— 161 —

ловномъ Судопроизводствѣ, Баршевъ написать еще двѣ рѣчи: 1) «О взятии обычая, практики, законодательства и науки на развитіе Уголовнаго, въ — особенности Русскаго Права» «(1846), и 2) «О решеніозномъ, юридическомъ и историческомъ значеніи вѣриоподданнической присяги» (1852), и представилъ въ Академію Наукъ иѣсколко рецензій Русскихъ юридическихъ сочиненій ³⁰⁶.

По увольненіи Баршева изъ Университета въ 1856 году, адъюнктомъ по каовѣрѣ Уголовныхъ и Полицейскихъ Законовъ опредѣленъ былъ воспитанникъ нашего университета выпуска 1849 года, магистръ (съ 1851 г.) Спасовичъ (Владиміръ Даниловичъ), который и читалъ этотъ предметъ до конца 1861 года, когда, съ временнымъ закрытіемъ Университета, оставленъ былъ за штатомъ. Ученые труды его до этого времени заключались въ следующемъ: 1) «О правахъ нейтральнаго флага и нейтральнаго груза» (Сб. 1851) — магистерская диссертація; 2) «Объ отношеніяхъ супруговъ по имуществу, по древнему Поліскому праву» (Сб. 1857); 3) «О воровствѣ — кражѣ» (въ «Журн. Мин. Юстиціи», за 1859); 4) «О пре- ступленіяхъ противъ чести частныхъ лицъ» (тамъ же, за 1860); 5) «О теоріи судебно-уголовныхъ доказательствъ въ связи съ судоустройствомъ и судопроизводствомъ» (тамъ же, за 1861 годъ); и 6) «Разборъ замѣчательныхъ процессовъ изъ Рус- ской уголовной практики» (тамъ же, за 1860-1861) ³⁰⁷.

VI. Каоведра Законовъ Благочинія и Благоустройства.

Съ 1836-1837 года занялъ эту каоведу, въ званіи адъюнкта, кандидатъ Рождественскій, преподававшій съ 1824 по 1832 годъ разные части Философіи, а съ 1832 — Русскіе Гражданскіе Законы. Иль повому назначенію своему приготовлению онъ въ — теченіе двухъ лѣтъ при II-мъ Отдѣленіи Собственной Канцеляріи, подъ руководствомъ Балугьянскаго, и сталъ читать порученный ему отдѣлы Русскаго Законодательства, по собственнымъ запискамъ на основаніи Свода Законовъ. Защи-

11

— 162 —

тивъ въ 1839 году диссертацию «Историческое излюкненіе Рос-
сійскаго Законодательства о наслѣдствѣ». получил онъ сте-
нень доктора Правъ, и въ 1842- мь утвержденъ былъ экстраорд.
профессоромъ. Съ изданія. въ 1840 году, труда своего: «Ос-
нованія Государственного Благоустройства, съ примѣненіемъ
къ Российскимъ Законамъ», руководствовался онъ въ общей
части своихъ чтеńіи этою книгою. Сверхъ означенной спеці-
альности своей, Рождественскій, какъ упомянуто выше, чи-
тать два года Русское Гражданское Право для юристовъ, и
въ 1838-41 годахъ излагалъ Русскіе Гражданскіе и Утолов-
ные Законы студентамъ обоихъ отдѣленій Философскаго Фа-
культета. Результатомъ этихъ занятій было изданіе имъ, въ
1840 году, «Руководства къ Российскимъ Законамъ», имѣв-
шаго пять изданій; въ 1849 — «Обозрѣнія вышшней Ис-
торіи Русскаго Законодательства»; и въ 1853 — «Руковод-
ства къ военнымъ Законамъ». Кромѣ-того, для Универси-
тетскаго акта 1843 года написалъ онъ объемистое (154 стран.)
разсужденіе «О влѣяніи Греко-Римскаго Права на Российскіе
Гражданскіе Законы». Изъ многихъ кандидатовъ выпуска 1823
года прикомандированныхъ къ Университету, Н. Θ. Рожде-
ственскій долѣе всѣхъ продолжалъ ученую службу, и въ на-
стоящее время, вмѣстѣ съ А. Ф. Ностельсомъ, остаются они
единственными представителями перваго поколѣнія универси-
тетскихъ преподавателей образовавшагося въ самомъ Универ-
ситетѣ 308.

По увольненіи Рождественскаго, послѣ 30- лѣтней, крайне-
усердной и полезной службы при Университетѣ, въ маѣ 1853
года, на кафедру которую занималъ онъ столь долгое время
переведенъ былъ читавшій Государственную Учреждёнія адъ-
юнкѣ В. А. Милютинъ. Принявъ въ руководство извѣстное
сочиненіе Роберта Моли, Милютинъ преподавалъ предметъ та-
кимъ образомъ что, при разсмотрѣніи каждого вопроса, пред-
ставлялъ отдельно теорію его по Молю, а затѣмъ излагать
Русское Положительное Законодательство. Но даровитому и

— 163 —

многообъщавшему профессору этому не суждено было служить долго наукѣ и Университету: въ 1854 году поѣхалъ онъ за границу лечиться отъ тяжкой болѣзни, и уже не возвращался, похіщенный смертю въ августѣ того же года, на 28-мъ году жизни. Внѣ Университета былъ онъ, съ самаго окончанія курса, ревностнымъ сотрудникомъ «Современника», въ которомъ и помѣстить большое число статей, въ особенности по отдельу критики, обращавшихъ на себя въ свое время всесоющее вниманіе 309.

Милютина на каоедру Законовъ Благочинія и Благоустройства замѣстилъ, молодой же и даровитый, доцентъ Андреевскій, преподававшій съ 1855-1856 года, какъ видѣли мы, и Государственное Право.

### VII. Каоедра Законовъ о Государственныхъ Повинностяхъ и Финансахъ.

Съ 1836-1837 учебнаго по ноябрь 1861 года, когда уволенъ былъ отъ службы при Университетѣ, занималъ эту каоедру Кранихфельдъ (Александръ Ивановичъ), воспитанникъ 3-й здѣшней гимназіи и потомъ нашего университета, изъ котораго въ мартѣ 1830 года, до окончанія курса, причисленъ былъ ко П-му Отдѣлію Собственной Е. Н. В. Канцеляріи для приготовленія къ профессурѣ по юридическимъ наукамъ, и затѣмъ, въ октябрѣ 1831 года, отправленъ, съ тою же цѣлію, за границу. По возвращеніи оттуда лѣтомъ 1834, и полученіи въ слѣдующемъ году степени доктора Правъ, опредѣленъ былъ онъ, въ декабрѣ того же года, 23-хъ лѣтъ отъ роду, экстраординарнымъ, а съ 1838 утвержденъ ординарнымъ профессоромъ по означенной каоедѣ. Въ 1836-37 году читалъ онъ, видѣли мы, Русскіе гражданскіе Законы, технически обозначаемые названіемъ «особенныхъ». Тоже продолжалъ и въ следующемъ 1837-38 году, съ присоединеніемъ Законовъ о Государственныхъ Повинностяхъ и Финансахъ. Съ 1838-39 по 1840-41 годъ ограничивался онъ изложеніемъ этихъ-послѣднихъ законовъ; съ 1841-42 сталъ читать, комрѣ того, «Те-

11*

— 164 —

орію Государственных Финансовъ въ историческомъ ея развитіи и въ примѣненіи къ положительному законодательству»; а съ 1843-44 по самой конецъ своей профессуры въ Университетѣ, не читать уже ничего кромѣ этой теоріи. По Финансовому Праву оставилъ онъ въ литературѣ только двѣ рѣчи, написанныя имъ для Университетскихъ актовъ 1845 и 1857 года: а) «Взглядъ на финансовую систему и финансовыя учрежденія Петра Великаго», и б) «О государственныхъ налогахъ взимаемыхъ по доходу». Кромѣ того, въ 1843 году издать онъ короткое «Начертаніе Россійскаго Гражданскаго Права въ историческомъ его развитіи», какъ руководство для слушателей своихъ въ Училищѣ Правовѣдѣнія, которому принадлежала наибольшая доля его служебной дѣятельности. Съ 1857 года пользовался онъ званіемъ заслуженного профессора ³¹⁰.

### VIII. Каоведра Польскихъ Гражданскихъ Законовъ и Судопроизводства.

Определенный на эту каоведру, въ февралѣ 1841 года, магистръ Варшавскаго Университета Заборовскій (Киціріанъ Аввросіевичь), 42-хъ лѣть, по окончаніи курса тамъ въ 1819 году, слушалъ еще три года (1820-1823) Берлиnekскихъ и Парижскихъ профессоровъ законовѣдѣнія; со слѣдующаго до 1833 года находился на службѣ въ разныхъ судебныхъ и административныхъ учрежденіяхъ Царства Польскаго; осенью-же 1833 года, состоя въ званіи статсъ-рефеддарія Государственного Совѣта, назначень былъ членомъ въ новообразованную тогда. Въ Петербургѣ «Коммисію для ревизіи и составленія законовъ Царства Польскаго», названную внослѣствіи «Кодификаціонною». Въ Университетѣ нашемъ, кромѣ Общихъ Гражданскихъ Законовъ съ Судоустройствомъ и Судопроизводствомъ, читалъ онъ еще Гипотечные, Нотаріальные и Коммерческие Уставы Царства Польскаго, руководствѣясь отнесительно перваго предмета изданнымъ имъ въ 1847 году сочиненіемъ «Гражданское Право Царства Польскаго». Для акта 1849 года написалъ, по-Русски, рѣчи «О взаимныхъ

— 165 —

отношений с супруговъ по имуществу». Вышел изъ Универ-
ситета въ 1850 году, за успешшимися занятіями въ Коди-
фикаційной Комисіи ³¹¹, вслѣдствіе которыхъ Уставы о
Гипотекѣ, Нотаріатѣ и Коммерціи читалъ, вмѣсто него, уже
въ 1847-51 годахъ, профессор Чайковскій.

Преемникомъ Заборовскому избранъ былъ, съ званіемъ ор-
динарнаго профессора, чиновникъ той же комиссіи, получив-
ший высшее образованіе въ нашемъ университетѣ, откуда, въ
1843 году, вышелъ онъ со степенью кандидата по юридиче-
скому факультету, Кръжжановскій (Юропмъ Осиповичъ),
31-го года отъ роду. Въ университетѣ нашемъ читалъ онъ тѣ
же части Польскаго Права, чтō и Заборовскій. Дія акта
1855 года написалъ рѣчь «О причинахъ происхожденія и сте-
нении развитія гипотечнаго права въ настоящее время». Уволенный
въ 1856 году за границу, премущественно для изученія судеб-
ной практики въ Средней и Западной Европѣ, онъ, по воз-
враценіи оттуда въ 1858 году, занималъ свою каоведу лишь
до осени слѣдующаго, когда былъ переведенъ въ Варшаву
членомъ Совѣта Народнаго Просвѣщенія и визитаторомъ учи-
лиць Варшавскаго Учебнаго Округа ³¹².

Въ ноябрѣ 1859 года, на вакантную каоведу Польскаго
Гражданскаго Права принятъ былъ преподавателемъ съ адъ-
юкцетскимъ содержаніемъ воспитанникъ Московскаго Универ-
ситета, окончивший тамъ курсъ въ 1845 году съ званіемъ
дѣйствительнаго студента, и послѣ того служившій по судеб-
нымъ учрежденіямъ въ Царствѣ Польскомъ, Будзинскій (Ста-
ниславъ Мартыновичь), 34-хъ лѣтъ отъ роду. Въ 1861 году,
получив степень магистра, былъ онъ повышенъ въ исправ-
ляющіе должность ординарнаго профессора, а въ концѣ того
же года оставилъ Университетъ, получивъ должность вице-ре-
ферентарія въ Канцеляріи Государственнаго Совѣта Царства
Польскаго ³¹³.

Съ сосредоточеніемъ, въ 1859 году, преподаванія Поль-
скихъ Законовъ въ одномъ Петербургскомъ Университетѣ, ис-

— 166 —

правляющимъ должность адъюнкта по каеверѣ Гражданскаго
Права Царства Нольскаго опредѣленъ былъ чиновникъ Кодифика-
ціонной Комиссіи, кандидатъ нашего Университета выпуска 1855
года, Губе (Карль Карловичъ). Читалъ онъ, въ 1859-1861
годахъ, Гражданскій Кодексъ. Гражданское Судопроизводство
и Коммерческіе Законы Царства. Въ 1859 году напечаталъ
въ «Куралѣ Министерства Юстиціи» статью «О судебныхъ
пошлинахъ и податяхъ въ Саксіи, Пруссіи, Баларіи, Вир-
тембергѣ, Франціи и Австріи» ³¹⁴.

ІХ. Каеведра Польскихъ Уголовныхъ Законовъ и
Административныхъ Учреждений.

Губе (Ромуальдъ Михайловичь), опредѣленный въ Уни-
верситетъ нашъ на эту каеведу одновременно съ Заборов-
скимъ, родился въ 1803 году въ Варшавѣ. Первоначальное
образованіе получить онъ въ Дрезденѣ и у Ніаровъ въ Кра-
ковѣ; затѣмъ, въ 1823 году, кончилъ курсъ въ Варшавскомъ
Университетѣ со степенью магистра Правъ, и для усовершен-
ствованія себя въ юридическихъ наукахъ отправиленъ въ Бер-
линъ, гдѣ, кромѣ юристовъ, слушалъ Гегеля, Стефенса, Вѣка
и Риттера. По возвращеніи, въ 1825 году, въ Варшаву,
опредѣленъ былъ въ тамошній университетъ преподавателемъ
(magister legens) Уголовныхъ Законовъ. Въ 1828-29 годахъ,
получивъ степень доктора Обоихъ Правъ, и званіе ординар-
наго профессора, читалъ, кромѣ Уголовнаго Нольскаго Права,
еще Исторію правъ Римскаго, Германскаго и Французскаго.
Между-тѣмъ, со времени вступленія на каеведру до 1830 года
включительно успѣлъ онъ издать на Латинскомъ и на Поль-
скомъ языкахъ: 1) Ulpiani libri singularis regularum fragmenta
(Warszawa, 1826); 2) Gaii Institutionum commentarii IV
ad fidem secundae editionis Berolinensis editi (ibid. 1827);
3) De furtis doctrinam ex jure Romano explicavit historice et
dogmatice (ibid. 1828); 4) O teoryach prawa kryminalnego
(ibid. 1828, in 4); 5) O dawnych pisarzach prawa karnego
w Polsce (ibid. 1830, in-4); 6) Ogólne zasady nauki prawa

— 167 —

karnego (ibid. 1830). Кромѣ того, съ 1828 по 1830 годъ незавалѣ онъ, имъ же самимъ основанный, журналъ Themis Pulska, въ которомъ помѣстилъ десять статей по части правъ уголовнаго, гражданскаго и исторіи законодательствъ. Тру- дами этими обратилъ онъ на себя благоскупное внимание не только ученыхъ, но и Правительства, такъ-что, по закрытіи въ 1832 году Варшавскаго Университета, тотчасъ же опре- дѣленъ былъ прокуроромъ Уголовнаго Суда Мазовецкаго и Ка- линскаго восовѣстъ, а въ 1833 году вызванъ въ Петербургъ для занятій въ Кодификаціонную Коммисію, которой, съ 1850 года, и назначенъ былъ предсѣдателемъ. Въ Университетѣ на- шемъ Губе оставался недолго — до 1845 года, читая, кромѣ Уголовныхъ и Административныхъ Законовъ Польскихъ, еще « Нсторическое Обозрѣніе Польскаго Законодательства » . Въ означенномъ году усиленныя занятія по П-му Отдѣлію Сов- ственной Канцеляріи заставили его отказаться отъ профессуры: наматникомъ этихъ занятій знаменитаго Польскаго криминалиста осталось для Россіи действующее въ ней « Уголовное Уложе- ніе » 315.

За выходомъ Губе изъ Университета, преподаваніе предме-
товъ имъ читавшихся возложено было временно на Заборовскаго,
который и преподавалъ ихъ въ-теченіе 1845-46 учебнаго года.

Въ полѣ 1846 года ордипарнымъ профессоромъ, на мѣсто
Губе, опредѣленъ былъ Чайковскій (Антоній Павловичь),
30-ти летъ отъ роду, вынедршій въ 1836 году изъ Краков-
скаго Университета со степенью доктора Обопхъ Правъ, и
служившій потомъ въ судебныхъ учрежденіяхъ Царства Поль-
скаго, а между тѣмъ прославившійся какъ поэтъ: стихотво-
ренія его изданы были, въ 1841 и 1845 годахъ, въ Вар-
шавѣ отдѣльными книжками, и, сверхъ-того, помѣщались въ
« Варшавской Библиотекѣ ». Читать въ Университетѣ, до за-
крытія его, за исключеніемъ 1859-1861 годовъ, тѣже пред-
меты что и Губе. Для акта 1856 года напечаталъ статью
«О Земскомъ Кредитномъ Обществѣ Царства Польскаго» 316.

— 168 —

Исправляющимъ должность адъюнкта по каеведѣ Уголов-
ныхъ и Административныхъ Законовъ Польскхъ опредѣленъ
былъ, въ 1859 году, служившій въ Кодификаціонной Ком-
мисіи, кандидатъ пашего университета, Лагуна (Стославъ
Нвановичъ) 25-ти лѣтъ. Въ 1859-60 году читать онъ Адми-
нистративные Законы, а въ 1860-61 — Нсторію Законовъ
Царства Польскаго.

Х. Каёедра Сравнительной Нсторіи Положитель-
ныхъ Законодательствъ.

Отдѣлена была отъ Каёедры Энциклопедіи Законовѣ, дѣлія
по распоряженію Министра Народнаго Просвященія, послѣдо-
вавшему въ ноябрѣ 1859 года, вслѣдствіе ходатайства о томъ
попечителя Университета, и тогда же замѣщена магистромъ
Деритскаго Университета Утинымъ (Борисъ Исааковичъ),
27-ми лѣтъ. Принятый въ званіи исправляющаго должность
экстраординарнаго профессора, г. Утинъ читать всего три
полугодія, и въ ноябрѣ 1861 года уволенъ былъ изъ Универ-
ситета по болѣзни. Ни изъ дѣла объ его опредѣленіи, ни изъ
«объявленія» о лекціяхъ на 1860-1861 не видно, ни того
какимъ образомъ взялся онъ за преподаваніе по каеведѣ
ему порученной, ни того какими пособіями руководствовался
въ этомъ преподаваніи ³¹⁸.

ХІ. Каёедра Политической Экономіи и Статистики.

Кандидатъ Порошинъ (Викторъ Степановичь), который за-
нялъ ее въ 1835 году, родился въ 1811 мѣ, и обучался перво-
начально въ Петербургскомъ Высшемъ Училищѣ, университет-
ское - же образованіе получилъ въ Дерптѣ, гдѣ, въ 1832 году, и
кончилъ курсъ по Камеральному Отдѣленію со степенью канди-
дата. Почувствовавъ призваніе къ учено-педагогической дѣятель-
ности, вступилъ онъ затѣмъ въ профессорскій Институтъ, и,
для дальнѣйшаго усовершенствованія, отправленъ былъ, въ фе-
вралѣ 1833 года, за границу, откуда возвратился въ маѣ 1835-го.
Степень доктора Философіи получилъ онъ лишь въ 1839 году,
защитивъ диссертацию подъ заглавіемъ: «Критическая эстети-

— 169 —

ванія об' основаніяхъ Статистики,» (Спб. 1838). Экстраординарнымъ профессоромъ утвержденъ въ 1842 году. Послѣ лекцій Бутырскаго, который ни словомъ не упоминалъ о существованіи соціалистской школы въ Политической Экономіі, чтенія Порошина показались студентамъ удивительно-глубокими, и вскорѣ, благодаря разнообразію своей образованности и гуманистическимъ тенденціямъ при благородствѣ характера, сѣhelался онъ, несмотря на полное отсутствіе краснорѣчія, одинимъ изъ самыхъ любимыхъ профессоровъ въ Университетѣ, и пріобрѣлъ въ немъ почти такое же значеніе какъ Грановскій въ Московскомъ. «Слушатели — отзывался о немъ Плетневъ — привыкли приходить въ аудиторію его съ пріятельствоми оказанными, и выходить оттуда съ новыми каждый разъ идесями, губоко обдуманными и полными многоразшічнаго приложения къ общественной жизни»³¹⁹. Политическую Экономію, съ 1836-37, читалъ Порошинъ, офиціально, по Шторху, а Статистику Европейскихъ Государствъ и Россіи, съ 1837 38 года — по Гасселю, замѣненному впослѣдствіи Шубертомъ, и «лучшимъ отечественнымъ сочиненіямъ». О направліи и духѣ его преподаванія дастъ понятіе рѣчъ произнесенная имъ на Университетскомъ актѣ 1846 года: «Земледѣліе въ политико-экономическомъ отношеніи». Въ 1838 году ўзділъ онъ на Кавказъ, въ 1842-1843-мъ находился въ отпуску за границе съ ученою цѣлію (въ этомъ году Статистику читалъ за него профессоръ Ивановскій), осенью-же 1847 года домашнія обстоятельства и заботы принудили Порошина оставить, какъ Университетъ, такъ и вообще службу. Въ 1844 году издалъ онъ любопытныя «Записки Семена Порошина», дѣда своего находившагося въ числѣ лицъ обучавшихъ Императора Павла Петровича въ его дѣтствѣ; а въ 1847-мъ напечаталъ въ «Запискахъ» И. Р. Географическаго Общества статью «О средствахъ къ опредѣленію климата». По части-же Политической Экономіі оставилъ онъ переводъ популярнаго изложения этой науки сдѣланнаго Французомъ Мѣнье, подъ заглавіемъ: «Бѣсѣды дяди съ

— 170 —

племянникомъ о Политической Экономіи» (Спб. 1812). Кромѣ того, въ повременныхъ изданіяхъ помѣщены имъ «Біографія Капитера» и нѣсколько статей о разныхъ современныхъ тогда вопросахъ, которые привлекли къ нему симпатію читающей публики ³²⁰.

На опустѣвшую съ увольненіемъ Порошина каоедру Политической Экономіи и Статистики перешелъ, въ томъ же 1847 году, ординарный профессоръ Казанскаго Университета Горловъ (Пванъ Яковлевичъ), родившийся въ 1814 году. Кончивъ курсъ въ Рязанской Гимназіи, поступилъ онъ въ Московскій Университетъ, и, получивъ здѣсь, въ 1833 году, степень кандидата Правъ, принятъ былъ, въ слѣдующемъ, въ Профессорскій Институтъ при Деритскомъ Университетѣ. Въ 1838-мъ, защитивъ диссертацію De valoris natura, получилъ тамъ степень доктора Философіи, и назначенъ былъ экстраорд. профессоромъ Политической Экономіи и Статистики въ Казанскій Университетъ, находясь въ которомъ объѣхалъ, въ 1839 году, по распоряженію начальства, съ статистической цѣлю, губерніи Пермскую, Оренбургскую, Астраханскую, Тамбовскую, Пензенскую, Нижегородскую, область Кавказкую и Землю Донскихъ Казаковъ; а въ 1843-мъ посѣтилъ, съ ученою же цѣлю, Германію, Францію и Англію. Въ тотъ же периодѣ времени пропрѣлъ онъ почетную извѣстность въ литературѣ слѣдующими трудами своими: 1) «Описаніе Тагильскаго Горнаго Округа» (въ «Ученыхъ Запискахъ» Казанскаго Университета за 1840); 2) «О доходѣ съ капитала» (тамъ же); 3) «Статистические Очерки Сѣверо-Американскаго Союза» (тамъ же, за 1841); 4) «О философіи лажа» (въ «Москвитянинѣ», за 1841); 5) «Теорія Финансовъ» (Казань, 1841; втор. изд. Петербургъ, 1845). Критическія статьи о разныхъ Русскихъ и иностранныхъ произведеніяхъ изъ области Политической Экономіи и Статистики помѣщаемы имъ были въ «Москвитянинѣ» за 1841, и «Отечественныхъ Запискахъ» за 1846 годъ. Въ-продолженіе профессуры своей въ Петербургскомъ Университетѣ, профессоръ Горловъ, продолжая работать для науки и распространенія экономическихъ свѣдѣ-

— 171 —

ний въ отечествѣ, напечаталъ: 6) «О трудѣ и населеніи» (въ «Москвитининѣ» за 1848); 7) «Нервоначальное состояніе государственного хозяйства въ Англіи» (тамъ же); 8) «Статистическое обозрѣніе земледѣлія въ Россіи» (тамъ же); 9) «Экономическая Статистика Россіи» (Спб. 1849); 10) «О новыхъ открытіяхъ золота въ-отношеніи къ Статистикѣ и Государственной Экономіи», рѣчъ читанная на Университетскомъ актѣ 1854; 11) «О производствѣ, распредѣленіи и цѣнности дорогихъ металловъ» (въ «Инблютеркѣ для Чтенія» за 1856): 12) «Объ измѣненіяхъ тарифа въ Англіи» (тамъ же); 13) «Про-текціонизмъ въ Россіи и свобода труда» (тамъ же, за 1857); 14) «Устройство сельскаго труда въ Пруссіи» (тамъ же); 15) «Начала Политической Экономіи» (Спб. 1859-1862, два тома): 16) «О значеніи ренты» (въ «Трудахъ» Вольнаго-Экономическаго Общества за 1860 годъ); и, сверхъ того, нѣ- сколько критическихъ рецензій (въ «Москвитининѣ» за 1848, и «Экономическомъ Указателѣ» за 1856 годъ)³²¹.

По уставу 1835 года, каоведра Политической Экономіи и Статистики отнесена къ составу Филологическаго Факультета: мы помѣстили ее въ Юридическій, какъ по тому что она при- надлежитъ къ числу «Наукъ Государственныхъ», такъ и по тому что Политическая Экономія со Статистикою сдѣлались, съ образованія въ Юридическомъ Факультетѣ «Камеральнаго Отдѣленія», факультетскими въ немъ предметами. На томъ же основаніи, вслѣдъ за этою каоведрою помѣщаются нами и три слѣдующія, причисленныя по уставу 1835 года къ Факультету Математическому:

XII. Каоведра Сельскаго Хозяйства и Иѣсоводства.

По каоведѣ этой, открытой съ 1836 года, опредѣленъ быть, осенью того же года, въ качествѣ «свободнаго препо- давателя Сельскаго Хозяйства, Иѣсоводства и Торговаго Счетоводства» одинъ изъ самыхъ раннихъ вольныхъ слушате- лей въ нашемъ университетѣ (см. выше, стр. 30), окончив- шій курсъ позже съ званіемъ дѣятельнаго студента, Усовъ

— 172 —

(Степанъ Михайловичь), 39-ти лѣтъ. Вноскѣдствіи, въ 1839 году, удостоенъ онъ былъ степени кандидата и магистра Философіи, въ 1843-мъ избранъ адъюнктомъ, въ 1846-мъ — экстраординарнымъ профессоромъ. Это былъ одинъ изъ дѣятельнѣйшихъ труженниковъ нашихъ по части Сельскаго Хозяйства и Промышленности, которые зналъ онъ не только изъ книгъ, но и на-дѣлѣ, нѣсколько лѣтъ занимавшись торговыми делами и завѣдуя фабрикою. Съ основанія при Министерствѣ Финансовъ, въ 1834 году, «Земледѣльческой Тазеты», былъ онъ до 1853 года, сначала единственнымъ, потомъ главнымъ ея редакторомъ; а съ 1840 года сталъ, независимо отъ того, издавать «газету промышленности, хозяйства и реальныхъ наукъ», подъ названіемъ «Посредникъ». Въ 1836 году издалъ онъ, въ Русскомъ переводѣ, пополнивъ примѣчаніями, трудъ Крейсіга «Вспомогательная книга для помѣщиковъ и сельскихъ хозяевъ». Въ 1837 году напечаталъ читанный имъ въ Университетѣ «Курсъ Земледѣлія съ приложеніемъ къ Полеводству», и получилъ за него отъ Имп. Академіи Наукъ поло-винную Демидовскую премію. Лѣтніе мѣсяцы 1842 и 1843 годовъ провелъ онъ въ командировкѣ отъ Министерства Государственныхъ Имуществъ, для собиранія свѣдѣній о мѣстномъ хозяйствѣ, промышленности и торговѣ, сначала въ Малороссіи и Новороссійскомъ - Край, потомъ въ Завольжьѣ и Сибири: отчеты о результатахъ этихъ поѣздокъ, равно-какъ статьи его и разборы выходившихъ у насъ сочиненій по Сельскому Хозяйству, печатались въ изданіяхъ Министерства Гос. Имуществъ и Вольнаго Экономическаго Общества, въ «Библіотекѣ для Чтенія», въ «Отечественныхъ Запискахъ» и другихъ новременныхъ изданіяхъ. Отдѣльными книгами издалъ онъ еще: Въ 1846 году — переведенные имъ «Правила Скотоводства» Блока; въ 1848 — составленный имъ «Курсъ Земледѣлія»; въ 1854 — «О системахъ хлѣбопашества», разсужденіе читанное на Университетскомъ актѣ того года. Кромѣ Земледѣлія, Скотоводства и Сельскохозяйственнаго Управленія, которые

— 173 —

читалъ Усовъ постоянно во II, III и IV-мъ курсахъ, въ 1837-40 преподавалъ онъ еще и Торговое Счетоводство ³²².

Когда Усовъ, въ іюнѣ 1859 года умеръ, Университетъ нашелъ достойнаго ему преемника въ магистрѣ Сельскаго Хозяйства, Совѣтовѣ (Александръ Васильевичъ), 29-ти лѣтъ отъ роду. Новый преподаватель общее образованіе получилъ въ Виemanской Семинариі, а спеціальное — въ Горыгорецкомъ Земледѣльческомъ Институтѣ, откуда, по окончаніи курса въ 1850 году, отправленъ былъ, чтобы усовершенствовать свои свѣдѣнія въ виду будущей профессуры, сначала въ имѣніе графа Бобринскаго (въ Тульской губерніи) для изученія свеклосахаріаго производства; потомъ въ Прибалтийскія губерніи — для ознакомленія съ тамошнимъ хозяйствомъ, въ — особенности со способами винокуренія и пивоваренія; наконецъ, въ 1853 году, вмѣстѣ съ г. Михельсономъ — за границу, собственно для покупки и доставки въ Россию разныхъ породъ крупнаго рогатаго скота и тонкорунныхъ мериносовъ, чтò доставило ему возможность посѣтить Германію, Голландію, Данію, Венгрию, Молдавію и Валахію. Съ осени 1853 до лѣта 1854-го занимался онъ въ Гогенгеймской Земледѣльческой Академіи (близъ Штутгарта) работами въ технической лабораторіи подъ руководствомъ профессора Сименса; лѣто того года провелъ въ Ваваріи, Швейцаріи, Свѣерной Пталіи и препмущественно въ Бельгіи, гдѣ обратилъ особенное вниманіе на земледѣльческую и техническую обработку льна; а осень посвятилъ опять свеклосахарному дѣлу преимущественно въ имѣніи Шлань (близъ Праги), въ Магдебургѣ и Силезіи. Въ началѣ 1855 года возратившись въ Горыгорецкіи Институтъ, получилъ опъ тамъ сначала каоедру Сельской Технологіи, а потомъ преподавалъ Энциклопедію Сельскаго Хозяйства, и, сверхъ того, въ 1858 и 1859 годахъ, читалъ временно Агрономическую Химію и завѣдывалъ лабораторіюю. Магистерскую степень, пріобрѣлъ въ 1859 году въ Москвѣ, защитивъ диссертацію «О разведеніи кормовыхъ травъ», и въ томъ же году приня-

— 174 —

тый въ университетъ нашъ адъюнктомъ, стать читать Агрономію, руководствуясь преподуцтвенно сочиненіями Бусенко. Илипха, Гаспарена и другихъ. Редакторъ, съ 1860 года, «Трудовъ» Вольнаго Экономическаго Общества, здѣсь преподуцтвенно и начать онъ помѣщать статьи стоп по предметамъ которыми занимался; нѣсколько работъ его нашли мѣсто, сверхъ того, въ «Записках» Горыгорецкаго Института, и въ «Журналѣ Министерства Государственныхъ Имуществъ» ³²³.

### ХІІІ. Ка�едра Технологіи и Технической Химіі.

Преподаваніе этихъ предметовъ получило существованіе, съ открытіемъ «Реальнаго Отдѣленія», собственно для его воспитанниковъ, и возложено было первоначально на двухъ преподавателей: 1) на преподавателя Агрономіи С. М. Усова, который и читать въ 1841-43 годахъ лекціи о Технологіи, по руководству Гермштета; и 2) на адъюнкта по кафедрѣ Химіи, А. А. Воскресенскаго, который въ теченіе тѣлѣ яке учебныхъ годовъ преподавать Техническую Химію, сопровождая преподаваніе свое практическими упраженіями слушателей въ лабораторіи ³²⁴.

По кафедрѣ Технологіи получилъ А. Л. Воскресенскій и званіе экстраординарнаго профессора: но, съ закрытіемъ Реальнаго Отдѣленія въ 1843 году, предметъ этотъ не преподавался до осени 1845 года, когда доцентомъ по Технологіи, для преподаванія ея камералистамъ, принятъ былъ въ Университетъ, изъ воспитанниковъ его окончившихъ курсъ въ 1843 году по Реальному Отдѣленію, кандидатъ Пленковъ (Навелъ Антоновичъ), 26-ти лѣтъ. Отправленный, по окончаніи курса, для дачній-пашаго изученія Технологической Химіи и Технологіи, которые избралъ онъ своею спеціальностію, за границу, для первые полугодія провелъ Пленковъ въ Берлинѣ, слушая лекціи: по Физикѣ — у Дове и Магнуса; по Химіи — у Митчерлиха и Генриха Розе; по Технологіи — у Магнуса и Густава Розе, и занимаясь практически Аналитической Химіею въ лабораторіи доцента Гейнца. Затѣмъ, въ теченіе 2¹/₂ лѣтнихъ мѣсяцевъ,

— 175 —

объявилъ замѣчательныя развитіемъ фабричной промышленно-
сти мѣстности Пруссіи, Саксоніи и Австріи, и къ началу осен-
няго полугодія направился въ Гиссенъ, гдѣ лабораторія Либиха
собирала въ то время многочисленныхъ учениковъ около зна-
менитаго учителя. Послѣдніе четыре мѣсяца пребыванія своего
за границею провелъ молодой ученый нашъ въ Нарижѣ, гдѣ
посыщалъ курсы Дюмà, Шеврёля, Пелуза, Найена и другихъ,
знакомясь въ тоже время, въ богатой библиотекѣ Консервато-
ріи Искуствъ и Ремеслъ, съ литературою по всѣмъ частямъ
Технологіи, и наблюдая на фабрикахъ и заводахъ Нарижа и
его окрестностей разнообразные техническіе процессы въ раз-
мѣрахъ заводскаго производства. По возвращеніи въ Петер-
бургъ, принятый въ Университетъ, какъ сказано, доцентомъ,
въ 1847 году приобрѣлъ Ильенковъ степень магистра, и утвер-
жденъ былъ въ званіи адъюнкта по каеверѣ Технологіи. Чтеніе
этого предмета камералістамъ, не имѣвшимъ надлежащей под-
готовки въ Естественныхъ Наукахъ, и безо всякихъ притомъ
учебныхъ пособій которые бы давали возможность сопровождать
лекціі необходимыми онымами и демонстраціями, ставило мо-
лодаго доцента въ весьма затруднительное положеніе, изъ ко-
тораго вышелъ онъ только съ 1849 года, когда при физико-
математическомъ факультетѣ открыто было вновь «Реальное
Отдѣленіе»: въ студентахъ его нашелъ Ильенковъ слушателей
вполнѣ подготовленныхъ, и вмѣстѣ-съ-тѣмъ сдѣланы были нѣ-
которыя распоряженія для устройства лабораторіи при Техно-
логическомъ Кабинетѣ: на этотъ предметъ, сверхъ суммы ассі-
гнованной Совѣтомъ Университета (около 1000 р.), Ильенковъ
ножертвовалъ 500 р. изъ собственныхъ средствъ, и съ 1850
года открыты были въ этой лабораторіи занятія для студен-
товъ въ скромномъ размѣрѣ соответствовавшемъ сжегодному
бюджету ея въ 150 р. Въ томъ же 1850 году, Ильенковъ
утверждень былъ экстраординарнымъ профессоромъ, а въ маѣ
1855-го оставилъ Университетъ послѣ 10-летней въ немъ служ-
бы, и усѣдъ въ этотъ периодъ издать слѣдующіе труды: въ

— 176 —

1845 году, совместно съ Ласковскимъ — Ueber die flüchtigen
organischen Säuren im Käse (въ Annalen der Chemie und Pharmacie, B. LV); въ 1847 — Ueber Faülnissroducte des Thierca-seins (тамъ же, В. LXIII), и «О химическомъ процессѣ пригото-вленія сыровъ» (магистерская диссертація); въ 1851—«Курсъ Химической Технологіи», въ двухъ частяхъ, первое и пре-восходное во всѣхъ отношеніяхъ сочиненіе по предмету явив-шеется на отечественномъ языке; въ 1854 — «Изследованіе объ опредѣленіи степени учитенія массы въ пороховыхъ зернахъ» (въ «Артиллерійскомъ Курналѣ» 325).

Оставившаго Университетъ Ильенкова замѣнилъ въ немъ ученикъ этого послѣдняго, окончившій курсъ въ 1851 году по Реальному Отдѣленію, магистръ Химіи Скобликовъ (Михай-ло Васильевичъ), читавшій дотолѣ Аналитическую Химію. Съ цѣлю подготовки къ преподаванію Технологіи, былъ онъ лѣ-томъ 1855 года командированъ для осмотра заводовъ въ на-пихъ промышленныхъ губерніяхъ, и лекціи свои, избранный исправляющимъ д. адъюнкта по этой кафедрѣ, началъ съ 1855-56 учебнаго года. Въ 1857-мъ, послѣ защищенія диссертаціи «Разборъ фабрикаціи лаковъ и процесса высыханія масла», былъ признанъ магистромъ Технологіи, и выбранъ въ экстра-ординарные профессорà. Съ 1854 года возложена была на него редакція журнала «Мануфактурныя и Горнозаводскія Извѣ-стія», издававшагося отъ Департамента Мануфактуръ и Вну-тренней Торговли; въ 1858-мъ издавалъ онъ «Техническія Записки», гдѣ помѣщено много статей его по разнымъ техни-ческимъ вопросамъ, и участвовалъ въ «Вѣстникъ Промышлен-ности», помѣстивъ тамъ двѣ статьи: «О предѣлахъ Технологіи и ея значеніи въ развитіи производительныхъ силъ народа и его образованія», и «Разборъ способовъ для распознаванія волоконъ въ различныхъ тканыхъ издѣліяхъ». Сверхъ-того, по порученію Вольнаго Экономическаго Общества издалъ онъ руководства къ кожевенному, крахмальному и свеклосахарному производ-ству. Усидчивые труды скоро разстроили здоровье молодаго

— 177 —

ученаго. Чтеніе лекцій въ Университетѣ долженъ былъ онъ прекратить съ 1860 года, и, по совѣту врачей, отправившись для пользованія себя за границу, умеръ тамъ, въ Hyères'ѣ, въ декабрѣ 1861 года ³²⁶.

XIV. Каоведра Гражданской Архитектуры и Строи-
тельнаго Искусства.

Существовала въ 1841-1843 и 1849-1851 годахъ соб-
ственно для студентовъ «Реальнаго Отдѣленія». Въ первомъ
періодѣ преподаваніе по ней возложено было, видѣли мы (выше,
стр. 116), на капитана Корпуса Путей Сообщенія, Евреи-
нова, а во второмъ — на подполковника того же вѣдомства
А. К. Красовскаго. Затѣмъ, сообразно съ уставомъ 1835
года, Гражданская Архитектура введена была, съ 1851-52
года, какъ дополнительный предметъ, въ Камеральный Разрядъ
Юридическаго Факультета, и преподавалась тѣмѣже Красовскимъ
до обращенія означеннаго разряда въ «Административный» ³²⁷.
Труды свои по предмету печаталъ А. К. Красовскій въ «Жур-
налѣ Путей Сообщенія».

ФИЗИКО - МАТЕМАТИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТЪ.

1. Каоведра Чистой и Прикладной Математики.

Какъ распредѣлены были въ 1836-37 году предметы вхо-
дившіе въ составъ этой каоведры между тремя по ней препо-
давателями, орд. профессоромъ Д. С. Чижовымъ, экстраорди-
нарнымъ В. А. Анкудовичемъ, и адъюнктомъ Θ. В. Чижо-
вымъ, сказано уже выше. Изъ нихъ —

Θ. В. Чижовъ возложеннымъ на него Математическія На-
уки читалъ до осени 1840 года, когда уволенъ былъ за гра-
ницу, для поправленія здоровья, на три года. Изъ этой от-
лучки онъ не возвращался уже болѣе въ Университетъ, но
оффиціально уволенъ былъ изъ его вѣдомства лишь въ 1845
году. Въ-теченіе 1840-41 учебнаго года читалъ за него экстра-

12

— 178 —

ординарный профессор Савичь; а затѣмъ на мѣсто его при-
нятъ былъ адъюнктомъ Сомовъ. Θ. В. Чижовъ занимался мате-
матическими науками съ большюю любовью и замѣчательнымъ
успѣхомъ. Магистерская дессертація его « Объ общей теоріі
равновѣсія », напечатанная въ 1836 году, отличается особенною
отчетливостію изложенія этой, столь важной въ Аналітической
Механикѣ. теоріі. Затѣмъ, въ 1838 году, издалъ онъ пер-
вое на отечественномъ языкѣ сочиненіе « О паровыхъ ма-
шинахъ » со множествомъ чертежей, основанное препмуще-
ственно на Англійскихъ по этой части трудахъ Пертингтона,
Стефенса и другихъ. Но, чтò весьма рѣдко случается съ мате-
матиками, вкусы его начали направляться уже въ это время
въ другую сторону — къ занятіямъ словесностію, искусствами,
исторіею, науками философскими и политическими, которымъ
потомъ и отдался онъ совершенно, пока неистощимая даро-
витость его натуры не бросила его онять на новые пути.
Въ послѣдніе годы пребыванія своего въ нашемъ универси-
тетѣ издалъ онъ: 1) въ 1839 году — Русскій переводъ Гал-
ламовой «Исторіи Европейской Литературы XV и XVI сто-
летій», снабдив трудъ знаменитаго англичанина собственными
поясненіями и дополненіями, обнаруживавшими уже обширную
и основательную начтапность; 2) въ 1841 году — « Призва-
ніе Женщины », передълку прекраснаго труда одной Англій-
ской же писательницы. Кромѣ-того, участвовалъ собственными
и переводными статьями въ « Библиотекѣ для Чтенія », « Сынѣ
Отечества » и « Журналѣ Мин. Нар. Просвѣщенія »³²⁸.

Анкудовиль оставался въ Университетѣ до 1847 года,
и преподавалъ постоянно Дифференціальное, Интегральное и
Варіаціонное исчисленія и Исчисленіе Конечныхъ Разностей,
руководствуясь сочиненіями Коши, а потомъ и Леруа съ Дю-
гамелемъ. Сверхъ-того, съ 1837-38 года сталъ читать но-
вый для Университета предметъ — « Теорію Вѣроятностей »,
въ чемъ руководствовался Лапласомъ и Нуасономъ; а въ
1846-47, за выходомъ изъ Университета Д. С. Чижова,

— 179 —

читалъ еще Статистику и начала Механики. Изъ собственныхъ сочиненій, издалъ въ 1836 году, для употребленія въ старшемъ офицерскомъ классѣ Артиллерійскаго Училища, гдѣ постоянно преподавалъ, « Теорію Баллистики, содержащую въ себе приложеніе математическаго анализа къ опредѣленію различныхъ обстоятельствъ сопровождающихъ движения тѣлъ, брошенныхъ какою-нибудь силою », и нѣсколько статей напечаталъ въ « Артиллерійскомъ Журналѣ »³²⁹.

Д. С. Чижовъ, съ 1841 года пользовавшійся званіемъ заслуженного профессора, до самаго увольненія своего изъ Университета въ 1846 году продолжалъ читать одну Теоретическую Механику, къ постояннымъ руководителямъ своимъ въ этомъ, Пуасону и Пуансо, прибавивъ, съ 1842 года, еще Навье. « Ясный аналитическій умъ, точные и систематические знанія, твердые и благородные правила, спокойствіе и скромность въ характерѣ, неукоризненная жизнь — все служило въ немъ къ чести и достоинству мѣста имъ запимаго », писалъ о Чижовѣ, по поводу оставленія имъ Университета, Н. А. Плетневъ ³³⁰. Потому, на прощанье съ этимъ старшимъ тогда и любимымъшимъ изъ членовъ своихъ, отличавшимся рѣдкимъ прямодушіемъ, гражданскою доблестію въ трудныхъ обстоятельствахъ, и всегдашнимъ сердечнымъ расположеніемъ къ товарищамъ и ученикамъ, ученое сословіе Университета избрало его въ почетные члены свои, и проводило торжественно братскимъ обѣдомъ, который навсегда останется въ памяти у его участниковъ, какъ одно изъ самыхъ скреннихъ и горячихъ выраженій благородныхъ чувствъ связывающихъ между собою честныхъ тружениковъ на поприщѣ человѣческаго знанія.

Прикладная Механика читана была въ Университетѣ, въ 1842-43 году, для студентовъ Реальнаго Отдѣленія, маіоромъ Коруса Путей. Сообщенія Станиславомъ Кербедзѣ, который въ преподаваніи ея руководствовался сочиненіями Навье, Нонсеме, Коріолиса, Напурё, Третгольда, Ларднера, и собственнойю опытності ³³¹.

12*

— 180 —

Сомовъ (Оспѣь Ивановичъ), уроженецъ Московской Гу-
берніи, москвичъ по воспитанію, и кандидатъ Московскаго
Университета выпуска 1835 года, открылъ въ 1838 году
длинный рядъ превосходныхъ трудовъ своихъ « Теорією опре-
дѣленныхъ алгебраическихъ уравненій высшихъ степеней », на-
печатанною въ Москвѣ, и удостоенною въ Петербургѣ отъ Ими.
Академіи Наукъ Демидовской преміи: за исключеніемъ лек-
цій академика Остроградскаго изданныхъ въ 1837 году, это
былъ тогда, чѣмъ остается и досегѣ, самый полный по своему
предмету трудъ на отечественномъ языке. Въ магистерской дис-
сертаціи своей, напечатанной также въ Москвѣ, « Объ инте-
гралахъ алгебраическихъ ирраціональныхъ дифференціаловъ съ
одною перемѣною » (1841), изслѣдованія новѣйшихъ геоме-
тровъ по Высшему Анализу, имъ изложеныя, пополнить онъ
собственными развитіями. Вступивъ въ нашъ университетъ въ
1841 году, 26-ти лѣтъ отъ роду, съ званіемъ адъюнкта, Сомовъ
взялъ на свою долю всѣ отдѣлы Математики преподававшіеся Θ. В.
Чижовымъ: Высшую Алгебру, объ Тригонометріи, Геометрію
Аналитическую, и Геометрію Начертательную съ приложеніемъ
ея къ рисованію тѣней и перспективѣ. Все это, съ прибавленіемъ
« Теоріи опредѣленныхъ алгебраическихъ уравненій высшихъ сте-
пеней », сталъ онъ читать по тѣмъ же почти руководствамъ какъ
и его предшественникъ. Съ 1843-44 преподаваніе Алгебры было
имъ прекращено; съ 1844-45 многіе изъ прежнихъ своихъ ру-
ководствъ замѣнилъ онъ новыми, а съ 1846-47 оставить за
собою только Начертательную Геометрію, въ высшихъ - же кур-
сахъ сталъ читать Статику и Динамику съ Гидростатикою и
Гидродинамикою, придерживаясь преимущественно сочиненій
Лагранжа, Пуасона и Остроградскаго. Съ 1855-56 чте-
ніе Статики замѣнилось у него лекціями Аналитической Ме-
ханки, преимущественно по Лагранжу и Пуассону; а съ
1860-61, сверхъ этой - послѣдней, сталъ онъ читать лишь
Дифференціальное Исчисление съ приложеніемъ его къ Гео-
метріи, по Лагранжу, Коши и Дингеру. По защищеніи въ

— 181 —

1847 году диссертації «О распространеніні свѣтовых волнь въ срединахъ не имѣющихъ двойнаго преломленія», О. І. Сомовъ получилъ у насъ степень доктора Математики и Астрономіі, и утвержденъ былъ экстраординарнымъ, а съ 1857 года — орд. профессоромъ по кафедрѣ Прикладной Математики. Корреспондентъ Академіи Наукъ съ 1852 года, въ 1862 году, со смертію Остроградскаго, принятъ онъ былъ въ среду ея организа- нымъ академикомъ по части Чистой Математики. Между- тѣмъ успѣлъ онъ по 1862 годъ обогатить отечественную литературу по части математическихъ наукъ слѣдующими отдельно издан- ными сочиненіями: 1) «Основанія Теоріі Эллиптическихъ Функ- цій» (Спб. 1850), за которое, какъ и за докторскую диссер- тацію свою, получилъ половинныя Демидовскія преміи; 2) «Ана- литическая Геометрія», руководство для военно-учебныхъ за- веденій (Спб. 1857); 3) «Начальная Алгебра» (Спб. 1860); 4) «Основанія Аналитической Геометріи двухъ измѣреній» (Спб. 1861), руководство для гардемариновъ; 5) «Начерта- тельная Геометрія», руководство для военно-учебныхъ заве- деній. Записки свои на Французскомъ языкѣ помѣщалъ онъ, какъ членъ Имп. Академіи Наукъ, въ ея изданіяхъ ³³²; изъ отечественныхъ-же спеціальныхъ изданій, напечаталъ въ «Жур- налѣ Гл. Упр. Путей Сообщенія» за 1854 годъ «О способѣ Гауса для вычисленія междупредѣльныхъ интеграловъ по при- ближенію», и нѣсколько статей въ «Энциклопедическомъ Сло- варѣ» составленномъ Русскими учеными и литераторами ³³³.

1846 - 48 годы памятны Факультету тѣмъ что начали тогда свои лекціи два другіе свѣтила наши по математическимъ наукамъ, одно — находившееся уже въ полномъ блескѣ, другое — только — что восходившее, но скоро пріобрѣвшее славу одного изъ первыхъ геометровъ въ Европѣ: академикъ Буняков- скій и магистръ Чебышовъ, избранные на мѣсто выбыв- шихъ Д. С. Чижова и В. А. Анкудовича.

Буняковскій (Викторъ Яковлевичь) родился въ 1804 году, первоначальное образованіе получилъ въ Москвѣ, въ

— 182 —

домъ графа А. П. Тормасова, вмѣстѣ съ сыномъ сего - послѣд-
няго, и въ 1820 году, вмѣстѣ съ нимъ же, отправленъ былъ за
границу, гдѣ учился спачала въ Кобурѣ, потомъ въ Лозанѣ,
университетскій-же курсъ слушалъ въ Парижѣ. Время пребы-
ванія тамъ Буняковскаго было блистательнымъ периодомъ про-
цѣтанія точныхъ наукъ во Франціи: онъ засталъ еще и слу-
шалъ Лапласа, Фурье, Пуасона, Біо, Коши, Лежандра,
Лакруа, Ампера, Арагò и другія знаменитости. Получивъ въ
1824-1825 степени баккалаура, ліценціата и наконецъ док-
тора Математическихъ Наукъ (двѣ диссертаціи которые защи-
щалъ онъ публично, относились, одна — къ механикѣ, дру-
гая — къ математической теоріі тенлоты), Буняковскій, по
возвращеніи въ отечество, преподавательское поприще свое на-
чалъ съ 1827 года въ Первомъ Кадетскомъ Корпусѣ, а уче-
ное, съ 1828-го — въ Пмп. Академіи Наукъ, куда посту-
пилъ адъюнктомъ, и гдѣ, черезъ два года избранъ былъ
въ экстраординарные, а съ 1836 — въ ординарные акаде-
мили. Поступивъ въ Университетъ съ званіемъ ординарнаго
профессора, принятъ онъ на себя первоначально чтеніе Аналити-
ческой Механики по Пуасону и Остроградскому (до 1848-49),
Дифференціального и Интегрального исчисленій преимущественно по Коши, и Теоріі Вѣроятностей по собственному
объ этомъ предметѣ сочиненію; внослѣдствіи, съ 1849-50,
вмѣсто Теоріі Вѣроятностей читалъ въ иные годы Интегри-
рованіе Дифференціальныхъ Уравненій, Способъ Варіацій и
Псчисленіе Конечныхъ Разностей. Въ 1859 году, чувствую
остабленіе здоровья, и желая сосредоточиться въ однихъ каби-
нетныхъ занятіяхъ, В. Я. Буняковскій оставилъ Университетъ,
который, при этомъ случаѣ, выразилъ уваженіе свое къ за-
слугамъ удалившагося профессора единогласнымъ избраніемъ
его въ свои почетные члены. Лекціи знаменитаго академика
нашего, гдѣ ни читалъ онъ ихъ, отличались въ высшей сте-
пении отчетливствію и изяществомъ изложенія. Самыя трудныя
и съ перваго взгляда сухія истины высшаго математическаго

— 183 —

анализа облекались имъ въ такія привлекательныя формы, из-
лагались такимъ прекраснымъ языкомъ, съ такою изумитель-
ною ясностію что приковывали къ себѣ вниманіе слушателей
даже не обладавшихъ особенною сосредоточенностью» ³³⁴.
Громкую извѣстность какою пользуется Буняковскій между
представителями Математическихъ Наукъ пріобрѣлъ онъ пре-
имущественно многочисленными (болѣе 50 - ти) из:ѣдованіями
на Французскомъ языкеѣ помѣщенными имъ въ «Мемуарахъ»
Имп. Академіи Наукъ: весьма разнообразныя по содержанію,
изѣдованія эти относятся къ Нечисленію Конечныхъ Разностей,
къ Дифференціальному и Интегральному исчисленіямъ, къ Ме-
ханикѣ, къ Теоріи Вѣроятностей, и преимущественно къ Тео-
ріи Чиселъ, любимому предмету его занятій. Ему же обя-
заны мы изобрѣтеніемъ нѣкоторыхъ механіческихъ снарядовъ,
какъ планиметра - пантографа, инструмента для суммованія
квадратовъ, и другихъ. На отечественномъ языкеѣ изданы имъ,
кромѣ нѣсколькихъ программъ и курсовъ Арифметики и Гео-
метріи: а) «Тексконъ Чистой и Прикладной Математики»,
томъ І-й: А. Д. (Спб. 1839), трудъ къ - сожалѣнію не кон-
ченный, но, вмѣстѣ съ другими его работами, много послу-
жившій къ улучшенію нашего математического языка, и упро-
ченію ясной и удовлетворительной математической у
насъ терминологіи, до него можно сказать не существовавшей;
б) «Основанія Математической Теоріі Вѣроятностей» (Спб.
1846), одно изъ важнѣйшихъ пріобрѣтеній какія только сдѣ-
ланы Русскою математическою литературою: здѣсь, впервые на
Русскомъ языкеѣ, сведено все что выработано было по этой
теоріі усиліями величайшихъ математическихъ умовъ, начинал
съ Паскали и Ферма, къ чему, съ своей стороны, при-
бавил онъ новыя объясненія въ рѣшеніи самыхъ трудныхъ и
запутанныхъ вопросовъ; в) «Паралельныя Линіи» (Спб. 1853),
гдѣ, разобравъ критически главныя изъ существующихъ дока-
зательствъ теоріи паралельныхъ линій, и показавъ ихъ не-
удовлетворительность, предложилъ собственные соображенія и

— 184 —

изследованія по этому основному геометрическому вопросу. Въ статьях сообщенных имъ въ очечественные журналы Буняковскій разрабатывалъ преимущественно практическія приложения Теоріі Вѣроятностей: такъ въ «Современникѣ за 1848 годъ напечатано пмѣ «О возможности введенія опредѣленныхъ мѣръ довѣрія къ результатамъ нѣкоторыхъ наукъ наблюдательныхъ и преимущественно Статистики»; а въ «Журналѣ М. П. Просв.» за 1850 годъ — «Мил.ш. о движеніи народонаселенія вообще», рѣчъ прописенная имъ на Университетскомъ актѣ того года ³³⁵.

Чебышевъ (Пафнутій Львовичъ) воспитывался до поступленія въ Университетъ въ домѣ у родителей, университетскій же курсъ слушалъ въ Москвѣ, где получилъ какъ степень кандидата (въ 1841), такъ и магистра (въ 1846); докторскую же пріобрѣлъ въ нашемъ университетѣ (въ 1849). Приятый, въ 1847 году, 26-ти лѣть отъ роду, доцентомъ, на мѣсто выбывшаго Анкудовича, читалъ онъ спачала Высшую Алгебру и Теорію Чисельъ; потомъ, съ 1848-49 года, вмѣстѣ съ этими предметами — Аналитическую Геометрию и Сферическую Тригонометрию; а съ 1849-50, сверхъ того — Теорію Эллиптическихъ Функцій. Временно преподавалъ онъ еще: Интегрированіе Дифференціальныхъ Уравненій (въ 1848-49) и Практическую Механику (съ 1849-51, студентамъ Реальнаго Отдѣленія). По новому распределенію занятіи въ математическомъ факультетѣ, постійдовавшему въ 1860 году, Чебышевъ взялъ на себя, съ 1860-61, чтеніе Интегрального Исчисленія, Теоріи Чисель, и Теоріи Вѣроятностей съ Исчисленіемъ Конечныхъ Разностей. Въ 1852 году объѣздилъ онъ, съ учеными цѣлями, преимущественно по вопросамъ Практической Механики, Францію, Англію, Бельгію и Германію, и такую же поѣздку повторилъ въ 1856 году на болѣе продолжительный срокъ ³³⁶. Многочисленные труды, стажавшіе П. Л. Чебышеву Европейскую знаменитость, помѣщены имъ въ изданіяхъ Имп. Академіи Наук (въ которую принять онъ былъ въ 1853 году адъюнк-

— 185 —

томъ, и гдѣ съ 1859 года состоить ординарнымъ академи-
комъ по Прикладной Математикѣ), и въ математическихъ жур-
налахъ Ліувилля и Крелля ³³⁷. Отдѣльными книгами на Рус-
скомъ языкѣ изданы имъ: 1) «Опытъ элементарнаго анализа
Теоріі Вѣроятностей», и 2) «Теорія Сравненій». Для акта
Университетскаго 1856 года написалъ онъ трактатъ «О чер-
ченіи географическихъ картъ», вскорѣ послѣ того изданный
въ Парижѣ на Французскомъ языкѣ. Въ Академіи началъ онъ
изданіемъ и частію возстановленіемъ трудовъ великаго Эйлера.
Вообще математическія произведенія П. Л. Чебышева отличаются
своеобразностію приємовъ и счастливою разработкою такихъ во-
просовъ рѣшеніе которыхъ либо вовсе не затрогивалось, либо
представляло такія затрудненія которыя не могли быть прео-
долѣны даже первостепенными геометрами. Особенныя заслу-
ги оказаны имъ преимущественно: 1) отысканіемъ предѣловъ
для числа показывающаго сколько имѣется простыхъ чисель
между двумя данными цѣлыми числами: этимъ изслѣдователь
нашъ сдѣлалъ первый и рѣшительный шагъ къ рѣшенію одно-
го изъ труднѣйшихъ вопросовъ Теоріі Чисель; 2) опредѣле-
ніемъ условій при которыхъ интегралъ алгебраической функ-
ціи, содержащей радикалъ, выразимъ алгебраически или лога-
риемически: эти разъясненія Чебышова значительно дополня-
ютъ тѣ которымъ занимался геніальный Абель; 3) изложеніемъ
общей теоріі механизмовъ извѣстныхъ подъ названіемъ пара-
лелограммовъ, представляющей особенно интересъ рѣшеніемъ
аналитическаго вопроса: «найти тѣ видоизмѣненія приблизи-
тельнаго значенія данной функціи, разложенной въ рядъ по
степенямъ приращенія перемѣнной, при которыхъ погрѣшность
заключающаяся между двумя данными предѣлами, будетъ нап-
меньшая»; 4) изложеніемъ общаго способа для рѣшеній во-
просовъ подобнаго рода, т. е. для нахожденія вообще при-
близительныхъ выраженій, которыя давали бы для данной функ-
ціи значеніе наиближе подходящее къ истинному въ данныхъ
предѣлахъ; 5) изслѣдованіемъ о непрерывныхъ дробяхъ, рас-

— 186 —

крывающимъ новое и важное значеніе этихъ дробен при рас-
положеніи функций въ ряды; 6) интегрированіемъ по способу
паименьшихъ квадратовъ, представляющимъ премунство пе-
редъ другими способами интегрированія въ томъ отношеніи
что при удобствѣ вычисленія даетъ наиболѣе выгодное соеди-
неніе результатовъ наблюденій; 7) изысканіемъ наибольшихъ и
паименьшихъ суммъ составленныхъ изъ значеній цѣлой функ-
ціи и ея производныхъ — раскрывающимъ новаго рода исчи-
сленіе, сходное съ варіаціоннымъ; 8) открытіемъ остроумнаго
механизма замѣняющего паралелограммъ Витта, и наиболѣе
удовлетворяющего условію необходимому для преобразованія
примолоченійнаго движенія въ вращательное. Наконецъ, какъ
членъ Военноученаго Комитета, занимался П. Л. Чебышевъ
различными предметами относящимися до Артиллеріи, и въ
1858 году производилъ опыты надъ стрѣльбою цилиндро-кони-
ческими ядрами особаго вида.

Съ 1861 года, богатый великолѣпными математиками, Уни-
верситетъ нашъ принялъ къ себѣ еще молодое и сильное да-
рованіе по этой части: опредѣленъ былъ адъюнктомъ по Чи-
стой Математикѣ воспитанникъ Вологодской Гимназіи и по-
томъ нашего университета, Корккинъ (Александръ Николае-
вичъ) 24-хъ лѣтъ отъ роду. Окончивъ курсъ въ 1858 году, со
степенью кандидата, въ 1861-мъ, за разсужденіе «Объ опре-
дѣленіи произвольныхъ функций въ интегралахъ линейныхъ
уравненій съ частными производными» удостоенъ онъ былъ, у
насъ же, степени магистра Математическихъ Наукъ, и съ того
же года сталъ преподавать Аналитическую Геометрию, Геоме-
трію Начертательную, Высшую Алгебру и Интегральное Исчи-
сленіе 338.

П. Каоведра Астрономіі и Геодезіі.

До 1837 года оставалась вакантною. Тогда временнымъ
преподавателемъ Астрономіі принялѣнъ былъ флота лейте-
нанъ Зеленый (Семенъ Ильичъ), одинъ изъ отличнѣйшихъ
воспитанниковъ Морскаго Кадетскаго Корпуса, докончивший

— 187 —

астрономическое образованіе свое въ Дерптѣ, подъ руководствомъ знаменитаго Струве, и, какъ искусный наблюдатель, принимавшій участіе въ трудахъ хронометрической экспедиціи, подъ начальствомъ Θ. Θ. Шуберта, для опредѣленія долготъ важнѣйшихъ мѣстъ вдоль береговъ и на островахъ Балтійскаго Моря. Преподаваніе имъ въ нашемъ университете разныхъ частей Астрономіи съ приложеніемъ ея къ Геодезіи, продолжавшееся всего въ-теченіе двухъ лѣтъ (1837-39) оставило приятное воспоминаніе въ слушавшихъ его привлекательныя лекціи ³³⁹.

Въ 1839 году каеведра Астрономіи замѣщена была постояннымъ образомъ переведеннымъ изъ Дерпта астрономомъ-наблюдателемъ при обсерваторіи тамошняго университета, докторомъ Философіи Савичемъ (Алексѣй Николаевичъ), 29-ти лѣтъ отъ роду. Воспитанникъ Московскаго Университета, онъ, въ 1834 году, защитивъ диссертацію «О разныхъ способахъ опредѣленія географической широты и долготы мѣстъ», удостоенъ былъ въ томъ же университетѣ степени магистра; затѣмъ, для усовершенствованія въ Астрономіи, отправился въ Дерпт-скій Университетъ, и назначенъ былъ, по рекомендаціи В. Я. Струве, членомъ экспедиціи для измѣренія разности въ уровняхъ Каспійскаго и Азовскаго морей (причемъ измѣрены были съ точностію главнѣйшія изъ вершинъ Кавказа, и опредѣлено астрономически ихъ положеніе, равно-какъ и многихъ другихъ замѣчательныхъ мѣстъ въ тогдашней Кавказской Области). По возвращеніи изъ этой важной экспедиціи, получилъ онъ въ Дерптѣ, въ 1839 году, защитивъ диссертацію Uber die Höhe d. Caspischen Meeres und d. Hauptspitzen d. Kaukasischen Gebirge, степень доктора, и въ томъ же году, какъ сказано, вызванъ былъ въ нашъ университетъ съ званіемъ экстарординарнаго профессора. Находясь здѣсь, въ 1843 году принималъ онъ участіе въ экспедиціи для опредѣленія разности долготъ Пулковской и Альтонской обсерваторій; въ 1851 Єздилъ въ Херсонскую Губернію для наблюдения тамъ солнечнаго затмѣнія;

— 188 —

въ 1846 избранъ былъ въ ординарные профессора. Съ 1839-40 года профессоръ Савичь читалъ постоянно: а) Астрономію Теоретическую, преимущественно руководствуясь Гаусомъ (Theoria motus corporum coelestium), но измѣная и дополняя его постепенно трудами Бесселя, Энке, Аргеландера, Эри и Брюнова; б) Практическую Астрономію и Геодезію, по сочиненіямъ Струве, Бесселя и Гауса, а потомъ и по изданному имъ самимъ сочиненію: « Приложеніе практической астрономіи къ географическому опредѣленію мѣстъ » (Спб. 1845), удостоенныму Академіею Наукъ полной Демидовской преміи, и въ 1850 году изданному въ Гамбургѣ на Нѣмецкомъ языкѣ. Сверхъ того, преподавалъ онъ: въ 1840-43 и 1860-61 годахъ — Астрономію Сферческую, по Боненбергеру; съ 1846-47 года — общія начала Астрономіи, по Лапласу (Exposition du système du monde), Гершелю, Боненбергеру, а потомъ по собственному сочиненію «Начала Математической Географіи и Космографіи» (Спб. 1850); съ 1843-44 года — основанія Небесной Механики, по Лапласу (Mécanique Céleste) и Понтекулану (Théorie analytique du système du monde); передъ тѣмъ же, въ 1841-43, читалъ для желающихъ нѣкоторыя статьи по тому же предмету, слѣдуя Эри (Mathematical tracts on the lunar and planetary theories); въ тѣхъ же годахъ, собственно для натуралистовъ — Популярную Астрономію, по Гершелю и Эри, а въ-теченіе трехъ слѣдующихъ, 1843-46, прибавлялъ къ тому еще и Исторію Астрономіи. Кромѣ всего этого, въ 1841-43 годахъ читалъ особые курсы: а) «О приложеніи Теоріи Вѣроятностей къ вычисленію астрономическихъ наблюдений», по Гаусу, Струве и Энке, и б) «теорію зрительныхъ трубъ», по Гершелю и Прехтлю. Въ производствѣ астрономическихъ наблюдений на практикѣ, и въ вычисленіи ихъ, профессоръ Савичь упражнялъ своихъ слушателей на Малой Обсерваторіи Академіи Наукъ; въ периодѣ-же преподаванія С. Н. Зеленаго служила для этого обсерваторія Морскаго Кадетскаго Корпуса. Кромѣ помянутыхъ выше сочиненій А. Н.

— 189 —

Савича, напечаталъ онъ еще отдѣльною книгою: « Приложеніе
Теоріи Вѣроятностей къ вычисленію астрономическихъ наблю-
деній и геодезическихъ измѣреній » (Спб. 1857), удостоенное
половинной Демидовской преміи. Въ трудахъ-же ученыхъ об-
ществъ и периодическихъ изданіяхъ помѣщено имъ множество
мемуаровъ, статей и замѣтокъ, свидѣтельствующихъ о неутоми-
мости его какъ практическаго астронома, и о его горячемъ
участіи ко всему соприкасающемуся съ тою спеціальностію по
которой оказалъ онъ величайшія, послѣ В. Я. Струве, услуги
для Россіи. Вотъ далеко неполный списокъ статьямъ этимъ
и запискамъ по 1862 годъ: 1) первые результаты наблю-
деній своихъ надъ противустояніями планетъ помѣстилъ онъ
въ Astronomische Nachrichten Шумахера за 1841 и 1842
годы; 2) въ 1843 году тамъ же напечаталъ онъ: Ueber die
Bestimmung der geographischen Länge aus Mondsazimuthen; въ
американскомъ Astronomical Journal Гольда (В. А. Gould) —
« Наблюденія надъ положеніями нѣкоторыхъ планетъ, и замѣ-
чанія о способѣ Гауса вычислять путь вновь открываемыхъ
планетъ »; и въ «Журналѣ М. Н. Просв. » за тотъ же годъ —
« О массахъ планетъ, и въ особенности о массахъ Меркурія и
Юпитера »; 3) въ 1845 году: Remarques sur la méthode de
déterminer le temps au moyen des observations des passages
des étoiles par le vertical de l'étoile polaire — въ « бюлле-
тенѣ » Императорской Академіи Наук; и « Нсторическій
взглядъ на открытіе малыхъ планетъ и астероидовъ » — рѣчъ
для Университетскаго акта того года; 4) въ 1846: « Объ
успѣхахъ Практической Астрономіи вообще, и особенно въ
Россіи » — въ Академическомъ Календарѣ на тотъ годъ;
« Нзвѣстія о любопытныхъ явленіяхъ замѣченныхъ въ раз-
ныхъ мѣстахъ Европы во время полнаго солнечнаго затмѣнія
1842 года »; и « Объ изысканіяхъ Омеръ-де-Геля относи-
тельно разностей между уровнями Азовскаго и Каспійскаго
морей (объ статьи въ К. М. Н. Пр.); « Извлеченія изъ
отчета о путешествіи Фреймана во владѣнія Англійской Гудзон-

— 190 —

байской Компанії» (въ «Запискахъ» Имп. Р. Геогр. Общества, т. І); 5) въ 1848: «Выводы изъ наблюдений надъ планетами Венерою, Вестой, Сатурномъ и Мраномъ» — въ *Astronomische Nachrichten* Шумахера: «Изследованіе орбиты коэметы 1585 года по наблюдениямъ Тихо-де-Браге» (трудъ общій съ астрономомъ Петерсомъ, за который, по присужденію Гауса, авторы получили золотую медаль отъ Датскаго короля) — тамъ же; «О каталогѣ звѣздъ Бесселя» — въ Ж. М. Н. Просвѣщенія; «Популярное объясненіе открытий Леверле — въ «Современникѣ»; «О геодезическихъ вычисленіяхъ по способу Гауса» — въ *Bulletin'ѣ Имп. Академіи Наукъ*; 6) въ 1849: «Изследованія академика Петерса о годовомъ параллаксѣ неподвижныхъ звѣздъ» — въ Ж. М. Н. Просвѣщенія; 7) въ 1850: «Объ опредѣленіи широты мѣста и состоянія хронометра по двумъ высотамъ солнца взятымъ въ разные часы сутокъ» — въ «Морскомъ Сборникѣ»; 8) въ 1851: «О градусныхъ измѣреніяхъ дугъ меридіана въ Индіи» — въ Ж. М. Н. Просвѣщенія; 9) въ 1852: «Объ опредѣленіи элементовъ движения спутника около главной плаNETMHelpОКЯ; и «О распредѣленіи теплоты въ разныхъ слояхъ воздуха по мѣрѣ ихъ удаленія отъ земной поверхности» — въ «Вѣстникѣ» Н. Р. Геогр. Общества; 11) въ 1854: «О сіяніи звѣздъ и планетъ» — въ Ж. М. Н. Просвѣщенія; 12) въ 1855: «Замѣчанія о способѣ Дувеса вычислять широты мѣстъ» — въ «Морскомъ Сборникѣ»; и «Описаніе

— 191 —

Пулковской Обсерватории » — тамъ же; 13) въ 1856: «За-
мѣчанія объ изслѣдованіяхъ профессора Цеха о древнихъ за-
тмѣніяхъ, для повѣрки Хронологіи и таблицъ луны » — въ Ж.
М. Н. Просвѣщенія; и « О неизмѣнности среднихъ темпера-
туръ на землѣ съ отдаленнѣйшихъ временъ » — въ «Мор-
скомъ (Сборникѣ »; 14) въ 1857: « Историческое обозрѣніе
знаменитѣйшихъ звѣздныхъ росписей » — тамъ же; 15) въ 1858:
« Обозрѣніе новѣйшихъ изслѣдованій о физической географіи
океановъ » — тамъ же; 16) въ 1860: « Замѣчанія на при-
блазительные способы опредѣлить долготу мѣста по наблюде-
ніямъ лунныхъ разстояній » — тамъ же. Многія другія ра-
боты сверхъ вышеисчисленныхъ помѣщены еще были профес-
соромъ Савичемъ въ изданіяхъ И. Р. Географическаго Обще-
ства, въ «Библиотекѣ для Чтенія», «Отечественныхъ Зани-
скахъ» и другихъ журналахъ 340.

ШІ. Каоведра Физики и Физической Географіи.

Ленцъ (Эмилій Христіановичъ), опредѣленный на эту
каоведру въ декабрѣ 1835 года, имѣя 33 года отъ роду, за-
нималъ ее въ теченіе всегориваемаго періода. Родомъ
изъ Дерпта, въ университетѣ роднаго города получилъ онъ и
высшее образованіе; но, не успѣлъ еще кончить тамъ пол-
наго курса наукъ, какъ, рекомендованный профессорами Уни-
верситета, принятъ уже былъ физикомъ въ кругосвѣтную эк-
спедицію отправлявшуюся подъ начальствомъ кап. лейтенанта
Коцебу. Путешествіе это, продолжавшееся около трехъ лѣтъ
(1823-1826), доставило молодому натуралисту возможность
произвести наблюдения навсегда упрочившія ему почетное имя
въ лѣтонисяхъ Физической Географіи. Изложеніемъ результа-
товъ этихъ наблюдений и занялся онъ, опредѣленный, по воз-
вращеніи въ Россію, адъюнктомъ Имп. Академіи Наукъ (въ
1828 году), гдѣ тогда же и прочѣлъ первый мемуаръ свой: «О
солености морской воды и температурѣ ея въ океанахъ на по-
верхности и въ глубинѣ» (Ueber das Wasser des Weltmeers
in verschiedenen Tiefen in Rücksicht auf die Temperatur und

— 192 —

den Salzgehalt). Всѣдъ затѣмъ, въ 1829 году, принялъ мо-
людой академикъ участіе въ новой ученой экспедиціи — на Кав-
казъ, для магнитныхъ, термометрическихъ, барометрическихъ
и геогностическихъ наблюденій и изслѣдованій въ окрестно-
стяхъ Эльборуса. Оттуда проѣхалъ онъ въ Николаевъ для на-
блюденій, совѣстно съ астрономомъ Кнорре, надъ качаніями
маятника, и затѣмъ направился обратно въ Гаку для физико-
географическихъ наблюденій на берегахъ Каспійскаго — Моря.
Любопытный отчетъ его объ этой-послѣдней поѣзгѣ напеча-
танъ, на Французскомъ языкѣ, въ Recueil des actes Им. Акад.
Наукъ за 1830 годъ; изслѣдованія же объ позѣняемости
уровня водъ въ Каспіѣ, и другія наблюденія произведенныя
въ-продолженіе этой поѣздки, равно-какъ и ученые резуль-
таты его кругосвѣтнаго плаванія, изложены были имъ въ за-
пискахъ помѣщенныхъ въ «Мемуарахъ» и «Вюллетенъ» Имп.
Академіи Наукъ ³⁴¹, которою въ 1830-мъ повышенѣ былъ онъ
въ экстраординарные, а съ 1834-го въ ординарные академики.
Степени доктора Философіи удостосенъ онъ былъ, въ 1840 году,
Гельсингфорскимъ Университетомъ. Отдохнувъ отъ кочевой жизни,
какую велъ до 1830-хъ годовъ, Ленцъ предался изслѣдованіямъ
преимущественно въ области Гальванизма, которые приобрѣли ему
еще большую извѣстность чѣмъ прежніе труды по Физической
Географіи. Особенное вниманіе ученаго міра обратили на себя на-
блюденія его надъ индуктированными токами, надъ нагрѣваніемъ
металловъ гальваническимъ токомъ, надъ намагнизованіемъ же-
лѣза посредствомъ такого тока. Законъ развитія теплоты галь-
ваническимъ токомъ, весьма важный для механической теоріи
теплорода, извѣстенъ въ наукѣ подъ именемъ «закона Джуля
и Ленца». Такимъ же образомъ и общій законъ связавшій
явленія индуктированныхъ токовъ (открытыя Фарсесемъ) съ
явленіями электродинамическими, получилъ названіе «Ленцева
закона». Вѣрная и отчетливая оцѣнка трудовъ Ленца по маг-
нито-электричеству и электро-магнетизму, сдѣлана была уче-
никомъ его, А. С. Савельевымъ, въ Журналѣ М. Н. Просв.

— 193 —

за 1854 годъ. Какъ профессоръ, Ленцъ отличался строгимъ систематическимъ и критическимъ изложеніемъ тѣхъ отдѣловъ Физики которые преподавалъ онъ; любимою - же его спеціальностію было и здѣсь чтеніе курса объ электричествѣ, магнетизмѣ и гальванизмѣ, по собственнымъ запискамъ, сопровождавшееся всегда опытами, къ которымъ онъ приготовлялся запранѣе, и которые, потому, всегда бывали удачны: малѣйшая аномалія тотчасъ же привлекала на себя его вниманіе, и онъ тутъ же старался объяснить происхожденіе ея слушателямъ. Изъ области же гальванизма взято было и содержаніе рѣчи произнесенной имъ въ 1839 году на Университетскомъ актѣ: Ucker die praktischen Anwendungen des Galvanismus. Второе мѣсто въ чтеніяхъ его занимало изложеніе теорій свѣта и теплоты, сначала по Гершелю, потомъ по собственнымъ запискамъ, и въ 1860-61 году — по Famín, Cours de Physique. Общую Физику читалъ по собственному учебнику этого предмета для гимназій («Руководство къ Физикѣ». Спб. 1839), съ дополненіями изъ Мюллера, Пулье и другихъ. Въ 1855 году издалъ онъ другое «Руководство (къ) Физики» (§), для военно-учебныхъ заведеній. — Физическую Географію преподавали Ленцъ до 1842 - 43 по Баумгартнеру, а послѣ того по Гофману и Кемцу. По этому предмету составлена была имъ учебная книга собственно для военно-учебныхъ заведеній, подъ заглавіемъ «Руководство (къ) Физической Географіи» (Спб. 1851). Въ хорошее состояніе приведенъ былъ также стараніями Ленца и физическій кабинетъ Университета; но пока успѣлъ онъ осуществить это, слушателямъ его всегда открытъ былъ свободный доступъ къ занятіямъ въ физическомъ кабинетѣ Академіи Наукъ, находившемся въ его завѣдываніи: нѣкоторыя приборы разрѣшалъ онъ даже, на свою отвѣтственность, брать занимавшимся на домъ; и вообще никому кто дѣйствительно хотелъ работать, не отказывалъ ни въ совѣтахъ, ни въ средствахъ къ тому отъ него зависѣвшихъ³⁴².

Съ 1840 года Ленцъ не имѣлъ помощника по своей ка-

13

— 194 —

ведѣ; до этого - же года оставался въ Университетѣ Н. Т. ІІегловъ, читая, въ качествѣ адъюнкта, «Физику невѣсомыхъ тѣлъ съ общимъ обзоромъ теплорода и электричества, обыкновеннаго и гальваническаго, слѣдуя системѣ изданнаго имъ курса Физики, съ нужнѣйшими дополненіями изъ разныхъ авторовъ». Означенный курсъ Физики, изданный первоначально въ 1834 году, явился во второмъ издании, въ 1838-1839 годахъ, въ двухъ томахъ, совершенно - переработаннымъ сооб разно съ успѣхами науки.

### IV. Каоведра Химіи.

До 1839-40 года продолжала находиться въ исключительномъ завѣдываніи орд. проф. Соловьева, который въ 1836-1838 годахъ читалъ Химію какъ тѣлъ органическихъ, такъ и неорганическихъ, съ приложеніемъ къ Технологіи, по Тенару и Дюмà. Въ 1838-1839 прочелъ онъ, кромѣ того, свой первый и единственный курсъ Аналитической Химіи, по Тенару и Рòзе; съ 1839-40 до выхода изъ Университета въ 1846 году, ограничивался преподаваніемъ одной Неорганической Химіи (по Тенару, Берцеліусу и Либиху), но съ 1843-44 сталъ заниматься со слушателями практическими работами въ лабораторіи ³⁴³.

Съ 1839-40 года, чтеніе Химіи Органической и Аналитической перешло на долю адъюнкта Воскресенскаго (Александръ Абрамовичъ). Воспитанникъ Тверской Семинаріи и Главнаго Педагогическаго Института, онъ, по окончаніи тамъ курса наукъ съ золотою медалью, отправленъ былъ въ январѣ 1836 года, въ качествѣ профессоранта по Химіи, за границу, гдѣ работалъ преимущественно въ Берлинѣ у Магпуса, и въ Гиссенѣ у Либиха. Здѣсь молодой химикъ нашъ произвелъ первые свои ученыя работы, открылъ новый алкалондъ тесроминъ, изстѣдовалъ многія органическія соединенія, и вообще изучилъ область Органической Химіи, начинаясь уже пріобрѣтать то важное значеніе которое сохраняется за нею по настоящее время. Возвратившись изъ - за

— 195 —

границы осенью 1838 года, Воскресенскій опредѣленъ былъ
въ нашъ университетъ, какъ сказано, адъюнктомъ по каевѣрѣ
Химіи, имѣя 28 лѣтъ отъ роду, и въ слѣдующемъ 1839-мъ
получилъ у насъ степень доктора, защитивъ диссертацію «О
хинной кислотѣ»; въ которой, едва- ли не въ первый разъ
на Русскомъ языке, явилось развитіе основныхъ началь- но-
выхъ въ то время воззрѣшій на составъ кислотъ и продуктовъ
металенсіи, особенно въ приложеніи къ органическимъ кисло-
тамъ. На университетскомъ актѣ 1840 года прочтена была
имъ рѣчъ «Объ усѣхахъ Химіи въ новѣшшее время», а на
актѣ 1854 — «О вліяніи Химіи на земледѣліе». Кромѣ Хи-
міи Органической (по Лібиху) и Аналитической (по Рөзе),
сопровождая преподаваніе послѣдней практическими занятіями
въ лабораторіи, Воскресенскій, въ 1841-44 годахъ, читать
студентамъ Рецѣнаго Отѣленія курсы Химіи Технической.
Незбранный въ 1843 году экстраорд. профессоромъ по каевѣрѣ
Технологіи, каевѣру чистой Химіи занять онъ лишь въ 1846
году, по выходѣ въ отставку Соловьева. Получивъ тогда хими-
ческую лабораторію Університета въ полное свое завѣдываніе,
онъ, несмотря на малость средствъ какія отнеслись на ся со-
держаніе, завелъ въ ней постоянныя работы, чѣмъ, равно- какъ
чтеніями свои и телымъ участіемъ къ трудамъ начинаю-
щихъ, привлекъ къ занятіямъ Химіею многихъ даровитыхъ
студентовъ, и образовалъ изъ нихъ отличныхъ дѣятелей, ка-
ковы Соколовъ, Скобликовъ, Менделѣевъ, Н. Бекетовъ, Са-
вичь, Тютчевъ, Андреевъ, Лавровъ, Туляченко, Меншуткинъ
и многие другие Русскіе химики. Съ 1848-49 по 1853-54
Воскресенскій ограничивался чтеніемъ одной Неорганической
Химіи (по Отто); въ 1854-56 читалъ, сверхъ того, опять
Органическую; въ 1856-58 — одну Аналитическую; въ 1858-60
—Аналитическую и Неорганическую; въ 1860-61 — одну по-
сѣжиюю. Кромѣ получения теобромина и изслѣдованія состава
хинной кислоты, химическія работы Воскресенскаго имѣли ре-
зультатомъ открытіе хинопа, изслѣдованіе пнулища, нѣкото-

13*

— 196 —

рыхъ меллоновыхъ соединеній, и первая полныя данные о составѣ важнѣйшихъ Русскихъ каменныхъ углей ³⁴⁴.

Съ 1853 года, помощникомъ къ Воскресенскому поступилъ въ Университетъ одинъ изъ помянутыхъ сейчасъ учениковъ его, М. В. Скобликовъ, 28-ми лѣтъ отъ роду. По окончаніи курса наукъ въ нашемъ Университетѣ въ 1851 году, онъ тогда же обратилъ на себя вниманіе спеціалистовъ запискою своею « Ueber einige Iridium-verbindungen » (въ Bulletin de l'Acad. Imp. des Sciences, T. XI): за соединеніями иридія имъ открытыми остается и донынѣ названіе « солей Скобликова ». Оставленный при лабораторіи Университета для приготовленія къ магистерскому экзамену, онъ, по защищеніи въ 1853-мъ диссертаціи на степень магистра: « Изслѣдованіе красильныхъ веществъ, эозирнаго масла и летучей кислоты, найденныхъ въ цвѣтахъ желтой ромашки », и разсужденія pro venia legendi « Разборъ теоріі сѣвооборотовъ », началъ читать у насъ, въ званіи приватъ-доцента, Аналитическую Химію, руководствуя въ то же время практическими занятіями студентовъ въ лабораторіі. Послѣ полуторагодового преподаванія этого предмета въ 1854 и первой половинѣ 1855, былъ онъ переведенъ на кафедру Технологіи, гдѣ уже шла объ немъ рѣчь (см. стр. 176). Между-тѣмъ, въ 1854 году, успѣлъ онъ напечатать (въ Bulletin de l'Acad. Imp. des Sciences, t. XII) изслѣдованіе свое «О полученіи сѣрнистаго бора дѣйствіемъ сѣрнистаго водорода на борнокислия сош » ³⁴⁵.

Съ 1857 года, преемникомъ Скобликову является въ Университетѣ другой ученикъ Воскресенскаго, Менделѣевъ (Дмитрий Иванович), 23-хъ лѣтъ. Изъ Тобольской Гимназіи поступилъ онъ, въ 1849 году, въ Главный Педагогическій Институтъ, гдѣ и кончилъ курсъ въ 1855 году. Еще бывши студентомъ, напечатать онъ въ «Записках» Минералогическаго Общества изслѣдованія свои «Объ ортитѣ и пирокинѣ изъ Финляндіи»; выпускная диссертація его «Объ изоморфизмѣ въ связи съ другими отношеніями тѣлъ по формѣ и составу» по-

— 197 —

явилась въ « Горномъ Журналѣ » за 1855 годъ. Тамъ же,
въ слѣдующемъ, напечатана была и магистерская: «Объ удѣль-
ныхъ объемахъ ». Представивъ pro venia legendi разсужденіе
«О строеніи кремнеземистыхъ соединеній», поступилъ онъ въ
Университетъ доцентомъ, и въ 1857 и 1858 читалъ Орга-
ническую Химію (по Герару), руководствуя студентовъ въ
работахъ по лабораторіі. Какъ результаты собственныхъ его
работъ явились между-тѣмъ, въ Bulletin'ѣ Имп. Ак. Наукъ за
1848 годъ, статьи его: Ueber den Zusammenhang einiger phy-
sikalischen Erscheinungen der Körper mit ihren chemischen
Reaktionen, und Ueber die önanthol-schweflige Säure. Кромѣ
того, въ Журналѣ М. Н. Просв. за 1856 и 1857 годы по-
мѣстилъ онъ обзоръ новостей по части Естественныхъ Наукъ;
въ «Мануфактурныхъ и Городскихъ Извѣстіяхъ» 1857 года —
радъ техническихъ статей; въ «Экономическихъ Запискахъ »
за тотъ же годъ — «О сушеніи бѣлка»; въ «Промышленной
Газетѣ » 1858 года — «Объ успехахъ металлургіи желѣза»;
въ «Вѣстникѣ Промышленности» за 1859 годъ — «О дымо-
сожиганіи». Въ 1859 году былъ онъ посланъ, для ближай-
шаго ознакомленія съ современнымъ состояніемъ Химіи, за
границу, на два года, и въ-продолженіе пребыванія своего
тамъ приобрѣлъ почетную известность изслѣдованіями своими
«О сцѣленіи нѣкоторыхъ органическихъ жидкостей, и о ихъ
расширеніи» (въ Annalen der Chemie und Pharmacie und въ
Comptes rendus de l'Acad. des Sciences); а по возвращеніи
въ отечество помѣстилъ въ Бюллетенѣ Имп. Академіи Наукъ
Essai d'une théorie sur les limites des combinaisons organiques
(1861), и издалъ «Органическую Химію» (1861), которая
удостоена была большой Демидовской преміи ³⁴⁶.

Кромѣ Менделѣева, съ 1859 года принятъ былъ въ Уни-
верситетъ приватъ-доцентомъ по каеведрѣ Химіи тоже ученикъ
Воскресенскаго, Соколовъ (Николай Николаевичъ), 33-хъ
летъ отъ роду. Окончивъ курсъ въ 1842 году по Камеральному
Отдѣленію Юридическаго Факультета, онъ не устрашился но-

— 198 —

выхъ четырехъ лѣтъ студенческаго труда. и поступилъ въ Физикоматематическій Факультетъ по Отдѣлію Естественныхъ Наукъ. Получивъ здѣсь, въ 1847 году, степень кандидата, отправился вскорѣ послѣ того за границу, гдѣ въ-продолженіе пѣсколькихъ лѣтъ работалъ по Химіи у Либиха въ Гиссенѣ, и у Герара въ Нарижѣ, занимаясь въ тоже время Физикою и Минералогіею. По возвращеніи въ отечество, защитивъ диссертацію «О перидотѣ, какъ продуктѣ металлургическихъ операций», получилъ онъ въ 1857 году степень магистра Химіи, а въ 1859-мъ, по защищеніи диссертаціи «О водородѣ въ органическихъ соединеніяхъ», признанъ былъ докторомъ Химіи и Физики, вслѣдъ зачѣмъ поступилъ въ Университетъ, какъ сказано, приватъ - доцентомъ, прочитавъ pro venia legendi разсужденіе «О современномъ направленіи Химіи». Между-тѣмъ успѣлъ уже онъ приобрѣсть извѣстность многими учеными трудами, помѣщенными въ Annalen der Chemie und Pharmacie ³⁴⁷. Въ Россіи - же издавать, въ 1859-1860 годахъ, вмѣстѣ съ А. Н. Энгельгардтомъ, «Химическій Журналъ», и за-вѣдывалъ въ 1858 году химическимъ отдѣломъ «Горнаго Журнала». Въ Университетѣ чтенія свои началъ Соколовъ со второй половины 1859-60 года сиеціальнымъ курсомъ «объ органическихъ соединеніяхъ принадлежащихъ къ амміачному типу», а въ 1860-61 читалъ: 1) Органическую Химію, по сочиненіямъ Гмелина, Герара, Бертло, Кекули и другихъ; 2) Аналитическую Химію, руководствуя притомъ практическими занятіями студентовъ въ лабораторіи; и 3) Обзоръ Химическихъ Теорій ³⁴⁸.

V. Каоведра Минералогіи и Геогнозіи.

Оставалась до 1844 года въ завѣдываніи орд. проф. Д. Н. Соколова, усердно слѣдившаго за ходомъ этихъ наукъ на Занадѣ, и сообразно съ успѣхами ихъ постоянно перерабо-тывавшаго свой курсъ. Въ 1838 году напечаталъ онъ «Допол-неніе» къ изданному издѣ въ 1832 «Руководству къ Мине-ралогіи»; въ 1839 издалъ «Курсъ Геогнозіи», первый по

— 199 —

этому предмету на Русскомъ языке; а въ 1842 совершенно
передавать этотъ трудъ сообразно съ новыми геологическими
теориями, и напечаталъ его подъ названиемъ « Руководство къ
Геогнозии ». Эти изданія и служили ему пособіемъ при препо-
даваніи Геогнозіи и Минералогіи собственно; Кристаллографію-
же, въ 1839-43 годахъ, читалъ онъ по Розе. Въ « Гіор-
гопь Курналѣ», между тѣмъ, помѣстилъ онъ, въ 1836 году —
статью « О Русскихъ горныхъ породахъ », и въ 1841 — « О
перавномѣрной расширяемости гранита ». Въ 1844 году, Со-
коловъ не пожелалъ оставаться долѣе въ Университетѣ, и,
покинувъ его послѣ 25-летней службы, оставилъ по себѣ па-
мять одного изъ самыхъ ревностныхъ къ своему дѣлу, и наи-
болѣе полезныхъ преподавателей ³⁴⁹.

Мѣсто Соколова, въ 1845 году, занялъ, съ званіемъ орд.
профессора, полковникъ Корпуса Горныхъ Инженеровъ Гоф-
манъ (Эрнестъ Карловичъ) 43-хъ летъ отъ роду. По оконча-
ніи курса наукъ въ Деритскомъ Университетѣ, принялъ онъ,
въ качествѣ натуралиста, участіе въ кругосвѣтномъ плаваніи на
шлюзѣ « Предпріятіе », подъ командою капитана Коцебу, въ
1823-1826 годахъ. Результатомъ этого для науки были напеча-
танные имъ въ Берлинѣ, въ 1829 году, Geognostische Beobach-
tungen, angestellt auf einer Reise um die Welt in den Jahren
1823-1826. Получивъ затѣмъ въ Деритѣ степень кандидата
Философіи, и опредѣлившись на службу по Министерству Фи-
нансовъ, былъ онъ командированъ, въ 1828 году, для геогно-
стическихъ изысканій, на Южный Уралъ, по возвращеніи от-
куда издалъ, вмѣстѣ съ Г. Н. Гельмерсеномъ, Geognostische
Untersuchung der Süd Uralgebirges (Berlin, 1831). Годы
1830-1832 провелъ онъ за границею, гдѣ, напечатавъ (въ
Поттендорфовыхъ Annalen) Analysen natürlicher Arsenikver-
bindungen und verschiedener Chabasile (1832), былъ удостоенъ
отъ Іенскаго Университета степени доктора Философіи. За-
тѣмъ въ 1833-1836 годахъ преподавалъ въ Деритѣ, за от-
сутствіемъ профессора Энгельгардта, Минералогію, завѣдуя въ

— 200 —

тоже время и Минералогическим Кабинетом, и стёлать гео-
гностическую поѣздку въ Або (описаніе которой, перепечатан-
ное въ Beiträge Бэра и Гельмерсена, вышло въ Деритъ въ
1837 году отдѣльною книжкою), и получив тамъ же степень
магистра, назначенъ былъ въ 1837 году экстраординарнымъ про-
фессоромъ Минералогіи и Геогнозіи въ Кіевскій Университетъ,
гдѣ избранъ потомъ и въ ординарные. Занимая тамъ эту ка-
евду, предпринималъ онъ геогностическую поѣздку по Кіев-
ской, Херсонской и Таврической губерніямъ, читалъ два года
лекціи Химіи, и издалъ сочиненіе подъ заглавіемъ: « Общая
Ориктогнозія, или ученіе о признакахъ минераловъ» (Кіевъ,
1840) ³⁵⁰. Въ 1842 году, оставивъ Кіевъ, перешелъ онъ на
службу по Горному Вѣдомству, и въ слѣдующемъ командиро-
ванъ былъ для обозрѣнія Сибирскихъ золотоносныхъ розсыпей:
подомъ этой поѣздки было сочиненіе: Reise nach den Gold-
wäschen Ostsibiriens (St. Petersburg, 1847). Въ 1844 году,
переименованный въ полковники, трудился онъ надъ изслѣдова-
ніемъ золотоносной долины рѣки Кеми въ Финляндіи (резуль-
татомъ было Geognostische Beschreibung der Umgegend von Kemi
und Torneo, помѣщенное въ «Ежегодник» Леонгарда и Бронна),
а въ 1845 назначенъ въ нашъ университетъ на ту же каеведру
которую занималъ прежде въ Кіевскомъ. Минералогію читалъ
онъ у насъ по своей «Ориктогнозіи» и по Кобелли (Grundzüge
der Mineralogie), а Геогнозію — по Лайелю и Делабешу, не
прекращая въ тоже время ученыхъ работъ своихъ по геогно-
стическому изслѣдованію разныхъ частей Россіи. Въ 1847,
1848 и 1850 годахъ, начальствовалъ онъ, по порученію Имп.
Русск. Географическаго Общества, надъ экспедиціею для изу-
ченія сѣверной оконечности Уральскаго-Хребта, и за изслѣдова-
нія свои тамъ (изложенные въ книгѣ «Пай-Хой, или Сѣвер-
ный Ураль». Снб. 1856) удостоенъ былъ отъ того же обще-
ства большой Константиновской медали. За пребываніемъ Гоф-
мана въ 1847 - 48 году на Уралѣ, Университетъ имѣлъ удо-
вольствіе видѣть преподающимъ вмѣсто него, какъ Минера-

— 201 —

логію, такъ и Геогнозію, знаменитаго кристаллографа нашего,
Н. П. Кокшарова. Послѣ того, возложенъ былъ на Гоф-
мана, по Высочайшей волѣ, важный трудъ составленія геогно-
стическихъ картъ казеннымъ дачамъ горныхъ Уральскихъ окру-
говъ: для этого, онъ съ 1853 по 1859 годъ ſоздилъ туда по-
стоянно въ теченіе пяти лѣтнихъ мѣсяцевъ. Составленные имъ,
всѣдствіе того, геогностическія описанія помянутыхъ окру-
говъ печатаются въ «Горномъ Журналѣ». Кромѣ того, со-
ставилъ онъ и напечаталъ въ 1861 году, по порученію Ми-
нистерства Народнаго Просвѣщенія, «Руководство къ Мине-
ралогіи» для гимназій (Спб. 1853); на актѣ Университет-
скомъ 1846 года прочиталъ рѣчь: Ueber die Entdeckung
edler Metalle in Russland, und deren Ausbeute, a на актѣ
1860 года — рѣчь «О гипсометрическихъ отношеніяхъ Ураль-
скаго Хребта»³⁵¹.

Съ 1859 года помощникомъ Гофману явился, въ званіи
приватъ-доцента, магистръ Пузыревскій (Платонъ Алекс-
сѣевичъ), воспитанникъ нашего университета, 28-ми лѣтъ отъ
роду. Окончивъ здѣсь курсъ со степенью кандидата въ 1853
году, онъ подвергся вскорѣ тяжкой болѣзни, которая заста-
вила его отправиться, осенью 1854, въ Неаполь. Тамъ вулкани-
ческий почва окрестностей этого города возбудила въ немъ
особенное расположеніе къ занятіямъ Геологіею, вслѣдствіе
чего, поправившись въ здоровѣ, поѣхалъ онъ для этого въ
Фрейбергскую Горную Академію, гдѣ зимою 1854-55 года
слушалъ курсы профессоровъ Брейтгаупта, Котты, Шерера,
Рихтера и другихъ, а лѣто посвятилъ путешествію по Гер-
маніи, посѣщая преимущественно классическія по Геологіи и
Минералогіиѣ мѣстности. Возвратившись въ отечество, послѣ
двухлѣтняго пребыванія за границею, отправился онъ въ Юж-
ную - Россію чтобы ознакомиться ближе съ геологическимъ
строеніемъ ея каменноугольной и третичной формацій. За-
тѣмъ, защитивъ, въ 1857 году, диссертацію «О составѣ кан-
кринита», удостоенъ онъ былъ отъ нашего университета сте-

— 202 —

нени магистра Минералогії і Геогнозії, і въ следующемъ поступилъ въ него приватъ - дозентомъ по этимъ предметамъ: диссертація его pro venia legendi, подъ заглавіемъ « Незалѣ-данія как которыхъ Русскихъ анатитовъ », напечатана была позже (въ 1860 году) въ Verhandlungen Петербургскаго Минералогическаго Общества, которое въ следующемъ 1861-мъ избрало его своимъ секретаремъ. Въ тѣхъ же Verhandlungen за 1860 годъ напечаталъ онъ и статью свою: Neue Fundorte der Morpholithen in Finnland, и до 1862 года успѣлъ издать переведенныя отчасти имъ самимъ, отчасти подъ его нападоромъ: « Геологическія Картины » Б. Котты, « Исторію Земной Коры » Росмесслера, « Минералогію » Канштедта, и « Практическую Геогнозію » Б. Котты ³⁵².

### VI. Каоведра Ботаники.

Орд. Проф. Бонгардъ занималъ эту каоведру до самой смерти своей, лѣтомъ 1839 года, преподавая тѣ же предметы, и по тѣмѣ же руководствамъ, какъ въ 1836-37 году, и, кролѣ-того, съ 1837 38 читалъ Палеонтологію Растѣній, по Брошіяру, трудами которого наука эта только-что получила тогда прочное основаніе. Упомянуто уже выше что Бонгардъ былъ страстно преданъ своей спеіальности, занимаясь препмущественно Систематикою Растѣній. Къ Систематической Вптаникѣ, и частію къ Ботанической Географіи, относятся и всѣ труды его помѣщавшіеся исключительно въ « Мемуарахъ » Имн. Академіи Наук ³⁵³, въ которую принятъ онъ былъ съ 1830 года. Въ университетѣ нашемъ оставилъ онъ по себѣ память препмущественно заботою о составленіи гербаріевъ. Для практическаго ознакомленія своихъ слушателей съ предметомъ его преподаванія, водилъ онъ ихъ въ Ботаническій Музей Академіи Наукъ, въ устройствѣ котораго принималъ, вмѣстѣ съ Триніусомъ, самое горячее участіе ³⁵⁴.

Годъ по смерти Бонгарда каоведра Ботаники оставалась вакантною, послѣ чего замѣщена она была орд. профессоромъ Шиховскимъ (Цванъ Основичь), 35-ти лѣть отъ роду.

— 203 —

Полакъ по происхождению, и римскій католикъ по вѣроисповѣданію, Шиховскій родился въ Россіи (именно въ Рязаніи), и принадлежалъ ей всею своею дѣятельностію. Изъ Рязанской Гимназіи поступилъ онъ въ Московскій Университетъ, кончилъ здѣсь курсъ въ 1825 году лекаремъ 1-й степени, въ 1827 получилъ степень доктора Медицины, и въ 1828 поступилъ, по желанію, въ Профессорскій Институтъ. Въ Деритѣ посвятилъ онъ себя исключительно изученію Ботаники, и, получивъ тамъ степень доктора Философіи за диссертацію De fructus plantarum phanerogamarum natura (Dorpati, 1832), отправленъ былъ, для дальнѣйшаго усовершенствовательства въ своей спеціальности, за границу. Тамъ работалъ онъ долго всего въ Вѣнѣ, и практически ознакомился съ флорою Средней Европы и части Италіи. По возвращеніи-же изъ пустешествія преподавалъ Ботанику сначала въ Московскомъ Университетѣ, а потомъ и въ тамошней Медицинской Академіи, откуда, въ юлиѣ 1840, переведенъ былъ въ нашъ университетъ. Здѣсь, въ-продолженіе 15 лѣтней профессорской дѣятельности своей, Шиховскій занимался съ особымъ усердіемъ, какъ преподаваніемъ любимой науки, такъ и развитіемъ средствъ порученной ему каоедры. Въ частыхъ ботаническихъ экскурсіяхъ своихъ, иногда весьма далеко — такъ, въ 1846 году путешествовалъ онъ по Финляндіи и Скандинавскому-Полуострову, а лѣтомъ 1849-го ботанизировалъ на островѣ Эзелѣ — прилежно собирать онъ растѣнія, выписывать ихъ, приобретать отъ любителей, и наконецъ разводилъ съ бОльшимъ умѣнемъ, въ скверѣ передъ Университетомъ, который образилъ въ ботаническій садъ. Болѣе 600 видовъ дикорастущихъ произведеній Петербургской флоры могли видѣть и изучать здѣсь его слушатели. Общій-же гербарій Университета, который обязанъ ему настоящею организацією своею, какъ и вообще ботаническій кабинетъ, возросъ при немъ де 20,000 видовъ. Имѣ же устроена была особая комната въ кабинетѣ для помѣщения пѣсколькихъ живыхъ растѣній, для просушки вновь соби-

— 204 —

раемыхъ, и даже для микроскопическихъ наблюдений при по-
мощи единственного имѣвшагося тогда микроскопа. Взглядъ
свой на Ботанику и преподаваніе ея высказалъ Шиховскій еще
вступая на каоведру этого предмета въ Москвѣ (напечатанъ въ
Ж. М. Н. Пр. за 1835 годъ, т. VIII). На лекціяхъ своихъ въ
Петербургскомъ Университетѣ, съ 1840-41 по 1853-54 вклю-
чительно, читалъ онъ постоянно: 1) Органографію, Физіологію
и Патологію Растѣній (по Декандолю, Сентъ-Илеру, Экюсьё,
Шлейдену, Мейену и Моненъ-Тандону); 2) Палеонтологію
Растѣній (по Броньяру, Гепперту, Штернбергу и Унгеру);
3) Обозрѣніе семействъ, родовъ и породъ Петербургской Флоры
(по собств. запискамъ); 4) Исторію Ботаники (по Бишофу и
Шпренгеру). Съ 1843-44 преподавалъ, сверхъ-того, Си-
стематику Растительнаго Царства (по Декандолю и Эндліхеру,
а потомъ по Линдлею), и съ 1845-46, собственно для ка-
мералистовъ — Обозрѣніе растѣній употребительныхъ въ хо-
зяйствѣ (по Мецгеру). По части печатныхъ трудовъ Шихов-
скаго, еще до поѣздки въ Дерптъ перевелъ онъ съ Нѣмецкаго
и напечаталъ въ 1827 году, въ Москвѣ, « Руководство къ Прак-
тической Анатоміи »; потомъ, въ 1837-38 годахъ, тамъ же,
издалъ переводъ Introduction à l'étude de la Botanique Декан-
доля-младшаго, долгое время служившій у насъ лучшимъ руко-
водствомъ для ознакомленія съ Ботаникою. Въ Петербургѣ, въ
1844 году, напечаталъ онъ « Наставленіе о собираніи растѣ-
ній, и систематическая роспись всѣхъ доселѣ извѣстныхъ въ
Россіи деревъ и кустарниковъ»; въ 1845-мъ издалъ, переве-
денную имъ съ Англійскаго, съ дополненіями и приложеніями,
« Теорію Садоводства » Линдлея (1845); написалъ для Универ-
ситетскаго акта 1847 года « Воспоминаніе о Линнеѣ, его уче-
ніи, его школѣ въ Швеціи, и нынѣшнемъ состояніи въ ней
Ботаники»; въ 1852-мъ помѣстилъ въ « Трудахъ » Вольнаго
Эконом. Общества « Описаніе растѣнія Уллюки клубненосной »,
предлагавшейся какъ суррогатъ картофеля; въ 1853-мъ напе-
чаталъ « Руководство къ Ботаникѣ для гимназій » (два тома

— 205 —

съ атласомъ) ³⁵⁵. « Знавшіе близко профессора Шиховскаго — писалъ объ немъ Плетневъ — любили его за готовность содѣйствовать успѣху всякаго ученаго предпріятія. Нрава былъ онъ тихаго, очень набоженъ, и кабинетныя занятія свои предпочтиталъ всѣмъ развлеченіямъ. Можно сказать даже что самою жизнію своею, какъ ратникъ въ бою, пожертвовалъ онъ долгу и службѣ. При явной опасности отъ вечернихъ прогулокъ въ холерное лѣто, онъ не умѣлъ отказать себѣ въ экскурсіи съ Васильевскаго Острова въ Имп. Ботаническій Садъ, для выполненія своихъ завѣтныхъ гербаріевъ, и тамъ застигнутъ былъ эпидеміею, отъ которой, по возвращеніи домой, на другой же день (14-го юля) скончался » ³⁵⁶.

Не легко было Университету найти преемника такому истинному поклоннику и такому достойному ея представителю, какимъ былъ Шиховскій. Нашелся онъ въ лицѣ Ценковскаго (Левъ Семенович), воспитанника нашегоъ же университета, ученика Шиховскаго. Окончивъ курсъ кандидатомъ въ 1844 году, черезъ два года защитилъ онъ, на степень магистра Ботаники, диссертацію подъ заглавіемъ « Нѣсколько фактовъ изъ исторіи развитія хвойныхъ растѣній » (Спб. 1846); а въ концѣ 1847-го отправился, по порученію Имп. Академіи Наукъ, въ Восточную Африку, вмѣстѣ съ Е. П. Ковалевскимъ, коморый командированъ былъ туда, по просьбѣ покойнаго Мехемедъ-Али, для изъелѣдованія золотоносныхъ розсыпей въ верховьяхъ Нила. Въ экспедиціи этой, разстроившей здоровье молодаго натуралиста, но доставившей Академіи богатыя коллекцій зоологическія и ботаническія, пробылъ онъ до начала 1850 года; по возвращеніи, получилъ въ томъ же году мѣсто профессора Естественной Исторіи въ Демидовскомъ Лицеѣ, откуда, въ 1854, имѣя 32 года отъ роду, перемѣщень былъ экстр. профессоромъ въ нашъ університетъ. Здѣсь, окруженный пособіями, которыхъ недоставало ему въ Ярославлѣ, Ценковскій ревностно принялся за ученыя работы. Въ 1855 году напечатаны были его Bemerkungen über Stein's Acineten-Lehre, и Zur Genesis eines

— 206 —

einzelligen Organismus — въ Bulletin'ш Академии Наукъ, a Histo-
logische Studien — въ Botanische Zeitung. Въ 1856 году, удостоенъ
былъ онъ отъ Университета степени доктора Естественных Наук:
докторская диссертация его подъ заглавиемъ «Нисшія водоросли
и инфузоріи» (Спб. 1856) увѣнчана была, въ слѣдующемъ году,
отъ Ими. Академіи Наукъ, какъ изследованіе самостоятельное
и глубокомысленное, половинною демидовскою преміею. Тогда
же отправленъ былъ онъ отъ Университета за границу для
знакомства съ состояніемъ пособій и дѣятелями по своей части
въ Западной Европѣ. По возвращеніи изъ этого путешествія,
читалъ онъ въ 1858-1860 годахъ: 1) Органографію Растѣ-
ній (по Шахту, Гофмейстеру и Шлейдену); 2) Систему Ра-
стительнаго Царства (по собств. запискамъ); 3) Физіологію
Растѣній (по Молю, Принтсгейму, Гофмейстеру и Шахту);
4) Ботанику въ примѣненіи къ Сельскому Хозяйству (для каме-
ралистовъ), и, сверхъ-того, упражнять своихъ слушателей въ
микроскопическихъ изследованіяхъ. Въ противоположность съ
Шиховскимъ, налегавшимъ на систематику, Ценковскій пре-
мущественное вниманіе обращать на морфологію. Усиленные
занятія не могли содѣйствовать къ поправленію разстроеннаго
здоровья молодаго ученаго, и въ 1861 году, онъ, къ сожа-
лѣнію, оставилъ Университетъ. Ученые труды его за это по-
стѣднее время были: Rhizidium Confervae glomeratae (въ Bot.
Zeit. за 1857); Die Pseudogonidien (въ Pringsheim's Jahrbü-
cher, B. I, 1858); Ueber meinen Beweis für die generatio
primaria (въ Bulletin'ш Ими. Академіи Наукъ за 1858) и Ueber
einige parasitische Bildungen auf Crustaceen und einigen Insekten-
larven (въ Bot. Zeit. за 1861) <sup>357</sup>.

За выбытіемъ Ценковскаго, приняты были въ Универси-
тетъ, въ 1861 году, по каеєдрѣ Ботаники: экстраорд. про-
фессоромъ — Бекетовъ (Андрей Николаевичь), и преподава-
теремъ — Фаминцынъ (Андрей Сергѣевичь).

Первый изъ нихъ прошелъ черезъ разные испытанія жизни,
и, подобно многимъ извѣстнымъ людямъ, не скоро понялъ на

— 207 —

свою настоящую дорогу. Уроженецъ Пензенской Губерніи (род.
въ 1825 году), первоначальное образованіе получилъ А. Н. Бе-
кетовъ 1-й Петербургской Гимназіи, по окончаніи курса
въ которой вступилъ (въ 1842) въ нашъ университетъ на
факультетъ Восточной Словесности; но изъ II-го курса пере-
шелъ въ военную службу, въ которой оставался два года, а
затѣмъ вышелъ въ отставку, и переселился въ Казань, гдѣ
прослушавъ 3-лѣтній университетскій курсъ по разряду Есте-
ственныхъ Наукъ, получить (въ 1849) степень кандидата,
и въ слѣдующемъ году уѣхалъ въ Тифлисъ на мѣсто старшаго
учителя означенныхъ наукъ въ тамошней гимназіи. Въ-про-
долженіе 5-лѣтняго пребыванія за Кавказомъ, близко позна-
комился онъ съ флорою окрестностей Тифлиса, и для изученія
края въ ботаническомъ отношеніи посѣщалъ Кахетію, Имере-
тію и Гурію. Собранные матеріалы позволили ему обработать
и напечатать въ 1853 году, въ Петербургѣ, «Очеркъ Тифлис-
ской Флоры, съ описаніемъ Лютиковыхъ ей принадлежащихъ»,
трудъ послужившій диссертаціею, по защищеніи которой и
получилъ онъ, въ томъ же году, отъ нашего университета сте-
нень магистра Ботаники. Вскорѣ затѣмъ оставилъ онъ Тиф-
лисъ, и поселился въ Москвѣ, гдѣ, въ-продолженіе трехъ
лѣтъ, пріобрѣталъ средства для существованія преимущественно
литературными трудами, а въ 1858 году, по защищеніи дис-
сертаціі «О морфологическомъ соотношеніи листовыхъ частей
между собою и со стеблемъ» (Спб. 1858), труда который
явился потомъ во Французскомъ и Нѣмецкомъ переводахъ, удо-
стоенъ былъ отъ Московскаго Университета степени доктора
Естественныхъ Наукъ. Въ слѣдующемъ году поступилъ онъ
адъюнктомъ на кафедру Ботаники въ Харьковскій Универси-
тетъ, гдѣ избранъ былъ потомъ въ экстраординарные профессу-
ры, а въ 1861 году, перешелъ оттуда, какъ сказано, въ
нашъ университетъ, успѣвъ напечатать между тѣмъ: 1) «Бо-
таническіе учёки» (Москва, 1858); 2) «Климатъ Европ-
нейской Россіи» (въ «Русскомъ Вѣстникѣ» за 1858 годъ);

— 208 —

3) «Гармонія въ природѣ» (тамъ же, за 1859 г.); 4) Notice sur la germination (въ Bulletin des naturalistes de Moscou, за тотъ же годъ); 5) «Курсъ Медикохирургической Ботаники составленный по Нѣмецкому подлиннику Шлейдена» (Харьковъ, 1860); 6) «Ботаническія бѣсѣды Ауэрсвальда и Россместера, переведенные въ примѣніи къ отечественной флорѣ» (Спб. 1861); и 7) «Картины растительности земнаго шара, составленныя по Нѣмецкому подлиннику Рудольфа» (Москва, 1861) 358.

Фаминцинъ (род. въ 1835) принадлежить нашему университету впопѣ: кончивъ здѣсь курсъ кандидатомъ по ряду Естественныхъ Наукъ въ 1857 году, и помѣстивъ во второмъ выпускѣ «Студентскаго (борника» статью: «Организмы на границѣ животнаго и растительнаго царствъ», отправился онъ въ следующемъ году въ Германію и Францію, гдѣ, подъ руководствомъ тамошнихъ знаменитостей по Ботаникѣ, и занимался этимъ предметомъ до конца 1860 года, въ которомъ напечатаны двѣ его работы: Untersuchungen über das Reifen der Trauben, и Beiträge zur Kenntniss der Valonia utricularis (въ Bot. Zeit.) Первая, въ Русскомъ изложеніи («Опытъ химико-физіологическаго изследованія надѣ созрѣваніемъ винограда»), представлена была имъ какъ магистерская диссертація, и въ 1861 году получилъ онъ у насъ степень магистра Ботаники; къ чтенію - же лекцій по Физіологіи Растѣній допущенъ былъ еще со втораго семестра 1860-1861 академическаго года 359.

### VII. Каеведра Зоологіи.

Записаема была С. С. Куторгою (съ 1837 года въ званіи ординарнаго, съ 1858 — въ званіи заслуженнаго профессора) до самой кончины его въ апрѣлѣ 1861 года; и неутомимый профессоръ этотъ, постоянно держа свои лекціи въ уровень съ успешными науки, и внося въ нихъ результаты собственныхъ наблюденій и изследованій, долгое время столь же постоянно разнообразилъ ихъ спеціальными курсами по той или другой части своего предмета, чему далеко

— 209 —

не стідовали въ то время прочіе преподаватели. Читалъ онъ:
1) Зоотомію (сначала по Карусу, потомъ по Руд. Вагнеру) въ 1836-1848 годахъ; 2) Систему Животнаго Царства (сначала по Кювье, потомъ по Вигеману и Руте, и наконецъ по Hoeven'у) съ 1837 по 1861; 3) Палеонтологію Животнаго Царства, или, какъ называлась она у него сначала, Зоологію Первобытнаго Міра (по Голлю, потомъ по Бокланду, потомъ по Бронну, и наконецъ по Квенштедту) въ 1838-43 и въ 1848-61; 4) Исторію Развитія Животныхъ (сначала по Бурдаху, потомъ по наблюдениямъ Ратке, Бера, Пуркинье и Валентина) въ 1836-1837, въ 1838-43, и въ 1844-45; 5) Сравнительную Анатомію (по Станну и Зибольду, а по слѣдній курсъ по Гегенбауеру), въ 1849-61; 6) Анатомію Человѣка (по Арнольду) въ 1848-49; 7) Естественную Исторію Человѣка (по Притчарду) въ 1843-44 и 1845-46; 8) Естественную Исторію Слизняковъ (по Бленвилю) въ 1836-1837; 9) Естественную Исторію Полиповъ Ежекожныхъ (echinodermata), по тому же автору, въ 1837-38; 10) Естественную Исторію Полиповъ и Коралловъ (по Бленвилю и Эренбергу) въ 1843-44; 11) о Насѣкомыхъ, препмущественно лѣсныхъ (по Бурмейстеру и Ратцебургу), въ 1845-46. — Читая обыкновенно не менее 8 часовъ въ недѣлю, располагалъ онъ свои лекціи такимъ образомъ чтобы студенты на первыхъ двухъ курсахъ успѣвали прослушать Сравнительную Анатомію и Систему Животнаго Царства, а на последнихъ двухъ — Палеонтологію и двѣ или три спеціальные отрасли Зоологіи. Чтобы достойно оцѣнить энергичность преподавательской дѣятельности Куторги, должно принять во вниманіе что у него не было ни адъюнкта, ни даже консерватора; что Кабпнетъ Зоологическій нашелъ онъ въ самомъ жалкомъ положеніи, и не могъ улучшить его значительно изъ отпускавшихся ежегодно на этотъ предметъ 143 р. с.; что коллекціи зоотомической, равно- какъ и коллекціи палеонтологической, не существовало вовсе: что, наконецъ, по отсутствію въ Университетѣ меди-

14

— 210 —

цинскаго факультета, приходилось въ курсъ Сравнительной
Анатомии включать также анатомію человѣка. Несмотря на
такой недостатокъ въ средствахъ и помощи, Куторга съумѣть
осуществить принятый имъ широкій планъ преподаванія съ
полнымъ успѣхомъ. Существовавшія до него небольшія кол-
лекціи различныхъ животныхъ онъ привелъ въ порядокъ и по-
полнилъ, на сколько это было возможно; препараты потребные
для лекціи Сравнительной Анатоміи частію приготовилъ самъ,
или давалъ приготовлять, подъ своимъ руководствомъ, студен-
тамъ, частію выписалъ изъ Парижа, и такимъ образомъ по-
ложилъ основаніе зоотомической коллекціи. Точно также соб-
ственными трудами составилъ небольшое собраніе палеоцетоло-
гическое; и, наконецъ, всѣ пробѣлы въ коллекціяхъ посто-
янно старался понолять, при чтеніи лекцій, рисунками заим-
ствованными изъ лучшихъ спеціальныхъ сочиненій. Кромѣ
того, препмущественно въ первые годы профессорской дѣ-
тельности С. С. Куторги, нерѣдко назначаемы были имъ еще
особы часы для практическихъ занятій со студентами по раз-
нымъ отраслямъ Зоологіи. Да и вообще въ первый периодъ
этой дѣятельности, до 1848 года, онъ удѣлялъ Зоологіи за-
мѣтно больше времени и болѣе разнообразилъ свои чтенія,
чѣмъ послѣ того. Начатыя имъ съ 1846 года ежегодныя ге-
ологическія экскурсіи, и полученная затѣмъ, въ 1848 году,
каоведра Минералогіи и Геогнозіи при Главномъ Педагогиче-
скомъ Институтѣ, отымали у него много времени, и уже не
позволяли ему посвящать всѣ силы, по-прежнему, одной своей
университетской каоведрѣ. Кромѣ рѣдкаго знанія дѣла, и го-
рячей къ нему любви, С. С. Куторга обладалъ и превосход-
ными преподавательскими способностями: умѣть излагать пред-
меты самые трудные и самые запутанные вопросы необыкно-
венно ясно и отчетливо. Его оживленная, звучная и плавная
рѣчь виолинъ приковывала къ себѣ вниманіе слушателей, и
увлекала ихъ до того что часы его чтеній нерѣдко казались
минутами. Понятно, потому, что на лекціи его стекались

— 211 —

часто и студенты другихъ факультетовъ. Но главное достоинство С. С. Куторги, какъ преподавателя, заключалось, помимо всего сказаннаго, въ томъ что онъ вселялъ въ своихъ слушателей глубокое уваженіе къ труду, и сильное расположеніе къ производству самостоятельныхъ изследованій: во многихъ изъ учениковъ его никогда не изгладится благодарное воспоминаніе о той нравственной и научной поддержѣ, которую находили они въ его лекціяхъ и бѣсѣдахъ. Что касается до собственно ученной дѣятельности С. С. Куторги, то она проявлялась, съ одной стороны, въ путешествіяхъ которыя предпринималъ онъ стъ учеными цѣлами, съ другой — въ многочисленныхъ спеціальныхъ и популярныхъ трудахъ, имъ издававшихся. Не считая геологическихъ экскурсій по окрестностямъ Дерпта, и семи-мѣсячной поѣздки по Крыму въ 1833 году, о которой уже упомянуто, онъ въ 1839 году скѣлалъ путешествіе въ Парижъ, Германію и Швейцарію, гдѣ принялъ дѣятельное участіе въ съѣздѣ Швейцарскихъ натуралистовъ, имѣвшемъ тогда мѣсто въ Золотурнѣ; а съ 1846 по 1857 годъ постоянно посвящалъ лѣтніе мѣсяцы геологическимъ изследованіямъ частію въ Петербургской, Новгородской, Олонецкой и Исковской губерніяхъ, частію въ губерніяхъ Прибалтійскихъ и Южной Финляндіи. Плодомъ экскурсій этихъ и кабинетныхъ занятій были слѣдующіе, съ 1836 года, труды его: а) по части Зоологіи: 1) «Естественная история наливочныхъ животныхъ, составленная по Эренбергу», съ атласомъ (Спб. 1839). Вторымъ, пополненнымъ изданіемъ трудъ этотъ вышелъ на Немецкомъ языке (Naturgeschichte der Infusionsthierchen. Carlsruhe, 1841); 2) Zur Naturgeschichte der Phoca communis (въ Bulletim de la Société des Naturalistes de Moscou, за 1839 годъ); 3) Zwei Beobachtungen der Knochenbrüche bei den Heerschneppfen (тамъ же, въ томъ же году); b) по части Гео-логіи и Палеонтологіи: 4) Zweiter Beitrag zur Geognosie und Palaeontologie Dorpats und seiner Umgebungen, въ 1837; 5) Beitrag zur Kenntniss der organischen Ueberreste des

14*

— 212 —

Kupfersandsteins am westlichen Abhang des Urals, въ 1838;
6) Erster, Zweiter und Dritter Beitrag zur Palaeontologie Russ-
lands, въ 1842-1846; 7) Neue Orthisarten, въ 1843;
8) Mineralogische Berichte von Russland, въ 1846-51;
9) Ueber die Siphonohreteae, въ 1850; 10) Geognostische
Beobachtungen im südlichen Finnland, въ 1851; 11) Berichte
über die Fortschritte im Bereiche der Mineralogie, Geognosie,
Palacontologie und mineralogischen Chemie in Russland, für
1851 und 1852. Почти всё эти статьи помѣщены въ Ver-
handlungen Петербургскаго Минералогическаго Общества, из-
даніи которое вызвано было къ существованію самимъ же
Куторгою, членомъ этого общества съ 1834, и директоромъ
его съ 1842 года до конца жизни. Изъ другихъ геологическихъ
сочиненій его, слѣдующія могутъ служить образцами популяр-
наго изложения научныхъ предметовъ: 12) «Геологическій
очеркъ дороги къ водопаду Иматра» (въ «Библіотекѣ для Чте-
нія» за 1849 годъ); 13) «Геологъ-путеводитель по Финлянд-
скимъ берегамъ, и островамъ Ладожскаго-Озера и Финскаго-
Залива» (тамъ же, за 1851 годъ); и 14) «Естественная исторія
земной коры» (Спб. 1855). Самый замѣчательный геологиче-
скій трудъ С. С. Куторги, это его 15) «Геологическая Карта
С Петербургской Губерніи» (масштабомъ 10 верстъ въ дюй-
мѣ), изданная въ 1852 году, и увѣнчанная отъ Имп. Академіи
Наукъ Демидовскою преміею. Каль только что къ картѣ этой
не успѣлъ онъ издать описанія, надъ которымъ много рабо-
талъ, какъ извѣстно изъ отчетовъ его Совѣту Университета.
Изъ общихъ естественно-историческихъ статей С. С. Куторги,
номѣщенныхъ большею частію въ журналахъ, наибольшаго
вниманія заслуживаютъ: 16) Einige Worte gegen die Theorie
der stufenweise Entstehung der organischen Wesen der Erde—
рѣчъ произнесенная въ 1839 году на съѣздѣ Швейцарскихъ
патуралистовъ, и въ томъ же году нанечатанная въ Боннѣ;
17) «О системѣ Лафатера и Галия» (въ «Библ. для Чтенія»
за 1845 годъ); 18) «Нога и рука человѣка» (тамъ же и

— 213 —

тогда же); 19) «Общій законъ появленія, существованія и исчезанія организмовъ» (тамъ же, за 1850 г.); 20) «О про-пезжденіи камней» (въ Журналѣ М. Н. Просв. за 1860). Вообще, лекціями своими и сочиненіями С. С. Куторга имѣлъ огромное влияніе на широкое и прочное развитіе котораго въ послѣднее время Естественные Науки успѣли достигнуть въ Россіи: имя его, потому, всегда будетъ занимать почетное мѣсто не только въ лѣтописи нашего университета, но и въ исторіи Русскаго просвѣщенія. Сдѣлалъ - бы онъ несомнѣнно и еще болѣе, если бы благоприятнѣе къ нему была жизнен-най его обстановка, и рѣже случалось ему встрѣчаться въ дѣятельности своей со всякойго рода недостатками, равноду-шіемъ, недоброжелательствомъ и даже завистью ³⁶⁰.

ИСТОРИКО - ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТЪ.

I. Каөедра Всеобщей Исторіи.

Преподаваніе этого предмета раздѣлено было съ 1836-37 года, какъ видѣли мы, между орд. проф. И. П. Шульгинымъ и адъюнктомъ М. С. Куторгою. Первый изъ нихъ, съ 1837-38 года до самаго выхода своего изъ Университета въ концѣ 1843, ограничивался чтеніемъ «Исторіи трехъ послѣднихъ столѣтій» по изданной имъ въ 1832 году книжкѣ объ этомъ предметѣ. Сверхъ того, въ 1837 году напечаталъ онъ «Изображеніе характера и содержанія первыхъ десяти вѣковъ Новой Исторіи», а въ слѣдующемъ 1838 вышло второе, пе-реработанное изданіе обоихъ трудовъ, которому Имп. Академія Наукъ присудила половинную Демидовскую премію ³⁶¹.

Лекціи М. С. Куторги явились по каөедрѣ Всеобщей Исторіи такою же живительною и плодотворною новостію, какъ чтенія брата его С. С. Куторги по каөедрѣ Зоологіи. Посту-нивъ изъ студентовъ университета нашего въ Профессорскій Институтъ въ 1827 году, пробылъ онъ въ Дерптѣ до начала

— 214 —

1833, и защитил диссертацию: De tribibus Atticis communique cum regni partibus nexu (Dorpati, 1832), получил тамъ степень магистра Философии. Отправленный затѣмъ, для дальнейшаго усовершенствованія въ своей спеціальности, за гранiccу, Куторга слушалъ лекціи въ Нарихѣ, Гейдельбергѣ, Мюнхенѣ, но большую часть двухгодичнаго пребыванія своего въ чужихъ краяхъ провелъ въ Берлине. Критическая школа Инибура находилась тогда въ полномъ развитіи. По направленію имъ указанному, трудились тамъ съ жаромъ надъ разработкою исторіи вообще и древней въ-особенности. Древній міръ все болѣе и болѣе терялъ ту чуждую, непонятную для насъ оболочку, въ которой представлялся дотолѣ ученымъ, и начиналъ являться въ ясныхъ, живыхъ, опредѣленныхъ чертахъ; политическій быть и учрежденія, созданія народнаго творчества, языкъ, религія Древнихъ, все подвергалось анализу, все возсоздавалось и объяснялось путемъ строгой исторической критики. Этимъ новымъ научнымъ направленіемъ, не только не проникавшимъ въ Нестербургскій, но малоизвѣстнымъ тогда и въ Деритскомъ университетѣ, проникался нашъ молодой ученый, обладавшій уже богатымъ запасомъ положительныхъ свѣдѣній, и предался, вслѣдствіе того, преобладавшему въ Германіи изученію древняго міра съ жаромъ который не оставляетъ его до сихъ поръ, и приобрѣлъ ему почетное мѣсто между современными элленистами. По возвращеніи изъ-за границы въ 1835 году, былъ онъ тогда же принятъ въ нашъ университетъ, сначала преподавателемъ, а затѣмъ адъюнктомъ по каоедрѣ Всеобщей Исторіи, и получилъ на долю свою чтеніе Древней и Средневѣковой Исторіи. Въ 1838 году, по защищеніи диссертации «Колъина и сословія Аттическія» (Спб. 1838), которая тотчасъ же нереведена была на Французскій языкъ Шопеномъ, и издана въ Нарихѣ 361, получилъ М. С. Куторга степень доктора Философіи, и вслѣдъ затѣмъ званіе экстраординарнаго профессора; ординарнымъ избранъ былъ въ 1844. Появленіе его на каоедрѣ Всеобщей Исторіи было, какъ уже замѣчено, эпохою.

— 215 —

Во взгляде его на требованія университетскаго преподаванія не было ничего общаго съ гимназическими взглядами и пріемами его предшественниковъ по каеведрѣ. Источники и література предмета съ критическою ихъ оцѣнкою не входили вовсе въ ихъ планъ: у Куторги составили они основу его чте- ній. Несовмѣстнымъ съ критическою методою имъ усвоенною представлялось также и слѣдованіе какимъ-либо учебникамъ, которыми они руководствовались: не останавливаясь на изло- женіи общеизвѣстныхъ фактовъ, онъ, вмѣсто того, сталъ зна- комить слушателей съ различными господствующими и господ- ствовавшими научными на нихъ воззрѣніямъ, старался пока- зать связь этихъ фактовъ съ предшествующими и послѣдую- щими явленіями, освѣтить ихъ, разъяснить ихъ значеніе, и представить такимъ образомъ живую и ясную картину посте- неннаго развитія человѣческаго общества. Сначала, пока еще не былъ полнымъ хозяиномъ своей каеведры, читалъ онъ и Древ- нюю, и Средневѣковую, и Новую Исторію въ болѣе или менѣе полномъ объемѣ; въ-послѣдствіи-же его курсѣ Греческой Исто- ріи обнималъ обыкновенно только IV и V столѣтія, со введе- ніемъ въ которомъ излагалось вліяніе Востока на Грецію; въ курсѣ Римской Исторіи ограничивался онъ первыми двумя сто- лѣтіями Республики, т. е. борьбою патриціевъ съ плебелими; въ курсѣ Средневѣковой Исторіи — феодальною системою, ед- ностроеніемъ, развитіемъ и учрежденіями; въ курсѣ Новой Исторіи — событиями XVIII столѣтія до Семптѣтней Войны. Сверхъ того, въ послѣдніе годы читалъ «Введеніе въ Науку Исторіи». Не грузъ именъ и чиселъ выносили слушатели изъ его аудиторіи, а знакомились, на означенныхъ вопросахъ, съ методомъ научныхъ занятій, съ требованіями научнаго изслѣ- дованія. Такое преподаваніе, при дарѣ изложения, естественно привлекало слушателей, и, возбуждая въ нихъ самодѣятельность, располагало къ самостоятельному занятію предметомъ. Чтобы поддержать и укрепить это расположеніе, М. С. Куторга, сверхъ лекцій въ Университетѣ, завелъ, съ конца сороковыхъ

— 216 —

годовъ, особыя вечернія обѣжды у себя на дому, собственно для
студентовъ желавшихъ посвятить себя исключительно изучению
Исторіи. Тутъ, подобно тому какъ въ « семинарияхъ » у Гер-
манскихъ профессоровъ, занимался онъ спеціальнымъ разборомъ
отдѣльныхъ историческихъ вопросовъ, задавалъ темы студен-
тамъ для разработки. разбиралъ сочиненія которые они пред-
ставляли, и такимъ образомъ на- дѣлѣ знакомить молодыхъ
людей съ требованіями и приемами исторической критики. Эти
старанія профессора не остались безплены; не только нѣко-
торые изъ трудившихся въ его семинарии сами заняли въ-по-
слѣдствіи университетскія кафедры исторіи: строго научнымъ
направленіемъ своимъ обязаны лекціямъ его даже труды мно-
гихъ изъ его слушателей избравшихъ себѣ иныя спеціальности.
Заслуги М. С. Куторги, какъ профессора, останутся, поэтому,
нарѣсѣда памятными для Университета. Какъ ученый, онъ
первый изъ Русскихъ сталъ разработывать самостоятельно
классическую древность, подвергая ее, какъ кабинетному
въ текстахъ, такъ и мѣстному въ памятникахъ, изученію и
изъѣдванію. Съ этой последней цѣлю, совершилъ онъ въ
1859 году, на счетъ Министерства Нар. Просвященія, ученое
путешествіе по Греціи, Малой-Азіи и Египту, и, только-что
возвратившись изъ этого путешествія, въ началѣ 1861 года
отправились вновь въ тѣже страны для продолженія начатыхъ
изысканій. Плодомъ ученыхъ работъ его имѣемъ цѣлый рядъ
сочиненій на отечественномъ и пностранныхъ языкахъ, кото-
рья иріобрѣли автору ихъ почетную извѣстность какъ между
Русскими, такъ и между заграничными учеными. Вотъ списокъ
тѣмъ изъ трудовъ которые издалъ онъ до закрытія Универси-
тета въ 1861 году: 1) «Политическое устройство Германцевъ до
VI столѣтія» (Спб. 1837); 2) «Историческія воспоминанія путе-
шественника: Версаль» (Спб. 1839); 3) «О собраніи назы-
ваемомъ Notitia dignitatum Imperii Romani» (Спб. 1839); 4)
«.Лудовикъ XIV. Историческій очеркъ» (Спб. 1843); 5)
«О поэтической и философской сторонѣ Афинской образован-

— 217 —

ности» — рѣш. читанная на университетскомъ актѣ 1843 года; 6) «Исторія Аөинской Республики отъ убіенія Иниарха до смерти Мильтіада» (Спб. 1848) — трудъ получившій поло-
винную Демидовскую премію; 7) «Исторія папской власти до
Карла-Великаго, и возстановленіе Западной Римской Имперіи»
(Спб. 1850); 8) Die An&sichten des Dikäarchos über den
Ursprung der Gesellschaft, nebst der Erklärung seines Frag-
ments bei Stephanos von Byzanz s. v. πάτρα; 9) Beiträge
zur Erklärung der Vier ältesten attischen Phylen: обѣ послѣд-
нія статьи помѣщены въ Bulletin de la classe des sciences
historiques, philol. et polit. de l'Acad. Imp. des sciences de
St. Petersbourg, t. VIII, 1850 1851; 10) «Периклъ.
Историческій очеркъ».(Спб. 1851); 11) «Объ историческихъ
трудахъ Ранке» (Спб. 1851); 12) «Критическія розысканія
о законодательствѣ Алкмэонида Клисөена» (въ III-й книгѣ
«Пронилеевъ». Москва, 1853): на Нѣмецкомъ языкѣ по-
мѣщены въ бюллетенѣ Им. Академіи Наукъ за 1854 годъ; 13)
«Хронологическія розысканія относящіяся къ событиямъ Пер-
сидскихъ Войнъ» — напечатаны при университетскомъ актѣ
1853 года; въ 1858 году, тоже сочиненіе, нѣсколько измѣ-
пенное и дополненное, вышло въ Петербургѣ, подъ заглавіемъ:
«Персидскія Войны. Критическія изслѣдованія о событияхъ этой
эпохи древней Греческой Исторіи»; въ 1861 году, оно же,
опять съ нѣкоторыми измѣненіями, вышло на Французскомъ
языкѣ въ Mémoires presentés par divers savants à l'Acade-
mie des Inscriptions et Belles-lettres (t. VII), озаглавленное:
Recherches critiques sur l'histoire de la Grèce pendant la pé-
riode des guerres mèdiques; 14) «О раздѣленіи собственности
въ Аөинахъ, и о Трапезитахъ» — напечатано въ Универси-
тетскомъ актѣ 1858 года; затѣмъ, въ нѣсколько измѣнен-
номъ видѣ, статья эта читана была, въ 1859 году, въ Aca-
demie des sciences morales et politiques, и напечатана въ
Compte rendu этого отдѣленія Института, подъ заглавіемъ: Essai
historique sur les trapézites ou banquiers d'Athènes, precédé

— 218 —

d'une notice sur la distinction de la propriété chez les Athéniens; 15) Le parti persan dans la Grèce ancienne, et le procès de Thémistocle — въ Mémoires présentés par divers savants à l'Académie des Inscriptions et Belles-lettres (1860); 16) Les villes de Cyrtanes et de Corsia, et les ruines d'Halae — въ Revue Archéologique за 1860; 17) Examen de la disertación de R. Bentley sur l'authenticité des lettres de Thémistocle (Paris, 1861) ³⁶²

Въ 1838 году положено было преподавать Всеобщую Историю для юристовъ отдельно отъ филологовъ: лекціи для первыхъ предоставлено было читать Куторгъ, а для преподаванія предмета послѣднимъ приглашенъ былъ временно ученикъ Шу.льгии, учительствовавшій во второй здѣшней гимназіі, А. В. Шакьевъ. Онъ оставался при Университетѣ только въ-теченіе 1838-39 учебнаго года, и былъ уволенъ съ возвращеніемъ изъ-за границы готовившагося тамъ по Исторіи профессоранта Касторскаго.

Касторскій (Михайлю Нвановичь) былъ однимъ изъ отличнѣйшихъ воспитанниковъ Гл. Недагогическаго Историтута по возобновленіи его въ 1828 году. Еще не оставляя этого заведенія, написалъ уже онъ «Исторію Нерона, излюженную по Светонію и Таціту», и перевелъ съ Англійскаго «Письма леди Рондо, супруги Англійскаго резидента въ Россіи, въ царствованіе императрицы Анны Юанновны» (Спб. 1836). Отправленный за границу, въ Берлинскомъ Университетѣ посвящалъ онъ время свое преимущественно изученію Исторіи съ ея вспомогательными науками, пользуясь лекціями Ранке, Вилькена, Раумера, Бёка, Габлера и Мишелё (по Исторіи Философіи). Одинъ изъ первыхъ между учеными нашими сознавъ потребность познакомиться ближе съ судьбою единоплеменныхъ намъ Славянскихъ народовъ, онъ еще въ Берлинѣ принялся за изученіе Чешскаго языка, и затѣмъ, въ 1837 году, переѣхавши въ Прагу, занимался тамъ, подъ руководствомъ Шафарика, еще Сербскимъ языкомъ и Славян-

— 219 —

скими древностями. Плодомъ этихъ занятій была тогда же
статья « О новѣйшей Чешской литературѣ » (въ Ж. М. Н.
Пр. ч. XVIII) и « Переводъ нѣ которой части Сербскихъ нѣ-
сень, изданныхъ Караджичемъ ». По возвращеніи изъ-за гра-
ницы, въ 1838 году, опредѣленъ онъ былъ въ университетъ
нашъ, будучи 29-ти лѣтъ отъ роду, адъюнктомъ по каеедрѣ Все-
общей Исторіи, и вмѣстѣ-съ-тѣмъ поручено ему было, вре-
менно, чтеніе лекцій по каеедрѣ Исторіи и Литературы Сла-
вянскихъ Народовъ. Для пробной лекціи написано было имъ
разсужденіе « О вліяніи Карловингской династіи на Славянскія
племена » (напеч. въ Курі. М. Н. Пр. ч. XXIV), а степень
доктора приобрѣлъ онъ, въ 1841 году, сочиненіемъ « Очеркъ
Славянской Миоологіи », значительно содѣйствовавшимъ къ
разъясненію этого, тогда еще почти непочатаго, предмета. Съ
1850 года до конца университетской службы оставаясь экстра-
ординарнымъ профессоромъ по каеедрѣ Всеобщей Исторіи, Ка-
сторскій, преподаваніемъ своимъ этого предмета для юристовъ
(филологамъ читалъ Куторга), по отзывамъ слушателей его,
маю содѣйствовалъ развитію въ нихъ вкуса къ историческимъ
занятіямъ: обладая огромною памятью фактовъ, онъ не любилъ
углубляться въ связь и внутреннее значеніе этихъ фактовъ:
Исторія была для него, такъ - сказать, энциклопедическимъ
словаремъ, куда сносилось безразлично все что попадалось
подъ-руку, безъ разбора, безъ оцѣнки, безъ соотвѣтственнаго
пріуроченія и освѣщенія. Да и отношенія его къ слушателямъ
были постоянно-оффиціальные: частнымъ образомъ не обра-
щался къ Касторскому, за совѣтомъ и.ш указаніемъ, никто изъ
нихъ, несмотря на обширную его начитанность и основатель-
ное классическое образованіе. Кромѣ Древней, Средневѣковой
и Новой Исторіи, преподавалъ онъ еще, въ-теченіе нѣсколь-
кихъ лѣтъ, Древнюю Географію. Съ 1854 года ограничи-
вался онъ одною Исторіею Древняго Міра, но зато читалъ
особый курсъ « о вспомогательныхъ историческихъ наукахъ »,
а въ 1857 1860, сверхъ того, « Обозрѣніе Русской Исторіи

— 220 —

отъ первыхъ историческихъ свѣдений до конца XVIII вѣка». Изъ трудовъ Касторскаго въ-продолженіе его профессуры начечатаны: 1) «Руническая надпись на Варашевскомъ камни»; 2) «О пѣсняхъ Южныхъ Славянъ, собранныхъ Вразомъ, Дундеромъ и Чайковскимъ»; и 3) «Историческія судьбы Русскаго Закавказья въ древнія времена» (всѣ три въ «Журналѣ М. Н. Просвѣщенія», томы XXV, XXVIII и LXXVI). Но бдільшая часть и притомъ важнѣйшихъ его трудовъ осталась въ рукописи: таковъ его переводъ съ Греческаго «Метафизики» Аристотеля, съ примѣчаніями, о которомъ знатоки дѣла отрывались съ большою похвалою; переводъ на Латинскій «Древней Русской. Пѣтопись» по новымъ Русскимъ изданіямъ, для доставленія возможности пользоваться ею западнымъ ученымъ, и т. д. 363.

Съ 1852 года труды Куторги и Касторскаго по преподаванію Исторіи облегчены были принятымъ въ Университетъ, въ званіи доцента, доктора Стасюлевича (Михайло Матвєевичъ), 25-ти лѣть отъ роду. Воспитанникъ нашего университета выпуска 1847 года, въ 1849 году получилъ онъ у насъ же, защитивъ диссертацію «Объ Лонской ігемоніи», степень материстра Всеобщей Исторіи, а въ 1851-мъ и степень доктора, за диссертацію «Ликургъ Лонскій». Pro venia legendi представленъ былъ имъ трудъ: «Защита Кимонова мира» (Спб. 1852). Въ 1853 избранъ онъ былъ въ адъюнкты, и до 1856 читалъ Исторію Среднихъ Вѣковъ отъ Крестовыхъ Походовъ до XVI столѣтія, а въ 1856 командированъ за границу, и въ-теченіе двухлѣтняго пребыванія тамъ посѣтилъ Италію, Францію, Англію и Германію, осматривая музеи искусствъ и древностей, и слушая лекціи въ Парижѣ, Гейдельбергѣ, Боннѣ и Берлини. Избранный, по возвращеніи изъ-за границы, въ экстарординарные профессоры, преподавалъ онъ, съ 1858 года до выхода своего изъ Университета въ концѣ 1861-го, опять Исторію Среднихъ Вѣковъ, излагая ежегодно одинъ какой-либо периодъ, причемъ, для ближайшаго ознакомленія слуша-

— 221 —

телей съ жизнью и воззрѣніями разсматриваемаго времени,
читалъ отрывки изъ писателей служащихъ источниками; кромѣ
того, держалъ и курсы спеціальные, посвящавшіеся разбору
источниковъ: такъ въ 1858-59 разбираłъ сочиненіе Ліутпраіда
De legatione Constantinopolitana; въ 1859-60 — « Ассизы Іеру-
салимскаго-Королевства », и читалъ «Исторію происхожденія
Англійскаго Парламента», а въ 1860-61 — очеркъ философ-
ско-историческихъ системъ, подъ названіемъ «Історіоматія въ
ея связи съ общимъ развитіемъ цивилизаціі». Кромѣ помя-
нутыхъ диссертацій, «напечаталъ до выхода изъ Университета
слѣдующія книги и статьи: 1) «Критическія изслѣдованія о
рѣчи Иперида противъ Демосоена, найденной недавно въ Еги-
истскихъ катакомбахъ» (въ «Совр. Иѣтописи» за 1850 годъ);
2) «Облака, комедія Аристофана, и ея историческое значеніе»
(Спб. 1851); 3) «Святой Бернардъ, аббатъ де Клерво» (Спб.
1853); 4) «Осада и взятіе Византіи Турками» (Спб. 1854);
5) «Общий курсъ Исторіи Среднихъ Вѣковъ» (Спб. 1856);
6) «Александръ Авонотихитъ и его время» (въ Журналѣ
М. Н. Просв. за 1856 годъ); 7) «Ахенъ, и его историческіе
памятники эпохи Карловинговъ (ibid.); 8) «Ахенскій ратгаузъ,
и историческая замѣтка въ его лѣтонисяхъ о трехдневномъ пре-
бываніи Петра-Великаго въ Ахенѣ» (ibid); 9) «Новыя бани въ
Номпеѣ, открытыя въ 1855 и 1856 годахъ» (ibid. за 1857 годъ);
10) «Годичные акты средневѣковыхъ университетовъ въ связи
ихъ съ эпохою Возрожденія» (ibid.); 11) «О руководствахъ къ
студентской жизни въ Средnie Вѣка» — статья, вмѣсто рѣчи,
для университетскаго акта 1859 года; и 12) «О провин-
ціальномъ бытѣ Франціи въ эпоху Лудовика XIV» (въ «Отс-
чественныхъ Запискахъ» за 1859 годъ) ³⁶⁴. Такого знатока и
краснорѣчиваго истолкователя Среднихъ Вѣковъ, какимъ былъ
профессоръ Стасюлевичь, Университетъ не видалъ у себя ни
прежде, ни послѣ него.

Съ 1856 года, къ тремъ преподавателямъ Всесójщей Исто-
ріі въ нашемъ университѣ присоединился четвертый — ма-

— 222 —

гистръ Астафьевъ (Николай Александровичъ), 30-ти лѣтъ отъ роду. Кончивъ курсъ въ нашемъ университетѣ, въ 1847 году, со степенью кандидата по Историко-Филологическому Факультету, онъ избралъ предметомъ занятій своихъ Исторію, и въ 1850-мъ, защитивъ диссертацію «Правленіе четырехъ-сотъ въ Аөннахъ» (осталась ненапечатанною), получилъ степень магистра по этому предмету; къ преподаванію-же въ Университетѣ допущенъ былъ, въ званіп приватъ-доцента, по защищеніи, про venia legendi, труда своего: «Македонская Игемонія и ея приверженцы» (Спб. 1856). По 1858-59 читаль онъ Исторію Среднихъ Вѣковъ, пользовался пресимущественно трудами Гизо и Лео, а съ того времени — Исторію Новую, останавливаясь исключительно на периодѣ Возрожденія и периодѣ Реформаціи, по Мерль д'Обиньё, Роскоэ и Ранке ³⁶⁵.

### Н. Каеведра Русской Исторіи.

До 1859 года находилась въ завѣдываніи орд. профессора (съ 1837) Н. Г. Устрялова, который по 1856-57 читалъ предметъ въ полномъ объёмѣ, а съ этого года ограничивался преподаваніемъ Отечественной Исторіи лишь съ конца XVII вѣка до нашихъ временъ. Выше сказано, уже какъ принялся онъ за свою задачу. Такимъ же образомъ и въ-послѣдствіи излагалъ онъ событія съ предварительнымъ критическимъ разборомъ источниковъ, и указывая на ошибки и неправильные взгляды позднѣйшихъ иисателей. Многое о чемъ до него едва-ли кто думалъ, получило мѣсто въ его изысканіяхъ, передаваемо было слушателямъ, и сдѣлалось окончательно общимъ достояніемъ Русской Науки. Таковъ взглядъ его на Удѣльный Периодъ, на Западную Русь и Литовское Княжество ³⁶⁶, на отношенія Россіи къ Польшѣ, на Унію и ея слѣдствія. Основныя идеи свои о Русской Исторіи, о томъ что составляетъ ея сущность, высказалъ Устряловъ еще въ диссертаціи своей на степень доктора Философіи: «О системѣ прагматической Русской Исторіи» (Спб. 1836), которая доставила ему не только искомую степень, но и открыла двери въ Имп. Академію Наукъ (въ 1837 году). Рав-

— 223 —

нымъ образомъ весьма скоро обработалъ онъ для печати и
свои лекціи о предметѣ: въ 1837-38 годахъ изданы были
имъ три петвыми части, а въ 1840-41 — и два послѣдніе тома
его «Русской Исторіи». Въ тоже время составилъ онъ и два
учебника, одинъ для гимназій, подъ заглавіемъ «Начертаніе
Русской Исторіи» (Спб. 1839), другой для уѣздныхъ училищъ —
«Руководство къ первоначальному изученію Русской Исторіи»
(Спб. 1840). Всѣ три труда эти признаны были отъ Мини
стерства Нар. Просвѣщенія удовлетворяющими предположенной
цѣли, и автору ихъ выдана, въ 1843 году, премія въ 10,000
р. асс., назначенная въ 1836 году по Высочайшему повелѣ-
нію, за лучшее, по конкурсу, сочиненіе по Русской Исторіи.
Всѣ три труда выдержали по нѣскольку изданій («Исторія» —
нять, «Начертаніе» — десять, «Руководство» — одиннадцать),
и всѣ три сдѣлались извѣстны и за границею въ Нѣмецкомъ
переводѣ ³⁶⁷. По части ученыхъ изслѣдованій и монографій,
даны памъ Н. Г. Устріловымъ: 1) «Изслѣдованіе вопроса, ка-
кое мѣсто въ Русской Исторіи должно занимать великое кня-
жество Литовское?» (Спб. 1838); 2) «О монастырскихъ имѣ-
ніяхъ въ Россіи» (въ Mémoires de l'Acad. Imp. des Sciences,
IV-me Série, tome IV, 1840); 3) «Именитые люди Строгоновы»
(Спб. 1842); 4) «О состояніи Россіи предъ восшествіемъ на
престолъ Петра-Великаго» — рѣчъ на годовомъ собраніи Ими.
Академіи Наукъ въ 1842 году; 5) «Историческое Обозрѣніе
царствованія Государя Императора Николая I» (Спб. 1847),
сочиненіе переведенное на Польскій, Шведскій, Английскій и
Нѣмецкій языки; 6) «Русское войско до Петра-Великаго» —
статья написанная для Университетскаго акта 1856 года;
7) «Разсказъ Штелина о письмѣ Петра-Великаго къ Сенату
съ береговъ Прута» (Спб. 1859). Важнѣйшій-же его трудъ,
до сихъ поръ неконченный, это «Исторія царствованія Петра-
Великаго», замѣчательная тѣмъ, между прочимъ, что автору
ея, по ходатайству С. С. Уварова въ октябрѣ 1842 года, по-
койный Государь Императоръ повелѣть открыть подлинныя дѣла

— 224 —

и бумаги въ архивахъ Министерства Нюстранныхъ Дѣлъ, Нетербургскомъ и Московскомъ, въ Кабинетѣ Его Величества, въ Сенатѣ, и въ министерствахъ, Военномъ и Морскомъ. Затѣмъ, въ 1845 году, для пополненія собранныхъ матеріаловъ, Высочайше разрѣшено было Устралову посѣтить нѣкоторые иностранные архивы; изъ нихъ, въ Вѣнѣ профессору нашему данъ былъ доступъ даже къ тайному государственному архиву, гдѣ и отысканы имъ въ высшей степени замѣчательные документы о царевичѣ Алексѣнѣ Петровичѣ. Въ 1853 году, съ тою же цѣлію разрѣшена была Устралову другая поѣздка за границу — въ Австрію и Францію, а въ 1856 году и третья — въ Италію. Въ Россіи, между тѣмъ, осмотрѣнъ былъ имъ Московскій Главный Архивъ, и посѣщены Воронежь, Полтава и Кіевъ. Первый томъ «Исторіи царствованія Петра-Великаго» изготовленъ былъ авторомъ черезъ семь лѣтъ послѣ открытія ему архивовъ; два послѣдующіе — черезъ четыре года послѣ перваго; но напечатаны были всѣ три лишь въ 1858 году, такъ — какъ подвергались предварительно особой цензурѣ, которая, впрочемъ, разрѣшила издать ихъ въ свѣтѣ безо всякихъ перемѣнъ или выпусковъ. По Высочайшему повелѣнію печатаніе этого труда принято было на счетъ казны, и произведено въ типографіи П-го Отдѣленія Собственной Канцелярии.

Въ 1859 году вышелъ VI-й томъ, въ 1864 — IV-й въ двухъ частяхъ. Шестой томъ, заключающій въ себѣ событія относящіяся къ царевичу Алексѣю Петровичу, переведенъ уже на Французскій языкъ ³⁶⁸, и, равно-какъ остальные, послужилъ поводомъ къ десяти обширнымъ критическимъ статьямъ извѣстнаго Меримè въ Journal des Savants за 1864-65 и 1867-68 годы. Занятія этимъ капитальнымъ трудомъ, составляющимъ эпоху въ обработкѣ Новой Русской Исторіи, не позволяли уже профессору обращать на университетское пренадаваніе своего предмета въ послѣдніе годы тѣ силы которыя полагали онъ на это вначалѣ; но холодная рѣчь его понятно оставалась бойка и мѣтка, и незимѣнно слышался въ

— 225 —

ней умный, съ свѣтлымъ взгладомъ на прошлое, настоящій Рус-
скій человѣкъ 369.

По выходѣ Н. Г. Устрялова изъ Университета послѣ 25-
летней службы съ званіемъ почетнаго члена, въ которое из-
бранъ былъ единогласно, замѣстилъ его на каовѣрѣ Русской
Исторіи, принятый экстраординарнымъ профессоромъ, магистръ
Костомаровъ (Николай Ивановичъ), 42-хъ лѣтъ отъ роду, ко-
торый и занималъ ее до 1862 года, когда оставилъ службу
по болѣзни. Уроженецъ Воронежской Губерніи, первоначаль-
ное образованіе получилъ онъ въ частныхъ пансіонахъ Мо-
сквы и Воронежа, а университетское — въ Харьковѣ, гдѣ въ
1837 году и окончилъ курсъ со степенью кандидата. Оказав-
шись, по близорукости, неспособнымъ къ военной службѣ въ ко-
торую было вступилъ, онъ принялся затѣмъ дополнять чтеніемъ и
самоизученіемъ недостатки которые чувствовалъ въ своемъ
воспитаніи, и проживая то въ деревнѣ у себя, то въ Харьковѣ,
то въ Москвѣ, читалъ все чтò только могъ имѣть по Исторіи,
сѣпавшейся любимымъ его предметомъ, и, вмѣстѣ-съ-тѣмъ
выучился нѣсколькимъ языкамъ чтобы пользоваться историче-
скими произведеніями на нихъ писанными. При такомъ чтеніи
историческихъ сочиненій, поразило его враждебно что на пер-
вомъ планѣ въ нихъ являются отдѣльныя лица, массы же
народныя отодвигаются на второй, или и вовсе стушевываются,
тогда-какъ на жизнь-то массъ именно, казалось ему, и слѣ-
довало обращать преимущественно внимание. Подъ влѣяніемъ
этого взгляда, и прилагал его къ отечественной исторіи, Ко-
стомаровъ горячо принялся за изученіе бывшей сподручною ему
Южнорусской, или Малорусской, народности. При этомъ лю-
бовъ его къ сельскому населенію крал, съ которымъ сблизился
онъ, дошла вскорѣ до того что онъ принялся писать и печа-
тать по-Малорусски, хотя весьма еще недостаточно освоился
съ этимъ нарѣчіемъ. Къ этому періоду его деятельности при-
падежатъ изданныя отдѣльными книгками въ 1839 и 1841 го-
дахъ: «Савва Чалый» (драматическія сцены), «Украинскія бал-

15

— 226 —

лады», «Витка» (собраніе стихотвореній). «Пересялавська Ничь» (трагедія) і другія мелкія статьи і стихотворенія, разсіянныя въ періодическихъ изданіяхъ. Въ 1840 году выдержалъ онъ въ Харьковскомъ Университетѣ экзаменъ на степень магистра Историческихъ Наукъ, и представилъ для защищенія диссертацію «О причинахъ и характерѣ Уніи въ Западной Россіи». Диссертація эта не только была забракована, но и навлекла на автора нерасположеніе знаменитаго проповѣдника того времени, преосвященнаго Иннокентія. Представленная имъ въ замѣну этой, другая диссертація «Объ историческомъ значеніи Русской народной поэзіи», гдѣ авторъ указывалъ на первостепенную важность народныхъ пѣсень для Исторіи, не только былевыхъ, но и бытовыхъ, была принята Университетомъ, и публично защищена, но зато осыпана презрительными насмѣшками въ журналахъ, и особенно оракуломъ того времени, Бѣлинскимъ, который считалъ подобнаго рода труды — плодомъ нежеланія или неумѣнья взяться за что-нибудь подѣльнѣе. Впрочемъ, и въ Харьковѣ большинство ученыхъ было того же мнѣнія, почему не напила сочувствія и заявленная нѣкоторыми мысль о притлашеніи молодаго историка-этнографа на каеведру Русской Исторіи въ тамошній университетъ. Въ 1844 году сочли возможнымъ дать ему липь мѣсто учителя Исторіи въ Ровенской Гимназіи. Переселившись на Волынь, Костомаровъ, еще съ большимъ противу прежняго жаромъ, предался изученію Южно-русской народности и исторіи, собирая пѣсни изъ устъ крестьянъ, и обозрѣвалъ мѣстā ознаменованныя дѣяніями Богдана Хмельницкаго: часть мѣстныхъ пѣсень имъ записанныхъ издана была впослѣдствіи г. Мордовцевымъ («Народныя пѣсни Волынской губерніи». Спб. 1859), а монографія о Хмельницкомъ, тогда имъ составленная, явилась въ свѣтъ, переработанная, липь черезъ 12 лѣтъ. Иѣтомъ 1846 года, Костомаровъ приглашенъ былъ Кіевскимъ Университетомъ занять въ немъ каеведу Русской Исторіи, но не провелъ и года въ преподаваніи тамъ этого предмета, какъ, за стремленіе свое вмѣшаться

— 227 —

въ сферу практической политики, хотя и благонамѣренное, но признанное неумѣстнымъ и несвоевременнымъ, лишенъ былъ каеведры, подвергнуть заключенію, и перемѣщенъ на жительство въ Саратовъ, гдѣ пъ пробылъ до 1857 года, занимаясь онять препмущественно собираніемъ пѣсень, которыя впослѣдствіи вошли въ составъ «Лѣтонисей Русской Литературы и Древностей», издававшихся г. Тихоиравовымъ. До означеннаго года ими Костомарова встрѣчалось въ печати лишь изCondka (произведѣнія свои на Малорусскомъ нарѣчии, въ сборникахъ «Молодежь» (1843) и «Сниple» (1846), печаталъ онъ подъ псевдонимомъ Іереміи Галки); съ этого-же времени труды его стали выходить одинъ за другимъ: въ 1857-мъ явился «Богданъ Хмѣльницкій» (два тома); въ слѣдующемъ — «Очерки торговли Московскаго Государства въ XVI и XVII столѣтяхъ» и «Бунтъ Стеньки Разина»; въ 1859 — «Могильныя преданія» (въ «Современникѣ»); въ 1860 — «Начало Руси» (въ «Современникѣ»), «О козачествѣ» (тамъ-же), «Русскіе инородцы» (въ «Русскомъ Словѣ») и «Очеркъ до-машней жизни и нравовъ Великорусскаго Народа въ XVI и XVII вѣках»; въ 1861 — «О федеративномъ началѣ въ Древней Руси», «Черты Южнорусской Исторіи», «Двѣ русскія народности», «Гетманство Выговскаго», «Правда Москвичамъ о Руси» и «Правда Полякамъ о Руси» (все въ «Основѣ»); кромѣ того, написалъ онъ въ эти годы много обныхъ рецензій и полемическихъ статей, и издалъ, на счетъ графа Кушелева-Везбородко, два первые тома «Памятниковъ старинной Русской Литературы». Приглашенный въ Университетъ нашъ на каеведру Отечественной Исторіи, въ 1859 году, и вскорѣ затѣмъ удостоенный званія ординарнаго профессора, Н. И. Костомаровъ читалъ у насъ, всего въ-теченіе трехъ полугодій, исторію Южной, Западной, Сѣверной и Восточной Руси въ удѣльный периодъ, возбужданъ въ слушателяхъ своихъ постоянное вниманіе къ предмету, и горячее сочувствіе къ поэтической личности своей. Въ лѣтониси Университетскихъ

15*

— 228 —

торжествъ оставилъ онъ по себе память рѣчью «О значеніи критическихъ трудовъ Константина Аксакова по Русской Истории», написанною для произнесенія на актѣ 1861 года 370.

### III. Каєедра Греческой Словесности.

Продолжалъ занимать ее до самой смерти своей, въ ноябрѣ 1851 года, заслуженный профессоръ Θ. Б. Грефе. Успѣхи Сравнительной Лингвистики созданной Боппомъ и В. Гумбольдтомъ, пе осталось ему чужды: несмотря на зрѣлый лета свои онъ занялся Санскритскою грамматикою, и даже написалъ нѣсколько мемуаровъ по Сравнительной Лингвистикѣ; но эти академическія работы Грефе, мало обращавшія на себя вниманіе за границею, еще менѣе отражались на его легіяхъ: методъ преподаванія его оставался прежлій. Гейневскій, и нисателей Греческихъ объяснялъ онъ по-Іатыни все однихъ и тѣхъ-же: для слабѣйшихъ — Геродота, Θукціда и Одиссею или Иліаду; для болѣе успѣвшихъ — Эврипида, Эсхила и Софокла. Студентовъ высшихъ курсовъ упражнялъ онъ также въ сочиненіяхъ и разговорѣ на Іатинскомъ языке о предметахъ касающихся до Греческихъ и Римскихъ древностей, и до Филологіи вообще. Какъ академикъ, помѣстилъ онъ въ эти пятнадцать лѣтъ, въ «Мемуарахъ» и «Бюллетенѣ» Академіи, слѣдующіе труды свои: 1) Das Sanscrit-Verbum im Vergleich mit dem Griechischen und Lateinischen (122 стр.) — въ 1836; 2) Ueber die sogenannte starke und schwache Conjugation und ihre vermeintliche Begründung im Griechischen (3 стр.) — тогда-же; 3) Ueber Sprachbildung und Sprachvergleichung (43 стр.) — рѣчь въ засѣданіи Академіи 20 дек. 1836; 4) Ueber Optativ und Conjunctiv im Griechischen (6 стр.) — въ 1837; 5) Das Digamma, als dialectische Eigenthümlichkeit, in dem Indo-Germanischen Sprachstamme nachgewiesen (2 стр.) — тогда-же; 7) Inscriptiones aliquot Graecae nuper repertae restituuntur et explicantur (46 стр.) — въ 1841: окончаніе труда осталось въ рукописи; извѣченіе изъ него въ Бюллетенѣ занимаетъ 7 стр.; 8) Ueber griechische Verbal-Formen, die nur aus dem

— 229 —

Sanscrit zu erklären (осталось въ рукописи; извлеченіе въ Бюллетенѣ сдѣлало на 3 стр.) — въ 1843; 9) Linguarum Indo-Europäarum vinculo cultissimos et potentissimos terrae populos inter se consociari brevi sermone ostendit Fr. Graefe (11 стр.)—рѣчъ въ торж. засѣданіи Академіи 12 января 1843; 10) Das gothische Verbum in seuem Verhältniss zum Indo-Europäischen Sprachstamme — въ 1847: осталось въ рукописи; извлеченіе въ Бюллетенѣ на 6 стр.; 11) Einige Inschriften (und kritische Bemerkungen) — въ 1848 (5 стр.); 12) Eine Conjectur zu Catull (2 стр.) — тогда же; 12) Die alte Slovenische Sprache in Beziehung auf die Zufälligkeit der verbalen Flexions-Reihen (осталось въ рукописи; извлеченіе въ Бюллетенѣ на 7 стр.); 13) Die Zufälligkeit der verbalen Flexions-Reihen und ihres grammatischen Gebrauchs in dem Indo-Europäischen Sprachstamme (осталось въ рукописи; извлеченіе въ Бюллетенѣ на 3 стр.)—въ 1849; 14) Bericht ueber ein Geschenk des Grafen Simonitch (1 стр.) — въ 1849; 15) Steinschrift aus der Zeit des bosphorischen Königs Ininthimaios, erklärt von Fr. Graefe (14 стр.)—въ 1850. Кромѣ того — шесть разборовъ разныхъ сочиненій представленныхъ на Демидовскій конкуръ, всего на 50 страницахъ ³⁷¹.

Адъюнктомъ Грефе по каθεδρѣ Греческой Словесности остал
вался до 1848 года, когда уволился изъ Университета и
вскорѣ затѣмъ умеръ, И. Я. Соколовъ. Греческому Языку
обучалъ онъ въ нисшемъ и среднихъ курсахъ, упражняя въ
переводахъ Греческихъ текстовъ изъ «Хрестоматіи» Якобса, при-
чемъ объяснялись и грамматическія правила, и руководствуют
въ переводахъ съ Русскаго на Греческій по изданной имъ
нередѣлѣ Роста и Вюстемана (см. выше, стр. 95). Тому
кто хотѣлъ его слушать объяснилъ онъ еще и Θукидидову
« Нсторію Пелопонсской Войны » . Кромѣ означеннаго руко-
водства къ переводамъ на Греческій, напечаталъ онъ также
« Краткій Латинско-Русскій Этимологическій Словарь » (Спб.
1841). Оба труда эти приняты были Министерствомъ Народ-

— 230 —

наго Просвѣщенія для употребленія въ гимназіяхъ, и авторъ вознагражденъ за составленіе ихъ 18,000 руб. асс. Какъ билютекарь Гл. Педагогическаго Института, издалъ онъ « Систематическій Каталогъ » билютеки этого заведенія (Сиб 1844) ³⁷².

Преемникомъ Соколова, а потомъ и самого Грефе, явился
зять послѣдняго, получившій образованіе въ нашемъ же уни-
верситетѣ, Штейнманъ (Пванъ Богдановичь). По окончаніи
курса со степенью кандидата въ 1840 году, онъ отправился,
для усовершенствованія свѣдѣній своихъ въ Древней Филологіи,
за границу, гдѣ слушалъ въ Берлинѣ преимущественно лекціи
Бѣка, Франца, Гергарда и Ранке, а въ Лейпцигѣ занимался
подъ руководствомъ Германа, и посѣщалъ лекціи Бекера и Гаунта.
По возвращеніи въ Россию, въ 1845 году защитилъ онъ на
степень магистра Древней Словесности диссертацію: Plutarchi
Symposiacarum questionum ultimam (IX, 15) interpretatus est J.
F. Steimann, и, будучи 27-ми лѣтъ отъ роду, въ 1847 году из-
бранъ былъ приватъ-доцентомъ, а въ слѣдующемъ, съ выход-
домъ Соколова изъ Университета, адъюнктомъ по каоведрамъ
Греческой и Римской Словесности. Въ 1851, по защищеніи
диссертаціи: Quaestiones de derivatione vocabulorum Graecorum,
признанъ былъ докторомъ Древней Филологіи; въ 1853 году
избранный экстраординарнымъ, въ 1859 — ординарнымъ про-
фессоромъ, И. Б. Штейнманъ объяснялъ слушателямъ: (Стра-
бона, Оукидіда, Демосовена, Іоанна-Златоуста, разныя книги
И.пады и Одиссеи, и нѣкоторыя трагедіи Европыда, Эсхила
и Совокла; въ 1847-48 году прочѣть онъ курсъ Греческихъ
Древностей и Археологіи; въ 1848-49 излагалъ Греческую
грамматику сравнительно съ Латинскою; прочѣть въ разное
время четыре общихъ курса Исторіи Греческой Литературы
по Шафу и Трегдеру; и, сверхъ-того, три года (1855-56 и
1858-60) излагалъ подробно Исторію Греческой Прозы до
Александра-Великаго, и два года (1856-57 и 1860-61) —
Исторію Греческой Поэзіи до той же эпохи Кромѣ означен-

— 231 —

ныхъ диссертаций, напечаталъ онъ въ 1847 году Antiquitatis Graecae loca quaedam e Russorum moribus illustrata; для Университетскаго акта 1851 года написалъ рѣчь «О значеніи древней филологіи, и мѣстѣ которое она занимаетъ въ кругу наукъ преподаваемыхъ въ университетахъ»; а для акта того же года въ Гл. Педагогическомъ Институтѣ — рѣчь De munere praecertoris; въ 1856 издалъ Русскій переводъ «рѣчи Иперида за Эвкисипа»; и въ 1859 году написалъ статью «О реальныхъ училщикахъ» — первый опытъ свой на поприщѣ Педагогіи, которою и занялся исключительно впослѣдствіи ³⁷³.

### IV. Каеведра Римской (Словесности).

Съ 1836 по апрель 1852 года занималъ ее въ-теченіе 15-ти лѣтъ орд. профессоръ Фрейтагъ (Өедоръ Карловичь). Саксонскій подданный, университеское образованіе получилъ онъ въ Дерптѣ, гдѣ, по окончаніи курса, и опредѣленъ былъ въ 1820 году учителемъ Греческаго и Латинскаго языка въ мѣстную гимназію. Въ 1828 году, перешелъ онъ профессоромъ по топ же части въ Ришельевскій Лицей, а въ іюнѣ 1836, имѣя 35 лѣтъ отъ роду, переведенъ былъ оттуда орд. профессоромъ по каеведрѣ Римской Словесности и Древностей въ нашъ университетъ. Изъ Латинскихъ писателей объяснялъ онъ въ нисшихъ курсахъ: Саллюстія, Ливія, Светонія, Авреліана, Квинтилиана, Овидія (Metamorphoses и Fasti), Виргилія (Acneis, Bucolica и Georgica); въ высшихъ — Тацита (De moribus Germainorum, Vita Agricolae и Annales), Горація (Epistolae и Saitirae), Тибулла, Проперція и Ювенала. Кромѣ-того упражнялъ въ разговорахъ и сочиненіяхъ на Латинскомъ языке. Особаго курса Древностей Римскихъ не читалъ ни разу. Какъ латинистъ, Фрейтагъ оставилъ по себѣ намять книгою: Viro-rum doctorum epistolae selectae ad Bilib. Pirchheymium, Isach. Camerarium, Car. Clusium et Iulium Episc. Herbip. datae. Ex autographis nunc primum edidit Th. Fr. Freytagius (Lip-siae, 1831); какъ элленистъ — изданіемъ, съ комментаріями, двухъ первыхъ книгъ Иліады (Homeri Iliadis primi duo libri:

— 232 —

recognovit et delectis veterum grammaticorum scholiis suis
que commentariis instructos edidit. Petropoli, 1837), тру-
домъ весьма почтеннымъ и свидѣтельствующимъ объ основатель-
ной учености и тонкой критикой издателя: извѣстный знатокъ
Греческаго эпоса, нокойный Негельсбахъ, въ своихъ Almer-
kungen zur Nias, пользовался Фрейтаговыми замѣчаніями весьма
перѣдко, воздавая должную честь его догадчивости и прони-
цательности. Сверхъ-того, осталось отъ Фрейтага двѣ рѣчи на
Латинскомъ языке, произнесенные имъ на актѣ 1834 года въ
Римскевскомъ Лицеѣ (De laudibus Graecarum litterarum),
и на актѣ 1839 года въ нашемъ университетѣ (De litterarum
studiis bene prudenterque instituendis)³⁷⁴.

Помощникомъ при Фрейтагѣ по преподаванію Латинскаго
Языка состоялъ въ Университетѣ, до самой смерти своей въ
1848 году, нѣмецъ Шлиттеръ (Эдуардъ Егоровичъ), при-
натый, какъ видѣли мы, преподавателемъ въ 1836 году, бу-
дучи 36-ти летъ отъ роду. Воспитанникъ ДерпESCкаго и Берли-
скаго университетовъ, получивший въ послѣднемъ степень док-
тора Философіи, обучаль онъ у наса Латыни, спачала юри-
стовъ, читая съ ними «Хрестоматію» Кюссиуса, заключающую
въ себя отрывки изъ Corpus Iuris, и орьенталистовъ съ нату-
ралистами, переводя съ ними леткихъ Римскихъ писателей; а по-
томъ, съ 1843 года, преподавалъ филологамъ писнихъ курсовъ,
объясняя Кв. Курція, Цицерона, Тацита, даже комедіи Плав-
та, и упражняя ихъ въ переводахъ съ Русскаго на Латинскіи,
и сочиненіяхъ по-.латыни. Сверхъ того, въ 1844-46 годахъ
читалъ имъ «Энциклопедію и Методологію Филологическихъ
Наукъ», а въ 1846-48 — курсъ Римскихъ Древностей ³⁷⁵.

За смертію Шлиттера, преподаваніе Латинскаго Языка въ
писнихъ курсахъ возложено было временно на Штейнмана,
который, въ исполненіе этой обязанности, и объяснялъ въ
1848-51 годахъ (Салюстія и нѣкоторая рѣчи Цицерона, а
въ 1847-48 и 1850-51 прочелъ, сверхъ-того, Исторію
Римской Литературы, по учебнику Трегдера.

— 233 —

Когда, со смертію Грефе, каосра его съ 1852 года пе-
редана была Штейнману, на мѣсто послѣдняго для препода-
ванія Латинскаго Языка въ нискихъ курсахъ приглашенъ былъ
старшій учитель этого предмета въ Первой здѣшней Гимна-
зіи, Ланшинъ (Григорій Пванович), 37-ми лѣтъ отъ роду,
тотъ самый о назначеніи котораго въ Профессорскій Исти-
тутъ, какъ одного изъ отличнѣйшихъ воспитанниковъ нашего
университета, упомянуто уже выше (стр. 105). До закрытія
Университета, Ланшинъ, превосходный педагогъ, объяснялъ сво-
имъ слушателямъ: изъ прозаиковъ Римскихъ — Саллюстія и
Тацита (Vita Agricolae и Annales), изъ поэтовъ — Виргилія
(Энепду) и Горація (Carmina и Satirae)³⁷⁶.

Преемникомъ Фрейтагу избранъ былъ въ тоже время (въ
1852 году) экстраординарный профессоръ Латинской Слѣвесности
въ Казанскомъ Университетѣ, докторъ Благовѣщенскій (Ни-
колай Михайлович), 30-ти лѣтъ отъ роду. (Сынъ закопоучи
теля при Маріинскомъ Институтѣ, и крестникъ покойной Имне-
ратрицы Маріи Еедоровны, онъ, съ разрѣшенія ея, учился въ
дѣстѣ вмѣстѣ съ воспитанницами означеннаго заведенія, по-
томъ въ частныхъ петербургскихъ пансіонахъ, и наконецъ,
въ 1832 году, принятъ былъ въ число воспитанниковъ откры-
таго тогда М.ладшаго Отдѣленія Гл. Недагогическаго Исти-
тута, откуда долкенствовали наполняться потомъ стѣдуюнція
отдѣленія, и гдѣ обучали студенты старшаго курса, подъ
пепосредственнымъ и неотлучнымъ наблюденіемъ самаго дпрек-
тора, неутомимаго и добросовѣстнѣйшаго Θ. Н. Мидендорфа.
Тяжелую, по за то и въ высшей степени полезную школу пред-
стояло проходить здѣсь отроку и потомъ юношѣ: это было
единственное у насъ заведеніе, воспитанники которого не
только выучивались основательно классическій древнимъ язы-
камъ, нисколько не хуже чѣмъ въ Лигліи или Германіі, по
вмѣстѣ-съ-тѣмъ усвоявали себѣ волнигъ и новые языки, Нѣ-
мецкій и Французскій. Окончивъ полный курсъ въ Институтѣ
съ золотою медалью, В.лаговѣщенскій, назначенный по успѣ-

— 234 —

хамъ и способностямъ своимъ въ профессоранты, посланъ былъ
въ началѣ 1842 года, для дальнѣйшаго изученія избранной
имъ спеціальностію своею Класѣйской Филологіи, за границу.
Первые два года пребыванія тамъ провелъ онъ въ Лейпцигѣ,
занимаясь преимущественно Римскою Древностію, и посѣщая
лекціи Беккера. Гаупта, Клоца, Готфрида Германа (бли-
жайшему руководству котораго порученъ былъ С. С. Уваро-
вымъ), Штальбаума и Вестермана, причемъ принятъ былъ
въ число членовъ Королевской Филологической Семинариі. За-
тѣмъ. въ-продолженіе двухъ полугодій слушалъ въ Гейден-
бергѣ курсъ Археологіи у Крейцера, и Псторію Римской Ип-
тературы у Бера, кромѣ того посѣщая лекціи Шпенгеля и
Шлюссера. По возвращеніи изъ-за границы, назначенный пе-
правляющимъ д. адъюнкта Римской Словесности въ Казанскіи
Университетъ, пріобрѣлъ онъ тамъ послѣдовательно степени
магистра и доктора Древней Филологіи, защитивъ диссертаціи:
De hieratica artis Graecorum statuariae periodo, et De Roma-
norum tragoedia, et утвержденъ былъ экстраординарнымъ про-
фессоромъ. Въ этомъ званіи перешелъ онъ, въ 1852 году, и
въ Петербургъ, на кафедру Римской Словесности, какъ въ
нашъ Университетъ, такъ, одновременно, и въ Гі. Педаго-
гическій Институтъ. Съ самаго начала преподавательской дѣя-
тельности своей, профессоръ Благовѣщенскій пришелъ къ убѣж-
денію въ необходимости преподаванія университетскимъ слу-
шателямъ такъ - называемыхъ « реальныхъ классическихъ на-
укъ ». Взглядъ этотъ на университетское преподаваніе Фило-
логіи не былъ новостію и 25 лѣтъ тому; но въ Петербургѣ
оснаривался онъ въ означенную пору еще многими, и эти мно-
гіе считали не только возможнымъ, но и единственно полез-
нымъ, занимать студентовъ-филологовъ исключительно грам-
матическимъ комментаріемъ древнихъ авторовъ. Допуская
пользу и даже необходимость такого направленія для студен-
товъ нисшихъ курсовъ, Благовѣщенскій находить его недоста-
точнымъ для высшихъ, и потому, рядомъ съ объясненіемъ Рим-

— 235 —

скихъ классиковъ, считалъ обязанностію своею излагать и пол-
ный по-возможности курсъ Исторіи Римской Литературы и
Римскихъ Древностей. Такимъ образомъ въ лицѣ г. Благо-
вѣщенскаго студенты Петербургскаго Университета увидали
впервые настоящаго профессора Древней Филологіи изъ при-
родныхъ Русскихъ, съ широкимъ и свѣтлымъ взглядомъ на
изученіе древняго міра; профессора, притомъ, который пе-
редавалъ всѣ оттѣнки объясняемыхъ имъ Римскихъ писа-
телей самымъ изящнымъ и правильнымъ Русскимъ языкомъ
(въ Педагогическомъ Институтѣ, Исторію Римской Литера-
туры и Древности Римскія читалъ онъ постоянно по-Ла-
тынѣ). Изъ Римскихъ классиковъ, комментировалъ онъ на
лекціяхъ своихъ до 1862 года преимущественно Горація, Юве-
нала и Нерсія, объясняя также иногда Цицерона и Тацита.
Замѣчательна и учено-литературная дѣятельность профессора
Благовѣщенскаго. Началась она съ 1848 года статьею «О
судьбахъ Римской трагедіи» (въ Курналѣ М. Н. Просвѣщенія).
Всѣдѣ затѣмъ принялъ онъ горячее участіе въ извѣстномъ
сборникѣ «Пронилен», издававшемся профессоромъ Москов-
скаго Университета П. М. Леонтьевымъ, помѣстивъ тамъ пять
статей: «О гіератикѣ въ древнемъ Греческомъ искусствѣ»;
«О началѣ Римской комедіи»; «Ателаны»; «Римскія пан-
томимы»; и «Баіп». По переходѣ изъ Казани въ Петербургъ,
профессоръ Благовѣщенскій напечаталъ до 1862 года отдѣль-
ными книгами: 1) Изследованіе De carminibus convivali bus eorumque in vetustissima Romanorum historia condenda mento (Petropoli, 1853); 2) «О литературныхъ партіяхъ въ Римѣ въ вѣкъ Августа» (Спб. 1855); и 3) «Ювеналь: двѣ публичныя лекціи», читанныя имъ въ пользу объдныхъ студен-
товъ (Спб. 1860). Въ повременныхъ -же изданіяхъ и сбор-
никахъ явилось въ это время множество статей его и рецен-
зій, первое мѣсто между комми занимаетъ рядъ изследованій
о Гораціѣ, писанныхъ по одному плану (и вошедшихъ по-
томъ, въ 1864 году, вѣ составъ изданнаго имъ сочиненія:

— 236 —

« Горацій и его время » ): въ изглѣдованіяхъ этихъ публика наша впервые увидѣла опытъ точнаго, почти дословнаго, по вмѣстѣ-съ-тѣмъ изящнаго перевода древнихъ текстовъ на отечественный нашъ языкъ: авторъ держался неизмѣнно своего постояннаго убѣжденія что для насъ важно знать не только мысль древняго писателя, но и способъ его выраженія. Въ «Энциклопедическомъ Словарѣ», издававшемся въ 1861-1863 годахъ принадлежатъ ему всѣ статьи по Исторіи Римской Литературы, помѣщенныя въ IV томѣ этого изданія. Въ «Русскомъ Словѣ» находимъ статьи его: «Взглядъ Нюбура и Грота на Александра-Великаго» и «Нермскіе сказочки и Нетроній»; въ «Отечественныхъ Запискахъ» — статью «ГОСТИНИЦЫ ВЪ Древности»; обширный разборъ IV-го тома «Проныневъ» Леонтьева, и рецензію «Библіотеки Римскихъ писателей» Клеванова; въ «Журналѣ М. Н. Просвѣщенія» — разборъ нѣсколькихъ иностранныхъ сочиненій (Кёхли, Любкера и Мунка); въ «Библіотекѣ для Чтенія» — педагогическія замѣтки подъ заглавіемъ «Наши гимназіи» и «Наши университеты». Наконецъ, къ этой же категоріи трудовъ его относятся отчасти и рядъ статей о Казанскомъ Университетѣ, подъ заглавіемъ «Казанскія Письма», нечатавшихся имъ въ «Московскихъ Вѣдомостяхъ» за 1851 и 1852 годы ³⁷⁷.

### V. Каоведра Русской Словесности.

Ординарный профессоръ по этой каоведрѣ, П. А. Плетневъ, продолжалъ преподавать Исторію Русской Литературы, съ разборомъ замѣчательнѣйшихъ ея произведеній, до 1850 года, когда, всѣдѣствіе новыхъ обязанностей возложенныхъ на ректоровъ (должность эту занималъ онъ постоянно съ 1840 года), прекратилъ свои лекціи. Преподаваніе это отличалось тѣмъ же характеромъ какъ и до 1836 года, бОльѣ литературнымъ неужели ученымъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ, съ 1838 по 1846 годъ включительно издавалъ онъ наслѣдованный пóstѣ Пушкина «Современникъ». Кромѣ обзора текущей литературы въ каждой книжкѣ этого журнала, съ 1843 года сдѣлавшагося еже-

— 237 —

мѣсячнымъ, составлялъ иногда Плетневъ и обширные разборы замѣчательнѣйшихъ ея произведеній или характеристики писателей. Капитальныя статьи номѣщенныя имъ въ этомъ изданіи никогда не потеряютъ своего достоинства для историка отечественной словесности; таковы: 1) о «Мертвыхъ Душахъ» Гоголѣ (т. XXVII), въ 1842 году; 2) о «Налѣ и Дамаянти» Куковскаго (т. XXXIV), въ 1844; 3) о стихотвореніяхъ Баратынскаго (т. XXXV), тогда же; и 4) о «Тарантасѣ» графа Сологуба (т. XXXVIII), въ 1845 году. Отдѣльно издать онъ: въ 1836 году — «Обязанности наставниковъ юношества», рѣчь произведенную въ торжественномъ собраніи Педагогического Института; въ 1847 — «Жизнь и сочиненія И. А. Крылова», произведеніе нашей литературы сѣдва-ли не лучше въ своемъ родѣ; въ 1853 — «О жизни и сочиненіяхъ В. А. Куковскаго»; и въ 1855 — «Памяти графа С. С. Уварова». Сверхъ того, по должности ректора, Плетневъ писалъ еже-годно, начиная съ 1840-го, отчеты объ Университетѣ, а съ 1841-го, приглашенный въ члены возникшаго тогда въ Имп. Академіи Наукъ «Отдѣленія Русскаго Языка и Словесности» — отчеты по этому отдѣленію (изданные въ 1852 году особою книгою). Эти Университетскіе и Академическіе отчеты Плетнева, заключая въ себѣ много свѣдѣній для исторіи Русскаго просвѣщенія 1840-хъ и 1850-хъ годовъ, останутся навсегда «свидѣтельствомъ рѣдкаго умѣнья выполнять съ возможнымъ тактомъ, ловкостью и ожivenіемъ задачу труда сухаго и не-благодарнаго»³⁷⁸, и вмѣстѣ-съ-тѣмъ свидѣтельствомъ маткой и благородной души его: мало на кого въ литературѣ нашей можемъ мы указать, кто бы съ такою любовію искаль случая воздать должное труженикамъ нашимъ не только по наукѣ и беллетристикѣ, но и на поприщѣ государственной службы, и кто-бы съ такою сердечною теплотою, съ такимъ искреннимъ удовольствіемъ, помнилъ о заслугахъ ихъ всякаго рода³⁷⁹. Къ значенію Плетнева какъ ректора возвратимся мы иже.

Объ руку съ нимъ писать и другой представитель Отече-

— 238 —

ственной Словесности въ нашемъ университетѣ. А. В. Никитенко, излагая теоретическую часть Словесности. Какъ способъ онъ на этотъ предметъ. и въ чемъ заключалась сущность его Теоріи Словесности сказано уже, въ короткихъ словахъ, выше. Здѣсь къ характеристикѣ его преподаванія прибавимъ, что проводя въ чтеніяхъ своихъ, путемъ Философіи. Исторіи и Литературной Критики, начало Эстетическое, и ограждая самостоятельность его въ средѣ другихъ действующихъ элементовъ человѣческой природы, профессоръ Никитенко всегда писѣть въ виду глубокое и высшее значеніе этого начала, дающее чувствовать себя въ нравственномъ образованіи и развитіи, какъ цѣлыхъ обществъ, такъ и отдельнаго человѣка; видѣть въ немъ не просто «интересъ чувства услаждающагося красотою», а великую образовательную силу, одного изъ двигателей всякаго развитія и усовершенствованія. Такимъ образомъ, легкіи его «объ изящномъ», сверхъ развитія эстетическаго вкуса въ слушателяхъ, философскою стороною своею восполняли еще, на сколько было это возможно, тотъ въ высшей степени важный пробѣлъ какой оказывался въ университетскомъ преподавашіи съ 1850 года, вслѣдствіе исключенія изъ него Философіи. Сверхъ того, съ 1850 года, получивъ званіе ординарнаго профессора, принялъ Никитенко отъ Плетнева и преподаваніе Исторіи Отечественной Словесности, изъ которой, впрочемъ, съ 1852-53 излагалъ липь периодъ ея отъ Петра-Великаго до нашихъ дней. На немъ же лежало и руководствованіе студентовъ въ практическихъ занятіяхъ Русскою стилистикою по предметамъ относящимся къ теоріи и исторіи литературы, съ критическимъ разборомъ ихъ работъ. Въ современномъ двишеніи отечественной журналистики принимать онъ между-тѣмъ такое живое участіе, что безъ него не могло, казалось, ни возникнуть, ни держаться какое-либо учено-литературное предпріятіе. Въ Пноваровскомъ «Энциклопедическомъ Лексиконѣ» былъ онъ однимъ изъ редакторовъ съ начала и почти до самаго паденія этого изданія; въ 1840 и

— 239 —

1841 годах завѣдывалъ редакціею «Сына Отечества»; въ 1847 и отчасти 1848 — редакціею «Современника», по переходѣ его отъ Плетнева въ руки Панаева и Некрасова; съ 1856 до 1861 — редакціею «Журнала Мин. Нар. Просвѣщенія», и съ исхода 1861 — редакціею основанной тогда «Сѣверной Почты». Въ Имп. Академіи Наукъ, избранный съ 1855 года ординарнымъ академикомъ по И.-му ея Отдѣленію, завѣдывалъ онъ съ 1858 по 1861 дѣлопроизводствомъ этого отдѣленія. Эти редакціонныя занятія, при отправленіи съ тѣмъ вмѣстѣ цензорскихъ (въ-теченіе 1833-1848 годовъ) и другихъ многоразличныхъ обязанностей по разнымъ вѣдомствамъ, и преподаваніи отечественной словесности въ мужскихъ и женскихъ учебныхъ заведеніяхъ высшихъ и среднихъ, не позволяли А. В. Никитенкѣ исполнить большихъ трудовъ имъ задуманныхъ: изъ нихъ явился на свѣтѣ, въ 1845 году, лишь первый выпускъ его «Опыта Исторіи Русской. Итературы», заключающій въ себѣ одно «Введеніе»; но рѣчей, статей и литературныхъ критикъ успѣлъ онъ напечатать множество. Изъ нихъ, кромѣ двухъ рѣчей, о которыхъ уномянуто уже выше (стр. 115), и докторской диссертаціи «О творческой силѣ въ Поэзіи» (Сиб. 1838), выдаются наиболѣе слѣдующія: «Литературыя замѣтки и наблюденія» (въ «Сынѣ Отечества» за 1840 годъ, гдѣ, начиная съ № 9, писаны имъ какъ всѣ менкія рецензіи, такъ и критическіе разборы «Введенія въ Философію» Карпова, стихотвореній Д. Давыдова, сочиненій Бѣгчева, «Калимероса» Вельтманова, и «Сиц-каго» князя Мышецкаго; а въ 1841 — разборы стихотвореній Лермонтова и графини Растопчиной); «О современномъ направленіи отечественной литературы» — рѣчь на Университетскомъ актѣ 1841 года; «О критикѣ» — рѣчь на актѣ 1842 года; «Маленскіе великие люди» — въ альманахъ «Утренняя Заря» на 1843 годъ; «О характерѣ народности въ древнемъ и новѣшнемъ искусствѣ» — въ «Петербургскомъ Сборнике» 1846 года. Съ 1844 по 1846 включительно по-

— 240 —

мѣстили онъ въ «Библіотекѣ для Чтенія» критическія статьи о «Замѣтках» Лубяновскаго, о сочиненіяхъ Державина, о «Московскомъ Сборнике», о «Столѣти Россіи» Полеваго, о поэмѣ Майкова «Машенька», о романѣ Достоевскаго «Вѣдные Люди» и о повѣсти Загоскина «Брынскій Лѣсъ»; въ «Современникѣ» за 1847 годъ — статью «О современномъ паправленіи Русской Литературы» и рецензію «Теоріи Словесности» Чистякова; въ «Отечественныхъ Записках» за 1853 годъ — статью «В. И. Жуковскій со стороны его поэтическаго характера и дѣятельности; въ «Русскомъ Вѣстникѣ» за 1857 годъ — статью «Рафаэлева Спистинская Мадонна»; и на актѣ Университетскомъ 1854 года произнесъ рѣчъ «О началѣ Изящнаго въ Наукѣ» ³⁸⁰.

Съ 1852 года помощникомъ Никитенкѣ по его кафедрѣ явился, принятый адъюнктомъ, Сухомлиновъ (Михайло Ивановичь), 24-хъ лѣтъ отъ роду. Сынъ Харьковскаго профессора читавшаго Химію, онъ родился, воспитывался и кончилъ университетскій курсъ, въ 1848 году, въ Харьковѣ, по историко-филологическому факультету, и тамъ же въ 1850 году, защитивъ диссертацію «Взглядъ на историческій ходъ Русской драмы», получилъ степень магистра Русской Словесности. Избранный у насъ въ адъюнкты по конкурсу, у насъ же въ 1856 году, по защищеніи диссертаціи «О древней Русской лѣтописи, какъ памятникъ литературномъ», удостоенъ онъ былъ и степени доктора Славяно Русской Филологіи. Въ 1858 60 годахъ университетъ нашъ доставилъ ему возможность совершить путешествіе по Славянскимъ Землямъ и Западной Европѣ, позволившее молодому ученому воспользоваться лекціями, бѣсѣдами и указаніями братьевъ Гриммовъ, Шафарика, Шлейхера и другихъ корифеевъ. Лингвистики и науки Германскихъ и Славянскихъ Древностей. По возвратеніи изъ за границы избранъ опъ былъ экстраординарнымъ профессоромъ. Съ самаго вступленія своего въ помощникъ Никитенкѣ, взялъ онъ на себя чтеніе лекцій по Теоріи Языка

— 241 —

И Нестории, древней Русской Литературы, изъяви въ виду, какъ въ преподаваніи, такъ и въ ученыхъ трудахъ, пренамѣшено
ственно разработку памятниковъ отечественной словесности, въ которую, ученикъ Н. Н. Срезневскаго по Харькову, внесъ онъ
строго - ученое направленіе своего учителя, всѣдѣствіе чего Петербургскій Университетъ увидѣлъ въ немъ перваго на ка-
ведрѣ Отечественной Словесности ученаго филолога. По 1862
годъ изданы были М. Н. Сухомлиновымъ слѣдующіе его труды:
1) «О сборникахъ извѣстныхъ подъ названіемъ «Нач.»
(1853); 2) «О языкованіи въ Древней Руссіи» (1854);
3) «О несѣдонимахъ въ древней Русской Словесности» (1855);
4) «О преданіяхъ въ древней Русской лѣтописи» (1856);
5) «Ломоносовъ, студентъ Марбургскаго Университета» (1861);
6) «О литературѣ въ Россіи при Петрѣ - Велакомъ» (1862).
Кромѣ того, написалъ онъ нѣсколько разборовъ разныхъ сочи-
неній по Славянскимъ языкамъ, и сдѣлалъ, въ 1858 году,
изданіе «Сочиненій Кирилла Туровскаго», пресовокупленія къ
нему общее изълѣдованіе о Славянскихъ и Византийскихъ
источникахъ этого замѣчательныйшаго Русскаго писателя ХІІ
вѣка 381.

Что касается до практическаго преподаванія Русскаго Язы-
ка собственно студентамъ Университета изъ породницѣ, то
Кула, определеннаго для этой надобности въ 1845 году,
и въ слѣдующемъ посланіаго въ путешествіе по Славянскимъ
Землямъ, замѣщалъ, въ томъ же году, писецкіръ 5-й Гим-
назіи, воспитанникъ нашего университета, кончившій курсъ въ
1840 году, Вороновъ (Андрей Стенанович), 28-ми лѣть отъ
роду, который и оставался въ Университетѣ до самаго пре-
кращенія означеннаго преподаванія въ 1860 году. Кромѣ тру-
довъ своихъ помѣщенныхъ въ разныхъ повременныхъ изда-
ніяхъ, и перевода «Эстетики» Коберти, напечатаннаго въ
1848 году, издаіть онъ превосходно составленное «Историко-
статистическое обозрѣніе учебныхъ заведений С.-Петербург-
скаго Учебнаго Округа» (Спб. 1849 1854. двѣ части), ко-

16

— 242 —

торое послужило для насыпь, въ настоящемъ нашемъ трудѣ,
большимъ пособіемъ.

VI. Каоведра Исторіи и. Иптературы Славянскихъ
Нарѣчій.

Важность Славянской Филологіі какъ предмета университетскаго преподаванія признана была у насыпь впервые установомъ 1835 года. Это правительственное признаніе совпадало больше съ сердечными желаніями Славянскихъ ученыхъ. Запада, чѣмъ съ положеніемъ собственныхъ нашихъ ученыхъ силъ, вслѣдствіе чего новооснованная каоведра оставалась вакантною больше - или - менѣе долгое время во всѣхъ Русскихъ университетахъ и вінпоручалась временно тѣмъ изъ преподавателей другихъ предметовъ которые случайно занимались Славянциною. Въ нашемъ, съ 1839 года, поручена она была, и то временно, адъюнкту по каоведѣ Всеобщемъ Исторіи, М. Н. Касторскому, который, видѣли мы (выше, стр. 218), во время преподаванія своего за грашцю обращать вниманіе какъ на языки, такъ и на древности Славянскія. Такое временное возложение обязанностей преподаванія по предмету новому, не входившему дотолѣ въ кругъ университетскихъ наукъ, и при отсутствіи всякихъ научныхъ пособій сколько нибудь принаровленныхъ къ нуждамъ преподавателей и ихъ слушателей, не могло, разумѣется, содѣйствовать усѣху дѣла. Въ-теченіе четырехъ летъ съ 1839 по 1843 годъ пока занималъ Касторскій каоведу Славянской Филологіі, лекціи свои по этой части ограничивалъ онъ изложеніемъ грамматики и разборомъ образцовъ одного языка Церковно-Славянскаго.

Между-тѣмъ готовились на каоведру эту замѣчательный молодой ученный, Н. Н. Прейсъ. Воспитанникъ нашего университета выпуска 1828 года, онъ, занимая должность старшаго учителя въ Дерптской Гимназіи, сталъ работать надъ изученіемъ Славянскихъ парѣчій по собственному влеченію, безъ всякихъ практпческихъ цѣлей. Совѣтъ Университета предложилъ ему, вслѣдствіе того, посвятить себя совершенно этой

— 243 —

дѣятельности, и для приготовленія къ профессурѣ по кафедрѣ Славянской Филологіи совершить ученое путешествіе въ Славянскія Земли. Прейсъ согласился, и, по желанію своему, проработавъ годъ съ небольшимъ въ Петербургѣ, подъ руководствомъ академика Востокова, надъ намятниками древняго Славянскаго языка, отправленъ былъ затѣмъ, лѣтомъ 1839 года, въ предположенное путешествіе, продолжившися слишкомъ три года. Какъ успешно воспользовался Прейсъ этимъ путешествіемъ, и для себя, и для науки которой посвятилъ свои труды, видно изъ отчетовъ его Совѣту Университета, печатавшихся въ «Журналѣ М. Н. Просвѣщенія» за 1840-42 годы. Начавши путь свой Кенигсбергомъ, гдѣ занялся языкомъ. И вِторскимъ, какъ важнымъ пособіемъ при историческомъ сравненіи Славянскихъ нарѣчій, посвятилъ онъ затѣмъ Прагу, Вѣну, Загребъ, Истрію и Далмацію, Бѣградъ, Новый-Садъ, Нестъ, нѣкоторые изъ Славянскихъ комитатовъ Венгріи, и Краковъ, вездѣ изучая, смотря по удобству, или древніе историческіе намятники, или произведенія словесности народной, вездѣ усівая дѣлать открытія и изслѣдованія по вопросамъ дотогѣ новымъ. Съ огромнымъ запасомъ наблюдений для разнообразныхъ трудовъ по наукѣ о Славянствѣ возвратился Прейсъ въ отечество, и тотчасъ же (въ декабрѣ 1842) представилъ Совѣту Университета программу будущихъ чтеній своихъ, свидѣтельствующую о широкомъ взгляде его на свои обязанности какъ преподавателя Исторіи и Литературы Славянскихъ Народовъ. Начальныя чтенія считалъ онъ необходимымъ посвящать вопросамъ о древнѣйшихъ жилищахъ Славянъ въ Европѣ, объ отношеніяхъ ихъ къ составамъ и повелительмъ въ периодѣ ихъ переселеній, о причинахъ и слѣдствіяхъ этихъ переселеній, объ образованіи самостоятельныхъ Славянскихъ государствъ, о приписѣ ими Христіанства, и о внутреннемъ бытѣ Славянъ въ древнѣйшую эпоху, какъ по положительнымъ свидѣтельствамъ Исторіи, такъ и по выводамъ изъ сравнительнаго изученія Славянскихъ древностей. За этимъ вступленіемъ должно было

16*

— 244 —

статьовать историческое разсмотрение каждого изъ главныхъ народовъ Славянскихъ въ - отношеніи къ судьбамъ политическимъ, языку и литературѣ, а именно: Болгартъ, Сербовъ. Хорватовъ, Хорутанъ, Чеховъ, Словаковъ, и, напонецъ, Поляковъ вмѣстѣ съ Балтійскими и Лужицкими (Славянами. Заключительныі чтенія Прейсъ считать нужнымъ посвятить сравнительной грамматикѣ Славянскихъ нарѣчий, съ изложеніемъ главнѣйшихъ результатовъ Сравнительной Лингвистики вообще, и отношеній Русскаго языка къ прочимъ Славянскимъ нарѣчиямъ. Первое чтеніе Прейса въ Университетѣ имѣло мѣсто въ мартѣ 1843 года, въ присутствіи министра народнаго просвѣщенія, его товарища и всего Университетскаго начальства. Посвященное изложенію содержанія, объема, цѣли и важности предмета, оно отличалось, какъ и всѣ дальнѣйшія его лекціи, достоинствомъ и простотою изложенія, соединеніемъ научной полноты содержанія съ общенонятностію и вмѣстѣ - съ-тѣмъ самостоятельностію, какъ въ общихъ руководныхъ мысляхъ и выводныхъ соображеніяхъ, такъ и въ сопоставленіи данныхъ. Обдумавъ разъ порядокъ изложенія, Прейсъ оставался при немъ непэмьенно, но не находилъ возможнымъ доводить программу свою до конца: чтеній по сравнительной грамматикѣ Славянскихъ нарѣчий не начиналъ онъ ни разу, и ограничивался въ этомъ отношеніи лишь мимоходными за-мѣчаніями при изложеніи отдельныхъ характеристикъ Славянскихъ нарѣчий Университетскимъ преподаваніемъ своимъ пріобрѣлъ онъ между слушателями такое же уваженіе какое научными трудами своими сталъ снискивать въ ученомъ мірѣ, а благороднымъ характеромъ застужилъ между товарищами и знакомыми. Къ сожалѣнію, дѣятельность его была крайне-кратковременна. Болѣзнь которой подвергся онъ за-границю, не покидала его и въ Петербургѣ, и весной 1846 года свела въ могилу, 32-хъ лѣтъ отъ роду, въ ту именно пору жизни и научной зрѣлости, когда ожидались отъ него труды большаго объёма, надъ которыми онъ, извѣстно, работалъ, и которые несо-

— 245 —

мижнєно били - би въ высшей степени важны для успѣховъ Славянской Науки. Напечатать - же успѣлъ лишь небольшія статьи, помѣщенныя въ Журналѣ М. Н. Просвѣщенія: «О Глагольской письменности» (т. XXVII), и «Объ эпической поэзіи» (въ 1845) ³⁸².

По кончинѣ Прейса, преподаваніе по каеведѣ Славянской Филологіі было опять поручено временно адъюнкту Касторскому, который, на этотъ разъ, продолжалъ его лишь полгода, такъ какъ —

Съ начала 1847 года перешло оно къ экстраординарному профессору Срезневскому (Измалъ Иванович), 36-ти лѣтъ отъ роду, который съ осени 1842 года занималъ ту же каеведу въ Харьковскомъ Университетѣ. Сынъ тамошняго профессора, въ Харьковѣ у родителей получилъ онъ первоначальное образованіе, и въ университетѣ роднаго же города кончилъ, въ 1829 году, курсъ наукъ по Юридическому Факультету со степенью кандидата. Нѣсколько лѣтъ послѣ того служилъ онъ въ разныхъ присутственныхъ мѣстахъ Харьковскихъ, продолжая заниматься преимущественно Политической Экономіею и Статистикою, вмѣстѣ съ тѣмъ изучая мѣстную старину и народную словесность, и въ тоже время испытывая силы свои въ небольшихъ литературныхъ произведніяхъ. Плодомъ этихъ занятій было изданіе имъ: въ 1831 году — «Украинскаго Альманаха» (вмѣстѣ съ Росковшенковымъ); въ 1832 — «Словацкихъ пѣсень» (записанныхъ въ Харьковѣ отъ заходившихъ туда словаковъ); въ 1833 году, — первой части сборника подъ заглавіемъ «Запорожская Старина» и «Малороссійскихъ пословицъ». Въ началѣ 1837 года, защитивъ диссертацію: «Основныя мысли о сущности и содержаніи теоріи въ наукахъ политическихъ», удостоенъ онъ былъ стени магистра этихъ наукъ, и осенью того же года принятъ въ Харьковскій Университетъ адъюнктомъ по каеведѣ Политической Экономіі и Статистики. Вступительная лекція его въ курсъ Статистики напечатана была въ «Журналѣ М. Н.

— 246 —

Просвѣщенія» за 1838 годъ. Въ томъ же году выпали въ свѣтъ его «Пistorическое обозрѣніе Слободской Украины», и вторая часть «Запорожской Старины»; въ 1839 и 1840 — изданный имъ «Украинскій Сборникъ» (двѣ книжки), и изслѣдованіе «Объ элементахъ и содержаніи Статистики и Политической Экономіи»; но это было уже на preceding съ государственными науками, увлекавшими Срезневскаго въ первой его молодости; работы по Малорусской старинѣ и народности указали ему иное призваніе — разработку Славянской и въ особенности Русской Филологіи и Археологіи, всѣдѣствіе чего лѣтомъ 1840 года и отправленъ былъ онъ въ путешествіе по Славянскімъ Землямъ съ цѣлію приготовиться мѣстнымъ изученіемъ Славянскихъ нарѣчій и памятниковъ ихъ литературы къ занятію каоеды этого предмета въ Харьковскомъ Университетѣ. Путешествіе это, въ которомъ Срезневскій часто сходился и работалъ вмѣстѣ съ Препсомъ, принадлежитъ къ однимъ изъ савскихъ плодотворныхъ по своимъ результатамъ: отчеты объ немъ помѣщавшіеся своевременно въ «Журналѣ М. Н. Просвѣщенія» свидѣтельствуютъ сколько о горячности съ какою молодой ученый взялся за новую свою задачу; столько же и объ особомъ умѣніи въ ея выполненіи. Кромѣ этихъ отчетовъ, находясь за границею помѣстилъ онъ нѣ сколько статей въ Славянскихъ журналахъ и сборникахъ: «Часописи Чешскаго Музея», «Татранкѣ» и «Денницѣ Варшавской» ³⁸². Но возвращеніи изъ путешествія осенью 1842 года, Срезневскій тотчасъ сдѣланъ былъ и. д. экстраординарнаго профессора по каоедрѣ Славянской Филологіи въ Харьковскомъ Университетѣ; въ 1847 году, съ полученіемъ докторской степени, утвержденъ въ этой должности, и вслѣдъ затѣмъ переведенъ въ налѣдъ Университетъ; въ следующемъ-же году занялъ туже каоедру въ Гл. Педагогическомъ Институтѣ, а съ 1849-го принятъ былъ и членомъ Н-го Отдѣленія Имп. Академіи Наукъ. Въ своихъ Университетскихъ чтеніяхъ следовалъ онъ порядку принятому имъ еще въ Харьковѣ: начальный курсъ чтеній по-

- 247 -

стоянно посвящаемъ былъ имъ энциклопедическому Введенію, имѣющему цѣлю ознакомить слушателей съ Славянскимъ менемъ, какъ частію кореннаго народонаселенія Новой Европы; съ его общими судьбами въ - отношеніи политическому, религіозному, бытовому; съ характеристикескими отличіями его нарѣчий; съ важнѣйшимъ явленіями народной его словесности и книжной литературы, а вмѣстѣ-съ-тѣмъ и съ главными по-собіями для изученія Славянства. Всѣдѣ за этимъ, вводнымъ, курсомъ, слѣдовали постоянно черезъ гоѣ два другіе: курсъ Славянскихъ Древностей, и курсъ Исторіи Языка и Литературы Западныхъ Славянъ. Курсъ Древностей состоялъ изъ разсмотрѣнія иностранныхъ и домашнихъ свидѣтельствъ оставшихся о Славянахъ древняго времени, и изъ систематическаго изложения быта, общественнаго устройства и религіи каждого изъ Славянскихъ народовъ во времена предшествовавшія утвержденію между ними Христіанства. Курсъ Исторіи Языка и Литературы заключалъ въ себѣ разсмотрѣніе измѣненій которымъ подвергалось въ народномъ и письменномъ употребленіи каждое изъ главныхъ нарѣчий Славянскихъ, и судебъ народной поэзіи и литературы у каждогоъ изъ главныхъ народовъ Славянскихъ. Заключительный, четвертый, курсъ посвящаемъ былъ древнеграмъ Русскаго языка, съ подробнымъ объясненіемъ главнѣйшихъ его памятниковъ ³⁸³. Кромѣ лекцій, профессоръ Срезневскій упражнялъ слушателей въ научныхъ работахъ филологическихъ и археологическихъ, имѣвшихъ цѣлю пріучить ихъ къ самостоятельному разсмотрѣнію памятниковъ языка и письма, всѣдствіе чего изъ школы его вышло много людей съ превосходнымъ ученымъ направленіемъ, и столы рѣдкимъ еще у насъ умѣньемъ работать наукообразно. Самъ - же онъ, съ возвращенія изъ - заграницы въ 1842 году, совершилъ такое громадное количество ученыхъ работъ по изследованію отечественнаго и другихъ Славянскихъ языковъ, по разъясненію древностей и народности плементъ Славянскихъ, по разбору и изданію древнихъ и старинныхъ памятниковъ ихъ литературѣ,

— 248 —

наконецъ, по исторіи и обліографіи этихъ литературы, не говоря уже о многочисленныхъ экскурсіяхъ въ области знания сопредѣльныя съ его специальностію, что трудовъ имъ одинъ совершенныхъ было бы достаточно для прославленія нѣсколькихъ ученыхъ: онъ - же трудами этими ³⁸⁴ положилъ, надѣемся, не-зыблемое основаніе дальнѣйшей прочной и плодотворной у насъ разработкѣ Славянской Филологіи и Археологіи, поставилъ имя свое въ исторіи литературы на ряду съ славными именами Шафарика и Востокова, и пріобрѣлъ неоспоримое право считаться въ настоящее время, обокъ съ Налацкимъ, бистатель-нѣйшимъ свѣтиломъ на горизонѣ Славянской Науки.

## VII. Каеведра Византійскихъ Древностей и Илитературы.

Открыта была, какъ сказано выше, въ 1860 году, и по-ручена тогда же приглашенному въ преподаватели этого предмета, Дестунису (Гаврило Сниридонович), 42-хъ лѣтъ отъ роду. Сынъ извѣстнаго учеными трудами Кефалонійскаго грека, учившагося и служившаго въ Россіи, отцу своему пре-имущественно и обязанъ онъ полученнымъ дœма приготовле-ніемъ къ Университету, куда вступилъ въ 1834, и гдѣ въ 1838-мъ окончилъ курсъ со степенью кандидата по Историко-Филологическому Факультету. Восемь лѣтъ послѣ того сильная хроническая болѣзнь не позволяла ему ни заниматься наукою, ни служить; но два года (1845 - 1847) проведенные въ благодарномъ климатѣ Греціи возвратили ему здоровье, и сбили его съ этою родиною его предковъ до такой степени, что языкъ и народъ ся, преимущественно въ Византійскій пері-одъ, сдѣлались исключительнымъ предметомъ его изученія и работъ. Вотъ важнѣйшія изъ послѣднихъ до вступленія его въ Университетъ: 1) «О переводѣ Одиссеи В. А. Куков-скимъ» (въ «Журналѣ М. Н. Просвѣщенія» за 1850 годъ); 2) «Пistorическое сказаніе ипока Комнина и ипока Прокла о разныхъ деспотахъ Дипрскихъ» и проч. (Спб. 1858) — Греческій текстъ и Русскій переводъ, съ историческимъ вве-

— 249 —

деніємъ и картою Эпира и Оессаліи въ XIV вѣкѣ, изданные Ими. Академією Наукъ; 3) «Матеріялы для разсмотрѣнія вопроса о слѣдахъ Славянства въ нынѣшнемъ Греческомъ языковѣ» (1858-1860) — въ «Матеріалахъ для Сравнительнаго и Объяснительнаго Словаря» издаваемыхъ II-мъ Отдѣленіемъ Ими. Акад. Наукъ за 1859 годъ); 5) «Ватопедскій снимокъ Птоломесевой географіи» (въ «Извѣстіяхъ» Н. Археолог. Общества, т. II); 6) «Сказанія Приска Панійскаго», переводъ съ Греческаго съ критическимъ предшеловіемъ и примѣчаніямъ (въ «Ученыхъ Вапискахъ» II-го Отдѣленія Ими. Ак. Наукъ», кн. VI); 7) «Византійскіе историки: Дексинъ, Эвнаній, Олимпіодоръ, Малхъ, Петръ-Патрицій, Менандръ, Кандидъ, Нонносъ и Өеөванъ-Византіецъ» (Спб. 1860) — переводъ отца - Дестуниса, поповленный сыномъ съ присовокупленіемъ введенія къ каждому историку, примѣчаній и проч. Начатыя въ 1860-61 году чтенія Дестуниса, какъ и другихъ, съ закрытіемъ Университета въ 1861-мъ, преслатійсь 385.

### VIII. Каоведра Всесimbей Исторіі Итературы.

Введеніая въ составъ Историко-Филологическаго Факультета въ 1860 году, каоведра эта до ноября мѣсяца 1861-го, занимаема была магистромъ Нынешнимъ (Александръ Николаевичъ), 27-ми лѣть отъ роду. Кандидатъ нашего университета выпуска 1853 года, въ 1857-мъ удостоенъ онъ былъ, по защищеніи диссертаціи «Очеркъ литературной истории старинныхъ новостей и сказокъ Русскихъ», степени магистра Русской Словесности, и въ 1858-мъ, въ качествѣ профессоранта по Исторіи Европейскихъ. Литературъ, посланъ въ путешествіе по Славянскімъ Землямъ и Западной Европѣ. По возвращеніи изъ-за границы, принятый въ Университетъ съ званіемъ и. д. экстраорд. профессора, читалъ онъ въ 1860-61 «Исторію Провансальской и Французской

— 250 —

Литтературы въ Среднєї Вѣкѣ » . Въ отечественной литературѣ
пріобрѣть онъ между тѣмъ извѣстность какъ одинъ изъ луч-
шихъ критиковъ, и занять видное мѣсто между молодыми уче-
ными обработавъ третій томъ «Памятниковъ Старинной Рус-
ской Литературы» изданныхъ на счетъ графа Купцѣва -
Безбородко, заключающий въ себѣ «.Ложныя и Отрѣченныя
Книги Русской Старины » (Спб. 1862) ³⁸⁶.

ФАКУЛЬТЕТЪ ВОСТОЧНЫХЪ ЯЗЫКОВЪ.

I. Каоведра Арабскаго Языка и Словесности.

До окончанія 1846-47 учебнаго года продолжалъ зани-
мать ее орд. профессоръ О. Н. Сенковскій, ограничиваясь,
съ 1837 38 года. объясненіемъ, въ III и IV курсахъ: изъ
поэтническихъ произведеній Арабской литературы — касцдъ из-
вѣстныхъ подъ прозваніемъ «Муаллакъ», и стихотвореній
заключающихся въ сборникѣ извѣстномъ подъ именемъ «Хам-
маса»; изъ прозаическихъ — «Макамъ» Харирія. Уже изъ
этого одного видно что тогда — какъ съ преобразованіемъ Уни-
верситета по уставу 1835 года, все зажило въ немъ новою
жизнію, несравненный профессоръ Арабскаго Языка сталъ
охладѣвать — не въ любви своей къ предмету — а къ успѣ-
хамъ его въ Университетѣ, вслѣдствіе того, должно быть, что
въ учебномъ вѣдомствѣ явнымъ образомъ не цѣнили ни за-
слугъ, ни достопіствъ этого необыкновеннаго человѣка. По-
койный ректоръ Университета, П. А. Плетневъ, съ такой
любовію провожавшій добрымъ словомъ каждого изъ товари-
щей-профессоровъ покидавшихъ Университетъ, даже и Плет-
невъ этотъ, упоминая на актѣ 1848 года о томъ что (сен-
ковскій оставилъ Университетъ послѣ 25-летней службы, не
нашего возможнымъ выразить по этому случаю даже самаго
сухаго сожалѣнія объ утратѣ которую несъ Университетъ,

— 251 —

тогда - какъ Университетъ личался величайшей изъ своихъ то-
дашнихъ знаменитостей.... Доказательствомъ тому что Сен-
ковскій, среди самыхъ разпородныхъ занятій, въ которыея во-
звлекло его изданіе «Иблиотеки для Чтенія», не охладѣвать
въ любви къ главной своей спеціальности, служитъ неопро-
вержимо множество ученыхъ статей о Востокѣ напечатанныхъ
имъ въ этомъ журналѣ; изъ нихъ, собственно по части Араб-
ской литературы, укажемъ на «Поэзию Аравитянъ до Маго-
мета», какъ на превосходный шій трактатъ объ этомъ пред-
метѣ, и на его Русскій переводъ «муаллаки». Иебида (см.
«Иблиотеку для Чтенія», т. ХХХІ, и въ «Собраніи сочи-
неній» ч. І, стрн. 308-318, и ч. VII, стрн. 165-201),
какъ на такой образчикъ неподражаемаго умѣшья переводить,
съ которымъ не можетъ равняться даже поэтническая передача
Арабскихъ подлинниковъ на Нѣмецкій языкъ перомъ прослав-
леннаго Рюкерта.

Совмѣстно съ Сенковскимъ, въ своихъ курсахъ, продолж-
жаль преподавать Арабскій Языкъ, до самой смерти своей
въ 1846 году. М. Г. Волковъ, не задолго до того избран-
ный въ экстраординарные профессоры. Съ грамматическимъ
строемъ этого языка знакомилъ онъ слушателей по собствен-
ному конспекту, на основаніи трудовъ Сильвестра де-Саси и
Эвальда, употребляя въ руководство премущественно Institu-
tiones Розенмюллера. Съ самымъ языкомъ знакомилъ, упраж-
нія въ переводъ на Русскій языкъ, сначала басень приписы-
ваемыхъ Лукману - мудрецу, и пѣсколькихъ пѣлъ Кōрана, да-
лѣ-же — правоучительныхъ сказокъ «Колызъ-вз-Демэнэ», и
тѣхъ-иhi-другихъ отрывковъ изъ помѣщенныхъ въ хрестома-
тіяхъ Гумберта, Козегартена и Сильвестра-де-Саси ³⁸⁷.

Кропѣ Волкова, помощникомъ Сенковскому въ препода-
ваніи Арабскаго Языка служилъ въ 1836-1839 годахъ еще
кандидатъ Мухлинскій (Антонъ Осиповичъ). Воспитанникъ
Виленскаго Университета, онъ, по окончаніи тамъ курса
наукъ въ 1828 году, принятъ былъ въ Профессорскіи Исти-

— 252 —

тутъ, съ прикомандированіемъ, для занятій Восточными язы-
ками, къ нашему Университету; послѣ чего, чтобы усовер-
шенствоваться въ нихъ, посланъ былъ въ 1832 году на три
года на Мусульманскій Востокъ, и, по возвращеніи изъ этого
путешествія весною 1835 года, определенъ былъ въ нашъ упи-
верситетъ преподавателемъ Восточныхъ Языковъ съ порученіемъ
читать Арабскій Языкъ въ среднихъ курсахъ. Въ теченіе озна-
ченныхъ трехъ лѣтъ объяснялъ онъ слушателямъ Коранъ вмѣ-
стѣ съ комментаріемъ на него Бейдавія, переводилъ съ ними
релігіозную поезму «Бурдè», и знакомилъ ихъ съ Арабскою грам-
матикою по туземной системѣ, упражняя въ переводѣ этимо-
логической части грамматики Нбнъ-Ферхата. Въ 1839 году,
утвержденный экстраординарнымъ профессоромъ Восточной Сло-
весности, перешелъ онъ на кафедру Османскаго Языка и Сло-
весности ³⁸⁸.

По смерти Волкова, въ-теченіе 1847-49 учебныхъ годовъ, преподаваніемъ Арабскаго Языка въ нисшихъ курсахъ занимался экстраорд. профессоръ по кафедрѣ Османскаго Языка В. Ф. Литтель, а съ 1850 по осень 1854-го — профессоръ Персидской Словесности Каземъ-бекъ.

Иреемникомъ Сенковскому Университетъ избралъ Египет-
скаго араба, шейха Тантави (Мохаммедъ-Айядъ), который
въ 1830 хъ годахъ славился въ Капрѣ какъ одинъ изъ уче-
пѣйшихъ профессоровъ при тамошней Эльазгарской мечети,
и отличѣйшій знатокъ отечественнаго языка и литературы.
По Европѣ славу объ немъ разнесли ученики его. Френель
Вейль и другіе, отъ которыхъ онъ, въ свою очередь, выучились
Французскому языку. «Въ настоящее время это, быть можетъ,
единственный туземецъ на Востокъ съ любовію занапмающийся
изученіемъ древнихъ памятниковъ Арабской литературы», пи-
салѣ первый изъ этихъ орьенталистовъ ³⁸⁹. Вследствіе та-
кой же объ немъ рекомендаціи и со-стороны Русскихъ, учив-
шихся у него въ Капрѣ, шейхъ Тантави получилъ въ 1839
году, отъ нашего Министерства Иностранныхъ Дѣлъ, пригла-

— 253 —

шеніе переселиться въ Петербургъ для преподаванія Арабскаго языка въ учебномъ отдѣленіи Восточныхъ Языковъ при означенномъ министерствѣ, согласился на это приглашеніе, и, живя въ Петербургѣ, выучился по-Русски. Университетъ принять его въ среду свою экстраординарнымъ профессоромъ черезъ семь лѣтъ по водвореніи его въ Россіи, когда шейху было 40 лѣтъ отъ роду. Лекціи свои началъ онъ съ 1848 года, и продолжалъ десять лѣтъ, пока изкурительная болѣзнь не свела его въ гробѣ. Преподаваніе знаменитаго шейха не оставило никакихъ слѣдовъ въ Россіи: изъ него могли изъвлечать позицу не такого рода слушатели какихъ встрѣчалъ онъ у насъ. Въ первые годы объяснялъ онъ Харирія, по увидѣвъ, должно быть, съ къмъ имѣть дѣло, сталъ ограничиваться толкованіемъ легкихъ историческихъ отрывковъ. Сверхъ того, излагалъ грамматикъ Арабскаго Языка (должно положать, по системѣ туземцевъ), упражнялъ въ разговорахъ и сочиненіяхъ на этомъ языке, въ переводахъ на Арабскій съ Русскаго, училъ каллиграфіи, и приучалъ къ чтенію трудныхъ рукописей. Исторія Арабовъ, коморую, значится въ «объявленіяхъ» о лекціяхъ, читалъ онъ также, представлялась - бы, можно думать, весьма интересно и поучительно даже для первостепенныхъ спеціалистовъ по этому предмету, но едва ли была приспособлена къ степени образования и потребностямъ его аудиторіи. Для облегченія желающимъ изученія разговорнаго Арабскаго Языка употребительнаго въ Египтѣ, шейхъ Танави издалъ въ 1848 году, въ Лейцигѣ, родъ учебника по этому предмету подъ загла віемъ Traité de la langue Arabe vulgaire. Прочіе напечатанные труды его были критическіе — поправки переводовъ съ Арабскаго сдѣланныхъ нѣкоторыми Французскими орѣенталистами; таковы помѣщенные имъ въ «бюліетенѣ» здѣшней Академіи Наукъ: Observations sur la traduction de quelques vers arabes, и Observations sur la Rhétorique des nations musulmanes de M. Garcin de Tassy. Самое - же любопытное介绍入教的教科书， это короткій кратій о его авторе и о его教科书

— 254 —

напечатанная въ Арабскомъ текстъ съ Нъменцкимъ переводомъ Козегартена, въ Zeitschrift für die Kunde des Morgenlandes ³⁹⁰.

За болѣзнію Тантави, часть его лекцій по Арабской Словесности, съ Исторіею Арабовъ до Магомета, передаqua была орд. профессору Каземъ-беку, который и несъ эту обязанность въ-теченіе 1857-59 годовъ.

Съ преобразованіемъ Восточнаго Отдѣленія историко-филологическаго факультета въ особый Факультетъ Восточныхъ Языковъ, исправляющимъ д. адъюнкта по кафедрѣ Арабскаго Языка поступилъ въ университетъ нашъ воспитанникъ Казанскаго, окончившій тамъ курсъ въ 1846 году со степенью кандидата, и обучавшій послѣ того Арабскому Языку въ I-й Казанской Гимназіи, Навроцкій (Михайло Тимофеевич), 30-ти летъ отъ роду. Въ 1855-58 годахъ преподавалъ онъ въ первыхъ трехъ курсахъ грамматику Арабскаго Языка по собственнымъ запискамъ (на основаніи трудовъ де-Саси и Эваліда), и переводить со слушателями свои басни Локмана, разныя статьи изъ «Хрестоматіи» Болдырева, избранныя главы Корана, и дру гіе прозаическіе и стихотворные отрывки; со времени - же пре кращенія лекцій шейхомъ Тантави, читать, въ 1857-1859 годахъ и въ IV-мъ курсѣ, объясняя преимущественно «Исто рію» Абумъ-Фараджа и «Муаллаки» съ комментариемъ Зё узени; сверхъ того, читалъ Исторію Арабовъ съ древнѣй шіхъ до настоящихъ временъ, по собственнымъ запискамъ со ставленнымъ на основаніи трудовъ Коссэнъ де Персеваля, (Се дило и Ноэль де Верже. Изъ трудовъ его, напечатанъ, до закрытія Университета, только отзывъ «О Русскомъ (ненздан номъ) переводѣ «Бесѣдъ» Харирія, сдѣланномъ г. Холмогоровымъ» (въ «Назвѣстіяхъ» Археологическаго Общества за 1861 годъ) ³⁹¹.

Для упражненія - же студентовъ въ разговорномъ Арабскомъ Языкъ, принятъ былъ въ Факультетъ, вскорѣ по образованіи его, природный аравитянинъ, Ахмедъ бенъ Хуссінъ, ко-

— 255 —

торый, впрочемъ, въ 1858 году оставилъ Университетъ. Тогда
вмѣсто него, причислѣ былъ къ факультету тоже аравитянинъ,
уроженецъ Алеппскій, христіанинъ по вѣроисповѣданію,
Кельзи (Өедоръ), 33-хъ лѣть отъ роду, который и до сихъ
поръ остается при Университетѣ.

П. Каоедра Персидскаго Языка и Словесности.

По выходѣ изъ Университета профессора Шармуа въ сен-
тябрѣ 1835 года, оставалась въ завѣдываніи мирзы Джафара
Тончибашева (произведеннаго въ томъ же году въ экстра-
ординарные, а въ 1843-мъ — въ ординарные профессора),
до 1849 года, когда и онъ, по разстроенному здоровью, отка-
зался отъ преподаванія ³⁹². Мирза Джафаръ, по горячему же-
ланію передавать слушателямъ свои свѣдѣнія, при отличномъ
его владѣньи, и прозанческою, и стихотворною Персидскою рѣчью,
былъ преподаватель въ высшей степени полезный; но чтобы
слушатели могли извлекать изъ него возможную пользу, надо
было чтобы они пріучились уже объясниться по-Персидски.
При этомъ условіи, ученики мирзы Джафара дѣлали быстрые
успѣхи, безъ этого-же условія дѣло шло плохо, ибо будучи
азіатцемъ до мозга костей, не могъ онъ усвоить себѣ совер-
шенно Европейскихъ пріемовъ при преподаваніи грамматики
Персидскаго языка и грамматическомъ анализѣ Персидскихъ
текстовъ: словомъ, онъ, какъ и шейхъ Тантави по своей части,
былъ превосходѣ для утвердившихся въ началахъ Персид-
скаго языка у Европейскаго преподавателя, но для начальнаго
преподаванія былъ мало пригоденъ. Обыкновенно со слушате-
лами свои и переводилъ онъ сначала, ломаннымъ Русскимъ
языкомъ, тексты заключающіеся въ прекрасно составленной
«Персидской Хрестоматіи» Бодырева, а потомъ разбиралъ съ
ними рукописи «Хабпъ-ус-Сіеръ» Хондемира, «Энвари-Су-
гейли» Ваиза Кашефп, Мегди-Кули-Ханову «Тарихи-Нади-
ри» и другія произведенияя Персидской литературы, парафра-
зируя текстъ, перелагая стихи въ прозу, и приучая выражаться
по-Персидски не только правильно, но даже изящно; причемъ

— 256 —

живой обрасчикъ для изученія особенностей характеризующихъ
Персідскаго поэта Суфійской пиколы имѣли учащіеся въ самомъ
учителѣ. Хорошо также усѣдвали ученики мирзы Джафара и
въ усвосеніи себѣ разныхъ Персідскихъ почерковъ — предметъ
образованія весьма важномъ на Востокѣ — потому - что самъ
мирза отлично владѣть каламомъ (тростью для письма). Къ
чести этого преподавателя должно сказать еще что онъ сер-
дечно привязывался къ способнымъ изъ своихъ слушателей, и
умѣть внушать имъ такое же тенное расположеніе къ себѣ.
Кромѣ природнаго, Персідскаго, языка, напь онъ хорошо Адер-
байджанское парліе Турецкаго, употребительное въ Закавказь,
и свободно говорить по - Армански и по - Грузински.

Пресеминкомъ мирзы Джафара на каоерѣ Персідской
Словесности явилась одна изъ замѣчателльныхъ въ настоящее
время личностей, не только у насъ, но въ цѣй Лазіи и цѣй
Европѣ — азіатецъ, съ глубокимъ Мусульманскимъ образова-
ніемъ соціянацій основательное знакомство съ ученостью Евро-
пейскою, владѣющій одинаково какъ Арабскимъ, Персідскимъ
и Турецкимъ, такъ Английскимъ, Французскимъ и Русскимъ
языками, и на всѣхъ шести языкахъ писавшій и початавшій.
Къ доверенію необыкновенныхъ качествъ соціянаційся въ
этой личности — говоримъ о мирзѣ Александрѣ Касимовичѣ
Каземъ - Бекѣ — онъ еще и христіанъ Пресбитеріанскаго ис-
новѣданія: история обращенія его изъ Мусульманства въ Хри-
стіанство, и преслѣдованій которымъ подвергался онъ за это
отъ прежнихъ единообразцевъ — одна изъ самыхъ трогательныхъ,
получительныхъ и замѣчательныхъ въ психологическомъ отно-
шеніи — свидѣтельствуетъ о необыкновенной твердости и благо-
родствѣ его, вмѣстѣ - съ - тѣмъ, нѣжной и добрыей души.
Сынъ одного изъ уважаемыхъ бековъ Дербентскихъ, Европей-
ское образованіе свое получилъ онъ у Английскихъ миссіоне-
ровъ въ Астрахани, съ 1822 по 1825 годъ, и, по переходѣ
тамъ въ лоно Христіанской Церкви, поступилъ, съ 1826 года,
на службу при Казанскомъ. Упивереніетѣ въ качествѣ лек-

— 257 —

тора Персидскаго Языка. Съ 1837 года занимать онъ тамъ каоведру Турецко-Татарской Словесности уже въ званіи ординарнаго профессора, а въ 1844-1849 годахъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, и каоведру словесности Арабско-Персидской. Въ нашъ университетъ, послѣ 23-лѣтней службы въ Казани, снискавшей ему тамъ всеобщую любовь и уваженіе, перешоль онъ, въ ноябрѣ 1849 года, на каоведру Персидской Словесности, сдѣлавшуюся праздною съ оставлѣніемъ ея мирзою Джафаромъ, и каоведру эту занимаетъ донынѣ. Сверхъ того, въ разное время присподавалъ онъ, какъ видѣли мы, еще и Арабскій Языкъ. Преподаваніе языка и литературы Новой Персіи приспособлялось Каземъ-Бекомъ въ Казани, и приспособляется въ университетѣ нашемъ, къ образованію оръенталистовъ какъ для ученой, такъ и для дипломатической на Востокѣ службы, и никто изъ профессоровъ Восточныхъ Языковъ въ Россіи не имѣлъ удовольствія видѣть столькихъ учениковъ своихъ дѣятелями на томъ и на другомъ поприщѣ. Какъ пособіями, пользуется онъ въ лекціяхъ своихъ всѣмъ лучшимъ чтò напечатано по части языка и литературы Персіи въ Европѣ, палитографировано въ самой Персіи, и находится въ руководяхъ, какъ собственно ему принадлежащихъ, такъ и хранящихся въ Университетской библиотекѣ. Исторія Нерсідской Литературы, которую читасть онъ въ высшихъ курсахъ, обработана имъ самостоятельно по Девѣтель-Шаху и другимъ историкамъ стихотворной и прозанческой производительности Персіи. Что касается до собственной ученой и литературной производительности А. Р. Каземъ-бека, то первые свои опыты дѣлать онъ, какъ водится на Востокѣ, извѣстными въ рукоисп. Къ этой категоріи трудовъ его, распространенныхъ на Кавказъ, принадлежать: 1) «Опытъ Грамматики Арабскаго Языка», изложенной имъ на Арабскомъ же языке въ 1819 году; 2) «Муамма-ва-Лугазъ»: шарады на Арабскомъ и Нерсідскомъ языке, написанныя въ 1820 году; 3) «Рисало» и т. д. — трактать объ истинѣ Христіанской религіи (напечатанъ въ Астра-

17

— 258 —

хапш. въ 1822 году); 4) «Отвѣтъ» на возраженія противу этого
трактата, написанный Тавризскимъ ученымъ Хаджи Мулла-
Ризою. Съ поступленія въ Казанскій Университетъ, начи-
нается длинный рядъ трудовъ Каземъ-бека по изданію тек-
стовъ и переводовъ Мусульманскихъ писателей, собственныхъ
его переводовъ съ Русскаго на Восточные языки, руководѣть
къ изученію этихъ языковъ и ихъ литературъ, по самостоя-
тельной разработкѣ разныхъ сторонъ исторіи, решеніи, поли-
тическаго быта и культуры Азіи, и по критикѣ трудовъ дру-
гихъ Русскихъ и Западно-Европейскихъ оръенталистовъ. Огра-
ничиваемъ здѣсь этотъ рядъ липлъ трудами изданными по 1862
годъ. Изъ текстовъ напечатаны имъ: 1) «Ассабъ-ус-Сейяръ»,
или «Семь-Планетъ»: исторія Крымскихъ Хановъ, сочиненная
на Турецкомъ языкѣ (Сейидъ Ризою, со введеніемъ на Рус-
скомъ языке» (Казань, 1832, 4°); 2) «Мухтесеръ-уль-
Вигкаіє», или «Сокращенное Вигкаіє»: куръ Мусульманскихъ
законовъ по школѣ Ханифитовъ, сл. введеніемъ на Русскомъ
и примѣчаніями на Арабскомъ языке (Казань, 1845, 4°);
3) «Мухаммедіє» (поэма написанная въ XV вѣкѣ на ста-
ромъ Турецкомъ языке) съ предисловіемъ и примѣчаніями
(Казань, 1845, 4°); 4) «Себатъ-уль-Аджининъ» (поэма
на Джататайскомъ нарѣчіи, съ предисловіемъ и примѣчаніями
(Казань, 1847, 8°); 5) Derbend Nameh, translated from a
select turkish version, and published with the texts and with
notes illustrative of the history, geography, antiquities etc.,
occurred throughout the work (St. Petersburg, 1851, 4°)—
издано иллюминеіемъ Имп. Академіи Наукъ. Изъ собственныхъ
сочиненій на Восточныхъ языкахъ, изданы имъ: 1) «Тюхфё»,
разсуждение на Персидскомъ языке о литературѣ Арабовъ (Ка-
зань, 1831); 2) «Мифтаху Кунзуль Куръанъ» — ключъ ко
всѣмъ словамъ и выраженіямъ Корана (Исб. 1859, folio).
По части переводовъ съ Русскаго на Татарскій, напечатаны
сдѣланные имъ переводы: 1) Сельскаго Полицескаго Устава
(Казань, 1841), Началъ изобразительныхъ, и Чипа боже-

— 259 —

ственной литургии Св. Юлиана Златоуста (Казань, 1850), часослова (Казань, 1852), четырехъ евангелистовъ (Спб. 1855), дѣяній и посланій апостольскихъ (Спб. 1861). Вѣт переводы эти сдѣланы по благословенію Св. Свнода, и имъ же изданы. По части руководствъ къ изученію Восточныхъ языковъ, напечатаны Каземъ-бекомъ: 1) «Грамматика Турецкого-Татарскаго Языка (Казань, 1839), во второмъ изданіи переработанная и вышедшая тамъ же въ 1846 году, подъ за-главіемъ: «Общая грамматика Турецкого-Татарскаго Языка»; 2) «Учебныя пособія для временнаго курса Турецкаго Языка въ Имп. Военной Академіи» (Спб. 1854, три части in-folio). Псто-рическіе, юридические, лингвистические и другаго содержанія ученые труды Каземъ-бека печатались премпунцѣственно въ по-временныхъ изданіяхъ, какъ видно изъ слѣдующаго имъ перечня: 1) «Сравнительныя изъвлеченія изъ разныхъ писателей, относі-ціяся къ исторіи «Семи Планетъ» (въ Курн. М. Н. Пр. за 1835 годъ); 2) «О взятіи Астрахань, въ 1660 году, Крымскими Татарами» (Ученыя Записки Казанскаго Универ-ситета за 1835 годъ); 3) «О появліеніи и усѣхахъ Восточной словесности въ Европѣ, и упадкѣ ея въ Азіи» (въ Курн. М. Н. Пр. за 1836 годъ): 4) «Планъ ученаго путешествія по Востоку для молодыхъ орѣенталистовъ кончившихъ курсъ въ Казанскомъ Университетѣ». Казань, 1840; 5) «Извѣдованіе обл. Уттурахъ» (въ Курналъ М. Н. Пр. за 1841 годъ): 6) «О пѣкоторыхъ политическихъ переворотахъ приготовившихъ поницце Мохаммеду въ Аравіи и вѣтѣ ея» (въ Курналъ М. Н. Пр. за 1845 годъ: 7) Notice sur la marche et les progrès de la jurisprudence parmi les sectes orthodoxes musulmans (въ Journal Asiatique за 1850 годъ); 8) «Объясненіе Рус-скихъ словъ сходныхъ съ словами Восточныхъ языковъ» (въ «Незвѣстіяхъ» И-го Отд. Имп. Акад. Наукъ, за 1852 годъ); 9) «Объ этнографическомъ извѣдованіи Русскихъ словъ усвоенныхъ мѣстными Тюркскими нарѣчіями» (въ «Вѣст-никъ» Имп. Русск. Географическаго Общества за 1852 годъ):

17*

— 260 —

10) « Объясненіе Восточныхъ надписей » (въ « Учебныхъ Записках » Императ. Академіи Наукъ по I и III отдѣламъ, за 1855 годъ); 11) Sur l'état de la civilisation en Perse (въ Revue de l'Orient, за 1857 годъ); 12) « Начало просветенія въ нынѣшней India » (въ Куралѣ М. Н. Пр. за 1857 годъ); 13) « Мюридизмъ и Шамиль » (въ « Русскомъ Словѣ » за 1859 годъ); 14) « Обозрѣніе Востока въ политическихъ отношеніи передъ новленіемъ Мохаммеда » (тамъ же. за 1860 годъ, №№ II и V); 15) « О значеніи имама, его власти и достоинства » (тамъ же, № III); 16) « Мохаммедъ-Омнитъ » (тамъ же, № VI); 17) « Мохаммедъ, основатель Нелама » (тамъ же, №№ VIII и X). Изъ важныхъ работъ Русскихъ оренталистовъ, критически разобраны были Каземъ-бекомъ: « Изложеніе началъ Мусульманскаго Законовѣденія » Торпау (въ 20-мъ присужденіи Демидовскихъ премій); « Каталогъ Восточныхъ манускриптовъ и кеsigрафовъ Имн. Нумачной Библиотеки », составленный Дорномъ (въ « Отечеств. Записках » и « Современный » за 1852 годъ); « Собраніе свѣдѣний о народахъ, обитавшихъ въ древнія времена въ Средней Азіи », отца Яккинга Бичурина (въ « Отеч. Записках » за 1852 годъ), и « Труды Российской Духовной Миссіи въ Некинѣ » (въ « Отеч. Записках » за 1853 годъ). Критическія замѣчанія свои на труды чужеземныхъ оренталистовъ помѣщалъ Каземъ-бекъ исключительно въ Journal Asiatique; таковы тамъ: въ 1835 году — его Notice critique sur un passage de l'histoire de l'Empire Ottoman par M. de Hammer; въ 1843 — Observations sur le chapitre inconnu du Coran publié et traduit par M. Garcin de Tassy; въ 1853 и 1854 — Lettre à M. Garcin de Tassy sur la grammaire per sane de M. A. Chodzko, et Suite des observations sur la même grammaire ³⁹³. Далѣе увидимъ что многочисленныя работы Каземъ-бека, изъ коихъ иные только имъ однимъ въ цѣлой Европѣ и могли быть сдѣланы, работы даюція ему неотъемлемое право считаться въ настоящее время патриархомъ орен-