходитъ уже совсемъ отъ сообра-
женія и догадокъ: исшорическая шемно-
ша, присоединяясь къ темному языка,
дѣлаетъ ея вовся не вразумішельною,
по крайней мѣрѣ для моего понятія.
Чего ради оставляя искуснѣйшимъ ме-
ня сообразить порядокъ и связь повѣ-
ствования, замѣчу я токмо нѣкоторыя
выраженія).

Единъ же Иезяславѣ сынѣ Васильковѣ
позвони своими остролыми мети о шеломѣ
Литовскія; притрепа славу дѣду своему
Всеславу, а самѣ подѣ тервленными щиты
на кровѣ тřабѣ притрепанѣ Литовскіми
мети. (Сомнипельно Святославѣ ли про-
должаетъ здѣсь говорить, или сочини-
тель начинаетъ паки повѣствовать.
Съ одной стороны ничто не показано.

164

ваемъ окончанія Свяпославовой рѣчи, а
св другой въ содержаніи оной примѣ-
чается немалая перемѣна. Мы видѣ-
ли его взывающаго о къ Князьямъ и убѣ-
ждающаго ихъ принять оружіе проши-
ву Половцевѣ, шеперь же видимъ ток-
мо расказываніе о преждебывшихъ сра-
женіяхъ и произшествіяхъ). И схоти
го на кровать, и рекб: (чіпо значить и
схоти то, и кому Изяславѣ рекб, добраша-
ся трудко). Груjinу твого, Княже
птицъ крилъи пріодѣ, а звѣри кровѣ поли-
заша. Не бысь ту брата Брятяслава, ни
другаго Всеволода; единѣ же изрони жем-
тюжну душу изб храбрѣ тѣла, гresб зла-
то ожереліе. Унѣтъ голоси, поните веселіе.
Грубы трубять Городенскіи. Ярославе, и
ви внуце Всеслави уже понизить стязи
свои, вонзить свои лезви вережки; уже бо
выскостисте изб дѣдней слабѣ. Въ бо свои
ми кра.полуми наясте наводити поганыя
на землю Рускуло, на жизнѣ Всеславлю.
Которое бо бѣше нагиліе отб земли Поло-
вукъи! (Сей упрекъ Ярославу и вну-
камъ Всеславовымъ, чіпо они крамола-
ми и нesогласіями своими предали Рос-

165

сію вѣ руки враговѣ, и сія жалоба на
бѣ дствія прешерпѣнныя чрезь то омь
Половцевѣ, подають поводь думасть,
что здѣсь Святославѣ еще продолжать
говорить). На седлопѣ вѣ цѣ
Грояни верже Всеславѣ жребій о дѣвицу
себѣ любу. Той к. поками подперся о конь,
и скоги кѣ граду Кіеву, и дотгеся
стружіемъ злата стола Кіевскаго. Скоги
отъ нихъ мотылѣ звѣрѣлѣ вѣ полуноги,
избѣ Бѣла-града, объѣспѣ синѣ мглѣ, утрѣ же
воззни стрикусы (*) отвори врата Нову-
граду, разшибѣ славу Ярославу, скоги во-
колѣ до Немиги свѣ Гудутокѣ. (Что
значать выраженія: седьмой вѣ кѣ Тро-
яновѣ, подперешься клюками о конь?
для чего индѣ написано кони, индѣ ко-
мони? Что значить кинуть жребій о
дѣвицѣ, коснуться древкомѣ престола
Кіевскаго, поскакать извѣ Бѣла-града,
отпворить Новогородскія ворота, по-

(*) См. вѣ преложеніи примѣчаніе на сло-
во стрикусь.

166

прасть славу Ярославову, и паки съ Ду-
дутокъ поскакать до Немиги? Какъ
сообразить всю сію смѣсь мыслей, и
добраться до заключающагося вѣ ней
разума? Не можно полагать, чтобъ со-
чинитель написать здѣсь нѣчто невра-
зумительное; ибо все прежнее оцѣш-
ствуешь за него, чѣпо онъ умѣлъ мы-
слить. Не можно также сказать, чтобъ
неизвѣстность многихъ словъ препят-
ствовала намъ проникнуть смыслъ: сло-
ва почипѣ всѣ извѣстны; отдаленность
приключеній, можешь быть тогда быв-
шихъ еще у всѣхъ вѣ свѣжей памяти,
и образъ писанія краткой, намекающій
токмо о вещахъ, супѣ причиною, чѣто
трудно сообразить и связать всѣ сіи
понятія. Сверхъ сего пропущенія словъ,
а можешь статься и цѣлыхъ рѣченій,
и вкравшіяся вѣ перепискахъ погрѣш-
ности, много могутъ замѣвать ра-
зумѣ. Вѣ рѣчи: утрѣ же воззни стрику-
сы отвори врата Нову-граду, преложен-
ной: поутру же вонзивѣ стрикусы отво-
рилѣ в рота Новгородскія, слово воззни по

167

смыслу рѣчи кажешься ближе должно
быть прилагательное имя, нежели гла-
голь. Можешь быть значить оно во-
зимыми на возахъ, или великими стри-
кусами, съ которыми надобно было
много возиться). На Немизѣ снопы сте-
лють головами, молотят в тепи харалуж-
ными, на то же живот кладутъ, вѣютъ
дучу отъ тѣла. (Сие уподобленіе биш-
вы съ молопьбою хлѣба, при всей сво-
ей необычайности, весьма прекрасно;
ибо сильно изображаешь ужас и лю-
шость убійства, а особливо симѣ смѣ-
лымъ и удивительнымъ выраженіемъ:
вѣюшъ душу отъ тѣла). Немизѣ кро-
вави брезѣ не бологомъ бяхутъ посѣянъ,
посѣянъ костѣми Русскихъ сѣновъ. (СЛОВО
бологъ преложено быліемъ, но по чему
не извѣстно). Всеславъ Князѣ людямъ
судяше, Князѣмъ грады рядяше; а салѣ
въ ногѣ волкомъ рыскаше, изъ Кіева до ри-
скаше до Курѣ Тблутороканя; великому
Хрѣсови волкомъ путѣ прерѣскаше. (Со-
мнишельно, чтобъ слова: до Курѣ Тблу-
тороканя значили: до Курска и Тблуто-

168

гроканя, какъ сказано въ преложеніи. Вѣ-
рояшно, чѣп слово Хрбсови значишь
Хронѣ, и тогда смысл всей вышеска-
занной рѣчи будешь такой, чѣто Все-
славѣ не токмо въ царствѣ своемъ су-
дилѣ людей и раздаваль города Князьямѣ,
но и многія другія страны, какъ то
Херсонѣ и Тымупороканѣ, поспѣшно об-
лешалѣ). Голу въ Полоцкѣ позвониша
заутренюю рано у святѣя Софен въ коло-
колы: а онѣ въ Кіевѣ звонѣ слѣтша.● (Мо-
жешь бышь сему чудесному обстоя-
тельству дѣйсшвишельно тогда вѣри-
ли, а можешь и то бышь, чѣто разу-
мѣлось подв онымъ какое нибудь ино-
сказаніе, какъ напримѣрѣ: когда въ По-
лошскѣ задумывали чѣто либо прошиву
Веслава, то онѣ по пронырливости
своей всегда въ Кіевѣ скоро о томѣ
узнавалѣ. Послѣдующая рѣчь кажешься
мыслѣ сію подпверждаемъ): аще и вѣ-
ща луша въ друзѣ тѣлѣ, но гасто бѣды
страдаше. (То есшь: „хочя и мудрая
была душа въ неупомимомъ его тѣ-
лѣ, но онѣ часто ошь бѣдѣ стра-

II

169

даль,.) (*). Гому вѣщей боянв и первое
припѣвку смысленный рете: ни хитру, ни
горазду, ни птицю горазду, суда Божіа
не минути. (То еспь: боянѣ краснорѣ-
чивый разумно припѣвалѣ о немѣ: ни
хитрому, ни мудрому, хося бы кто
птицею леталь, суда Божьяго, сирѣчь
судьбины, опредѣленнаго омѣ Бога жре-
бія, не миновашь. Все сіе показываешь,
что Всеславѣ почишался дѣпельнымѣ,
пронырливымѣ, хитрымѣ Княземѣ, о ко-
торомѣ не мудрено было сплесть сказ-
ку, чіпо вѣ Полоцкѣ зазвонятѣ вѣ коло-
коль, а омѣ вѣ Кіевѣ слышить). О
стонати Русской земли, по плянувше первую
годину, и первых Князей! (Воспомина-
ніе о прежней славѣ, помраченной раз-
дорами и несогласіями, водворившимися

(*) Я постравилъ здѣсь точныя слова пре-
ложенія; но не знаю, почему выраже-
ніе вѣ друзѣ истолковано выраженіем
вѣ неутомиломѣ. Безъ сомнѣнія по од-
ной догадкѣ, а не по отысканію корня
сего слова.

170

между удѣльными Российскими Князьями, исторгло изъ устъ Святославовыхъ сіе сердцу его горестное о будущихъ временахъ предвѣщаніе). Того стараго Владимира не лбзѣ бѣ пригвоздити къ го-рамб Кіевскимб: сего бо нынѣ сташа стя-зи Рюриковы, а друзіи Давыдовы; но рози нося имб хоботы пашутъ, копіа поютъ на Дунап. (Мѣсто сіе вѣ подлинникб совсѣмь непоняшно; при всемъ моемъ спараніи не могъ я вразумишься вѣ смыслѣ онаго, а пошому и предостав-ляю сіе превосходнѣйшему моего остро-умію читапеля. Что принадлежитъ до преложенія, шо данная вѣ немъ сло-вамъ симв мысль не можешь никакимъ образомѣ быть мыслію сочинителя; ибо что значитъ: зналена Владимировы до-стались Рюрику и Давыду, которые нося ихб на рогахб землю вспахиватотб? Лучше совсѣмь не понять, нежели такъ по-нять, какъ здѣсь сказано. На семѣ мѣ-стѣ кончился рѣчь Святославова, за копюрою слѣдуепѣ жалоба или плачѣ супруги Игоревой.

171

Арославнинъ глась слышить: (въ преложеніи сказано: Ярославнинъ глась слышится; но можешь быть слышать опносишись къ Свяшославу: Свяшославь, послѣ своихъ жалобъ, Ярославнины жалобы слышать). Зегзидего не знаемъ,რа-ко когтеть: (въ преложеніи сказано: „она, „какъ оставленная горлица, по утрамъ „воркуетъ,.. Толкованіе сіе по сообра-женію повѣствованія прилично здѣсь; но впрочемъ соспавь сей рѣчи трудно разобрать: ибо оная соспошь извѣ-шырехъ словъ, изъ кошорыхъ при: зег-зица, не знаемъ, когтеть, сушь не извѣсш-ны). Полетю, рете, зегзицію по Дунайя; омогло бебрянъ рукавь въ Каяль рѣсцѣ, утру Князю кровавыя его раны на жесто-цемъ его тѣлѣ. (Все сіе само по себѣ ясно. Выраженіе на жесточѣлѣ тѣлѣ показываеть, что она воображаешь су-пруга своего мертвымъ). Ярославна ра-по платеть въ Путивль на за рѣлѣ, арку-ти: (забрало долженствовать значить здѣсь городскую стѣну, или высокую башню, на кошорук Ярославна рано по ушру всходить, дабы оплакивать су-

172

пруга своего, простирая зрѣніе въ ту
страну, гдѣ онъ пребываешь). О вѣ-
трѣ! вѣтрило! тему господине насилно
вѣшеши? тему мы гитеши хиновскія стрѣлки
на своего нетрудного крилцю на моей ла-
дѣ вонъ? (То есть: о вѣтрѣ! самовла-
ститель вѣтрѣ! почти съ такою си-
лою вѣшь? почти на легкихъ кри-
лахъ своихъ носишь ханскія стрѣлы,
поражающія воиновъ супруга моего (*)?
Въ преложеніи выраженіе: на моей ладѣ
вонъ, исполковано: на милыхъ мнѣ вои-
цовъ; но сіе не справедливо. Ладо зна-
читьъ супругъ). Мало ли ти бяшетѣ
горѣ подъ облѣки вѣяти, лелѣоти корабли
на синѣ морѣ? (Въ преложеніи скажано:
„или мало шебѣ горѣ подъ облаками?”

(*) Ярославна говорить здѣсь не въ про-
шедшемъ, но въ настоящемъ времени:
воображеніе ея такъ сильно поражено
симъ случившимся съ нею бѣдствіем,
что она мечла емъ его, какъ бы оно въ
сію самую минупу предъ очами ея про-
исходило.

173

„развѣвай ты тамо, лелея корабли на
„синемъ морѣ! Толкованіе сіе не мо-
жешь бышь справедливо, потому что
вѣ подлинникѣ глаголь вѣяти принад-
лежишь къ первой половинѣ рѣчи: ма-
ло ли ты бояшешь горѣ подб обліки вѣяти,
а не ко впорой: лелеюти корабли на синѣ
морѣ. Вѣ преложеніи же сдѣлано двѣ
разнаго смысла рѣчи, и глаголь вѣяти
отвѣ первой изв нихъ отнять и съ пе-
ремѣною наклоненія перенесенѣ во вто-
рую, чрезъ что смыслъ сдѣлался не
удобопонятѣнѣ; ибо нарѣчіе тало зна-
чить на горахъ: какъ же вѣтру развѣ-
вая на горахъ лелеять корабли на синемѣ
морѣ? Ошибка сія произошла отвѣ мо-
го, что слово горѣ взято вѣ настоя-
щемъ своемъ знаменованіи, а надлежа-
ло бы взять оное вѣ иносказацельномъ,
волнѣ; ибо когда возмемъ мы его вѣ
семь разумѣ, тогда мысль заключаю-
щаяся вѣ вышесказанной рѣчи безвѣ вся-
каго сомнѣнія будешь слѣдующан: мало
ли шебѣ было горѣ возвѣвасть подв обла-
ки, лелея корабли на синемъ морѣ? или
наче: мало ли было для тѣся про-

174

странныхъ морей, гдѣ шы, подвемля вол-
ны кв облакамъ, могъ носишь по нимъ
корабли?). Тему господине мое веселіе по
ковыліо развѣл? (Вѣ преложеніи сказа-
но: „за чшо развѣялѣ шы, какѣ траву
„ковыль, мое веселіе?,, Но вѣ подлин-
никѣ уподобленіе сіе заключаетѣ вѣ се-
бѣ совсѣмѣ иную мысль. Трава ковыль
растешв на спепяхъ, на мѣстахъ без-
плодныхъ, никогда не воздѣлываемыхъ,
пространныхъ. Вѣ прѣ не развѣваетъ
ее, и пошому подобіе: развѣятъ какѣ
траву ковылѣ, не основано на исчинѣ
векей. Мысль же Ярославнина есть
слѣдующая: почио развѣялѣ шы мое
веселіе по травѣ ковыли? то есть по
пространнымѣ спепямѣ, по глухимѣ по-
росшимѣ сею правою мѣстамѣ, отко-
лѣ никогда уже не могу я онаго паки
собрать, возврать кв себѣ по преж-
нему.) Ярославна рано п. гатетъ Путив. по
городу на заборолѣ, аркуги: (выше сего
сказано: вѣ Путивѣ на забралѣ, и по-
елику слова сіи не однократно повто-
ряются, этого ради надлежало бы имѣ
быть вездѣ одинаково написаннымъ ).

175

О Днепре слову цю! тогі пробиль еси ка-
менныя горы сквозі землю Половецкую.
Гоі лел'яль еси Святославли насады до
полку Кобякова: взлел'й господине мого ла-
ду ко мнѣ, а быхь не слала кь нему слезь
на море рано. (Какое прекрасное взыва-
ніе кь Днепру, какъ бы кь нѣ коему боже-
ству, и какая припомь умиленная прозь-
ба! впрочемъ слова сей рѣчи всѣ извѣст-
ны, и перешолковывать оную было бы
поршить ее). Ярославна рано платетъ въ
Путивлѣ на забралѣ аркути: (Примѣтимъ
разносіь въ расположеніи сихъ двухъ рѣ-
чей, то есть предвидущей Святославовой
и сей, кооторую говорить жена Игорева.
Святославъ каждое взываніе или прозьбу
свою кь Князьямъ оканчиваль сими слова-
ми: вступитесь за землю Рускую, за раны Я-
горевы! Сіе повіпореніе дѣлало рѣчь его
сильною, убѣдительною. Здѣсь сочини-
тель употребілъ можь самое сред-
ство, но при началѣ каждой жалобы:
Ярославна плачешь, мечтая себѣ окро-
вавленнаго супруга своего; Ярославна
плачешь, прося помощи у Днепра; Яро-
славна плачешь, жалуясь на солнце: всѣ

176

сіи повторенія показывают въ ней
различное томленіе чувствъ, и дѣла-
ють рѣчь ея жалостною). Свѣтлое и
тресвѣтлое солнце! всѣмъ тѣпло и красно
еси: тему господине протяе горячую лу-
лю свого на ладѣ воп? (То есіть: поч.по
просперло ты горячій лучъ свой на во-
иновъ супруга моего?). Въ полѣ безвод-
нѣ жаждѣю имѣ лі乎 спряже, тухою имѣ
тули затпе. - (Рѣчь сія изв. слова въ
слово значить: лучъ твой въ полѣ без-
водномъ жаждою имѣ луки сопрягъ, пе-
чалію имѣ колчаны замкнули. Мысль
же сей рѣчи есть слѣдующая: зной-
ный лучъ твой въ безводномъ полѣ до
того упомилъ ихъ жаждою, что они
безсильны были стрѣлять изв. своихъ
луковъ, и до шоликаго довель ихъ изне-
моженія и горести, что они стрѣлъ
своихъ изв. колчановъ доставаясь не мо-
гли. Здѣсь кончился жалоба или плачъ
жены Игоревой. Прежде нежели при-
ступимъ мы къ продолженію полкованія
сей пѣсни, остановимся нѣсколько на
семь мѣстѣ, и повторимъ рѣчь сію,
для лучшаго разсмотрѣнія искусства и

177

краснорѣчія, каковыя въ ней примѣча-
ются. Младая и прекрасная Ярославна,
терзаясь людюю горестію, восходишь
рано поупру на высоту башни, про-
спираешь зрѣніе свое въ ту страну,
гдѣ почитаешь быпь любезнаго супру-
га своего погибшимъ: первое желаніе
ея полетѣть къ нему горлицею, и омо-
ча бобровый рукавъ свой въ Каяль рѣ-
кѣ (на брегу коей воображаешь его ле-
жащимъ) остерешь кровавыя раны на охла-
дѣвшемъ тѣлѣ его. Не прекрасно ли
сіе начало? Пошомъ, обращаясь къ вѣ-
шру, она не съ яроспію вопіешь къ не-
му, не называетъ его ни жестокимъ
ни людымъ, но съ тихоспію и со сле-
зами пѣняешь ему: „почто шы съ ма-
„кою силою вѣешь? Почто на легкихъ
„крилахъ своихъ носишь смертоносныя
„враговъ спрѣлы на воиновъ моего су-
„пруга? Мало ли для тебя проспран-
„ныхъ морей, на которыхъ можешь шы,
„воздымая къ облакамъ волны, носишь
„по онымъ плавающіе корабли?,, Послѣ
сихъ вмѣстѣ и нѣжныхъ и чувствитель-
ныхъ пѣней, мучимая поскою, обра-

12

178

щается къ Днепру и взываєпѣ къ нему:
„О славный Днепр! ты силою шеченія
„своего чрезъ землю Половецкую пробилъ
„каменныя горы; ты носилъ на себѣ Свя-
„пославовы къ непріяпелю суда: принеси
„ко мнѣ супруга моего, да не посылаю къ
„нему слезъ моихъ, сна лишенная!., По-
шомъ послѣ умиленной прозьбы сей, но-
вымъ всегда мерзаемая мученіем, воз-
водитъ шомныя очи свои къ солнцу и
говоритъ ему: „о свѣтлое, во вѣки не-
„мерцающее солнце! для всѣхъ ты пе-
„пло и красно, для меня одной хладно и
„мрачно. Почто, вѣчносіяющее, простер-
„ло ты знойные лучи свои на воиновѣ
„супруга моего? Почто вѣ безводномѣ
„полѣ ушомя жаждою, лишило ихъ спо-
„собности упошребляшь лукъ свой и
„стрѣлы?., Во всѣхъ сихъ пѣняхъ и
жалобахъ не видимъ ли мы вѣ Яро-
славнѣ крошкую, но чувствищеленную
душу; тихое, но глубокое уныніе;
скромную, но велерѣчивую любовь?).

Прысну море полунощи; идутъ стор-
ци мглами: Игореви Князю Богъ путъ

179

кажешь изъ земли Половецкой на землю
Рускую, къ отню злату столу. (Сочини-
тель, приступая здѣсь паки къ повѣ-
стѣованію своему, описываемъ побѣгъ
Игоревъ омъ Половцевъ, и какъ сіе из-
бавленіе его изъ плѣна есть важное
для Россіи произшествіе, того ради
при объявленіи о томъ употребляемъ
онъ спихопворческія мечтанія, или
украшенія, яко бы въ чась ухода его,
то есть въ самую полночь, море пры-
снуло, сирѣчь взволновалося, и смерчи
ходили мглами (*). Сіе смяшеніе въ

(*) Подъ именемъ смертей (сморци) разумѣемъ мы нынѣ водяные насосы, бывающіе на моряхъ по жаркому поясу разливающихся, и которые больше извѣстны намъ подъ иностраннымъ названіемъ, тром. Трудно себѣ представить, какимъ образомъ волнующееся море и ходящіе мглами смерчи, могли показывать путь Князю Игорю; но какъ онъ долженствовалъ сперва переплыть чрезъ рѣку, то можемъ быть сочинитель разумѣетъ подъ симъ случившусь тогда непогоду и мракъ ночной, или

*

180

природѣ приписываемъ онъ тому, что
Бог показывалъ Князю Игорю пушь
изъ земли Половецкой въ землю Рус-
кую, къ ощеческому златому пресшо-
лу): погасоша вегету зари: (по есть:
погасла вечерняя заря). Игорь (пить,


шумань, кошорые въ семъ случаѣ ему
благопріятствовали. Побѣгъ Игоревъ изъ
земли непріятельской ощвемлетъ что-то
отъ славы сего героя, однакожъ испо-
рическое о томъ повѣствованіе соеди-
няется сіе съ общятельствами оправ-
дывающими оную. Произшествіе сіе
описывается слѣдующимъ образомъ:
Игорь содержань былъ въ плѣну съ ува-
женіемъ, приличнымъ владѣальному
Князю; но выкупъ за него положень
былъ чрезвычайный, и притомъ смо-
трѣли за нимъ крѣпко: приспавлено
было къ нему пяшнадцашь человѣкъ и
пяшеро знамныхъ ощловъ дѣшей, кошо-
рымъ однакожъ вельмо было ему пови-
новаться. Нѣкто именемъ Лаверѣ (въ
пѣсни же сей Овлурѣ), родомъ Половча-
нинь, рожденный отъ матери Русской
изъ области Игоревой, открылся быв-
шимъ при Игорѣ двумѣ подданнымъ его,
конующему и сыну нѣкоего тысяцкаго,

181

Игорь бдить, Игорь мыслю полл мѣрить отб великаго Дону до малаго Донца. (То есть: Игорь распустил о себѣ слухъ, будто онъ спить, а въ самомъ дѣлѣ собирался въ путь и размышлял о томъ, какимъ бы образомъ безпрепятственно проѣхать землю непріятельскую). Комонѣ въ полуноги. Овлурь свисну за рѣкого: велить Князю разумѣти. (То есть: конь въ самую полную

въ томъ, что онъ можетъ освободить
Князя ихъ изв плѣна, естьли сей со-
гласится уйти отъ Половцевъ. Сказа-
но было о семъ Игорю, кошорый пред-
ложеніе сіе опвергъ сѣ негодованіем,
говоря: ,я бы во время сраженія могъ
,спастись бѣгствомѣ, но не хотѣлѣ че-
,ѣди моей почерять; шеперь же и по-
,давно безчестнымѣ образомѣ бѣжать
,не хочу,. И хошя конюшій и сынѣ
тысяцкаго совѣшами своими покуша-
лись еще склонишь его на то, однакожь
онъ совѣтовѣ ихъ не принялѣ и запре-
шилѣ, чтобѣ они о семъ никогда
ему не говорили. По прошествіи нѣко-
тораго времени сынѣ тысяцкаго узналъ
отъ жены Половецкаго Князя Углія, сѣ ко-

182

быль уже гошовь. Овлурь за рѣкою
чрезь условенный знакъ извѣстиль о
семь Игоря). Князю Игорю не бывать:
(то есть: Князя Игоря не шало боль-
ше шамь, гдѣ онъ былъ). Кликну стук-
ну земля, возшуме трава. Вежи ся Па-
ловецкіи подвпюшася. (Вѣ преложеніи ска-
зано: застонала земля, зашумела трава;
двинулісь заставы Половецкія. Слѣдо-
вашельно смыслъ дань здѣсь шакой,

шорою имѣль онъ любовь, что Половцы
положили, естьли имь вѣ войнь съ Ру-
скими случится неудача, убить Князя
Игоря. Сей младый воинъ увѣдомилъ о
шомъ конюшаго, который вмѣстѣ съ
нимъ пришедь къ Игорю говорилъ ему
тако: „для чего Князь, ошвергаешь ты
„промыслъ Божій? Для чего не согла-
„шаешся ввѣрить себя усердному и на-
„дежному человѣку, предлагающему ше-
„бѣ услуги свои, и желающему изба-
„вить тебя изъ неволи и острѣ смерти?
„Половцы при первомъ неудачномъ сраже-
„ніи съ Рускими положили тебя убить.
„Или ждешь возвращенія ихъ и соверше-
„нія сего злаго надъ шобою умысла? Тогда
„что помогутъ тебѣ славолюбіе твое

183

какъ бы сочинишель хотѣль сими сло-
вами изобразить смятеніе и тревогу,
какая сдѣлалась между Половцами, ко-
гда они узнали о побѣгѣ Игоревомѣ, и
что стража ихъ шопчась во всѣ спо-
роны послана была за нимъ въ погоню.
Но мнѣ кажется вышесказанныя слова
подлинника не иное чѣе значаєв, какъ

,,и гордость? отв упрямства швоего
,,погибнутъ и жизнь швоя и слава,,.
Сіе извѣстіе поколебало швердость Иго-
реву: толико безчестное и злое намѣ-
реніе, мнилось ему, освобождаемъ его
отв храненія вѣрности кв данному
слову. Онв принялѣ предлагаемыя ему
отв Лавера услуги, и для удобнѣй-
шаго исполненія предпріятія своего сдѣ-
лal пирв, на кошоромъ до самой полу-
ночи много веселясь и употчивавѣ при-
ставниковѣ своихъ, велѣлъ продолжать
веселіе, а самъ пошелъ вѣ шатерѣ свой.
Между тѣмъ, какъ пирующіе пристав-
ники думали, что онв спить, Игорь шай-
но прошедъ переправился чрезъ рѣку,
гдѣ уже Лаверѣ или Овлурѣ пригото-
вилъ для него коней, на которыхъ не-
медлѣно сѣвѣ поскакали они кв предбѣ-

184

возставшую бурю, отъ которой земля завыла, права зашумела, и станы или шапры Половецкія пошрясались. Я нахожу мысль сію здѣсь гораздо приличнѣйшею, первое пошому, что и выше сего сочинитель начинаешь описаніем бури: привилку море полунощи, идутъ сморци мглами. Второе, чipo вв бурную

ламъ Россіи. Пушь ихъ былъ благополучень, но подвѣзжая кв Новугороду Свверскому, то есть кв столицѣ Игоревой, конь подвѣнимъ спошкнулся и упаль, отвѣчего Игорь повредилъ себѣ ногу, шакѣ что принужденъ былъ оснастовиться вв сѣлѣ Святаго Михаила, верстахъ вв двадцати отвѣ города. Крестынинъ того сѣла поскакалъ немедлѣнно вв городъ и возвѣсшилъ о возвращеніи Игоревомѣ. Иикшо не хотѣлъ сему вѣрить, однакожъ Княгиня жена Игорева, послѣ многихъ вопросовъ, учinnенныхъ сему радостному вѣстнику, колеблющаяся между страхомъ и надеждою, полетѣла пуда, вв сопровожденіи нѣкоторыхъ царедворцевъ своихъ. Граждане, слыша то, всѣ поѣхали за нею. У кого коней не было, шли пѣшками.

185

погоду Игорю безсомнѣнія удобнѣе было уйти, нежели вѣхихое время. Требіе, естъяли бы здѣсь вежи ся Половецкія подбизошася значило, что заставы Половецкія двинулись, побѣжали вѣпогоню за Игоремъ, тогда нижесказанная рѣчь: а Игорь Князь послоки горностаемъ кѣ тростію и проч., не могла бы уже слѣдовать за сею; поелику естественный порядокъ повѣствованія требуемъ, чтобѣ сперва сказано было о побѣгѣ и переправѣ Игоря чрезѣ рѣку, а пошомѣ уже о погонѣ за нимъ). А Игорь Князь послоки горностаемъ кѣ тростію, и бѣлымъ гоголемъ на воду; возвержеся на борзбѣ комь, и скоги сѣ него босымъ волкомь, и

Люди всѣ, сѣ женами и сѣ дѣшьми, вышли на срѣшеніе ему, вѣ шакомѣ много-людствѣ, что развѣ кшо крайней ради немощи остался дома. Радость, не токмо вѣ Новѣ городѣ, и вѣ Сѣверской области, но и по всей Россіи была неописанная, поелику Князь сей ради благонравія своего и добледушія всѣми вообще былъ любимъ. (Ташищ, часть III, стран. 270).

186

потеге кб лугу Донца, и полете соколомб
подъ мглами избивая гуси и лебеди, зав-
троку и обѣду, и ужинѣ. (Всѣ сіи по-
добія, сколь ни странны кажутся уже
памѣ по нынѣшнему слогу нашему вѣ
ысокихъ пѣсняхъ употребляемому, од-
пако же заключающі вѣ себѣ острыя
и справедливыя мысли: гдѣ Князю Иго-
рю надлежало шайно и бережно прохо-
діть къ просстнику рѣчному, тамѣ и
походка ему дана такова звѣрька, ко-
шорый бѣгаетъ украдкою или сѣ опа-
сеніемѣ: поскоглі горностаемъ; а гдѣ чрезъ
воду надлежало переходіть сѣ нѣкошо-
рою бодростію или смѣлостію, тамѣ и
свойсіво приписано ему шакой птицы,
которая красиво плаваетъ и глубоко
ныряетъ: пустился бѣлымъ гоголемъ на
воду. Послѣ словѣ: возвержеся на борзѣ
конь, выраженіе: и скоти сѣ него босымъ
волкомъ, не вразумішельно. По смыслу
рѣчи вмѣсто, и скоти сѣ него, должен-
свивовало бы кажется сказать, и скоти
на немъ; но прилагашельное босымъ не
представляетъ разуму никакого удо-
влешворительнаго понятія. Послѣднія

187

же слова: и потеге къ лугу Донца, и полетѣ
соколомъ подб лглами избивая гуси и лебе-
ди, заетраку, и обѣду, и ужинѣ, безсо-
мнѣнія изображающіе, что Игорь ѣдучи
по степямъ принужденѣ былъ собствен-
нымъ своимъ промысломъ кормиться,
на подобіе сокола, кошорый летая подъ
облаками ловишь вѣ пищу себѣ птицѣ).

Коли Игорь соколомь полетѣ, тогда Влурь
волкомь потеге, труся собого студеную ро-
су; преторгоста бо своя борзая комоня.

(Разумѣ сей рѣчи есть также весьма
темень; ибо что значишь: когда Игорь
летѣлъ, тогда Влурь или Овлурь вол-
комь шекь? развѣ то, что Игорь ѣхалъ
верхомъ, а Овлурь бѣхалъ за нимъ
пѣшкомъ, какъ то заключашь должно
изв послѣдующихъ двухъ рѣчей, изв ко-
шорыхъ вѣ первой сказано: труся собого
студеную росу, то есть, опрясая оную
ногами или пѣломъ своимъ сѣ правы,
по которой онъ шелъ; а во второй:
преторгоста бо своя борзая комоня, ежели
преторгоста значишь ўпомили, измучи-
ли, то можешь быть сочинитель разу-

188

МЬЕМ ПОД БИСМЬ, ЧТО УЖЕ У НИХЪ
ОДИНЬ КОНЬ ОСТАЛСЯ, И ЧТО ИГОРЬ ЪХАЛЬ
НА НЕМЬ, А ОВЛУРЬ ШЕЛЬ ЗА НИМЬ ПЪШ-
КОМЬ. ПО Крайней МЪРЬ ДРУГОЙ: МЫСЛИ
НИКАКОЙ Я НЕ ВИЖУ). ДОНЕЦЬ РЕТЕ: Кня-
же ИГОРЬ! не мало ТИ ВЕЛИГІЯ, А КОНТА-
КУ НЕЛЮБІЯ, А РУСКОЙ ЗЕМЛИ ВЕСЕЛІЯ. (Каж-
ДОЕ ИЗВ СИХЪ ПРЕХЬ СЛОВЬ, СКАЗАННЫХЪ
РЬКОЮ ДОНЦЕМЬ Князю ИГОРЮ, ЗАКЛЮ-
ЧАЕШЬ ВВ СЕБЬ ЛЕСТНУЮ ДЛЯ НЕГО ПОХВА-
ЛУ: ИБО ВВ САМОМЬ ДЪЛЬ не мало ему вели-
ЧІЯ, КОГДА НЕПРІЯТЕЛЬ, ВЫПУСТЯ ЕГО ИЗВ
РУКВ СВОИХЪ, СТОЛЬКО О СЕМЬ ПЕЧАЛИШСЯ,
СКОЛЬКО РОССІЯ РАДУЕШСЯ И ВЕСЕЛИШСЯ.
ВПРОЧЕМЬ РАЗГОВОРЬ ДОНЦА РЬКИ СВ ИГО-
РЕМЬ, ЕСТЬ ВЫМЫСЛЬ ВЕСЬМА УПОТРЕБИ-
ТЕЛЬНЫЙ У ДРЕВНИХЪ СПИХОТВОРЦЕВЬ:
ШАКО АХИЛЛЕСЬ РАЗГОВАРИВАЕТЪ У ГОМЕРА
СВ КОНЯМИ СВОИМИ. ВЕСЬМА ВЪРОЯТНО,
ЧТО СОЧИНИТЕЛЮ СЕЙ ПЪСНИ ГОМЕРОВА
ИЛІЯДА БЫЛА НЕ БЕЗВИЗВѣСТНА). ИГОРЬ
РЕТЕ: О ДОНЕ! не мало ТИ ВЕЛИГІЯ, ЛЕЛЯВ-
ШУ Князя на волнахъ, СТПАВШУ ЕЛУ ЗЕЛЕ-
НУ ТРАВУ НА СВОИХЪ СРЕБРЕНЫХЪ БРЕЗЬХЪ,
ОДЪВАВШУ ЕГО ТЕПЛЫШИ ЛПЛАЛИ ПОДБ СЪНЮ
ЗЕЛЕНУ ДРЕВУ; СТРЕЖАШЕ Е ГОГОЛЕМЬ НА ВО-

189

дѣ, тайцами на струяхѣ, тернядѣли на вѣтрѣхѣ. (Сей отвѣтъ Игоревѣ вкупѣ
и величествѣ и преисполнень благо-
дарныхъ чувствѣ: ибо описываетъ рѣ-
ку Донецѣ, аки нѣкое одушевленное су-
щество, съ усердіемъ ему служившее и
бодрственно его охранявшее. О Донецѣ,
говоритъ Игорь, не мало и тѣбѣ сла-
вы! Ты несъ меня на волнахъ своихъ;
пы вмѣсто одра подстилалъ мнѣ зеле-
ную траву на серебряныхъ берегахъ
своихъ; мы шеплотою густаго воздуха,
какъ бы нѣкіемъ покрываломъ, одѣваль
меня подѣ сѣнію зеленыхъ древесъ;
пы охранялѣ меня сномъ покояцагося:
всѣ плавающія по тѣбѣ птицы, гоголи,
чайки, черняди (*) были, какъ бы раз-
спавленныя окрестъ меня и на водѣ и
на струяхъ и на воздухѣ стражи, пек-
шіеся о моей безопасности). Не тако ли,

(*) Тернядѣ, родѣ ушки. Отсюду явству-
ешь, что слово сіе не правильно по
простому нарѣчію пишушь: тернетс.
(См. Академ. словарь).

190

греге, рѣка Стугна худу струю имѣя, по-
жорши тужи рутви, и струги ростре на ку-
стахб. (По началу сей рѣчи слово не
тако ли долженствовало бы означать
вопросъ, но по смыслу всего нижеска-
заннаго Игорь не вопрошаешь, а гово-
ришь, что въ подобномъ случаѣ рѣка
Стугна не такимъ образомъ поступи-
ла. И потому въ словѣ не тако ли, ча-
стица ли безсомнѣнія присовокупле-
на ошибкою переписчика. Изключа оную
смыслѣ будешь слѣдующій: не тако
рѣка Стугна! свирѣпыя струи ея, отъ
впаденія въ нее многихъ другихъ рѣкъ
широко разливаются, высшупающі изъ
береговъ, и выкидывая на нихъ плава-
ющіе по ней струги, разбивающі ихъ
о куспы, то есть о пни срубленныхъ
деревъ, вокругъ кошорыхъ обыкновен-
но растешь молодой кустарникъ). Уно-
шу Князю Ростиславу затвори Днепръ
телинѣ березъ. Въ примѣчаніи на стран.
42 сказано, что юный Ростиславъ въ
1093 году во время сраженія съ Полов-
цами ушонуль въ рѣкѣ Стугнѣ. Сіе
взятое изъ испоріи обстоятельство

191

объясняешь приключеніе, о кошоромъ здѣсь говорится, но не объясняешь смысла сей рѣчи: ибо что значитъ: юному Князю Роспиславу зашворилъ Днепрѣ берега темные? То ли, что Роспиславъ плывши вв Днепрѣ ушонуль прежде, нежели успѣль достигнуть до береговъ онаго? или другое что? остается подв сомнѣніем). Платется лати Ростиславля по уноши Князи Ростиславѣ. (То есть: плачеть машь Роспиславова по юномѣ сынѣ своем). Унѣтша цвѣтны жалобого, и древо стугою кѣ земли приклонило, а не сороки втроскоташа. (Здѣсь окончеваешь разговоръ Игоревѣ съ Донцем, а не тамъ, гдѣ вв преложеніи двоешчіемъ означено. (См. стран. 42). На слѣду Игоревѣ здить Гзакѣ съ Контаком. (Обѣ сіи рѣчи, то есть предвидущая и сія послѣдняя вв преложеніи истолкованы слѣдующим образомъ: „увяли цвѣты „отв жалости, преклонились кѣ землѣ „деревья отв печали. Не сороки стре„кочутъ, здить по слѣдамъ Игоревымъ „Гзакѣ и Кончакѣ.,, Сличая преложеніе

192

Св подлинником находим мы в них
ту разность, чип в подлинник слова:
а не сороки в строкоташа, совершают конец первой, а в преложені сосessa-
вляют он начало второй рѣчи. Раз-
смотрим справедливо ли перенесены
слова сіи из одной рѣчи в другую, и
дьлается ли чрез то мысль сочинище-
лева ясне и вѣроятнѣ. Возмем пер-
вую из сих рѣчей пакъ, как она в
подлинник сказана: уныли цвѣты от
жалости, и деревья от пегали к землѣ
преклонились, а не сороки застрекотали.
Ясно, что сіи послѣднія слова, а не со-
роки застрекотали, ни мало не связыва-
ются с первыми и не составляющій
никакова смысла. Сего ради отнимем
их от первой рѣчи и перенесем во
вторую, как то в преложені сдѣла-
но: не сороки стрекогутъ, здить по слѣ-
далѣ Нгоревымъ Гзакъ и Контакѣ. Но
здѣсь пакже не составляющі он ни-
какова разума; ибо хотя вѣ старин-
ныхъ Русскихъ сочиненіях сей образ
повѣствованія и употребителѣ, какъ
напримѣръ: не терная тута поднимается,

193

собирются войска храбрый; однако же
въ такомъ случаѣ всегда бываешь ме-
жду членами рѣчи нѣкоñорое подобіе,
какъ и здѣсь, собираніе войскъ, иду-
щихъ на сраженіе, уподобляется чер-
нымъ тучамъ, несущимъ громѣ и мол-
нію; но какое подобіе и какую связь
имѣтьѣ сѣркотаніе сорокъ сѣ пого-
нею Гзака и Кончака за Игоремъ? И
такъ, когда всячески изворачивая слова
не можно отбѣискать въ нихъ разума,
тогда надлежитъ прибѣгнуть къ по-
правленію словѣ, не примѣтился ли
гдѣ въ нихъ такая ошибка, которую
исправя можемъ открыть мысль вѣро-
зятную. Ежели мы разбирая рѣчъ: а не
сороки втроскоташа, положимъ, чѣто въ
словѣ а не пропущена буква ж, и чѣто
всѣвя оную получимъ слово ажне, зна-
чащее такъ тѣо, тогда рѣчъ: унѣшіа цвѣ-
ты жалобого, и древо стугого къ землѣ пре-
клонило, ажне сороки втроскоташа, будешь
значить: уныли цвѣшы отбѣ жалосѣи,
и деревья отбѣ печали такъ низко на-
клонили свои вершины, чѣто сороки отбѣ

13

194

спраха и удивлёнія слетѣли съ нихъ и
засchrекотали. Сія мысль не имѣть
въ себѣ ничего не согласнаго съ разу-
момъ, и пошому я почишаю ее вѣроят-
ною). Тогда врани не граляхъ, галици
помолкоша, по лозію ползоша только дятло-
ве, тектолѣ путь къ рѣсѣ кажутъ, соло-
віи веселыми пѣснѣли свѣтъ повѣдаютъ:
(То есть: тогда враны не каркали, гал-
ки молчали, сороки не стрекотали, од-
ни молько дяшлы ползали по сучь-
ямъ (*), долбленіемъ, сирѣчѣ стукомѣ
носовъ своихъ, путь къ рѣкѣ Донцу
показывали, соловьи веселымѣ пѣніемъ

(*) Читашель, сличая преложеніе сіе съ
прежнимъ преложеніемъ, примѣшитъ,
чѣло я мѣсто сіе не шакѣ поняль, какъ
шамѣ оное истолковано. Тамъ сказано:
сороки не стрекотали, но дѣгались
только по сутѣлѣ. Сорокамъ не свой-
ственно ползать или двигаться по сучь-
ямъ. Сочинитель говорить сіе о дяш-
лахъ. Ошибка сія произошла отвъ за-
пяшой, поставленной не въ своемъ мѣ-

195

свѣтъ повѣдали. Сіе изображеніе глубокаго утра весьма естесшвенно: ибо дѣйствіяльно въ сіе время во всеобщемъ молчаніи слышны токмо соловьиный голосъ и стукъ дяшловъ, яко предтечи возходящаго солнца, и пробуждающейся природы). Молвятъ Гзакъ Конгакови: аже соколъ къ гнѣзду летить, соколита рострѣлять свои златеными стрѣлами. Рѣте Конгакъ къ Гзѣ: аже соколъ къ гнѣзду летить, а вѣ соколца опутаевѣ красното дѣвицѣю. И рѣте Гзакъ къ Конгакови: аще его опутаевѣ красното дѣвицѣю, ни нала будеть соколца, ни нама красны дѣвице, то погнутъ наго птици бити вѣ полѣ. Пologецкому. (Смопри преложе-

стѣ. Ибо напечатано: сороки не тро-
скоташа, по лозю ползоша толбко,
дятлове тектолѣ путѣ къ рѣцѣ ка-
жутѣ; а надлежало бы напечашать тѣкъ,
какѣ здѣсь напечатано, то есть по-
ставя запятую послѣ слова дятловѣ,
а не послѣ слова толбко.

196

ніе 'сего мѣста и примѣчаніе на оное.
Впрочемъ разговорѣ сей Гзака съ Кон-
чакомъ, изъ кошорыхъ одинъ хочешь
убить, а другой женить сына Игорева,
не содержить въ себѣ ничего особли-
ваго и примѣчанія достойнаго).

Рекб Боянб и ходы на Святславля
пѣстворца стараго врелени Ярославля Ол-
гова Коганя хоти: (рѣчь сія вовся не
вразумительна, и преложеніе оной: ска-
залъ сіе Боянб, и о походахъ воспѣтыхъ
илѣ въ прежнія врелена Князей Святосла-
ва, Ярославля и Ольга силѣ конгилѣ, есть
паче собственная мысль преложителя,
нежели исполкованіе, основанное на зна-
менованіи словѣ подлинника. Выше се-
го видѣли мы, что слово 'хотя' озна-
чаетѣ супругу. Слово же Коганѣ, какъ
изъ древнихъ лѣтописцевъ видно, зна-
читѣ Царя, Владѣтеля, Князя. Но то
ли самое сочинитель разумѣть здѣсь
подъ словами Ольгова Коганя хоти, и ка-
кимъ образомъ рѣчь сію связать и выве-
сти изъ ней смыслъ, добрасться трудно).

197

Тяжко ти головы, кролѣ плету;
зло ти тѣлу, кролѣ головы: Русской земли
безъ Игоря. Солнце свѣтится на небесѣ,
Игорь Князь въ Русской земли. (Похвала
сія Игорю основана на слѣдующихъ упо-
добленіяхъ: какъ тяжко быть головѣ
безъ плечѣ, какъ худо быть шѣлу безъ
головы, такъ Русской землѣ безъ Князя
Игоря, кошорый полико сіяешь въ Рос-
сіи, колико солнце на небесахъ). Аѣ-
вици пототъ на Дунай. Вьются голоси
грезь море до Кіева. (Сочинитель изо-
бражаешь здѣсь радосіть, какую различ-
ныя страны извявляюшь, узнавъ о воз-
вращеніи Игоревомѣ). Игорь ѣдить по
Борьгеву къ Святѣй Тогородици Пирого-
щей. (См. на стран. 45 примѣчаніе о
сей Богоматери, къ кошорой Игорь ѣз-
диль, какъ думать должно, для прине-
сенія благодарности своей Богу за из-
бавленіе свое изъ плѣна). Страны ра-
ди, гради весели, пѣвши пѣсня старылѣ
Князель, а потомъ молодылѣ. Иѣти
слава Игорю Святославліну, буйтуру Всем-
олоду, Владимиру Игоревіту. Заравн

198

Князи и дружина, поборая за Христіяны,
напоганьєе полки. Князем слѣва, а дру-
жинѣ аминь. (Все сіе окончаніе не
имѣшь нужды вѣ истолкованіи, поели-
ку само собою ясно) (*).

(*) *Присовокупленія и поправки.* 1e, На страницѣ 114 подъ рѣчью подлинника: терныя туги сѣ горя и душѣ, хотятъ прикрытии тѣтвіре солнца, сказано вѣ истолкованіи: „вѣроятно, что подъ „словами тѣтвіре солнца разумѣются „здѣсь четыре вождя, то есшь: Игорь, „Всеволодѣ, Глакѣ и Кончакѣ,... На сіе мѣсто отвѣ господина члена Ака-
деміи Тимофея Семеновича Маль-
гина прислано ко мнѣ слѣдующее при-
мѣчаніе: „здѣсь разумѣется о Россій-
„скихъ шолько Князьяхъ, бывшихъ вѣ
„семь походѣ, Игорѣ Святославичѣ, Все-
„володѣ С. ятославичѣ Трубчевскомѣ, Влад-
„димирѣ Игоревичѣ Пушивльскомѣ и Свя-
„пославѣ Ольговичѣ Рыльскомѣ, кои
„предводительствовали каждый собствен-
„ными вѣйсками; а не о Половецкихъ
„Князьяхъ,... Сіе примѣчаніе нахожу я
весьма справедливымъ, и для того здѣсь
оное помѣщаю.*

199

Се, На стран. 126, строка 16, напечатано псторитего, чишай историга.

3е, На стран. 131 говорится о Трояновой землї. На сіе мѣсто сообщены мнѣ отв господина члена Академіи Пестра Борисовича Иноходцова два слѣдующія примѣчанія: 1е. „На Шмидовой „картѣ Молдавіи и Валахіи, при Акаде- „міи Наукъ изданной, есть городъ Троя- „но, лежащій на лѣвомѣ берегу рѣки „Пруша, не далеко отв ея устья. Из- „вѣстно же, что первые Россійскіе ве- „ликіе Князи пребываніе и жительство „свое имѣли около Дуная, и не рѣдко „чрез сію рѣку переправлялись. Въ Целля- „ріевой древней географіи на одной кар- „тѣ назначена между Прутомѣ и низо- „вымѣ Дунаемъ или Истромъ Троянова „провинція, не означаемѣ ли она Тра- „яновъ землю, о которой здѣсь упо- „минается? 2 е. „Траянѣ царствовавł „св 98 по 117 годъ по Р. Х. Онъ за- „воевалѣ Дакію (нынѣ Волохія и Молда- „вія), называемую тогда provincia „Traiani (земля Траянова), и основалѣ „вѣ оной нѣсколько Римскихъ селеній. „Самыя цѣпущія времена для худо- „жестѣ были времена Траяновы: при

200

,,немь построенъ былъ чрезъ Дунай ка-
,,менной мостъ, по имени его назван-
,,ный, коего осташки еще видны близь
,,развалившагося нынѣ зámка Северина.
,,И шакъ вѣроятно начали считать годы
,,ошь его достопамятнаго царствованія;
,,а вѣ общее употребленіе, у собы-
,,ственныхъ Роксолановѣ или Россовѣ,
,,жившихъ по Сѣверную сторону Дне-
,,пра, вошло сіе гораздо позже, потому
,,можеть быть, что лѣшочисленіе не
,,строго наблюдалось,,.

ПРЕЛОЖЕНІЕ

Игоревой пѣсни

съ присовокупленіями, изъятіями, и распро-
страненіями нужными для полнаго разу-
мѣнія оной (*).

Возвѣстимъ, браміе, о походѣ Иго-
ря, Князя Игоря Свяпославича, пѣмѣ
слогомъ, какимъ вѣ древнія времена
многопрудные повѣствовалися подвиги.
Начнемъ пѣснь сію по бытіямъ сего

(*) Изъ вышепредложенныхъ на сію пѣснь примѣчаній моихъ видѣли мы, что нѣ- которыя вѣ ней мѣста, или по древно- сти слога, или по неизвѣстности упо- минаемыхъ приключеній, или по ошиб- камѣ омъ переписокъ вкравшимся, вовся невразумительны; другія же тѣкъ кра- тки, что для связи своей съ послѣду- ющими, требуютъ распространеній, вводныхъ рѣчей, присовокупленій. Точ- ное преложеніе сей пѣсни съ древняго Славенскаго на употребителное нынѣ нарѣчіе, при всей своей вѣрности, все-

202

времени, а не по замысламъ Бояновымъ. Когда Боянъ велерѣчивый кого воспѣть хошѣль, распѣкался мыслію по древамъ, сѣрымъ волкомъ по землѣ, сизымъ орломъ подь облаки. — Извѣ древнихъ преданій извѣстно намъ, какимъ образомъ славные во браняхъ Князья и полководцы рѣшили соспязаніе свое о преимуществѣ. Десять мужей выбѣзжали на чистое поле, каждый сь соколомъ на рукѣ; они пускали ихъ на стадо лебединое: чей соколь скорѣе долешаль, шоть и первенство одерживаль, тому и пѣснь воспѣвалася, либо старому Ярославу, либо храброму Мстиславу, пора-

гда будетъ шоль же шемно, какъ и самый подлинникъ. Сего ради разсудилось мнѣ преложить, или паче передѣлать оную такимъ образомъ, чтобѣ оставляя всѣ красоты подлинника, безъ всякой, поколику можно, перемѣны словъ, не вразумищельныя мѣсła сократить или пропустить; прочія же, требующія разпросраненія, дополнить своими приличными и на вѣроящныхъ догадкахъ

203

зившему Редедя предъ полками Косож-
скими, либо благозрачному Роману Свя-
шославичу. Боянѣ же, братіе, не де-
сять соколовъ на стадо лебедей пу-
скаль, но вѣщіе першы свои на живыя
струны возлагаль, тогда онѣ сами
Князьямъ славу рокопали.

Просшремь повѣсть сію омь вре-
мень Владимировых до времень Иго-
ревых. Речемь, какъ Игорь, крѣпкимь
умомъ великій, мужествомь сердца сво-
его подвигнупый, преисполнясь духа
ратнаго, навелъ храбрые полки свои на
землю Половецкую за землю Рускую.
Дышущь славолюбіемь ополчаешься онь

основанными умствованіями. Симъ сред-
ствомъ пѣснь сія омь начала до конца
сѣдается ясною, и я надѣюсь, что по
сколь бы ни были собственныя мои
рѣспросованенія и присовокупленія сла-
бы, но сплешенныя сѣ сильными выра-
женіями и красотами подлинника, нѣ-
что пріяшное соспавятъ онь для чле-
нія.

204

на брань кровавую, собираешь войско
мужественное, выступает в поле
пространное. Впезапу небеса помрача-
ются, солнце в полудни меркнешь,
ночь черным покровом своим од-
вает землю. Безтрепетныя досель
сердца воинов содрагаются: всяк в
необычайном знамені сем мнив ви-
дѣть предвѣщаніе бѣдствія и перест
прещенія небеснаго. Но Игорь пребы-
ваешь непоколебим в намѣрені сво-
емь; не устрашает его грозное чело
нахмуренной природы: толико же борь
по сред мрака, колико и при сіяні
солнца, швердым и спокойным гла-
сом вѣщает он в воинам своим:
„сподвижники и друзья мои! не опасай-
„шеся необычной в естествѣ пре-
„мѣны сей: она искушает терпѣніе
„наше, и да обрящешь нас в терпѣливы-
„ми. Всядем, друзья, на борзых коней
„своих, да позрим синяго дону. Сла-
„ва ожидает нас. Участь наша бу-
„дешь побѣда или смерть, но не паднѣ.
„Хочу копіе мое, сь вами Россіяне, пре-
„ломить по конец поля Половецкаго,

205

,,хочу главу мою сь вашими главами по-
,,ложишь, или испить шлемомь изь
,,Дону,,.,

О Боянь, соловей древнихъ лѣшь!
почто не пы полки сіи воспѣваешь, па-
ря за ними воображеніемь, лешая умомь
подъ облаками, вознося славу сего вре-
мени полико же, колико вознесь пы
оную прежде, когда рыщущій по спо-
памь Трояновымь восшекаль пы сь
нимь сь полей на горы? Тебѣ было,
вѣщей Бояне, Велесовь внуче, возгре-
мѣшь пѣснь Игорю!

Стекается ошь всѣхъ странь во-
иншво Россійское, подобно соколамь,
не бурею вь маломь числѣ занесеннымь
чрезъ поля широкія, но аки бы много-
численныя стада галокъ собираются
лешѣпь кь Дону великому. Кони ржуть
за Сулою, звенишь слава вь Кіевѣ, шру-
бы шрубятъ вь Новѣ-градѣ, стоять
знамена вь Путивлѣ. Тамо ожидаеть
Игорь любезнаго браша своего Всеволода.
Сердца ихъ одинакою кь славѣ пыла-

206

юшь любовию; дружба не меньше со-
единяешь ихъ, какъ и союзь крови. Но
кто сей, Исполину подобный, шеству-
ешь бодро и грозно? ошь чего поликая
радость въ войскѣ Игоревомъ, и на кого
взоры всѣхъ обращаются? Се Буйтурѣ
Всеволодѣ приходишь величественно,
и тако привѣтствуетъ браша: „одинъ
„братъ, одно у меня солнце свѣшло,
„ты Игорь: свѣдай, возлюбленный братѣ,
„борзыхъ коней своихъ; а мои уже освѣ-
„даны, гошовы для тебя стоять у
„Курска. Мои Куряне мѣшко стрѣля-
„юшь, подъ трубами повиты, подъ ше-
„ломами возлѣяны, концемъ копія во-
„скормлены. Пуши имъ вѣдомы,.. всѣ
„горы и долы знаемы, луки у нихъ на-
„пряжены, колчаны отворены, сабли
„изострены, сами скачутъ, аки свѣрые
„волки въ полѣ, ищучи себѣ чески, а
„Князю славы,„.

Тако рекъ Всеволодѣ и умолкъ. То-
гда всступаетъ Игорь въ злать стре-
мень, и развѣзжаешь по числому полю.
Повелительный гласъ его раздается

207

въ воздухѣ и ударяемъ въ слухъ воинства: оно, дополѣ какъ лѣсъ густой неподвижно споявшее, внезапу воскелебалося, двигнулось, устремилось въ пушь, блещешь доспѣхами, шествуешь: не шакъ дружно гонимыя вѣтромъ волны морскія несушье, какъ влекомые славою полки Россійскіе текушь, поспѣшая достигнуть предѣловъ спраны непріятельской. Вскорѣ приходящій въ оную. Тамо сѣ шьмочисленными вспрѣчающихся ужасами: вся природа возстаетъ на нежѣ: густой мракъ разстигается по землѣ; піемною препинаешь имъ пушь; отѣ треска громовѣ горѣ швердосТЬ трясется; грозная буря надѣ главами ихъ шумѣть; зловѣщія ппицы черными крыльями машутѣ надѣ ними; хищные звѣри вокругѣ ихъ сападами воюшь. Дивѣ (*), сѣдящій на верху древа, прорицаешь имъ бѣды,

(*) Слово сіе, происходящее или отѣ диво (чудо), или отѣ дивій (дикій), представляемъ здѣсь верховное Половецкое

208

скликаєш, призывает на помощь кь
себѣ народы, велилъ, да повинуюсь
гласу его окрестныя земли, и Волга, и
море, и Сула, и Сурожь, и Корсунь,
и шы покланяемый вь Тьмушороканѣ
богъ (*). Половцы между шьмь краш-
чайшими путями спѣшашь кь Дону ве-
ликому. Обремененные тягоспями ко-
лесницы скрыпаясь подъ ними, какъ ле-
пящія вереницами лебеди. Игорь, твер-
дый посредѣ всѣхъ сихъ страховъ, ве-
дешь полки свои кь Дону. Уже враны,
провидя вь нихъ корысть свою, гошо-
вятся шрупы ихъ шерзашь; уже глад-
ные волки разверзающі на нихъ пасть
свою; орлы клекшомъ на кости звѣрей
зовушь; лисицы брешушь на червлен-

правительство, кошорое, аки нѣкое св-
дящее на высотѣ престола страшили-
ще, печется чрезъ приумноженіе силъ
своихъ нанести непріятелю всякое зло
и вредъ.

(*) Божество, идолъ почитаемый вь Тьму-
мороканѣ.

209

ные щиты. Но Игорь шестствуєв смѣло. О Русская земля! уже шы за Шеломянемъ. Давно шамъ. Ночь меркнень, заря поухаєв, мгла покрываєв далины, по всюду царствуєв шишина, пѣвець соловей уснулъ, говорѣ галокъ умолкъ. Россіяне, простершись по широкому полю, вѣ молчаніи грядушѣ, и, какъ спѣну твердую, щиты свои несутв предѣ собою. Вѣ душахъ ихъ муже-шво, вѣ умахъ ихъ честь и слава.

Во единь день рано по утру срѣпаются они св Половцами: едва узрѣлися, уже летять другъ на друга; брань мгновенно воскипѣла, кровь потекла св мечей, и многіе рашники пали прежде, нежели восходящаго солнца лучи вѣ по-меркающихъ очахъ ихъ возблистать успѣли. Уже нечестивые полки опро-кинушы, разбиты, помопшаны. Храб-рые Россіяне вѣ разныя страны разсы-пались, и какъ быстрыя стрѣлы по по-лямъ летая, мчать ошполѣ красныхъ Половецкихъ дѣв, а св ними злашо, и парчи, и драгоцѣнныя шкани. Но побѣда

14

210

и слава дороже имь сокровищь: гдѣ
блашо или попкое мѣсто стремитель-
ному шествію ихъ поставляешь препо-
ны, шамъ повергая грудами и бархапы,
и шелковыя одѣянія, и кожухи, и япончи-
цы, и всякія узорчашыя утвари Половец-
кія, творять они изъ нихъ себѣ мостѣ.
Тако нося въ груди своей духъ бранн и
мужества, презирающь они великолѣп-
ныя женамъ приличныя украшенія. Не
злашо нужно имь: желѣзо, орудія, ко-
пья, мечи! Они раздѣляющі между собою
взятую ими у Половцевъ добычу: баг-
ряный стягъ, бѣлая хоругвь, червленна
чолка, сребряно стружіе, достаются
мужественному Игорю Святославичу.
Се корысть, рекутъ воины, достойная
великаго вождя нашего, и драгоцѣннѣй-
шая въ очахъ его, чѣмъ злашо и па-
волоки.

Тако разбиту, разсѣянну врагу, да-
леко залетѣвше храброе гнѣздо Ольго-
во дремлѣв въ полѣ, покопился въ безо-
пасности. Оно не рождено покорство-
вать, не дастъ себя обидѣть ни Соко-

211

лу, ни кречету, ни шебѣ черный врань,
нечестивый Половчанинь!

Между шьмь полководцы непрія-
тельскіе со многою рапью во срѣшеніе
Игорю спѣшашь кь Дону великому:
Гзакь вь переди, во слѣдь же ему, какь
сѣрый волкъ, широкою пастію зіяющій,
бѣжитъ Кончакъ.

Се наспаетъ ужасный день: глубо-
каго утра свѣтлѣ кровавыми возвѣщает-
ся зарями; чернобагровыя шучи идутъ сѣ
моря, хошять затмить четыре Русскихъ
солнца, и землю одѣшь мглою; вь нежь
синія шрепещушь молніи: быть грому
страшному; идти дождю стрѣлами сѣ
Дону великаго. Поломашься шушь копь-
ямь! пошрушиться шушь саблямь о ше-
ломы Половецкіе, на рѣкѣ на Каяль, у
Дону великаго! О Русское воинство! уже
не та скорая предстоитъ шебѣ побѣда,
какую одержало ты за Шеломянемь. Се
вѣпры, сприбожи внуки, вѣютъ сѣ мо-
ря стрѣлами на храбрые полки Игоре-
вы: земля кровію ушучняется, рѣки

212

мутно текушь, облако подъемлющихся
изв убіенныхъ тѣль паровь сгущается
надъ полями. Половцы идутъ, окружа-
ютъ, наступаютъ и отъ Дона, и отъ мо-
ря, и отъ всѣхъ странь. Россіяне вспяшь
подаются, но паки ополчаются и ра-
шующь. Нечесчивыя чада устремля-
ются на нихъ св воплемь: храбрые
Россы прошивуспоставляють имъ щи-
ты свои. Яртурь Всеволодь! ты вв
переди всѣхъ, крѣпкая стража, спошшь
неподвижно, прыщешь на враговь стрѣ-
лами, гремишь по шлемамъ ихъ мечемъ
булашнымъ. Камо Турь поскачешь, сво-
имъ злашымъ шеломомъ посвѣчивая, ша-
мо лежашь нечесчивыя головы Поло-
вецкія! Желѣзные Оварскіе шлемы ост-
рою саблею своею пополамъ разсѣкаешь
шы, Яртурь Всеволодь! Ошь чего вос-
трепещешь, какая сила остановишь,
на какія опасности, или бѣды, или раны,
или смерть, не устремишься шоть, кого
слава, сь ощеческаго пресшола, изв града
Чернигова, изв злашыхъ княжескихъ чер-
шоговъ, изв роскошной и пріятной жиз-
ни, изв объятій младой, прекрасной,

213

ласковой супруги, повела вѣ рашное по-
ле, вѣ чуждыя страны, спашь на сырой
землѣ, сносишь и хладѣ и зной, шер-
пѣшь и гладѣ и жажду?

Были и вѣ прежнія времена брани,
были бѣды на Россію, паче отѣ несо-
гласія Князей, нежели отѣ силь непрі-
ятельскихъ. При Ольѣ Святославичѣ
сѣялись и росли междоусобія, водворя-
лись неисповѣдства, сокращались вѣки
людей, гибли народы вѣ крамолахъ Кня-
жескихъ. Тогда вѣ Русской землѣ рѣд-
ко слышанѣ былъ веселый гласъ земле-
дѣльца; но часто враны спорясь о шру-
пѣ каркали, и галки, лешая на пояденіе
мершвыхъ пѣль, радостно между со-
бою поговаривали. Велики были и про-
шедшія бѣдствія, кровопролитны были
и прежнія бишвы; но такой брани, ка-
кая нынѣ происходилѣ, вѣ пѣ времена
и неслыхано: сб утра до вечера, сб
вечера до свѣша, лешалѣ стрѣлы кале-
ныя, гремялѣ сабли по шлемамъ ударя-
емыя, трещалѣ копья булатныя, вѣ
полѣ незнаемомѣ, посредѣ земли Поло-
вецкой.

214

О пагубная брань! брань люшая! шы вѣчно будешь памятна. Увы! се изв черной земли конскими копытами взрытой, косшями побіенныхъ Россіянъ усѣянной, кровію ихъ поліянной, возрастаешь, аки нѣкое многовѣшвистное древо, печаль, мрачною шѣнію своею всю Россію покрывающая!

Но что я слышу? что шумишь? что звенить рано предъ зарею? Игорь полки свои обращаетъ и устремляется въ бой: жаль ему милаго браша Всеволода. Спѣшить къ нему на помощь. Бываются день, бываются другой, на трезей день падутъ сляги Игоревы. Тупѣ два браша разлучаются на брегу строй Каялы рѣки. Тушь кроваваго вина не досипало. Кончился людный пиръ. Преспала смертная обноситься чаша. Упоены враги, но уже нѣкому упоять ихъ болѣе: храбрые Россіяне всю кровь свою до послѣдней капли пролили, и всѣ легли за землю Рускую. Трава отѣ жалосши понпкла, и древеса вершины свои печально преклонили.

215

Прошекли, братіе, веселія време-
на; опустошаються поля наши; стра-
ждуть народы Дажь-Богом покрови-
тельствуемые. Насиліе в видѣ гроз-
ной дѣвы вступило в землю Рускую.
Злоба врагов наших, какъ бѣлая на
синем морѣ лебядь, играешь, радуєт-
ся, плещешь крыльями на Дону. Мино-
вали злые дни: междуусобіе и враж-
да дѣлять Князей Русских. Всякъ о
своей токмо корысли мыслишь; брамь
браму говоришь: се мое и то мое же.
Ничтожныя, маловажныя словеса увели-
чиваются, сѣють между ими раздоры;
всѣ они разрушая общія силы, сами на
себя крамолу кують. Между тѣм не-
пріятели отъ всѣх стран приходятъ,
нападаютъ на обласши наши, побѣжда-
ютъ, разятъ, похищають. Тако зале-
тѣвшій далеко соколъ гонится за роб-
кими птицами, бьешь ихъ, жмешь кв
морю. Защипить же насъ нѣкому: храб-
рыя войска Игоревы не возстанутъ.

Полководцы Половецкіе Карна и
Жля скачутъ по Русской землѣ, мычут-

216

ся по градамъ и селамъ, носятъ пла-
менный рогъ, преисполненный бѣдствій
и золь, льютъ извѣ него по всюду и огнь
и пламень, и скорби и печали, снѣдаю-
щія сердце, утомляющія душу, приводя-
щія вѣ уныніе, вѣ изнеможеніе и силы и
духъ всего народа. Матери плачутъ о
дѣтяхъ; жены Рускія рыдаютъ и во-
піютъ: „лишились мы возлюбленныхъ
„супруговѣ своихъ; уже очи наши не
„увидятъ ихъ; уже мысленно не поле-
„тимъ на встрѣчу кѣ нимъ; уже во-
„ображеніе, что они идутъ, несушь сѣ
„собою злато и сребро, не усладىв
„надежды нашей!,, Кіевѣ спонешь, Чер-
ниговѣ сѣпуешь, шоска разливается,
повсюду; печаль, тучная, жирная, упи-
шавшаяся слезами народа, ходишь по
средѣ Россіи, топчешь ногами сердце
ея кровію обливающееся. Князи наши
другѣ другу ставятъ сѣти, а нечести-
вые Половцы нападаютъ, рыщутъ, гра-
бятъ Рускую землю.

Храбрыя чада, Игорь и Всеволодь,
помрачили паки шу славу, на копорую

217

отецъ ихъ, Великій Святославъ Кіевскій, возвысилъ Россію. Онъ былъ грозенъ, страшень врагамъ. Св сильными полками своими, св острымъ вѣ десницѣ мечемъ, наступилъ онъ на землю. Половецкую, пришопшаль холмы и рышины, возмушилъ рѣки и озера, изсушилъ потоки и болота, и нечестиваго. Кобяка изъ за рукава моря, отвѣ желѣзныхъ полковъ Половецкихъ, какъ вихрь исторгъ. Приведень былъ Кобякъ во градѣ Кіевѣ, вѣ чертоги Святославовы.

Тамъ Нѣмцы и Венешы, тамъ Греки и Моравцы, поюшь славу Святославлю, превозносяшь дѣла, величаюшь подвиги его; но вопреки тому хулять, осуждаюшь Князя Игоря, что на днѣ Каялы Половецкой рѣки, лучшія, избраныя погрузилъ силы, и насыпаль ее Рускимъ злашомъ. Рапныя дѣла часто used to по успѣхамъ: Князь Игорь пошерялъ добрую славу свою, и нажилъ худую славу Кощіеву.

Все вѣ градѣ Кіевѣ уныло, веселіе поступило главу свою, башни грустятъ,

218

спіьны сьшують. Единь обремененный
лыпами Святославь не знаешь приклю-
чившихся бѣдствій. Вельможи, щадя
старость его, скрывающь отъ него
всеобщую печаль. Единожды видишь
онь муный сонь, и всшревоженный
духомь, призвавь боярь своихъ, тако
повѣдуешь имь оный:

,,Въ сію ночь сь вечера на горахъ
,,Кіевскихъ одѣвали вы меня, на шисо-
,вой кровати лежащаго, чернымь по-
,,крываломь. Черпали и подносили мнѣ
,,вино сь ядомь смѣшенное. Изв пу-
,,сшыхъ нечистыхъ раковинь сыпали
,,на лоно мое крупный жемчугь, и спа-
,,рались ласками своими меня успоко-
,шь. Уже доски были безъ княса (*)
,,на моемъ пыремѣ злашоверхомь. Ка-
,,залось мнѣ, чпо сь вечера во всю ночь
,,окресшь Плѣнска вь дебряхъ каркали

(*) Подъ словомъ Князь пап князь разумѣнъ ся здѣсь жюлобъ или брусь, вь коромь, соединяющіе верхніе концы кроящіе хв досог.

219

,,враны, и аки бы расхищая нѣчто, но-
,,сили къ синему морю,,.

Тогда бояре, прервавъ молчаніе, рек-
ли Князю: ,,долго мы шаили, долго, хра-
ня драгоцѣнное для насъ масшишой
,,старости швоей спокойствіе, скрыва-
ли оцѣвъ тебя общія напасши. Но бѣд-
ствіе наше превосходитѣ мѣру, и не
,,можемъ долѣе оставлять тебя вѣ не-
вѣденіи. Познай Государь! два сокола,
,,Игорь и Всеволодѣ, оставая злашый
,,пресшоль свой, полешѣли искать гра-
да Тьмутароканя, полешѣли испить
,,шлемомѣ воды извѣ Дону. Се крылья
,,соколовѣ саблями нечесчивыхъ обруб-
лены, и сами они пушинами желѣзны-
ми опушаны. Два дни продолжалось
,,побопще; на третій день покрыла
,,темноша свѣпѣ: оба солнца померкли,
,,оба столпа багряные погасли, а свѣ ни-
ми и молодые мѣсяцы, Олегѣ и Свя-
,,шославѣ, затмились. Мрачная ночь
,,распростерлась надъ ними на берегахъ
,,Каялы рѣки. Возгордила побѣда сія
,,Ланскую дерзость: буйные Половцы

220

„вломились въ предѣлы наши, и какъ
„шигры единогнѣздные, свирѣпые, мы-
„чутся по Россіи, губятъ огнемъ, шо-
„пятъ въ водахъ. Уже слава наша въ
„безславіе премѣняется, свобода пре-
„вращается въ неволю; изъ благоден-
„спвія и тишины низвергаемся мы въ
„глубину золь. Уже Гошескія красныя
„дѣвы на брегу синяго моря звенятъ
„доставшимся имъ отъ нечесчивыхъ
„Рускимъ злашомъ, поющъ грозное для
„нась время Бусово, величающі свер-
„шившуюся надѣ главами нашими местъ
„Шароканову; а мы, дружина швоя, ушо-
„паемъ въ горесши.,,

Тако вѣщали бояре и пѣшупя очи
на землю умолкли. Тогда Великій Свя-
пославѣ сіе со слезами смѣшенное из-
ронілъ слово: „о чада мои, Игорь и
„Всеволодъ! не во благое время, об-
„наживѣ мечи, пошли вы Половец-
„кую покорять землю, и себѣ искать
„славы. Безъ успѣха была первая по-
„бѣда ваша; безполезно пролили вы
„кровь нечесчивую. Булатные сердца

221

„ваши, вѣ горнилѣ мужества закален-
„ныя, пщешно посредѣ тяжких оковѣ
„рвутся днесь и кипятъ. Чшо сотво-
„рили вы сребряной сѣдинѣ моей? Увы!
„Куда дѣвалась окружавшая меня сила
„и богатство? Гдѣ многочисленныя
„войска брата моего Ярослава? Гдѣ
„Черниговскіе Могушы, Были, Ташраны,
„Шельбиры, Топчаки, Ревуги, Ольберы?
„Гдѣ тѣ, кошорые безвѣ щитовѣ, сѣ
„единою булавою вѣ рукѣ, спрашнымѣ
„гласомѣ и славою прадѣдовѣ своихѣ
„грęмящіе, ужасали и побѣждали непрі-
„ятелей? Нѣтъ ихъ болѣе. Но вы,
„велиможи мои! вы возвѣсшили мнѣ о
„бѣдствіяхъ Россіи: мужайтесь же!
„препояшившись на брань со мною. Пой-
„демѣ, дружина, сами, одни, возвра-
„тимѣ прежнюю славу нашу, и увѣн-
„чаемся ею ни сѣ кѣмѣ не раздѣляя.
„Дивно ли спарому мнѣ помолодѣшь?
„Когда вѣ младосши соколь изученѣ бы-
„ваешь, то и вѣ преклонныхъ лѣтахъ
„высоко взвиваешься, бьешь, разгоняешь
„птицѣ, не дaeшь гнѣзда своего вѣ оби-
„ду. — Ахъ! чшо вѣщаю я? немощь пло-

200

„ши не повинуешься бодрости моего
„духа! Премѣнились времена: нѣшь по-
„мощи отв Князей. Всѣ они разсѣяны.
„Уримь, говорятъ, легь подв саблями
„Половецкими, а Володимиръ подв рана-
„ми: горе шебѣ сынь Глѣбовѣ!

,,Великій Всеволодъ! ошдаленный
„отселѣ нажѣ мыслію лешишь шы ош-
„ца твоего сохранить престоль. Ты
„можешь веслами раскропишь Волгу, и
„шлемами вычерпашь Донь. Когда бы
„ты былъ здѣсь, то Чага и Кощій бы-
„ли бы прахъ предъ тобою. Св уда-
„лыми сынами Глѣбовыми почто изобрѣ-
„шать орудія? они у шебя живые ше-
„реширы: шы можешь пми стрѣлять
по суху.

,,Вы храбрые Князья, Рюрикъ и Да-
„видь! Половцы равно и вамъ враги.
„Не ваши ли позлащенные шлемы пла-
„вають еще вв крови? Не ваши ли
„смѣлые воины, острыми саблями по-
„раженные, подобно уязвленнымъ во-
„ламь, рыкають еще вв степяхъ не-
„знаемыхъ? Сядыпе, Князья, на бор-

225

,,зыхъ коней своихъ, вступитесь за но-
,,выя оскорбленія, за землю Рускую, за
,,раны храбраго Игоря!

,,Ты осмомыслѣ - Ярославѣ, Князь
,,Галицкій! высоко сѣдишь ты на сво-
,,емь златокованномь пресшолѣ: ты
,,желѣзными полками своими Угор-
,,скія подпираешь горы; ты Королю
,,преграждаешь путь; ты зашворяешь
,,враша вь Дунай; ты великія тяжесши
,,мещешь чрезь облака; ты суды ря-
,,дишь до Дуная. Грозы швои по зем-
,,лямь текумь. Безь тебя Кіевляне
,,были бы запершы: тобою свободно и
,,смѣло исходятъ они изъ града своего.
,,Отвѣ тебя султаны пространствомь
,,многихъ земель укрыться не могушь:
,,шы спрѣляешь ихъ сѣ злашаго пре-
,,спола твоего. Спрѣляй, многомощ-
,,ный Князь, Кончака и нечестиваго
,,Кощія, за землю Рускую, за раны
,,храбраго игоря!

,,Вы мужественные Князья, Романь
,,и Мстиславѣ! важныя дѣла всегда об-

224

„ращали на себя твердый умъ вашъв.
„Въ великихъ предпріяшіяхъ и труд-
„ныхъ обстоятельствахъ всегда смѣло
„и высоко плавали вы, подобно соколу
„на вѣтрахъ ширяющемуся, и птицу
„въ буйшвѣ одолѣть хошящему. У васъ
„желѣзныя латы и шлемы Латинскіе:
„ими побѣдили вы многія земли и страны
„Ханскія. Литва, Ятвяги, Деремела и По-
„ловцы, повергли предъ вами копья, и гор-
„дые главы свои подъ мечи ваши прекло-
„нили. Потерпите ли вы, чтобъ Игорь,
„солнечнаго лишенный свѣша, пребылъ
„на вѣки безславень, какъ древо зеле-
„ныхъ листвій своихъ обнаженное? По-
„ловцы, не страшась болѣе храбрыхъ
„полковъ его, по рѣкамъ. Росѣ и Сулѣ
„берушъ и дѣлять между собою грады.
„Донъ кличешь васъ Князья, и зовешь
„на побѣду. Храбрые Ольговичи уже
„возрасли, гошовы изыти на брань.
„Ингварь и Всеволодѣ, и всѣ прое Мсти-
„славичи, знаменишаго гнѣзда шестокры-
„лые пшенцы, не побѣдами ль распро-
„сперли вы власть свою? На чпо вамъ
„злашые шлемы, и мечи, и щиты Лях-

225

,,скіе, когда вы другъ друга защищать
,,не будете? заградите острыми спрѣ-
,,лами своими путь нечесчивымъ Полов-
,,цамъ вѣѣ предѣлы наши, спаньше за
,,землю Рускую, за раны храбраго Иго-
,,ря!

,,Единъ Изяславѣ, сынѣ Васильковѣ,
,.позвонилъ своими острыми мечами о
,,шлемы Лешовскіе, вознесся славою пре-
,,выше дѣда своего Всеслава, но пора-
,,женный непріятельскимъ оружиемъ,
,,паль подѣ щитомъ своимъ и кровію оба-
,,гриль траву. Смеренный одрѣ его былъ
,,посреди поля. Дружину его и сѣ нимъ
,,птицѣ крылья пріодѣли, и звѣри кровь
,,полизали. Несчастный Князь! не бы-
,,ло путѣ сѣ тобою ни Брячислава, бра-
,,ша штоего, ни Всеволода. Одинъ сквозь
,,златое ожереліе изронілъ шы жемчу-
,,жную душу свою изѣ храбраго шѣла.

,,Уныла радость, поникло веселіе,
,,гласѣ раздора и брани раздается по
,,всюду. Трубая воинскія трубы. Яро-
,,славѣ, и вы всѣ, внуки Всеславовы,
,,не хошѣли вы стоять дружно, прек-

15

226

„лонитежъ днесь стяги ваши, вложи,
„те посрамленные мечи свои во влага-
„лища: уже вы славы дѣда своего лиши-
„лись! вы крамолами своими начали на-
„водишь нечесчивыхъ враговъ на землю
„Рускую, на жизнь Всеславову. Ка-
„дыхъ чрезъ то насилій не претерпѣли
„мы отвѣ земли Половецкой!

„На седмомѣ вѣкѣ Трояновомѣ, Всеславѣ, полюбя юную дѣвицу, скачетѣ,
„какъ люшый звѣрь, кѣ граду Кіеву, качется копіемъ своимъ златаго Кіев-
„скаго преспола. Течетѣ вѣ полуно-
„чи извѣ Бѣла - града, и шяжелыми
„стрикусами, на солнечномѣ восходѣ,
„отворяешь врата Новогородскія, по-
„пираешь славу Ярославову, летишь
„извѣ Дудушокѣ на Немигу рѣку. Тамо
„брань кипишь жестокая: спелуть го-
„ловы какъ снопы, молотяпѣ цѣпьми
„желѣзными, на токѣ живошь кладушь,
„вѣютъ душу отвѣ тѣла. Брега Неми-
„ги не правою были усѣаны, усѣаны
„косиями Русскихъ сыновъ.

227

„Князь Всеславъ распоряжалъ наро-
„дами, раздавалъ грады Князьямъ; рыс-
„каль, какъ сѣрый волкъ, шо вѣ Тьму-
„таракань, шо вѣ Херсонь: вездѣ и по-
„всюду правилъ и учреждалъ мудро.
„Но хотя подвижень былъ тѣломъ,
„быстрѣ и крѣпокѣ умомъ, однако по-
„стигнущый бѣдами часто страдалѣ.
„Велерѣчивый Боянѣ разумно припѣ-
„валѣ ему: ни хитрому, ни мудрому,
„ниже клю по ппичьему гораздѣ леташь,
„суда Божія не миновашь.

„О! спонашь тебѣ, Русская земля,
„воспоминая первую годину и первых
„Князей своихъ! сердце спараго Влади-
„мира не пригвождено кѣ горамъ Кіев-
„скимъ: сего ради остановились стяги
„Рюриковы и Давидовы. Между тѣмъ
„враги наши, подъемля рога свои, какъ
„хоботами пашушь землю Рускую, и
„копья ихъ поють на Дунаѣ!..

Тако рѣкъ Святославѣ. Великая
душа его, вѣ тѣлѣ ветхомѣ и сокру-
шенномѣ, колеблется и мятется, по-

*