144

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

солдаты и нанесли ему тяжелые раны. Припялъ все сказанное во вниманіе, мы приговорили: „такъ какъ въ числѣ убитыхъ при Гаги были двое, то ихъ кровь покрывается кровью убитыхъ товарищей Элгуджи; гнѣель же Гаги въ пропасти не есть убійство рукой обвиняемаго, и потому кровь съ него не взыскивается. Въ вознагражденіе же рода убитаго убійца лишается имѣнія въ польку Свимона Чопикашвили, а послѣдній долженъ уплатить расходы на лѣчение Элгуджи. Сверхъ всего этого, родственники убійцы должны явиться съ бычкомъ и пивомъ на могилу Гаги и привесеніемъ ихъ въ жертву умилостивить душу покойнаго. Мзаго, по опредѣленію судей, должна о止аться въ качествѣ купленной женщины у Чопикашвили, и въ случаѣ желанія Элгуджи взять ее, послѣдній обязанъ уплатить первому 40 коровъ. Послѣ исполненія нашего постановленія да водворится въ роду Элгуджи и Чопикашвили братство, дружба и любовь". Приговоръ былъ принять единогласно, въ утвержденіе чего былъ накрытъ столъ съ обличными яствами и напитками, за которымъ тосты произносились неумолкаемо.

Примиреніе между Элгуджой и Свимономъ Чопикашвили состоялось, „Гласъ народа — гласъ Божій“, говорили они. Если представители народа руководились одними строго установленными юридическими обычаями при раскрытіи пестины, если они являлись нелицепріятными, неумолимыми судьями при производствѣ слѣдствія и произнесеніи приговора, то тѣ-же представители считаютъ свопмъ нравственнымъ долгомъ повліять на тяжущихъся внушеніемъ имъ христианскаго смпренія, кротости, мягкости и любви. Элгуджа, по прошествіи вѣко тораго временни, подъ прикрытіемъ представителей народа, входитъ въ домъ умирающего Свимона Чопикашвили, падаетъ на одно колѣно предъ женой своего бывшаго мистителя и'проситъ ее признать его своимъ сыномъ ¹). Опа принимаетъ предложеніе, обнажаетъ груди, къ которымъ Элгуджа, три раза приложивши зубы, тихо произносить какую-то молитву. Жена Чопикашвили предъ представителями народа, по совершеніи этого обрида усыновленія, закаяда присутствующимъ, которые съ непокрытой головой благоговѣнно слѣдили за исполненіемъ священного обряда, что Элгуджа съ этого дня считается ея роднымъ сыномъ, вскормленнымъ молокомъ ея грудей. Въ заключеніе этихъ словъ вновь объявленные мать и сыны обнялись какъ кровные родственники, сама жена Чопикашвили подвела Элгуджу къ мужу для его благословенія. Свимонъ, положивъ руку на голову новопріобрѣтенаго сына, сказалъ, что отнынѣ Элгуджа его близкій родственникъ, друзья и враги дѣлаются у нихъ общими, въ радости и горѣ одинаково будутъ другъ друга поддерживать. Для укрѣпленія дружбы Свимонъ отказывается отъ имѣнія Элгуджи, присужденаго роду Чопикашвили рѣшеніемъ теми въ вознагражденіе за убійство Гаги.

Такимъ образомъ, кровная месть замѣпласы вѣчной и теплой дружбой между родами Элгуджи и Чопикашвили.

А. Хахановъ.

¹) Ср. у сванетовъ подобный же обычай служенія дамъ, извѣстный подъ импемъ линтурали. „Этногр. Обозр. " кн. І, стр. 138.

С. М. Ъ. С. Ъ.

145

Киргизская легенда о веретенѣ, обратившемся въ гору.

Среди алтайскихъ и тарбагатайскихъ инородцевъ получили широкое рас-
пространеніе легенды о людяхъ, животныхъ и различныхъ предметахъ, обра-
тившихся въ горы. Въ Алтаѣ и Тарбагатаѣ нѣтъ почти ни одной вершины,
ни одной сопки, съ названіемъ которой не была бы соединена та или иная
легенда. Богатое собраніе подобнаго рода легендъ содержится въ статьяхъ
покойнаго алтайскаго миссіонера В. И. Вербицкаго (издаваемыхъ въ насто-
ящее время Этнограф. Отд. Общ. Люб. Ест., отдѣльной книгой), акад. В. В.
Радлова и въ „Очеркахъ сѣв.-западной Монголіі“ (а равно въ не вышедшемъ
еще отчетъ о послѣднемъ путешествіи въ Китай) Г. Н. Потанина. Къ циклу
подобныхъ-же сказаній принадлежитъ и легенда объ обратившемся въ гору
веретенѣ, записанная нами у Зайсанскихъ киргизовъ.

Недалеко отъ г. Кокбектовъ, Зайсанскаго уѣзда, находится гора Уртень-
тагъ; къ юго-западу отъ этой горы до рѣчекъ Базаръ и Богасъ простпрается
ровная степь, въ центрѣ которой стоитъ одиноко конусообразная сопка, на-
зываемая киргизами Кенд(ы)къ-тюбе. Киргизы говорятъ, что эта сопка — ве-
ретено („урчук“) старухи. Великанша-старуха имѣла пять козъ, которыхъ она
пасла всегда сама. Однажды, пася своихъ козъ, старуха усѣлась на гору Тар-
багатай, а ноги положила на Алтай. Въ это время на одну изъ ея козъ, бро-
дившихъ по стени, напалъ волнъ. Чтобы спасти свою козу, старуха бросила
въ волка веретено, которое она держала въ рукахъ, прядя прижу. Веретено
это упало на то самое мѣсто, гдѣ теперь стоитъ сопка. Эта-то сопка и есть
веретено великанши.

Съ старухой-великаншей преданіе связываетъ имя Айдагула. По мнѣнію
однихъ, великанша была женою Айдагула, а по мнѣнію другихъ — просто
„нечистой“ женщиной. До сихъ поръ между двумя киргизскими родами: най-
мано-муруновцами и тусла-токмакцами, идетъ горячій споръ о томъ, какой
версіи легенды отдать предпочтение.

Объ Айдагулѣ киргизы разсказываютъ слѣдующее:

Одна изъ вершинъ Тарбагатая носитъ названіе Тазъ-тагъ, что означаетъ
въ переводѣ „Лысая гора“ или „Голая вершина“. Тазъ-тагъ выдается изъ
рида прочихъ своею высотою и красивою конусообразною формою. На самой
верхушкѣ Тазъ-тага виднѣется издали шапкообразная скала. Когда-то на этой
вершинѣ, разсказываютъ киргизы, жилъ богатырь Айдагулѣ въ своемъ те-
ремѣ, построенномъ изъ камни въ отвѣсной скалѣ. Айдагулѣ не ходилъ, а
леталъ. Ему все было доступно. Богатства его были неисчерпаемы. Каждый
годъ, весною, въ честь этого богатыря киргизы и понынѣ приносять жертву,
ставшую даже обязательною. Обязательность жертвы киргизы объясняютъ
такъ: однажды случилась на скотѣ повальная болѣзнь, отъ которой пало много
скота. Въ это время одному изъ аксакаловъ (почтенныхъ, уважаемыхъ ста-
риковъ) явился во снѣ Айдагулѣ и сказалъ, чтобы старикъ завтра рано
утромъ, собравъ старыхъ и малыхъ, пошелъ съ ними къ подошвѣ Тазъ-тага
и принесъ-бы по барану отъ каждогоъ въ жертву. Вставъ утромъ, старикъ
собралъ всѣхъ и, зазвѣ съ собою по барану отъ каждогоъ, отправился къ тому
мѣсту, которое ему указалъ богатырь Айдагулѣ. Съ утра у подошвы Тазъ-

10

146

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

тага стояло въ этотъ день шумное пиршество, кончившееся вечеромъ байгойо. Послѣ принесенія жертвы скотская болѣзнь прекратилась, и съ того дня приснесеніе жертвы въ честь богатыря Айдагула обязательно совершается киргизами каждый годъ у подошвы Тазъ-тага.

Киргизы вѣрятъ, что казна Айдагула и самъ онъ до сихъ поръ тамъ, въ скалѣ. Они говорятъ, что проѣзжающіе мимо Тазъ-тага и живущіе вблизи этой вершины слышатъ ночью глухой человѣческій стонъ, исходящій изъ-подъ горы: это Айдагулъ молится за благополучіе киргизовъ.

Ал. Ивановскій.

Нѣсколько варіантовъ на тему о гостѣ Терентіи.

Н. Θ. Сумцовъ, разматривая пѣсни о гостѣ Терентіи и родственные имъ сказки („Этногр. Обозр. " кн. ХІІ), приводитъ нѣсколько малорусскихъ сказокъ на мотивъ о гостѣ Терентіи. Вотъ еще ¼ сказки о невѣрной женѣ, засписанныя мною въ л. Мринѣ Нѣжинскаго уѣзда, Черниговской губ.

1. Пойхавъ чоловикъ у Крымъ по судь; а до его жуяки прышовъ дякъ. Челядныкъ (работникъ), почувшы се, каже тому чоловику за селомъ: „дядьку, а до вашоп жунки дякъ ночовать прышовъ“. А той неймѣ ёму виры. „Ну, колы такъ“, каже зновъ челядныкъ: „то я васъ заховаю въ мешокъ, а вы мовчить; а и скажу, що прывъюзъ скло (стекло)“. — „Ну, добре!“ — Вернулись вовы додому, пудѣйжжають пудъ ворота. Жунка й пытае: „А хто тамъ?“ — „Да це ділько по дорози гупылы скла да й прыслалы мене, а завтра ураньци наздожену (догоню) йихъ“. Увышовъ у хату, а куль поставывъ коло порога: „Хай тутъ стойить, щобъ хто не розбывъ“. Побачивъ дяка та й пытае: „А се хто?“ — „Да се добрый чоловикъ попросывся ночовать“ — „Отъ посплы воны вже за стулъ. Дякъ выймае горилку и угощае вже хазяйку и того челядныка. Отъ уже якъ пудпыла хазяйка, то й спивае:

Да нема жъ мого Егора,
Да пойхавъ до мора;

Богъ знае, Богъ видае,
Що Егора дома немае.

А челядныкъ соби спивае:

Да чы чуешъ Егоре,
Що твоя жунка говоре?

Беры гострый нужъ,
Съ-пудсподу мешокъ рикъ!

А вона тоди до дяка: „— Ой диче, шо нашъ Иванъ спивае! а возьмы нужъ да прорикъ мешокъ“. — Дякъ розризавъ, а вудтуль вылезъ чоловикъ та й попобывъ добре и жунку и дяка.

2. Хозяинъ уѣзжаетъ въ Крымъ; а хозяйка заявляетъ: „сюдпи треба вовну попарить“. Волну она сложила въ „эризокъ“ (большая кадка), а окропъ постарала въ печь. Воспользовавшись отсутствіемъ хозяина, къ его женѣ является дьыкъ; вдвоемъ они пьютъ и закусиваютъ. Дорогой челядникъ сообщаетъ хозяину, что его жена сошлась съ дьякомъ, который, втѣрятно, и теперь у нея. Они возвращаются домой; наступаетъ вечеръ. Мужъ становится у дверей, а челядникъ входитъ въ хату: „И, дядыно! кончайте скорійше пичъ, бо на двори громъ гремыть, и дядько вертаеці“. — „Куды жъ мыни діцца?“ спра-

С М Ь С Ь.

147

шивает испуганный дьякъ. „Сидай у зризокъ, у вовну". Дьякъ вълзаетъ, а
челядникъ, схвативши окропъ, выливаетъ на него кипитокъ. Дьякъ съ кри-
комъ опретью выскакиваетъ изъ хаты, но на порогъ поймалъ его хозяинъ,
„та ще єму добре наклавъ“.

3. Въ отсутствіе мужика къ его женѣ зашелъ попъ. Возвращается мужъ; увидѣ въ его въ окно, попъприходить въ ужасъ; жена предлагаетъ ему повязать голову платкомъ и сѣсть къ жерновамъ „крупы драть“. — „Чого се у жунки борода?“ спрашиваетъ хозяйку вошедшій въ сѣни мужъ. — „Се я юй мычку прывъизала“. — Мужъ однако не поддался обману, и виновные понесли заслуженную кару.

Но не всегда мужу удается открыть обманъ жены и наказать виновныхъ (напр., Минаевъ, Инд. ск. № 22; у Манжуры с. 96). Въ помѣщаемомъ дальше варіантъ любовникъ также счастливо уходитъ отъ обманутаго имъ супруга и насмѣхается надъ его простотой.

4. Пойхавъ разъ панъ у гбродъ, а до пӑнеи прышовъ на нучъ военный. Панъ несподивано (неожиданно) вернулся уночи додому, побачывъ москаля да й пытае у жунки: „Хто у тебе, Марусенько-голубко, спыть?“—Да то ста-рець (пищій) попросывся переночовать.— Отъ панъ ищё й грошей давъ єму. А москаль уже й сміецца: „У панеи ночогавъ, и панъ ищё й плату давъ“.

Сравнивая эти сказки съ приводимыми и. Сумцовымъ, мы находимъ въ
нихъ кое-что новое: 1) невѣрной женой (въ сказкѣ № 4) является барыня;
2) невѣрность жены обнаруживается челядникомъ (№№ 1 и 2); 3) въ роли
любовника выступаетъ дьякъ; 4) любовникъ въ опасности прячется въ „зри-
зокъ“ (№ 2), садится, переодѣвшись въ другой костюмъ, къ жерновамъ рабо-
тать (№ 3); 5) мужъ не входитъ въ хату, а остается за дверью (№ 2); 6) ни
слова не говорится о наградѣ человѣку, открывшему обманъ жены, быть
можетъ, потому, что такимъ человѣкомъ является челядникъ.

Въ сказкѣ № 1 попадаются мѣста съ выдержаннымъ стихотворнымъ раз-
мѣромъ; можно, пожалуй, предположить, что раньше и всѣ сказка имѣла
подобный же размѣръ, который со временемъ утратился. Большое сходство
въ этомъ отношеніи съ пѣсней о гостѣ Терентьищѣ имѣетъ извѣстная всѣмъ
въ исполненіи Д. А. Агренева-Славянскаго пѣсня, содержаніе которой таково:
вернувшійся домой мужъ находить въ конюшнѣ чужого коня, а въ сѣняхъ ку-
пакъ съ шапкою; на грозный вопросъ мужа: „Акулина, это что?“ находчивая жена
отвѣчаетъ, что все это она купила на базарѣ; войдя въ горенку, супругъ
находитъ тамъ добраго молодца; жена объясняетъ, что это сиротинушка,
котораго надо приголубить-приласкать, „и въ-зашеи ему дать“, прибавляетъ
отъ себя разгнѣванный мужъ.—Здѣсь такъ же, какъ и въ нашей сказкѣ № 3,
мужъ самъ, безъ всякихъ посредниковъ, открываетъ обманъ. Хотя эта пѣсня
великорусскаго происхожденія, однако въ ней пѣтъ никакихъ указаній, на
основаніи которыхъ можно было бы ее приурочить къ новгородской мѣсто-
сти, и которые бы, поэтому, подтвердили мнѣніе г. Безсонова объ исключи-
тельно-новгородскомъ происхожденіи пѣсни о Терентіи.

А. Малинка.

10*

Ю. Н. Мельгуновъ,
† 19 марта 1893 г.

НЕКРОЛОГЪ.

Юлий Николаевич Мельгуновъ, известный пionистъ-музыкантъ,
теоретикъ и музыкальный критикъ, занималъ выдающееся, хотя
п совершенно особое положеніе в русскомъ музыкальномъ мірѣ,
и неожиданная смерть его. составляетъ въ буквальномъ смысѣ
незамѣнимую утрату для русскаго искусства и русской науки.

Ю. Н. Мельгуновъ родился 30-го августа 1846 года въ гор.
Ветлугѣ, Костромской губ., въ своемъ родовомъ пмѣнѣ, и про-
исходилъ изъ стариннаго дворянскаго рода, запланнаго въ такъ-
называемую „Бархатную книгу“. Предокъ его, известный со-
временникъ имп. Екатерины II, занималъ выдающихся постъ пер-
ваго намѣстника сѣвернаго края по учреждений губерній. Полу-
чивъ первоначальное воспитаніе подъ руководствомъ матери,
которая была хорошо образованная женщина и хорошая музьм-
кантша, Ю. Н. началъ свое школьное образованіе въ Петер-
бургѣ, въ пансіонѣ С. В. Мялина, откуда перешелъ въ Импе-

НЕКРОЛОГЪ.

149

раторскій Александровскій (бывш. Царскосельскій) лицей, 15-ти лѣтъ отъ роду, и окончилъ его въ 1866 году.

Какъ въ пансіонѣ, такъ и въ лицеѣ Ю. Н. съ большою охотою занимался музыкой, и учителями его были, между прочимъ, весьма известный въ то время Александръ Дрейшокъ и такъ же хорошо известный музыкальный критикъ Ларошъ; у перваго Ю. Н. изучалъ фортепіанную технику, у второго — теорію. Уже на школьной скамьѣ его музыкальная подготовка была настолько серьезна, что онъ 18-ти лѣтъ отъ роду участвовалъ въ качествѣ піаниста въ двухъ публичныхъ концертахъ, которые были даны подъ управленіемъ Дрейшока въ Петербургѣ, въ пользу фонда на памятники Пушкину и Глинкѣ.

По окончаніи лицея, Ю. Н. поступилъ было на государственную службу въ Петербургѣ, но по измѣнившимся обстоятельствамъ вскорѣ переселился въ Москву, гдѣ вполне посвятилъ себя музыкальной деятельности, не оставляя ея до послѣднихъ дней жизни. На первыхъ порахъ, желая усовершенствовать свои знанія въ этой области, особенно по части контрапункта, Ю. Н. поступилъ въ московскую консерваторію (около 1870 г.). Но тутъ онъ убѣйился, что консерваторія ничего нового ему дать не можетъ, и вскорѣ ее оставилъ. Онъ встрѣтился въ Москвѣ, съ известнымъ профессоромъ Руд. Вестфалемъ, филологомъ-классикомъ, который былъ тогда преподавателемъ лицея Цесаревича Николая. Спеіальностью Вестфаля была ритмика *), т. е. та именно область науки, гдѣ филологія непосредственно соприкасается съ музыкой. Этимъ и объясняется то тѣное сближеніе между Мельгуновымъ и Вестфалемъ, которое сдѣлало имена ихъ почти нераздѣлными. Первымъ результатомъ ихъ общихъ упорныхъ занятій было известное ритмическое изданіе фугъ Баха: „Десять фугъ для ф.-п. І. С. Баха, ритмическое изданіе Руд. Вестфаля и Ю. Мельгунова“ (3-е изд. вышло въ 1885 году въ Москвѣ), съ предисловіемъ Мельгунова: „О ритмическомъ исполненіи фугъ Баха“.

Съ цѣлью пропаганды своихъ взглядовъ Вестфаль и Мельгуновъ отправились за-границу, гдѣ, между прочимъ, устроили въ разныхъ городахъ Германіи болѣе 60 концертовъ. Позднѣе Ю. Н. концертировалъ по Россіи съ скрипачемъ Лаубомъ и съ віолог-челистомъ Давыдовымъ. Но свою известность въ русской наукѣ Ю. Н. получилъ, главнымъ образомъ, благодаря изданію собранныхъ имъ „Русскихъ народныхъ пьесень“ (2 вып.) съ обширнымъ предисловіемъ къ первому выпуску (1879 г.), гдѣ онъ

*) Его известное сочинение: „Allgemeine Theorie der musikalischen Rhytmik“ (1880 г.) произвело значительный переворотъ въ музыкальной наукѣ.

150

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

впервые высказалъ свой оригинальный взглядъ на строй русской
народной музыки ¹).

Расширяя свои изысканія въ этомъ направленіи, Ю. Н. въ
послѣднее время, состоя членомъ Этнографическаго Отдѣла Им-
перат. Общ. Любителей Естествознанія, Антропологіи и Этно-
графіи при Московк. университетѣ, усіленно занимался изуче-
ніемъ ритмики общеславянской музыки. Съ этой цѣлью имъ
анализированы были почти всѣ извѣстные въ печати музыкаль-
ные сборники пѣсенъ разныхъ славянскихъ народностей и со-
ставлено громадное собраніе систематически расположенныхъ
примѣровъ изъ народныхъ пѣсенъ на всевозможные виды музы-
кальнаго ритма. Этотъ громадный трудъ, стоившій покойному
около двухъ лѣтъ кропотливой и усидчивой работы долженъ
представить много новаго и весьма цѣннаго не только для му-
зыкантовъ, но и для филологовъ, изучающихъ метрику и рит-
мику. Къ сожалѣнію, смерть застала усерднаго труженника въ
самомъ разгарѣ этой работы, и она осталась неприготовленною
къ печати. Равнымъ образомъ, не закончена и другая весьма
цѣнная работа, которой покойный, по справедливости, прида-
валъ особенно важное значеніе,—это учебникъ ритмики, въ ко-
торомъ онъ хотѣлъ, отбросивъ всю господствующую въ этой
области рутину, строго провести правильные ритмические зако-
ны, подтверждая свои взгляды авторитетами какъ филологче-
ской науки, такъ и физической акустики, а также цѣлымъ ря-
домъ примѣровъ, изълеченныхъ имъ изъ народной музыки, пре-
имущественно славянской. Свои взгляды на народную русскую му-
зыку, кромѣ упомянутаго изданія русскихъ пѣсенъ, онъ высказы-
валъ иногда вкратцѣ и въ другихъ случаяхъ. Въ „Этногр. Обоз-
рѣніи“ (кн. VI) имъ напечатана статья: „Къ вопросу о русской
народной музыкѣ“ (по поводу новѣйшихъ собраній народн. пѣ-
сенъ); въ „Трудахъ Этногр. Отдѣла“, т. ХІ, вып. 1 („Извѣстія“
Общества Люб. Естествозн., т. 69), имъ редактрованы вологод-
скія пѣсни, собранныя М. Куклинымъ, и пр.

Мы не говоримъ здѣсь о важности и значеніи работъ Ю. Н., ²)
не говоримъ и о множествѣ плановъ и мечтаній покойнаго, ко-

¹) Поэтому вопросу впослѣдствіи Ю. Н. приготовилъ для „Русской Мысли“ (въ периодъ редакторства С. А. Юрьева) статью: „О законахъ ритма и гармонизаціи русскихъ народныхъ пѣсенъ“, къ которой покойный С. Я. Капустинъ написалъ интересное предисловіе. Всѣдствіе перемѣны редакціи, статья не была напечатана и неизвѣстно куда дѣвалась; предисловіе же Капустина находится у насъ и будетъ напечатано въ видѣ отдѣльной статьи въ „Этногр. Обозрѣніи“.

²) Объ этомъ въ свое время было много писано. См., напр., „Русскій Вѣстникъ“ 1879, № 9; „Нов. Время“ 1879; „Критич. Обозрѣніе“ 1880; „Правит. Вѣст.“ 1882, №№ 35, 46, 55; „Новости“ 1883, №№ 251, 252; „Недѣли“ 1884, №№ 1 — 2; „Извѣстія И. Русск. Географ. Общ.,“ т. ХХ (1884 г.). См. также въ отдѣльныхъ сочиненіяхъ: Миропольскій, „О музыкаль-

НЕКРОЛОГЪ.

151

торые онъ унесъ съ собою въ могилу: имъ уже не суждено сбыться. Мы бы желали, чтобы, по крайней мѣрѣ, то, что имъ начато, попало въ надежныя руки и когда-нибудь сдѣлалось достояніемъ науки. Есть надежда, что неоконченныя работы Ю. Н. и его матеріалы поступятъ въ Этнографическій Отдѣлъ и при немъ будетъ возможно образовать спеіальную комиссію для ихъ разбора и приготовленія къ печати, если только нашлись бы люди, которые помогли бы матеріально осуществить изданіе, такъ какъ ни Отдѣлъ, ни наслѣдники Ю. Н. не обладаютъ необходимымшія для этого средствми; покойный умеръ, не оставивъ никакихъ средствъ.

Если предполагаемая комиссія осуществить изданіе трудовъ покойнаго при чьемъ-нибудь матеріальномъ содѣйствіи, то это будетъ лучшимъ памятникомъ на его могилу.

Ю. Н. скончался послѣ непродолжительныхъ страданій отъ катарральнаго воспаленія легкихъ. Погребеніе состоялось 22-го числа минувшаго марта, на Ваганьковскомъ кладбищѣ.

Миръ талантливому, доброму, честному и безкорыстному тру-
женику!

Н. Янчукъ.

номъ образованіі народа", 1882 (стр. 182); Сокальскій, „Русская народ-
ная музыка" и др. Въ иностранной литературѣ: Hugo Riemann, „Musik-
Lexikon", Leipzig. 1882; R. Westphal-въ вышепазванной его книгѣ, и пр.

## Критика и библіографія.

### 1. Книги, ученыя и справочныя издания.

Н. Gaidoz. — Un vieux rite médical. (Paris. 1892, стр. 84 in 8°). Под скромнымъ названіемъ авторъ посватилъ интересную работу древнему способу врачеванія посредствомъ прохожденія съ соблюденіемъ извѣстныхъ обрядовъ черезъ отверстіе, образовавшееся въ стволѣ дерева, вслѣдствіе нѣкоторой неправильности роста этого послѣдняго. Этотъ обычай, въ основѣ котораго лежало убѣжденіе въ возможности передачи своей болѣзни дереву, потерпѣлъ сильныя видоизмѣнія вслѣдствіе вліянія различныхъ фактовъ. Цѣлью работы г. Гэдоза является, во-первыхъ, доказательство, что этотъ обычай встрѣчался и отчасти встрѣчается, если не у всѣхъ, то у цѣлаго ряда церодственныхъ другъ другу народностей, находящихся на низкой ступени цивилизаціи и, во-вторыхъ, прослѣдить видоизмѣнія этого обычая вслѣдствіе воздѣйствія причинъ, какъ естественныхъ, такъ и духовныхъ. Такъ, въ мѣстностяхъ, гдѣ не было естественно расщепленнаго дерева, его расщепляли искусственнымъ путемъ, либо замѣняли его прохожденіемъ черезъ дыру въ землѣ, а тамъ (какъ напр. въ нѣкоторыхъ мѣстахъ Франціи), гдѣ встрѣчаются дольмены,— проведеніемъ больного или пролѣзаніемъ подъ ними. Христіанская церковь, преслѣдуя этотъ обычай, не могла однако его искоренить окончательно; первоначальная идея о передачѣ своей болѣзни дереву, уже раньше затемнившаяся и замѣненная вообще пролѣзаніемъ черезъ какую-нибудь пустоту (даже подъ животнымъ), породила обычай пролѣзать подъ ракой святыхъ; для этой цѣли во многихъ церквахъ въ средніе вѣка въ ракѣ для мощей продѣлывали отверстіе, черезъ которое больные могли-бы пролѣзть; тамъ, гдѣ мощей въ церквахъ не было, иногда продѣлывали отверстіе въ стѣнѣ все съ той-же цѣлью. Эта-же основная идея лежитъ, поѣмнію г. Гэдоза, въ долго сохранявшемся обычѣ пролѣзать подъ ракой мощей при несеніи ихъ во время религіозныхъ торжествъ.

Свои положенія г. Гэдозъ подкрѣпляетъ имѣющимся въ его распоряженіи обширнымъ этнографическимъ и историческимъ матеріаломъ, собраннымъ какъ въ разныхъ мѣстахъ Франціи, гдѣ сусѣвѣрные обычан еще въ полной силѣ, такъ и въ прочихъ мѣстностяхъ Западной Европы.

КРИТИКА И БИБЛIOГРАФИЯ.

153

Для русскихъ этнографовъ работа г. Гэдоза представляетъ на нашъ
взглядъ еще спеціальный интересъ въ виду того, что въ нашей народной
медицинской практикѣ, оставшейся въ соеры изученія автора, существуютъ
до сихъ поръ подобные-же приемы для лѣченія иныхъ болѣзней;
что же касается обычая пролѣзанія «для здоровья» подъ ковчежцами для
мощей и подъ особенно почитаемыми иконами, то, какъ извѣстно, онъ до
сихъ поръ въ Россіи въ широкомъ употребленіи.

H. X.

Iosif Nikolaevich Modrich.—Russia. (Note e Ricordi di viaggio,
1892. Turino—Roma. 450 стр. in 8°).

Подъ такимъ всеобъемлющимъ заглавіемъ недавно вышла заграницей
книга, въ которой авторъ пытается дать обзоръ главнѣйшихъ городовъ
Европейской Россіи и очертить состояніе ихъ умственной и общественной
жизни. Нетого и говорить, что такая ограниченная область наблюденія,
хотя и охватываетъ главнѣйшіе центры государственного быта, не въ со-
стояніи дать ни автору, ни—тѣмъ болѣе—его читателямъ вѣриного пред-
ставленія о подобномъ государствѣ, какъ Россія, о ея природѣ, о наро-
дахъ, ее населяющихъ, и т. д. Въ этомъ случаѣ автора не оправдываетъ
даже скромное добавленіе, что это не болѣе, какъ Note e Ricordi, за-
мѣтки и воспоминанія: заглавіе остается заглавіемъ.

Конечно, эта книга никакого научно-этнографического или вообще серь-
езнаго значенія не имѣетъ. Несмотря на солидность размѣровъ, это въ
полномъ смыслѣ летучій памфлетъ публицистического пошиба, написан-
ный тѣмъ напышеннымъ, страстнымъ языкомъ, который особенно харак-
теренъ для безпокойнаго туриста — южанина: для него нѣтъ золотой сере-
дины,—онъ или восхищается, или ненавидитъ. Авторъ не сразу вводить
соихъ читателей въ Россію; сначала онъ дѣлится впечатлѣнія иш, волно-
вавшими его душу при отъѣздѣ изъ Зары, затѣмъ останавливается на за-
мѣчаніяхъ чисто пассажирскаго характера. Напримѣръ. Вотъ авторъ, уѣзгая
въ Россію, эту страну классическихъ (sic) зимнихъ холодовъ, вѣчныхъ
льдовъ и метелей, стоитъ на мостикѣ парохода и прощается съ друзьями.
Это въ Зарѣ; несмотря на приближающуюся осень, держится восхитительно-
теплая погода... Грустно автору разстаться съ родиной. Въ самомъ дѣлѣ,
высчитываетъ онъ, изъ-подъ 40° широты приходится перенестись къ 60°,
на цѣлыхъ 2500 километровъ по прямой линіи къ сѣверу! Это ужасно.
Но всего ужаснѣе то, что тамъ... на этомъ сѣверѣ... тянется, какъ вы
знаете, Бѣлое море, по которому блуждаютъ медвѣди того же цвѣта! («Un
po' più in sù si estende, come sapete, il mar Bianco, su cui vagano
gli orsi dello stesso colore»...).
Такихъ выписокъ, характеризующихъ ма-
неру писанія г. Модрича, можно было бы привести очень много, еслибы
книга стоила того, чтобы долго на ней останавливаться. Оставимъ въ сто-
ронѣ описанія цѣлой серіи городовъ (Вильна, Псковъ, Петербургъ, Новго-
родъ, Вологда, Ярославль, Ростовъ, Москва, Тула, Курскъ, Кіевъ, Одесса),
въ которыхъ авторъ, главнымъ образомъ, задается цѣлью разсказать о
своихъ многочисленныхъ и разнообразныхъ знакомствахъ и встрѣчахъ, при-

154

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

чемъ это увлекаетъ автора въ сторону длиннѣйшихъ и весьма часто ни-
чего не значащихъ разговоровъ. Въ этомъ случае онъ съ читателемъ не
церемонится и обходится съ нимъ, что называется, по-домашнему: подробно
разсказываетъ о попыткѣ обмануть его на границѣ при обмѣнѣ денегъ, о
недоразумьи со своимъ слугою и т. п.

Скажемъ нѣ сколько словъ о главѣ съ заманчивымъ заглавіемъ: «Vita
russa», — русская жизнь. Понятно, г. Мордичъ удѣляетъ мѣсто описанію
ннутрійцій жизни привилегированныго сословія, разсказываетъ о визи-
тахъ, обѣдахъ, развлеченияхъ и т. д.; о жизни прочихъ классовъ населенія
говорится вскользь или не говорится вовсе. Изображая русскіе нравы, ав-
торъ мѣстами доходить, не подбирая иного слова, до поплости: такъ,
епродолженіе 6 мѣсяцей своего пребыванія въ Россіи, онъ не видалъ
пьянымъ ни одного русскаго; было, впрочемъ, двое пьяныхъ, упав-
шихъ на улицѣ, но по наведеннымъ справкамъ оказалось, что они были—
работіе-ньмія (р. 246)!... Такимъ же пошловатымъ тономъ разсказано
авторомъ его посвященіе гр. Л. Н. Толстого.

Правда, авторъ на каждомъ шагу подчеркиваетъ свои восторженныя
симпатіи къ Россіи, но въ итогѣ, — если принять въ соображеніе, что
сочиненіе г. Мордича найдетъ себѣ чигателей, главнымъ образомъ, загра-
ницей, — надо сознаться, что Россіи онъ оказалъ медвѣжью услугу.

Е. І.—й.

Märchen und Sagen der Bukowinaer und Siebenburger Armenier.
Aus eigenem und fremden Sammlungen übersetzt von Dr. Heinrich
Wlislocki. Hamburg. 1892.

Сказки и саги армянъ въ Буковинѣ и Мюльбахѣ (Siebenbürgen), издан-
ныя въ нѣмецкомъ переводѣ Генрихомъ Влислоцкимъ, представляютъ лю-
бопытный материалъ для сравнительной этнографіи. Авторъ въ предисловіи
заявляетъ, что армянскій языкъ въ Siebenbürgen'ѣ теряетъ свое практи-
ческое значеніе, и современемъ армяне совершенно сольются съ венгерскимъ
народомъ. Въ виду такого положенія вещей, конечно, нужно поспѣшить
записать памятники народной словесности. Первый точечкъ къ собранію
опубликованныхъ сказокъ подалъ автору г. Мунзатцъ, основательный зна-
токъ армянскаго быта въ Галиціи и Буковинѣ. Г. Мунзатцъ любезно пре-
доставилъ въ его распоряженіе одну, при томъ важнѣйшую часть своего
сборника, снабженную примѣчаніями преждевременно погибшаго языковѣда
І. Гануша. Въ настоящемъ сборнике помѣщено 60 сказокъ и въ концѣ
книги нѣ сколько десятковъ пословицъ и поговорокъ. Чтобы дать представ-
леніе объ армянскихъ сказкахъ, распространенныхъ въ Европѣ, я приведу
одну изъ нихъ— «происхождение огня». «Было время, когда камни и де-
ревья могли ходить и говорить, ъсть и шить и дѣлали все такъ, какъ люди.
Это было счастливѣйшее время для человѣчества; если кто нуждался въ
аблокъ, то обращался къ яблонъ, говоря: «иди сюда и сбросы яблоко!»
Н дерево раскачается и броситъ свой плодъ человѣку прямо въ полу платья.
Такъ — же получали люди нужное имъ серебро и золото. Люди жили безъ
заботъ и труда, такъ какъ камни и деревья служили имъ и обязаны были

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

155

дѣлать для нихъ все необходимое. Всѣ созданія жили въ мирѣ и согласіи. Видѣлъ такое блаженное состояние дьяволъ и страшно озлобился; онъ взлумалъ во что бы то ни стало разрушить мирное житье, и тотчасъ же созрѣлъ у него планъ. Онъ явился къ Богу и говоритъ: «Небесный Отецъ! Ты все создалъ и прекрасно устроилъ, во кое что Ты забылъ! Позволь миѣ это сотворить, чтобъ и я, наравнѣ съ остальными созданіями, былъ счастливъ и доволенъ». Богъ покачалъ головой и отвѣчаетъ: «Ты создешь для собственнаго удовольствія и для несчастья остальныхъ тварей,—да, я тебя слишкомъ хорошо знаю. Однако твоя просьба должна быть исполнена, чтобы ты не сказалъ, что я несправедливъ. Ступай и сотвори, что хочешь и можешь». Дьяволъ, смѣясь, вышелъ вонъ и отправился въ собраніе камней, которые сошлись, чтобы выбрать себѣ царя. Долго они не могли остановиться на одномъ выборѣ и, наконецъ, согласились посадить въ цари золотой камень. Дьяволъ громко захохоталъ и воскликнулъ: «Право, вы всѣ глупы, господа! Вы выбрали своимъ царемъ золотой камень въ иду его красивой, блестящей наружности, а вы не знаете, что кремень можетъ совершать гораздо больше, чѣмъ вы всѣ вмѣстѣ. Подождите, и вы увидите сейчасъ, чтò въ состояніи дѣлать кремень». Онъ собралъ сѣно, хворость и навозъ въ одинъ громадный домъ и возвалъ: «Подойдите, сюда, кремень, и ты, желѣзнякъ! Станьте передъ домомъ и ударьтесь головой другъ о друга». Изъ кремня стали сыпаться искры всякій разъ, какъ къ нему прикасался желѣзнякъ. Искры попали въ кучу собраннаго горючаю матеріала и разожгли его. Камни изумились, прябѣжали на зрѣлище и люди, ибо они никогда не видали огня. Пламя охватило все вокругъ, и вскорѣ образовалось цѣлое огненное море. Люди нашли жареныхъ звѣрей и испеченные плоды, которые имъ показались очень вкусными. Они взяли уголь и разгели въ своихъ жилищахъ огонь, на которомъ стали готовить различныя кушанья. Огонь же охватилъ такое громадное пространство, что половина земной поверхности покрылась имъ. Тогда Богъ призвалъ къ себѣ дьявола и говоритъ: «Что это ты сдѣлалъ? Какое ты несчастье снова изобрѣлъ?» Дьяволъ, смѣясь, возразилъ: «Я никакого несчастья не изобрѣталъ, напротивъ, я осчастливалъ людей! Посмотри, какъ они имъ пользуются и какъ старательно его поддерживакътъ». — «Я прекрасно вижу, говоритъ Богъ, но это именно къ ихъ несчастью, такъ какъ я долженъ создать еще болѣе сильный огонь, который внушилъ бы имъ страхъ и трепетъ». Тогда онъ изобрѣлъ молнію и послалъ громъ на землю, которымъ на первый разъ убилъ 10 человѣкъ. Когда дьяволъ это увидѣлъ и услышалъ громъ, бѣжалъ отъ страха предъ молніей и никогда больше съ того времечи не приступалъ къ Богу. Но такъ какъ камни были причиною созданія огня, то Богъ назакалъ ихъ, такъ что съ тѣхъ поръ они не могутъ ни ходить, ни говорить, ни ſсть, ни пить, но лежатъ, какъ мертвые. Такимъ образомъ Богъ наказалъ деревья, такъ какъ они добровольно предоставили людямъ дрова (хворостъ). Такъ произошли огонь и молнія». Къ типу такихъ же космогоническихъ легендъ, о которыхъ уже неоднократно говорилось въ «Этногр. Обзор.» (см. кн. XV, 189), можно отнести въ этомъ сборникѣ легенды: Открытіе желѣза, Созданіе собаки. Изъ другихъ сказокъ назовемъ: По-

156

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

чему овца глупѣе козы, Душа мачихи, Царь и невѣстка и др. Изъ пословицъ приведемъ нѣсколько: Время—серебро. Что большой говорить, то слышитъ и малелькій. Любовь—зубная боль души. Любовь и ненависть—брачная пара. Не все яблоко, что кругло. Сошелъ съ коня и пересѣлъ на осла. Работа утромъ—золото, работа вечеромъ—серебро. Материнская любовь—царица любви. Живи и люби, люби и живи. Одинъ цвѣтокъ не дѣлаетъ еще весны.

А. Х—объ.

Н. Д. Чечулинъ.—Русскія деревянныя жилыя постройки въ XVI вѣкѣ. (Спб. 1893. in. 8vo. стр. 15).

Бронюра г. Чечулина представляетъ собою отдѣльный оттискъ изъ шестого тома «Записцъ Императорскаго Русскаго Археологичисхаго Общества» и, эксплуатируя исключительно данныея писцовыхъ книгъ московскаго государства XVІ вѣка ¹) и преимущественно описанія въ нихъ городовъ, даетъ нѣсколько свѣдѣний по вопросу о «полномъ составѣ дворовъ», поднятому давно Ив. Е. Забѣлинымъ въ его извѣстномъ трудѣ «Домашній бытъ русскихъ царей въ XVI и XVII ст.» (М. 1832 и 1872). По мнѣнію автора, писцовыя книги XVI в. (значительная часть которыхъ недостаточно аккуратно отпечатана на средства Императорскаго Русскаго Географическаго Общества Энтографическімъ его Отдѣленіемъ, но не выпущена въ свѣтѣ; см. по поводу этого иданія любопытное замѣчаніе покойнаго Нила Попова на стр. IV и V въ концѣ 8-го тома «Описанія документовъ и бумагъ» московскаго архива министерства юстиціи) даютъ возможность опредѣлить: 1) величины посадскаго и городового мѣста, 2) число построекъ на крестиянскихъ дворахъ и 3) размѣры тогдашнихъ жилыхъ и хозяйственныхъ строеній. Въ своемъ изложеніи авторъ и касается указанныхъ трехъ пунктовъ (стр. 4—5, 5—9, 10—14). Среднюю величину усадебной осѣдлости чернаго и служилаго двора на посадѣ г. Чечулинъ высчитываетъ въ 350 кв. саж., и въ городѣ—въ 40 кв. саж. (на Коломнѣ извѣстенъ былъ дворъ князя Ивана Бѣльскаго, занимавшій цѣлую десятину ²), а площадь, занятую подъ сельскими или деревенскими дворами, оставляетъ въ сторонѣ

1) Ранѣе настоящей брошюры данныея писцовыхъ книгъ московскаго государства XVI вѣка (описаній въ нихъ городовъ) г. Чечулинъ эксплоатировалъ въ магистерской диссертаціи: *Города московскаю государства съ XVI вылькъ (Спб. 1889), и въ статьяхъ: *Нѣсколько данныхъ о книгѣ по городамъ московскаго государства съ XVІ вылькъ (Спб. 1889 и въ журналѣ „Библиографъ“, 1888 г., №№ 11 и 12) и *Личныя имена съ писцовыкъ книгахъ XVІ в.,* не встрѣчанъся съ *православныхъ свящачахъ* (Спб. 1890 и въ журн. „Библиографъ“, 1890 г., № 7—8 и 1891 г., № 1); см. выше, стр. 122.

2) Десятипа по указу, изданиемому гораздо ранѣе 1625 г., мѣрядась на 80 саж. въ длину и на 30 саж. поперекъ. На десятины мѣрялись „порозжія земли“ и даже пашня, которая уже послѣ измѣревія десятинами расписывалась (полагалась) въ четверти (двѣ четверти на десятину въ полѣ): такъ поступали, насколько можно судить по изданнымъ, а особенно (имѣемъ въ виду столбцы Помѣстнаго приказа съ 1626 г., спабженные нерѣдко любопытными опеками XVII-же вѣка) неизданнымъ документамъ, и на сѣверѣ, и на югѣ московскаго государства.

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

157

за немъ й емъ данныхъ; количество построек крестьянскаго двора авторъ высчитываетъ только по одной тверской писцовой книгѣ конца XVI в., слѣдовательно, безъ достаточнаго запаса наблюдений. Средняя величина отдѣльной избы, повалуши, горницы и т. д., высчитана въ 2¹/₂—3 саж. Изъ писцовхъ же книгъ авторъ извѣлъ любопытныя описаніи дворовъ: государева въ Коломиѣ, князя И. Мстиславскаго въ Веневѣ и князя И. Бѣльскаго въ Коломиѣ; во дворѣ послѣдняго интересно отмѣтить «избушку дворянскую» на 2¹/₂ кв. саж. (стр. 13). Немногіе выводы г. Чечулина, предложенные въ настоящей брошюрѣ, не могутъ имѣть особенного значенія въ виду сравнительной немногочисленности его наблюдений, ограниченныхъ строго XVI вѣкомъ, что для изученія затронутаго вопроса болѣе вредно, чѣмъ полезно, и не въ выводахъ цѣнность брошюры, которая подчеркиваетъ спеціальный матеріалъ писцовхъ книгъ московскаго государства. Въ этомъ подчеркиваніи спеціального матеріала, заключенного въ писцовхъ книгахъ и, такъ сказать, въ побужденіи къ его изученію и заключается интересъ работы г. Чечулина. Что могутъ дать писцовыя книги для изученія древне-русскихъ деревянныхъ построекъ, покажетъ будущее ¹); намъ остается только пожелать, чтобы дѣло научнаго изданія и изученія писцовыхъ книгъ, о которыхъ говорилось въ нашей литературѣ не мало, двинулось наконецъ впередъ. Какъ, въ самомъ дѣлѣ, много издается балласта, и какой цѣнный во многихъ отношеніихъ источникъ мирно ветшаетъ на архивныхъ полкахъ.

В. Сторожевъ.

Е. Бұдде.— Къ діалектологіи великорусскихъ нарѣчий. Изслѣдованіе особенностей Рязанскаго говора. (Варшава 1892. 8°, стр. VII+191+II.)

Русская діалектологія въ настоящее время очень бѣдна какъ изслѣдованіями, такъ и тѣми научно-подготовленными къ имъ матеріалами, безъ которыхъ изслѣдователь блуждаетъ по области непрочно-обоснованныхъ понятій и размышленій. Насколько оцутительны тѣ отрицательныя стороны русской діалектологіі, свидѣтельствуетъ уже и тотъ фактъ, что для русскаго языка въ его цѣломъ нѣтъ еще прочно и научно-обоснованаго подраздѣленія его на діалектологические виды различныхъ степеней, т.-е. на нарѣчія, поднарѣчія и т. п. Бѣлорусскую рѣчь, напр., одни считаютъ самостоятельнымъ нарѣчіемъ русскаго языка, наряду съ великорусскимъ и магорусскимъ, другие считаютъ его поднарѣчіемъ великорусскаго нарѣчія, и притомъ болѣе родственнымъ съ южно-великорусскимъ его поднарѣчіемъ, чѣмъ съ сѣв-великорусскимъ. Но и это разногласіе еще не было бы большой бѣдой для науки, если бы въ ней была прочно установлена діалектологическая единица, если бы мѣра этой единицей была поставлена въ принципъ изслѣдованія по діалектологіи, и если бы она при этомъ, конечно, соблюдалась. Діалектологическая особенность, будь она фонетическая, морфологическая или лексическая, безъ сомнѣний, есть та единица, которую въ

1) Укажемъ кстати, что въ столбцахъ Помѣстнаго приказа этнографовъ могутъ привлекать старыя рядныя записи и „изустныя“ духовныя, а также разнаго рода бытовыя подробности, встрѣчающіяся въ двѣмахъ спорныхъ, которые являются вмѣстъ съ тѣмъ источникомъ для изученія древне-русскаго процесса.

158

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЬНЕ.

данномъ случаѣ и слѣдуетъ принять въ основаніе мѣры. Обыкновенно
этотъ принципъ полусознается и потому полусоблюдается. Обыкновенно
русскій языкъ размѣряютъ на его виды рѣзкими особенностями, крупными
частностями цѣлаго, игнорируя огромное количество мелкихъ, т.-е. сун-
таютъ не всѣ единицы, а только наиболѣе чоткія. Положимъ, что если
правильно и точно установить эти чоткія единицы, то можно не менѣе
правильно разграничить и языкъ на наиболѣе чоткіе, конечно, виды: на-
рѣчія, и подпарѣчія, но отъ этого мало выяснится исторія языка и его
видовъ, которая, безъ сомнѣнія, входитъ въ задачи діалектологіи. Да, на-
конецъ, разногласія о такомъ крупномъ діалектологіческомъ видѣ русскаго
языка, какъ бѣлорусская рѣчь, ясно говорятъ о томъ, что здѣсь недостаточно
чоткихъ единицъ, что здѣсь нужна исторія всѣхъ діалектологическихъ единицъ
вообще.

Признавая эту тѣру діалектологическими единицами необходимо для
исторіи и діалектологической классификаціи языка, нельзя не признать и
другого принципа, чю какъ аршинамъ не слѣдуетъ измѣрять вѣса тѣль,
такъ же не слѣдуетъ и географіческія границы рѣчи, которою говорить
изслѣдуетаяя групна людей, смѣшивать съ діалектологическимъ ея распро-
страненіемъ, или наоборотъ. Т.-е. если, напримѣръ, изслѣдователь изуча-
етъ говоръ какой-нибудь губерніи, онъ не прежде долженъ опредѣлить его
діалектологическое положеніе, чѣмъ извучить его вдоль и поперѣкъ; и
въ результатѣ, конечно, едва ли окажется, что дѣленіе Россіи на губерніи
есть діалектологическое дѣленіе нашегоъ отечества, а не административное.

Сопоставляя эти принципы, изъ которыхъ съ одной стороны выходить,
что виды языка опредѣляются діалектол. единицами, т.-е. особенностями,
отличіями, а съ другой, что діалектологическая классификація изучаемой
рѣчи можетъ быть опредѣлена не раньше, чѣмъ будетъ достаточно изу-
чена самая рѣчь, слѣдуетъ заключить, что изучаемый матеріалъ не прихо-
дится изучать сразу по «особенностямъ», въ паждомъ слышимомъ звукѣ,
формѣ, словѣ опредѣлять діалектологический элементъ, подобно тому,
какъ едвали кто опредѣлить значеніе каждогоаго элемента картины, и са-
мую картину, о которой будетъ сказано, что она написана такими-то и
такими-то красками, изображена въ видѣ такихъ-то и такихъ-то предме-
товъ. Итакъ, прежде чѣмъ изслѣдователь не дѣсть полного матеріала из-
учаемой рѣчи, и на основаніи его не опредѣлить ея фоныческихъ, морфологи-
скихъ и лексическихъ явленій, онъ едвали объѣдить, что тѣ явленій,
которыя онъ приводить, имѣютъ значеніе «особенностей» изучаемой имь
рѣчи, а тѣ, которые остались въ сторонѣ, не имѣютъ этого значенія.

Наконецъ, самыя «особенности» — понятіе условное: особенности въ
отношениях двухъ крупныхъ діалектологическихъ величинъ, какъ напр. ве-
лакорусскаго народа и малорусскаго, будутъ посить совсемъ другой ха-
рактеръ, чѣмъ особенности въ отношениях двухъ величинъ менѣе крупныхъ,
ли чѣмъ особенность одной крупной величины по отношению къ одному
изъ частныхъ ея видовъ и т. п. Обыкновенно эти «особенности» сравни-
ваются безъ всякой системы, и это—одинъ изъ крупнейшихъ недостат-
ковъ нашей діалектологіи. Сюда нужно отести и тотъ фактъ, еще болѣе

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

159

занутывающій эту безсистемность, что исторія языка, какъ одна изъ
дачъ діалектологіі, часто у многихъ изслѣдователей основывается почти ис-
ключительно на паматникахъ письменности, которые между тѣмъ даютъ
только отрывочныя указанія на исторію языка и нерѣдко даже сбиваютъ
съ толкъ своей штаткостью и неопредѣленностью. Здѣсь было бы къ тѣсту
умолчать объ этомъ спорномъ вопросѣ: письменные ли паматники яснѣе
освѣтятъ исторію различныхъ діалектологическихъ видовъ русскаго языка,
или, наоборотъ, результаты научнаго почти математического изученія
живого русскаго языка въ его цѣломъ освѣтятъ намъ исторію языка на-
шей письменности. Это вопросъ будущаго, а потому и не отвѣтить на
него было бы всего естественѣе.

Все это, предварительно - сказанное передъ оцѣнкой книги г. Будде,
имѣтъ значеніе общаго взгляда на затронутый этимъ ученымъ вопросъ, и
этотъ взлядъ такъ или иначе можетъ комментировать самый разборъ
этой книги, къ которому мы и переходимъ.

Прежде всего обратимся къ основѣ изслѣдованія г. Будде, къ мате-
ріаламъ. Г. Будде достаточно сознаетъ необходимость строго, точно и на-
учно записанныхъ матеріаловъ, прежде чѣмъ начинать изслѣдованіе. Такъ
какъ наши сборники произведеній народной словесности въ большей или
меньшей мѣрѣ грѣшатъ въ отношеніі точности и научности, то г. Будде
и не замедлилъ упрекнуть ихъ. Почти отрицая возможность представить
цѣнную работу на основаніи этихъ сборниковъ (стр. III), г. Будде рѣ-
шается самъ изучить рязанскій говоръ и вѣрить только себѣ одному.
Пусть это будетъ такъ, но не совѣмъ деликатно и со стороны читателя
надѣяться на довѣріе въ такихъ серіозныхъ вопросахъ даже, положимъ,
что для г. Будде вызывать это довѣріе совершенно естественно; пусть то,
что изучилъ г. Будде, будетъ вѣрно и несомнѣенно, но едвали съ тою
же несомнѣнностью можно сказать, что нѣтъ нитего или почти ни-
чего, чего не изучилъ бы въ рязанскомъ говорѣ г. Будде. А система
его матеріаловъ именно въ томъ и состоить, что обнимаетъ только
то, что непосредственно обратило на себя вниманіе нашегоъ ученаго.
Если, напримѣръ, г-ну Будде показалось, что въ рязанскомъ говорѣ инте-
ресно аканье, то онъ и приводить примѣры на это аканье, въ видѣ отдѣль-
ныхъ словъ, коротенькихъ фразъ, и рѣдко чего-либо болѣе существеннаго.
Потомъ, напр., господину Будде вспомнились лингвистические приемы срав-
нительного изученія индоевропейскихъ языковъ, такъ отчего же не при-
вести тоже что-нибудь вродѣ примѣровъ на каждую изъ гласныхъ литера-
турнаго письма, на нѣкоторые случаи согласныхъ и т. п.? Пусть даже
эти приемы будутъ и подходящими для изученія живого языка, но все же,
что касается матеріаловъ, то они весьма не краснорѣчиво будутъ говорить
о его дѣйствительныхъ свойствахъ, т. е. здѣсь нужно имѣть въ виду то,
что могло ускользнуть отъ слуха г. Будде. Возьмемъ ли мы глас-
ныя,—въ нихъ поразительная стройность: онъ всѣ ясны; ихъ качество
или количество такъ опредѣленны, что рѣдко когда подлежать сомнѣнию;
ихъ ударяемость и неударяемость — свойства настолько второстепенные, что
могутъ быть въ изслѣдованіи говора игнорируемы, или, въ крайнемъ слу-

160

ЭТИОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ

чаї, для отдѣльныхъ наблюдений; словомъ, это такие чудные и понятные
звуки, что не представляютъ большихъ затруднений для рязанскаго учё-
наго. Не вѣрится, — право, не вѣрится, чтобъ это было такъ. Кто, напр.,
знакомъ съ говоромъ бѣльскихъ крестьянъ Смоленской губ., тотъ припо-
минить, навѣрно, что между этимъ говоромъ и рязанскимъ и въ гласныхъ
и въ согласныхъ, да не только въ фонетическихъ, но въ морфологиче-
скихъ и лексическихъ явленияхъ очень и очень много общаго, но все-же,
къ удивленію своему, не найдетъ такой точности, ясности и опредѣленно-
сти всѣхъ гласныхъ звуковъ безусловно; наоборотъ — больше неясности,
чѣмъ ясности. На счетъ неясности и самъ г. Будде намекаетъ кое-гдѣ;
онъ говорить, напр., что иногда не дослышалъ слова (надо понимать: не
услышалъ ясной гласной) и онъ уже «осторожно и умѣсто» не переспра-
шиваетъ, а то понятливая баба произнесетъ другой звукъ, понявъ, ко-
печно, что этотъ раньше произнесенный г-ну Будде незнакомъ. Напрасно
г. Будде думаетъ, что при такихъ недослышкахъ (стр. 5) можно се-
брать интересный и полный матеріалъ (стр. 189); онъ уже тѣмъ не бу-
детъ полонъ, что исключены будутъ незнакомые или неясные звуки, а
отношеніе этихъ послѣднихъ къ яснымъ можетъ быть очень внушитель-
нымъ. Въ звукахъ согласныхъ у г. Будде, быть можетъ, и соблюдена
точность, но на письмѣ она выражена крайне не систематично: часто не
обозначена мягкость согласной, нигдѣ нѣтъ согласныхъ редуцированныхъ,
часто слово написано съ примѣсью традиции литературного правописания,
звукъ ј или не соблюдается послѣдовательно, или авторъ выражаетъ его
буквой й (стр. 5), а главное онъ такъ мало придаетъ ему значенія, что,
при своей манерѣ отводить каждому звуку отдѣльную рубрику, для ј этого
не сдѣлалъ (также не посчастливилось и звуку з). Сочетанія согласныхъ у
г. Будде такъ просты, что не пораждаютъ никакихъ интересныхъ ассими-
ляций; поэтому, должно быть, авторъ и счелъ нужнымъ не говорить объ
этомъ явленіи гдѣ-либо болѣе или менѣе основательно. Для морфологиче-
скихъ явленій примѣры еще скудѣе, еще меньше и ўже затронуты они
«точно записаннымъ» матеріаломъ г. Будде; приходятся только повѣрить,
что комрѣ тѣхъ словоизмѣненій и словосочетаній, которые приведены авто-
ромъ въ его книгѣ (стр. 102—128), нѣтъ ничего или почти ничего
интереснаго, что бы могло восполнить представление о морфологическомъ бо-
гатествѣ рязанскаго говора, помимо книгѣ г. Будде. Но кто знакомъ съ
вышеупомянутымъ говоромъ бѣльскихъ крестьянъ, тотъ поди- ится, отчего
это такая огромная разница между морфологическими явлениями рязанскаго
говора и бѣльскаго. Все, чего касается г. Будде въ морфологической части
своей книги, въ томъ или другомъ случаѣ интересно отмѣтить и въ Бѣль-
скомъ у., часто даже, какъ совпадающее съ рязанскимъ говоромъ, но за
то въ Бѣльскомъ у. не точно немножко, а въ сотни разъ больше можно
было бы отмѣтить интересныхъ явленій, которыхъ г. Будде въ своемъ
изсмѣдованіи не коснулся, особенно же въ синтаксическомъ отношеніи, при-
чемъ въ морфологіи важно отмѣтить варіаціи окончаній и суофиковъ въ
словоизмѣненіяхъ и варіаціи формъ словосочетаній, а ихъ такое безчисленное
множество, что они могутъ дать о себѣ понятіе только тогда, когда пред-

КРИТИКА И БИБЛIOГРАФИЯ.

161

ставить образцы языка въ огромномъ количествѣ сказобъ съ одной стороны и пѣсенъ съ другой, записанныхъ отъ возможно большаго числа людей. Здѣсь, къ тому же, нужно отмѣтить и тотъ фактъ, что языкъ пѣсенъ, нерѣдко заносимыхъ уже съ готовыми формами отдѣльныхъ словъ и вы-iligานій, и притомъ подверженныхъ, особенно въ гласныхъ звукахъ, влія-нію музыкальнаго элемента рѣчи, — далеко не тожественъ съ языкомъ сказовъ. Г. Будде, хотя и далъ въ «Приложеніи» 58 номеровъ пѣсенъ, но, видимо, не пришелъ къ тому наблюдению; по крайней мѣрѣ, въ изслѣдо-ваніи нигдѣ не имѣется въ виду эта нетожественность пѣсенной рѣчи и сказовой, и даже, можетъ быть, въ своихъ обобщеніяхъ о различныхъ явленіяхъ рязанскаго говора, пѣсенъ въ расчетѣ не принималъ. Это видно изъ того, что авторъ говорить, напр., о существованіи грамматическаго члена въ рязанскомъ говорѣ, приводить для этого примѣры, но въ пѣс-няхъ нигдѣ и слѣда нѣтъ этого явленія. Или другой фактъ: въ изслѣдо-ваніи авторъ говоритъ, что средній родъ «почти совершенно исчезъ» (стр. 103), между тѣмъ изъ пѣсенъ можно замѣтить, что средній родъ, наоборотъ, еще не исчезъ, потому что въ нихъ встрѣчается до 10 слу-чаевъ употребленія среднего рода съ удареніемъ не на концѣ слова, до 5—съ удареніемъ на концѣ и лишь около 7 разъ средній родъ замѣненъ жен-скимъ. Здѣсь кстати будетъ замѣтить, что г. Будде напрасно говорить, что записанныя имъ пѣсни представляютъ «богатый и дорогой ма-теріалъ для изслѣдователя русскихъ нарѣчий» (стр. 181); принятая ав-торомъ транскрипція говоритъ совсемъ о противоположномъ. Что же ка-сается значенія для этнографіи, то пѣсни очень неоригинальны и притомъ немногочисленны и даже не всѣ записаны имъ лично. Авторъ позаботился приложить къ книжкѣ и небольшой лексическій словарикъ, значеніе ко-тораго слишкомъ ниттожно, чтобы на немъ останавливать чье-либо вни-маніе. Отдѣльно выхваченные слова для каждого хорошо знакомаго съ какимъ нибудь живымъ говоромъ имѣютъ мало цѣны въ этихъ работахъ, потому что такой наблюдатель хорошо знаетъ, что значеніе, понятіе, опре-дѣленіе часто создаются фразой, словосочетаніемъ, и въ такомъ количествѣ варіацій, съ какимъ, если имѣть въ виду, напр., говоръ Рязанской губ., имѣющіяся у г. Будде оригинальныя слова почти не сравнимы, а всѣ другія, неоригинальныя, составляютъ очень маленькую частицу.

Все это было сказано только о матеріалѣ, о неполнотѣ котораго у дру-гихъ изслѣдователей и недостаточной подготовленности къ нему такъ жаловался г. Будде на стр. I—VII; впрочемъ относительно самого г. Будде съ этихъ страницъ слѣдовало бы исключить нѣкоторыя недора-зумѣнія въ родѣ того, что «некомпетентные» корреспонденты г. Будде «не оставляли желать ничего лучшаго» (стр. VI). Во всякомъ случаѣ да будетъ позволено относиться къ матеріаламъ г. Будде такъ-же, какъ и онъ самъ относится къ матеріаламъ Гильфердинга, Барсова, Безсонова, Шейна и др.

Обращаясь теперь къ самому изслѣдованію г. Будде, интересно бросить критический взглядъ на эту работу во всей ея полнотѣ. Для этого необхо-димо намѣтить тѣ пункты, на которыхъ зиждется вся работа и ея значе-

11

162

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ніе, а именно — задачи автора: что он є изъ себя представляють и какъ он й у автора поставлены; затѣмъ, какъ выполняются он й у него согласно этой постановкѣ, и, наконецъ, указать результаты, къ которымъ авторъ пришелъ въ своихъ выводахъ изъ этой работы. Въ этомъ направленіи, по пути, не трудно замѣтить все наибольѣ важное и цѣнное, а потому, послѣ этой критической провѣрки, можно будетъ дать и общую оцѣнку труду г. Будде.

Задача г. Будде — внести посильный трудъ въ діалектологію «великорусскихъ нарѣчій», какъ видно изъ самого заглавія его труда. Правда, этимъ заглавіемъ задача сразу нѣ сколько затеміяется, такъ какъ невольно набѣгаетъ недоразумѣніе: что это такое за великорусскія нарѣчія, сколько ихъ, гдѣ они существуютъ и т. и. Но, конечно, снисходительный читатель, прочитавъ всю книжку г. Будде, скажетъ, что авторъ не различаетъ обыкновеннаго житейскаго языка отъ языка учёного и не вдается глубоко въ смыслъ употребляемыхъ имъ словъ; онъ увидитъ, что для г. Будде понятіе нарѣчіе существуетъ во многихъ значеніяхъ, а потому прежде всего нужно выяснить недоразумѣнія. Признавая за діалектологическое цѣлое русскій языкъ во всемъ его объемѣ, діалектологические виды его слѣдуетъ различать такъ: тѣ группы этого цѣлаго, на которые непосредственно оно распадается, принято называть нарѣчіями русскаго яз., — это в-русское нарѣчіе и малорусское, по мнѣнію однихъ, и тѣ-же два нарѣчія, а третье — бѣлорусское, по мнѣнію другихъ. Теперь, если мы говоримъ о подраздѣленіи этихъ группъ на свои больѣ частныя группы, мы едва ли будемъ точны, назвавъ и тѣ группы тоже нарѣчіями; больѣ точные изслѣдователи юж-великорусское и сѣв-великорусское называютъ поднарѣчіями великорусскаго парѣчія, въ дальнѣйшихъ же подраздѣленіяхъ этихъ группъ, діалектологическій принципъ исоблюдается строго, да и вообще надо сказать, что діалектологическая классификація подраздѣленій русскаго яз. еще не опредѣлилась съ научной точностью, благодаря отсутствію того полнаго и точнаго материала по русс. діалектологіи, котораго не далъ еще никто, включая сюда, конечно, и г. Будде. Далѣе, въ этихъ діалектологическихъ задачахъ г. Будде посвящаетъ себя «изслѣдованію особенностей рязанскаго говора», какъ гласить вторая часть заглавія. Понятіе «говоръ» въ виду діалектологическихъ задачъ г. Будде, естественно, должно было бы быть діалектологическімъ понятіемъ, но, какъ видно изъ предисловія автора (стр. VI) и изъ ссылокъ на мѣстности, откуда брались авторомъ примѣры ряз. говора, авторъ счелъ необходимымъ всѣ 12 уѣздовъ Ряз. губерніи заставить говорить одинаково, втиснуть этотъ говоръ, такъ сказать, въ предѣлы границъ Ряз. губерніи и этимъ какъ бы оправдать названіе говора «язанскимъ». Для науки, конечно, необходимо установить какой-нибудь. постоянный терминъ для географіч. понятія какого-либо языка (въ узкомъ значеніи этого слова), на котором «говорить» извѣстная географически-ограниченная группа людей. Для этого слово «говоръ» было бы очень удачнымъ, но только тогда, когда его не употребляли бы въ діалектологической классификаціи. Г. Будде желаетъ, чтобы ему повѣрили, будто бы Рязанская губернія есть діалектологическая губернія, и очень ревностно старается выдѣлить это курлёзное «язанское нарѣчіе», какъ-то странно отнявъ его у В. И. Даль, и еще больѣ странно поправляя его на «особенностяхъ» этого «парѣчія». В. II. Даль подъ по-

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

163

нятіе «язанскаго нарѣчія» подводилъ говоръ десяти губерній, перечислен-
ныхъ у г. Будде на стр. 1. Г. Будде говорить, что этотъ терминъ «вве-
дейъ въ научную литературу» и что его «слѣдуетъ сохранить въ виду
тиническихъ особенностей, отличающихъ говоръ Рязанской губерніи отъ
прочихъ». Но что это такое за типическія особенности? — Кажется, г. Будде по-
нятіямъ «тиничное» и «особенность» придаетъ не ихъ значенія. То, что типич-
но, не есть особенность, и наоборотъ, что есть особенность, не есть типичное.
Особенности ряз. говора не могутъ быть типичными для говоровъ остальныхъ Ө
губерній, потому что раз. говоръ, по словамъ автора, ими и отличается отъго-
вора этихъ губерній, и наоборотъ, признаки, типичные для говоровъ всѣхъ 10
губерній, не могутъ быть особенностями ряз. говора, такъ какъ они — общи
всѣмъ говорамъ. Отсюда и поправки г. Будде по адресу Даля вызываютъ
только улыбку у читателя. В. И. Даль зналъ «раз. нарѣчіе» географически
шире, чѣмъ г. Будде, обобщалъ подъ извѣстныя величины гораздо больше
фактовъ, чѣмъ г. Будде, а потому и неудивительно, что у Даля выводы
шире и что они въ сўженномъ кругозорѣ г. Будде казались «далеко не
полными и неточными». Даль, напр., не могъ назвать аканье всѣхъ 10
губерній «полнымъ», а г. Будде этого требуетъ, потому что онъ «изучилъ»
говоръ Ряз. губерніи, но не всѣхъ 10-ти. Какъ бы тамъ ни было, недораз-
умѣнія вездѣ бываютъ, но важно то, что говоръ Ряз. губерніи г. Будде
выставляетъ какъ діалектологическую величину, и этого не слѣдуетъ за-
бывать при дальнѣйшемъ обзорѣ его труда.

Третьей важной стороной въ діалектологическихъ задачахъ г. Будде, при-
правленныхъ географическойю округленностью, служить то, что онъ изслѣ-
дуетъ не свойства рязанскаго говора, а «особенности». Что такое представ-
ляютъ изъ себя вообще «особенности» въ русской діалектологіи, какъ
устанавливаются отношенія этихъ особенностей между отѣльными діалек-
тологическими величинами разной степени, объ этомъ довольно ясно было
сказано нами въ самомъ началѣ, а потому и эту сторону задачи г. Будде
остается принять только въ соображеніе.

Въ заглавіи труда г. Будде между строкъ нужно читать и еще одну
сторону его діалектологическихъ задачъ: исторію рязанскаго говора, но не
правдивую исторію его въ звукахъ и формахъ, а, такъ сказать, историческую
роль этого говора въ его цѣломъ.

Къ выполненію этихъ широко-поставленныхъ задачъ, кое-гдѣ, правда,
запутанныхъ неначучностью ихъ постановки, г. Будде подходить многими спо-
собами. Прежде всего, чтобъ опредѣлить рязянскій говоръ, какъ діалектологи-
ческую величину, г. Будде ищеть «точекъ соприкосновенія» съ южно-
великорусскимъ и съверно-великорусскимъ поднарѣчіями великорусскаго нарѣ-
чія, съ бѣлорусскимъ (нарѣчіемъ или поднарѣчіемъ,— считаемъ недоказаннымъ)
и съ нарѣчіемъ малорусскимъ,— тутъ же выдѣляются и особенности, и
слегка исторія говора, но послѣдняи больше всего основывается авторомъ
на письменныхъ паматникахъ рязанскаго края. Для выполненія этихъ задачъ
указанными способами автору не хватаетъ приготовленнаго матеріала, и
вотъ онъ по пути заготовляетъ его въ области фонетическихъ и морфоло-
гическихъ явленій говора, оперируетъ надъ нимъ, подводить его подъ свои

11*

164

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРĘНІЕ.

рамки изслѣдованія, и все это въ такомъ смѣшеніи, въ такой несистема-
тичности, что даже снисходительному читателю трудно выбраться оттуда
съ бодрыми и ясными мыслями.

Поглавились за многими зайцами, г. Будде не поймалъ ни одного.
Діалектологическая величина неестественно улеглась въ географическихъ гра-
ницахъ; г. Будде не позаботился обратить на это вниманіе и доказываетъ,
что Рязанская губернія есть «область разанскаго нарѣчія» (стр. 1). У г. Буд-
де, дѣйствительно, кромѣ нѣкоторыхъ договорокъ по аканью да тѣхъ слу-
чаевъ, гдѣ онъ говорить «иногда», всѣ явленія распространяются на всю
губернію; явленія эти подобраны такъ, какъ будто авторъ составилъ
себѣ программу: собрать примѣры, напр., на звукъ б, п и др., а это
несомнѣнно искусственно; это не изученіе живого говора, а отниманіе у
говора именно его жизни, его неизвѣданныхъ еще г-мъ Будде свойствъ.
И, дѣйственно, у автора всѣ звуки, всѣ морфологическія явленія
какъ бы засѣли въ настоящемъ и въ предѣлахъ административныхъ гра-
ницъ губернія; сами по себѣ эти звуки, эти явленія, какъ трупы, ни-
чего не производятъ,— эти гласны, какъ классическія фигуры, правиль-
ныя и опредѣленія, и лежатъ внѣ всякихъ законовъ живого организма:
дѣятельности, подвижности и т. п. Но г-ну Будде желательно все—таки
показать, что эти трупы не искони были трупами, а что они все-таки
уже давно трупы. Для этого онъ дѣлаетъ различныя сравненія: то съ
литературнымъ пониманіемъ слова (это чаще всего), то съ звукомъ или
формой въ какомъ-либо другомъ говорѣ; но такъ какъ литературная рѣчь
и различные говоры — область слишкомъ обширная и неизслѣдованная, то
такому ученому, который вообще не затрудняется разбрасываться по всѣмъ
направленіямъ, и здѣсь нашлось приволье. Сравненія эти вышли поэтому
не то что неполными, но положительно отрывочными, даже, пожалуй,
больше чѣмъ отрывочными. Здѣсь же надо замѣтить, что г. Будде, хотя
и смѣшиваются въ самомъ изслѣдованіи фонетическихъ явленій и морфоло-
гическія, но въ принципѣ ихъ настолько разъединяетъ, что, разматривая
фонетику отдѣльно отъ морфологіи (это, конечно, удобно, возможно и необ-
ходимо), не дѣлаетъ ничего, чтобы поставить ихъ въ дѣйствительную связь,
чтобы прослѣдить ихъ взаимное другъ на друга выявлять. Такія сравненія, о
которыхъ только что было сказано, конечно, нельзя назвать законами рязан-
скаго говора, а такая отрывочность этихъ сравненій, при наличности къ
тому же нѣкоторыхъ пенormalностей, не могли не породить столько упу-
щеній, насколько самая чрезмѣрная отрывочность далека отъ полноты и
совершенства. Быть можетъ, г. Будде и не хотѣлъ дать полнаго или во-
обще какого-либо обзора фонетическихъ и морфологическихъ явленій рязан-
скаго говора,— этого, дѣйствительно, не видно въ постановкѣ его задачѣ,—
а потому и не станемъ говорить о томъ, чего пѣть у г. Будде. Если это
только матеріалы по фонетикѣ и морфологіи рязанскаго говора,— пусть бу-
дуть матеріалами, и тѣ операціи надъ ними, которые такъ часто встрѣ-
чаются на каждой страницѣ въ лингвистическихъ объясненіяхъ, пусть будутъ
опытомъ къ группировкѣ этого матеріала по лингвистической программѣ.

Однако, до сихъ поръ еще не видно, чтобы г. Будде приближался къ

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФІЯ.

165

дѣйствительному рѣшеню своихъ задачъ. Но вотъ на очереди — «особенности»; быть можетъ, онѣ и есть вся сила труда г. Будде. Для этихъ «особенностей» г. Будде ищетъ «точечѣ соприкосновенія» между явленіями разанскаго и другими говорами, нарѣчіями и поднарѣчіями. Но эти точки соприкосновеніи съ явленіями бѣлорусскими, южно-и съверно-великорусскими и малорусскими намѣчены у г. Будде непослѣдовательно, отрывочно, темно и въ нѣкоторыхъ мѣстахъ даже противорѣчиво; а это естественно. Во-первыхъ, діалеттологически-уродливую величину, данную въ видѣ отрывочныхъ фонетическихъ и морфологическихъ явленій, трудно обставить ясными, точными и послѣдовательными параллелями; во-вторыхъ, для этого нужно знать хотя бы въ приблизительной полнотѣ то, откуда берешь сравненія или точки соприкосновенія, въ данномъ случаѣ всѣ нарѣчія русскаго языка, а стало быть и всѣ его поднарѣчія и другіе болѣе частные діалектологические виды; въ-третьихъ, для этого нужно точки соприкосновеній отмѣчать во всей ихъ полнотѣ, чтобы, напр., по выдѣленіи общихъ признаковъ рязанскаго говора съ съверно-великорусскими поднарѣчіями и южно-великорусскими, или съ бѣлорусской рѣчью, было, во-1-хъ, видно, что осталось «особеннаго» въ рязанскомъ говорѣ, и во 2-хъ, въ какомъ количественномъ и качественномъ отношении выдѣленные признаки стоять другъ къ другу. Для г. Будде это было не возможно, а потому и всѣ его «особенности» — нѣчто неощутительное. Точечѣ соприкосновенія г. Будде отмѣтилъ очень не много, и всѣ отмѣчены безъ достаточной научной осмотрительности. Но если даже донустить, что это — пистинныя точки, то и тогда, выдѣливъ ихъ изъ фонетического и морфологического материала г. Будде, трудно понѣрить, чтобы оставшееся было особенностями рязанскаго говора. Наоборотъ, знакомый даже съ однимъ какимъ-либо говоромъ найдетъ въ нихъ и съ этимъ говоромъ не мало точечкъ соприкосновенія: каждая страница труда г. Будде можетъ наглядно доказать это. Самъ г. Будде въ этихъ особенностахъ отдавалъ себѣ, кажется, гораздо меньше отчета, чѣмъ вскайй, ожидающий отъ его труда изслѣдованія особенностей рязанскаго говора. Это, такъ сказать, уже ясно будетъ даже для человѣка, мало знакомаго съ другими говорами, а если имѣть въ виду тесь русскій языкъ въ его діалектологическихъ видахъ, то трудно сказать: останется ли вообще что-либо изъ «особенностей» рязанскаго говора, распространенного на 12 уу., особенностью. Во всякомъ случаѣ, г. Будде этого не сдѣлалъ, потому что не могъ, — и мы вправѣ считать его задачи въ этомъ отношении невыполненными.

Но, можетъ быть, г. Будде этой сторонѣ своихъ задачъ не придавалъ столько значенія, чтобы на ней стоило долго останавливаться; быть можетъ, у г. Будде главную роль играла та задача, о которой, какъ сказано раньше, нужно читать между строкъ въ оглавленіи его труда: «исторія рязанскаго говора». Конечно, современные безжизненные, застывшія для г. Будде фонетические и морфологические явленія, не поставленныя къ тому же въ надлежащее отношение къ другимъ діалектологическимъ видамъ русскаго языка, сами по себѣ не могли дать автору не только этого представления объ исторіи рязанскаго говора, но и вообще какого-бы то ни было представленія о немъ. Г. Будде для исторіи говора обращается къ исторіи

166

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Рязанскаго края и къ рязанской письменности. Своихъ историческихъ свѣ-
дёній, почерпнутыхъ у г. Иловайскаго и др., г. Будде въ изслѣдованіи ни
съ какимъ фонетическомъ или морфологическомъ явленіемъ въ связь не
ставить, да и вообще этихъ свѣдёній въ изслѣдованіи почти не приводить,
а потому, читая его трудъ вплоть до выводовъ, не знаешь еще, нужны ли
ему эти свѣдёнія, а если нужны, то зачѣмъ. Но, быть можетъ, г. Будде
полагаетъ, что эти свѣдёнія должны быть извѣстны всякому, а связь уста-
навливается сама собой. Г. Будде зато, время отъ времени, въ своемъ
трудъ привлекаетъ рязанскую письменность. А здѣсь надо сказать, что,
во-первыхъ, не все, чего не нашелъ г. Будде въ рязанской письменности,
не было въ исторіи живого рязанскаго говора, а во-вторыхъ, нашелъ онъ
такъ мало, и такъ рѣдко попадаются эти справки съ рязанскою письмен-
ностью на страницахъ его книжки, что исторія разанскаго говора, какъ бы
ее тамъ ни понимать, въ изслѣдованіи г. Будде сводится къ двумъ-тремъ
догадкамъ историческаго характера. Достаточно сказать, что только справки
въ рязанской письменности объ аканьи г. Будде освѣщаетъ еще кое-какою
мыслью насчетъ исторіи говора, всё же остальныя справки такъ и остаются
справками, ни къ чему не пришитыми, ни какой мыслью объ исторіи го-
вора не освѣщеными.

Вотъ весь трудъ г-на Будде, разсмотрѣнный во всѣвъ его пунктахъ
и со всѣхъ сторонъ (громѣ лингвистической), — остается его оцѣнить. Едва
ли ученый діалектологъ по книжкѣ г-на Будде рѣшится рязанскому говору
опредѣлить его діалектологическое положеніе. Но самъ г. Будде это дѣ-
лаетъ, и вотъ какъ: «Изъ разсмотрѣнаго матеріала, говоритъ онъ (стр.
150), для изученія рязанскаго народнаго говора съ фонетической, морфо-
логической и лексической стороны мы можемъ сдѣлать слѣдующіе выводы».
Далѣе слѣдуютъ 7 выводовъ, и всѣ они такъ или иначе посвящены исклю-
чительно исторіи рязанскаго говора, его прошлому, между тѣмъ лексическій
свой материалъ г. Будде въ связь съ исторіей раньше не ставилъ, а мате-
риалъ фонетическій и морфологическій исторически освѣщалъ такъ слабо и
такъ рѣдко, что прямое противорѣчіе съ изслѣдованіемъ — всѣ выводы дѣлать
по исторіи говора. Все это еще ничего, но важно то, что особенностямъ го-
вора, который носитъ заглавіе книги, ни одинъ выводъ не посвященъ цѣ-
ликомъ, и лишь немногоъ этого касается З-й выводъ (полное аканье, спра-
женіе настоящаго времени и мѣстоименія). Конечно, это ненормально. Точно
только эти три явленія и есть особенности разанскаго говора. Да наконецъ
окончаніе З-го лица — ть есть не особенность рязанскаго говора, а общая
черта съ нѣкоторыми другими говорами Россіи (напр. гов. Духовщ. и
Бѣльск. уѣз. Смол. губ.); полное же аканье вообще можетъ быть постав-
лено въ связь съ бѣлорусскимъ аканьемъ. Рязанскія мѣстоименія имѣютъ
въ себѣ полную аналогію въ говорѣ Бѣльскаго и др. уѣз. Смол. губ., въ
нѣкоторыхъ чертахъ мѣстоименій въ говорѣ Тамбовск. губ. (возвр. мѣст.
„си“ въ глаголахъ) и др. Эти черты разанскаго говора трудно принять
за его особенности, и потому будетъ позволительно сказать, что въ выво-
дахъ автора нѣтъ ничего о морофологич., фонетич. и лексическихъ осо-
бенностяхъ рязанскаго говора.

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ.

167

Обратимся къ исторіи говора въ выводахъ этой книги. Выводъ 1-й:
«Исходя изъ того положенія, доказаннаго лѣтописью и историческими из-
слѣдованіями, что Рязанскій край почти совсемъ не заключалъ въ себѣ
славянской стихіи приблизительно до ХІІ-го вѣка, мы признаемъ нынѣш-
ній разанскій народный говоръ образовавшимся постепенно путемъ колони-
заціи Рязанскаго края выходцами изъ сѣверныхъ и западныхъ губерній и,
быть можетъ, сосѣднихъ южныхъ" (стр. 150). Этотъ выводъ сдѣлань,
стало быть, не на основаніи работы г. Будде, а помимо нея. Да о состав-
ности говора г. Будде въ своемъ изслѣдованіи и не помышлялъ; онъ
только отмѣчалъ «точки соприкосновенія», которые ничего опредѣленнаго
сказать ему не успѣли не только о составности, но и вообще о діалекто-
логическомъ положеніи рязанскаго говора. 2-й: «Рязанскій народный говоръ
можно возвести по письменнымъ памятникамъ и нѣкоторымъ ‘соображе-
ніямъ фонетическаго характера (такая неопредѣленность въ выводахъ не-
умѣстна) не ранѣе, какъ къ концу XIV-го столѣтія. Слѣдовательно, рязан-
скій народный говоръ въ нынѣшнемѣ его видѣ принадлежитъ довольно
позднему времени» (стр. 151). Какъ попять этотъ выводъ? Мы признаемъ,
что вообще каждый народный говоръ, „въ нынѣшнемѣ его видѣ“ принад-
лежитъ позднему времени, или, точнѣе, своему настоящему. А какъ объ
этомъ могутъ свидѣтельствовать памятники, уразумѣть это трудно. Этотъ
вопросъ въ изслѣдованіи г. Будде не затронутъ,—не слѣдовало бы ему
дѣлать и этого вывода. Положимъ, снисходительный читатель пойметъ такъ,
что здѣсь нужно разумѣть рязанскій говоръ съ того момента, когда онъ
уже окончательно склеился изъ различныхъ діалектическихъ составовъ и
дальше шелъ по пути саморазвитія. Но и этого г. Будде въ изслѣдованіи
не слѣдилъ, потому что не слѣдилъ вообще, гдѣ и въ чемъ рязанскій
говоръ склеенъ. 3-й выводъ повторяетъ выводъ первый о состав-
ности рязанскаго говора, а далѣе находитъ «древнѣйшіе элементы русскаго
языка» «въ особомъ видѣ аканья послѣ шипящихъ и въ области морфо-
логіи: въ личныхъ мѣстоименіяхъ и въ ‘спряженіи глаголовъ настоящаго
времени». Выше уже сказано, что эти три свойства рязанскаго говора и
скудны и едвали это особенности, а что они относятся къ «къ древнѣйшимъ
элементамъ русскаго языка», то насчетъ «аканья» этого еще не доказано,
а остальныхъ двухъ чертъ, да и вмѣстѣ даже съ первой, слишкомъ мало,
чтобы на нихъ построить четвертый выводъ: «Рязанскій народный говоръ
въ своихъ основныхъ чертахъ есть типъ древняго русскаго языка
средней полосы Россіи, каковымъ онъ долженъ былъ быть до литера-
турной обработки, каковымъ было и московское народное нарѣчие до
образованія литературнаго языка и безъ всякаго внѣшняго вліянія». При-
знавая изложенные въ 3-мъ выводѣ черты рязанскаго говора за основныя,
а онъ къ тому же по этому пункту и древнія, мы должны при-
знать, что именно эти черты и суть «типичныя» для древне-русскаго
языка средней полосы Россіи. Только, какъ уже сказано разъ, по «особен-
ностямъ» о «типѣ» судить невозможно, какъ по бѣлому нельзя судить о
черномъ; если же этотъ выводъ г. Будде въ связь съ третьимъ не ста-
вилъ, тогда мы не видимъ, въ чемъ заключаются древнія «типичныя»

168

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

черты говора,— о нихъ ни въ изслѣдованіи и нигдѣ вообще у г-на Будде не сказано, а тѣмъ болѣе въ отношеніи «русскаго языка средней полосы Россіи» Объ этомъ послѣднемъ г. Будде составляетъ себѣ предположительное понятіе какъ о языкѣ, каковымъ онъ долженъ былъ быть до литературной обработки (стр. 151). Но къ чему же напонять такого туману, когда языкъ средней полосы Россіи всегда существовалъ и теперь существуетъ и въѣ литературной обработки? И тамъ г. Будде найдетъ всѣ эти три «тиничныя черты» (въ поясненіи къ этому пункту видно, что г. Будде имѣлъ въ виду предыдущій выводъ) въ болѣе или менѣе сильномъ передживаніи. Но г. Будде желаетъ доказать, что рязанское аканье древнѣе московскаго, и пояснветъ это,— только мы отказываемся понимать. Во всякомъ случаѣ, хотя аканью г. Будде посвятилъ и въ изслѣдованіи немало страницъ, но все же, какъ тамъ онъ былъ неясенъ, такъ неясенъ и въ 4-мъ выводѣ. 5-й выводъ: «Рязанскій народный говоръ ближе стоитъ къ бѣлорусскому нарѣчію въ древнемъ его видѣ во всѣхъ отношеніяхъ, чѣмъ къ сѣверно-великорусскому. Это указываетъ на источники образования рязанскаго народнаго говора». Конечно, если этотъ выводъ дѣлался на основании изслѣдованія г. Будде, то авторъ въ немъ долженъ запутаться, такъ какъ «точки соприкосновенія» у г. Будде разсмотрѣны отрывочно, ненормально, неточно, о чемъ и было сказано выше. Оказывается, что г. Будде имѣлъ въ виду свое изслѣдованіе, и потому запутался. На стр. 56 г. Будде говоритъ: «Во;ще, къ рязанскому нарѣчію (авторъ имѣетъ въ виду только Рязанскую губернію, не Далевскія 10 губерній) во всѣхъ отношеніяхъ ближе всего стоитъ нарѣчіе (?) южной части Курской губерніи и сѣверной части Харьковской». На стр. 85 г. Будде предполагаетъ, «что главнѣйший составной частью рязанскаго нарѣчія (опять такъ говора Рязанскаго губерніи) служило нарѣчіе сѣверно и средне-великорусское, при чемъ «колонизація рязанскаго края» «щла по преимуществу съ сѣвера и вносила съ собой языкъ особенности московскаго и сѣверно-великорусскаго нарѣчія». То-есть: то во всѣхъ отношеніяхъ ближе къ югу, то по преимуществу къ сѣверу!—къ сѣверно-великорусскому поднарѣчію въ изслѣдованіи, а въ выводѣ—къ бѣлорусскому! Впрочемъ, недоразумѣнія вездѣ возможны. Въ 6-мъ выводѣ г. Будде на основаніи «общихъ чертъ съ древнимъ бѣлорусскимъ говоромъ и сѣверно-великорусскимъ» «признаетъ» рязанскій говоръ «промежуточнымъ звеномъ между западнымъ и сѣвернымъ русскимъ говоромъ» «въ восточной половинѣ средней полосы русскаго языка». Но если рязанскій говоръ составной, если онъ къ себѣ стигивалъ различные элементы языка съ различныхъ сторонъ, а самъ изъ себя не давалъ ничего въ какую-бы то ни было сторону, то какъ онъ можетъ быть «промежуточнымъ звеномъ»? Но ни въ изслѣдованіи, ни въ предыдущихъ выводахъ г. Будде ничего не говорилъ о той активной, творческой роли, которую рязанскій говоръ игралъ въ исторіи различныхъ діалектологическихъ видовъ русскаго языка, а тутъ вдругъ оказывается, что онъ— промежуточное звено! Это, конечно, нужно понять или какъ праздный дозыселъ г-на Будде, на его изслѣдованіи и на предыдущихъ выводахъ не зонованый, или какъ что-то темное, неопредѣленное и вообще къ дѣлу

КРИТИКА И БИБЛІОГРТФІЯ.

169

недущее. Во всякомъ случаї, этотъ 6-й выводъ для русской діалектоло-
гіи не имѣть никакого значенія. Послѣдній 7-й выводъ похожъ на 6-й
по опредѣленности и на 4-й (отчасти на 2-й и 5-й) по содержанію. Вотъ
онъ: «принимая во внимание, что разанское нарѣчіе (должно быть, го-
воръ?) не приняло въ себя позднѣйшихъ специальныхъ чертъ бѣлорус-
скаго нарѣчія, мы будемъ имѣть въ нынѣшнемъ разанскомъ народномъ
говорѣ образецъ древняго (XIV—ХV в.) обще-среднерусскаго народнаго
языка. Сравн. орловское, курское, воронежское, отчасти тамбовское и
харьковское нарѣчія». Что касается «позднѣйшихъ специальныхъ чертъ
бѣлорусскаго нарѣчія», а также орловскаго и др. «нарѣчій», авторъ вво-
дитъ ихъ въ доказательство огульно, на своемъ изслѣдованіи не основы-
ваясь. Что-же касается разанскаго говора, какъ «образца древняго обще-
среднерусскаго народнаго языка», то это повтореніе 4-го вывода, гдѣ ря-
занскій говоръ опредѣляется, какъ «типъ древняго русскаго языка средней
полосы Россіи».

Итакъ, вотъ — всѣ эти 7 выводовъ. Всѣ они напираютъ на прошлое
разанскаго говора и почти не касаются его «особенностей»; два изъ нихъ
(1-й и 7-й) сдѣланы не на основаніи изслѣдованія, одинъ (5-й) есть вы-
водъ изъ противорѣчій, одинъ (6-й) пр. здный, остальные же три (2, 3
и 4) вполѣ ненаучны.

Такимъ образомъ, г. Будде не внесъ ничего положительнаго въ тѣ
отрицательныя стороны русской діалектологіи, о которыхъ говорилось въ
первыхъ строкахъ этой рецензіи, скорѣе можно подумать, не прибавилъ
ли онъ и лично отъ себя къ отрицательному отрицательное. Если еще
могутъ подумать, что его спеціально-лингвистические экскурсы въ область
разанскаго говора сдѣдуетъ цѣнить, какъ дѣйствительно цѣнное, что на-
стоящая рецензія не прослѣдила съ нѣкоторой очевидностью и подробностью
эти лингвистические экскурсы, то на это сдѣдуетъ замѣтить, что — нѣ тѣ.
Лингвистические экскурсы г-на Будде гораздо болѣе запутаны, чѣмъ все
остальное въ его работѣ, но такъ какъ на разсмотрѣніе ихъ, какъ оши-
бокъ, потребовалась бы вмѣстимость трехъ — четырехъ такихъ рецензій, какъ
настоящая, то и считаемъ болѣе умѣстнымъ здѣсь о нихъ умолчать, а
при случаѣ удѣлить имъ другое время и мѣсто.

Вл. Богдашъ.

Бжлгарски народни пѣсни собрани одъ братья Миладиновци Димитрія
и Константина и издани одъ Константина, въ Загребъ на 1861 година.
Второ издание отъ Митра, съпруга на Д. Миладиновъ. Въ София. Въ
печатницата на „Либералний Клуб“ 1891. — Цѣна пять левовъ, т.-е.
франковъ *).

Когда въ 1861 г. въ Загребѣ, при просвѣщенномъ содѣйствіи знаменитаго хорватскаго патріота епископа Штросмайера, сборникъ болгарскихъ

*) Читано въ засѣд. Славянской коммиссіи И. Моск. Археол. Общ. 20 анв.
893 г. (Большой юсъ условно замѣняемъ въ петитѣ малымъ).

710

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

народныхъ пѣсенъ братьевъ Миладиновыхъ явился въ свѣтъ въ первомъ изданіи, онъ занялъ безспорно первое мѣсто среди другихъ сборниковъ болгарской народной поэзіи.

Изъ болѣе или менѣе крупныхъ трудовъ въ этой области можно было тогда указать лишь старое собраніе Безсонова (Москва) и сборникъ женскихъ пѣсенъ Верковича, напечатанный въ 1860 г. въ Бѣлградѣ. Но и по обилю матеріала и по его разнообразію сборникъ братьевъ Миладиновыхъ превосходилъ оба названные. У Безсонова въ двухъ выпускахъ было всего лишь 152 №№, у Верковича 335 №№, у братьевъ Миладиновыхъ 600 №№. Что касается содержанія, то сборникъ Миладиновыхъ заключалъ въ себѣ почти всѣ виды народной поэзіи. Въ немъ были пѣсни съ чертами мюо-логическими и легендарными (самовилскі цѣрковни), пѣсни эпическія (юначки, овчарски) и пѣсни съ разнообразнымъ бытовымъ содержаніемъ (жалью-вни, смешни, любовни, свадбени, лазарски и жетварски). Въ этомъ разнообразіи много уступалъ приближавшійся къ нему по объему сборникъ Верковича: въ немъ были только женскія пѣсни.

Что касается мѣста происхожденія пѣсенъ, то сборникъ Миладиновыхъ давалъ матеріалъ не только изъ Македоніи, родины собирателей, но и изъ Восточной Болгаріи. Благодаря участію въ собраніи пѣсенъ главнымъ образомъ македонцевъ, самихъ братьевъ и Жинзифова, отдѣлъ македонскихъ пѣсенъ былъ представленъ, разумѣется, богаче. На долю восточной Болгаріи приходилась лишь седьмая часть всего собранія. И въ этомъ отношеніи опять таки сборникъ Миладиновыхъ превосходилъ другіе. У Верковича пѣсенъ изъ Восточной Болгаріи не было ни одной, а что касается македонскихъ, то и онѣ были записаны главнымъ образомъ изъ одного Серезскаго округа со словъ пѣвицы Дафины родомъ изъ Просеника вблизи Сереза (къ этомъ отношеніи для характеристики Серезскаго говора сборникъ Верковича представляетъ обильный-ийшій матеріалъ); только немногія были записаны изъ другихъ мѣстностей: изъ Легенскогъ предѣла стр. 293—305, изъ Велескогъ предѣла 305—356, изъ Дибра 356—363, изъ Крушова кодъ Прилипа (одна пѣсня).

Въ сборникъ Миладиновыхъ перечислены слѣдующія мѣстности, откуда възяты пѣсни: Панагюрище, София, Струмнишко, Кукушко, Воденско, Ко-стрско, Велешко, Дебарско, Прилепско, Охритско, Струшко и Битолско. Большинство пѣсенъ были собраны въ Стругѣ (родина Миладиновыхъ), Прилепѣ, Кукушѣ и Панагюрище. Любопытно, насколько сильнымъ живымъ ключемъ било народное творчество. Въ Стругѣ, по словамъ Миладиновыхъ, одна дѣвица сказала имъ 150 прекрасныхъ пѣсенъ; Верковичу помянутая выше пѣвица дала 235 пѣсенъ.

Къ сожалѣнію, въ сборникъ Миладиновыхъ не вездѣ указано при каждой пѣснѣ въ отдѣльности, гдѣ она спѣта. Въ этомъ заключается большой недостатокъ собранія. Не упомянуты и имена пѣвицъ. Къ сборнику былъ присоединенъ краткій словарь, объяснявшій наиболье трудныя слова; въ текстѣ по мѣстамъ также прилагались объяснительныя замѣчанія. Издатели сборника приняли простое и въ общемъ весьма удачное правописаніе, за-боться о вѣрной передачѣ народнаго произношенія. Всѣ указанныя условія

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

171

обезпечили сборнику заслуженную славу лучшаго собранія болгарскихъ пѣсенъ.

Теперь, когда сборникъ ялся вторымъ изданіемъ, обстоятельства
значительно измѣнились. За послѣднее время въ Болгаріи идетъ оживленная
дѣательность по изданію все еще богатаго и разнообразнаго народнаго твор-
чества. Есть труды въ этой области, появившиеся благодаря частной ини-
ціативѣ. Таковы, напр., сборникъ Шліева, заключающий обрядовыя пѣсни
(София 1889), и большое собраніе пѣсенъ главнымъ образомъ македонскихъ
и западно-болгарскихъ охридчанина Шапкарева (намъ извѣстны книги: I,
VII (приложение къ I-й), III, IV, V, VI. София 1891). Благодаря очень
сбивчивому обозначенню счета изданію неѣвнѣ ясно, есть ли кипга II.
Въ замѣткѣ къ VII книгѣ сказано, что за ней послѣдуетъ II-я, которая
будетъ заключать пѣсни изъ политической жизни; но эти пѣсни вошли въ
книги III и IV. На обложкѣ III книги, повидимому, объясняется, отчего
возникла эта сбивчивость нумерации: здѣсь ранѣе изданныя книги значатся
такъ: I и II (VII); стало быть, всего вышло не 7, а только 6 книгъ, изъ
которыхъ VII и II одно и то же. Полное заглавіе сборника: «Сборникъ отъ
български народни умотворения. Събралъ и издава К. А. Шапкаревъ».

Но особенного вниманія среди этихъ собраній заслуживаетъ «Сборникъ за
народни умотворения, наука и книжнина», издаваемый болгарскимъ мини-
стерствомъ народнаго просвѣщенія. Въ этомъ изданіи три главныхъ отдѣла:
1) научный, 2) литературный и 3) отдѣль, въ которомъ помѣщаются раз-
нообразныя произведенія народной поэзіи. Въ 6 томахъ, которые мы имѣть
подъ руками, на долю III отдѣла приходится 163 стр. въ I т.*), 226 во II,
276 въ III, 276 въ IV, 230 въ V и 237 въ VI. Уже одно обилѣе ма-
теріала обращаетъ внимание; но особенную цѣнность Сборнику даетъ разпо-
образіе содержанія. Въ немъ помѣщаются какъ народныя пѣсни разнообраз-
наго содержанія, такъ и образцы прозы: сказки, пословицы, загадки, закли-
навія и пр.; не мало мѣста удѣляется описанію народныхъ обычаяевъ. Этотъ
богатый матеріалъ собранъ изъ разныхъ мѣстностей Болгаріи. Историкъ
литературы, этнографъ, изслѣдователь языка найдетъ для себя много лю-
бопытнаго каждый въ своей области. Большой похвалы заслуживаетъ тца-
тельность изданія. Тексты снабжены удареніями; въ примѣчаніяхъ объ-
ясняются болѣе или менѣе рѣдкія мѣстныя слова; есть и отдѣльныя
собранія мѣстныхъ словъ. Опечатки сравнительно съ объемомъ изданій
ничтожны и большею частію исправлены. Пріобрѣтеніемъ Сборника должна
озаботиться каждая порядочная библіотека. Кстати сказать, что цѣна изда-
нія 5 левовъ (франковъ) за томъ, стр. около 1000 въ 8° большаго раз-
мѣра, очень невысока, и пріобрѣтеніе изданія:ѣвъ доступно и част-
ному лицу.


Если теперь послѣ указанныхъ изданій Сборникъ братьевъ Миладино-
выхъ уже не можетъ имѣть притязаній на пальму перевенства, то нужно
замѣтить, что все же за нимъ остается свое значеніе. Не слѣдуетъ забы-

*) См. «Этнограф. Обозр.» V, 187—191.

172

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

вать, что Сборникъ, изданный въ 1861 г., заключаетъ въ себѣ матеріаль
во всякомъ случаѣ изъ первой половины нашего столѣтія, слѣдовательно
сравнительно съ издаваемымъ теперь старшій. А всѣмъ извѣстно, какъ
перѣдко сюжеты и мотивы народной поэзіи измѣняются въ зависимости
отъ времени и иные совсемъ исчезаютъ. Уже одно это обстоятельство
сохранить за старшимъ Сборникомъ навсегда его цѣнность. Помимо содер-
жанія и въ языкѣ Миладиновскаго Сборника замѣчаются многія любовітныя
особенности. Напр. такая форма дат. над. отъ мѣст. свой, встрѣтившаяся
въ стихѣ: «Кажуетъ Дойчину свою брату», стр. 243, образованная по
именному склоненію (сравни дат. muju, našu, tvuju въ языкѣ Данійскихъ
Болгаръ Сб. II. 259), не попалась намъ ни разу среди массы вновь издан-
наго матеріала. Поэтому нельзя не сочувствовать появленію второго изданія
Сборника, тѣмъ болѣе, что первое давно уже стало рѣдко.

Обратимся теперь къ замѣчаніямъ о второмъ изданіи. Что касается
объема, то онъ остался тотъ же, что и въ первомъ; не прибавлено ничего
новаго. Между тѣмъ Миладиновы, какъ и многіе другие издатели народныхъ
пѣсенъ, напр. знаменитый Вукъ Стефановичъ Караджичъ, располагали обык-
новенно большимъ количествомъ матеріала въ сравненіи съ тѣмъ, который
они печатали. При нѣсколькихъ варіантахъ одной и той же пѣсни предпо-
чтеніе отдавалось лучшей, разумѣется, съ точки зрѣнія эстетического прин-
ципа"). Благодаря этому выбору собраніе нерѣдко поражало высокими
достоинствами формы заключавшихся въ немъ пѣсенъ. Таковы въ особен-
ности сборники Вука. Но историки литературы уже высказывали сожалѣ-
ніе, что издатели могли опустить такимъ образомъ кое-что изъ не совсемъ
удовлетворительного или отрывочного по формѣ, что могло бы однако имѣть
историко-литературный интересъ (Новаковичъ). Въ удовлетвореніе такого
интереса желательно было бы во второмъ изданіи видѣть все опущенное
первыми издателями по крайней мѣрѣ въ приложеніи. Но можно думать,
что подобные остатки навсегда пропадали. Особенно вѣроятно такое пред-
положеніе относительно матеріала, бывшаго въ рукахъ у братьевъ Мила-
диновыхъ.

По формату новое изданіе почти вполне подходить къ старому. Благо-
дари этому издатели могли сохранить ту же пагинацию, что весьма важно
въ интересахъ удобства пользованія тѣмъ или другимъ изданиемъ безраз-
лично: способы на то или другое издание будутъ, при такомъ условіи, тож-
дественны. Только въ предисловіи и въ концѣ Сборника, въ отѣлѣ они-
сапія обычаевъ, пагинація, къ сожалѣнію, измѣнена. Въ первомъ изданіи
текстъ напечатанъ убористѣе, чѣмъ во второмъ. Нельзя не выразить сожа-
лѣнія, что во 2-мъ изданиі не введено исчисленія стиховъ каждой отдѣль-
ной пѣсни. Особенно важенъ счетъ стиховъ въ длинныхъ пѣсняхъ. Отступ-
леніе отъ перваго изданія въ этомъ отношеніи было бы лишь благопріятно
для второго. Жаль также, что не приложено оглавленія къ собраннымъ
пѣснямъ, какъ это есть напр. у Вука Караджича. Оглавленіе могло бы

*) Од неколку пѣсни сме избрали по-харната, т. е. изъ нѣсколькихъ пѣ-
сенъ мы выбирая лучшую.

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

173

облегчить справки. Желательно было бы также составить указатель къ пѣснямъ по мѣстностямъ, въ которыхъ онъ записаны. Въ этомъ отношении Сборникъ Миладиновыхъ, правда, даетъ лишь незначительныя указанія. Только въ рѣдкихъ случаяхъ указано, гдѣ записана та или другая пѣсня. Но тѣмъ легче было свести эти указанія. Такой указатель важенъ для занимающегося языкомъ *). Можно еще замѣтить, что въ немножшомъ словарику, приложенномъ къ сборнику, напрасно удержано хорватское правописаніе. Въ типографіи не оказалось буквъ с, s, z со значками, а при такомъ условіи получается немало недоразумѣній вслѣдствіе одинаковаго чтенія совершенно различныхъ словъ. Лучше было бы замѣнить хорватское правописаніе сербскимъ, отчего суть дѣлаисколько не потеряла бы.

Но, разумѣется, все это мелочи. Главное дѣло, насколько удовлетворительно перерзанъ текстъ. Къ сожалѣнію, въ этомъ отношеніи изданіе дачного не полнѣ удовлетворительно.

Кто близко знаетъ первое изданіе Сборника, тому извѣсто, что въ немъ значительное количество опечатокъ; исправлены же первыми издателями только немногія. Тѣмъ легче было исправить указанное во второмъ изданіи. Но редакціи второго изданія, очевидно, не потрудилась исправить текстъ до печатанья. Благодаря этому, въ изданіи проскользнула одна весьма существенная опечатка, исправленная первыми издателями, именно, на стр. 123 въ пѣсня за № 85 высто: съ житомъ ги мама хранила, слѣдуеъ читать скрипомъ (т.-е. тайно отъ другихъ). Отмѣтить такую опечатку слѣдовало тѣмъ болѣе, что даже одинъ изъ хорошихъ болгарскихъ филологовъ Милетичъ въ своемъ обзорѣ остатковъ склоненія въ современномъ болгарскомъ языке помѣстилъ приведенный примѣръ „съ житомъ“ подъ творительнымъ падежемъ. Сб. II. 267 Науч. Отд. Что касается опечатокъ, неуказанныхъ первыми издателями, то редакція второго изданія исправляла текстъ, насколько у ней хватило на то умѣшья. Разумѣется, при этомъ исправлено много опечатокъ, въ которыхъ нельзя сомѣваться. Но оказались и такие слушан, гдѣ исправленіе текста второй редакціей сдѣлано не достаточно осторожно; съ другой сто-

*) Считаемъ не лишнимъ сообщить здѣсь мѣстный указатель къ тѣмъ пѣснямъ сборника, при которыхъ имѣется указаніе. Папагюрище № № 10, 39, 51, 61, 69, 107, 113, 116, 120, 128, 141, 149, 166, 659. Соція: № № 49 и 64. Струга: № 1, 3, 5, 6, 13, 16, 17, 27, 33, 36, 37, 40, 41, 44, 55, 57, 185; свадебныя: 511—535; лазарескія: 576—596; жетварски: 638—653, 660. Прилепъ: № 2, 7, 9, 11, 15, 24, 43, 45, 50, 150, 178, 187, 196; свадебныя: 536—553; изъ селъ около Прилепа 554—556; на Водици отъ Прилепъ: 622—634; жетварски 654—657. Кукушъ: № 8, 12, 19, 31, 155, 186; свадебныя: 571—575; лазарескія: 597—621, 635—637. 658. Охридъ: № 158, 164, 292—296; свадебныя: 565—570. Велесъ: свадебныя: № 558—564. Битоль: № 224. Струмница № 30. Костуръ! № 35, 139; 311—323. Кронцеливо село, близу до Воденъ № 336. Долна Дебра, село Гаре: № 22. Карчово, кунъ Дебарските места №№ 339—340.

Указатель къ пѣснямъ по содержанію: Самовилски стр. 1—10; други стари 10—24; царковни 24—73; юначки 73—320; овчарски 321—327; айдутски 327—339; жальовни 339—364; смешни 364—374; любовни 374—460; свадбени 460—484; лазарски 487—504 и жетварски 504—511.

174

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

роны, опущены такія мѣста, въ которыхъ исправленіе было бы необходимо.
Укажемъ лишь на самое существенное.

На стр. 26, по нашему мнѣню, напрасно исправлено Маря въ Мария.
Въ сборникѣ Миладиновыхъ часто встрѣчаются примѣры, гдѣ вмѣсто ия
стоитъ я: еотини вмѣсто еотиния (стр. 37), деля вмѣсто делия (38), рапи
вм. рапія (57), Георги вмѣсто Георгия (67), Димитрия вм. Димитрия (207),
Иля вмѣсто Илия (45) Кадя вмѣсто Кадия (265), чя вмѣсто чия (215).

На стр. 144 гриба исправлено въ грива, но въ сборникѣ Шапкарева так-
же б вмѣсто въ этомъ словѣ: Бисер ми низало коньу за гривата. Ш. І стр.
122. Однако и во второмъ изданиі оставлено Караблашка вмѣсто Каравлашка,
стр. 203. Сравни жёрабѣ вмѣсто жеравѣ (т. е. журавли) въ сборникѣ Баба
Ега, свящ. Любенова стр. 10, гдѣ б вмѣсто въ оговорено издателемъ.

На стр. 393 падната исправлено въ паднала въ стихахъ: Не сумъ у бахчи родена; Ни сумъ отъ Бога падиата, Тукъ сумъ отъ майка растена.

Дѣйствительно на стр. 401 мы находимъ параллельное мѣсто, въ кото-
ромъ считается: „ Не сумъ отъ Бога паднала, Ни па отъ земя никнала, Тукъ
сумъ отъ майка родена“, Но въ первомъ примѣрѣ лучше удержать падната
въ соотвѣтствіе съ другими причастными формами родена, растена. Форма
падната отъ среднаго глагола смущать не можетъ; такие примѣры встрѣчаются
въ болгарскомъ языкѣ; ср. фракнато врӑпченце, въ томъ же сборникѣ стр. 145,
умренъ 249.

Теперь укажу мѣста не исправленныя.

На стр. 21 въ № 21, въ 1-мъ ст. втораго столбца должно быть далго-
мустакинче. Опущенный слогъ му требуется и размѣромъ; ср. также ст. 2
той же пѣси.

На стр. 68 поатдамна, вѣроятно, нужно поправить на поотдамна.

На стр. 81 вмѣсто прибизае должно быть приблизаяе (т. е. приблизились,
подошли близко).

На стр. 114 вмѣсто измалкна должно быть измакна (т. е. незамѣтно
удалился).

На стр. 117 вмѣсто гора должно быть горна, ср. ниже долна.

На стр. 119 въ строкѣ 27 должно быть дарой вмѣсто дарай, ср. строку
30, гдѣ и стоитъ правильно дарой вмѣсто дарови.

На стр. 126 вмѣсто злодеало должно быть здодеало, сравни ниже черезъ
5 стиховъ.

На стр. 132 осталось неправленнымъ всѣма искаженное мѣсто. Именно
въ № 89 стихъ „Скоро миллата заорли“ (6-й во 2 мъ столбцѣ) должно испра-
вить въ „Скоро митлата заорли“, при чемъ получится всполнѣ ясный смыслъ:
какъ только Ангелина, до сихъ поръ подметавшая дворъ, прочла на выпав-
шемъ изъ подъ крыла голубя перѣ письмо, извѣщавшее ее о томъ, что Бог-
данъ заключенъ въ темницу, она бросила метлу и перестала мести дворъ.

На стр. 165 въ стихъ: Уви я китка розласна, въ пѣснѣ за № 111, непо-
нятное слово розласна по нашему мнѣню слѣдуетъ исправить въ размясна.
Мы уже указали на это прилагательное въ составленной нами дополнитель-
ной брошорѣ къ словарю Дювернуа, гдѣ и былъ приведенъ нами примѣръ
изъ сборника Иліева: размясна китка. Сравни также прилаг. смѣсень; и то
и другое въ значеніи смѣшанный, т. е. пабранный изъ разныхъ цвѣтовъ,
служатъ эпитетомъ къ слову китка, т. е. букетъ.

На стр. 200 во 2-мъ столбцѣ стихъ 14 съ конца: „И съ метапа ни ма-
жеше“ слѣдуетъ исправить въ: „И съ сметапа ни мажеше“; сравнитъ въ томъ
же сборникѣ въ пѣснѣ за № 117 ст. 6: „Съ сметапа го е мазала“ стр. 170;
сравни также въ III томъ Сборпка М. Н. П.. „Сас сметапка ма мазала“
стр. 41. Поэтому совершенно напрасно Калина въ своей исторіи Болгар-

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

175-

скаго языка приводят эту опечатку изъ сборника Миладинова, какъ примѣръ отпаденія съ въ словѣ сметана (І стр. 380).

На стр. 211 въ ст. 19 сначала вм. места слѣдуетъ читать место; сравни
на стр. 29: „три сахата место“ (т. е. на разстояніи 3-хъ часовъ пути);
родит. пад. места допустить нельзя.

На стр. 332, въ ст. 2 съ конца въ пѣснѣ за № 220, вмѣсто потай должно
быть потрай, т. е. подожди: ср. трай на стр. 333 въ той же пѣснѣ.

На стр. 370 вмѣсто просумъ въ пѣснѣ за № 274 должно быть простумъ (т. е. прямо); въ пѣснѣ за № 276 въ стихѣ 5 съ конца во 2-мъ столбцѣ, вѣроятно, должно быть жаба вмѣсто жала.

На стр. 394 вмѣсто топлача погача (№ 339) должно быть топлата.

На стр. 395 вмѣсто силни гайтани должно быть свилни, т. е. шелковые, ср. выше карака свила.

На стр. 404 вмѣсто заглбиза должно быть зазлбинаца.

На стр. 432 вмѣсто премои должно быть тремои.

На стр. 444 сварале не стоить ли вмѣсто скарале; впрочемъ было бы любопытно, если действительно мы имѣемъ здѣсь дѣло съ глаголомъ сваратиса въ значеніи ссориться; ср. у Миклошича сварлипѣся, сваритися.

На стр. 449 вмѣсто царно-чкренче должно быть черенче, т. е. ножъ съ чернымъ чернемъ.

На стр. 500 вмѣсто граке должно быть гранке, ср. 5 ст. той же пѣсни № 622.

И наконецъ на стр. 511 вмѣсто со осито вѣроятно нужно читать со сито; сравни параллельное мѣсто въ такого же содержаніи пѣснѣ у Илиева: Я пудайте сас ситу, Да іе сита гудина Да усторим Богу кулак, стр. 345. Интересна также разница и въ томъ, что у Милад. стоить прилагат. синта година вмѣсто сита у Илиева. По смыслу, кажется, здѣсь должно быть значеніе сытый, въ такомъ случае любопытно, что рядомъ съ ситъ Милад. сборникъ предполагаетъ прилагат. ситель, сытный.

Въ этихъ замѣткахъ мы указали главнѣйшія опущенія второго издания. Но есть не мало и другихъ, менѣе важныхъ. Разумѣется, исправленіе текста всегда должно дѣлать съ большой осторожностью; но во всякомъ случае, во избѣжаніе недораумѣнія, сомнительныя мѣста слѣдовало бы, если не прямо исправить, то сопровождать поясненіемъ. Чтобы такія замѣчанія не нарушали нагинаціи, можно было ихъ помѣстить въ концѣ изданий въ видѣ примѣчаній.

Въ заключеніе позволимъ указать, кому мы обязаны вторымъ изданиемъ сборника. Изъ предисловія къ изданію видно, что онъ изданъ вдовой, Димитрія Миладинова при пособіи болгарскаго правительства.

Всѣмъ извѣстна печальная судьба братьевъ Миладиновыхъ, погибшихъ
жертвами греческаго фанатизма. Для желающихъ можемъ указать на пре-
красное стихотвореніе, напечатанное землякомъ и другомъ Миладиновыхъ,
извѣстнымъ въ Москвѣ болгариномъ Жизизфовымъ въ книгѣ: Новобългар-
ска Сбирка. Москва 1863. Въ этомъ стихотвореніи изображена печаль не-
счастной вдовы, оставшейся съ малыми дѣтьми и оплакивающей мужа и-
деверя. Въ немъ же всего лучше охарактеризована и та великая услуга,
какую оказали Миладиновы Македоніи въ дѣлѣ пробуждения народнаго само-
сознанія въ этой области.

Теперь, когда на долю вдовы выпало счастье оживить память дорогихъ
ей лицъ, тому можно лишь порадоваться. Позволимъ себѣ выписать нѣ-
сколько строкъ изъ предисловія ко второму изданию: «Первое издание по—

176

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

явилось далеко отъ нашей родины; имъ не могли воспользоваться тѣ, для
кого оно было предназначено; мы тогда не имѣли ни церковной независи-
мости, ни политической свободы, ни государственной жизни хотя бы на
извѣстной части общей намъ территоріи; не было тогда въ отечествѣ на-
шемъ ничего отраднаго, ничего подававшаго надежды; оно было мѣстою, въ
которомъ царили грабежи, интриги, проклятья, отрава. Для просьѣщения и
его апостоловъ не было угла и пріюта; наша родина была темницей, въ
которой могли жить только слѣпые.

Кто бы тогда повѣрилъ, что сборникъ выйдетъ вторымъ изданиемъ и
при томъ при столь громадной перемѣнѣ положенія, къ которой могутъ
привести только вѣка, а не скромныя 30 лѣтъ.

Читатель уже имѣетъ подъ руками второе издание. Оно напечатано не
на чужбинѣ, а въ столицѣ Болгаріи при пособіи нашего правительства и
при сочувствіи молодой читающей публики, при полной церковной неза-
висимости нашего отечества и торжествѣ родного языка въ школахъ, въ
такое время, когда фанаръ не такъ страшенъ какъ тогда, когда онъ про-
никъ въ тюрьму съ отравой.

Второе издание торжествуетъ поѣдѣ надъ немощью своихъ враговъ.

Но кто же далъ этотъ изумительный толчокъ, вызвавшій такой пере-
воротъ и заставившій события сдѣлать такой гигантскій счастья? Это мы
оставляемъ безъ отвѣта. Должется ли нашъ сборникъ счастья появиться
въ третьемъ издании? О если бы это исполнилось! Но это издание пустя
с совершится при водахъ Дрима и Охридскаго озера, возлизни очага присно-
памятныхъ братьевъ и въ положеніи сходномъ съ тѣмъ, какимъ наслѣд-
даются наши братья (т.-е. въ княжествѣ). Таково наше послѣднее желаніе».

Къ такому пожеланію остается лишь присоединиться. Можно прибавить
только одно: чтобы вѣрило осуществилось это пожеланіе, да минуютъ скоп-
рѣе въ Болгаріи переживаемые ею нынѣ печальные дни грубаго внутрен-
няго произвола.

П. Івerson.

Victor DingeStedt. The small trades of the Caucasus. (Re-
printed from The Scottisch Geographical Magazine for March, 1892).

Этотъ небольшой очеркъ г. Дингельштедта представляетъ краткое изложение
ХІ выпуска «Сборника матеріаловъ для описания мѣстностей и племенъ Кав-
каза», посвященного промысловымъ занятіямъ въ иткоторыхъ пунктахъ
Закавказья. Прежде чѣмъ перейти къ предмету свсей статьи, авторъ сооб-
щаетъ англійскимъ читателямъ объ естественныхъ еще крайне слабо утили-
зируемыхъ богатствахъ Кавказа. Онъ начинаетъ съ того, что древній міръ
обратилъ свои взоры на нашъ край и усѣялъ берега Чернаго моря грече-
скими колоніями. Уже легендарный походъ Аргонавтовъ въ Колхеду сви-
дѣтельствуетъ о благодатной почвѣ страны въ глазахъ блестящихъ пред-
шественниковъ современной цивилизаціи, by brilliant predecessor of mo-
dern civilisation). Но въ позднѣйшее время Кавказу не суждено было,
подобно Швейцаріи, сдѣлаться страной счастливыхъ промышленныхъ об-
щинъ, способныхъ утилизировать свои естественные богатства. Онъ былъ

КРИТИКА И БИБLIОГРАФИЯ.

177

родиной воинственныхъ народностей и театромъ кровавыхъ столкновеній
между могущественными націями изъ за его обладанія. Умиротвореніе края
относится къ недавнему времени — 1864 году, и потому неудивительно,
что такъ много слышимъ о храбрости его обитателей и такъ мало объ ихъ
индустриальной дѣятельности. Псключая Баку, который является промыш-
леннымъ центромъ, Кавказъ, по преимуществу, страна земледѣльческая и
настушеская; городское населеніе по своимъ занятіямъ немногимъ отли-
чается отъ сельскаго. Во время моего пребыванія на Кавказъ, говорить
авторъ, пять лѣтъ тому назадъ я имѣлъ счастье доложить лѣ сельско-
хозяйственномъ обществѣ сообщеніе о необходимости изслѣдовать положеніе
промысловъ. Мысль эта осуществлена по инициативѣ г. попечителя учеб-
наго округа К. П. Яновскаго: изданный ХІ выпускъ «Сборника матеріаловъ»
посвященъ этому вопросу. Авторъ излагаетъ содержаніе этого выпуска.

А. Х.—объ.

Сборникъ матеріаловъ для описанія мѣстностей и племенъ Кавказа.
Изданіе Кавказскаго учебнаго округа. (Тифлисъ, 1892. Выпускъ XIV').

Посвященный исключительно кавказскимъ горцамъ, опшанію нравовъ,
обычаевъ и слореснымъ ихъ произведеніямъ, этотъ выпускъ дѣлится на два
отдѣла. Въ первомъ помѣщены статьи: «Очеркъ быта Кавказскихъ гор-
цевъ», А. Лилова, «По истокамъ Кубани и Терека», В. Теллова и «Крат-
кія свѣдѣнія о с. Варташенѣ и его жителяхъ», М. Бажанова. Послѣдняя
статья сообщаетъ любопытныі свѣдѣнія о бытѣ небольшой народности—
удиновъ, нѣкогда запимавшихъ обширную территорію, а нынѣ живущихъ
въ двухъ — трехъ селеніяхъ Елизаветнойской губерніи. Удины (горцы
южно-дагестанской группы) сохранили обычаны, напоминающіе о древней
формѣ брака, когда отецъ не имѣлъ никакого значенія и первенствующую
роль играли братъ матери и братъ невѣсты. Періодъ патріархата, пере-
житый почти всѣми народами Кавказа, оставилъ несомнѣные слѣды и въ
свадебныхъ обычаяхъ удиновъ. Такъ, сватовство у нихъ начинается по
предварительному соглашенію съ дядею по матери невѣсты; ему достаются
первые подарки, онъ совершаетъ обрученіе, выражающееся въ томъ, что
онъ передаетъ кольцо невѣсты родителямъ жениха. Роль брата также за-
мѣтно выступаетъ: онъ получаетъ первый богатый «тапакъ», безотлучно
находится при невѣстѣ во время перехода ея изъ дома родительскаго въ
церковь для вѣнчанія, охраняетъ ее и безъ особой платы не впускаетъ въ
домъ жениха. Невѣсту добываетъ — нынѣ деньгами, а прежде силой —
все общество жениха. Изъ этихъ чертъ, сведенныхъ въ одно цѣлое М. Д.
Завадскимъ относительно брачныхъ обрядовъ у удиновъ, ясно, насколько они
оправдываютъ положеніе о господствѣ нѣкогда матери въ семьѣ и о про-
дажѣ или похищеніи невѣсты. Обстановка свадьбы у другихъ кавказскихъ
народовъ также носитъ печать отдаленныхъ временъ материнства.

Ста ч покойнаго А. Лилова касается общественнаго быта кавказскихъ горцевъ.
Эта
помилятивнаго характера изучаетъ устройство и состояніе гор-
ц
ля русскаго управленія и отмѣчаетъ тѣ перемѣны, которые
русскаго администраціей. Въ настоящее время система упра-

12

178

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

вленія каліазскими горцами сводится къ слѣдующему: 1) сельское управление — низшая инстанція суда. Оно существовало въ горахъ съ незапамятныхъ временъ и представляетъ собою народный судъ, основанный на выборномъ началѣ. Народъ самъ выбираетъ себѣ судей изъ лицъ вліятельныхъ и уважаемыхъ въ обществѣ и вмѣстѣ такихъ, которые хорошо знаютъ съ мѣстными адатами. Попытка Шамиля замѣнить судъ по адату судомъ по шаріату, основаннымъ на Коранѣ, не увѣнчалась успѣхомъ. Разбирательство изъ сельскихъ судахъ словесное. 2) Для разбора дѣлъ бодѣе значительныхъ, устроены суды окружные. Они основаны на слѣдующихъ началахъ: а) судьи (диванѣбки) выбираются народомъ изъ лучшихъ и почтеннѣйшихъ жителей округа; б) предсѣдательствуетъ въ судѣ начальникъ округа или его помощникъ, какъ представители русской администрации; в) всѣ дѣла рѣшаются на основании мѣстныхъ адатовъ. Горскіе сельские и окружные суды рѣшаютъ всѣ возникающія дѣла и тяжобы, пользуются большинствомъ влѣяніемъ на мѣстное населеніе *).

Во второмъ отдѣлѣ помѣщены: абхазская сказка о ± братьяхъ К. Мачаваріани, 12 цудаҳарскихъ пѣсень Б. Далгата, аварскія сказки Б. Абдулова и кюринскіе тексты кн. Ліонидзе и Б. Сустанова. Приведенный здѣсь матеріалъ еще разъ подтверждаетъ степень распространенія и влѣянія однородныхъ сюжетовъ и воззи народоъ, живущихъ на Кавказѣ. Меликъ Мамедъ кюринцевъ, Медвѣжье Ухо аварцевъ, Рустемъ удиновъ, Лань-Каці грузинъ, воспитанникъ Юдеми мингрельцецъ совершаютъ почти одни и тѣ же подвиги. Въ цудаҳарскихъ пѣсняхъ отмѣтимъ мѣста, касающіяся грузинъ. Цудаҳарцы живутъ недалеко отъ Гуниба (крѣпость Шамиля), смежно съ аварцами, и еще во время Ермолова совершали найбѣги на Грузию. Всѣ пѣсни, записанныя у нихъ, говорятъ о битвахъ ихъ съ русскими, грузинами и между собою. Въ одной пѣснѣ всадникъ разсказываетъ грустную вѣсть дѣвушкѣ: «твой суженный остался на Каври (въ Грузія), пуля пробила ему грудь». Въ пѣснѣ про Камиль-Али. Рузины вторгаются въ предѣлы Дагестана и похищаютъ съ открытаго поля молодую дѣвушку Месуду. дочь старика-отца и сестру семерыхъ братьевъ. Казамилъ-Али съ родными пускается въ погоню и отнимаетъ свою возлюбленную. Фанатическая вражда горцевъ противъ грузинъ сказалась въ одной пѣснѣ, начинающейся словами: «Желающие купить рай для души своей, приготовьтесь на войну противъ грузинъ».

А. Х.—овъ.

Астраханскіе калмыни. (Наблюденія и замѣтки). Н. А. Житецкаго.
Астрахань. 1892 г. Стр. 1+214 in 16°.

Въ настоящую книжку вошли триvellерка, напечатанные авторомъ въ «Сборникъ трудовъ членовъ Петровскаго Общества изслѣдователей Астраханскаго края»: 1) общія условія жизни калмыковъ въ Астраханскомъ краѣ; 2) формы труда среди астраханскихъ калмыковъ и 3) пища астраханскихъ калмыковъ. Въ первомъ敕еркѣ авторъ разсматриваетъ топографическія и климатическія условія

*) Срв. выше, стр. 141 и с. 1.

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

179

жалмыцких степей и, сообразно имъ, подраздѣляетъ послѣднія на три района: приморскій или «Мочаги», гористый или «Эргени» и центральная степь. Указавъ на главныя особенности каждой изъ этихъ частей, авторъ описываетъ далѣе перекочевки калмыковъ и выясняетъ ихъ зависимость отъ почвенно-климатическихъ и хозяйственныхъ причинѣ, отъ сословно-экономическихъ и административныхъ условій и отъ родовой организаціи калмыковъ. Съ почвенно-климатическими-же и хозяйственными условіями авторъ ставитъ въ связь и этнографическое дифференцированіе калмыцкаго населенія на три группы: степныхъ калмыковъ, эргенскихъ (горныхъ) и черневыхъ (приморскихъ). Но, констатируя фактъ начавшагося въ средѣ астраханскихъ калмыковъ распаденія народности на три этнографическія группы, авторъ оговаривается, что это распаденіе пока коснулось еще далеко не всѣхъ сторонъ типа. Большинство особенностей, которыми теперь разнятся калмыми степные, эргенскіе и черневые, принадлежатъ къ такому циклу этнографическихъ признаковъ, которые прежде всего поддаются измѣняющемуся вліянію жизненныхъ условій (занятія, пища, физическая (?) и нравственныя черты); особенности же болѣе устойчивыя, какъ языкъ, религія, семейно-бытовая жизнь, словесныя произведенія, обычаи и даже одежда, носять, по словамъ автора, у всѣхъ трехъ группъ обще-племенной характеръ, разнясь по мѣстностямъ, совпадающимъ съ тремя географическими районами, лишь въ немногихъ и несущественныхъ деталяхъ.

Второй очередь носящей разсмотрѣнію различныхъ формъ труда среди астраханскихъ калмыковъ. Эдѣсь авторомъ подробно описаны: скотоводческо-охотничій периодъ въ жизни калмыковъ на правомъ берегу Волги; измѣненіе скотоводческо-охотничьяго уклада и развитіе отхожихъ промысловъ; небодные рабочіе изъ калмыковъ и подрядчики, ватажный пролетаріатъ, «вольные ловцы»; вліяніе рыболовныхъ занятій на бытовую обстановку калмыковъ; выдѣлка чаканокъ; попытки замѣны скотоводческихъ занятій болѣе интенсивными—скотоводствомъ, сѣнокошеніемъ и пр.; измѣненія въ понятіяхъ калмыковъ о собственности; распредѣленіе занятій по поламъ; ремесленный трудъ женщинъ; выдѣлка позументовъ и шелковой тесьмы и признаки ея вымиранія; выдѣлка овчинъ, шкурь, нитокъ и струнь; приятеніе и тканье шерстяной тесьмы; валяніе кошемъ и оригинальность ассоцірованія рабочихъ силъ; вышивки и шитье калмычекъ; ремесленныя занятія, производимыя совѣстно мужчинами и женщинами; ремесла мужчинъ: обработка кожъ, столяры, серебряки, рѣзьба по дереву; вымираніе ремеслъ мужчинъ и скотоводческій трудъ калмыковъ. Книга заказывается описаніемъ пищи и питья астраханскихъ калмыковъ, причемъ перечисляются всѣ не только нынѣ употребляемые пищевые продукты, но собраны даныя, касающіяся этого вопроса, изъ лѣтописей и замѣтокъ старинныхъ путешественниковъ. Къ книгѣ приложены 34 очень недурно исполненныхъ рисука (рыболовныя снасти, способы сученья и тканья, образцы вышивокъ и пр.).

Въ общемъ очереди г. Житецкаго заслуживаютъ полнаго вниманія со стороны лицъ, интересующихся этнографіей представителей монгольской расы.

А. И—скій.

180

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Сборникъ матеріаловъ для статистики Сыръ-Дарьинской области.
Изд. Сыръ-Дарьинск. Области. Стат. Комитета. Томъ 1 и Н. Ташкентъ,
1891 и 1892 г.

Помимо статистическихъ иныхъ данныхъ, въ томъ и другомъ томъ
Сборника содержится немало этнографическихъ матеріаловъ; такъ въ 1
т. помѣщено 618 пословицъ и поговорокъ туземнаго населенія Тур-
кестанскаго края, записанныхъ Н. Остроумовымъ, 4 сказки (1) Зя-
лайдаръ-ханъ и Сагать, 2) О трехъ мыслящихъ братьяхъ, 3) На-
ходчый визирь и 4) Кудесникъ поневолѣ), собранныя въ Чимкентскомъ
и Аудіеатинскомъ уѣздахъ А. А. Диваевымъ, и записанный тѣмъ-же г. Ди-
ваевымъ обычай заклинанія вѣтра, существующій у сартовъ. Во 11 т. Соор-
ника помѣщены 10 туземчыхъ сказокъ, записанныхъ А. А. Диваевымъ
(1) Старикъ и 12-лѣтняя его дочь, 2) Чудное избавленіе, 3) Молодъ, но
уменъ, 4) Лукавая дѣвица, 5) Ловкій малый, 6) Дуракъ, 7) Щедрый и
скупой, 8) Смѣтальный царь, 9) Мудрый царь и 10) Лихія мысли, двѣ
басни (1) Волкъ и Лиснца и 2) Лиснца и Пѣтухъ) и сообщенные г. Ди-
ваевымъ-же два документа на освобожденіе невольниковъ. Одинъ изъ этихъ
документовъ добытъ въ Ташкентѣ, а другой въ Бухарѣ; составлены они
у казіевъ въ 1818 и 1837 гг., т. е. въ ту эпоху мусульманства, когда
рабство и торговля невольниками пользовались среди него полными правами
гражданства.
Ал. П—скій.

Празднованіе 300-лѣтней годовщины дня рождения великаго педа-
гога Я. А. Коменскаго въ Тифлиской 2-й гимназіи. Тифлись 1892.
(Съ портретомъ). Въ виду высокаго интереса педагогіи въ дѣлѣ народнаго
воспитанія, отмѣчаемъ названную брошюру, какъ одно изъ пріятныхъ яв-
леній, а тѣмъ болѣе въ такой дали отъ высшихъ центровъ просвѣщенія,
какъ въ Тифлись. Для освѣщенія человѣческой жизни Амось Коменскій
сдѣлалъ неизмѣримо много, и съ какой бы точки зрѣнія извучать этого
великаго человѣка и его творенія: философской ли, или историко-литератур-
ной, или же вообще этнографической, интересъ къ нему всегда бу-
детъ большой и результатъ плодотворный. Поэтому не лишены своего
интереса собѣ рѣчи, помѣщенные къ этой брошюрѣ: 1-я принадлежитъ ди-
ректору Александровскаго учительскаго института В. Д. Колловичу и
касается, гл. об., общихъ и притомъ главнѣйшихъ интересовъ въ жизни и
сочиненіяхъ Коменскаго; 2-я же рѣчь, произнесенная учителемъ тифл. 2-й
гимназіи А. Н. Славинскимъ, касается «основныхъ принциповъ» «Вели-
кой Дидагитики» Яна Амоса Коменскаго. (Л автора не мало указаній на
литературу по этому вопросу). Въ концѣ брошюрны приложены ноты нѣ-
сколькихъ славянскихъ гимновъ, исполнявшихся хоромъ и оркестромъ на
юйилѣ.
Б.

Памятная книжка Гродненской губерніи на 1893 годъ. (Изд. Грод.
Губ. Ст. Комитета, подъ ред. секретаря А. Е. Штритера. Гродно 1892).
Подобно прошлогодней книжкѣ, и эта. содержить цѣнные матеріалы въ
ІІІ-мъ отдѣлѣ (матеріалы по статистикѣ) и въ IV-мъ (свѣдѣнія о состоя-

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

181

хіні Гродненской губ. за 1891 г.). Кромѣ того, въ отдѣлѣ VI помѣщены слѣдующія два приложенія: 1) И. А. Бичѣ. Очеркъ исторіи русской бани и ея физіологическое и терапевтическое значеніе. (Авторъ — врачъ, и его статья заслуживаетъ большого вниманія, какъ съ медицинской точки зрѣнія, такъ и съ исторической, тѣмь болѣе что авторъ пользовался и существующею по этому вопросу литературой). 2) Г. И. Онашко. Краткій физико-географический очеркъ Гродненской губерніи. Очеркъ, интересный самъ по себѣ, особенно могъ бы пригодиться нашимъ составителямъ учебниковъ и общихъ сочиненій по географіи Россіи.

Б.

Памятная книжка Ковенской губерніи на 1893 годъ. (Изд. ков. Губ. Ст. Комитета, составл. членомъ-секретаремъ К. Гуковскимъ). «Статистическій Обзоръ Ковенской губерніи за 1891 годъ, помѣщенный въ III-мъ отдѣлѣ, отбѣчаетъ на многіе вопросы географической, экономической и нравственной жизни населенія. Въ отдѣлѣ IV-мъ помѣщена интересная статья К. Гуковскаго: Россіенскій уѣздъ. Авторъ описываетъ: 1) природу уѣзда, 2) этнографію: а) населеніе, б) языкъ (Діалектологіческія особенности лitorскаго языка въ Россіенскомъ уѣздѣ, — ст. маг. бог. Кс. К. Львиса, в) обычан; 3) экономическое состояніе уѣзда, 4) сельское хозяйство, 5) исторические факты, 6) городъ Россіены и др. замѣчательныя мѣстности Россіенскаго уѣзда. Статья занимаетъ 222 страницы.

Б.

Миссіонерство среди мухаммеданъ и крещеныхъ татаръ. Сборникъ статей каеедральнаго протоіерея Е. А. Малова, Казань, 1892 г.

Авторъ разбираемой кники въ предисловіи говоритъ, что она предназначена для лицъ, готовящихся къ миссіонерской дѣятельности, и имѣть свою цѣлью познакомить ихъ частью съ практическими приемами миссіонерства, частью съ бытомъ инородцевъ. Съ этой послѣдней стороны Сборникъ статей Е. А. Малова и любопытенъ для этнографа, такъ какъ содержитъ не мало свѣдѣній о бытѣ казанскихъ татаръ-мусульманъ. Такъ, въ первой статьѣ — «Четыре дня среди мусульманъ» — авторъ описываетъ лѣтній народный праздникъ татаръ — «джіинъ», приводить въ русскомъ переводѣ татарскую пѣсню о кумганахъ, передаетъ сказку о происхожденіи кукушки, и нѣсколько преданій (напримѣръ, о происхожденіи сердолика, который употребляется татарами и съ лѣчебною цѣлью, о дождѣ, о растеніи, изъ которого татары дѣлаютъ себѣ четки и т. п.). Далѣе, напримѣръ, въ статьѣ «Миссіонерскія замѣтки» онъ описываетъ пищу, какая употребляется татарами во время ихъ праздниковъ, даетъ свѣдѣнія о домашней обстановкѣ и костюмѣ. Словомъ, для интересующагося бытомъ казанскихъ татаръ Сборникъ Е. А. Малова дастъ не мало интересныхъ свѣдѣній, но только въ сыромъ видѣ, безъ научной обработки.

А. С.

## 2. Журналы и газеты.

L'Anthropologie 1892 г. 19. Некрологъ: М. А. de Quatrefages, par M. E. Kar-tailhac. 37. Tumulus-dolmen de Marque dessus Hautes Pyrénées.

Archiv für Anthropologie 1892, XXI. 2. Die Bronzenzeit im Orient und im Griechenland. Oskar Montelius. Въ отд. Referate: E. Mogk. Germanische Mythologie Der achte (Russische) Congress in Moskau (Ethnographische Alterthümer). 3 Referate: Fr. v. Hellwald: Die Welt der Slaven

Archiv (Internationales) für Ethnographie 1892 r. V. 1. W. Joest, Malaysche Liefer der und Tänze aus Ambon und der Uliase (Molukken). съ нотными приложеніями. Z. Nuttal, On ancient mexican schilds. S. A. de Clercq, Die gegenwärtige Verbreitung des Blaserohrs und Bogens im Malayischen Archipel. H. H. Piglioli, A cecremonial stone adze from New-Ireland: Реценз. на Dr. Hoernes: Die Urgeschichte des Menschen, Rudolf Beer: Heilige Höhen der alten Griechen und Römer, H. Wlislocki: Volksglauben und religiöser Brauch der Zigeuner, Baron Sloet (J. A. J. W.): De Plouten in het Germaansche Volksgebruik, Ferd. Freih. v. Andrian: Der Höhencultus asiatischer und europäischer Völker, Dr. Wilh. Hein: Die Verwendung der Menschengestalt in Flechtwerken. Die Todtenbretter im Böhmenwalde. L. H. Fischer: Indischer Volkssmuck und die Art ihn zu tragen. Некрологі Катропаха, Dr. P. W. Korthols, dr. W. Dunker. 3. G. van Vloten. Les drapeaux en usage à la fête de Huçéïn a Téhéran, Désiré Pector: Notice sur l'Archeologie du Salvador precolombien; S. Grabowsky: Die Theogonie der Dajaken auf Borneo. Среди корреспонденţiй и замѣтокъ: Verbreitung der Anthropophagië auf dem Asiatischen Festlande. H. Vos, J. D. F. Schmeltz: Verbrennung der Leiche eines Europäers in Indien. Das Boosseln, ein neuer Mahnruf. W. Joest: Ueber ein Fan-Schwert mit Keilinschrift; J. D. E. Schmeltz: Rijks Ethnographisch Museum; реценз. на D. G. Brinton: Races and Peoples, Cyrus Thomas; Catalogue of prehi storic works of the Rocky Mountains; Le Comité d'organisation des Congrès internationaux d'Anthropologie, d'Archeologie préhistorique et de Zoologie à Moscou en août 1892 r. Некрологъ: M. le Général Mariano Jiménez.—4. W. Swoboda. Die Bewohner des Nicobaren — Archipels; Dr. Ed. Scler: Altmexicanische Schilde. J. D. E. Schmeltz: Zeichnen-Kunst der Buschmäner. Dr. G. Schledel: Archenbestattung auf Darnley-Ysland. C. M. Pleyte: Some remarks in references to „die Gegenwärtige Verbreitung des Blaserohrs und Bogen’s im Malayischen Archipel. E. P. Ransay: Australian Museum Sydney: реценз. C. C. Uhlenbeck. Zbior wiadomoscł do antropologii krajowej wydawany staraniem komisyi antropologicznej akademii umiejetnosei w Krakowie. W. Dijkstra: Uit Friesland Volksleven van vroeger en later. Ch. Jensen: Die nordfriesischen Inseln. G. Mallerij: Israeliten und Indianer. Sr. Ratzel: Die afrikanischen Bögen. D. G. Brinton: The American Race. Некрологъ: Karl von Ditmar.

Asiatic Quarterly Review. 294 G. W. Leitner: Legends, songs and custom of Dardistan.

Atheneum. 1892 г. июль. В. Бужецъ. Вопросъ о расахъ.

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

183

Ausland (Das) 1892 г. 177. M. G. Steinhausen. Zur mittelalterlichen Geographie und Ethnographie. 199. Religiöse Vorstellungen der Amerikanischen Indianer. M. P. Asmussen.

Балканска Зора, ежедневенъ вѣстникъ (год. 3. Пловдивъ). 1892. № 800. (дек.). Разныя новости: Докторъ въ южной странѣ (посовѣтовалъ одной изъ женъ вождя у племени людѣдовъ для выздоровленія съѣсть сердце живого человѣка).

Бесѣда 1893 г. 3. Суевѣрная и невѣжественная мѣра противъ холеры (посыланіе каменецъ- подольскими евреями письма къ Богу—черезъ посредство покойника—съ просьбой объ избавленіи отъ холеры).

Библиографическая Записки. 5. Въ Смѣси разсказъ Л. Н. Толстого „Чѣмъ люди живы“ и Архангельская народная легенда. 6. Д. Я. Иванъ Егоровичъ Забѣлинъ. Реценз. на книгу Dr. Czenêk Zibrt. Kulturni Historie. Ieji vznik, rozvoj a posavadni literaturu cizi i ceskou strucznê popisuje. 7. Реценз. на кн. Дорджи Банзарова: Черная вѣра или шаманство у монголовъ и другія статьи; М. А. Поджю: Очерки Кореи. (Приложеніе). — А. А. Ивановский: Періодическая изданія Сибири и Средней Азіи, 1789 — 1891 г. (Указатель статей по этнографіи). 8. Въ критическихъ замѣтках реценз. на „Труды международныхъ конгрессовъ въ Москвѣ“. Congrès international d'archéologie préhistorique et d'anthropologie. Содержаніе сообщенія А. П. Волданова: Quelle est la race plus ancienne en Russie? Сообщенія, касающіяся досторожнейшего археологія и этнографія (съчеревосточной России, средняго теченія р. Оки, Допа, Средней Азіи, Монголіи). 9. И. Е. Забѣлинъ. (Ко дню полулувѣковаго служеніи учено-литературной его дѣятельности). — Рецензіи на Сборникъ материаловъ для описавія мѣстностей и племенъ Кавказа. 10. Рецензія на Сборникъ для описавія мѣстностей и племенъ Кавказа. Въ извѣстінѣ и замѣтках о трудѣ: М. Вацлавекъ, Valášská svadba, její zvyky a obyčjeve“ 11. Реценз. на кн. Оксенова: „Ермакъ въ бѣлинахъ русскаго народа“.

Bibliothèque Universelle 1892 г. юль — авг. Prof. Léger. La langue russe et l'expansion des langues slaves.

Благовѣсть 45. П. Панкратьевъ. О русскихъ народныхъ картинахъ. Вука Вречевичъ. Дѣвчій судъ. Разсказъ изъ Герцеговинскаго быта. (Изъ народныхъ пѣсень видно, что въ старину вывозили дѣвушки на край поля, а на другомъ его концѣ собирались искатели ея рук. Стоило дѣвушкѣ подать съ „повозки“ знакъ платкомъ, какъ начиналась скажка. Кто успѣвалъ прискакать первымъ и схватить дѣвушку за руку, тотъ и становился ен супругомъ).

Босансна Вила. (Сараіево) 1893 г. 1. Д. А. Ливаньевичъ: Литературныя замѣтки: І. А. Кагиччъ и сербскіе народные гуслары. — „Стуха“ (нечистый вѣтр). — Народныя пѣсни: а) Сельская пѣсня и б) Сужньевича Мара. — 2. Литературныя замѣтки Д. А. Ливаньевича (продолженіе). — Сербскія народныя пѣсни: Сужньевича Мара (окончаніе). — Ст. Міятовичъ: Народные предразсудки. — 3. Сербскія народныя умотворенія: „Женитьба Златарика Павла“ и „Іованови двори обновленьи“ (записалъ Михаилъ Милановичъ). Д. Митровичъ: Янко и Стоя. (Разсказъ изъ народной жизни). — Ст. Становічъ: Сборникъ за народни умотворения, наука и книжина (краткій отзывъ). — Наданъ Набалканъ: Критика на сочиненіе Луки Грдьича-Бѣлокосча подъ заглавіемъ „Крвнина“ (Кровная месть).

Bulletin de Correspondance hellenique. 1892 г. XVIII. V. Bérarde. Inscriptions d'Asie Mineure.

Варшавскія Університетскія Извѣстія. 1892 г. III. Поминки по профессорѣ І. І. Перводѣфѣ. К. Я. Грота.

Витебскія Губ. Вѣдомости 1892. 85 и 86. О быломъ Полотска, историч. очеркъ А. Мореля. (Продолж.). 87. Нѣсколько словъ о китайской жизни и обychаяхъ. 91. Изъ жизни персіанъ (ссылка на Рус. Вѣд.). 92. О крестьянскомъ самосудѣ въ Брестъ-Литовскомъ уѣздѣ надъ конокрадами: пострадавшіе обложили въму хворостомъ и заглѣ; когда же находившіеся внутри хотѣли ийти, пхъ начали бить колъями 92. 93. „О быломъ Полотска“ (о церковныхъ братствахъ,

184

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

какъ явленіяхъ обычныхъ и описаніе ихъ устройства). 93. О бѣлорусскомъ обы-
чаѣ судать курицу, пощую чѣтухомъ. Хозяева собираютъ сосѣдей, приносять
виновную, устанавливаютъ фактъ события, затѣмъ ее кладутъ головой на порогъ
и вымѣриваютъ разстояніе до порога сосѣдей избѣ. Если на порогъ приходится
голова, то ее отрубаютъ, равно какъ и хвостъ. Въ послѣднемъ случаѣ населеніе
считаетъ себя безопаснымъ отъ непріятности (какой неизвѣстно). 93, 96, 97,
98, 99. Нѣкоторые поясненія къ житію преп. Ефросиніи Полоцкой. А. Тыртовъ.
(Историко-археол. справ.). 97. Описаніе путестій на Амуръ и Сахалинъ.
1893 годъ, № 8. О каменецъ-подольской еврейской общины, пославшей ипись-
менное прошеніе Богу объ избавленіи отъ холеры евреевъ. Уполномоченные 10
челов., съ раввиномъ во глагѣ, очистили покойника отъ грѣховъ, совершивъ омо-
веніе. Затѣмъ моленіе, написанное „соферомъ“ на пергаментѣ, подписанное упол-
номоченными, вручено покойнику. Подобное же событіе имѣло мѣсто 40 лѣтъ
тому назадъ. 10. Буддійскія похороны. Въ Японіи тѣло покойника обмываютъ и
оставляютъ на двое сутокъ, потомъ кладутъ въ деревянный ящикъ и отвозятъ
для сожженія, причетъ ценѣ собирается въ урупъ. Затѣмъ слѣдасть описаніе
похоровъ одного японскаго врача. Тѣло поставлено въ комнатѣ съ цвѣтами и
благовоніями, жрецъ читалъ молитвы и всѣ были въ бѣломъ (траурѣ). При по-
хоронахъ бываютъ угощевія изъ чая и правниковъ, бѣлыхъ и розовыхъ. Покой-
нику отдаютъ почсть низкими поклонами и зажиганіемъ свѣчей. Вьюсь тѣла
былъ въ такомъ порядкѣ: свачала вынесли цвѣты, укрѣпили фундаментъ домика,
содержавшаго сосудъ. съ пенломъ, на него надѣли парчевый чехолъ и все по-
кѣны домикомъ, словно футлярно ІІъ домикъ 4 полукруглыхъ окна, затану-
тыхъ внутри зеленымъ шелкомъ, стѣны покрыты золотистой парчей. У воротъ
читается молитва. Впереди несутъ нѣчто вродѣ знаменъ—это бѣлые шелковыя
полосы, прикрѣпленныя къ древкамъ съ съященными надписями. Въ процессіи
было 40 чел. съ цвѣтами, 9 жрецовъ. Женщины не было въ процессіи, они
предъхали послѣ. Передъ воротами жрецы читали молитвы. Въ храмѣ съ возвы-
шеніяхъ посреди помѣстили урупъ съ прахомъ покойника, размѣстились 22 жреца,
одѣные въ парчевыя одежды или атласныя шитыя золотомъ. Всѣ они носятъ
лазнерадостный весельный оттѣнокъ. Обрядъ въ храмѣ продолжался около часу
и состоллъ изъ пѣнія и словъ, произносямыхъ въ носъ на распѣвъ, причетъ
мужчины сидѣли по правой сторонѣ, женщины по лѣвой. Пронзесена была рѣчь.
Затѣмъ благословили покойника, описывая надъ гробомъ, закрытымъ вѣромъ,
круги. На кладбище урупъ съ останками зарылилъ въ яму, валожили камней, за-
спыли землей и поставили деревянный домикъ съ цвѣтами, фонарями, чашечкой
рису и рисовой водки для души умершаго. На поминѣльный обѣдъ приглашаются
ближайшіе родственники, а остальныхъ благодарятъ при выходѣ. Трауръ въ
Японіи сестонить въ ношеніи, во 1) траурнаго палатья, во 2) въ воздержавіп отъ
животной птицы. Носение траура по мужѣ и родителямъ 13 мѣсцевъ, а воздер-
жаніе отъ птицы 50 дней; трауръ по женѣ 20 п воздержаніе 20 дней. Въ теченіе
первой недѣли жрецъ явлется для молитвы ежедневно. Молитва пронзосится
недѣль шкафомъ, гдѣ находится позрѣжелі буддійскіхъ боговъ и имена умер-
шихъ членовъ семьи. Здѣсь всегда находятся нѣсколько чашечекъ съ рисомъ,
который варится для душъ покойниковъ и ежедневно нѣвлется, причетъ и по-
суда для приготовлѣній риса, и лошарочки, п огонь, на которомъ рисъ варится—
все считается священнымъ. Въ этой комнатѣ спитъ старуха, завѣдующая этой
покойницкой. Сожгеніе умершихъ получило начало въ 500 году по Р. Х., но
не вытѣснило нагребенія труповъ окончально. (Изъ „Истор. Вѣстн.“.)

Владивостокъ, 1892 годъ. 36, 38, 39, 40, 42, 45, 47, 49, 51. М. Н.
Дмитриевъ. О Чукотской землѣ.

Вокругъ Свѣта. 1892 г. 42. Одни изъ китайскихъ обычаяевъ (обычай трех-
летнія пребыванія свина подлѣ могилы матери, съ условіемъ не мѣться, не мѣ-
нять одежды, не выходить изъ палаша, построепнаго родственниками близъ мо-
гилей, и хранить молчаніе). 43. Сергачские медвѣжатники (къ исторіі медвѣжьяго
промысла Сергачскаго уѣзда).

Волгарь. 1893 г. 4. Паша одежда (сравнительно-этнографическій очеркъ).

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

185

10. На парадномъ китайскомъ обѣдѣ (блюда китайскаго стола, застольныя рѣчи, пѣсни, цѣлебныя блюда).

Вологодскій Г. В. 1892 г. 52. Прод. статьи: Экономическій бытъ государ. крестьянъ Вологодской губ. (льноводство, пользованіе сѣнокосами).

Вольнскій Ев. В. 1892 г. 31, 32 и 33. Историко-статист. описаніе церквей и приход. Вольн. Епархіи. 34, 35, 36 Городъ Владимиръ Вольнскій. (Историческій очеркъ). Историко-статист. опис. Вол. губ. (прод.).—1893 г. 1, 2, 3, 4, 5, 6. Городъ Владимиръ Вольнскій. Историч. очеркъ. Историко-статистич. описаніе церквей и приходовъ Вольн. епархіи. Въ примѣчаніи къ № 3 приведены народныя вярши о бунтѣ полюковъ, подъ названіемъ „Восвода Цихонскій“.

Воронежскій Г. В. 1892 г. 99, 100. М. А. Дикаревъ. Воронежскій этнографическій сборникъ (по поводу рецензіп, помѣщенной въ XIII—XIV книгъ Этнографического Обозрѣнія, № 2—3. 1892 г.).

Восточное Обозрѣніе. 1892 г. 45. В. Н. Плотниковъ. Къ киргизской народной медицины. 47, 49 Свящ. Инн. Подгорбунскій. Шаманы и ихъ мисгерли (по поводу книги В. М. Михайловскаю: „Шаманство“).

Восходъ. 1392 г. VIII. „Цисьма о херсонскихъ еврейскихъ колоніяхъ“. (Продолженіе: хозяйство общины, сельскан сходка, расири по вопросу о наймѣ сельскаго цельдшера, неурожай). IX—XII. Продолженіе „Указателя литературы о евRELХ“. Х, ХІ. „Еврейскія земледѣльческія колоніи въ Западномъ краѣ“ В. Н Никитина и „Путевыя вицелатѣнія по екатеринославскемъ еврейскимъ волоніямъ“. Л. Финкельштейна.

Всемірная Иллюстрація. 1892.—1235. На сѣверѣ (путевые наброски, между прочимъ портретъ пѣвца были пѣ Рябинина, костюмы олончанъ, жилища, берегъ на Палюстротѣ сѣ контурами дѣловѣвъ).

Вѣра и Разумъ 1893 г. 2. П. Буцинскій. Крещеніе остяковъ и вогуловъ при Петрѣ Великомъ.

Вѣстникъ Археологіи и Исторіи. ХІ. Н. Мышепковъ. Курганы Бобруйскаго уѣзда, Минской губ. (снособы погребенія и вещи, найденные въ курганахъ, таблицы рисунковъ этихъ вещей).

Вѣстникъ Владимирскаго Губ. Земства. 1892 г. 3—4 Кружева (кустарное производство въ Россиі). (Перепеч. изъ Прав. Вѣсти. 14, 15).—19. Ювенеры-кустари въ Костромской губерніи. (Перепеч. изъ Прав. Вѣсти. 124).

Вѣстникъ Обществ. Гигіены. 1892. XVI. Е. И. Лебедевъ. О санитарныхъ условияхъ лѣнаго промысла въ Тихвинскому уѣздѣ Новгородской губерніи. Реценз. на „Русскія пародныя игры“ Е. А. Покровскаго. А. В. Елисѣевъ. Болѣзна вустыны (характеристика туареговъ).

Вятскій Г. В. 1892 г. 94. Отельхій儿 бочкарний промисель крестьянъ совинской и янюшицкой волости Слободскаго уѣзда. 96. Древнія поселенія Яранскаго уѣзда (по поводу изслѣд. проф. Казанскаго университета П. Кротова; каменный вѣкъ, городища, желѣзныя орудія, Яръ-Муцамскія ямъ). 99. Нѣсколько словъ о земледѣліи Вотяковъ. 104. О празднованіи Нового года въ древней Руси и о современномъ новогодіи.—1893 г. 5. Новый годъ и календарь у различныхъ народовъ.

Галичанинъ. 1893 (годъ изданія—1-й, Львовъ). 7. Шансы фонетики (какъ изъ-вѣстно, этотъ вопросъ связанъ съ политическими интересами). 8. Въ дѣлѣ фонетики. 11. Г. А. Русская литература у словенцевъ. — „Политика“: Извѣстіе, что Сараевское правительство удалило изъ Боснія тысячами всѣхъ „шабацкихъ циганъ“, потому что они своими пѣснями и игрою на сербскіе народные мотивы производили „вредное и непотребное возбужденіе населенія“ 12. Новинки: „Этнографическая въставка“ (чешско-славянскалъ въ Прагѣ, въ маѣ 1894). 18. О эмиграціонномъ двинѣніи селанъ въ Россию (статистика). 20. В—ъ. Галичане на Кавказъ (писью съ береговъ Чернаго моря отъ 2-го янв. 1893 г.).—Новинки: Суевѣріе (женщины обращаются къ „знахарю“ въ болѣзняхъ дѣтей...). 23. Новинки: „Для музей Ставропольскійскаго Института“ г. Сапоцкій присналъ нѣкоторые цѣнныя монеты, три хорошихъ древне-польскихъ документа (одинъ пергаментъ назня Радзивилла) и др. древности. 24. „О Галицкихъ переселенцахъ въ

186

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЯДНЕ.

Россію". 25. Корреспонденціи. Изъ Подолья: ...ій ...ічъ ...йг. Кое-что о фоне-
тикѣ. 26 и 29. Эмиграція галицкхъ жителей и ел причины (лекція проф. Өад-
дел Пилата. Прод. и оконч., см. № 18). — Новости: Столѣтняя годовщина рожде-
нія Колара. „Студенческія Общества“ въ Вѣнѣ: чешское Český akademický
spolek и слованское Tatpan намѣрены почтить годовщину печатнымъ изданіемъ.
Приглашаются всѣ славянские литераторы, но труды будутъ напечатаны на
томъ язькѣ, на какомъ будутъ составлены. (Wien, IX, Schwarzspanierstrasse, 15,
д-ру Фр. Пастрнеку). Въ числѣ многихъ другихъ обѣщали прислать свои труды
редакторъ „Этн. Об.“ Н. А. Янчукъ, В. Н. Щепкинъ и др. 30. Новости: Эми-
грація буковинскихъ жителей въ Россіі.—Аграрный законъ въ Угорщинѣ.

Гласник за забаву и пакуи. (Бѣлградъ). 1893. Годъ 1. № 1. Народнія пѣсни изъ Македоніи: Извир Вода (изъ Кратовскаго округа). — Память: Юкликъ Но вичѣ (Оточаникъ), авторъ „Лазарицы“, род. 25 марта 1807. † 4 янв. 1868. По поводу 25-ти-лѣтія со дня его смерти. („Лазарица“ — поцѣтка къ объединенію народныхъ пѣсень о Косовской битвѣ).

Гласник земальског музейа у Босни и Херцеговини. 1892. Кн. IV. Копет.
Игречек. Холмскіе властители (властели Хумска) по надписи въ Величанахъ.
Д-р Тчиро Трузенкъ помѣстилъ статью объ этой надписи въ „Гласникъ“. Иере-
чек поправляетъ его чтеніе и приводитъ справку объ отношеніяхъ и генеало-
гическихъ связяхъ этихъ властителей.—Иларион Рураваи. О надписяхъ въ Озрен-
ской церкви и оживописцѣ полѣ Стражникъ..—В. Радимски. Прежнее извѣстіе о
раскопкахъ въ могильникѣ при „Иезеринѣ“ахъ“ у Бшича (Кости Ковачевча и
Петра Мирковича, Гл. 1890 г., стр. 330). Отмар Райзер. Галебы (бѣл. водян.
тищѣ) нашей земли.—Д-р Чиро Трухелка. Археологическое разслѣдование лап-
каго укрѣпленія и ближайшей окрестности. — В. Радимски. Доисторическія и
римскій древности у Бачевича, близъ Мостара. — Франьо Фиала. Наброски съ
Гласпнца.—Д-р Чиро Трухелка. Къ римской археологіі Босні и Герцеговини.—
Франьо Фиала. „Осеченица и Клековача планина“ при Петровцѣ.—В. Радимски.
Развалины храма при Дабравнѣ въ висачскомъ округѣ въ Босні.—Коста Херман.
Грамота сунтана „Гази-Ахмет-кана“ 1127 г. по хеджри (1714 по Р. Х.),—иомѣ-
щенъ фототинный снимокъ.—Франьо Фиала. Результат доисторическаго раз-
слѣдования по Гласицѣ лѣтомъ 1892.—Петар Бошкак. Глѣз Зажабье?—С. мѣ съ:
Иванъ Зовко. Народная демонагія. Авторъ говорить, что есть „тысячи и ти-
сячи“ разсказьовъ въ этой области человѣческаго соцерданія, что они очень ин-
тересно записаны съ этнографической точки зрѣнія, и при этомъ отмѣчаетъ,
что „духи“ комрѣ обмкновенныхъ двухъ видовъ: „огаходемоне“ (добрые) и капо-
демоне (злы), бываютъ еще и третьего вида: ни добрые ни злые. (Если эти
неопредѣленные духи — остатокъ дохристіанской эпохи, тогда они понятны, какъ
божества, которыхъ челоѣкъ умилиствляетъ и отъ которыхъ ждеть то мило-
сти (отскода—свѣтлая чувства), то наказанія (отскода—страхъ). Во всѣкомъ слу-
чаѣ было бы желательно, чтобы г. Зовко, какъ занинтересованній этимъ вопрос-
сомъ, первый далъ примѣръ къ возможно-полному и точному сообразію народ-
ныхъ демонологическихъ разсказовъ). — Садик ефѣр. Ульмен Рассказ пзъ Фочій І.
О происхожденіи мусульманскаго кладбища въ чочѣ. Въ Фочѣ члутъ день св.
Прокопія, не работаютъ, чего придерживаются даже, вопреки исламу, и му-
сульмане. Это вотъ отчего: одинъ мусульманинъ хотѣлъ въ этотъ день пахать
и сѣлѣ. Неногода разрушила всѣ его намѣренія и повѣтны. Признавая это ка-
рой небесной, онъ рѣшилъ это мѣсто отвести для погребенія мусульманъ, какъ
„хајрат“ (дѣло милости). Съ этого времени день св. Прокопія и это мѣсто святы
для всѣхъ. Н О происхожденій им. Фоча. Султанъ Фатпх-Мехмед (М. Н), бу-
дучи съ большими войскомъ въ восточныхъ предѣлахъ Босні и Герцеговины,
послалъ обслѣдовать мѣсто, иначе „Фоча“, —за что ему былъ данъ отвѣтъ (по-
турецки) „Фучи деи ибарет“. (Все лоза). Авторъ думаетъ, что это „Фучи“
(лоза) обратилось въ Фочи и Фоча.—Никола Барншит. „Грозно Коло“ въ Го-
рицахъ (село, стар. Имота) на Степановъ день. Властитель Диздар имѣлъ
единственную дочь, красавику „Емину“. Сынъ аги ипотекаго Мудъ, о котором
сохранилось много разсказовъ, какъ о кралевицѣ Маркѣ, влюбился въ нее и

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФІЯ.

187

пользовался взаимностью. Но сныр руновичскаго (с. Руновичи) бега Халилъ
лылся его соперникомъ, и на Стефановъ день была назначена свадьба Емины
съ Халиломъ. При пародѣ передъ церковью Мудъ состязается на сабляхъ съ
Халиломъ, убиваетъ его, и увозить къ себѣ Емину. Народное преданіе отно-
ситъ это событіе къ 1711 г.—Н. Зовко. Кральца Буга (по народ. разсказу).
Этот разсказ г. Зовко приводитъ въ параллель къ извѣстію Константина Пор-
фиророднаго въ его „De administrando imperio“ о томъ, какъ сербскій народъ
пришелъ изъ своего древняго закарпатскаго мѣстопребыванія въ нинѣшнее отечес-
ство, предводимый извѣстными нятью братьями и ихъ сестрами: Тугой и Бугой.
Объ одной изъ этихъ семи особы, о Бугѣ, авторъ говорить, что еще сохрани-
лось названіе мѣста „Бушко Блато“ („Бужское Волото“) въ Герцегонинѣ, о
ней остались и слѣдам воспоминаній: кральпа Буга, кральца Бужанка, кральца
Бужана, мѣстопребываніе ея—Бужан-град. Тамъ есть и мѣсто, подъ названіемъ
„Краличина Присна“. Особенно интересно, что тамъ есть родъ „Пужана“, воз-
водящій свою генеалогію по королевской фамиліи, тоже интересно, что и самп
они себя зовутъ и другие фамилие „Бужаной“ въ ж. р.: Мато (Матѣй) Бужана,
Иванъ Бужана, Грго Бужана и др. Пожертвованія „земалskому музею“ въ 1892 г.
(приведенъ сисокъ). НВ. Вся книга обладаетъ обиліемъ рисунковъ и снимковъ,
особенно при археологических статьяхъ.

Гродненскія Губ. Вѣд. 1892 г. 87. (Отд. Крит и библиогр.). О Супрасль-
скомъ Благовѣщенскомъ монастырѣ изъ описан. Архимандр. Николая. 88, 89,
90, 91. О церквахъ древней Брестской Еиархіи (историко-археол. справка).
Левъ Павскій. 92. Корреси. изъ Бѣльскаго уѣзда о праздникахъ (громадніхъ)
съ общественнымъ объдомъ у крестьянъ. 93. Памятники старины въ Слоним-
скомъ уѣздѣ Падовской волости: каменная плита съ надинсью, повидимому ХІІ
ст.ъ, а крестомъ. По преданію это остатокъ разрушенного Шведами въ 1708 году
древняго храма. 96. 97. Краткій исторический очеркъ Щитницкаго прихода и
церкви. Левъ Павскій. 100. Передается содержаніе статьи Максимова изъ „Не-
дѣла“ дес. 1892 г.: о бытѣ лоиарей, ихъ жилищахъ, обстановкѣ, отсутствіи воззіи
и музейной мелодіи въ пѣсняхъ. Тутъ же приводится сообщеніе изъ изслѣ-
дованія о цыганахъ нѣмецкаго ученаго Влислоцкаго. Въ противоположность на-
родамъ сѣвера они обладаютъ пылкой фантазіей, весь міръ населень въ ихъ
воображеніи злыми и добрыми геніями, ихъ суетѣріямъ и примѣтамъ нѣтъ кона.
Вѣру въ своихъ ворожей и заклинанія они сохраняютъ и до сихъ поръ. Для
отвращенія мужей отъ пьянства, жены подмѣшиваютъ къ водкѣ кров мертвеца
и даже пѣну съ его губъ, какъ выяснилось это въ одномъ изъ процессовъ въ Венгрии
1888 г. Человѣческая кровь во всѣхъ заклинаніяхъ цыганъ играетъ важную роль,
напр. дѣвушки подмѣшиваютъ въ пяшу молодымъ парнѣмъ для того, чтобы тѣ
ихъ любилъ, толченныя яблочныя зерна съ нѣсколькими калями собственной
кровь; воръ собиралось на промыселѣ, обмащиваетъ ноги кровью молодой дѣвушки;
ея же кровью окропляются жерди разбиваемыхъ шатровъ, чтобы предохранить
ихъ отъ всякихъ напастей. Чрезвычайно интересное сказаніе существуетъ у
приднайскихъ цыганъ объ изобрѣтеніи швейнаго искусства: „За многоъ вѣковъ
назадъ люди жили на землѣ счастливо и ходили нагіе, потому что тогда было
вѣчное лѣто; земля не звала ни зимы, ни снѣга, ни вѣтропъ. Но люди оскор-
били великаго Бога, и на землю сопла неногода и морозъ. Даже черти замерзли
и стали просить у людей огня. Но люди отказали имъ въ этомъ, говоря, что
огонь ниспосланъ имъ съ неба великимъ Богомъ. На это царь чертей возра-
зилъ: „Дайте намъ огня только разъ, а ужъ мы постараемся, чтобы онъ не уга-
салъ; а васъ мы выучимъ въ благодарность двумъ искусствамъ, которая будутъ
предохранять васъ отъ холода“. Люди согласились и дали чертямъ огня, а тѣ,
съ своей стороны, выучили ихъ кузнечному и швейному мастерствамъ. Люди
стали шить себѣ платя отъ холода: но такъ какъ швейное мастерство про-
изошло отъ чертей, то современемъ женщины сдѣлались кичливыми и тщеслав-
ными и стали рядиться, желая нравиться не только людямъ, но и чертямъ.
103. Святки прежде и теперь. Историческое и миологическое объясненіе сва-
точныхъ обычаетъ и вѣрованій, перешедшихъ изъ культа языческаго въ хри-

188

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

стіанскій. 1893 г. № 2. Кое что о рождеств. святках в Грод. губ.—о томъ, какъ проводить время крестьяне, о характерѣ рождественскихъ и пѣсен. 4. Въ статьѣ о закрытіи кабаковъ въ с. Кабакахъ приводятся очерки нравств. и экон. положенія крестьяни, между прочимъ вѣрованіе, что мѣстное населеніе не можетъ отстать отъ водки потому, что „когда то, еще въ 60 год., жидъ-минкарь окружилъ деревню веревкой, снятой съ шеи повсѣнчивагося и намоченной въ водкѣ“ 6, 7, 8. Черевенскія замѣтки (положеніе бѣлорусскихъ крестьянъ, ихъ освоб. отъ зависимости). 10. Корр. изъ дер Збучъ, Бѣлескаго уѣзда, о кладѣ на мѣстѣ бывшаго во время войны франкузовъ укрепленія, который входить наканунѣ 24 іюня въ видѣ огня, потому что онъ состоитъ изъ денегъ убитыхъ въ сраженіи и здѣсь погребенныхъ. Тутъ же находится небольшой трудъ, на днѣ которого находится одна каменная плита изъ середины которой и вытекаетъ вола. Крестьяне говорятъ, что въ незапамятныя времена въ трудъ этомъ утонула дочь вѣдьмы, а потому они, проклиная трудъ, завалили его плитой на столько лѣть, сколько волосъ на головѣ дочери. О повѣрѣ евреевъ, что злой духъ похащаетъ еврейскихъ мальчиковъ до обрѣзанія. Вотъ почему до обрѣзанія реченка старегугъ п читать талмудъ. Въ Гродно у одного пза суевѣрыхъ евреевъ родился ребенокъ, для охраны которого посаженъ былъ смѣлый подмастерье. А таль какъ злой духъ можетъ являться въ видѣ человѣка, кошь, собаки и т. д., то старый еврей, зашедший ночевать, былъ принятъ за дьявола и избитъ до смерти. 11. О праздникахъ Срѣтенія у бѣлоруссовъ („Громницы“) и свѣча для этого праздника. 12. О поклонахъ и присѣгствяхъ у разныхъ народовъ (ссылка на Пр. Вѣст.). 13. Корр. объ Одельскѣ, зашт. городѣ (историческ. свѣд. и преданія мѣстня). О Великомъ Постѣ у насъ и на западѣ.

День 1396. Знахарка Мелитопольскаго уѣзда Таврической губерніи („баба Гузійка“). 1488. Жертвоиринohenien cувашкое „Чукъ“ изъ 100 головъ скота, предназначенное для вмоленія дожді (Провинц. Лѣтонись. Казанской губ.). 1491. Провиціяльная лѣтонись. О „бабках“ и „знахарках“ близъ г. Воронежа, леченіе „поручи“, „сглазу“ или „дурного глаза“ и друг. 1499. Знахарка Кѣвецкой губ. (сисобы открытія вора). 1557. Обчай мести у Чувамъ (мшеніе за зло и обиду самовопѣшениемъ на воротахъ или въ сѣняхъ обидчика). 1580. Въ провиціяльной лѣтонисп сообщаются суевѣрія Литовцевъ, между прочимъ вѣрованіе, что если повсѣншемуся не отрубить голову, то онъ будетъ ходить и никому изъ своихъ сосѣдей п родственниковъ не дасті покоя. Приводятся случай самовопѣшения старухи; родственники, не рѣшившись отрубить голову „бабушкѣ“, прагласили николаевскаго солдата. 1591. Случай самосуда крестьянъ Брестъ-Литовскаго уѣзда надъ цѣлыми семействомъ конокрадовъ. 1610. Ворьба крестьянъ съ холерой (изъ села Рыбнаго. Вольскаго уѣзда). (Толпа крестьянъ, добывающая „девяльный“ или „тертый“ огонь“, костры зажженные этимъ огнемъ, бѣгутъ вокругъ костровъ, притапіе чрезъ нихъ, подлюдныя и пѣсни, огонь, уносимый домой—какъ средство отъ холеры). По поводу сообщенія Ядринцева о крестьянскихъ переселеніяхъ, читаннаго въ обществѣ для вспомоществованія переселенцам.

Deutsche Rundschau 1892 г. 2. L. Milchhoefer Attika und seine heutigen Bewohner. Theobald Fischer. Die geographische und ethnographische Unterlage d. oriental. Frage.

Досугъ и Дѣло. 5. Народине обычаи въ маѣ, Юрьевъ день и Ивановъ день. 9. Очерки изъ старо-кавказской жизни. (Княжеская свадьба въ родѣ Умцѣвъ, обряды, пѣсні, отношенія къ русскимъ).

Дѣтский Отдыхъ 1892 г. 11 Н. Барсовъ. Самоѣдні. (Занятія ихъ, жилища, вѣрованія, колунны, знахари, смерть и погребеніе).

Journal of the anthropol. Inst. of Gr. Brit. and Ireland. 1892 г. 283. M. E. Tyler. On the Limits of Savage Religion.

Застава. Органъ сербской радикальной партіи (Новый Садъ). 1892 г. 193. „Мѣстныя и инострания извѣстія“ — между прочимъ объ изданіи Сербской Академіи Наукъ ХХХV книги „Гласа“, въ которой помѣщена статья К. Иречка: „Толен синъ кнеза Мирослава Хумског.“ Этой статьей авторъ разоблачаетъ

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

189

можно-распространенное до настоящаго времени мнѣніе о Толенѣ. — Культурныя и литературныя замѣтки: говорится, что „Матица хватрасса“ печатала въ нынѣшнемъ году изднѣй книгѣ (въ обществѣ большѣе 600 членовъ). — („Мы нынѣшняго года въ Загребѣ начинаетъ выходить журналъ „Prosvieta“, выходить также „Vienac“ „Dom и Sviet“ и др. 196. Редакція получила книгу „Сриске народне приповетке слиjeцца Рада Папајна. Вијерно забиљехо и за штампу приредно Манојло Б. Кардунаш. Н Сад. 1892 г. ціјена 50 нов. (сборъ предназначенъ на наматникъ Разъ Раянчы). 199. + Іванъ Ботковичѣ, помѣщень некрологъ этого „знаменитаго филолога и политическаго лѣателя“— Повыя тѣсти. Бѣлградъ. Погребеніе Ботковича. 1893 г. 4. Литературыя новости. Деспотъ С. Бодтовнѣчъ „Македонско Питанье“ предлог за споразум измету Срба. Грака и Бугара. Градимте, ціјена 1 динар.

Звѣзда. 47. Чилйская игра „барро“ (игра, устраиваемая мѣстными обывателями при встрѣчахъ и остановкахъ на постоянныхъ дворахъ). 50. „Изгнаніе вапмпра“ у румынѣ. (Если по смерти одного изъ членовъ семьи другие начинаютъ болѣть, худѣть, Румыны рѣшаютъ, что покойникъ—аминпръ, выкашиваютъ его ночь, вбиваютъ въ грудь колъ, стрѣляютъ въ него изъ ружей, иногла отрубаютъ и голову).

Земсній Врачъ 1893 г. № 1. Хвостатые люди. В. В. Шеболдаева (легенды о хвостатныхъ людяхъ).

Иверія 1892 г. № 228. Сипсокъ католикосовъ грузинской церкви. (488—1811 г.). (Продолженіе). Мельхиседѣгъ 1103—1069).—238. Рецензія А. Хахапашалии на книгу А. Пурцеладзе „Георгій Саакадзе и борьба за унічтоженіе Грузіи“. 258. Безземеліе въ Грузіи. А. Фрокелля 1893 г. 7. „Тетра-Гори, куда Ты дылъ сына моего?“ Баллада. Важа-Пиавема. (На праздникъ св. Георгія Тетра (Бѣлаго) направляются горны верхами, въ арбахъ и пѣшкомъ. Мать Нене отравляетъ сына своего Ило, предостерегая его отъ нападенія лезгины. Юиша съ мольбой къ св. Февтору (Феодору) смѣло пускается въ путь, но скоро вападаютъ на него лезгины, берутъ его пѣлѣнъ и приносятъ въ жертуvu Магомету. Бѣдная мать напрасно жедетъ его возвращенія! Сосѣдки вмѣстъ съ нежо оплакиваютъ погибшаго юношу. По встеченіи 7 лѣтъ, въ одну темную ночь у храма Тетра Гори былъ слившенъ голосъ: „Бѣлый Георгій, кума Ты дѣлъ моего сына! Я отравилъ его къ Тебѣ на поклоненіе, а Ты меня ввертъ въ муку нестерпимую“. Разъ, когда она сидѣла у очага и проливала по сны слезы, послышался тосою коней и страмное землетрясеніе. Вдругъ освѣтилась хата, и красивый всадникъ передалъ Нене сына и самъ исчезл. Мать начинаетъ пѣловать и ласкать сына, благодаря Бога, что далъ Онъ узрѣть сына предъ смертью, и испускаетъ духъ). 24. Изъ была горцевъ. Царица Тамара держала въ коробкѣ Сулгуми—создателя зимы—и утреннюю зарю. Разъ, въ отсутствіе царицы, ея ключница, за вѣдущая всѣми царскими драгоцѣнностями, открыла коробку, откуда вылетѣлъ Сулгуми, понесся къ горамъ и основался у Казбека въ щельъ Архотскомъ. Сулгуми сталъ на свободѣ расправлять крілья, прогналъ солице, вызвалъ вѣтры, поднялъ тучи и наполнилъ все снѣгомъ. Тамара очень огорчилась, но было уже поздно: съ тѣхъ поръ утренняя заря свѣтить на небѣ, а Сулгуми править состояніемъ погодні и круговращеніемъ временѣ: весну уручитъе лѣтомъ, лѣто вянетъ съ наступленіемъ осени, осень Сулгуми сковываетъ ледянымъ снѣгомъ и вынимаетъ у нея душу. Сулгуми, по народному воззрѣнію, лѣбствительно существующее лицо. Его видѣлъ кистинецъ Цогала, еще нынѣ здравствующій. Цогала, охотникъ, разъ встрѣтилъ съ Сулгуми на одной скалѣ и подружился съ нимъ; онъ узналъ отъ него, гдѣ пролегаютъ въ горахъ дороги, и откуда угрожаютъ людамъ снѣжные завалы. Онъ даже имѣть церо отъ Сулгуми и показывалъ царю (?), за что онъ былъ назначенъ караульнымъ съ пенсіей при ледникахъ. — Сама царвца Тамара, по мнѣнію народа, не умирала, она спить въ золотой колнѣбели, такъ какъ еще другие не закончили своего царствования. По настанетъ время, и она проснется: когда народъ очень будетъ стѣснѣнъ, то онъ расилачется, голосъ скорби дойдетъ до нея, она ироникнется народной мольбой и снова овладѣетъ царствомъ.—28. О грузинскихъ апокрифахъ. Т. Садзагеловъ—Иверіели.

190

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Изворъ, низлостровано снисание за ученицы и ученички (г. Руссе). за 1893. Кн. І.
Д. Цулеузъ. Народный разсказъ: „Царскій сынъ и дочь Тюртмень-бeya" (из
Старой Загоры, 1888). Въ старое время царь съ царипей, до старости не имѣл
дѣтей, иокинули городъ, чтобы отыскать или встрѣтить кого-либо знающаго
средство помочь этой бѣдѣ. Встрѣчасть. Встрѣчный даетъ имъ яблоко, кожицу
котораго должна съѣсть царская (тоже безплодная) кобылица, а самый плодъ—
парица. Кобылица рождаетъ жеребенка, царица ребенка. Царевичу запрещенъ
выходъ. Но во сынъ онъ видить, что онъ родился въ одно время съ жеребенкомъ
а на вторую ночь, чтобы онъ съѣлъ на него и ёхалъ, куда онъ отвезетъ. Про-
неслись мицо многихъ городовъ и селъ, ваконецъ, послышались звуки гитары,
водѣхали къ тому кургану, откуда неслись эти звуки изъ среды гуляющей молоде-
жи. Царевичъ влоблется въ дочь Тюртмень-бeya, дѣлаетъ ей предложеніе вытти за
него замужъ, во та не спѣшить и только даетъ условныя примѣты для сви-
диціі. Царевичъ вернулъ, его снова удерживаютъ, онъ заболѣваетъ. Выльчи-
ваетъ его какой-то проходимецъ, который, чтобы узнать болѣзнь царевича,
устройъ пирушку, позвалъ сверстниковъ царевича; каждый изъ нихъ пилъ за
свою любезную. Прида въ восторгъ отъ этого поступка арузей, и царскій сынъ
тоже сказалъ: „Только тогда буду счастливъ, когда буду съ дочерью Тюртмень-
бeya". Рѣшено, что болѣзнь онъ—любовь. Поэтому хотятъ его женить, по не на
той красавицѣ. Во сынѣ видить, что какой-то человѣкъ совѣтуетъ ему уѣхать,
куда конь свезется. Царевичъ уѣхалъ, родители проклинаютъ его. Конь иревесь
его въ чудный городъ, въ которомъ жили разныя чудовища. Онъ попалъ къ чер-
тамъ да змѣять, у нихъ—красавица-дѣвица. Царевичъ со страха выскочилъ
отъ нихъ, но три змѣя, три брата красавицъ, зовутъ его быть зятемъ. Царе-
вича и красавицу кладутъ на ложе, а между ними—мечѣ „да не се мѣрда кътъ
него, че ше се пресче". На утро онъ уѣзжаетъ съ ней. По дорогѣ встрѣчаютъ
чертерей, изъ которыхъ каждый пришелъ видъ человѣка, и одинъ—видъ дочери
Тюртмень бeya. Главный льяволъ даетъ ему возможность добыть дочь Тюртмень-
бѣя, если царевичъ устинить теперешнюю красавицу-жену. Между тѣмъ черти
переговаривались о бѣдствіяхъ царевича и говорили, что такъ бываетъ, кто не
слушаетъ отца и мать. Конь понесъ его туда, гдѣ онъ долженъ встрѣтить дочь
Тюртмень-бeya. Пріѣзжаетъ въ одинъ городъ, гдѣ слышалась громкая музька.
Царевичъ узнеетъ, что это „желаютъ уговорить дочь Тюртмень-бѣя вытти за-
мужъ, но она не хочетъ". Царевичъ входить, та рада, но просить его притти на
мѣсго первого свиданія. Три змѣя брата, обиженные царевичемъ, которого хо-
тѣли было имѣть, какъ выгоднаго зятя, строять противъ него козип, но безильные
противъ дьявола, разорлять царство отца его, и водворлять другого. Дочь
Тюртмень-бѣя въ одежѣ старухи, уходитъ изъ города отца и съ царевичемъ
пріѣзжаетъ къ его разореннымъ палатамъ. Узнавъ всю горькую истину, царевичъ
восклицаетъ: „проклита душа того, кто не слушаетъ отца и мать". По говоря
никому о себѣ, онъ остается жить съ ирекрасной женой и вѣринымъ конемъ,
какъ чужой,— и прожили до старости.

Извѣстія общества археологіі, исторіі и этнографіі при Императорскомъ Ка-
занскомъ Университетѣ т. Х., вып. 6. ІІ. С. „Изъ прошлого и настоящаго до-
исторической археологія въ Европѣ“ е) Доисторическая археологія въ Англіі.
Этимъ экскурсомъ авторъ заканчиваетъ свои замѣтки и замѣчасть, что „про-
сматривалъ ихъ, читатель могъ составить себѣ только самое бладное представле-
ніе о развитіи европейской доисторич. археологіі; но онъ имѣлъ въ виду не
полноту изложенія, а прослѣдить „связь, въ которой могутъ стоять мѣстныя
восточно-русскія изслѣдованія съ общими вопросами восточной налеонтологіи",
и эту связь авторъ резюмнируетъ такъ: „По отношенію къ цѣлому ряду вопро-
совъ европейские изслѣдователі обращаютъ свои взоры на Русскій Востокъ:
тамъ должны рѣшиться, по ихъ мінѣнію, вопросы о происхождіи и пути въ
Европу орудій изъ нефрита, о родныи и путныи расшиространенія средне-евро-
пейской бронзовой и железной культуры въ связи съ исторіей металлургіі у
монгольскихъ народовъ“ (стр. 571). Къ статьѣ приложенъ указатель литературы
по данному вопросу.—К. В. Газеновиккель. Книги разрядныя въ офцпіаіальныхъ

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

191

ихъ спискахъ, какъ матеріалъ для исторіи Сибири (Ок., см. Э. О. XV)—
И. Н. Смирновъ. Морава. Историко-этнографический очеркъ. Глава І. Очеркъ
исторіи (прод.). Авторъ освѣщает исторію мордвы многими неизданными до-
кументами, что уже и само по себѣ представляетъ немалый интерес. Географи-
ческое положеніе, первонач. исторія и родовой бытъ мордвы все болѣе и болѣе
слаживаются подъ вліяниемъ русской соцѣдства, русской власти и русской
культуры (вотчинный бытъ, монастыри православные, съ Петра І русская школа
и пр.). Но различны ступени переживанія отчетливо и наглядно прослѣдживаются
авторомъ въ историческомъ обзорѣ мордвы; особенно интересенъ переходъ отъ ро-
дового строя къ вотчинному, и отъ стариннаго религіознаго вѣрованія къ право-
славію; наконецъ, интересно отмѣтить и фактъ полнѣшаго обрусѣнія мордвы во
многихъ мѣстностяхъ до такой степени, что ихъ чуть-чуть можно узнать по вѣ-
которымъ истрическимъ или этнографическимъ указаніямъ и очень рѣдко по
языку (акцентъ).—Хроника: О Краснодарскомъ Музеѣ.—К. Медокъ. Новѣшія
находки близъ Увека (подъ Саратовымъ). Во время желѣзно-дорожныхъ работъ
найдены остатки древняго водопровода, остатки костей разныхъ животныхъ и
предметы культуры азіатскаго типа; квадратный плоскій кусокъ „съ іероглифи-
ческимъ изображеніями“, могильникъ съ пятью скелетами, „монета съ изображе-
ніемъ животного и азіатским надписами, бусы, перстень и др.—В. Мошковъ.
Пермяцко-корелскіе параллели. (къ „Пермякамъ“ И. Н. Смирнова). 1) Объ
остаткахъ жертвоприношения у олопенekъхъ корель, 2) о „богахъ“, т. е. иконахъ;
3) гаданіе о будущемъ, „духъ ціонда“ (герм. чуды)—Н. Смирновъ. Программа
для собиранія свѣдѣній о бытѣ мордвы. (Программа показываетъ хорошее зна-
комство ея автора съ изслѣдуемымъ илеменемъ и составлена очень удачно).
Библиографія: отынъно на „Труды Орхонской экспедиція, вып. І“, „Труды Перм.
Уч Арх. Коммиссіи, вып. І“, „Пермский край, т. І“, „Записки Зап. Сиб. Отдѣла
Ими. Р. Г. Об—ва. Кн. ХІІІ, вып. І“, „Зап. Уральскаго Об—ва Люб. Ест.,
т. ХІІІ, выш. І“. —Указатель къ Х тому „Извѣстій“. —Томъ ХІ (1893 г.), вып. 1.
Е. Н. Вотчины и угодья Кизическаго Казанскаго Монастыря (съ приложеніемъ
незданныхъ актовъ).—В. А. Мошковъ. Матеріали для характеристики музи-
кальнаго творчества инородцевъ волжско-камскаго края. І Музнка чувашскихъ
вѣсенъ. Авторъ отмѣчаетъ чувашъ, какъ наиболѣе музикальныхъ среди этихъ
инородцевъ; они любятъ и музыку и пѣвѣ ( solo и хоромъ), пѣсни ихъ также
коротки, какъ и у татаръ, попадаются пѣсни безъ словъ (ок. 5,70/0), гамма у
нихъ политовнаг, китайская. Авторъ подробно разсматриваетъ происхожденіе и
проявленіе этой гаммы въ народной музыкѣ вообще и высказываетъ солидарный
съ П. П. Сокальскимъ („Русская народная музыка“ Харьк. 1888) взглядъ, что
китайская гамма явилась у разныхъ народовъ „самостоятельно, какъ результат
психического однообразія всего человѣчества“. Чувашскіе наиѣвы съ чисто-ки-
тайской гаммой слышатся въ мѣстностяхъ, гдѣ чуваші живутъ дальше отъ рус-
скаго народа, какъ напр., въ Чистопольскімъ уѣзѣ, Казанской губ., и въ Бе-
лебеевскомъ у. Уфимской губ. Авторъ объщаетъ въ скоромъ времени підатъ
напѣвы другихъ и инородцевъ волжско-камскаго края, которые дадутъ „несьма
полезныя указанія на большую ила мельшую близость между собой музыкаль-
ныхъ „нарѣчій“ разныхъ инородцевъ и на то вліяне, которое на всѣхъ ихъ
оказала русская народная музыка“. Далѣе авторъ говорить о разновидностяхъ
музыкальныхъ инструментовъ у чувашъ и прилагаетъ ноты самихъ мотивовъ и
напѣвовъ.—Н. Троицкая Черемисы Арбанской волости (Царевококш. у., Каз.
губ.). Авторъ, начиная съ преданій о поселеніи черемисъ и ихъ первоначаль-
номъ бытѣ, переходитъ къ описанию современного быта; особенно хорошо описаны
костюмъ, пища и занятія женщины. Свадебные и похоронные обряды черемисъ,
имѣшіе, кстаті замѣтить, не мало параллелей съ обрядами у славлянъ, — па-
конецъ праздники (1 шорокъ елъ, 2 семикъ, 3 юдуръ си, 4) ага пайремъ) и
игры, описаниея у автора, представляютъ тоже цѣнный матеріалъ. Въ концѣ
говорится о вѣрованія въ кереметя и передается легенда о его происхожденіи.
Хроника: И Смирновъ. Итоги археологіи, исторіи и этнографіи Восточн. Рос-
сіи за 1892 г.—Библиографія: А. С. „Труды Саратовской Архивной Коммиссіи,

192

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

т. II и III". „Саратовскій историческій Сборникъ, т. ІІ".— Н. Смирновъ. Suomalaïs. Ugrilaisen Seuran Aikakauskiina. — Journal de la société Finno-Ougrienne. I—X. 1886—1892.—Книжны новости.—Литература Археологіі, Исторіі и Этнографіі Вост. Россіі въ 1892 г.

Исторический Вѣтникъ 1892 г. 1. Некрологъ И. Д. Черскаго.

Кавказъ. 1892 г. 308, 309. На конгрессѣ оріенталистовъ. Ахмедъ-бекъ-Алаевскъ. 315, 325. Археологическія замѣтки М. Д.—швими. Монета цар. Тамарц. 323. По садамъ Имеретіи А. Аргутинскій. 334. Какъ пишется исторія Е. В. —1893 г. 5. Матеріалы для геологіі Кавказа, В. Дингелштеттъ. 32. Религіозно-е движение у духоборцевъ I. С—ль. 35. Критика и библиогр. Населеніе кутаисской губерніи И. Н. Пантьюкова.

Квали (Грузинскій еженедѣльный журналъ). 1893 года. 5. Берикоба, особое народное празднество, устрачиваемое въ концѣ масляницы въ различинхъ концахъ Грузіи. Такъ какъ масляница обніковенно вынадаетъ на начало весны—въ февралъ въ Грузіи начинаютъ цвѣсти деревья (наступілъ февраль, и вода проникла въ дерево, итины заложили фундаментъ для гнѣздъ, говорить народная поговорка), поэтому является предоложеніе, что „берикоба“ близко стоитъ къ древнему торжеству весенняго солнцеворота. Характеръ груз. „берикоба“ и греческаго празднества въ честь Деметры и Дюнисія, какъ видно будетъ изъ изложенія, одинъ и тотъ же: Всѣхъ дѣйствующихъ лицъ несть. Одинъ нарѣкается въ дамскій костюмъ или покрывается женской маской, другой надѣваетъ голову свиньи или осла, накидываетъ на себя шкуру соответствующаго черепу животнаго. Наряженные кавалеръ и дама, женихъ и невѣста, въ пласкѣ мимикой ухаживають другъ за другомъ. Третье лицо съ рогами козла становится на концыта, четвертнымъ же актеромъ является мужчина безъ маски, который держитъ въ рукахъ два деревянныхъ кинжала и ударлѣетъ ихъ другъ о друга. Эти лица сопровождаются пѣвцомъ подъ звуки „сивери“ (родъ флейты) и одинъ крестьянаномъ, который собираетъ яйца въ корзину. Актеры ходятъ изъ одного дома въ другой, пѣвецъ играетъ, спутникъ ихъ безъ маски стучать кинжалами, женихъ и невѣста пляшутъ, лицо съ маской козла подходить то къ дамѣ, то къ кавалеру и что-то имъ шепчетъ на ухо, избѣгая приблизиться къ вооруженному кинжаломъ. Козлиная маска вмѣстѣ съ женяхомъ пі невѣстой пляшетъ, прыгаетъ и грампасичаетъ. Народъ собирается вокругъ нихъ и смѣется. Когда ихъ игра мимикой ковчегтс, то человѣкъ съ корзиной подходить къ домохозяину и прокатить въ стяхахъ дать имъ одно яйцо, а Господь усилить его обиліе. Въ Адгаріі (зап. Грузія) грузаны эту церемонію совершаютъ почти одинаково съ греками. Здѣсь двое молодыхъ въ женскомъ и мужскомъ одѣянія пляшутъ, а третье лицо въ роли козлиной маски обходитъ обоихъ, то къ одному наклоняется, то къ другому, какъ будто желая ихъ созвратить. Оно кривляется, что свидѣтелствуетъ о какой-то безнравственности. Вмѣсто „сивери“ употребляется здѣсь труба изъ рога. Можно предиолагать, что „берикоба“ представляетъ языческое празднество въ честь козла—бога лѣса или явленіе лѣснаго духа для соблазна молодежъ людей. Коза до сихъ поръ считается порожденіемъ дьявола, а баранъ—представитель добраго генія.—6. Алавердскій соборъ.— „Кееноба“ Г. Церейсли. (Народное празднество въ понедѣльникъ иервой недѣли Великаго поста. (См. „Этн. Об.“, І, 156). Авторъ начало его относить не къ XVII в., когда было истреблено войско Шаха Аббаса Георгіемъ Саакадзе и царемъ Теймуразомъ І, а къ VII в., къ первымъ временамъ мусульманскаго владычества въ Грузіи).—7. Маріямъ (легенда). Княгини Б. Дожорджадзе.

Калужскія 1. В. 1892 г. 129. Прокаженные въ Сибирь (изъ бесѣдъ корреспондентовъ съ миссъ К. Марсденъ, сообщенія объ одежѣ, жилищахъ якутовъ, яхъ бытѣ, объ отношеніяхъ къ прокаженнымъ).

Киргизская Газета. 45. Пословцы киргизовъ Тургайской области.—Краткое содержаніе объясненій, данихъ А. А. Ивановскій на Московской географической выставкѣ коллекціямъ фотографій, представляющихъ собою типы и бытовую обстановку средиазіатскихъ народностей.

Кишиневскія Епарх. Вѣд. 1892 г. 15. (Окончаніе). Историко-статистическія

КРИТИКА И БИБLIОГРАФІЯ.

193

съдѣнія о селѣ Пригородскѣ, Хотинскаго уѣзда. Свящ. Г. Романчулъ. (Церковно-
богослужебныя книги. Надсловіе къ Новому Завѣту. Церковные документы и
различныя бумаги, хранящіяся въ церковномъ архивѣ. Матеріальное и хозяй-
ственное состояние и образъ жизни прихожанъ. Релягіозно-нравственное со-
століе ихъ. Искаженіе молитвъ. Празднованіе пятицы. Праздникъ и постъ въ
12 лятницѣ, на основаніи поученія какого то папы римскаго. Нравственное со-
століе пригородскихъ поселенъ. Ихъ повѣрія и суевѣрія. Обычаи и обряды,
уріуровенія къ днямъ праздничнымъ. День св. Пасхи. Вѣрованія, обычаи и
обряды, связанные съ этимъ днемъ. День св. Георгія. День св. Никиты, 28 мая.
Соединеніе его съ празднованіемъ „розрамъ“ (вѣроятно русалки). Розвы вы-
ходятъ въ этотъ день изъ своихъ жилищъ и похищають малолѣтнихъ дѣтей.
Кромѣ этого, по понятіямъ поселенъ, въ этотъ день нечистая сила празднуетъ
„вісилѣ“ (свадьбу) въ подимающихъся вихряхъ. Обезопашивающимъ средствомъ
въ такихъ случаяхъ служатъ вѣтки полыни и мяты, которая молодежѣ носить
за полюсомъ, или же на груди. День св. прор. Илии, 20 юля. Св. пр. Илия счи-
тается гомовержцемъ, и поэтому громъ и молвію объясняюгъ тѣмъ, что св.
прор. Илия „здить по небу въ огненной колесницѣ, разгонетъ нечистую слу-
молніеносными стрѣлами. Если молнія поджигаетъ домъ, убиваетъ человѣка или
животное, то это случается потому, что сатана, старался отстранить отъ себя
огненныхъ стрѣлы св. прор. Илии, прячется на землѣ подъ различными предметами, и чтобы человѣкъ не подвергся пораженію молніей, онъ прогоняетъ отъ
себя сатану посерестовымъ крестным знаменія и словѣ: святъ, слять, селя...
Второй день послѣ св. прор. Илии называется „пали“ и празднуется наравнѣ съ
днемъ св. прор. Илии. Сохранилось преданіе объ этотъ днѣ: во время крѣпостнаго
права въ Подольской губерніи шляхтвачи-помѣшки не раздновали день св. прор.
Илии, а заставляли своихъ людей работать въ этотъ день на полѣ. Однажды въ
этотъ день у одного пана шла сборка полеваго хлѣба, разразилась сплывная туча,
громъ и молнія обратились всѣхъ въ ужасъ и бѣгство, и упавшая молній подожгла
весь собранный хлѣбъ. Съ тѣхъ поръ и порѣшили праздновать второй день
послѣ св. прор. Илии, назвавъ его „пали“. Рождественскія святки. Коляды.
Канунъ Новаго года. Маланка. (Маланка—какой то уродливый маскарадъ, со-
стоящий изъ лубочныхъ масокъ и перемѣныхъ костомовъ. Такъ напр. — парень,
покрасивѣе другихъ, переодѣвается женщиной, которая назвывается „маланков“.
Пѣсня про малалку. Канунъ 6 января. Пѣнѣ „кирильяса“ во время крестнаго
хода на рѣку Днѣстръ. Происхожденіе „кирильяса“). 16. Село Каплевка, Хо-
тинскаго уѣзда. (Преданіе о названіи села. Экономическое состояние крестьянъ.
Сравневѣе ихъ съ сосѣдями въ экономическомъ, умственномъ и правственномъ
отношеніяхъ. Вѣрованіе крестьянъ). Петръ Нестеросскій, 17. Бендерскіе шту-
дисты и краткія замѣчанія о щтундиэмѣ вообще и борьба съ нимъ. С. М. 20,
21, 22, 23. Библиографія Бессарабій. Авксентія Стадницкаго. 22. Единовѣр-
ческій приходъ въ г. Кишиневѣ. С. М. 18, 20, 21, 22, 23, 24. Двадцатиляти-
лѣтіе Кишин. Епарх. Вѣд. Д. Щелова. (Въ 24 № излагается перечень статей,
касающихся разныхъ этнографическихъ свѣдѣній по Бессарабіп, помѣщенныхъ
въ разное время въ Кишин. Епар. Вѣд.).

Ковенскія Губ. Вѣд. 1893 г. 8 (прибавленіе). Корр. изъ мѣст. Шиманцы Вид-
комирскаго уѣзда. О вѣрованіяхъ литовцевъ—разсказъ объ одномъ крестьянинѣ,
встрѣтившемъ женщину, которая, остановивъ его, просила привезти башмаки изъ
города и, несмотря на его отказъ, настаивала на этомъ. Когда онъ отказался
окончательно, она иригласила посмотреть черезъ одно плечо ел—онъ увидѣлъ
поле, покрытое трупами и гробами, черезъ другое — тамъ были тучныя поля съ
посівающей жатвой. На вопросъ его, она сообщила, что она холера и потреб-
овала не говорить о томъ никому. Разсказалъ же обо всемъ самъ очевидецъ.

Колосяра. 1892 г. 12. Въ Научной Хроникѣ замѣтка: „Итоги нашихъ знаний о历史学、中国历史、世界历史。“

Contemporary Review. 1892 г. III. Les chantees populaires de la France.
El. C. Price.

13

194

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЬНІЕ.

Крымъ. 1892 г. 62. Цыганская поэтесса (біографія циганской поэтессы Гнины Ранйиччъ содержить, между прочимъ, интересныя бытовья чертъ, касающійся какъ цыганъ, такъ и албанцевъ, напр. продажа албанцами женъ на срокъ, не лишенны интереса характеристика произведений поэтессы и указанія на богатый матеріалъ по миеологіі, повѣрямъ и предразсудкамъ цыганскаго племени, собранный нѣмецкимъ ученымъ Влискоцкимъ). — 73. По поводу реферата г. Алъбова о народѣ абхазскомъ (сообщался вкратцѣ свѣдѣнія о гостепріимствѣ, семейныя отношенія, дѣтонійство, родственныя связи).

Кубанскія Вѣдомости. 1892 г. 45. Документы изъ Запорожскаго сѣчеваго архива. (Собрани Е. Д. Фелицынымъ). — 49. Въ библиографіі помѣщенъ разборъ книги Д. И. Эваринцкаго—„Исторія запорожскихъ казаковъ“.

Mélusine. 1892 г. Сент.--Онт. Les chansons populaires de la Basse-Bretagne.

Минскія Еп. Вѣд. 1892 г. №№ 21, 22, 23, 24. Исторія Минской епархіи. М. Верхоболова.

Минскій Листокъ. 1892 г. 68. Ольховскія письма Евг. Тяцкаю. (Юридическія воззрѣнія и нравственныя понятія жителей). — 82. О кладѣ, зарыткомъ по вѣданію близъ Бездѣжа, Коринскаго уѣзда, Гродненской губ. на пахатномъ полѣ, гдѣ образовался громадный провалъ; немогла на усилия, крестьяне не могли нычего откопать, ибо опасаются провалиться сквозь землю, такъ какъ боченки „проклять“ и уходить все глубже и глубже. — 83. Алтай. Сятовита. (Пред красное изложеніе въ легкой форме вѣрованій тунгусовъ, ихъ преданій и демонологіи). — 87. О легендахъ талмуда. (Извлеченіе изъ реферата Долгинцева, читаннаго въ Моск. Истнографіч. Отдѣлъ). — 95. Изъ области заговоровъ. Евг. Тяцкаго. О значеніи заговоровъ, ихъ подраздленіе на девѣ части—первую эпизодическую и вторую заговорную. Заговоры бѣлоруссовъ отъ трасавинъ (лихорадокъ), перечисленіе сестеръ-лихорадокъ по великорусскимъ вѣрованіямъ. Экскурсія въ апокрифіч. сказаніи среднихъ вѣковъ и сопоставленіе нашихъ вѣрованій съ греческими, ассирійскими и талмудическими.

Миссіонерскій Сборникъ (прибавленіе къ Ряз. Еп. Вѣд.) 1892 г. № 4—8. Краткій исторический结束къ кніга Бизнесовости. Педагогика.

Міръ Божій. 1892, 10, 11. Е. Н. Водовозовой. Финаія (наружность, бытъ-финновъ, гостепріимство, руны и созданіе ихъ, жилища, обстановка, праздники, свадьба, эмиграція въ Америку). Реценз. на книгу С. Патканова: Тицъ остяцкаго богатняря по остяцкимъ былянамъ и геропческимъ сказаніямъ. Въ Смѣси „Конгрессъ доисторической археологіи и антропологіи“. Въ ст. „От-голоски языческихъ временъ“ (перепеч. изъ Живой Старинны), суевѣрія, примѣты Тамбовской губ., гаданія, „куринный богъ“ и проч — 11. Символические браки на дальнемъ востокѣ. (Заключеніе предварительнаго символическаго брака съ цвѣткомъ, деревомъ или другимъ неодушевленнымъ предметомъ въ Индіи во избѣжаніе несчастій въ дѣйствительной брачной жизни). — 12. Реценз. ва кв. А. П. Оксенова. Ермакъ въ былинахъ русскаго народа; въ Смѣси: сообщеніе Штерберга въ Антроп. Отд. Ими. Общ. Люб. Естеств. Антроп. и Этнографіи— о гилякахъ.

Mittheilungen aus Perthes geogr. Anstalt v. Petermann. 1892 г. Das Gebiet des Yukon-Flusses in Alaska und- seine Bewohner.

Mittheilungen der Anthrop. Gesellsch. Wien. 1892. 19. Hjalmar Stolpc. Entwickelungserscheinungen in der Ornamentik. d. Naturvölker. 1893 г. 1. W. Tomaschek. Die Urbevölkerung Klein-Asiens.

Mittheilungen der Deutschen Ges. f. Natur- u. Völkerk. Ostasiens. 1892. V. 314. К. А. Florenz. Zur japonischen Literatur der Gegenwart. 342. Alliteration in der japonischen Poesie.

Московскія Вѣдомости 1892 г. 324. „Дикій обычай“. (Перепеч. кор. Кіевск. Св. о существующемъ въ с. Павловъ Звенигор. уѣзда обычай мести со стороны оскорбленнаго жениха певѣстъ, отказавшей послѣднему въ рукѣ безъ всякихъ видимыхъ причинъ). 1893 г. 33. Московскіе улѣчные маскарады въ старину. А. Л. —въ. 34. Июпскія опера „Осяма“. Концеси. 36. Отчетъ о засѣданіи восточні. коммиссіи Пкператорскаго Моск. Арх. Общ. 28 января (Докладъ Сабиншина о надленномъ имъ спискѣ, содержащемъ полное описание

КРИТИКА И БИБLIОГРАФІЯ.

195

страданій св. мучениковъ армянской церкви въ эпоху православнаго состоянія послѣдней. Докладъ Крымскаго „Очеркъ исторіи существа въ I и II вв-кахъ Гигры“). 38. Празднованіе китайскаго новаго года въ Нью-Йоркѣ. 41. Поклоны и привѣтствія у разныхъ народовъ. 48. Отчетъ о засѣданіи Императорскаго Моск. Арх. Общ. 16 февраля. (Сообщеніе Д. И. Иловайскаго объ Ильъ Муромцѣ, какъ историческому лицѣ. Сообщеніе В. И. Сизова о резуль-татахъ раскопокъ, произведенныхъ имъ въ мѣстности Городище Москвы. губ. Бронниц. уѣзда. Сообщеніе Цѣтсаева о празднованіи 70-летія итальянскаго археолога Жана Баптиста де-Росси). 51. Масляница въ Швейцаріи.—Отчетъ о засѣданіи Этнографическаго Отдѣла Общ. Люб. Ест., Антр. и Этн. 17 февраля. (Сообщеніе Н. А. Янчука: Краткій очеркъ дѣятельности Отдѣла за истекшее 25-летіе. Доклады: В. Θ. Миллера „Былинныя традиціи въ русскомъ простонародѣ“ и В. М. Михайловскаго „Легендарная история Будды“). 54. Нормандская легенда о томъ, почему въ февралѣ 28 дней. 59. Различные способы привѣтствія.—Житейская мудрость и понятіе китайцевъ объ умѣ людей. —66. Отчетъ о засѣданіи восточной комиссіі Императорскаго Моск. Арх. Общ. (Докладъ Н. Н. Павтусова о продолженіи его изслѣдованій при-Пишпекскаго несторіанскаго кладбища и его окрестностей. Сообщеніе Х. И. Кучукъ-лоанесова о путешествіи нѣмецкаго ученаго Вольдемара Белька по русской и турецкой Арменіи съ цѣлью изслѣдованія ванскихъ клинообраз-ныхъ надписей).—69. Сотвореніе міра и первыхъ людей по понятіямъ древ-нихъ Филиппинцевъ. 71. Китайскія походы убитаро.

Московская Газета. 1892 г. 321. Корреспонденція изъ с. Павлова, Звенигор. уѣзда, сообщающая существующій тамъ обычай мести оскорбленнаго жениха отказавшей ему безъ всякихъ видимыхъ причинъ невѣстъ. (Перепеч. изъ Кіевск. Сл.). 323. „Жизнь человѣка“. (Арабская легенда). 332. Корреспонд. изъ Дагестанской области о томъ, какъ объясняютъ собѣ горцы холеру. --1893 г. 36. Историческая справка о маслянницѣ, маскарадахъ и балаганахъ въ Петербургѣ. 41. Прощеное воскресенье и первая недѣля Великаго поста въ старину. (Историческая справка). 46. Великій постъ на западѣ и у насъ. (Историческая справка). 51. О происхожденіи слова „Днѣпр“ 57. Волшеб-ные заговоры киргизовъ Сыръ-Дарьинской области (приводится и текстъ заговоровъ).

Наблюдатель. 1892. 12. Рецвз. на книгу Е. Максимова и Г. Вертенова „Туземцы съвернаго Кавказа“

National Review. 1892 г. июнъ. S. I. de Suylen Nylvelt. Les paysans hol-landais.

Наука и Жизнь. 1892 г. 36. Рукоприкладство у Аннамитовъ (извлеченіе изъ журнала Cosmos). 44. Поклонники огни (огнепоклоненіе въ Иранѣ, жизнь Зороастра по преданію огнепоклонниковъ). 48. Изъ области примитивной и древней архитектуры (менгиры, грады кампей, аллеи и дольмены).

Новини, вѣтникъ политическій, научно-литературенъ и духовенъ (Царп-градъ) годъ III, 1892-93. 25. Бесѣда изъ жизни и положенія болгаръ въ турец-кихъ областяхъ (прод.). 26. Корреспонденціи (записки): С. Долно-Райково (о грецизмѣ).—27. О забавочницахъ (общеобразовательныя учрежденія для дѣтей дошкольнаго періода),—прилагается подробная и интересная программа. 28. Икѣ. Болтары въ Константинополѣ: ихъ занятія и экономическое поло-женіе. 29. (1892 г.). Борьба вейгерскаго духовенства.—Л. Этнографическія справки: авторъ указываетъ на сочиненіе Гризебаха: Reise durch Roumelien und nach Broussa, 1841,—здѣсь приводятся выдержки изъ Гризебаха и осѣв-щаются также личными соображеніями (неок.).—30. (1893 г.). Этнографическая справка (прод.): выдержки кончаются 16-й главой. 31. Этнографическая справка (прод.). 32, 33, 34, 35, 36. Бесѣда изъ жизни и положенія болгаръ въ турецкихъ областяхъ. 33. То-же, продолж. — Александръ Федоровичъ Гильфердингъ (воспоминанія и біографич. справки) (оконч. въ № 34). 34. Учителя Д. В. Мавревъ. Филологическіе материалы изъ Скеченска. Авторъ помѣщаетъ слова и объясненія, собранныя имъ за время 7-летнаго учитель-

13*

196

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ствованія въ св. „Енп—кьой“ и Габрово, Скеченскаго округа.—35. КорРЕПОВДЕНЦІЙ: Д. Х. Воденъ, 5 янв. 1893 г. (о нравственномъ вляніи и значеніі воскресныхъ школъ по отношенію къ дурному источнику чужеземной цивилизації).

Neue Musikzeitung. 1893 г. XIII. Carl Sapper. Tanzspiele bei den Quekshі-
Indianern.

Нижегородскія Г. В. 47, 48. Промыслы с. Катунокъ (кожевенный про-
мыселъ).

Новгородскія Г. В. 46. Новгородскій музей древностей. (Запись о третей-
скомъ судъ среди крестьянъ Новгородской губ. 1697 г.).

Новое Время. 1892 г. 6012. Отчетъ о засѣданіи классическаго отдѣленія Императорскаго Русскаго Археол. Общества, состоявшемся 20 ноября. (Доклады Θ. Θ. Соколова—„Замѣчанія на сочиненіи Аристотеля о государственныхъ учрежденийъ“ и В. К. Эрнштедта „Вопросъ о львахъ въ древней Греціи“).—1893 г. 6087. Отчетъ о засѣданіи славяно-русскаго отдѣления Императорскаго Русскаго Археол. Общ. (Доклады В. И. Ламанскаго—„Новый документъ о „Ковстанинъ-философѣ“ и А. В. Половцева „Столида гетмановъ Батурина“, его прошлое и настоящее“). 6097. Отчетъ о засѣданіи восточнаго отдѣления Императорскаго Русскаго Арх. Общества. (Доклады В. В. Бартолыда „О турецкой легендѣ Коркудъ-Намэ“, Н. П. Остроумова „Пысня о Викторѣ-баль“ и Н. Θ. Петровскаго „О древностяхъ Кашгара“). 6107. Отчетъ о засѣданіи классическаго отдѣления Императорскаго Русскаго Арх. Общества. (Докладъ А. Θ. Семенова „о гражданской присягѣ херсонесцев“ и А. Н. Покровскаго „Объ археологическихъ и топографическихъ данныхъ въ сочиненіи Аристотеля объ Аюнскомъ государствѣ“).

Новое Обозрѣніе. № 3013. Рецензія на „Сборникъ матеріаловъ для опи-
санія мѣстностей и племенъ Кавказа. Изданіе управлѣнія кавказскаго учебнаго
округа. А. Х. 3058 Библіог. The small trades of the Caucase. By Victor Din-
gelstedt. А. Х.—объ. 3061. Составъ и источники начальной грузинской лѣто-
писи. М. Гиоридзе. 3071. Что читають адербайджанцы? 3073. Библіогр.
Древне-христianские храмы и св. александро-авонскій зеленчукскій монастырь
въ Зеленчукскомъ ущеліи Кавказскаго хребта. А. Х. 3090. Библіог. Мā-
chen und Sagen der Bukowinaer und Siebenbürger Armenier. Aus eigenen und
fremden Sammlungen übersetzt von D-r Heinrich Wlislocki. Hamburg. 1892. А. Х.
3106. Рецерать объ Абхазіи въ географическому обществѣ. Д. Ах.
3119. Библіог. Всев. Миллеръ: Матеріалы для извеченія еврейско-татскаго языка.
Введеніе, текстъ и словарь. Спб. 1892 г. Изданіе Академіи наукъ. А. Хах—объ.
3121. Изъ осетинскихъ правовъ А. Атаевъ.—3144. Библіогр. „Этногр. Обозр."
кн. XV рец. А. Хах—ва.

Новости. 1892 г. 314. Перепечатка изъ газеты „Владивостокъ“, въ кото-
рой передается интересный поминальный обрядъ у японцевъ. 1893 г. 42.
„Вымирающія расы“. (Вымираніе дикарей. Мяннія о вредѣ цивилизаціи для
первобытныхъ племенъ. Неосновательность этого мнѣнія. Вымираніе дикарей,
какъ естественный процессъ. Населеніе Маркизскихъ острововъ и его участь.
Юныя и одряхлѣвшія расы). Л. Энгельгардта. 54. Въ Нео-филологическому
обществѣ. (Отчетъ о 67 засѣданіи этого общества. Докладъ Е. В. Балобано-
вой „Сказанія объ ирландскомъ героѣ Финѣ“).

North American Review. 1893 г. Янв. Senateur W. E. Chandler. Faut il
surprendre l'emigration? Prof. K. Kellar. Les magiciens hindous des hautes castes.

Образованіе 11. Рецензія на Л. И. Келобовскаго „Семья по воззрѣніямъ
русскаго народа, выразLYенными въ пословицахъ и другихъ произведеніяхъ
народно-поэтическаго творчества“.

Олонецкія Г. В. 1892 г. 90. Ладвинскій или Масовскій языкъ (перепеч. изъ
Жлавой Старинны: условный языкъ стекольщиковъ с. Ладвы Петрозаводскаго
Ульда). 93. Клики. (Описание Кижской волости Петрозаводскаго ульда: языче-
ство, литовскія пападепія, расколъ, бурлачество). 95—100. Изъ быта и вѣ-

КРИТИКА И БИБLIОГРАФІЯ.

197

рованій корелъ Олопецкой губерніи. (Корельская дѣвушки и ея „лэмьи“, т. е. слава, качества для этого требующіяся, „лэмьи“—божество любви, способы „подниманій славы“ дѣвушки, катаніе по росѣ, обливаніе водой, трезвонъ на колокольѣ, примѣты при выходѣ изъ дому, сжиганіе выпавшихъ волосъ подъ Новый годъ, приданое дѣвушки, сватовство и свадьба, причитанія).

Пастырь. 1893 г. 1. Историко-археологический учеркъ Метехскаго храма. Г. Садралеловъ-Иверіели. 2. Переводъ церковно-богослужебныхъ книгъ на гру-зинскій языкъ. Ею-же.

Пастырский Собѣстникъ. 1892 г. 44—45. По поводу вновь возникающего женскаго обычая стрich волосы. (Историко-этнографическая справка о ноше-ніи волосъ въ древности, лишеніе волосъ женщины и дѣвушки, потерявшихъ цѣломудріе, безчестіе, обрѣзаніе волосъ женщинами на другой день послѣ свадьбы въ юго-западномъ краѣ и т. д.). 49. Нѣкоторыя повѣрья въ кресть-янскомъ быту: „(Окупъ мѣста“, вкладываніе погойнику въ руку монеты, огненная рѣка на томъ свѣтѣ и перевозчикъ).

Пензен. Епар. Вѣд. 1892 г. 15. Татары Керенскаго уѣзда. (Названіе татар. селеній. Время заселенія татаръ. Первые поселенцы. Внѣшній бытъ татаръ. Мечети. Училище. Мулла. Вседневныя службы. Религіозные обряды. Вступленіе въ супружество. Погребеніе умершихъ. Постъ. Клятва. Ученіе религіи о единствѣ Божіемъ, обѣ ангелахъ. Пришествіе антихриста. Просвѣщеніе и литература татаръ. Поэзія. Общительность татаръ). Прот. Н. Любимовъ. 19. 22. Народное вѣрованіе въ русалокъ. Похороны „горюна“, обрядъ этотъ совершается на второй или на третій день праздника св. Пятидесятницы и состоитъ въ томъ, что деревенская молодежь устраиваетъ соломенное чучело и послѣ разныхъ игр бросается съ нимъ въ воду. Суевѣрное представление народа, что русалки—души некрещеныхъ дѣтей, утопленницъ, удавленницъ и вообще женщинъ и дѣвицъ, лишившихъ себя жизни и непогребенныхъ.

Народные сувѣрии и обряды, относящіеся къ русалкамъ. Справленіе русальной недѣли, зеленыхъ святокъ, названіе игрощъ этого времени „русаліи“. Русальныя игры. Вѣрованіе въ оборотней, въ появліеніе умершихъ послѣ смерти въ различныхъ видахъ. Справленіе разныхъ обрядовъ въ честь мертвыхъ. Русалки—земляночки т. е. обительницы подземнаго міра. Одноглазыя русалки. По народному повѣрью, распространенному въ Малороссіи, вѣсть о празднику Воскресенія Христова — Великаго дня доходить до умершихъ въ четвергъ русальной недѣли, поэтому и называется „навыским“ (мертвецкимъ, наве — мертвецъ)—великимъ днемъ русалокъ. Справленіе великаго дня русалокъ. Проводы русалокъ. Измѣненіе взглядовъ на русалокъ. Похищеніе младенцевъ русалками. Воплощеніе русалокъ, дѣтей въ образъ дѣвочекъ—семилѣтокъ, съ русыми куедряными волосами, въ облѣхъ сорочкахъ, безъ пояса; въ Малороссіи онъ называются не русалками, а мавками, т. е. малотками. Описаніе русалокъ—дѣтей, проклятыхъ матерью до ихъ рожденія. Освобожденіе младенцевъ изъ общества русалокъ, или крещеніе кукушекъ. Обрядъ крестить кукушку или кумиться. Чтобы понять смыслъ этого обряда, нужно принять во вниманіе, что у всѣхъ восточныхъ славянъ во времена язычества кукушка, считавшаяся вѣшею птицею, была вмѣстѣ съ тѣмъ однимъ изъ образовъ, подъ которымъ представлялась душа. Сказаніе о кукушкѣ. Поминовеніе на могилахъ удавленницъ и утопленницъ. Русалки, какъ обладательницы воднаго царства. Оставленіе воды русалками съ Троицына дня. Вредъ, причиняемый русалками благосостоянію человѣка: онъ могутъ насылать бури, поражать скотъ, у крестьянокъ—похищать нитки, холсты. Для избѣжанія подобныхъ дѣйствій со стороны русалокъ народъ прибѣгаетъ къ нѣкоторымъ средствамъ, съ коими русалки безсильны бороться. Отъ нападенія русалокъ предохраняютъ полынь и зоря; отправлялись на русальпой недѣлѣ въ лѣсъ, надо вплетать эти травы въ винки и подвязывать подъ мышки. Для охраненія скотины крестьяне окуриваютъ дворы ладоней, втыкаютъ тамъ вербу и страстны свѣчи; или же проводятъ коровъ черезъ костеръ, сложенный изъ крапивы, пиповика и другихъ колю-

198

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

чихъ травъ, собранныхъ въ день Агрипины купальницы (23 юня). Важнѣе
расположить русалокъ въ свою пользу и получать отъ нихъ благодянія,
поэтому стараются умилостивить ихъ, чествуя празднествами и разными при-
ношеніями. Наболѣшѣе распространены два праздника въ честь русалокъ. Пер-
вый справляется въ четвергъ предъ Тронцей, извѣстный подъ именемъ Се-
мика. Празднованіе Семина. (Семицкія пѣсни, игры и обшій пиръ. Другой
праздній, извѣстный подъ именемъ провожанія русалокъ. Празднованіе этого
дня, пѣсни, игры и плясни. Выясненіе вопроса о языческомъ происхожденіи
русалокъ. А. Тронцікъ.

Пермскія Г. В. 1892 г. 101. Къ изученію Пермской губ. (библіогр. указатель книгъ, брошюръ, статей о Пермской губ.).

Подольскія Г. В. 1892. 97. Творцы и пѣвцы народныхъ малороссійскихъ думъ. (перепеч. изъ Прав. Вѣстн.).

Правительственный Вѣстникъ. 232. Киргизское стихотвореніе (приведень переводъ киргизской пѣсни въ память посвященія этой страны Наслѣдникомъ Цесаревичемъ,—изъ Турйскихъ Областныхъ Вѣдомостей). 241. Вѣрованія кореловъ Олонецкой губерніи (см. Олонецк. губ. вѣд. въ Этн. Обозр, 1892 г. кн. XV) 242. Киргизъ Ногой-Бай, замѣчательный народный пѣвецъ. (перепеч. изъ Этногр. Обозрѣнія, кн. III 1889 года). 248. Сартская легенда о пользовѣ зыкокназанія (изъ Туркест. Вѣд.) 261. Творцы и пѣвцы народныхъ малороссійскихъ думъ. (Старцы и бандинуристы). 268. Персидскіе мистеріи и фарсы. (Траурныя процесіі, мистеріи, собираніе слезъ зрителей и вѣра въ ихъ оживляющую силу.). 269. Архитектурная выставка при первомъ съѣздѣ русскихъ зодчихъ (архитектурные памятники русскаго сѣвера, какъ богатый задатокъ самобытнаго деревяннаго зодчества). 1893 г. 19. Буддійскія похорны (перепеч. изъ. Истор. Вѣстн.). 20,21, Болѣзни людей въ пустыняхъ (перепеч. изъ Вѣстн. Общество. Гнінцы). 24. Музыка чуващихихъ пѣсENNъ. (перепеч. изъ Извѣст. Общ. Арх. Истор. и Этног.). 26 Праздникъ Срѣтенія Господня у бѣлоруссовъ. („Грумницы“, „Громницы“, „грамничныя свѣчп“ и „освященный огонь“). 26, 27. Страна черныхъ хрپстіанъ (абиссінцы, пхъ быть, занятія).

Правникъ. 1892 г. 1. Ст. Новаковичъ. „Удава“ самоуправное заключеніе въ
турьму за долгъ въ старомъ сербскомъ законодательствѣ и по народнымъ
обычаямъ. Приложеніе къ познанію средневѣкового судебнаго порядка въ
Сербіи.—2. Продолженіе.—4. Матеріалы для юридической літературы. Dr.
П. Миллянчкъ. Сентенцін изъ докняжескаго управленія въ Черногорія (при-
ложеніе къ сербскому обычному праву).—Юванъ М. Ювановичъ. Семейныя
обязаности у южныхъ славянъ (пер. соч. Laveley).—Литературное обозрѣніе:
Monumenta historico-iuridica Slavorum Meridionalium. Pars I, Vol. IV. Statuta
linguo-croatica conscripta. подъ редакціей д-ра Рачкаго, Ягнѣча и д-ра Причича.
Въ Загребѣ. 1890 г. Dr. М. Веснічкъ Библіографіческія замѣтки. Леопольдъ
Ранке. Сербія и Турція въ ХІХ столѣт. пер. Стоппа Новаковича. Бѣлградѣ
1892 г. цѣна 4.50 франка.—5 и 6. Семейны общности у южныхъ славянъ
(продолженіе).—Литературное обозрѣніе д-ра М. Весніча Библіографіч. зам.
Краткій отзывъ о двухъ брошюрахъ д-ра Войновича, быв. профессора упри-
верситета въ Загребѣ, напеч. въ „Трудахъ юго-славянской Академіи“.—1)
„Судебное устройство Дубровникой республики“ и 2) „Судебный порядокъ въ
той же республикѣ“. (изъ СУ кн.).

Просвіета (Цетинѣ) 1892 г. 1. И. Руварацкъ: Зетскіе и Черногорскіе енис-
скопы (Отвѣтъ на поставленные 48 лѣтъ тому заказъ П. Н. Шафарікомъ
нять вопросовъ въ „Гласникѣ“. Книга 63. стр. 140 и 141).—Народное богат-
ство: Скавки и Пословицы, собравныя Н. Златичанкомъ.—2. Народное бо-
гатство (Продолженіе).—Ф. П. Ковацевичкъ: Женскія народныя пѣсни.—1893 г.
4. И. Руварацкъ: Приложение къ статьѣ „Зетскіе и Черногорскіе Енископы
(см. Просв. 1892 і. 1).—Протодьяконъ Филиппъ Радичевичкъ: Старины: І) Па-
нагія св. Стефана въ кельѣ Пиперской и ІІ) Письмо Св. Петра, Государя Чер-
ногоріи (перепеч. изъ рукописей Георгія Срдча въ Которѣ).— Народное бо-

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФІЯ.

199

гатство: Сказки и пословицы, собранныя Златичаниномъ. — Загадки и Жен-  
скія свадебныя пѣсни, собр. Ристомъ Поповичемъ.

*Proceedings of the Society of Biblical Archeologie.* 1892. C. I. *Ball*. Aper-
cus sur la religion babylonienne.

Псковскія Г. В. 1892. 46. Городскія вечеринки и посидѣлки въ Холмъ.
Н. В Затпйщикова 2-го (статья въ высшей степени кратка, безсодержатель-
на, не обозначено, въ какомъ классѣ эти посидѣлки практикуются, въ довер-
шеніе всего статья кончается ex abrupto заявленіемъ автора: „свадебныя
пѣсни и похоронныя причитанія рѣзко отличаются другъ отъ друга“ (!).

Review Imperial and Asiatic. 1892 г. IV. I. *Offord*. Mythologie et psychologie de l'ancienne Egypte G. W. Leitner. Legènes et poèmes du Dardistan. 1893 g. l. E. Sidney Hartland. Usages matrimoniau des aborigènes du Bengal.

Review of Reviews. 1893. Янв. Les Anglais en Egypte. A. Milner.

Revista Contempţiane a 1892. Cent. — Ort. M. W. I. Merino. La musique populaire dans les îles Philippines.

Revue des Deux Mondes 1893. 1 февр. M. George Perrot. La civilisation Mycenienne (Les fouilles et les decouvertes de Schlimann).

Revue des Études grecques 1892. IV. 14. A. E. Contoleon. Inscriptions d'Asie Mineur.

Revue des Religions. 1892 г. 11—12. Буддизмъ.

Revue Nouvelle. Авг. 1892 г. *Motoyosi Saizau*. Le mariage dans les classes moyennes au Japon.

Revue Scientifique. 1892 g. 25. (XLIX). Zaborowski. L'avenir des races hu-
mains. (Conference Broca de la Soc. d'Anthropol.). 1893 g. (LI). 5. Conference
de l'Association franç. pour l'avancement des sciences. (L'influence française dans
l'Afrique centrale).

Revue française 1892 g. 15. Ноябрь. A. Fanvel. L'immigration indienne au Mascareignes.

Report of the Australasian Association e.t.c. 1892 g. 359. M. *Iohn White.*
A Chapter from Maori Mythology.

Рижскія Еп. Вѣд. 1892 г. №№ 1—23. „Историко-статистическое описаніе церквей и приходовъ Рижской Епархіи“. (Географическое положеніе Прибал-
тійскаго края и общее повятіе о немъ. Этнографическое описаніе Прибалтій-
скаго края. Племена, изстари населіющія этотъ край. Сношеніе латышско-
эстскихъ племенъ съ сосѣдними славянскими племенами. Начало православія
между латышами и эстами до покоревія Остзейскаго края вѣмцам. Состояніе
православія въ Прибалт. краѣ со временп утвержденія въ немъ вѣмцевъ до
присоединенія Ливоніи къ Россиі).

Русскій Архив. 1892 г. 12. Иванъ Егоровичъ Забѣлинъ (по поводу пати-
десятилетія его дѣятельности).

Русское Богатство. 1892 г. 12. В. И. Семевскій. Очерки изъ исторіі быта рабочихъ на сибирскихъ золотыхъ промыслахъ.

Русскія Вѣдомости. 1892 г. 322. Отчетъ о засѣданіи славянской комиссііи
Московскаго археологическаго общества, происходившемъ 17 ноября. (До-
кладъ И. А. Линиченка—„О новыхъ теоріяхъ происхожденія польскаго госу-
дарства и сословій въ Польшѣ“. Докладъ П. А. Лаврова о новомъ болгар-
скомъ изданіи Троянской притчи). 1893 г. 30. Корресп. изъ Петербурга о
пребываніи тамъ „сказитёля“ русскихъ народныхъ былинъ и пѣвца каличьихъ
духовныхъ стиховъ Ив. Троф. Рябинина. 58. Отчетъ о засѣданіи Этнографіч.
отдѣла Общ. люб. Ест., Антр. и Этнографіи, происходившемъ 17 февраля.
(Сообщеніе Н. А. Янчука, излагающее краткій отчетъ о дѣятельности Отдѣла
за исполнившееся 25-лѣтіе его существованія. Доклады В. Β. Μилера—„Бы-
линныя традиціи въ русскомъ простонародѣ“ и В. М. Михайловскаго „Ле-
гендарная история Будды“).

Русскій Вѣстникъ. 1892 г. 9, 12. Гружъ-Грежимайло Г. Е. Неизвѣтанныя страны Средней Азіи (Турфанъ, типы его обитателей, занятія, бытъ, земледѣліе, ирригація полей, положеніе женщины, развратъ, пѣсни).

200

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЬНЕ.

Русская Старина. 1892 г. Х Путевыя записки морехода Н. М. Соловьева 1770—1775 г. (Указания на звѣроловыны артели, орудія ловли, общественный бытъ алеутовъ, дѣленіе ихъ на классы, рабы, отношенін между разными алеутскими островами, а также и къ туземцамъ Американскаго материка).

Саратовскія Г. В. 1892 г. 97, 98, 99. „Разказъ про крестьянъ одной деревни“ (среди разсказовъ о новшествахъ и причинахъ косности крестьянъ приводятся между прочимъ описанія дѣствійъ въ деревнѣ „богатѣвъ“—кулаковъ). 101 Указатель статей неофиціальной части за 1892 г. содержитъ указанія на статьи: „Пъсны про чечевицу, сложенная крестьянами“ „Лечение ско-та въ деревнѣ“ „Законы и судъ по совѣсти“ „Народный говоръ, и др.

Сельскій Вѣстникъ. 3. Нелѣные обычан отпугивать холеру. („Опахваніе“, костры, „деревянный огонь“, пробиваніе умершаго отъ холеры коломъ, приговоры, закливанія).

Семейные Вечера. 2. Легенды: арабская легенда о продолжительности человѣческой жизни (въкъ собачій, ослиный и обезьяній), и пидйская легенда о происхожденіи мужчины (происхожденіе женщины изъ водяной пѣны, созданіе по ея желанію различныхъ звѣрей и наконецъ мужа, со спеціальной цѣлью, чтобы изливать на него гнѣвъ).

Славянское Обозрѣніе. 1892 г. 8. Воспоминанія объ А. А. Потебнѣ (окончаніе). 9 ст. Н. Н. Бестужева-Рюмина. Александръ Еведоровичъ Гильфердингъ (съ портретомъ) Приложеніе: Народныя пѣсни Македонскихъ болгаръ. (Король Латининъ и Огневъ). 10. Сумцовъ Θ. Ν. Народно-пъсенный комментарій къ галицкой эмиграціи (пѣсни русиновъ и гуцуловъ).

Смоленскій Вѣст. 1892. 133, 136, 143, 147 и (1893) 10, 15. 20. Деревенскій житель. Дневникъ сельскаго обывателя. 137. А. Щукинъ. Къ исторіи Рос-лавльскаго уѣзда. 139. Ю. Горбатовскій. Горемычные. 5) Возчип. 142. Сос-ницкая волость (Юхн. у.). Корреспонденція о промыслахъ въ данной волости. 148. А. Кушнеревъ. Матушка Авдотья (изъ Юхн. у.). Пistorія этой мнимой святой хорошо характеризуетъ суевѣрія крестьянъ. 1893. 3. Святки въ Порѣчкомъ уѣздѣ. 5 и 6. С. Пвановъ. Улучшенія и нововведенія въ крестьян-скихъ хозяйствахъ Сычевскаго у. 7. Рославль (обл. изв.): о „Виселецкомъ рвѣ“ и нѣкоторыхъ областяхъ (между прочимъ, гаданіе съ блиномъ, выки-дываніе сора и кр.). 9. Васильевская колада въ Порѣчкомъ уѣздѣ (канунъ Новаго года) или вечеръ „жирной коляды“—„ухо-рыло“ бѣсть). 12. Поскти-тель. Народный театръ. Интересныя рецензіи мужчковъ на различныя пьесы, среди которыхъ большая часть принадлежитъ Островскому. 13. Рослальскій уѣздъ (корр.). Крестинный обычай: кумъ торгуетъ у бабки горшокъ съ кашею, разбиваетъ его и платитъ монету.— Оршанскій у., Мог. губ. (корр.). Сведѣные обычаи: печенье блиновъ, вождевіе невѣсты „на прорубъ“, обли-ваніе ее холодной водой и вообще порядокъ сведѣныхъ пирушенъ. 17. Смѣсь: Обряды масляницы: „казнь смерти“. (Изъ Варш. И.).

Смоленскій Г. В. 48. Н. М. Пржевальскій. В. Гр-бѣ. (По поводу откры-тия памятниковъ близъ Каракола и въ С.-Петербургѣ).

Schribner's Magazin. Янв. 1893 г. Les Nomades de Cochiti. F. Lumris.

Ставропольскія Губ. Вѣд. 1892 г. № 18. Лідловствующіе поселка Просян-скаго. Конст. Затопскаго.

Съверъ. 1892 г. 43. Татары въ С.-Петербургѣ (бытовой очеркъ).

Темак, плюстирированный органъ Сербскаго сельско-хозяйственнаго Об-щества. 1892 г. 2. Протоколъ XVII засѣданія, состоявшагося 30 октября 1891 г.—3. 4. Отчетъ о дѣятельности Сербскаго сельско-хозяйственнаго Об-щества въ 1891 г.—5, 6, 7, 9, 10, 11, 12, 13, 17, 18, 19, 20, 24, 25, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 39, 41, 42, 43, 44. Протоколы очередныхъ засѣданій Сербскаго сельско-хозяйственнаго Общества.—8. 50-летній юбилей представ-еля С. С-х. О. Спасича.—15, 16. Д. Н. Л.. Народное желченіе животныхъ.—37, 38, 39. Совт. Л. Гавриловичъ: Болгарская экономическая и индустриальная выставка въ Филиппополь.

Тобольскія Г. В. 49, 50. Іскакъ и его сборъ.

Новости этнографической литературы.

а) Нюстранныя.

Koehler, Dr. Fr. Ehestlandische Klosterlektüre. Ein Beitrag z. Kenntnis der Pflege d. geistl. Lebens in Ehestland im Mittelalter. 124 S. (F. Kluge, Reval).

Woerl's Reisebibliothek. Eine Rundreise in Spanien. Ein Führer zu seinen Denkmalen insbesonders christl. Kunst, v. Ehrenkämm Geistl.—R. Konservat. Joh. Graus. 414 S. m. Text—illustr. u. Taf. (L. Woerl, Würzburg).

König, B. Emil. Ausgeburten d. Menschenwesens im Spiegel der Hexenprozesse und der Auto da fé's. Historische Schandsäulen d. Aberglaubens. (In 10—12 Lfgn). I Lfg. 48 S. (A. Bock. Rudolstadt).

Leist, Prof. Dr. B. W. Alt-arisches jus civile. In 2 Abtlgn. I Abt. XII, 531 S. (G. Fischer, Jena).

M. Höfler. Wald—und Baumkult in Beziehung zur Volksmedizin Oberbayerns. München 1892, Ernst Stahl sen. (VIII, 170 S).

Weiss, Bruno, Volkssitten u. religiöse Gebräuche. Eine kulturgeschichtl. Studie, 54 S. (J. Kühtmann, Bremen).

Alsatische Studien, 4. Hft. (K. J. Trübner, Verl. Strassburg). Inhalt: Hieronymus Boner. Leben, Werke und Sprache. Ein Beitrag zur elsäss. Litteraturgeschichte v. Dr. Gust. Wethly. VIII, 71 S.

Hassert, Dr. Kurt, Reise durch Montenegro, nebst Bemerkgn. üb. Land und Leute. Mit 30 Abbildgn. nach d. Aufnahmen d. Verf. u. 1 (farb) Karte. VI, 230 S. (A. Hartleben, Wien).

Aus beiden Hemisphären. Anthropologisch-ethnologische Novellen, von Berthold Brandies. Berlin 1892, Eduard Rentzel. (198 S).

Paul Rowald. Brauch, Spruch und Lied der Bauleute. Hannover 1892, Schmorl und v. Seefeld Nachf. (VI, 183 S).

Die judische Litteratur seit Abschluss des Kanons. Eine prosaische und poetische Anthologie mit biographischen und litterargeschichtlichen Einleitungen unter Mitwirkung von Fachgenossen, herausgegeben von Dr. J. Winter und Prof. Dr. Aug. Wünsche. Lfg. 4—7. Trier, 1892, Sigmund Mayer.

Henne am Rhyn, Otto. Die Kultur der Vergangenheit, Gegenwart und Zukunft in vergleichender Darstellung. 2 Bde. Wohlf. (Titel) Ausg. VII, 412 u V, 596 S. Hartung. Königsberg.

НОВОСТИ ЭТНОГРАФИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

203

Wilhelm Posselt, der Kaffern — Missionar. Ein Lebensbild aus der südafrikanischen Mission von dem Missionar selbst beschrieben und nach seinen Jahrberichten ergänzt, fortgeführt und zum besten der Hinterbliebenen herausgegeben von E. Pfitzner und D. Wange- mann. Mit 20 Abbidgn. 2. Aufl. Berlin 1892, Buchhandlg. der Berl. Evang. Missionsgesellschaft. (210 S).

Rosenkranz C., Anklänge an die deutsche Mythologie in unserem Volksleben. 45 S. (Heuser's Verl., Neuwied).

Chanoine—Davranches (L.) Histoire du jeu des cartes en Normandie. Discours de réception à l'Académie des sciences, belles—lettres et arts de Rouen. Gr. in—8. (Rouen) E. Lechevalier.

Eudes de Saint—Maur. Vie de Bouchard le vénérable, comte de Vendôme, de Corbeil, de Melun et de Paris (X et XI siècles), publieé avec une introduction par Charles Bourel de la Roncière. In—8. A. Picard. Le 13-e fascicule de la Collection de textes pour servir à l'étude et à l'enseignement de l'histoire.

Thuriet Ch. Traditions populaires de la Haute—Saône et du Jura. Petit in—8. E. Lechevalier.

Pératé André. L'Archéologie chretienne. In—8 avec 256 fig. Librairies—Imprimeries réunies.

Monchoisy. L'Inde et les Hindous. Notes et impressions in—8. (Genève) Tischbacher.

Clément (l'abbé J. H.) Inventaire archéologique et bibliographique des communes du département de l'Allier. Canton de Bourbon—l'Archambault. In—8. (Moulins). E. Lechevalier.

Reinach Salomon, L'Origine des Aryens. In—18. Leroux. Forme le Tome 68 de la Bibliothèque orientale elzévirienne.

Bede (The Venerable) (Biographical Series, No. 108). In 4 to, pp. 16. Religious Tract Society.

Bettany (G. T.) A Sketch of the History of Judaism and Christianity, in the Light of Modern Research and Criticism. With many illusts. (The World's Religions Series). Cr. 8-vo, pp. XI—456. Ward, Lock, Bowden, and Co.

Copleston (Bp. of Colombo). Buddhism, Primitive and Present, in Magadha and in Ceylon. 8-vo, pp. 510. Longmans.

Frederic (Harold). The New Exodus. A Study of Israel in Russia. With illusts. 8-vo, pp. 300. Heineman.

Indian Fairy Tales. Selected and edit. by Joseph Jacobs, illust. by John D. Batten. 8-vo, pp. XIV—255. D. Nutt.

Raleigh (Katherine A.) The Gods of Olympos, or Mythology of the Greeks and Romans. Trans. and. edit. from the 20-th ed. of A. H. Petiscus. With a Preface by Jane E. Harrison. Illust. 8-vo, pp. XV—271. T. Fisher Unwin.

Nichols (T. L.) Esoteric Anthropology. Cheap. ed. (Mysteries of Man.) 12-mo, pp. 332. Nichols.

204

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

**Palaeontographical Society** for 1892. Vol. 46, Containing the Stromatoporoids. Part. 4, by Prof. Nicholson, The Palaeozoic Phyllopoda; Part. 2., by Prof. R. Jones and Dr. H. Woodward, The Jurassic Gasteropoda: Part 1, No. 6, by W. Hudleston, The Inferior Oolite Ammonites: Part. 7, by S. Buckman, The Devonian Fauna: Vol. 2, Part 2, by Rev. G. Whidborne. Rev. T. Wiltshire (25, Granville Park, Lewisham).

**Wright** (G. F.). Man and the Glacial Period. With an Appendix on Tertiary Man, by Prof. Henry W. Haynes. With III illusts and Maps. (International Scientific Series). Cr. 8-vo, pp. 396. Kegan Paul, Trübner and Co.

**Nadaillac** (Marquis de). Manners and Monuments of Prehistoric Peoples. With 113 illusts. Trans. by Nancy Bell (N. D'Anvers) 8-vo, pp. 400. Putnam's Sons.

**Bettany** (G. T.). The Great Indian Religions. Being a Popular Account of Brahminism, Hinduism, Buddhism and Zoroastrianism. With Accounts of the Vedas, and other Indian Sacred Books, the Buddhist Sacred Books, the Zendavesta, Sikhism, Jainism,athaism, and c. With numerous illusts. (The World's Religions Series). Cr. 8º. pp. VII—291. Ward, Lock, Bowden and Co.

**Darwin** (Charles). His Life told in an Autobiographical Chapter, and in a Selected Serie of his Published Letters. Edit. by his Son Francis Darwin. With Portrait. Cr. 8º, pp. VI—348. Murray.

**Swynnerton** (C.). Indian Nights' Entertainment, or Folk Tales from the Upper Indus. With numerous illusts. by Native Hands. Roy. 8º, pp. 360. Elliot Stock.

Сообщ. В. Сторожевъ.

**Amélineau, E.** La morale Egyptienne quinze siècles avant notre ère. Etude sur le papyrus de Boulag, N° 4. (Bibliothèque de l'Ecole des Hautes Études. Sciences religieuses, IV-me vol.). Paris. 1892. 8º.

**Schvindt, Theod.** Tietoja Karjalan Rautakaudesta, käkisalmen kihlakunnan alalta saatujen loytöjen mukaan. (Съ рпс. на 27 лист.). Helsinqissä. 1892. 8º.

**Congrès international d'Archéologie préhistorique et d'Anthropologie. 11-ème session, à Moscou, 1er-13e août, 1892. T. I. Moscou.** 1892. 8º.

**Congrès internationaux d'Anthropologie et d'Archéologie préhistorique et de Zoologie (à Moscou, 1892). Matériaux rassamblés par le Comité d'organisation des congrès etc. (Mosква. 1892, 8°).**

**Polivka, dr. J. Kronika o Bruncvíkovi v ruské literaturze. (Rozpravy České Akademie pro vědy, slovesnost a umění, v Praze. Ročník I, tr. III, N° 5).** V. Praze. 1892. 8º.

**Bergengrlin, Al.** Die grosse moskowitische Ambassade von 1697 in Livland. Riga. 1892, 8º (брош.).

**Bouillet, M. N.** Dictionnaire universel d'histoire et de géographie.

205

Nouvelle edition entièrement refondue sous la direction de L.-G. Gourraigne. Paris. (Hachette et C-ie). 1893. 8°.

Si Djeh'a. Les fourberies. Contes kabyles recueillis et traduits par Aug. Moulières. Traduct. franc. et notes avec une étude sur Si Djeh'a et les anecdotes, qui lui sont attribuées, par René Basset. Paris. 1892. 12°.

Angellier Aug. Robert Burns. Paris, Hachette et C-ie. 1893. 8°, voll. 2 (интересна первая гл. II-го тома: Les origines litteraires de Burns. La poésie populaire en Écosse).

Schmidt, Erich. Lessing. Geschichte seines Lebens u. seiner
Schriften. B. I (1884), II (1892). Berlin, Weidmannsche Buchhandl.
(Нѣкоторыя указанія для исторіи поэтническихъ сюжетовъ).

Les Chants oraux de la Russie, par *Achille Millien*. Paris, 1893.

Text der Lieder. (СПб. 1892. 8°, брош.).

Oettingen, A. Sammlung kirchlicher Kernlieder für Schule und Haus. 9-te Aufl. Dorpat u. Riga. 1892. 8° (съ предисл. и съ указаниемъ авторовъ 16—19 вѣковъ).

Luniewski Tymot. Drobna szlachta..., w Królewstwie Polskim. (Оттискъ изъ „Niwy“). Warszawa. 1892. 16°, брош.

Programma tautas juridisku ceraschu Krahschanai. (Латышскій переводъ программы И. Р. Г. Общ. для собиранія народныхъ юридч. обычаевъ, изданный въ Либавѣ по распоряж. предсѣдателя Глазенпотъ-Гробинскаго съѣзда миров. судей А. Башмакова, съ его предисловіемъ), Leepajā. 1892. 8°, брош.

Сообщ. Н. Я.

б) Русскія.

Георгіевскій, С. Мноіческія воззрѣнія и миы китайцевъ. (Съ таблицами кит. іероглифовъ). СПб. 1892. 8°.

Келлогъ, А. Г. Буддизмъ и христіанство. Сравненіе легендарной исторіи и ученія Будды съ евангельской исторіей и ученіемъ на-шего Господа І. Христа. Перев. съ англ. подъ ред. доц. Кіевск. Дух. Академіи, Θ. С. Орнатскаго. (Изъ „Трудовъ Кіев. Д. Ак.“. 1891—1893 гг.). Кіевъ. 1893. 8°.

Новосадскій, Н. И. Культъ кавировъ въ древней Греціи. Варшава. 1891. 8°.

Фриманъ, Эд. Историческая географія Европы. Перев. М. В. Лучицкой, подъ ред. проф. И. В. Лучицкаго. Изд. К. Солдатенкова. Т. І. (8°). Текстъ. Т. II. Атласъ. Москва. 1892.

Латышевъ, В. В. Извѣстія древнихъ писателей греческихъ и латинскихъ о Скиоіи и Кавказѣ. (Scythica et Caucasica e veteribus scriptoribus greacis et latinis collegit et cum versione russica edidit Basilius Latyschev). Т. І. Греческіе писатели. Вып. 1. (Приложение къ „Записк. Имп. Русск. Археол. Общ.“). СПб. 1893. 8°.

206

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Леопардовъ, Н. О началъ Славяно-Руси со стороны историко-археологической. Кіевъ. 1892. 8º.

Газенвинкель, К. Б. Книги разрядныя въ офіціальныхъ ихъ спискахъ, какъ матеріалъ для исторіи Сибири XVII в. (Изъ „Извѣстій Общ. Арх. Ист. и Этногр.“. Т. Х, в. 6). Казань. 1892. 8º.

Грековъ, Θ. (Палеологъ). Імперат. Правосл. Палестинское Общество. І. Очеркъ его дѣятельности за 1882—90 гг. Н. Древнерусские паломники. ІІІ. Жизнь и странствованія Васпія Григор. Барскаго. СПБ. 1891—93. Три выпуска.

— Археологические труды Ими. Правосл.* Палестин. Общ. І. Мѣста страданій, смерти и воскресенія Спасителя. СПб. 1892. 8º.

Корсунскій, И. Новые труды въ области Палестиновѣднія. (Изъ № 7 „Богосл. Вѣстн.“ за 1892 г.). Москва, Сергіевъ под-садъ. (1892. 8º).

Дмитріевскій, А. По поводу празднествъ въ Римѣ въ честь археолога кавалера С. В. de Rossi. („Труды Кіев. Дух. Акад.“. 1892, № 6). Кіевъ. 1892. 8º.

Гербачевскій, Веод. Русскія древности и памятники православія Холмско-Подляской Руси (Люблинской и Сѣдлецкой губ.). Съ 57 рис. Варшава. 1892. 4º.

Акты, издаваемые Виленскою Археографіч. Коммиссіею. Т. ХІХ. Акты, относящіеся къ исторіи бывшей Холмской епархіи. Вильна. 1892. 4º.

Радде, Г. И. 23,000 миль на яхтѣ „Тамара“. Путешествіе ихъ Ими. Высоч. Вел. Кн. Александра и Сергія Михайловичей въ 1890—91 гг. Иллюстр. акад. Н. С. Самокиша. Т. І. СПБ. 1892. 4º.

Шелгунова, Л. П. Въ странѣ контрастовъ. Изъ жизни и природы Туркестанскаго края. (По Каразину, Пванову, Костенко, Семенову и др.). Изд. Ледерле и Кº. СПб. 1892. 8º.

Пермскій край. Сборникъ евъдѣній о Пермской губ., издаваемый Пермскимъ Губ. Статист. Компететомъ, подъ ред. Д. Смышляева. Т. І. Пермь. 1892. 8º.

Труды Пермской Ученой Архивной Коммиссіи, подъ ред. А. Л. Дмитриева. Вып. І. Пермь. 1892. 8º.

Дневникъ генеральнаго подскарбія Якова Марковича (1717—1767 гг.). Изд. „Кіев. Старины“ подъ ред. Ал. Лазаревскаго. Т. І. (1717—1725). Кіевъ. 1893. 8º.

Старожилль (Подгородній). 1) Историч. описание гор. Кременчуга съ его уѣздомъ.—2) Сравненіе прежняго судопроизводства съ современнымъ. Кременч. 1891. 8º.

Стороженко, А. В. Мѣстечко Борисполе въ XVII в. Акты мѣвскаго уряда 1612—1699 гг. (Изд. „Кіев. Стар.“). Кіевъ. 1892. 8º.

Списокъ населенныхъ мѣстъ Черниговской губ., имѣющихъ

207

не менѣе 10 жителей, по даннымъ за 1892 г. Изд. Черниг. Стат. Комп. Черниговъ. 1892. 8°.

Генеральное слѣдствие о мaeтностяхъ Черниговскаго полка (1729-30 гг.). Печаталось предварительно въ Черниг. Губ. Вѣд. Черниговъ. 1892. 8°.

Оношко, Г. И. Краткій физико-геогр. очеркъ Гродненской губ. (Изъ „Пам. кн. Гродн. губ. на 1893 г.“). Гродно. 1893 г. 8°.

Лавровскій, Л. Я. Очеркъ изъ исторіи Смоленской Дух. семи- наріі въ эпоху ея первоначальнаго возникновенія въ связи съ общимъ состояніемъ духовн. образованія въ Россіі въ первой половинѣ XVIII в. (Изъ „Смол. Епарх. Вѣд.“). Смоленскъ. 1892. 8°.

Мукаловъ, Н. Народная школа въ юго-зап. краѣ. (Историко- статистич. очеркъ). Кіевъ. 1892. 8°.

Владимирскій-Будановъ, М. Ф. Крестьянское землевладѣніе въ зап. Россіи до половины XVI в. (Изъ VII кн. „Чтеній въ Ист. Общ. Нестора лѣтоп.“). Кіевъ. 1892. 8°.

Столыпинъ, Д. Общинная наша система въ литературѣ. Къ вопросу о высшемъ преподаваніи (sic). Москва. 1892. 8°.

— Кръткое изслѣдованіе о принципѣ равенства, какъ основѣ общины, и пр. Къ вопросу о высшемъ преподаваніи. Москва. 1892. 8°.

Желобовскій, А. И. Семья по воззрѣніямъ русскаго народа, вы- раженнымъ въ пословицахъ и другихъ произведеніяхъ народно- поэтич. творчества. (Изъ „Филол. Запис.“). Воронежъ. 1892. 8°.

Гальпаринъ, С. Д. Очерки первобытнаго права. Изд. кн. маг. Мартынова. СПБ. 1893. 8°.

Сениговъ, ЮС. Народное воззрѣніе на дѣятельность Юанна Грознаго. СПБ. 1892. 8°.

Өирсовъ, Н. Н. Содержаніе и характеристика Галицко-Волын- ской лѣтописи по Ипатьевск. списку. Казань. 1891. 8°.

Владиміровъ, Л. Е. Защитительныя рѣчи и публичныя лекціі. Изд. П. В. Каменскаго. Москва. 1892. 8°.

Брандтъ Реманъ. Лекціі по исторической грамматикѣ русскаго языка. Вып. І. Фонетика. (Изъ XVI т. „Учен. Запис. Имп. Моск. унив. по пст.-фил. фак.“). Москва. 1892. 8°.

Будде, Евг. Русскій глаголъ сравнительно съ церковно-сла- вянскимъ. Варшава. 1891. 8°. (Оттискъ изъ „Рус. Фпл. Вѣстн.“).

— Къ діалектологіі великорусскихъ нарѣчій. Изслѣдованіе особенностей Рязанскаго говора. (Изъ „Рус. Фил. Вѣстн.“. 1892). Варшава. 1892.

Рыловъ, К. В. Очерки по изученію русскаго народнаго языка. І. Народная этимологія въ области сѣверн. велико-русск. говора. (Изъ „Учен. Зап. Казан. унив.“). Казань. 1892. 8°.

Горяевъ, Н. В. Опытъ сравнительнаго этимологическаго сло- варя литературнаго русскаго языка. Тифлисъ. 1892. 8°.

208

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Соколовъ, А. Замѣчанія на словарь русскаго языка, издаваемый Академіей Наукъ. Казань. 1892. 8°.

Лякибе, А. Новый всеобщій языкъ „Франсэзинъ“. СПБ. 1893. 8°.

Вильчинскій, Ольг. О происхожденіи письма. 1892. 8°.

Эстетика и поэзія. Эстетическія отношенія искусства къ дѣйствительности. Пѣсни разныхъ народовъ, и пр. (Изъ „Современника“ 1854—65 гг.). Изд. М. Н. Чернышевскаго. СПБ. 1893. 8°.

Александръ, епписк. Дмитровскій. Реализмъ въ церковномъ пѣніи. 1892. 8°.

Даниловъ, Кирша. Древнія россійскія стихотворенія. („Дешевая Библіот.“, изд. А. Суворина). СПБ. 1892 (3). 16°.

Прейсъ, П. И. Письма (къ) М. С. Куторгъ, Н. Н. Срезневскому, П. О. Шафарику, Куршату и др. (1836—1846). Матеріалы къ исторіи славяновѣдѣнія, и пр. (Изъ „Живой Старины“ 1891—92). СПБ. 1892. 8°.

Никольскій, Никол. О литерат. трудахъ митропол. Климента Смолятича, XII вѣка. СПБ. 1892. 8°.

Кочубинскій, А. Рецензія на кн. г. Житецкаго: „Очеркъ литературной исторіи малорусскаго нарѣчія“. (Изъ Отчета о 32-мѣ присужд. наградъ гр. Уварова). СПБ. 1892. 8°.

Никольскій, Д. А. Рец. на кн. С. Максимова: „Крылатыя слова“. (Изъ „Филол. Запис.“). Воронежъ. 1892.

Мельникова, Алекс. Пословицы и поговорки въ стихахъ. Кіевъ. 1892. 16°.

Семевскій, Мих. Ив., редакторъ-предатель петорическаго изданія „Русская Старина“ 1870—1892 гг. († 9 марта 1892). Біогр. свѣдѣнія. (Изъ „Рус. Стар.“ 1892. Апр.).

Крачковскій, Ю. Ө. Памяти П. Н. Батюшкова. (Нзъ №№ 85— 86 „Вилен. Вѣстн.“ 1892 г.). Вильна. 1892. 16°.

Кушевъ, Н. Е. Слѣпота и ея принчины среди инородческаго населенія Саратовъ. г. (Изъ „Вѣстн. Офталмологіи“, 1892, июль — окт.). Москва. 1892. 8°.

Фивейскій, Н. П. Случай колтуна. (Нзъ газ. „Медицина“). СПБ. 1892. 8°.

Абровъ, Н. Отъ Марселя до Одесы черезъ Аоны и Константинополь. Москва. 1893. 8°.

Федотовъ, Н. Новый путеводитель. Иматра — Валлипкоски — Монрепо-Сайменскій каналъ — Пунка-Харьзо. 4-е изд. СПБ. 1892. 8°.

Краснитскій, І. Систематическій указатель статей, помѣщенныхъ въ „Донскихъ Епарх. Вѣдом.“ 1869—91 г. Новочеркасскъ. 1892. 8°.

Указатель этнографическихъ статей и замѣтокъ въ Кавказскихъ изданіяхъ отъ начала ихъ существованія.

Состав. А. С. Хахановъ.

Кавказъ.

(Продолж. См. XIII—XIV кн. „Этн. Об.“)

1854 годъ.*) 2. Редутъ-Кале. Н. Дункель-Велининъ.—4. О свитѣ ц. Теймураза и
состояніе Грузіи въ 1762 г.—5. Историческіе матеріалы.—6. Некрологъ. Кн. Ге-
оргій Гуріели.—Рѣчъ г. Адамова въ Ставропольской гимназіи: „Рақақтеристиче-
скій очеркъ тюрскаго періода кавказской исторіі.“—7. Акъ въ тиғисской
имназіи (еостояніе образованія въ пачалѣ этого столѣтія въ Грузіи).—8, 9. Двѣ-
почи за Ураломъ. В. З.—ф—р—съ.—9. Донесеніе русскаго чпновника о со-
стояніи Грузіи въ 1762 г.—10. Охота въ Карабахъ. П. П.—ъ.—Изъ записокъ
о Гуріи. Н. Дункель-Велининъ.—11. Очерки Константинополя.—12. Письмо изъ
г. Горп.—12, 13. 20, 21, 22. Военные дѣла донцовъ съ крымскимъ ханомъ
Девлетъ-Гиреемъ въ 1773 и 1774 гг.—14, 15, 17, 19. Біографія ген. Котля-
ревскаго, соч. у. В. Солюцкія. Масліница въ Грузіи.—15, 16. Зима съ 1853
на 1854 г. въ Имеретіи. Н. Д. Ги—ва.—16. Библіографія. Записки Кавк. отд.
Имп. Рус. Геогр. Общ., кн. І и П, 1853 и 1854 гг. У.—17, 18, 20, 21.
Воспоминанія кавказскаго офцера. Гр. Си...—23. Грузинская хромантія.—
23, 24, 25, 27. Матеріалы для исторіи Грузіи. Н. Ныновъ.—24. Чопа. Н.
Берзеновъ.—26. Кавказскіе рپомачи.—28. Кудіаноба. Н. Берзеновъ.—29. Отго-
лоски кавказской повзін. Б—новъ.—Тумбульцы (этногр. очеркъ).—30, 31, 32,
33—35, 37, 39. Нѣсколько словъ о матеріалахъ для исторіи Грузіи. Л. Кикіані —
33—35. Послѣдній вали Большой Кабарды. Гр. С...—41. Галлиели, Родоето,
Варна.—40—41. Замѣчанія по улучшенію шелководства въ Закавказьѣ. А. Реб-
ровъ.—43, 45, 46, 47, 49, 52. О Тушипе шпаво-хевсурекомъ округъ. Изъ ст.
кн. Р. Дриштова.—45. Физіопомія и правы. Александрополя.—50. Замѣчаніе
на ст. Берзенова „Чопа“. Кн. Р. Э.—58. Ночи оживленія у мусульманъ. С.
Филоновъ.—59. Солдатскій пѣсни про Чолокское сраженіе. М. Родіоновъ.—
60, 61. Абхазія и абахазцы. С. Пункаřсъ.—65. „Гвтаеба“ (праздникъ ев. Ан-
говія Марткопскаго). Н. Берзеновъ.—65—67. Шамкорская къ 1203 г. (изъ запи-
сокъ ак. Броссе.—66. Мъкетенко Сахчеры. Н. Дункель-Велининъ.—68—71,
91.—Грузинскія и другія падпіси, собравныя Бартоломеемъ съ объясненіями
ак. Броссе.—71, 72. Очерки деревенскихъ правовъ Грузіи. Н. Берзеновъ.—
73. Матеріалы для исторіи Грузіи (изъ записки ак. Броссе. Разореніе Арде-
бія около 1209 г.).—74, 75, 76. О должностахъ въ ныпѣшней перендской
администраціи. Ад. Берже.—77. Кавказскія повзія.—80—90. Армяне въ 1854 г.
Статья Долорье. 81—83, 99. Еще объ Абхазіи.—85. Замѣчаніе г. П. К. па
возраженіе г. Берже на ст.: О должностахъ духовнаго званія въ Перейі.—89.
Библіографія. Біографія ген. Котлиревскаго, у. В. Солюцкія. Т. 1854 г. Я.
Григорьевъ.—91. Дополненіе къ статьѣ г. Дюлорье объ армяпахъ. Ад. Берже.—

*) Редакторъ Е. А. Вердеревскій.

КАВКАВСКАЯ И БИБЛІОГРАФІЯ.

211

94. Матеріалы для исторіі Закавказья. Свѣдѣнія о Фетъ-Али-Ханѣ Кубинскомъ.— 95—100. Шамиль въ Парижѣ и Шамиль поближе. Вердеревскій и Дункель. Веллингъ.—99. Библіографія. Кавказскій календарь на 1855 г.—100. Два дня въ урочищѣ Бѣлый Ключъ.

1855 годъ. 1—4, 7—10. О пародныхъ праздникахъ и праздничныхъ обыкновеніяхъ христіанскаго населенія за Кавказомъ и преимущественно въ Тифлисѣ. Е. Вердеревскій.—2. Грузинскій театръ. И. Евлаховъ.—7. Новый годъ въ Кутаисѣ. К. К. К.—7, 8. Новый годъ въ Ставропольской губъ.—8. Еще о грузинскомъ театрѣ. Кн. Т.—9. Лагиджцы. Сиротовъ.—12. Театральныя и другія замѣтки ставропольскаго старожила. Азъ.—12, 13. Характеристика тушинскаго языка. (Изъ разсужденія ак. Шифнера, дополнені. примѣчаніями мѣстныхъ знатоковъ тушинскаго парѣчія). Б. Прибавленіе къ 12 и 13 номерамъ. Обозрѣніе столѣтняго юбилея Московскаго унвір. Рѣчъ 12 янв. 1855 г. проф. С. Шевырева.—14—16. Очеркъ типлисской флоры. Соч. А. Бекетова.—15. Маслянца въ Кутаисѣ. К. К. К.—16. Поѣздка на Алазань. Дз-скій,—17, 18. Краткій обзоръ мѣстности Тифлиса. А. Бекетова. 18, 19. Хумаринское укрѣпленіе. П. А.—20—22. Нахчеванскія соляныя мѣсторожденія.—21. Погребальные обряды у гурійцевъ. Г. Каландаровъ.—23—8. Древняя Месхія. Д. Вакрадзе.—24. Нѣкоторые исковые обычаи у осетинъ. Н. Дункель-Веллингъ.—26. Джоджооба (праздникъ). Б. (Замѣтки фельетониста). Воспоминанія о чеченской экспедиціи Н. Дьяченко.—29, 30, 43. 47, 60, 61, 63. Отъ Зуралья до Закавказья. Вердеревскій.—29, 30, 31. Три отрывка изъ соч. о ногайцахъ и туркменахъ. А. Н. Архипова.—33. Мысли по поводу древнихъ церквей въ Грузіи; праздникъ храмовый; подвигъ тушинки, пѣсни тушнѣ. О навздинѣ Шете. Кн. Р. Эристовъ.—Религіозная война армянъ съ послѣдователями Зороастра. Соч. Эгише, пер. Иванова.—37. Гулянье въ Ортачалахъ на Вознесенье. К. Дзюбинскій.—38, 41, 58, 62, 65, 71. Письма съ дороги въ Персію. Ад. Берже.—39. Библіографія. „Зурна“. Закавказ. альмахахъ. Изд. Вердеревскаго.—45. Воспоминаніе о грузинской царевнѣ Аннѣ Георгіевнѣ (супруга Фарнаоза Иракліевича). Н. В—гъ.—48. Библіографія. Любовь пастуха въ стихахъ. Нв Кереселидзе.—48, 49. Горисъ-Цихе. Истор. очеркъ. Д. Вакрадзе.—50—2. Плѣнѣ у Шамиля. Извѣстіе о 8-мѣсячномъ пребываніи въ плѣну у Шамиля семействъ ген.-м. кн. Орбеліани и подполковн. кн. Чавчавадзе.—55—7 Воспоминаніе о Гулевичѣ.—61—65, 67—69 Карабагъ, соч. Джемаля Джеванширъ-Карабаги. Пер. А. Берже.—70. О такъ называемыхъ миздежскихъ языкаххъ, низвѣстныхъ лишь изъ Клапротовыхъ сочиненій. И. Бартоломей.—73. Саганлугскій хребетъ. Н Дункель-Веллингъ.—74—7. Путешествіе въ г. Сисъ, бывш. въ средніе вѣка столицей Арменіи.—75. Башкирки у осетинъ. И. Беридзе. 81—89. Религіозныя повѣрья и обряды абхазцевъ.—82. Мозаметскій монастырь и праздникъ. З. Г. 83—5. Взглядъ на судьбу г. Ани. И. Ивановъ. 84. Канлыхъ (кровомощеніе).—89, 90. Царь Абасъ.—94. Бохій Промыселъ. И. К—шевъ.—95, 100. Растительность въ Имеретія.—100. Библіографія. Записки Кавк. от. И. Р. Г. О. Кн. Ш.—Кавказскій календарь на 1856 г. *)

*) Рѣ. Нѣтъ номеровъ 85—7.

14

212

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

1856. (Сь 9 помера за радактора старшій помощникъ Н. Берзеновъ).

1, 2. О древнемъ руслѣ р. Аракса, ак. Бзра.—3, 4, 6, 7. Кавказъ въ
восточномъ вопросѣ. Гр. Солмогубъ.—5. Святки и новый годъ въ Карсѣ.—14.
Шете Гулухандзе (Тушинскій белади) Кн. Р. Эристовъ.—16—7. Бѣглый
взгидъ на исторію Арменіі. С. П—нъ. 18 Два слова объ Имеретін. Имер.
князь. Кофейня. Н. Монаенко.—19, 20. Древняя Колхида. Е. Мелешко.—
21—7, 30—42. Керъ-оглу восточный поэтъ-нафздникъ. Полное собраніе его
сочиненій съ біографіей (съ англійскаго).—29, 30, 31. Библіотека К. Ширма-
заніана.—43. Памяти Кн. Н. Д. Эристова. Кн Т.—44. Письма изъ Грозной.
Л. Эиссерманъ.—47, 53, 60—1. Письма съ дороги въ Персію. Ад. Берже.—
48. Воспоминаніе о Соломонѣ Иванѣ. Додаевъ-Магарскомъ —49. Сазандаръ па
праздникѣ. С. Сл. 50 54, 56—57, 62 и 64. Лазика и борьба за псе персовъ съ
византіями. Д. Бицкадзе.—51. Женщины-богатыри въ Европѣ и Азіи.—54.
Воющіе дервиши.—55. Свадебные обряды арминъ Новобаязетскаго уѣзда.—62.
Матеріалы для исторіи Грузіи. Фирмапъ султана Махмуда Кп Гиви Ампахвири,
Эристовымъ, Абашидзе и др.—67. Маршконскій монастырь. К. Д.—71. Коро-
націи въ древнее время.—74, 76, 85, 97. О конціѣ древнихъ.—75, 78. Ма-
теріалы для исторіи Грузіи. Письмо персідскаго шаха Каримъ-хана къ
Ираклію.—78, 79. Воспоминанія о гребенскихъ казакахъ и кавказской лініи.—
82. Праздникъ въ Михетѣ. С. Мревловъ. 93—6. Восточные адвокаты. Комедія
Ахундова.—96. Эпизодъ изъ жизни черкеса. М. Рыжковъ.—97 101. Нѣчто о
Чечнѣ. (Замѣтки во время плѣна у Чечепцевъ).—98, 99: Малоозвѣстный па-
мятикъ XVII. ст. на груз. изыкѣ ак. Броссе. (Опись приданого царницы Маріамъ).

1857 г. *)2. Библіографія. Кавказскій календарь на 1857 г. — 4. Нѣсколько словъ о грузинской литературѣ. Н. Берзеновъ. (По поводу выхода въ свѣтъ 1-й кн. журнала „Заря“, подъ ред. И. Кереселидзе). — 11. Антикритика (противъ предыдущей слатьи). С. Алексіевъ-Месхіевъ. —14, 15. Грузинская литература. („Заря“ кн. 2-я). Н. Берзеновъ. —17, 19, 21. Объ армяно-грегоріянской церкви въ Россійской имперіи. (Нзъ Ж. М. В. Д.). —22, 24. Болѣзни кавказской природы. П. Югель. —26, 27. О хищническихъ набѣгахъ черкесъ и чеченцевъ въ нашихъ предѣлахъ. —29, 30. Перевѣздъ черезъ Каспійское море. —31. Нѣсколько словъ о ленкоранскихъ минеральныхъ водахъ. Д. Нлинъ. —33. Дашлагаръ. А. С. О. —33. Пара замѣтокъ для нумизмата. Де-с. Тома.—39, 43. Нумизматическіи замѣтки. Ело-же —45. Окаменѣлая чета. (Груз. легенда). Нв. Цесліевъ. —47. Отвѣтъ на отзывъ о груз. грамматикѣ проф. Чубинова въ № 5 „Зари“. —49, 50. Замѣтки о домашнемъ бытѣ Дагестанскихъ горцевъ. Н. Абельдяевъ. —52, 53, 55, 57, 59, 63, 76, 77, 79, 81, 82, 85. Письма изъ Имеретіи. Кн. Р. Эристовъ. 56, 58. Письма изъ Шемахи. Н. Сл. —65. Средства противъ виноградной болѣзни, отъ холеры и пр. —Библіогр. замѣтка. Новыя Военно-Грузпиская дорога („Рус. В., ієль). —69 Нѣчто о трапезовскихъ кревностяхъ. К Макяти. — 70. По поводу писемъ изъ Шемахи. Н. Атабеевъ. —71, 72. Современное состояние Индіи. Ксаеве Раймока. —74, 75. Имамъ Гусейнъ.—84. Нѣсколько словъ о Желѣзнноводскъ.—85. Персія (О причинахъ возмущенія). —86, 87, 88 Груз. Литература. (8 кипжекъ „Зари“).—

*) Редакторъ Ө. Бобылевъ.

КАВКАЗСКАЯ БИБЛІОГРАФІЯ.

213

87. Воспоминанія. (Отрывокъ). А. Зиссерманъ. Н. Берзеневъ.—91, 92. Два истинныхъ происшествія изъ эпохи минувшей войны. К. Маняти.—92. По поводу ст. Н. Берзенова о груз. литературѣ.—Новая армянская газета въ Москвѣ. М. Паткиновъ.—93. Послѣдняи минуты Кн. М. С. Воронцова.—95. Черта дагестанскихъ правовъ. А. Зиссерманъ—96—100. Библиографія. Записки Кавказ. Общ. Сельскаго Хозяйства. Кн. І и Ш. 1857 г.

1858 годъ. 1. Салатавія г. Костемеревскаго.—2. Свапетія и послѣдняія въ ней событія.—4, 5. Темиръ-Ханъ-Шура, ст. Костемеревскаго.—6 Путевыя записки Г. Т—за.—7, 8. Кавказский календарь на 1858.—13, 15. Двѣ переды въ Славянкѣ. Н. Истомина.—21. Еще въ несколько словъ объ Салатавіи.—28—31. О прикаспійскихъ провинціяхъ Персіи. П. Рисса.—28, 55, 56. Очерки деревенскихъ нравовъ Грузіи, Н. Берзеновъ.—30. Любовь Гуда (осет. лес-генда). Н. Дункель-Веллинь.—37, 38. Разказы казака (изъ записокъ про-ѣзжаго).—40. Опыты распространенія грамотности между аварцами. Косте-меревскій.—56. Библиографія о числѣ крѣиостныхъ на Кавказъ.—67. Чума въ Бенгазіи.—65. О Военно-Грузинской дорогѣ.—70, 71. Поездка въ горы. С. Піотровскаго.—79. О мѣстопахожденияхъ камепнаго угли на Кавказъ. А. Ива-нійцкаго.—80. Археологический находка. — Взглядъ на состояніе шедко-водства въ Европѣ.—86. О бытѣ грузинъ стараго временн. Н. Берзеновъ.—93. Бъглый взглядъ на состояніе армянской церкви отъ ея начала до нашихъ временъ Г. Теръ-Грикурова,—96. Матеріалы для изученія Кавказа. Горскіе народы, состоящіе въ вѣдѣніи Черноморской кордонной линіи. Дагестанскія общества. М. 100, 101. Нѣчто о горцахъ, учащихся въ Ставропольской гимназіи Ю. Юхотникова.

1859 г. 2, 3. О женщинѣ вообще и о кавказской въ частности. — 4, 5. Библиографія. Біографія ген.-фельдм. кн. М. С. Воронцова. Сост. М. П. Щер-бининъ. СПб. 1858.—7. О гостепріимствѣ у черкесъ. Л.—9. Путевыя замѣтки (Елизаветью, монстры Чарекъ, сел. Загликъ, одежда женщинъ и др.) Г. Ткачевъ.—12, 13. О вліяніи историческаго развитія государствъ на систему на-роднаго образованія. (Рѣчія попечителя Кавказ. учеб. окр. бар. Николаи).—14—16. Путевыя замѣтки (скала Хыдъръ-Знѣде, Кубанскія арбы, дер. Ута, слѣды горъ Шартъ-гъ и пр.). Н. Истоминъ.—20. Осетинскій легенда о Прометей. Д. Веллинь.—21. Краткій очеркъ Ордубатскаго уѣзда. Ед. Гицельми. 23, 24. О тифлисскихъ минеральныхъ источникахъ, Вл. Желиховскій.—26. О туземвой медицины и врачахъ-туземцахъ въ Закавказѣ. Скоровъ.—28. Библиографія. Кое что—о пространствѣ Россіи. Д.—Веллинь.—29 Нумизматическій находка. 34, 36, 38. О гунахъ Дагестана. Ятубъ-бекъ-Лазаретъ. 39. Еще объ образованіи Кав-казскихъ горцевъ. Ян. Невпробъ.—42, 43, 49, 50. Грузинская литература („Зара“ за 1858 г.). 51. О нѣкоторыхъ событияхъ въ Грузіи и Армейі, предшествовав-щихъ заложенію Тифлиса и о построенной въ немъ первой хрестіанской церкви. В. Мызниковъ.—56. Чарахъ и Паху (горская легенда). Ал. К.—67—8. Морская торговля въ Прикаспійскомъ краѣ.—69. Укрѣшенія Шатоевскія и Европимовскія.—71. Письмо въ С.-Петербургъ. 82—4. Отчетъ начальника Херсонской экспе-дціи. Н. Ханыковъ и Е. Ленинъ.—85. Замѣтки на ст. о гунахъ Дагестана. П. Бахтамовъ.—86, 87, 90, 91. Татарское пленя на Кавказъ. М.—87. Шамиль въ Россіи. В. П—скій (Рус. Иван) .83. Шамиль въ Калугѣ (Калуж. Г. В.

14

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

авторъ говорить, что на Шамиля введено не мало поглеповъ; онъ являетс
совершенно другою личностью).—92. Встрѣча съ тигромъ. Д. П. 94. Шамиль
гражданскій и военный правитель. Т. Макаровъ.—101. Библиографія. Lettres
sur le Caucase et la Crimée, ouvrage enrichi de trente vignetts, etc. Paris 1859.

1860. 1, 2. Библиографія: 60 лѣтъ Кавказ, войны. Р. Өадеева. Тифлисъ.
1860 г.—5. Библиографія: Кавказскій календарь. 1860 г. Астрономическая
замѣтка.—6, 7. Послѣдній походъ кн. М. З. Аргутинскаго-Долгорукова. 1853 г.
А. Смосаренко.—14. Библ. Радуга (журналъ армян.) № 1.—14, 15. Статисти-
ческія этнографическія свѣдѣнія объ армянахъ въ Турціи и Россіи. Гр. Κ.—
17. Библ. Lettres numismatiques, rélatives à Transcaucasia par J. Bartholomei.
St.-Petarsb. 1859.—20. Морской каналъ между Чернымъ и Каспійскимъ морями.
(Изъ Iwgn. des Econ.)—21, 26. Шамиль въ Калугѣ. А. Руновскій.—23. Нѣсколько
свѣдѣній о релігіоз. обычаяхъ мусульманъ-шінітовъ. М. Мансуровъ.—29. Шу-
тевыя замѣтки по Дагестану. К. Гилевъ.—34. Воронья башня. Н. Дункель-
Веллинъ — 35, 36. Рамазакъ, Лейленъ, Кадръ, Имамъ-али.—37. Искатель
невозможнаго (изъ груз. книги „Свѣздпе-Снируе“)—38, 39, 42, 47. 70, 71. Пер-
сія.—40. Изъ воспоминаній объ Алачумъ. К. Л.—44—5. Поправка грузин-
лѣтописи по нумизмат. даннымъ ген. Бартоломея.—48, 49. Очеркъ Самурза-
кани, Мингреліи и Абхазіи—54, 55. Кутапсъ въ настоящее время.—59. Дви-
женіе чеченскаго отряда на гору Даргинъ-Дукъ, 28 февр. 1858 г.—50. Отступ-
леніе изъ Дила Н. Волконскій.—65, 66. Черноморская легенда.—68. О куна-
чествѣ ротъ въ кавказ. арміи. Н. Волконскій.—69. Характеристика племень,
обITAюШШХ въ Эрвванской губ. М. Мансуровъ —72. Е. П. Фадъева (биографія).—
73.О природѣ и хозяйствѣ Кабарды.—77,78,79. Кумыкскій округъ. Т. Макаровъ.—
81, 82. Разъясненіе недоразумѣній по поводу статьи. „Поправка груз. лѣтописи“
Письма Вроссе и Бартоломея. — 84 — 5 Очерка дагестанскихъ правовъ.—
97. Экономическая замѣтка (Вардиче). Θ. Βούλευς.

1861. 1, 2, 4. Сванетія. Дм. Бакрадзе.—6. Кутансъ (806—1860 г.)—8. Объ
отношеніяхъ Давіель-бека къ Шамилю.—11, 12. Библ. Кавказскій календарь
1861 г.—13. Объ Алагпро-Дигорской дорогѣ.—16, 17, 19, 20. Имамъ Хасанъ
и Хусейнъ, свиновья Али. В. Севроліянг.—22, 23. О происхожденіи слова
„Кавказ“.—26. Свѣдѣній о шелководствѣ въ Нухинскомъ уѣздѣ и Джаробело-
канскомъ округѣ.—28—30. Путевыя записки (проѣздъ персид. посланника
Мирзы-Гафиръ-Хана отъ Джульфы до С.-Петербурга.—37, 38. Оть Тифлиса до
Сухума.—39, 41, 42. Путевыя замѣтки (Разказы шулларца о бывшемъ гор.
Шааргеръ-Афлатукъ; древніе яматинки и севѣрія шулларцевъ). Н. Нето-
минъ.—78. Семеро святыхъ (кабардинскага легенда).—55. Вопросъ о происхож-
деніи Митридата В. Кн. Баратовъ.—56, 57. Пъчто о деревняхъ и о сектѣ
Баби. Н. Орановичъ.—61, 62. Озеро Гокча. Н. Б.—63, 69, 71, 72, 74, 76, 77. Съ
дороги (Мцхетъ, Гори и др.).—82. Вѣглне очерки Кабарды. Н. Степановъ.—
83, 84, 85. Три дня въ горахъ Калалальскаго общества.—86. Поѣздка въ
Гунибскій округъ. Н. Костемеревскій.—87. Свиданіе ген. Клюпи-фонъ-Клугенау
съ Шамилемъ въ 1837 г. А. Гиссерманъ.—88. О главныхъ причинахъ истре-
бленія лѣсовъ за Кавказомъ. Дѣсничій Шуковскій.—90. Собраніе Кавказ. отд.
Рус. Геогр. общества. А. В.—89, 100. Недѣла въ Баку. И Евлаховъ.

Извѣстія и Замѣтки.

Въ прошломъ февраль мѣсяцъ Этнографическій Отдѣлъ отпразд-
новалъ торжественнымъ засѣданіемъ первое 25-лѣтіе своего существо
ванія. Въ слѣдующей кн. „Этногр. Обозр " будетъ напечатанъ (въ извлече-
ніи) отчетъ о 25-лѣтней дѣятельности Отдѣла, читавный въ этомъ засѣданіп

11 марта 1893 года состоялся въ Москвѣ „Первый Этнографиче-
скій концертъ“, устроенный Этнографическимъ Отдѣломъ Император-
скаго Общества Любит. Естест., Антроп. и Этнографіи, подъ управленіемъ
Н. С. Кленовскаго. Программа этого концерта состояла изъ 2-хъ отдѣленій:
первое было посвящено пѣснямъ славянскихъ народностей, второе—пѣснямъ
инородцевъ. Тексты народныхъ пѣсень (съ переводомъ), исполненныхъ въ
концертѣ, изданы отдѣльной брошюрой и поступили въ продажу. (См. Объ-
явленія).

Въ Этнографическій Отдѣлъ Императ. Общ. Люб. Естест. Антроп.
и Этнографіи поступило предложеніе отъ В. Й. Племянниковъ съ пожертво-
ваніемъ спеціальной суммы па составленіе и изданіе практическаго руко-
водства (учебника) по обычному праву. Отдѣлъ образуетъ изъ
своихъ членовъ юристовъ комиссію для разработки плана этого предпріятія.

Работы по устройству археологическаго съѣзда и выставки
въ Вильнѣ (1-8 авг. с. г.) постепенно подвигаются впередъ. Изъ Сѣверо-
западнаго края въ составъ подготовительнаго комитета вошли: предсѣдатель
виленской комиссіи для разбора и изданія древнихъ актовъ, Ю. Θ. Крачков-
скій, инспекторъ народныхъ училищъ Витебской губерніи Е. Р. Романовъ и
многіе другіе извѣстные археологи. Каждый въ своемъ районы приводить въ
извѣстность курганы, могильники, городища, старинныя церкви и проч. и на-
носить ихъ на карту. По этимъ картамъ будетъ составлено нѣсколько свод-
ныхъ археологическихъ картъ по губерніямъ. Въ пѣкоторыхъ мѣстахъ
произведены уже раскопки. Отъ многихъ лицъ получѣд рядъ археологиче-
скихъ вопросовъ, запросовъ и предложеній отъ своего имени или же ота
имени различныхъ учреждений. Программа съѣзда была заблаговременно ра-
зослана во всѣ статистические комитеты Сѣверо-западнаго края, народнымъ
учи телямъ и землевладѣльцамъ, занимающимся научными изследованіями,
ученымъ обществамъ, упиверситетамъ, музеямъ и т. д. Нѣкоторые губерна-
торы и предводители дворянства: виленскій графъ А. С. Плятеръ, ковенскій
Н. Н. Зубовъ и гродненскій И. Θ. Нѣмцевичъ обладаютъ богатыми археоло-
гическими коллекціями. Комитетъ постановилъ просить ихъ, а также и дру-
гихъ извѣстныхъ въ краѣ лицъ, прислать свои коллекціи на время съѣзда.
Въ настоящее время въ комитетъ поступаютъ со всѣхъ сторонъ старинныя
вещи, сочиненія по археологіи, фотографические альбомы съ видами древ-
нихъ храмовъ, старинныя гравюры и проч.

Членами съѣзда могутъ быть всѣ лица, ученыя учрежденія и общества,

216

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

изъявившія желаніе принять участіе въ его запятіяхъ. Членскій билетъ стоитъ четыре рубля и даетъ право посъщать засѣданія и выставку. Комитетъ образованся въ управленія желѣзныхъ дорогъ съ ходатайствомъ объ облегченіи проѣзда лицамъ, которыя предъявлять членскіе билеты. Во время съѣзда, если позволятъ средства, будутъ издаваться отдѣльными выпусками отчеты о засѣданіяхъ. Отчеты эти члены получатъ bezплатно. („Новості“, № 30).

Въ послѣднее время Императорскій Историческій музей въ Москвѣ пріобрѣтена отъ частнаго лица коллекція древностей, вырытая, по словамъ продавца, ерстьянами въ куѣланѣ села Емчехи, въ 2-хъ верстахъ отъ мѣстечка Козпна. Кавневскаго уѣзда, Кіевской губерніи. Коллекція состоитъ изъ пары круглыхъ выпулыхъ пряжекъ изъ бѣднаго золота, украшенныхъ въ серединѣ львиныхъ головками, окружеными орнаментомъ въ формѣ треугольника изъ мелкой зерни; затѣмъ — пары дутыхъ браслетовъ съ золотыми львиными головками на концахъ, бронзоваго гладкаго зеркала, большой остродонной амфоры съ думя ручками изъ желтой глины и черенковъ отъ большой амфоры черной глины, и куски оранжевой краски. Львины головки браслетовъ отличаются тонкостью работы хорошаго стиля, позволяющего отнести ихъ къ III-му или II-му въ ку по Р. Х. Работа пряжекъ уступаетъ браслетамъ и поспѣтъ варварскій характеръ, присущій многимъ предметамъ, которые изготовлялись греческими золотыхъ дѣлъ мастерами для древнихъ олтателей наішего юга. Кромѣ этой коллекціи, Историческій музей пріобрѣлъ пѣбольшое любо, найбіленное близъ села Кайгородскаго, Слободскаго уѣзда, Витской губерніи. (Московск. Газета, № 40).

Недавно поступила въ тотъ-же музей абиссинская коллекція, собранная экспедиціей В. Мошкова. Коллекція пожертвована музею Его И. В. Государемъ Наслѣдникомъ Цесаревичемъ.

Въ Архангельскъ основывается Обществолюбителей старины, взадашееся цѣлью изълѣдованія памятниковъ древности въ Архангельской губерніи. (Новое Время, № 6118).

Въ память умершаго любителя-пумизмата П. Соболевскаго учреждастся особый фондъ для выдачи пособій за археологическія и нумизматическія нысканія. Сумма па учреждѣніе этого фонда, согласно завѣщанію покойнаго, образуетесь отъ распродажи оставшейся послѣ его смерти коллекціи древнихъ монетъ и медалей, которыя передвно и распроданы. (Новости, № 44).

Редакціей „Этногр. Оборъніи“ получено слѣдующее краткое извѣщеніе. „По многимъ причинамъ, отъ редакціи не зависящимъ, изданіе журнала „Библиографическія Заппски“ па 1893 годъ временно пріостанавливается“. Было бы весьма прискорбно, если бы это полезное изданіе, заявившее себя серьезнымъ органомъ русской библиографіи, не пашло средствъ къ устраненію этихъ пезависящихъ причинъ.

ОТКРЫТА ПОДПИСКА НА

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ
ОБОЗРѣНІЕ,

издаваемое Этнографическим Отдѣлом Императорскаго Обще-
ства Любителей Естествознанія, Антропологіи и Этнографіи, со-
стоящаго при Императорском Московском Университетѣ,

при участіі гг. членовъ Общества и другихъ русскихъ и загра-
ничныхъ ученыхъ.

Изданіе посвящено всестороннему изученію быта всѣхъ на-
родностей Россіи, причемъ ближайшими предметами статей и изслѣ-
дованій будутъ служить слѣдующіе вопросы:

1. Вѣрованія, обычаи, обряды.

2. Народная словесность, языкъ.

3. Народная музыка, живопись и другія искусства.

4. Народная медицина.

5. Юридическій бытъ: родовое и сословное устройство, семья, община и т. д.

6. Матеріальный бытъ, преимущественно въ связи съ бытомъ духовнымъ.

7. Историческая и доисторическая этнографія.

8. Обзоръ жизни и трудовъ русскихъ этнографовъ.

Кромѣ изслѣдованій по частнымъ вопросамъ, помѣщаются также статьи общаго методологическаго характера, имѣющія руководящее значеніе.

Въ отдѣлѣ „Смѣси“ сообщаются мелкіе, случайные матеріалы и наблюденія.

Обширный БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ ОТДѣЛъ изданія заключаетъ въ себѣ:

1) Отзывы о новыхъ кнгахъ, объ изданіяхъ ученыхъ обществъ, земствъ и статистическихъ комитетовъ, поскольку таковыя касаются вопросовъ этнографіи.

2) Подробный обзоръ по возможности всѣхъ столичныхъ и провинціальныхъ журналовъ и газетъ съ указаніемъ находящагося въ нихъ этнографическаго матеріала.

3) Обзоръ и указатель иностранныхъ книгъ и изданій, въ особенности касающихся этнографіи Россіи и смежныхъ народностей.

Наконецъ, въ „Извѣстіяхъ и Замѣткахъ“ помѣщаются обзоры дѣятель-
ности ученыхъ обществъ и др. учрежденій, свѣдѣнія о музеяхъ, выставкахъ,
създахъ, экспедиціяхъ и т. п.

По мѣрѣ возможности будутъ даваться также приложения: портреты этно-
графовъ, образцы народной музыки, узоровъ, типы народностей и т. п.

Условія подписки см. на обложкѣ.

Опредѣлениемъ Ученаго Комитета Министерства Народ.
Просвѣщенія „Этнографическое Обозрѣніе“ рекомендо-
вано для пріобрѣтенія въ фундаментальныя библіотеки всѣхъ
средн. учебн. заведеній (См. Журн. Мин. Н. Пр. 1892, іюнь).

СОДЕРЖАНИЕ ВЫПЕШЕНИХЪ КНИГБ *).

1889 г.

Кн. І.—Отъ редакціі.—О задачахъ русской этнографіі, проф. Д. Н. Анчупина.—О нойдахъ (шаманахъ-колдунахъ) у древн. и современ. лопарей, Н. Н. Харузина.—Свадебные обычая Ахалцихских арманъ, В. Н. Акиноева.—О черничкахъ, В. Н. Сеньъ.—Замѣтка о народной медициѣ, П. М. Болашевское.— Бесѣдныя складчины и ссылчины Обонежья, Г. И. Кумликовское.— Положеніе неспособных къ труду стариковъ въ первобытномъ обществѣ (гл. 1), В. В. Калаша.—Вібліографія: учёныя и справочные изданія (15 книгъ), обзоръ журналовъ и газетъ.—Извѣстія и замѣтки.

Кн. II.—Отголоски пранских сказаній на Кавказъ, проф. В. Θ. Миллера.—Добавленіе о грузинскихъ переводахъ пранскихъ энциклmekъ произведёній, А. С. Хаханова.—Очеркъ вѣрованій крестиянъ Елатомск. у, Тамб. г., А. П. Звонкова.—Палій и Мазепа въ народной поэзіи, В. В. Калаша.— Оскаръ Кольбергъ, по поводу его 50-дѣтъ. юбилея (съ портретомъ), Н. А. Янчука.—Положеніе неспособныхъ къ труду стариковъ въ первобытномъ обществѣ (Гл. II), В. В. Калаша.—Тумпы, А. С. Хаханова.—Вібліографія: обзоръ новыхъ книгъ (7 кн.), учёныхъ изданій, журналовъ и газетъ.—Извѣстія и замѣтки.

Кн. III.—Частныя и общественные гульбіща на Дону. А. А. Казмина.— Семейная община у грузинъ, Н. Л. Абазадзе.—Празднованіе Новаго года у грузинъ, А. С. Хаханова.—Сила родительскаго проклятія по народнымъ разсказамъ, П. В. Иванова, съ замѣткою Н. А. Якуша.—Опытъ обѣлорусскаго народнаго снотолкователя, Е. Р. Романова.—Двѣ статьи о киргизскихъ пѣсняхъ (съ прилож. нотъ): ст. І, М. В. Готовичкаго; ст. ІІ, Р. А. Пфенкна—Киргизскій народный поэтъ-пѣвецъ Ногойбай, А. А. Иванковское.— Изъ материаловъ по этнографіі сысольскихъ и выperiodическихъ зырянъ: наіювальныя божества, В. В. Калдинское.—Этнографіческій замѣтки (сонъ-трава, розмай-зилье, жемчужная трава, васильки, обжинки, Спасова борода, символика краснаго цвѣта, татурированіе у католиковъ Босніи и Герцоговины), Н. Θ. Сумицова.— Положеніе неспособныхъ къ труду стариковъ въ первобытномъ обществѣ (гл. ІІІ), В. В. Калаша.—Вібліографія: книги и учёныя изданія (отчеты о 14 книгахъ); обзоръ журналовъ и газетъ. Смѣсь: Къ вопросу о народной медициѣ, Н. Я. Мелкія этнологическій замѣтки (6 замѣткъ о бывшихъ; зам. къ бѣлорус. снотолкователю; о превращеніи въ растеніи и деревья; журъ; сонъ. трава), В. В. Калаша.—Извѣстія пѣзьмъ.—Приложение: 1) киргизскія пѣзьми, въ рус. переводѣ, 2) нацѣвы ихъ.

1890 г.

Кн. IV.—Отъ редакціі.—Дагестанская народная правда, М. М. Ковалевское.—Кавказскія сказанія о циклонахъ, В. Θ. Миллера.—Похоронные обряды Обонежского края, Г. И. Кумликовское.—Воронъ въ народной словестности, Н. Θ. Сумицова.—Антропоморфическія представленія въ вѣрованіяхъ украш. народа. М. К. Васильева.—О культѣ медвѣди, приспособленно у сѣверныхъ инородцевъ, Н. М. Юринцева.—Очеркъ религіозныхъ представленій вотковъ, гл. І—ІІІ, П. М. Болашевское.— Къ этнографіи Башкиръ, Н. С. Назарова — Некрологи: Г. І. Минейка, Н. Г. Первухина, Д. З. Вакрадзе.—Вібліографія: отчеты о 17 книгахъ и учёныхъ изданіяхъ; обзоръ журналовъ и газетъ.— Смѣсь: Девы и Каджи, А. Грена. Мелкія этнологическія замѣтки (полюзы; укрощеніе змѣй; соцъ-трава), В. В. Калаша.—Извѣстія пѣзьмъ.

Кн. V.—О методѣ изслѣдованія развитій учрежденій, Эд. Тайлора.— Къ вопросу о дуалистическихъ господоніяхъ, Александра Веселовское.—Чародѣйство въ сѣверо-западномъ краѣ въ XVII — XVIII вв., М. В. Запольскою.—

*) Первые три книги выпили въ 1889 г. безъ предварительной подписки. Счетъ книгъ ведется отъ начала издания. Книга І вся распродана; желаяющіе: получить ее вторымъ изданіемъ, благоволятъ заявить объ этомъ заранѣе.

Заклинанія противъ чаръ, В. Б. Антоновича. — Очерки религіозныхъ пред-
ставленій вотяковъ, гл. IV—V, П. М. Богаевскаго. — Матеріалы для исторіи
былинныхъ сюжетовъ, В. Θ. Милтера. — Къ исторіи сказаній объ искусномъ
стрѣлкѣ, Н. Θ. Сумцова. — Изъ области малорусскихъ народныхъ легендъ,
П. И.—Чувацская свадьба, В. И. Ашмарина и Е. С. Шкапскаго. — Некро-
логи: Н. П. Барсова, М. П. Веске и О. Кольберга. — Библіографія: от-
четы о 13 книгахъ; обзоръ журналовъ и газетъ. — Прибавленіе къ библиографі-
іи: Указатель этнографическихъ статей и замѣтокъ, помѣщенныхъ въ сибир-
скихъ газетахъ отъ начала ихъ изданія, А. А. Ивановскаго. — Смѣсь: Pro
domo sua (по поводу замѣтокъ о рус. былинахъ), Владимир. Каллаша. Мелкія
этнологическая замѣтки (о былинахъ, о татуированіи и окрашиваніи труповъ;
Комемяка—Янъ Умłoшвецъ; Чоботько), Жю-же. — Къ вопросу объ укрощеніи
змѣй, Н. М. Сумцова. — Извѣстія и замѣтки.

Кн. VI.—Отголоски христіанскихъ преданій въ монгольскихъ сказкахъ,
проф. Н. Θ. Сумцова. — О свадебныхъ платежахъ и о приданомъ у кавказ-
скихъ горцевъ, Л. В. Малинича. — Очерки Кирсановскаго уѣз., Тамбов. губ.,
В. Н. Бондаренко. — Рожденіе и воспитаніе дѣтей въ Пошехонскомъ уѣздѣ,
Ярослав. губ., А. Балова. — Къ вопросу о русской народной музыкѣ, Ю. Н.
Мелтунова. — Литовскія легенды, Э. Волтера. — Очеркъ жизни и трудовъ М.
П. Веске, проф. И. Н. Смирнова. — Библиографія: отчеты о 19 книгахъ;
обзоръ журналовъ и газетъ. Прибавленіе къ библиограф.: Указатель этнографи-
ческихъ статей и замѣтокъ, помѣщенныхъ въ сибирскихъ газетахъ отъ на-
чала ихъ изданія. А. А. Ивановскаго. — Смѣсь: Къ вопросу о прозвищѣ бы-
линнаго Ильи, проф. А. Соболевскаго. Вѣра въ метаморфозъ и ея значеніе,
проф. И. Н. Смирнова. — Пѣсенные мотивы о превращеніяхъ, М. К. Василь-
ева. Киркъ и Улита, Г. Р. Шидловскаго и Хаханова. Одноглазый людойдъ
(вотяник. легенда). — Извѣстія и замѣтки.

Кн. VII.—Очерки Кирсановскаго у., Тамб. губ. (оконч.), В. Н. Бондаренко. — Представленія бѣлорусса о нечистой силѣ, Е. А. Ляцика. — Очерки религіозныхъ представленій вотяковъ (оконч.), П. М. Богаевскаго. — Изъ области малорусскихъ народныхъ легендъ, Н. И. — Цыгане старой Малороссіи, М. М. Плохинскаго. — Очеркъ быта нищихъ Могилевской губ. и ихъ условный языкъ, Е. Р. Романова. — Русская дѣвица Дарнта въ киргизской сказкѣ, Г. Н. Потанина. — Вильг. Мангардтъ, П. В. Шейна. — Негрологи: Феликъс Либрехтъ, Н. Θ. Сумцова, С. П. Микуцкій, Я. Янчука. — Библиографія: отчеты о книгахъ (болѣе 35); обзоръ журналовъ и газетъ; указатель этногр. статей въ сибирскихъ изданіяхъ отъ начала ихъ существованія. — Смѣсь: Вѣра въ метаморфозъ и ея значеніе, И. Смирнова. Превращеніе женщины въ дерево (пѣсенный мотивъ), сообщила В. Х. Дьяволь—творецъ солнца, А. Ивановскаго. Легенды о колосѣ и маннѣ небесной, А. Ивановскаго и В. Каллаша. Происхожденіе огня (киргиз. преданіе), А. Ивановскаго. Дикіе люди, М. К. Васильева. — Извѣстія и замѣтки. — Приложенія: Вотякіе типы и виды (фототип.).

1891 г.

Кн. VIII.—Пять былинъ по рукописямъ XVIII в., Н. С. Тихонравова. — Мышь въ народной словесности, Н. Θ. Сумцова. — О семейныхъ дѣлежахъ по обычному праву бѣлоруссовъ, Н. В. Тесленка. —Станица Червленая, Кизляр. отд. Терской обл., гл. І, Г. Малъвкина. —Восточныя параллели къ вѣкомоторымъ русскимъ сказкамъ, Г. Н. Потанина. — Изъ области суевѣрій малоруссовъ Черниговской губ., Е. О. Шарко. Алтайскій миссіонеръ, протоіерей В. И. Вербицкій, А. А. Ивановскаго. Библиографія: отчеты о 22 книгахъ; обзоръ журналовъ и газетъ; латышская библиографія, доставл. Э. А. Волтеромъ; указатель этногр. статей въ сибирскихъ изданіяхъ за время ихъ существованія, сост. А. А. Ивановскимъ. — Смѣсь: Къ вопросу о дуалистическихъ повѣрьяхъ о мірозданіи, А. Ивановскаго. Мелкія замѣтки къ исторіи народныхъ вѣрованій, Ю. Полыки. Камень-латырь, А. Соболевскаго. Легенды о Куделаръ въ Саратовской губ., А. Минха. Персидскій вариантъ сказанія о Мидасъ, Н. И. Артемьева. —Извѣстія и замѣтки. — Добавленія и поправки къ кн. VI, VII и VIII.

Кн. IX. — Замѣтки о віляніі религіозныхъ вѣрованій и предразсудковъ

па народные юридические обычаи и понятія, Е. П. Якушкина.—Ніськолько но-
ныхъ данныхъ къ народнымъ представленіямъ о Доль, Александра Веселов-
скаго.—Станица Червлиная, Кизлирскаго отдѣла Терской обл. Гл. П, Г. Ма-
лякина. — Якеская доля въ пѣсняхъ пинчуковъ, М. Довнара-Запольскаго.—
Наброски изъ неторіі фінской культуры, И. Н. Смирнова. — Пилигимъ въ
былинахъ и сказкахъ, Г. Н. Потанина.—Изъ области малорусскихъ народ-
ныхъ легендъ. Ш, И. — Дѣтскія игры бѣлорусскихъ евреевъ, Е. Романо-
ва.—О народной медицине въ Переславскомъ уѣз., Полтавской губ., Г. Ко-
шленки.—Некрологи: Л. П. Загурскій, М. Тк-ва. Францъ Миклошичъ, Ром.
Брандта. И. Я. Порфирьевъ, Я.— Библіографія: отчеты о 17 книгахъ;
текущій обзоръ журналовъ и газетъ; указатель этногр. статей въ сибирскихъ
изданіяхъ отъ начала ихъ существованія, сост. А. Ивановскимъ. — Смѣсь:
Отголоски Рустеміады у курдовъ, В. М. Новые варіанты сюжета о Полюемъ,
сообщ. Н. Остроумовымъ, М. и А. Греномъ. Монгольское сказаніе о хутула-
хапѣ, Г. Потанина. Буддійская параллель къ Ростовской легендъ объ ордын-
скомъ царевичѣ Петрѣ, М. Соколова. Изъ южно-русскихъ легендъ, Т. Г. Верх-
бицкаго.—Извѣстіи и замѣтки.—Прибавленіе: Библіографіческій указа-
тель книгъ и статей, касающихся этнографіі киргизовъ и каракиргизовъ, съ
1734 по 1891 г., сост. А. Н. Харушинымъ.

Кн. Х — Месхи (этнографіческій очеркъ). А. Халанова. — Ставръ Годи-
повічъ и Гэсэрѣ, Г. Потанина. — Станица Червленая. Гл. III. (Окончаніе),
Г. Маллякина. — Заяцъ въ народной словесности, Н. О. Сумцова. — Очеркъ
кустарной промышленности въ Тобольской губ. Гл. І и П. Н. Діаманди. —
Обычные суды въ хуторахъ Донской области. А. Казмина. — Ніськолько дан-
ныхъ для характерстіки быта съверпныхъ бурятъ. М. Ханилова. — Кавказ-
ско-русскія параллели. Гл. І и П, Вс Миллера. — Критика и библіогра-
фія: отчетъ о 12 новыхъ книгахъ и изданіяхъ; обзоръ журналовъ и газетъ.
Указатель этнографическихъ статей и замѣтокъ въ сибирскихъ изданіяхъ отъ
начала ихъ существованія (прод.). А. Ивановскаго. — Смѣсь: Замѣтки о на-
родныхъ вѣрованіяхъ въ Вологодской губ., Н. Ивановичкаго. — Посидѣлки (въ
Тульск. и Веневск. уѣзд.), Д. Н. Успенскаго. — Литовскій легенді. Мец. До
бойны — Сильвестровича и М. Борейши. — Споръ о пѣсѣ и сказкѣ, сообщ. Н.
С. Тихонравовъ. — „Адскал газета“, сообщ. П. А. Шилковъ. — Двоевѣрческій
образъ. С. П. Буренипъ. — Изъ недавнаго прошлаго (по поводу одной
картины), сообщ. Т. Г. Верхбицкій. — Къ дуалистическимъ сказаніямъ, сообщ.
А. Ивановскій и Е. Ляцкій. Къ статьѣ г. Потанина: „Восточныя параллели
къ рус. сказкамъ“, сообщ. М. К. Васильевъ. — Къ малорус. легендамъ объ
Иль' Муромцѣ, В. В. Калмаша. — Извѣстія и замѣтки. Приложеніе: Библіо-
графіческій указатель книгъ и статей о чучахъ, сост. А. А. Ивановскій.

Кн. ХІ. — Кавказско-русскія параллели. ШШ. Вс. Миллера. — Изъ области киргизскихъ вѣрованій, Θ. Порхова. — Зиаченіе малорусскихъ свабедныхъ обрядовъ и пѣсенъ въ исторіи эволюціі семьи. І Матріархать, В. Охрымо-вича. — Богдо-Гэсэръ и славянская повѣсть о Вавилонскомъ царствѣ, Г. Нотанина. — Очеркъ кустарной промышленности въ Тобольской губ. ШШ. (Оконч.). Н. Д-ди. — Изъ этнографическихъ наблюденийъ въ Рѣчницкомъ уѣз. Минской губ. (Съ рисунками). А. Е. Грузинекаю. — Изъ быта срочныхъ арестантовъ, П. А. Шилкова. — Къ народной медицины малоруссовъ, Г. Коваленка и П. Манжуры. Смѣсь: Праздникъ Благовѣщенія въ Саранск. у. Пензенск. губ., свящ. Н. Н. Н-лоова. — Иванъ Купала въ с. Углахъ, Суцк у. Минск. г., П. Бываловекича — Обычан грузинскихъ крестьянъ при паханіи, А. Халанова. — Изъ олонецкихъ легендъ, Г. Н. Куликовскаю и В. Х-ой. — Къ вопросу о вліяніи вѣрованій на юридические обычаи, М. К. Васильева и В. Маничицкаго. — Некрологи: Незд. Конерпіцкій, Л. А. Потебні, К. Леоптьевъ, А. Гатцукъ, І. Наумовичъ, М. О. Кояловичъ. Критика и библіографія: отзывы о 22 новыхъ книгахъ и брошюрахъ; обзоръ журналовъ и газетъ. Указатель этногр. статей въ сибирскихъ изданіяхъ отъ начала ихъ существованія, А. Ивановскаго. Къ малорусской библіографіі, Н. Манжуры. Указатель этнографіч. литературы о морѣвѣ, Н. Смирнові. Дополненіе къ указателю литературы о киргизахъ, Н. Н. Веселовскаго. Новости иностранной этнографіч. литературы. Извѣстія и замѣтки. Приложенія: рисунки изъ бѣлорусской жизни.

1892 г.

Кн. ХІІ.—Памяти Н. А. Попова, В. Θ. Миллера. — Нѣсколько словъ о русской Лапландіи, А. Ященка.—Дочь мори въ степномъ эпосъ, Г. Потани-ни.—Очерки Витебской Бѣлоруссіи. 1. Старцы, Н. Я. Никифоровскію.—Пѣсни о гостѣ Терентіи и родственныя имъ сказки, Н. Θ. Сумцова.—Матеріалы для исторіи бывших сюжетовъ, IV.—У. Вс. Миллера.—Народныя колыбельныя пѣсни, І, А. Ветухова. — Свадебные обычанъ эстовъ Ристисскаго прихода, К. Тизика.—Прокопъ Чубъ (переходный типъ кобзаря), А. Н. Малинки.— Некрологъ: † А. А. Потебня, Н. Сумцова.—Смѣсь: Къ народной медициņ Вологодской губ. Н. А. Ивановича, и Якутской обл. М. Овчинникова.—Ак-тынъ Золотое слово (восточн. сказка), М. Соколова. — Тунгусская легенда о дѣвицѣ унесенной луною, запис. К. Логновскімъ, Г. Потанина. Повѣрья о кобыльей головѣ, М. К. Васильева. Куринный богъ, Ею-же.— Къ вопросу о положеніи неспособныхъ къ труду стариковъ въ первобытномъ обществѣ, Ею-же.— Къ легендамъ о жождениі Христа и апостоловъ по землѣ, В. Х.— Къ вопросу о полозахъ, М. К. Васильева.— Къ вопросу о вліяніі вѣрованій на юридические обычаи, В. Х.—Къ легендамъ о василькахъ, П. И.— Къ вопросу объ Ильѣ Муроццѣ. Граф. П. С. Уваровой.— Библиографія: отчеты о книгахъ и изданияхъ (18); обзоръ текущихъ журналовъ и газетъ; указатель этнографич. литературы по сибирскимъ изданиямъ (прод.), А. Ивановскаго. — Латынская библиографія, Э. А. Волтера.—Новости иностранной этнографіч. литературы, В. Сторожеска.— Извѣстія и замѣтки. Чешская этнографіч. вы- ставка въ Прагѣ 1894 г., Любора Нидерле. — Объ изданияхъ, предшерштныхъ Этногр. Отдѣломъ. Приложенія: 1) Портреты Н. А. Попова и А. А. По- тебни. 2) Ноты къ бѣлор. и малор. пѣснямъ.

Кн. ХІІІ—ХІV. *) Марья Лебедь Бѣлая въ бывинахъ и сказкахъ, Г. Потанина. — Болѣзнь и смерть по представлѣніямъ бѣлоруссовъ, Е. Ляцикаю. — Очеркъ народной поэзіи у чувашк, Н. Ашимарина.—Извъ области малорусскихъ народныхъ легендъ. IV. П. И.—Похоронныя причитанія, Д. И. Успенскаго — Матеріалы для исторіи бывшихъ сюжетовъ, VI.—IX. Вс. Миллера. — Народныя колыбельныя пѣсни, ІІ—ІІІ, А. Ветухова. — Былины о Добрыхъ и Ма- ринѣ и родственныя имъ сказки о женѣ-волшебницѣ, Н. Θ. Сумцова.—Очерки Витебской Бѣлоруссіи. 2. Дударъ и Музыка. Н. Я. Никифоровскаго. — Артели Обонѣва. Г. И. Кульковскаго. — Къ вопросу о религіозныхъ воззрѣніяхъ крестьянъ Калужской губ., Н. Х.—Къ этнографіяи башкиръ. Батырь-тарелъ Му- хамедова Юлуева.—Къ исторіи народныхъ костюмовъ (курпі, кулявне, мазуры). С. Гавловскаго, Р. Гедыха и А. Усакевича.—Смѣсь: Гадатели и чародѣи по гру- зинскимъ законамъ. А. Хаханова. — Помочи у крестьянъ Томской губ. и у мордвы, Н. Пузырева и Н. Н. Н—лова.—Нѣсколько данныхъ по народному ка- лендарю и о свадебныхъ обычаяхъ крестьянъ Саратовской губ. П. М. Сухова. — Аждаха-змѣй въ разсказахъ башкиръ, Б. М. Юлуева. — Урожай и холера, А. Е. Грузинскаго — Къ космогоническимъ легендамъ дуалистническаго типа, А. Ива- носскаго, Е. Ляцикаго и др. Къ легендамъ о летающихъ змѣяхъ, И. Макохуры.— Некрологи: † П. Н. Батюшковъ, І. І. Первальфъ, М. Маяръ. — Критика и библиографія: отчеты о 24 книгахъ и брошюрахъ; обзоръ журналовъ и газетъ за 1892 г.; выборки и добавленіи по этнографической литературѣ изъ журна- ловъ прежнихъ лѣтъ; къ малорусской библиографіей; обзоръ эстонскихъ изданий; дополненіе къ указателю этнографіч. литературы о киргизахъ; новости этнограф- оической литературы; указатель этнографическихъ статей и замѣтокъ въ кавказ- скихъ изданияхъ отъ начала ихъ существованія (А. Хаханова). Извѣстія и замѣтки. Объявленія отъ Этнографич. Отдѣла и пр. Поправки къ ХІІ книгѣ.

Кн XV. Значеніе малорусскихъ свадебныхъ обрядовъ и пѣсенъ въ исто- ріи развитія семьи. П. Вл. Охримовича. — Персонажъ Наранъ-Герэлъ (Лучъ солнца) въ степныхъ сказаніяхъ. Г. Н. Потанина.—Народныя колыбельныя пѣсни, IV, А. Ветухова.—Моляны и обряды мордвы Саратовской губ., Д. Н.

*) Двѣ книги соединены въ одну вслѣдствіе пожара, уничтожившаго XIII-ю
книгу въ типографія передъ ея выходомъ.

Труды Этнографическаго Отдѣла

(БЪ ФОРМАТЪ 4°)

содержатся въ слѣдующихъ томахъ „ИЗВѣСТІЙ ИМПЕРАТОРСКАГО
ОБЩЕСТВА ЛЮБИТЕЛЕЙ ЕСТЕСТВОЗНАНІЯ, АНТРОПОЛОГІИ И ЭТНО-
ГРАФІИ“.

„Изв.“ „Труды“.

Т. VII. (кн. 1). Сборникъ антропологическихъ и этнографическихъ
статей о Россіи и странахъ ей прилежащихъ. Изд. В. А.
Дашкова, 1868 г. Ц. 3 р.

XII. (кн. 2). Народныя пѣсни латышей. Θ. Λ. Трейланда. Изд. В. А. Дашкова. 1873 г. Ц. 4 р.

XIII. (кн. 3), вып. 1 и 2, 1874 г. по 1 р. 15 к.

Содержаніе. Вып. І: Протоколы засѣданій Этногр. Отдѣла 1867—
74 г. Статьи: 1) Описаніе быта болгаръ, населяющихъ Македонію,
Ст. Верковина.—2) О появлініи ламаизма въ Забайкайльѣ и о вліяніи
его на бытовую жизнь бурита-кочевника, Н. Г. Керцели.—3) Програм-
ма этнографического народнаго календари, А. Л. Дворенка.—4) Объ
этнографическихъ трудахъ митрополита Иннокентія, докладывалъ Н. А.
Поповъ.—5) Обзоръ этнографической литературы о чехахъ и словакахъ
(дев статьи), Колоусека.—6) Одежда каменобродскихъ русскихъ и мор-
двиновъ, А. Примърова.—7) Домашній бытъ Маріупольскихъ грековъ,
А. Анторимова.—8) О пермкахъ, П. Волоидина.—9) Свадебные обычаны
у болгаръ, Жинзифова.—10) Раскопки коломенскихъ кургановъ, Ана-
стасьева.—11) Проякъ этнограф. изслѣдованія о-ва Зеля, бар. Зассъ-
Касселя.—12) Этнографическія замѣтки, Н. Г. Керцелли.—13) О сва-
дебныхъ пѣсняхъ и обрядахъ Вологодской губ., К. Попова.—14) О ме-
зеисихъ самоѣдахъ, Н. Г. Керцелли.—15) Сельскіе обычаны въ нѣко-
торыхъ мѣстахъ Суражскаго у., Дударева.—16) Обзоръ этнографіч.
данныхъ, помѣщенныхъ въ разныхъ Губернскихъ Вѣдомостяхъ за 1873 г.,
Е. В. Барсова.—17) Объ историческомъ значеніи праздника въ честь
Бурхана-Майдори, совершаемаго бурятами, Н. Г. Керцелли.—18) Съ
верныя сказанія о лембояхъ и удѣльницахъ, Е. В. Барсова.—19) За-
мѣтка изъ этнографіи съвернаго края, Е. В. Барсова.—20) Обычай хо-
роенія Костромы въ Муромскомъ у., Е. П. Добрынкиной, съ замѣткой
Е. В. Барсова.—21) Изъ исторіі народнаго двоевѣрія, Н. А. Покров-
скаго.—22) Юрьевъ день, Е. В. Барсова.—23) О кладоискателяхъ въ
Зубцовск. у., Каванина-Самарина.

Вып. II. Зыряне и Зырянский край, К. А. Попова.

ХХVІІІ. (кн. 4). Протоколы засѣданій Этногр. Отдѣла (1874—
77 г.), съ приложеніями. Ц. 2 р.

Статьи: 1) О французскомъ художникѣ-этнографѣ Теодорѣ Вале-
ріо, Н. А. Попова.—2) Обрядѣ похоронъ мухъ и другихъ насѣкомыхъ,
П. В. Шейпа, съ замѣчаніями В. Θ. Миллера.—3) Вѣрованія и обряды
бѣлоруссовъ, В. и А. Зенковичей.—4) Петръ Великій въ народныхъ
преданіихъ и сказкахъ съвернаго края, Е. В. Барсова.—5) Этнографи-
ческія наблюденія по Волгѣ, Ф. Д. Нефедова.—6) Васильевъ вечеръ и
Новый годъ въ Муромскомъ у., Е. П. Добрынкиной.—7) Обряды при
рожденіи и крещеніи дѣтей на р. Орели, Е. В. Барсова.—8) Обзоръ
этнограф. данныхъ, помѣщенныхъ въ „Нижегородск. Сборникѣ“, И. Ф.
Кудрявцева.—9) Охотничье право собственности у Зырянъ, К. А. По-
пова.—10) Очерки жизни крестьянскихъ дѣтей Казанской г., А. Θ. Мо
жаровскаго.—11) Крестьянская свадьба въ Мценскомъ у., П. М. Апо-

снольскаго.—12) Башкирское преданіе о лунѣ, Л. В. Лосіевскаго.—13) О происхожденіи первобытныхъ вѣрованій по теоріі Спенсера, П. М. Апостольскаго.—14) Восточные и западные родичи одной русской сказки, В. Θ. Миллера.

Т. ХХХ. (кн. 5, въ 2-хъ част.). Матеріалы по этнографіи русскаго населенія Архангельской губ. П. Е. Ефименка. Ц. 4 р.

Часть 1: Описаніе внутренняго и внѣшняго быта. Ц. 2 р. 50 к.

Часть 2: Народный языкъ и словесность. Ц. 1 р. 50 к.

ХІ. (кн. 6). Матеріалы по этнографіи латышскаго племени, Θ. Я. Трейланда (Бривземніяксъ). Пословицы, загадки, заговоры, врачеваніе и колдовство. Ц. 3 р. 50 к.

XLVІІІ в. 1 и 2. (кн. 7 и 8). Протоколы засѣданій и приложенія Ц. 4 р.

Вып. 1. Статьи: 1) Потеряла ли законную силу бытующая ста- рина въ сознаніи русскаго парода? Н. А. Покровскаю.—2) Малорусская свадьба въ Константиновскомъ у., Сѣдлепкой губ., Н. А. Янчука.—3) Приговоры и причеты о табакѣ, П. В. Шейна.—4) О гиляцкомъ языкѣ, Д-ра Зеланда (2 р.).

Вып. 2. Статьи: 1) Гр. Ал. Серг. Уваровъ (некрологъ). В. Θ. Миллера.—2) Н. И. Костомаровъ (некрологъ). Ею-же.—3) А. Л. Дю- вернуа (некрологъ). Ею-же.—4) Характерныя дѣтскія игры нѣкото- рыхъ русскихъ инородцевъ, Е. А. Покровскаю.—5) О юридическомъ бытѣ татовъ, М. М. Ковалевскаго.—6) Слѣды изыческихъ вѣрованій у маньзовъ, Н. Л. Гондатти.—7) Культъ медвѣдя у инородцевъ сѣв.- зап. Сибри. Ею-же.—8) Программа для собиранія этнографіч. свѣ дѣній, сост. Н. А. Янчукомъ.—9) Программа для собиранія свѣдѣній объ- юридическихъ обычаяхъ, сост. М. Н. Харузынымъ. (2 р.).

LXI. (кн. 9). Сборникъ свѣдѣній для изученія быта крестьянскаго населенія Росіі (съ прилож. портрета М. Н. Харузина). В. І. Ц. 2 р.

Статьи: 1) Памяти М. Н. Харузина. В. Θ. Миллера.—2) Замѣтки о юридическомъ бытѣ крестьянъ Сарапульскаго уѣзда, Вятской губерніи П. М. Багаевскаго.—3) О наказаніяхъ по рѣшеніямъ волостныхъ судовъ Московской губ. В. Кадинскаго.—4) О доказательствахъ на волостномъ судѣ. А. Паппе.—5) Современные бракъ и свадьба среди крестьянъ Тамбовской губ., Елатомскаго уѣзда. А. П. Звонкова.—6) Объ- участіи сверхъ естественной сплыи въ народномъ судопроповѣствѣ кре- стьянъ Елатомскаго уѣзда, Тамбовской губ. П. И. Астрова.—7) По Минской губерніи (замѣтки изъ поѣздки въ 1886 году). Н. А. Янчука.—8) Петербургскія балаганныя прибаутки, записанныя В. И. Кельсіевымъ. А. Кельсіева.—9) Изъ русской народной космогоніи, передано С. Я. Де- руновымъ.—10) Изъ матеріаловъ, собранныхъ среди крестьянъ Пудож- скаго уѣзда, Олонецкой губерніи. Николая Харузина.—11) Описание дѣтскихъ игрушекъ и игръ въ селѣ Мазушинъ, Сарапульскаго уѣзда, Вятской губ. В. П. Тихонова.—12) О народномъ лѣченіи въ Казанскомъ уѣздѣ. В. Н. Аришинова.—13) Рѣшенія волостныхъ судовъ Сарапуль- скаго уѣзда, Вятской губ. (прилож. къ статьѣ П. М. Богаевскаго).—14) Напѣвы бѣлорусскихъ пѣсенъ (прилож. къ статьѣ Н. А. Янчука).

LXVI. (кн. 10). Русскіе Лопари. (Очерки прошлаго и современ- наго быта). Николая Харузина (съ рисунками и картой). Ц. 3 руб. 50 коп.

LXIX. (кн. 11, ч. 1 и 2). Сборникъ свѣдѣній, для изученія быта крестьянскаго населенія Росіі. Вып. II и III, каждый по 2 р.

НОВЫЯ ИЗДАНІЯ:

Этнографическаго отдѣла:

1) Векоръ выйдетъ изъ печати сборникъ

ПОДЪ ЗАГЛАВІЕМЪ:

РУССКІЯ БЫЛИНЫ СТАРОЙ И НОВОЙ ЗАПИСИ,

издаваемый Этнографич. Отдѣломъ подъ редакціей

акад. Н. С. Тихонравова и проф. В. Θ. Миллера.

Въ этотъ Сборникъ войдутъ:

I. Былины изъ рукописныхъ сборниковъ XVIII в.

II. Былины, записанныя въ недавнее время, не из-
данныя раньше.

Ш. Былины, появившіяся въ печати въ разныхъ изда-
ніяхъ и не вошедшія въ прежніе сборники.

2) Въ непродолжительномъ времени будетъ оконченъ печатаніемъ:

ХІІІ-й т. „Трудовъ Этнографическаго Отдѣла“:

Астраханскіе Калмыки,

ІІ. А. Житецкаго.

СОДЕРЖАНИЕ.

Гл. I. Бытовая обстановка калмыковъ.

Гл. II. Обычно-обрядовая жизнь калмыковъ.

Гл. ІІІ. Ламаитское духовенство у калмыковъ.

Гл. IV. Религія, науки и искусства среди калмыковъ.

Будутъ приложены рисунки и фототипіі.

3) „АЛТАЙСКІЕ ИНОРОДЦЫ“,

Сборникъ этнографическихъ статей и изслѣдованій
В. И. ВЕРБИЦКАГО,

издаваемый подъ редакціей А. А. Ивановскаго.

Умершій два года тому назадъ протоіерей Вас. Ив. Вербицкій провелъ 37 лѣтъ въ Алтайской миссіи и успѣлъ основательно и всесторонне изучить бытъ инородцевъ малодоступнаго Алтайскаго края. Многочисленныя работы покойнаго въ этой области были указаны при его некрологѣ въ „Этногр. Обозр.“ (кн. VIII, стр. 176—179). Онъ заключаютъ въ себѣ въ высшей ступени цѣнный матеріалъ, но, къ сожалѣнію, остаются почти недоступными даже для спеціалистовъ, вслѣдствіе разбросанности ихъ по разнымъ изданіямъ, преимущественно сибирскимъ. Въ настоящее время всѣ эти матеріалы собраны въ одно цѣлое и издаются отдѣльной книгой (въ форматѣ „Этногр. Обозрѣнія") съ приложеніемъ біографіи и портрета покойнаго.

Сборникъ выйдетъ изъ печати въ непродолжительномъ времени.

Согласно постановленію Этнографическаго Отдѣла ИМПЕРАТОРСКАГО Общества Любителей Естествознанія, Антропологіи и Этнографіи, въ редакціи „Этнографическаго Обозрѣнія“ принимаются предварительные взносы на это изданіе.

Сборникъ будетъ разосланъ всѣмъ лицамъ, внесшимъ предварительно не менее 2 рублей. (Списокъ подписчиковъ будетъ приложенъ къ сборнику).

4) ПЕРВЫЙ ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ КОНЦЕРТЪ

11-го марта 1893 года.

Тексты народныхъ пѣсенъ

(великорусскихъ, бѣлорусскихъ, малорусскихъ, болгарскихъ, польскихъ, литовскихъ, грузинскихъ, армянскихъ, киргизскихъ, сwertскихъ, чувашскихъ и ново-греческихъ),

съ переводомъ инородческихъ на русскій языкъ.—Ц. 15 к.

ПИЗВЕСТІЯ ОБЩЕСТВА

Археології, Історії і Этнографії
при Императорскомъ Казанскомъ Университетѣ.

Въ 1893 г. „Извѣстія“ Общества Археологіи, Исторіи и Этно-
графіи при Императорскомъ Казанскомъ Университетѣ будутъ
выходить шесть разъ въ годъ (въ первыхъ числахъ января,
марта, мая, іюли, сентября и ноября) книжками въ 7 — 8 лис-
товъ in 8°.

Въ содержаніе каждой книжки входять:

1) Оригинальныя і переводныя статьи по общимъ вопросамъ
археологіі, исторіі і этнографіі; 2) Спеціальныя изълѣдованія і
статьи по археологіі, исторіі і этнографіі Восточной Россіи
(Поволжья, Средней Азії і Сибири); 3) Матеріалы археологи-
ческіе, историческіе і этнографическіе, относящіеся къ Восточной
Россіи: мелкія оригинальныя сообщенія, акты, произведенія на-
роднаго творчества, словари инородческихъ языковъ і мѣстныхъ
русскихъ говоровъ, извѣлченія изъ периодическихъ изданій Во-
сточной Россіи; 4) Хроника: извѣстія о музеяхъ Восточной
Россіи, о находкахъ, раскопкахъ, объ экспедиціяхъ археологи-
ческихъ, археографическихъ, антропологическихъ і этнографи-
ческихъ, о прочитанныхъ въ засѣданіяхъ русскихъ ученыхъ
обществъ рефератахъ, имѣющихъ отношеніе къ Восточной Россіи;
5) Программы по спеціальнымъ вопросамъ археологіі, исторіі і
этнографіі Восточной Россіи; отдѣльные вспросы редакцій; 6)
Библиографія: обзоръ книгъ і статей мѣстныхъ, общерусскихъ і
иностранныхъ периодическихъ изданій, имѣющихъ отношеніе къ
археологіі, исторіі і этнографіі Восточной Россіи. Въ первыхъ
книжкахъ „Извѣстій“ за 1893 г. будутъ напечатаны между про-
чимъ, слѣдующія статьи: „Данныя о городахъ Волжской Булгаріи“
П. А. Пономарева, „Матеріалы для характеристики бронзовой эпо-
хи въ Волжско-Камскомъ краѣ“ Его-же, „Древнія мѣдныя орудія
въ Казан. губ.“ А. А. Штукенберга, „Древности Костром. губ.“
Его-же, „Тяглыя земли на Вяткѣ въ XVII вѣкѣ“ А. А. Спицыца,
„Формы жилищъ і селеній у народовъ В. Россіи“ (сводъ извѣстій
путешественниковъ і этнографовъ, въ составленіи котораго при-
мутъ участіе К. И. Воронцовъ, Н. Я. Кириловъ, А. К. Кулагинъ,
М. Н. Пинегинъ, П. В. Траубенбергъ), „Мордва. Историко-этногра-
фическій очеркъ“ И. Н. Смирнова (отдѣлъ этнографическій),
„Черемисы Арбанской волости“ Н. Троицкой, „Замѣтки о Мордвѣ
Нижегородской губерніи“ А. Д. Смирнова, „Остатки языческихъ
вѣрованій і обрядовъ у Зыряпъ“ А. В. Красова, „Кара-Якубовская

БИБЛЮГРАФЪ.

1893.

ИЗДАНІЕ ПЕРІОДИЧЕСКОЕ
(12 № въ годъ).

Годъ ІХ.

Ученымъ Ком. М-сть Народн. Просв. РЕКОМЕНДОВАНЪ для основн. библіотекъ всѣхъ учебныхъ заведеній мужскихъ и женскихъ. — Учебнымъ Комит. при Св. Синодѣ ОДОБРЕНЪ для приобрѣтенія въ фундаментальныя библіотеки духовныхъ семинарій и училищъ. — По распоряженню Военно-Учепаго Комитета ПОМЪЩЕНЪ въ основной каталогъ для официерскихъ библіотекъ.

Отд. 1-й. Историческіе, историко-литературные и библиографические материалы, статьи и замѣтки; разборы новыхъ книгъ; исторія, теорія и практика книговѣдѣнія; библиотечное, издательское и книжноторговое дѣло прежде и теперь; хроника книговѣдѣнія. Вопросы и отвѣты.

Отд. 2-й (справочный). Лѣтопись книгопечатанія: 1) каталогъ новыхъ книгъ; 2) указатель статей въ періодическихъ изданияхъ; 3) Rossica (указатель иностранныхъ сочиненій о Россіи); 4) правительственныя распоряженія по дѣламъ печати; 5) библиографическіе издѣстія и объявленія.

Съ основанія „Библіографа“ въ немъ принимали участие:

В. А. Алексейевъ, И. Θ. Анненскій, А. И. Барбашевъ, проф. Н. И. Барсовъ, Я. Θ. Березницъ-Ширяевъ, проф. К. Н. Бестужевъ-Рюмінъ, В. Θ. Боцановскій, С. Н. Брайловскій, С. К. Булнічъ, П. В. Быковъ, Е. А. Бѣловъ, Н. Н. Вакуловскій, А. Васильевъ, К. П. Галлеръ, Н. В. Губерти, Н. В. Дмитровскій, В. Г. Дружининъ, проф. М. А. Дьяконовъ, І. І. Змигподзскій, К. А. Ивановъ, Е. П. Кавелина, проф. Н. И. Карѣевъ, Д. Θ. Козеко, И. А. Козеко, М. А. Куплетскій, проф. А. С. Лаппо-Данніевскій, Н. Ф. Леонтьевъ, И. А. Линниченко, Н. П. Лихачевъ, Х. М. Лопаревъ, акад. Л. Н. Майковъ, А. І. Малеинъ, В. Н. Межовъ, графъ Г. А. Милора, довичъ, А. Е. Молчановъ, И. Я. Морощкинъ, Н. Н. Оглообинъ, проф. С. Θ. Платоновъ, Н. И. Позняковъ, С. И. Пономаревъ, С. Л. Пташпіцкій, Э. Л. Радловъ, А. И. Савельевъ, А. А. Савичъ, А. Θ. Селивановъ, С. М. Середонинъ, проф. А. Н. Соболевскій, С. Л. Степановъ, В. Н. Сторожевъ, А. А. Титовъ, Н. Θ. Томкаковъ, П. М. Устимовичъ, Н. Д. Чечулинъ, П. А. Шляпкинъ, проф. Е. Ф. Шмурло, Д. Д. Языковъ.

ПОДПИСНАЯ ЦЪНА:

за годъ: съ дост. и перес. въ Россіи 5 руб., за границу 6 руб.
Отдѣльно нумеръ 50 к., съ перес. 60 к.

Плъта за объявленія: страница—8 р.; 3/4 стр.—6 р. 50 к.; 1/2 стр.—4 р. 50 к.;
1/4 стр.—2 р. 50 к.; 1/8 стр.—1 р. 50 к.

О новыхъ книгахъ, присыляемыхъ въ редакцію, печатаются бесплатныя
объявленія или помѣщаются рецензіі.

ПОДПИСКА И ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИПМАЮТСЯ ВЪ книжномъ магазинѣ
„Новаго Времени“—А. Суворина (Спб., Невскій просп., д. № 38) и въ ре-
дакціи. Кромѣ того подписка принимается во всѣхъ большѣ известныхъ книж-
ныхъ магазинахъ.—Гг. иногородные подписники и заказчики объявленій благо-
вовольтъ обращаться непосредственно въ редакцію.

Адресъ редакціі: Спб., Забалканскій (Обуховскій) просп., д. 7, кв. 13.

Оставшіеся въ ограниченномъ числѣ полые комплекты „Библиографа“ за прошлое время съ 1885 г. продаются по 5 р. (съ дост. и перес.) за годовой экземпляръ. Также имъются въ продажѣ изданныя редакціею брошюры: 1) Сборникъ рецензій и отзывовъ о книгахъ по русской исторіи, № 1, 2 и 3. Ц. по 60 к. 2) Библиографіч. указатель книгъ и статей о св. Крипилѣ и Меодіи. Ц. 40 к. 3) Александръ Николаевичъ Сѣровъ. І. Библиографическ. указатель произведенийъ Сѣрова. II. Библиографіч. указатель литературы о Сѣровѣ и его пропзведеніяхъ. Вып. І и II. Сост. А. Е. Молчановъ. Ц. по 1 р. за вып. 4) Библиографическій список литературныхъ трудовъ К. Н. Бестужева-Рюміна. Сост. И. А. Козеко. Ц. 75 к. — Книгопродавцамъ обычная уступка.

Редакторъ Н. М. Лисовскій.

КІЕВСКІЯ
УНИВЕРСИТЕТСКІЯ ИЗВѣСТІЯ
(1893 годъ).

Цѣль настоящаго изданія остается прежнею: доставлять членамъ университетскаго сословія свѣдѣнія, необходимыя имъ по отношеніямъ ихъ къ Университету, и знакомить публику съ состояніемъ и дѣятельностію Университета и различныхъ его частей. Согласно съ этой цѣлью, въ Университетскихъ Извѣстіяхъ печатаются:

1) Протоколы засѣданій университетскаго Совѣта. 2) Новыя постановленія и распоряженія по Университету. 3) Свѣдѣнія о преподавателяхъ и учащихся, списки студентовъ и постороннихъ слушателей. 4) Обозрѣнія преподаванія по полугодіямъ. 5) Программы, конспекты и библиографические указатели для учащихся. 6) Библиографические указатели книгъ, поступающихъ въ университетскую библиотеку и въ студентский ея отдѣлъ. 7) Свѣдѣнія и изслѣдованія, относящійся къ устройству и состоянію ученой, учебной, административной и хозяйственной части Университета. 8) Свѣдѣнія о состояніи коллекцій, кабинетовъ, музеевъ и другихъ учебно-вспомогательныхъ заведеній Университета. 9) Годичные отчеты по Университету. 10) Отчеты о путешествіяхъ преподавателей съ учеными цѣлями. 11) Разборы диссертаций, представляемыхъ для получения ученыхъ степеней, соисканія наградъ, pro venia legendi и т. п., а также и самыя диссертации. 12) Рѣчи, произносимыя на годичномъ актѣ и въ другихъ торжественныхъ собраніяхъ. 13) Вступительныя, пробныя, публичныя лекціи и полные курсы преподавателей. 14) Ученые труды преподавателей и учащихся. 15) Матеріалы и переводы научныхъ сочиненій.

Указанныя статьи распредѣляются въ слѣдующемъ порядкѣ:
Часть I — офиціальная (протоколы, отчеты и т. п.); Часть II — неоффиціальная: отдѣлъ I — историко-филологическій; отдѣлъ II — юридическій; отдѣлъ III — физико-математическій; отдѣлъ IV — медицинскій; отдѣлъ V — критико-библиографическій — посвящается критическому обозрѣнію выдающихся явленій ученой литературы (русской и иностранной); отдѣлъ VI — научная хроника заключаетъ въ себѣ извѣстія о дѣятельности ученыхъ обществъ, состоящихъ при Университетѣ, и т. п. свѣдѣнія. Въ прибавленіяхъ печатаются матеріалы и переводы сочиненій, а также указатели библиотеки, списки, таблицы матеорологическихъ наблюденій и т. п.

["Университетскія Извѣстія въ 1892 году будутъ выходить въ\nконцѣ каждаго мѣсяца книжками, содержащими въ себѣ до 15\nнечатныхъ листовъ. Цѣна за 12 книжекъ Извѣстій безъ пересылки\nшестъ руб. пятьдесятъ копьекъ, а съ пересылкою семь рублей.\nВъ случаѣ выхода приложеній (большихъ сочиненій), о нихъ\nбудетъ объявлено особо. Подписчики Извѣстій, при выпискѣ при-\nложеній, пользуются уступкою 20%. Подписка и заявленія объ\nобмѣнѣ изданіями припимаются въ канцеляріи Правленія Унвер-\nситета. Студенты Университета Св. Владиміра платятъ за годовое\nиздание Университетскихъ Извѣстій 3 руб. сер., а студенты про-\nчихъ Университетовъ 4 руб.; продажа отдельныхъ книжекъ не\nдопускается. Гг. иногородные могутъ обращаться съ требовані-\nями своими къ коммиссіонеру Университета Н. Я. Оглобину въ\nС.-Петербургъ, на Малую Садовую, № 4, и въ Кіевъ, на Кре-\nщатикъ, въ книжный магазинъ его же, или непосредственно въ\nПравленіе Университета Св. Владиміра.", "Главный Редакторъ В. Иконниковъ.", "САМАРКАНДСКАЯ ГАЗЕТА\nОКРАИНА", "(3 раза въ недѣло).", "Единственный частный органъ печати въ Туркестанскомъ\nкраѣ и Закаспійской области.", "ОТКРЫТА ПОДПИСКА НА 1893 Г. (Годъ IV).", "На годъ . . . . . 5 р. — к. | На 3 мѣс. . . . . . 2 руб.\nНа 1/2 года . . . . 3 \" 50 \" | На 1 мѣс. . . 1 \"", "За гранту . . . . . . . . . . . . . . .

КІЕВСКАЯ СТАРИНА

1893 г. (Годъ ХІІ).

ЕЖЕМЪСЯЧНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛЪ,

посвященный разработке и возможно большее всестороннему возстановлению и выяснению межстной истории, характеристических особенностей народного міро-воззрѣнія и вѣками выработавшихся бытовых отношений в южной Руси. Вы-полненню этихъ задач будутъ посвящены всѣ три главные отдѣла журнала: І, оригинальныя статьи; II, докумелты, извѣстія и замѣтки; III, критика и библиографія. Сверхъ того, редакція постарается расширить отдѣль библі-ографическихъ справокъ и отдѣль приложеній, въ который войдуть: а) рисунки, исполненные фототипіей, б) не менѣе одного печатнаго листа въ каждомъ номерѣ цѣнныхъ научныхъ материаловъ.

Объемъ каждой книжки журнала не менѣе 12 листовъ.

ЦЪНА ЗА ГОДОВОЕ ИЗДАНІЕ:

<table><tr><td>Съ пересылкой и доставкой</td><td>10 р.</td><td>— к.</td></tr><tr><td>Безъ доставки и пересылки</td><td>8 "</td><td>50 "</td></tr><tr><td>За-границу</td><td>12 "</td><td>— "</td></tr></table>

Въ редакціи продаются полные экземпляры „Кіевской Старины“ за всѣ прежніе годы, кромѣ 1882-го, по 8 рублей годъ а отдѣльныя книжки журнала по 1 рублю.

Подписка принимается въ конторѣ редакціи (Кіевъ, Кузнецная улица, 14), а также во всѣхъ книжныхъ магазинахъ.

Вышелъ въ свѣтъ III томъ новой книги

КРИТИКО-БЮГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ

РУССКИХЪ ПИСАТЕЛЕЙ и УЧЕНЫХЪ

(отъ начала русской образованности до нашихъ дней)

С. А. ВЕНГЕРОВА.

Словарь состоитъ изъ краткxъ замѣтокъ о писателяхъ, отмѣчаемыхъ літь ради полноты, или (если они пишą современники) недостаточно еще опредѣ- лившихся, и изъ пространныхъ этюдовъ и монографій о писателяхъ, имѣющихъ лмтературное или ученое значеніе.

Кромѣ С. А. Венгерова, которому принадлежать статьи критическаго и историко-литературнаго характера, въ Словарѣ принпаютъ участіе спеціалисты по разнымъ отрасламъ знанія.

Словарь прежде выходилъ выпусками въ 3 печатн. листа (48 страницъ). Теперь-же выходитъ томами въ 30 печатныхъ листовъ (480 страницъ). Ц. 2 р. 50 к. и 3 р. съ пересылкой.

Цѣна вышедшихъ 3 томовъ 10 р., съ пер. 11 р. Цѣна отдѣльныхъ томовъ І т. (вни. 1—21) 5 р. 25 к., съ пер. 6 р. 30 к.; ІІ т. 2 р. 25 к., съ пер. 2 р. 70 к.; ІІІ т. 2 р. 50 к. съ пер. 3 р. Для служащихъ, представляющихъ руча-тельства казначеевъ, допускается разрасчока по 1 р. въ мѣсцѣ.

Иногородные обращаются исключительно по адресу: С.-Петербургъ, Серпу-ховская 2, Семену Афанасьевичу Венгерову.

ОТКРЫТА ПОДПИСКА НА 1893 ГОДЬ
на еженедельный иллюстрированный литературно-музыкальный журнал

„НАШЕ ВРЕМЯ“

издаваемый книгопиздательской фирмой Д. Д. Ведорова.

(Фирма существует съ 1840 г.)

Приступая ко второму году издания, редакция обещает не останавливаться ни перед какими матеріальными затратами для всестороннего улучшения и расширенія журнала. Услѣхъ перваго года издания (съ 16 Апрѣля 1892 г.) и отзывы печати показали, что редакция не ошиблась, избравъ девивомъ „Нашего Времени“ изъщество и содержательность. Тѣмъ же девизомъ она намѣрена руководиться и въ будущемъ. Лучшего рекламой послужитъ намъ то, что мы въ 1892 году не только исполнили всѣ свои обещанія, но дали бесплатно цѣлый рядъ новыхъ приложенных.

Въ 1893 году „Наше Время“ даетъ за пять (съ доставкою за шесть, а съ пересылкою за семь) рублей:

1) 52 еженедельныхъ, большихъ художественно-иллюстрированныхъ номера (отъ 2 до 3 лист. каждый), содержащихъ въ себѣ оригинальные и переводные романы, драматическая production, популярно-научные статьи, смѣсь, мелочи и юмористическая сцена. 2) 12 №№ „Моднаго журнала“. 3) 12 №№ особаго издания „Хозяйство и Домоводство“. 4) 24 тетради „Музыкальной библиотеки“.

Музыкальный отдел журнала будетъ выходить подъ редакціей Г. А. Казаченко.

Въ портфель редакціи уже находится, между многими другими, слѣдующія оригинальныя беллетристическія production, печатаніе которыхъ начнется съ 1-хъ №№ журнала:

1) „Кошкѣ-смѣхѣ“, большая повѣсть Вас. Ив. Немировича-Данченко. 2) „Свѣтъ въ окошкѣ“, разсказъ М. Н. Альбова 3) „Вѣтка сирени“ и 4) „Другой человѣкъ“, разсказы К. С. Баранцевича. Одновременно начнется печатаніемъ: „Сорокъ лѣтъ артистической жизни“, мемуары Эрнеста Росси.

Безплатно всѣмъ годовымъ подписчикамъ будутъ выданы:

1) Двѣнадцать роскошно иллюстрированныхъ книгъ „Исторіи Наполеона Перваго“. 2) Шесть книгъ сочиненія Брэма и Росмесслера „Лѣсны животныя“ (съ иллюстраціями).

Каждый подписчик получитъ на выборъ одну изъ следующихъ премій:

1) „Пѣсни Гейне“, художествен.-иллюстрированное, роскошное издание подъ редакціей П. И. Вейнберга (со статьей о жизни Гейне). 2) „Кармен“, оп. Бизе, для роляя, въ 2 руки. Въ изящномъ переплетѣ. 3) „Мертвыя души“ Гоголя въ 104 рис. Агина и Бернардскаго, съ преднсловіемъ Н. С. Лѣскова. 4) „Фаустъ“, оп. Гуно, для роляя, въ 2 руки; въ изящн. переплетѣ. 5) „Отче нашъ!“ въ 16 картинахъ, Поля Тумана и стихахъ Мартина Лютера (въ переводѣ Апол. Коринфскаго.

Адресъ главной конторы редакціи: С-П-Бургъ, Загородный проспектъ, 27.
Отдѣленіе конторы: С.-П.-Б., Гостинный дворъ, 12.

ВСЕМІРНАЯ БИБЛІОТЕКА

4000 стр. обычнов. журнального формата.

ПОДПИСКА НА 1893 Г.

Е Ж Е М Ё СЯ Ч Н Ы Й

Въ годъ съ
пересылкой и
доставкой
3 п.

ЖУРНАЛЬ ИНОСТРАННОЙ БЕЛЛЕТРИСТИКИ.

(Третій годъ изданія).

12 книгъ въ годъ 3 рубля съ пересылкой и доставкой во всѣ мѣста Российской Имперіи.

„Всемірная Библіотена“ выходитъ въ среднихъ числахъ каждаго мѣсяца книжками въ 18—20 печатныхъ листовъ большаго журнальнаго формата (до 4000 страницъ въ годъ).

Въ журналѣ помѣщаются исключительно лишьъ выдающіяся новинки иностранной литературы.

Съ требованіями просять обращаться въ Редакцію журнала „Всемірная Библіотена“ (С.-Петербургъ, Троицкая ул., д. 36). Кромѣ того для гг. Московскихъ и Харьковскихъ подписчиковъ подписка принимается: въ Москвѣ въ конторѣ Н. Печновской (Петровскій линіи) и въ Харьковѣ въ конторѣ Ф. Константинова, около Биржи.

Редакторъ-издатель К. Плавинскій.

Объ изданіяхъ Общества Любителей Духовнаго Просвѣщенія
въ 1893 году.

1) Въ 1893 году будетъ издаваться въ Москвѣ еженедѣльная газета:

МОСКОВСКІЯ
ЦЕРКОВНАЯ БИБЛИОТЕКА.

„Московскія Церковныя Вѣдомости“ имѣютъ своею задачею сообщать свѣдѣнія о различныхъ сторонахъ вишѣней и внутренней жизни Церкви во-обще, преимущественно же Московской, отводя при этомъ соответствующее мѣсто и явленіямъ жизни общественной, насколько они такъ или иначе со-прикасаются съ Церковію. Въ газетѣ будутъ имѣться слѣдующіе отдѣлы:

1) Передовыя статьи, обсуждающія религіозно-нравственные вопросы, а также и явленія жизни общественной. 2) Московская церковная каеверда для помѣщеній выдающихся проповѣдей. 3) Московская хроника. 4) Извѣстія и замѣтки о выдающихся событияхъ современной жизни, церковно-религіозной и общественной. 5) Иностранныя известія. 6) Матеріалы для исторіи церквей г. Москвы и Московской епархіи. 7) Библіографія. 8) Гигіеническіе совѣты. 9) Тиражи. 10) Оффиціальный отдѣлъ.

Цѣна съ пересылкой и доставкой:

На годъ 5 р., на полгода 3 р., на 3 мѣсяца 1 р. 50 к., на 1 мѣсяцъ 60 к.

Цѣна безъ доставки:

На годъ 3 р. 50 к., на полгода 2 р., на 3 мѣсяца 1 р., на 1 мѣсяцъ 40 к.

## 2) ДУХОВНЫЙ УЧЕНО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛЪ
# ЧТЕНІЯ

ВЪ Обществѣ любителей духовнаго просвѣщенія.

Въ 1893 году журналъ „Чтенія въ Обществѣ Любителей Духовнаго Просвѣщенія“ будетъ издаваться по с. 16-дующей программѣ:

I. Священное Писаніе Ветхаго и Новаго Завѣта, статьи исагогического и исторкователнаго содержанія. II. Церковная история всеобщая и русская, статьи знакомства съ жизнію Православной Церкви вселенской и русской, а также и обществъ инославныхъ. III. Христіанская андологистика. IV. Церковное право. V. Философія. VI. Внутреннее обозрѣніе. VII. Иностранные обозрѣніе. VIII. Отдѣлъ библиографический. Въ приложеніяхъ будутъ печататься памятники христіанской письменности, а также матеріалы для Исторіи русской Церкви и по описанію церквей Московской Епархіи.

Цѣна съ доставкою и пересылкою. 7 p. — к. безъ доставки. 6, 30

Лица, подписывающіяся на журналъ и газету вмѣстѣ, съ доставкою и пересылкою платятъ 11 р. вмѣсто 12 р., безъ доставки 10 р.

## 3) ВОСКРЕСНЫЯ БЕСѣДЫ.

„Воскресныя Бесѣды“ будутъ издаваться отдѣльными листками и въ 1893 году и выходить по воскреснымъ днямъ.

Цѣна годоваго издания изъ 52 листковъ безъ пересылки 50 к., съ пересылкой 1 р. 10 к., за полгода съ пересылкой 60 к.

Подписка на полученіе означенныхъ изданий Общества Любителей Духовнаго Просвѣщенія въ 1893 г. принимается: 1) въ редакціи (Москва, уголъ Малой Полянки и Спасскаго переулка, д. церкви; Спаса въ Наливкахъ); 2) въ Епархіальпой библиотекѣ при Высокопетровскомъ монастырѣ; 3) въ Магазинѣ парчей Торговаго Дома И. С. Сытова Наслѣдники (Никольская улица, Славянскій Базаръ) и 4) въ Конторѣ братьевъ Д. и Н. Бизиныхъ (Ильинка, Теплые ряды).

Редакторъ священникъ Николай Копьевъ.

Открыта на 1893 г. подписка

НА ЕЖЕМЪСЯЧНЫЙ

ГОДЪ II.

ЖУРНАЛЪ ДЛЯ ЮНОШЕСТВА

„МІРЪ БОЖІЙ“.

ГОДЪ ІІ.

(15—16 ЛИСТОВЪ ВЪ КАЖД. КН.).

Журналъ будетъ издаваться по прежней программѣ, при
слѣдующемъ составѣ сотрудниковъ: К. С. Баранцевичъ, Юлия
Безродная, проф. А. Н. Бекетовъ, Ю. Вагнеръ, П. П. Ва-
сильевъ, проф. Алексей Веселовскій, П. И. Вейнбергъ, Е. Н.
Водовозова, С. А. Ганейзеръ. И. М. Гревсъ, проф. Гольд-
штейнъ, В. Ермиловъ, П. Елисѣевъ П. В. Засидомскій, Н. Н.
Златовратскій, Ив. Ивановъ, проф. Иваноковъ, А. М. Кал-
мыкова, О. Кайданова, А. Кауфманъ, проф. Ключевскій, В. Г.
Короленко, Д. А. Коропчевскій, В. Н. Ладыженскій, Д. Н.
Маминъ-Сибирякъ, Д. С. Мержковскій, проф. Мелюковъ,
С. П. Мечѣ, Л. Микуличѣ. проф. Вс. Миллеръ, Н. М. Мин-
скій, А. К. Михайловъ-Шеллеръ, Д. Л. Михаловскій, проф.
П. О. Морозовъ, Л. Ф. Нелидова, С. Некрасова, В. Неми-
ровичѣ-Данченко, д-ръ Никольскій, проф. Петри, И. Н. По-
тапенко, Алексей Потѣхинъ, Н. А. Рубакинъ, В. И. Семев-
скій, Д. Д. Семеновъ, В. Д. Сиповскій, Н. Соколовъ, проф.
Н. И. Стороженко, В. Сторожевъ, Г. И. Челпановъ, проф.
Холодковскій, В. А. Фауссекъ, О. Фидлеръ, А. Эртель, В. И.
Яковенко, Н. М. Ядринцевъ, проф. Ив. Ив. Янжульъ.

ПОДПИСНАЯ ЦЪНА:

На годъ безъ доставки 6 руб., съ доставкой и пере-
сылкой въ Россіи 7 руб., за границу 10 руб.

Разсрочка допускается для служащихъ за ручательствомъ
казначеевъ.

Подписка принимается въ С.-Петербургѣ — въ глав-
ной конторѣ и редакціи: Лиговка, д. 25—8, кв. 5 м
во всѣхъ извѣстныхъ книжныхъ магазинахъ. Въ Москвѣ:
въ отдѣленіи конторы—магазинъ учебныхъ пособій „Началь-
ная школа“ Е. Н. Тихомировой, Кузнецкій мостъ и въ кон-
торѣ Печковской, Петровскія линіи.

Издательница А. Давыдова.

Редакторъ Викторъ Острогорскій.

ОТКРЫТА ПОДПИСКА

НА ЧЕШСКІЙ АНТРОПОЛОГИЧЕСКО-ЭТНОГРАФИЧЕСКІЙ ЖУРНАЛЪ;

„ČESKY LID“

(Чешскій людъ).

Изданіе посвящено изученію чешской народности
въ Чехіи, Моравіи, Силезіи и Славоніи. Выходитъ
разъ въ два мѣсяца книжками въ 6—8 листовъ 8°
(съ рисунками).

Редакторъ по отдѣлу антропологіи и археоло-
гіи — д-ръ Люборъ Нидерлъ (Niederle), доцентъ, ан-
тропологіи въ чешскомъ университетѣ (Prague
Ječna ulice, 29).

Редакторъ по отдѣлу культурно-историческому
и этнографическому — д-ръ Ченскъ Зибергъ (Čepěk
Zibrt. Prague, Slupy, 12).

Подписная цѣна—3 руб. въ годъ.

Адресъ конторы: Prague, F. Šimáček editeur, Je-
rusalemská ul. 11.

Это единственное чешское изданіе, посвящен-
ное этнографіи родственнаго намъ племени и весь-
ма хорошо поставленное, заслуживаетъ особен-
наго вниманія русскихъ этнографовъ. Въ слѣдую-
щей книгѣ „Этнографическаго Обозрѣнія“ будетъ
данъ болѣе подробный библіографическій отчетъ
о „Чешскомъ Людѣ“.

„Этнографическое Обозрение“.

Изданіе посвящено изученні преимущественно народностей России и главнымъ образомъ ихъ духовнаго быта: обрядовъ, вѣрованій, обычнаго права, народной словесности и пр.

„Этнографическое Обозрение" выходитъ 4-мя книжками въ годъ (каждая около 12-15 листовъ): въ мартѣ, июнѣ, сентябрѣ и декабрѣ.

Цѣна годовому изданію безъ пересылки 4 p. 50 к., съ пересылкою 5 р., за границу 6 р.

Подписка принимается въ канцелярии Общества (Москва, Политехнический Музей, на Лубянской площади) и въ книжныхъ магазинахъ А. С. Суворина. Н. П. Карбасникова, Н. И. Мамонтова, А. Ланга и др.

Вышедшия съ 1889 г. по настоящее время книги „Этнографическаго Обозрѣнія", кромѣ кн. I (которая распродана), продаются отдельно въ книжныхъ магазинахъ и въ складѣ при канцеляріи Общества по 1 р. 50 к. каждая; кн. XIII-XIV въ одной книжкѣ— 2 р. 50 к. Содержаніе вышедшихъ книгъ см. въ особомъ объявленіи (въ этой книжкѣ).

Статьи и матеріалы слѣдуетъ адресовать: въ Москву, въ Политехническій Музей, въ редакцію „Этнографическаго Обозрѣнія“.

Объ этнографическихъ книгахъ и брошюрахъ, присыляемыхъ въ редакцію, даются отзывъ въ bibliографическомъ отдѣлѣ издânія.

Принимается подписка на 2-е издание 1-й книги „Этнографич. Обозрѣнія“ (1889 г.) въ размѣрѣ 1 р. 50 к.

Къ слѣдующей книжкѣ будетъ приложенъ указатель (именной и предметный) къ первымъ 15-ти кн. „Этнографическаго Обозрѣнія“ (1889—1892).

САХАЛИНСКЕЕ ГИЛЯКИ.

Замѣтки изъ личныхъ наблюдений.

I. Происхожденіе гиляковъ и черты ихъ внешняя быта.

Подобно аиносамъ, на языкѣ которыхъ слово „аинос“ означаетъ „человѣкъ“, и сахалинскіе гиляки зовутъ себя „нивух“, что значитъ: человѣкъ, хозяинъ, гилякъ ¹). Обычное ихъ названіе „гиляки“ образовалось, какъ мнѣ думается, отъ искаженія путешественниками слова „килэ“, означающаго „тунгусъ“ на языкѣ аурскихъ гиляковъ, съ которыми путешественники впервые столкнулись. И такое искаженіе могло явиться весьма легко благодаря тому, что гиляки нижняго теченія Амура говорятъ тѣмъ же языкомъ, что и тунгусы, которые, по ихъ преданіямъ, составляютъ одинъ „народъ“ съ гиляками, гольдами и орочонами. Весьма возможно также, что, благодаря общности языка аурскихъ гиляковъ и тунгусовъ, господствовавшіе прежде въ Амурскомъ краѣ манджуры называли гиляковъ и тунгусовъ однимъ общимъ именемъ „килэ“. Но любопытно и вмѣстѣ съ тѣмъ характерно, какъ легко возникаетъ даже между первобытными народами національная рознь: тунгусы съ негодованіемъ и гордымъ презрѣніемъ отвергаютъ свое родство не только съ гилякамн, но и съ орочонами, говоря: „мы люди государствіе, крещеные, а гиляки и орочоны собаку кушаютъ!“

Гиляки сами причисляютъ себя къ монголо-манджурскому племени, утверждая, что гиляки и манджуры—„халь-няхр“ („халь“—родъ, народъ, племя, „няхр“—одинъ). Народами родственными гиляки считаютъ также китайцевъ и японцевъ, говоря, что манджуръ—„ыткуттугу“ (отецъ, родоначальникъ, мужчина), а японецъ—„ытк-умгу“

¹) Амурские гиляки зовутъ себя „явесе“.

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРЬНІЕ.

1

2

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

(родоначальница, женщина), — утвержденіе, которое станет ясно изъ дальнѣйшаго изложенія. Сахалинскіе гиляки говорятъ языкомъ, общимъ съ языкомъ гиляковъ, живущихъ у устья Амура и по материковому побережью Татарскаго пролива, но совершенно отличнымъ отъ языка нижне-амурскихъ гиляковъ и тунгусовъ.

Что касается вопроса о появлініи гиляковъ на Сахалинѣ, то не подлежитъ никакому сомнѣнію, что они—пришельцы съ материка. Матеріалы переписи 1891 г., наблюденія и бесѣды съ гиляками одинаково подтверждаютъ въ этомъслучѣ заключеніе, которое можно было бы сдѣлать а priori. Перепись прежде всего доказала, что заселеніе острова гиляками шло отъ сѣвера къ югу. Предки гиляковъ сел. Тыки, напр., пришли изъ сел. Ныуръ, самаго сѣвернаго селенія западнаго берега Сахалина. Изъ двухъ главенствующихъ родовъ въ сел. Аркый-во одинъ происходитъ изъ сел. Няни-во (на сѣв. Сахалина), другой изъ сел. Танги, жители кораго, въ свою очередь, принадлежатъ къ старинному роду сел. Чомы (на материкѣ) и т. д. Перепись далѣе доказала, что каждый родъ сахалинскихъ гиляковъ—только вѣтвь рода, живущаго по материковому побережью. Наконецъ, языкъ, религіозныя представленія, обычаи и нравы сахалинскихъ гиляковъ тождественны съ таковыми же у гиляковъ материковаго побережья.

Даже самую форму переселенія не трудно возсоздать себѣ воображеніемъ. Еще и до сихъ поръ амурскіе гиляки имѣютъ обыкновеніе отправляться каждою осенью на своихъ тяжелоходныхъ лодкахъ на Сахалинъ съ цѣлью промышлѣть соболя. Одни идутъ въ Агне-во, другие въ Мауко, третьи еще далѣе на югъ. На ихъ родинѣ соболь несравненно лучше сахалинскаго, но онъ такъ рѣдкокъ, а охотниковъ на него такъ много, что гиляки предпочитаютъ покидать свои родные очаги на цѣлыхъ полгода, подвергаться всѣмъ опасностямъ 1000-верстнаго морского путешествія, стремясь къ тѣмъ соблазнительнымъ утолкамъ, гдѣ населенія мало, а соболей можно бить сотнями. Ранней весной, нагруженные богатой добычей, они возвращаются къ своимъ далекимъ очагамъ. Эти экскурсіи на югъ Сахалина сравнительно недавняго происхожденія. Еще сто лѣтъ тому назадъ предки нынѣшнихъ пскателей соболя не ходили дальше Дуэ и рѣчки Тыми, и самымъ сѣвернымъ пунктомъ ихъ промысловъ была въ то время рѣчка Ваазъ. И нѣтъ никакого сомнѣнія, что еще давнѣе экскурсіи за соболемъ

САХАЛИНСКІЕ ГИЛЯКИ.

3

направлялись еще дальше къ сѣверу. Должна же была существова-
вать причина, которая заставила амурскихъ гиляковъ удаляться
все дальше отъ своей родины и передвинуть, наконецъ, арену
своихъ промысловъ на самый югъ Сахалина, гдѣ соболь совсѣмъ
плохой и гдѣ предки ихъ вынуждены были купить у аиновъ тѣ
охотническія территоріи, которыми они нынѣ пользуются. Этому
причиной послужило постепенное заселеніе сѣвернаго Сахалина
гиляками съ материковаго побережья. Первоначально предки ны-
нѣшнихъ сахалинскихъ гиляковъ отправлялись компаніями соро-
дичей на Сахалинъ, подобно амурскимъ гилякамъ въ настоящее
время, только на сезонъ для ловли соболей. Здѣсь они дѣлали
свои многочисленныя западни по берегамъ какой-нибудь рѣчки и
ставили свои петли по натуральнымъ запрудамъ, служившимъ
переходами для соболей съ одного берега рѣчки на другой. Нѣтъ
ничего удивительнаго, что въ концѣ концовъ ежегодное хо-
жденіе въ одинъ и тотъ же пунктъ на охоту заканчивалось перес-
селеніемъ навсегда на богатый соболемъ островъ.

Сѣверный Сахалинъ (замѣчательно, что только сѣверную часть
острова гилякъ зоветъ Сахалиномъ, что опять-таки служить доказа-
тельствомъ, откуда и по какому направленію шло заселеніе Сахали-
на) былъ особенно благопріятнѣ для переселенія. Прежде всего это
были ближайшіе къ материку пункты: полдня-день переѣзда между
обоими берегами пролива. Далѣе гиляки материковаго побережья на-
шли на сѣверномъ Сахалинѣ, сверхъ обилія соболя, всѣ прочія усло-
вія жизни, совершенно тождественныя съ таковыми же на материкѣ:
то-же обиліе и богатство породъ рыбы (кэта, калуга, сигъ, сазанъ
и проч.), обиліе нерпъ и дельфиновъ. Только гилякамъ амурскимъ
не было разсчета покинуть берега незамѣнимаго для нихъ Амура.
Они не могутъ рѣшиться на это даже и теперь, тѣснимые рус-
скими поселенцами въ ихъ рыбныхъ и лѣсныхъ угодьяхъ, вынуж-
денные выносить на своихъ плечахъ всю тягость безвозмездной
подводной повинности по Амуру. Конечно, были еще и другія при-
чины, которые побуждали материковыхъ гиляковъ выселяться на
Сахалинъ, какъ тѣснота народонаселенія, столкновенія между ро-
дами и пр. Одной изъ этихъ причинъ могло служить манджурское
господство съ обязательной ежегодной данью, въ видѣ соболя съ
души (нужно принять во вниманіе, что прежде соболь вообще былъ
въ 3-4 раза дороже нынѣшняго, а амурскій соболь и теперь

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРЫВНІЕ.

1*

4

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

крайне дорогъ; одинъ сортъ, напр., ангунскій стоитъ 25—30 р.). Интересны преданія самихъ гиляковъ объ отношеніяхъ ихъ къ манджурамъ въ прежнее время: „мы были поселены, “—говорили мнѣ амурскіе гиляки, —„на берегахъ Амура манджурами, какъ больные люди со званіемъ „охотниковъ“, и мы были обязаны платить имъ ежегодно по соболю съ человѣка. Сверхъ того, всякій разъ, какъ гилякъ пріѣзжалъ въ китайскій городъ Сунгари (Сайсингъ), онъ обязанъ былъ платить соболя, а старосты селеній по 3 соболя. Въ такомъ же положеніи были и орочоны. Манджурскіе чиновники вели списки населенія и ежегодно лѣтомъ они пріѣзжали собирать соболинную дань. Сахалинскіе гиляки были свободны отъ этой дани, но манджуры проникли, наконецъ, и къ нимъ, назначили имъ выборныхъ старостъ. Такой староста былъ, напр., въ Тангахъ. Отъ манджуровъ именно гиляки получили всѣ тѣ предметы, которыхъ сами производить не умѣли.

Не буду входить пока въ разрѣшеніе вопроса о давности пребыванія гиляковъ на островѣ, скажу только, что въ моментъ ихъ появленія они обязательно должны были обладать всѣмъ тѣмъ хозяйственнымъ инвентаремъ, какимъ они обладаютъ въ настоящее время (исключая, конечно, огнестрѣльнаго оружія). Ясно безъ комментаріевъ, что безъ нарты и лодки, безъ прирученныхъ нартовыхъ собакъ, безъ желѣзныхъ орудій и пр. гилякъ не могъ существовать на Сахалинѣ. Свои первыя культурныя произведения онъ могъ сдѣлать въ мѣстахъ особенно благопріятныхъ, по крайней мѣрѣ, въ рыболовномъ отношеніц. Быть можетъ, такою колыбелью и была рѣка Амуръ.

Сахалинскіе гиляки, какъ ихъ собратья на материкѣ, многое и весьма существенное переняли у своихъ цивилизованныхъ собратій. Они замѣнили лукъ ружьемъ, свою деревянную и берестовую посуду—металлическими котлами. Они куютъ желѣзо, искусно работаютъ плотничными и столярными инструментами. Они строятъ юрты по манджурскому типу, дѣлаютъ печи и огромныя трубы изъ камня. Они владѣютъ японскими саблями и хранятъ дорогія конья, украшенныя серебряной рѣзьбой. Они носять халаты и рубашки изъ китайской и русской матеріи. Они пьютъ чай и варятъ рисъ и буду (оссый сортъ крупы). Они, наконецъ, уже стали сажать картофель. Въ недалекомъ будущемъ, быть можетъ, они совершенно усвоятъ культуру своихъ цивилизованныхъ

САХАЛИНСКИЕ ГИЛЯКИ.

ξ

сосѣдей. Но на чемъ они остановились въ своемъ самостоятель-
номъ культурномъ развитіи?

Изъ всѣхъ заимствованій, сдѣланныхъ гиляками, самое сері-
озное и самое давнее, повидимому, есть употребленіе желѣза. И
тѣмъ не менѣе, вслѣдствіе отдаленности ихъ отъ центровъ циви-
лизаціи, оно привилось у нихъ въ очень ограниченной формѣ. Они
не только не умѣютъ обрабатывать руды, но не умѣютъ выдѣ-
лывать даже инструментовъ. Самое желѣзо у нихъ еще недавно
было крайне дорого. Въ ихъ лодкѣ и нартѣ нѣтъ ни одного жел-
лѣзнаго гвоздя, хотя сами гиляки объясняютъ это другой причиной,
чѣмъ недостаткомъ желѣза. Еще поколѣніе тому назадъ огниво
было драгоцѣнностью, и цѣлый родъ, случалось, владѣлъ однимъ
общимъ родовымъ огнивомъ. Еще и до сихъ поръ самымъ священ-
нымъ способомъ добыванія огня считается треніе дерева о дерево,—
способъ, употребляемый при сожженіи покойниковъ. Всѣ прочія
заимствованія въ такой же мѣрѣ можно поставить гиляку въ за-
слугу, какъ турку дальнобойное англійское ружье, но по своимъ
послѣдствіямъ эти заимствованія неразрывно связали гиляка съ
культурой... Но вернемся къ тому, на чемъ остановилась ихъ циви-
лизанія.

Еще и до сихъ поръ основной пищей гиляка служатъ готовые
продукты природы—рыба, дичь, ягоды, коренья; онъ еще не умѣетъ
приспособлять природу и споспѣшествовать ей въ созданіи пище-
выхъ веществъ. Онъ не садитъ и не сѣетъ, не разводить до-
машнихъ животныхъ для мяса. Это—основная черта дикаго со-
стоянія. Далѣе, традиціи гиляковъ о томъ, что были времена, когда
воду кипятили въ корытахъ посредствомъ раскаленныхъ камней,
воспоминанія о деревянной посудѣ, обмазанной глиной, и отсут-
ствіе всякихъ воспоминаній о глиняной посудѣ убѣждаютъ насъ
въ томъ, что гиляки никогда и не были знакомы съ гончарнымъ
искусствомъ даже въ элементарной формѣ. Это опять-таки —
черта состоянія дикарей. На ряду съ этимъ имѣемъ другой фактъ—
прирученіе собакъ для нартовой ъзды,—черта, которая подни-
маетъ ихъ на одну ступень, на первую ступень варваризма (упо-
требляя терминологію авторитетнаго писателя Моргана). Но са-
мымъ характернымъ фактомъ въ вопросѣ о культурномъ уровнѣ
самостояльнаго развитія гиляковъ, фактомъ, рѣшающимъ и даю-
щимъ возможность для широкихъ этнографическихъ сближеній,

6

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

служатъ ихъ семейно-родовыя учрежденія, детально мною изученныя.

## II. Семейно-родовыя отношенія.

Наблюдая семью у гиляковъ, мы сначала не замѣчаемъ въ ней ничего особенного. Какъ у многихъ другихъ инородцевъ нашихъ, гиляки покупаютъ себѣ одну, двѣ, ранѣе три жены, которые являются общественно-признанными его женами, равно какъ и дѣти его, работающія вмѣстѣ съ нимъ, содержимыя имъ и къ которымъ переходитъ имущество его послѣ смерти. Супружеская вѣрность жены охраняется, какъ это увидимъ ниже, вооруженной рукой. Словомъ, форма брака совершенно, повидимому, индивидуальная. Но при ближайшемъ знакомствѣ съ внутреннимъ строемъ жизни гиляковъ, мы натыкаемся на цѣлый рядъ явленій, которые стоять въ противорѣчніи съ этой формой брака. Прежде всего бросается въ глаза, что гилякъ зоветъ отцомъ (ыте) не только своего общественно-признанного отца (родного), но и всѣхъ братьевъ своего отца, не только родныхъ, т.-е. 1-й степени родства, и всѣхъ самыхъ отдаленныхъ степеней, а женъ этихъ братьевъ своего отца онъ зоветъ, какъ и свою родимую мать--матерями (ымк). Равнымъ образомъ гилякъ зоветъ матерью (ымк) всѣхъ сестеръ своей матери, а пхъ мужей--отцами (ытк). Дѣти братьевъ, равно какъ и дѣти сестеръ, всѣхъ степеней родства — зовутъ другъ друга „руер“ (=братъ и также соотвѣтствуетъ нѣмецкому слову Geschwister=братья и сестры). Такимъ образомъ получается странное на нашъ взглядъ явленіе, что человѣкъ можетъ имѣть огромное число отцовъ и матерей, ужъ не говоря о братьяхъ и сестрахъ, и часто такие отцы и матери бываютъ моложе своихъ дѣтей. Но въ то же время сестеръ своего отца и братьевъ своей матери гилякъ ужъ не зоветъ „ытк“ и „ымк“, а „сдр“ и „опп“.

Для другихъ формъ родственныхъ отношеній у гиляковъ существуетъ цѣлая серія названій, доказывающая, что не бѣдность языка послужила причиной странной для насъ родственной терминологіи. Такая же терминологія существуетъ у ироксзовъ и другихъ индійскихъ племенъ Сѣверной Америки, равно какъ и у нѣкоторыхъ племенъ въ Индіи, но у нихъ она давно уже не соответствуетъ дѣйствительности; у гиляковъ же эта терминологія хотя не выполнѣ уже соответствуетъ дѣйствительности, но только

САХАЛИНСКИЕ ГИЛЯКИ.

7

не вполне. И теперь каждый гилякъ имѣетъ супружескія права
(не считается грѣхомъ) на женъ своихъ братьевъ всѣхъ степе-
ней родства и на сестеръ своей жены. Этого права лишенъ только
старшій братъ относительно женъ своихъ младшихъ братьевъ.
Это ограниченіе — новѣшаго происхожденія, и самое существова-
ніе его какъ бы подчеркиваетъ законность коллективныхъ супру-
жескихъ правъ младшихъ братьевъ на женъ своихъ старшихъ
братьевъ и на всѣхъ сестеръ своей жены. Этими правами не всегда
уже и теперь пользуются гиляки, и не безъ неудовольствія и даже
насильственныхъ протестовъ смотрятъ во многихъ случаяхъ на
отправленіе этихъ правъ заинтересованныя лица, какъ это уви-
димъ впослѣдствіи; но юридически, такъ сказать, они существуютъ,
отправленіе этихъ правъ не считается прелюбодѣяніемъ, ненака-
зуемо, даже совершается часто открыто съ согласія братьевъ и
мужей сестеръ жены. Такимъ образомъ современная индивидуальная
форма брака у гиляковъ является новообразованіемъ, и крупныя
переживанія стараго строя родового брака, сохранившіяся до сихъ
поръ, сближаютъ ее и съ знаменитой, такъ называемой „Punulua—
family", существовавшей еще въ первой половинѣ нашего столѣ-
тія на Сандвичевыхъ островахъ (Гаваи), гдѣ такія же, какъ у
гиляковъ, взаимныя права на женъ своихъ братьевъ и сестеръ
своей жены существовали безъ ограниченія. И что еще болѣе
удивительно: точно также, какъ въ Punulua-family мужья сестеръ
и жены братьевъ называли другъ друга punulua (компаніонъ, по-
ловинщикъ, товарищъ, другъ)—слово, давшее названіе самому
учрежденію, такъ и у гиляковъ эти категоріи лицъ называютъ другъ
друга „навх" (слово, означающее буквально то-же, что у санд-
вичанъ punulua). До такой степени поразительно сходны бываютъ
даже до мелочей первобытныя учрежденія народовъ, живущихъ въ
разныхъ частяхъ свѣта, отдѣленныхъ другъ отъ друга океанами.

Эта форма семейно-родственныхъ отношеній лежитъ въ основаніи общественной организаціи гиляковъ, въ основаніи ихъ родового устройства („халь“—родъ, также сородичи).

Изъ того, что говорилось о первобытной семѣ гиляковъ,
само собою вытекаетъ, изъ кого составляется ихъ родъ. Всѣ
братья (всѣхъ степеней родства) отца какого-нибудь гиляка NN—
суть его отцы (ытк), ихъ отцы—его дѣды (ате), ихъ дѣти—его
братья (руэр), ихъ внуки—его дѣти (ола) и взаимно. Вотъ эта-то

8

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

огромная семья дѣдовъ, отцовъ, дѣтей, братьевъ и сестеръ и
составляетъ родъ гиляка. Понятно, что такимъ образомъ составля-
ющійся родъ можетъ насчитывать въ своей средѣ огромное число
человѣкъ. Въ одномъ родѣ, живущемъ на сѣверномъ Сахалинѣ,
я насчиталъ 150 человѣкъ, а между тѣмъ онъ—только вѣтвь рода,
живущаго на материкѣ.

Но родъ гиляковъ организуется на мужскомъ началѣ. Хотя
дѣти сестры жены NN—его дѣти (ола) и они считаются братьями
его собственныхъ дѣтей, но если эти сестры жены замужемъ за
гиляками другого халя, то они, т.-е. дѣти этихъ сестеръ, будутъ
чужіе по отношенію къ роду NN. Равнымъ образомъ только жены
сородичей и ихъ незамужнія дочери принадлежать къ роду, и,
наоборотъ, вышедши замужъ, женщина переходитъ въ родъ мужа,
хотя расторженіе брака приводить ее опять въ родъ отца. Вотъ
начала, которыми регулируется жизнь рода:

1. Въ родѣ есть только четыре степени родства: дѣдъ и бабка (атк и ытик), отцы и матери (ытк и ымк), братья и сестры (руэр) и дѣти (ола). Сородичи зовутъ другъ друга, въ отличіе отъ чужеродныхъ, „халь“. Для отличія родныхъ братьевъ отъ родныхъ 1-й степени родства прибавляютъ слово халь, такъ что братья по роду—халь-руэр, родовые отцы—халь-ытк и т. д. Старшій въ родѣ, о роли котораго буду говорить ниже, называется „халь-гей-мар“. Сородичи въ качествѣ общественной единицы, судящей и дѣйствующей, носятъ названіе „халь-нивух“

2. Бракъ внутри рода безусловно запрещенъ. Это—основной и ненарушимый принципъ рода. Какъ ни широки супружескія права гиляковъ на женщинъ упомянутыхъ категорій, какъ ни широки взгляды гиляковъ на отношенія мужчинъ къ женщинамъ вообще („любовь все прощаетъ“), но внутри рода не только бракъ, но и прелюбодѣяніе не встрѣчается даже по исключенію.

3. Жена умершаго гиляка переходитъ по рѣшенію рода къ одному изъ руэровъ покойнаго, обыкновенно младшихъ его; если даже она достанется руэру, который старше покойнаго, то онъ обязанъ содержать ее, хотя не можетъ жить съ ней, какъ съ женой. Но никакимъ образомъ жена умершаго гиляка не можетъ переходить къ лицамъ восходящихъ и нисходящихъ линій родства съ покойнымъ, т. е. къ его халь-ытк'амъ, атк'амъ оля'мъ, И вообще, какъ общее правило, всякая женщина, жившая въ ка-

САХАЛИНСКИЕ ГИЛЯКИ.

9

чествѣ жены (фактически) съ кѣмъ-нибудь, ни при какихъ усло-
віяхъ не можетъ принадлежать кому-нибудь изъ восходящихъ
и нисходящихъ линій родства съ первымъ ея мужемъ. И это
правило соблюдается такъ же строго, какъ и запрещеніе внутрен-
няго брака. Понятно, поэтому, что на многіе браки, заключенные
у насъ между близкими родственниками, гилякъ смотрить, какъ
на кровосмѣшеніе. Отсюда вытекаетъ крайняя необходимость для
гиляка знать всѣхъ своихъ сородичей, которые часто бываютъ
очень многочисленны и, вдобавокъ, разбросаны въ самыхъ отда-
ленныхъ пунктахъ гиляцкой осѣдлости. Это-то знаніе своего рода
составляетъ одинъ изъ элементовъ умственного воспитанія гиляка.
Отъ отца къ сыну переходитъ это знаніе, обновляется жизнью и
составляетъ достояніе всего рода. Въ сомнительныхъ случаяхъ
родства вопросы рѣшаются старшими въ родѣ.

4. Халь содержить всѣхъ стариковъ, больныхъ, неспособныхъ къ труду и прочихъ безпомощныхъ лицъ. Обыкновенно это выполняется ближайшими родственниками, но, за неимѣніемъ таковыхъ, содержить такое лицо та юрта халя, гдѣ лицо это желаетъ поселиться. „У насъ нѣтъ нищихъ“,—говорилъ мѣнѣ одинъ гилякъ: „если кто бѣденъ, кормить его халь“.

5. Члены рода связаны общими жертвоприношеніями и празд-
нествами. Всѣмъ извѣстный „праздникъ медвѣдя" совершается не
отдѣльнымъ селеніемъ, а родомъ, хотя къ участію въ немъ при-
глашаются гости изъ другихъ родовъ. Покупаетъ медвѣдя кто-
нибудь одинъ изъ рода, но всѣ расходы по празднику покрыва-
ются сородичами. А расходы эти доходятъ иногда до нѣсколь-
кихъ сотъ рублей. Съѣзжаются со всѣхъ сторонъ сородичи и
масса спеціально приглашенныхъ гостей чужеродныхъ, которыхъ
надо угощать и кормить въ теченіе многихъ дней, и не только
ихъ самихъ, но и ихъ многочисленныхъ собакъ, пожирающихъ
за время праздника много тысячъ корму. Совершенно неоснова-
тельно мѣнѣ, что праздникъ медвѣдя носитъ религіозный харак-
теръ, или что медвѣдь считается гиляками божественнымъ или
духомъ. Праздникъ медвѣдя—чисто родовой. Естественно, что были
времена, когда удачное нападеніе на медвѣдя,—нападеніе, совер-
шавшееся по тѣмъ временамъ коллективно, пѣлымъ родомъ,—бывало
истиннымъ торжествомъ для рода, который за общей трапезой
пожиралъ огромнаго звѣря. Такъ какъ нападенія на медвѣдя удоб-

ГОРНЫЕ БАШКИРЫ-КАТАЙЦЫ.

79

Когда ему нужно что-нибудь, онъ на все готовъ; но если у него
есть 1/4 ф. чаю, да немного муки, онъ недоступенъ, и тогда
онъ дѣлается чуть не владѣтельнымъ княземъ,—онъ „башкиръ-
собственникъ!“ Но завтра у него нѣтъ чаю, нѣтъ муки—и онъ
готовъ на все, идетъ къ бывшему еще вчера „наемной собакой“
и унижается, прося задатку за какую-нибудь работу; тутъ онъ
готовъ дать какія угодно обязательства, чѣмъ русскіе, конечно,
и пользуются. Я знаю множество примѣровъ въ родѣ того, что
три-четыре дня тому назадъ башкиру предлагали за его лошадь
100 руб. и онъ предлагающего обругалъ наемной собакой, а
сегодня идетъ и продаетъ той же „собакѣ“ свою лошадь за
40-45 руб.; третьего дня у него былъ „припасъ“; а сегодня
нѣтъ! Они довольно вспыльчивы, но не злы, хотя, какъ мнѣ
кажется, для нихъ ровно ничего не значитъ убить человѣка, осо-
бенно „уруса“. Вообще они честны, и только по отношенію къ
русскимъ они допускаютъ обманъ, а между собою очень честны.
Въ остальномъ нравственность ихъ стоитъ довольно высоко: пья-
ницъ между ними нѣтъ, хотя и попиваютъ потихоньку отъ своихъ
у русскихъ водку, но это рѣдкое исключеніе; все ихъ пьянство
заключается въ нѣсколькихъ выпитыхъ чашкахъ кислушки, на-
питка довольно хмѣльнаго, который приготовляется башкирами
изъ меда и хмѣля. Всѣ башкиры страстные любители и наблю-
датели природы, а катаецъ въ особенности: онъ готовъ проле-
жать и просмотрѣть нѣсколько часовъ, наблюдая какого-нибудь
„су-тургая“ (водяного воробья); онъ знаетъ и безошибочно опре-
дѣляетъ всякій звукъ, крикъ или пискъ птицъ или животныхъ;
онъ знаетъ, чтò выражаетъ данный звукъ, ему извѣстны всѣ при-
вычки и жизнь мѣстныхъ обитателей горъ, лѣсовъ и горныхъ
рѣчекъ, и несмотря на это, между ними очень мало охотниковъ.
Происходитъ это, какъ я предполагаю, отъ лѣни; одна только
дер. Бердыгулово славится охотниками. А гдѣ бы и развиться
этому промыслу, какъ не въ Катаѣ? Тамъ водятся: лось, олень,
дикая коза, медвѣдь, куница, глухарь, тетеревъ, рябчикъ и мно-
гія другія. Рѣчки горныя кишатъ рыбою, особенно форелями
(3 вида), достигающими очень внушительныхъ размѣровъ, но...
надо трудиться, вѣдь „безъ труда не вытащишь рыбку и изъ
пруда“, а не только изъ рѣчки, которая бѣшено бѣжитъ съ горъ—
и ревъ которой слышенъ чуть не за 2-3 версты! Тутъ подавно

80

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

нужно трудиться, а башкиръ, какъ я уже говорилъ, не любить труда, поэтому нѣтъ между ними и рыболововъ, не считая двухъ. Единственный способъ ловли рыбы, любимый катайцами, какъ не представляющій труда,—это битье крупной рыбы острогою. Производится эта ловля довольно оригинально: собирается днемъ башкиръ пять верхами съ острогами, ѣдутъ вверхъ по теченію рѣки въ такомъ порядке: одинъ посреди рѣки, два около береговъ, а два по самому борегу и бьютъ рыбу, благодаря прозрачности воды и ея небольшой глубинѣ; подобной ловлею занимаются человѣкъ 20—30 изъ всего рода.

Семейная жизнь катайцевъ не отличается ничѣмъ отъ жизни другихъ башкирскихъ уже описанныхъ родовъ; мужъ — глава, властелинъ; почти всѣ имѣютъ только по одной женѣ и исключенія допускаются только болѣе богатыми, у которыхъ бываетъ двѣ, три и даже, какъ я знаю въ одномъ случаѣ, четыре жены; обыкновенно же у богатыхъ стариковъ бываютъ двѣ жены: одна старая—это хозяйка, другая молодая—игрушка. Меня всегда удивляло умѣніе башкиръ водворять въ домѣ при нѣskолькихъ женахъ миръ и порядокъ, несмотря на явное предпочтеніе къ одной изъ всѣхъ. Все домашнее хозяйство лежитъ исключительно на женщинахъ, но только домашнее, остальные же работы— рубка и вывозка лѣса, обдирка, мочка и сушка мочала, подвозъ сѣна (исключая времени сѣнокоса), рубка въ лѣсу дровъ и т. п.— лежатъ на мужчинахъ. На женщину мужчины смотрятъ, какъ на вещь, какъ на рабыню; она не смѣетъ вступать въ разговоръ мужа съ кѣмъ-либо изъ постороннихъ. Надо отдать справедливость катайскимъ женщинамъ, что онѣ очень нравственны, хотя лицъ онѣ нѣ закрываютъ, какъ это дѣлаютъ всѣ магометанки; хозяйка всегда чѣмъ-нибудь занята, у нея всегда есть работа, на что любуется лежащій и ничего не дѣлающій мужъ.

Болѣзни рѣдко навѣщаютъ башкирскія семьи; смертность ве-
лика только въ младенческомъ возрастѣ, а разъ ребенокъ дожилъ
до 4-5 лѣтъ, можно съ нѣкоторою увѣренностью сказать, что
онъ проживетъ до старости, ибо случаи смертности въ среднемъ
возрастѣ очень рѣдки. Несмотря на это, въ общемъ катайцы вы-
мираютъ, т. е. численностью они уменьшаются.

Живутъ катайцы очень грязно; битюгъ и кандала (вошь и клопъ) неразлучны съ ними; таракановъ у нихъ нѣтъ, и ихъ ка-

ГОРНЫЕ БАШКИРЫ-КАТАЙЦЫ.

81

тайцы не переносятъ за длинные усы: они говорятъ, что вообще усы, попадая въ пищу и питье, поганять ихъ; на этомъ основа- ніи они не только себѣ подстигаютъ усы, а подстигаютъ ихъ даже кошкамъ, такъ какъ кошка можетъ локать молоко, которое обыкновенно стоить подъ нарами, ничѣмъ не покрытое, и, значитъ, опоганить его. Бань у катайцевъ очень немного; если онѣ и есть, то только у богатыхъ; омовеніе они совершаютъ очень рѣдко и то ограничиваются омовеніемъ только рукъ, лица и ушей; омовенія же, предписанныя кораномъ, совершаютъ только богатые, пожилые и старики.

Одежда катайцевъ небогата и крайне однообразна; лѣтомъ она состоитъ изъ ситцевой длинной, безъ опояски, рубашки, хол- щевыхъ штановъ и легкаго халата изъ пестраго синта; на го- ловѣ у большинства поверхъ тюбетейки или чаплашки (ермолка) мѣховая шапка и рѣдко войлочная бѣлая шляпа; на ногахъ ко- жаные катà (поршни въ родѣ башмаковъ) съ пришитыми къ нимъ холщевыми голенищами (уюкъ). Зимою тотъ же костюмъ, только ситцевый халатъ замѣняется желтымъ изъ верблюжьяго сукна; на полясѣ у каждаго виситъ небольшой ножъ (псякъ) въ дере- вянныхъ ножнахъ, обтянутыхъ кожею, съ мѣдными украшеніями; если же катаецъ идетъ или ѣдетъ куда-нибудь, то у него всегда за поясомъ или у сѣдла имѣется балдà (прямой топоръ, формою напоминающій нашъ такъ называемый „колунт“, на очень длин- номъ топорицѣ). Женскій костюмъ весь сшитъ изъ пестрѣйшихъ ситцевъ: поверхъ рубахи и штановъ надѣта шпрочайшая блуза и верхнимъ платьемъ служить ситцевый же красный, черный или зеленый халатъ, обшитый позументомъ. На головѣ онѣ носять платки, а богатыя, выѣзжая куда-нибудь, надѣваютъ на платокъ мужскую мѣховую шапку. Обувь какъ у мужчинъ, богатыя же носятъ наши мужскія высокія кожаныя калоши.

Въ ѣдѣ катаецъ очень неприхотливъ; если есть у него мука для чурэковъ (родъ лепешекъ) да чай, онъ сытъ и доволенъ. Если есть у него деньги, то онъ балуетъ себя маханомъ (конское мясо). Готовятъ маханъ очень просто: необмытые куски кладутъ прямо въ казанъ (котелъ) или мѣдный чайникъ и варятъ 3-3½ часа, т. е. до тѣхъ поръ, когда мясо начнетъ легко отдѣляться отъ костей. Когда мясо готово, тогда хозяйка подаетъ его старшему въ 'семьѣ на деревянномъ блюдѣ; хозяинъ руками, съ помощью

ЭТНОГРАФИЧЕСКОВ ОБОЗРЫНБ. ХУШ.

6

82

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

псяка (ножа), раздираетъ мясо на куски, раздавая ихъ по стар-
шинству сидящимъ за столомъ гостямъ или своимъ семейнымъ,
если нѣтъ гостей; при гостяхъ изъ семьи участвуютъ въ тра-
пезѣ только взрослые мужчины. Дѣлаютъ башкиры еще одно ку-
шанье, что-то въ родѣ клѣцокъ, но рѣдко. Главнымъ питаніемъ
для катайцевъ служить кумысъ (камузъ) и чай. Кумысъ приго-
товляется изъ кобыльяго молока. Чтобы получить больше молока,
для этого доятъ кобылъ, конечно, въ большой ущербѣ развитію
жеребенка, по четыре, пяти разъ на день. Приготовляется (ква-
сится) кумысъ въ деревянныхъ долбленныхъ кадкахъ (чилякъ),
которыя никогда не моются, что составляетъ, по увѣренію баш-
киръ, необходимое условіе для получения хорошаго кумыса; по-
ихъ убѣжденіямъ, чѣмъ старше чилякъ, чѣмъ больше въ немъ
дѣлался кумысъ, тѣмъ онъ лучше для приготовленія хорошаго,
крѣпкаго кумыса, иначе сказать—закваска должна находиться въ-
стѣнкахъ чиляка. Пьютъ кумысъ изъ большихъ, плоскихъ, де-
ревянныхъ чашекъ, вмѣстимостью отъ 2-хъ бутылокъ до полу-
ведра. Когда катаецъ угощаетъ кого-нибудь, то поддерживаетъ
чашку у рта гостя (хотя бы и маленькую), причемъ верхъ
вѣжливости составляетъ, когда гость пьетъ безъ перерыва, очень
долго и много. Замѣчательно возстановляющее дѣйствіе имѣть
кумысъ! За зиму катаецъ исхудаетъ ужасно, осунется, дѣлается
мраченъ, невеселъ, неподвиженъ, однимъ словомъ, при взглядѣ
на него видишь человѣка сильно отошалаго; но довольно ему
двухнедѣльнаго питья кумыса, и тогда его не узнаешь: по-
является уже замѣтная округлость, глаза блестятъ, онъ веселъ,
доволенъ и счастливъ; черезъ мѣсяцъ — это здоровенный, крѣпкій
и сильный человѣкъ. Чай пьютъ катайцы по нѣskольку разъ въ
день, особенно много въ безкумысное время. Пьютъ его съ саха-
ромъ и съ топленымъ коровьимъ масломъ, которое, какъ сахаръ
въ прикуску, берется изъ чашки прямо пальцами, довольно боль-
шой порціей, передъ каждыми тремя - четырьмя глотками. Хлѣбъ
съ чаемъ тоже они любятъ.

Религіозностью катайцы, въ сравненіи съ другими мусульма-
нами, не отличаются: они очень многихъ предписаній корана не
исполняютъ совсемъмъ, для многихъ находятъ обходы и извиненія.
Мечети составляютъ рѣдкое явленіе въ катайскихъ деревняхъ.
Не особенно чтутъ они и праздники; самый большой праздникъ

ГОРНЫЕ БАШКИРЫ-КАТАЙЦЫ.

83

у нихъ считается большой Байрамъ, слѣдующій за большимъ
постомъ Рамазаномъ (Уразà); праздникъ этотъ переходящій, а не
постоянный, какъ пишетъ г. Назаровъ въ отчетъ о поѣздкѣ въ
Башкирію. („Дневн. Антроп. Отд.“, 1889 г., вып. II).

Обрядъ свадебный почти ничѣмъ не отличается отъ другихъ
уже нѣсколько разъ описанныхъ родовъ башкиръ. Замѣтимъ, что
къ другимъ родамъ башкиръ катайцы относятся пренебрежи-
тельно, считая ихъ гораздо ниже себя, почему и не берутъ изъ
нихъ невѣстъ и не отдаютъ имъ своихъ дѣвушекъ. Я знаю
только три случая отдачи невѣстъ въ другіе роды и 2 случая,
гдѣ невѣсты взяты не изъ своего рода. Не этимъ ли объясняется
то, что катайцы вымираютъ, т. е. населеніе не увеличивается
вслѣдствіе е естественнаго прироста, а, напротивъ, уменьшается.

Похоронный обрядъ имѣетъ нѣкоторыя отличія. Обыкновенно тот-
часъ послѣ смерти умершаго обмываютъ и надѣваютъ на него родъ
савана, представляющего изъ себя мѣшокъ изъ холста или коленко-
ра, только безъ дна, безъ рукавовъ; концы этого мѣшка мулла за-
вязываетъ надъ головой и подъ ногами, и, по прочтеніи молитвы,
въ тотъ же день покойника несутъ на доскѣ или лубкѣ къ мо-
гилѣ. Могила копается такъ: въ длину съ в. на з., сообразуясь
съ длиною тѣла; въ южной стѣнкѣ могилы выкапывается ниша,
въ которой мулла и укладываетъ покойника, развязавъ связан-
ные концы савана; кладется тѣло спиною на голую землю, лицо
обращаютъ на югъ, затѣмъ нишу загораживаютъ тесомъ, пал-
ками, дранью, лубкомъ или камышемъ, чтобы туда не попала
земля, и могилу заваливаютъ землей, ставя на ней небольшой
деревянный срубъ изъ 8—12 и болѣе нетолстыхъ бревешекъ.
Въ могилу, кромѣ савана, ничего не кладется: ни украшеній, ни
оружія, ни посуды. Исключенія допускаются только относительно
количества савановъ: на мужчину можно надѣть до 7 савановъ
одинъ сверхъ другого, на женщинъ же только до 3-хъ; это за-
виситъ отъ состоянія умершаго или его родственниковъ. Послѣ
похоронъ устраиваются поминки, у богатыхъ пышныя и много-
людныя.

Музыкальность катайцевъ стоитъ на очень низкой степени;
дальше четырехъ монотонныхъ мотивовъ она не идетъ. Изъ му-
зыкальныхъ инструментовъ употребляется только самодѣльная
дудка, дѣлаемая каждый разъ передъ самой игрою изъ растенія

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЬЕНИЕ. XVII.

6

84

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

называемаго „медвѣжьей дудкой“ (Archangelica officinalis). Игра
на подобной дудкѣ требуетъ большого навыка; совершенствомъ
считается, когда музыкантъ достигаетъ умѣнья издавать одно-
временно два звука: одинъ—изъ дудки, другой—мычаніе носомъ
или горломъ; выходить крайне оригинальное сочетаніе звуковъ.
Лучшій мотивъ—это пѣсня Тевкелевская, сочиненная, какъ гово-
рятъ башкиры, сидѣвшей въ темницѣ Тевкелевой; но эта пѣсня
не такъ распространена, какъ пѣсня - былина про иноходца; въ
ней воспѣвается иноходецъ, котораго укралъ катаецъ гдѣ то
около Оренбурга, и на котором онъ проѣхалъ разстояніе около
300 верстъ, не останавливаясь, такъ какъ за нимъ гнались два
брата, хозяева иноходца, съ нѣсколькими родственниками. Когда
они добрались до кочевки вора, то его тамъ не было, онъ угналъ
дальше въ горы; въ отомщеніе за иноходца они перерѣзали всю
семью вора, исключая его красавицы - жены, которую увели къ
себѣ въ стени. Говорятъ, кровь этого знаменитаго коня течетъ
и до сихъ поръ въ жилахъ мѣстной, очень хорошей лошади.
Пляска башкиръ—довольно неуклюжій русскій трепакъ, или что-
то въ родѣ него.

Ростъ катайцевъ въ среднемъ высокъ, сложеніе очень крѣп-
кое. Голова довольно большая, цвѣтъ лица очень смуглый, пе-
реходящій весною въ темно-бронзовый оттѣнокъ. Глаза довольно
большіе, съ небольшимъ подъемомъ наружнаго угла надъ внутрен-
нимъ, большей частью темно-каріе. Носъ и губы крупные. Цвѣтъ
волосъ на головѣ, бровяхъ, усахъ и бородѣ черный, очень рѣдко
вродѣ рыжаго; волосы прямые, очень рѣдко волнистые, не осо-
бенно жесткіе, на головѣ густые, на бородѣ же рѣдкіе; бороды
небольшія. Уши не такъ велики и не такъ лохухи, какъ у та-
таръ, у которыхъ лохухость проходить отъ своеобразнаго
ношенія шапки. Зубы крупные, крѣпкіе и бѣлые, даже у стари-
ковъ. Хотя мною произведены и нѣкоторыя антропометрическія
измѣренія, но я не рѣшаюсь ихъ приводить, не будучи вполнѣ
увѣренъ въ ихъ точности. Съ типичныхъ катайцевъ, съ ихъ
построекъ, одежды, обуви, утвари и т. п. мною сняты фотогра-
фические снимки, которые могутъ служить для сравнительныхъ
наблюденій.

Левъ фонъ-Бергхольцъ.

Г. Уфа, 29 июля 1892 г.

ИЗЪ ОБЛАСТИ МАЛОРУССКИХЪ НАРОДНЫХЪ ЛЕГЕНДЪ.

(Матеріалы для характеристики міросозерцанія крестьянскаго населенія Купянскаго уѣзда).

VI.

Сказанія о ветхозавѣтныхъ событияхъ и лицахъ. (Окончаніе)*

Ж. Соломонъ.

Циклъ малорусскихъ народныхъ сказаній о Соломонѣ довольно обширенъ, но не замкнутъ: въ немъ недостаетъ нѣskолькихъ звеньевъ, хотя въ него вошло много эпизодовъ чисто сказочнаго и легендарнаго характера. Дѣло ученыхъ указать, что изъ приписываемаго народными разсказами Соломону должно быть поставлено на счетъ народныхъ передѣлокъ книжныхъ о немъ сказаній, или какіе эпизоды и мотивы въ этихъ послѣднихъ позаимствованы были сперва изъ мѣстныхъ народныхъ сказокъ и легендѣ, а потомъ снова стали достояніемъ устной народной словесности, и, наконецъ, что должно быть отнесено къ случайному прикрѣпленію сказочнаго сюжета къ имени Соломона. Мы полагаемъ, что и въ современныхъ народныхъ сказаніяхъ о Соломонѣ сохранились нѣкоторыя черты, затерянныя древней письменностію, а потому pozvляемъ себѣ выразить пожеланіе, чтобы кто-либо изъ нашихъ фольклористовъ принялъ на себя трудъ изслѣдованія нашихъ народныхъ сказокъ, по отношенію ихъ къ сюжетамъ Соломоноеской саги.

Въ виду количественнаго недостатка помѣщаемаго ниже матеріала, собраннаго притомъ въ одномъ лишь уѣздѣ, считаемъ

*) См. „Этн. Обозр.“ XVII. 70.

86

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

нелишнимъ намѣтить нѣсколько темъ, имѣющихъ отношеніе къ
сказаніямъ изъ Соломоновскаго цикла. Интересно было бы, имен-
но, получить изъ народныхъ устъ и обслѣдовать матеріалы на
слѣдующія темы:

1. Попытки злой матери извести сына. Въ славянскихъ сказанияхъ о Соломонѣ говорится о попыткахъ матери извести его. Было бы любопытно привлечь параллель изъ тѣхъ русскихъ народныхъ сказокъ, въ которыхъ разрабатывается этотъ же самый сюжетъ.

2. Чудесный перстень или, вообще, вѣщій помощникъ молодого героя. У Соломона былъ перстень съ начертаннымъ на немъ именемъ Божіимъ. Силою этого перстня Соломонъ повелѣвалъ стихіями и злыми духами. Было бы интересно сличить съ этой стороны Соломоновскія сказанія съ нашими сказками, въ которыхъ герои владѣютъ чудесными вещами (кольцомъ, шкатулкой, зеркаломъ), дающими имъ власть надъ „молодцами“, быстро исполняющими всѣ приказанія героя.

3. Помощники героя въ рѣшеніи трудныхъ задачъ для полученія руки царевны. Заброшенный Асмодеемъ въ чужую землю, Соломонъ поступаетъ на кухню царя поваренкомъ, а затѣмъ уходить съ влюбившеюся въ него дочерью царя. Хотя ни у А. Веселовскаго (о Соломонѣ и Китоврасѣ), ни у Н. Порфирьева (Апокр. сказанія), ни въ нашемъ собраніи нѣтъ упоминанія о задачахъ, обыкновенно предлагаемыхъ ихъ героямъ для полученія руки красавицы, но, тѣмъ не менѣе, мы думаемъ, что это недостающее звено въ циклѣ Соломоновскихъ сказаній должно было существовать и можетъ еще найтись.

4. Вѣроломныя жены. Похищеніе или бѣгство жены героя и подвиги или похожденія его для возвращенія жены. О женѣ Соломонѣ говорится, что ее увезли или, какъ у насъ, что она сама ушла отъ мужа и что послѣдній, переодѣвшись нищимъ, отыскиваетъ ее.

5. Загадки царицы Савской и преніе о мудрости съ Соломономъ даютъ намъ основаніе желать, чтобы были собраны всѣ тѣ сказанія, въ которыхъ приводятся состязанія о мудрости.

6. Библейскіе апокрифы съ именемъ Соломона должны, конечно, также войти въ собраніе народныхъ сказаній о Соломонѣ.

ПЗЪ ОБЛАСТИ МАЛОРУССКИХЪ НАРОДНЫХЪ ЛЕГЕНДЪ.

87

Намъ кажется, такимъ путемъ возможно собрать данные для
точнаго выясненія влаіянія Соломоновской саги на сюжеты и мо-
тивы нѣкоторыхъ нашихъ народныхъ сказокъ, а вмѣстѣ съ тѣмъ
и для пополненія самой саги.

Перейдемъ теперь къ имѣющемуся у насъ матеріалу.

Дѣтство и отрочество Соломона.—Говорятъ, Соломонъ еще
ребенкомъ помогалъ отцу своему Давиду судить по правдѣ.

— Однажды пришли къ царю Давиду два человѣка на судъ. У истца былъ виноградникъ, въ который забрались козы отвѣтчика и истребили въ немъ всѣ виноградныя лозы. Отвѣтчикъ въ свое оправданіе ссылался единственно на то, что козы его забрались въ чужой виноградникъ въ то время, когда ихъ пастухъ уснулъ, а какъ за сонъ нельзя ручаться, то и просилъ признать его не виновнымъ. Выслушавъ отвѣтчика, Давидъ приказалъ отобрать у него козъ и отдать ихъ владѣльцу виноградника. „Не по правдѣ ты, отецъ, разсудилъ“, сказалъ присутствовавшій при этомъ трехлѣтній Соломонъ. — Какъ не по правдѣ? удивился царь: ну разсуди ты ихъ по правдѣ! — „А вотъ какъ по правдѣ“, сказалъ Соломонъ: „пусть тотъ, чьи козы, отдаетъ тому, чей виноградникъ, весь доходъ отъ козы: шерсть, молоко и козлятъ, до тѣхъ поръ, пока кусты винограда станутъ снова такими, какъ были, а тогда квитъ“. — Быть по твоему, — сказалъ Давидъ и съ этого дня сталъ отсылать судящихся, прежде разбора дѣла, къ своему сыну, чтобы узнать его мнѣніе, а затѣмъ ужъ произносиłъ свой приговоръ.

Вотъ приходятъ къ нему докторъ, молодоженъ и вдовецъ и просять у него совѣта. Докторъ говорилъ: „Извѣстно тебѣ, госу-
дарь, что я много лѣтъ учился и дома и въ чужихъ земляхъ
врачебному искусству, и уже много лѣтъ живу здѣсь, въ Іеруса-
лимѣ, на твоихъ глазахъ; никому никогда не отказываю въ по-
мощи, бѣгу по первому зову къ больному и помогаю, насколько
въ силахъ помочь наша наука. Другимъ помогаю, а самъ съ
семьею едва перебиваюсь съ сухаря на корку: женѣ и дѣтямъ
не въ чемъ выйти на улицу!“ Второй сказалъ: „Нѣтъ еще и года,
какъ я женился, но съ перваго же дня женитьбы лишился покоя:
жена капризничаетъ, то кричитъ и бранится, то нечетъ и по цѣ-
лымъ днямъ молчитъ, лежа въ постели. Я и ласкалъ ее, и уго-
варивалъ, и бранилъ — ничто не помогаетъ, не знаю, что съ нею
и дѣлать.“ Третій сказалъ: „Я овдовѣлъ и хочу жениться вто-

88

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

рично, им'ю въ виду трехъ невѣстъ: одна дѣвушка, другая—
вдова бездѣтная, а третья—вдова съ дѣтьми; но вотъ бѣда: ду-
маю, думаю и никакъ не могу рѣшить вопроса: какую изъ нихъ
взять. И вотъ рѣшился обратиться къ тебѣ, государь, за совѣ-
томъ, кого изъ нихъ взять въ жены себѣ. Давидъ предложилъ
пмъ пойти къ Соломону, разсказать ему свои дѣла, а затѣмъ
внимательно выслушать и замѣтить все, что онъ имъ скажетъ, и
тогда возвратиться сюда за совѣтомъ. Просители застали Соло-
мона верхомъ на палочкѣ. Выслушавши ихъ, онъ сказалъ док-
тору: „думай о себѣ!“ молодожену: „посмотри въ мельницу, гдѣ
пшено!“ а вдовцу: „якъ возьмешъ дивку, такъ ты то знатымышъ;
якъ возьмешъ вдову бизъ дитей, такъ и ты знатымышъ и вона
знатыме, а якъ возьмешъ вдову зъ дитьмы, такъ—тикай, хлопче,
кобыла тебе стопче!“ При послѣднихъ словахъ хлеснулъ своего
коня-палочку и убѣжалъ. Давидъ такъ объяснилъ просителямъ
слова Соломона: докторъ долженъ выше цѣнить свой трудъ; не
бѣжать тотчасъ, хотя бы и былъ совершенно безъ дѣла, къ
больному, а всегда показывать видъ, что страшно занять, а по-
тому, пришедши къ больному, говорить поменьше, только прика-
зывать, а не бесѣдовать, да и домой. Тогда всѣ нуждающіеся въ
твоемъ искусствѣ будутъ тѣмъ дороже оплачивать твое время;
чѣмъ ты меньше будешь работать для нихъ, тѣмъ больше бу-
дешь думать о себѣ. Въ мельницѣ пшено приготовляютъ изъ
проса, околачивая послѣднее въ ступахъ толчечами. Такъ и ты
потолки хорошенько свою молодую жену, то съ нея сойдетъ дурь,
какъ съ проса сходитъ отъ ударовъ оболочка,—такъ сказалъ
Давидъ второму просителю. „А тебѣ и объяснять нечего,“ сказалъ
онъ, обратившись къ третьему: „самъ теперь видишь, на комъ
слѣдуетъ жениться“. (Г. Купянскъ и сл. Араповка).

— Однажды Соломонъ спдѣлъ на корточкахъ и взвѣшивалъ
что-то на вѣсахъ. Подходитъ къ нему мать его и, увидѣвъ, что на
одной чашкѣ вѣсовъ какое-то очень маленькое зернышко, а на-
другой — собачій пометъ, спрашиваетъ: „шо це ты робышь?“—
„Та се, бачъ, вáжу жиноцкій умъ,“ отвѣчалъ смѣясь Соломонъ:
„такъ собаче... важче (тяжелѣ) видъ нёго.“ Мать за такой отвѣтъ
сильно разсердилась на Соломона и приказала выгнать его вонъ изъ
дома. Соломонъ пошелъ скитаться по свѣту, а Давида, отца его, въ
это время дома не было. Когда Давидъ узналъ, что прогнанный

89

матерью Соломонъ ушелъ изъ города и гдѣ-то скитается, то по-
слалъ во всѣ концы царства своего гонцовъ, чтобы они отыскали
сына его и доставили домой. Гонцы отправились, объѣздили все
царство—и не нашли Соломона. Тогда царь приказалъ сдѣлать золо-
той плугъ (золотую карету—сл. Ново-Николаевка), далъ гонцамъ
этотъ плугъ и сказалъ: „возьмите этотъ золотой плугъ, поѣзжайте
съ нимъ по всему свѣту и спрашивайте у всякаго встрѣчнаго и
поперечнаго цѣну этого плуга, сколько онъ стоитъ. Кто узнаетъ
настоящую цѣну плуга, тотъ и есть мой сынъ.“ Поѣхали опять
гонцы, но къ кому они ни обращались, никто не могъ узнать
цѣны плуга. Вотъ однажды увидѣли они въ полѣ пастуха, кото-
рый сидѣлъ..., ѣлъ хлѣбъ и билъ вшей на хлѣбной коркѣ. Гонцы
спросили у него, что онъ дѣлаетъ. Пастухъ отвѣчалъ: „старыну
выкладаю, новыну накладаю, а дыкого звира побываю.“ Тогда они
спросили: „а какъ ты думаешь, сколько стоитъ этотъ золотой
плугъ?“—„Та якъ не пиде въ маю мисяци трычи дощъ, то винъ
и оціеі шкуринкы не стое (а шо ваша карета стое, та вона пидъ
часъ и сёго куска не стое, шо въ мене въ рукахъ — сл. Ново-Нико-
лаевка).“ Гонцы илюнули и сказали: „дурный дурнё й говоре,“ да
и поѣхали дальше, не узнавъ въ пастухѣ Соломона. Объѣхавши
весь свѣтъ и не найдя никого, кто бы могъ узнать настоящую
цѣну золотого плуга, гонцы возвратились къ царю и разсказали
ему о своихъ тщетныхъ попыткахъ отыскать Соломона, не забывъ
при этомъ упомянуть о своей встрѣчѣ съ глупымъ пастухомъ.
Услышавъ слова послѣдняго и оцѣнку плуга, сдѣланную пасту-
хомъ, Давидъ воскликнулъ: „ахъ вы дурни! вѣдь тотъ пастухъ и
есть мой родной сынъ, премудрый Соломонъ!“ (сл. Араповка. Сообщ.
уч. М. Скубакъ).

— Соломонъ молодымъ, поки ще не царствувавъ, любывъ одя-
гатьця въ просту мужицьку одежу, иноди старьцемъ, або бла-
гымъ, и ходывъ межъ людей, де що слухавъ, а де що и самъ
народъ навчавъ и разни прыказки нибыто говорывъ. Якійсь царь
разъ звеливъ зробыть золотый плугъ. Зробылы той плугъ. Царь
собравъ усихъ своихъ придворныхъ и веливъ оциныты той плугъ.
Ни одынъ не смогъ сказать ему цины. Тоди собралы усихъ лю-
дей со всіи царьскон столыци, и тожъ не нашшлось такого, шобъ
положивъ цину плугови. А одынъ чоловикъ и каже: „А хто его
зна, яка ему цина, це ма буть одынъ Соломонъ знае, большъ нико-

90

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

му ёго цинуваты". Царь почувъ ту ричъ и заразъ звелівъ тремъ
мужикамъ несты той плугъ по всему съвиту и шукать того, хто
оцине плугъ, и привеҫты того чоловика до царя, бо то и буде
самый Соломонъ. Пишлы послани по всему свиту. Куды въ сло-
боду альбо въ городъ прыйдуть, заразъ сзывають сходъ и пытають,
хто може оциныты золотого плуга. Нихто не бравсь. Люды ды-
влятця и кажуть: „колыбъ его переробыть на гроши, то стильки
ихъ буде, шо мы имъ и счоту не сведемъ, а то якъ его такъ
сказаты ему ціну!" Надоило вже тымъ посланымъ и носыты той
плугъ, и повернулы воны назадъ до дому. Идуть, а зустрічъ имъ
иде якійсь парень, такъ собі, неначе придурковатый, въ драній
одежи. Побачивъ ихъ и сивъ бля дороги; доставъ изъ-за пазухи
шкурынку хлиба, та тяга воши зъ головы и бье на тій шкурын-
ці, и куса іи й йисть. Побачілы то наши ходатан и сталы глузу-
ваты: „ну, якъ оцей мудрець не скаже цины нашому плугови, такъ
мабуть ни одынъ въ свити не скаже.“— „Эге, якъ таки оцей не
скаже: мы ще такого и не бачілы, хочь кильно земель прошлы."
Такъ балакають царьски слути. Пидійшлы до того парня, та по-
казують ему свій плугъ и кажуть: „а ну, хлопче, чи не оці-
нышъ ты оцей плугъ, шо винъ стое?“— Пидъ урожай може и
дорого стопть, а пидъ такій годъ, якъ заразъ, и моїй шку-
рынки хлиба не стое: не проминяю я ен на вашъ плугъ. „Якъ
не проминяешъ?“— А такъ, не проминяю; шо я буду съ сымъ
плугомъ робыты: понесу его на базарь, такъ его тамъ не
тилько ніякій не купе, а и діны не спытае, скаже: це не
по нашимъ грошамъ; а пиду милостыни прохаты, такъ тожъ
нихто не подасть, ще попобють, шо такый багачъ, та просе,—
такъ и здохну не йивши. А я ось свою шкурыночку зйимъ,
Богу и людямъ подякую, та й пиду, десь мини опьять дадуть
шматокъ. И пишовъ соби той хлопець своею дорогою. Вороты-
лысь и послани до царя и прынеслы той плугъ. Царь и пытае,
хто яку цину ему назначавъ. Послани усе розсказалы, не забулы
и про парня того, шо не хотивъ шкурынки на плуга зминять.
Подумавъ, подумавъ царь тай каже: „шо жъ вы мини того хлоп-
ця не прывелы, то и бувъ самъ премудрый Соломонъ.“ Воны
одказують: мы жъ не зналы, шо то винъ. „Ну, прыказуе царь:
нате вамъ оцей горщокъ и неситъ его по всему свиту и шукай-
те мини такого чоловика, шобъ цей горщокъ намочивъ, вывер-

91

нувъ и уставывъ нове дно. Хто усе то зробе, тому дамъ третью
часть мого царства, и того чоловіка прыведить до мене. " Пиш-
лы упъять ти тры мужики по сьвиту шукаты такого, хтобъ зро-
бывъ такъ, якъ царь прыказувавъ. Шукалы, шукалы — нема, ни
одынъ не може того зробыты. Вже думалы ни зъ чимъ до дому
вертатьця, глядь — иде назустричъ парень. Пытають его, чи не
може винъ того горщика намочить, вывернуть, обмыть и нове
дно вставыть; колы винъ такъ зробе, то ему царь третью часть
свого царства дасть. Парень узявсь усе те зробыть. „Ну, ходимъ
же до царя. " — „Ни, каже парень: нате понеситъ вашему царю оци
яйця (а ихъ було десятокъ), нехай винъ ихъ пидъ квочку пид-
сыпе, та якъ изъ тыхъ яець курчата вылуплятця, такъ я тоды
прыйду и горщокъ прынесу вывернутый, обмытый и дно уставлене“.
Ради ти послани, шо сполнылы царьскій прыказъ: найшлы того,
хто може зъ горщикомъ таке дыво зробыты, узялы ти яйця та й
скоришъ до дому. Прыйшлы, розсказалы усе царю и отдали ему яйця.
Царь пидсыпавъ пидъ квочку и жде, колы цыплята вылуплятця,
тоди, бачъ, Соломонъ прыйде. А ти яйця булы варени и николы
зъ ныхъ курчата не вылуплятця. Ось царь якъ узнавъ, шо ти
яйця варени, бо воны протухлы, ставъ винъ думаты, якъ ему
побачиты Соломона, и прыдумавъ. Зробывъ обидъ, созвавъ усихъ
людей и подававъ имъ ложки по пивтора аршина довжины и
веливъ, шобъ ти ложки бралы за сами кран и йнлы. Зибрався
народъ, посидалы за столы, сидять и не йидять, бо не можуть
ложки обернуты до рота. Проходить мимо Соломонъ. Жалко ему
стало народа, винъ и пыта ихъ: „чого жъ вы не йисте?“ — Якъ
же намъ йисты, колы царь звеливъ браты ложки за сами кран, а
іі и не обернышъ до рота. „А вы посидайте одынъ протывъ одного,
а мыски будуть по середыни, а вы набырайте та й одынъ одного
и годуйте“. Люды такъ посидалы и началы обидаты. Царь то поба-
чивъ, прыходе и пыта у Соломона: „шо ты за чоловикъ?“ — Я,
каже, Соломонъ.— „А колы жъ ты мини горщокъ прынесештъ?“—
Якъ изъ тыхъ яець, шо я давъ, курчата вылуплятця.— „А колы
жъ воны вылуплятця?“ — На тоби жменю проса, каже Соломонъ,
посій его на прыпичку; якъ воно выросте та поспіе, такъ тоди
вылуплятця курчата, а ты ихъ тымъ просомъ годуватымышъ:
другого ны йистымуть. Тоди я тоби и горщокъ прынесу, вы-
вернутый, обмытый, уставлене дно. Сказавъ и пишовъ соби, тиль-

92

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ко его царь и бачивъ. Узявъ царь те просо, дывывсь, дывывсь
на него и не знае, чи правду Соломонъ казавъ. Може, дума, це
просо не просте, яке небудь особе, шо на прыпичку росте,—
узявъ и посіявъ. Та мабуть и доси жде, поки воно зійде. А Со-
ломонъ странествувавъ по сьвиту и нанимавсь у работныки. Довго
винъ ходывъ та й прыйшовъ до дому, до батька свого, царя Да-
вида, а его и не пизналы. Винъ и ставъ слухаты, шо слуги про
царя кажуть. А воны кажуть, шо царь дуже скупый: харчи дае
не гарни и дешево плате. Соломонъ и каже: „одведитъ мене до
царя, я хочу нанятьця.“ Царь не пизнавъ, шо то бувъ Соломонъ,
сынъ его, и нанявъ его съ такимъ договоромъ: винъ довженъ
робыть и не прохаты йисты, поки ему не дадуть; а якъ попросе,
то должонъ дать царю сто рубливъ. А колы царь за що вылаеть
его, то царь ему довженъ даты сто рубливъ. Отъ заставывъ его
царь молотыты пшеныцю. Молотывъ, молотывъ Соломонъ, а йисты
ему и не несуть; взявъ винъ ту пшеныцю, шо намолотывъ, про-
віявъ, понись та й продавъ и купывъ соби хліба и горилки; пойивъ,
выпывъ, литгъ, спочинувъ и опять молоте. Передъ вечеромъ несуть
ему обидъ и царь иде, прыйшовъ та й пытае: „а дежъ то, шо ты на-
молотывъ?“—Эге, я отнисъ, продавъ та купывъ хліба и горилки,
выпывъ соби и закусывъ. Ось ще осталось, може вы выпьете?
одвича Соломонъ: та може вы розсердылысь, шо я такъ зробывъ?
И вылаявъ бы его царь, та сто рубливъ жалко даваты. Пишовъ
царь до царыци и розсказавъ ій про нового работныка шо на-
нявъ, и просе совиту, шо ему зъ нимъ робыть. А царыця каже:
„пошлы его въ лисъ за дровамы, може его тамъ звиръ зйисть“.
Царь пославъ. Запригъ Соломонъ пару волинъ и пойихавъ въ лисъ.
Прыйихавъ, злизъ на самого высчого дуба и начавъ гилля руба-
ты, а воливъ унызу покынузъ. Прыйшовъ медвидь, загрызъ вола,
а Соломонъ зверху якъ накыне на мидвидя налыгачъ (веревку), та
й прывьязавъ его до дерева. И зновъ руба гилля, а медвидь реве
на увесь лисъ. Бижить на ревъ другій, та до вола, загрызъ и
другого вола. Соломонъ и сего медвидя налыгавъ и прывьязавъ
до дерева, а самъ усе гилля руба. Нарубавъ, злизъ, поскладавъ
на визъ, тоди тыхъ медвидей запригъ и пойихавъ. Прыйихавъ та
прямо иде до царя и каже: „я прывизъ лису, куды худобу загна-
ты?“—А царь и каже: хиба жъ ты не знашшъ куды? у загороду!
Винъ взлвъ и пустывъ ведмидивъ у загороду, де була скотына,

93

а воны усю скотыну ту попередушилы, а шо поперелякалы: про-
пала уся худоба. Що царю робыть? и вылявъ бы, та вже не по-
можишъ дилу, а ще сто карбованцевъ прыйдѣтьця платыты. Пи-
шовъ царь и розсказуе царыци, якои биды наробывъ новый най-
мытъ. Царыщи захотилось подывыцця на такого невиданнаго най-
мыта и просе царя показаты йі того хлопця. Скоро потимъ укра-
лы у царя его любымыхъ коней. Царь осерчавъ, созвавъ усихъ
конюхъ и звеливъ наказаты ихъ бычамы. Царь судъ суде, а
царыцця въ викно дывытця. Соломонъ тожъ не далеко пидъ вик-
номъ стоить та й каже: „Дуже царь сердый. Хиба жъ за сонъ
можна ручатьця. Отъ якъ у царя украдуть царыцю, тоди якъ винъ
самъ себе покарае?" Царыцця побачила Соломона и почула его
ричи; захотилось йі дознаты, шо то винъ балака, хто іи хоче
красты, та и парень йі дуже сподобавсь, бо Соломонъ бувъ ду-
же красывый на лице. Кончивъ царь свій судъ и ввійшовъ до
царыци, а вона ему заразъ розсказала, шо за речи казавъ най-
мытъ, и стала прохаты царя, шобъ позвавъ найыта у горныцця
и роспытавъ, хто и якъ будуть іи красты. Довго царь не согла-
шавсь, але жъ царыцця до тыхъ поръ его улащала, шо винъ по-
звавъ таки Соломона и ставъ пытаты, шо винъ балакавъ. „Я ка-
завъ, шо добре царь конюхъ осудывъ, шо вопы крипко сплать,
а якъ бы хто царыцю укравъ,—яку бъ царь самъ на себе кару
наложивъ? за сонъ, царь, не ручись!" Хотивъ царь вылашти его,
та жаль гроши платыты. А тутъ царыцця пидбыва спытаты, хиба
жъ таки іі хто хоче красты, хиба жъ це можно. „И не знаю,
хто хоче, а шо можно, то можно,—каже Соломонъ: колы хочете,
то и я украду.“ И побывсь Соломонъ съ қаремъ объ закладъ,
шо винъ украде сю ничъ у царя царыцю. Царь, якъ прыйшла
ничъ, на порози свого покоя положивъ дворъ прыслугъ, а Соло-
монъ съ тымы прыслугамы знався, бо Соломона всі жинки любы-
лы, дуже винъ на лыце бувъ красывый. Винъ и пидпрохавъ ихъ,
шобъ его впустылы у горныцю бля царьского покоя. Воны его
тамъ и сховалы и двери не заперлы. Якъ уси поснулы, Соломонъ
тыхесенько двери видчинывъ, а царыця сама до него и выйшла.
Прокынувсь царь, глядь—нема царыци. Хотивъ зробыты тревогу,
та шожъ, уси знатымуть, шо царыцю укралы и що винъ объ за-
кладъ бывсь. На другій день отдавъ царь работыку гроши и
прогнавъ его. А царыця, якъ вмерла, то за це на викъ осталась

94

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

Въ аду. (Сл. Тарасовка, отъ уч—цы В. Н. Свѣтъ). (Ср. А. Аванасьева, Нар. русск. сказки, № 87 и 219).

Какъ Соломонъ доказалъ своей матери, что и она съ такими же слабостями, какъ и всѣ прочія женщины, у которыхъ волосъ, молѣ, дологъ да умѣ коротокъ,— этотъ эпизодъ разсказывается въ сл. Араповкѣ такъ:

Постранствовавъ по свѣту, Соломонъ, поступилъ, наконецъ, въ лавку къ одному купцу. Въ это время еще не знали зеркальѣ. Соломонъ сдѣлалъ первое зеркало и когда поѣхалъ торговать въ тотъ городѣ, гдѣ жилъ его отецъ, то взялъ съ собою и зеркало. Мать Соломона, проходя мимо его лавки, увидѣла въ ней свое изображеніе, отраженное въ зеркальѣ, удивилась, принявъ его за нортретъ какой-то царицы, и, побуждаемал любопытствомъ, зашла въ лавку. Узнавъ же здѣсь въ чемъ дѣло, стала настойчиво про- сить, чтобы купецъ продалъ ей эту рѣдкую вещь, говоря, что она готова заплатить цѣну, какую онъ назначитъ, не торгуясь. На это Соломонъ сказалъ ей, что зеркала онъ никому ни за какія со- кровища не продасть и не промѣняетъ, а отдасть его той женщи- нѣ, которая переночуетъ съ нимъ одну ночь. Царица согласилась и на это. Ночью, когда царь уснулъ, она провела Соломона въ свою спальню. Тутъ онъ открылся своей матери и сказалъ ей: "а шо? отъ теперъ же ты и сама бачишѣ, що моя правда, що жиноцкій умѣ легче собачого...." (Ср. М. Драгомановъ, 100—111).

Соломонъ-царѣ.—По смерти отца своего Давида, Соломонъ сталъ царемъ. Ангелъ принесъ съ неба золотой перстень, на котором было начертано имя Божіе, подалъ его Соломону и сказалъ: „возьми этотъ перстень, Богъ даетъ его тебѣ по молитвѣ отца твоего Давида. Доколѣ этотъ перстень будетъ у тебя, до тѣхъ поръ звѣри и птицы, лѣса и поля, горы и моря. Вѣтры и духи будутъ повиноваться тебѣ; но какъ только ты утерешь его, утерешь вмѣстѣ съ перстнемъ и власть свою надъ міромъ и царство!" И сталъ Соломонъ мудрѣйшимъ между царями земными: онъ узналъ названіе и силу всякаго камня, всякой былки полевой, всякаго дерева лѣнного; языкъ звѣрей, птицъ и всякой твари сталъ ему понятенъ. Вѣтры по одному его слову переносили его со всѣмъ его дворомъ на коврѣ туда, куда ему хотѣлось, а пти- цы въ это время, летя надъ нимъ тучей, защищали его отъ лу- чей солнца. Бѣсы служили ему какъ простые рабочіе, а главнѣй-

ИЗЪ ОБЛАСТИ МАЛОРУССКИХЪ НАРОДНЫХЪ ЛЕГЕНДЪ..

95

шій изъ нихъ, кривой хромоногій бѣсъ, былъ за приказчика, яв-
лялся по утрамъ за приказаніемъ. Всѣ окрестные цари пріѣзжали
къ Соломону на поклонъ съ богатыми дарами и поучались у него
мудрости.

Однажды утромъ летѣлъ Соломонъ со всѣми своими придвор-
ными на коврѣ-самолетѣ къ границѣ своего царства. Летить и
видить, что въ стаѣ птицѣ, парящей надъ нимъ, нѣтъ вѣшей
птицы (какой именно—разсказчикъ не знаетъ). Соломонъ удивился
ея отсутствію и приказалъ тотчасъ, какъ она прилетитъ, прислать
ее къ нему. На вопросъ Соломона, гдѣ она была, явившаяся
птица отвѣчала: „на югъ отъ твоей земли лежитъ богатая страна
язычниковъ-солнцепоклонниковъ; тамъ царствуетъ женщина, при-
носящая при солнечномъ восходѣ кровавыя жертвы солнцу, считая
его своимъ богомъ. И вотъ я и весь родъ мой сжедневно въ часъ
солнечнаго восхода улетаемъ въ ту страну, чтобы скрывать лицо
солнца отъ глазъ язычниковъ, дабы мудрая царица ихъ увидала
свое и народа своего заблужденіе и перестала кланяться солнцу,
какъ богу. Сегодня, въ виду особаго торжества въ этой странѣ,
я долженъ былъ пробыть тамъ дольше обыкновеннаго, а потому
и опоздалъ явиться на свое мѣсто“. Такъ закончила разсказъ
свой вѣщая птица. Выслушавъ оправданіе, Соломонъ, не отвѣчая
ни слова, началъ нисать письмо. „Ну, такъ какъ ты до сегодня
не сказалъ мнѣ ничего ни объ этой странѣ, ни объ этой царицѣ,
то лети сейчасъ же назадъ въ ту страну, гдѣ ты былъ, и пере-
дай отъ меня царицѣ вотъ это письмо, да скажи ей, что я удив-
ляюсь, какъ это до сихъ поръ она не пришла поклониться мнѣ
и богу моему“. Такъ сказалъ Соломонъ, и вѣщая птица полетѣла
исянтить его приказаніе. Получивъ письмо Соломона, царица
(Савская) послала къ Соломону пословъ съ подарками, но сама не
поѣхала: она была хитра и хотѣла испытать мудрость царя Со-
ломона прежде, чѣмъ отправиться къ нему самой. Поэтому ото-
брала она изъ юношей своей страны триста душъ тѣхъ, которые,
какъ она зналà, должны были въ томъ году всѣ умереть, наря-
дила ихъ въ разноцвѣтное платье и послала Соломону въ пода-
рокъ, въ числѣ другихъ ему даровъ. Посмотрѣвъ на присланныхъ
царицей въ подарокъ ему юношей, Соломонъ уразумѣлъ ея лу-
кавство, приказалъ снять съ нихъ разноцвѣтное платье, одѣть,
вмѣсто того, въ саваны и отослать обратно къ царицѣ при

96

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

письмѣ, въ котором было написано: „какъ видно, у тебя такъ мало земли, что негдѣ похоронить мертвецовъ, и вотъ ты вздумала цислать ихъ мнѣ въ платѣ жениховъ. Отправляю ихъ къ тебе назадъ въ приличномъ имъ нарядѣ: изъ какой они земли взяты, въ ту же землю пусть и идутъ“. Убѣдилась царица въ мудрости Соломона, собралась къ нему въ гости, взяла безчисленное множество драгоцѣнныхъ подарковъ и отправилась въ путь. Когда Соломонъ узналъ, что царица Савская йдетъ къ нему, то приказалъ устроить въ залѣ предъ трономъ своимъ прудъ, напустить туда рыбы, а полъ надъ нимъ сдѣлать изъ чистаго, прозрачнаго стекла. Соломонъ слышалъ, что царица рѣдкая красавица, но ноги у нея покрыты, какъ у коровы, шерстью. Чтобы убѣдиться, правда ли или ложь, что у царицы ноги въ шерсті, онъ и употребилъ эту хитрость. Дѣйствительно, царица Савская, вошедши въ залѣ и видя впереди себя воду, приподняла платье, а такъ какъ тогда чулокъ не носили, то Соломонъ и достигъ своей цѣли. (Г. Купянскъ, со словъ еврея).

Загадки царицы Савской. Намъ удалось собрать самое не-
значительное число загадокъ, связанныхъ съ именами Соломона и
царицы Савской, да и то однѣ изъ нихъ болѣе или менѣе об-
щеизвѣстны, другія принадлежатъ къ разряду вопросовъ, встрѣ-
чающихъся въ „Бесѣдѣ трехъ святителей", а третьи составляютъ
просто мѣстныя малорусскія загадки на разные предметы изъ
крестьянскаго хозяйства. Исключая послѣдній разрядъ, приведемъ
нѣсколько изъ первыхъ двухъ, имѣя въ виду, между прочимъ,
нашу древнюю письменность, по которой царицѣ Савской припи-
сывались черты сивиллы-пророчицы.

Любезно принявъ царицу, Соломонъ спросилъ ее: „чѣмъ же прикажешь угостить тебя съ дороги?" Царица отвѣчала: „звари мини птычку, шо міжъ небомъ и землею пітае, костяни крыльця мае, пиколы не спивае". Соломонъ сказалъ повару: „слышишь, царица хочетъ осетринки, такъ приготовь поскорѣе". (Сл. Смородиновка).

На утро присылаетъ царица къ Соломону двѣ розы, чтобы онъ узналъ, какая изъ нихъ натуральная, а какац искусственная. Оба цвѣтка были совершенно одиннаковы: самый острый глазъ, самое тонкое обоняніе человѣка не могли бы открыть разницы между ними. Соломонъ приказалъ растворить окно, влетѣла пчела и, сѣвъ на одну изъ присланныхъ розъ, рѣшила вопросъ.

97

Привели отъ царицы къ Соломону 14-ть дѣтей, однихъ лѣтъ, одинаковой наружности, одѣтыхъ въ одинаковое платье, чтобы онъ отдѣлилъ изъ нихъ семь мальчиковъ отъ семи дѣвочекъ. Соломонъ приказалъ разсыпать предъ ними на полу мѣшокъ орѣховъ и предложилъ дѣтямъ брать себѣ орѣхи, причемъ мальчики стали собирать орѣхи въ полу платья, а дѣвочки въ рукавъ. По другому сказанію, велѣно было дѣтямъ подходить поочередно къ сосуду съ водою и опускать въ воду руку. Мальчики погружали въ воду руку смѣло и быстро, дѣвочки же осторожно и медленно.

Наконецъ, царица сказала Соломону: „собери къ себѣ царей сосѣднихъ странъ; напиши имъ, что я хочу задавать имъ загадки и что каждый разгадавшій загадку получаетъ отъ меня золотой перстень въ 200 рублей. Собралось восемь царей. Царица усадила ихъ за золотой столъ и иачала предлагать имъ загадки. Она сказала:

1) Жили въ саду голубь и голубка. Приходитъ къ нимъ нѣкто и говоритъ имъ такое слово, что его никто на свѣтѣ еще не знаетъ. Думали, думали цари, наконецъ царь Додонъ и царь Заморскій сказали, что голубь—Адамъ, голубка—Ева, приходилъ Господь, а слово, сказанное имъ, узнаютъ наши потомки. (Сл. Кабанья).

2) Отецъ меня родилъ, а я родилъ себѣ жену; жена родила мнѣ дѣтей, а дѣти родили отцу моему матерь? — Богъ, Адамъ, Ева, Дѣва Марія. (Сл. Ново-Николаевка).

3) Кто состарѣвся, во утробу матери своея вниде? — Адамъ.

4) Шла жена, а за ней мужи; жена стала, мужи найду нашли? — Звѣзды, волхвы, Спаситель. (Сл. Кабанья).

5) Возь безъ воловъ, безъ лошадей, а все катится? — Созвѣздіе Большой Медвѣдицы. (Тамъ-же).

6) Нѣкто отъ тварей два рожденія имѣя, ни единаго крещенія не сподобился, а всѣмъ людямъ пророкъ бысть? — Пѣтухъ. (Сл. Ново-Николаевка).

7) Что человѣкъ дѣлаетъ безъ лѣности и сидя, и ходя, и лежа? — Дышитъ. (Купянскъ).

8) Стоитъ дерево среди свѣта, разными цвѣтами цвѣтетъ, а на томъ деревѣ сидитъ птица вельми страшна, а подъ тѣмъ деревомъ глубокая яма. Птица съ того дерева цвѣты срываетъ и

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРѣНІЕ ХУШ.

7

98

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

въ ту яму мечетъ: на деревъ цвѣтовъ не уменьшается и та яма
полна не бываетъ? — Дерево — земля; цвѣты — народы; птица —
смерть, а яма — могила. Всѣ эти загадки были отгаданы царями,
и каждый изъ нихъ получилъ отъ царицы по перстню. (Сл. Ка-
банья).

Якъ Соломонъ богувавъ.—Якъ померлы у Соломона батько
и маты, задумавъ винъ женытыся и зачавъ свататы одну царыцю.
А та царыця уже чула про Соломона, шо винъ дуже премудрый и
хитрый, и усе може зробыть, и усяку загадку розгадае. Вона и дума:
якъ пиду я за Соломона замижь,—винъ буде дуже мною замы-
шлять; загадаю я ёму таке дило, шо не може зробыть не одынъ
чоловикъ, такъ винъ мини и покорытця. Прыйихавъ до неи Соло-
монъ, а вона ёму и каже: „хитрый ты, говорять?“ — Шо гово-
рять! одвича Соломонъ.—„Кажуть, шо ты мудрый та хитрый!“
повторя царыця.—А ты спробуй, ошьять одвича Соломонъ: може
ты хитришь видъ мене.—„Хоть и кажуть, шо ты премудрый и
сыльный,—продолжа свое царыця: а не будешъ ты высче Бога.
Будь хочь одынъ день замисть Бога, тоди я пиду за тебе за-
мижь“.

Пишовъ Соломонъ у садокъ. Ходывъ, ходывъ, думавъ, ду-
мавъ, якъ ему богомъ буты. Справди богувать не прыходытця,—
Прыходе до неи та й каже: „Ну, завтра ты мене увесь день не
побачишъ, только може почуешъ: я завтра полизу на небо, буду
замисть Бога на престоли“, Пишовъ, узявъ каминюку и выбывъ
на ній надпысь: „Богъ-Соломонъ убыва за неправду“. Удялся въ
мужицьку одежу, положивъ той камень за пазуху и ютикъ до
дворца царыци такъ, шо нихто и не бачивъ, де Соломонъ дивсь.
А винъ пишовъ соби по столыци ходыты. Ходывъ, ходывъ и
баче, шо багатый мужикъ договорюе двухъ бидныхъ молотыты
пшеныцю зъ мпры. Договорывъ той хазяинъ и повпъ тыхъ му-
жикивъ на тикъ молотыты. Соломонъ чувъ, якій бувъ договоръ.
Пишлы мужики въ одну сторону, а Соломонъ тожъ пишовъ соби,
куды очи глядять: ему цилый день треба було буты на неби,
такъ до дому не можно прыходыть. Якъ сонечко пидъ обидъ
стало, уморывсь Соломонъ ходючи и захотивъ видпочинуты, по-
бачивъ тикъ, а на току никого нема, мабудь молотылы, та
пишлы обидаты. Вишъ зайшовъ на той тикъ, забравсь на саму
высчу скырду, зарывсь у снопы и заснувъ. Чи довго винъ спавъ,

99

чи не довго—не знаю, только прокынусь, слуха, а вже мужики —
хазяинъ и два наймыта—дилять намолочену пшеныцю зъ мирки,
и сыплють хазяину въ одынъ ворохъ, а свою, шо прыходытця
на ихъ долю, у другій. Поділылы, а хазяинъ и каже: „ну, брат-
ци, переноситъ же мою пшеныцю въ амбаръ“. Сталы мужики
пшеныцю въ мишки набыраты, та въ коморю носыты. Набыруть и
понесуть, а хазяинъ остаетця самъ на току, та возьме лопату,
та съ чужого вороха набыре пшеныци та и ссыпе у свій. И разъ
такъ зробывъ, и въ друге, —его ворохъ не умыншаетця, а вже
скильке отныслы хлиба у коморю. Соломонъ дывывесь; а дали вы-
нявъ каминюку, та якъ звызне ею хазяина по голови, винъ такъ
мертвый и упавъ на мисти. Прышлы робитныки, глядь, а хазяинъ
лыхить мертвый и биля его каминюка зъ надпьсью. Поныслы ту
каминюку до воеводы, дошла чутка про те убійство и до царыци.
Царыця потребувала ту каменюку, чита: „Богъ-Соломонъ убыва
за неправду“. Положила царыця ту каменюку на столи и жде
Соломона. На другій день прыходе Соломонъ и каже: „Ну, бувъ я на
неби, цилый день богувавъ, уморывсь и доси не одпочину“. Ца-
рыця и пыта его: „шо це за каминюка?“ — А це жъ я убывъ того
чоловика, зъ неба бросывъ на него каменюку и убывъ за те,
шобъ винъ добрыхъ людей не обманювавъ“. И розсказавъ ій,
якъ винъ нибыто зъ неба бачивъ, шо на земли робытця, и не
стырпивъ и вбывъ того чоловика. „Чого жъ ты не остався
билышъ богуваты? — пытае его царыця: хиба тутъ лучче на
земли царюваты?“ — Богъ прогнавъ, — каже, шо я дуже сердытый,
усихъ людей перебью за ихъ грихи. Та я и самъ не схотивъ бы
билышъ богуваты: дуже важко! Тоди пишла та царыця за
Соломона замижъ, а межъ людей прошла слава, шо Соломонъ
богувавъ. (Сл. Тарасовка).

Въ другомъ варіантѣ о царицѣ не упоминается, а говорится,
что уже послѣ смерти Соломона, на томъ свѣтѣ, душа его отли-
чалась отъ другихъ душъ тѣми же качествами, какъ и во время
земной жизни,— смѣлостью, пылкостью и желаніемъ власти и по-
чета. И вотъ, стала она неотступно просить Бога уступить ей
престолъ свой хоть на одинъ день. Богъ долго не соглашался
исполнить просьбу, потому что зналъ нетерпѣливость и строгость
души Соломона, но „спорывъ, спорывъ и каже: „шо съ тобою
робыть, колы жъ ты така невгамонна,— сидай! та тико не довго

7

100

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

будешъ ты на престоли, бо дуже ты сердыта". И вотъ, когда мужикъ былъ убитъ, Богъ прогналъ ее съ престола, сказавши: „ты мини усихъ людей перебьешъ“. А надпись на камнѣ, которымъ воровавшій пшеницу мужикъ былъ убитъ, состояла изъ слѣдующихъ словъ: „Богъ-Соломонъ убилъ этого мужика за то, что онъ кралъ пшеницу изъ чужого вороха и обижалъ бѣдныхъ людей“. (Тамъ-же).

### Женитьба Соломона.
—За исключеніемъ вышеприведенного сказанія, въ нашемъ собраніи Соломоновскихъ легендъ нѣть ни одного разсказа о женитьбѣ Соломона; между тѣмъ, этотъ эпизодъ изъ его жизни въ редакціяхъ еврейскихъ и мусульманскихъ существуетъ и, по мнѣнію ученыхъ, не остается безъ вліянія на сюжеты нѣкоторыхъ изъ нашихъ народныхъ сказокъ. Поэтому, для заполненія остающагося у насъ пробѣла, помѣщаемъ здѣсь разсказъ о женитьбѣ Соломона, записанный въ г. Купянскѣ со словъ еврея.

— По вступленіи на престолъ Соломонъ приступилъ къ по постройкѣ храма. Со всей страны собраны были въ Іерусалимъ тысячи камнетесовъ, плотниковъ, столяровъ, кузнецовъ и другихъ ремесленниковъ и художниковъ. Въ городѣ поднялся такой стукъ, громъ и крикъ, что говорящіе не могли разслышать и понимать другъ друга за этимъ шумомъ не только на улицахъ, но даже и въ домахъ. Тогда Соломонъ отослалъ собранныхъ людей въ лѣса и въ горы для рубки деревьевъ и ломкп камня, а всѣ работы въ городѣ возложилъ на духовъ. Послѣ страшнаго шума наступила въ городѣ полная тишина: не стало слышно ни крика людей, ни стука топоровъ, ни визга пилъ, ни ударовъ молотовъ. Жители были довольны, но не духи, на долю которыхъ выпала самая важная часть работы. Особенно былъ недоволенъ своимъ положеніемъ хромоногій бѣсъ, главный смотритель надъ работами. И придумалъ онъ, наконецъ, средство, какъ избавить себя и своихъ подчиненныхъ отъ власти Соломона; рѣшилъ, что для достиженія этой цѣли нужно только усилить въ Соломонѣ подмѣченные имъ у него недостатки: самонѣе и гордость, и такимъ путемъ овладѣть его чудеснымъ перстнемъ, въ которомъ и заключалась вся сила Соломона.

Каждое утро и каждый вечеръ, являясь къ Соломону за приказаніями, бѣсъ начиналъ свой докладъ словами лести, превозно-

101

ся мудрость Соломона, его могущество и славу, но въ концѣ кон-
цовъ обыкновенно выходило такъ, что всѣ приписываютъ эти
качества не лично Соломону, но тому обстоятельству, что у него
есть чудесный перстень: имѣя у себя этотъ перстень, всякій дру-
гой былъ бы не менѣе Соломона и уменъ и силенъ; но, молъ,
это говоритъ въ людяхъ одна лишь зависть: Соломонъ и безъ
перстня все же останется премудрымъ Соломономъ. Рѣчи бѣса
возымѣли свое дѣйствіе, онѣ довели Соломона то того, что од-
нажды, когда бѣсъ сказалъ ему: „я теперь и самъ вижу, что
люди правы; отдай мнѣ свой перстень, а тогда и докажи, что
и безъ. него ты сумѣешь управляться съ нами; вотъ тогда всѣ
и увидятъ, что ты дѣйствительно и мудрѣе и могущественнѣе
всѣхъ смертныхъ сыновъ земли, "—избалованный постоянной лестью
и задѣтый за живое рѣчью бѣса, Соломонъ потерялъ на минуту
благоразуміе, снялъ перстень и бросилъ его на столъ. Въ то-же
мгновеніе бѣсъ подхватилъ Соломона и швырнулъ его за предѣ-
лы страны въ землю язычниковъ, а самъ занялъ его мѣсто, при-
нявъ на себя образъ царя Соломона, и сталъ управлять народомъ.

Очутившись въ чужой землѣ, вблизи столичного города, Со-
ломонъ обмѣнялъ свое платье на одежду простого человѣка и по-
шелъ въ городъ. Здѣсь встрѣтилъ онъ царскаго повара, попра-
вился ему и поступилъ на царскую кухню поваренкомъ. Поваръ
былъ пьяница, а какъ Соломонъ оказался понятливымъ учени-
комъ, то поваръ и сталъ поручать ему готовить кушанья для
царскаго даже стола. Однажды царь остался особенно доволенъ
обѣдомъ и приказалъ позвать повара, чтобы лично поблагодарить
его. Доложили царю, что главный поваръ боленъ, а на прика-
заніе царя представить ему того, кто готовилъ въ тотъ день ку-
шанья, привели Соломона. Соломонъ очень понравился царю, а
еще больше царевнѣ, которая послѣ этого случая начала частень-
ко заглядывать на кухню. Кончилось тѣмъ, что царевна влюби-
лась въ Соломона. Царь, узнавши о ея любви, прогналъ ее вмѣ-
стѣ съ поваренкомъ съ своихъ глазъ, приказалъ уйти имъ не
только изъ дворца, но и изъ предѣловъ его царства. Случилось
имъ прійти на берегъ моря и купить здѣсь у рыбака только что
пойманную рыбу, разрѣзавъ которую, Соломонъ нашелъ свой чу-
десный перстень. Оказалось, что бѣсъ забросилъ его въ море,
гдѣ эта рыба проглотила его.

102

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Надѣвши перстень, Соломонъ тотчасъ же возвратился домой въ
Iерусалимъ вмѣстѣ съ своей молодою женою, а бѣсъ, увидѣвши
его, бѣжалъ. Соломонъ посылаетъ къ своему тестю посла съ строгимъ
приказомъ немедленно прислать дань и самому явиться въ Iеру-
салимъ, подъ угрозой, въ противномъ случаѣ, безпощадной войны.
Побольшійся войны царь прибылъ съ богатыми дарами въ Iеру-
салимъ и былъ привѣтливо принятъ Соломономъ и приглашенъ
на обѣдъ. За столомъ царь удивлялся тому, что подавались одни
лишь любимыя имъ кушанья и напитки, другихъ не было, и ког-
да Соломонъ спросилъ его: нравятся ли ему кушанья и вина,
тотъ отвѣчалъ, что онъ никогда не бѣдалъ лучшихъ блюдъ и не
пивалъ лучшаго вина, что онъ не можетъ понять, откуда Соло-
монъ узналъ, какие напитки и кушанья онъ любить. „Дѣло про-
стое“, отвѣчалъ Соломонъ: „вѣдь здѣсь живетъ твой бывшій по-
варенокъ, а теперь твой любимый зять!“ Съ этими словами онъ
вышелъ въ другую комнату, надѣлъ тамъ костюмъ повара и,
взявши свою жену за руку, явился съ нею къ отцу ея. А тотъ,
увидя свою дочь, входящую въ залъ объ руку съ поваромъ,
облѣднѣлъ, принявъ, что Соломонъ это въ насѣшку надъ
нимъ приказалъ его дочери объ руку съ мужемъ-поваромъ явиться
предъ отцомъ, а потому, при входѣ ихъ въ залъ, опустилъ внизъ
глаза и сидѣлъ молча. Когда же дочь, поклонившись ему, сказа-
ла: „неужели и теперь, отецъ, не простишь ты меня, когда
видишь, что мой мужъ не поваренокъ, но мудрѣйшій изъ
царей?“—царь поднялъ на повара глаза и, узнавши въ немъ пере-
одѣтаго Соломона, воскликнулъ: „дивны и неисповѣдимы дѣла
твои, Господи!“

— Видитъ Соломонъ, что на землѣ мало правды, мало люб-
ви, а больше неправды и ненависти; видитъ, что бѣсы постоянно
сѣютъ между людьми сѣмена зависти и вражды, возбуждаютъ
ссоры, драки, убійства; видитъ все зло, прописходящее въ мірѣ
отъ вмѣшательства бѣсовъ въ людскія дѣла, и задумалъ изба-
вить міръ отъ бѣсовъ. И приказалъ премудрый Соломонъ надѣ-
лать кирпичей съ изображеніемъ на каждомъ креста и постро-
ить изъ этого кирпича огромный дворецъ, въ которомъ и стѣны,
и полы, и потолкни—все было сдѣлано изъ кирпичей съ креста-
ми. На дверяхъ и на окнахъ также были кресты. Когда дворецъ
былъ готовъ, Соломонъ приказалъ всѣмъ бѣсамъ собраться къ

103

нему въ новый его дворецъ на пиръ. Бѣсы не смѣли ослушаться, собрались во дворецъ, и начался пиръ. Въ самый разгаръ пира, Соломонъ оставилъ пирующихъ, вышелъ изъ дворца и заперъ за собою дверь. А какъ весь дворецъ былъ въ крестахъ, то бѣсы оказались замкнутыми въ немъ и не могли изъ него никуда выйти. Настало на землѣ царство мира и любви, да не долго продолжалось: женщина уничтожила благое дѣло Соломона. Жена его выпустила чертей на волю, и за что?—за зеркало. Дѣло въ томъ, что Соломонъ поспѣшилъ запереть дворецъ, не доглядѣлъ, что въ числѣ собравшихся къ нему на пиръ чертей недоставало одного изъ самыхъ лукавыхъ—хромого бѣса. Явившись ко дворцу, когда онъ былъ уже запертъ, хромой бѣсъ увидѣлъ западню, въ какую попались его сотоварищи, и сталъ придумывать средство, какъ выручить ихъ изъ неволи, какъ достать ключъ отъ дверей дворца. Ключъ же этотъ Соломонъ пряталъ на ночь подъ головную подушку въ своей спальне, куда имѣла доступъ только одна любимая его жена. Какъ тутъ быть? И надумалъ хромой бѣсъ: явился къ женѣ Соломона подъ видомъ купца съ разными товарами и началъ восхвалять ея красоту, выражая при этомъ, однако, сожалѣніе, что она сама лишена возможности любоваться своей красотою. Впрочемъ, прибавилъ онъ, это дѣло поправимое: онъ готовъ доставить царицѣ возможность видѣть себя съ головы до пятъ, если она доставить ему случай полюбоваться внутренностію нового дворца, если она передастъ ему всего на одну ночь ключъ отъ этого дворца, и при этомъ показалъ ей зеркало. Царица, увидавши себя въ зеркалѣ, пришла отъ него въ восторгъ и тотчасъ же согласилась на предложеніе бѣса. А тотъ, получивъ отъ нея ночью ключъ, немедленно выпустилъ своихъ товарищей изъ заключенія. Съ освобожденіемъ бѣсовъ зло снова получило господство въ мірѣ. (Сл. Кабанья. Отъ кр. Бабанова).

Намъ кажется, что толкованія талмудистовъ о свойствахъ демоновъ и о подчиненіи ихъ Соломону во время его земной жизни оказали извѣстное вліяніе не только на мусульманскія сказанія о Соломонѣ, но и отразились также въ нѣкоторыхъ христіанскихъ легендахъ. Укажемъ, для примѣра, на житіе мученика Конона (подъ 5 марта), гдѣ говорится, что бѣсы служили у него, какъ рабы: „онъ связалъ ихъ именемъ Иисусовымъ и приказалъ однимъ

104

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

полоть, другимъ поля взорать и засѣять, стеречь сады, пасти скотъ, рубить дрова, носить воду. " Мало того: они даже били хулящихъ имя Кононово. Кононъ, сверхъ того, связалъ бѣсовъ, вредившихъ людямъ оспою, и въ тридцати сосудахъ скудельныхъ оловомъ заилѣ и, силою крестною запечатавъ, погребе въ землю подъ основаніемъ дому своего. Но по смерти Конона, граждане, желая устроить на мѣстѣ дома церковь, нашли тѣ сосуды и, думая, что въ нихъ золото, разбили и выпустили бѣсовъ. (Четьи-Минеи Димитрия Ростовскаго).

О бѣгствѣ жены Соломона къ своему, брату мы имѣемъ всего лишь одну да и то неполную сказку, записанную со словъ крестьянки въ сл. Дубиновѣ. Но въ этой сказкѣ на-ходится, быть можетъ, объясненіе вопроса, почему Китоврасъ называется въ славянскихъ сказаніяхъ братомъ Соломона. Онъ считался, судя по нашей сказкѣ, братомъ жены Соломона, по-этому и могъ называться также братомъ Соломона.

Жили себѣ царь да царица, и былъ у нихъ одинъ сынъ—Салимонъ. Когда отецъ и мать умирали, то приказывали ему: „будешь жениться,—не бери старше себя, а бери жену меньше себя.“ Умерли отецъ и мать, прошелъ годъ, Салимонъ и женился, да и взялъ жену старше себя годами. Она и возненавидѣла его. Разъ уѣхалъ Салимонъ на охоту, а жена воспользовалась отсутствіемъ мужа, взяла да и ушла домой къ своему брату, а слугамъ своимъ приказала сказать Салимону, когда онъ возвратится съ охоты, что она умерла. Когда царь Салимонъ пріѣхалъ съ охоты домой, то, не видя жены, спросилъ: „а гдѣ же моя жена?“ Слуги отвѣ-чали: умерла. Онъ догадался, что она ушла домой къ своему брату. Съ тоски, съ горя пошелъ онъ къ ней. Пдетъ навстрѣчу ему мальчикъ въ пзорванномъ платьѣ. Царь и говоритъ: „давай по-мѣняемся платьемъ, на тебе мою одежду, а мнѣ отдай свою.“ Мальчикъ съ радостію согласился, взялъ у царя его одежду, а свою отдалъ ему. Царь отдалъ мальчику все съ себя, кромѣ перстня. Надѣлъ царь на себя ветхую одежду и пошелъ дальше въ видѣ старца-нищаго. Приходить онъ туда, гдѣ жилъ братъ жены, подошелъ къ окну, у которого сидѣла жена его, и протя-нулъ руку, а на ней блеститъ перстень, и говоритъ къ женѣ: „подайте милостынѣ!“ Жена сейчасъ же узнала его по перстню и позвала къ себѣ въ хату. Царь Салимонъ вошелъ въ хату, а

105

жена и спрашиваетъ: „кто ты такой?" Онъ отвѣчалъ: „я когда-то
былъ царемъ, жена моя умерла, и я сталъ нищимъ." Тутъ идетъ
ея братъ; она и говорить Салимону: „ложись на порогъ!" Онъ
легъ, а она сѣла на него; сидитъ, поджидаетъ брата. Подошелъ
къ ней братъ, а она и спрашиваетъ его: „угадай, братецъ, на
чемъ я сижу?" А братъ отвѣчаетъ: на порогъ.—„Вотъ и не уга-
далъ, нѣтъ, не на порогѣ." — Какъ не на порогѣ, коли сидишь
на самомъ порогѣ.—„Анъ нѣтъ, не на порогѣ я сижу, а сижу на
самомъ Салимонѣ царѣ."—А если на царѣ Салимонѣ, говорить ея
братъ, то я сейчасъ голову отрублю ему. А Салимонъ царь гово-
рить: „если вы мнѣ голову здѣсь отрубите, то никто не будетъ
знать, что вы царя истребили; лучше сдѣлайте трехэтажную
висѣлицу, и на ней повѣсьте меня, то всякъ будетъ видѣть и знать,
что вы истребили царя, а не нищаго." Сдѣлали трехэтажную
висѣлицу, и когда стали вводить Салимона на первый этажъ, то
онъ сказалъ: „дайте мнѣ трубу—въ послѣдній разъ мое сердце
развеселить." Они дали ему трубу. Царь Салимонъ началъ играть:
„солдатушки-ребятушки, поскорѣй, поскорѣй! вотъ моя смерть-
скончене!" Вотъ идетъ черный полкъ, а они говорятъ: „царь
Салимонъ, ты стоишь высоко, видишь далеко, что оно то подъ
горой идетъ черное?" А царь въ отвѣтъ: „то моя смерть сочер-
няется." Поднялся царь Салимонъ на второй этажъ, началъ играть
въ трубу: „солдатушки-ребятушки, поскорѣй, поскорѣй! вотъ моя
смерть—скончене!" Видитъ—идетъ бѣлый полкъ; а они и гово-
рятъ: „царь Салимонъ, ты стоишь высоко, видишь далеко, что
оно такое бѣлое идетъ?" А царь въ отвѣтъ: „то моя смерть со-
бѣляется." Поднялся онъ на третій этажъ и началъ играть во
трубу: „солдатушки-ребятушки, поскорѣй, поскорѣй!" Видитъ—
идетъ красный полкъ; а они говорятъ: „царь Салимонъ, ты стоишь
высоко, видишь далеко, что оно такое красное идетъ?" А царь
въ отвѣтъ: „это моя смерть сокращается." Тутъ пришелъ черный
полкъ, за нимъ бѣлый, а потомъ и красный. Завоевали тутъ,
убили жену Салимона и брата ея, а царя Салимона сняли съ ви-
сѣлицы и поѣхали домой.

„Якъ Соломонъ хотивъ свою матиръ изъ аду вы-
зволыты“.

Говорятъ, что на первый день Пасхи двери рая и ада схо-
дятся, и всѣ грѣшники приходятъ на порогъ рая любоваться имъ,

106

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

и избавляются въ этотъ день отъ своихъ мукъ. „Прыйшовъ Велыкдень. Уси прыходылы изъ аду на рай дывыця, а мате Соломона не прыйшла. Соломонъ и згадавъ іи и пыта у Бога, чому жъ его мате не прыходыла, де вона? Богъ и показавъ ему, у якимъ вона страшнимъ мисти. Пожаливъ Соломонъ свою матиръ и ставъ Бога прохаты, шобъ помылувавъ іи. „Не можно,“ отвитывъ Богъ. А винъ не отстае, усе просе: „я, каже, усе зроблю шо повелышъ, тильно помылуй.“ Богъ змылосердовався и пославъ Соломона на землю, шобъ винъ тры годы проживъ правдою, тоди помылуе іп, его матиръ. Явивсь Соломонъ на землю и нанявсь до одного мужика срокомъ на годъ, циною грошъ. Годъ кончивсь якъ разъ у вельыкодну суботу. Проживъ годъ, получивъ грошъ, и давъ ему хазяинъ паску и красне яечко, шобъ винъ де-небудь розговився. Пишовъ Соломонъ у поле, дойшовъ до крыныци и кинувъ той грошъ у воду и сказавъ: „Господы, колы я правдою проживъ сей годъ, нехай мій грошъ выпліве наверхъ, а колы ни, нехай пирне на дно!“ Потонувъ грошъ. Вернувшись опьять до того жъ хазяина и зновъ нанявсь на годъ за тужъ цину. Проживъ ще годъ, получивъ плату, пишовъ до тіі жъ крыныци и кинувъ и цей грошъ туды жъ: Потонувъ и цей грошъ. Вернусь и нанявсь на третій годъ. Кончивсь третій годъ. Получивъ отъ хазяина грошъ, паску и крашенку. Зновъ пишовъ до тіі крыныци и съ тою жъ мовою кинувъ и цей третій грошъ у воду. Глянувъ, ажъ вси тры гроши зверху плавають. Забравъ ихъ, лигъ и переночувавъ у поли. Наставъ Велыкдень, Соломонъ и дума: „чи мини розговлятыся, чи ни?“ Выйшовъ на дорогу, а назустрічъ ему иде старый-старый дидусь. Зустрілысь, поздоровкалысь и похрыстосувалысь. А дидъ и каже: „чи нема у тебе чого-нибудь розговитьця?“ — Спасыби вамъ, дидусю, шо зустрілысь, теперь и я зъ вамі розговіюсь, каже Соломонъ. Силы надъ дорогою и зачалы розгивлятьця. Пойлы, а старый и каже: „теперъ ходимъ до мене.“ II повивъ его. Довго, довго вивъ и прывивъ у лись, а въ лису гора. Взлизлы на ту гору, якъ глянувъ Соломонъ унызъ и побачивъ адъ, а мате его тамъ. Мате уздрила его и стала прохаты: „сынку мій, вытягны мене изъ аду!“ Старый дидусь, шо провивъ Соломона, его научае спытаты у неп, яку вона мылостыню давала, якъ на земли жила. Соломонъ спытавъ: „Одно перо луку гирького дала старьцю.“ Старець подавъ Соломону у руку перо луку и звеливъ то перо

107

спусты, шобъ вона за нёго взялась, и тянуты іи изъ аду. Вона
схватылась за те перо, Соломонъ ставъ іи тянуты, а вона боитя,
шобъ лукъ не перервавсь. А тутъ други гришни души побачилы,
шо вона лизе зъ аду, почепылысь за ню, хотилы тожъ вылизты,
а вона якъ закрычить: „куды васъ чортъ пхаетъ тутъ и сама ніякъ
не вылизу.“ Лукъ заразъ обирвався, и вона упала въ преисподню.
А Соломона старецъ отвивъ у царство небесне. (Сл. Тарасовка).

Наиболѣе извѣстной и наиболѣе распространенкой въ Купянскомъ уѣздѣ легендой изъ Соломоновской саги слѣдуетъ признать легенду о томъ, какъ Соломонъ „своими хитрощами та мудрощами“ вышелъ изъ ада. Нѣтъ, вѣроятно, ни одногоъ въ уѣздѣ селенія, въ которомъ эта легенда была бы совѣтмь неизвѣстна. Но, не смотря на многочисленность, варіанты ея представляютъ лишь незначительную разницу въ содержаніи, отличаясь только изложеніемъ и мелкими подробностями, въ родѣ того, что въ однихъ варіантахъ Соломонъ собирается строить въ адѣ колокольню, въ другихъ—церковь, въ третьихъ—монастырь,—вовille грозить чертямъ колокольнымъ звономъ или тѣмъ, что Христосъ вторично явится въ адѣ за нимъ лично, и такой угрозой достигаетъ своей цѣли: бѣсы сами выводятъ или вывозятъ его даже на себѣ изъ ада. Извѣстно, по народному повѣрую, что бѣсы боятся колокольнаго звона. Говорятъ, что первый ударъ колокола приводитъ бѣсовъ въ оцѣпеньіе, при второмъ ударѣ они въ смятеніи бросаются во всѣ стороны, а при третьемъ—исчезаютъ. Поэтому, нѣкоторые изъ малороссовъ, услыхавъ церковный благовѣстъ, дѣлаютъ крестное анаменіе только при третьемъ ударѣ колокола.

„Исусъ Хрыстосъ по смерти пишовъ зъ святымъ Петромъ
адъ рушиты. Приходять до аду и побачилы, шо бисенята кують
зализне осело, а то осело прыковано до зализного стовпа, и вже
кончаю роботу. Хрыстосъ спытавъ, шо воны кують, а воны и
самы не зналы, шо кувалы. Про те знавъ тілько старшій сата-
на. Тутъ и винъ прыйшовъ. Спытавъ Хрыстосъ тожъ и у ёго. Сатана
и каже: „А на земли родывсь Хрыстосъ, такъ мы ёму опе осело
на шыю почепымъ, якъ винъ до насъ прыйде“. А Хрыстосъ и
одвича: „Це осело дуже вельыке на Хрыста: я его бачивъ, винъ
такій завбильшъ, якъ ты. Ты и примиряй на свою шыю,
а то якъ вельыке зробышъ, Хрыстосъ и втече“. Сатана Хрыста

108

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

не пизнавъ, бо Хрыстосъ прыйшовъ простымъ мужикомъ, та
й по слухавъ и почепывъ осело соби на шыю, а Хрыстосъ заразъ
и замолытвывъ: „Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь“.
Осело такъ и прыкишило Сатани до шыи. „Безумный! — ска-
завъ Хрыстосъ, — ты не пизнавъ, шо я и есть той самый
Хрыстосъ, шо страдавъ за людей и вмеръ, а теперъ прый-
шовъ твій адъ разрушиты: усихъ заберу, оставайся тутъ самъ“!
Сатана якъ зареве. „Не плачъ, — каже Хрыстосъ — не довго адъ
буде пустый; винъ наповнытця пьяныцями, сребролюбцями, блуд-
ныццями, попами та дьяками, та неправедными судьями“. И взявъ
Іисусъ души усихъ людей, вывивъ изъ аду и повивъ на Сіонску
гору; а премудрый Соломонъ десь замишкавсь въ аду, опизнывсь
и остався самъ съ бисами. Прыходе, а за Хрыстомъ вже дверы
ада закрылись. Идуть люди съ Хрыстомъ и балакають про Соломона,
шо винъ безчасный самъ въ аду остався, а Хрыстосъ и каже лю-
дямъ: „не печалуйтесь о Соломонові, бо винъ впередъ насъ на
Сіоньскій гори буд“.
Шлы, шлы и дойшлы до стовпа, Хрыстосъ и
напысавъ на стовпи надпьсь, шо свиту стоять тысячу литъ.
А
Соломонъ узявъ аршинъ и сокиру, та аршиномъ замиря, а соки-
рою, якъ аршинъ видмиряе, такъ хрестъ и зарубе, та й каже:
„оце тутъ церкву-суборъ буду строить“. А дьяволу то не любо,
уси бисы видъ крестивъ корежутця. Отъ и сталы воны прохаты
Соломона: „шо хошъ беры, только уйды видъ насъ!“. А пре-
мудрый царь каже: „ничого мни не треба, а вывезитъ мене по-
передъ Хрыста на Сіоньску гору. Собралась на совѣть уся нечиста
сыла, раду держать, якъ Соломона справыть на Сіоньску гору. Ни
одынъ бисъ не хоче везты. Ось найшовся одынь крывый и взявсь его
везты, только съ уговоромъ, шобъ ему прыготовылы бочку мьяса та
бочку воды. Прывязалы тому крывому зъ одного боку бочку мьяса,
а зъ другого — бочку воды; сивъ на него Соломонъ, а кинь-бисъ и
прыказуе: „якъ я поверну голову на право, такъ кидай мні въ ротъ
мьясо, а якъ — наливо, такъ лый воду!“ Спвъ Соломонъ — и полы-
тивъ чортъ, якъ стрила. Соломонъ только знавъ, шо воду лывъ
та мьясо ему у ротъ кидавъ. Лытять, а у Соломона шапка спа-
ла, а винъ и закрычавъ: „стой! стой! шапка спала!“ — Эге, вже
твоя шапка за тысячу верстъ осталась. Дали лытять, и побачивъ
Соломонъ стовпъ и на ему надпьсь; схотивъ прочитать, шо тамъ,
напысано, спынывъ чорта, звеливъ ему остановитьця. Прочитавъ

109

шо Хрыстосъ оснувавъ свиту стояты тысячу литъ, и дума: шо
жъ це такъ мало! дай-ка я прыбавлю. Узявъ и прыбавывъ ще
на тысячу литъ. Сивъ и дали полытилы. Прылытилы на Сionьску
гору. Слизъ Соломонъ съ дьявола и пустывъ ёго на уси чотыри
стороны, а самъ ходе по гори и спива: „святый Боже, святый
крипкій, святый безсмертный, помилуй насъ!“ А той крывый бисъ,
шо Соломона прывизъ, въ адъ не полизъ, а остався на земли
людей смущаты, въ адъ души набыраты. А той, шо осело на
шью соби надивъ, такъ и буде скованый до второго прышествія.

Пидводе Хрыстосъ людей до горы, воны и почулы,—шось спи-
ва, и кажуть: „ось и тутъ ё живи люди".—А це жъ премудрый
Соломонъ насъ опередывъ, сказавъ Хрыстосъ. Взойшли на гору,
Хрыстосъ и каже Соломону: „ты прыбавывъ вику на тысячу
литъ, пусть буде по твоему, только въ мій викъ харашо людямъ
поживетця, будуть гарни урожаи и усёго у людей буде вдоволь,
тилько не буде мудрыхъ людей; а въ твій викъ будуть люди
дуже мудри, понастроють машинъ, заводивъ, а урожаивъ не буде
и життя буде плохо." Оце мы и живемъ Соломонивъ викъ. Со-
ломонъ бувъ хочъ и мудрый, а своею мудростю всему свиту
лыхо зробывъ: черезъ ёго чортъ по земли ходе" (Сл. Тарасовка).

Въ другихъ варіантахъ говорится, что сатана, узнавши о ро-
жденіи Христа, началъ строить посреди ада чугунный столбъ,
чтобы заключить въ немъ Господа. Когда Христосъ сошелъ въ
адъ и спросилъ сатану, для чего онъ строитъ такой крѣпкій
столбъ, сатана отвѣчалъ,—чтобы запереть въ немъ родившагося
отъ дѣвы. Тогда Господь предложилъ самому сатанѣ влѣзть во
внутрь чугуннаго столба; сатана влѣзъ, а Господь перекрестиłъ
столбъ, отъ чего онъ запаялся, и діаволь остался въ немъ за-
печатаннымъ до второго прышествія.

3. Илья пророкъ.

Грозный вѣстникъ гнѣва Божія, пророкъ Илья, является въ
народныхъ расзказахъ гонителемъ злыхъ духовъ, которыхъ онъ
же низвергъ съ неба и нынѣ неутомимо преслѣдуетъ.

— Пророкъ Илья зѣздить по небу на огненной колесницѣ, въ которую запряжены четыре огненныхъ дракона; въ рукахъ у него четыре огненныхъ стрѣлы, и ими онъ бьетъ бѣсовъ во всѣ че-

110

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

тыре стороны. Особливо много уничтожает он чертей, домо-
выхъ, лѣшихъ и водяныхъ въ ночь подъ Ивана Купала, потому
что въ эту ночь всѣ нечистые собираются въ одно мѣсто на со-
вѣщаніе, тутъ-то и разитъ ихъ Илья пророкъ; по этому-то подъ
Ивана Купала часто бываютъ у насъ сильныя грозы. (Г. Купянскъ).

— Пророкъ Илья йизде иа колесныци по небу и завидуе всими громамы; ихъ всехъ громивъ дванадцать. (Сл. Ново-Николаевка).

— Громъ отъ колесныци святого Ильи и молнія отъ стрилы, шо Илья пуска въ дявола, якъ той бига и дражны. (Сл. Преобра-женская).

— Значить, якъ ото хмарытця и наступа дощъ, то нельзя
по дорози ны йты, ны йихаты, шо лыхій тоди бига по дорогамъ
и дратуе Илью. Илья каже: „не бигай по дорози, а то я тебе
убью.—А я, каже, пидъ чоловика сховаюсь. А винъ каже: „я
убью и чоловика, п душу его въ царство возьму, а тебе побидю“.
Кажуть одни, шо лыхи не плодятьця, а прочи—ихъ плодытця
тьма, и якъ бы Господь не выморозювавъ ихъ, а святый Илья
громомъ не выбывавъ,—за нымы нельзя бъ и житы. (Сл. Моночи-
новка).

— Пійшовъ одынъ охотныкъ на лукы поохотыця, его и за-
хватывъ тамъ дощъ, а винъ и побигъ пидъ дерево тай заховавсь
тамъ. Якъ тико молнія блысне, винъ и баче, шо зъ болота вы-
скоче звирына, стане ракомъ, забрыка ногамы и дражныця; а якъ
тико гримъ загремыть, то звиряка та заразъ и заховаетця въ
болото. Охотныкъ дывывся, дывывся на це, а дали прыцилывся и
убывъ звирыну. Тико винъ убывъ, ось пидходе до его сидый
чоловикъ зъ золотымъ ружжомъ и каже: „давай поминяймось
ружжамы: я скилько не стрилявъ въ звиряку, а не вбывъ, а ты
зъ одного разу убывъ“. Той сидый чоловикъ и бувъ св. Илья,
шо бье чортивъ. (Сл. Кабанья).

— Дьяволъ отъ Преполовенія до дня пророка Ильи (20 їюля) живетъ въ вѣтвяхъ деревьевъ, преимущественно на осинѣ; а на этотъ день Богъ и пророкъ Илья гоняются за нимъ и бьютъ его, а онъ отъ нихъ прячется; прячется гдѣ придется, прячется и въ людей, которые во время грозы не крестятся. Каждый разъ, какъ его ударятъ, и гремить громъ. Пророкъ Илья, видя дьявола, спрятавшагося въ человѣка, бьетъ его, а вмѣстѣ съ нимъ убиваетъ и человѣка. Вотъ почему во время грозы надо кре-

111

ститься за каждымъ ударомъ грома, чтобы діаволъ не спрятался за насъ или внутрь насъ. Иногда отцы на вопросъ своихъ дѣтей: оччего гремитъ громъ? шутя говорятъ имъ, что это, молъ, пророкъ Илья катается по небу въ колесницѣ, такъ какъ ему поручено развозить припасы. Вотъ везетъ онъ сметану, видить дождь находить, онъ и спѣшитъ, чтобы дождь не помочилъ сметаны, да второпяхъ и расплескалъ ее на мосту, такъ вотъ теперь и сгребаетъ ее лопатою. Вмѣсто сметаны, говорятъ иногда, сухари разсыпаны на мосту. Но, какъ бы то ни было, ђздить во время грозы по мосту считается весьма опаснымъ. (Сл. Тарасовка).

## И. Даніилъ пророкъ.

Тревожные вопросы бытія находятъ для себя выходъ въ мистическимъ представленіи о способности души вступать и при жизни человѣка въ общеніе съ духовнымъ міромъ и такимъ пустемъ проникать въ таинственную область будущаго. Сновидѣнія и видѣнія составляютъ любимую тему праздничныхъ бесѣдъ крестьянокъ. Пророкъ же Даніилъ есть по преимуществу пророкъ видѣній и сновидѣній. Неудивительно, поэтому, что въ нижеслѣдующемъ сказочномъ разсказѣ освобожденіе умершихъ душъ изъ кипящей смолы приписано пророку Даніилу. Разсказъ о душахъ, летающихъ въ видѣ птицъ, не составляетъ, однако, чего-либо исключительнаго, такъ какъ древнее вѣрованіе въ превращеніе душъ, между прочимъ и въ птицѣ, открывается во многихъ сказкахъ, гдѣ души убитыхъ героевъ или героинь появляются въ образѣ птицѣ. (См. Афанасьевъ. Поэт. воззрѣнія славянъ на природу, т. 3, гл. XXIV, стр. 219-230), и кромѣ того представленіемъ души въ образѣ птицы объясняются нѣкоторые изъ существующихъ понынѣ народныхъ обрядовъ, напр., посыпаніе могилъ хлѣбными зернами или крошками хлѣба и обрядъ „крещенія кукушекъ“; впрочемъ, этотъ послѣдній въ настоящее время въ Купянскомъ уѣздѣ почти исчезъ.

Вотъ самый разсказъ, сообщенный учительницей В. Н. Свѣтъ:
„Когда пророкъ Даніилъ былъ еще мальчикомъ,—разсказывала крестьянка,—онъ съ своими братьями пасъ свиней. Однажды братья розсердились на него и вбросили его въ колодезь. Да-

112

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ніилъ, однако, не утонулъ, потому что воды въ колодезѣ оказалось немного, но и вылѣзть изъ него самъ не могъ. Ёхали на его счастье мимо проѣзжіе москали и остановились около колодца поить лошадей. Вотъ одинъ изъ нихъ взялъ цыбарку (ведро) и опустилъ ее на веревкѣ въ колодезь воды набрать, а Даніилъ схватился за цыбарку и держитъ, не пускаетъ ее, чтобы и его вытащили вмѣстѣ съ нею. А тотъ москаль кричитъ: „Тришка, Гришка, Микишка, тащитя веревку, шось тамъ держе!“ Ну, схватились всѣ за веревку, вытащили Даніила и спрашиваютъ: „Отколь ты“? — Не знаю. „—Кто ты“? — Не знаю. „Поѣдемъ съ нами“. — Вызить, колы хочите. — Поѣхали. Ёхали, ђхали, а Даніилъ отсталъ отъ нихъ и ушелъ. Идетъ, смотритъ впереди лѣсъ, а въ лѣсу дорожка. Онъ и пошелъ по этой дорожкѣ. Зашелъ въ чащу, смотритъ — огни горятъ, въ котлахъ смола кипитъ, а хозяинъ вокругъ котла ходить да дровъ подбавляетъ. Увидалъ Даніила, остановился и спрашиваетъ: „что скажешь, мальчикъ? Зачѣмъ сюда пришелъ?“ — Я прыйшовъ до васъ найматьця, — отвѣчалъ Даніилъ. Хозяинъ и нанялъ его на годъ дрова возить, и далъ ему для этого пару лошадей. Взялся Даніилъ за работу усердно и сталъ такъ прилежно дрова возить, что и коней заморилъ. Вотъ разъ наложилъ онъ дровъ возь горою, такъ что лошади едва сдвинули его съ мѣста, а Даніилъ все понукиваетъ да кнутикомъ похлестываетъ ихъ, чтобы скорѣе везли, не останавливались. Везли, везли кони, выбились изъ силъ, стали да и говорятъ Даніилу: „зачѣмъ ты насъ такъ мучишь? Знаешь ли ты, кому возишь дрова, у кого ты служишь? Знаешь ли ты, что мы за кони? Ты у дьявола служишь, и мы не кони, а людскія души; а этими дровами дьяволъ грѣшныя души поджариваетъ да въ смолѣ кипятить! Какъ кончится тебѣ срокъ, не бери ты у хозяина дениегъ: если онъ дастъ тебѣ мѣдныхъ, — это будутъ не деньги, а конскій навозъ; если же дастъ серебряныхъ — такъ то будетъ огонь. А лучше, вмѣсто платы, попроси ты у хозяина позволенія окунуть палецъ въ кипящую смолу, — это будетъ доброе дѣло!“ Подивился Даніилъ словамъ коней, но съ этихъ поръ пересталъ погонять ихъ кнутомъ, да и возить дрова сталъ уже не такъ усердно, какъ прежде. Кончился срокъ, Даніилъ и проситъ діавола, вмѣсто платы, позволить ему омочить палецъ въ кипящую смолу. „Не только палецъ, а хоть и весь влѣзь!“ Сказано, у

113

черта чертовская и думка. Даніилъ омочилъ палецъ въ смолу—
не болитъ; омочилъ всё—не больно; погрузилъ руку до локтя—
тоже ничего, не жжетъ, только чувствуется тяжесть; опустилъ
всю руку по самое плечо. Опустилъ, да едва-едва вытащилъ ее
изъ смолы, такая стала она толстая да тяжелая, что и поднять вверхъ
ее нельзя. И поволокъ онъ ее, какъ мѣшокъ, а дьяволъ смѣется:
„а что, омочилъ палецъ, жаль, что весь не влѣзъ!“ Притащился
Даніилъ къ кургану, сѣлъ отдохнуть, не стало силъ у него нести
свою руку дальше. Положилъ ее на курганъ и смотрить, отчего
она стала такая тяжелая. Вдругъ изъ его руки начали выпархи-
вать птички: одна, другая, третья, да такія хорошенькія, а рука
становится все легче да легче. И вылетѣло ихъ многое множе-
ство, рука же приняла свой обычный видъ. А пташечки не уле-
таютъ, все кругомъ Данніила носятся щебечутъ да поютъ, а онъ
сидитъ да ими любуется. Тутъ явлется къ нему ангелъ и гово-
ритъ: „продай мнѣ этихъ пташекъ“. — „Возьми ихъ такъ, — гово-
ритъ Даніилъ, — онѣ не мои и мнѣ не нужны“. „Нѣтъ, онѣ твои,
потому что это души грѣшникозъ, что мучились въ аду, кипѣли
въ смолѣ, а ты вывелъ ихъ изъ ада, избавилъ отъ муки. Я возьму
ихъ теперь въ царство небесное, а тебя за это дается пророче-
скій даръ: ты будешь пророкъ“. И улетѣлъ ангелъ съ душами,
а Даніилъ остался на курганѣ. Сидитъ. Вотъ мимо кургана Ёдетъ
тою дорогою купецъ. Поздоровкался съ нимъ Даніилъ, поговори-
ли, и нанялся къ нему Даніилъ кучеромъ. Сѣлъ на мѣсто кучера
и повезъ куцца домой, а тотъ возвращался изъ большого города,
куда Ёздиłъ по торговымъ дѣламъ, и теперь спѣшилъ домой.
Ёдутъ, а купецъ такъ тяжело вздохнулъ, что Даніилъ обернулся
и спрашиваетъ: „чего, хозяинъ, такъ тяжело вздыхаешь, развѣ
есть какое горе?“ — „Нѣтъ, слава Богу, дѣла мои идутъ недурно,
а такъ, самъ не знаю, отчего мнѣ стало тяжело на душѣ, вотъ
я и вздохнулъ“. — „Нѣтъ, это не даромъ затосковала душа твоя, —
сказалъ ему Даніилъ, — у тебя дома не благополучно: у тебя
украли лошадей и деньги; жена такъ боится твоего гнѣва, что
приготовила ножъ, и какъ только увидить, что ты Ёдешь, такъ
и зарѣжется этимъ ножомъ“. — „Что же мнѣ дѣлать?“ — спрашиваетъ
куецъ. „А вотъ что, — говоритъ Даніилъ — какъ только станемъ
подѣлѣзовать къ двору, я пойду впередъ, а ты послѣ самъ подъ-
ѣдешь“. Такъ и сдѣлали. Даніилъ подошелъ къ окну, у котораго

8

114

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

сидѣла жена купца, высматривая мужа, и попросилъ у нея милостыни. Она встала и пошла за хлѣбомъ, оставивъ приготовленный ею ножъ на окнѣ. Даніилъ тотчасъ схватилъ этотъ ножъ и, не ожидая купчихи съ милостыней, ушелъ. Купецъ же въ это время въѣхалъ во дворъ и поспѣшилъ въ комнаты. Жена увидѣла мужа уже во дворѣ, бросилась къ окну за ножомъ, — ножъ нѣтъ, а тутъ и мужъ въ дверяхъ. Она отъ страха такъ и упала, какъ мертва! Купецъ сильно испугался, не знаетъ, что дѣлать. Вошелъ къ нимъ Даніилъ, взялъ ее за руку; она ожила, приподнялась; мужъ усадилъ ее, цѣлуетъ, обнимаетъ, успокаиваетъ. Тогда она и разсказала мужу о постигшей ихъ бѣдѣ и о томъ, какъ она рѣшилась зарѣзаться; но пришелъ какой-то мальчикъ и унесъ тотъ ножъ, что она для этого приготовила и положила на окнѣ, возлѣ котораго сидѣла, чтобы тотчасъ зарѣзаться, какъ только увидитъ, что мужъ въѣзжаетъ во дворъ. „Не этотъ ли мальчикъ укралъ у тебя ножъ?“—спросилъ купецъ, указывая на Даніила. „Да, онъ самый“,—отвѣчала жена. Купецъ и жена благодарили Даніила за то, что онъ спасъ ихъ отъ страшнаго грѣха. Даніилъ сказалъ имъ, куда нужно итти и гдѣ можно найти украденныя у нихъ деньги и лошадей. Купецъ отправился по указанію Даніила и все, какъ тотъ ему говорилъ, дѣйствительно отыскалъ; но, возвратясь домой, онъ не засталъ уже Даніила, ушедшаго неизвѣстно куда. (Сл. Тарасовка).

Въ заключеніе сказаній о ветхозавѣтныхъ событияхъ и лицахъ помѣщаемъ здѣсь пасхальную виршу, въ которой говорится объ изведеніи Іисусомъ Христомъ ветхозавѣтныхъ праведниковъ изъ ада.

Не имѣя подъ рукою извѣстной книги: „Страсти Христовы“, мы не можемъ сказать, насколько въ этой нами ниже приводимой пасхальной виршѣ отразилось вліяніе этого сочиненія. Но какъ составители малорусскихъ виршъ, рождественскихъ и пасхальныхъ, вообще свободно пользовались поэтическими мѣстами изъ различныхъ алокрифическихъ сказаній, то мы считаемъ умѣстнымъ привести здѣсь два отрывка изъ такъ называемаго Евангелія Никодима, или, точнѣе сказать, изъ Слова Евсевія, епископа Александрійскаго ¹), по рукописи 18-го вѣка, находя-

¹) Срв. И. Порфирьева, Апокриф. сказ. о новозав. лицахъ и событияхъ. СПб. 1890 г., стр. 204—214.

115

щейся у крестьянина-старовѣра изъ слободы Ново-Ниқолаевки,
Купянск. у. Въ первомъ отрывкѣ излагается явленіе въ адъ
Юанна Крестителя, повторяются пророчества о пришествіи Спа-
сителя и описывается бесѣда ада съ діаволомъ; во второмъ—
разрушеніе адӑ Іисусомъ Христомъ и изведеніе изъ него всѣхъ
старозаконныхъ праведниковъ, всѣхъ съ вѣрою ожидавшихъ при-
шествія Христова. Вотъ эти отрывки: „Скончавъ же теченіе свое
Предтѣча Господень и сниде во адъ, и познаша й сущіи во адѣ.
Ту бо бяше Авраамъ, Исаакъ и Іаковъ, Исаіа и Давидъ, и про-
чіи множество святыхъ пророковъ, и вопрошаху Юанна о Госпо-
дѣ, глаголюще: „идетъ ли убо свободити насъ отъ скорбей сихъ,
или не скончаются пророчества наша о немъ?“ Иніи глаголаху:
„егда како не хощетъ смерть пріяти насъ ради!“ Пророци же крѣ-
пляхуся глаголюще: „еда како хощетъ смерть пріяти: разумѣхомъ
бо мы хотяще быти, и тако пророчествоваху міру всему.“ Рече
же Святый Юаннъ Предтеча всѣмъ пророкамъ: „прийдите къ купѣ
всі вы и повѣдайте ми, что пророчествовасте, да слышавше по-
движнѣ будѣте.“ И отвѣща первый пророкъ Давидъ, рече: „азъ ра-
зумѣхъ, яко безъ молвы тихо сходитъ съ небесе, и рекохъ: сни-
детъ яко дождь на рунѣ.“ Исаія пророкъ рече: „азъ разумѣхъ, яко
отъ дѣвы родитися хощетъ, и рекохъ: се дѣва во чревѣ прип-
метъ и родитъ сына, и нарекутъ имя Ему Еммануилъ.“ И другій
пророкъ отвѣщавъ рече: „азъ разумѣхъ, яко дванадесять уче-
никъ, вмѣсто дванадесяте патріархъ, хотяху Ему служити, и ре-
кохъ: во отецъ твоихъ мѣсто быша сынове твои.“ Другій рече:
„азъ разумѣхъ, яко хощетъ чудеса творити, и рекохъ: развер-
зутся очи слѣпыхъ, и оушеса глухихъ оуслышатъ.“ Другій от-
вѣщавъ рече: „азъ разумѣхъ, яко оученикъ его хотяше предати,
и рекохъ: ядый хлѣбъ мой, возвеличилъ есть на мя лесть.“ И дру-
гій рече: „азъ разумѣхъ, яко на тридесяти сребреницѣхъ хотяше
проданъ быти, рекохъ: поставиша цѣну мою тридесятъ сребрен-
никъ.“ И Исаія пророкъ рече: „азъ разумѣхъ, яко на судъ хо-
щетъ веденъ быти, и рекохъ: самъ Господь на судилище прип-
детъ со старцы людскими.“ И отвѣща Іеремія пророкъ, глаголя:
„азъ разумѣхъ, яко на древѣ хотятъ Его распяти, и рекохъ:
прийдите, вложимъ древо въ хлѣбъ его и возмемъ животъ Его.“ И
другій отвѣщавъ рече: „азъ разумѣхъ, яко во гробѣ хотятъ полож-
жити Его, и рекохъ: положиша мя въ ровѣ преисподнемъ въ тем-

8*

116

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ныхъ и въ сѣни смертнѣй." Се же пророкомъ глаголюшімъ и ве-
селящимся о благовѣщеніи Предтечевѣ во адъ, слышавъ же адъ
глаголы ихъ, рече ко діаволу: „о комъ сіи глаголютъ, высокомы-
сленніи, кто ли радость творя имъ, не вѣдѣ, о комъ же ли благо-
вѣствуетъ имъ, токмо вижу въ нихъ радость велію." Отвѣщавъ
діаволъ ко аду, глагола ему: „ ничто же не ужасайся и не бойся
гласа ихъ, и небрези ихъ веселитися: се бо имъ нынѣ пришедъ
радость творитъ Ioаннъ Креститель, есть бо великъ богоглас-
никъ. Егда бѣ на земли, велико свидѣтельствоваше о человѣцѣ
томъ, и глагола всему миру, яко есть Христосъ, хотяй избавити
вселенную. И азъ внидохъ во Иродіаду, совѣтницу мою и снаслѣд-
ницу, и тою прогнѣвахъ Ирода царя на обѣдѣ, и повелѣ въ тем-
ницѣ Ioанну Крестителю и пророку мирови главу усѣкнути и
дати отроковицѣ дщери Иродіадинѣ, юже Иродіада яко ябло-
комъ поигра на блюдѣ. Иже глаголаше: „яко сей хощетъ избавити
вселенную, но ни сего самого не избави.“ И отвѣща адъ ко діа-
волу глаголя: „блюди, откуду и чей есть сынъ, се бо велии ра-
дуются вси слышавше о немъ; блюди испытно, еда хощемъ един-
наго цріобрѣсті и всего мира лишени будемъ. Но еже не токмо
будетъ ми лишеніе, но и смѣху и поруганію достойні будемъ.“
Сія слышавъ отъ ада страшливыя словеса, діаволъ иде ко юде-
омъ и вооружи ихъ на Господа Бога и Спаса нашего Ісуса Хри-
ста, Сына Божія... И обрете Юду, не храняща заповѣди Христовы,
и нача готовити его на преданіе Господа...“

„Господь же нашъ Ісусъ Христосъ сниде во адъ, діавола
гоня. Силы же небесныя предтечаху предъ Господомъ, и се вра-
та адова затвержени бяху крѣпко. И возгласиша силы небесныя
ко аду глаголюще: „возмите врата вѣчныя и внидетъ царь славы“.
Адъ же, якъ невѣдый, изъ внутри глаголаше: „кто есть сей царь
славы, повѣдите ми.“ Силы же небесныя глаголаху ко аду: „Гос-
подь крѣпокъ и силенъ, Господь во бранн“. Отвѣщавъ же адъ
глаголя: „аще тако есть, то что ищете здѣ, почти остависте не-
беса и снидосте сѣмо?“ Ні глаголаху силы небесныя: „понеже есть
царь славы, противника гоняй, и сниде связати его, и да отъ
тебе воины исторгнетъ и силы твоя испровержетъ.“ Н рече адъ
ко діаволу: „треглавниче и вельзауле преокаянне, ратнче ангельскъ,
посмѣшниче святымъ, немощне, пагубне, не рехъ ли ти азъ, не
сварися съ нимъ; се нынѣ, яко же прежде рекохъ тѣбѣ, предста-

117

ша ти. Что сотвори тако, окаянне? почти ослушался глаголъ мо-
ихъ? нынѣ прииде гоняй тя; тебе ради и азъ плѣнень бываю.
Изыди, аще силенъ еси срещи его, царя славы, и борися съ нимъ,
а азъ помощи тебѣ не могу.“ Діаволъ же отвѣща ко аду и рече:
„помилуй мя, аде, брате мой, не отверзай Ему вратъ и держи
крѣпко заклѣпы вратныя, дондеже паки возвратится вспять на
небеса. Но подвигнися мене ради, аще и поруганъ будеши: кто
убо не поруганъ бываетъ отъ глаголъ его лестьныхъ. Овогда яко
смерти бояся глаголаше: прискорбна ми есть душа моя до смерти.
Иногда же моляся со слезами Богу и Отцу своему, глаголаше:
„Отче, аще возможно есть, да мимо идетъ чаша сія.“ Сія глаголы
прельстиша мя: онъ, смирля себе, тако глаголаше; азъ же ока-
янный мнѣхъ, яко смерти бояся печалуетъ“. — Сице ему глаголющу,
и гласъ съ небеси бысть, глаголя: „грядите и изыдите.“ И сотря-
сошася основанія адская, и мертвіи восташа и взыграшася, слы-
шавше трепетніи гласъ Спасовъ, за спасеніе всего міра умершаго.
Тогда ангелы огненніи, съ небеси снизшедше въ нѣдра адская,
предъ Спасителемъ вопіяху глаголююще: „возмите врата вѣчныя, и
внидетъ царь славы“! И блещахуся молнія въ сокровищахъ ад-
скихъ, убояся смерть, вострепета адъ, и испроверженъ бысть діа-
волъ; бѣжаша бѣси въ преисподній тартаръ, и радость смертная
въ плачь претворися, и рыдая діаволъ плачася, глаголююще: „увы
мнѣ окаянному и немощному, что ми бысть внезапу; азъ мнѣхъ,
яко единъ есмь царь, и нѣсть болѣе мене на земли иного царя.“
Силы же небесныя прибываху, глаголююще: „возмите врата князи
ваша и возмитеся врата вѣчныя, и внидетъ царь славы, Ісусъ
Христосъ, сынъ Божій“! Пророцы же и вси сущіи во адѣ, слышав-
ше о царѣ славы, радувахуся. Іоаннѣ же, святый пророкъ и пред-
теча и креститель Господень, глаголаше ко всѣмъ праведнымъ
пророкомъ: „не рѣхъ ли вамъ, яко скоро грядетъ царь славы,
Ісусъ Христосъ, сынъ Божій, извести насъ отсюду?“ И вси правед-
ніи веляху ко аду, глаголююще: „отверзи врата вѣчныя, да внидетъ
царь славы сѣмо!“ Адъ же не отверзаше врата и крѣпляшеся твер-
до. И отвѣщавъ пророкъ Давидъ и рече къ праведнымъ: „надѣй-
теся, егда бо бѣхъ на земли и провидѣхъ бывающая, яко отвер-
зутся Ему врата вѣчныя, и рѣхъ: сотретъ врата мѣдныя и вереи
желѣзныя сломитъ, и силы адовы потретъ, и узы смертныя раз-
рушить, жало діавола притупить и бѣсовскую крѣпость разру-

118

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНЬЕ.

шить". Возопиша же ангельскія силы велиимъ гласомъ глаголю-
ще: „да возмутся врата вѣчныя!“

И потрясошася вся основанія преисподняя, и падеся адъ, не
стерпѣ ярости Божія, и разрушишася вся заклѣпы, и врата падоша
сами, и адъ стогняше вельми трепеща, и діаволъ, плача и рыдая,
зубы своими скрежеташе. Господь же Богъ и Владыка, Царь Сла-
вы, Іисусъ Христосъ, Сынъ Божій, сниде во адъ съ силами небес-
ными, и скончася писанное: гдѣ ти, аде, побѣда и сила; гдѣ ти,
смерте, жало? Стрѣтоша же Господа вси святіи пророцы и пра-
ведницы, радующеся и веселящеся, поюще и хваляще Господа,
и глаголюще: Благословенъ Грядый во имя Господне, царь израи-
левъ, осанна въ вышнихъ, сыне Божій! Тогда Господь нашъ Ип-
сусъ Христосъ сынъ Божій испровергъ ада, и понимъ діавола и
сведе й въ преисподняя земли, во юдоль плачевную, и связа его
узами желѣзными и нерѣшимыми, и посла его во огонь не угасимый
и червь неусыпающій, идѣ же есть затворенъ и до послѣдняго
дня. Поимъ же Господь вся праведники и святыя отцы и проро-
ки и изведе ихъ изъ ада, глаголя: „возмите врата радующе“. И
исхождаху вси праведницы оттуду. Пророкъ Давидъ бія въ гусли
своя, веселящеся глаголя: „придите возрадуемся Господеви, вос-
кликнемъ Богу спасителю нашему, яко боряся за насъ и побѣди
діавола и связа его и ада разруши и испроверже“. И вси отвѣ-
щаша пророцы: аллилуя. Сице радующеся вся святіи и правед-
ніи и пророцы въ рай течаху...“

Подобныя подробности передаются и нижеслѣдующею виршею.

Егда Юда Хрыста жидамъ продавъ
И о томъ вельмы зафирсовавъ,
Повергъ сребрники, шедъ и удавыся,—
Предъ Люцыперемъ-сатаною у пекли явыся,
То Люцыперъ его любовно прывитавъ
И ось якымы словамъ его поздоровлявъ:
„Обытай же, брате мій, Юдо коханый,
„Бо ты другъ мій присносоизбранный;
„Добрую мы съ тобою пораду малы,
„Шо Исуса Назарянына на крестъ загналы.
„Теперъ же я тоби позволяю зо мною сыдиты,
„Та тилки объ сёму не изволь скорбиты:
„Шо мини буде въ день судный, то й ты будешъ тырпиты.
„Но вы унывай, обожды, поки прыйде свиту конець,
„И тоди возложимъ на главу твою мій винець.

ИЗЪ ОБЛАСТИ МАЛОРУБСКИХЪ НАРОДНЫХЪ ЛЕГЕНДЪ.

119

„Отъ-отъ, якъ не выдно, Назарянына прывыдуть.

„И мини Его гришну душу на вики оддалуть,

„А бо я пославъ по Его своихъ безсмертныхъ и пресылныхъ

„Бенарей и трубарей, войиводъ своихъ вирныхъ.

„Та тилки не знаю, чого вы тамъ ся забарылы.

„Выдно іудей Назаряныну креста ище не зробылы“.

Якъ оце Люцыперь зъ Людою розмовлявъ,

Посланни воеводы скоро прычвалалы и закрычалы:

„Замыкайте и пидпырайте пекельни врата,

„Та й не выглядайте нихто съ пекла зъ нашого брата:

„Ось иде до насъ гость п всимъ намъ неравный:

„Господь крипкый и Царь царей гризный,

„И множество янгелъ Его окружають,

„А насъ до Его и блызько не допускаю!

„Протывъ едыного янголя нельзя намъ ничего чиныты,

„А на Его самого и отдалыкы зриты“.

И закрычавъ Люцыперь: „шо тамъ за царь славы,

„Чи ны той, шо зъ розбойныкамы жиды Его роспялы?

„Ой я жъ тому за стыдъ ставлю врата отворяты

„И вереи Ему покоряты.

„Нехай же винъ иде, та й настыгас,

„А хто зъ насъ дужчій буде, той барыши соби прыдбае“.

И закрычавъ Люцыперь: „гей, панове-войиводы, бенари и

„Оттеперъ же будьте въ прыгоди вы мини! [трубари,

„Я васъ на пораду до себе волаю,

„Якъ зъ сымъ Хрыстомъ поступаты маю;

„Якъ бы намъ оце хитрише зробыты,

„Шобъ Его душу въ небо не пустыты“!

Заморкоталы слуги: — Ныхай же винъ иде до неба,

— А сюды намъ Его ніякъ нетреба.

— Хиба жъ ты не знаешъ: якъ Винъ сюды прыйде,

— То весь народъ, собаный намы, съ пекла выйде,

— Бо Винъ не есть простый чоловикъ,

— А Богъ той, що бувъ прежде всехъ викъ!

Закрычавъ Люцыперь: „щожъ Винъ за Богъ, шо смерти боявся

„И за гроши, якъ простый рабъ, продався?

„Передъ смертью стогнавъ и на небо волавъ,

„Щобъ въ зли руки жидамъ не попавъ.“

Мижъ тымъ, якъ Хрыстосъ ставъ къ пеклу прыступаты,

Началы передъ Нымъ сылно янгелы воспиваты:

„Возьмите врата князя ваша

„И оддайте Авраамскіе души наша!

„Годи вамъ тутъ царствуваты

„И праведни души къ соби забыраты!“

А Люцыперь, ны могли свита тырпиты,

Упавъ ныць и ставъ сылно вопыты:

Брачные договоры у малороссовъ.

Появившаяся въ февральской книжкѣ „Юридическаго Вѣстни-
ка“ 1892 г. интересная статья П. Дашкевича „Предбрачные
убытки по обычаямъ малороссовъ“—была поводомъ къ настоящему
очерку, который, какъ основанный на непосредственномъ знаком-
ствѣ съ народной жизнью, долженъ, по нашему мнѣнію, способ-
ствовать нѣкоторому выясненію значенія малорусскихъ народныхъ
обычаевъ, предшествующихъ церковному браку. Авторъ названной
статьи, располагавшій значительнымъ числомъ рѣшеній волостныхъ
судовъ, сознаетъ однако недостаточность такого матеріала для
вѣрныхъ обобщеній и заключеній въ этой довольно сложной
области народныхъ обычаевъ. Дѣйствительно, рѣшенія волостныхъ
судовъ, кратко излагаемыя волостными писарями — въ громадномъ
большинствѣ случаевъ людьми чуждыми крестьянской массѣ и мало-
заботящимися о сколько-нибудь подробной характеристикѣ су-
ществующихъ народныхъ обычаевъ, —не могутъ представлять жи-
вой картины народной жизни и сущности міровоззрѣнія крестьянина-
малоросса на эти обычаи. „Понять эту сущность, какъ говорить
почтенный изслѣдователь въ той же статьѣ, едвали возможно и
изъ разспросовъ крестьянъ, потому что крестьянинъ не привыкъ
работать мозгами въ этой области, а потому и заключенія его о
своихъ юридическихъ обычаяхъ въ области обобщенія таковыхъ
довольно часто дѣтски-наивны“. Что крестьянинъ не привыкъ
работать въ области обобщенія юридическихъ обычаевъ — это
вѣрно, но что онъ можетъ довольно точно формулировать свой
взглядъ на установившійся обычай, —то въ этомъ также нельзя
сомнѣваться; что же касается частностей, то и крестьянинъ по-
нимаетъ, что жизнь такъ сложна, случаи такъ разнообразны, что
только при разсмотрѣніи всѣхъ обстоятельствъ, сопровождаю-
щихъ каждый отдѣльный случай, можно говорить утвердительно
или отрицательно. Не видно, напримѣръ, въ настоящее время
пассивнаго преклоненія крестьянина-малоросса предъ установив-
шимся обычаемъ; каждый отдѣльный случай онъ разбираетъ не

122

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

всегда съ точки зрѣнія установившагося обычая, возведенного
въ законъ, а по своему внутреннему убѣжденію, основанному на
цѣломъ міровоззрѣніи; въ основѣ же послѣдняго лежить стремлѣ-
ніе къ той именно простой реальной правдѣ, которая доступна
пониманію крестьянина *). Взглядъ крестьянина и его понятія о
справедливости могутъ быть несовершенны съ точки зрѣнія обра-
зованного человѣка, но, по условіямъ какъ прошлой, такъ и со-
временной трудовой крестьянской жизни, взглядъ этотъ вытекалъ
съ логическою и неизбѣжною послѣдовательностью. Говоря это,
мы имѣемъ въ виду такія обобщенія автора: „Казалось бы ма-
лороссы въ своихъ брачныхъ формахъ сравнялись съ культур-
ными народами, а между тѣмъ масса предбрачныхъ и брачныхъ
обычаевъ и обрядовъ, глубоко вкоренившихся въ обычно - право-
выхъ понятіяхъ и воззрѣніяхъ малороссовъ, на долгое еще время
отдѣляютъ ихъ отъ культурнаго общества“. Не зная, какое именно
культурное общество имѣетъ въ виду авторъ, затруднительно
сказать что-нибудь по этому доводу, такъ какъ современное куль-
турное общество по степени развитія раздѣляется на нѣсколько
слоевъ, у каждого изъ которыхъ также существуютъ своего рода
обычаи и взгляды на брачные договоры, хотя и не такъ вкоре-
нившіеся и господствующіе. Говоря это, авторъ очевидно имѣетъ
въ виду полную свободу и чистоту предбрачнаго договора,
усвоенныхъ просвѣщенными народами; малороссъ же будто бы
лишенъ этой чистоты и свободы, вслѣдствіе вкоренившихся обы-
чаевъ. Такія обобщенія автора нисколько не соотвѣтствуютъ
дѣйствительности; близкое знакомство съ народнымъ міровоззрѣ-
нія на бракъ устанавливаетъ и болѣе симпатичный взглядъ на пред-
брачные и брачные обычаи у малороссовъ. Существованіе послѣд-
нихъ обусловливается, вOPERVЫХъ, условіями трудовой жизни
крестьянина и его твердымъ взглядомъ на брачный союзъ; въ
жизни же культурнаго общества брачный союзъ не имѣетъ такого
громаднаго значенія и той твердой, ненарушимой основы, какія
существуютъ у крестьянъ-малороссовъ. Всякому назвѣстны сво-
бода и чистота предбрачныхъ и брачныхъ договоровъ, существую-

*) Въ данномъ случаѣ мы имѣемъ въ виду ту малорусскую крестьянскую среду которая живетъ простою жизнью и судится исключительно по своимъ обычаямъ, т. е. ту среду, на которую еще не оказала своего разлагающего вліянін городская культура.

БРАЧНЫЕ ДОГОВОРЫ У МАЛОРОССОВЪ.

123

щія въ современномъ культурномъ обществѣ; индустрия, погоня за чувственными наслажденіями, а очень часто и отсутствіе нравственныхъ стремлений слишкомъ часто даютъ себя чувствовать и вносять разладъ въ столь важную область людскихъ отношеній, какъ брачный союзъ, накладывая нехорошій отпечатокъ на жизнь всего общества. Разладъ этотъ уже начинаетъ проникать изъ го-родовъ и въ села малороссовъ и неблагопріятно отражается на бытѣ крестьянской жизни. Но мы будемъ говорить не объ этомъ, а о той свободѣ и чистотѣ брачныхъ договоровъ у малороссовъ, которые установились вкоренившимися обычаями и существуютъ въ настоящее время, и о томъ, насколько эти договоры отвѣчаютъ взглядамъ, установившимися на этотъ предметъ у просвѣщенныхъ народовъ.

Крѣпостничество и условія прежней жизни наложили свое-
образный отпечатокъ и выработали у малоросса нѣсколько суро-
вый, пуританскій взглядъ на бракъ, который является, по его
минью, краеугольнымъ камнемъ экономическаго быта. Если раз-
сматривать бракъ у малороссовъ съ этой точки зрѣнія, то его
можно назвать экономическимъ союзомъ, въ которомъ духовные
интересы и требованія человѣческихъ чувствъ какъ будто отодви-
гаются на второй планъ. Такое заключеніе можно также дѣлать
на основаніи брачныхъ и предбрачныхъ обычаевъ у малороссовъ;
но совершенно другой взглядъ вырабатывается при болѣе по-
дробномъ и непосредственномъ изученіи народной психологіи.
Брачный союзъ мужа и жены, несмотря на свою практическую
окраску, у малороссовъ представляется равноправнымъ; въ немъ
совершенно отсутствуютъ рабское подчиненіе и систематическое
разграничение обязанностей, вносящее вездѣ разъединеніе въ
семью. Простой, нетронутый культурой малороссы, не смотритъ на
жену, какъ на низшее существо, которымъ можно пользоваться
въ своихъ интересахъ. Если мужъ-малороссъ очень часто и поль-
зуется рѣшающимъ голосомъ въ хозяйственныхъ распорядкахъ,
въ которыхъ вообще женщины мало смыслятъ, то и въ этомъ
не видно ничего деспотическаго, потому что мужъ почти ничего
не предпринимаетъ безъ совѣта съ женой или со всѣмъ семей-
ствомъ. Особенную же прочность и твердость этому союзу при-
даютъ не чисто практическіе интересы, а тѣсная духовная связь,
вытекающая изъ болѣе глубокихъ требованій богато одаренной

124

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

способностью любить малорусской натуры. Сплошь и рядомъ
приходится наблюдать въ жизни глубокое разочарованіе, неизбѣж-
но сопровождающее семейные разлады и смерть одного изъ су-
пруговъ. То жена безпрестанно горюетъ, плачетъ и чахнетъ по
умершемъ или ушедшемъ въ военную службу мужѣ, то наоборотъ
мужъ по смерти жены впадаетъ въ меланхолю и съ горя запи-
ваетъ, чтобы забыть горе; все же хозяйство, сколоченное друж-
ными усилиями супруговъ, растекается, дѣти идутъ по наймамъ...
Разочарованіе это, а также та неподдѣльная искренность и про-
стота отношеній, какія существуютъ въ малорусской нетронутой
семьѣ, служатъ яркими доказательствами духовной чистоты и
свободы брачныхъ союзовъ у малороссовъ. Можно съ увѣрен-
ностью сказать, что такихъ чисто человѣческихъ отношеній, сво-
боды и чистоты, возможныхъ только въ простой трудовой жизни,
крѣпко связывающей супруговъ, не существуетъ въ современномъ
культурномъ обществѣ, представляющемъ, какъ извѣстно, благо-
пріятную почву для возникновенія всякаго рода женскихъ вопросовъ.

Послѣ такихъ общихъ замѣчаній о значеніи брачного союза
у малороссовъ, мы разсмотримъ обычаи, предшествующіе этому
союзу. Бракъ, какъ тайнство, для крестьянина имѣетъ глав-
нымъ образомъ традиціонное значеніе; въ основахъ религіі онъ
мало смыслитъ, понимаетъ ихъ смутно и вслѣдствіе этого выпол-
няетъ установленные религіозные обряды по традиціи, безъ раз-
сужденій. За церковнымъ бракомъ остается только значеніе акта,
санкціонирующего брачный союзъ, заключенный уже сторонами же-
ниха и невѣсты на сватаньѣ или зарученіи. Малороссъ, при-
давая такое важное значеніе брачному союзу и въ принципѣ при-
знавая его ни въ какомъ случаѣ неразрывныхъ, старается все
предусмотрѣть и перетолковать, во избѣжаніе всякихъ осложнені-
ній, способныхъ вносить разладъ въ семью; сдѣлать же это воз-
можно только до совершенія церковнаго брака, т. е. на сватаньѣ,
которому обыкновенно предшествуютъ оглядины и подробное озна-
комленіе родителей невѣсты съ хозяйственною обезпеченностью
жениха. Сватанье кромѣ договоровъ сопровождается у малорос-
совъ и религіозными обычаями. Обычаямъ этимъ, выросшимъ на
почвѣ народнаго самосознательнаго творчества, малороссы прида-
ютъ особое значеніе; заключаются они въ слѣдующемъ: отецъ
невѣсты снимаетъ икону, мать беретъ хлѣбъ и соль и становятся

ВРАЧНЫЕ ДОГОВОРЫ У МАЛОРОССОВЪ.

125

передъ образами; женихъ и невѣста молятся, кладутъ поклоны и
затѣмъ цѣлуютъ икону, хлѣбъ - соль. Сватанье, по взгляду ма-
лоросса,—это послѣдній актъ, рѣшающій союзъ и имѣющій въ
глазахъ крестьянина реальное, а не внѣшнее значеніе; церковный
бракъ и свадьба служатъ ему только дополнительными обрядами.
Вслѣдствіе этого, сватанье сопровождается и значительными рас-
ходами, очень ощутительными для крестьянъ. Послѣ сватанья
объ стороны, назначивъ день свадьбы, расходятся въ полной увѣ-
ренности въ прочности заключенного союза и начинаютъ дѣя-
тельныя приготовленія къ свадьбѣ; крестьянину въ это время
приходится тратить всѣ запасы, дѣлать займы и пр. Разрывъ
между сватами является въ эту пору самымъ нежелательнымъ и
по взгляду крестьянина составляетъ нѣкотораго рода вѣролом-
ство. „Все кончылы, стико втратылысь, а теперъ открыдающія, —
це не по правди“, говоритъ крестьянинъ и считаетъ совершенно
справедливымъ, чтобы нарушившая уговоръ сторона возвратила
хоть часть понесенныхъ напрасно убытковъ, не говоря уже о
тратѣ времени; а между тѣмъ и трата эта въ крестьянскомъ
обиходѣ имѣтъ также значеніе. Отказавшаяся сторона, уплачи-
вающая убытки, и не думаетъ жаловаться на существующіе об-
ряды и обычаи, которые вытекаютъ съ логическио неизбѣжно-
стью, а, напротивъ, жалуется на свою неосмотрительность и по-
спѣшность. Болѣе честные крестьяне возвращаютъ эти убытки и
безъ всякихъ судовъ.

Остановимся нѣсколько на причинахъ, вызывающихъ такое не-
желательное съ точки зрѣнія крестьянина явленіе, какъ отказъ послѣ
„сватанья“. Причинъ этихъ очень много: вOPERXHKS, важное значе-
ніе, какое малороссъ придаетъ браку, заставляетъ его особенно
осторожно относиться при заключеніи этого союза; вовторыхъ,
много причинъ коренится въ условіяхъ настоящаго переходнаго
времени отъ періода крѣпостничества къ самостоятельной жизни.

Разница въ міровоззрѣніи стариковъ и вообще у крестьянъ, вы-
росшихъ подъ опекой крѣпостныхъ порядковъ и у молодежи, не-
знающей этой опеки, громадна. Первые смотрятъ на жизнь болѣе
сурово, болѣе проникнуты матеріалистическими стремленіями,—
къ запросамъ чувства они иногда относятся съ презрѣніемъ, не
желая отступать отъ разъ усвоенныхъ порядковъ жизни, которые
по ихъ мнѣнію представляются единственными и наиболѣе совер-

126

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

шенными для крестьянскаго быта. Молодые люди, признавая
взгляды эти отжившими, сами еще не успѣли окончательно выра-
ботать болѣе совершенные взгляды и жизненныя отношенія.
Такая выработка можетъ затянуться на долгое время, вслѣдствіе
слабо развивающагося народнаго образованія и отсутствія предъ
глазами народа такихъ порядковъ жизни, которыми можно было
бы позаимствоваться. Отсюда происходитъ нѣкоторый хаосъ по-
нятій и неурядицы въ жизни; все это неблагопріятно отражается
и при заключеніи брачныхъ союзовъ. Еще такъ недалеко то вре-
мя, когда крестьяне женились по указанію пана, когда о взаим-
ности чувствъ въ большинствѣ случаевъ не могло быть и рѣчи,—
взаимность эта являлась уже послѣ брака, въ силу неизбѣжности
и одинакового тяжелаго положенія. Въ настоящее время случаи
женитьбы, при которыхъ женихъ и невѣста сходятся безъ пред-
варительнаго болѣе или менѣе продолжительнаго знакомства, хотя
и бываютъ, но съ течениемъ времени становятся все болѣе и
болѣе рѣдкими. Крестьянинъ по опыту понялъ все зло, вытека-
ющее изъ такихъ ненормальныхъ отношеній, служившихъ пово-
домъ къ частымъ отказамъ послѣ заключенія уговора пли сва-
танья и семейнымъ разладамъ послѣ брака. Мотивы такихъ от-
казовъ очень понятны: женихъ и невѣста, а также ихъ роди-
тели - сваты сходились иногда впервые и не могли хорошо по-
нять другъ друга въ короткій промежутокъ времени, слѣдующій
послѣ посылки сватовъ и обмѣна хлѣба до уговора или сватанья,
съ послѣдними же не принято долго откладываться во избѣжаніе
всякаго рода „людскихъ поговоровъ и пересудовъ“. Поговоры же
о невѣстѣ и женихѣ въ сельской однообразной жизни, при от-
сутствіи способовъ удовлетворенія умственныхъ и духовныхъ за-
просовъ, являются непремѣнными спутниками каждого заключае-
маго брака, и въ тѣхъ случаяхъ, когда женихъ и невѣста бы-
ваютъ изъ разныхъ селеній и мало извѣстны другъ другу, они
нерѣдко ведутъ къ разрывамъ заключенныхъ уже договоровъ,
подчасъ неосновательнымъ. Однимъ изъ главныхъ мотивовъ
такихъ отказовъ служить, конечно, слабая связь между вступа-
ющими въ бракъ и боязнь „занапастить свой вѣкъ“, какъ гово-
рятъ малороссы.

Кромѣ того, при заключеніи браковъ почти всегда происхо-
дить борьба интересовъ дѣтей и родителей, борьба интересовъ.

127

жениха и невѣсты. Дѣвушки предпочитают выходить замуж въ своемъ селѣ, чтобы оставаться вблизи родителей, въ знакомой средѣ; женихъ же, а въ особенности его родители, наоборотъ, желаютъ, чтобы невѣста была изъ другого села, — такимъ путемъ избѣгаются мелкія семейныя непріятности, неизбѣжныя на первыхъ порахъ, пока невѣста освоится съ новыми условіями жизни. Если невѣста изъ одного и того же села, то эти непріятности очень часто осложняются вмѣшательствомъ ея родителей и бываютъ поводомъ къ самымъ нежелательнымъ явленіямъ. Силами же въ этой борьбѣ желаній женихъ и невѣста располагаютъ далеко неодинаковыми. На сторонѣ жениха находится больше шансовъ на удовлетвореніе своихъ желаній, потому что за нимъ остается при заключеніи брака активная роль, невѣста же, если она не выдается ни своею красой, ни состояніемъ, должна ожидать случая, который и [рѣшаетъ ея судьбу, причемъ рѣшеніе это очень часто идетъ въ разрѣзъ съ самыми задушевными ея желаніями—не порывать связи съ родителями, подругами, своимъ селомъ. Разрывъ этотъ горько оплакивается невѣстой, ея матерью и подругами и выливается въ сложившихся у малороссовъ по этому поводу многочисленныхъ пѣсняхъ, полныхъ грусти. Невѣсту и ея родителей томить неизвѣстность будущаго; опасенія ихъ усиливаются еще и тѣмъ, что на чужихъ селахъ жениаться большею частью такие парни, которые не могли жениться въ своемъ селѣ, гдѣ ихъ недостатки и недостатки ихъ родителей хорошо извѣстны. Но дѣлать нечего,—невѣста должна выходить, чтобы не влачить тяжелаго существованія старой дѣвы, подвергающейся въ селахъ злымъ пересудамъ. При такомъ положеніи нужны не слишкомъ сильныя причины къ разрыву уговора, заключеннаго на сватаньѣ,—стоитъ только мѣстному парню сдѣлать предложеніе, и тогда ему, какъ хорошо извѣстному и невѣстѣ и ея родителямъ, отдаютъ преимущество и безпрекословно возвращаютъ прежнему жениху понесенные имъ расходы.

Но уже я сказалъ, что такія отношенія при вступленіи въ бракъ мало-по-малу отходятъ въ область отжившихъ свой вѣкъ обычаевъ, и въ настоящее время у малороссовъ бракъ заключается по преимуществу на почвѣ болѣе и менѣе продолжительного общенія жениха и невѣсты, будь они односельцы или изъ разныхъ селеній. Отжившія тенденціи родителей, и теперь еще

128

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

принимающихъ при заключеніи браковъ дѣятельное участіе, явля-
ются безсильными остановить разумныя стремленія молодежи, ко-
торая обыкновенно въ такихъ случаяхъ всегда беретъ верхъ.
При такихъ отношеніяхъ брачущихся исчезаютъ совершенно или
становятся слишкомъ рѣдкими вышеописанные поводы къ разрыву
послѣ уговора или сватанья; число послѣднихъ теперь значительно
сократилось по сравненію съ периодомъ, непосредственно идущимъ
всѣдъ за освобожденіемъ крестьянъ. Несмотря однако на это,
все таки сохраняется обычай, по которому сторона, напрасно по-
несшая убытки во время уговора и послѣ него, находитъ спра-
ведливымъ требовать ихъ съ отказавшейся стороны, и это требо-
ваніе несколько не нарушаетъ свободы брачныхъ договоровъ.

Крестьянинъ-малороссъ хорошо понимаетъ результаты бра-
ковъ, заключенныхъ на насилие желаній. „Якъ сылою колодязь
копать, то воды зъ его не пыть“, — повторяетъ онъ сложившуюся
по этому поводу поговорку. „Мы васъ не сылуемъ, тико жъ вер-
нить намъ наши убытки, бо намъ треба знову шукать людей и
втрачаця, — хпбажъ у касъ даремна кошійка. Слово должно буть
свято“. Такъ почти всегда говорятъ родители, и на этихъ резо-
нахъ основываютъ свои иски. Въ данномъ случаѣ крестьянинъ
руководится, вOPERVX, принципомъ, что слово должно быть
свято и не только слово, а торжественное обѣщаніе; а вовто-
рыхъ, значительную роль играютъ и тяжелыя экономическія усло-
вія жизни, заставляющія крестьянна дорожить каждой кошкой").
Насколько же предбачные и брачные расходы для него бываютъ
ощутительны, можно судить изъ того, что свадьбы онъ не можетъ
отпраздновать безъ разоренія хозяйства даже въ средній годъ.
Сократить же эти расходы, вOPERVX, не въ его силахъ, а вовто-
рыхъ, онъ и не можетъ просто потому, что это единственный п
столь важный случай въ жизни человѣка. Не всегда, пожалуй,
сторона, напрасно понесшая убытки, находитъ нужнымъ пскать
ихъ съ отказавшейся стороны,— есть немало такихъ крестьянъ
малороссовъ, которые всю жизнь избѣгаютъ всякихъ судовъ и
для которыхъ хожденіе по судамъ представляется порочнымъ дѣ-

*) Одни расходы на духовенство за вѣнчаніе и за выдачу метрическаго
свидѣтельства составляютъ, какъ извѣстно, довольно большую сумму для сред-
няго крестьянскаго хозяйства, а между тѣмъ они относятся къ обязательнымъ
расходамъ.

129

ломъ. Такіе крестьяне или совсѣмъ не ищутъ убытковъ или кон-
чаютъ дѣло миромъ. Въ большинствѣ случаевъ отказавшаяся
послѣ уговора сторона считаетъ себя обязанной возвратить по-
несенные противной стороной убытки, но иногда она находитъ
причину отказа и не желаетъ возвратить ихъ. Причина эта иногда
бываетъ не только неосновательной, но и опорочивающей другую
сторону—будь то женихъ или невѣста, для которыхъ даже незна-
чительная какая-нибудь клевета особенно чувствительна въ то
время, когда приходится жениться или выходить замужъ. Въ
такихъ случаяхъ къ иску объ убыткахъ присоединяется еще и
искъ за безчестье. Впрочемъ, и самый отказъ иногда крестьянами
справедливо считается нѣкотораго рода „опорокомъ“. Парню, по-
лучившему нѣсколько такихъ отказовъ, хотя и ни на чемъ не
основанныхъ, или дѣвушкѣ, отъ которой нѣсколько разъ отказы-
вались женихи, довольно трудно найти себѣ пару.

Всѣми приведенными выше резонами руководится громада (сель-
скій сходъ) или волостной судъ, присуждающіе потерпѣвшей
сторонѣ понесенные убытки, если отказъ принадлежитъ къ числу
неосновательныхъ. Основательные отказы большею частью бы-
ваютъ въ тѣхъ случаяхъ, если женихъ и невѣста бываютъ изъ
разныхъ селеній, что даетъ возможность легко впадать въ ошибки
относительно характеровъ, тѣлесныхъ недостатковъ или имуще-
ственного положенія, касающихся вступающихъ въ бракъ, и пре-
имущественно жениха.

Что же касается вознагражденія за безчестье, то таковое опре-
дѣляется довольно рѣдко, и то только въ тѣхъ случаяхъ, если
отказавшаяся сторона измышляла и распостраияла неоснователь-
ные факты, дѣйствительно опорочивающіе противную сторону.
Громада и волостные суды, одинаково относящіеся къ искамъ объ
убыткахъ, предъявляемымъ женихомъ и невѣстой, очень рѣдко
удовлетворяютъ иски о безчестьи, предъявляемые со стороны же-
нихъ, потому что безчестье для послѣдняго, по взгляду крестья-
нина, не особенно чувствительно. „Парубокъ—не дивка, найде
соби пару, бо свить велькый, а дивка мусыть сыдить та ждать,
покы найдуця людѣ“, — говорятъ малороссы, внимательно относящіеся
къ искамъ за безчестье невѣсты. Въ значительномъ большинствѣ
случаевъ за безчестье присуждается денежное взысканіе, которое
назначается или въ пользу потерпѣвшей или въ пользу волост-

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРѣНІЕ ХУП.

9

130

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ныхъ мірскихъ суммъ; арестомъ же, какъ наказаніемъ болѣе стро-
гамъ и опорочивающимъ человѣка, карается главнымъ образомъ
только клевета, опорочивающая дѣвическую честь. Наказаніе за
безчестье во всякомъ случаѣ бываетъ ничтожное. Крестьяне уже
сознали, что въ этой области должна быть полная свобода отно-
шеній. Можно вполнѣ утверждать, что въ тѣхъ мѣстностяхъ ¹),
гдѣ намъ приходилось близко наблюдать обычаи малороссовъ, гро-
мада и волостные суды, присуждая понесенные убытки и возна-
гражденіе за безчестье, никогда не имѣютъ въ виду принуждать
этимъ отказавшуюся сторону къ исполненію заключенного уговора.
Дѣло, такимъ образомъ, идетъ исключительно только о понесен-
ныхъ убыткахъ и дѣйствительной обидѣ; истцами и отвѣтчиками
на судѣ всегда фигурируютъ родители, которые въ такихъ слу-
чаяхъ и являются дѣйствительно заинтересованными имуще-
ственно лицами, женихъ же и невѣста нетолько сами никогда не
предъявляютъ исковъ подобнаго рода, но даже и на судъ явля-
ются очень рѣдко. Существующіе у малороссовъ обычаи, судъ и
громада нарушають свободу брачныхъ договоровъ только въ од-
номъ, довольно рѣдкомъ случаѣ—это обольщеніе дѣвушки посред-
ствомъ обѣщанія на ней жениться, послѣдствіемъ чего бываетъ
прижитый ребенокъ. Въ такихъ случаяхъ старинки, громада и судъ
стараются уговорить отказывающагося парня и его родителей не
бросать своихъ жертвъ. Но и въ этихъ случаяхъ дѣло дальше
уговоровъ не идетъ. Уговоры эти, какъ выражающіе собой обще-
ственное мнѣніе, въ большинствѣ случаевъ оказываютъ свое влія-
ніе, и зла отъ этого въ супружеской жизни не бываетъ. Во всѣхъ
же остальныхъ случаяхъ откивающіе свой вѣкъ малорусскіе
обычаи о возвращеніи предбрачныхъ убытковъ стороной, отказав-
шейся послѣ уговора или сватанья, имѣющихъ рѣшаюшее зна-
ченіе при заключеніи брачныхъ союзовъ,—не имѣютъ принуди-
тельнаго характера и не нарушаютъ существующей у малороссовъ
свободы и чистоты брачныхъ договоровъ.

Т. Осадчій.

¹) Южная часть Кіевской и съверная Херсонской губерній.

Извъ быта чувашъ Казанской губерніи.

(Ирихи.—Киремети.—Браки).

Въ „Извѣстіяхъ“ Казанскаго Общества Археологіи, Исторіі
и Этнографіі за 1891 и 1892 годы напечатаны два мои сообще-
нія: 1) „Объ Ирихахъ у чувашъ“ (т. ІХ, выш. 1) и 2) „Этно-
графическо-статистическія данныя о бракахъ чувашъ Казанской
губерніи“ (т. Х, вып. 2). Эти работы вызвали со стороны до-
стопочтеннаго дѣятеля среди чувашъ, уважаемаго священника
села Кошекъ (Чурашево), Чебоксарскаго уѣзда, В. Я. Смѣлова,
нѣкоторыя интересныя дополненія, которыми я считаю не лиш-
нимъ подѣлиться, заимствуя ихъ изъ писемъ о. Смѣлова ко мнѣ
по поводу названныхъ статей; къ этому я присоедіню его-же
свѣдѣнія о киремети у чувашъ.

...„Доставать свѣдѣнія о старой чувашской вѣрѣ,“ пишетъ о. Смѣловъ, отъ 26 ноября 1892 г.,—нынѣ стало трудноватымъ; молодость или не знаетъ, или прикидывается незнающей; старики разсказывать боятся, какъ бы слушающіе не стали смѣяться надъ ихъ вѣрованіями и чрезъ то не накликали бы на нихъ какой-нибудь бѣды отъ осмѣянныхъ боговъ. Да, много измѣнилось! Въ прошломъ году посмотрѣлъ я на чук (моленье) о дождѣ (на этомъ „чукѣ“ вашего покорнѣйшаго слугу думали было поколотить, да смѣлости не хватило; впрочемъ, одному чувашину, сопровождавшему меня, сѣздили рычагомъ по головѣ, и здѣрово), и куда какъ бѣденъ и безпорядоченъ показался онъ противъ прежняго...

Вареніемъ жертвенныхъ животныхъ заправляла женщина, и
при самомъ моленіи (какъ разсказывали послѣ чуваши) вышли
разныя недоразумѣнія: одинъ говорить: нужно этого и этого бога
призвать, другой—нѣтъ, вотъ этого и этого; одному чувашину
велѣли молиться Танрӳ (озеру въ Царевококшайскомъ уѣздѣ),
а онъ, не разслышавъ, началъ читать: „Эй, талӑр-тӑра, съирлӑхъ!“—
ну и разсмѣшилъ всѣхъ. Вотъ въ виду всего этого-то наши по-
пытки реставрировать чувашскую вѣру не достигнутъ, кажется,
цѣли. Въ самомъ дѣлѣ, сколько писали объ ирихахъ ¹)—и, не-

¹) Ирих—бодъзнетворный духъ.

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРЬНІЕ. ХУШ.

9*

132

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

смотря на это, объ них' и досел' нельзя составить определенного понятія¹). Не см'шался ли онъ съ „Тӳре киллй?“ Иначе, вѣдь, почему же у нѣкоторыхъ корреспондентовъ есть извѣстія о куклѣ, болванчикѣ, объ изображеніяхъ „садчиковъ“ ²). Получивъ вашу брошюру, я снова наводилъ справки среди чувашъ, и всѣ спрошенные говорили, что куклы ириховой нѣтъ въ нашей мѣстности, а есть-де такія куклы въ Сотниковскомъ и Тогаевскомъ приходахъ (сосѣдніе съ Кошкинскимъ), въ такихъ-то и такихъ-то деревняхъ; но тамъ, какъ я доподлинно знаю, именно и „Тӳре киллй“, а не „ирихи.“ Въ этихъ разспросахъ, впрочемъ, оказались нѣкоторые отвѣты на поставленные вами вопросы на стр. 11 брошюры объ ирихахъ. Вотъ они:

„Ирихъ каждый годъ семь разъ ходить къ Богу давать отчетъ о своихъ дѣйствіяхъ. Къ ириху обращаются съ молитвой отъ чирьевъ, отъ трахомы и отъ гноевидной сыпи („шивла сар шатрӑ“). Ириху приносятъ масляный кисель, а на скорую руку— одни „тухлӑнки“. Киселемъ кормять прежде хозяина ириха (т. е. того домовладѣльца,— добавимъ отъ себя,— въ зданіи коего обитаетъ духъ ирихъ), а потомъ ёдятъ сами, нуждающіеся въ помощи ириха. Приношеніе совершается рано утромъ ³). Такъ по сказанію однихъ. А по сказанію другихъ, „приховъ кузовъ“ обыкновенно виситъ на вязу. Когда нужно приносить ириху жертву, то, созвавъ родственниковъ, рѣжутъ бѣлую овцу. Когда мясо сварится, призвавъ ириха, начинаютъ мясо ёсть, и въ это время кто-нибудь изъ присутствующихъ приготовляетъ „тухлӑнки“ (способомъ, указаннымъ о. Троицкимъ), вдѣваетъ въ нихъ нитки, и послѣ трапезы всѣмъ соборомъ относятъ „тухлӑнки“ къ ириху. Когда отъ ириха пойдутъ домой, то, отойдя нѣсколько шаговъ, снова обращаются къ ириху и отвѣшиваютъ ему поклонъ („онн янелле тоелза салам парассе“). На другой день рано утромъ родственники снова собираются въ одно мѣсто и варятъ кашу. Когда каша сварится, среди избы ставятъ гнутый стулъ, на стулѣ ставятъ чашку съ кашей и, призвавъ ириха, кашу

¹) Это потому,— добавилъ отъ себя,— что писали крайне неопределенно, поверхиostно, не видавши нерѣдко и въ глаза описываемаго предмета, и при- томъ съ цѣлью не выясненія существія дѣла, а глумленія и презрѣнія къ язы- ческимъ вѣрованіямъ чувашъ. В. М.

²) Тӳре киллй, мнѣ думается, не есть садчикъ. В. С.

Выраженіе „садчикъ“ принадлежитъ—пояснимъ отъ себя—священнику Ю- анну Архангельскому, автору „Очерковъ чувашской народости“—въ Самар- скихъ Епархіальныхъ Вѣдомостяхъ за 1886 годъ.— В. М.

³) Нѣтъ ли на это намека въ испорчепномъ названіи—итяръ, въ статьѣ неправѣственного автора XVIII ст. въ „Съверномъ Архивѣ“. Въ 1888 году она пе- репечатана въ Казанскихъ Губернскихъ Вѣдомостяхъ и пиздана редакціей этого-изданія отѣдльной брошюрой, въ количествѣ 100 экземпляровъ, подъ запла- віемъ „О чувашахъ. Этнографическій очеркъ неправѣстваго автора XVIII сто- лѣнія. Съ предисловіемъ и принѣчаніями В. Маганцкаго“. Казань, 1888 г. По- татарски: *штя, иртязіи*—утро, утромъ, утрепній. В. М.

ИЗЪ БЫТА ЧУВАШЪ КАЗАНСКОЙ ГУБЕРНІИ.

133

ѣдятъ. Послѣ йды стулъ относятъ въ поле и подъ него подкладываютъ вѣтку рябины. О бросаніи яицъ ириху никто не говорилъ. Яйца бросаютъ „вокпкыну“ отъ „хондрамака“ (колики въ животѣ), а также совѣ и воронамъ, когда сова кричитъ на гумнѣ, а вѣроны съ крикомъ перелетаютъ черезъ гумно или дворъ...“

По поводу этого послѣдняго сказанія, о. Смѣловъ въ Р. S. пишетъ: „Второе, сказаніе добыли обманомъ. Въ дер. Анишъ-Кошках есть одна старая старуха, въ душѣ преданная чувашской вѣрѣ, но неимѣющая возможности свою преданность показать на дѣлѣ, потому что зять, у котораго она живетъ, твердо держится православія. Такъ вотъ; зятя этой старухи я и просялъ добыть отъ нея свѣдѣнія объ ирихѣ; старуха окончательно отказалась говорить объ ирихѣ. Спустя съ недѣлью, зять ей говорить: „у меня-де чирьи появились да и во снѣ видѣлѣ, будто мнѣ кто-то сказалѣ, чтобы я почуклялѣ ириху. Да вотъ не знаю, какъ это сдѣлать.“ Ну вотъ старуха, жалѣя зятя, и разсказала, что нужно дѣлать, вполне вѣря, что онъ хочетъ чуклять ириху.“

По вопросу о киреметяхъ у чувашъ мы вели еще въ 1887 г. длинную бесѣду съ тѣмъ же достопочтеннымъ о. В. Я. Смѣловымъ. Затѣмъ мы получили отъ него нижеслѣдующее письмо, въ котором онъ подробно изложилъ свои убѣжденія по данному предмету. Съ позволенія автора, мы приводимъ письмо его къ намъ дословно:

„М. Г., послѣ вашего отѣзда изъ Кошекъ я снова прочиталъ брошюру Евѣимія Александровича ¹) „О вліяніи еврейства на чувашъ...,“ перебралъ въ своей памяти все мнѣ извѣстное о киреметяхъ и, въ концѣ концовъ, все-таки не пришелъ ни къ одному болѣе правдоподобному объясненію киремети. При настоящемъ чтеніи брошюры Еве. Алекс., у меня явилось слѣдующее недовумѣніе: кто первый назвалъ киреметями чувашскія мѣста богослуженія? Евреи или чуваши? Если евреи, то, конечно, по аналогіи съ высотами и дубровами еврейскихъ идолопоклонниковъ; но здѣсь снова является вопросъ: назывались-ли въ Библіи дубровы словомъ киреметь? Изъ брошюры этого не видно: рядомъ съ словомъ дуброва въ скобкахъ поставлено еврейское слово, но по очертанію оно не походитъ на киреметь, хотя и есть буквы сходныя. Если названіе дали чуваши, то на какомъ основаніи? Вѣдь у хазаръ, сколько извѣстно, идолопоклонства не было, значитъ не было и священныхъ дубровъ. Относительно „синзи“, „йомзи“—понятно. Чуваши народъ очень подражательный и весьма легко могли усвоить названіе обрядности праздника Кущей, названіе еврейскихъ ученыхъ перенести на своихъ знахарей (йомзи). Есть-же у нихъ богъ Курбанъ.

¹) Е. А. Маловъ—протоиерей, профессоръ Казанской духовной академіи. В. М.

134

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Киремети у чувашъ имѣютъ названія. Въ Кошкинскомъ при-
ходѣ, напр., есть „Мижуль киреметь“ — киреметь дер. Мижуль,
„Иванъ киреметь“ — Иванова киреметь. Это мнѣ даетъ поводъ къ
слѣдующимъ соображеніямъ: у всѣхъ народовъ есть уваженіе,
страхъ къ мѣстамъ и вещамъ, почему-либо въ незапамятныя
времена прославившимся. Іудеи, напр., боготворили мѣднаго-
змія, камни, сложенные І. Навиномъ по переходѣ чрезъ Іорданѣ;
у русскихъ, по мѣстамъ, есть мѣста притковыя, на которыхъ
ругаться не велітъ, иначе-де попритчится, и въ случаѣ притки,
по совѣту знахарокъ, дѣлаютъ относы. Не были ли и киремети
чувашъ мѣстомъ жительства родоначальниковъ, или мѣстомъ,
гдѣ они приносили жертвы? Чуваши вѣрятъ, что души умершихъ
требуютъ себѣ подачки отъ живыхъ, и если у которой души
преськся родъ, то она эти дачки вынуждаетъ отъ прежнихъ сво-
ихъ сосѣдей, однодеревенцевъ, посылая на нихъ болѣзни. Такъ,
въ Кошкинскомъ приходѣ нѣкоторые чуваши, въ случаѣ боли
поясницы, или если увидятъ во снѣ Ив. Степановича, дѣда Зо-
лотницкаго ¹), или, какъ чуваши называютъ, „чёртремэ бачька“
(трясунъ бачька) ²), — бросаютъ деньги въ мой садъ, оставшійся

1) Золотницкій Никол. Ив.—авторъ корневого чувашско-русскаго словаря.

2) Ив. Ст. Протопоповъ скончался въ первыхъ числахъ юли 1871 года, на 92 или 93 году отъ рождения. Священствовалъ онъ 52 года и былъ долго въ Чебоксарскомъ уздѣ благочиннымъ. Уступивъ свое мѣсто въ селѣ Кошках зятую, священнику Ивану Васильевичу Золотницкому, онъ перешелъ въ село Богородское, Тетюшскаго уѣзда. По смерти зятą, священника Золотницкаго, Иванъ Степ. вышелъ за штатъ и жилъ въ Кошках съ вдовой дочерью Елизветой Ивановной (по мужу Золотницкой). Про Ивана Степ. Протопопова разсказываютъ, что домъ его въ Кошках былъ выше приходской деревянной церкви, у него были крѣпостные дворовые люди; на домъ его по угламъ было четыре башни. На эти башни Ив. Степ. отъ времени до времени всходилъ для наблюдения, не погажется ли въ окружающемъ селѣ лѣсу гдѣ либо подозрительный дымокъ. Завидѣвъ дымъ, Ив. Степ. приказывалъ заложить тройку и отправлялся по направленію дыма, чтобы изловить чувашъ на мѣстѣ жертвенныхъ ихъ приношеній. Въ концѣ 60-хъ годовъ мы имѣли случай понознакомиться съ почтеннымъ старцемъ въ приходской села Кошекъ чувашской деревнѣ, куда онъ былъ приглашенъ для привода чувашъ къ присягъ по производившемуся въ деревнѣ слѣдствію. Въ бестѣ о чувашахъ Ив. Степ. отозвался намъ, что чуваши теперь вовсе не таковы, какими онъ засталъ ихъ, по поступлению на должность священника въ Кошки, когда онъ не разъ находился въ опасности быть убитымъ или... Многими сказаніями о чувашахъ позаимствовался отъ Ив. Степ. извѣстный изслѣдователь адъюнктъ-профессоръ Казанскаго университета В. А. Сбоевъ, воспитывавшійся въ дѣстѣ въ его домъ. Протоиерею Е. А. Малову Иванъ Степ. доставилъ по воспоминаніямъ свѣдѣнія о бывшихъ въ Казани въ прошломъ столѣтии новокрещенскихъ школахъ, вошедшихъ въ статью Е. А. Малова подъ тѣмъ же заглавіемъ. Мянуты досуга Ив. Степ. до конца жизни посвящалъ поэзіи: писалъ стихи. Его объемистая поэма „Человѣкъ“ въ 60-хъ годахъ у многихъ имѣлась въ спискахъ. Мы, къ сожалѣнію, у себя поэмы его не имѣли, но отъ компетентныхъ лицъ слышали о поэтическихъ его произведеніяхъ хорошіе отзывы. Подъ старость у Ив. Степ. при малѣшемъ душевномъ волненіи тряслись руки из голова. Отсюда названіе чувашъ: „чёртремэ бачька.“ В. М.

135

ПОСЛЪ ЗОЛОТНИЦКАГО, ИЛИ СТАВЯТЪ СВѣЧИ ВЪ ДОМѣ ПСАЛОМЩИКА Каменскаго, КУПИВШАГО ДОМЪ ЗОЛОТНИЦКИХЪ И ПЕРЕНЕСШАГО, КО-НЕЧНО, КЪ СЕБѣ И ОСТАВШІЯСЯ ИКОНЫ ЗОЛОТНИЦКИХЪ. БЛИЗЪ ХО-РЫНЬ-ЯЛЬ СТОЯТЪ ТРИ СОСНЫ—ПРЕЖНЕЕ МѣСТО ЖИТЕЛЬСТВА ОБЫВА-ТЕЛЕЙ ДЕР. ГАРАНЬ-ЯЛЬ ¹) —ТОЖЕ ТЕПЕРЬ КИРЕМЕТЬ. ЗДѣСЬ, ГОВОРЯТЬ, ХРАНИСТСЯ КЛАДЪ, —КАЖДОЕ РОЗГОВѣНЬЕ ДАЕТЪ СЕБЯ ЗНАТЬ СВѣТОМЪ. ВЪ ДЕР. УРЕЗЕ-КАССАХЪ ЖИЛА СОЛДАТКА ИЗЪ ПОЛЕКЪ, ПО ПРОЗВАНІЮ ДОСИХА, ЗАМѣЧАТЕЛЬНАЯ ВОРОЖЕЙКА НА КАРТАХЪ. ПОСЛЪ СМЕРТИ ДО-МИШКО ЕЯ БЫЛЪ ПРОДАНЪ НА СЛОМЪ, ИКОНА ЕЯ, КОНЕЧНО, НЕ БЫЛА ВЗЯТА, А БЫЛА ПОСТАВЛЕНА НА БЕРЗКѣ, РОСШЕЙ НА ДВОРѣ; ПО НО-ВОМУ ПЛАНУ МѣСТО ДОМА ОЧУТИЛОСЬ ВЪ УЛИЦѣ, И РАЗЪ НА ЭТОМЪ МѣСТѣ ИГРАВШЕ РЕБЯТА ПОМОЧИЛЫСЬ, А НА ДРУГОЙ ЖЕ ДЕНЬ, ГОВО-РЯТЪ, У НИХЪ ЗАБОТѣЛИ ГЛАЗА. БОЛЬ БЫЛА НЕВЫНОСИМА И УПОРНА, ФЕЛЬДШЕРЪ, ЛѣКАРЬ НЕ ПОМОГЛИ; ПО СОВѣТУ ЙОМЗИ ПОСТАВИЛИ СВѣЧИ КЪ ИКОНѣ, ЙОМЗИ ПОКРОШИЛИ ХЛѣБА, ПОПЛЕСКАЛИ ВИНА, — И БОЛЬЗАНЬ ГЛАЗУ У РЕБЯТЪ КАКЪ РУКОЙ СНЯЛО. „ПИТЬ КАНЗЕР“ ²), — ЗАКЛЮЧИЛЪ РАЗСКАЗЧИКЪ, — ПРЕЖДЕ ВЪ НАШЕЙ ДЕРЕВНѣ НИЧЕГО НЕ БЫЛО: НИКАКОЙ КИРЕМЕТИ, НИ ИРИХ таераше ³). НО СЛОВО-ТО КИРЕМЕТЬ, СКАЖЕТЕ, ОТКУДА-ЖЕ? НЕ ЗНАЮ, НЕ ЗНАЮ. ВОТЪ, ЕСЛИБЫ ВЪ БИБЛИИ ДУБРОВЫ НАЗЫВАЛЫСЬ КИРЕМЕТЬ ИЛИ ХОТЬ НЕ SCЬКОЛЬКО ПОДГОДЯЩЕ ПО СМЫСЛУ КЪ ЭТОМУ СЛОВУ, ТОГДА ДѣЛО УСТРОИЛОСЬ БЫ САМО СОБОЙ. ХОЗАРСКІЕ МИССІОНЕРЫ, КОНЕЧНО, МѣСТА ЧУВАШСКИХЪ БОГОМОЛИЙ ПРИ-РАВНИВАЛИ КЪ ДУБРОВАМЪ СВОИХЪ ЯЫЗЧЕСТВОВАВШИХЪ ПРЕДКОВЪ И ЧИТАЛИ ЗАТЪМЪ ЧУВАШАМЪ ВСЪ УГРОЗЫ И КЛАТЫВЫ ПРОРОКОВЪ, ПРО-ИЗИНСЕННЫЯ ПРОТИВЪ ДУБРОВЪ И ИХЪ ПОКЛОННИКОВЪ. ЧУВАШИ ЖИ-ДОВОСТВА НЕ ПРИНИЛИ, А НАЗВАНІЕ КИРЕМЕТЬ УСВОИЛИ, КАКЪ И ТЕПЕРЬ ОНИ СВОИ „ЧУКИ“ ПРИРАВНИВАЮТЪ КЪ ЖЕРТВАМЪ ВЕТХОЗАВѣТНЫМЪ И СЧИТАЮТЪ ПОТОМУ СВОЮ ВѣРУ СТАРОЙ-ПРЕСТАРОЙ...“

ПРЕДОСТАВЛЯЯРЬШЕНІЕ ВОПРОСА О ЗНАЧЕНІИ СЛОВА „КИРЕМЕТЬ“ ЛИНГВИСТАМЪ, СЪ СВОЕЙ СТОРОНЫ, ПРИВЕДЕМЪ НИЖЕСЛѣДУЮЩИЙ РАЗ-СКАЗЪ, СЛЫШАННЫЙ НАМИ ОТЪ А. Г. КИРЬЯНОВА, А ИМЪ ОТЪ ЯМЩИКА-ЧУВАШИНА, И ОТВѣЧАЮЩИЙ НА ВОПРОСЪ: ОТКУДА У ЧУВАШЪ БЕРУТСЯ ДУХИ КИРЕМЕТИ?

„ВЪ 1884 ГОДУ ВЪ ЧУВАШСКОЙ ДЕРЕВНѣ СИНЬ-ЯЛЬ (НОВАЯ ДЕРЕВ-НА), НОРУСОВСКАГО ПРИХОДА, ЯДРИНСКАГО УЪЗДА, БЫЛО ПОДРЯДЪ 8 ПОЖАРОВЪ, ИСТРЕБИВШИХЪ ЧУТЬ НЕ ВСЮ ДЕРЕВНУ. ВЪ ОКРЕС-ТНОСТИ, ПО ПОВОДУ ЭТИХЪ ПОЖАРОВЪ, РАСПРОСТРАНИЛОСЯ ГОВОРЪ, ЧТО НАКАНУНЪ КАЖДАГО ПОЖАРА ПОЯВЛЯЛАСЬ ПОЗАДИ СГОРѣВШИХЪ ЗДАНІЙ КАКАЯ-ТО ЖЕНЦИНА, КОТОРАЯ ВСЕ ЧТО-ТО ВЫСЕМАТРИВАЛА, И КОТОРУЮ ВИДѣЛИ МОНИГІЕ МѣСТНЫЕ ЖИТЕЛИ. ПОЯВЛЯЛОСЬ ОНА ОБЫКНОВЕННО ПЕ-РЕДЪ ЗАКАТОМЪ СОЛНЦА, А ПОСЛЪ ЗАКАТА НЕИЗВѣСТНО КУДА ИСЧЕЗАЛА.

1) По гражданскому въдомству пишется Карань-яль. В. М.

2) По русски: очень трудно. В. М.

³) Таераш—зване, обрядъ. См. „Объ ирихахъ у чувашъ“, В. Магницкаго. Изв. Казан. Общ. Арх., Истор. и Этнографіи. Т. ІХ, вып. 2-й.

136

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Чтобы доискаться, кто такая была эта таинственная женщина, жители деревни пригласили трехъ самыхъ самыхъ авторитетныхъ знахарей (йомызь) изъ числа извѣстныхъ въ окружности. „Йомзи“ съѣхались, потребовали себѣ чашку съ водой, посмотрѣли въ нее и объявили слѣдующій отвѣтъ: „Подъ корнемъ вяза, росшаго близъ деревни, нѣсколько лѣтъ тому назадъ была скрыта одной матерью незаконнорожденная ею дѣвочка. Эта дѣвочка теперь достигла брачного совершеннолѣтія, она-то по вечерамъ и ходить позади строеній жителей, высматривая себѣ жениха. Навѣщать деревню она будетъ до тѣхъ поръ, пока въ деревнѣ не останется цѣлыхъ только 8 домовъ; въ одномъ изъ нихъ она и найдетъ себѣ жениха...“

По поводу этого разсказа мы сносились съ событіемъ священникомъ села Малыхъ Яушъ (Кивь Алдышь, Кибекь), изъ чувашъ, М. Д. Дмитриевымъ, который, письмомъ отъ 18 декабря 1884 года, сообщилъ намъ: „По поводу Спняльскихъ пожаровъ въ Норусовскомъ приходѣ, дѣйствительно, разсказываютъ то самое, что вы писали, а именно, что при деревнѣ былъ вязъ, что подъ нимъ одной матерью была скрыта незаконнорожденная ею дѣвочка, что вязъ тотъ обществомъ срубили. чтобы сварить мірское пиво для моленія киремети, и въ томъ-же году начались пожары.“

По сообщенію о. М. Д. Дмитриева, выходитъ, что виновникомъ пожаровъ былъ „духъ-киреметь,“ жившій у вяза и мѣстившій пожарами жителямъ деревни за истребление его мѣстожительства—вырубку вяза, что совершенно согласно съ вѣрованіями чувашъ въ духовъ киреметей.

По офиціальнымъ же свѣдѣніямъ, какъ намъ передавали, причиной пожаровъ было слѣдующее событие. Въ деревнѣ Синь-ялъ было нѣсколько новожиловъ, переселившихся въ эту деревню въ разное время изъ другихъ сельскихъ обществъ Жили они въ деревнѣ тихо и мирно уже нѣсколько лѣтъ. Но вотъ старожилы надумали пришельцевъ изъ деревни изгнать. Новожилы этому требованію не подчинились. Началось судбище. Старожилы дѣло вы играли и стали настаивать на выселеніи новожиловъ. Эти-то посѣдніе и отомстли старожиламъ поджогами.

По словамъ Т. С. Семенова, передъ пожарами и черемисы Уржумскаго уѣзда видятъ нерѣдко таинственныхъ огненныхъ женщинъ.

По вопросу о бракахъ у чувашъ ¹) о. Смѣловъ пишетъ мнѣ 26 нояб. 1892 г.: „На стр. 6 брошюры о бракахъ вы пишете: „Сообщеніе В. А. Сбоева, будто чувашлята женятся въ самой ранней юности, лишено фактическаго основанія.“ По моему, не со-

¹) См. по этому вопросу статьи въ „Этногр. Обозр.“, кн. V, 157 и XIII—XIV, 62. Ред.

137

всѣмъ точно. Письменныхъ доказательствъ этого, дѣйствительно, нѣтъ и по очень простой причинѣ: священника, повѣнчавшаго малолѣтнихъ и записавшаго бракъ въ книгахъ, тотчасъ же засудили бы. Случаевъ же сожитія (по семейному) малолѣтнихъ со взрослыми дѣвицами было много и въ прежнее и даже недавнее время. Въ 60-хъ годахъ въ дер. Тенѣевой, Цывильскаго уѣзда, одинъ некрещенный чувашъ взялъ за своего 13-ти лѣтняго сына дѣвку 22-хъ - лѣтнюю и, до совершеннолѣтія сына, жилъ съ ней самъ и прижилъ трехъ ребятъ; узналъ объ этомъ становой приставъ и съ чувашина взялъ 100 р. Въ Тобурдановскомъ и Норвашинскомъ приходахъ чуть не до 80-хъ годовъ (по крайней мѣрѣ, объ этомъ мнѣ разсказывали еще въ третьемъ году) практиковалось такъ: придутъ отцы малолѣтнихъ къ священнику, отладутъ деньги за свадьбу, справятъ по-чувашки и самую свадьбу, и живутъ малолѣтніе до совершеннолѣтія не вѣнчанными. А какъ исполнятся года, придутъ въ церковь и безъ всякихъ церемоній повѣнчаются, за повѣнчаніе дадутъ 1 р. или 50 к. ¹). Деньги эти уже записывались въ доходную тетрадь и дѣлились на весь причтъ. Дѣти, родившіяся отъ такихъ сожительствъ, записывались въ „метрики“ уже послѣ вѣнчанія ²), и тутъ священники съ отцовъ брали деньги, смотря по возрасту записываемаго ребенка,—брали за то-де, что онъ, въ сравненіи со сверстниками, годъ или два цроживетъ лишнихъ на свободѣ отъ призыва въ солдаты. То же самое практиковалось въ Татмышевскомъ приходѣ (Ача-базаръ); здѣсь даже производилось слѣдствіе объ уничтоженіи компрометирующихъ листовъ „обыскной книги.“ Въ Тогаевскомъ приходѣ, Чебоксарскаго уѣзда, это водилось при о. Оточевѣ, и поступившіе послѣ него священники повѣнчили нѣсколько такихъ браковъ. Конечно, все это продѣлывалось въ богатыхъ семьяхъ. Да, въ старину въ инородческихъ приходахъ много творилось такого, чему теперь вѣрится съ трудомъ. Недаромъ инородческій приходъ прежде считался золотымъ дномъ. Тогда окружный начальникъ, и священникъ, и „кантор-тавраж“ (служащіе въ во-лостныхъ правленіяхъ) большею частью были за одно и другъ другу руки мыли. Нужно дивиться, какъ чуваши удержались еще въ христіанствѣ.

¹) Такой ежегодной платой въ Елабужскомъ уѣздѣ облагались въ шкоторныхъ приходахъ (село Игра) до послѣдняго времени открытыя внѣбрачныя сожитія вотяковъ, послѣ выполненія всѣхъ свадебныхъ обрядовъ. Это характерное явленіе, весьма обычное въ быту вотяковъ и теперь, несомнѣнно, вызывается весьма высокой платой за вѣнчаніе въ 10—25 р., а подчасъ и болѣе. В. М.

²) Такой способъ дѣйствій санкціонировали теперь закономъ въ Привилейскомъ краѣ по отношению къ такъ называемымъ „упорствующимъ“ бывшимъ уніатамъ, среди которыхъ внѣбрачныя сожительства составляютъ въ настоящее время обычное явленіе. Ред.

138

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Вѣрованіе, что дѣвственная дѣвица, по смерти, дѣлается же-
ною Етерія, и что нарушившая цѣломудріе, по смерти будетъ
жить съ тѣмъ, съ которымъ согрѣшила, а не съ тѣмъ, съ ко-
торымъ, по волѣ родителей, повѣнчана,— существуетъ и теперь,
хотя и начинаетъ ослабѣвать; конечно, на это отчасти повліяло
и то, что нынѣ насильныхъ браковъ почти-что нѣтъ. Нынѣшнія
хѣрьки (херѣ—дочь, дѣвушка) настолько смѣлы, что кОМНѣ очень
часто приходить съ просьбой какъ-нибудь помѣшать предполо-
женному родительскому браку и указываютъ, за кого-бы онѣ хо-
тѣли выйти. Дѣла эти большею частью удается улаживать. Нынѣ
поневодѣ выходить такія, которымъ скоро предстоитъ быть ма-
терью; такихъ дѣвицъ родители стараются отдать въ чужія де-
ревни. „Снявшимся“ (говоря стариннымъ языкомъ) молодымъ лю-
дямъ рѣдко удается покрыть грѣхъ вѣнцомъ. Въ Кошкинскомъ
приходѣ, по крайней мѣрѣ, въ теченіе 20 лѣтъ было не болѣе
трехъ случаевъ.“

Въ заключеніе своего письма, о. Смѣловъ прибавляетъ: „Гра-
мотность въ приходѣ развивается не по днямъ, а по часамъ; те-
перь у насъ уже четыре школы грамоты, и всѣ переполнены;
переполнено и земское учлище: 130 человѣкъ; начинаютъ учить-
ся и дѣвочки чувашскія: во всѣхъ школахъ ихъ учится штукъ 50.“

Этимъ отраднымъ извѣстіемъ мы и закончимъ выписки изъ
писемъ о. Смѣлова.

В. Малницкій.

Сектантство среди ингушей.

Со времени дѣятельности Шамили на Кавказѣ среди ингу-
шей, населяющихъ аулы: Награнь, Насыръ-Кортъ, Пліевъ, Сы-
харки и Верхній Анчалыкъ ¹), распространилось сектантство, ко-
торое мало-по-малу приобрѣтаетъ все новыхъ и новыхъ адептовъ.

Въ поименованныхъ аулахъ есть приверженцы двухъ прямо противоположныхъ сектъ. Ингуши не-сектанты называютъ сектантовъ „тубаш лец нах“— набожный человѣкъ ²). Послѣдователи сектъ называютъ другъ друга „братьями“.

Одна изъ сектъ признаетъ своимъ главой Батыл-хадж'а (хадж—
человѣкъ, бывшій въ Меккѣ), другая—Кунт-хадж'а. Объ секты
въ своихъ ученіяхъ и въ отношеніяхъ другъ къ другу антаго-
нистичны.

Первая, съ Батыл-хаджемъ во главѣ, живущимъ и по на-
стоящее время въ аулѣ Сыхарки и имѣющимъ семерыхъ сы-
новей, отличается джигитствомъ и крайнею нетерпимостью. Джи-
гитство батылцевъ проявляется въ безстрашіи, воровствѣ, убій-
ствахъ и т. п. Нетерпимость-же доводить ихъ до того, что они
сдѣлавшись „братьями“—вежеры (родной братъ—нош), переста-
ютъ посвящать своихъ родныхъ, не примкнувшихъ къ ихъ сектѣ,
не отвѣчаютъ на обычное привѣствіе встрѣчающихся мусуль-
манъ: „салам алекум“—„алекум салам“.

Батылу приписываютъ нѣкоторыя сверхъестественные силы;
такъ говорятъ, что онъ въ теченіе 2—3-хъ часовъ можетъ про-
ѣхать верстъ 200 и вернуться обратно; также можетъ онъ хо-
дить днемъ среди людей, не будучи видимъ никѣмъ. Тому, кто
пожелалъ бы быть послѣдователемъ его ученія, но отказался
почему-либо, онъ можетъ сдѣлать такъ, что тотъ будетъ пре-
терпѣвать мученія отъ невидимыхъ силъ, какъ-бы его терзали
20 человѣкъ.

¹) Кромь поименованныхъ ауловъ, ингуши живутъ еще въ аулахъ: Ба-
зоркинъ, Икаўсу, Элты-Берсукинъ, Яндырка, Нижній Анчалыкъ, Капташъ,
Данагскій и др., численностью приблизительно до 20-ти тысячъ въ 15 аулахъ.

2) „Туба лаацет“ — „пословиться“, т. е. дать объѣтъ быть послѣдователемъ той или другой секты.

140

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Много подобныхъ разсказовъ ходить объ его сверхъесте-
ственныхъ силахъ; между прочими ходятъ слухи, что онъ мо-
жетъ „присушивать" къ себѣ своихъ послѣдователей, чѣмъ и
объясняется тѣсная связь послѣднихъ съ главой секты и фана-
тичное отставаніе его интересовъ. Стоитъ кому-либо сказать
что-либо неблаговидное о Батылѣ въ присутствіи его послѣдова-
телей,— сказавшій будетъ убитъ однимъ изъ нихъ. И вообще,
батылецъ обязанъ убить всякаго оскорбившаго его или главу
ихъ секты.

Про самого Батыла даже не послѣдователи его ученія раз-
сказываютъ много хорошаго. Особенно говорятъ объ его широ-
комъ гостепріимствѣ, которымъ онъ располагаетъ къ себѣ даже
лицъ офиціальныхъ. Такое широкое гостепріимство возможно
только при томъ состояніи, какимъ располагаетъ Батылѣ, — его
„початка" (кукуруза), засѣянная на 40—50 десятинахъ, соби-
рается „братьями“ безвозмездно, „ради Бога“. Столько-же де-
сятинъ травы скашивается тѣми-же „братьями“. Зимою нагру-
жается и свозится нѣсколько десятковъ саженей дровъ все тѣми-
же „братьями“. Мало того, что „братья“ работаютъ сами без-
возмездно на своего вожака, но они еще посылаютъ къ нему
на работу своихъ женъ и дѣтей, что даже противно обычаю.
До чего умаляются личные интересы сектанта по отношенію
къ интересамъ главы, говоритъ слѣдующій фактъ: одинъ изъ
трехъ братьевъ, „пословившись“ съ Батыл-хаджемъ, раздѣлился
съ своими родными братьями, и пришедшихся на его долю, по
раздѣлу, 200 барановъ, отдаетъ Батылу. Другой ингушъ „для
Бога“ безвозмездно пасетъ 3 года стада Батыла. И много дру-
гихъ подобныхъ фактовъ можно наблюдать въ жизни этихъ сек-
тантовъ.

Послѣдователи ученія Батыл-хаджа являются грозой среди
ингушей; ихъ боятся ингуши, не приналежащіе къ ихъ сектѣ,
хотя вообще ингуши народъ не трусливый, наоборотъ — храб-
рый. Говорятъ, что даже самый смирный человѣкъ, сдѣлавшись
„братомъ“ Батыл-хаджа, становится самымъ отчаяннымъ джи-
гитомъ, хотя бы раньше онъ былъ смирнѣе безобидной скотины.

Подъ названіемъ „джигитъ“ ингуши понимаютъ человѣка,
который никого и ничего не боится. Каковы джигиты, „братья“
Батыла, можно заключить изъ факта, имѣвшаго мѣсто въ Верх-
немъ Анчалыкѣ. Двое „братьевъ“ Батыла украли и зарѣзали
корову. Хозяń коровы, узнавъ о похищеніи, заявляетъ стар-
шинѣ. Послѣдній съ своимъ помощникомъ отправляется туда,
гдѣ было спрятано мясо коровы, и везетъ его въ сельское прав-
леніе. За похитителями старшина трижды посылаетъ довѣрен-
ныхъ, и только послѣ третьяго раза они являются въ правле-
ніе, захвативъ съ собою еще двухъ „братьевъ“. Каждый изъ

СЕКТАНТСТВО СРЕДИ ИНГУШЕЙ.

141

нихъ былъ вооруженъ берданкой, двумя пистолетами и длин-
нымъ кинжаломъ. (Подобное вооруженіе и стриженная борода яв-
ляются внѣшними отличительными признаками послѣдователей
Батыла). Старшина, опасаясь ихъ мести, предложилъ имъ упла-
тить хозяину коровы ея стоимость и извѣстный штрафъ, объ-
щая не давать дѣлу дальнѣйшаго движения. Но преступники на
предложение старшины не согласились, мотивируя свое несогла-
сие тѣмъ, что вѣдь мясо украденной коровы взяли обратно, такъ
чего же хотятъ отъ нихъ еще? Сколько старшина ни старался
ихъ уговорить, но они ни на что не соглашались. Тогда стар-
шина, выведенный изъ терпѣнія, приказалъ своему помощнику
схватить ихъ и посадить на „гауптвахту“. Попытка помощника
старшины схватить виновныхъ окончилась для него крайне пе-
чально, — онъ былъ перерубленъ кинжалами пополамъ. Послѣ
подобнаго начала этими 4-мя человѣками было убито еще 14 че-
довѣкъ и 15 ранено, и только послѣ этого трое изъ преступ-
никовъ были убиты, а 4-ый изнемогалъ отъ 18-ти ранъ, нане-
сенныхъ ему во время схватокъ; несмотря однако на эти 18
ранъ, онъ живъ и по настоящее время.

Вотъ общія характеристическія черты послѣдователей Ба-
тыла. Въ противоположность сектѣ Батыла, послѣдователи уче-
нія Кунт-хаджа отличаются смиреніемъ, набожностію и незло-
біемъ. Послѣдователи Кунта не пьютъ, не курятъ и не любятъ
подверженныхъ этимъ недостаткамъ. Не носятъ также они ору-
жія, замѣняя его палкою, и опоясываются бѣлымъ кускомъ по-
лотна. Вотъ внѣшніе отличительные признаки послѣдователей
Кунта. Хотя кунтистъ и не любить батылца, но никогда не
позволить себѣ чѣмъ-либо обидѣть послѣдняго; между тѣмъ какъ
батыецъ постарается при всякомъ удобномъ случаѣ вызвать на
ссору и затѣять драку. Кунтистъ обыкновенно въ подобныхъ
случаяхъ смиренно удаляется отъ „брата“ - забіяки. Къ числу
хорошихъ чертъ послѣдователей Кунта слѣдуетъ отнести и отсут-
ствіе такого порока, какъ воровство: кунтистъ ни за что не
станетъ даже ъсть мясо краденаго животнаго.

Такимъ образомъ послѣдователи обѣихъ сектъ являются пол-
ными антагонистами,—что въ одной почитается достоинствомъ,
то въ другой—порокомъ, и обратно. Общее у обѣихъ сектъ—
джикирь. Джикиромъ называется часть богомоленія (послѣ обык-
новенного „намаза“), во время которой воспѣваются доблести
и похождения Магомета, при чемъ пѣніе сопровождается хло-
паніемъ въ ладоши, прыганіемъ, пыхтѣніемъ ¹) и т. п. Джи-
киръ продолжается до тѣхъ поръ, пока исполнители совершенно

¹) Послѣднее напоминаетъ джикиристамъ усталость и пыхтѣніе Магомета, во время бѣгства его въ Мекку.

142

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪЯНЬ.

не измучатся и съ нихъ не польетъ потъ ручьемъ ¹). Нѣкото-
рые отъ изнеможенія падаютъ и подвергаются судорамъ. Та-
ковыхъ остальные „братья“ поднимаютъ и удерживаютъ, стара-
ясь облегчить ихъ мученія.

Первая секта не пользуется особымъ уваженіемъ не-сектан-
товъ, и если послѣдователи ея и вызываютъ къ окружающихъ
уваженіе, то оно вытекаетъ изъ чувства самосохраненія, страха.

Ученіе второй секты и ея послѣдователи пользуются симпа-
тіями и не-сектантовъ, особенно стариковъ. Къ тому-же вторая
секта имѣтъ адептовъ своего ученія и въ Большой Чечнѣ, чего
не имѣтъ первая.

Число сектантовъ вообще постепенно увеличивается; еще
больше увеличивалось бы число послѣдователей второй секты,
если-бы основатель ея Кунтъ-хаджъ находился среди народа, а
не скрывался неизвѣстно гдѣ. Число сектантовъ опредѣлить не
могу, но могу сказать, что, по словамъ ингушей не-сектантовъ,
число послѣдователей ученія Кунтъ-хаджа вдное болѣе числа
батылцевъ. Двое молодыхъ ингушей Назрановскаго селенія, на
мой вопросъ, почему они не сдѣлаются послѣдователями той
или другой секты, отвѣтили, что со временемъ они, вѣроятно,
примкнутъ къ сектѣ Кунт-хаджа, но что пока они еще молоды,
то для нихъ трудно выполнять обряды, налагаемые сектантствомъ.

Про основателей сектъ говорятъ, что они сознали въ себѣ
вдохновеніе свыше,—первый (Батылъ) будучи абрекомъ, а второй
(Кунт-хаджъ)—пастухомъ. Получивъ вдохновеніе, п тотъ п друг-
той отправлялись въ Мекку, а возвратившись оттуда, стали про-
повѣдывать свои ученія. Кунт-хаджъ получилъ вдохновеніе при
слѣдующихъ обстоятельствахъ: онъ однажды, пася овецъ, замѣ-
тилъ, что надъ нимъ спускаются тучи; онъ испугался. Въ это
время изъ тучъ раздался голосъ: „не бойся, святой человѣкъ,
мы къ тебе имѣмъ дѣло“. Всѣдь за спмъ бѣлыя облака скрыли
его въ себѣ. Окутанный имп, какъ кисеей, Кунтъ увидалъ ан-
геловъ, приближающихся къ нему. Приблизшившись, ангелы ска-
зали ему, что они посланы Аллахомъ объявить ему, что Аллахъ
считаетъ его съ этого момента своимъ пзбранникомъ и поруча-
етъ ему набирать послѣдователей своему ученію. Кто послѣдуетъ
его ученію, тотъ войдетъ вмѣстѣ съ нпмъ, Кунтомъ, въ ясмали
(рай). При этомъ ангелы вручили ему для руководства корань.
Этотъ коранъ предлагался Кунтомъ собранію муллъ для про-
чтенія, но всѣ муллы не могли прочесть и понять ни одной
строчки. Наконецъ, самый младшій мулла сказалъ, что по этому
корану можетъ читать только самъ Богъ. Между тѣмъ Кунтъ
въ прсутствіи муллъ началъ читать по корану и объяснять
написанное, хотя до тѣхъ поръ онъ былъ безграмотенъ.

¹) Джикиръ происходитъ послѣ обыкновенной молитвы въ той же мечети.

СЕКТАНТСТВО СРЕДИ ИНГУШЕЙ.

143

Только послѣ помянутаго явленія ангеловъ и врученія ко-
рана, Кунтъ созналъ свое избранничество и отправился въ
Мекку. Возвратившись изъ Мекки, онъ сталъ поучать народъ
въ духѣ смиренія, незлобія, набожности и т. п. Нѣкоторое время
Кунт-хаджъ проповѣдывалъ среди ингушей и чеченцевъ, за-
тѣмъ исчезъ неизвѣстно куда; также неизвѣстно, живъ-ли онъ
въ настоящее время или нѣтъ. Уходя, онъ оставилъ среди ин-
гушей преемника, который якобы живетъ въ аулѣ Энты Бер-
сукинѣ, а самъ скрылся.

Антагонизмъ этихъ двухъ сектъ замѣтенъ какъ въ самомъ
ученіи, такъ и въ разсказахъ о личностяхъ основателей. Вдохно-
веніе основатели сектъ получили не изъ одного источника: Кунту
его избраніе въ посланники Аллаха было открыто ангелами, на-
учившими его, какъ поучать народъ; Батылъ получилъ откро-
веніе оть Магомета, явившагося къ нему и предложившаго ему
избирать—блаженство-ли земное или небесное. Батылъ избралъ
земное довольство, надѣясь своимъ образомъ жизни на землѣ за-
служить жизнь въ чиную. Далѣе, Батыл-хаджъ чудесъ не творилъ;
Кунт-хаджъ „чудилъ". Разсказываютъ, что Кунт-хаджъ, подозрѣ-
ваемый въ подстрекательствѣ къ бунту, преслѣдовался администра-
ціей и его не разъ сажали въ тюрьму, заковывали въ кандалы, но
онъ всегда уходилъ, не смотря ни на какія предосторожности.
Однажды онъ былъ посаженъ на гауптвахту однимъ чеченскимъ
генераломъ, служившимъ въ русской службѣ. Не смотря на то, что
къ нему была приставлена бдительная стража, онъ ушелъ незамѣ-
ченнымъ изъ-подъ стражи и явился къ тому-же генералу. Генералъ
удивился и спросилъ его, какимъ образомъ онъ ушелъ изъ-подъ
стражи, когда ей было приказано возможно бдительѣе слѣдить
за нимъ. Кунт-хаджъ отвѣтилъ, что никакая стража, никакія
цѣпи не въ состояніи удержать его тамъ, гдѣ онъ не захочетъ
быть. Генералъ не повѣрилъ ему и приказалъ разстрѣлать его;
но тутъ-то и произошло чудо: когда скомандовали стрѣлать, то
стрѣлки не въ состояніи были заложить патроны. Всѣ были
удивлены. Тогда Кунт-хаджъ, желая увѣрить въ своей святости,
обращается къ генералу и сирашиваетъ его, не желаетъ-ли онъ
еще болѣе убѣдиться въ его сверхъестественной силѣ; если же-
лаетъ, то пусть эту ночь запрется у себя въ спальнѣ, а кру-
гомъ поставитъ строжайшій караулъ, и не смотря на это, онъ
явится къ нему въ 12 часовъ ночи и разбудитъ его. Генералъ
и на этотъ разъ не повѣрилъ ему, но все-таки поставилъ кру-
гомъ караулъ и приказалъ строго-настрого никого не пропускать,
а самъ заперся въ своей спальнѣ. Въ 12 часовъ ночи генералъ
былъ неожиданно разбуженъ Кунтомъ, который, какъ онъ
самъ сказалъ, проникъ въ двери, никѣмъ не замѣченный. Тогда
только увѣрился генералъ въ его великой силѣ и просилъ его

144

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНIE.

научить, что дѣлать ему, дабы заслужить предъ Аллахомъ жизнь вѣчную. Кунт-хаджъ приказалъ ему купаться ежедневно въ теченіе 3-хъ мѣсяцевъ, а затѣмъ оставить службу русскому царю и переселиться въ Турцію,—только тогда онъ будетъ угоденъ Аллаху. Генералъ „пословился“ съ Кунт-хаджемъ и сталъ его присяжнымъ братомъ. Затѣмъ онъ бросилъ службу и переѣхалъ въ Турцію, гдѣ недавно умеръ, оставивъ послѣ себя нѣсколькихъ сыновей.

Вотъ тѣ свѣдѣнія, какія я могъ пока узнать о сектантствѣ среди ингушей; свѣдѣнія эти отрывочныя, случайныя, потому что я случайно только и натолкнулся на этотъ вопросъ.

Кл. І. Борусевичь.

Памяти Ю. Н. Мельгунова.

(Извлеченіе изъ статьи С. Я. Капустина ¹).

Русскій народъ пока еще не совсѣмъ разрѣшенная для всѣхъ
загадка. Большинство людей русскаго образованнаго общества
еще не разсмотрѣло подъ наружною грубою оболочкою кресть-
яника внутреннаго человѣка; незнакомство съ его своеобразнымъ
бытомъ, различія въ понятіяхъ юридическихъ и экономическихъ
имѣютъ послѣдствіемъ своимъ то, что у насъ люди культур-
ныхъ и вообще городскихъ классовъ по нравственнымъ поня-
тіямъ и образу жизни весьма далеки отъ народа. Это обстоятель-
ство кладетъ свою печать на всѣ события внутренней жизни
Россіі и вызывается весьма замѣтно на отношеніяхъ, возникаю-
щихъ у насъ между крестьянствомъ и остальными классами го-
сударства.

Эта особенность, нашей общественной жизни, вызвала у насъ
необходимость въ отдѣльной отрасли научной дѣятельности,
направленной именно на изученіе народнаго быта. Отсюда по-
нятно, что одна изъ отраслей соціальныхъ наукъ, а именно
этнонѣфія, у насъ въ Россіі должна имѣть больше примѣненія,
чѣмъ гдѣ бы то ни было, тѣмъ болѣе, если принять во вниманіе
разнородность и разнолеменность населенія нашего отечества.

Крайняя настоящительность такой науки такъ ясно сознана въ
настоящее время и русская этнографія такими яркими чертами
заявила себя, что говорить объ этомъ здѣсь уже болѣе не при-
ходится.

Но, возникнувъ у насъ въ недавнее сравнительно время, эта
наука еще не успѣла получить, такъ сказать, офиціальнаго ея

1) Скончавшійся полгода тому назадъ извѣстный знатокъ русской музыки Ю. Н. Мельгуновъ въ послѣдній годъ жизни своей передалъ намъ въ руко- писи статью покойнаго С. Я. Капустина, которою мы имѣли въ виду вос- пользоваться для нашего изданія (см. „Этногр. Обозр. " XVI, 150). Но ока- залось, что большая часть статьи напечатана Капустинымъ въ нѣсколько измѣнненномъ видѣ въ „Недѣлѣ“, 1884 г. № 1. Не желая повторять то, что уже было напечатано, мы помѣщаемъ здѣсь остальную часть, еще не бывшую въ печати. Ред.

10

146

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

признанія і еще не преподается въ видѣ особаго предмета въ
учебныхъ заведеніяхъ; но зато она уже довольно крѣпко обо-
сновалась въ разныхъ ученыхъ обществахъ, въ Петербургѣ,
Моеквѣ, Казани, Тифлисѣ и другихъ умственныхъ центрахъ.
Изученіе народной жизни учеными этихъ обществъ захватывает-
ся широко и глубоко и оно ведется вполне объективно и без-
пристрастно, благодаря самому отношенію настоящаго ученаго
къ народу.

Ни административныя, ни промышленныя учрежденія не
соприкасаются по роду и характеру своихъ занятій такъ близко
съ обстановкой, жизнью и душою народа, какъ лицо, посвя-
тившее себя чисто этнографическому изученію страны и на-
рода. Отношенія ученаго наблюдателя къ народу совершенно
иныя, чѣмъ, напримѣръ, отношенія чиновника, помѣщика, за-
водчика, фабриканта. Во всѣ эти столкновенія замѣшиваются
песьма односторонніе интересы, а вслѣдствіе этого сталкиваю-
щіеся между собою классы не вполне познаютъ другъ друга:
помѣщикъ, фабрикантъ видятъ въ крестьянинѣ только рабочую
силу; чиновникъ заинтересованъ въ собленіп извѣстнаго по-
рядка въ нѣкоторыхъ только и притомъ внѣшнихъ проявле-
ніяхъ жизни; купецъ старается уловить только извѣстныя эко-
номическія потребности п полезныя для него слабости обпта-
телей деревнъ. Такимъ образомъ, познанія, которая выносятъ о
народѣ представителей означенныхъ классовъ, крайне односторонни,
отрывочны и эгонистичны.

Совѣтъ иныя отношенія къ народу тамъ, где съ нимъ со-
прикасается наука, которой нужно знать все, что есть въ изслѣ-
дуетомъ предметъ; ей дорога каждая мелочь; узнавъ одно, она
гонится тотчасъ же за другимъ; оглядѣвъ внѣшность, силится
пробиться въ самыя сокровенные глубины. Принимая отовсю-
ду все, что относится до предмета изученія, всѣ показанія, свѣ-
дѣнія, она сопоставляетъ ихъ со всѣмъ ей прежде извѣстнымъ,
взвѣшиваетъ, провѣряетъ, пропускаетъ чрезъ горнило критики,
и даетъ затѣмъ каждому изъ нихъ свое мѣсто въ систематиче-
ски расположенномъ материалѣ. Такимъ образомъ, здѣсь нѣтъ
ничего отрывочнаго, односторонняго; одни знанія не существу-
ютъ отдѣльно отъ другихъ; все вновь приобрѣтаемое вносится
въ общую собровищницу; старое освѣщается съ помощью нова-
го; ничто прежнее не забывается, ничто новое не остается не
замѣченнымъ. Однимъ словомъ, научное отношеніе къ быту на-
рода имѣтъ въ результатѣ всестороннее знакомство съ этимъ
бытомъ, освѣщеніе его съ той шпрокой точки зрѣнія, съ кото-
рой можетъ смотрѣть только одна наука.

Стошло только образоваться такому отношенію ученыхъ
учрежденій къ быту народа, какъ къ нимъ начали понемногу
стягиваться всѣ частныя, разрозненные силы, работавшія въ

ПАМЯТИ Ю. Н. МЕЛЬГУНОВА.

147

томъ же направленіи. Онъ стали вносить сюда плоды своихъ трудовъ и получать отсюда поддержку матеріальную и нравственную. Мало-по-малу отсюда начала во многихъ случаяхъ выходить и инициатива различныхъ спеціальныхъ предпріятій для изслѣдованія тѣхъ или иныхъ сторонъ народнаго быта.

Но, совершивъ въ этомъ отношеніи многое, наука не можетъ остановиться; стремясь безостановочно впередъ, входя постоянно въ глубь предмета, она хочетъ договорить недоговоренное, освѣтить освѣщенное еще большимъ свѣтомъ.

Занимаясь изслѣдованіями касающимися, экономической жизни народа, его нравственныхъ воззрѣній, уясняя его характеръ, склонности, способности, этнографія не могла не обращать особенного вниманія на указателя самыхъ тончайшихъ и глубокихъ движеній его души, на языкъ его страсти—музыку.

Вотъ путь, по которому русская народная пѣсня должна была входить въ число предметовъ этнографическаго изученія.

Прочное начало и вѣрный путь этому изученію положилъ Ю. Н. Мельгуновъ своими „Русскими пѣснями“ (Москва, 1879). Значеніе этого труда достаточно выяснено учеными авторитетами въ пространныхъ отзывахъ, которые появились въ русской и иностранной печати ¹), и между прочимъ подтверждено авторитетомъ того ученаго учрежденія ²), которое всегда стояло на стражѣ всесторонняго научнаго изученія народнаго быта.

Но несмотря на авторитетъ ученыхъ, классиковъ и этнографовъ, изслѣдованія Мельгунова далеко не получили того широкаго распространенія въ обществѣ и даже среди спеціалистовъ, какое онъ вполне заслуживаютъ. При этомъ возникаютъ вопросы: отчего какъ все русское образованное общество, такъ и всѣ учившіеся у насъ музыкъ и въ числѣ ихъ даже даровитые музыканты,—встрѣтили холодно изслѣдованія г. Мельгунова? Почему эти изслѣдованія явились такъ поздно сравнительно съ развитіемъ музыкальнаго образованія въ Россіи? почему, наконецъ, мы всѣ не знали особенностей нашей народной музыки и признавали, да и теперь въ большинствѣ случаевъ признаемъ, за чисто народныя пѣсни такія пѣсни, которые распѣваются въ трактирахъ и на фабрикахъ, а также разными плохими и хорошими хорами, и почему, наконецъ, окрещиваемъ названіемъ національной, народной музыки различные романсы нашихъ композиторовъ и ихъ музыкальныя фантазіи на русскія темы?

Основанія для отвѣтовъ на всѣ эти вопросы заключаются главнымъ образомъ въ маломъ знакомствѣ нашемъ съ народомъ

¹) Въ нашемъ издании уже были даны библиографические указанія критическихъ отзывовъ о Ю. Н. Мельгуновъ („Этнографіч. Обозр.“ XVI, 150—151), причемъ ошибочно указанный тамъ № 2 „Недѣли“ за 1884 г. не имѣетъ сюда отношенія. Ред.

²) Разумѣется Императорское Русское Географическое Общество.

10*

148

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЫНЬЕ.

или, лучше сказать, въ полномъ незнаниі его души, образа мы-
слей, всего духовнаго склада, а тѣмъ болѣе музыки, требующей
мзвѣстной спеціальной подготовки.

Объ этомъ было много толковъ и ученыхъ и публицистовъ,
и здѣсь намъ предстоитъ дать только нѣкоторыя указанія для
болѣе полнаго разъясненія дѣла.

Взявъ на видъ указанное незнакомство съ бытомъ народа,
затѣмъ наше высокомѣрное отношеніе къ этому быту, принявъ
во вниманіе намѣренное удаленіе отъ невзрачной обстановки на-
шего селянина,—обстановки навѣвающей на добровосѣстнаго на-
блюдателя печальныя и грустныя чувства, присоединивъ сюда всѣ
идей, получившія жизнь и утвержденіе во время крѣпостного пра-
ва,—мы получаемъ всѣ данные для сложенія въ нашей головѣ тако-
го убѣжденія: „тамъ, въ народѣ,—бѣдность, грубость, невѣжство,
неразвитость, отсутствіе различныхъ тонкихъ понятій и чувствъ“.
Усвоивъ это убѣжденіе и подходя съ нимъ къ какому-либо явле-
нію или факту народной жизни, мы уже не можемъ взглянуть
на него безъ предубѣжденія.

Если даже весьма свѣтлый фактъ представится нашему наблю-
денію, то и въ немъ мы найдемъ мало свѣтлаго. Тутъ противъ
воли нашей намъ бросятся въ глаза и шевельнутъ наши нервы
тѣ именно аттрибуты наблюдаемаго факта, которые отвѣчаютъ
нашему предвзятому мнѣнію. Вотъ, напримѣръ, 12-лѣтняя дѣвочка
взяла на руки плачущаго своего братца, годовалаго ребенка, утѣ-
шаетъ и качаетъ его. Фактъ по сущности своей свѣтлый; но его
сопровождаютъ безсилнѣ и неловкость маленькой няньки; животицъ
и грудь ребенка придавлены, ручка неестественно вывернулась;
прибавьте къ этому грязь, пыль на одежѣ, лицѣ, рукахъ и но-
гахъ обоихъ дѣтей... Вся сумма представленій, слагающихъ ваше
предвзатое мнѣніе, возстанетъ въ вашихъ мысляхъ такъ живо
и ясно, что вся свѣтлая сторона факта захлестнется, такъ скаж-
ать, массою грустныхъ и мрачныхъ сопутствующихъ данныхъ и
сопоставленій, родственныхъ вашему предвзятому мнѣнію,— и въ
результатѣ получится общее впечатлѣніе отнодь не свѣтлое, общій
выводъ—мрачнаго содержанія. Съ своей стороны и крестьянинъ
чувствуетъ такое отношеніе къ нему всякаго привилегированнаго
человѣка. Онъ приниженъ, порабощенъ такимъ отношеніемъ; онъ
смотрить на васъ не какъ на друга, не какъ на равнаго ему че-
ловѣка; душа его прячется отъ васъ; за каждое дѣйствіе свое и
слово передъ вами онъ боится.

Запоетъ ли передъ вами этотъ человѣкъ такъ, какъ запоетъ
онъ безъ васъ? Нѣтъ, самый голосистый артистъ будетъ скон-
фуженъ, и вы не узнаете десятой доли его таланта. Развязенъ
будетъ передъ вами только видавшій виды фабричный, лакей, во-
обще крестьянинъ, оторванный отъ своей среды и развращенный
жизнию въ городѣ или при вашемъ дворѣ.

ПАМЯТИ Ю. Н. МЕЛЬГУНОВА.

149

При всякаго рода изслѣдованіяхъ народнаго быта—статистиче-
скихъ, этнографическхъ—этотъ фактъ даетъ себя знать, и сколько
нужно навыка, умѣнья, знанія быта, сколько нужно другихъ под-
ходящихъ условій для того, чтобы одолѣть всѣ препятствія къ
сближенію изслѣдователя съ простымъ крестьяниномъ, къ воз-
бужденію въ немъ полнаго къ вамъ довѣрія. Ю. Н. Мельгунову
приходилось, напримѣръ, нанимать небогатыя семьи жить у него
зимой на его городской квартирѣ для того, чтобы онъ могъ слы-
шать ихъ свободное пѣніе и записывать ихъ пѣсни.

Насъ, поэтому, нисколько не должны удивлять заявленія на-
шихъ музыкантовъ, что они, бывая въ деревнѣ, не слышали ни-
чего особеннаго въ пѣніи русскаго народа, что нравились имъ
только одни мотивы, что въ хоровомъ пѣніи они не нашли ни-
чего оригинальнаго и незамѣтили никакой полифоніи. и т. д.
Ихъ можно спросить: много ли они жили въ деревнѣ, при
какихъ условіяхъ слушали пѣсни, въ какихъ мѣстностяхъ, въ ка-
кихъ деревняхъ производили вообще свои наблюдения? Весьма
важно иметь въ виду, напримѣръ, что есть русскія селенія, смѣ-
шанныя съ финнами, татарами; есть деревни, большинство жите-
лей которыхъ не что иное, какъ обрусѣлье инородцы; есть по-
томъ селенія пригородныя, промышленныя, фабричныя и проч.
Въ селеніяхъ перваго типа, дѣfectительно, народъ поетъ нехо-
рошо, полифоніи въ хорахъ вы не услышите; въ селеніяхъ вто-
рого типа царствуетъ трактирная, полулакейская, полуцыганская
пѣсня; здѣсь тоже нѣтъ полифоническаго исполненія хоровыхъ
пѣсенъ, и развѣ изрѣдка вы нападете на двухголосовое ея веденіе,
съ нѣкоторыми выходками отдѣльныхъ голосовъ, какъ украше-
ніями, „вывертами“, какъ говорятъ о нихъ по мѣстному. На-
конецъ, на притонахъ бурлацкихъ артелей, между рабочими на
пристаняхъ судоходныхъ рѣкъ, портовыхъ городовъ, на каспій-
скихъ и другихъ промыслахъ, на желѣзно-дорожныхъ сооруженіяхъ
и проч. слышится зачастую хоровая пѣсня, но въ большинствѣ
случаевъ крайне нескладная, потому что поютъ ее люди пришлые
съ разныхъ мѣстъ, что называется—кто съ бору, кто съ со-
сенки. Здѣсь зачастую сосредоточиваются люди изъ деревень
различныхъ типовъ, и разумѣется хорошаго складу и ладу между
ними быть не можетъ. Получухонецъ, полутатаринъ и велико-
росъ—плохо складываются въ хорѣ. Два три великоросса запоютъ
обыкновенно очень складно, но мордва, меря, мурома, черемисса,
мещера, башкиръ, калмыкъ, киргизъ, татаринъ—испортятъ хоръ,
если вздумаютъ подтягивать тремъ великороссамъ. А вѣдь наши
путешественники и туристы, и въ числѣ ихъ наши присяжные
музыканты, главнымъ образомъ и слышатъ русскія пѣсни на
указанныхъ выше пунктахъ тѣхъ большихъ дорогъ, по кото-
рымъ они переѣзжаютъ изъ одного конца Россіи въ другой.

Но даже если такой „иностраниецъ“, каковъ русскій присяж-

150

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ный музыкантъ, и прожъ въ деревнѣ хотя бы дѣлый мѣ-
сяцъ, то развѣ онъ сможетъ выйти изъ неблагоприятныхъ для
его наблюденій условій? Конечно, нѣтъ, потому что для устра-
ненія этихъ условій и для борьбы съ крѣпко вбитымъ въ голо-
ву предубѣжденіемъ противъ крестьянства нужна долгая и боль-
шая работа. Люди съ этимъ предубѣжденіемъ, можно сказать,
смотрятъ, но не видятъ, слушаютъ и не слышатъ. Высокое мнѣ-
ніе о себѣ, предубѣжденіе противъ низшей братіи застилаетъ
глаза. Проживетъ такой интеллигентъ и годъ въ деревнѣ, и
знать о ней ничего не будетъ, или станетъ судить о массѣ кре-
стьянства по кулакамъ и т. п. Кромѣ того, особенности ритма
народныхъ пѣсенъ, своеобразность ихъ гармонизаціи въ народ-
номъ хорѣ на первый разъ непремѣнно поразятъ и озадачатъ
музыканта-наблюдателя. Эти ритмы и гармонизація столь несвой-
ственны уху, воспитавшемуся на совершенно пной музыкѣ, что
на первый разъ неминуемо произведутъ какое-то скутное впе-
чатлѣніе. Ощущеніе чего-то хорошаго въ этой музыкѣ, конечно,
останется у него, но затемненное несвойственною слушателю
формою. Вотъ тутъ-то у наблюдателя п вступитъ тотчасъ въ
свои права то предвзятое мнѣніе о крестьянствѣ, о которомъ
мы говорили выше. И скутность полученныхъ ощущеній при
слушаніи пѣсни, музыкантъ-наблюдатель объяснитъ не чѣмъ инымъ,
какъ только отсутствіемъ у мужиковъ музыкальнаго образова-
нія, неумѣніемъ распредѣлять голоса по всѣмъ правиламъ пар-
теснаго пѣнія. Составилось разъ такое заключеніе, на него уже
будутъ мотаться дальнѣйшія умозаключенія, вызываемыя новы-
ми поверхностными наблюденіями. Воротится музыкантъ въ сто-
лицу и станетъ разсказывать другимъ ту ложь, которую вынесъ
изъ деревни относительно крестьянскаго пѣнія. Ложь эта такъ
естественно вяжется съ остальюю ложью о народѣ. Убѣжденіе
о неумѣніи мужика пыть еще болѣе укрѣпится; провозвѣстятъ
об этомъ даже съ каеведы въ какой-либо консерваторіи, зане-
сутъ въ учебники. А когда такой собиратель мотивовъ начнетъ
издавать ихъ сборникъ и гармонизировать ихъ для фортельяно
или хора, то.... можетъ быть, выйдетъ п красиво въ смыслѣ
общеевропейской музыки, но получится уже совершенно не
русская народная пѣсня.

Всѣ эти обстоятельства объясняютъ причину, почему такъ
поздно у насъ явился первый сборникъ дѣйствительно народ-
ныхъ пѣсенъ, каковъ сборникъ г. Мельгунова, такъ сочув-
ственно принятый тѣми кружками спеціалистовъ, которые по
характеру своихъ наухъ ближе знакомы съ народнымъ бы-
томъ. Филологи и этнографы, т. е. знатоки народнаго языка,
его стихосложенія, самаго быта народа въ его мельчайшихъ
подробностяхъ,—привѣтствовали этотъ сборникъ. Что же касает-
ся музыкантовъ, то одни изъ нихъ игпорировали его, другіе

ПАМЯТИ Ю. Н. МЕЛЬГУНОВА.

151

отрицали достовѣрность наблюдений г. Мельгунова и правильность его выводовъ; только весьма немногіе признали серьезное значеніе этого труда. Въ Петербургѣ впослѣдствіи, при посредствѣ концертовъ Архангельскаго, публика узнала, что есть народныя пѣсни, вовсе не похожія на тѣ, которыя слыли доселѣ за народныя. Появленіе въ Петербургѣ Владимірскихъ рожечниковъ убѣдило многихъ невѣрующихъ въ томъ, что способность народа исполнять хоровыя пѣсни полифонически — не есть выдумка Мельгунова. Неужели же только въ этомъ и должна заключаться вся награда со стороны Россіи ея ученому труженику за его громадную услугу отечественной наукѣ и искусству?...

Послѣднія строки этой статьи, написанныя С. А. Капустинымъ нѣ сколько лѣтъ тому назадъ, получаютъ особенный вѣсъ теперь, когда Мельгунова нѣ тѣ болѣе въ живыхъ. И мы не можемъ не спросить по этому поводу: что сдѣлало русское общество и русская наука для увѣковѣченія памяти Мельгунова и что могло бы быть сдѣлано для этой цѣли? Пока не сдѣлано ничего. Среди близкихъ знакомыхъ Мельгунова былъ поднятъ вопросъ о постановкѣ на его могилѣ надгробнаго памятника, но и этотъ вопросъ заглохъ.

Намъ кажется, что помимо этого вещественного памятника имя Мельгунова можетъ быть увѣковѣчено лучшимъ памятникомъ: 1) изданіемъ оставленныхъ имъ въ рукописяхъ матеріаловъ и трудовъ; 2) учрежденіемъ фонда его имени для продолжения и болѣе широкаго развитія, на тѣхъ же научныхъ началахъ, того дѣла, которому покойный такъ горячо служилъ.

Бумаги покойнаго, по заявленію наслѣдниковъ, поступать въ Этнографическій Отдѣлъ И. Общества любителей Естествознанія, членомъ которого онъ состоялъ. Но изданіе ихъ, за отсутствіемъ средствъ въ Отдѣлѣ, можетъ состояться только при содѣйствіи частныхъ лицъ, друзей покойнаго или любителей русской музыки. И грустно было бы думать, чтобы среди ревнителей и меценатовъ русской науки не нашлось лицъ, которые бы сочувственно отозвались на этотъ призывъ.

Еще болѣе широкое и важное значеніе, притомъ не только въ узко-научномъ, но даже въ патріотическомъ смыслѣ, могло бы. намъ кажется, имѣть учрежденіе фонда имени Мельгунова для широкаго изслѣдованія народной музыки различныхъ племенъ, населяющихъ Россію. Безъ сомнѣнія, это дѣло должно было бы лежать на обязанности музыкальныхъ обществъ и учрежденій. Но при полномъ игнорированіи народной музыки съ ихъ стороны, врядъ ли можно ожидать отъ нихъ инициативы. При такихъ условіяхъ, Этнографическій Отдѣлъ въ правѣ принять на себя, во имя своего члена, организацію этого дѣла, если будутъ на то благопріятныя условія и сочувствіе образованнаго общества. Ред.

СМЪСЬ.

Къ вопросу о древнерусскихъ некалендарныхъ именахъ.

1.

Въ XVI-й книжкѣ „Этнографическаго Обозрѣнія“ была уже помѣщена статья подъ означеннымъ заглавіемъ. Авторъ ея старался дать нѣкоторые выводы на основаніи письменныхъ памятниковъ XVI в., изданныхъ В. Н. Сторожевымъ подъ заглавіемъ „Десятни пѣбычная книга XVI вѣка“. Текстъ этихъ десятенъ касается русскаго служилаго сословія за периодъ отъ 1577 г. до 1599 г. въ гг. Коломнѣ, Переяславлѣ, Муромѣ, Епицани, Каширѣ пѣ Ряжскѣ.

Такъ какъ вопросъ о древнерусскихъ некалендарныхъ именахъ еще далеко не исчерпанъ и списки этихъ именъ нельзя считать полными, то мы находимъ умѣстнымъ пополнить упомянутую статью матеріалами, взятыми изъ источника, современного „десятнямъ и тысячной книгѣ XVI в.“ Посточникъ этотъ „Синодикъ царя Юанна Васильевича Грознаго“, присланный царемъ за годъ до кончины его въ монастырь св. Кирпѣла Бѣлозерскаго 1).

Синодикъ царя Юанна является драгоцѣннымъ источникомъ для изслѣдования объ именахъ некалендарныхъ. Надъ большею частью именъ въ этомъ синодикѣ сдѣланы помѣтки, указывающія на званіе, прозвище убіенныхъ, а иногда и на мѣсто ихъ жительства. Помѣтки эти, по всѣмъ признакамъ, писаны по приказанію самого Юанна Грознаго,— какъ будто мучимый совѣстью, при воспоминаніи многочисленныхъ жертвъ своихъ, царь думалъ, что одни имена ихъ будутъ недостаточны для умилостивленія Судіи Всевышняго. Благодаря этимъ помѣткамъ, можно выполнѣ убѣдиться, что некалендарныя имена были действительно именами личными, притомъ общеупотребительными. Надъ очень многими именами находится въ Синодикѣ надписаніе фамилии пли прозвища убіеннаго, какъ, напр.: „Брехъ Каотыревъ“, „Букага Оникіевъ“ п. т. п.

Эти же помѣтки даютъ возможность отличить имена русскія отъ именъ иноземныхъ: надъ послѣдними по большей части находится надлежащее указание: напр. „Ропъ нѣмчип“, „Бахметъ татаринъ“. Не говоримъ уже о томъ, что фамилии и отчества сами по себѣ даютъ возможность выполнѣ выдѣлить имена русскія отъ именъ иноземныхъ.

1) См. „Сказанія князя Курбскаго“, ч. II. С.-Петербургъ. 1833 г. Означенный Синодикъ напечатанъ въ видѣ приложенія къ „Сказаніямъ князя Курбскаго“.

О ДРЕВНЕРУССКИХЪ НЕКАЛЕНДАРНЫХЪ ИМЕНАХЪ.

153

Самое внесеніе въ Синодикъ пменъ языческихъ, некалендарныхъ, указываетъ на тотъ фактъ, что въ XVI в. языческія имена употреблялись не только наравнѣ съ именами церковными, но даже нерѣдко послѣднія на задній планъ, а иногда и совершенно вытѣсяны изъ употребленія.

Обычай давать некалендарное имя въ концѣ XVI в. встрѣчается еще у всемъ классовъ общества; это вполне видно изъ Синодика: Третьякъ Висковатый, напр., былъ изъ дѣтей боярскихъ, приближенныхъ къ царю, Докучай Третьяковъ—поддатнемъ, Молива—поваромъ и т. д.

Всѣхъ именъ некалендарныхъ, упоминутыхъ въ Синодикѣ, мы выписали до 130; многія изъ нихъ встрѣчаются по нѣскольку разъ: такъ, напр., имя Третьякъ встрѣчается 17 разъ, имя Постникъ разъ 6 и т. д. Наиболѣе употребительными именами, повидимому, были: Вешнякъ, Второй, Жданъ, Меньшой, Молчанъ, Нечай, Постникъ, Смирный, Шестой, Третьякъ и нѣк. др.

Женскихъ некалендарныхъ именъ почти совѣтъ не встрѣчается въ Синодикѣ, за исключеніемъ одного только имени Жданы, Путиновой жены,—фактъ весьма замѣчательный потому, что въ томъ же Синодикѣ встрѣчается множество женскихъ христіанскихъ именъ, число которыхъ немногимъ менѣе числа мужскихъ именъ, упоминаемыхъ въ Синодикѣ. Въ числѣ женскихъ именъ, встрѣчаются даже имена нѣмокъ и татарокъ.

Вышеупомянутый фактъ, какъ мы увидимъ ниже, бросаетъ нѣкоторый свѣтъ на происхожденіе и употребленіе некалендарныхъ именъ въ XVI вѣкѣ. По этимъ вопросамъ мы позволимъ себѣ высказать нѣкоторыя соображенія.

Мы полагаемъ, что значительная часть некалендарныхъ именъ въ XVI в. давались какъ прозвище ребенку при самомъ его рождении, вслѣдствіе тѣхъ или иныхъ обстоятельствъ, бывшихъ при его рождении. Такъ какъ обстоятельства при рождении ребенка бываютъ довольно ординарны, то и имена этого разряда— наиболѣе употребительныя имена. Таковы имена: Баженъ (желанный), Жданъ (жданный), Нежданъ (нежанный), Нечай (нечаянный), Первой, Второй, Третьякъ, Четвертый, Пятый, Шестой (очевидно—который ребенокъ въ семьѣ), Меньшой, Субота и т. д. Сопровождалось ли нареченіе этого имени-прозвища ребенку какими-нибудь обрядами или нѣтъ, мы до сихъ поръ не можемъ сказать по этому поводу ничего положительнаго.

Нѣкоторыя, затѣмъ, имена-прозвища могли даваться ребенку уже послѣ и даже взрослому человѣку. Прозвища эти обозначаютъ характеръ или за- нятія человѣка и тому подобны обстоятельства. Таковы имена: Безсонъ, Постникъ, Молчанъ, Утѣшъ, Быкъ и др. въ этомъ родѣ. Всѣ эти имена- прозвища, если были мѣтки, не только удерживались за человѣкомъ, но даже и совершенно замѣняли его христіанское имя. Примѣры такого яв- ленія мы встрѣчаемъ и до сихъ поръ въ нашей жизни. Въ нашихъ дерев- няхъ и глухихъ уѣздныхъ городахъ встрѣчаются лица, извѣстныя подъ име- немъ Мокрицы, Кипариса. Морзухи, Махалы и т. п. Иногда бываетъ, что весь уѣздный городъ знаетъ какого-нибудь Махалу, но дѣйствительное его имя иногда знаютъ не больше двухъ-трехъ человѣкъ. Точно то-же самое могло быть, но только въ большемъ, конечно, размѣрѣ, въ XVI вѣкѣ.

Нѣтъ ничего удивительнаго, что прозвища попадали и въ офиціальные документы того времени. Формы дѣлопроизводства того времени не соответств-

154

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

ствовали нынѣшнимъ по своей строгости и точности: въ старинныхъ писцовыхъ кригахъ можно встрѣтить иногда сполна имя, отчество и прозвище лица, иногда только прозвище, а иногда, наконецъ, только имя лица. Нѣтъ ничего удивительнаго, что въ офиціяльные документы того времени и вносились эти прозвища вмѣсто именъ христіанскихъ, если первыя въ жизни употреблялись гораздо чаще послѣднихъ.

Ничтожное количество женскихъ некалендарныхъ именъ объясняется тѣмъ, что женщина вела замкнутую „теремную“ жизнь. Если женщинамъ и давалось прозвище, то оно оставалось въ терему и очень рѣдко могло распространиться и укрепиться въ обществѣ настолько, чтобы вытьѣнить собою христіанское имя женщины.

Очень можетъ быть, что многія некалендарныя имена могли даваться въ XVI в. вмѣсто христіанскихъ самими священниками по невѣжству этихъ самыхъ священниковъ. Припомнимъ, что даже въ первой половинѣ текущаго столѣтія понадобились неоднократные указы Св. Синода о томъ, чтобы приходскіе священниковъ давали имена дѣтямъ только тѣ, какінѣ находится въ святцахъ. Доселѣ, напр., довольно распрострапено имя Маргариты, имя некалендарное, несуществующее въ въ однихъ святцахъ.

Очевидно, что нареченіе священниками языческихъ именъ вмѣсто христіанскихъ въ XVІ в. было явленіемъ довольно обыкновеннымъ. Въ XVІІ в. некалендарныя имена встрѣчаются уже гораздо рѣже; большая часть ихъ переходить затѣмъ въ фамиліи, существующія до настоящаго времени. Положина некалендарныхъ именъ, помѣщенныхъ вами пнже, дала началѣ различнымъ фамиліямъ. Фамиліи, происшедшія отъ этихъ именъ, до сихъ поръ существуютъ, напр. у насъ, въ Ярославской губ., какъ это можно видѣть изъ адресъ-календаря Ярославской губерніи.

Приводимъ затѣмъ и перечень некалендарныхъ именъ, изъвѣченныхъ нами изъ Синодика Іоанна Грознаго. Этимъ перечнемъ значительно дополняется списокъ именъ, помѣщенный въ XVI гг. „Этногр. Обозрѣнія“. Въ нашемъ перечнѣ курсивомъ отыѣчены тѣ имена, которыя встрѣчаются только въ Синодикѣ, но не упоминаются въ перечнѣ при вышсозначенной статьѣ. Циоры, стоящія возлѣ именъ, показываютъ, сколько разъ встрѣчается данное имя въ Синодикѣ.

<table><tr><td>Баженъ 2 1).</td><td>Болобанъ 1.</td><td>Бурый 2.</td><td>Вешнякъ 4.</td></tr><tr><td>Бахтеяръ 1 2).</td><td>Брежъ 1 4).</td><td>Бухаринъ 1 5).</td><td>Ворошило 1 7).</td></tr><tr><td>Безсонъ 1.</td><td>Буділя 1.</td><td>Быкъ 1.</td><td>Воинъ 1.</td></tr><tr><td>Безстужъ 1 3).</td><td>Букака 1.</td><td>Бъляй 1.</td><td>Всячина 1.</td></tr><tr><td>Багоръ 1.</td><td>Булать 1.</td><td></td><td>Въжакъ 1.</td></tr><tr><td>Большой 1.</td><td>Булгакъ 1 5).</td><td>Веригъ(а) 1.</td><td></td></tr></table>

1) Бажать—сильно желать чего-нибудь, бажёный—желанный.

2) Бахтѣть—тщеславиться.

3) Безстужій—безій.

4) Брехать—говорить пустое.

5) Булгачить, взбулгачить—всполошить, привести въ смятеніе.

6) Вушать—шумѣть, бухары—шмель.

7) Ворошить—переворачивать что-либо безъ толку.

156

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

2.

Авторъ предыдущей статьи совершенно справедливо замѣтилъ, что вопросъ о языческихъ личныхъ именахъ въ христіанской Руси далеко не исчерпанъ. Върнѣе будетъ даже сказать, что этотъ вопросъ только что начинаетъ возникать на почвѣ научнаго изслѣдованія. Незначительное количество подобраннаго матеріала еще не даетъ достаточно данныхъ къ какимъ бы то ни было широкимъ выводамъ, коммѣ одного, что языческія имена были на Руси въ употребленіи въ теченіе многихъ вѣковъ послѣ водворенія христіанства. А между тѣмъ, при просмотрѣ этого рода матеріала возникаетъ немало вопросовъ какъ исторически-бытовыхъ, такъ и чисто филологическихъ съ точки зрѣнія древне-русскаго и народнаго словообразованія и т. п. Нельзя не пожелать поэтому, чтобы данные по этому вопросу собирались въ большемъ количествѣ, тѣмъ болнѣе, что за ними не далеко ходить. Не говоримъ уже о неисчерпаемыхъ рукописныхъ источникахъ въ архивахъ различныхъ вѣдомствъ и учрежденийъ, —можно извлечь немало цѣнныхъ давныхъ и изъ печатныхъ источниковъ съ затратою весьма небольшого, чисто механическаго труда. Въ этомъ отношеніи разныя изданія актовъ, грамотъ, договоровъ, какъ общегосударственныхъ, такъ и мѣстныхъ, могутъ сослужить немалую службу.

Укажемъ одинъ примѣръ: недавно намъ пришлось пересматривать мелькомъ, для другихъ цѣлей, „Собраніе государственныхъ грамотъ и договоровъ, хранящихся въ государственной коллегіи иностранныхъ дѣлъ“, пзд. по Высочайшему повелѣнію, подъ ред. А. Малиновскаго. Во 2-й части этого изданія (Москва, 1819, fol.), „служащей дополненіемъ къ первой“, при простомъ перелистываніи мы наткнулись на цѣлый рядъ древне-русскихъ личныхъ именъ, какъ чисто языческихъ, такъ и христіанскихъ въ интересной обиходно-народной формѣ. Такъ, напр., упоминаются:

въ Смоленской грамотѣ 1284 г. (стр. 6) *Микоума Ядковичъ* (рядомъ Шестаціи Ядко-отецъ предыдущаго?);

въ грам. 1497 г. — Никъла Ангеловъ (стр. 27);

въ гр. 1537 г. дьяки: *Варланъ Григорьевъ*, *Меншій Путятпнъ* (стр. 38);

въ гр. 1557 г. *Нечаикъ* Івановъ сынъ *Вычехженнъ* (51);

въ гр. 1571 г. подъячей *Сапунецъ* Аврамовъ, *казакъ* (?) *Молчанъ* Яковлевъ (62);

въ вышнѣмъ изъ Титулярника 1571 г. боярскій сынъ *Третьякъ* Чабуковъ (63);

въ гр. 1587 г. подъячей *Посникъ* Аleinогеновъ (94), *откупщикъ* Пятой Андреевъ (стр. 94);

въ „Слѣдственномъ дѣлѣ о убіеніи царевича Димитрія“, 1591 г., городовой прикащицъ *Ръсинъ* Раковъ (103, 106, 117 и др.), посадскій человѣкъ *Тренка* Ворожейкинъ (106), кормоваго двора стряпчей *Сьбота* Протопоповъ (109, 111 и др.), кутейщикъ *Богдашъ* (110), сытникъ *Немиръ* Бърковъ (111, 112 и др.), истобники: *Юшка* Григорьевъ и *Бажькъ* Яковлевъ (113), изъ дѣтей боярскихъ—*Смирной* Горотчиковъ (113), сынъ сторожи (съ уменьшит. формами христ. именъ): *Якушъ* Климентьевъ, *Карпуня* Минитинъ, *Юдка* Исаевъ, *Треня* Ивановъ (114), сытный сторожъ *Трекка* Игнатовъ (114), конюхъ *Бояданъ* *Шорѣмовъ* (115), десятскій *Сьботка* (116), подъячій *Третьячко* Десятаго (117), сторожъ *Панко* Савельевъ, *хлѣбники: Волкъ* Пищынъ, *Юшко* Дмитреевъ, *Шестакъ* Коломинъ, розсылщики *Углѣцкые: Молчанко* Суворовъ, да *Рюмъка*

157

Івановъ, да Ппревуниха Івановъ, да Трпкка Мичоринъ, да Семанко Шнтиновъ (118), посаддой человѣкъ Истомка Батсовъ (119), гражданинъ (?) Девятой Сем'хинъ (120), посадскій человѣкъ Третьякъ Ворожейкинъ (122) дьякъ Первой Карповъ, кормилицынъ мужъ Жданъ Тучковъ (123);

въ грам. 1598 г. дьякъ Посникъ Дмитревъ (143);

въ грам. 1605 г. дьякъ Нечай Өедоровъ (188 и 201), окольничій Богданъ Ивановичъ Сутуповъ (210);

въ грам. 1612 г. казаки: Нагиба Жегулинъ, Богданъ Поповъ (595), дворянинъ Куранъ Мякининъ, дьяки: Третьякъ Копнинъ, Томилъ Серг'евъ, гость Первой Прокофьевъ (601), дворянинъ Воинъ Новокшеновъ (602), Богданко Набрѣковъ, Богданъ да Үгримъ Лупандины (603), дьякъ Дороха Хвитцкой и цр. и пр.

Приведенные имена относятся главнымъ образомъ къ ХУІ в. и такимъ образомъ могутъ пополнить списки предыдущихъ авторовъ, извлекавшихъ свои данные изъ памятниковъ того же ХУІ в. Но не мало подобныхъ именъ, какъ видно изъ вышеприведенныхъ, встрѣчаются и въ XVII в., и мы увѣрены, что, при дальнѣйшемъ и болѣе внимательномъ просмотрѣ, ихъ оказались бы не менѣе значительное число, чѣмъ въ ХУІ вѣкъ, какъ это уже и было указано по отношению къ Казанскому и Нижегородскому краю г. А. И. Соколовымъ (См. „Этн. Обозр.“ IX, 168—169). Нѣкоторые изъ выписанныхъ нами именъ не были еще отмѣчены въ предыдущихъ спискахъ, каковы: Варганъ, Юшка (и Юшко), Панко, Семанко, Нагиба, Куранъ; другія же имъютъ здѣсь нѣвѣцко отличную форму, напр.: Нечайкъ (Нечай), Сапунецъ (Сапунъ), Тренка (Треня), Бажѣнко (Баженъ), Молчанко (Молчанъ), Рюмъка (Рюма), Първушка (Первуша), Истомка (Истома), Томилъ (Томило).

Н. Я.

Чѣмъ лѣчатся иркутскіе крестьяне.

У Иркутскихъ подгороднихъ крестьянъ, какъ и у Якутовъ Олекминскаго округа ¹), медициной завѣдываютъ бабы, которые отрицаютъ и медиковъ, и научную медицину, и при вскихъ заболѣваніяхъ, въ большинствѣ случаевъ, прибѣгаютъ къ травамъ. Такъ, напр., серебристой вероникой, извѣстной у нихъ подъ именемъ „горманки“, лѣчатъ диферитъ. Траву, собранную въ серединѣ лѣта, варятъ въ молокъ и не остывшій отваръ, даютъ пить большому ребенку довольно часто. Самую же траву, извлеченную изъ молока, почти горячую, кладутъ на полотенце или платокъ, и обвязываютъ имъ горло ребенка; достигая тѣмъ будто бы того, что распухшія лимфатичестія железы дѣлаются нормальными. При этомъ здоровыхъ дѣтей отъ больныхъ не изолируютъ; поэтому они обязательно заболеваютъ. Нетрудно догадаться, что такъ лѣчится легкая форма диFILTERИТА, тяжелая же, трудно поддающаяся лѣченію, уносить дѣтей въ могилу.

Отъ запоя лѣчатъ цѣлибухой. Высушенные сѣмена превращаютъ въ порошокъ и даютъ ихъ въ пиляюхъ большому. Это одинъ способъ, а вотъ и

¹) См. нашу замѣтку о народной медицине у якутовъ въ „Этногр. Обозр.“, кн. ХІІІ, 185. Авт.

158

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

другой: съ только что родившихся мышей, неуспѣвших еще покрыться
шерстью, сдирают кожу, сушать ее, превращают въ порошокъ и затѣмъ
мѣшаютъ въ экстрактѣ чеснока и какой-то травы. Смѣсь эту выпариваютъ
при помощи не сильнаго огня, при чемъ, давъ достаточно охладиться, смѣсь
сливаютъ въ рюмку или какой либо иной сосудъ, и она, совершенно осты-
вшая, затвердѣваетъ, какъ будто кристализуется, хотя и липнетъ къ рукамъ
издавая рѣзгій чесночный непріятный запахъ. Страдающему запоемъ даютъ
водку, смѣшанную съ такимъ лѣкарствомъ. Понятно, если больной пьянъ, онъ,
не разбирая ка้ества водки, выпиваетъ ее, если же съ похмѣлья, то нѣсколько
морщится, но все же пьетъ. Послѣ пріема первой рюмки происходитъ рвота.
Услужливый деревенскій докторъ рвоту объясняетъ совершенно иными при-
чинами, успокаивая больного и любезно предлагая „еще рюмочку“. Больной
въ это время готовъ пить не только плохо пахнущую водку, но даже керо-
синъ, скипидаръ и сапожный лакъ, лишь бы только чего либо выпить; по-
этотъ и выпиваетъ отвратительную микстуру. Выпивъ вторую и третью рюмку,
больной опять изрыгаетъ все выпитое обратно. Такимъ образомъ лѣченіе
продолжается нѣсколько разъ, и больной будто бы послѣ этого не только
не пьетъ уже водки, но даже запаха ея не можетъ выносить. При этомъ спо-
собъ лѣченія, какъ мнѣ передавала баба, хотя ньяницы и бросаютъ пить водку,
но они бываютъ недолговѣчны, „нунто начинаетъ болѣть“. Больного каждый
день рветъ поутру; рвота сначала бываетъ бѣдная, а потомъ зеленая. Въро-
ятно, въ данномъ случае у больного происходятъ какія-то мозговыя страданія,
быть можетъ, и не отъ лѣкарства, а вообще отъ продолжительного употреб-
бленія водки, хотя медикъ, передавшій этотъ способъ лѣченія, увѣрялъ меня,
что это именно такъ дѣйствуетъ лѣкарство.

„Купена“ (мѣстное названіе растенія calvonaria pulvonatum) употребляется,
когда больной страдаетъ какимъ либо разстройствомъ половыхъ и мочевыхъ
органовъ, какъ то: перелоемъ, катарромъ мочевого пузыря, камнями въ немъ
и въ почкахъ. Листья вмѣстѣ со стеблемъ варятъ въ молокъ и отваръ упо-
требляютъ при камняхъ въ почкахъ и мочевомъ пузырь; коренья же употреб-
ляются когда перелой изъ остраго не перешелъ въ хроническій, и когда
случаются опухоли яичекъ, тогда отваръ изъ нихъ употребляютъ внутрь и
дѣляютъ припарки, предварительно забинтовавъ больной органъ.

Artemisia vulgaris употребляется при гистахъ и головныхъ болезахъ, вызывае-
мыхъ запорами. Такъ какъ народные медики не умѣютъ правильно ставить
діагнозъ болѣзни, то часто давленіе подъ ложечкой присписывается глистамъ, но
не засорешію желудка, отъ чего проходятъ и боли въ головъ, поэтому одну
болѣзнь смѣшиваютъ съ другой. Мнѣ лично пришлось наблюдать одного боль-
ного, жаловавшагося на жгучую боль подъ ложечкой. Призванный народный
медикъ, приписалъ боль присутствію глистовъ и лѣчилъ отъ нихъ. Но когда
боль усиливалась, силы болѣшего быстро стали падать, а полынь не оказывала
рѣшительно никакого облегченія, тогда къ большому былъ призванъ одинъ
изъ иркутскихъ врачей, который, нисколько не сомьѣваясь, констатировалъ,
вмѣсто присутствія глистовъ, ракъ желудка. Больной вскорѣ отъ истощенія
умеръ. Отъ такой же болѣзни, т.-е. отъ давленія подъ ложечкой, употребляютъ

ЧЪМЪ ЛЪЧАТСЯ ИРКУТСКЕ КРЕСТЬЯНЕ.

159

отваръ gentianum macrofolia (мѣстный звѣробой), и результаты лѣченія получаются такіе же, какъ и отъ полыни.

Грыжа лѣчится „гусарскими шпорами“ (мѣстное названіе „кошачья шулята“, иначе кошачій penis). Такую же болѣзнь лѣчатъ растеніемъ, извѣстнымъ подъ именемъ „воронца“, растущимъ на высокихъ байкальскихъ хребтахъ. Научнаго названія этого растенія и не знаю. Растеніе это имѣтъ еще и другое употребленіе: экстрактомъ синихъ ягодъ, похожихъ на голубинку, остававливаютъ маточное кровотечение, а также лѣчатъ и другія маточныя болѣзни. Если не рождаются дѣти, то отъ употребленія ягодъ, настоящныхъ въ водкѣ, без-плодіе будто бы прекращается. Маточныя кровотеченія и повидимому мало-кровіе, извѣстное подъ именемъ сухоты или бльдной немочи, лѣчатся еще такъ: берутъ старый желѣзный тоноръ, обливаютъ его, кладутъ въ сырое мѣсто и оставляютъ до тѣхъ поръ, пока онъ не покроется ржавчиной, тогда его варятъ въ водѣ и эту воду пьютъ въ теченіе продолжительнаго временіи. Кровотеченія отъ такого лѣкарства будто бы приостанавливаются, и у блѣдно- лихыхъ женщинъ появляется руминецъ на щекахъ.

Экстрактъ pulmonaria molis употребляется какъ кровеостанавливающее средство при порѣзахъ, листья же замѣняютъ вытяжной пластырь и минчатъ царвы, а при переломѣ костей экстрактъ и трава способствуютъ быстрому сращенію ихъ. Въ послѣднемъ случаѣ костоправъ, установивъ осколки костей на мѣсто, сейчасъ же осторожно кладетъ на изломъ свѣже-сорванную траву и бинтуетъ поврежденный органъ, поверхъ бинта ставитъ лубки, и потомъ, не разбинтовывая переломъ, экстрактомъ травы намачиваютъ уже бинты. При такомъ способѣ лѣченія, кости будто бы срастаются быстро, и если вѣрить словамъ народныхъ лѣкарей, то переломы срастаются ранѣе 90 дней, не только у молодыхъ, но и у стариковъ. Масломъ земляныхъ красныхъ червей промышваютъ раны отъ порѣзобъ и ушибовъ какъ у людей, такъ и у животныхъ. Plantago majus употребляется при порѣзахъ, какъ кровеостанавливающее и затягивающее раны.

Спорыньа и linaria vulgaris употребляется родильницами при потугахъ. Solanum dulcamarum—при ревматическихъ опухоляхъ въ сочлененіяхъ; траву завариваютъ въ кипятѣ, кладутъ на чистое полотенце и прикладываютъ къ большому мѣсту. При водяниѣ пьютъ конопляную зелень и употребляютъ бѣдный мохъ съ камней, который смачиваютъ холодной водой, разстилаютъ его на чистую простыню и обертываютъ ею больного. Отваромъ чертополоха (названіе мѣстное)ъ дѣтей, страдающихъ эпилепсіей. Отваръ этотъ будто бы действуетъ успокаивающимъ образомъ. Дѣтей, страдающихъ безсоннией, поять съменами мака. Средство это, какъ и вездѣ, служитъ нерѣдко причиной отравленія. Травой, у мѣстныхъ жителей извѣзстной подъ названіемъ „братскаго трута“, имѣющей по своему строенію большое сходство съ обыкновеннымъ подорожникомъ и растущей исключительно только въ сырыхъ мѣстахъ и то не во всѣхъ, лѣчатъ золотуху, а также остававливаютъ кровотечение изъ порѣзанныхъ ранъ. „Петровъ крест“ (названіе мѣстное) и полевую ромашку употребляютъ при желтухѣ; ландшиші (мѣстные) при сердечніи. Клюква, вареная съ медомъ, въ видѣ мази, уничтожаетъ будто бы прыщи золотушнаго свойства.

160

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Понось у дѣтей и зубную боль у взрослыхъ лѣчатъ такъ: берутъ чистую мамонтову кость, скоблать ее, наскобленное кладутъ въ горшокъ съ молокомъ, закупориваютъ его плотно, даже замазываютъ глиной, чтобы воздухъ не проникалъ, ставятъ въ вольный жаръ и держатъ въ течение 2-хъ—3-хъ сутокъ, или, върнѣе, варятъ эту смѣсь до тѣхъ поръ, пока не образуется студенистая кашица, которую даютъ ребенку въ молокѣ, а къ больнымъ зубамъ прикладываютъ ее. Такую же кашицу даютъ внутрь груднымъ дѣтямъ во время прорѣзывания зубовъ.

Есть и еще средства отъ разныхъ болѣзней у иркутскихъ городскихъ жрестьянъ, преимущественно травы; но такъ какъ я не знаю ни мѣстнаго, ни науччаго названія ихъ, а у крестьянокъ онѣ извѣстны подъ общимъ названіемъ, напр.: трава отъ поноса, отъ кашля, отъ поясничной боли, чесотки и т. п., то о такихъ травахъ я сообщу впослѣдствіи, когда соберу болѣе обстоятельныя свѣдѣнія.

М. Овчинниковъ.

Къ 500-лѣтю Кирилова-Бѣлозерскаго монастыря.

Въ юнѣ мѣсяцъ нынѣшняго года, во время поѣздки въ Кириловскій у., Новорг. губ., мнѣ пришлось посѣтить одну изъ нашихъ сѣверныхъ обительей—Горикій Воскресенскій женскій монастырь, основаніе котораго легенда, вопреки исторіи, относить приблизительно ко времени основанія соѣднихъ съ нимъ монастырей—Кириловскаго и бывш. Ферапонтова Рождественскаго, обращеннаго впослѣдствіи въ приходскую церковь.

Изъ Горицкаго монастыря мнѣ удалось побывать и на близлежащей горѣ Маурѣ и полюбоваться съ нея восхитительнымъ видомъ на окрестности. На этой горѣ нѣ сколько лѣтъ тому назадъ построена часовня, посрединѣ которой видѣется непокрытый поломъ камень, съ углубленіями на немъ въ видѣ слѣдовъ; надъ камнемъ утвержденъ крестъ, за нимъ, на стѣнѣ, изображеніе св. Кирилла Бѣлозерскаго, а вверху икона Смоленской Божіей Матери. Все видѣнное мною здѣсь возбуждало во мнѣ спльный интересъ пайти на мѣстѣ какія-нибудь объясненія. Старецъ Василій, путешествующій по монастырямъ, разсказалъ мнѣ слѣдующую легенду объ основаніи Кирилова-Бѣлозерскаго монастыря и о соѣднихъ святыняхъ, между прочимъ и о горѣ Маурѣ.

„Святый Кириллъ съ братомъ и другомъ своимъ, святымъ отц. Ферапонтомъ, удалившись изъ Москвы, стали путешествовать по сѣверу. Пришли св. отцы на гору Мауру, на которой и обрѣли святую кону Смоленскія Богородицы, которая стояла на высокомъ гребнѣ горы Мауры. Святые угодники Божіи, Кириллъ и Ферапонтъ, помолились Богородицѣ, да и залюбовались видами съ горы Мауры, съ которой окрестности открываются на всѣ четыре стороны: то видятся лѣса и дебри непрходимыя, то озера несчетныя сенебрятся зеркалами, то какъ лента пзвивается по долинѣ и между горръ рѣка Шекска, то видятся горы и приторки, по выше всѣхъ гора Маура. Налюбовались видами прелестными, угодники Божіи опять помолились Смоленской Богородицѣ, а она, Владычица, и вразумила ихъ остановиться въ этихъ прекрасныхъ мѣстахъ. Съ котораго камня любовались святые угодники, да на ко-

КЪ 500-ЛЪТПО КИРИЛОВА-БЪЛОЗЕРСКАГО МОНАСТЫРЯ.

161

торомъ молились пресвятой Владычицъ, на томъ камнѣ и остались ихъ слѣды,
сохранившіеся до сихъ поръ. Съ того времени прошло около полтысячи
лѣть, а камень все считался и считается святымъ камнемъ. Спустившись, со-
шли съ горы Мауры святые угодники, пришли къ Сиверскому озеру. Святый
Кириллъ собралъ у озера жителей изъ селеній окрестныхъ, попросилъ у нихъ
земли для келейки. Жители спросили: „Сколько, братику, надо землицы подъ
келейку?“ А св. угодникъ отвѣтствовалъ: „Какъ велика вытянется шкура во-
ловья“. Жители усмѣхнулись, да и согласились и подпись своеручно учинили.
Святой угодникъ шкуру воловью разрѣзалъ на тонкіе ремешки, яко ниточки,
да и обошелъ земли видимо-невидимо по пространству земному и водному:
озера и рѣки съ лѣсами и угодьями стали святаго угодника Божія. Задумалъ
онъ, угодникъ Господень, поселиться у озера Сиверскаго, гдѣ и основалась
чудная обитель, а впослѣдствіи и градъ. Преподобнаго Ферапонта благосло-
вилъ основать обитель въ нѣсколькихъ поприщахъ отъ себя, при иномъ озе-
рѣ. Для святой иконы Смоленской Божіей Матери основалась нѣкой стари-
цей, близъ Мауры горы, при р. Шексѣ, Горицкая обитель. Съ того вре-
мени и стали созидаться, да украшаться три св. обители: Кириловская, Фе-
рапонтовская и Горицкая“.

Тамъ же, въ Горицкомъ монастырѣ, отъ старицъ-монахинь, а также отъ
жителей гор. Кирилова, мнѣ пришлось услышать, что черезъ 3-4 года пред-
стоитъ празднованіе 500-лѣтія Кирилова-Бълозерскаго монастыря, а также
возстановленіе монастыря Ферапонтова. Это и побудило меня сообщать, кста-
ти, вышеприведенную легенду, касающуюся этихъ святынь, такъ какъ она
мнѣ, по крайней мѣрѣ, въ печати не встрѣчалась.

С. Я. Деруновъ.

Разсказанная старцемъ Васиіліемъ легенда нередана въ нѣсколькихъ сло-
вахъ архимандритомъ Макаріемъ въ его „Описаніи Ферапонтовской волости“
(См. Вѣстникъ И. Рус. Геогр. Общ. 1854 г., т. ХІ, отд. 2, стр. 132-133.
Гора Маура названа здѣсь, какъ и въ географиц. словарѣ Семенова, Маури-
на гора). Въ нѣкоторыхъ своихъ частяхъ эта легенда напоминаетъ ходячіе
легендарные сюжеты. Таковъ, напр., камень съ оставленными на немъ слѣ-
дами угодниковъ. Всѣмъ извѣстна знаменитая Почаевская „стопка“ Богоро-
дицы; въ Бѣлоруссіи, въ такъ называемыхъ „прощахъ“, подобные камни
итраютъ видную роль 1). Иногда слѣды и знаки на камняхъ объясняются на-
родомъ и помимо участія угодниковъ. Такой камень намъ пришлось видѣть
близъ мѣстечка Константинова, въ Сѣдлецкой губ., Константиновскаго уѣз.: на немъ будто бы обѣдалъ король шведскій во время нашествія шведовъ на
Польшу, и слѣды тарелки, вилки и пр. остались съ тѣхъ поръ на камнѣ,
въ видѣ углубленій.

Сюжетъ пріобрѣтенія земли посредствомъ кожи, изрѣзанной въ ремешки,—
одинъ изъ весьма древнихъ сюжетовъ. Онъ указываетъ, можетъ быть, на ту

1) Срв. Н. Янчука, „По Минской губ.“—въ ІХ т. Трудовъ. Этногр. От-
дѣла И. Общ. Люб. Ест., Антр. и Этн., 1889, стр. 73—74 (отдѣльн. оттискъ,
стр. 15—16).

11

162

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

отдаленную эпоху, когда еще неизвѣстны были такие предметы обхода, какъ веревка, цѣпь и т. п., и ремень изъ шкуры животнаго или лыко древесное замѣняли собою и нитку и веревку и пр. Древняя царица Дидона, какъ извѣстно изъ легендъ, посредствомъ такихъ же ремешковъ пріобрѣла землю на сѣв. берегу Абрики для основанія города Кареагена. Въ житіяхъ святыхъ нѣчто подобное припоминается о другихъ угодникахъ, а не о Кириллѣ.

Вопросъ о 500-лѣтіи Кирилла - Бѣлозерскаго монастыря, затронутый авторомъ, для насъ остается неяснымъ, такъ какъ неизвѣстно къ какому факту будетъ прiуроченъ этотъ юбилей. Препод. Кириллъ переселился изъ Москвы въ Бѣлозерскую область въ 1369 г., и къ этому времени, приблизительно, относится и основаніе монастыря; скончался онъ въ 1427 г. Монастырь Ферапонтовъ основанъ въ 1398 г. преп. Ферапонтомъ, скончавшимся въ 1426 г. въ г. Можайскѣ (въ основанномъ имъ здѣсь другомъ монастырѣ); упраздненъ въ 1798 г. Горицкій же монастырь основалъ гораздо поздѣе – въ 1544 г. (См. Геогр.-статист. словарь Росс. Имперіі, П. Семенова).

Н. Я.

Сайгачьи и крысьи пастухи.

Въ „Народныхъ обычаяхъ и сувѣріяхъ Саратовской губ.“ (изд. Имп. Рус. Геогр. Общ. 1890 г., стр. 49), я помѣстилъ легенду Балашевскаго уѣзда, с. Чиркина (Саратов. губ.) о таинственномъ вожаѣ крысь и мышей. Подобная же легенда существуетъ и въ Камышинскомъ уѣздѣ (той же губерніи).

Село Сестренки, Камышинскаго уѣзда, лежитъ верстахъ въ 9 южнѣе г. Камышина, на правомъ берегу Волги, верстахъ въ 4-хъ отъ ненъ; оно поучило названіе отъ того, что, по преданію, здѣсь, въ непроходимыхъ дубовыхъ лѣсахъ, жили въ старину три сестры-вдовы, раскольщицы. Недалеко отъ села, при устьѣ обрага Шишкина, на берегу Волги, подымается высокій Шишкинъ бугоръ, названный такъ, по народнымъ сказаніямъ, отъ атамана разбойниковъ Шишкина, или Шишки, имѣвшаго тутъ свой станъ.

Въ этомъ именно селѣ Сестренкахъ среди крестьянъ распространено убѣжденіе, что суслики, зайцы, сайгаки и другія животныя имѣютъ своихъ „пастуховъ“ (людей таинственныхъ). Въ народѣ существуетъ разсказъ, что нѣсколько лѣтъ тому назадъ суслики переплыли Волгу и пошли на югъ по дорогѣ, не вредя посвѣвамъ; ихъ велѣ таинственный пастухъ. Самого пастуха приходится видѣть очень рѣдко. Старики слыхали отъ своихъ отцовъ и дѣдовъ, что гдѣ-то разъ вошелъ въ кабакъ человѣкъ необыкновеннаго роста, съ кнутомъ длипою въ нѣсколько сажень; онъ потребовалъ полъ-ведра водки и сразу ее выпилъ. Когда присутствующіе съ удивленіемъ стали спрашивать, кто онъ такой, то онъ отвѣтилъ: „вы видите, что сайгаки переходятъ съ одногоѣмѣста на другое и не дѣлаютъ вамъ никакой шкоды (вреда); это я ихъ горю: я-ихъ пастухъ“. Послѣ этого онъ вышелъ и исчезъ, только въ воздухѣ раздался такой ударъ хлыста, что въ окнахъ стекла задребезжали. (См. Сарат. Губ. Вѣдом., 1893 г., № 46).

По поводу этой легенды я обратился къ редактору Саратовск. Губ. Вѣд., г. Скрипицыну, за разъясненіемъ ея деталей, на что онъ любезно солъ мнѣ слѣдующее: сайги или сайгаки (пѣчтво въ родѣ степной анатилопы) живутъ на юговостокѣ Европы въ началѣ осени собираются ста-

САЙГАЧЬИ И КРЫСЬИ ПАСТУХИ.

163

дами; они пугливы и питаются преимущественно солончаковыми растеніями.
Въ настоящее время сайгаки водятся въ заволжскихъ степяхъ, ранѣе же,
какъ говорить, они водились по сю сторону Волги; по временамъ они пере-
селяются съ одного мѣста на другое. Эти-то переселенія и послужили осно-
ваніемъ народнаго повѣрья, которое приведено выше. Большого вреда по-
лимъ сайгаки не приносять, такъ какъ живутъ въ глухихъ мѣстностяхъ,
вдали отъ поселеній и лишь изрѣдка появляются въ заселенныхъ мѣстностяхъ
и пасутся въ поляхъ.

Подобное же повѣрье доводилось слышать въ Балашевскомъ уѣздѣ: лѣтъ
10—13 тому назадъ въ этомъ уѣздѣ появилось громадное количество мышей;
черезъ годъ мыши исчезли, но затѣмъ появилось множество зайцевъ. Тогда
крестьяне передавали нелѣпый слухъ, будто кто-то видѣлъ „пастуха“, угнав-
шаго мышей и въ замѣнъ ихъ пригнавшаго зайцевъ.

А. Н. Минхъ

Мотивъ о пастухѣ сайгаковъ представляетъ повтореніе мотива о па-
стухѣ крысъ и мышей, а послѣдній мотивъ встрѣчается въ великорусскихъ
и польскихъ сказкахъ, о чемъ подробности см. въ статьѣ Н. О. Сумцова:
„Мышь въ народной словесности". („Этногр. Обогр." VIII, 85—86).

Къ вопросу объ отголоскахъ богатырской эпохи въ южно-русскихъ
сказаніяхъ ¹).

Богатырь и его конь.

Разъ люде ночувалы у лиси; сыдять, гріются бика вогню,— а ось пидйиз-
дыть до ныхъ чоловикъ вёрхъ, такъ у купому одитый и увесь увъ оружіи.
А кинь у его хочъ и невельычкый, та здоровый! И пыта вивъ тыхъ людей:
„Чи не бачилы, нишо тутъ не бигло?"—Ни, кажуть, не бачилы.—„Ну, та я
его, каже, ше дожену!" Та вытягъ люльку—такъ у добри два кулакы, заку-
рывъ, та якъ подавсь,— ажъ мы, кажуть, полякалымъ. Копыта у коня—(я)къ
добра покрышка. Отце якъ стрибне, такъ землю у дерево завышкы и кыне,
и кыне. Тожъ богатырь десь за зміемъ гнавсь. (Запись. въ Ново-Моск. у.,
Екатериносл. г.)

Изъ записей Ив. Манжулы.

Еще въ 1888 г. покойный И. Манжура помѣстилъ въ „Кіевъ. С̧дар.“ (авг.)
статьйку „О богатыряхъ“, въ которой онъ различалъ богатырей историче-
скихъ и миеическихъ, сравнивалъ богатырей великорусскихъ съ малорус-
скими и привелъ навсегдько разсказовъ изъ Екатериносл. г., въ числѣ кото-
рыхъ есть и разсказы съ характеристикой богатырскихъ коней, хотя и отличающіеся отъ вышеприведенного. Но и тамъ высказывается та мысль, что бо-
гатыри являются и теперь, что „назначеніе ихъ—охранять христіанскую землю
отъ зміевъ и другой темной силы, гнѣздицейся гдѣ-то по окраинамъ право-
славнаго царства — у пущахъ“. Еще раньше записаны разсказы на ту же
тему въ Черниговской губ. и напечатаны Драгомановымъ въ его „Мало-
русскихъ нар. преданіяхъ и разсказахъ“ (Кіевъ, 1876, стр. 251: „Богатырь
и конь“).

Н. Я.

¹) См. Этн. Об. III, 204 сл.; Х, 241.

11*

164

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Дополненіе къ статьѣ: „Народныя пѣсни о смерти солдата“ ¹).

Въ этомъ году вышло интересное сочиненіе П. И. Житецкаго: „Мысли о народн. малор. думахъ“. Здѣсь напечатана запись думъ по рукописи начала текущаго вѣка, принадлежавшей А. А. Котляревскому. Въ числѣ думъ находится и пѣсни объ изгнаніи сыпа родителями и его прощаніи съ сестрами (стр. 191—194), полный и превосходный варіантъ. Въ подстрочномъ примѣчаніи г. Житецкій указываетъ на варіанты этой думы (числомъ 5) и считаетъ пѣсни передѣлкой думы. Я думаю наоборотъ, что дума возникла изъ пѣсенъ. Странствующій поэтическій мотивъ о смерти казака легко могъ развиться въ обширную думу, при большой силѣ художественнаго творчества въ Малороссіи въ XVI и въ XVII в. Дума въ варіантѣ Котляревскаго начинается словами „Въ неділо рано-пораненьку“. Содержаніе изложено въ такой послѣдовательности: отецъ съ матерью прогоняютъ сына изъ дома. Сынъ говоритъ, что ему не хочется итти въ чужую сторону. Его провожаютъ три сестры: старшая вывела коня, средняя „опрошенія прохала“, а меньшая спрашиваетъ, когда брать вернется и видкыля его выглядаты,

Чи отъ чистаго поля,
Чи отъ чернаго моря,
Чи изъ славнаго люду—Запороѣья?

Брать отвѣчаетъ описательными выраженіями: когда на камня взойдетъ желтый песокъ и зацвѣтетъ синимъ цвѣтомъ, когда на Рождествѣ задвѣтетъ червоная калина и дастъ плоды на Новый годъ, когда въ Петровъ день (29 юня) замерзнутъ рѣки. Сестра говоритъ, что она ничего подобнаго ранѣе не слышала, и проситъ его вернуться, поклониться въ ноги отцу и матери, потому что трудно будетъ ему на чужой сторонѣ „безъ родыны сердечнои помираты“. Дума, очевидно, воспользовалась пѣсенными опсательными выраженіями въ широкой степени, умножила ихъ и усилила. Значеніе отца и матери, вообще семейнаго начала, „родыны сердечног“, также здѣсь усилено. Въ цвѣломъ получилась сильная художественная дума.

Дополненіе къ статьѣ: „Пѣсни о Гостѣ Терентіи“ ²).

Нѣсколько любопытныхъ искійскихъ сказаній этого рода, съ указаніями на сходные сказки въ Disciplina clericalis Петра Альфонса, Декамеронъ Боккачіо и Фацеціяхъ Поджіо, см. у Loiseleur Deslongschamps: „Essai sur les fables indiennes (1838 г.), стр. 77 и 101; новыя кавказскія сказки въ Сборникъ матеріаловъ для изуч. мъвстн. и плем. Кавказа, т. ХІІІ 323 — 329 и XVI 359 (очень интересная сказка по сходству съ французскими у Коскена), затѣмъ польская сказка въ Zbiór Wiadomości, t. VIII.

Н. Θ. Сумцовъ.

1) См. „Этн. Обозр. “ XVI, 44; XVII, 189.

2) „Этн. Обозр. “ ХІІ, 106; XVІ, 146.

Некрологи.

1.

† Манжура, Ив. Ив.—Смерть скончавшагося нынѣшнімъ лѣтомъ въ
Екатеринославѣ малорусскаго этнографа И. И. Манжуры прошла такъ не-
замѣтно, что мы, къ сожалѣнію, не знаемъ не только обстоятельствъ по-
слѣднихъ дней его жизни, но даже дня смерти. Да и вообще о жизни
этого выдающагося этнографа-собирателя и знатока украинскаго народнаго
быта свѣдѣнія въ печати крайне скудны. Въ «Исторіи русской этнографіи» Пыпина (т. III, стр. 410) о его дѣятельности упоминается только
вскользь. Недавно Н. Θ. Сумцовъ въ своей книге «Современная мало-
русская этнографія» (ч. І, 114—130) сообщилъ нѣкоторыя достовѣрия
данныя о Манжурѣ, изъ которыхъ мы заключаемъ, что покойный умеръ
42 лѣтъ (род. 1851 г.) и былъ харьковскій уроженецъ. Тамъ же, въ Харь-
ковѣ, онъ получилъ первоначальное образованіе въ гимназіи, но не могъ
его продолжать, какъ всѣдѣствіе семейной необезпеченности, такъ и по сво-
ему болѣзненному состоянію. Изъ 5-го класса гимназіи онъ поступилъ
было въ Ветеринарный институтъ, но и оттуда вскорѣ вышелъ и поселился
въ деревнѣ у своего товарища И. А. С., въ Екатеринославской губ. Эти двѣ
губерніи, Харьковская и Екатеринославская, сдѣлались главнымъ райономъ
для этнографических наблюдений Манжуры, гдѣ онъ началъ сопершать
частыя экскурсіи и дѣлать записи съ 70-хъ годовъ, входя въ самую глубь
народной жизни, проживая въ крестьянскихъ хатахъ и на пасѣкахъ и не
прерывая до самаго послѣдняго времени этого живого общенія съ наро-
домъ. Слѣдствіемъ такого непосредственнаго изученія народной жизни по-
лучилось глубокое знаціе ея особенностей бытовыхъ, народной души, на-
родныхъ, воззрѣній и народной рѣчи,—что и составляетъ главную цѣну
этнографическихъ изблюдений и записей Манжуры. Собранные имъ мате-
ріалы печатались сначала въ изданияхъ юго-зап. отдѣла И. Р. Геогр. Об-
щества (см. предисловіе Драгоманова къ «Малор. нар. преданіямъ и разск.»
Кіевъ,¹876). Случайныя записи великорусскихъ пѣсенъ, довольно, впро-
чемъ, многочисленныя, были передаваемы имъ П. В. Шейну и отчасти
помѣшались въ «Русской Старинѣ» (пѣсни историч.). Впослѣдствіи, по
закрытіи юго-зап. отдѣла, Манжура вступилъ въ болѣе близкое общеніе съ
другими учеными обществами: въ 80-хъ годах—съ харьковскимъ Исто-
риком-филологич., которому онъ доставилъ богатое собраніе матеріаловъ пѣ-
сенныхъ и прозаическихъ, а съ 1890 года—съ московскимъ Обществомъ
любителей естествознанія, антропологіи и этнографіи, куда онъ также при-
сылалъ свои записи и былъ избранъ дѣйствительнымъ членомъ этого Об-
щества по предложенію Отдѣла Этнографіи. Харьковское общество часть мате-
ріаловъ (сказки, пословицы и пр.) издало еще при его жизни въ III т. сво-
его «Сборника» (1890 г.) и въ настоящее время готовитъ къ изданію и
собранный покойнымъ пѣсенный матеріалъ. Московское общество успѣло
напечатать только нѣсколько замѣтокъ изъ его записей въ «Этногр. Обо-

166

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪЕНІЕ.

эрѣніи», остальные же матеріалы, за невозможностью издать ихъ цѣли-
комъ въ скоромъ времени, переданы харьковскому обществу для приоб-
щенія къ издаваемым имъ матеріаламъ Манжуры ¹). Отдѣльныя сообще-
нія покойнаго неоднократно появлялись въ разныхъ изданіяхъ, преимуще-
ственно южно-русскихъ («Кіевск. Стар.», «Степь», «Екатериносл. юби-
лейный листокъ» и др.), а также въ «Живой Старинѣ». Покойный не
лишенъ былъ тонкаго поэтическаго чутья и склонности къ личному твор-
честву. Изъѣстны его организаціонныя малорусскія стихотворенія, изданныя
подъ ред. А. Потебни въ небольшомъ сборничкѣ подъ названіемъ: «Сте-
повы спивы та думы». Въ нихъ, между прочимъ, ярко проглядываютъ
автобіографическія черты изъ жизни покойнаго

Н. Я.

2.

† Дубенскій, Николай Яковлевичъ, родился 30 ноября 1822 г. въ
с. Дубенкахъ, Судогодскаго уѣзда, скончался 3 ноября 1892 г. въ зем-
ской больницѣ во Владимірѣ. По окончаніи курса духовнаго училища, се-
минаріи и затѣмъ Горыгорѣцкой земледѣльческой школы, покойный зани-
малъ мѣсто преподавателя сельскаго хозяйства въ семинаріи въ тѣ вре-
мена, когда еще считали необходимымъ знакомить воспитанниковъ этого
учрежденія и съ медициной, и съ сельскимъ хозяйствомъ. Затѣмъ Н. Я.
былъ секретаремъ Юрьевскаго общества сельскаго хозяйства, исправляю-
щимъ должность секретаря мануактурѣ-совѣта Владимірской губерніи,
секретаря Владимірскаго губернскаго по крестьянскимъ дѣламъ комитета и
помощника секретаря Владимірскаго Статистическаго Компетта. Вмѣстѣ съ
преподаваніемъ сельскаго хозяйства въ семинаріи, Н. Я. считалъ необхо-
димымъ начать изслѣдованіе Владимірской губерніи въ сельско-хозяйствен-
номъ отношеніи, тѣмъ болѣе, что до того времени не вмѣлось объ этомъ
свѣдѣній касательно названной губерніи; параллельно съ этимъ ему при-
шлось познакомиться и съ другими сторонами народной жизни, давшими
матеріалъ для цѣлаго ряда статей, какъ въ провинціальной, такъ и сти-
личной печати. Для насъ наиболее интересны статьи: «Сельскія постройко
Владимірской губ.» (Журн. Мин. Гос. Пм. 1855, № 7 и Ж. Мин. Внутр. Дѣлъ
1855, № 7), статьи объ общинѣ (Земледѣльческая Газета 1858, №№ 28,
74, 83; Коммер. Газета 1859, № 2; Экономическій Указ. 1858, вып. 5 и
8, и др.), «Ниценство во Владимірской губерніи, какъ промыселѣ» (Народн.
Богатство, Прилож. 1863 г., № 6), «Крестьянское и господское хозяйство
въ Опольщинѣ Владимірской губерніи» (Соврем. Лѣтопись, 1871 г. №№ 3—
5) и другія, касающіяся народнаго быта; полный списокъ статей покой-
наго, равно какъ и болѣе подробная біографія его, помѣщены во Владим.
Губ. Вѣдом. (1893 г., № 4).

Г. И. К.

¹) Оно же, вършито, издасть и обстоятельную біографію покойнаго съ под-
нымъ перечнемъ его трудовъ и замѣтокъ.

Критика и Библіографія.

1. Книги, научныя і справочныя изданія.

Сводъ статистическихъ данныхъ о населеніи Закавказскаго края,
извеченныхъ изъ посемейныхъ списковъ 1886 г. Изданъ по распоряже-
нію главноначальствующаго гражданскою частью на Кавказъ Закавказскимъ
статистическимъ комитетомъ. Тиғисъ, 1893 г.

Громадный томъ, заключающій въ себѣ сводъ статистическихъ данныхъ о населеніи Закавказья, изданъ на основаніи Высочайшіе утвержденнаго въ 1886 г. мнѣнія Государственного Совѣта о составленіи списковъ мѣщанскому, крестьянскому и инородскому населенію Закавказья и тѣхъ частей сѣвернаго Кавказа, на которыея не распространялось еще дѣйствіе устава о военной повинности. Впослѣдствіи составленіе посемейныхъ списковъ было распространено на все туземное населеніе, не исключая высшихъ сословій. Главный редакторъ комитета Н. К. Зейдлицз, ознакомившись съ результатами, добытыми посемейными списками о народонаселеніи края, представилъ комитету проектъ программы разработки данныхъ посемейныхъ списковъ одной части Закатальскаго округа. По программѣ этой являлась возможность извлечь изъ имени каждого города и селенія слѣд. данные: число домовъ, душъ мужескаго и женскаго пола, распределеніе по народностямъ, вѣроисповѣданію, сословію, возрасту, языку, грамотности, образованію, занятіямъ, имущественному владѣнію городовъ и селеній. По такой программѣ было издано нѣсколько выпусковъ данныхъ, посвященныхъ различнымъ областямъ Закавказья, но въ виду сложности дѣла и ограниченности свѣдѣній, требуемыхъ для цѣлей административно-практическихъ, Комитетъ постановилъ создать „Сводъ статистическихъ данныхъ о населеніи Закавказья, извеченныхъ изъ посемейныхъ списковъ 1886 г., присоединивъ для удобства пользованія алоавитный указатель всѣхъ селеній Свода“ По сравненію численности народонаселенія 1886 г. и 1873 г., оказалось, что населеніе Закавказья въ 13-ти-лѣтній периодъ возрасло съ 3,521,203 душъ до 4,415, 053 или болѣе нежели на 25%.

Важность издания подобнаго „Свода“ не требуетъ комментаріевъ.

А. Хах—овъ.

168

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

По<br>зѣдна въ Сванетію для обозрѣнія церквей Гурійско-мингрельснаго<br>епископа Григорія. Поти, 1893 г..

По зѣдка преосвященнаго епископа Григорія въ Сванетію представляетъ
интересъ для болѣе широкаго круга читателей, чѣмъ предназначена его
книга. Экскурсія, совершенная съ цѣлью обозрѣть церкви Дадіановской
Вольной Дадишкеліеновской Сванетіи, доставила епископу Григорію возмож-
ность ознакомиться съ памятниками христіанства, съ нрацѣственно-религіоз-
нымъ состояніемъ населенія, его экономическимъ положеніемъ и предло-
жить рядъ мѣропріятій для поднятія общаго благосостоянія и христіанства
въ странѣ. Подробно описывая храмы и ихъ принадлежности, епископъ
Григорій сообщаетъ поступно много любонытныхъ свѣдѣній изъ суевѣрныхъ
представленній свановъ. Остановливаясь на особенностяхъ пиральской цер-
кви, приводятъ свѣдѣніе о своеобразніи изображеніи св. Георгія: фрески
сванетскихъ церклей вообще, и пиральской въ частности, представляютъ
св. великомученика, поражающимъ не дракона, а царя Дюклетіана, кото-
рый надълъ на голову его вѣнецъ великомученика. Справедливо признается
въ подобномъ изображеніи символическое выраженіе духовной поѣдьды св.
Георгія. Въ народномъ воображеніи черты св. Георгія и Амирана — то
бога зла, то бога добра — сливаются и взаимно дополняются. Объ Ами-
ранѣ въ настоящее время мы имѣемъ почти цѣлую литературу. По пред-
ставленію свановъ местійской общины, Амиранъ былъ сильный человѣкъ.
Когда онъ бросалъ вверхъ жернова мельничные, то разбивалъ ими пото-
локъ и крышу, и до паденія успѣвалъ выбѣгать наружу и ловилъ ихъ
налету. Когда онъ сѣдался сильнымъ, дьяволы заключили съ нимъ союзъ,
но затѣмъ сами нарушили его, поймавъ его и привязавъ цѣпью противъ
того мѣста, тѣдѣ былъ привязанъ Амираномъ демонъ. Съ тѣхъ поръ всѣ
ногти человѣческие, которые отрѣзываются по средамъ и пятницамъ, при-
бавляются демону, который достаетъ такимъ образомъ до Амирана и сгре-
бетъ его; всѣ же ногти, которые отрѣзываются въ остальные дни при-
бавляются Амирану и, въ свою очередь, онъ царапаетъ ими демона. Въ
ленджерской церкви, съ наружной ея стороны, представленъ Амиранъ, ко-
торый, будучи поглощенъ китомъ, поразилъ чудовище и вышелъ изъ жи-
вота невредимымъ. Онъ же, на ворономъ конѣ, поражаетъ сказочного (гру-
зинскаго) героя Бабкабъ-дъви.

Въ храмѣ местійской общины хранится евангеліе, переписанное въ
царствованіе Баграта IV, въ 1033 г. Оно носитъ множество прписокъ.
Въ нѣкоторыхъ изъ нихъ упоминается о нашествіи на Местію черкесовъ,
о нанесеніи болѣзни изъ Осетіи и пр. Евангеліе это какъ бы служило
потаріальной книгой, въ которую вносились договоры, заключенные между
частными лицами. Въ одномъ изъ нихъ читается: "если кто ограбить цер-
ковь, если кто линшить свободы человѣка или обидитъ священника, если
кто поймаетъ священника или женщину, если кто продасть человѣка въ
Осетію, если кто подожжетъ домъ,—да будетъ проклять и тѣломъ и ду-
шою онъ самъ, весь домъ его, вся его життвица, пища и питье и на
землѣ и въ загробной жизни; для будетъ онъ вмѣстѣ съ Ростаномъ и Ора-
гине". Ростанъ и Орагине никто иные, какъ Несторій и Оригенъ. Упоми-

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

169

наніе об'їзных двух'ї лицах'ї нам'ї представляється въ высішей степени
интересным'ї для освіщенія мало изученнаго у насъ вопроса о распро-
страненіі въ Грузії еретических'ї ученій. Б'єднольсть свановъ, — говорит'ї
преосвященный Григорій, превосходит'ї всякое в'єроятіе. Если бы было у
нихъ что и продать, все таки не нашлось бы покупателей. Денегъ н'єт'ї
ни у кого. Желѣзо и соль привозят'ї изъ Кутаиса на плечахъ, хдѣбъ
изъ Лечхума. Суровая природа, б'єднольсть и нев'єжество парализуетъ всякия
человѣческія усилия к'ї улучшенію жизни свановъ. Въ интересахъ великой
задачи „Общества возстановленія христіанства на Кавказѣ“, предлагается
открыть въ Местії или въ Мулахѣ складъ необходимыхъ принадлежностей
домашняго обихода. Открытіе школъ, по мн'єнію автора, также является
дѣломъ безотлагательной необходимости. Для болѣе успѣшнаго просвѣщенія
свановъ нужно было бы воспитать человѣкъ десять изъ нихъ и зам'єнить
ими священнослужителей. Необходимо также для улучшенія нравственности
прекратить незаконное сожительство м кровную вражду, господствующую
до третьего покол'єнія. Вотъ-въ краткихъ чертахъ изложеніе любопытнаго
отчета о по'єздѣвъ епископа Григорія по Сванетії.

А. Хах—овъ.

Антропологические типы Кавказа. М. Пантюхова. Тифлисъ,
1893 г. 16°, 30 стр.

Эта небольшая брошюрка перепечатана изъ газ. „Кавказъ“ и составлена авторомъ на основании его труда „антропологические наблюдения на Кавказ“, напечатанного въ Запискахъ Кавказ. отд. Имп. Русск. Геогр. Общества. 1893 г., т. XV.

Новые матеріалы для исторіи раскола на Вѣткі и въ Стародубѣ
XVII — XVIII вв. Собраны М. И. Лилеевымъ (Кіевъ, 1893 г.).
Исторіи раскола въ Стародубѣ г. Лилеевъ посвятилъ особую статью еще
въ 1889 г., въ «Кіевской Старинѣ», подъ заглавіемъ: «Изъ начальной исто-
ріи раскола въ Стародубѣ» (были отд. оттиски). Въ настоящее время
г. Лилеевъ издалъ «новые матеріалы» по этому вопросу. Эти матеріалы,
говорится въ предисловіи, собраны изъ разныхъ центральныхъ и
мѣстныхъ архивовъ и рукописныхъ собраній, а именно прежде все-
го Московскихъ—Главнаго Архива министерства иностранныхъ дѣлъ,
министерства юстиции, Румянцевскаго Музея и рукописнаго собранія
Хлудовской библіотеки, затѣмъ изъ новообразованнаго Харьковскаго исто-
рическаго архива при университетѣ, Кіевскаго центральнаго, рукописнаго
собранія церковно-археологическаго Музея при Кіевской Духовной Ака-
деміи, и, наконецъ, изъ Черниговскихъ—архива духовной консисторіи и
рукописнаго собранія при губернскомъ статистическомъ комитетѣ. Всѣ
собранные матеріалы, относящіеся ко времени отъ первыхъ проявленій въ
указанныхъ мѣстахъ раскола до временъ Екатерины II, раздѣлены на два
церавныхъ по количеству матеріаловъ отдѣла: это, съ одной стороны, не-
большія статьи, извлеченные изъ раскольничьихъ рукописныхъ сборниковъ
и заключающія въ себѣ разнаго рода историческія указанія, такъ или

170

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРĚНІЕ.

наче характеризуюці вѣтковскихъ и стародубскихъ раскольниковъ и ихъ руководителей поповщинской и безпоповщинской фракціі, а съ другой, документы и письма, имѣющіе непосредственное отношеніе къ исторіі и религіозно-бытовой жизни указанныхъ раскольниковъ въ данное время. Въ первомъ отдѣлѣ помѣщены четыре статьи: 1) Описаніе пренія старца Θεοδοσία съ нѣкоинъ Тимофеемъ Матвѣевымъ да со ученикомъ его Васильемъ Власовымъ и съ ихъ единоволіники о честнѣмъ и животворящемъ крестѣ Господии, 2) Предисловіе къ Вѣтковскимъ посланіямъ, 3) Сказание о раздорѣ въ крещеніи, написанное по поводу посланія 1720 года Спирдона Иванова, поморскаго наставника въ Ардони, 4). Артикульъ, то есть наука отговорная противъ новшественнаго увѣщаніи, увѣщевающаго ко пріятію новодѣйственного священства. Во второмъ отдѣлѣ помѣщено 52 нумера документовъ и писемъ различного содержанія, изъ которыхъ особый интересъ представляютъ № 1 — показанія подьячаго Петра Ахматова и священниковъ Ермолая и Ивана о раскольнической дѣятельности чернаго попа Θεοδοσія въ 1684—1686 гг. на Дону; № 4—0 посожскихъ селахъ и поселеніи въ нихъ раскольниковъ. Извлеченіе изъ инструкціі гетмана Самойловича старшему войсковому канцеляристу Василью Кочубею, отправенному въ Москву 12 января 1685 г.; № 7—Выпись изъ книгъ мѣсскихъ стародубовскихъ права магдебургскаго (1714 года); № 10—Розыскъ предъ судомъ войсковымъ генеральнымъ по дѣлу захвата разнаго имущества Шелковникова войсковымъ товарищемъ Афанасьемъ Звиченкомъ, 1700 г.; № 21—Изъ дѣла о переписи раскольническихъ слободѣ жителей въ Стародубовскомъ и Черниговскомъ полкахъ 1729 г.; № 24—Доношеніе стародубскаго полковника Θедора Максимовича генераль-лейтенанту Ив. Ив. Блибикову, отъ 20 апреля 1743 г. о присылѣ изъ генеральной войсковой канцеляріи образца указнооположеннаго раскольническаго платья; № 25—0 «ереси проклятия лжехристовщы» въ слободѣ Воронкахъ (1747—1748 г.); № 45—изъ дѣла 1760 г. по прошенію зарубежныхъ раскольничныхъ монаховъ и другихъ лицъ, объ условіяхъ поселенія въ малороссійскихъ. раскольничныхъ слободахъ и другихъ мѣстахъ Малороссіи; № 51—Прошеніе раскольниковъ съ изложеніемъ условій поселенія въ м. Черпобыльѣ и резолюція на него графа Яна Ходкевича, отъ 27 декабря 1771 г.

Матеріалы, собранные г. Лилеевымъ, представляютъ больюю интересъ; изъ нихъ можно почерпнуть много новыхъ свѣдѣній объ условіяхъ поселенія сектантовъ въ Малороссіи, объ ихъ бытѣ и нравахъ, и объ отношеніи къ поселенцамъ властей. При разбросанности по разнымъ архивамъ эти матеріалы были до сей поры мало доступны для изслѣдованія. Теперь же, благодаря труду г. Лилеева, они въ рукахъ у всѣхъ, кому могутъ понадобиться.

А. С.

Памятная книжка Псковской губерніи на 1893 годъ. (Изданіе Псковского губернскаго статистическаго комитета. Псковъ, 1893 г.). Въ памятной книжкѣ Псковской губерніи за текущій годъ, во второмъ отдѣлѣ ея, помѣщенъ подробный, старательно составленный географическій очеркъ Псковской губерніи. Въ началѣ его помѣщено описаніе границъ, климата,

КРИТИКА И БИБLIОГРАФІЯ.

171

гидрографія, геології всей вообще Псковской губернии. Затѣмъ, тѣ же свѣ-
дѣнія, детальнѣе разработанныя, даются по каждому уѣзду въ отдѣльности.
По своей подробности и разработкѣ очеркъ этотъ не заставляетъ желать
ничего лучшаго. Въ томъ же второмъ отдѣлѣ помѣщена любопытная
замѣтка «Переселенцы (эсты и латыши) Псковской губернии», гдѣ приво-
дятся причины переселенія, мѣры, принимавшіяся и принимаемыя пересе-
ленцами для устройства своего быта въ новомъ мѣстѣ жительства, и
статистическія свѣдѣнія, которые близко знакомятъ читателя съ экономи-
ческимъ бытомъ переселенцевъ.

А. С.

Хр. Лопаревъ.—Слово о святомъ патріархѣ Феостирикѣ, С.-П.-Б.
1893. (Изд. Общ. Люб. Древней Письменности).

Празднованіе памяти Касьяна черезъ три года на четвертый различно
объяснялось на западѣ и у насъ. Наиболѣе распространенное у насъ въ
народѣ объясненіе является въ извѣстной легендѣ о Касьянѣ и Николаѣ
чудот. Касьянѣ не хотѣлъ помочь мужику стащить возз, и за это Гос-
подъ присудилъ служить ему молебенѣ одинъ разъ въ четыре года. Кромѣ
Касьяна, 29 февр. празднуется еще память Феостирикта, о которомъ въ
древнерусской литературѣ существовали такія же сказанія, какъ и о Касья-
нѣ. Сказанія извѣстны подъ именемъ «слова о святомъ патріархѣ Фео-
стирикѣ» и подъ этимъ заглавіемъ и изданы Г. Лопаревымъ, въ трехъ
редакціяхъ, съ введеніемъ. Въ словѣ связаны три лица: Василій Великій,
Ефремъ Сиринъ и Феостирикъ; къ разсказу объ ихъ отношеніяхъ между
собой присоединяется разсказъ о Синагрипѣ и его мудрецѣ Акирѣ. Од-
нажды, когда Василій Великій овершалъ литургію, взошелъ въ храмъ
Феостирикъ, оredежимый бѣсами. Бѣсы были изъ него изгнаны Василі-
емъ, который сѣдѣлъ Феостирикта своимъ ученикомъ. Послѣ смерти
Василія Феостирикъ поставленъ былъ во епископство на мѣсто его.
А въ то время царь Синагрипъ отправился воевать, а съ нимъ былъ
мудрецъ Акиръ. Поднялась сильная бури. Акиръ посовѣтовалъ призвать
св. Николу и завѣщать ему «завѣтъ, канонъ и свещу». Бури утихла.
Синагрипъ пожелалъ видѣть Николая, но Акиръ объяснилъ, что только
митрополитъ Феостирикъ можетъ призвать Николая во образѣ человѣка.
Когда нашли Феостирикта, то по его повелѣнію построили въ три дня
церковь, отслужили молебенъ и стали ждать св. Николая. Когда въ 9 часу
увидѣли идущаго къ нимъ Николая, Феостирикъ спросилъ его, отчего
онъ тамъ долго не приходилъ. Николай отвѣчалъ, что, когда онъ былъ
на морѣ Тиверіадскомъ, начали корабельщики тонуть и вызывать къ его
помощи: онъ ихъ спасъ, и потому запоздалъ, «Что же они тебѣ дали?»—
спросилъ Феостирикъ. Николай отвѣчалъ: «Завѣщаша ми канонъ и свещу
і темиянъ и вдаша ми курѣ печень тѣстянъ». Феостирикъ сказалъ, что
онъ «сего дѣля кура трехъ ступеней не ступилъ бы». За эти три ступени
святые отцы положили не поминать Феостирикта по три года.—Разсказъ
о Синагрипѣ въ нѣкоторыхъ рукописяхъ выдѣленъ въ самостоятельную
статью подъ заглавіемъ «Чудо св. Николы о Синагрипи цари». Источникъ
статьи греческій и заставляетъ предполагать существованіе на греческомъ

172

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЪНІЕ.

языкъ особой редакціі повѣсти о Синагрипѣ—Санхерибѣ. Но гдѣ произошло содиненіе двухъ сказаній—о Василіи и Θεοστιρικтѣ и о Синагрипѣ съ Акиромъ—въ одно,—въ греческой или русской литературѣ, и почему произошло такое соединеніе,—на эти вопросы пока отвѣта не дано.

Въ слово о Θεοστιρικтѣ эпизодически вставленъ разсказъ о жабахъ: «тожъесены бысть вода за олтаремъ, гдѣ служаше геликій Василіе, лужа велия, в неижъ четвероногіе жабы. Святому Василію поющу заутреню, они же вопиша гласы своими свойски; и по шестой пѣсни нача чести святое евангеліе, и бысть гласъ четвероножныхъ великъ. Василіи же приступи ко олтарю и рече имъ: «молчите жабы, хощу чести святое евангеліе». Отвѣщаша ему жабы: «ты поси по шестои пѣсни, а мы уже по девятой пѣсни Богу же славу всыгнемъ». П удивьсь о семъ святыи Василіи и состави прокименъ:» всяко дыханіе да хвалитъ Господа» (стр. 27, по Хлудов. рукоп.). Допаревъ замѣчаетъ, что разсказъ этотъ не поддается непосредственному объясненію (стр. 6), и приводить параллели неподходящія. Но полную параллель находимъ въ одной малорусской легендѣ, напечатанной г. П. Н. въ «Этногр. Обозрѣн.» (кн. XVII, стр. 85), только дѣйствіе приурочено къ Давиду. Когда Давидъ писалъ 150 псаломъ, то жабы надобѣдали ему своимъ крикомъ. Только лишь Давидъ напишетъ «хвалите Бога», какъ жабы поднимутъ крикъ. Когда онъ наконецъ велѣлъ всѣхъ ихъ перебить, одна жаба сказала ему: «зачѣмъ ты приказывешь убивать насъ? вѣдь и мы хвалимъ Бога». Поэтому псаломъ и состоитъ изъ стиховъ, начидающихся словомъ: «хвалите» и оканчивается стихомъ: «Всякое дыханіе да хвалитъ Господа». Въ словѣ о Θεοστιρικтѣ разсказъ чисто внѣшній, разрывающій повѣствованіе о судьбѣ Θεοστιрикта, и малорусская легенда, очевидно, прелставляетъ первоначальный видъ. Естественно всего подобная легенда могла возникнуть о первоисточнику, т. е. о Давидѣ, а отсюда уже перенестись на составителя утрени—св. Василия. Соприкосновеніе было въ стихѣ — «Всяко дыханіе да хвалитъ Господа», хотя и трудно пока сказать, какая причина была соединенія сказаній о Θεοστιриктѣ съ сказаніемъ о жабахъ.

Это подтверждается тѣмъ, что въ нашей древней письменности, дѣйствительно, существовало подобное сказаніе о Давидѣ, входившее въ составъ апокрипа: «сказаніе о псалтири, како написаяся Давидомъ царемъ». Источникъ его пока неизвѣстенъ, но нѣтъ основаній считать его не греческимъ: сказаніе о жабахъ въ упомянутомъ апокрифѣ связано съ указаниемъ, что Давидъ написалъ 365 псалмовъ, а, напр., въ Сцнопсисѣ св. Ава-насія говорится, что Давидъ написалъ 3000 псалмовъ. Сказаніе о жабахъ таково: «есть же близъ царева двора благо при тайнцы царевы. И жабы кричаху гласы, егда писаше Давидъ: и повелѣ отрокомъ своимъ избавити жабамъ... яко да не кричатъ. И абие видѣ Давидъ во едину нощь жабу велику, зело расналяющіюся на писаніе; онъ же отверзи ю. И паки видѣ второе. И поразуми ему писаніе, чюдися Давидъ великому вражію навоженію. И паки третіе обрѣтѣ ю на писаніи и рече Давидъ: упражню тя, дьяволе, и что ми пакости творишіи. Тогда рече жаба: или не дамъ азъ тобе Бога славити, яко-же ни ты миѣ даваеміи. Тогда повелѣ Давидъ отъяти

КРИТИКА И БИБЛIOГРАФІЯ.

173

отроки отъ блата того, яко да пакости не творять жабамъ тѣмъ; и абіе
всі проглаголаше жабы. Тогда Давидъ рече: всякое дыханіе да хвалитъ
Господа". (Порфирьевъ Апокр. сказ. по рук. Солов. библ., 242). Во всѣхъ
трехъ сказанныхъ основной элементъ—объясненіе словъ «всякое дыханіе
да хвалитъ Господа». Апокрифъ носитъ волші религіозно-христіанскій
характеръ, безъ особыенныхъ прикрасъ; къ нему примыкаетъ сказаніе о Ва-
силіи Вел., цѣликомъ преобразовавшееся изъ сказанія о Давидѣ. Но какого
произхождія сказаніе о Василіи Вел.—греческаго или русскаго — пока
остается неизвѣстнымъ. Малорусская легенда пошла дальше: народная фан-
тазія объяснила не только послѣднія слова псалма «всякое дыханіе да
хвалитъ Господа», но и начальное слово каждого стиха, слово «хвалите»,
а для этого нарисовало цѣлую картину.

Такимъ образомъ народная легенда удовлетворительно объясняется
письменнымъ сказаніемъ: изъ письменности апокрифъ перешелъ въ на-
родъ и здѣсь видоизмѣнился. Это указываетъ намъ на важность сближенія
народныхъ сказаний съ памятниками письменности для объясненія первыхъ:
При сближеніи окажется, что то, что представляется созданіемъ народа, есть
только пересказъ или отозвукъ письменнаго преданія, въ большинствѣ слу-
чаевъ перешедшаго изчужи. Тотъ же г. П. И., записавшій разсмотрѣнную ле-
генду, говоритъ (стр. 84), что крестьяне свое удивленіе передъ возвышенностью
мыслей въ Псалтыри выражаютъ образно, говоря, что царь Давидъ возно-
сился на крыльяхъ четырехъ орловъ къ небу и тамъ, подъ диктовку
ангела, писалъ свои псалмы. Но подобное сказаніе представляетъ не что
иное, какъ соединеніе двухъ сказаний, извѣстныхъ изъ письменности: 1)
сказанія о положѣ на птицахъ, въ мусульманскихъ легендахъ приписывая-
мое Немвроду, въ греческихъ и славянскихъ—Александру Македонскому и
Акиру, и 2) особаго сказанія о томъ, что Давидъ писалъ свои псалмы
подъ диктовку ангела. Послѣднее сказаніе также извѣстно изъ письмен-
ности: Давидъ, когда писалъ свои псалмы, сказалъ своему вельможѣ
Виору: «приди въ нощь сию и исповежь ми, еже ми ти глаголати».
Виоръ дважды приходилъ и каждый разъ видѣлъ юношу, говорящаго Да-
внду на ухо, и возвращался. Когда онъ повѣдалъ объ этомъ Давиду,
послѣдній вельѣ ему придти въ третій разъ и, когда тотъ перешелъ,
спросилъ: «есть ли человѣнъ, яко еси его видѣлъ всегда? И рече ему
Виору: Господи царю, зракъ лица его огнянъ. И поразумѣлъ царь, яко
ангелъ Господень кажетъ ему смыслъ и разумъ писати псалтырное сло-
женіе». (Порфирьевъ, ibid). — Привлеченіе письменности можетъ удер-
жать иногда отъ преждевременныхъ заключеній о творчествѣ народа и
даетъ возможность болѣе вѣрно судить о культурѣ той среды, въ которой
замѣчается та или другая легенда, такъ какъ при помощи письменности
основное содержаніе легенды легко можетъ быть выдѣлено, и на долю
народности останется своеобразная окраска и бытовыя черты.

В. Истринъ.

Очеркъ экономическаго положенія башкирскаго населенія Красно-
уфимскаго уѣзда, Пермской губерніи. Н. Л. Скалозубова. 1893 г.

174

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

Работа автора заключаетъ въ себѣй, сводку циороваго матеріала изъ по-
дворной переписи, произведенной въ 1890 г., въ башкирскихъ волостяхъ
названнаго уѣзда. Выводы статистическаго изслѣдованія сопровождаются
и расчленяются конкретными примѣрами, дающими наглядное представление
о башкирской жизни. Главное вниманіе обращено на выясненіе размѣровъ
и условій землевладѣнія и землепользованія башкирскаго хозяйства. Съ
этой стороны работа весьма интересна и цѣнна, тѣмъ болѣе, что у насъ
относительно этого вопроса у башкиръ нѣтъ достаточно точныхъ и систе-
матическихъ данныхъ. Съ другой стороны, все же нѣкоторыя стороны баш-
кирской жизни остались не выяснены; такъ, въ работѣ мы не находимъ
свѣдѣній о народномъ образованіи, о внѣземледѣльческой промышленности
и т. д. Авторъ сообщаетъ небезинтересныя свѣдѣнія о населеніи баш-
киръ, о составѣ магометанскаго населенія башкирскихъ вотчинныхъ дачъ
по разрядамъ и этнографическимъ группамъ; главныя эпохи изъ исторіи
башкиръ и ихъ припущенниковъ; антропологическая характеристика типа
магометанскаго населенія башкиръ (по возрасту, полу, семейному положе-
нію), нѣкоторыя даныя о рождаемости, смертности и брачности. Не оста-
навливаясь на всѣхъ деталяхъ данной работы, въ которой немало встрѣ-
чается интересныхъ свѣдѣній и съ этнографической стороны башкирскаго
населенія (нужно замѣтить, что литературный отдѣлъ о башкирахъ крайне
незначительнѣ, даже не показываются работы о нихъ по Пермской губерніи),
приведемъ нѣкоторые изъ выводовъ автора. Башкиры составляютъ 54% общаго
числа жителей магометанскаго иновѣданія Красноуфейскаго уѣзда; въ антро-
пологическомъ отношеніи ихъ можно раздѣлить на двѣ группы, отличающіяся
выговоромъ, нѣкоторыми обычаями и, кромѣ того, нѣкоторыми признаками въ
ложеніи тѣля: при одинаковомъ ростѣ, лѣсные башкиры имѣютъ меньшую
высоту ногъ и большій объемъ груды (110). На 100 мужчины приходится 91,7
женщинъ, между тѣмъ какъ у мецеряковъ—91,4 женщ. Башкирское на-
селеніе характеризуется слабою рождаемостью и еще болѣе слабою смерт-
ностью, сравнительно съ рождаемостью и смертностью населенія всей Перм-
ской губ. На 1000 родившихся умираетъ въ годъ: въ Пермской губерніи.—
785, среди башкиръ—699 челов. Естественный приростъ башкирскаго на-
селенія 1,43% — выше прароста всего населенія Пермской губерн. — 1,12%.
Мнѣніе, что башкиры народъ вымирающій, — невѣрно. Приростъ населенія
различенъ по селеніямъ и находится въ зависимости отъ экономическаго по-
ложенія населенія—такъ, въ селеніяхъ съ площадью распашки менѣе 2¹/₂
дес. на дворъ, приростъ равенъ 1,27%; съ распашкою въ 4¹/₂ дес., — уже
1,80%, изъ 3617 хозяевъ только 981, т. е. 27%, занимаются болѣе или
менѣе прилежно хозяйствомъ, распахивая болѣе 5 десятинъ. Между про-
чимъ, авторомъ приводятся небезинтересныя сравнительныя даныя о по-
ложеніи нѣкоторыхъ башкирскихъ селеній К. уѣзда за 1849 и 1852 г. съ
современными, причемъ окзывается, что за эти 30—40 дѣтъ башкирское
хозяйство страшно упало, а именно: прежде на дворъ приходилось коровъ
3,1 головы, нынѣ только 1,1; лошадей прежде 3,5 головы, а нынѣ только
1,5. Въ заключеніе приводится причина слабаго развитія земледѣльче-
скаго хозяйства у башкиръ. Кромѣ того, въ приложеніи находимъ таблицы

КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

175

съ результатами измѣреній лицъ, призывавшихся къ отбыванію воинской
повинности изъ башкирскаго района К. уѣзда, копіи съ различныхъ
купчихъ и т. п.

Д. Никольскій.

Къ вопросу о народной медицинѣ въ Красноуфимскомъ уѣздѣ, д-ра
М. И. Мизрова и Н. Л. Скалозубова. 1893 г.

Изученіемъ народной медицины, отрицать значеніе которой нельзя, до
сихъ поръ еще мало занимаются. Между тѣмъ многія народыны средства,
особенно терапевтическія, при научномъ анализѣ могутъ принести громад-
ную услугу практической медицинѣ,—что мы отчасти и видимъ. Поэтому
появленіе каждого нового труда въ этомъ направленіи, помимо этнографи-
ческаго интереса, заслуживаетъ нашего вниманія. Пѣль вышеуказанной ра-
боты—оттѣвтѣ народыны медицинскія средства, употребляемыя въ Красно-
уфимскомъ уѣздѣ, Пермской губерніи. Матеріалъ, собираемый главынымъ
образомъ черезъ фельдшеровъ, не охватываетъ всего уѣзда. Авторъ, прежде
чѣмъ изложить систематическій списокъ народныхъ врачебныхъ средствъ,
предпослалъ характеристику Красноуфимской народной медицины, начиная
отъ заговоровъ, нашептываній и т. д. Затѣмъ идетъ распредѣленіе народ-
ныхъ средствъ по заболѣваніямъ—болѣзни общаго питания, перемежающаяся
лихорадка, лѣченіе острыхъ заразныхъ болѣзней, органовъ дыханія, орга-
новъ пищеваренія и зубовъ, железныхъ половыхъ органовъ, дѣтскія, ушныя,
глазныя болѣзни, нервыныя заболѣванія, накожныя, травматическія заболѣ-
ванія и т. п. Между множествомъ травъ, употребляемыхъ населеніемъ для
лѣченія, нѣкоторыя изъ нихъ вошли уже въ употребленіе въ научную
медицину. Ко многимъ изъ этихъ средствъ сдѣланы д-мъ Мизровымъ при-
мѣчанія, а также и объясненія нѣкоторыхъ болѣзней, известныхъ въ на-
родѣ подъ другимъ названіемъ. Эти дополнительныя свѣдѣнія облегча-
ютъ чтеніе. Кромѣ того, въ спискѣ лѣкарственныхъ травъ указывается и
самый способъ ихъ приготовленія для лѣченія и какъ лѣчить. Вообще на-
стоящій обзоръ значительно пополняетъ существующій пробѣлъ въ нашей
литературѣ о народной медицинѣ и можетъ оказать услугу для лицъ, за-
нимающихся настоящимъ вопросомъ.

Для полноты дерка не мѣшало бы автору указать на такіе же сбор-
ники о народныхъ средствахъ, употребляемыхъ въ Пермской губерніи, напр.,
на работу г. Клера, Новикова и другихъ.

Д. Н—кій.

Акушерская помощь въ Минской губерніи (1880—1882 г.), д-ра
Сицинскаго, 1893 г.

Вопросъ объ изученіи положенія акушерской помощи у насъ среди
сельскаго населенія имѣтъ громадное значеніе, въ особенности принявъ во
вниманіе, что подавляющее большинство родовъ въ России проходитъ безъ
раціональной акушерской помощи. Причина этому лежитъ не въ одномъ
только недостаткѣ медицинскаго персонала у насъ (положимъ и его мало,
особенно въ не земскихъ губерніяхъ) и обусловливается различными взгля-

176

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

дами, обрядами, вѣрованіями и т. и. населенія на роды. На эту-то вотъ сторону у насъ до сихъ поръ еще мало обращено вниманія. Авторъ настоящей работы, помимо спеціальной части, довольно пространно касается и этнографической стороны этого вопроса. Предметомъ наблюденія было населеніе бѣлорусское, какъ главное въ Минской губерніи. Прежде чѣмъ перейти къ спеціальной части, авторъ дѣлаетъ краткій очеркъ важнѣйшихъ въ акушерскомъ отношеніи физическихъ особенностей бѣлорусской женщины (цервая глава), при чемъ оказывается, что ростъ бѣлорусской женщины, на основаніи 265 измѣреній, достигаетъ въ среднемъ 154 сант., т. е. приближается къ болѣе нормальному росту женщинъ (155 по Моримну). Для сравненія приведены только одинѣ еврейки. Относительно размѣровъ таза изъ 270 измѣренныхъ оказалось 40 узкихъ или 14,8% изъ общаго числа тазовъ. Недостаточно полны свѣдѣнія о появліеніи мѣсячныхъ. Далѣе въ этой-же главѣ находимъ данные о рождаемости, смертности, бракахъ, возрастѣ брачущихся, о плодовитости православной женщины Минской губ. (10,95%). Во второй главѣ разматривается бѣлорусское народное акушерство, которое, какъ оказывается, представляетъ много черть общихъ съ народнымъ акушерствомъ у великороссовъ, малороссовъ и поляковъ, какъ въ отношеніи приемовъ, такъ и лѣчебныхъ средствъ. Между прочимъ одна изъ особенностей у бѣлоруссовъ—это повсемѣстное отсутствіе бань, нерасположеніе населенія къ купаніямъ. Въ настоящей главѣ, представляющей одну изъ интересныхъ главъ съ этнографической точки зрѣнія, разматривается народное акушерство съ точки зрѣній мѣсячныхъ очищений, безплодія, беременности, родовъ, послѣродового періода, а также и первоначальный уходъ за новорожденнымъ. При разсмотрѣніи каждого изъ этихъ отдѣловъ авторъ сообщаетъ сначала общія для всей губерніи приемы, лѣкарства, и затѣмъ особенности, имѣющія мѣстный характеръ. Въ приемахъ этихъ есть много общаго съ другими изъ нашихъ народностей, но не мало и особенностей,—вродѣ того, напр., если долго не выдѣляется послѣдъ, то подъ спану роженицы кладутъ конскій навозъ, завернутый въ трикку, дѣлаютъ припарки изъ того же навоза или пшенчныхъ отрубей (77). Плодоизнаніе въ Минской губ. случается весьма рѣдко, такъ какъ крестьяне считаютъ это весьма тяжкимъ грѣхомъ. Для остановки кровотеченій у беременныхъ употребляютъ сажу, или разойдутъ фарфоровую тарелку, толкутъ ее въ порошокъ и даютъ нить съ водой (55). Въ третью главѣ излагается дѣятельность больницъ, повивальныхъ бабокъ и вольно-практикующихъ врачей въ акушерскомъ отношеніи. Оказывается, что въ 17 больничныхъ учрежденіяхъ съ 290 постоянными кроватями пользовалось съ 1875 г. по 1889 г. 54244 роженицъ, въ томъ числѣ было только 217 или 0,40% общаго числа больныхъ. Съ 1880—1889 г. умерло отъ родовъ 4651 женщина. Акушерская помощь находится въ самомъ плачевномъ положеніи: такъ, въ 1890 г. повивальная бабка приходилась въ уѣздахъ на 21156 женщинъ. Очевидно, такая помощь не можетъ считаться раціональной помощью,—помощь самая ничтожная. Между прочимъ, не безинтересна слѣдующая цифра—во сколько обходятся правительству каждые роды, проведенные акушеркой? Оказывается—въ 7 р. 30 к., а если

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФІЯ.

177

считать и выкидывали, то 6 р. 79 к. Такимъ образомъ, каждые роды стоять не дешево. Въ четвертой главѣ говорится о смертности роженицъ и родильницъ вообще и въ частности относительно Минской губерніи. При этомъ оказывается, что средняя величина смертности отъ родовъ во всей Минской губерніи за 10-ти-лѣтній периодъ равняется 7,74 смертямъ отъ родовъ на 1000 разрѣшившихся, или 1 смерть отъ родовъ на 128,39 разрѣшившихся; по уѣздамъ смертность эта колеблется отъ 13,17 maximum на 1000 разрѣшившихся и minimum 8,66. Далѣе авторъ приводить сравнительныя данные о смертности женщинъ изъ другихъ губерній, распредѣляетъ по возрасту умершихъ. Вообще настоящая глава со стороны статистики крайне интересна. Въ пятой говорится о призрѣніи дѣтей-подкидышей. Спеціального учрежденія для приема подкидышей въ Минской губерніи не существуетъ; всѣ они доставляются въ Минскія богоугодныя заведенія. Благодаря плохой организаціи этого дѣла, уходъ за подкидышами плохой. На содержаніе каждого дитяти-подкидыша приказомъ общественного призрѣнія отпускается 2 рубля въ мѣсяцъ; кормятъ простымъ молокомъ, иногда дѣтей отдаютъ какой-нибудь женщинѣ на попеченіе съ планою по 2 рубля въ мѣсяцъ. Большая часть дѣтей погибаетъ. Съ 1874 г. по 1889 г. въ богоугодныя заведенія доставлено было 219 подкидышей, изъ коихъ умерло 167 (62%). Но эта смертность ниже дѣйствительной—свѣдѣнія не полны. Въ 1879 г. и 1883 г. смертность равнялась 100% (въ Московскомъ Воспитательномъ домѣ за 10 лѣтъ—1880—1889 г. смертность была равна 82,3%, въ Петербургскомъ колебалась отъ 39,3% до 44,5%). Въ послѣдней, шестой, главѣ—приводятся интересныя данные о двоубійствѣ. Съ 1884 г. по 1889 г. было возбуждено дѣль о дѣтоубійствѣ 325, при чемъ Минскъ съ уѣздомъ дали 117 такихъ преступлений, на долю остальныхъ уѣздовъ приходится 208, т. е. въ среднемъ по 26 на уѣздъ. Дѣтоубійство въ Минской губ. приняло такие размѣры, какіе не встрѣчаются ни въ одной губерніи Россіи. За подробностями отсылаемъ читателя къ самому труду. Въ заключеніе скажемъ, что трудъ автора, написанный хорошимъ русскимъ языкомъ, представляетъ цѣнный материалъ съ медико-этнографической стороны, освѣтивъ, хотя и на не большой районъ, такую сторону жизни нашего простолюдина, которая остается малоизвѣстною. Книга полезна не только для врачей, акушерокъ, но и для многихъ изъ публики. Авторъ несомнѣенно потратилъ немало труда и времени на собираніе и разработку названнаго материала. Названный трудъ можетъ служить примѣромъ для сравненія медицинской помощи въ земскихъ и не земскихъ губерніяхъ.

Д. Никольскій.

„Записки наукового товариства імени Шевченка“. Видавництво, присьвячене наукі і письменству українсько-руського народу. Впорядкував Др. Юліян Целевич. Частина І. У Львові. 1892. Стр. 212.

Подъ такимъ заглавіемъ появилась первая книжка трудовъ «Общества имени Шевченка», — общества, которое недавно преобразовано изъ издавательскаго въ научное. Каждый годъ будетъ издаваться нѣсколько томовъ

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОВОЗРЬНІЕ ХУШІ.

12

178

ЭТНОГРАФИЧЕСКОЕ ОБОЗРЁНІЕ.

«Записокъ», смѣшанаго научнаго содержанія; впрочемъ, такъ-какъ українофилы-ученые занимаются почти исключительно исторіей и этнографіей, то «Записки» естественно должны будутъ наполняться матеріаломъ премуцтвенно историческимъ и этнографическимъ. Новообразовавшееся общество не успѣло еще, повидимому, собрать вокругъ себя виднѣйшихъ малорусскихъ ученыхъ: І т. не заключаетъ въ себѣ ни одного изъ выдавающихся именъ. Наиболѣе интересной является статья М. Сергіенка: «Грамадський рух на Вкраїні-Русі в ХІІІ. віці («Общинное двпженіе въ южной Руси въ ХІІІ вѣкѣ»), помѣщения въ началѣ. Молодой ученый, сдѣлавши краткій, но мѣткій обзоръ общественно-политическихъ отношеній во всѣхъ южно-русскихъ земляхъ въ началѣ ихъ исторической жизни, указываетъ, что нигдѣ, до ХІІІ вѣка, мы не находимъ принципіальной борьбы общинъ противъ князей п стремленія реформировать и ограничить княжескую власть въ пользу вѣча, хотя въ то же время мы часто встрѣчаемъ случаи недовольства общины князьями. Въ ХІІІ вѣкѣ нашествіе Батыя нарушило обычное теченіе южно-русской жизни, и нѣкоторыя общины воспользовались замѣшательствомъ, чтобы избавиться отъ княжескаго гнета; онѣ вступали въ сношенія съ татарами, отдавались пмѣ въ непосредственное подданство и, застраховавши себя такимъ образомъ отъ притязаній прежнихъ князей, могли жить гораздо счастливѣе, чѣмъ до нашествія татаръ. Нельзя сказать, чтобы статья г. Сергіенка была вполне оригинальнымъ трудомъ, но во всякомъ случаѣ она заслуживаетъ вниманіе живымъ изложеніемъ и знаміемъ предмета. Къ ея достоинствамъ можно отнести и чистоту языка въ филологическомъ отношеніи, чего нельзя сказать, напр., о слѣдующей за нею статьѣ Тадея Рыльскаго: «Студіі над основами роскладу багацьва»; ее и читать-то невозможно вслѣдствіе масы полонизмовъ, латинизмовъ и непонятныхъ, странныхъ неологизмовъ. По содержанію своему трудъ Т. Рыльскаго (который, правда, представляетъ пока-что только «теоретичні прелімінарні») не даетъ ничего новаго. — Далѣе идетъ біографическая статья А. Я. Конисскаго: «Дитинній віг (дѣтство) Т. Г. Шевченка», а за нею—«Українські народні пісьні въ поезиях Богд. Залесьцкого», литературно-критический этюдъ Александра Колессы (галичанина). Этюдъ г. Колессы интересенъ, потому что даетъ много новаго. Задача автора— обрисовать романтическое движение въ польской литературѣ, въ кругу писателей т. н. украинской школы. Изъ очерка г. Колессы видно, что украинофильствующая шляхта совершенно не понимала малорусскаго народа, и польскій поэтъ-украинофилъ, передѣлывая какую-нибудь украинскую пѣсню, вовсе не чувствовалъ ея характера и только искажалъ. Да и въ самомъ дѣлѣ, — замѣчаетъ авторъ,— чтобы умѣло орудовать народной украинской поэзіей, чтобы вникнуть въ глубину народной жизни такъ, какъ мы это видимъ, напр., у Шевченка, для этого, по словамъ самого же Залѣвскаго:

Trzeba z wiara swego ludu
Boleć dugo, jak on boli, .
Jak on, Tykać Izy w niewoli,..

чего не было ни у Залѣвскаго, ни у подобныхъ ему.

КРИТИКА И БИБЛIOГРАФИЯ.

179

Этнографъ найдетъ въ статьѣ г. Колессы не мало любопытнаго и по-
учительнаго. Нельзя однако не указать на нѣкоторые промахи. Такъ, напр.,
авторъ сбывчиво употребляетъ терминъ «Украина»: иногда онъ у него зна-
читъ «Малороссія», а иногда—«Кіевская губернія»; «Исторія славянскихъ
литературъ» Пылина и Спасовича цитируется по нѣмецкому переводу или
по 1-му изданію; въ перетинѣ первыхъ сборниковъ народныхъ пѣсень за-
быты «Пѣсеники», которые начали печататься въ Россіи еще въ прош-
ломъ вѣкѣ, и мн. др. Непріятно поражаетъ также языкъ статьи, испещ-
ренный полонизмами и совершенно не малорусскими грамматическими
формами.

Въ концѣ книги напечатаны свѣдѣнія (не совѣмъ точныя) объ основаніи «Общества имени Шевченка» (1873) и о его дѣятельности до послѣдняго времени. Общество, съ своей типографіей, было основано на деньгіи русскихъ малороссовъ, но управленіе имъ попало въ руки нѣсколькихъ австрійскихъ русиновъ, которые вмѣсто интересовъ научныхъ болѣе преслѣдовали коммерческія цѣли. Только въ послѣднее время произошла реформа Общества, и такимъ образомъ появился 1-й томъ. «Записокъ», который долженъ былъ бы появиться еще двадцать лѣтъ тому пазадѣ.

Общее впечатлѣніе отъ нового изданія не особенно благопріятное. Редакція сама чувствуетъ это и объщаетъ, что слѣдующій томъ будетъ «болѣе серіознымъ и богатымъ». Мы бы посовѣтовали также обратить больше вниманія на корректуру: вышедшій томъ страдаетъ опечатками, извращающими смыслъ рѣчи, напр. «націоналізм» вм. «раціонализм», «безнутным» вм. «безсмертным», «книжки» вм. «колиски» и т. п.

А. Крымскій.

## 2. Журналы и Газеты.

Anthropologie (L'). IV 1. A. Hagen. Les Indigenes des Îles Salomon; Th. Reinach. De quelques faits relatifs à l'histoire de la circoncision chez les peuples de la Syrie. Его-же: Le Chêne dans le médecine populaire. Рецензія на книги и брошоры: Delisle, F. La déformation du crâne chez les Indiens du N. O. Amérique, Westenberg; C. I. Idées religieuses des Battaks-Karo.; Madsen, A. P. Une centaine de tombeau de l'âge de la pierre; Anutschin, D. Sur les restes de l'Ursus spelaeus et d'Ovibos fossilis trouvés en Russie; Nikitin, S. Sur la constitution des depots quaternaires en Russie et leur relations aux trouvailles, résultats de l'activité de l'homme préhistorique; I. Vinson, La langue basque; Bladé, I. F. Les Ibères.; Cartailhac, Quelques notes sur les Basques; Cartailhac, Monuments primitifs des Îles Baléares; Darlet Note sur un monument funéraire découvert pres de Siliac.

Archiv (Internationales) für Ethnographie. VI. 2. H. Strebel, Nachtrag zu Studien über Steinjoche; A. L. van Hasselt, Aanteekeningen omtrent de pottenbakkerij in de Res. Tapanoeli.; I. Kollmann, Die ethnologischen und rassen-anatomischen Studien in Britisch Indien.; Boas, F. Anthropologie in America; Schmeltz, D. E. Ethnographie der Sudost-und-Sudwest Indien (Molukken); Kern, H. Bijdragen tot de volkerkunde in russische tijdschriften (приведены выдержки и указания статей изъ слѣдующихъ изданій: Сборникъ материаловъ для описанія мѣстностейъ и племенъ Кавказа, вып. 12, 13, 14, „Записки Кавказскаго Отд. Ним. Русск. Геогр. Обш.“ кн. ХІІІ, вып. 2, „Извѣстія Восточно-Сибирскаго Отд. И. Р. Г. Обш.“ XXIII т., вып. 4 и 5). E. Seller, Die historische Ausstellung in Madrid. I. D. E. Schmeltz, Masken in Niederländisch Neu-Guinea; Его-же: Human sacrifice in New-Guinea; Eine Keule, als Waffe der Frauen von Engano; Ein Panzer aus Kokosfasern von den Aaru-Inseln; Ein Handbuch der Ethnographie von Niederländisch Indien; Netzarbeiten aus dem Stromgebiet des Kongo; Examen der chinesischen Beamten.; Ausgrabungen in Sendschirli; Chapes of Currency from barter to money.

Athenenm. Mars. A. Matушевскій. Дьяволъ въ повзіп.

Бестда. 6. Предложеніе присылать мѣстныя пословицы, поговорки, присловья, скороговорки, присказки и друг. характерныя п общеупрѣобѣтительныя выраженія и обороты устной рѣчи (въ открытыхъ или простыхъ письмахъ, по адресу: Полтава. Дѣйств. Стат. Сов. Н. П. Тимовееву, собств. домъ).

Босанска Вила (въ Сараевѣ) 1893г. 4 и 5. Н. Н. Херцеговац, Какая разница между здравицами (напойницами) въ день крестнаго имени и свадьбы, Изъ обычаевъ въ Гацкѣ. І. Авторъ приводить самые тексты довольно большихъ здравицъ. Здравицы составляютъ искусство извѣстныхъ способыхъ къ тому людямъ.—Сербскій народныя произведенія: женитьба Милича байрактара (пѣсня, сообщ. Душианъ С. Поповичъ), Накичепа Мара (пѣсня, сообщ. Любомиръ М. Буминацъ), Потвора (пѣсня, сообщилъ Павель Соларичъ), Янко и Стоя, серб. нар. разсказъ (оковч., сообщ. Диміло Л. Митровичъ).—Сербскія народныя загадки (№№1—13, сообщ. В. Н. Карапанджичъ); Волки и собаки (басня, сообщ. П. Мирковичъ); Двадцать па-