— 33 —

вильный размѣръ находится уже въ человѣ-
чееской природѣ. Сіе однообразное движеніе
есть такій и есть ли не музыкальный; то
покрайней мѣрѣ сей происходитъ отъ него.

Теперь коснуся дѣйствія музыки. Извѣ-
стно, что одна и таже піэса не одина-
ково дѣйствуешь на каждую націю и даже
на каждого человѣка; очень часто прія-
тная однимъ производить противное ощу-
щеніе въ другихъ. Безъ сомнѣнія Аглинская
народная пѣсня не понравится въ Ишаліи;
и я не думаю, чтобы Ишаліянская музыка
удачно дѣйствовала въ Турціи. Причина
сего различія вкусовъ находится въ на-
родномъ характерѣ, который пришіомъ и-
мѣетъ вліяніе на темпераментъ каждого
недѣлимаго. Если люди одну и туже
вещь могутъ выражать различнымъ ана-
зоромъ; то очень естественно, что они одну
и туже вещь могутъ различно ощущать.
Хорошій англезъ, или вальсь такъ сильно
подѣйствуетъ на сангвиника, что онъ
противъ воли заванцуешь; флегмашикъ
напротивъ просидишь спокойно и будешь
удивляться (естли впрочемъ и это для
него неумотительно), отъ чего потѣ за-

— 35 —

О


возможности всеобщей теории по-
дражательной гармонии слова.

Поэтъ живописуешь словомъ; краски
его почти невещественны; и въ минуту
появленія изчезаешь: но за то тѣмъ жи-
ве дѣйствующы онъ на образованное чув-
ство знамока.

Языкъ есть матеріяль для словесныхъ
картинъ, и искусство еще никогда не жа-
ловалось на недостатокъ въ краскахъ; а
есть ли иногда парящее воображеніе мно-
гихъ верхолетовъ, минуя простое прелест-
ное, въ ушомленіи останавливалось надъ
посредственнымъ надупымъ, то виною сему
ихъ неискуство. Одно полько простое,
точное подражаніе изящной природѣ удач-
но и вѣчно.

Тому, что первобытный человекъ
употребил для означенія нѣсколькихъ
предметовъ и не многихъ замѣченныхъ

-- 36 --

имъ явленій, какъ первому словесному списку природы, близко подражалъ Гомеръ и образцы его. Умъ первобытнаго стихо-творца, далекій отъ нынѣшней образованноксти, былъ далекъ и отъ нашей искусственности. Тонкій слухъ былъ единственнымъ судіею, и натуральное ухо старалось постигать въ словѣ ялько ближайшее сходство съ природою.

Таковъ Гомеръ: Виргилій, подражая ему, подражалъ природѣ и словесную жи-вопись явиль во всей ея прелести. Ша-стливые подражашели сихъ великихъ об-разцовъ постигли пайну ихъ гармоніи, и дали почувствовать соотчитамъ своимъ истинныя красопы стиха.

Нашлись и такіе, которымъ хотелось поспорить съ ними въ изображеніи ихъ же природы. Делиль и Фоссъ по Вирги-ліевой формѣ вывели Виргиліевы черты. Они употребили не одинаковый раз-мѣръ; но тѣмь самымъ доказали, что вся наружная прелесть стиха зависимы отъ искуснаго смѣшенія элементовъ, которое одно Французскій безстопный стихъ подъ перомъ Расина, Колардо, Делиля и дру-

— 37 —

гихъ, впрочемъ очень немногихъ, дѣлаемъ столько же пріятнымъ, какъ и Латинскій у Виргилія, Тибулла и Горація.

И неудивительно. Ибо, говоря вообще, нѣтъ грубаго языка. Машеріальная часть слова вездѣ одинакова и лучшія формы по которымъ выводится рѣчь, какъ стихо-творная, такъ и прозаическая, у образованныхъ народовъ почти ничемъ не разнятся. Кажется, возможна теорія подражающей гармоніи слова одна для всѣхъ языковъ; тѣмъ болѣе, что количество и качество гласныхъ и согласныхъ во всѣхъ языкахъ одинаковы съ нѣкоторыми молько измѣненіями. Ихъ соединенія такъ же простираются до извѣстной степени; и наконецъ одно молько искусство можешь сдѣлать языкъ пріятнымъ.

Гонорскій.

— 38 —

ЖИВОПИСНАЯ ПРОЗА.

Издатели съ удовольствіемъ слыша-
ли возраженіе многихъ любителей сло-
веchnости противъ выраженія: прекрасная
проза; (такъ названа ими особая статья
въ объявленіи объ Укр. Вѣстникѣ). Такое
вниманіе сколько показываетъ тонкое
чувство, столько и строгость сужденій.
Это заставляешь издателей быть крайне
разборчивыми и вмѣстѣ ободряешь ихъ
тѣмъ, что они будущій трудиться не
для грубыхъ и хладнокровныхъ людей; но
для образованной публики, которая, за-
мѣчая недостапки, не оставитъ конечно
по справедливости оцѣнить и то, что
въ самомъ дѣлѣ найдешь хорошимъ.

,,Какъ должны мы понимать вашу пре-
красную прозу? Конечно вы напередъ ру-
чаетесь за то, что она будетъ прекрасна?
Или проза сославящая статью сію,
должна быть прекрасна?“ — Ни то, ни
другое, Милостивые Государи! Въ обоихъ
случаяхъ издатели слишкомъ бы много
надѣялись на себя.

- 39 -

Подъ именемъ прекрасной, или изящной, или, какъ н'копорымъ угодно, отб'рной прозвы разумѣемъ мы такія прозаическихъ союгъ: въ которыхъ описывается изящная, или прекрасная природа. И поелику: я природа являешься намъ въ двухъ видахъ,— п. е. или мы принимаемъ за образецъ ея лучшія чершы и картины; въ такомъ случае рѣчь будучи молько простымъ, но точнымъ спискомъ, д'лаемъся прекрасною; или когда къ дѣйствительнымъ прелестамъ природы примѣтивается нѣчто отъ воображенія и все это облекаемся приличнымъ образомъ. Но мы не-беремъ на себя должности Эспешниковъ - учителей, будучи увѣрены, что чисташели наши и безъ того имѣютъ хорошее понятіе объ изящномъ, или прекрасномъ. Напомнимъ молько, что прекрасное можешь и тихо дѣйствовать на душу, и потрясашь ее пріятнымъ образомъ.

А что бы избѣжашь всякаго двусмыслія, мы будемъ впредь называть сташью сію: Живолисная лроза. Въ такомъ случае предоспавляется собственно читателямъ нашимъ рѣшить, прочитавши

— 40 —

каждую статейку, прекрасна ли она, или
нѣтъ?

Отрывокъ живописной прозы можешь
быть совсемъ не прекрасенъ. Пусть ав-
торъ имъешь въ виду описаніе самыхъ
прелестныхъ каршинъ природы, или са-
мыхъ нѣжныхъ движеній сердца; онъ ихъ
чувствуешь совершенно эстетически. Но
есть ли у него не досшаетъ искусства изо-
бразить все это надлежащимъ образомъ;
то онъ нравится намъ молько въ поло-
бину.

Прекрасная живописная проза пред-
полагаетъ столько же знанія тармоніи
слова, сколько и самые лучшіе стихи.
Одинъ слогъ, даже одна буква не такъ по-
сставленная, можешь разрушить все оча-
рованіе выводимой черты.

Сверхъ сего издатели имѣли въ виду
посвятить сташью сію шрудамъ прекра-
снаго пола; а пособу не прилично ли бы-
ло бы тогда назвать прекраснымъ то, что
родился изъ подъ. пера прекрасной руки?

— 41 —

КОЛИБРИ,
ИЛИ

мушка-птица.

(Изъ Бюффона).

Изъ всѣхъ одушевленныхъ существъ, вовѣтъ самое пригожее по сложенію, и самое блиспательное по цвѣшамъ. Брильянты не могутъ сравниться съ сею драгоцѣнноспію природы; въ ряду птицъ она стоишъ на послѣдней степени совершенствва; колибри есть самое превосходное твореніе. Природа совокупила въ ней всѣ дары свои, между тѣмъ какъ другимъ птицамъ она только раздѣлила ихъ.

ЛегкосТЬ, быстроша, проворство, прелѣсть и богашое убранство, — всё доста- лось въ удѣлъ сей маленькой ея любими- цѣ. Изумруды, рубины, шопазы блестятъ на одежѣ колибри; она ни малѣйшей пы- линкѣ не дастъ упасть на себя, и изъ своей воздушной обители развѣ иногда mлько спускается на дернь. И шакъ она по- чти всегда на воздухѣ; перелетая съ цвѣшка

4

— 42 —

на цвѣтокъ, она иметь ихъ свѣжесть и
красоту; живешь ихъ некпаромъ и оби-
щаетъ въ тѣхъ только странахъ, гдѣ
безпрестанно возраждаются цвѣты. —

Въ самыхъ жаркихъ странахъ новаго
свѣта находятся всѣ роды мушекъ-птицъ,
онѣ довольно многочисленны и, кажется,
заключены только между двумя тропи-
ками; есть нѣкоторые изъ нихъ, кои пе-
релетаютъ въ умѣренные пояса; но оста-
ются шамъ на короткое время. Онѣ слѣ-
дуютъ за солнцемъ, летятъ далѣе, уда-
ляются съ нимъ вмѣстѣ, и несутся за
вѣтерками, спутниками вѣчной весны.

Индейцы пораженные блескомъ и
огнемъ цвѣта сихъ сїяющихъ птичекъ,
назвали ихъ солнечными лучами или во-
лосами; Гишпанцы tomineos, соотвѣтсвен-
но ихъ — чрезвычайной малости. Длиною
сїи птички меньше овода, а полщиною съ
шершня. Носикъ ихъ подобень "тонкой
итлѣ, а язычокъ разпряденной ними; чер-
нинькіе тлазки представляютъ двѣ бле-
стящіе точки; перья крылышекъ такъ
нѣжны и понки, что кажутся прозрач-
ными. Едва можно примѣтить ихъ ножки,

— 43 —

такъ онъ малы. Онъ садятся молько
ночью, а днемъ носятся въ воздухъ; по-
лётъ ихъ непрерывень, шумень, и быспръ;
шумъ ихъ крылые сравнивають съ шу-
момъ самопрялки. Движеніе ихъ столь
живо, что птичка, останавливаясь въ воз-
духъ, кажется не молько неподвижною,
но и безъ всякаго дѣйствія; она иногда
держится нѣсколько минутъ у цвѣтка, и
какъ стрѣлка лемитъ на другой; она ихъ
всѣ посѣщаетъ; опускаешь свой язычокъ
внутрь ихъ, обнимаетъ ихъ своими кры-
лышками; но никогда долго не останов-
ливается на нихъ и не оставляемъ ихъ:
она непостоянничаетъ для пого молько,
чпюбы лучше выражать любовь свою и
умножать невинныя наслажденія; хотя сія
любительница цвѣтовъ, и живетъ ими, но
онъ опь пого никогда не вянутъ. Она
высасываетъ ихъ медъ, и кажется для се-
го молько опредѣленъ ея язычокъ; онъ со-
ставленъ изъ двухъ вогнутыхъ жилокъ,
образующихъ каналецъ, раздѣленный на
концѣ на двѣ ниши; имѣть видъ на-
соса и сходень съ нимъ по употребле-
нію; птичка высовываемъ его изъ носика,

*2

— 44 —

и опускаетъ на дно цвѣшочныхъ чашечекъ, чтобы извлечь изъ нихъ сокъ . . . . . . . . . Ничто не можешь сравниться съ живо-стію сихъ птичекъ, развѣ только ихъже бодрость, или смѣлость. Иногда онъ съ яростію преслѣдующъ птицъ въ двадцатѣ разъ больше себя, хватаются за нихъ, уносятся ихъ полетомъ и щиплютъ ихъ носиками, пока не удовольствуютъ свой маленькій гнѣвѣ. Иногда и между нихъ самихъ возстаетъ великая вражда. Нетерпѣливость кажется составляешь ихъ душу: естьли они приближаясь къ какому-нибудь цвѣтку находятъ его увянувшимъ; то вырываютъ у него лепешки съ стремленіемъ, выражающимъ ихъ негодованіе. Они не имѣютъ другаго голоса, какъ только рѣзкій и часто повторяемый крикъ; онъ бываетъ слышимъ въ лѣсахъ съ самой зари до тѣхъ поръ, пока они, при первыхъ лучахъ солнца, поднимаются и разсыпаются по полямъ. Ихъ гнѣздышки столько же нѣжны какъ и пѣло ихъ; онѣ составляются изъ тонкой хлопчатой бумаги и шелковистаго пушка, снимаемаго со цвѣтовъ; сіи гнѣздышки обыкновенно сотка-

- 45 -

ны весьма плотно и имѣютъ сущность
нѣжной кожи: самка строитъ, а самецъ
доспавляетъ ей припасы; она ускоряешь
сію любимую работу, суетится, разби-
раетъ и употребляетъ по ниточкѣ жил-
ки, изъ коихъ бы соспавить шкань мяг-
кой колыбели для будущаго племени; она
выглаживаетъ его края своимъ горлыш-
комъ, а внутренность своимъ хвосфикомъ,
снаружи украшаетъ его кусочками коры,
приклеивая ихъ камедью, чпобы защи-
тить отъ перемѣнъ воздуха, и сдѣ-
лать прочнѣе; а все оно прикрѣпляется
къ двумъ листочкамъ, или къ одному по-
меранцевому либо лимонному стебельку,
а иногда даже къ соломенкѣ висящей съ
кровли хижины. Сіе гнѣздо не больше по-
ловины абрикоса и имѣть видъ совершен-
наго полукруга, въ немъ находился по
два бѣлыхъ яичка не больше маленькой го
рошины: самка и самецъ ихъ высижива-
ютъ по очередно въ продолженіи двѣнад-
цати дней; малушки выведенныя въ три-
надцатый, бываютъ не больше мухи. Я ни
когда не могъ замѣтить, говоришь Отп. Дю-
мертръ, другаго рода пищи ихъ, кромѣ

— 46 —

того, что самка даеть сосать имъ свой язычокъ омоченный въ сокѣ цвѣтовь.

Глафира Шумлянская.

## Зрѣлище плекрасной ночи въ лустыняхъ Новаго Свѣта.

(Извѣт Шатобрійана).

Черезъ часъ послѣ захожденія солнца, луна показалась надъ деревами, на прошивоположномъ горизонѣ; благовонный вѣтерокъ, который она несла съ собою, казалось предшекъ ей въ лѣсахъ, какъ ея свѣжее дыханіе. Царица ночей мало по малу восходила на небеса: мо мирно шествовала она по своему лазуревому пути, мо покоилась на грудахъ облаковъ, кои подобились вершинамъ высокихъ горъ увѣнчанныхъ снѣгомъ. Сіи облака, свершываясь и развершываясь, раскашывались на подобіе прозрачныхъ бѣлоатласныхъ поясовъ, разсѣявались въ видѣ легкихъ ключковъ пѣны, или образовали на небесахъ ряды бѣлѣющей ваты, столь пріятной для глазъ, что кажется чувствующе ихъ мягкости и упругости.

— 47 —

И на землѣ зрѣлище было не менѣе
восхитительно: голубоватый сумрачный
свѣтъ луны спускался въ промежутки
деревъ и бросалъ свои лучи въ густоту
самой глубокой тьмы. Рѣка прошекавшая
у моихъ ногъ, то мерялась въ лѣсахъ,
то появлялась опять въ полномѣ блиста-
ніи созвѣздій отсвѣчивавшихся на ея лонѣ.
По другую сторону сей рѣки, въ обшир-
номъ полѣ, лунный свѣтъ недвижно по-
коился на муравѣ. Чуть колеблемыя вѣ-
терками и разсѣянныя по лугу березы
образовали плавающія острова тѣней на
гладкомъ морѣ свѣша. Вокругъ все было
тихо и спокойно; развѣ упадешь нѣсколь-
ко лиспьевъ, съ шорохомъ промчится не-
чаянный вѣтерокъ, развѣ изрѣдка преры-
висто простонешь сова; но вдари, по вре-
менамъ, слышны были величественные ра-
скаты водопада Ніагары, кои въ тишинѣ
ночи раздавались по пусшынямъ и изчеза-
ли въ уединенныхъ лѣсахъ.

Г. ІІІ.

— 48 —

Темпейская долина.

(Извѣ Бартелеми).

Горы покрыты тополами, яворами, ясенями чрезвычайно красивыми. Изъ подъ нѣхъ бьють ключи свѣтлой, какъ кри- сталъ, воды; а изъ промежутковъ ихъ вершины вѣтъ прохладный воздухъ, ко- имъ дышелъ съ пайной сладостію. Рѣка представляешь по ти вестѣ тихій каналъ, и въ нѣкошорыхъ мѣстахъ объемленъ мал- ленькіе оспова, коихъ зелень дѣлаешь вѣчно юною. Пещеры пробитыя въ нѣд- рахъ горъ, мурава разосланная по обѣ- имъ сторонамъ рѣки, кажутся убѣжищемъ покоя и забавъ. Болѣе же всего удивленъ насъ нѣкошорый умъ, примѣтный въ раз- предѣленіи убраншвъ, украшавшихъ сіе уединеніе. Въ другомъ мѣстѣ искусство старается подражать природѣ, здѣсь, ска- зали бы, природа хочется подражашь иску- ству. Лавры и другія деревья сами со- ставляютъ бесѣдки и рощи, и произво- дяшь прекрасную противуположность съ чащами при подошвѣ Олимпа. Скалы по-

— 49 —

крыты плющемъ, а дерева украшены раковѣніями, кои вьются около ихъ пней, переплетаются съ ихъ вѣтвями и спускаются на подобіе фестоновъ и гирландъ. Наконецъ, въ сихъ прекрасныхъ мѣстахъ все представляешь виды самые пріятные со всѣхъ (моронъ глазъ, кажется, вбираешь прохладу, а душа получешь новую жизнь.

Гонорскій.

## Изверженіе огнедышущей горы.

(Извѣ Ласеледа.)

Вдругъ среди ночной тишины ужасный шумъ раздается въ ихъ ушахъ; они слышатъ, какъ вдалекѣ ревешъ море, го-нящее къ берегу свои бугристыя волны; глубокія подземелья отзываются удвояемыми гулами; земля трясется подъ ногами ихъ; объятые ужасомъ бѣгутъ они среди густаго мрака. Сосѣдняя гора, напрягшись, разтворяется и вержетъ въ высоту отненный столпъ, разливающій во шьмѣ багровый и печальный свѣтъ: огромѣ

5

— 50 —

Кые камни летятъ во всѣ стороны, мол-
нія блещетъ и ниспадаетъ, огненное море
въ быстромъ стремленіи наводняетъ поля;
съ приближеніемъ его возгараются лѣса;
земля представляетъ видъ ужаснаго по-
жара, пишемаго чрезмѣрными громадами
горючихъ веществъ и раздуваемаго бур-
ными вѣтрами. Куда вы бѣжите, нещасш-
ные смертные; гдѣ бы вы ни искали себѣ
убѣжища, какъ избѣгнеше угрожающей
вамъ смерти? Новыя пропасти разверза-
ются подъ вашими спопами, новые вихри
пламени, камней, пепла и дыму летятъ къ
вамъ съ вершины горъ; а пѣнящееся мо-
ре, багрѣя отъ блеску молній, выступаетъ
изъ береговъ и стремится поглошить васъ.

Между тѣмъ сіи ужасныя явленія ма-
ло по малу утихають, огни укрощаются,
море полуухихшее гонить вспять свои
ропщущія волны, земля твердѣшь, шумъ
умолкаетъ и является свѣтъ. Какой жал-
кой унылый видъ представляетъ опусто-
шенное поле! На немъ видны шолько гру-
ды пепла, огромныя скалы безъ порядка
одна на другую взгроможденныя, потоки
раскаленной лавы, лѣса еще горящіе, пе-

— 51 —

чальные остапки нещастныхъ погибшихъ
среди сихъ бѣдствій. Небо покрытое облаками бросаетъ на всѣ сіи плачевные
предметы блѣдный и тусклый свѣтъ, смутная тишина царствуетъ въ воздухѣ,
отдаленный шумъ предвѣщаетъ новыя нещастія и море глухимъ спономъ отвѣст-
ствуетъ унылому рѣву раздающемуся въ глубокихъ пещерахъ. . . . . .

Г. ІІІ.

Черты Греческой Миθологii.

(Извѣ Бартелеми.)

Юная Богиня (Аврора, Заря) каждое
УШРО отверзаетъ врата Воспока и во-
здухъ наполняетъ свѣжестію, поля изпещ-
ряешь цвѣтами, Солнечный путь усти-
лаетъ рубинами. Земля, пробужденная сею
предвѣстницею, готовится принять Боже-
СТВОЕ ежедневно ей дающее новую жизнь:
ОНО является съ величіемъ свойствен-
нымъ владыкѣ небесъ. Колесница его сопро-
вождаемая Гο'ραμι (Богинями часовъ), не-
сется и погружается въ неизмѣримомъ
просиранствѣ полномъ отъ лица его пла-

*2

- 52 -

лени и свѣта. Когдаже оно приближилось
къ обители Владычицы морей; то Ночь
вѣчно шествуюцкая по стопамъ его, раз-
вертываемъ мрачныя свои покрывала и
усыпаетъ небесный сводъ неизчетными
звѣздами. Тутъ возносится другая коле-
сница, кой скромный и восхитительный
блескъ нѣжныя сердца погружаетъ въ за-
думчивость: ею правишъ также Богиня.—
Дуга сіяющая великолѣпными цвѣтами,
склоненныя отъ одного края горизонта
къ другому, есть свѣтлый путь Ирپсы,
несущей на землю велѣнія Юноны. Сіи
пріятные вѣтерки, сіи ужасныя бури
сутъ Геніи, по игриво носящіеся по воз-
духу, то въ бореніи своемъ воздымающіе
волны. Въ семъ гротѣ, у подножія холма,
въ сей обители прохлады и тишины бла-
готворная Нимфа ліешъ изъ урны не
изсякаемый пошокъ оживляющій ближнюю
долину; она внимаетъ мольбамъ юной
красавицы, приходящей созерцать свои
прелесши въ ея катящихся струяхъ. Вой-
дише въ сей мрачный лѣсъ;—не безмолвіе,
не уединеніе занимаетъ вашъ духъ: вы въ
жилищѣ Аріядъ и Сильвановъ; объятые

— 53 —

майнымъ ужасомъ ощущаете действіе бо-
жескаго величія.

Александра Каменская. (*)

(*) Издапели приносятъ искреннюю благодарноссть
почленнѣйшимъ переводчицамъ, благоволившимъ
украсить журналъ сей своими пронзведеніями.
Примѣръ ихъ кокечно возбудивъ и въ другихъ
желаніе доставить чипашелямъ нашимъ ма-
кое же удовольствіе. Обипашели нашего края уви-
дямъ, что и Харьковъ по многимъ отноше-
ніямъ замѣняешь сюличное воспитаніе.
Въ укромномъ уголѣ, въ шининѣ своего се-
мейства и подъ руководствомъ доспойныхъ на-
спавниковъ и наспавницъ, родищели гостовятъ
дѣшей для большаго круга, куда они кромѣ нуж-
ныхъ познаній принеслись скромноссть и робкую
недоверчивоссть къ самимъ себѣ, а не смѣшную
самонадѣянность, которая по большой ча-
сти оцениваетъ писомцевъ и писомидъ такъ
называемаго моднаго воспитанія.

- 54 -

ДЪТСКОЕ ЧТЕНІЕ.

ВАЛЕНТИНЪ ДЮВАЛЬ

или

Крестьянской мальчикъ самоучка.

(Извѣ Бланшарда).

Дъти мои, я раскажу вамъ исторійку
о бѣдномъ крестьянскомъ мальчикѣ, ко-
торый терпѣніемъ и занятіями своими
поставилъ себя на ряду съ ученѣйшими
мужами своего вѣка. Сія история весьма
вѣрная послужитъ вамъ примѣромъ и
сверхъ того покажешь разницу между
людьми отъ просвѣщенія.

Мальчикъ, о которомъ я хочу говорить съ вами, назывался Валентинъ-Жaмере-Дюваль, а мы его будешь называть просто Валеншиномъ. Онъ родился въ 1695 году отъ земледѣльца въ деревнѣ Артоне въ Шампани; младенческія лѣша провелъ онъ въ хижинѣ своихъ родителей, гдѣ даже не научился и граматѣ.

- 55 -

На одиннапцатомъ году онъ лишился
своего отца и матери; әму надобно было
жить работою, и потому онъ нанялся у
одного откупщика пасти скотъ. Вскорѣ
лишился онъ сего жалкаго способа пропи-
шанія; не нашедши новаго хозяина на своей
сторонѣ, онъ рѣшился по всюду искать
себѣ работы и хлѣба. Въ то время было
ему четырнадцать лѣтъ.

Не имѣя ни родителей, ни благодѣ-
щелей, онъ не зналъ куда обратиться. Къ
довершенію нещастія жестокая зима опу-
стошила поля и большую часть креслѣ-
янъ привела въ крайнюю бѣдность. И
такъ представьше себѣ нещасшнаго Вален-
тина, какъ онъ скиается по дорогамъ
покрытымъ глубокимъ снѣгомъ; какъ иногда
останавливается у бѣдной хижины, умо-
ляеть о томъ только, что бы пуели
обогрѣться и съ робостію испрашиваетъ
немного пищи, въ которой часто ему от-
казывали. Его положеніе было жалко, оно
сдѣлалось еще жалостнѣе: къ нему при-
спала оспа.

Куда итти? Гдѣ искать помощи? Гдѣ
найти ему пристанище? Усилившаяся бо-

— 56 —

лѣзнь принудила его остановиться подлѣ
маленькой аренды; онъ сѣлъ у воротъ,
рѣшившись — тушь умереть! Откупщикъ
сей аренды услышавъ его жалобный го-
лосъ, выходишь къ нему. Валентинъ опи-
сываемъ ему свою крайноссть. Добрый от-
купщикъ плачешь. Ахъ, другъ мой, гово-
ришь онъ ему, я очень малымъ могу тобѣ
помочь, а болѣзнь швоя требуетъ боль-
шаго попеченія; я самъ бѣдень, истинно
бѣдень; безжалостный заимодавецъ, пре-
слѣдующій меня, захвашилъ все мое имѣ-
ніе; и now, что есть у меня шеперь въ до-
мѣ, болѣе не принадлежитъ мнѣ: однако
войди.

Валентинъ поднимается и слабыми
шагами слѣдуешь за своимъ хозяиномъ до
дверей овчарни. Здѣсь-молько, другъ
мой, сказаль откупщикъ, я могу тобѣ
дать убѣжище. Покрайней мѣрѣ впередъ
снѣгъ не будешь покрывать Валентиновой
одежды, и члены его не будешь болѣе под-
вержены суровосши непогодь. Онъ раз-
положился въ углу овчарни, и зарылся
въ солому, чѣно бы найди тамъ для себя
не много шеплошь. Онъ не чувствительно

— 57 —

отогрѣлся; теплота проникла все его
тѣло и облегчила высыпь оспы; но ему
недоставало помощи: бѣдный откупщикъ
съ трудомъ самъ могъ питаться. Ему, нѣ-
чего было давать, нить больному, кромѣ
холодной воды; онъ удѣлялъ макъ же часть
своей пищи и приносилъ ему не много ка-
шицы и нѣсколько кусковъ черстваго хлѣ-
ба, что все больной разогрѣвалъ въ своей
соломѣ. Покрайней мѣрѣ сіе приношеніе
бѣдности было сопровождаемо сердечнымъ
сосстраданіемъ. Добрый откупщикъ всегда
проливалъ нѣсколько слезъ о его неща-
стіи; благодарный Валентинъ почувство-
валъ облегченіе. Среди мученій своихъ онъ
крайне опасался сообщить свой оспен-
ный ядъ овцамъ, которыя, какъ бы про-
нутыя страданіемъ его, приходили къ не-
му лизать у него руки и ноги.

Сколь ни слаба была помощь, получа-
емая имъ въ этой овчарнѣ; но и ее хо-
зяинъ не могъ продолжать. Должно было
перенести больного, покрытаго лоскуть-
ями и сѣномъ, къ одному сосѣднему Свя-
щеннику, гдѣ онъ чушь было не умеръ съ
холоду, ко whomя поперѣлъ на дорогѣ.

— 58 —

Наконецъ онъ выздоровѣлъ; но его неща-
стіе не прекратилось съ его болѣзнію:
голодъ все еще опустошалъ ту сторону.
Священникъ былъ не богатъ; почти ни-
кто тамъ не имѣлъ нужды въ слугѣ. Ва-
лентинъ принужденъ былъ переходить изъ
одного округа въ другой, спрашивая, не
угодно ли кому нанять его и кормить.
Общее бѣдствіе заглушало жалобы неща-
стнаго. Незная, гдѣ приклонишь голову,
онъ рѣшился искать мѣстъ болѣе благо-
получныхъ. Онъ старается узнать, не
пощадилъ ли сей бичь какой нибудь стра-
ны; ему говорятъ о Югѣ, о Востокѣ.
Югъ! Востокъ! — Вотъ для него новыя
слова, они родили въ головѣ его новыя по-
нятія. И они-то были, говоритъ онъ
самъ, источникъ первыхъ его размышле-
ній, его первый географическій урокъ.

Ну вотъ онъ ищешь сію щастливую
землю; направляемъ шаги свои прямо къ
пой сторонѣ, гдѣ солнце является во-
сходящимъ. Онъ проходить. Шампань и
повсюду голодъ представляемъ ему ужас-
ное зрѣлище; вездѣ онъ съ трудомъ по-
лучаемъ милостыню. И шолько вступив-

- 59 -

ши уже въ Лотарингію нашелъ онъ изо-
биліе и надежду будущаго благополучія.

Однажды вечеромъ онъ остановился
въ пустынѣ и попросился на ночлегъ.
Пустынникъ принялъ его, и раздѣлилъ ея
нимъ свой умѣренный ужинъ. Умъ и ха-
рактеръ сего молодаго человѣка пона-
вились ему; онъ попросилъ его осщаться
съ собою на нѣсколько дней; Валентинъ
не заставилъ себя долго просить. Онъ
употребилъ все стараніе понравиться
своему хозяину, и пустынникъ пакъ имъ
былъ очарованъ, что предложилъ ему по-
ловину своей пустыни и дружбу. Сія
встрѣча была самая щасшливая для бѣд-
наго сироты и она рѣшила судьбу его
жизни. Добрый пустынникъ, въ часы от-
дохновенія, съ удовольствіемъ наставлялъ
своего молодаго ученика въ чтеніи, и сей
послѣдній оказалъ столь быстрые успѣ-
хи, что вскірѣ сдѣлался столько же уче-
нымъ, какъ и его учитель, то есть умѣлъ
уже читашь посредственно и немного пи-
сать большими буквами. Сіи первыя по-
знанія возбудили въ немъ живѣйшее стрем-
леніе къ ученію; но унего не было средствъ;

— 60 —

пустынникъ имѣлъ полько малое количе-
сство духовныхъ книгъ.

Валентинъ изъ этой пустыни пере-
шелъ въ пустыню Св. Анны близъ Люне-
виля. Тутъ ему поручили ходить за
шестью коровами и еще онъ долженъ былъ
прислуживать четыремъ пустынникамъ
самымъ грубымъ невѣждамъ. Къ симъ за-
нятіямъ присовокуплялъ онъ членѣе ста-
рыхъ книгъ библіошеки той пустыни и
усовершилъ самъ свое письмо. Въ скоромъ
времени сокращенѣе арифметики сдѣла-
лось единственнымъ предметомъ его за-
нятій, коимъ онъ предавался въ безмол-
віи лѣсовъ. Тутъ онъ пріобрѣлъ первая
понятія объ астрономіи и географіи съ
помощію полько собственнаго размышле-
нія, нѣсколькихъ картъ и простниковой
трубки, коморую онъ ставилъ на высо-
комъ дубѣ, служившемъ ему обсервашо-
ріей.

Видите, друзья мои, какъ сильная
охота изобрѣшательна. Не удивляється
ли вы ревности къ наукамъ сего малень-
каго бѣдняка и его способамъ, которые
онъ умѣлъ находить даже въ совершен-

— 61 —

ной крайности? Когда случалось ему ви-
дѣпъ дитя богатыхъ родителей, у кото-
раго были всякаго рода книги и учители,
но оно не пользовалось ни шѣми, ни дру-
гими, онъ вздыхая говорилъ самъ съ со-
бою: ахъ есѣьли бы я былъ на его мѣстѣ,
я бы гораздо лучше употребилъ благодѣ-
янія щастія! Какъ бы я старался отвѣ-
чать попеченіямъ моихъ родителей! . . .

Что касается до меня, о! я знаю
многихъ дѣтей, которые, есѣьли бы имъ
случилось быть на мѣстѣ Валентина, ко-
нечно не трудились бы столько для нау-
ченія себя. Есѣьли они и взлезаютъ ко-
гда нибудь на деревья; то не для того,
чтобы наблюдать звѣзды, а чтобы снять
птичье гнѣздо и мучить бѣдныхъ пашекъ;
когда они бываютъ въ рощахъ на свобо-
дѣ, то не чтеніемъ забавляются, а шоль-
ко гулять и рѣзвятся; отъ того эпи
маленькіе шадуны на всю жизнь остаюш-
ся пастухами.

Чѣмъ болѣе Валентинѣ учился, шѣмъ
сильнѣйшимъ горѣлъ желанѣемъ узнать
еще болѣе. Онъ въ короткое время про-
челъ, перечищалъ и выучилъ наизустъ всѣ

— 62 —

свои книги; гдѣжъ ему найти теперь другія? Кто захочешь дать ихъ нещастно-му пастуху? И такъ онъ долженъ перестать учиться? Успокойтесь; Валентинъ преодолѣешь и это препятствіе. Онъ объявляемъ войну леснымъ живошнымъ въ намъреніи продать ихъ мѣха, чтобы на вырученныя деньги купить себѣ книгъ. И такъ онъ безпрестанно на сторожѣ: то поймаетъ кролика, то ласочку, то другое какое нибудь животное. Страсть его къ охотѣ была невѣроящна. Однажды онъ выдержалъ сильное сопропивленіе отъ дикой кошки, которая стоила ему крОВИ. Наконецъ шерпѣніемъ своимъ онъ досталъ себѣ въ нѣсколько мѣсяцевъ около сша франковъ. Сердце его бьется отъ радости; онъ бѣжить въ Нанси; приходить къ книгопродавцу, выбираешь, платишь и возвращается въ свое уединеніе обремененный книгами; но съ совершенно пустымъ кошелькомъ.

Щастливый случай умножилъ его маленькое сокровище. Однажды онъ нашелъ золотую печать съ гербомъ: по его прошенію, объявили объ этомъ въ царькви.

— 63 —

Является Агличанинъ и требуетъ печати. Есшьли это ваша, говоритъ ему Валентинъ, то прошу изъяснить гербъ. Ты смѣшешь надо мною, отвѣчаетъ изумленный Агличанинъ: вѣрно ты не знаешь геральдики. — Пусть и такъ, подхватилъ молодой пастухъ; но я говорю, что вы, не объяснивши печати, не получите ея. Изумленный такимъ твердымъ понемъ Агличанинъ согласился и наконецъ получилъ свою печать. Но онъ хотѣлъ наградить того, кто ее нашелъ и пригласилъ его къ себѣ. Щедростію его Валентинова библіотека возросла до четырехъ сотъ томовъ, между тѣмъ какъ одежда его бы всегда одинакова: полотняный, или шерстяный балахонъ, худая шляпа и чоботы составляли весь его нарядъ. Но об этомъ то менѣе всего онъ заболителся.

Однако между тѣмъ, какъ онъ симъ способомъ образовалъ свой умъ, надобно признаться, стадо его ни чуть не дѣлалось ошъ того лучшимъ. Пустынники, насѣхавшіеся надъ науками очень жаловались на него; одинъ изъ нихъ даже грозилъ ему сжечь всѣ его книги и къ сей

— 64 —

угрозъ присоединилъ оскорбительное тѣ-
лодвиженѣе. Валентинъ опь природы бѣлъ
чувствителенъ и пылокъ: рабѣшво приу-
чило душу его къ покорности, но не къ
насмѣшкамъ; онъ хватаетъ жаровую ло-
патку и прогоняетъ монаха за его соб-
ственное жилище; може дѣлаешь онъ и
съ другими прибѣжавшими на шумъ. На-
конецъ запирается засовомъ. Пустынь
приходить въ великое смятеніе. Являет-
ся настоятель и спрашиваетъ, чѣто
это значить. Валентинъ, спокойно си-
да передъ окномъ, съ проспосердечіемъ
объясняетъ обиды монаха и свои соб-
ственныя, и неотворяемъ ворошъ до тѣхъ
поръ, пока они не соглашаются на капи-
туляцію Двѣ главныя статьи договора
были: забвеніе всего прошедшаго и — да-
вать впредь по два часа ежедневно для
занятія. На сихъ условіяхъ онъ взялся
служить въ сей пустынѣ десять лѣтъ
изъ пищи и плашья. Забавнѣе всего, при-
мѣчаешь онъ самъ въ своихъ Запискахъ
то, что этоъ актъ былъ предъявленъ у
публичнаго нотаріуса въ Люневилѣ.

— 65 —

Лѣсъ, въ который Валентинъ приго-
няль своихъ коровъ, былъ для него обык-
новеннымъ кабинетомъ ученія. Однажды,
когда онъ былъ тамъ окружень по обык-
новенію своему книгами и географиче-
скими картами, подошель къ нему чело-
вѣкъ благороднаго вида и богато-одѣшь,
который, пришедши въ подменѣе отъ
эшихъ книгъ, спросилъ его, что онъ пuthъ
дѣлаетъ.— Яучусъ Географіи, отвѣчая Ва-
лентинъ. Понимаешь ли мы сколько ни-
будь, возразилъ незнакомый.— Да, я занима-
юсь молько тѣмъ, что понимаю. отвѣчалъ
нашъ молодецъ.— Очень хорошо, сказалъ
прохожій; на чемъ же мы остановился те-
перь? — Я ищу дорогу къ Квебеку, отвѣ-
чалъ Валентинъ, что бы продолжашь уче-
ніе въ нашошнемъ Университетѣ (онъ на-
читался въ своихъ книгахъ, что въ Кве-
бекѣ въ мо время былъ довольно извест-
ный Университетъ).— Есть и ближе Уни-
верситеты, подхватилъ незнакомый, я мо-
гу тѣбѣ указать дорогу къ нимъ.

Среди сего разговора приближается
сквозь деревья со всѣхъ сторонъ много-
численная свита и окружаетъ съ боль.

6

- 66 -

шимъ почтеніемъ особу вопрошавшую Ва-
ленщина. Сей потчасъ узнаемъ, что онъ
находится передъ весьма знамнымъ гос-
подиномъ и извиняется въ вольности
своихъ отвѣтовъ. Герцогъ Лотарингскій
(ибо это былъ онъ) ободрилъ его и ска-
залъ, что ему крайне нравится его охо-
ша къ наукамъ и что онъ будешь забо-
зиниться о его участи. Наконецъ Вален-
спинъ увидѣлъ себя на верху своихъ же-
ланій: его помѣстили въ Университетъ и
успѣхи его были такъ быстры, что че-
резъ два года, Герцогъ, желая имѣть его
при себѣ, ошправилъ нутешествовать и
по возвращеніи наименоваль его своимъ
библіошекаремъ и Профессоромъ исторіи
въ Люневильской Академіи. Сіе мѣсто и
уроки, кошорыя онъ давалъ богатымъ
Агличанамъ доставили ему средства вновь
выстроить прежнюю свою иуспыню Свя-
тыя Анны. Это показываетъ, что онъ
такъ же былъ и признателенъ.

Когда Герцогство Лотарингское би-
ло уступлено Франції, то онъ отринулъ
всѣ предложенія, что бы тамъ осталось,
и последователь за библіошекою своего бла-

- 67 -

годѣшеля во Флоренцію, гдѣ и пробылъ десять лѣтъ. Слава, копорую онъ приобрѣлъ знаніями своими, побудила Римскаго Императора пригласишь его въ Вѣну для составленія кабинета медалей. Здѣсь-то жилъ онъ, будучи любимъ и уважаемъ всею Императорскою фамиліею, и умеръ въ 1775 году, имѣя отъ роду почти восемьдесятъ лѣтъ (*).

(*) Сія стamaья сосшавлена по Запискамъ о жизніи Г. Жамере-Дюваля, находящимся въ на-чалѣ его Сочиненій въ 2 частяхъ (1).

(1) Теперь подумайте друзья мои и спросите самихъ себя: что есть ли бы на его мѣстѣ былъ моло-дой человѣкъ лѣнивый и невѣжа, дошелъ ли бы онъ до такой степени щастія и уваженія?

Съ Франц. Гонорскій.

— 68 —

СТИХОТВОРЕНІЯ!

Псаломъ 20й.

Господи, силою Твою и прес.

Твою силою, Превѣчный,
Нашъ ЦАРЬ въ веселіи грядетъ!
Твоей защитой, Безконечный,—
Онъ поржествуешь шьмы побѣдь!
Ты совершилъ ЕГО хотѣнье,
Ты вналъ изъ усть ЕГО моленѣ!

Благословеньемъ благословеннымъ
ЕГО Ты, Боже, предварилъ;
Для щастья нашего носимымъ
Вѣнцемъ главу ЕГО покрылъ;—
Для благъ просилъ ОНЪ жизни здравой,—
Ты жизнь ЕМУ далъ съ вѣчной славой.

О коль ЕГО велика слава
При помощи, Господь, Твоей! —
Содѣлай, чтобъ ЕГО держава
Блистала во вселенной всей!
Ущедръ ЕГО благословеньемъ, —
Возвесели 'Твоимь воззрѣньемъ'! —

Нашъ ЦАРЬ на Бога уповаемъ; —
Тебя, Господь, защитой чтишь;

— 69 —

Враговъ Твоихъ — Его, Онъ знаешь;
Твоя рука всѣхъ поразишь; —
Твоя десница всѣхъ коснется,
Кто предъ Тобою вознесется.

Когда своимъ Ты правымъ гнѣвомъ,
Господь, подвигнешься на нихъ;
То пещь геянска съ адскимъ зѣвомъ
И отнь поясْзлодѣевъ сихъ, —
Ихъ плодъ съ земли сей истребился
И сѣмя ихъ не возродится!

Зане, составивъ злы совѣшْты,
И о Тебѣ рекушъ съ хулой:
Но шщется! — Взявъ ихъ вмѣсто мѣшь,
Ты ихъ сердца пронзишь стрѣлой. —
Яви всесилѣе, Всемощный!
И мы пѣшь будемъ гимнѣ немолчный! —

Ибн. Срезневскій.

— 70 —

# Къ Меценату.

(Горац. кн. III. од. 29.)

Tyrrhena regum progenies, etc.

О внукъ Тирренскихъ предковъ славныхъ!

Тебѣ ужъ у меня давно
Съ вѣнками розъ благоуханныхъ
Готово вкусное вино;
Давно и для твоихъ власовъ
Душистый ароматъ готовъ!

На что откладывать? наскучить:
Всё влажный Тибуръ на глазахъ,
Или Эзула взоръ твой мучитъ,
Стоя на скашистыхъ горахъ,
Иль тѣ мѣста, гдѣ Телегонъ
Воздвигъ — опцѣубйца — тронъ.

Разстанься съ пышностію скучной —
Съ огромнымъ зданіемъ твоимъ;
Воззри на всё то равнодушно,
Что щасшьемъ почишаемъ Римъ:
Его блаженство всё — мечта, —
Блескъ славы, роскошь — суета! —

Премѣны богачамъ приятны:
Не рѣдко въ хижинѣ простой

— 71 —

У пастуха вельможи знатны,
Безъ всякой утвари драгой,
Безъ всяких прихотей въ столѣ —
Являли радость на челѣ.

Кефей блестящій удалился,
И полько слабый мещетъ свѣтъ;
Съ своимъ свирѣпствомъ Левъ явился,
И Прокіонъ за нимъ во слѣдъ:
Прекрасное свѣтило дней
Томить насъ знойностью лучей.

Пастухъ со стадомъ утомленнымъ
Спѣшить къ попокамъ чисныхъ водъ,
Или подъ тѣнь кустовъ зеленыхъ
Въ жилище Паново идѣтъ;
Зефиры при брегахъ рѣчныхъ
Не смѣютъ крыль простершь своихъ:—
А ты одинъ неутомимо

Надъ общимъ благомъ царствва бдишъ,—
Въ виду имѣя щастье Рима,
На всѣхъ враговъ движенья зришь:
Что Бактры Кировы творятъ,
Что мнишь Серешъ и что Сарматъ. —

Но то, что съ нами впредь случится,
Творецъ сокрылъ во мрачну тьму;
И кто узнать свой жребій тщися,—
Онъ посмѣваешься тому:

— 72 —

На что намъ больше, какъ 'умѣть
Лишъ настоящимъ днемъ владѣть?

Всё впрочемъ точно такъ стремился,
Какъ Тибръ въ Эстурскій понтъ печёть:
То тихо межъ бреговъ катится, —
То, чуждыхъ упоившись водъ,
Съ порывомъ все съ собой влечетъ —
Скалы съ бреговъ и дубы рветъ:

Тамъ бѣдны хижины несушься,
Спада мелькають на волнахъ; —
Тамъ въ рощахъ гулы раздаются
И грохотъ слышится въ горахъ. —
Тотъ только щаспливъ человѣкъ,
Кто могъ сказать: мой день — мой вѣкъ!

Не знаемъ, завтра чорныль тучи,
Иль солнце землю посѣтить;
Но знаемъ, что и Всемогущій
Минувшаго не возвратить:
Что здѣлано, тому такъ быть, —
Коль Кронъ успѣлъ ужъ поглотить. —

Формуна полько лишъ играешь,
Любуясь дѣломъ рукъ своихъ, —
И жребій щастія бросаемъ
То на меня, что на другихъ;
Коль въ хижинѣ она моей,
Признались — я не прочь олъ ней.

— 73 —

Но естъьли вздумаетъ разсташься,—
Пускай свое возметъ съ собой;
Я съ добродѣтелью осташься
Хочу, и въ ней найти покой.
Довольно мнѣ и шалаша;
Былабъ лишь добрая душа.

Какъ борется корабль съ волнами,
Полдневной бурею носимъ;
Нѣтъ нужды, съ воплемъ и мольбами,
Мнѣ прибѣгать къ Богамъ своимъ,—
Чтобъ Кипрски, Тирски корабли
Они отъ безднѣ морскихъ спасли:

Тогда я чрезъ Эгей суровый,
На двувесельный сѣвъ челнокъ,
Подъ сильнымъ двухъ Боговъ покровомъ
И въ вихрь, и въ тихой вѣтерокъ,
Съ неустрашимою душей
Плыть буду къ пристани своей.

Срезневскій.

7

— 74 —

# Моя мечта.

## (Посвящается Горацієвой тені).

Одинъ сижу на холмѣ дикомъ,
Среди пустынныхъ мѣстъ, вблизи разва-
линь сихъ,—
Великихъ во своемъ ничтожествѣ великомъ
И тяжкихъ для себя самихъ.
Все тихо вкругъ меня; лишь Аніо пѣни-
шый
Вдали кипитъ, ревешъ и ниспадаетъ въ
прахъ.

Лучъ догорающій сквозь облака огнисты
Сверкаетъ изрѣдка въ чешуйчатыхъ волнахъ;
Сверкнулъ въ послѣдній разъ —
И въ пропасѣ мрачну
Скользнувши за волной, погасъ.
Взойди, о Цинтія, взгляни сквозь шкань
прозрачну,
Признательный зовешь тебя въ вечерній
чась!
Какъ юный другъ мечты, онъ при твоемъ
мерцаньи
Прошедшему сіи минуты посвяпілъ,
И сонмъ полубоговъ въ своемъ воспоми-
наньи

- 75 -

Близъ памятниковъ ихъ на время оживитъ.

Но не являй мнѣ грозныхъ тѣней;—
Онѣ, какъ ужасъ новыхъ поколѣй,
Пусть на развалинахъ живутъ,
Иль въ шумѣ завываній
Злодѣямъ предстаютъ.

Меня не трогаютъ громады зданій;
Мнѣ дорогъ пепельный сосудъ,
Отколѣ гласъ пѣвца внимательнымъ по-
томкамъ
Въ слухъ льется и манишь ихъ, какъ игри-
вый ключь.

Когда луны янтарный лучь,
Скользитъ по мраморнымъ облом-
камъ
И кажешь путнику колоссовъ падшихъ рядъ;
Что мыслишь онъ?.. Стопы его дро-
жашъ,

И съ трепешаньемъ сердца,
Отъ нихъ онъ быстрою спрѣлой несется!

И въ поже время здѣсь надъ урною твоей,
Чувствительный Горацій,
Спускается хоръ Музъ и Грацій
Съ лазоревыхъ зыбей.

Все пихо, весело — и первый луч денницы
Блеснулъ въ Аврориныхъ слезахъ, —

*2

— 76 —

Онъ преломляясь въ нихъ, отлился на щекахъ
Богинь носящихся вокругъ швоей гробницы.

Гонорскій.

## Къ Б-Д-Н-С-К-МУ.

Ты блаженствуешь, щастливецъ:
При красавицѣ теперь:

Случай— рѣдкій горделивецъ—
Служитъ отпирая двѣрь
Въ рай утѣхъ вамъ, наслажденій,—
Въ рай отрадъ, послѣ мученій!

Пламень въ кровь твою печетъ
Отъ прелестныхъ взоровъ милой;
Онъ не потъ, что сердце жжепѣ;
Въ страсти безъ надеждъ унылой, —
Онъ взаимностью горитъ —
И тебя животворитъ.

Всё теперь тобой забыто:
Горе жизни, хитрый свѣтъ,
Злости тонъ подъ дружбой скрытый,
Ядъ приличій, адъ клеветъ! —

— 77' —

Восхищенъ подругой страстной,
Ведро видишь въ день ненастной.

Ахъ! а я, средь волнъ суешъ,
Со страстьми въ борьбѣ помлюся! —
Пусть извнѣ нещастій нѣшь,
Пусть я щастливымъ кажуся;—
Но невидима бѣда
Злѣе зримой иногда! —

Полъ прекрасный, я мечшаю,
Сотворенъ лишь для утѣхъ; —
И утѣхъ я сихъ не знаю!
Часто взоръ ко мнѣ сквозь смѣхъ
Двузначительно пущенный
Я ловлю, какъ иступленный!

Часто, въ праздные часы,
Звукомъ привлеченъ цевницы
И взирая на красы

Разцвѣтающей дѣвицы, —
Палъ бы къ ней, какъ лучь, на грудь, —
Чтобъ въ блаженствѣ потонуть; —

Весь излилъ бы пламень стращи,
Какъ бы Ангела любилъ,
Всѣ бы раемъ чтилъ напасти,

Всё въ добро бы претворилъ; —
И — недвижимъ я, какъ камень!

Самъ же бя лишъ жжешь мой пламень!!—

— 78 —

Хуже ада, говорятъ,
Безвзаимна страсть любовна;
Но и вѣчный въ сердцѣ хладъ,
Вѣчна пустоша безмолвна,
Вѣчный вихрь лишъ — внутрь страстей
Злѣе тысячи смертей!! —

Пей, Б. д. с. йй! щасшья чашу,
И въ блаженствѣ утопай!
Поддержи надежду нашу,
Что возможень въ жизни рай—
Страсть любви къ намъ въ миломъ полѣ!
Не пѣняй на участь болѣ:

Что прошло — то забывай;
Настоящимъ — наслаждайся;
Вдаль надеждъ — не простирай;
Страсть питай — и въ томъ не кайся, —
Чѣмъ ни кончился тебѣ,—
Все покорень будь Судьбѣ!

Милліоны лишъ желаютъ,
Чѣмъ уже владѣешь ты;
Не любви ихъ восхищаютъ,
А лишь дружбы и мечты; —
И щасшливъ, кто прямо съ другомъ
Дѣлится своимъ досугомъ!! —

Филомаевскій.

— 79 —

ПОЛНОЧЬ.

Томный звонъ отъ башни древнія
Возвѣщаетъ часъ полуночи;
Эхо въ воздухѣ несущеесь,
Обтекая дальни тополи;
Въ междугоріяхъ меряется . . . .

О природа разновидная!
Тихое швое безмолвіе
Разлило по всюду ужасы, —
Но въ чертахъ очаровательныхъ!
И сіи черты волшебныя
Велелѣпно оттѣняются:
Изумляюсь, — появляется,
Печатлѣются, скрываясь.

О природа! Я люблю тебя! —
И въ мое уединеніе
Призываю мраки черные,
Сhowлько для другихъ ужасные;
Облеченный ихъ покровами
Засыпаю я пріятнымъ сномъ.

Оедоръ Покровскій.

Тула.

— 80 —

ХАРЬКОВСКІЯ ЗАПИСКИ.

Университетъ.

25 Декабря прошлаго года ИМПЕ-РАТОРСКИЙ Харьковскій Унивевситетъ имѣлъ Торжесшвенное Собраніе. Случай былъ къ тому: пораженіе и изтребленіе людныхъ Галловъ и съ ними двадесяти языкъ въ землѣ Русской—праздникъ установленный манифестомъ 30 Августа 1814 года. Собраніе началось, по съѣздѣ знатнѣйшихъ Посѣтителей обоего пола, въ 6 часовъ по полудни; открылося огромнымъ оркестромъ музыки, за кошорою потчасъ Профессоръ Каменскій произнесъ къ Посѣтелямъ Рѣчъ. Въ ней, по краткомъ изложеніи чувствъ приличныхъ торжеству, представилъ онъ обозрѣніе настоящаго состоянія сего Университета. Свѣденія почерпнуты изъ архивъ онаго; а потому и щитаемъ мы нужнымъ сообщить нашимъ читателямъ краткое извлеченіе изъ сей Рѣчи, дабы они могли судить, какъ о благодѣтельномъ вліяніи просвѣщенія на нравы и харакшеръ жителей, шакъ и видѣть

— 81 —

успѣхи новаго мѣста, благотворными ще-
дротами МОНАРХА нашего внедавнѣ осно-
ваннаго, подкрѣпленнаго и ободреннаго:

„Я намѣренъ вкратцѣ представить
черты, изображающія состояніе Универ-
ситета. — По части ученія онъ объем-
летъ кругъ состоящій изъ 9 Губерній, а
именно: Слободско-Украинской, Воронеж-
ской, Курской, Орловской, Черниговской,
Полтавской, Екатеринославской, Хер-
сонской, Таврической, и сверхъ того об-
ширной земли Донскихъ и Черноморскихъ
козаковъ. — Кругъ сей въ поперечникѣ
имѣтъ до тысячи верстъ. Народонасе-
леніе онаго простирается до 10 милліо-
новъ. — Въ немъ находится 13 высшихъ
училищъ подъ именемъ Гимназій, изъ ко-
ихъ десять, состоящія въ Губернскихъ
городахъ, и одна въ войскѣ Донскомъ,
имѣютъ по нѣскольку подчиненныхъ имъ
училищъ, находящихся въ уѣздныхъ горо-
дахъ Губерній; кромѣ оныхъ при Гимна-
зіи состоять въ уѣздныхъ городахъ, кои
суть: Новгородсѣверская, Одесская и Та-
ганрогская. Уѣздныхъ училищъ во всемъ
округѣ щитается 80, а именно въ Губер-

— 82. —

ніяхі: Курской 14, Слободско-Украинской 11, Полтавской и Орловской по 10, Черниговской 9, Воронежской и Херсонской по 6, Екатеринославской 5, Таврической и въ Войскѣ Донскомъ по 4, въ Войскѣ Черноморскомъ, 1.— Сверхъ сего приходскихъ училищь находится до 500. —

,,Учащихся состояло въ 1814 годѣ, въ 13 Гимназіяхъ 969, въ уѣздныхъ училищахъ 6221. Раздѣля сіе число учащихся на 10 милліоновъ жипелей выдетъ одинъ учащійся на 140 неучащихся. Но сія разница не будетъ пакъ велика, ежели изключить по крайней мѣрѣ половину взрослыхъ, кои либо прежде обучались, либо по возрасту своему не могли уже воспользоваться ученіемъ, восхищаясь богатыми средствами, дарованными Государемъ для образования ихъ дѣшей и помолмства.

,,Надобно съ удовольствіемъ замѣтить, что число учащихся не только не уменьшается; но и ежегодно возрастаетъ: ибо всѣхъ учащихся въ Гимназіяхъ и Уѣздныхъ училищахъ состояло въ 1805 годѣ 3967. Но въ 1814 оныхъ находилось 7190.— Слѣдовательно въ десять лѣтъ число же-

— 83 —

лающихъ учиться возрасло почти въ
двое.

„Поелику ученїе оканчивается въ Гим-
назїяхъ въ 4., а въ уѣздныхъ училищахъ
въ 3. года, и кончившїе ученїе въ Гимна-
зїяхъ поступающъ либо въ службу, либо
въ Универсишетѣ для продолженїя высшихъ
наукъ; то по прошествіи каждого седми-
лѣтія число учащихся возобновляется,
такъ что въ 14 лѣтъ кончившихъ ученїе
въ Гимназїяхъ и училищахъ должно быть
до 14. тысячъ; слѣдовательно для обра-
зованїя 10 милліоновъ поіребно около 80
лѣтъ. Внуки наши будушъ имѣть щастіе
зрѣть событіе сего предугаданїя.

,,При сем' случаѣ необходимо взгля-
нуть на тѣ науки, въ каковыхъ упраж-
няются учащіеся. Исполняя въ точности
Уставъ учебныхъ заведеній, подвѣдомыхъ
Университету, утвержденный ИМПЕРА-
ТОРОМЪ, они обучаются въ Уѣздныхъ
училищахъ: закону Божію и Священной
Исторіи, разумѣнію должностей человѣка
и гражданина, Граммашикѣ Россійскаго и
мѣстнаго языка, числовисанію, правопи-
санію, правиламъ слога, Географіи, Все-

— 84 —

общей и Российскаго Государства, Всеоб-
щей и Российской Истории, Арифметик,
начальнымъ правиламъ Геометрии, Физи-
ки, Естественной Истории, Технологии,
и Рисованію; наконецъ членію и письму
Латинскому и Нѣмецкому, и въ теченіи
трехъ лѣпъ оказавшіе успѣхи по желат-
нію поступаютъ въ Тимназію.

,,Науки преподаваемыя въ Гимназіяхъ
суть: Латинскій, Нѣмецкій и Француз-
скій языки, Географія, Исторія, Миоло-
гія, наука о Древностяхъ, Статистика
общая и Российскаго Государства, курсъ
Философіи и изящныхъ наукъ, начальныя
основанія Политической Экономіи, курсъ
Математики чистой и Прикладной, курсъ
Опытной Физики и естественной Исто-
ріи, съ принаровленіемъ оной къ началь-
нымъ основаніямъ сельскаго и лѣснаго хо-
зяйства, такъ же начальныя основанія
наукъ, относящихся до морговли, осно-
ванія Технологіи и Рисованье. Для изу-
ченія сихъ наукъ назначаются 4 года;
послѣ чего, желающіе болѣе усовершен-
ствовать себя въ оныхъ, поступаютъ въ
Университетъ, и въ ономъ слушають

— 85 —

науки общїя, каждому человѣку нужныя,
такъ и особенныя, образованію гражда-
нина для разныхъ родовъ Государствен-
ной службы необходимыя.

,,Положимъ, что не всѣ, окончившіе
науки въ Гимназіяхъ, поступающі въ
Университетъ: однако съ симъ хоро-
шимъ основаніемъ не шолько не оспа-
нутся несвѣдущими; но и получать спо-
собность усовершенствовать себя во
всемъ, что почтупъ надобнымъ.

Науки въ Университетѣ действительно
прелодаваемыя суть:

1. Въ Отдѣленіи Нравственно-Полити-
ческомъ преподается: Умозрительная и
Практическая Философія, Право Естес-
венное, Политическое и Народное,—Граж-
данское и Уголовное Судопроизводство
Россійской Имперіи, Права знамѣйшихъ
древнихъ и новѣйшихъ народовъ, Дипло-
матика и Политическая Экономія.

2. Въ Отдѣленіи физическихъ и Ма-
темапическихъ наукъ: Теоретическая и
Опытная Физика, чистая и прикладная
Математика, Химія, Естественная Испо-

— 86 —

рія, Сельское Домоводство, науки отно-
сящіяся до фабрикъ и торговли; наконецъ
Военные науки и Гражданская Архитек-
тура.

3. Въ Отдѣленіи наукъ Медицинскихъ:
Анатомія, Физіологія и Судебная Меди-
цина, Патологія, Терапія и Клиника,
наука о приготовленіи и качествахъ лѣ-
карствъ простыхъ и составныхъ, Врачеб-
ная Исторія и Словесность, Хирургія;
Акушерство, и Медицина домашнихъ жи-
вотныхъ. —

4. Въ Отдѣленіи Словесныхъ наукъ преподаются: Краснорѣчіе и Стихотворство Российскаго языка, Древности, языки Лашинскій, Нѣмецкій и Французскій; Всемірная Исторія, Статистика и Географія; и таковыяжь особенно о Российскомъ Государствѣ. —

Сверхъ наукъ сказанныхъ обучаются
въ Университетѣ: рисованію, граверова-
нію, музыкѣ, фехтованію и танцованію.
Учебныя лособія находятся въ Универ-
ситетѣ:

1. Кабинетъ Физическій, составлен-
ный большею частію изъ новѣйшихъ ин-

— 87 —

струментовъ, и весьма достаточный для
производства важнейших опытовъ. Здѣсь
юноши научаются не изумляться при ви-
дѣ необыкновенностей, заставляющихъ
невѣжу приписывать все чудесамъ и при-
видѣніямъ; но, изъясняя всѣ явленія поз-
наніемъ силъ природы, почиташь ихъ ве-
ликими, дабы удивляться премудрости
Творца.

2. Кабинетъ Зоологическій хотя не
богатый, однако довольный для обозрѣнія
главныхъ начертаній животнаго царства.

3. Кабинетъ Минералогическій весь-
ма обилень рѣдкими штуфами.

4. Технологическій кабинетъ состоящій изъ немногихъ моделей для показанія
строенія машинъ, облегчающихъ производство искусственныхъ работъ.

5. Минцъ кабинетъ, заключающей бо-
лѣе 15 тысячъ медалей и монетъ разныхъ
Государствъ новыхъ и древнихъ; но къ
сожалѣнію еще неописанный. Собраніе сіе
составилось больше часпію изъ приноше-
ній покровиществующихъ наукамъ; въ
числѣ коихъ главнѣйшіе особы суть: Г.
Попечитель Университета Графъ Потоц·

— 88 —

кій, и Г. Адмиралъ Чичаговъ—подарившій
Университету богатѣйшее собраніе мо-
нешъ отнятое у непріятеля. Честь и
хвала почтенному Благотворителю, сре-
ди побѣдъ незабывшему щедрить науки!

6. Библіотека весьма достаточная и ежегодно возрастающая. Ею пользуются чиновники Университета и учащіеся, и для каждого любителя открыта ежедневно отъ 10 до 12 часовъ утра, исключая дни праздничные.

7. Лабораторія Химическая, достаточно снабдѣнная инструментами и потребностями для дѣланія опытовъ,— показывающихъ сославныя часпіи тѣлъ природы.

8. Лабораторія Фармацевтическая, для показанія учащимся пригоповленія различныхъ лѣкарствъ.

9. Анатомическій-театръ для практическаго ученія о строеніи человѣческаго тѣла. Это заведеніе и лекціи онаго наиболѣе посѣщаются любопытствующими, а паче духовными, къ чесши ихъ и Профессора.

— 89 —

10. Дваклиническіе институты, одинъ для внутреннихъ, другой для наружныхъ болѣзней, въ которыхъ учащіеся врачебной наукѣ руководствуются Профессорами познавать и лѣчить болѣзни. Содержимые больные безденежно получаютъ присмотръ, пищу, одѣяніе и лѣкарстіва.

11. Бошаническій садъ съ оранжереею и теплицею, гдѣ воспитываются тысячи растѣній для показанія обучающимся бошаникъ.

12. Типографія довольно снабдѣнная потребностями для печатанія сочиненій на разныхъ языкахъ издаваемыхъ Университетомъ и частными лицами.

„Такъ обильныя пособія развѣ пому не принесутъ пользы, кто не захочетъ воспользоваться ими: тѣмъ болѣе, что они не полько учащимся; но и постороннимъ невозбранны. — Таково желаніе Правительства вскѣрѣ возвести Россію на степень просвѣщенѣйшаго образованія!

„Но для того ли сіе обиліе пособій, дабы въ предвѣріи храма наукъ однимъ именемъ пріобщались къ лику любомудрственнаго Согражданства? Нѣтъ. Мо-

8

— 90 —

нархъ, утверждая Высочайшею волею существованіе Университета, рекъ: да образуется въ немъ гражданинъ для разныхъ родовъ Государственной службы! — Ученость подобна собственности, но выражающая оную степень принадлежитъ Государству: а поому коль строгій и нелицепріятный искусъ предлежать долженъ таковымъ сподвижникамъ!

,,Для преподаванія наукъ имѣется въ Университетѣ 18 Профессоровъ, 9 Адюнкшовъ, 3 Лектора.

,,Студеншовъ состояло въ 1805 годѣ 67; нынѣ оныхъ имѣется 122; казеннокоштныхъ студеншовъ по штабу положено 40, Кандидатовъ 12, и къ сему числу прибавлено для Медицинскаго отдѣленія студеншовъ 15 и Кандидатовъ 5.

,,Изъ слѣдующаго можно увидѣть успѣхи ученія въ Университетѣ, въ коемъ съ 1806 до 1815 года изъ учившихся произведено въ Кандидаты 102, въ Магистры 12, въ Докторы 6, въ Лѣкари 9, Учителями опредѣлено 97; въ другіе институты отправлено для усовершенствованія 3. Изъ воспитанниковъ Университета пяшь

— 91 —

съ честію занимають въ Университетѣ
званіе Адьюнктовъ, "—

По окончаніи сей рѣчи слѣдовалъ опять
оркестръ музыки; помошь Профессоръ
Шадъ произнесъ на Лашинскомъ языкѣ
рѣчъ: о возстановленіи въ Европѣ хелигіи.
Сей Профессоръ извѣстень своими сōчи-
неніями, особливо по часши Философіи,
въ ученой Европѣ; а знаніе Лашинскаго
языка даетъ ему право стоять на ряду
съ наилучшими учеными, по возрожденіи
наукъ писавшими на семъ языкѣ. — За
симъ послѣдовала музыка и пѣвчіе, съ
окрестромъ вмѣстѣ, пѣли хоръ сочинен-
ный на случай перваго Торжественнаго
Собранія Общества наукъ при здѣшнемъ
Университетѣ, о коемъ подробно будетъ
извѣщено во второй книжкѣ сего Журнала.

Въ продолженіи собранія, когда игра-
ла музыка, Посѣтиели были угощаемы.
Домъ Университетскій и всѣ принадле-
жащія къ немустроенія绝лично были
иллюминованы. Предъ главнымъ строе-
ніемъ была выставлена большая (8ар. шири-
ни а 5ть вышины.) прозрачная картина. Она
представляла Августѣйшаго Монарха

*2

— 92 —

нашего въ воинскихъ доспѣхахъ подъ
мирною тогою, на поржественной коле-
сницѣ, заложенной четырью бѣлыми коня-
ми, подающаго масличную вѣтвь Европѣ,
мимо которой Онъ проѣзжаешь. Ему со-
путствующъ вѣра, Правосудіе и Обиліе
въ видѣ богинь съ аллегорическими ихъ
знаками; сверху летящая Слава держитъ
надъ Его главою лавровый и пальмовый
вѣнокъ, возвѣщая вселенной Его милости
и побѣды. Впереди стоишь Геркулесъ —
Россъ, только лишь обезглавившей гидру-
Францію; подъ ногами коней попираемые
забистъ, раздоръ, война и корысть съ
отмѣннымъ искусствомъ представлены въ
приличныхъ имъ видахъ. Вдали на одной
сторонѣ картины откуда, ѣдешь Государъ,
прошедшее-пылающая Москва и опливаю-
щая на себѣ зарево; на другой сторонѣ
настоящее — возобновляющаяся Москва;
всё въ ней кипитъ, всё возстаешь, всё
опять украшается и самыя небеса сїя-
ютъ свѣтомъ, обѣщающимъ ей благоден-
ствіе и миръ. Картита сїя во всю ночь
стояла освѣщенною и полпа народа не
отходила отъ неё, мѣняясь безпресшанно.

- 93 -

Изъясненія на сію картину многіе умѣшали и радовали самыхъ образованныхъ людей.—Наконецъ собраніе кончилось концертомъ, которой давали: Г. Лознинскій Учитель музыки при Университете на кларнешѣ, и сынъ его Студентъ Лознинскій на скрипкѣ. Посѣтители были довольны и всѣ надѣются, что молодой Лознинскій можешь быть совремяномъ виртуозомъ, естьли не оставитъ сего искусства.—Кстати здѣсь можно сказать, что многіе изъ здѣшнихъ молодыхъ людей отмѣнно занимаются музыкою и оправдывающіе названіе Украйны—Ишаліею.

— 94 —

Харъковское Общество
Благотворенія.

Дворянешво Слободско-Украинской Гу-
бернії, внимая гласу человѣколюбивѣй-
шаго Монарха въ Высочайшемъ Указѣ
1802 Маїя 16 дня, на имя Дѣйствитель-
наго Камергера Витовтова данномъ, —
приступило къ составленію Общества
Благотворенія. Въ концѣ 1811 года Г Гу-
бернскій Предводитель Дворянства, соб-
равъ списки изъявившихъ желаніе всту-
пить въ члены онаго, препроводилъ ихъ
чрезъ Г. Гражданскаго Губернатора къ Г.
Министру Полиція для изпрошенія на су-
ществованіе сего Общества Высочайшаго
ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА
соизволенія.

19-е Гennaрдя 1812 года Общество и-
мѣло щастіе получить Монаршее бла-
говоленіе за сіе преднамѣреваемое дѣло и
утвержденіе правиль онаго во всѣхъ ча-
стяхъ.

ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТТВО
Государыня МАРІЯ ΘΕΟΔΟΡΟΒΝΑ, для

— 95 —

сердца Коєя всеіда прияшчы таковыя учрежденія, въ Высочайшемъ рескриптѣ отъ 11-го Марша 1812 года на имя Г. Губернскаго Предводителя Дворянства изволила изъявить желаніе Свое, да всѣ предназначеннія Общества, въ пользу страждущаго человѣчества, увѣнчаются совершеннымъ успѣхомъ (*).

Общесшво, ободряемое полико милосердымъ Монаршимъ вниманіемъ, приступило къ избранію членовъ Совѣта, которые бы управляли дѣлами онаго. Въ первомъ засѣданіи, сверхъ другихъ разпоряженій къ облегченію участі бѣдныхъ имѣющихъ право на полученіе вспоможенія отъ Общества, обращено вниманіе на семейства Дворянскихъ фамилій, бстпаюціяся въ сирошстѣ, убожествѣ и безъ родственниковъ, кои могли бы доставить имъ воспитаніе приличное званію. Посему, для образованія дѣшей можеска пола, найдено выгоднѣйшимъ опредѣлять ихъ въ особо-учрежденный при Харьковской Гимназіи пансіонъ, съ платежемъ устрановлен-

(*) Слова Высочайшаго рескриптa.

— 96 —

ной цѣны: для дѣвицъ же, поелику не было еще въ сей Губерніи ни какого женскаго общественнаго заведенія, Совѣтъ предположилъ учредить особый Институтъ, въ которомъ бы воспитывались twoѣ дѣвицъ изъ Дворянскихъ фамилій. Предмѣтъ воспитанія въ Институтѣ назначенъ преимущественно — образованіе дѣвицъ въ нужныхъ и полезныхъ для нихъ наукахъ и знаніяхъ,— посредствомъ коихъ могли бы онѣ, по выходѣ изъ сего Училища, снискивать себѣ благородное пропитаніе, опредѣляясь въ домы богатыхъ полмѣщиковъ для обученія дочерей ихъ (*).

Вскорѣ число членовъ сего Общества возросло до 200, между коими были уже пять именищыхъ (**).

1. Дѣйствительный Сшатскій Совѣтникъ Павель Григорьевичъ Демидовъ, кролѣ 1000 рублей ежегодно имъ взносимыхъ,

(*) Издашели надѣются сообщить о семъ просшраннѣе въ слѣдующихъ книжкахъ ихъ Журнала.

(**) На основаніи Высочайше утвержденныхъ Правилъ сего Общества, сташьи 4-й члены, дѣлающіе значительныя приношенія, получаютъ званіе именищыхъ членовъ общества.

— 97 —

доставляетъ та къ же каждый годъ значи-
тельныя суммы: для раздачи бѣднымъ,
для составленія капитала Общества и для
пипомцевъ его имяни въ пансіонѣ при
Гимназіи и Институтѣ; званіемъ симъ
удостоиваемъ Совѣтъ прильѣжнѣйшихъ въ
ученіи и отличнѣйшихъ въ благонравіи (*).

2. Сумскаго уѣзда помѣщикъ Генераль-
Провіантмейстеръ - Лейтенантъ Михайло

(*) Знаки благотвореній сего добродѣшelnаго вель-
можи всюду находятся по пространной Россійской
Имперіи: Московскій Университетъ, будущій То-
больскій, та къ же Кіевскій имѣютъ денежные ка-
пителы, съ коихъ проценны ежегодно простираюш-
ся до прехъ пысячь. Демидовское Училище въ Яро-
славѣ нребудетъ вѣчнымъ памятникомъ благо-
твореній на пользу общую сего испинно вели-
каго человѣка. Одинъ изъ издателей сего Жур-
нала Ф. имѣлъ щастіе воспитываться и быть
Студецомъ въ семъ Училищѣ; онъ до конца жиз-
ни будетъ гордиться симъ,— и при имяни Демидо-
ва съ пламеннымъ чувствомъ сердца, со слезами
благодарности и любви повшоряпъ стихъ Дер-
жавина:

Благословенъ средь позднихъ вѣковъ
— Да будетъ другъ сей человѣковъ! —

9

- 98 -

Стелановичь Кондратьевъ — взносившій ежегодно по 1000 рублей и располагавшій упрочить часть имѣнія своего для доставленія Обществу на всегда значительнаго дохода. Но съ его кончиною пресѣклись намѣренія сего благотворителя, извѣстнаго во всемъ нашемъ краѣ своими человѣколюбивыми пособіями.

3. Артиллеріи Подполковникъ и Кавалеръ Петръ Петровичь Веселицкій, при самомъ началѣ учрежденія Общества изъявившій желаніе взносишь ежегодно по 300 рублей; онъ предполагалъ назначить изъ имѣнія своего непремѣнный капиталь, проценшы коего доставляли бы Обществу сумму на всегда. Но рано его носилищая смерть, смерть славная на сраженіи при Бородинѣ, уничтожила его человѣколюбивыя намѣренія и надежды Общества. Стововать однакожъ о семъ — была бы несправедливость: Г. Веселицкій принесъ жертву не одному сословію людей, но цѣлому Отечеству, — жертву не пустую, но безцѣнную — жизнь свою!!—

Впрочемъ Совѣтъ остается еще въ приятномъ ожиданіи, что родственники

— 99 —

сихъ двухъ знаменитыхъ благотворителей человѣчества произведутъ въ дѣйство желанія ихъ — и назначеніемъ капитала соответствующаго ежегодно взносимой ими суммѣ сохранятъ на всегда имяна ихъ въ книгѣ благотвореній сего Общества и предадутъ память ихъ о состраданіи къ нещаснымъ позднѣйшему помолству.

4. Курской Губерніи помѣщикъ Николай Васильевичъ Похвисневъ предоставилъ Совѣту право получить изъ казны кровію его приобрѣщенное награжденіе за вѣрную, храбрую и долголѣтную опе-честву службу, и раздѣлять сумму сію на пособія бѣднымъ. Это приношеніе опять есть высокой цѣны: оно не наслѣдствен-ное — правомъ рожденія только снискан-ное, не нажитое оборотами въ жизни, ни даже обыкновенными прудами; а пожерш-вованіемъ самаго себя Отечеству и бла-годенствію его купленное, отъ благодар-наго Отечества — Отечеству принесенное. И еспьлибъ это были молько двѣ лепты; то и онъ дороже тысячъ предъ очами Бога и благомыслящихъ людей! —

*2

— 100 —

5. Генераль отъ Инфантерїи и разныхъ орденовъ Кавалеръ Графъ Сергей Михайло-вичъ Каменскій взноситъ ежегодно по 300 рублей. Совѣтъ, на основаніи положенія сво- его и балѣе по чувствамъ благодарносши къ знаменитому Благотворителю, для со- храненія имяни его на всегда въ памяти воспитываемаго юношества, удостоилъ од- ного изъ воспитанниковъ своихъ званія: во- слитанникъ Графа Каменскаго, который воспитанникъ получиль уже на сихъ дняхъ отъ Благодѣшеля своего новое благошво-реніе состоящее въ 200 рубляхъ на око- пировку и нужныя для него книги. Вмѣ- стѣ съ тѣмъ Его Сіятельство, уваживъ прозьбу Совѣша, доставилъ свой портретъ для поставленія его въ залѣ собранія Об- щества.

6. Черниговской Губерніи помѣщикъ Петръ Григорьевичъ Корицкій назначилъ взносить ежегодно по 500 рублей. На основаніи того же положенія Совѣта од- на изъ воспитанницъ общества въ Инсти- тутѣ получила Названіе воспитанницѣ Корицкаго. —

— 101 —

Такимъ образомъ Совѣтъ съ первыхъ дней. открытія своего не упускалъ ни ма-
лѣйшаго случая выполнять священнѣй-
шую обязанность свою въ доставленіи по-
собія испинно и безвинно страждущимъ
соотечественникамъ своимъ. — По .1816
годъ оказана помощъ сорока пяти семей-
ствамъ находившимся въ крайнѣй бѣдно-
сти — большею частію изъ Дворянска-
го званія. Одному улану, имѣвшему
вовсе поврежденное зрѣніе, возвраще-
но оное пособіемъ искуснаго Доктора
приглашеннаго къ сему Совѣтомъ. Изъ
числа воспитанниковъ Общества опредѣ-
лено и. отправлено въ военную службу
12-го человекъ; сверхъ сего 3-мъ моло-
дымъ Дворянамъ здѣланы денежныя посо-
бія при ошправленіи ихъ къ арміи. — Изъ
числа воспитанницъ Общества въ Инсши-
путъ выпущена одна дѣвица кончившая
курсъ ученія своего: а въ Августѣ сего
года имѣть быть выпущено еще при ша-
ковыхъ. О всемъ этомъ и что будетъ здѣ-
лано въ пользу ихъ извѣстится въ свое вре-
мя посредствомъ Украинскаго Вѣстника.

гр. Квитка.

(Продолженіе вперед).

["— 102 —", "Библейское Общество.", "Свѣтъ Евангелъскато ученія разпрō-\nетраняется и въ нашемъ краѣ. И когда,\nвъ чемъ, въ какихъ дѣяніяхъ къ пользѣ ли-\nто Царькеи, Отечества, просвѣщенія или\nчеловѣчества онъ отставаль отъ другихъ\nхраевъ необозримаго Рускаго Царства?—", "Религія была и будетъ, вопреки всѣмь\nизчувѣрамъ преступившимъ границы ума,—\nединственнымъ оплотомъ и подпорою бла-\nгосостоянія Царствъ земныхъ, крѣпостію\nобществъ, блаженствомъ каждого недѣлима-\nго въ человѣческомъ родѣ. Религія чистѣй·\nшая Христіянская, заключающаяся въ\nкнигахъ Евангелистовъ и Апостоловъ,—\nодна способна и на землѣ доставить потъ\nрай, коего всѣ ищутъ — называя щастіемъ,\nи успокоить въ чась смерти — о кошо-\nромъ представленіе въ умѣ одно оледѣ-\nняшь сердце, и препроводить въ вѣч-\nность для неизглаголаннаго бла)+
Кто хотя искру чувствоваль въ сердѣ\nсвоемъ благодаши Религіи; для того по-\nнятны и справедливы не многія слова сіи:\nибо дѣйствіе оной можно ощущать, а не"]

— 103 —

ИЗЪЯСНЯТЬ СЛОВАМИ — СЛИШКОМЪ ДЛЯ СЕГО
НЕДОСТАЧНОМЬ МЪ СРЕДСТВОМЬ! —

КАКОЙ ИСПИННЫЙ ХРИСТІАНИНЪ не съ
трепещущимъ отъ радости сердцемъ при-
мешъ извѣстіе объ учрежденіи въ Харь-
ковѣ Отдѣленія Библейскаго Общества?—
Давно сего эдѣсь желали:— недоставало
вождя—паспыря—начальника. Новый Граж-
данскій Губернаторъ принесъ съ собою
новый порядокъ и первымъ почти дѣломъ
его, начальства — было учрежденіе Отдѣ-
ленія Библейскаго Общества; Г. Дворян-
ства Губернскій Предводитель всѣми лю-
бимый и уважаемый первый споспѣше-
ствовалъ тому; Дворянство и Духовен-
ство принялось за сіе благочестивое дѣ-
ло съ>отличною ревностію;— и 12 Янва-
ря сего 1816 года было первое собраніе
сего Общества. Вицепрезидентами избра-
ны: Г. Гражданскій Губернаторъ Василій
Газриловичъ Муратовичъ и Г. Губернскій
Дворянствъ Предводитель Анджей Вѣдо-
ровичъ Квитка — чего и желать надлежа-
ло. Послѣдній говориль при семъ случаѣ
рѣчь, коею украсится вторая книжка
Украинскаго Вѣстника. Первый изъ Ди-

— 104 —

ректоровъ — есть Протоїрей здѣшняго Собора и кавалеръ отецъ Андрей Проко-повичь извѣстный ревнитель царькви. Про-чіе Директоры суть большею частію Уѣздные Дворянства Слободско - Украин-скаго Предводители. Число членовъ до-вольно уже велико, — приношенія значи-тельны.

И такъ скоро Божественный Учитель нашъ приобрететъ новыхъ послѣдовате-лей, кой углубляясь въ Его святѣйшее, премудрѣйшее ученіе, улучшать пути жизни своей по оному! — Нѣть чищѣ же-ланія, какъ видѣть успѣхи Христіянской Вѣры, или что всѣ одно и може—успѣхи блаженства въ жизни. — Конечно этотъ міръ не есть міръ постояннаго, непре-мѣняемаго блаженства: онъ только къ шому приготовляемъ,—шьмы препятствій, по неизслѣдимымъ совѣтамъ Вѣчнаго, за-пруднѣя путь къ блаженству—лишь боль-шее возбуждающі рвеніе, родятъ муже-ство въ подвижникахъ. И такъ, естьли бы и учрежденіе Отдѣленія Библейскаго Общества здѣсь встрѣтило что нибудь, хоть бы это одна мысль была суемудраго

— 105 —

ума, не въ его пользу, — спокоенъ духомъ
и твердъ въ намъреніи, въ предприяшіи
долженъ пребыть каждый членъ его: онъ
назидаетъ Вѣру— Царьковы; а извѣстно ея
назначеніе — и врата адова неодолѣюшь
ей! —

## Крещенская ярмонка.

Харьковъ стоишь на весьма выгод-
номъ мѣстѣ для морговли: онъ бы могъ
быть средоючіемъ, куда бы стекались
богастана и Россіи, и чужихъ краевъ для
взаимной выгоды. Близость съ одной сто-
роны Чернаго моря даетъ ему великое
преимущество предъ другими городами;
и въ немъ сходятся тракты отшолѣ,
изъ Малороссіи, съ Дону и изъ внутрен-
ности Россіи. Только необходимо нужно
обратить вниманіе на облегченіе подвоза
къ нему моваровъ; потому что судоход-
ныхъ рѣкъ близь него нѣпь, а дороги по
обширнымъ около него спелямъ очень не-
удобны.

Заведеніе здѣсь ярмонки—есть выгод-
нѣйшее для Государства дѣло. Но ихъ

— 106 —

здѣсь и не одна, а четыре: Троицкая, Успенская, Покровская и Крещенская. Постъедняя щитается первою; но Успенская часто бываетъ лучше ея для торговыхъ оборотовъ по времяни года и погодѣ. Крещенская случается иногда въ такую погоду, что всѣ обозы останавливаются вокругъ Харькова, не могши продолжать пути своего ни на саняхъ, ни на шелегахъ; всѣ покупщики или не могутъ до него добрались, или изъ него выбрались, какъ было въ Генварѣ 1814 года.

Нынѣшняя ярмонка была довольно щастлива. Ибо съ половины Декабря прошлаго года установилась здѣсь прекрасная санная дорога, — всѣ обозы пришли и дешево, и ко времяни на мѣсто складки. Стеченіе было чрезвычайное; капиталъ въ оборотѣ великіе суммы. Однако надѣялись лучшаго—говоря о покупщикахъ. Благодарнѣй миръ въ Европѣ родилъ всѣхъ нetherпливое ожиданіе и надежду, что цѣны на всѣ понизялись. Особливо люди живущіе жалованьемъ, для коихъ перемѣны цѣнѣ всегда составляютъ Immobilien a kei прилиь, надѣялись, что сколь-

— 107 —

ко нибудь курсъ серебра поунизится до
получаемыхъ ими бумажекъ, а слѣдова-
щельно они хотя съ небольшою выгодою
запасутся потребностями для жизни. Но
цѣны почти всё тѣже; унизился сахаръ
въ цѣнѣ: но сахаръ не большая потреб-
ность да и не много онъ унизился. —

Какая необходима мудрость, чтобъ
уравновѣсить въ выгодахъ всѣ соспоянія
обширнаго и многолюднаго Государства?—
Что бы торгующей не наживался по мѣрѣ
того, какъ проживается и мерпитъ чело-
вѣкъ на жалованьи; что бы равно и полу-
чали выгоды, и шерпѣли какъ люди про-
изводящіе, такъ и потребляющіе, — оба
класса равно необходимые одинъ для дру-
гаго?! — Конечно это есть дѣло мудрости
и политики; но не излишно прибавить: и
доброй нравственності. Ибо сіе нерав-
новѣсѣ происходить большею частію отъ
того, что всякой о себѣ молько одномъ
думаемъ, и не заботился ни мало, когда
ему тѣлѣ, что другой умираемъ отъ
холоду.

Погода была благоприятна нынѣш-
ней Крещенской яр. монкѣ; однакожь не

— 108 —

совсемь: сколько лишь началась она, какъ стало быть тепло, появились туманы, иногда проглядывало весеннее солнце, иногда пускались осенніе дожди; и естъ-ли не здѣлалась совершенная грязь,—такъ это ошь пого, кажется, что прежде много выпало, снѣгу и послѣ маленькихъ от-шепелей крѣпко его заморозило. Къ кон-цу ярмонки съ 18 Генваря опять началась холодная погода, и опаять даже выпалъ снѣгъ въ замѣну пого, который стаялъ.

Такія перемѣны для жителей Севѣра покажутся не много странными; но по-живши годъ, или два здѣсь всякой привык-немъ къ непостоянству Харьковскому. — А естъли бы обращено было больше вни-манія на численность внутри города, на со-храненіе здоровой воды; естълибъ его жи-тели, особымъ купечество,— больше за-бопились о выгодноси и приятности въ жизни, не тѣснились бы въ лачужкахъ; — то право и безпристрастно по всѣмъ от-ношеніямъ здѣшній край можно бы назвать было Италіею; а Харьковь, естъли ужъ не Флоренціею; такъ по крайнѣйшѣ любымъ изъ городовъ средней Италіи.

— 109 —

# Письма въ Херсонъ.

## 1е

Спѣшу къ тебѣ, мой другъ, съ Харьковскими новостями; Харьковъ занималсяъ: въ немъ — въ немъ.... но теперь ты долженъ только быть со мною въ нашемъ Театрѣ. Ты смѣшешься, шутникъ, надъ Театромъ; но я отомщу тебѣ за эту насмѣшку и скажу не шутя, что въ Харьковѣ теперь театръ, за которой я первый благодарю. Онъ не поть уже лоходной, какъ мы видали на сценѣ въ К—лѣ прекрасно отдѣланный Г. Коцебу, или здѣсь иногда въ самой натурѣ... Нѣтъ! точно стоишь благодарности что приялись за него люди опыные,—а больше могущіе поддержать.

Но пойдемъ въ театръ; я тѣ стаму разказывать лица действующія, какъ прижему и оба станемъ дѣлать замѣчанія, какъ знатоки театра. Чможъ? будто мы и не игрывали? не ламывали сами комедій, трагедій? Все прошло; будемъ же зрителями.

Вошь представляется Комедія, или опера: Встрѣча незваныхъ гостей. Лица

— IIo —

тутъ всё извѣстныя, ты объ нихъ имѣешь уже понятіе: займемся пїєой. Эпи незван- ные гости заспавили о себѣ говоришь over мала до велика въїхъ въ простріанной Рос- сії, — храніцу за даже пятилетнїе въ дєревняхъ злакомъ: какъ же не представ- лаять ихъ на меатрї? — Сюжєшь пїєсы весь Руской, и по одному этому она уже до- рога: у насъ что-то давно разлюбляють всё Русское. Но въ ней еще выражается и патріопизмъ незабвеннаго въ Россїї, гроз- наго и славнаго 1812 года. Не трепещешь ли сердце твое при видѣ крестьянъ — во- иновъ? Не вспоминаешь ли ты живо той минуты, какъ брося домъ — всё, что ни имѣлъ, бѣжалъ ты къ областному На- чальнику въ Р—ѣ, чтобъ быть воиномъ,— и какъ случай полью, или лучше Прови- денїе отвлекло тебя отъ сей жертвы over естству — мы занемогъ ? — Бури проле- тѣли; небо опять ясно надъ нами, и мы теперь смотримъ молько и улыбаемся сквозь слезы, какъ старостиха съ копьемъ не хочешь отстать отъ своего сѣдово- лосаго мужа и идешь встрѣчать незва- ныхъ гостей. — Какъ тебѣ кажешься эта

— III —

Пієса? — Хороша; — Но зачѣмъ она олера?
При такомъ случаѣ пять — да еще и рас-
лѣвать! Естественно, что мѣлъникъ
работая тянетъ пѣсенкъ; извиняю збѣ-
тенщика, которой хочетъ продать боль-
ше и напьваетъ; дѣла нѣть мнѣ до всѣхъ
представляющихъ иностранное: — въ чу-
жихъ краяхъ я не бывалъ — и почему знаю?
можетъ въ самомъ дѣлѣ шага тамъ не
вступать не проѣли лѣсечки. Но Рус-
кіе? Въ эпомь уже меня не обмануть:
знаю, когда Русской поемъ! — Эпо ужъ
слишкомъ строго; — и по сему не будетъ
нигдѣ мѣста оперѣ; забывать не надобно,
члю опера есть смѣшеніе искусствъ. — На
смѣшеніе согласенъ; а право не пожалѣю,
естьли не буду видѣть оперъ. Но о вну-
сахъ слорить нельзя; естьлижъ признаю-
ся числовосердечно и на ущко лишъ шебъ:
то чушьли не всѣ пятьдесятъ разъ я ви-
дѣлъ самъ представленіе трехъ частей
Русалки. И шакъ пропустимъ и эпу опе-
ру. Особливо — удивительно мнѣ нравят-
ся въ ней многія архіи изъ настоящихъ Рус-
кихъ лѣсенъ передѣланныя. Но что бы уже
совсѣмъ побояться Бога эпому композите-

— 112 —

ру и незаспавлять бѣднук Рускую актрису дѣлать Италіанскія рулады, или ле- жекаты, или ужъ и назвапь какъ не знаю,— а что-то ненатуральное, неприятное.— какъ въ избалованномъ соловьѣ послѣ плѣниятельнаго пѣнія треска (*)!? Мне каз- жется, актриса К—я не выжимала бы. такъ сильно слова и ноты — и тѣмь не дѣлала бы не много неприятнаго впе- чашлѣнія на слушателей, естьлибъ боль- те въ ея ролѣ было Рускаго; а актреръ П—въ не нѣжился бы ужъ черезъ чуръ,— что не прилично кресшьянину и еще рат- нику. идущему на бой, когда бы также онъ ролей былъ ограниченъ. А то посмо- тряшь они на одѣяніе свое,— Рускіе; на сюжетъ піэсы—Руская; а запоють аріи,— большая часть иноспранныхъ!—... Неску- чай, мой другъ, подробностями; возмемъ инъ другое лице: старуха Г. Л.—ва играемъ для меня очень хорошо. Не вы- даю своего суда за совершенно справед- ливый — и слышу шопотъ близъ меня не въ ея пользу: но всякой имѣемъ свои при-

(*) Техническое слово у пшичныхъ охотниковъ.

— 113 —

чины. Вопъ почему игра ея мнѣ нравится: она натуральна, фигура ея очень похожа на крестянку и старуху, самое пришептыванье отличаетъ ей, жесты приличны ролѣ, мѣста чувствительных — какъ на пр. это прощанье съ старикомъ и благословеніе Василья — выражены хорошо и опять незабыто театральное приличіе, самой коспюмъ не нарядень, начемъ всѣ актрисы помѣшаны, а простъ. Г. Ка—я выражается также довольно хорошо; но не въ сафађанѣ бы ей быть по этому выраженію. Не всё вѣдь одни граслинанія трогаютъ насъ и выражаютъ сильное чувство; нѣшь: оно иногда безмольно и нелодвижно, а проникаетъ до глубини души. — Г. С—въ играетъ свого ролю и успѣшно. Есть только монопонія въ голосѣ,—не то, будто бы онъ говорилъ однимъ тономъ,—а вопъ что: я видалъ его во многихъ стаřикахъ, и вездѣ зажмутся узнаю по голосу и по приемамъ. Но въ актёрѣ величайшимъ искусствомъ щи тается то, когда онъ въ разныхъ роляхъ не loходить ни въ чемъ самъ на себя. Еще: у насъ почти всѣ актёры, чшобъ пока-

10

— 114 —

зать себя, берушся за первая или значи-
нейныя въ пїєсї роли; они не знацьть, а
можеть быть и не хотятъ знать, что
корошая роль отнимаетъ половину чести
у актєра: для меня Шиллеровымъ мы-
сялѣмъ, кажется, нельзя ничего придать
лучшаго произношеніемъ. Нѣтъ, представь
пустую роль — занимательною, умѣй сы-
грать статиста, — и вотъ по моему
актєръ! Конечно хвататься за лучшее,
чтобы скрыть ролей свои недостатки —
есть порокъ общей всѣхъ шеатровъ, — и
я почти не видалъ, на сколькихъ ни бы-
валъ представленіяхъ, чтобъ хорошій
актєръ взялъ даже посредственную роль;
а не худобы кажется было имъ это за-
мѣтить. — Продолжимъ наши замѣчанія;
ибо пїєса скоро кончится. Вотъ М—чѣ;
для его роли онъ играетъ хорошо; по-
требовать отъ него больше тонкосши
меньше кривлянья,—такъ это будетъ про-
шивъ его роли, и онъ не виноватъ, что
сочинители не сомочрять, или не боятся
извѣстнаго стиха въ нашемъ Ювеналѣ:

Въ комедіяхъ шеперь не нужно острыхъ словъ,
Чтобы смѣшить — пусти на сцѣну дураковъ.

— 115 —

Заключимъ У—вымъ: въ нёмъ отмѣнные
паланты,— игра свободна, жива, сообразна
ролѣ; — роль только опять виновата! —
Прекрасно, что стараются отучить насъ
благоговѣпъ ко всѣмъ заморскимъ выход-
цамъ, что выставляють глупость, нео-
бразованность, грубость и даже низость
ихъ; но здѣсь въ пїєсї, ей, ей не могу при-
думать, какъ вклѣить кēстапі эту ро-
лю! — Человѣкъ путешествовалъ съ бари-
номъ,— и вѣрно бы уже не былъ оставленъ
въ деревнѣ, скольбы ни былъ глупъ; а
этошъ выходецъ еще и довольно смыш-
ленъ, когда не забываемъ о кисѣ своей
среди всеобщаго смятенія! Вѣрно Ав-
тору хопѣлось непремѣнно выставить
конфрастъ латріютизма съ козмоло-
литтизмомъ въ мысляхъ и поступкахъ;—
такъ для этаго не такіе у насъ есть
примѣры, да и не въ такой пїєсї! —
Вижу, что ты качаешь головою и знаю
твои мысли,— я кажусь тебѣ не моль-
ко Цензоромъ но и Цензориномъ. Но
вѣдь я сообщаю только свои тебѣ замѣ-
чанія и жду омъ тебя мнѣнія. Ты не спо-
ришь прошивъ того, что всё порицать,

*2

— 116 —

ко всему придираться—есть знакъ неуго-
монной головы; а соглашаться на всё и
всему примакивать — есшь вмѣстѣ и по-
рокъ сердца, и недостапокъ ума. Пусть же
буду я виновать въ первомъ; но молько
нередъ тобок, кооторый вѣрно меня испра-
вишь. Однакожь не кричи еще: бедерегъ,
бедерегъ! ты не видалъ еще самаго лучша-
го — балѣша. Да, вообрази себѣ, здѣсь ба-
лешъ и балешъ шакой, на которой мож-
но смотрѣть съ величайшимъ удоволь-
ствіемъ, особливо тому, кто не бывалъ въ
Споличныхъ Театрахъ! Всё это здѣлано
подлинно неусыпнымъ стараніемъ Г. Ш—на,
ему одному обязаны мы этимъ удоволь-
ствіемъ. Вспомни Я—й Театръ; онъ 30000
рублей приносилъ годоваго доходу содер-
жателю; а и подумать не могли тамъ
что бы составить балешъ. Здѣсь только
лишь завелся изъ ничего театръ,— и уже
очень хорошій при немъ балешъ! — Намъ
шёлнымъ людямъ нельзя сговорить съ
пѣми, кои были въ Парижѣ, въ Вѣнѣ, въ
Лондонѣ, въ Берлинѣ и во всѣхъ лучшихъ
городахъ Европы и отзываются о теат-
рѣ нашемъ, какъ о кукольной калмѣ.

— 117 —

Что дѣлать, — non cuivis hominum contingit adire Corinthum. Однакожь думаю, что есть-либо вездѣ были Парижскіе театры, вездѣ танцовали Вестрисы, Дюпоры, Даниловы; то право они для насъ перестали бы быть рѣдкостями, — и мы судили бы ихъ, смо-трѣли на нихъ съ такимъ же хладнокровіемъ, естьли не презрѣніемъ, — какъ видѣвѣ шіе большой свѣтъ Европы смопрятъ те-перь на нашихъ актеровъ, на нашъ те-атръ. Всё иметь цѣну по сравненію, воз-вышается отъ противоположности; са-мое наше блаженство, въ чемъ бы мы его ни поставляли, возрастаетъ и сильнѣе чувствуется послѣ огорченія, нещастія. Ты знаешь мою систему и — понимаешь меня. — Довольно, что въ Харъковѣ есть театръ и даже балетъ — рѣдкость въ про-винціальномъ городѣ! Дивись еще больше: сему балету положили основаніе Г-да Сту-денты, которые у себя на танцъ — клас-сѣ вздумали составить балетъ, — и ша-цовали прекрасно прошедшій годъ на своемъ домовомъ театрѣ съ позволе-нія и подъ надзоромъ своихъ Начальни-ковъ. Благоразумныя и подъ надзоромъ.

— 118 —

ПОВОЗКА НА УВЕРОЕННЯ НЕ МОЛЬКО НЕ
ПОРАЗНАТЬ ХОРОШОМЬ, — АКТ ДУМАЮТ И ДА-
ЖЕ КЛЕШУВАТЬ НА КОМОРЫЕ ЧАХЛЫЕ МИЗОН-
МРОЛЫ; НО Еże образують, дѣлають чув-
СВИТЕЛЬНІЕ КЪ ИЗЯЩНОМУ, А СЛѣДОВА-
ТЕЛЬНО КЪ ДОБУ.—СКАЖУ И КЪ ПОЛЬЗ ГО-
СУДАРСШАВА.—ИЗВЕШТИ, Я УДАЛИЛА ОТЪ
НАШЕГО ПРЕМѣЛА: БАЛЕПЪ КОНЧИЛСЯ ОЧЕНЬ
ХОРОШО. ПОЙДЕМъ, — НО МОЛЬКО СЪ УСЛО-
ВІЕМЪ: Я ТЕБЯ ОПЯТЬ ПРОВЕДУ ВЪ НАШЪ
ТЕАТРЪ,— ШЫ ЕЩЕ НЕ ВИДАЛЬ НАШИХЪ
НОВЫХЪ АКТЁРОВЪ И АКТРИСЬ; А ЭТО
СТОИПЪ ПОСМОТРѣТЬ. ЕСТЪЛИЖЬ ПЫ НЕ
НАСКУЧИШЬ; МО Я, ОСТАВА ТЕБЯ НА Мѣ-
СПѣ, СПАНУ ПИСАТЬ ШЕБЬ О ВСЁМЪ, ЧТО
МЕНЯ ПОРАЖАТЬ БУДЕТЬ ОСОБЕННО. НУЖ-
ДЫ НЕШЬ, ЧТО ИЗВѣСТИШЕСЯ О КАКОМЪ НИ-
БУДЬ ПРОИШЕСТВІИ ЧРЕЗЪ ДВЕ, — ТРИ, А МО-
ЖЕПЪ БЫТЬ И ЧЕТЫРЕ НЕДѣЛИ СПУСТЯ; КА-
КАЯ, ГОВОРЮ, НУЖДА; ПОЛУЧАТЬ СКРОЕ И,
КАКЪ ГОВОРЯМЪ, ГОРЯЧЕЕ — ЖЕЛАТЕЛЬНО МОЛЬ-
КО ЧТО-НИБУДЬ ПОЛИТИЧЕСКОЕ; НО ПОЛИТИ-
ЧЕСКІЯ ИЗВѣСТІЯ ШЕПЕРЬ УМОЛКАЮТЪ — ДА
И МЫ СЪ ПЛОБОЮ НЕ АОІНЯНЕ, А РУСКІЕ!
ЧТО НАМЪ ЗНАТЬ, КТО ПОБЫДИЛЬ, ПЕРСИД-
СКОЙ ЛИ ЦАРЬ, ИЛИ ГРЕКИ? СПРОСИТЬ ЖЕ

— 119 —

Опечество службы — такъ мы съ тобой запоёмъ старанное: Мы идемъ, идемъ, идемъ и пойдемъ! — Просим до другой письменной бесѣды.

## Письмо 2е.

Помнишь ли нисалъ ты мнѣ, что въ дружбѣ походишь на любовницу, которая совершенно увѣрена въ любви къ себѣ своего милаго, — и однакожь безпресшанно желала бы слышать и слушаетъ съ неизъя-снимымъ удовольствіемъ всё тѣ же увѣренія? — Эта нѣжность для многихъ — сем-тименшальная, для нѣкоморыхъ — шуточ-ная, для насъ — истинная на всегда оста-нется драгоцѣнною въ нашей связи. Я по-стараюсь быть вѣчно такимъ, какимъ хочешь видѣть меня моя любовница — другъ; и въ тѣ доказательство — другое къ тѣ письмо на одной почтѣ, объ од-ной матеріи — о Театрѣ.

Четыре представленія видѣлъ я, въ коихъ играли новые Актёры и Актри-сы: Семейство Старичковыхъ, Слоръ до

— 120 —

слезы — а объ закладъ недостойся, Рѣдкая бешенка
и Собленщикъ. Три пяти шесть совершен-
но извѣстны; но Слоръ до слезъ пы не
видалъ. С не большей; штѣмь боль-
ше славы Рускому писателю, что онъ
разпространилъ его, украсилъ дѣйствіемъ
и отработалъ съ отмѣннымъ искусомъ.
Вывесили изъ терпѣнія хладнокровнаго че-
ловѣка и разсердить его — эпо стоишъ
труда и надобно подумать — как! —
Особливо, когда хладнокровный знаемъ,
что его сердить будущъ, — дабы выиг-
рать завладъ. Однако успѣли. Роль Та-
писіи играла новая Актриса Ч — ва и о-
чень хорошо Наружность — условіе не-
обходимое актрисы — много ужъ выгры-
ваетъ для нея; она понимаетъ или вхо-
дить въ роль; умѣть замѣшить вырази-
тельныя мышѣ и сообщить о нихъ зри-
шениямъ; поетъ натухально. — Что мнѣ
дѣлать, когда я родился быть фасколь-
никомъ на щетку пѣнія! Морщусь тамъ,
гдѣ другіе восхищаются; краснѣю за пѣ-
вицу, когда всѣ плещутъ ей и превозно-
сять похвалами; когда мнѣ не нравитъ-
ся ни одна скрипичная арія отработан-

— 121 —

ная съ искусствомъ превышающимъ даже самую скрипку въ бѣглости, числомъ и отбѣльности тоновъ; — а напротивъ при простомъ пѣніи двухъ, трехъ голосовъ ни на волосъ не рознящихъ, выражающихъ слова, или тонами заспавляющихъ меня чувствовать всё, что хотятъ; — что мнѣ дѣлать, когда при такомъ пѣніи обвороженъ я и готовъ не рукоплескать, а отъ сердца благодарить пѣвцовъ за нѣсколько минутъ проведенныхъ мною чрезъ нихъ въ испинномъ удовольствіи? — Это самое чувствовалъ я, когда пѣла Ч—ва. Есть-либо теплѣе было въ театрѣ,—я надѣялся бы отъ нея еще большаго совершенства въ игрѣ и въ пѣніи. Она вѣрно и театръ довольно видѣла,—знаемъ всегда свое мѣсто на сценѣ. Не удивляйся, — это здѣсь не шутка: наши актеры и актрисы такъ иногда лерестроятся, что безъ афишки не думай узнать, кто изъ нихъ баринъ, кто лакей, кто мать, кто дочь. Да это правда и не дѣло актеровъ, а кажется дирижора. — Ксташи я перейду отъ этой піэсы къ Сбітенцику—любимѣйшей оперѣ изъ Русскихъ. Но—жаль, что я не пого

11

— 122 —

видѣлъ Сбітенщика, какого видалъ; ни
одна роль не выдержана, кромѣ Офицера и
Паши. Онъ только меня занялъ и особливо
пѣніемъ; это опять новый Актёръ Кр—въ;
голосъ имѣтъ тенористой прекрасный
и обработанный; ни въ солахъ, ни въ дуэ-
тахъ себя не ронятъ; — не много прав-
да забывчивъ, или неосторожень т. е. въ
комнатѣ въ шляпѣ, а на улицѣ скинетъ,
да еще и не на улицѣ, а въ лѣсу. — Какъ,
лѣсъ въ Сбітенщикѣ? Кспати ли? —
Не дивись, мой другъ, и извини сей ма-
ленькій недостатокъ. Театръ нашъ:слиш-
комъ скоро здѣланъ и бѣдень еще въ по-
собіяхъ; а потому и позволительны на
немъ пакія перемѣны, или замѣны. Но это
всё ничего, естьлибъ на сценѣ видѣлъ я
стараго Болдыреба, Власьевну и Оадѣя,
а то Болдыревъ—мучитъ; Власьевна, хоть
и новая актриса,—много слѣется, да ма-
ло слѣшить; а вѣдь самая острая шут-
ка половину теряетъ цѣны, естьли
острякъ самъ прежде засмѣется. Г-жа
Пря—я поетъ хорошо, голосъ у нея при-
ятный; только на сценѣ кажется, нужно
побольше: имѣть вниманія къ удоволь-

— 123 —

ствію зрителей, а не своему — даже до костюма. А то Власьевна одѣта была — хотьбы и не Власьевна, да еще какъ-то странно ни по Руски, ни по Французски. Удивляюсь, какъ Өадѣй осмѣливался разговаривать съ нею; развѣ ужъ, что не понималъ различія по про-сшопѣ своей. Г. Т—въ въ Өадѣѣ мало шутитъ и кажешься не угадаль, что Өадей путъ идеальной, а не натуральной. Всномнишъ безподобнаго Ни — лаева! — Сбитенщикъ Стеланъ и путъ показалъ, что имѣецъ таланты настоящаго коми-ка. Эпо У—въ; однакожъ онъ для У—ва только нехудо сыгралъ сбитенщика. — Болтай С—въ много прыгаетъ, а не вы-ражаетъ болтая, особливо въ пѣніи; эту ролю надобно не наизустъ только — знать, а перепвердить, — и не посматривать на суфлёра, коморый — мимоходомъ ска-зать — шибконько покрикиваетъ и пор-питъ актёровъ. Въ Я—лѣ играль болтая Л—въ прекрасно; онъ не умѣлъ пѣть — и не пѣлъ уже. Не мѣшало бы и здѣшнему болтаю взять для сего какую нибудь предосторожность. Впрочемъ сравнивать

*2

— 124 —

два театра, самъ знаю, мудреное дѣло:
надобно чтобъ они имѣли всё одинако-
вое — и средства, и пособія, и возмож-
ности и публику, словомъ всё, всё! —
А этого-то нигдѣ и искать нельзя. Ко-
нечно здѣлать замѣчаніе — и еще дру-
гу, — бѣда не велика: чего желаютъ,
тѣлѣ еще не обижаютъ — я этой вѣры.
Притомъ актеру надобно быть совершен-
нымъ философомъ: ничемъ не оскорблять-
ся всё замѣчать, всѣмъ пользоваться. Цѣль
его — есть удовольствіе публики, и пуб-
лики образованной, — а не райка и въ
нѣкошорыхъ дешевыхъ, не какъ здѣсь,
мѣстахъ даже партера; ибо сколько го-
ловъ, столько умовъ — столько требова-
ній. Для примѣра вотъ случай: Пашу
играла Че—ва и довольно хорошо и воль-
но; не пропустила отшѣнить извѣстныхъ
экивоковъ при допросѣ воспитателя сво-
его и отшѣнить явственно. Не берусь
перещишать, сколькимъ полюбилось это
оттѣненіе, а видѣлъ, что полюбилось мно-
гимъ; ибо аплодирующі отъ удовольствія.
Чтожь долженъ сказать безлристраст-
ный зришель объ этомъ оттѣненіи? Па-

— 125 —

хулить? — Такъ назовутъ фанатикомъ, пустымъ человѣкомъ. Похвалить и прибавить къ грому плеска свой аплодисмань? — Такъ кажется театръ не для того устроенъ, чтобъ его посвящали одни муئины, — но и женщины и даже двицы. Трудное дѣло рѣшиться въ такомъ случае! Однакожь я не думаю, чтобъ актриса, какая бы ни была она, рѣшилась безтрепетно отнести къ себѣ другой подъ риою стихъ къ этому:

Благоприспойности пустую брося вѣру, — или чтобъ покрайней мѣрѣ погордилась произнести тошь напь, какой одна изъ актрись въ нашей столицѣ сказала Дирижору на пробѣ, требовавшему ошь игры ея больше невинности. — Хочу знать твое мнѣніе, другъ мой, — когда выигриваешь актёрь, тогда ли, какъ станешь удовлетворять положимъ и большей частью публики — но не слишкомъ только разбирающей нравственность; или и малому чисту, — но людей умѣющихъ веселиться безъ раскаянія, а слѣдовательно, скажу съ Державинымъ и безпороно?

— 126 —

Много я тебя занялъ Сбитенщикомъ; вотъ-инъ для перемѣны Рѣдкая вещь. Съ какимъ удовольствіемъ ходили мы бывало въ театръ, чтобъ твердипь всю музыку, всѣ аріи наизусть этой безподобной оперы! очарованіе не совсѣмь изчезло; Рѣдкая вещь для меня и здѣсь сыграна хорошо. Пр—я въ Гитѣ, У—въ въ Титѣ, Ч—ва нъ Лиллѣ, П—въ въ Любимѣ, Кр—въ въ Инфантѣ, К—вя въ Королевѣ, всѣ удачно играли, всѣ пѣли—есть было чего слушашь. Терцемъ Ахъ почти въ оласностъ стремясь самый Е—въ пѣлъ хорошо. Т—въ въ Алкадѣ выдержалъ роль и я надѣюсь изъ него хорошаго актера даже для пѣнія, когда онъ примешся лучшие за театръ. Словомъ: я этой піесой всѣхъ больше доволень! Что за небесная музыка!—Вотъ еще доказательство, что новое-модное не всё есть изящное, а старое—дурное. Сколько любимыхъ модныхъ оперъ черезъ пяпь лѣтъ или моль измочишь, или веселые виртуозы здѣлають себѣ изъ нихъ маскерадное плаше, — между тѣмъ, какъ старая рѣдкая вещь будешь нѣсколько сотъ лѣшь еще укра-

— 127 —

шать оперные шеатры, естли не придетъ
на нихъ самихъ моръ. Да и чему дивишь-
ся? Вѣрно композитеръ ея не имѣлъ
нужды въ деньгахъ и не дѣлалъ её напод-
рядъ съ листа партитуры, какъ раждаемъ-
ся большая часть нашихъ оперъ! —

На сей разъ заключимъ нашу бесѣ-
ду Сѣмействомъ Стажичковыхъ. Алексѣя
играль шутъ новоприѣзжій На—въ; онъ и
выражаемъ, и чувствуетъ ролю хорошо;
не достаетъ ему молько голоса и груди,
да немного осторожносли въ страстныхъ
ловоротахъ. Правда и Безстрашнаго
надобно бы другаго. Въ роляхъ, гдѣ
страсть вырывается изъ сердца, актёрь
должень имѣть твердой голосъ и хоро-
шаго резонёра, естьли это не саморазгла-
гольствіе. А то часто случается, что
одинъ рвется,— а другой прехладнокров-
но стоитъ, — начнетъ говорить — шакъ
придумая еще, какое принять положеніе,
чтобъ соответствовать словамъ сего ре-
зонёра жаркимъ преравнодушно выража-
мымъ. Такова мнѣ показалась сцена Алек-
сѣя съ Безстрашнымъ. — Еще одно слово:
Губернаторъ М—чь продекламировалъ

— 128 —

евою ролю, а не сыграль. Чудная вещь: —
естьли играють важное лицо,— такъ не-
премѣнно должно стать прямо, не шевель-
нуться нисмѣста, говорить рѣдко, раз-
махивать руками и всё это какъ буд-
то по неизмѣняемымъ законамъ природы!
какая это природа? гдѣ обманъ? — Что бы
почувствовало въ самомъ дѣлѣ бѣдное се-
мейство, когда бы удостоилъ его своимъ
посѣщеніемъ такой Губернаторъ? — Я
думаю и рша не посмѣло бы разтворишь
на всѣ его милосерд.

Но — прерви свое молчаніе; неужели
не о чемъ написать тебѣ ко мнѣ съ ма-
кою же подробностію, какъ я въ семъ
письмѣ; но съ большимъ искусствомъ — какъ
пишешь пы? — Ты, мой Аттикъ, живешь
на берегахъ быстраго, шумящаго Анѣпра,
въ древнемъ городѣ, въ новомъ для тебя
климатѣ. Люди и тамъ люди; но ихъ дѣй-
ствія, ихъ характеры разлины; описаніе
ихъ сколько занимаетъ, сколько и учитъ,
насъ. За чѣмъ пы непускаешь жить меня
въ Х — нѣ — чрезъ письма твои? Я убѣ-
ренъ, нодъ твоимъ перомъ научался бы я
тому, чему ты учился живо тамъ. Убѣ-

["— 129 —", "дись доказательствами, тронись прозв
бою, послушай совѣта, удовлетвори друж
бѣ, — сколько обзательствъ, чтобъ пы
написаль ко мнѣ что-нибудь такоеже!! —", "Ф—ИЙ", "Харьковъ,\n1816. Янв.", "СМВСЬ.", "Извѣстія отъ Совѣта Харьковска-\nго Общества Благотворенія.", "Совѣтъ имѣлъ честь получить дват-\nцать пять рублей за печатью Романов-\nской почтовой экспедиціи при слѣдую-\nщей запискѣ:", "„При семъ въ оный Совѣтъ препро-\n„вождаю 25 руб. изъ которыхъ прошу опл.\n„дать Дѣвицѣ Александрѣ Высочиновой (*)\n„10 руб. а остальные роздать по благо-", "(*) Смомри 'Сынъ Отеческага 1815, № 49. Омчешь\nСовѣша Х. О. Б."]

— 130 —

„усмотренію бѣднымъ. Имѣю честь быть
„усерднымъ слугою.

Руской Дворянинъ.

Съ чувствомъ искренней благодарно-
сти Совѣтъ приняль сіе приношеніе и
немѣдленно исполнилъ доставя дѣвицѣ
Высочиновой десять рублей. Слезы благо-
дарности за вниманіе къ бѣдности ея и
ревности образовать свои таланты, пла-
менная молитва къ Богу о ниспосланіи
неизвѣстному благодѣшелю всѣхъ благъ,—
вомъ что можетъ принести шолько сія
дѣвица за долгъ безцѣнныхъ ей благотво-
реній. —

Прочіе деньги будутъ розданы по раз-
смотренію Совѣта; о чемъ и объявится
чрезъ Украинскій Вѣстникъ.

ПИСЬМО КЪ ИЗДАТЕЛЯМЪ.

Милостивые Государи!

Толи дѣло жить въ деревнѣ! Не видавъ
соблазну, не впадешь и во искушеніе. Мы
шамъ живемъ двое съ женою очень согла-

— 131 —

сно: жена моя капризна, своенравна, сердита какъ злая женщина; за то я, какъ мущина съ 1000 душь, но съ плохой свого, повинуюсь ей, слушаюсь во всемъ и утождаю. Всё это въ порядкѣ вещей, и мы живемъ согласно. Единственное наше и ни чѣмъ не прерываемое занятіе: жена меня бранимъ, а я молчу; или я молчу, а жена меня бранимъ. Въ такихъ невинныхъ и не вредящихъ ближнему упражненіяхъ проводимъ мы большую часть года.

Но съ наступленіемъ Крещенской ярманки въ Харьковѣ согласіе наше разрушается, т. е. я пользуюсь спокойствіемъ за все претерпѣнное мною — и вотъ какъ: жена моя только лишъ въ Харьковъ, — какъ и пускается въ модные и простые по вывѣскамъ магазины, бросаетъ день: ги и привозитъ отполѣ большую кипу вздору тамъ продающагося: а я между тѣмъ сижу дома, смотрю за исправностію конюшни, женнина спола, — принимаю, или отказываю приѣзжающимъ и мому подобное; а по вечерамъ — только, и то изрѣдка, слышу: дуракъ и проч., какъ

— 132 —

водится въ супружествѣ. — Толи дѣло въ деревнѣ! Тамъ вѣчное однообразіе. — Не видавъ соблазна, не впадешь и во искушеніе; но у васъ въ Харьковѣ попуталь меня грѣхъ, и грѣхъ тажкой — коровсво, — вомъ какъ:

Въ одинъ день принесли женѣ моей театральную афишку, — въ которой объявляемо было, что будетъ представлена Рѣдкая ветчѣ. Томчась она вообразила, что это должно быть: жена любящая своего мужа, или во всёмь, повинующаяся своему мужу. Такое представленіе казалось ей неесшеспвенно; — и потому она непремѣнно захотѣла быть въ театрѣ. Немѣдленно выдано мнѣ было 50 рублей съ наистрожайшимъ предписаніемъ — что ни дать а ложу наняпь, и въ помь непремѣнно ярусѣ, гдѣ сидишь — де всё лучшее. Опрометью пустился я; но театра на спаромъ мѣстѣ не застанъ; искать, разпрашивать и нашоль его — по сказанному — подлѣ острога. — А! а! подумать я самъ въ себѣ; безподобная мысль — устроишь театрь подлѣ острога! Это таже кружка для нещасныхъ въ ономъ — ш. е

— 133 —

острогъ заключенныхъ. Входя въ театръ нечувствительно вспомнишь: каково-то пѣмъ п. е. заключеннымъ? и всякую здачу въ театральной кассѣ, или въ буфетѣ предназначишь завтра послать въ острогъ; и всегда спанешь раздichтывать, — когда дирекціи нужно будетъ здѣлать складку въ пользу актрисы, — вѣдь актриса всячески можешь получать пропитаніе, а заключенные молько чрезъ подаяніе, — также, вмѣсто складки, пошлешь деньги въ острогъ. — Такъ разсуждая по простотѣ своей и не видя надежды, чпюбъ когда нибудь было столько въ моихъ рукахъ денегъ, какъ теперь, — впалъ я во искушеніе и рѣшился изъ сихъ денегъ нѣчто утаить. И такъ 25 рублей далъ я за ложу, 15 принесъ женѣ обращно (къ щасшію моему, что жена по гордости не взглянула на цѣну мѣстамъ въ афишкѣ, и мнѣ пришла благая мысль томчась её спрятать); а 10 рублей посылаю къ вамъ, Милостивые Государи, покорнѣйше прося, дабы вы, какъ общались въ объявленіи своего Журнала, потрудились принять на себя доставить сіи деньги