— LIV —

Définitif, записка эта могла быть прочитана еслибы паписана была на французскомъ или русскомъ языкѣ; но что она будетъ передана въ Издательную Коммисію *.

Тутъ попросилъ слова г. Оппертъ, чтобы изложить сообра-
женія свои о языкахъ не принадлежащихъ, ни къ арійской, ни къ
семитской семьѣ, слѣды коихъ сохранились въ клинчатыхъ надпи-
сяхъ. „Въ Иранѣ — сказалъ онъ — существовало нѣкогда племя, не
арійскаго и не семитскаго происхожденія, которое можетъ быть
названо Сузо-Мидійскомъ. Цѣлые вѣка господствовало оно въ
Иранѣ и Хузистанѣ прежде чѣмъ наступило тамъ арійское господ-
ство Персовъ. Одинъ изъ языковъ этого племени — языкъ Мидій-
скій: на немъ писаны ахеменидскія клинчатыя надписи второй
системы. Другой языкъ того же племени употреблялся въ Сузіанѣ,
и слѣды его встрѣчаются въ памятникахъ отъ 2300 до 560 лѣтъ
передъ Р. Х.“

Указавъ затѣмъ на характеристическія особенности сузо-ми-
дійской группы языковъ, сравнивъ ихъ между собою, и опредѣ-
ливъ отличительныя черты каждогоъ, г. Оппертъ прочелъ нѣсколько
сдѣланныхъ имъ переводовъ изъ надписей сузійскаго царя Сут-
рукъ-Нахунта и его преемниковъ, Силгакъ Кудуръ-Нахарта и
Ундасъ-Армана.

Послѣ этого, Предсѣдатель прочелъ девять изъ вопросовъ Орг.
Комитета относящихся до Средней Азіи, и пригласилъ присут-
ствующихъ къ обсужденію оныхъ.

Изъ этихъ вопросовъ даны были разъясненія только по слѣ-
дующимъ пяти **:

По вопросу (№ 4 программы): „Существовалъ-ли до Чингисъ-
Хана родъ или народъ носившій имя Монголовъ, или имя Монголъ
есть только династическое названіе, принятое Чингисомъ для ос-
нованнаго имъ государства“?—представлена была Собранію г. Лон-
гомъ, отъ имени маіора Раверти (изъ Калькутты), записка, ко-
торую и опредѣлено передать въ Издательную Коммисію. Кромѣ
того, вызвался говорить о предметѣ г. Говорсъ. „Для исторіи
Монголовъ — сказалъ онъ — существуютъ два разряда источниковъ:
писатели персидскіе и писатели китайскіе. Первые узнали

* Съ закрытіемъ Съѣзда обязанности предполагавшейся Издательной Ком-
мисіі перешли къ Исполнительному Комитету Съѣзда. Вообще всѣ записи
доставленныя Съѣзду и не читанныя на засѣданіяхъ опредѣлялось неедавать
въ Издательную Коммисію, почему объ этомъ и не будетъ упоминаемо въ от-
четѣ о слѣдующихъ засѣданіяхъ.

** Вопросы подъ № 3, 5 и 6 остались безъ обсужденія.

— LV —

о существованіи Монголовъ лишь во времена Чингисъ-Хана: внукъ Гулаку, внука Чингисъ-Ханова, поручилъ везирю своему Рашидъ-эд-Дину написать исторію Монголовъ, чтò тѣмъ и было исполнено. Цѣль записки маіора Раверти—разсмотрѣть критически извѣстія о возникновеніи Монголовъ, встрѣчаемыя у Рашидъ-эд-Дина и послѣдующихъ персидскихъ историковъ. Рашидъ-эд-Динъ писалъ въ XV вѣкѣ, стало быть могъ знать весьма не многое о Монголахъ до эпохи Чингисъ-Хана. Что касается до китайскихъ источниковъ то, на основаніи ихъ писалъ о происхожденіи Монголовъ берлинскій академикъ Шоттъ. Въ исторіи династій Цзинь (Kin) и Кидань (Kitan) встрѣчается часто имя Монголъ-Шивей, какъ общее обозначеніе большей части обитателей на китайскихъ предѣлахъ. Монголъ и было спеціальнымъ именемъ Шивейцевъ. Г. Васильевъ полагаетъ что имена Монголи и Мону, встрѣчаемые въ помянутыхъ источникахъ, обозначаютъ скорѣе Манчжуровъ и Тунгусовъ; но я нахожу въ этихъ источникахъ такія обстоятельства, которыя могутъ относиться только къ народу позднѣе являющемуся подъ именемъ Монголовъ. Сананъ-Сецэнъ говоритъ, правда, что имя „Монголъ“ только Чингисъ-Ханомъ дано было своимъ подданнымъ; но на писателя этого нельзя полагаться въ извѣстіяхъ его о временахъ ранѣе XV вѣка. Для этихъ временъ заслуживаютъ довѣрія только извѣстія китайскихъ источниковъ“.

По вопросамъ программы: „Смыслъ, въ какомъ употребляются теперь европейскими учеными термины Туранъ, Туранскій, соответствуетъ-ли тому, какой имѣли эти термины у древнихъ Персовъ? Не употреблялось-ли послѣдними слово Туранъ, какъ терминъ чисто-географскій, съ которымъ не соединялось никакого представленія объ этнографической противуположности Туранскаго населенія съ Иранскимъ? (№ 18) и „Съ какихъ поръ народы, прichисляемые къ Туранскому Племени, въ нынѣшнемъ смыслѣ этого слова, стали занимать пространства Средней Азіи на югъ отъ Тяньшаня? Не населяли-ли до того этихъ пространствъ исключительно народы Индо-европейской Семьи (предки Кельтовъ, Германцевъ, Славянъ и т. д.?” (№ 19) — В. В. Григорьевъ, предложившій въ Орг. Комитетъ оба эти вопроса съ цѣлію разъясненія ихъ со стороны западныхъ оренталистовъ, представилъ, —такъ какъ желаннаго разъясненія не было дано никѣмъ изъ присутствующихъ — слѣдующія соображенія: “Часто случается что употребляемому въ наукѣ термину придается значеніе недостаточно ясное и опредѣленное, и потому еще болѣе увеличивающее путаницу понятій, столь часто, къ сожалѣнію, встрѣчающуюся. Это случилось и съ терминами Туранъ и Туранскій. Персы называли Тураномъ страну лежащую

— LVI —

на съверъ отъ Аму-Дарьи, а Ираномъ — страну на югъ отъ этой
рѣки. Въ наше время стрӑны на съверъ отъ Аму населены, пре-
имущественно, народностями говорящими на разныхъ тюркскихъ
нарѣчіяхъ. Этотъ-то фактъ и подалъ поводъ къ ошибочному за-
ключенію будто означенные страны были искони обитаемы тюрк-
скими народами, а, слѣдовательно и Туранъ Персовъ было страною
туркскою. Но изъ древнѣйшихъ китайскихъ историковъ видно что
нынѣшніе Западный и Восточный Туркестанъ былъ въ древности,
еще далеко до временъ Р. Х., населены народами физіологически
отличными отъ тюркскихъ, народами, которыхъ, по разнымъ
основаніямъ, должно признать за арійскіе. Къ какому-же или
какимъ арійскимъ семействамъ принадлежали эти народы? Нѣко-
торые ученые, и въ томъ числѣ почтенный археологъ и лингвистъ
нашъ П. И. Лерхъ, полагаютъ что то были народы говорившіе по
персидсей; я-же увѣренъ что это были предки Славянъ, Герман-
цевъ и Литовцевъ: только изъ Средней Азіи могли народы эти
притти въ Европу. Нѣсколько лѣтъ уже тому какъ все это изло-
жено подробно въ изслѣдованіи моемъ „О скийскомъ народѣ Са-
кахъ“. Ошибочное употребленіе терминовъ Туранъ и Туранскій
происходить отъ того, что лингвисты имѣли всегда недостаточныя
познанія въ исторіи, а историки, наоборотъ, были плохими лингви-
стами“.

По 21-му вопросу программы: «Гдѣ доказательства что Маверан-
нагръ въ концѣ Х вѣка по Р. Х. отнять былъ у Саманидовъ ха-
нами Уйгуровъ (какъ принято это вообще въ Европѣ), а не ка-
кого-либо другаго тюрскаго народа, и не были-ли такимъ народомъ
именно Харлухи?» — сообщеніе сдѣлано было также В. В. Гри-
горьевымъ, которымъ поставленъ и самый вопросъ. «Я старался
разъяснить сейчасъ—сказалъ онъ—какую путаницу производить въ
наукѣ ошибочное употребленіе тѣхъ или другихъ терминовъ. Съ
такимъ же ошибочнымъ употребленіемъ встрѣчаемся мы и въ на-
стоящемъ случаѣ. Уйгуры—народъ о которомъ говорятъ не имѣя
яснаго представленія чтò это такое. Существовалъ, дѣйствительно
народъ этого имени, несомнѣнно тюркскій, жившій на оконечности
Тянь-шаня, по памятниковъ языка, которые бы несомнѣно при-
надлежали этому народу, мы не имѣемъ. Въ настоящее время,
знаемъ мы, страны эти населены мусульманами, говорящими на
какомъ-то тюрскомъ нарѣчіи; къ какой группѣ тюркскихъ языковъ
принадлежить оно и какія его особенности? Это могъ бы опредѣ-
лить только специальный знатокъ тюркскихъ нарѣчій, но ни одинъ
изъ таковыхъ не проникалъ еще доселѣ въ древнюю Уйгурію: такъ
что ни древняго, ни новаго языка этой страны мы не знаемъ, рав-

-- LVII --

но какъ и того, продолжаетъ-ли настоящее населеніе ея звать себя Уйгурами или хотя считать себя ихъ потомками. При такой малоизвѣстности Уйгуровъ, во всѣхъ сочиненіяхъ западныхъ ученыхъ по исторіи Средней Азіи упоминается что Мавераннагръ, находившійся подъ владычествомъ Саманидовъ, былъ, въ концѣ Х вѣка, завоеванъ Тюрками-Уйгурами. Между тѣмъ, изъ мусульманскихъ писателей—единственныхъ источниковъ касающихся этого событія—видно что Мавераннагръ былъ завоеванъ почти исключительно Турками населявшими Кашгаръ и Баласагунъ; а въ этихъ странахъ, но свидѣтельству тѣхъ же арабскихъ источниковъ, господствовалъ тогда тюрскій народъ именовавшійся Харлухами. Такимъ образомъ, нѣтъ ни малѣйшаго основанія приписывать Уйгурамъ то, что было совершено Харлухами: это было бы тоже самое, что приписывать Полякамъ побѣды одержанныя Русскими надъ властителями Золотой Орды".

По 22-му вопросу программы—относительно араба Абу-Дулафа и его рисале—отвѣтъ также принадлежалъ В. В. Григорьеву, которымъ возбужденъ и самый вопросъ. Въ объясненіяхъ своихъ онъ повторилъ то же мнѣніе которое уже было высказано имъ печатно четыре года тому, въ журналѣ Министерства Народнаго Просвѣщенія, и по которому путешествіе приписываемое арабскому поэту Абу-Дулафу Мисару ибнъ-Мугальгию, ни имъ и никѣмъ другимъ совершено не было, а рисале въ которомъ это путешествіе описывается — плохая, исполненная невозможностями компиляція, составленная кѣмъ-либо по устнымъ разсказамъ бывалыхъ въ Индіи и Средней Азіи мусульманскихъ торговцевъ.

Относительно 7-го вопроса—о согдійскихъ письменахъ—заявлено было П. И. Лерхомъ, что онъ дастъ разъясненія свои по этому предмету въ засѣданіи по отдѣлу Археологіи и Нумизматики.

Когда было, такимъ образомъ, покончено съ изложенными вопросами, представили Собранію: г. Дерони—два первые тома „Трудовъ“ перваго международнаго сѣзда орьенталистовъ въ Парижѣ; г-жа Федченко — альбомъ литографированныхъ видовъ, снятыхъ во время путешествія ея, вмѣстѣ съ покойнымъ ея мужемъ, въ Бухару и Коканъ, въ 1868—1871 годахъ; г. Веселовскій — статью г. Ростиславова подъ заглавіемъ „Очеркъ видовъ поземельной собственности и поземельный вопросъ въ Туркестанскомъ Краф“; г. Чарыковъ — толковый каталогъ хранящимся въ Главномъ Московскомъ Архивѣ Министерства Иностр. Дѣлъ документамъ о сношеніяхъ Россіи съ азіатскими государствами съ XV по XVIII вѣкъ включительно: трудъ исполненный по мысли и подъ руководствомъ директора означеннаго архива, барона Θ. А. Бюлера. Пред-

5

— LVIII —

съдатель счелъ долгомъ своимъ обратить на эту работу особенное
вниманіе Собранія, какъ на могущую быть весьма полезною для
всѣхъ занимающихся исторіею народовъ Востока, и предложилъ
напечатать представленную рукопись, чтò Собраніе одобрило и съ
своей стороны.

Тутъ президентъ Съѣзда поднялъ вопросъ касающійся самой
организаціи конгреса орьенталистовъ. По Règlement Définitif пер-
ваго, парижскаго, съѣзда, сообщенія и дебаты на съѣздахъ орьен-
талистовъ могутъ имѣть мѣсто лишь на французскомъ языкѣ, или
на языкѣ той страны гдѣ собрался конгресъ. Заявивъ, что многіе
изъ членовъ находятъ такое ограниченіе стѣснительнымъ, В. В.
Григорьевъ предложилъ допустить употребленіе и другихъ язы-
ковъ.

Собраніе, значительнымъ большинствомъ голосовъ, изъявило
согласіе на это предложеніе.

Тогда г. Шеферъ замѣтилъ что такое рѣшеніе обязательно
лишь для настоящаго, петербургскаго, съѣзда, а г. Лонгъ, поль-
зуясь означеннымъ рѣшеніемъ, вошелъ на каоведру и прочелъ помя-
нутую выше записку свою на англійскомъ языкѣ „объ Арійскомъ Пле-
мени, его началъ въ Средней Азіи, и распространеніи оттуда въ Ев-
ропу и Индію“. „Англійскіе и русскіе члены Конгреса — началъ
г. Лонгъ—принадлежать къ одному и тому же племени, выселивше-
муся 5000 лѣтъ назадъ, изъ Средней Азіи въ Европу и Индію. Съ
тѣхъ поръ какъ, почти одновременно, были основаны Петербургъ и
Калькутта, границы русскихъ и британскихъ владѣній въ Азіи посте-
пенно сближались и нынѣ, къ счастію человѣчества, находятся на
разстояніи не болѣе 300 миль между собою. Единство происхожденія
и интересовъ Русскихъ и Англичанъ да возбудитъ въ обѣхъ на-
ціяхъ соревнованіе въ дѣлѣ распространенія мира и религіи въ
странахъ бывшихъ колыбелью ихъ собственныхъ предковъ!" Затѣмъ
лекторъ выставилъ 13 вопросовъ рѣшеніе которыхъ, по его мнѣ-
нію, представляетъ большія трудности, но трудности эти могли бы
значительно облегчиться вслѣдствіе новыхъ открытій сдѣланныхъ
въ Египтѣ, въ Ассиріи и т. д., и особенно при совокупныхъ къ
тому усиліяхъ русскихъ и англійскихъ ученыхъ. Вопросы эти та-
ковы:

1) Изъ какой страны забраллись Арійцы въ Среднюю-Азію?

2) Въ какое время совершился этотъ переходъ?

3) Какъ долго оставались они въ Средней-Азіи?

4) Какія были причины выселенія ихъ оттуда?

5) Какими путями двигались они оттуда въ Европу и Индію?

6) Какія именно пространства занимали они въ Средней-Азіи?

— LIX —

7) По прибытіи ихъ въ Индію, какія части этой страны нашли они занятыми туранскими и туземными племенами?

8) Арійская цивилизація въ Средней-Азіи не предшествовала ли цивилизаціямъ ассирійской и египетской, и не было ли между ними связи?

9) Какой народъ пришелъ первымъ въ Европу: Греки или Этуรуски?

10) Вскорѣ-ли вслѣдъ за ними пришли Кельты?

11) Послѣдними-ли оставили свое общее отечество Славяне?

12) Двигались-ли Арійцы въ Индію черезъ Гиндукушъ?

13) Остаются-ли какіе слѣды арійскаго движенія (вглубь Европы) въ басейнахъ Окса, морей Каспійскаго и Чернаго, на Кавказѣ и, наконецъ, на Дунаѣ?

Въ заключеніе засѣданія, г. Шеферъ обратилъ вниманіе Собранія на воцросъ объ изданіи арабскаго подлинника обширной исторіи Табари. Ученый міръ—сказалъ онъ—давно ожидаетъ этого изданія, настоященная необходимость котораго требуется вслѣдствіе особенной важности этого творенія для исторіи обширной части Мусульманской Азіи и Восточной Европы. Но дѣло это не по силамъ одному ученому, скажу даже цѣлому кружку ученыхъ, такъ какъ сочиненіе Табари займетъ около двадцати томовъ и потребуетъ поэтому значительныхъ издержекъ. Тѣмъ не менѣе, изданіе арабскаго текста Табари мужественно предпринимается нынѣ г-омъ де-Гуѣ, послѣ того какъ, болѣе сорока лѣтъ назадъ, брался за него покойный Козегартенъ. Тогда предпріятіе это встрѣтило очень сочувственный приемъ, между прочимъ, и въ Петербургѣ. Вслѣдствіе этого, предлагаю Собранію выразить желаніе чтобы Конгресъ ходатайствовалъ передъ Императорскимъ правительствомъ о благосклонной поддержкѣ этого изданія, въ виду его столь высокаго научнаго значенія".

Предложеніе это принято было Собраніемъ съ полнымъ сочувствіемъ.

Засѣданіе окончилось въ часть 40 минутъ пополудни.

Засѣданіе по отдѣлу Кавказъ, Подкавказье и Крымъ.

$'21 августа rac{3 сентября}{ }$ вечеромъ.

За внезапною болѣзнію предсѣдателя этого отдѣла, М. А. Гамазова, засѣданіе, въ 8 часовъ вечера, открыто было, въ присутствіи вице-предсѣдателя Р. Коста, вице-предсѣдателемъ А. П. Бержё.

Президентъ Съѣзда, В. В. Григорьевъ, читаетъ письмо Э. Ренана, въ которомъ знаменитый писатель выражаетъ сожалѣніе что не можетъ пріѣхать въ Петербургъ для участія въ занятіяхъ Конгреса.

А. П. Бержё сообщаетъ краткія свѣдѣнія о народной про-
мышленности на Кавказѣ, обращики которой доставлены на Вы-
ставку.

В· В. Григорьевъ входитъ опять на каеодру для нѣсколь-
кихъ словъ по поводу выраженія „Кавказское Племя“. „Терминъ
этотъ — сказалъ онъ — весьма употребителенъ въ этнографіи, бла-
годаря авторитету Блуменбаха; но онъ породилъ ошибочное мнѣ-
ніе будто многочисленная семья человѣческаго рода, обозначаемая
такимъ образомъ, имѣла колыбелью своею Кавказскія Горы — оши-
бочное мнѣніе, въ которомъ Блуменбахъ нисколько не повиненъ:
„Кавказскимъ Племенемъ“ окрестили онъ группу извѣстныхъ на-
родовъ потому только, что, въ его краніологической коллекціи,
совершеннѣйшимъ представителемъ этого племени былъ черепъ
черкешенки изъ Подкавказья. Натуралисты прошлаго столѣтія не
вникли въ это обстоятельство, и пустили въ ходъ гипотезу о
Кавказѣ какъ о родинѣ бѣлотѣлой расы, гипотезу которая и нынѣ
встрѣчается у этнографовъ и антропологовъ, и притомъ не въ каче-
ствѣ гипотезы, а чуть не историческаго факта. Кавказъ потому уже
не могъ быть колыбелью какого-либо народа, что въ горахъ ищутъ
убѣжища только народы вытѣсняемые съ равнинъ. По этой именно
причинѣ въ горахъ и слѣдуетъ искать остатковъ исчезающихъ
племенъ: таковы, на-примѣръ, Баски, Албанцы. Но если, такимъ
образомъ, Кавказъ не былъ колыбелью „Кавказскаго Племени",
то-есть бѣлотѣлыхъ народовъ, то откуда- же явились они въ Ев-

— LXI —

ропу? Для меня несомнѣнно, что все нынѣшнее населеніе Европы вышло изъ Средней-Азіи двумя путями: или слѣдуя по южную сторону Кавказа (черезъ Малую-Азію и Θακιοю или Греческій-Архипелагъ) или по сѣверную его сторону (черезъ Астраханскія и Придонскія степи), т. е. во всякомъ случаѣ обходя Кавказъ. Относительно послѣдняго пути имѣемъ мы положительныя указанія у Геродота, который разсказываетъ что, за два вѣка до его времени, Скиян изгнали Киммеріянъ изъ странъ лежащихъ къ сѣверу отъ Каспійскаго Моря, а въ его время, въ V столѣтіи до Р. Х. Киммеріяне были отодвинуты еще далѣе на западъ, а все сѣверное побережье Чернаго Моря занято было уже Ски. Имя послѣднихъ замѣнилось тутъ скоро, какъ видимъ изъ Страбона и Птоломея, именемъ Сарматовъ, также пришедшихъ изъ странъ къ сѣверу отъ Каспія; а Сарматы, въ свою очередь, по свидѣтельству Амміана Марцеллина, уступили мѣсто Аланамъ, послѣднимъ, по-видимому, изъ Индо-Европейскихъ народовъ, пришедшимъ изъ Азіи. Киммеріяне Скиян, Сарматы, Аланы — несомнѣнно предки нынѣшнихъ Германцевъ, Славянъ, Литовцевъ. Замѣчу при этомъ, что по мѣрѣ того какъ арійскіе народы (арійскіе въ обширномъ смыслѣ) покидали Среднюю-Азію, ихъ мѣстá тамъ занимали народы тюркскіе, которые, потомъ, вмѣстѣ съ угорскими, тоже, съ IV вѣка, потянулись въ Черноморье и проникли, частію, въ Среднюю и Южную Европу. Впрочемъ и Арійцы не всѣ выбрались изъ Средней Азіи; аборигены Западнаго-Туркестана еще доселѣ говорятъ на персидскомъ языке, который, даже и въ Восточномъ-Туркестанѣ, уступилъ мѣсто тюркскимъ нарѣчіямъ лишь въ весьма позднее время: съ точки-же зрѣнія антропологической населеніе Восточнаго Туркестана какъ прежде было, такъ и теперь остается, значительною частію арійскимъ“.

Послѣ В. В. Григорьева слово принадлежало опять А. П. Береж. Въ этотъ разъ говорилъ онъ объ этнографическихъ предметахъ съ Кавказа, находившихся на Выставѣ. „Если — изложилъ онъ — задаться отысканіемъ у народовъ Кавказа такихъ предметовъ, въ которыхъ сохраняется оригинальный характеръ, представляющій этнографическую цѣнность, и которые еще не выяснены европейскою промышленностью и не подверглись вліянію западной культуры, то вниманію нашему представляться, прежде всего, два рода произведеній: 1) ткани шерстяныя и шелковыя, и 2) мѣдные сосуды. Первыя суть мѣстное издѣлѣ мусульманскаго населенія Кавказа, и отличаются прочностію, гармоніей цвѣтовъ и оригинальностью узора, который всегда составляется изъ прямыхъ ломаныхъ линій. Смотря на представленные обращики прочныхъ

— LXII —

шелковыхъ джиджимовъ, паласовъ и попонъ, нельзя не отдать
справедливости искусству бѣдныхъ татарскихъ дѣвушекъ, кото-
рыми изготовляются эти издѣлія при самыхъ первобытныхъ къ
тому приспособленіяхъ: Хағыктеристические рисунки означенныхъ
тканей и превосходное качество ихъ противустоятъ доселѣ вліянію
процессовъ западной фабрикаціи. Тоже должно сказать и о мѣд-
ныхъ сосудахъ, изъ которыхъ украшаются въ-особенности упо-
требляемые благочестивыми мусульманами для омовеній: рисунки и
формы этихъ сосудовъ, произведеніе иранскаго духа, сохраняются
неизмѣнно въ теченіе тысячелѣтій".

Собраніе разошлось въ 9¼ часовъ вечера.

Засѣданіе по отдѣлу Турція, Аравія, Египетъ.

$$
\frac{22 августа}{4 сентября} \text{ утрочь.}
$$

Подъ предсѣдательствомъ Ахмеда Вефи къ-Эфенди, при
вице-предсѣдателяхъ А. Меренъ и В. Райтѣ, открылось,
въ 10 ч. 30 минутъ, сообщеніемъ А. Я. Гаркави въ объ-
ясненіе того мѣста у Масуди, въ „Золотыхъ Лугахъ“, гдѣ чи-
таемъ, что „Славяне были нѣ когда соединены подъ властію од-
ного царя по имени Маджекъ, происходившаго изъ племен Ве-
линана“. По мнѣнію г. Гаркави, извѣстіе это заимствовано Масу-
діемъ изъ Эль-Хоррами, бывшаго въ плѣну у Византійцевъ; а
византійскіе писатели того времени говорятъ о войнѣ между Сла-
вянами и Византійцами, и о пораженіи послѣдними славянскаго
вождя по имени Музокъ, котораго Славяне называли царемъ. Это-то
событие и послужило основою для разсказа арабскаго писателя: его
Маджекъ несомнѣнно Музокъ Византійцевъ, славянское мужъ, въ
уменьшительной форме мужскъ, а Велинана могло произойти чрезъ
искаженіе имени Влахи, Волохи, какъ древніе Славяне и Гер-
манцы называли римскихъ колонистовъ Дакіи *.

Г. Даранбуръ представилъ Собранію первые отпечатан-
ные листы двухъ предпринятыхъ имъ изданій: 1) еврейскаго тек-
ста, съ французскимъ переводомъ, мелкихъ сочиненій Абуль-Ва-

* Собшеніе г. Гаркави напечатано цѣликомъ во II-мъ томѣ «Трудовъ»
Съѣздѣ, стр. 335—341.

—LXIII—

лида ибнъ-Джанны изъ Кордовы, и 2) арабскаго текста знамени-
таго грамматическаго труда Сибавайга. При этомъ г. Даранбургъ
заявилъ что для послѣдняго изданія пользуется онъ, между прочимъ,
съ 1866 года, рукописью Азіятскаго Музея Имп. Академіи Наукъ,
и, нѣсколько позже полученную имъ, рукописью Императорской Пу-
бличной Библіотеки, и, по этому случаю распространился въ бла-
годарности Русскому Правительству за всегдашнюю готовность съ
какою оно предоставляетъ сокровища своихъ общественныхъ хра-
нилищъ въ пользованіеученыхъ.—Словà эти покрыты были продолж-
ительными рукоплесканіями.

Затѣмъ, послѣ предъявленія, присланной г. Ягелемъ, за-
писки его „о XVII-й египетской династіи*, г. Говорсъ (изъ
Манчестера) представилъ Собранію статью свою „о Хазарахъ*, и
изложилъ изустно содержаніе ея, заключающееся въ томъ что Хазаре
были народъ тюркскій, а не угорскій *.

За Говорсомъ, выступилъ г. де-Гуѣ съ сообщеніемъ объ араб-
ской рукописи Кэмбриджскаго Университета, заключающей въ себѣ
исторію Аббасидовъ аль-Якуби, до сихъ поръ неизвѣстную и весьма
важную по содержанію **.

В. Д. Смирновъ прочелъ, затѣмъ, записку объ одной тюрк-
ской рукописи, принадлежащей Императорскому С.-Петербургскому
Университету, и содержащей въ себѣ, по отзыву референта, рядъ
эпическихъ разсказовъ, являющихся подражаніемъ разнымъ эпизо-
дамъ Шахъ-намэ, въ перемежку съ другими народными мусульман-
скими легендами. Рукопись эту, писанную на старо-турецкомъ
языкѣ, относить онъ, по разнымъ признакамъ, къ XVI-му столѣтію.
Разсказы изобилуютъ собственными именами, въ числѣ которыхъ
встрѣчается имя Илья-шаха: это царь арабскій, дядя Соломона,
проживающій въ Багдадѣ, ничѣмъ особеннымъ себя не ознамено-
вывающій, и потому, повидимому, неимѣющій ничего общаго съ
героемъ русскихъ былиń Ильею-Муромцемъ: трудно однакожь, по
мнѣнію референта, приписывать чистой случайности появленіе
имени Илья въ тюрскомъ произведеніи, тѣмъ болѣе что въ той же
рукописи встрѣчается также имя пеглевана Картуса, въ которомъ
нельзя не признать видоизмѣнной и переходной формы имени
Кей-Каусъ, превратившагося въ народныхъ русскихъ произведеніяхъ
въ Картаусъ и Картавусъ. Такой, хотя и единичный, фактъ наводитъ

* Статья г. Говорса, подъ заглавіемъ: *The Khazars*, were they Ugrians or Turks? вошла въ составъ II-го тома «Трудовъ» Съвѣза, стр. 127—149.

** Сообщеніе это напечатно во II-мъ томъ «Трудовъ» Съвѣда, стр. 153—166.

—LXIV—

г. Смирнова на мысль, что это имя (Илья) не есть исключитель-
ная принадлежность русской эпической поэзии, и заставляет со-
мнѣться чтобы имя русскаго богатыря было современно созданію
нашихъ народныхъ о немъ былиń.

Послѣ этого сообщенія, г. Захарь представилъ свой, совмѣстный
съ Голечкомъ, трудъ подъ заглавіемъ Eine Berechnung der Entfer-
nung des Sonnen Apogaeums von dem Frühlingspunkte bei Albiruni,
помѣщенный въ Sitzungsberichte der phil. histor. Classe der k.
Academie der Wissenschaften zu Wien) и по этому поводу горячо на-
стаивалъ на пользѣ изученія научной литературы Арабовъ для
исторіи цивилизаціи въ Средніе Вѣка, чему и привелъ нѣсколько
примѣровъ. При этомъ, упоминая о заслугахъ по части означен-
наго изученія, указалъ, какъ на таковую, на только-что изданный
Императорскою Академіею Наукъ переводъ „Описанія неподвиж-
ныхъ звѣздъ Абдъ-эр-Рахмана эс-Суфи“, изготовленный г. Schellje-
rup'омъ въ Копенгагенѣ. Въ заключеніе выражено было желаніе,
чтобы изученіе научной литературы Восточныхъ народовъ вновь
привлекло къ себѣ значительное число тружениковъ, въ послѣднее
время все болѣе и болѣе умалявшееся.

Затѣмъ Г. А. Муркōсъ, дамаскинецъ профессорствующій
въ Москвѣ, прочелъ записку подъ заглавіемъ: „Очеркъ современ-
наго положенія народнаго образованія въ Сиріи“, въ которой ука-
залъ на двоякое направленіе этого дѣла между туземнымъ араб-
скимъ населеніемъ, вслѣдствіе различія двухъ исповѣдываемыхъ
имъ религій: тогда какъ Мусульмане оказываются въ этомъ отно-
шеніи строгими консерваторами, Христіане обнаруживаютъ склон-
нсْсть къ европейскимъ нововведеніямъ. Упомянувъ о цивилизаціон-
ныхъ, въ учебномъ дѣлѣ, мѣрахъ, принятыхъ въ Сиріи Европей-
цами и Американцами, референтъ далъ краткій очеркъѣмъ стныхъ
школѣ, ихъ устройства, и употребляемыхъ въ нихъ учебниковъ.
Въ заключеніе сообщилъ данные о числѣ училищѣ въ Сиріи вообще
и въ-особенности объ устроенныхъ тамъ разными корпораціями,
равно какъ статистическія свѣдѣнія о тамошнихъ ученыхъ и ли-
тературныхъ обществахъ, о печати и типографіяхъ.

Послѣ этихъ сообщеній, собраніе перешло къ обсужденію от-
носящихся къ Отдѣлу вопросовъ программы.

Первымъ поставленнымъ вопросомъ былъ 13-й: „На сколько
взаимныхъ отношенія аравійскихъ колѣнъ во времена предшество-
вавшія Магомету могутъ служить для разъясненія политическаго
быта Израильскихъ колѣнъ въ периодъ Судей“? По этому вопросу
Д. А. Хвольсонъ, предложившій его въ Орг. Комитетѣ, ука-
залъ на сходство взаимныхъ отношеній, существовавшее между

— LXV —

израильскими колѣнами и колѣнами аравйскими до Магометовой эпохи, и настаивалъ на важности изученія этихъ отношеній между послѣдними для яснаго уразумѣнія исторіи Израильтянъ во времена Судей.

Г. Штикель подтвердилъ, съ своей стороны, воззрѣніе г. Хвольсона на пользу изученія древней арабской жизни для экзегетики Ветхаго Завѣта: онъ самъ уже, въ этихъ видахъ, прибѣгалъ къ такому изученію; именно изученіе огромнаго романа объ Антарѣ доставило ему драгоцѣнныя данные для объясненія многохъ темныхъ мѣстъ въ Ветхомъ Завѣтѣ. Нельзя, однако же, согласиться съ мнѣніемъ г. Хвольсона, что у Израильскаго Народа въ периодъ Судей не было національнаго чувства: чтобы убѣдиться въ противномъ, достаточно указать на пѣснь Деворры, памятникъ выдержавшій самыя сильныя нападенія новѣйшей критики.

Это замѣчаніе вызвало, со стороны г. Хвольсона, отвѣтъ, что онъ отнюдь не думалъ отрицать національное чувство у Евреевъ, а утверждалъ только, что оно не было развито у нашихъ достаточно. Г. Штикель закончилъ споръ замѣчаніемъ, что понятіе, выражаемое словами „національное чувство", не достаточно опредѣленно и потому подаетъ поводъ къ недоразумѣніямъ.

По вопросу 15-му: „Какія именно обстоятельства прекратили вдругъ, въ началѣ ХІ вѣка, торговлю между Мусульманскимъ Востокомъ и Сѣверною Европою, процвѣтавшую постоянно въ теченіи VII-X столѣтій", В. В. Григорьевъ, которому принадлежалъ этотъ вопросъ въ Орг. Комитетѣ, счелъ нужнымъ напомнить, что о древней торговле между Азіею и Европою, производившейся въ Средніе Вѣка черезъ Россію — писано и переписано, но причины внезапнаго прекращенія этой торговли въ ХІ вѣкѣ все еще не объяснены, хотя вопросъ этотъ интересенъ не только для Русскихъ, но и для другихъ народовъ на побережьяхъ Балтійскаго Моря. О широкихъ размѣрахъ этой торговли въ означенный периодъ свидѣтельствуютъ массы восточныхъ монетъ VII-X вѣковъ, находимыя въ землѣ на пространствѣ Россіи и Прибалтійскихъ Странъ; позднѣйшая изъ такихъ монетъ относится къ 1011 году; съ этихъ поръ приливъ восточной монеты въ Восточную Европу прекращается; прекращается, значитъ, и торговля, обусловливавшая этотъ приливъ. „Я часто задавалъ себѣ вопросъ отчего это, но никогда не нападалъ на удовлетворительное объясненіе. Только г. Хвольсонъ, въ послѣднее время, высказалъ предположеніе, имѣющее нѣкоторый вѣсъ въ этомъ отношеніи. Надѣюсь что ученныйъ товарищъ мой не откажется самъ сообщить его Собранію“.

По этому вызову, г. Хвольсонъ изложилъ, что прекраще-

5

— LXVI —

ніе торговли между Азією и Восточною Европою произошло, по его мнѣнію, вслѣдствіе паденія Хазарскаго Царства. Хазаре, какъ свидѣтельствуютъ арабскіе писатели и извѣстное письмо хазарскаго хагана, жили въ странѣ къ сѣверу отъ Каспійскаго Моря, владѣли низовьями Волги и защищали устья этой рѣки отъ нападеній съ запада, то есть со стороны древней Руси и степныхъ кочевниковъ; когда-же, въ концѣ Х вѣка, князь русскій Святославъ Игоревичь разрушилъ Хазарское Царство, рушилось и благодѣтельное вліяніе Хазаръ на торговыя отношенія, о которыхъ идетъ рѣчь, такъ что торговля прекратилась въ самое короткое время.

На это Григорьевъ возразилъ, что паденіе Хазарскаго Царства и враждебныя отношенія къ Руси кочевниковъ водворившихся, вслѣдствіе того, на низовьяхъ Волги не представляются обстоятельствами достаточно объясняющими фактъ прекращенія торговли, шедшей изъ Азіи въ Европу до ХІ вѣка. Въ низовьяхъ Волги и Ника (Урала) жили, въ XVII и XVIII столѣтіяхъ, кочевники враждебные Русскимъ не менѣе предшественниковъ ихнихъ въ ХІ и ХІІ вѣкахъ, а между тѣмъ видимъ, что торговые караваны изъ Хивы и Бухары ходили тогда къ намъ безъ особыхъ затрудненій.

По тому же вопросу говорили далѣе гг. Говорсъ и Гаркави.

Г. Говорсъ замѣтилъ, что второй периодъ желѣзнаго вѣка въ Европѣ характеризуется нахожденіемъ золотыхъ издѣлій и византійскихъ монетъ; заканчивается онъ вдругъ, когда Печенѣги прекратили сношенія между Скандинавіею и Византіею. Третій периодъ желѣзнаго вѣка отличается обилиемъ находимыхъ въ землѣ серебряныхъ издѣлій персидскаго производства и куфическихъ серебряныхъ монетъ, проникавшихъ въ Европу черезъ посредство Хазаровъ: прекращеніе этого прилива должно тоже находиться въ связи съ паденіемъ хазарскаго господства въ низовьяхъ Волги и занятіемъ ихъ кочевниками, двигавшимися вслѣдъ за Печенѣгами.

Г. Гаркави, соглашаясь съ мнѣніемъ г. Хвольсона, дополнилъ его новыми соображеніями относительно того обстоятельства откуда могли притти въ Европу монеты битыя послѣ разрушенія Хазарскаго Царства въ периодъ съ 969 года, когда оно произошло, до 1011-го — обстоятельство, которое г. Хвольсонъ затруднялся объяснить. „Дѣло въ томъ — сказалъ г. Гаркави, что послѣ паденія хазарскаго господства на Волгѣ, существовало еще небольшое хазарское владѣніе на берегахъ Чернаго Моря; владѣніе это было разрушено Византійцами въ 1016 году, когда византійскій полководецъ Монгъ взялъ въ плѣнъ хазарскаго государя Георгія Цуло,

— LXVIII —

составленное при императорѣ Теммеи, въ 712 году по Р. Х., и „Нифонтъ - Шюки“, вышедшее въ свѣтъ при императорѣ Теншіо, въ 720 году. Сверхъ того, существуетъ много произведеній историче- скаго содержанія, изложенныхъ въ метрической формѣ, но они от- рывочны и не даютъ матеріала для полной исторіи страны. Что касается, затѣмъ, до значенія сіогуновъ, то они, хотя и управляли государствомъ вмѣсто микадо, находились однако всегда въ зави- симости отъ послѣднихъ. Первый сіогунъ жилъ въ началѣ ХІ вѣка, но только въ 1180 году императоръ Готова пожаловалъ одному изъ сіогуновъ, Іеритомо, титуль со-цуй-юши (главнокомандующаго всѣми японскими областями) и только съ этихъ поръ установи- лось преемство въ линіи сіогуновъ, продолжавшееся до 1866 года, когда сіогунъ Кеки возвратилъ свои права нынѣ царствующему императору. Такимъ образомъ правленіе сіогуновъ продолжалось 680 лѣтъ“.

Послѣ этихъ сообщеній, Собраніе перешло къ вопросамъ по- ставленнымъ Л. де-Рони.

По первому изъ этихъ вопросовъ: „Есть ли возможность воз- становить, въ интересѣ сравнительнаго языкознанія, языкъ коимъ говорили Китайцы въ періодѣ династіи Хань, а равно и языкъ употреблявшійся ранѣе того времени? — повелъ рѣчь самъ г. де- Рони. Упомянувъ объ усилияхъ ученыхъ группировать многочис- ленные языки Сѣверной, Средней и Восточной Азіи, не принадле- жащіе къ семействамъ арійскихъ и семитскихъ, въ настоящее время строго уже опредѣленнымъ, онъ замѣтилъ что наименованіе „Ту- ранцевъ“, придаваемое множеству различныхъ народовъ означен- ныхъ частей Азіи, еще не получило значенія точнаго термина, что такъ необходимо въ работахъ по языкознанію; „никто еще — про- должалъ г. де-Рони — не рѣшился принятъся за составленіе сравн- нительной грамматики языковъ, употребляемыхъ безчисленными на- родами и народцами, обозначаемыми безразлично этимъ наимено- ваніемъ. Въ основу словарныхъ и грамматическихъ работъ по этой отрасли языкознанія всего естественѣе было бы положить китай- скій, на которомъ говорятъ и пишутъ нѣсколько сотъ милліоновъ людей. Но странный по наружности строй этого языка представ- ляетъ всякую попытку сравненія его съ другими неточно, неосно- вательною, почти невозможною. Какъ, въ самомъ дѣлѣ, примѣнить сравнительный методъ къ языку, въ которомъ каждый корень со- ставляетъ уже слово, гдѣ всѣ слова, односложныя, состоящія всего изъ начального согласнаго звука за коимъ слѣдуетъ звукъ глас- ный или двоегласный, представляютъ притомъ мало разнообразія и звучатъ на одинъ ладъ. Словарь о. Василія Глемоны далеко не

— LXIX —

обширенъ, даетъ объяснёніе всего около 13,000 словъ, а и въ немъ, на-примѣръ, 229 словъ всѣ произносятся і, такъ что і зна-читъ по-китайски „новорожденный младенецъ“, „развернутыя зна-мена“, „я“, „онъ“, „она“, „волны“, „невольный смѣхъ“, „краси-вый“, „одежда“, „собака“, „могучій“, „стонъ“, „дверь въ ледникъ“, „подбородокъ“, „питать“, „сопля“, „сомнѣваться“, „носилки“, „соединять“, „забывать“, „сахаръ“, „рана“, „рычащій песъ“, „ежъ“, „свояченица“, „морская свинья“ и такъ далѣе и т. д. Ясно что языкъ такого образованія представляетъ поводъ къ какимъ угодно лингвистическимъ сближеніямъ самаго фантастическаго свойства, самымъ вреднымъ въ научномъ отношеніи. Притомъ, должно при-знать что звуковая система китайскаго языка подверглась, въ те-ченіе вѣковъ, измѣненіямъ столь значительнымъ, что было бы край-нею неосторожностію сравнивать съ современнымъ разговорнымъ языкомъ употребительнымъ въ Китаѣ (kouan-hoa), другие языки крайняго Востока: если эти-послѣдніе и заимствовали изъ китай-скаго, то заимствовали въ такое отдаленное время когда языкъ „Срединнаго-Царства“ существенно отличался отъ нынѣшней уст-ной рѣчи Китайцевъ. Къ числу языковъ обильно заимствовавшихъ запасъ словъ изъ китайскаго, принадлежить и японскій, болѣе тысячи лѣтъ уже пользующійся преимуществами фонетическихъ письменъ, правда, весьма несовершенныхъ, но, во всякомъ случаѣ, болѣе годныхъ для обозначенія звуковъ, нежели китайскія. Благо-даря этой, звукоизобразительной, системѣ своего письма, Японцы сохранили для насъ вѣрные слѣды произношенія китайскихъ словъ, ими заимствованныхъ, каково оно было въ архаическихъ времена ихъ исторіи, а именно въ тѣ вѣка когда царствовала въ Китаѣ великая Ханьская Династія. Засимъ, г. де-Рони сдѣлалъ краткое обозрѣніе результатовъ полученныхъ до сихъ поръ въ дѣлѣ воз-становленія разговорнаго языка древнихъ Китайцевъ, и показалъ какимъ образомъ фонетическія обозначенія Японцевъ помогли ему достигнуть результатовъ тѣмъ болѣе надежныхъ, что онъ могъ под-твердить ихъ сравнительнымъ изученіемъ китайскихъ словъ пере-шедшихъ въ языки корейскій и аннамскій. Вслѣдъ затѣмъ указалъ онъ какой новый и обильный матеріалъ для изслѣдованій по озна-ченному предмету доставила ему китайская транскрипція индѣй-скихъ словъ, проникшихъ въ Китай вмѣстѣ съ Буддизмомъ. Благо-даря этому матеріалу древняя система звуковъ китайскаго языка можетъ быть выяснена достаточно для того чтобы стать доступною для сравнительнаго лексикографическаго изученія на твердой почвѣ. Оказывается, на-примѣръ, что древній китайскій языкъ обладалъ порядочнымъ количествомъ двубуквенныхъ тэмъ, сходныхъ съ перво-

— LXX —

начальными элементами семитических корней, так что онъ,
г. де-Рони, достигъ уже, кажется ему, весьма цѣнных результатовъ: сходство китайскаго языка съ татарскимъ и даже съ японскимъ становится уже для него неоспоримымъ лингвистическимъ фактомъ. Такимъ образомъ, разговорный китайскій языкъ, хотя, по мнѣнію, г. де-Рони, и обладалъ первоначально лишь небольшимъ запасомъ словъ, но ихъ было достаточно для потребностей тогдашней первобытной культуры нисшихъ классовъ китайскаго народа. Рядомъ-же съ простонароднымъ языкомъ, бѣднымъ въ тѣ отданыня времена, небогатымъ и нынѣ, воздвигался постепенно обширный и величественный памятник идеографической письменности, которая давала сословію ученыхъ возможность заниматься самыми тонкими вопросами нравственной философіи и вообще всѣхъ отраслей человѣческаго изученія. Для объясненія этого послѣдняго факта г. де-Рони находить необходимымъ дополнить гипотезу, что въ глубокой древности китайская письменность развивалась внѣ народнаго соприкосновенія, въ средѣ какой либо особой касты, которая одна занималась литературой и философіей, и что въ то время когда для народа достаточно было одного звука, одного слова, корня — для выраженія какой-либо противѣйшей идеи или практической мысли, въ средѣ касты выработывалось болѣе или менѣе значительное число идеографическихъ знаковъ — для выраженія на письмѣ всѣхъ оттѣнковъ, всѣхъ возможныхъ значеній этого слова. Г. де-Рони заявилъ что располагаетъ развить эти идеи въ мемуарѣ, который назначается имъ для помѣщенія въ „Трудахъ“ Сѣзда; въ настоящемъ-же случаѣ имѣлъ онъ въ виду только обозначить методъ которому онъ слѣдовалъ для возстановленія древняго говора Китайцевъ, бывшаго доселѣ утраченнымъ для изслѣдователей въ области сравнительнаго языкоznанія; онъ увѣренъ въ плодотворности этого метода тѣмъ болѣе что отличный англійскій синологъ, Дж. Эдвинсъ, прибѣгая къ подобному же методу, достигъ замѣчательныхъ результатовъ; г. де-Рони не совсемъ согласенъ съ этимъ почтеннымъ миссіонеромъ относительно возстановленія нѣкоторыхъ древнихъ китайскихъ словъ,— чему и объяснилъ причины,— но, во всякомъ случаѣ, полагаетъ что теперь найденъ вѣрный путь для работъ сравнительной лингвистики въ приложеніи къ китайскому языку. А если прибавить къ этому, что основательное изученіе японскаго языка въ новѣшее время обнаружило удивительное лексическое сходство между этимъ языкомъ и нарѣчіями Средней и Восточной Азіи, да заняться изслѣдованіемъ грамматическаго сходства существующаго, на-примѣръ, между формами древняго японскаго языка (Ямато) и

— LXXI

формами языковъ финнскихъ, угорскихъ и тюркскихъ, то уже нельзя сомнѣваться что въ очень близкомъ будущемъ лингвистическая родственность всѣхъ народовъ средней и сѣверной полосъ Азіи станетъ фактомъ научно доказаннымъ, съ распространеніемъ этой родственности и далѣе на западъ, въ Европу. Нѣсколько результатовъ добытыхъ въ этомъ отношеніи онъ, г. де-Рони, обозначилъ уже въ „Трудахъ“ парижской и лондонской сессій конгреса оръенталистовъ; а теперь ему было бы желательно чтобы русскіе учебные, столь хорошо во всѣхъ отношеніяхъ приготовленные къ изученію многочисленныхъ нарѣчій въ глубинѣ Азіи, соблаговолили обратить вниманіе на изложенные имъ первые результаты его работъ въ области китайской филологіі, и продолжали это дѣло, которое предстоитъ имъ и усовершенствовать и завершить“.

Сообщеніе свое г. де-Рони закончилъ прочтеніемъ двухъ остальныхъ вопросовъ имъ предложенныхъ: 1) „Каковы характеръ и лингвистическое сродство корейскаго языка“; 2) „Соаютъ ли китайскіе историки достовѣрныя свѣдѣнія о движеніи первыхъ выселеній Китайцевъ въ бассейнъ Желтой-Рѣки?“ и пригласилъ высказаться по всѣмъ тремъ вопросамъ В. П. Васильева.

Отвѣчая на вызовъ, В. П. Васильевъ сказалъ, приблизительно, слѣдующее: „Предложенные г. де-Рони три вопроса представляются столь важными, что рѣшиться отвѣчать на нихъ можно не иначе, какъ послѣ основательнаго ихъ изученія и многоразличныхъ изслѣдованій. Крайне сожалѣю, что о существованіи ихъ узналъ я лишь сегодня, и потому прошу Собраніе быть снисходительнымъ къ тому что я, совсѣмъ не приготовившись, позволю себѣ сказать по приглашенію нашего почтеннѣйшаго предсѣдателя“.

„Первый вопросъ уже разобранъ самимъ г-номъ де-Рони, столь ученымъ и столь яснымъ образомъ, что я могу прибавить къ тому, что мы сейчасъ слышали, лишь весьма немногое. Послѣ Эдкинса, о которомъ нельзя сказать, чтобы онъ былъ счастливъ въ своихъ сближеніяхъ китайскихъ корней съ корнями индо-европейскихъ языковъ, вопросъ этотъ былъ гораздо успѣшнѣе разобранъ Шлегелемъ, въ его „Sinico-Ariaca“ (1872). Но Китайцы и сами издавна уже занимаются изслѣдованіями о древнемъ произношеніи словъ своего языка, и желали бы возстановить говоръ употреблявшійся во время далеко предшествовавшія династіи Хань, а именно во время Конфуція, который первый изложилъ письменно Ши-Цзинъ. Эта классическая книга, благодаря своему метрическому и риемическому складу, представляетъ, какъ мнѣ кажется, болѣе прочную основу для изысканій о древнемъ китайскомъ произношеніи, не-

— LXXII —

жели выводы извлекаемые изъ японскаго произношенія китайскихъ словъ во времена Ханьской Династіи, когда, какъ мы слышали сейчасъ отъ г. Махова, Японцы находились еще въ варварскомъ состояніи. Во всякомъ случаѣ, позволю себѣ замѣтить, что, по моему мнѣнію, изслѣдованія о древнемъ произношеніи Китайцевъ не приведутъ къ увеличенію числа китайскихъ корней, такъ какъ множество значеній и знаковъ для одного и того же односложнаго слова объясняется естественно объемомъ заключающагося въ немъ отвлеченнаго понятія. Тsie, на-примѣръ, значило „преграда“; отсюда развились въ этомъ словѣ значенія „границы“, „связи“, „запрета“, „колѣна въ бамбукѣ“, „закона“, приказа“, „обѣта“ и такъ далѣе и т. д. и каждое изъ этихъ значеній получило на письмѣ свой знакъ. Сѣ другой стороны, сколько я могъ замѣтить, не всѣ слова одного и того же корня имѣютъ въ концѣ одну и ту же согласную въ фу-дзянскомъ (Fo-kien) и кантонскомъ нарѣчіяхъ, послужившихъ основаніемъ для японскаго чтенія. Да, сверхъ того, и вообще было-бы весьма неудобно принимать за образецъ истиннаго древняго китайскаго произношенія нарѣчія областей окитаившихся позже другихъ. Такъ, на-примѣръ, если бы мы встрѣтили въ вышенномъ словѣ tsie значеніе, которое не вытекало-бы естественно изъ отвлеченнаго понятія „преграда“, то не надо забывать, что китайскія слова, т. е. корни, подвержены измѣненіямъ въ окончаніяхъ. Такъ, понятіе „слово“, выражается одинаково звуками yué, yun, yuī, yan, которые всѣ происходятъ отъ одного и того же корня. Ясно, что yun „облако“, yun — „говорить“, yuī — „дождь“ и „слово“, не происходятъ отъ одного корня. Такимъ образомъ tsie, въ значеніи „тотчасъ“, можетъ происходить не отъ tsie „преграда“ а отъ tsi, „мгновенно“. Наконецъ, въ разговорномъ языкѣ одинъ и тотъ же слогъ не имѣтьь многихъ значеній: въ этомъ языке всякое понятіе выражается своимъ опредѣленнымъ словомъ“.

Перейдя ко второму вопросу, поставленному г-номъ де-Рони, г. Васильевъ замѣтилъ, что корейскій языкъ совершенно ему не знакомъ. „Кое-какое понятіе о немъ получилъ я лишь изъ „Лусско-Корейскаго Словаря“ г. Пуцилло, который захватилъ я съ собою въ настоящее собраніе, чтобы показать почтеннымъ гостямъ нашимъ, что и мы, по мѣрѣ возможности, помогаемъ разширенію знанія. Благодаря этому словарю, замѣтилъ я въ корейскомъ языкѣ, къ крайнему моему удивленію, множество словъ, очевидно, китайскаго пропسхожденія, хотя изуродованныхъ въ такой же мѣрѣ какъ и китайскія въ японскомъ языкѣ. Это обстоятельство даетъ мнѣ поводъ напомнить о небольшой работѣ, напечатанной мною нѣ-сколько лѣтъ тому, и которая, во всей вѣроятности, осталась не-

— LXXIII —

извѣстною знаменитымъ ученымъ, здѣсь собравшимся. Работа эта имѣла предметомъ отношенія китайскаго языка къ среднеазіатскимъ. Я старался показать въ ней кӑкъ односложныя китайскія слова превращались въ маньчжурскія многосложныя. Мнѣ удалось выяснить происхожденіе почти всѣхъ грамматическихъ наращеній въ маньчжурскомъ — изъ китайскихъ корней. Вмѣстѣ съ тѣмъ, я призналъ возможнымъ допустить, что, по внимательномъ изслѣдованіи, въ такихъ же отношеніяхъ сродства съ китайскимъ могли-бы оказаться также и другіе языки Средней Азіи (туркскій и монгольскій). Мало того: я доказалъ, что иначе и быть не могло, по той причинѣ, что распри между Китайцами и ихъ сосѣдами происходили не отъ племеннаго различія, а отъ различія въ политическомъ устройствѣ. То была борьба цивилизаціи и варварства и, что всего любопытнѣе, варвары умѣли заимствовать у самой же враждебной имъ китайской цивилізраціи — орудія для веденія борьбы. Такъ титулъ хуннскихъ императоровъ шань-юй-хагань есть не что иное какъ испорченныя китайскія слова тянь-чзы-хуань (ди). Такъ имена мон-гу, мань-чжу суть не что иное какъ китайскія слова, принятыя въ виду того, что Китайцы не признаютъ никакой династіи за дѣствительпо царствующую, если она не дала себѣ имени, подобно тому какъ и государь не признаётся за государя, если вмѣсто собственнаго своего имени не станетъ именоваться годами своего правленія, какъ и сдѣлалъ Темучинъ, давшій годамъ своего правленія имя Чинись, т. е. исковерканное китайское Тянь-изы“.

„Опасаюсь — продолжалъ г. Васильевъ — какъ-бы изложенные мысли не показались слишкомъ смѣлыми; но большое число китайскихъ словъ въ корейскомъ языкѣ служитъ подтвержденіемъ сказанному. Извѣстно, что Корейцы пришли съ сѣвера и, водворившись въ нынѣшней своей территоріи, держались въ отчужденіи отъ другихъ народовъ, не пуская никого и въ свою страну, а между тѣмъ въ языкѣ ихъ находимъ китайскія слова, принадлежащія принтомъ не письменному, а разговорному китайскому языку. Такъ, „ящичекъ“, сяница, по-китайски сянъ-цзэ; „сапоги“, сюёци, по-китайски сюэ-цзэ и т. д.“

„Третій вопросъ, поставленный г-номъ де-Рони, затруднилъ-бы меня еще болѣе, если я не коснулся уже его въ приложеніи къ первому тому моей китайской христоматіи (единственный экземпляръ этой христоматіи и картъ, составленныхъ мною для облегченія изученія древней китайской исторіи, выставлены мною для сегодняшняго засѣданія въ настоящемъ нашемъ помѣщеніи). Означенное приложеніе заключаетъ въ себѣ обзоръ древней и новой

— LXXIV —

географію Китая. По отношению къ вопросу теперь насъ занимаю-
щему, полагаю, что мнѣ удалось определить тѣ мѣстности кото-
рыя, еще во время составленія Чунъ-цю, заселены были народ-
цами не подвластными китайскимъ государямъ или ихъ васса-
ламъ; а изъ этого факта очевидно, что китайскія владѣнія подхо-
дили тогда уже довольно близко къ Желтой - Рѣкѣ; но въ началѣ
этого періода они еще не достигали ни Тай-юань-фу (главнаго
города Шанъ-сійской Области), ни Пекина, въ окрестностяхъ кото-
раго легенды заставляютъ совершать свои подвиги миочическаго
Хуанъ-ди (Hoang-ti). Равнымъ образомъ, на югѣ, область Хо-
нанъ (Honan) еще не была тогда вполнѣ окитаена. Существуетъ
легенда, свидѣтельствующая кāкъ еще слабо и необشرно было
китайское государство, возникшее близь знаменитаго угла обра-
зумаго Желтою - Рѣкою. По этой легендѣ, паденіе Западнаго -
Чжеу въ правленіе Юй-Ваня (780 — 770 до Р. Х.) произошло
всѣдствіе того, что вассальные князья не обратили вниманія на
сигналы и не явились, потому, на помощь бѣдствовавшей столицѣ.
Слѣдуетъ замѣтить при этомъ, что расширеніемъ котораго достигла
тогда китайская территорія, обязана была она усиліямъ предше-
ствовавшихъ государей, начиная съ Му-Ваня (1001) до Сюань-
Вана (827). Вообще, свѣдѣній о постепенномъ расширеніи предѣ-
ловъ Китайскаго Государства вдоль по теченію Желтой - Рѣки
должно искать въ исторіи леновъ по этой рѣкѣ, заключающейся
въ твореніи китайскаго Геродота, Сы-ма-цзян'я (Sse-ma-kian);
но и сго свѣдѣнія должно принимать съ осторожностію, имѣя
въ виду, что каждый ленъ стремился возвести какъ можно
глубже въ древность генеалогію своего владѣelnаго дома. По
моему мнѣнію, расширеніемъ своимъ Китайская Имперія обязана
преимущественно ослабленію центральной власти, послѣдовавшему
вскорѣ по перенесеніи столицы съ запада на востокъ (въ Ло-янь):
тогда-то пограничные вассалы (hoeou) и стали особенно ревностно
заботиться объ увеличеніи своихъ владѣній на счетъ независимыхъ
сосѣдей, не имѣвшихъ между собою никакой общей связи, такъ-что
вскорѣ пограничные лены китайскіе обратились въ большія само-
стоятельныя государства".

По обсужденіи вопросовъ, г. де-Гуѣ представилъ собранію
первый выпускъ новаго японскаго словаря, составленнаго д-ромъ
Г. Гофманомъ (Japanese - English Dictionary publisched by the Au-
thor with the assistance of his pupil L. Serrurier. Другое представ-
ленное издание того же труда озаглавлено: Japansch - Nederlandsch
Woordenbock).

Г. Лагусъ представилъ записку о первой русской экспедиціи

— LXXV —

въ Японію (1792—93) подъ началствомъ финляндца Адама Лаксмана, и изложилъ изустно ея содержаніе *.

Г. Говорсъ предложилъ чтобы теперь-же подготовлены были вопросы для обсуждения на будущемъ съѣздѣ, и выразилъ слѣдующія желанія: 1) чтобы составленъ былъ словарь языка Солоновъ, происходящихъ вѣроятно отъ древнихъ Киданей (Kitans); 2) чтобы подвергнута была внимательному изученію исторія Тангута, т. е. Ся (Hia), почти вовсе доселѣ неизвѣстная.

Предсѣдатель предложилъ записать эти предложения, для сообщенія Совѣту Съѣзда.

Наконецъ, А. В. Рачинскій изложилъ содержаніе изготовленнаго имъ очередь дипломатическихъ сношеній Россіи, въ XVI—XVIII вѣках, съ народами Дальняго - Востока по свѣдѣніямъ заключающимися въ Московскомъ Главномъ Архивѣ Министерства Иностранныхъ Дѣлъ. „Не будь уже такой поздній часъ и сегодняшнее засѣданіе столь обильно наполненнымъ — сказалъ онъ — я-бы постарался возбудить интересъ Собранія къ богатымъ матеріаламъ хранящимся въ Главномъ Архивѣ Министерства Иностранныхъ Дѣлъ, котораго состою делегатомъ на настоящемъ съѣздѣ; изложилъ-бы съ какими именно народами Азіи имѣла Россія сношенія; указалъ-бы пути которыми слѣдовали наши послы, миссіонеры, путешественники, торговые караваны; перечислилъ-бы произведенія Дальняго Востока, которыя призозились къ намъ, въ обмѣнъ на наши собственныя; побѣсѣдовалъ-бы о торговлѣ табакомъ, предметѣ тѣмъ болѣе интересномъ, что двадцатилѣтняя борьба у насъ противу употребленія этого зелья привела къ двадцатилѣтней войнѣ съ Персіею; поговорилъ-бы о ревенѣ, котораго государіи наши искали даже во владѣніяхъ Далай-Ламы, чтобы удовлетворить принятому обычаю посылать полезный корень этотъ въ числѣ дружескихъ подарковъ, отправлявшихся къ персидскимъ шахамъ и оттоманскимъ султанамъ; наконецъ, не побоялся-бы утعمить Собраніе подробнымъ перечисленіемъ картографическихъ боргатствъ Московскаго Архива, нѣкоторые обращики которыхъ б～дутъ съ завтрашняго числа выставлены въ помѣщеніи И. Русскаго Географическаго Общества. Каталогъ этой выставки, не обнимающей и 20-й доли того, что хранится въ Архивѣ, честь им～ю представить Собранію теперь-же, въ надеждѣ что заинтересую присутствующихъ лично обозрѣть наши драгоцѣнныя коллекціи въ Москвѣ, готовой встрѣтить ихъ съ своимъ обычнымъ гостепріимствомъ“.

* Собченіе г. Лагуса напечатано во II-мъ томъ „Трудовъ" Стъзда, стр. 41—58.

— LXXVI —

Въ заключение засѣданія, г. де-Рони сообщилъ о результата-
тахъ изысканій своихъ относительно опредѣленія разстояній и про-
странственныхъ измѣреній у китайскихъ писателей разныхъ ди-
настій, настаивая на необходимости точнаго опредѣленія китай-
скихъ мѣръ, и сказалъ нѣсколько словъ по вопросу о Фу-Сан'ѣ
(Fousang), какъ, можетъ быть, Китайцы называли Америку, замѣ-
тивъ, что вопросъ этотъ разсмотрѣнъ съ большою ясностію въ осо-
бомъ мемуарѣ о предметѣ, написанномъ г. Бретшнейдеромъ, вра-
гомъ русскаго посольства въ Пекинѣ.

Засѣданіе закрылось въ 9 часовъ 45 минутъ.

Засѣданіе по отдѣлу Персія, Индія и острова Индо-китайскаго Архипелага.

24 августа
5 сентября } утромъ.

Подъ предсѣдательствеомъ А. Керна, при вице-предсѣдателяхъ
К. А. Коссовичѣ и Э. Захау, открылось, въ 10 часовъ 45 мин-
нутъ, чтеніемъ списка статей по Отдѣлу, поступившихъ на Съѣздъ
а именно доставлены были: 1) д-ромъ Лейтнеромъ (изъ Лагора)
—A comparative Grammar and Vocabulary of the Languages between
Kabul, Badakshan and Kashmir; 2) А. Марромъ (изъ Парижа)—
Essai sur le Malgache ou étude comparée des langues javanaise, mal-
gache et malayse; 3) Θ. Бакулиннымъ (изъ Астрабада)—Замѣтка
о путяхъ на востокъ отъ Мешгеда въ Афганистанъ; 4) барономъ
Техсторомъ де-Равизи (изъ Сенъ-Этъена)—Inscription mural
de la pagode d'Oddeypore; 5) І. Юшато (изъ Парижа)— Sur la
pretendue origine égyptienne des Chinois; 6) Раверти (изъ
Индіи)—On Sanscrit words in the Pushtu language.

Затѣмъ А. Легубернатисъ прочелъ списокъ книгамъ при-
сланнымъ Съѣзду итальянскими обществами и учеными, и, вмѣстѣ
съ тѣмъ, представилъ Собранію, написанное имъ по случаю Съѣзда,
сочиненіе свое: Matériaux pour servir à l'histoire des études orien-
tales en Italie (Florence, 1876), причемъ, изложивъ кратко ходъ
Востоковѣдѣнія въ Италіи, преимущественно по изученію Индіи,
какъ предмета въ особенности могущаго интересовать Отдѣлъ, за-
свидѣтельствовалъ, что въ послѣднее время изученіе Востока въ
Италіи ожило съ новою силою, назвалъ по именамъ извѣстнѣй-

— LXXVII —

шихъ орьенталистовъ новой итальянской школы, и какъ на науч-
ные центры орьентализма въ Италіи указалъ на Societa degli studi
orientali и Instituto di studi superiori, во Флоренціи — „учрежденія
обѣщающія свѣтлую будущность восточнымъ занятіямъ, которымъ,
въ былое время, Итальянцы едвали не первые положили начало
въ Европѣ“.

Предсѣдатель изъявилъ, отъ имени Собранія, благодарность
г. Дегубернатису за прекрасный даръ наукъ, имъ сдѣланный.

Затѣмъ К. Г. Залеманъ представилъ подробное описание пар-
сійской рукописи Имп. Публичной Библіотеки, заключающей въ
себѣ, между прочимъ, пеглевійско-зендскій словарь, изданный въ
1870 году, М. Гаугомъ, нѣсволько отрывковъ изъ Авесты и, нако-
нецъ, пеглевійско-парсійскій словарь. Рукопись эта, по-видимому
персидскаго происхожденія, представляется, по мнѣнію г. Залемана,
весьма замѣчательною по своимъ орѣографическимъ особенностямъ.
 PACK OF THE YEAR
Подробную записку о ней обѣщалъ г. Залеманъ доставить для
„Трудовъ“ Сѣзда *.

Послѣ этого приступлено было къ обсужденію вопросовъ про-
граммы относящихся къ спеціальности Отдѣла.

Въ разъясненіе вопроса 28-го: „Достаточно ли содержаніемъ
извѣстной аріанопалійской надписи царя Піядаси (Асоки?) свидѣ-
тельствуется что царь этотъ былъ буддистомъ?“ — г. Кернъ пред-
ставилъ переводъ части этой надписи, и замѣтилъ что, по его
мнѣнію, переведенного имъ отрывка достаточно для дока-
зательства что царь Піядаси былъ послѣдователем Шакьямуніева
ученія.

По вопросу 36-му, относительно принадлежности нарѣчія Заза,
началъ-было давать объясненія П. И Лерхъ, предложившій этотъ
вопросъ въ Орг. Комитетѣ, какъ вдругъ сдѣлалось ему дурно, и
онъ долженъ былъ оставить каеедру. По возвращеніи его въ засѣ-
даніе, вопросъ не подымался уже болѣе.

Съ сообщеніемъ по вопросу 37-му, о принадлежности Афган-
скаго языка, выступилъ М. А. Терентьевъ. „Предложенный
вопросъ—сказалъ онъ—допускаетъ два предположенія, изъ кото-
рыхъ по одному афганскій языкъ принадлежитъ къ нарѣчіямъ ин-
дѣйскимъ, а по другому—къ иранскимъ. Языку этому имѣлъ я слу-
чай выучиться въ Самаркандскую Экспедицію 1868 года, нахо-
дясь при афганской милипіи Искандеръ-хана (внука Достъ-Мо-
хаммедова), и впослѣдствіи составилъ даже маленькій афганскій

* Записка эта вошла въ составъ II тома „Трудовъ“ Съѣзда, стр. 491—592.

6 ★

— LXXVIII —

словарь, по тому же плану которому слѣдовалъ и въ моемъ „Балканскомъ Толмачѣ“*. Основываясь на приобрѣtenныхъ такимъ образомъ свѣдѣніяхъ, г. Терентьевъ провелъ сначала сравненіе между языками афганскимъ и персидскимъ, доказывая многочисленными примѣрами изъ именъ числительныхъ, мѣстоимѣній, предлоговъ и глаголовъ, что въ главныхъ частяхъ рѣчи языкъ афганскій находится въ сродствѣ съ персидскимъ не болѣе того, какъ и съ русскимъ. Если-же въ афганскомъ языке встрѣчается значительное количество персидскихъ существительныхъ, то слова эти приняты въ него для выраженія новыхъ понятій или для наименованія предметовъ дотолѣ неизвѣстныхъ, и потому не могутъ служить доказательствомъ родства между этими языками, такъ какъ подобныя заимствованія нерѣдко встрѣчаются и въ языкахъ не имѣющихъ ничего общаго между собою. Персидскій элементъ проникъ въ афганскій языкъ вслѣдствіе того что Афганистанъ до половины XVIII столѣтія составлялъ часть Персидской Монархіи, временно лишь освобождаясь отъ персидскаго господства, благодаря слабости многихъ персидскихъ государей. Вслѣдствіе такого положенія и постоянныхъ сношеній Афганистана съ Персіею, языкъ Афганцевъ долженъ былъ необходимо подчиниться вліянію господствовавшей націи. Съ другой стороны, не менѣе постоянныя сношенія Афганистана съ Индіей должны были содѣйствовать внѣдренію въ афганскій языкъ и большаго числа индѣйскихъ словъ.—Сами Афганцы, продолжалъ г. Терентьевъ, считаютъ себя потомками Веніамина, сына лосифова, т. е. признаютъ себя Евреями. И дѣйствительно въ типѣ ихъ есть нѣчто семитское; его можно назвать древнимъ семитскимъ типомъ, измѣнившимся подъ вліяніемъ арійскаго. Поэтому, языкъ афганскій слѣдуетъ считать совершенно-самостоятельнымъ, а персидскіе и индѣйскіе элементы въ немъ признавать лишь заимствованіями. Таково же, по словамъ г. Терентьева, и мнѣніе Б. А. Дорна, авторитета по этому вопросу. Въ заключеніе референтъ выразилъ желаніе чтобы ученые, по-возможности, избѣгали, при транскрипціи звуковъ восточныхъ языковъ, новыхъ знаковъ или буквъ, и какъ на примѣръ такой затруднительной транскрипціи указалъ на употребленную Трумпомъ въ его афганской грамматикѣ.

На это г. Залеманъ замѣтилъ что Трумповъ алфавитъ есть
извѣстный „Standart alphabet“ Лепсіуса, и что такая точная пере-

* Толмачь - спутникъ русскихъ воиновъ для неизбѣжныхъ разспросовъ и переговоровъ на языкахъ русскомъ, турецкомъ, сербскомъ и греческомъ. Спб. 1867.

— LXXIX —

дача звуковъ совершенно необходима для всякаго занимающагося
фонетическими изслѣдованіями: обиліе новыхъ знаковъ въ алфавитѣ
Лепсіуса не можетъ быть признано за важное неудобство сравни-
тельно съ огромными отъ того выгодами.

Соображенія въ отвѣтъ на вопросъ 8-й относительно народныхъ
именъ Сартъ и Таджикъ — представлены были также М. А. Те-
рентьевымъ. „Нѣкоторые русскіе ученые—сказалъ онъ—пола-
гаютъ что слово Таджикъ имѣетъ корнемъ персидское слово таджъ,
„корона“, и потому переводятъ его „коронованная голова“; на са-
момъ-же дѣлѣ слѣдовало бы перевести его словомъ „малая корона“,
такъ какъ „коронованная голова“ будетъ по-персидски таджъ-даръ.
По другому мнѣнію, всѣ народы, населявшіе страны на западъ отъ
Китая назывались у Китайцевъ Аси, а Европейцы получили у
нихъ имя Та-аси*. Предки нынѣшнихъ Таджиковъ явились въ
Среднюю-Азію вмѣстѣ съ завоевателями**, и вслѣдствіе того по-
лучили прозвище Та-аси, измѣнившееся позднѣе въ Таджикъ.
Что-же касается слова Сартъ, то это терминъ оскорбительный,
заключающій въ себѣ понятіе трусости, и было дано завоевате-
лями страны, Узбеками, кореннымъ ея жителямъ, Таджикамъ.
Впрочемъ, другіе полагаютъ *** что названіе Сартъ китайскаго
происхожденія, вслѣдствіе того что жителей Трансоксіаны Китайцы
называли Серами, отъ слова сэ, „шелкъ“, вслѣдствіе того что
первые славились какъ отличные шелководы“. Тутъ, отъ Таджиковъ
и Сартовъ перешелъ г. Терентьевъ къ Болорамъ, какъ назн-
ваетъ онъ Кафировъ или Сіягпушей, и сообщивши кое-что объ
этихъ Болорахъ со словъ Готтона и Эльфинстона, выразилъ же-
ланіе чтобы Конгресъ принялъ на себя ходатайство передъ Пра-
вительствомъ объ оказаніи возможныхъ облегченій для тѣхъ уче-
ныхъ путешественниковъ которые бы взялись за изслѣдованіе
этихъ любопытныхъ странъ Средней-Азіи.

Г. Оппертъ замѣчаетъ что предложеніе такого рода должно
поступить на разсмотрѣніе Совѣта Сѣзда — о чемъ Предсѣдатель
и дѣлаетъ распоряженіе по бюро.

По тому же вопросу о Таджикахъ, г. Заха у выражаетъ же-
ланіе чтобы различныя нарѣчія Таджиковъ въ странахъ Средней
Азіи были подвергнуты изученію со стороны Европейцевъ, имѣю-
щихъ случай проникнуть въ эти страны.

* Считается нужнымъ замѣтить что такихъ мнѣній никогда въ русской печати никакъмъ высказано не было. *Прим. ред.*

** Съ какими завоевателами? *Прим. ред.*

*** Такого мнѣнія ни въ русской, ни въ заграничной печати компетентные ученые не высказывали. *Прим. ред.*

— LXXX —

На это П. И. Лерхъ замѣтилъ что первый шагъ въ исполненіе желанія г. Захау уже сдѣланъ. Въ продолженіе экспедиціи генерала Абрамова къ Искендеръ-Кулю, въ 1870 году, А. А. Кунъ, состоявшій при этой экспедиціи, имѣлъ возможность заняться изученіемъ нарѣчія которымъ говорятъ жители нѣskолькихъ селеній но рѣчкѣ Ягнау, притоку Верхняго-Зерафшана. Собранныя г. Куномъ матеріалы для ознакомленія съ этимъ нарѣчіемъ состоять изъ словаря, разговоровъ и сказокъ, съ дословнымъ переводомъ послѣднихъ на русскій языкъ и таджиевское нарѣчіе.

Засимъ г. Оппертъ предложилъ Собранію новую этимологію словъ „Авеста“ и „Зендъ“. По его мнѣнію, оба слова принадлежать древне-персидскому языку, языку Дарія и Ксеркса. Въ Зендавестѣ они не встрѣчаются. Авеста происходитъ отъ древне-перскаго Абаста, „законъ“, а Зендъ — древне-перское Занда, „молитва“; выходитъ что Зороастръ далъ и законъ, и молитвы. Слово Абаста встрѣчается въ слѣдующей фразѣ Бегистунской надписи:

Apariy ábastam upariyāyam.

То есть „согласно съ закономъ я управлялъ“. Занда-же происходитъ отъ корня зад, занд, „просить“, „молить“. Къ этому объясненію присоединилъ г. Оппертъ и еще нѣсколько лингвистическихъ замѣтокъ.

Г. Макнамара высказалъ, послѣ того, желаніе чтобы оренталисты обратили вниманіе на розысканіе въ историческихъ памятникахъ свѣдѣній о томъ страшномъ битѣ который, подъ именемъ холеры, причинилъ столько бѣдствій и азіатскимъ, и европейскимъ народамъ; причемъ представилъ записку свою о ходѣ азіатской холеры.

По просьбѣ г. Сакова дать ему слово по вопросамъ о которыхъ было уже трактовано въ засѣданіи, Предсѣдатель разрѣшилъ это, и г. Саковъ, соглашался съ необходимостью передавать звуки малоизвѣстныхъ языковъ существующими европейскими алфавитами, замѣтилъ что приложеніе этого способа транскрипціи должно было бы иметь мѣсто лишь по отношенію къ языкамъ не имѣющимъ еще собственной азбуки; при имѣніи-же таковой, сколь бы неудовлетворительно ни воспроизводились ею звуки языка, она, во всякомъ случаѣ, должна быть удержана. Что-же касается названія Сартъ, то, по мнѣнію г. Сакова, его можно производить отъ тюркскаго прилагателнаго сэртъ, „крѣпкій“, „сильный“, которое могло быть дано Узбеками Сартамъ въ насмѣшку надъ всѣмъ извѣстною трусливостію ихъ.

На это П. И. Лерхъ возразилъ, что въ извѣстномъ джага-

— LXXXI —

тайскомъ словарѣ къ сочиненіямъ Миръ-Али-Шира слово сартъ переведено словомъ шегри, „горожанинъ“, „селянинъ“, по чему весьма вѣроятно что слово это происходитъ отъ древне-иранскаго кшатра, „владѣніе“, „государство“ (civitas), и что кочевники обитавшіе по правому берегу Яксарта, и въ древности, безъ сомнѣнія, принадлежавшіе къ Иранскому Племени, дали осѣдлымъ зосѣдямъ своимъ по лѣвому берегу Яксарта названіе „горожанъ“ въ противуположность „кочевникамъ“, какъ звали они себя сами. Послѣ вторженія Тюрковъ въ страны орошаемыя Яксартомъ, названіе Сартъ было распостранено ими на всѣхъ осѣдлыхъ обитателей этихъ странъ, какого бы происхожденія они ни были, тюркскаго, иранскаго или смѣси изъ Турокъ и Иранцевъ.

Въ заключеніе, Предсѣдатель Отдѣла, г. Кернъ, передалъ въ бюро многія изъ напечатанныхъ трудовъ своихъ по части Индіи.

Собраніе разошлось въ часъ пополудни.

Засѣданіе по отдѣлу Сибирь.

$\frac{24 августа}{5 сентября}$} вечеромъ.

Открылось, въ 8 часовъ 10 минутъ, подъ предсѣдательствомъ В. П. Васильева, при вице-предсѣдателяхъ А. П. Словцовѣ и К. Ө. Нейманѣ.

Первое слово предоставлено было г. Словцову, который и прочелъ „Очеркъ исторіи народнаго образованія въ Западной Сибири“ съ начала XVIII вѣка, когда митрополитъ Филоовей предпринялъ проповѣдь Евангелія Вогуламъ и Остякамъ, а плѣненные Петромъ Великимъ и отосланные въ Сибирь Шведы завели школу рѣ Тобольскѣ, до настоящаго времени. Въ этомъ очеркѣ упомянулъ онъ также о стараніяхъ правительства къ облегченію въ Сибири изученія восточныхъ языковъ. Закончилъ изложеніемъ мыслей своихъ о преобразованіи существующихъ тамъ первоначальныхъ школъ для инородцевъ.

По окончаніи этого чтенія, Предсѣдатель предъявилъ Собранію дза труда составленныхъ для настоящаго Сѣзда по распоряженію директора Московскаго Главнаго Архива Министерства Иностранныхъ Дѣлъ, барона Ө. А. Бюлера: 1) „Краткій указатель матеріаловъ для исторіи Востока содержащихся въ портфеляхъ исторографа Миллера, хранящихся въ Московскомъ Главномъ Архивѣ“; 2) Guide aux archives principales du Ministère des affaires etrangères

6

— LXXXII —

à Moscou, redigé à l'usage de mm. les membres du 3-e Congrès international des Orientalistes.

Далѣе, О. А. Федченко представила 4 экземпляра только что вышедшаго въ свѣтъ сочиненія Д. Н. Анучина подъ заглавіемъ „Матеріалы для антропологіи Восточной Азіи. 1. Айны“ (Москва, 1876), при чемъ прочтено было и письмо автора, излагаящее источники и расположеніе его труда.

Затѣмъ К. Θ. Нейманъ прочелъ свою записку о Чукчахъ, имъ лично посѣщенныхъ, сущность которой заключается въ томъ что весь сѣверо-востокъ Сибири занимаютъ три отдѣльные народца въ совокупности обозваемые именемъ Чукчей, а именно такъ-называемые Оленные Чукчи, Айгваны и Наммолы. Первые занимаютъ пространство между Беринговымъ-Проливомъ и Колымою съ одной стороны, между Ледовитымъ Океаномъ и теченіемъ рѣки Анадыра, съ другой. Общее число Чукчей всѣхъ трехъ отдѣловъ не превышаетъ въ настоящее время 3,000 душъ; сосѣдей ихъ, Ламутовъ, считается до 2,700 душъ, а Омоки совершенно исчезли. Климатъ страны ими занимаемой такъ суровъ, что въ цѣломъ году еле случается нѣсколько ночей когда не морозить. Соотвѣтственна такому климату и растительность, состоящая большею частію изъ мховъ. Изъ животныхъ встрѣчаются только олени, черные медвѣди и нѣкоторыя перелетныя птицы. Нѣтъ ни драгоцѣнныхъ металловъ, ни чего либо другаго привлекательнаго для человѣка. Тѣмъ не менѣе Чукчи не аборигены страны, а, по мнѣнію Миллера, переселенцы изъ Америки. На нынѣшнихъ мѣстахъ своего расположенія нашли они Коряковъ, кровавая борьба съ которыми и продолжалась у нихъ до 1740 года. Русскіе, подъ предводительствомъ Шестакова и Павлуцкаго, нанесли имъ на Анадырѣ сильныя пораженія. Съ конца прошлаго вѣка завязались у нихъ торговыя сношенія съ Русскими. Около 1867 недостатокъ мховъ для стадъ заставилъ Чукчей просить Русское Правительство о допущеніи ихъ на лѣвый берегъ Колымы и принятіи подъ свое покровительство.

А. Собринъ, какъ сказано выше, остякъ изъ Западной Сибири, сообщилъ, затѣмъ, о древнихъ идолахъ Остяковъ и Вогуловъ. Въ настоящее время у этихъ народцевъ рѣдко встрѣчаются идолы которые были бы обожаемы открыто, но уцѣлѣвшіе еще сохраняются въ жилищахъ вѣрующихъ. До завоеванія Сибири у Остяковъ насчитывалось восемь главныхъ идоловъ, а именно: 1) Богиня Охоты—близь селенія Бѣлогорскаго, при сліяніи Оби съ Пртышомъ. Идолъ изображалъ женщину съ ребенкомъ, сидящую на деревянномъ стулѣ. Богиня эта, по вѣрованію Остяковъ и Вогу-

— LXXXIII —

ловъ, давала приносившимъ ей богатыя жертвы, удачу на охотѣ и
рыбной ловлѣ, а также домашнее благополучіе. Того-же, кто не
искренно приносилъ жертву, или, объщавшись принести, не при-
носилъ, наказывала лютою смертію; 2) Обскій-Старецъ, богъ ршбъ—
близь нынѣшней деревни Самарово, тоже при сліяніи Оби съ Ир-
тышомъ. Изображался съ человѣческою наружностію, но съ безо-
бразныхъ лицемъ, съ рогами, съ носомъ изъ жести и стеклянными
глазами. На немъ, одно на другомъ, надѣто было нѣсколько
платьевъ и, сверхъ всего, кафтанъ изъ краснаго сукна. Около
него лежали колчанъ, стрѣлы, копье и кольчуга. По преданіямъ
Остяковъ, богъ этотъ спускался въ глубины рѣкъ и воевалъ тамъ
съ богами водъ. Праздновали ему съ наступленіемъ весны; послѣ
перваго рыбнаго улова Остяки приносили ему жертву, обмазывая
рожу идола жиромъ лучшей рыбы, и моля о помощи его въ рыбо-
ловствѣ; 3) Мпдный-Гусь, богъ птицъ — въ Бѣлогородскомъ юртѣ,
на берегу Оби. Идолъ этотъ помѣщался какъ бы въ гнѣздѣ, и
Остяки вѣровали что отъ него зависитъ направлять полетъ птицъ
въ мѣстѣ гдѣ они охотились; 4) въ одномъ капищѣ съ этимъ гу-
семъ находился также истуканъ „Главнаго Бога“ Остяковъ и Вогу-
ловъ. Когда, въ 1712 году, крестили ихъ, истуканъ этотъ спря-
тали въ лѣсахъ близъ р. Конды; 5) въ пригородѣ Шарканѣ нахо-
дилось капище идола Ортик'а. Лице у него сдѣлано было изъ
серебра, торсъ — изъ мѣшка набитаго мѣхами, а ногъ не было
вовсе; 6) Идолъ по-имени Мястерко стоялъ близь нынѣшней де-
ревни Троицкой. На почетномъ мѣстѣ въ его капищѣ находился
мѣшокъ, набитый другими мѣшками, и крѣпко вверху связанный;
по серединѣ привязана была къ нему серебряная тарелка. Мя-
стярко служилъ помощникомъ Ортику, и черезъ посредство его
Боги объявляли свои повелѣнія. Онъ считался также Богомъ
Здравія, и больные въ жертву ему приносили мѣшки, которые на-
полнялись отъ приносителей серебромъ и цѣнными предметами;
7) Эліяне считался слугою и посланникомъ боговъ; вытесанъ былъ
изъ дерева п покрытъ сукномъ; на головѣ была у него шапка изъ
собачьей кожи; 8) наконецъ Мейко, злой богъ; вытесанъ былъ тоже
изъ дерева и одѣтъ въ бобровыя шкуры. Обращались съ мольбою
къ этому богу сбившіеся съ дороги“.

Затѣмъ, по прочтеніи г. Словцовымъ записки о киргиз-
скихъ пословицахъ и поговоркахъ, появился на каедрѣ главный
тайша Баргузинскихъ Бурятъ, Зыренъ-Мобъ Сахаровъ,
чтобы сообщить свѣдѣнія о Забайкальскихъ Бурятахъ. Наиболѣе
интереса въ этомъ сообщеніи представляли слѣдующія свѣдѣнія:
Забайкальскіе Буряты — народъ монгольскій, и выслились изъ

6*

— LXXXIV —

Монголіи. Жизнь ведутъ полукочевую, полуосѣдлую, лѣтомъ нѣ-
 сколько разъ переходя съ мѣста на мѣсто, смотря по обилію кор-
мовъ, а зиму проводя постоянно въ мѣстахъ гдѣ сложены ихъ сѣн-
ные запасы. Тутъ живутъ они въ деревянныхъ избахъ, а лѣтомъ—
въ войлочныхъ или берестяныхъ шалашахъ (юртъ). Главный ихъ
промыселъ — скотоводство. Въ скотѣ и средства существованія ихъ,
и богатство. Молоко пьютъ и лошадиное, и коровье, и овечье,
употребляя въ пищу и всѣ молочныя произведенія. Въ началѣ на-
стоящаго столѣтія Буряты вовсе еще не были знакомы съ хлѣбо-
пашествомъ. Предки ихъ называли муку хагурай-сасунь, „сухимъ
снѣгомъ“. Теперь сѣютъ уже они значительное количество лѣтнихъ
хлѣбныхъ растеній — пшеницы и овса — могутъ считаться порядоч-
ными земледѣльцами, и благословляютъ людей научившихъ ихъ
воздѣлывать землю. Религію исповѣдуютъ буддійскую, имѣютъ
храмы (дацань) и священнослужителей (лама). Письмена употребляютъ монгольскія; знаютъ и тибетскую грамсту: на тибетскомъ языкомъ большинство ихъ релизіозныхъ книгъ. Съ начала настоящаго столѣтія стали знакомиться и съ русскимъ языкомъ; теперь есть у нихъ русскія приходскія школы, содержимыя общинами, и значительное число Бурятъ говорить уже порядочно по-русски. Религіозные обряды совершаются ими и дōма, и въ дацанахъ; въ праздничные дни обязательна лишь молитва, а трудъ не воспрещается. Главный народный праздникъ у нихъ — новогодіе, наступающій съ первою весеннею луною. Называется цагань-сара, „бѣлый мѣсяцъ“. Въ этотъ день, послѣ богомоленія, отправляются другъ вѣ другу съ поздравленіями и дарятъ взаимно „хадакъ“ (шелковыя бѣлые ленты), приговаривая: саинь удурь, саинъ биликъ (добраго дня, хорошаго подарка). Согласно старымъ обычаямъ, совершаютъ бого-
моленіе и въ степи; при этомъ въ нѣкоторыхъ мѣстахъ дѣлаются небольшія насыпи (обо). Такія празднества имѣютъ мѣсто преиму-
щественно въ іюнѣ. Послѣ богомоленія, начинаются конскія скачки, борьба между силачами, стрѣльба въ цѣль. Изъ семейныхъ празд-
нествъ, слѣдуетъ упомянуть о празднованіи дня когда ребенокъ выходитъ изъ младенчества. Свадебные піры продолжаются, смотря по достатку новобрачныхъ, отъ трехъ до семи дней. Въ обыкно-
венные вечера пожилые играютъ въ шахматы, а молодые люди заба-
вляются играми или пѣніемъ. Случается также, что на этихъ вече-
рахъ старики и старухи разсказываютъ сказки, переходящія изъ
рода въ родъ. Музыкальный инструментъ знаютъ только одинъ —
двухструнную скрипицу; игрою на ней сопровождаются народныя
пѣсни“.

Послѣ этого чтенія упомянуто о доставленіи на Сѣздѣ слѣдую-

— LXXXV —

щихъ записокъ по Отдѣлу: 1) „Озеро Калкаманъ“, г. Золотова; 2) „О военной границѣ Западной Сибири въ прошедшемъ столѣтіи“, того же автора; 3) „Историческій Очеркъ бывшей Омской Азіатской школы“, его же; 4) „Промыслы и ловушка въ Нарымскомъ Краф“ г. Шестаковича; 5) „Обзоръ этнографическихъ свѣдѣній о Самоѣдскихъ племенахъ обитающихъ въ Сибири“, князя Н. Кострова; и 6) „О Якутахъ“ г. Соловьева.

Затѣмъ приступлено къ обсужденію вопросовъ программы.

По вопросу № 1: „Исторические источники свидѣтельствуютъ что Сибирь постоянно, въ теченіе болѣе двухъ тысячъ лѣтъ, выслала въ Среднюю Азію народъ за народомъ: какія обстоятельства содѣйствовали тамъ расложенію населенія, и почему, съ завоеваніемъ Сибири Русскими, расложеніе это и выселенія оттуда прекратились?“ — выступилъ сначала г. Соловкинъ съ заявленіемъ что онъ занимается въ настоящее время обширною работою о философіи Исторіи, въ которой надѣется разобрать удовлетворительно и предложенный вопросъ, причемъ представилъ и программу означенной работы.

По тому же вопросу предсѣдатель Отдѣла, В. П. Васильевъ, высказался слѣдующимъ образомъ: „Не выдавая своего мнѣнія за непреложную истину, я долженъ однако замѣтить, что при изученіи Средней-Азіи и отношеній ея къ Китай, мнѣ никогда не приходилось выводить изъ историческихъ фактовъ того заключенія, чтобы Сибирь была разсадникомъ народовъ, т. е. чтобы какіе-либо народы выходили изъ Сибирь. Напротивъ, я всегда былъ того мнѣнія, что Сибирь служила лишь убѣжищемъ для народовъ вытѣсняемыхъ съ юга. Съ возвикновеніемъ могущественныхъ государствъ на границахъ Китая, обитатели этихъ южныхъ государствъ стали стремиться къ обогащенію себя на счетѣ своихъ сѣверныхъ сосѣдей, или къ ихъ покоренію, всѣлѣствіе чего покѣдніе выпуждались покидать свои мѣста и поселяться въ Сибири. Исторія не показываетъ намъ, чтобы эти народы, возстановивъ свои силы и усилившись союзомъ съ другими народами, предпринимали, въ свою очередь, обратныя нашествія. Что-же касается до народовъ о которыхъ можно было бы сказать что они вышли изъ Сибири, то я могу припомнить лишь одинъ этому примѣръ: разумѣю династію Тоба (Топракъ), властовавшую надъ Сѣвернымъ Китаемъ и большею частію Монголіи подъ именемъ Вэй. Въ исторіи этой династіи упоминается о народѣ Улухэу и, между прочимъ, о томъ что къ юго-востоку отъ страны обитаемой этимъ народомъ находится каменное зданіе, служившее жилищемъ для предковъ царствующаго дома. Описаніе этого зданія весьма сбив-

— LXXXVI —

чиво, но можно допустить, пожалуй, что оно находилось въ пре-
дѣлахъ нынѣшней Сибири близь озера Байкала. Это единственный
фактъ на который можно сослаться въ подтвержденіе предположе-
нія что Сибирь была исходнымъ пунктомъ переселенія народовъ.
Но и это можно было бы сказать лишь о юго-восточной части
Сибири, о Забайкальѣ, которое находилось въ постоянныхъ сно-
шеніяхъ съ Монголіей, и которое нельзя, когда идетъ рѣчь о
древнихъ временахъ, не считать страною средне-азіатскою. Ска-
жутъ что Дикокаменные Киргизы или Буруты происходятъ отъ
тѣхъ Киргизовъ которыхъ повстрѣчали Русскіе при завоеваніи
Сибири; но подобное переселеніе никоимъ образомъ не можетъ
быть принимаемо за явленіе часто возобновлявшееся, да и про-
изошло оно не отъ усиленія могущества Бурутовъ, а, напротивъ,
имѣло характеръ бѣгства побѣжденнаго народа. Перебирая въ
моей памяти всѣ народы игравшіе, въ историческія времена, вид-
ную роль въ Средней-Азіи, не нахожу ни одного, который бы вы-
шелъ изъ Сибири. Гунны считаются за потомковъ Хунь-юн'ей
(Hien-yun), а послѣдніе жили въ сѣверной части собственнаго
Китая; различныя колѣна Сянь-бійцевъ (Sien-pi) или Шивейцевъ
(Schi-wei), господствовавшіе послѣ нихъ въ Монголіи, происходили
отъ Дунъ-ху'цевъ (Doung-hou), т. е. отъ обитателей нынѣшней
Маньчжуріи; Ту-кюй'цы, или Турки, также считаются потомками
Гунновъ, и, во всякомъ случаѣ, та часть Алтая гдѣ они появи-
лись находится въ предѣлахъ Монголіи; Хой-хой'цы, смѣнившіе
Тукюйцевъ, обитали въ монгольской части бассейна Селенги.
Являются затѣмъ Кидани и Чжурчжени, но извѣстно что они вы-
шли изъ мѣстностей гдѣ жили прежде Дунь-ху и Ши-вей; на-
конецъ, самая отдаленная часть родины Монголовъ, та откуда вы-
ступилъ Чингисъ-ханъ, находилась недалеко отъ рѣки Онона".

„По моему мнѣнію, Сибирь никогда не была столь насе-
лена, какъ нынѣ. Возразятъ на это что большая часть ея насе-
ленія состоитъ изъ Русскихъ, и что Русскіе были косвенною при-
чиною исчезновенія тамъ другихъ народовъ. Но, мнѣ кажется, слѣ-
дуетъ поставить Русскимъ въ заслугу что одни они умѣли такъ
устроиться что ихъ населеніе въ Сибири растетъ, а не умень-
шается, какъ было бы непремѣнно съ другими пришельцами. Мы
только что выслушали сообщеніе г. Неймана о постепенномъ вы-
мираніи Омоковъ, безо всякой въ томъ вины съ нашей стороны.
Не слѣдуетъ забывать, впрочемъ, что въ настоящее время умень-
шеніе туземцевъ въ числѣ должно быть приписано тому что они,
значительною частію, рустютъ, становятся Русскими".

„Вообще я держусь того мнѣнія что Сибирь во время при-

— LXXXVII —

хода Русскихъ была населена уже не аборигенами, а пришельцами съ какой-либо другой стороны. Не могу я допустить чтобы татарское племя, имющее столь отдаленныхъ представителей каковы Якуты, было племя туземное; или чтобы Тунгусы выселились въ Маньчжурію, а не пришли оттуда въ Сибирь. Неужели и Монголовъ слѣдуетъ считать за вѣтвь нашихъ сибирскихъ Бурятъ, а не наоборотъ — Бурятъ за вѣтвь Монголовъ? Остаются еще племена Финнскія. Съ перваго взгляда можно бы предположить что они распространились по Сибири съ запада, какъ Русскіе (одни Чукчи пришли съ востока), но есть много причинъ думать что и ихъ отечествомъ была Средняя Азія".

Вопросъ № 2: „Шаманизмъ, господствующій до сихъ поръ между инородцами Сибири, не обращенными еще въ Христіанство, у всѣхъ ли у нихъ одинаковъ, или представляетъ особенности смотря потому, къ какой этнографической группѣ принадлежать эти инородцы?" — вызвалъ на разсмотрѣніе его также В. П. Васильева. Вотъ что было сказано имъ: „Позволю себѣ сдѣлать нѣ- сколько замѣчаній относительно слова „шаманизмъ“. Я уже имѣлъ случай замѣтить въ одномъ изъ моихъ печатныхъ трудовъ что это слово, по моему мнѣнію, тождественно съ китайскимъ „ша-мынь“, которое, въ свою очередь, есть искаженное названіе Буддистовъ на санскритскомъ языкѣ — „шрамана“. Я не настаиваю на абсолютной вѣрности этого объясненія, но позволю себѣ изложить основанія на которыхъ оно построено. На сколько мнѣ извѣстно, вообще предпочитаютъ производить слово „шаманъ“ отъ маньчжурскаго глагола самби, „знать“, и потому полагаютъ что оно должно имѣть приблизительно тоже значеніе, что и русское „знахарь“. Но противъ этого производства можно возразить, что въ маньчжурскомъ языкѣ мы не встрѣчаемъ другихъ словъ, за исключеніемъ „шаманъ“ (да и это слово должно произноситься скорѣе „самань“), которыя, будучи произведены отъ глаголовъ, имѣли бы окончанія мань или ань, для означенія лица. Въ моемъ объясненіи, вѣроятно, поразить именно то обстоятельство, какимъ образомъ это слово могло быть занесено въ глушь Сибири изъ столь отдаленной страны, какъ Индія. Но мы слышали сейчасъ, въ замѣткахъ г. Неймана о Чукчахъ, слово „тайша“, а это слово, какъ и слова „зайсань“, „шуленга“, встрѣчаемыя у нашихъ волжскихъ Калмыковъ — несомнѣнно китайскаго происхожденія. Правда, что у Китайцевъ означаютъ они достоинства въ родѣ „канцлера“, „визиря“, а у Калмыковъ примѣняются къ мелкимъ родовымъ начальникамъ; но это нисколько не опровергаетъ китайскаго происхожденія этихъ словъ. У Монголовъ „тайша’ми“ называются только лица принад-

— LXXXVIII —

лежащія къ княжескимъ семействамъ; но въ настоящее время и у нихъ встрѣчается много тайшей, занимающихъ простыя служительскія должности. У Китайцевъ, напротивъ, титулъ „тай-цзи“ присвоенъ исключительно императорскимъ сыновьямъ. Титулъ „лама“ (хо-шанъ у Китайцевъ) принадлежалъ въ прошедшія времена исключительно верховному первосвященнику, а теперь и кучеръ ламы, пока носить духовное одягніе, тоже зовется ламою. Пониженіе значенія титуловъ — явленіе обыкновенное повсюду, и потому не требуетъ длинныхъ объясненій. Въ древнія времена Буддизмъ часто появлялся между жителями Монголіи и нынѣшней Маньчжуріи, но не однократно и исчезалъ. Тогда распространеніе его шло со стороны Китая, и вотъ почему слово „шаманъ“ явилось въ китайской формѣ. Народы принявшіе это слово, могли также прилагать его къ духовнымъ лицамъ и другихъ религій, или-же эти лица, съ паденіемъ ихъ религіи, избирали себѣ другое занятие, сохраняя свой титулъ. Но тутъ является вопросъ: откуда происходитъ та сильная вражда, которая существуетъ между Шаманизмомъ и Ламаизмомъ? Извѣстно что Буряты, во время покоренія ихъ Русскими, всѣ были шаманистами; ламы, которыхъ вліянье, благодаря нашему покровительству, усиливалось, должны были, чтобы обратить Бурятъ въ Буддизмъ, прибѣгать нерѣдко къ насилію; имъ случалось даже сжигать живыми послѣдователей Шаманизма. И это нисколько не удивительно, такъ какъ мы знаемъ что Тибетъ не разъ былъ опустошаемъ во время борьбы между собою различныхъ буддійскихъ вѣроученій. Буддизму часто случалось прибѣгать и къ шарлатанству, несмотря на похвальбу его высотою и чистотою своихъ догматовъ. Такъ исторія повѣствуетъ что одинъ изъ первыхъ распространителей Буддизма въ Китаѣ, въ IV вѣкѣ, Фу-ду-чинъ, отличался не силою проповѣди, а фокусами (вынималъ, напримѣръ, хлыбъ изъ своего желудка). Приномпимъ что и нынѣшніе забайкальскіе ламы слывутъ за колдуновъ, занимаются, на-примѣръ, розыскиваніемъ краденныхъ предметовъ и т. и. Мнѣ не известны въ подробности ихъ приемы, но знаю что у Тибетцевъ также есть гадатели, передающие свои знания отъ отца къ сыну, и къ нимъ часто прибѣгаютъ въ важныхъ обстоятельствахъ, можетъ быть для того даже чтобы открыть въ кого, по смерти датай-ламы, переселилась его душа. Прорицатели эти называются чонь-джонъ (защитники вѣры), на томъ основании что къ нихъ будто-бы вселяются буддійскія божества, страшныя и уродливыя изображенія которыхъ видимъ мы на нашей выставкѣ. Позволью себѣ разсказать по поводу этихъ прорицателей о томъ что я самъ видѣлъ во время проѣзда духовной миссіи нашей

— LXXXIX —

черезъ Монголію, въ 1840 году. Мы только что выбѣхали со стан-
ціи Дурма, столь извѣстной своими глубокими песками, какъ я
замѣтилъ, вправо отъ дороги, дацанъ, который и отправился тот-
часъ же осматривать. До моихъ ушей издали еще долетали звуки
шумной музыки. Дацанъ оказался въ хорошемъ состояніи и обильно
снабженнымъ идолами. Въ главномъ корпусѣ зданія идолы были
обыкновенной формы, но въ придѣлѣ, откуда слышалась музыка,
увидѣлъ я безобразныя божества, именуемыя „чоинджунъ“. Въ
тоже время замѣтилъ я въ углу сидящаго неподвижно на тренож-
никѣ человѣка, котораго и принялъ сначала за статую. На немъ
былъ надѣтъ остроконечный шлемъ и желтый кафтанъ, украшен-
ные бахрамами и лентами; въ правой рукѣ онъ держалъ копье, а
въ лѣвой саблю. Передъ нимъ курились благовонія. Не знаю дол-
го ли продолжалось это дѣйствительное или притворное состояніе
восторженности, но только вскорѣ послѣ моего прихода съ ламой
начались судороги и икота; онъ сталъ вскрикивать, ударяя копьемъ
своимъ въ идола, спрятаннаго у него позади за занавѣсью. Тогда
другіе присутствовавшіе ламы стали давать ему успокоительныхъ
средствъ, и когда конвульсіи прекратились, но сознаніе еще не
возвратилось, стали шептать ему на гухо вопросы, на кото-
рые и отвѣчалъ онъ тихимъ голосомъ. Чрезъ посредство тѣхъ
же ламъ ему были предлагаемы вопросы и отъ свѣтскихъ лицъ,
которыя до того времени держались за дверями... Вотъ все что я
видѣлъ, но не позволю себѣ утверждать чтобы въ разсказанномъ
мною фактѣ было что либо общее съ Шаманствомъ“.

Этимъ сообщеніемъ и закончилось засѣданіе въ 10¼ часовъ.

Засѣданіе по отѣду Закавказье.

$$
\frac{25 августа}{6 сентября} \text{ утромъ.}
$$

Открылось, подъ предсѣдательствомъ К. П. Патканова, при
вице-предсѣдателяхъ Г. Клэркѣ и Э. Иствикѣ, въ 11 часовъ.

Предсѣдатель обратилъ вниманіе Собранія на только-что появля-
шійся въ свѣтѣ, и представленный авторомъ Съвзду, первый томъ
труда г. Міянсарова Bibliographia Caucasica et Transcaucasica (Спб-
1874—1876, 804 стр.) и сказалъ нѣсколько словъ о его значеніи.

А. П. Бержё представилъ, затѣмъ, рукописный сборникъ
пѣсень на адербайджанскомъ нарѣчии, съ слѣдующимъ объясненіемъ.
„Къ числу кавказскихъ народностей, о языке и народной поэзіи

— хс —

которыхъ им'ются весьма недостаточныя свѣдѣнія, принадлежать
и Татаре адербайджанскіе. Языкъ ихъ, господствуя почти на всемъ
пространствѣ Адербайджана, употребителенъ также въ персидскомъ
Курдистанѣ и даже въ самой Персіи, гдѣ предѣломъ его распро-
страненія на востокъ считается городъ Казвинѣ. Въ русскихъ пре-
дѣлахъ Татаре Адербайджанскіе населяютъ преимущественно восточ-
ное Закавказье, къ югу отъ Куры. Къ сѣверу отъ этой рѣки по-
селенія ихъ встрѣчаются лишь вдоль ея низовья. Въ уѣздахъ Ше-
махинскомъ и Пухинскомъ составляютъ они главную массу насе-
ленія. Въ губерніи Эрпванской внѣдрились они среди Армянъ,
подобно тому какъ послѣдніе проникли, на-оборотъ, въ уѣзды Ну-
хинскій и Шемахинсей. Затѣмъ встрѣчаются они оазисами въ Кубин-
скомъ уѣздѣ и даже далѣе въ направленіи къ Дербенту. Употреби-
тельно адербайджанское нарѣчіе въ особенности до полинѣ р. Са-
мура; наконецъ, извѣстно оно также и жителямъ бывшаго Ахал-
цыхскаго пашалыка. Несмотря на такую распространенность адер-
байджанскаго языка, о литературѣ его знаютъ въ ученой Европѣ
весьма мало. Въ 1868 году, онъ, г. Бержё, издалъ въ Лейпцитѣ
небольшой сборникъ адербайджанскихъ стихотвореній подъ загла-
віемъ Dichtungen transcaucasisher Sänger des XVIII und XIX Jahr-
hunderts in Aderbeidshanischer Mundart. Это была первая книга на
этомъ нарѣчіи, напечатанная въ Европѣ; она заключала въ себѣ
лишь произведенія самыхъ знаменитыхъ пѣвцовъ. Большая часть
этого изданія въ 500 экземпляровъ разошлась въ два-три мѣсяца
между мусульманами Закавказья, чтò свидѣтелствуетъ, какъ о
любви ихъ къ своей народной литературѣ, такъ и о необходимости
подобныхъ изданій. Продолжая собирать произведенія этой литера-
туры при усердномъ содѣйствіи знатоковъ дѣла въ краю, онъ успѣлъ
пополнить свой сборникъ не только новыми стихотвореніями пѣв-
цовъ уже нашедшихъ въ немъ мѣсто, но и многими произведе-
ніями пѣвцовъ дотолѣ остававшихся неизвѣстными. Къ этому при-
совокупилъ онъ біографическія замѣтки объ авторахъ вошедшихъ
въ сборникъ стихотвореній и карту географическаго распростране-
нія адербайджанскаго нарѣчія. Въ такомъ видѣ подвергаетъ онъ
дальнѣйшую судьбу своего сборника усмотрѣнію Съѣзда".

Вслѣдъ за Бержё, г. Э. Боннель, библіотекарь Императорской
Публичной Библіотеки, выступилъ со статьюю своею: Einige Nach-
richten der alten griechischen und römischen Schriftsteller ueber
die Skythen, Sarmaten, Kimmerier, Perser uud andere Völker *.

* Статья эта напечатана во II-мъ томъ „Трудовъ“ Съѣзда, стр. 371—
387, и потому излагать содержаніе ея здѣсь излишне.

— ХСІ —

По поводу нѣкоторых отождествленій встрѣчающихся въ этой статьѣ, г. Кернъ обратился къ Собранію съ вопросомъ: „продолжаетъ-ли еще кто принимать мнѣніе, которое и самъ онъ прежде раздѣлялъ, что „Кушья“ и „Чуťья“ (Пунтія) Накши-Рустамской клинчатой надписи обозначаютъ Коссейцевъ и Геллеспонтцевъ— мнѣніе, въ опроверженіе котораго выставлены г. Оппортомъ весьма вѣскія соображенія“. — Отвѣта не послѣдовало.

Затѣмъ доложено было о полученіи отъ г. Шмидта, изъ Гевельсберга, трехъ первыхъ печатныхъ листовъ сочиненія его: „Unser Sonnenkörper nach seiner sprachlichen, physikalischen und mythologischen Seite hin betrachtet“, съ изложеніемъ общаго содержанія этого труда и просьбою сообщить это изложеніе Сѣзду. Вотъ оно:

„Оставляя въ сторонѣ сношенія Китайцевъ съ древними Египтянами, такъ-какъ у меня недостаточно матеріаловъ по этому предмету, я высказываю въ сочиненіи моемъ мысль, что Египтяне — древнѣйшій изъ народовъ, которыхъ называю я„армяно-кавказскими“. Гражданственность ихъ началась въ Месопотаміи, перешла оттуда, черезъ Персидскій Заливъ, въ Аравію и Эөіопію, а изъ этихъ странъ — въ долину Нила. Отсюда цари египетскіе внесли ее въ Сирію и Ассирію, по изгнаніи мидо-иранской династіи Ща-Су, или Саковъ. Могущественному вліянію этой цивилизаціи и обязаны семиты Ассирійцы развитіемъ своей образованности. Военное и религіозное господство ихъ, простиравшееся на юго-востокъ до народовъ Дравидскихъ и до кочевыхъ колѣнъ Индіи, въ XIII вѣкѣ до Р. Х. обитавшихъ еще въ Южной Сибири, оказало гораздо болѣе сильное вліяніе на умственную жизнь Азіатцевъ, чѣмъ впослѣдствіи Христіанство Несторіевой секты и Буддизмъ. Поразительно и, должно быть, не случайно замѣченное мною сходство въ миологическихъ воззрѣніяхъ американскихъ племенъ и народовъ армяно-кавказскихъ. Еще менѣе случайнымъ оказывается это сходство при сравненіи корней важнѣйшихъ языковъ цивилизованныхъ народовъ древней Америки съ корнями языковъ кавказо-армянскихъ. Что-же касается до языка Бегистунской надписи второй системы, то я бы просилъ г. Опперта, великія заслуги котораго по части изученія языка и цивилизаціи Ассирійцевъ не могутъ быть достаточно восхвалены, называть этотъ языкъ, по-прежнему, Аккадскимъ. По моимъ грамматическимъ изслѣдованіямъ, языкъ этотъ столь же близокъ къ современному зырянскому и черемисскому, сколько сузійское нарѣчие представляетъ сходства съ языками дравидскими. Значеніе какимъ въ царствѣ Ахеменидовъ пользовались Аккадцы, народъ туранскій, объясняется многочисленностію послѣднихъ. Ахемениды, по всей вѣроятности, находили въ этомъ народѣ опору

— ХСІІ —

противу анархическихъ, нерѣдко, поползновеній арійскихъ и сет-
митскихъ своихъ подданныхъ. Мидяне-же, по-моему, народъ иран-
ской семьи. Я-бы желалъ чтобы оръенталисты, занимавшися изу-
ченіемъ разныхъ семей языковъ армяно-кавказскихъ, соблаговолили
разсмотрѣть вѣрны-ли изложенныея мнѣнія мои, или, по крайней
мѣрѣ, допустимы-ли они въ наукѣ".

Всходить на каеведру президентъ Съѣзда, В. В. Григорьевъ, и читаетъ только-что полученную имъ телеграмму отъ г. Лессепса, знаменитаго устроителя Суезскаго Канала, предсѣдательствовавшаго въ то время на провинціальномъ съѣздѣ- французскихъ оръенталистовъ въ Марсели. Г. Лессепсъ передавалъ этою телеграммою поздравленія отъ Марсельскаго Съѣзда Петербургскому, и пожеланія ему полнаго успѣха. Собраніе выслушало эту телеграмму весьма сочувственно и, по предложенію г. Григорьева, рѣшило отвѣчать немедленно Марсельскому Съѣзду тоже по телеграфу.

Слѣдующее сообщеніе принадлежало К. П. Патканову, и служило отвѣтомъ на имъ же самимъ предложенный 25-й вопросъ программы: „Къ какому вѣку слѣдуетъ отнести составленіе „Географіи“ приписываемой Моисею Хоренскому, судя по изданію этого памятника, какъ сдѣлано оно мехитаристами въ 1843 году?“ Референтъ изложилъ въ-подробности сульбы этого памятника въ Европѣ, и доказалъ, что авторъ его — писатель VII вѣка Ананія Ширакаци, причемъ раскрылъ, что и „Христіанская Топографія“ приписываемая обыкновенно Козьмѣ-Индоплавателю, имѣла автоморъ своимъ Константина Антіохійскаго *.

Послѣ этого, г. О п п е р т т ъ, по просьбѣ предсѣдателя къ нему
обращенной, развилъ нѣсколько мыслей о клинчатыхъ текстахъ
писанныхъ на языке древней Арменіи, не имѣющемъ ничего об-
щаго съ общеизвѣстнымъ армянскимъ языкомъ. Это — сказалъ онъ
— языкъ совершенно-неизвѣданный, который не удалось еще растол-
ковать, ни при помощи современного перевода текстовъ на другіе
языки, ни средствами сравнительной филологіи. Къ счастію, въ
текстахъ этихъ встрѣчается много идеографическихъ знаковъ тож-
дественныхъ съ ассирійскими. Благодаря этому обстоятельству,
можно видѣть, что рѣчь въ нихъ идетъ о такомъ-то количествѣ
серебра, золота, быковъ, барановъ и другихъ предметовъ, отнятыхъ
у непріятеля, о построеніи зданія, о сооруженіи храма. Но тамъ

* Изследованіе К. П. Патканова объ армянской географіи приписывав-
шейся Моисею Хоренскому, отпечатано, въ 1877 году, въ С.-Петербургъ,
особою внигою, въ которой желающіе и найдутъ подробности сообщенія его
по этому предмету.

— ХСШІ —

гдѣ, вмѣсто идеографическихъ знаковъ, идутъ знаки означающіе фонетические слога, эти знаки, хотя и совершенно-ясно изобразенные, остаются пока недоступными для чтенія и уразумѣнія. Будемъ надѣяться, что найдется переводъ который поможетъ раскрыть тайну покрывающую эти тексты, являющіеся единственными слѣдами одной изъ давно угасшихъ цивилизацій". Въ заключеніе, чтобы показать наглядно съ какими трудами сопряжено уразумѣніе смысла армянской клинописи, г. Оппертъ представилъ опыты истолкованія коротенькой надписи царя Миніаса, — истолкованія основаннаго на догадкѣ руководимой однимъ здравымъ смысломъ, а не какими-либо указаніями лингвистики.

Собраніе выслушало это истолкованіе съ напряженнымъ вниманиемъ.

Преемникомъ г. Опперта на каоедрѣ явился г. Эрицовъ съ совершеніемъ объ армянской палеографіи и собраніяхъ армянскихъ рукописей, „Извѣстно—сказалъ онъ—что письмена армянскія явились въ V вѣкѣ по Р. Х. Насколько я имѣлъ возможности изучать армянскія рукописи съ этого времени до нашихъ дней, письмена армянскія потерпѣли семь различныхъ измѣненій. Такъ, напримѣръ, въ рукописи видѣнной много въ Канлыджѣ, Александропольскаго уѣзда, и относящейся къ 693 году, буквы имѣютъ форму правильныхъ квадратовъ, тогда-какъ нынѣшнія армянскія письмена подходить къ готическому шрифту нѣмецкаго письма. Одно изъ измѣненій относится къ эпохи возстановленія царства Багтидовъ, другое — къ цвѣтущимъ временамъ Киликійскаго Царства, и т. д. Буквенныя украшенія, встрѣчаемыя въ армянскихъ рукописяхъ, носять на себѣ слѣды влѣянія искусствъ византійскаго, арабскаго и персидскаго. Вообще переписчики высоко цѣнились у Армянъ, такъ-что имена нѣкоторыхъ изъ нихъ даже занесены въ лѣтописи. Рукописей армянскихъ истреблено было въ разное время огромное количество, но, несмотря на то, значительное число ихъ дошло и до нашего время. Богатѣйшее собраніе этихъ рукописей хранится въ Эчміадзинскомъ монастырѣ. Оно описано отчасти академикомъ М. И. Броссё, и приведено въ порядокъ, стараніями Монастыря, въ концѣ 1850-хъ годовъ. Изданъ и каталогъ, представляющій наименованіе до 3000 рукописей, но въ нѣкоторыхъ изъ рукописей подъ однимъ и тѣмъ же переплетомъ встрѣчается иногда по нѣскольку десятковъ различныхъ трактатовъ, такъ-что, по моимъ соображеніямъ, собраніе заключаетъ въ себѣ до 32000 отдѣльныхъ произведеній; должно замѣтить, вирочемъ, что, по содержанію, рукописи эти не имѣютъ большой цѣны. Собранія наиболѣе важныхъ армянскихъ рукописей находятся въ Римѣ и Венециі:

7 ★

— ХСІV —

тамъ собраны лучшіе памятники армянской литературы съ ХІІІ и ХІV вѣковъ. Сверхъ того, извѣстны еще собранія армянскихъ рукописей въ Парижѣ, Лондонѣ, Вѣнѣ и Берлинѣ. Въ Россіи коллекціи такихъ рукописей имѣются въ Имп. Академіи Наукъ, въ Импер. Публичной Библіотекѣ, въ университетахъ Петербургскомъ, Московскомъ и другихъ, и въ Лазаревскомъ Институтѣ въ Москвѣ. Изъ историковъ армянскихъ извѣстно что значительнымъ собраніемъ произведеній армянскихъ писателей V вѣка обладалъ монастырь Ахпатскій, но неизвѣстно что сталось потомъ съ этимъ собраніемъ. Въ 1872 году я посѣтилъ этотъ монастырь и нашелъ тамъ въ пещерѣ около 180 армянскихъ рукописей сложенныхъ въ нѣкоторомъ порядкѣ и прикрытыхъ огромнымъ камнемъ, но сильно уже попортившихся: это, быть можетъ, остатки отъ собранія V вѣка*. г. Эрицовъ представилъ присутствующимъ на разсмотрѣніе и нѣ-которыя изъ этихъ рукописей.

За г. Эрицовымъ повелѣ рѣчъ А. А. Цагарели, преподаватель грузинскаго языка въ Петербургскомъ Университетѣ, о сборнике переводимыхъ имъ грузинскихъ басень и сказокъ XVII вѣка.

Послѣ г. Цагарели говорилъ Д. І. Чубиновъ, бывшій орд. профессоръ Грузинской Словесности въ томъ же университетѣ — объ одномъ сборникѣ грузинскихъ законовъ, изъ котораго извлекъ онъ нѣсколько любопытныхъ фактовъ для исторіи нравовъ и обычаевъ Грузинъ, и много важныхъ подробностей о феодальной системѣ въ Грузіи, изученіе которой, по мнѣнію референта, могло-бы имѣть значеніе и для исторіи феодализма въ Европѣ.

Этимъ сообщеніемъ и закончилось засѣданіе въ часъ 10 минутъ.

Засѣданіе по отдѣлу Археологіи и Нумизматики.

$$ \frac{28 августа}{8 сентября}} \text{ утромъ.} $$

Открылось, подъ предсѣдательствомъ Ю. Опперта, при вице-
предсѣдателяхъ С. Штикелѣ и В. Е. Тизенгаузенѣ, въ 10½
часовъ, нѣсколькими благодарственными словами Ю.Опперта за честь
ему оказанную избраніемъ его въ предсѣдатели Отдѣла: онъ по-
старается оправдать этотъ знакъ довѣрія и уваженія.

Первый докладъ былъ сдѣланъ г. Горскимъ-Платоно-

— xcv —

вымъ, профессоромъ Московской Духовной Академіи — о еврейской рукописи Пятикнижия, принадлежащей означенной Академіи *, причемъ референтъ представилъ фотографические снимки съ двухъ листовъ этой рукописи.

Затѣмъ предъявлены слѣдующія доставленныя Съѣзду записки: 1) г. Аспелина (изъ Гельсингфорса)—De la civilisation préhistoire des peuples permiens **; 2) г. Камилла Рика (Ricque) изъ-Парижа—Inscriptions de rochers du mont Sinaï; 3) Е. Люценки (изъ Керчи)—Древніе еврейскіе надгробные памятники открытые въ насыпяхъ Фанагорійскаго городища ***.

П. И. Лерхъ сталъ читать записку свою о монетахъ Бухаръ-худатовъ (государей бухарскихъ до мусульманскаго періода), но лишь только вдался въ нѣкоторыя подробности, какъ былъ оставленъ просьбою Предсѣдателя перейти скорѣе къ результатамъ своего изслѣдованія. Референтъ отвѣчалъ, что это невозможно для него безъ изложения предварительно доказательствъ на коихъ основываются его выводы, и продолжалъ чтеніе изслѣдованія, выводомъ которого было то что означенные монеты съ надписями неизвѣстными письменами и неизвѣстно кѣмъ битыя, принадлежать бухарскимъ владѣльцамъ VII и VIII вѣковъ, и суть подражанія сассанидскимъ монетамъ Варакрена V-го, а письмена на нихъ, разобранныя референтомъ, признаетъ онъ за согдійскія ****.

Это сообщеніе П. И. Лерха покрыто было горячими и продолжительными рукоплесканіями. Предсѣдатель обратился къ нему съ изъявленіемъ благодарности, отъ имени Собранія, за важное научное открытіе имъ сдѣланное, но замѣтилъ, вслѣдъ за тѣмъ, что надо дѣлать различіе между мемуаромъ назначеннымъ для чтенія въ тиши кабинета, и устнымъ сообщеніемъ для произведенія въ публикѣ. Послѣднее должно отличаться отсутствіемъ подробностей способныхъ утомить слушателя. Задача-же предсѣдателя двоякая: онъ долженъ охранять право оратора получившагоозволеніе говорить, и въ тоже время охранять права аудиторіі, которая слушаетъ оратора. Его же дѣло и блюсти за возможной равномѣрностію сообщеній, въ интересѣ всѣхъ лицъ которымъ дано слово.

Г. Штикель показываетъ Собранію придуманную имъ под-

* Напечатанъ въ настоящемъ томѣ „Трудовъ“ Съѣзда, стр. 591—592.

** Напечатано въ II-мъ томѣ „Трудовъ“ Съѣзда, стр. 389—416.

*** Напечатано въ настоящемъ томѣ „Трудовъ“ Съѣзда, стр. 573—000.

**** Записка П. И. Лерха вошла въ составъ II-го тома «Трудовъ» Съѣзда, стр. 417—430.

— xcvі —

ставку особаго рода для удобнѣйшаго разсматриванія монетъ, и
объясняетъ подробно преимущества этого инструмента.

Входитъ на каеєдру В. В. Григорьевъ и прочитываетъ телеграмму отъ г. Блау изъ Одессы, которою этотъ ученый выражаетъ глубокое сожалѣніе что не могъ принять личнаго участія въ засѣданіяхъ Сѣзда, и посылаетъ сему-послѣднему, и въ особенности VIII-му онаго отдѣлу, искренній привѣтъ.

Тутъ Предсѣдатель даетъ слово г. Лагусу, но предпосылаетъ его сообщенію нѣсколько словъ о молодомъ соотечественникѣ н ученикѣ г. Лагуса — Карлѣ Энебергѣ, лишь нѣсколько недѣль назадъ похищенномъ смертію въ Мосулѣ. Этотъ финляндскій ассиріологъ принималъ участіе въ извѣстной экспедиціи Джорджа Смита. Растроганнымъ голосомъ отозвавшись о важной потери какую несла ассиріологія въ лицѣ этого молодаго человѣка, г. Оппертъ припомнилъ и горестную участь, которой, кажется, обрѣчены финляндскіе оренталисты: Валлинъ, Чельгренъ, Энебергъ, всѣ они умерли во цвѣтѣ лѣтъ...

Собраніе видимо раздѣляло чувства г. Опперта.

Предметомъ сообщенія г. Лагуса были куфіческія монеты и
другіе предметы восточнаго происхожденія, найденные въ послѣд-
ніе года въ Финляндіи*. Часть пхъ была помѣщена имъ на Вы-
ставкѣ при Сѣздѣ.

Г. Лагусъ говорилъ по-латыни. На латинскомъ же языкѣ вы-
сказалъ ему Предсѣдатель благодарность за любопытное сообщеніе.

Это обстоятельство подало поводъ г. Штікелю выступить съ
слѣдующимъ заявленіемъ, тоже на латинскомъ языкѣ: „Очень радъ,
что г. Лагусъ сказалъ свою рѣчъ по-латыни. Этотъ безсмертный, хотя
и мертвый языкъ, водворенный побѣдоноснымъ оружіемъ Римлянъ
даже въ песчаныхъ пустыняхъ Африки и въ сердцѣ Азіи, языкъ
въ теченіе столккихъ вѣковъ бывшій проводникомъ цвилизаціи, и
даже понынѣ составляющій необходимое условіе всякаго соцід-
наго образованія — языкъ этотъ дѣствительно заслуживаетъ того
чтобы ему возвращено было, хотя въ нѣкоторой степени, то мѣсто
которое онъ нѣкогда занималъ въ ученомъ мірѣ". Въ заключеніе
ораторъ выразилъ желаніе чтобы добрый примѣръ поданный г. Ла-
гусомъ нашелъ подражателей въ другихъ референтахъ.

Слова эти вызвали въ собраніи самыя живыя и продолжитель-
ныя выраженія сочувствія.

Засимъ выступилъ г. Либленъ съ изслѣдованіемъ о народѣ

* Сообщеніе г. Лагуса напечатано во II-мъ томѣ «Трудовъ» Сѣзда, стр. 365—370.

— XCVII —

Хэта, въ отвѣтъ на 14-й вопросъ программы Орг. Комитета. Хэта
Египтянъ, по его мнѣнію, одинъ и тотъ же народъ съ упоминае-
мыми въ Библіи Хэтеями; до исхода Евреевъ изъ Египта жилъ
опъ въ южной части Палестины; нашествіе Евреевъ заставило его,
частію, покориться, но большею частію выселиться сѣвернѣе и за-
нять долину Оронта; тѣснимые отсюда Аморреями, Хэты распро-
странились на сѣверъ до границъ Киликіи. Въ сѣверо-западной
части Сиріи усилились они на счетъ народа Рутэнну, господство-
вавшаго здѣсь дотолѣ. Въ теченіе XIII и XII вѣковъ. до Р. Х. Хэты
сдѣлались могущественны до такой степени, что пграли первую
роль въ означенныхъ мѣстахъ въ продолженіе сирійскихъ войнъ Рам-
сеса II и царя ассирійскаго Тиглатъ-Пилесара І. Въ Библіи, въ
царствованіе Соломона и царя израильскаго Іеровоама, упоминается
о нихъ какъ о господствующемъ народѣ въ Сѣверной Сиріи *.

А. Я. Гаркави заговорилъ о странѣ, именуемой въ египет-
скихъ надписяхъ Тэнну, и мѣстоположеніе которой не было опре-
дѣлено. Доказавъ что надо читать не Тонну, а Тэмэнну, онъ отож-
дествилъ эту страну съ Теман'омъ Св. Нисанія, на югъ отъ Шале-
стины, на юго-востокъ отъ Идумеи, и вывелъ, что во времена XII
египетской династіи (2500—2400 до Р. Х.) Палестина собственно
издавна уже заселена была Семитамп. Вслѣдъ за тѣмъ, г. Гаркави
заявилъ что печатаетъ, въ мемуарахъ Имп. Академіи Наукъ, за-
писку о древнихъ памятникахъ еврейскихъ, найденныхъ въ Крыму,
и издалъ уже за границею брошуру, заключающую въ себѣ важ-
нѣйшіе результаты розысканій его по этому предмету.

Предсѣдатель сообщилъ о томъ что ему удалось найти ключъ
для истолкованія такъ-называемыхъ „судебныхъ надписей“, и объяс-
нилъ значеніе формулъ содержащихся въ этихъ памятникахъ, ко-
торые восходятъ до 2500 лѣтъ передъ Р. Х. и достигаютъ до
времени Домиціана.

Г. Голенищевъ, студентъ Восточнаго Факультета въ Петер-
бургскомъ Университетѣ сообщаетъ извѣстіе о папирусѣ № 1, хра-
нащемся въ Имп. Эрмитажѣ, въ С.-Петербургѣ. Папирусъ этотъ
представляетъ въ началѣ остатки нравоучительнаго трактата, изъ
котораго референтъ и привелъ нѣсколько мѣстъ; затѣмъ — разсказъ
объ одномъ событии, какъ полагаютъ, изъ временъ царя Санафру;
и, наконецъ—остатки записи, гіератическими письменами, о храмо-
выхъ вкладахъ, и брульонъ двухъ дѣловыхъ писемъ. Написанъ

* Записка г. Либлейна отпечатана во II-мъ томъ «Трудовъ», Съвзда, стр. 343—364.

7

— XCVIII —

этотъ папирусъ, по мнѣнію референта, во времена ХХ династій.

Предсѣдатель прочитываетъ 14-й вопросъ программы—о степени достовѣрности монетныхъ легендъ въ иныхъ случаяхъ. По поводу этого вопроса М. А. Терентьевъ заговорилъ о недостовѣрности надгробныхъ надписей, и привелъ въ примѣръ мраморную доску съ эпитафіей Мохаммедъ-хана-Шейбани, вывезенную имъ изъ Самар-канда и находящуюся нынѣ въ Имп. Эрмитажѣ. По хронограммѣ въ концѣ этой эпитафіи, означенный ханъ умеръ въ 977 году гиджры=1569 по Р. Х.; а между тѣмъ положительно извѣстно, что онъ былъ убить въ сраженіи противъ Исмаилъ-шаха при Мервѣ, въ 916 г. гиджры=1510 нашей эры. Исмаилъ-шахъ даже велѣлъ сдѣлать себѣ чашу изъ его черепа. Съ этого года нѣтъ уже болѣе монетъ съ именемъ Мохаммедъ-хана, и нѣтъ никакой возможности сомнѣваться въ его смерти. Оказывается, такимъ образомъ, что годъ кончины, обозначенный на его гробницѣ, отодвинулъ эту кончину на цѣлыя 59 лѣтъ — изъ чего г. Терентьевъ вывелъ заключеніе, что показаніе эпитафіи ошибочно, и болѣе довѣрія должно быть оказываемо монетнымъ легендамъ, какъ документамъ официальнымъ.

Г. Фолькъ сообщаетъ, въ нѣskолькихъ словахъ, о восточныхъ монетахъ хранящихся въ Деритѣ.

Выступаетъ затѣмъ опять г. Голенищевъ съ сообщеніемъ о такъ-называемомъ „Меттерниховскомъ Камнѣ“, объясненіе котораго имъ печатается; причемъ представляетъ и первые листы своего изданія *.

Въ числѣ предметовъ доставленныхъ на Выставку при Съѣздѣ изъ Восточной Сибири находился небольшой бронзовый истуканчикъ съ почти истершеюся надписью на немъ, найденный въ Баргузинѣ, у съверо-восточной оконечности Байкала. Г. де-Рони, спрошенный о значеніи этой надписи, сдѣлалъ попытку объяснить ее Собранію. Несомнѣннымъ въ ней оказалась только дата: „5-го дня 2-го года правленія тянь-бао (tien-pao)“.

Предсѣдатель продолжаетъ чтеніе вопросовъ программы.

По вопросу 31-му: „Слѣдуетъ-ли подъ *Аперіу* египетскихъ надписей разумѣть Евреевъ?“ — Д. А. Хвольсонъ, предложившій этотъ вопросъ къ Орг. Комитетѣ, изложилъ мотивы свои къ тому, чтобы

* Великолѣнное издаваніе это вышло въ свѣтъ въ слѣдующемъ, 1877 году, въ Лейцигѣ, подъ заглавіемъ: *Die Metternichstele in der original Grösse, zum ersten mal herausgeben von W. Golenischeff.*

— хсіх —

вызвать обсуждение предмета; но вызова этого никто изъ присут-
стующихъ не принялъ.

По вопросу 32-му, объ именахъ **Маланъ** и **Мусуръ**, которыми въ
надписяхъ Ассурбанинала обозначается одинаково Египетъ, — г.
О ппертъ замѣтилъ только, что **Маланъ** и **Мусуръ** вовсе не тож-
дественны, но что послѣднее всегда означаетъ Египетъ.

По вопросу 33-му, почему Шишакъ, при походѣ своемъ на
Іудею, оставилъ въ покой Царство Десяти-Колѣнъ? — Д. А. Хволь-
сонъ замѣтилъ, что онъ отчасти отвѣтилъ уже на этотъ вопросъ
въ статьѣ своей на русскомъ языкѣ „О вліяніи географическаго по-
ложенія Палестины на судьбы этой страны“, статьѣ, гдѣ онъ раз-
вивалъ преимущественно мысль, что Филистимляне были чѣмъ-то
въ родѣ военной колоніи Египтянъ.

Собраніе разошлось въ часъ 15 минутъ.

Засѣданіе по отдѣлу Религіозныя и Философскія ученія Востока.

$$
\frac{28 \text{ августа}}{9 \text{ сентября}} \text{ утромъ.}
$$

Открылось въ 10 часовъ 35 минутъ, подъ предсѣдательствомъ
Р. Дугласа, при вице-предсѣдателяхъ А. Дегубернатисѣ
и Т. Ченери.

Предъявлены поступившія на Съѣздъ по этому Отдѣлу слѣ-
дующія записки: 1) А. Ф. фонъ-Мерена — Exposé de la réforme
de l'Islamisme, commencée au 3-e siècle de l'hégire par Abou-l-
Hasan Ali el-Aschàry et continuée par son école; avec des extraits
du texte arabe d'Ibn-Asâkir; 2) Е. Эйтеля (изъ Китая)—Outlines
of the History of Chinese Philosophy; 3) Ж. Чалмерза—Chinese
Natural Theologie; 3) П. Горскаго-Платонова—, „О славян-
скомъ переводѣ Псалтыря съ еврейскаго подлинника, сдѣланнаго
въ XVIII столѣтіи архіепископомъ московскимъ и коломенскимъ
Амвросіемъ Зертысь Каменскимъ; 4) К. Тоттермана—Beitrag zu
der Enstehungsgeschichte der biblischen Chronik des Peschita.

При представленіи вышеозначенного мемуара своего, А. фонъ-
Меренъ изложилъ его содержаніе *.

* Мемуаръ этотъ напечатанъ во II-мъ томѣ „Трудовъ“ Съѣзда, стр.
167—33.

7*

— C —

Вслѣдъ затѣмъ А. Дегубернатись изложилъ свой взглядъ на миеологическую связь между сказаніями о сотвореніи міра, потопѣ и возрожденіи человѣчества, и на параллелизмъ существующій между космогоніями библейскою и индѣйскою.

Тутъ вошелъ на каеедру г. Оппертъ. „Только-что ютѣлъ я повести рѣчъ о клинчатомъ текстѣ, содержащемъ въ себѣ сказанія о потопѣ — сказалъ онъ — какъ получилъ сію минуту извѣстіе ошеломившее меня и опечалившее. Не далѣе какъ вчера вспоминалъ я объ Энебергѣ, погибшемъ мученикомъ науки въ Мосулѣ. И, вотъ, меня увѣдомляютъ о смерти Джорджа Смита. Вы понимаете какое тяжелое впечатленіе произвела на меня телеграмма въ своей краткости (Death of Georges Smith 19 Aug. Aleppo Confirmed), когда мнѣ подали ее въ ту минуту какъ я собрался говорить о текстахъ открытыхъ покойнымъ. — Дж. Смитъ не думалъ сначала посвятить себя наукѣ. Онъ былъ граверъ по профессіи. Гравируя клинчатыя надписи для сэръ Генри Ролинсона, онъ воспламенился страстью къ этимъ таинственнымъ письменамъ, и душою и тѣломъ отдался ихъ изученію. Успѣхъ увѣнчалъ его усилия. Одного сдѣланнаго имъ открытія пластинокъ о потопѣ достаточно чтобы имя его не погибло въ исторіи науки. У покойнаго было особое палеографическое чутье. Онъ одаренъ былъ большою проницательностію, позволявшю ему быстро схватывать характеристическія черты самыхъ различныхъ системъ письма. Я только-что намѣревался указать на различія въ его переводѣ съ моимъ. Теперь я долженъ отказаться отъ этого, изъ уваженія къ человѣку который, вдали отъ шестерыхъ дѣтей своихъ, палъ героемъ на полѣ научной битвы. Съ вашегоъ позволенія, мм. гг., я умолчу о небольшомъ разногласіи моего перевода со Смитовымъ, и просто представлю Вамъ новый переводъ тѣхъ пластинокъ, открытіемъ которыхъ обязаны мы тому, чью безвременную кончину теперь оплакиваемъ“.

Теплыя слова эти Собраніе выслушало съ полнымъ сочувствіемъ.

Приступивъ, затѣмъ, къ дѣлу, г. Оппертъ сообщилъ обещанный свой, новый, переводъ клинописнаго сказанія о потопѣ, сопровождая его филологическими и историческими объясненіями. Между прочимъ онъ высказался противъ отождествленія Псдубара этого сказанія съ Немвродомъ Св. Писанія, и заявитъ, что, по его мнѣнію, Немвродъ не есть отдѣльное лицо, а олицетвореніе цѣлаго народа. Закончилъ г. Оппертъ благодарностію Собранію за благосклонный приемъ оказанный всѣмъ его сообщеніямъ, благодарностію не только отъ своего имени, но и отъ имени французской науки, быть однимъ изъ представителей которой на настоящемъ съѣздѣ считаетъ онъ за честь.

— СІ —

В. Ө. Миллеръ, доцент Московскаго Университета, пред-
ставивъ Собранію только-что вышедшій изъ типографія трудъ свой
подъ заглавіемъ «Очерки Арійской Миоологіі», изложилі главные
результаты этого изслѣдованія. Въ первыхъ главахъ разбираетъ
онъ нѣкоторые вопросы относящіеся до состоянія ведійской граж-
данственности и доказываетъ, что гражданственность эта далеко не
можетъ быть названа первобытною, а, напротивъ того, представ-
ляетъ слѣды долговременнаго предшествовавшаго развитія. Обра-
щаясь затѣмъ къ разсмотрѣнію миовъ, содержащихся въ ведій-
скихъ гимнахъ, онъ доказываетъ что эти миы не болѣе какъ
обломки другихъ, древнѣйшихъ, и не только не могутъ служить
къ разъясненію миовъ другихъ индо-европейскихъ народовъ, но
еще отъ нихъ должны получить истолкованіе. Расположеніе обра-
щать древнія, иногда забытыя божества — въ созвѣздія, существо-
вало, по его мнѣнію, у Индѣйцевъ столько же какъ у Грековъ и
Халдеевъ; созвѣздіе Діоскуровъ у Грековъ, и Асвиновъ (Асваиогамъ)
у Индѣйцевъ отнюдь не свидѣтельствуетъ о первоначальномъ стел-
лярномъ значеніи этихъ божествъ-близнецовъ. Тотъ же типъ встрѣ-
чается, по-видимому, въ халдейскомъ зодіакѣ, соотвѣтствуя маю-
юю мѣсяцамъ, и является въ клинчатыхъ текстахъ подъ назва-
ніемъ Сиванъ, и нѣтъ никакихъ поводовъ къ сомнѣнію въ тожде-
ственности „близнецовъ“ халдейскихъ съ „близнецами“ индо-евро-
пейскими.

Слѣдующее сообщеніе сдѣлано было г. Либлейномъ — объ
одномъ египетскомъ саркофагѣ, хранящемся въ музеѣ Имп. Акаде-
міи Наукъ въ С.-Петербургѣ. Референтъ уже описалъ его въ своемъ
сочиненіи: Die ägyptischen Denkmäler in St.-Pétersbourg, Helsing-
fors, Upsala und Copenhagen, и отнесъ ко временамъ XIII-й еги-
петской династіи.

Г. Боннель прочелъ свое изслѣдованіе о религіі Скиевъ.

Г. На уфаль повелъ рѣчь о мусульманской точкѣ зрѣнія на
нѣкоторые экономические вопросы. «Эта часть философія Арабовъ —
сказалъ онъ — представляетъся самымъ характеристикнымъ, самымъ
оригинальнымъ и, вмѣстѣ съ тѣмъ, самымъ несовершеннымъ произ-
веденіемъ арабскаго духа». Взглядъ Арабовъ на способы разложенія
налога на потребителей, изложенный референтомъ, является, по
его мнѣнію, одною изъ любопытнѣйшихъ попытокъ къ разрѣше-
нію этой, одной изъ труднѣйшихъ задачъ политической экономіи.
Если, съ практической точки зрѣнія, трудность эта и не преодо-
лѣна мусульманской наукою, то, по его мнѣнію, довольно уже и
того для чести Арабовъ, и въ доказательство философской вос-
пріимчивости ихъ сознанія, что они искали въ какихъ обстоятель-

— СН —

ствахъ, какими способами и до какой степени могутъ быть по-
требители освобождены отъ налога на предметы необходимые для
ихъ существованія. Законъ спроса и предложенія былъ, по сло-
вамъ референта, неизвѣстенъ Арабамъ, по крайней мѣрѣ они не
разсматривали его въ качествѣ средства опредѣляющего продажную
цѣнность произведеній, иначе какъ въ нѣкоторыхъ рѣдкихъ слу-
чаяхъ и, такъ сказать, безсознательно. Мнѣнія ихъ о цѣнности
солота и серебра, кратко изложенные г. Науфалемъ, не соотвѣт-
ствуютъ, по его мнѣнію, выводамъ современной экономической
науки, видящей въ этихъ металлахъ товаръ, точно такъ же какъ
и другие, подчиненный закону спроса и предложенія. Сообщеніе
свое закончилъ г. Науфаль указаніемъ на трудъ свой по мусуль-
манскому законовѣднію, и представленіемъ Собранію той части
этого труда въ которой идетъ рѣчь о торговлѣ.

Заключилось засѣданіе обращеніемъ къ собранію г. Крылова,
члена Миссіонерскаго Общества. „Вопросъ о переводѣ христіанскихъ
священныхъ и богослужебныхъ книгъ на восточные языки, съ цѣлю
обращенія идолопоклонниковъ, былъ уже — сказалъ онъ — обсуж-
даемъ много разъ. Тѣмъ не менѣе, имѣя въ виду что третья сес-
сія Конгреса Орѣенталистовъ посвящена, главнымъ образомъ, изу-
ченію Русской Азіи, пользуюсь случаемъ предложить слѣдующій
вопросъ, чисто литературный:“ Книги означеннаго рода предна-
значаемыя къ распостраненію между обращаемыми сибирскими
язычниками должны-ли быть переводимы на языки литературные
или на простонародныя нарѣчія?“ Монгольскій переводъ этихъ
книгъ уже сдѣланъ: это результатъ постоянныхъ 27-лѣтнихъ тру-
довъ цокойнаго архіепископа ярославскаго Нила, и, главнымъ об-
разомъ, отца Николая Дорджеева, родомъ бурята, бывшаго прежде
буддійскимъ ламою. Переведены слѣдующія книги: 1) Служебникъ,
2) Требникъ, 3) Ирмологъ, 4) Часословъ, 5) Постная Тріюнь, 6)
Цвѣтная Тріюнь, 7) Службы на господскіе праздники, 8) Общая
Минея, 9) Октоихъ, 10) Послѣдованіе на день Св. Пасхи, 12)
Молитвословъ, и 12) Начатки христіанскаго ученія. Эти двѣнад-
цать книгъ уже отпечатаны; Евангелія-же и Дѣянія Апостоловъ
лишь окончены переводомъ. Переведенные такимъ образомъ книги
печатались лишь по провѣркѣ перевода нашими профессорами мон-
гольской словесности, гг. Поповымъ и Голстунскимъ. Впрочемъ,
изданіе этихъ книгъ еще не совершенно окончено, да и распро-
страненіе ихъ воспрещено вслѣдствіе вмѣшательства въ дѣло на-
шихъ миссіонеровъ, утверждающихъ что перевод сдѣланъ на языкъ.
непонятный народонаселенію для которого онъ назначенъ, т. е.
для сибирскихъ Бурять. Но Буряты говорятъ нѣсколькими, столь

— СIII —

отличными одно отъ другаго нарѣчіями, что живущіе по сю сто-
рону Байкала не понимаютъ живущихъ по ту. Буряты говоряшіе
нѣкоторыми изъ этихъ нарѣчій не знакомы даже съ искусствомъ
письма, такъ что во многихъ случаяхъ переводчикъ вынужденъ
былъ необходимостію прибѣгать къ коренному монгольскому языку.
Все это доказываетъ, по-моему, что христіанскія священныя и
богослужебныя книги должны быть переводимы на языкъ литера-
турный, общій для всѣхъ отраслей одного и того же народа. По
тому-то отецъ Николай Дорджеевъ, хотя и знакомый съ нѣсколь-
кими бурятскими нарѣчіями, счелъ нужнымъ переводить означен-
ныя книги на общій монгольскій языкъ. Въ интересахъ цивили-
заціи и распространенія христіанской вѣры между язычниками, я
и рѣшился, въ качествѣ члена Миссіонерскаго Общества, указать
на необходимость продолжать изданіе книгъ переведенныхъ на
монгольскій языкъ и снять воспрещеніе съ употребленія ихъ: для
Бурятъ лучше имѣть священныя книги на этомъ языке чѣмъ на
славянскомъ, или-же чѣмъ не имѣть ихъ вовсе ни на какомъ языке".

Въ разъясненіе этого вопроса г. Голстунскій представитель
Собранію особую записку.

Сообщеніе г. Махова о религіозныхъ системахъ у Японцевъ
не могло быть выслушано, за позднимъ временемъ.

Засѣданіе закрылось въ часъ 20 минутъ.

Засѣданіе 28 августа было послѣднимъ спеціальнымъ засѣда-
ніемъ Съѣзда.

На слѣдующій день, 29-го августа, въ 8 часовъ вечера имѣло
мѣсто

Засѣданіе правительственныхъ делегатовъ совокупно съ прочими
членами Совѣта Съѣзда.

Цѣлью этого засѣданія было обсужденіе, согласно съ постановле-
ніями Основнаго, Парижскаго, Устава, вопроса о мѣстѣ будущаго,
четвертаго, съѣзда оренталистовъ.

По этому вопросу, В. В. Григорьевъ, отъ имени Орг. Коми-
тета, предложилъ собраться во Флоренціи. Итальянскій офиціальный
делегатъ А. Дегубернатисъ заявилъ, вслѣдствіе этого, что Ми-
нистръ Народнаго Просвѣщенія въ Итальянскомъ Королевствѣ упол-
номочилъ его довести до свѣдѣнія Съѣзда о полномъ удовольствіи и
согласіи Итальянскаго Правительства на то чтобы Италія, теперь

— CIV —

или позже, была избрана мѣстомъ собранія Конгреса Орьенталистовъ. Такъ какъ согласіе Итальянскаго Правительства на предложеніе г. Григорьева было, такимъ образомъ, обезпечено, то предложеніе это принято было единогласно и вслѣдъ затѣмъ избраны кандидаты на должности предсѣдателя и членовъ Орг. Комитета Флорентинскаго Сѣзда.

## Засѣданіе Совѣта Сѣзда.

Состоялось 31 августа въ часъ по-полудни, для обсужденія и формулированія различныхъ желаній высказанныхъ въ засѣданіяхъ Отдѣловъ, съ цѣлію представленія ихъ на рѣшеніе общаго заключительнаго собранія Сѣзда.

## Общее заключительное Собраніе Сѣзда.

Открылось, въ 2 часа по-полудни, сообщеніемъ президента Сѣзда, В. В. Григорьева, такого содержанія:

„Совѣтъ третьей сессіи, по разсмотрѣніи возбужденныхъ на оной вопросовъ и сдѣланныхъ предложеній, честь имѣетъ представить Собранію слѣдующія заключенія:

Во-первыхъ—предстоящая сессія Конгреса Орьенталистовъ соберется во Флоренціи. Предсѣдательство на ней предлагается г. сенатору М. Амари, одному изъ старѣйшихъ и знаменитѣйшихъ итальянскихъ орьенталистовъ. Орг. Комитетъ для содѣйствія ему составить гг. Дж. Асколи, Дж. Горрезіо, А. Северини, Ф. Лазиніо и А. Дегубернатисъ“.

Собраніе приняло это заключеніе продолжительными рукоплесканіями, а г. Дегубернатисъ обратился къ нему со слѣдующей рѣчью на итальянскомъ языке:

„Господа!

Въ этомъ почтенномъ Собраніи, гдѣ слышали мы съ живымъ сочувствіемъ звуки латинскаго языка, не будетъ, надѣюсь, непріятно для Васъ чтобы раздались и звуки, родственнаго ему, языка итальянскаго; чтобы для выраженія Вамъ благодарности за честь какую оказали Вы любезно ученымъ страны, которой имѣю счастіе быть здѣсь представителемъ, прибѣгнулъ я къ посредству этого, роднаго мнѣ, языка — языка на которомъ будете Вы привѣтствуемы когда соберетесь вновь на берегахъ Арно“.

— CV —

„Командръ Конпино, Министръ Народнаго Просвѣщенія въ Италіи, лишь только дошло до его свѣдѣнія, что мысомъ четвертаго сѣзда Орьенталистовъ избранъ Вами одинъ изъ славныхъ городовъ его отечества, тотчасъ жеобоблаговолилъ отвѣтить мнѣ слѣдующею телеграммою:

„Радуюсь единодушному избранію Флоренціі мысомъ четвертаго Конгреса Орьенталистовъ и предложенію знаменитому Амари быть его предсѣдателемъ. Благодарю отъ имени Италіи, въ увѣренности, что Флоренція, по обыкновенію, окажется достойною этой чести“.

„Эти немногія, но краснорѣчивыя слова— продолжалъ итальянскій делегатъ — могутъ служить Вамъ порукою, господа, въ чувствѣ признательности съ какою ученые итальянскіе примутъ извѣстіе, что соборъ блестящихъ орьенталистовъ явится, въ непродолжительномъ времени, оживить между нами нашу старинную ученую дѣятельность, которой такое новое возбужденіе придастъ несомнѣнно силы и производительности. Мы увѣрены въ ревности съ какою орьенталисты Италіи потщатся, въ одномъ изъ прекраснѣйшихъ городовъ ея, подъ покровительствомъ министра задачею своего, имѣющего просвѣщеніе, и при содѣйствіи высокоуважаемаго синдика Флоренціи, сдѣлать четвертый сѣздѣ вашъ не безплоднымъ для науки, и приготовить вамъ достойный приемъ. Позвольте также, почтеннѣйшіе сотоварищи, мнѣ, связанному съ Россией самыми нѣжными узами *, выразить живѣйшее удовольствіе по поводу того, что я, безо всякой со стороны моей заслуги, сдѣлался, быть можетъ, главною причиною ученыхъ связей которыя, черезъ настоящій сѣздѣ, завяжутся между русскими и итальянскими орьенталистами: дѣло начатое въ Петербургѣ будетъ теперь продолжаемо успѣшно во Флоренціи. Съ радостнымъ удивленіемъ увидѣли мы— продолжалъ ораторъ, обращаясь къ русскимъ орьенталистамъ— сколько успѣли уже вы совершить, и сколько общаешьте еще предпринять на поприщѣ изученія Востока. Уносимъ, потому, возвращаясь въ свои края, живѣйшую надежду что въ прежнему будете оказывать обильныя услуги наукѣ, раскрывая для насъ такія, почти невѣдомыя страны, какова Средняя Азія. Вмѣстѣ съ надеждою на ваши плодотворные труды, считаемъ долгомъ выразить и чувства почтительной благодарности къ августѣшему Государю вашему который, несмотря на то что поглощенъ въ настоящее время важными и неотложными государственными дѣла-

* Г. Дегубернатисъ женатъ на русской.

8

— CVI —

ми, тѣмъ не менѣе почтилъ науку, въ лицѣ ея представителей, роскошнымъ гостепріимствомъ, о которомъ каждый изъ насъ сохранитъ, безъ сомнѣнія, всегдашнее воспоминаніе. Теперь, съ грустію разставаясь съ Вами, желалъ бы я чтобы родное слово мое обогатило меня, хотя на минуту, всѣми своими прелестями, чтобы очаровать и увлечь васъ всѣхъ, господа, въ наше тенлое гнѣздышко, гдѣ, подъ улыбающимися небомъ, щебеча на нашемъ сладостномъ языке, работаемъ мы, довольные судьбою. Знаменитый мужъ, котораго вы единодушно избрали предсѣдателемъ организаціоннаго комитета четвертаго сѣзда, можетъ свидѣтельствовать вамъ собственнымъ примѣромъ, какъ поразительно, въ нашей пламенной странѣ, пылъ могучаго духа можетъ сочетаться съ самою серьozною и глубокою ученостію. Охотно, поэтому, послѣдуемъ мы за почтеннымъ вождемъ, котораго, съ такою мудрою разсудительностію, поставили вы во главѣ работъ для успѣшнаго устройства четвертаго сѣзда. Имя Амари — счастливоingъйшее знаменованіе, и подъ этимъ знаменованіемъ можемъ теперь распространиться съ вами, спокойные на счетъ будущаго. И такъ, господа, до свиданія: мы заключили здѣсь новый плодотворный договоръ международнаго единенія. До свиданія во Флоренціи, куда приглашаю Васъ всѣхъ и гдѣ, надѣюсь, вы легко убѣдитесь что Италія умѣетъ держать свои обѣщанія". Къ этому г. Дегубернатисъ добавилъ по-французски: „Сію минуту получена въ итальянскомъ посольствѣ новая денечша нашегоъ правительства. Вотъ текстъ этой телеграммы: „Синдикъ Флоренціі благодарить Конгресъ Орьенталистовъ за выборъ города. Амари принимаетъ почетное избраніе".

Рѣчь г. Дегубернатиса принята была. Собраніемъ съ энтузіазомъ.

В. В. Григорьевъ прочемъ послѣ этого второе заключеніе Совѣта сѣзда:

„Постоянный (или, иначе, Исполнительный) Комитетъ 3-го сѣзда будетъ состоять изъ тѣхъ же лицъ, которые входили въ составъ его организаціоннаго комитета, съ правомъ замѣщать другими лицами тѣхъ изъ его членовъ для которыхъ окажется невозможнымъ продолжать въ немъ свое участіе“.

На это заключеніе Собраніе также изъявило свое согласіе.

Затѣмъ г. Григорьевъ прочелъ слѣдующее предложеніе г. Аристида Марра (изъ Парижа) относительно употребленія латинскаго языка въ научныхъ работахъ: „Франція съ давняго времени убѣждена что обладаетъ языкомъ который понимается всѣми и всюду, почему изо всѣхъ европейскихъ народовъ Франпузы наиме-

CVII

нѣе знакомы съ иностранными языками. Несомнѣнно что изученіе
французскаго языка составляетъ принадлежность всякаго хорошаго
образованія вездѣ, особенно-же въ Англіи и Россіи, и много разъ
парижскій міръ долженъ былъ сознаваться что русскіе хорошаго
общества являющіеся къ намъ гостями, способны поучить насъ
собственному нашему языку. Но если французскій языкъ усвои-
вается до такой степени значительнымъ числомъ Русскихъ, Англи-
чанъ и Нѣмцевъ, то у другихъ народовъ видимъ иное, и статис-
тика свидѣтельствуетъ что на французскомъ языке въ настоящее
время говоритъ менѣе людей чѣмъ на англійскомъ, нѣмецкомъ,
русскомъ и даже испанскомъ. Надо сознаться, слѣдовательно, что
нашъ языкъ, какъ орудіе распространенія знаний въ современномъ
мірѣ, далеко не универсаленъ. Могутъ ли замѣнить его съ большимъ
успѣхомъ языки англійскій, нѣмецкій, русскій? Не думаемъ чтобы
какой-либо изъ нихъ могъ быть избранъ для этой цѣли предпоч-
тительно передъ другими, и доказывать это считаемъ безполез-
нымъ. Но почему бы латинскій языкъ не могъ быть употребляемъ
и теперь, какъ употреблялся онъ еще въ прошломъ вѣкѣ слав-
нымъ Альбрехтомъ Галлеромъ и многими учеными съ которыми
былъ онъ въ перепискѣ? Латинскій языкъ, скажутъ намъ, языке
мертвый. Это правда, въ томъ смыслѣ что на немъ не говорить
уже цѣлый великій народъ, что ребенокъ не научается болтать на
немъ еще на колѣняхъ у матери; но почему бы европейскимъ уче-
нымъ собравшимся теперь въ Петербургѣ не оживить его, не пу-
стить снова въ ходъ, какъ дополнительный къ своему родному,
какъ такой на которомъ всѣ они, къ какой бы народности ни при-
надлежали, должны были бы выражаться правильно. Весь Востокъ
усвоитъ себѣ скоро нашу европейскую цивилизацію; онъ уже дви-
жется въ этомъ направленіи, заимствуя наши науки, наши искус-
ства; такъ что даже наиболѣе запоздавшіе народы Крайняго Вос-
тока не останутся послѣдними на этомъ пути къ обновленію. Не
будетъ ли полезно и необходимо отныть - же сдѣлать латинскій
языкъ живою связью между европейскими учеными и ихъ собра-
тіей въ другихъ частяхъ свѣта? Поэтому я предлагаю и приемлю
честь представить на разсмотрѣніе и судъ Конгреса, чтобы ла-
тинскій языкъ былъ, особымъ его постановленіемъ, рекомендованъ
ученымъ вообще и оренталистамъ въ-особенности, для употреб-
ленія во всѣхъ случаяхъ когда дѣло будетъ касаться ученыхъ исто-
рическихъ, филологическихъ и тому подобныхъ сочиненій имѣю-
щихъ интересъ общій, а не частный, касающійся исключительно
того или другаго народа*.

Вѣдствіе этого предложенія, г. де-Рони представилъ, со-

— СУП —

гласно съ §§ 19 и 20-мъ основнаго устава (Règlement Définitif)
Конгреса, ходатайство, поддержанное многими членами Съѣзда, объ
измѣненіи § 16-го означеннаго устава. Параграфъ этотъ предло-
жено измѣнить слѣдующимъ образомъ:

§ 16. Les communications orales aux séances du Congrès devront être faites en français, en latin, ou dans la langue du pays où se tient le congrès. Lè Comité d'organisation fixera, s'il y a lieu, à l'ouverture de chaque session, les autres langues qui pourront être employées aux séances *.

Предложеніе это одобается Совѣтомъ и принимается во вни-
маніе Собраніемъ, почему, согласно § 20-му Устава, положено под-
вергнуть его балотированію на слѣдующемъ, четвертомъ, съѣздѣ.

В. В. Григорьевъ предложилъимъ на усмотрѣніе Со-
бранія два заключенія Отѣловъ:

Первое — по желанію, выраженному М. А. Терентьевымъ, чтобы ученымъ, для облегченія имъ изслѣдованія средне-азіатскихъ странъ, оказываемо было покровительство со стороны русскихъ и англійскихъ властей. Отѣлъ далъ заключеніе, чтобы ученые изслѣдователи странъ и народовъ Средней Азіи, разъ получивъ пасспортъ отъ русскаго или великобританскаго правительства, могли, со времени прибытія ихъ на территорію обоихъ государствъ, пользоваться полнымъ покровительствомъ властей того и другаго".

Заключеніе это было принято Собраніемъ, и положено пред-
ставить его на усмотрѣніе Русскаго Правительства.

Второе — по желанію, выраженному Ш. Шеферомъ, относи-
тельно изданія Табари предпринятаго г. де-Гуѣ. Отѣлъ далъ за-
ключеніе, чтобы Конгресъ обратился съ ходатайствомъ къ Рус-
скому Правительству о благосклонной поддержѣ этого изданія*.

Къ этому заключенію В. В. Григорьевъ присовокупилъ
нѣсколько словъ о томъ что означенное предпріятіе представляетъ
особый интересъ для Россіи, почему, еще при первомъ приступѣ
къ нему покойнымъ Козегартеномъ, полѣка тому назадъ, встрѣ-
тило въ Петербургѣ сочувственный приемъ со стороны знамени-
таго тогда покровителя научныхъ работъ, бывшаго канцлера Им-
періі, графа Н. П. Румянцева; и что съ тѣхъ поръ, изо всѣхъ

* Т. е. «Устным сообщенія въ засѣданіяхъ Конгреса должны быть дѣлае-
мы на языкахъ фраццузскомъ и латинскомъ или на языке той страны въ ко-
торой собрался Конгресъ. Организаціонный комитетъ, въ случаѣ надобности,
опредѣляетъ, при открытии каждой сессіи, какіе другие языки могутъ быть
употребляемы на засѣданіяхъ».

— сіх —

мусульманскихъ историковъ Азіи, имя Табари сдѣлалось наиболѣе знакомымъ занимавшимся русскою исторіею.

Собраніе, выслушавъ сочувственно это заявленіе, опредѣлило представить заключеніе Отдѣла на усмотрѣніе Русскаго Правительства.

Дѣла Сѣзда были, такимъ образомъ, покончены, и В. В. Григорьевъ обратился къ иностраннымъ его членамъ съ выраженіемъ живѣйшей признательности за то что они почтили сессію своимъ присутствіемъ и содѣйствіемъ.

На это г. д. е. Рони, какъ президентъ перваго, парижскаго, сѣзда оренталистовъ и промоторъ идеи объ этихъ сѣздахъ, отвѣчалъ слѣдующею рѣчью:

„Милостивые государи и уважаемые товарищи!

Прежде чѣмъ будетъ произнесено слово о закрытіи этой долгой и блистательной сессіи, позвольте мнѣ исполнить возложенную сейчасъ на меня обязанность, которая доставляетъ мнѣ и честь, и удовольствіе. Мнѣ предстоитъ выразить, отъ имени всѣхъ иностранныхъ членовъ Сѣзда, наши чувства признательности Организаціонному Комитету за просвѣщенную ревность и неутомимую преданность дѣлу, выказанную имъ, столь достойнымъ русской науки образомъ, какъ до начала, такъ и въ продолженіе нашихъ работъ. Произнести теперь имя нашего знаменитаго президента, профессора В. В. Григорьева и присоединить къ нему имена ученыхъ его сотрудниковъ по Комитету значить — что мы никогда не забудемъ того столь радушнаго, столь сочувственнаго, столь цѣннаго для нашей науки, приема, какой былъ оказанъ всѣмъ намъ на этомъ многочисленномъ и блистательномъ собраніи оренталистовъ Россіи. Я не считаю себя въ правѣ здѣсь, въ этой оградѣ, принесть Его Императорскому Величеству выраженіе нашей почтительнѣйшей благодарности за то высокое покровительство которое соизволилъ Онъ оказать третьему собранію оренталистовъ, посѣтившихъ такимъ образомъ уже три столицы могущественнѣйшихъ въ цивилизованномъ мірѣ государствъ; позволю себѣ, однакоже, увѣрить Васъ, г. предсѣдатель, что если это выраженіе не должно исходить здѣсь изъ нашихъ устъ, оно, тѣмъ не менѣе, останется неизгладимо запечатленнымъ въ нашей памяти и въ нашихъ сердцах".

Этою рѣчью закончилось, въ 2 часа 30 минутъ, заключительное собраніе, и третій сѣздѣ оренталистовъ былъ объявленъ закрытымъ.

8 ★

— CH —

Относительно почестей какихъ былъ удостоенъ третій съѣздъ
оріенталистовъ, должно упомянуть въ-заключеніе, съ особою при-
знательностію:

Во первыхъ — о томъ что Его Величество Императоръ Бра-
зильскій удостоивалъ посѣщеніемъ своимъ почти всѣ засѣданія
Съѣзда, и по окончаніи засѣданій долго бѣсѣдовалъ со многими
изъ членовъ, поражая всѣхъ своею безграничною любознательно-
стію и глубиною своихъ свѣдѣній о самыхъ различныхъ предметахъ—
бѣсѣдовалъ съ тою простотою и безпритязательностію, которые со-
ставляютъ отличительную особенность его геніальной личности.
Осчастливленные Его участіемъ къ ихъ занятіямъ, члены Органи-
заціоннаго Комитета осмѣлились просить Его Величество выразить
сочувствіе свое къ дѣлу Съѣзда, удостоивъ принять званіе почет-
наго его члена, на чтò царственный гость и соизволилъ изъявить
согласіе безъ малѣйшаго затрудненія. Воспоминаніе объ этихъ
милостивыхъ и человѣчныхъ Его отношеніяхъ къ людямъ науки
останется навсегда однимъ изъ лучшихъ въ жизни тѣхъ кто имѣлъ
счастіе обратить на себя Его благосклонное вниманіе.

Во-вторыхъ — о томъ что гг. В. Н. Хитрово въ Петер-
бургѣ, и Владиславъ Сѣнникій (Siennicki) въ Варшавѣ, поч-
тили Съѣздѣ (подобно г. Дегубернатису во Флоренціи) посвяще-
ніемъ ему особыхъ трудовъ: первый — подъ заглавіемъ „Палестина
и Синай. Библіографическій указатель книгъ и статей о св. мѣ-
стахъ“; послѣдній — подъ заглавіемъ: Quelques mots pour servir à
l'histoire des cimetières musulmans et des mosquées tartares. Каждый
изъ авторовъ принесъ, притомъ, въ даръ Съѣзду, по 30 экземпля-
ровъ своего труда.

— CXI —

Гостепріимство оказанное членамъ Съѣзда.

Засѣданія Съѣзда происходили часто, по два раза въ день, только въ теченіе трехъ первыхъ сутокъ по его открытіи; затѣмъ имѣли они мѣсто лишь по разу въ день; а въ иные дни, какъ 26, 29 и 30 августа, не было ни одного засѣданія. Эти промежутки наполнялись прогулкою по заламъ Выставки при Съѣздѣ, экскурсіями за городъ, и осмотромъ петербургскихъ коллекцій восточныхъ достопримѣчательностей. Съ цѣлію облегчить послѣднее для членовъ Съѣзда, Императорская Академія Наукъ открыла для нихъ, на все продолженіе сессіи, свободный входъ во всѣ свои музеи, изъ коихъ могли особенно интересовать пріѣзжихъ музеи Азіатскій и Этнографіческій, въ обыкновенное время малодоступные; Императорская Публичная Библіотека устроила, на все это время, особую выставку своихъ многочисленныхъ восточныхъ рукописей; Директоромъ Института Восточныхъ Языковъ, М. А. Гамазовымъ, назначены были особые дни и часы для обозрѣнія библіотеки, рукописей и монетнаго кабинета этого учрежденія, въ обыкновенное время недоступныхъ публику. Музей Общества Поощренія Художниковъ предоставилъ членамъ Съѣзда безплатный входъ въ свои залы съ 10 часовъ утра. Изъ владѣльцевъ частныхъ коллекцій, графъ С. Д. Шереметевъ открылъ для нихъ свое богатое собраніе разныхъ предметовъ восточнаго происхожденія ежедневно съ 10 часовъ утра до 5-ти пополудни. Кромѣ того, Императорское Географическое Общество дозволило устроить въ своемъ помѣщеніи, собѣднемъ со зданіемъ гдѣ происходили засѣданія Съѣзда, особую выставку старинныхъ географическихъ картъ азіатскихъ странъ, высланныхъ изъ Главнаго Московскаго Архива по распоряежнію директора его, барона Бюлера (картамъ этимъ сославленъ былъ и отпечатанъ делегатомъ Архива, А. Рачинскимъ, особый каталогъ, безилатно раздававшійся посѣтителямъ); а Императорская Академія Художествъ дала свои залы подъ выставку нѣskолькихъ сотенъ великолѣпныхъ акварелныхъ видовъ работы доктора П. Я. Пясе цкаго, въ продолженіе 1874-1875 годовъ проffхавшаго черезъ Монголію до Пекина и Тянь-Цзина, черезъ Китай отъ Шанхая до Ань-Си-Чжеу и оттуда, черезъ Гоби, до Хами и Западной Сибири, значительной частію мѣстами никогда Европейцами не посѣ-

— CXII —

щенными, почему часть рисунковъ имъ сдѣланныхъ представлялась
матеріаломъ для науки совершенно-новымъ*. Расходы, впрочемъ
незначительные, по устройству двухъ послѣднихъ выставокъ Орг.
Комитетъ уплатилъ изъ суммъ ему ассигнованныхъ. Приготов-
лена была и еще одна выставка въ томъ самомъ зданіи гдѣ
собирался Конгресъ — выставка предметовъ китайской промышлен-
ности и вообще китайскаго быта, собранныхъ въ продолженіе тѣхъ
же 1874—1875 годовъ капитаномъ Сосновскимъ, начальни-
комъ торговой экспедиціи въ Западный Китай, въ которой участво-
валъ и г. Пясецкій; но, къ сожалѣнію, она не могла быть открыта
своевременно за болѣзнію г. Сосновскаго; впрочемъ нѣкоторые изъ
членовъ Сѣзда успѣли и ее осмотрѣть.

По части прогулокъ и угощеній, Высочайшее соизволеніе на
приглашеніе иностранныхъ членовъ Сѣзда въ Петергофъ и Цар-
ское-Село выполнено было, по распоряженію Министерства Импе-
раторскаго Двора, съ величайшего любезностію и-царскою
роскошью, благодаря гофмейстеру князю Н. М. Голицыну, ко-
торому поручено было это дѣло.

Поѣздка въ Петергофъ состоялась 26 августа, въ день тезоиме-
нитства Государя Императора. Съ согласія гг. членовъ Коммер-
ческаго Клуба, лица участвовавшія въ поѣздѣ, собрались въ рос-
кошномъ помѣщеніи этого клуба (на Англійской Набережной, въ
домѣ бывшаго Румянцевскаго Музея), гдѣ и были угощены завтра-
комъ (déjeuner-dinatoire) отъ Орг. Комитета. На Невѣ, про-
тиву самаго клуба, ожидали уже ихъ два военныхъ парохода—
„Нева“ и „Онега“—назначенные для отвоза гостей въ Петергофъ
по благосклонному распоряженію Инспекторскаго Департамента
Морскаго Министерства. Хоръ военныхъ музыкантовъ нанятъ былъ
на эти пароходы Орг. Комитетомъ. Въ 2½ часа пополу-
дни, принявъ пассажировъ, пароходы отчалили при громкихъ
звукахъ музыки и большомъ стеченіи публики, привлеченной не-
обычнымъ скопленіемъ экипажей у Коммерческаго Клуба. Многимъ
изъ иностранныхъ членовъ Сѣзда никогда до этихъ поръ не
случалось плавать на военныхъ пароходахъ: они съ любопытствомъ
принялись осматривать устройство ихъ и всѣ принадлежности;
офицеры парохода удовлетворяли этому любопытству съ радуші-
емъ отличающимъ русскихъ моряковъ. Погода стояла превосходная,

* Обильное любопытными подробностями описаніе этого путешествія, сдѣланное г. Пясецкимъ, вышло въ Петербургъ, въ 1880 году, въ двухъ большихъ томахъ.

— СХІІІ —

безъ всякаго вѣтра, взморье было гладко какъ зеркало. При та-
кихъ условіяхъ и оживляемое присутствіемъ дамъ (г-жи Оппертъ,
мистрисъ и мисъ Брандретъ, мистрисъ и мисъ Гэнзъ и нѣкото-
рыхъ другихъ), общество и не замѣтило какъ доплыло до Петер-
гофской пристани. Здѣсь ожидали его и привѣтливо встрѣтили
петергофскія власти съ г. комендантомъ во главѣ. Придворныя
линѣйки для пріѣхавшихъ были уже готовы, всѣ большіе и малые
фонтаны пущены. Иностранные были поражены этимъ обиліемъ
блестящихъ струй, какъ поражаются всѣ въ первый разъ при-
сутствующіе при этомъ единственномъ въ мірѣ зрѣлищѣ. Раз-
мѣстившись по экипажамъ, пріѣхавшіе гости поѣхали катать-
ся по петергофскимъ садамъ, и осматривать малые дворцы. Прі-
ятная прогулка эта длилась почти до самаго времени назна-
ченнаго для обѣда въ большомъ дворцѣ, въ 7 часовъ пополудни.
Здѣсь, отъ имени Царственнаго Хозяина, принялъ гостей князь
Н. М. Голицынъ. Нѣсколько минутъ передъ обѣдомъ посвящено
было на обходъ дворца, и затѣмъ пріѣхавшіе приглашены къ
столу, сервированному съ обычнымъ при нашемъ Дворѣ вели-
колѣпіемъ. Обѣдъ былъ превосходный. Тонкія вина въ обиліи
соотвѣтствовали вкуснымъ произведennіямъ кулинарнаго искуства.
Было весело. Заграничные гости дивились быстротѣ сервировки,
благодаря огромному штату служителей, какого не существуетъ
ни при одномъ изъ европейскихъ Дворовъ. Тостъ за здоровье до-
рогаго Россіи Хозяина-Именинника принятъ былъ гостями-чуже-
странцами съ такимъ восторгомъ что ихъ можно было счесть за
Русскихъ. Встали изъ-за стола въ большомъ возбужденіи, и воз-
бужденіе это, вслѣдствіе отлично проведенаго дня полнаго но-
выми впечатлѣніями, продолжалось и во все время пути до Петер-
бурга (по Балтійской желѣзной дорогѣ, съ особымъ поѣздомъ, на-
нятымъ отъ Орг. Комитета), такъ-что многіе только-что пріѣхали
домой какъ тотчасъ же кинулись телеграфировать за границу о
блистательномъ пріемѣ имъ сдѣланномъ, отъ котораго всѣ были
въ восхищеніи.

Такое же впечатлѣніе произведено было и поѣздкою въ Цар-
ское-Село, 29 августа. Для этой поѣздки въ оба конца наняты
были отъ Орг. Комитета особые поѣзды Царскосельской жел. дороги.
Встрѣча со стороны мѣстныхъ властей на Царскосельскомъ дебар-
кадерѣ была такая же любезная какъ и въ Петергофѣ. Въ приго-
товленныхъ своевременно придворныхъ экипажахъ поѣхали, прежде
всего, въ Дворцовый Арсеналъ, богатство и устройство котораго
обворожили посѣтителей. Осмотръ сокровищъ Арсенала протянулся,
вслѣдствіе этого, весьма долго. Затѣмъ слѣдовала прогулка по саду

8

— CXIV —

и парку, гдѣ и какъ кому вз düşалось, такъ-что къ 5-ти часамъ,
времени назначенному для обѣда, едва собрались въ Большой
Дворецъ, гдѣ былъ сервированъ обѣденный столъ. А тутъ
брало любопытство осмотрѣть замѣчательныя исторически ком-
наты прекраснаго дворца. Это исполнено было на скорую руку.
Принималъ гостей опять князь Н.М. Голицынъ, съ обычными ему
привѣтливостію и достоинствомъ. Обѣдъ былъ такъ же великолѣпень
какъ и петергофскій, и такъ же весело было за нимъ, и такими же
восторженными оваціями при здравицѣ Государю Императору за-
вершился онъ. Горячо поблагодаривъ почтеннѣйшаго князя, го-
сти распростились съ нимъ и поѣхали, въ придворныхъ экипа-
жахъ, въ Павловскій Воксалъ. Какъ и всегда, воксалъ былъ за-
литъ огнями и переполненъ отборной публикой; какъ и всегда
нѣжили въ немъ слухъ звуки лучшаго изъ петербургскихъ орке-
стровъ. Пріѣзжіе могли получить весьма выгоднее понятіе о на-
шихъ загородныхъ гуляньяхъ.Неизлишне упомянуть и о неожиданномъ
случаѣ, прибавившемъ къ веселости этого вечера. На всѣ гулянья
въ то время являлись члены и агенты Славянскаго Комитета съ
кружками для сбора приношеній въ пользу Черногорцевъ и Сер-
бовъ. Ходила съ кружкой какая-то дама и въ этотъ вечеръ, но
жатву видимо сбирала скудную. Вдругъ, остякъ Собринъ, изъ
числа инородцевъ приѣхавшихъ на Конгресъ и, какъ изложено
выше, сдѣлавшій очень интересное сообщеніе въ засѣданіи Сибир-
скаго Отдѣла, беретъ кружку изъ рукъ барыни, и, въ красной ма-
лицѣ своей и полосатыхъ оленьихъ пымахъ, отправляется по ре-
дамъ сидящей публики собирать приношенія на Славянъ. Случай
былъ такъ необыкновененъ и неожиданъ, что публика заапплоди-
ровала и весьма быстро наполнила кружку. Это было для многихъ
своего рода avis au lecteur.—Въ 10½ часовъ вечера экстренный
поѣздъ умчалъ гостей изъ Павловска обратно въ Петербургъ.

Обѣ поѣздки удались отличнѣйшимъ образомъ благодаря забот-
ливости распоряжавшагося ими генеральнаго секретаря Сѣзда,
барона Θ. Р. Остенъ-Сакена.

Между двумя поѣздками этими, члены Сѣзда приглашены
были итальянскимъ посланникомъ кавалеромъ Нігрою провести
у него вечеръ 28 августа. Всѣ воспользовались приглашеніем, и
самымъ пріятнымъ образомъ провели время въ бѣсѣдѣ съ этимъ
гостепріимнымъ, любезнымъ и извѣстнымъ въ дипломатическомъ
мірѣ умомъ и заслугами, достойнымъ представителемъ Италіи.

Чтобы хотя сколько-нибудь показать иностраннымъ гостямъ
красавицу Неву, Орг. Комитетъ устроилъ, 30 августа, утреннюю
по ней прогулку на пароходахъ отъ Адмиралтейской Набережной

— CXV —

до Большой - Невки и этою - послѣднею до взморья и обратно, съ остановкою на перепутѣ въ Рѣчномъ Яхтъ - Клубѣ на Крестов- скомъ-Острову, чтобы напиться чаю. Два парохода для этой надоб- вости даны были любезно начальникомъ рѣчной полиціі В. И. Коростовцевымъ. Музыка опять нанята была Орг. Комите- томъ. На пристани Яхтъ - Клуба общество встрѣчено было командоромъ его А. И. Леромъ, который показалъ гостямъ пре- красную мастерскую Клуба для приготовленія легкихъ рѣчныхъ лодокъ и, въ заключеніе, пригласилъ ихъ принять отъ Клуба им- провизированный завтракъ. Всѣ охотнѣйшимъ образомъ воспользо- вались любезнымъ приглашеніемъ — прогулка по водѣ, на свѣжемъ воздухѣ, въ отличнѣйшую погоду, не могла не возбудить аппети- та — и сдѣлали честь устроенному на - скоро угощенію съ такимъ же чувствомъ признательности къ гостепріимному клубу, какъ будто задалъ онъ имъ Валтасаровскій пиръ. Многіе и не обѣдали уже по возвращеніи съ прогулки, всѣмъ пришедшейся очень по сердцу.

Былъ предлогъ и повторить эту веселую поѣздку по Невѣ — вслѣдствіе приглашенія полученнаго членами Сѣзда отъ И. Ө. Гро- мова „откушать чаю“ на его великолѣпной дачѣ на Аптекарскомъ Острову; но воспользоваться этимъ приглашеніемъ не позволяло уже время: гости торопились домой.

По закрытіи Сѣзда, 31 августа, всѣ иностранные и должностные русскіе члены сессіи приглашены были на прощальный обѣдъ устроенный Орг. Комитетомъ въ тотъ же день, опять въ помѣ- щеніи Коммерческаго Клуба. Завѣдывалъ угощеніемъ членъ Ко- митета А. А. Кунъ. Это былъ обѣдъ, такъ сказать, семейный, безо всякой официальности. Дѣло, ради котораго сѣхались люди, было нокончено, и съ нимъ всѣ заботы; участники обѣда успѣли уже перезнакомиться другъ съ другомъ, и дѣйствительно представляли какъ-бы одну дружную семью, связанную не только общими инте-ресами научной спеціальности, но и чувствами добраго расположенія, зародившимися въ продолженіе двухъ-недѣльнаго общенія и сгладившими національныя шероховатости. Англичане искренно чокались съ Русскими, Французы съ Нѣмцами, и всѣ — съ пред- ставителями Италіи и Голандіи. Много провозглашено было тостовъ горячо принятыхъ, немало произнесено сочувственныхъ спичей, короткихъ и длинныхъ. Общее настроеніе этого веселаго пирше- ства резюмировалось прекрасно въ рѣчи профессора Гельсингфор- скаго Университета, В. Лагуса, сказанной по - латыни со свой- ственнымъ ему одушевленіемъ. Чтобы не портить этой латыни переводомъ, передаемъ ее въ подлинникѣ:

8*

— CXVI —

„Viri honoratissimi, concessûs orientalistarum petropolitani Praeses, Moderatores Fautoresque atque Sodales Rossici!

Nemo nostrum, qui, invitationem vestram benignam secuti, undique in urbem Petri Magni, illius tam re quam nomine viri, confluximus, litterarum orientalium cultores atqua amatores,—nemo profecto nostrûm hinc decedere poterit, quin immortalem secum domum reportat memoriam hospitalitalis eximiae, qua fuimus, per multos laetos atque, ut speramus, fructuosos etiam dies, cum ab Imperatore potentissimo, humani generis deliciis, clementisime ornati, tum a doctis rossicis, collegis nostris carissimis, excepti.

Crevit jam diu per orbem terrarum, crevit fortasse nonnihil coektûs hujusce celeberrimi operâ, nominis rossici amplitudo; innotuerunt mirabiles vestri civiles, populares, litterarii, imprimis post reditam omnibus libertatem, facti, progressus. Praeit sapientiâ, virtute, magnanimitate Monarcha dilectissimus; vestigia et voluntatem Alexander II unanimo consensu sequuntur cuncti, qui Eum patriamque diligunt, et senes et juvenes.

Non ego quidem, parvuli sed cum Rossis fideliter conjuncti ideoque securi populi filius, non ego quidem tantarum rerum præco et interpres satis dignus; at liceat tamen mihi,—praesertim quum sit, ut dicitur, in vino interque pocula veritas,—cogitata candidi animâ libere proloqui; liceat mihi doctis universaeque genti rossici gratulari de victoriis, quas non armis, sed aureae pacis quoque gestis, reportastis innumerabiles; liceat mihi, mox e coetu vestro decessuro, gratum erga vos animum sincere profiteri, id quod facio exoptans Vobis patriaeque Vestrae omnia quae fausta, fortunataque et fecicia Votis vero optantis annuat Deus Optimus Maximus! Valete, viri humanissimi; estote mei quoque, pro benignitate Vestra, interdum memores. Vigeat gens Vestra magna, veritatis atque humanitatis, Christianae humanitatis, tam in Occidente quam in Oriente propagatrix, propugnatrix. Etiam atque etiam valete!“

Исполненные чувствъ, выраженныхъ финляндскимъ ораторомъ и уносящъ съ собою въ свои края, разъехались участники обѣда позднимъ вечеромъ. Чувства эти — быть можетъ лучшій и желаннѣйшій для Россіи результатъ 3-го международнаго Съѣзда Оръенталистовъ.

— CXVII —

Выставка при Съезде.

Какъ сказано выше (стр. V) и какъ значится во всѣхъ объ-
явленіяхъ отъ Орг. Комитета, завѣдываніе выставкою при Съезде
возложено было исключительно на П. И. Лерха. Онъ принималъ
присылавшіеся предметы, онъ ихъ записывалъ на приходъ, онъ ихъ
размѣщалъ, онъ наблюдалъ за ихъ сохранностію. Всѣ входящія
бумаги по этому предмету пересылались къ нему. И онъ душою
и тѣломъ предавался дѣлу: можно сказать, ночей не досыпалъ
обѣда не досдалъ; обращался ко всѣмъ и каждому, отъ кого можно
было ожидать доставки интересныхъ предметовъ, сносился отъ
своего имени и съ лицами, и съ учрежденіями. Ему одному обя-
зана была Выставка своимъ устройствомъ; онъ же былъ и глав-
нымъ на ней чичероне для иностранныхъ членовъ Съѣзда, внимательно изучавшихъ все, что заслуживало на ней вниманія и, въ заключеніе, пріобрѣвшихъ у сибирскихъ экспонентовъ многое изъ того, что привезено было ими. Предполагалось отпечатать каталогъ всѣмъ выставленнымъ предметамъ, описать замѣчательнѣйшіе, объяснить требовавшіе объясненія, и все это издать, снабдивъ снимками, въ „Трудахъ“ Съѣзда. По закрытіи его, П. И. и принялся немедленно, какъ истинный ученый, за самое трудное — за объясненіе надписей, имѣвшихся на вѣкоторыхъ предметахъ — занятіе требовавшее справокъ, розысканій, изслѣдованій. А пока онъ предавался этимъ работамъ, не жалѣя силъ, его, въ февралѣ 1877 г. постигло несчастіе — общій параличъ всѣхъ членовъ тѣла, лишившій этого замѣчательнаго труженика всякой возможности не только заниматься чѣмъ-либо, но и отвѣчать на вопросы, ему дѣлаемые, понимая отчетливо. о чемъ его спрашиваютъ. Эта катастрофа съ П. И. Лерхомъ не только заставила Комитетъ отказаться отъ описанія и объясненія Выставки — П. И. никѣмъ въ Россіи не могъ быть замѣненъ для этого дѣла, да никто въ Россіи, изъ равныхъ, съ нимъ по ученымъ силамъ, и не взялся бы за это трудное и скучное дѣло съ тѣмъ безкорыстіемъ и самоотверженіемъ, какія отличали бывшаго товарища нашегоъ *— но и затруднила въ выс-

* Окончивъ университетскій курсъ кандидатомъ въ 1850 году и вскорѣ послѣ того пріобрѣта въ ученомъ мірѣ почетную извѣстность изслѣдованіями своими о Курдахъ, а вслѣдъ затѣмъ и многими другими трудамн по доисторической археологіи, этнографіи, хронологіи, П. И. никакъ не могъ собраться

— C XVIII —

шей степени обратную разсылку предметовъ, доставленныхъ на
Выставку, такъ какъ вся корреспонденція по Выставкѣ находилась
въ его рукахъ, а онъ не былъ въ состояніи дать какихъ-либо ука-
заній гдѣ и какъ, въ ворохахъ его бумагъ, отыскать нужное.

Всѣдствіе изложенныхъ обстоятельствъ, не имѣется и въ на-
стоящее время * возможности сообщить обстоятельныхъ свѣдѣній
о Выставкѣ. Скажемъ въ короткихъ словахъ, на основаніи нѣкото-
рыхъ документовъ, сохранившихся въ дѣлопроизводствѣ Орг. Ко-
митета, что наибольшее число предметовъ на ней, обращавшихъ
на себя преимущественное вниманіе посѣтителей, доставлено было
изъ Сибири, Западной и Восточной, и Закавказья. Между сибир-
скими присылками (нѣкоторыя дошли до Петербурга уже послѣ
закрытія Выставки и возвращены обратно **, даже нераскупорен-
ными, самое видное мѣсто занимали, особенно интересу иностран-
ныхъ членовъ Сѣзда, предметы кочеваго киргизскаго быта изъ
Западной Сибири (преимущественно великолѣпная войлочная ки-
битка, доставленная султаномъ Джанайдаровымъ, цѣнностію болѣе
1500 р.] и охотничьяго быта другихъ сибирскихъ инородцевъ, да
коллекція буддійскихъ идоловъ изъ Восточной Сибири, расположен-
ная на Выставкѣ самими ихъ поклонниками. Закавказскія присылки
также имѣли по преимуществу характеръ этнографическій, пред-
ставляя красивые образчики туземной ремесленной промышлен-
ности, производившіе большой эффектъ. Изъ Туркестанскаго Края,
по обстоятельствамъ, оставшимися неразъясненными, не было до-
ставлено ничего, кромѣ рукописей изъ Кокана, привезенныхъ А. А.
Куномъ. Въ нѣкоторой мѣрѣ пробѣлъ этотъ пополнился значитель-
нымъ числомъ дорогаго оружія и другихъ предметовъ среднеазіат-
скаго происхожденія, изъ собственной коллекціи К. П. Кауфмана,
которою онъ позволилъ украсить Выставку. Ничего не прислалъ и
Оренбургскій Край. Военно-Топографическій Отдѣлъ Генеральнаго
Штаба доставилъ замѣчательное собраніе русскихъ картъ азіат-
скихъ странъ. Изъ частныхъ экспонентовъ, И. А. Лопатинымъ
доставлена была изъ Сибири замѣчательная въ 150 предметовъ кол-
лекція мѣдныхъ орудій бронзового вѣка, найденныхъ въ южной

съ досугомъ написать диссертацию на степень магистра, которая устрона-бы
его собственные дѣла: все чужими занимался, переходя отъ одной работы къ
другой.

* Лечившись безъ пользы въ продолженіе двухъ лѣтъ, П. И. въ прош-
ломъ году увезенъ былъ за границу, гдѣ и теперь продолжаетъ свое существен-
ное существованіе.

** Собственно говоря, не возвращены, а сданы въ Имп. Р. Географическое
Общество, 14 ящиковъ съ разными предметами изъ Восточной Сибири.

— CXIX —

части Енисейской Губерніи, а г. Бокомъ — его совершенно новая
археологическая коллекція, собранная на островѣ Кипрѣ. Представ-
лены были болѣе или менѣе интересные альбомы этнографическихъ
и другихъ рисунковъ М. А. Гамазовымъ, В. А. Полтарац-
кимъ (изъ Семипалатинска) и художникомъ Кашировымъ (изъ
Томска). Г. Юзефовичъ выставилъ азіатское оружіе изъ сво-
его собранія. Разные предметы изъ сдѣланныхъ въ Сибири архео-
логическихъ находокъ прислали гг. Свѣтославскій изъ
Томска, и Дзерожинскій изъ Тобольска. Нѣсколькими ли-
цами присланы были и восточные монеты, замѣчательныхъ между
коими, къ сожалѣнію, не оказалось. Да и вообще въ этомъ отно-
шеніи Выставка нисколько не оправдала ожиданій Орг. Комитета
Исключеніе составляетъ только слѣпокъ съ большой медали, най-
денной въ Минусинскомъ Округѣ и принадлежащей г. Сафьяно-
ву, доставленный г. Н. Мартыновымъ: медаль оказалась
Гулагидскою и описана г. Мереномъ, на датскомъ языкѣ,
въ Запискахъ Копенгагенской Академіи Наукъ, и по-французски—
въ Mélanges Asiatiques Петербургской Академіи Наукъ (т. VIII
стр. 443—447). Изъ-за границы одинъ только Ш. Шеферъ при-
везъ съ собою частичку своего, единственнаго въ Европѣ, собранія
старинныхъ произведеній мусульманскаго искусства изъ Передней
Азіи. Да съ этой стороны и нельзя было ожидать многаго: кому-же
охота тащить съ собою черезъ полъ-Европы, подвергая разнымъ
опасностямъ, драгоцѣнные предметы, за цѣлость которыхъ дро-
жить антикварій болѣе чѣмъ за собственную жизнь. Г. Шеферу, стало
быть, должны мы быть особенно признательны. Да онъ же, извѣст-
ный обязательностію своей и на Западѣ и на Востокѣ, болѣе всѣхъ
другихъ корреспондентовъ Орг. Комитета хлопоталъ и о томъ, чтобы
Съѣздъ вышелъ достойнымъ своего назначенія.

СПИСОКЪ ПРИНОШЕШIAMЪ

СДЪЛАННЫМЪ СЪЪЗДУ ЛИЦАМИ И УЧРЕЖДЕНИЯМИ.

### (ВЪ ПОРЯДКЪ ПОСТУПЛЕНІЯ)

Отъ французскаго Министерства Иностранных Дѣлъ:

1. Mémoires de Baber (Zahir ed-din-Mohammed) traduits pour la première fois sur le texte djagataï par A. Pavet de Courteille. Paris, 1871, gr. in-8°, 2 vol.

2. Droit musulman. Recueil de lois concernant les musulmans schyites, par A. Querry. Paris, 1871-72, gr. in-8º, 2 vol.

3. Dictionnaire turc-oriental par M. Pavet de Courteille. Paris. 1870, gr. in-8º.

4. Grammaire de la langue chinoise orale et écrite, par Paul Perny. T. I. Langue orale. Paris. 1874, gr. in-8º.

5. Dictionnaire français-latin-chinois de la langue mandarine parlée, par Paul Perny. Paris, 1869, in-4º.

6. Appendice du dictionnaire français-latin-chinois. Paris, 1872, in-4º.

7. Dictionnaire de poche français - chinois par Gabriel Lemaire et Prosper Giquel. Shanghai, 1873, in-16º.

8. Dictionnaire malais-français par l'abbé P. Favre. Vienne, 1875, gr. in-8º, 2 vol.

Отъ французскаго Министерства Народнаго Просвященія

9. Rapports sur le service des archives de la Bibliothèque Nationale et missions pendant l'année 1876, gr. in-8º.

Отъ Нидерландскаго Правительства

10. Dr. D. Leemans. Bôrô-Boudour dans l'île de Java, dessiné par M. Wilsen, avec texte etc. 1873, in-8º. Avec atlas de 393 planches gr. in f.

— CXXI —

Омъ астоповъ:

11. A Grammar of the Chinese language, by Professor Léon de Rosny. London, 1874. In-8°.

12. De la méthode ethnographique pour servir d'introduction à l'étude de la race jaune. Leçon faite au Collège de France par Léon de Rosny. Paris, 1872. In-8°. 2 ЭКЗ.

13. De l'origine du langage, par Léon de Rosny. Paris, 1869. In-8°.

14. Collection des Orientalistes bibliophiles. № 1. Traité de l'éducation des vers à soie au Japon. Traduit du japonais par Léon de Rosny. 4° éd. abrégée. Nancy, 1871. In-8°.

15. Variétés orientales historiques, géographiques, scientifiques, bibliographiques et littéraires, par Léon de Rosny.

16. Trattato sull'educazione dei bachi da seta al Giappone di Sira-Kava di Sendai (Osyu), tradotto dal giapponese in francese da L. de Rosny. Versione italiana di Felice Franceschini. Milano, 1870. In-8°.

17. Sur l'origine de l'écriture japonaise et sumérienne, par J. Duchateau. Paris, 1873. In-8°.

18. Notice nécrologique sur Charles de Labarthe, par J. J. R. Duchateau. Paris, 1871. In-8°.

19. Notice nécrologique sur Charles Texier, par J. Duchateau Paris, 1873. In-8°.

21. Une création scientifique française. Le premier Congrès international des Orientalistes, par J. Duchateau. Paris, Mai 1874. In-8°.

21. Mémoires de la Société d'Ethnographie, 12e vol., 2e et der- nière partie, contenant un article de M. Reboux: Terrains quater- naires de Paris. Paris, 1873. In-8°. 3 ЭКЗ.

22. Publications de l'Ecole des langues orientales vivantes. I. Histoire de l'Asie centrale par Mir-Abdoul-Kerim-Boukhary, publié, traduit et annoté par Ch. Schefer. Texte persan. Paris. 1876. In-4°. Traduction française. Paris, 1876. In-8°.

23. Publications, etc. III. Relation de l'ambassade au Kharezm de Riza Qouly-Khan, publié, traduit et annoté par Ch. Schefer. Texte persan. Paris, 1876. In-8°.

24. Fra Giovanni da Pian di Carpine nel contado di Magione, viaggiatore e descrittore di Tartaria e Mongolia nel secolo XIII. Monografia di monsignor Francesco Liverani. Perugia, 1876. In-8°.

25. The Etruscan language, by Isaar Taylor. London, 1876. In-8°.

9

— CXXII —

Отъ Общества Американских Оръенталистовъ

26. Proceedings, may and nov. 1875, and may 1876. In-8°.

Отъ авторовъ:

27. Extracts from reports on the Vienna Universal Exhibition of 1873, p. III. Brighton, 1875. In-8°. 2 экз.

28. D. G. W. Leitner's Collections. In-8°.

29. Journal of the East India Association. Native self-government in matters of education, by Dr. G. W. Leitner. With an appendix on the Pounjaub University College and a native council for the Pounjaub. London. 1875. In-80.

30. Pounjaub University College Calendar. 1874.

Отъ Р. Коста (Cust)

31. Собраніе изъ 82 нумеровъ разныхъ газетъ выходящихъ въ сѣверныхъ провинціяхъ Британской Индіи, на санскритскомъ, персидскомъ, арабскомъ и разныхъ индѣйскихъ нарѣчіяхъ, за одинъ и тотъ же день.

Отъ барона Р. Розена:

32. Transactions of the Asiatic Society of Japan, vol. I, from 30th oct. 1872 to 9th oct. 1873; vol. II, from 22 Oct. 1878 to 15 July 1874; Vol. III part. 1. 2. Yokohama, 1874—75. 4 v.

33. Go gaki h'tori annai. By Capt. Rrinkley R. A. (словарь и разговоры англо-японскіе). Tokio (Yeddo).

Отъ Ахмеда Вефикъ-Эфенди:

34. Mahbûb ul kulûb li Amir 'Alî Shir Nawâlî. Constantinople. 1289. In-8°. 2 экз.

35. Lehdjei'uthmânî (словарь османскій). Ib. 1293. 2 vol.

Отъ Р. Коста:

36. Royal Asiatic Society of Great Britain and Ireland. Eifty-third annual report. 1878, Hertford. In-8°.

— CXXIII —

37. Fifth annual address of the president to the Philological Society. 1876. By the Rev. Richard Morris. In-8°.

Отъ Л. де-Рони

38. Congrès international des Orientalistes. Compte-rendu de la première session. Paris, 1873—76. In-8°.

Отъ авторов:

39. Chronologie orientalischer Völker von Albîrûnî. Im Auftrage der D. Morgenl. Ges. herausgegeben von Dr. C. Ed. Sachau. 1-te Hälfte. Leipzig. 1876. In-4°.

40. Vergleichendes Wörterbuch der Finnisch-Ugrischen Sprachen. Von Dr. O. Donner. II. Helsingfors. 1876. In-8°.

41. Recherches sur la chronologie égyptienne d'après les listes généalogiques, par J. Lieblein. Christiania. 1873. In-8°.

42. Die ägyptischen Denkmäler in St.-Pétersburg, Helsingfors, Upsala und Copenhagen, von J. Lieblein. Christiania. 1873. In-8°.

43. Tchoung-hoa-kou-kin-tsaï. Textes chinois anciens et modernes traduits pour la 1re fois dans une langue européenne, par L. de Rosny. Paris. 1874. In-8°. 2 экз.

44. Loung-tou-koung-ngan. Un mari sous cloche, conte chinois traduit sur le texte original par L. de Rosny. Paris. 1874. In-8°. 2 экз.

45. L'épouse d'outre-tombe, conte chinois, traduit sur le texte original par L. de Rosny. Paris, 1875. In-8°. 2 ex.

Отъ А. Северини:

46. Notizie di astrologia giapponese raccolte da libri originali per opera di Anselmo Severini. Genova (1874). In-4°.

47. Un principe Giapponese e la sua corte nel secolo XIV. Firenze. 1871, In-8° min.

48. Dialoghi Cinesi. Parte prima. Testo autografato de Paolo Ting Cinese a cura del Prof. S. Julien. Parigi. 1863. Parte secunda. Transcrizione e doppia versione italiana letterale e libera. Firenze. 1866. In-8°

49. Annuario della Società italiana per gli studi orientali. Anno primo. 1872. Anno secondo. 1873. Roma, Firenze, Torino, 1873—74. In-8°.

— CXXIV —

Отъ авторовъ:

50. Il commento medio di Averroe alla poetica di Aristotele per la prima volta publicato in arabo e en ebraico et recate in italiano da Fausto Lasinio. Parte I, II. Pisa, 1872. in-4°. 2 vol.

51. Letture sopra la mitologia vedica fatte dal Prof. Angelo de Gubernatis. Firenze. 1874. in-8°.

52. Storia dei viaggiatori italiani nelle Indie orientali compilata da Angelo de Gubernatis. Livorno. 1875. in-8°.

53. Etymologisches Wörterbuch der magyarischen Sprache genetisch aus chinesischen Wurzeln u. Stämmen erklärt von L. Podhorsky. 1 Heft. Die Gutturalen. Paris, 1876. in-8°. 18 экз.

54. Storia dei musulmani di Sicilia scritta da Michele Amari. Firenze. 1854, 68, 72. in-8°. 4 vol.

55. Le epigrafi arabiche di Sicilia trascritte, tradotte e illustrate da Michele Amari. P. I. Iscrizione edili. Palermo. 1875. in-4°. Съ 10 фотогр. таблицами. 2 vol.

56. Vocabulista in Arabico pubblicato per la prima volta sopra un codice della Biblioteca Riccardiana di Firenze da C. Schiaparelli. Firenze. 1871. gr. in-80.

57. History of the Mongols from the 9th to the 19th Century. Part. I. The Mongols proper and the Kalmuks. By Henry H. Houghton, with two maps by E. G. Ravenstein. London, 1876. gr. in-80.

Отъ Р. Ренваля и О. Шаумана, въ Гельсинфорсп:

58. Julius Immanuel Bergh. Vaticinia Jœlis fennice versa notisque philologicis illustrata. Diss. Helsingforsiae, 1839, in-8°.

59. Aaron Gustavus Borg. De indole et initiis Chaldææ dictio-nis in libris V. T. sacris. Diss. ib. 1842, in-4°.

60. Car. Gust. Sjöstedt. Diss. acad. explicans voœces Pentateuchi Persici in lexico Richardsoniano vel omissas vel non satis exposiæs. P. I. Aboæ. 1826. in-4°.

61. — De præsidiis ad interpretationem V. T. necessariis obser-vationes. Diss. Helsingforsæ, 1830, in-4°.

62. — In Ahmedis Arabsiadæ vitæ et rerum gestarum Timuri historiam animadversiones. Diss. P. I. ib. 1830, in-4°.

63. Axel. Fredr. Granfelt. Promissio Dei Abrahamo data e textu explicata et ad historiam Israeliticam relata. Diss. ib. 1849, in-8°.

64. Georg Aug. Wallin. De praecipua inter hodiernam Arabum linguam et antiquam differentia. Diss. ib. 1839. 8°.

65. Sharh Badr al dîn 'alâ 'l Lâmîyah. ed. G. A. Wallin. Lithogr. Helsingfors, 1851. 16°.

— CXXV —

66. Carmen elegiacum Ibnu-l-Faridi cum commentario Abdu-l-ghanyi e duobus codd. Lond, et Petrop. ed. G. A. Wallin. Diss. ib. 1850. 8º.

67. G. A. Wallin. Notes taken during a journey through part of Northern Arabia in 1848. London, 1850. 8º.

68. — Första resan från Cairo till arabiska öknen i April 1845. Helsingfors, 1853. 8º.

69. G. A. Wallins. Reseanteckningar från orienten åren 1843—49. Dagbok och bref efter resaudens död utgifna af S. E. Elmgren. Helsinfors. 1864, 65, 66. 4. vol. 8º.

70. Gabriel Geitlin. Principia grammatices Neo-Persicae. Helsingforsiae. 1839. 8º.

71. — Specimen academicum Pendnâmeh sive librum consiliarum Scheich Musliheddin Saadi Persice interpretatione Latina notisque illustratum sist. Diss. ib. 1835. 8º.

72. — Carminis epici Schahnâmeh fragmentum de Dario et Alexandro hexametris Suethicis redditum. Diss. ib. 1839. 8º.

73. — In librum Genesis prolegomena. Diss. ib. 1846. 8º.

74. In Fennicam Codicis Sacri Versionem Hypomnemata. I—IV diss. ib. 1847. 8º.

75. A. Herm. Kellgren. Mythus de ovo mundano, Indorum de eodem notio. Diss. ib. 1849, in 8º.

76. — Om affix-pronomen in Arabiskan och Turkiskan, samt Ibn-Mâliks Allâmîja med text-kritik och anmärkningar. Diss. ib. 1854, in-8º.

77. E. A. Strandmann. De codice ms. vitas veterum poetarum Arabum sub nomine Ibn-Challikan exhibente. Diss. ib. 1868, in-8º.

78. — De viris illustribus in libro Arabico Tardjumâtu’lmuta-qaddimîn mina ’lshu’arâ commemoratis. Diss. ib. 1868, in-8º.

79. — Chuandamir’s afhandling om Qarachitaiska dynastin i Kerman med inledning och anmärkningar. Diss. ib. 1869, in-8º.

### Отцъ профессора В. Лагуса:

80. Seid Losmani ex libro Turcico qui Oghuzname inscribitur excerpta. Primus ed. Latine vertit, explicavit Dr Jac. Joh. Wilh. Lagur. Helsingforsiae, 1854, in-8º.

81 W. Lagus: Περι των Ελληνων της μεσημβρινης Ρωσσιας υπομνηματων. Абины, 1853 in-8º.

82. — Kilskriften och Finnarne. Föredrag (Aftryck ur Literaturbladet). 1861, in-4º.

83. — Reseminnen från Krim och St. Georgs Kloster. 1862. in-8º.

84. — Mera kilskrift. 1864, in-8º.

9 ★

— CXXVI —

85. — I kilskriftsfrågan. Anmälan af hr. F. Lenormants „Etudes Accadiennes“, Paris, 1873 (Aftryck från Finska Vet.-Societ. Förhandlingar, XV). in-8°.

86. — Ännu en gång i Kilskriftsfrågan. Anmälan af hr Lenormants „La magie chez les Chaldéens“. Paris, 1874 (Aftryck från Finska Vet.-Societ. „Öfversigt“ XVIII). in-8°.

87. Lärokurs i Arabiska språket till Universitets - Ungdom ens tjenst. I—III. Helsingfors, 1869—74. 2 vol. in-8°.

88. C. A. R. Töttermann: Palgútho qudmítho deberímên cum hebraeis collata. Diss. ib. 1870, in-8°.

89. C. Fr. Eneberg: De pronominibus arabicis diss. etymologica. I, II. ib. 1872—74. 2 vol. in-8°.

Om P. Kocma:

90. The Holy Bible translated into Canarese for the Madras Auxiliary Bible Society. Bangalore, 1865, in-4°.

91. Idem, translated into the Malayalim language. Cottayam, 1867, in-4°.

92. Idem, in Hindustani: Kitâb i muqaddas, ya'ne, purànà aur nayà 'ahd-nàma. London, 1860. in-8°.

93. Idem, translated into Tamil. Madras, 1871, gr. in-8°.

94. Idem, in the Bengali language. Calcutta, 1867, in-8°.

95. Idem, in the Hindi language. Allahabad, 1861—69. 2 vol. in-8°.

96. Idem, in Singhalese. in-8°.

97. The Book of Genesis, and Part of Exodus, in the Oriya language. Cuttack, 1869. in-8° min.

98. The Book of Genesis in Dakhane. Hertford, 1868. in-16°.

99. (Псалмы на Санскритскомъ). Calcutta, 1844. in-8°. min.

100. The Holy Bible translated into the Harotee language. vol. V. Containing the N. T. Serampore, 1821, in-8°.

101. The Holy Bible translated in the Vikanera language. Vol. V. containing the N. T. Serampore, 1820, in-8°.

102. The New Testament in the Hindustani language. London, 1860, in-8°.

103. Idem, translated into Telugu. Madras, 1860, gr. in-8°.

103. The N. T. in the Marathi language. London, 1864, in-8°.

105. Idem, translated into Persian by the Rev. Henry Martin. 4 th. ed. London 1837, in-8°.

106. Idem (in Pachtou). Hertford, 1863, in-8°.

107. Idem (in Pandjabi). in-8°.

— CXXVII —

108. Idem (in Khasi). London 1871, in-80.

109. (Евангелія на Синдскомъ). London 1870, in-4°.

111. The Gospel according to St-Matthew in Gondi. Allahabad, 1872, in-12°.

111. (Евангеліе отъ Марка, на Персидскомъ). London 1873, in-80.
min.

112. (Евангеліе отъ Іоанна, на Гузератскомъ). Bombay, 1870, in-12°.

### Отъ автора:

113. Estudios sobre el oriente. Los pueblos iranicos y Zoroastro.
por Don Francisco Garcia Ayuso. Madrid. 1874, gr. in-8°.

114. Estudios, etc. Iràn, o del Indo al Tigris. Descripción geográfica de los paises iraníos, Afghanistan, Beluchistan, Persia y Armenia. Por D. F. Garcia Ayuso. Con una mapa. Madrid y Paris, gr. in-80.

### Отъ Эллинскаго Филологическаго Общества

115. Του εν Κωνσταντίνοπολει Σλληνων Φιλολογικον Συλλογευ τα περισσωβεντα. Τ. ὀ'—η'. Константинополь, 1871-74, in-4° 2. экз.

### Отъ авторовъ:

116. Il libro del Cohelet volgarmente detto Ecclesiaste tradotto dal texto ebraico con introduzione critica e note di David Castelli. Pisa, 1866 in-80.

117. Leggende talmudiche, saggio di traduzione dal testo originale con prefazione critica di David Castelli. Pisa, 1869, in-80.

118. Luciano Cordeiro, Viagens. Hispania e França. Lisboa, 1874, in-80.

119. — Viagens. França, Bavierà, Austria e Italia. Lisboa, 1875, in-8°.

120. A History of Asiatic cholera. By C. Macnamara. London, 1876, in-8°.

121. Kawi-Studien. Arjuna-Wiwâha. zang I en II in tekst en vertaling met aanteekeningen en inleiding door Dr. H. Kern. 's Gravenhage, 1871, in-8°.

122. Writta-Sancaya; oudjavaansch leerdicht over versbouw in Kawi-tekst en nederlandsche vertaling bewerkt door H. Kern. Leiden, 1875, in-8°.

— CXXVIII —

123. Eene indische zage in javaansch gewaad. Door H. Kern. Amsterdam, 1876, in-4°.

124. The Aryabhatiya, with the commentary Bhatadipikâ of Paramâdiçvara, edited by Dr H. Kern. Leiden, 1874, in-4°.

125. Over de jaartelling der zuidelijke Buddhisten en de genenkstukken van Açoka den Buddhist. Door H. Kern. Amsterdam, 1873, in-4°.

126. H. Kern. Zang XV van 't Bharata-yuddha in Kawi, met vertaling en aanteekeningen. in-8°.

127. — Over zoogenaamde verbindsklanken in het Tagala en wat daarmee overeenkomt in 't Kawi. in-8°.

128. Encyclopédie japonaise; le chapitre des quadrupèdes avec la première partie de celui des oiseaux, traduction française sur le texte original avec fac-simile par L. Serrurier. Leyde, 1875, 2 vol. in-4°.

129. Le marquis Anselme de Puisage: De l'origine et de la valeur du nom de Dieu, lettres au R. P. Brucker, de la Comp. de Jésus. in-8°.

130. Rapport sur l'état des études concernant les temps préhistoriques, lu à la Société de statistique de Marseille par M. l'abbé François Tenouyi, février et juin 1875. Marseille, 1875, in-8°.

131. Invasion de la France en 1707, ou chronique de Provence et du siège de Toulon, d'après des documents contemporains inédits, accompagné d'un plan de Toulon en 1707, par le baron Textor de Ravisi. St. Étienne, 1876, in-0°.

132. Les femmes célèbres du Japon. La poétesse Komati. Par le même. Paris, 1875, in-8°.

### Отв. барона Тексторъ-де-Равизи:

133. Société industrielle du nord de la France. Observations sur le questionnaire de la commission de la Société nationale d'éducation de Lyon au sujet d'un projet de création d'un institut des hautes études commerciales. fol. obl.

134. Congrès provincial des orientalistes français. Compte-rendu de la session inaugurale. Levallois, 1874. Paris, 1875. in-8°.

### Отв. авторов:

135. Emile Guimet: L'orient d'Europe au fusain. Notes de voya-ge. Paris, 1868, in-8°.

— CXXIX —

136. Uomini e paraventi racconto giapponese tradotto da A. Severini. Firenze, 1872, in-32°.

137. Il Messia secondo gli Ebrei, studio di David Castelli. Firenze, 1874, in-8°.

138. (A. Severini e C. Puini). Repertorio sinico-giapponese. P. I. Registro alfabetico delle voci contenuti nel Wa kan won seki, Siyo „ken“ si kau, Setu you siu, e nel eompendio di esso Faya „fiki yei tai setu you sou“. Firenze, 1875, in-4º (листы 1–17).

139. Langue universelle de l'humanité ou télégraphie parlée, etc., par Aldrick Caumont. Paris et Bruxelles, 1867. imp. in-4°.

140. Julien Vinson: Sur l'origine du mot Thuki-im „paons“ de la Bible. Paris, in-8°.

141. Cours du fleuve Rouge (Hong-Kiang) exploré et ouvert au commerce par J. Dupuis. 1870—73 (карта).

### Отъ А. Денубернатиса.

142. Bolletino italiano degli studii orientali. Anno I. N°s 1–5. 3 vol. in-8°.

### Отъ барона Тексторъ - де-Равизи.

143. Methnevî Mîr Hasan Dihlavî. Calcutta, 1849, in-8°.

### Отъ авторовъ:

144. Kongres Miedzynarodowy Orientalistów. 2-ya sessya — 14 Wrzesnia 1874. Londyn. Paryz, 1874, in-8º (литограф.).

145. The Slavonic provinces of Turkey. A tour by the Rev. James Long in the autumn of 1875. in-8°.

146. — The present position of Russia in Central Asia, in relation to the spread of Christianity and civilisation in the East. in-8°.

147. — The position of Turkey in relation to British interests in India. London, 1876, in-8°.

148. Notes on a visit to Moscow and Kief in 1873. in-8°.

### Отъ г. Даранбура:

149. Opuscules et traités d'Abou'l-Walid Merwan ibn-Djanah de Cordoue. Листы 1—16, in-8°.

150. Первый листъ его изданія Грамматики Сибавейга. Больш. 8°.

9

— CXXX —

Отъ Ахмеда Вефикъ-Эфенди

151. Les colliers d'or, allocutions morales de Zamakhschari. Texte arabe suivi d'une traduction française et d'un commentaire philologique par C. Barbier de Meynard. Paris, 1876, in-8°.

Отъ г. Захай

152. Eine Berechnung der Entfernung der Sonnen-Apogæums von den Frühlingspunkte bei Albîrûnî. Mitgetheilt von Prf. Ed. Sachau und Dr. Joh. Holetschek. Wien, 1876. in-8°.

Отъ А. Дегубернатиса

153. Bolletino italiano n° 6, 25 agosto 1876. in-8°. 6 экз.

Отъ г. Стэнили Лэна (Lane)

154. The Principles of Hebrew Grammar by J. P. N. Land, translated from the Dutch by Reginal Lane Poole. London, 1876, in-8.

Отъ авторовъ:

155. Histoire de Jérusalem et d'Hebron. Fragments de la chronique de Moudjîr-ed-dyn traduits sur le texte arabe par Henry Sauvaire. Paris, 1876, in-8°.

156. I Ma-na disposti per ordine di classifiche e trascritti in lettere latine da Lodovico Nocentini. Firenze, 1876-8°. (2 экз. первого листа).

157. Enciclopedia Sinico-giapponese. Notizie estratte dal Wa-kan San-sai Tu-ye sulla religione, gli usi, i costumi, la storia, l'etnologia e la geografia della Cina e del Giappone, per Carlo Puini. Filosofia e Filologia. Vol. II. (первый листъ въ 2 экз.) in-8°.

Отъ Батавскаго Общества Искусствъ и Наукъ.

158. Verhandelingen van het Bataviaasch Genootschap van Kunsten en Weetenschappen. Deel XXXVII. Batavia, 1875. in-8°.

— CXXXI —

159. Kawi oorkonden in facsimile, met inlending en transcriptie van Dr. A. B. Cohen Stuart. Leiden, 1875, 2 vol. 8°.

160. Repertorium op de koloniale litteratuur, of systematische inhoudsopgaaf van hetgeen voorkomt over de Kolonien (beoosten de Kaap) in mengelwerken en tijdschriften, van 1595 tot 1865, uitgegeven in Nederland en zyne overzeesche bezittingen. Door J. C. Hooykaas, ter perse besorgd door Dr. W. N. du Rieu. 1-ste stuck. Amsterdam, 1874. in-8°.

161. De beoefening der oostersche talen in Nederland en zyne overzeesche bezittingen 1800 - 1874. Bibliographisch ovorzisht door P. A. M. Boele van Hensbræk. Leiden, 1875. in 4°.

## Отъ автора, пандита Шанкаръ Пандаран'а

162. The Vedârthayatna or an attempt to interpret the Vedas. A Marâthî and an English translation of the Rigveda, with the original Samhitâ and Pada texts in Sanskrit. Bombay, 1876. in-8°, livr. 1-4.

## Отъ Э. Дельмаръ-Моргана

163. Mongolia, the Tangut country, and the solitudes of Northern Tibet, being a narrative of three years travels in Eastern High Asia. By Lieut.-Colonel N. Prjevalsky. Translated by E. Delmar Morgan, with introduction and notes by Colonel Henry Yule. London, 1876, 2 vol. in-8°.

## Отъ барона Тексторъ-де-Равизи

164. 2º session provinciale. Congrès des orientalistes à Marseille. 1876. Règlement de la session provinciale de Marseille. Marseille 1876, in-8°. 7 экз.

## Отъ авторовъ:

165. Mahomet. Notice biographique extraite du Koran analysé par Jules La Beaume (Extrait du n° 78 de la Revue Africaine). Alger. 1869, in-8°.

166. Lettre à M. le ministre de l'instruction publique et de cultes sur l'économie politique et le socialisme, par C. Lebrun. Paris, 1871, in-8°.

— CXXXII —

Отъ Г. Блохмана

167. 14 таблицъ арабскихъ надписей in-folio.

Отъ автора

168. Notices of the mediæval geography and history of Central and Western Asia, by E. Bretschneider. London, 1876, in-8°.

Отъ Кавказскаго Намъстничества.

169. Акты собранные Кавказскою Археографическою Коммисіею. Архивъ Главнаго Управленія Намъстника Кавказскаго. Т. I-V VI, 1, 2. Изданы Предсѣдателемъ Кавказск. Арх. Комм. А. П. Берже. 3 экз.

Отъ Московскаго Главнаго Архива Мин. Иност. Дѣлъ:

170. Записки о нѣкоторыхъ народахъ и земляхъ средней части Азіи Филиппа Назарова, посыланнаго въ Кокантъ въ 1813 и 1814 годахъ. Спб. 1821, in-8°.

171. Юаннъ, Экзархъ Болгарскій. Изслѣдованіе объясняющее исторію словенскаго языка и литературы ІХ и Х столѣтій, написано Константиномъ Калайдовичемъ. Москва, 1824, fol.

172. Собраніе государственныхъ грамотъ и договоровъ, хранящихся въ Государственной Коллегіи Иностранныхъ Дѣлъ. Ч. I—IV. Москва, 1813, 19, 22, 28. 4 тома. fol.

173. Сборникъ Князя Оболенскаго. Москва, 1838, in-8°.

174. Кириллъ и Меодій, словенскіе первоучители. Москва, 1825, in-8°.

175. Исторія Льва Діакона Калойскаго и другія сочиненія византійскихъ писателей, изданныя въ первый разъ съ рукописей Кор. Парижской Библіотеки, и объясненные примѣчаніями Карломъ Бенедиктомъ Газе. Переведенныя съ Грѣческаго на Россійскій языкъ Д. Поповымъ. Москва, 1820, in-4°.

176. Нѣсколько словъ о первоначальной русской лѣтописи. Москва, 1870, in-4°.

177. Изслѣдованія и замѣтки князя М. А. Оболенскаго по русскимъ и славянскимъ древностямъ (приложенія къ сочиненію его: „О первоначальной русской лѣтописи“). Спб., 1875, in-4°.

— CXXXIII —

Отъ Московскаго Общества Натуралистовъ

178. Rapport sur la séance extraordinaire de la Société Impé-riale des naturalistes de Moscou du 3 octobre 1875, à l'occasion du jubilé semi-séculaire du doctorat de M. Alexandre Fischer de Wald-heim. Moscou, 1876, in-8°.

Отъ Оренбургскаго Отдѣла И. Р. Географическаго Общества.

179. Записки Оренбургскаго Отдѣла И. Р. Географическаго Общества. Выпуски I, II. Казань, 1870, 72. Выпускъ III. Оренбургъ, 1875. 3 тома in-8°.

180. (Тилло). Краткій отчетъ объ Арало-Каспійской нивелли-ровкѣ. Оренбургъ, 1874, fol. min.

Отъ Московскаго Общества Любителей Естествознанія, Антрополо-гіи и Этнографіи:

181. Извѣстія И. Общества Любителей Естествознанія, Антро-пологіи и Этнографіи, т. III. в. 2: Инструкція для Туркестанской Экспедиціи составленная комисіею общества. Москва, 1869, in-4°.

182. Idem т. V. в. 1: Г. П. Федченко. О самосадной соли и соляныхъ озерахъ Каспійскаго и Азовскаго бассейновъ. Тамъ же, 1870, in-4°.

183. Idem т. VIII в. 1: Протоколы засѣданій, годъ седьмой. ib. 1871, in-4°.

184. Idem т. VIII в. 2: Н. А. Сѣверцова: Вертикальное и горизонтальное распредѣленіе Туркестанскихъ животныхъ. ib. 1873, in-4°.

185. Idem. т. IX в. 1: Протоколы засѣданій, годъ осьмой. ib. 1872, in-4°.

186. Idem т. Х в. 1: Idem, годъ девятый. ib. 1872, in-4°.

187. Idem т. Х в. 2: Idem, годъ девятый и десятый. ib. 1874, in-4°.

188. Idem т. XIV: Idem, годъ одиннадцатый. ib. 1874, in-4°.

189. Idem т. ХІ в. 1-7, т. ХІХ в. 1-3, т. XXI в. 1-3: Путе-шествіе въ Туркестанъ А. П. Федченко, совершенное отъ И. Об-щества Любителей Естествознанія по порученію Туркестанскаго Генералъ-Губернатора К. П. фонъ-Кауфмана. Спб. и Москва, 1874— 76. 13 в. in-4°.

190. Idem т. ХХ, прил.: Дм. Н. Анучина, Матеріалы для

— CXXXIV —

антропології восточной Азіи. І. Племя Айновъ. Москва, 1876, in-4°. 4 экз.

191. Каталогъ туркестанскаго отдѣла политехнической выставки. 1874, in-4°.

Отъ Уральскаго Общества Любителей Естествознанія:

192. Записки Уральскаго Общества Любителей Естествознанія. Bulletin de la Société Ouralienne d'amateurs des sciences naturelles. т. І, в. 1. 2. Екатеринбургъ, 1873—74. т. ІІ, 1. 1875. т. ІІІ, 1. 2. 1876. 5 томовъ in-4°.

193. А. Н. Стоянова. Отчетъ о раскопках древних могилъ и кургановъ.

Отъ Общества Естествоиспытателей при И. Казанскомъ Университетъ:

194. Труды Общества Естествоиспытателей при И. Казанскомъ Университетѣ. т. III № 1: А. Н. Орлова, О землетрясеніяхъ вообще и о землетрясеніяхъ южной Сибири и Туркестанской области въ особенности. Вып. 1. 2. Казань, 1873. 2 тома in-4°.

195. Idem т. III № 2: Отчетъ о Вогульской экспедиціи Н. Маліева. ib. 1873, in-4°.

196. Idem т. III № 3: А. Орлова, О землетрясеніяхъ въ приуральскихъ странахъ. ib. 1873, in-4°.

197. Idem т. III № 4: Путешествіе къ Вогуламъ. Отчетъ Н. Сорокина. ib. 1872, in-4°.

198. Idem т. IV № 1: Д. Островскаго, Вотяки Казанской губерніи. ib. 1874, in-4°.

199. Idem т. IV № 2: Н. Маліева, Матеріалы для сравнительной антропологіи. ib. 1874, in-4°.

Отъ Алтайской Православной Миссіи:

200. Послѣдованіе святаго крещенія на нарѣчіи Алтайскихъ Калмыковъ. Спб. 1868. in-4°.

201. Бесѣды готовящемуся къ святому крещенію объ истинномъ Богѣ и истинной вѣрѣ. На Калмыцко-Татарскомъ нарѣчіи. Спб. 1865. in-4°.

202. Послѣдованіе часовъ. На Татарско-Калмыцкомъ нарѣчіи Алтайскихъ инеродцевъ. Спб. 1866. in-4°.

— CXXXV —

203. Евангелія воскресныя (утреннія) на дванадесятые праздники и страстную седьмицу. Спб. 1866. in-4°.

204. Ісус Христос Каан Кутаибистын Ђръде тюрген учуры. Спб. 1866. in-4°.

205. Орус потугу-біле Алтай укузі ермектешкені. 1871, in-16°.

206. Евангелія воскресныя, на литургіи чтомыя. На нарѣчіи Алтайскихъ Калмыковъ. Спб. 1868. in-4°.

207. Літургія Св. Юанна Златоустаго. На Татарско-Калмыцкомъ нарѣчіи Алтайскихъ инородцевъ. Спб. 1866. in-4°.

208. Поучительныя статьи. На алтайскомъ языкѣ. Казань, 1872. in-16°.

209. Грамматика Алтайскаго языка, составленная членами Алтайской миссіі. Казань, 1869. in-8°.

210. Алтайскій букварь. Спб. 1868. in-4°.

Отъ автора:

211. В. В. Григорьева, Изслѣдованіе о скиескомъ народѣ Сакахъ. Спб. 1871. 25 экз.

212. — Россія и Азія Спб. 1875.

213. — Изслѣдованіе объ арабскомъ путешественникѣ Абу-Долефѣ. Спб. 1872. 15 экз.

214. — Разборъ сочиненія Вамбери: „Исторія Бухары“. Спб. 1874. 15 экз.

215. — Караханиды въ Мавераннагрѣ. Спб. 1874. 15 экз.

216. — Die Nomaden als Nachbar'n und Eroberer civilisirter Staaten. St-Petersburg, 1875. 15 экз.

217. — Разборъ книги Вейля: „Geschichte der islamitischen Völker“. 5 экз.

218. — Разборъ книги: „Средняя Азія“ Костенки. 15 экз.

219. — Монгольская надпись временѣ Монгкэ-Хана. 10 экз.

220. — Греко-Вактрійское Царство. 5 экз.

221. — Монеты афганскихъ султановъ Индіи. 5 экз.

222. — Нѣсколько новыхъ видовъ Джучидскихъ монетъ. 10 экз.

223. — О первыхъ монгольскихъ монетахъ сельджукскаго типа. 5 экз.

224. — Неизданныя бухарскія и хивинскія монеты. 5 экз.

225. — Неизданныя монеты уйгурскихъ владѣльцевъ Мавераннагра. 5 экз.

226. — Историческая записка о С.-Петербургскомъ Университетѣ. 5 экз.

— CXXXVI —

Отъ В. В. Григорьева:

227. — Памятники монгольскаго квадратнаго письма. 10 экз.

228. — Два разсказа Мирзы Шемса Бухари. 10 экз.

229. — Хожденіе въ Кербелу и Неджефъ. 10 экз.

230. Кучибей гюмюрджинскій. В. Д. Смирнова. Спб. 1873. in-8°.

Отъ авторовъ:

231. Всеволода Миллера: Очерки арійской миологіи въ связи съ древнѣйшей культурой. т. І Аҫвины-Дюскуры. Москва, 1876. in-8°.

232. — Arijsky Mitra a slovansky Mir. V Prazé, 1874. in-8°.

233. — Отчетъ озанятіяхъ автора за границей. in-8°.

234. Sâmaveda-Aranyaka-Samhitâ. Изслѣдованіе Филиппа Фортунатова. Въ приложеніи нѣсколько страницъ изъ сравнительной грамматики индоевропейскихъ языковъ. Москва, 1875. in-8°.

235. Четверостишія Хакани. Издалъ и перевелъ Карлъ Залеманъ. Спб. 1875. in-8°.

236. Н. П. Булычевъ, Камень-писанецъ (съ рисункомъ). in-4°. 30 экз.

237. D. E. D. Europaeus, Die Stammverwandtschaft der meisten Sprachen der alten und australischen Welt bewiesen. Die Zahlwörtertabelle I. Neue, vervollständigte Auflage. St. Petersburg, 1867.

238. — Schliessliche Bestimmung über den africanischen doli-chocephalen Schädeltypus der Ostjaken und Wogulen, der reinsten Nachkommen der über Nord-Europa einst weitverbreiteten Ugrier. (Отд. отт. изъ Zeitschrift für Ethnologie, VIII. 1876) in-8°.

239. — Объ угорскомъ народѣ, обитавшемъ въ Средней и Сибирской Россіи, въ Финляндіи и сѣверной части Скандинавіи до прибытія туда нынѣшнихъ ихъ жителей. (Съ 2 картами). Спб. 1874. in-4°.

240. Д. А. Хвольсона: О вліяніи географическаго положенія Палестины на судьбы древне-еврейскаго народа. in-8°.

241. — Исторія ветхозавѣтнаго текста и очеркъ древнѣйшихъ его переводовъ по ихъ отношенію къ подлиннику и между собою. I. Введеніе. in-8°.

242. — Послѣдняя пасхальная вечеря Іисуса Христа и день его смерти. Спб. 1875. in-8°.

243. — Ein Relief aus Palmyra mit zwei palmyrenischen Inschriften. in-8°.

— CXXXVII —

244. Е. Н. Воронца: Материалы для изученія и обличенія Мохаммеданства. І. Казань, 1873. 5 экз. Ш. Орелъ, 1876. 10 экз.

Отъ протоіерей Дорджеева:

245. Нилъ, архиепископъ Ярославскій. Буддизмъ, разсматри-
ваемый въ отношеніи къ послѣдователямъ его, обитающимъ въ
Сибири. Спб. 1858. in-8°.

246. — Путевыя записки. Ярославль, 1874. in-8°.

247. Часословъ на монгольскомъ языке. Спб. 1861. in-4°.

248. Ирмологій на монгольскомъ языке. Спб. 1863. in-4°.

249. Минея общая на монгольскомъ языке. Спб. 1874. in-4°.

250. Постная тріодь на монгольскомъ языке. Спб. 1869. in-4°.

251. Цвѣтная тріодь на монгольскомъ языке. Спб. 1871. in-4°.

252. Начатки христіанскаго ученія на монгольскомъ языке.
Спб. 1858. in-8°.

253. Послѣдованіе на преславный день воскресенія Господа нашего Иисуса Христа на монгольскомъ языке. Спб. 1862. in-4°.

254. Службы во дни Господнихъ праздниковъ на монгольскомъ языке. Спб. 1867. in-4°.

255. Октоихъ на монгольскомъ языке. Спб. 1866. in-4°.

256. Молитвословъ на монгольскомъ языке. Спб. 1868. in-4°.

257. Требникъ на монгольскомъ языке. Спб. 1870. in-4°.

258. Служебникъ на монгольскомъ языке. Спб. 1870. in-4°.

Отъ профессора Ф. Бруна:

259. Notice sur la Société Impériale Odessaise d'histoire et d'antiquités et sur ses mémoires. Deuxième éd. Odessa, 1875. in-8°.

260. Записки И. Новороссійскаго Университета, т. І вып. 1 и 2. Одесса, 1867, in-8°. Заключаютъ въ себѣ: Ф. Бруна, Путешествіе Ивана Шильбергера по Европѣ, Азіи и Африкѣ.

261. Ф. К. Бруна, Неудачная осада Азова Турками въ 1641 году, и занятіе ими крѣпости по оставленіи оной Козаками. (Извлечено изъ VIII т. Записокъ Одесскаго Общества Исторіи и Древностей).

262. — Путешествіе турецкаго туриста вѣдь по восточному берегу Чернаго моря. (Извлечено изъ ІХ т. тѣхъ же Записокъ).

262. — Восточный берегъ Чернаго моря по древнимъ пери-
пламъ и по компасовымъ картамъ. (Извл. изъ ІХ т. тѣхъ же За-
писокъ).

10

— CXXXVIII —

264. Ф. К. Бруна, О разныхъ названіяхъ Кіева въ преж-
нее время. (Отдѣльный оттискъ изъ Трудовъ 3-го Археологиче-
скаго Съѣзда).

265. — О резиденціи хановъ Золотой Орды до временъ Джа-
нибека І. (Отдѣльный оттискъ изъ тѣхъ же Трудовъ).

266. — О странствованіяхъ царя-пресвитера Юанна. (Изъ V т. Зап. Новор. Унив.).

267. — Периплъ Каспійскаго моря по картамъ XIV столѣ-
тія. (Изъ ІХ т. тѣхъ же Записокъ).

Отъ авторовъ :

268. Сіяхет-наме-и-худудъ. Описаніе путешествія по турецко-
персидской границѣ. Составилъ Хуршидъ-Эфенди, бывшій секретарь
турецкаго комиссара по разграниченію между Турціею и Персіею.
Съ приложеніемъ отчета персидскаго комиссара о томъ же путе-
шествіи. Съ турецкаго и персидскаго перевелъ М. А. Гамазовъ.
Спб. 1876. in-8°.

269. Путевой журналъ Е. И. Чирикова, русскаго комиссара-
посредника по турецко-персидскому разграниченію 1849-1852. Из-
данъ подъ редакціею М. А. Гамазова (Записки Кавказскаго От-
дѣла И. Р. Г. О.).

270. И. Махова, Русскаго чиновника, подарокъ японскимъ дѣ-
тамъ. Русская азбука. Хакодате, 1861. in-8°.

271. — Введеніе въ Японіи мѣръ, вѣсовъ и монетъ, и срав-
неніе ихъ съ русскими. in-8°.

272. Cours du droit musulmane par J. G. Nauphal. I. 1873-
74. II. 1875-76. St.-Pétersbourg, 2 vol. in-fol.

273. Die orientalischen Münzen des Museums der K. Historisch-
Archäologischen Gesellschaft zu Odessa, von Dr O. Blau. Mit einer
Münztafel. Odessa, 1876. in-4°.

274. М. А. Терентьева, Толмачъ-спутникъ русскихъ воиновъ для неизбѣжныхъ распросовъ и переговоровъ. На языкахъ русскомъ, турецкомъ, сербскомъ и греческомъ. Спб. 1867. in-16°.

275. — Статистические очерки средне-азіатской Россіи. Спб.
1874. in-8°.

276. — Россія и Англія въ Средней Азіи. Спб. 1875. in-8°.

277. — Грамматики турецкая, персидская, киргизская и уз-
бекская. Спб. 1875. in-8°.

278. — Христоматія турецкая, персидская, киргизская и уз-
бекская. Съ приложеніемъ почерковъ и таблицы лѣтосчисленій.
Спб. 1876. in-8°.

— CXXXIX —

279. — Россия и Англия въ борьбѣ за рынки. Спб. 1876. in-8°.

280. А. Цагарели: О грамматической литературѣ грузинскаго языка. Критическій over. Спб. 1873. in-8°.

281. — О предполагаемомъ сродствѣ грузинскаго языка съ индоевропейскими и турецкими языками. in-8°.

Отъ Б. А. Милотина

282. Сборникъ историко-статистическихъ свѣдѣній о Сибири и сопредѣльныхъ ей странахъ. т. І. вып. 1. 2. Спб. 1875. in-8°.

Отъ автора:

283. Барона Θ. Р. Остенъ-Сакена: Замѣтки о Цейлонѣ. (От-дѣльный оттискъ изъ Извѣстій И. Р. Географическаго Общества за 1866 годъ).

284. — Поѣздка въ Занарынскій край, лѣтомъ 1867 года. (Отдѣльный оттискъ изъ Извѣстій И. Р. Географическаго Общества 1869 года).

285. Expedition to the Trans-Naryn Country in 1867. Translated from the Russian and communicated by E. Delmar Morgan. With a map.

286. — Sertum tianschanicum. Botanische Ergebnisse einer Reise im mittleren Tian-schan von Baron Fr. v. d. Osten-Sacken und F. J. Ruprecht. Mit einer Karte. (Mémoires de l'Académie Impériale des Sciences de St.-Pétersbourg, VIIe Série, Tome XIV, N° 4. 1869).

Отъ барона Θ. Р. Остенъ-Сакена

287. Souvenirs de l'Ambassade du Comte Poutiatine en Chine. Extrait du Journal de Voyage d'un des membres de l'Ambassade. (Extrait du Journal de St-Pétersbourg, N°s 94, 95, 96 de l'année 1876).

Отъ Имп. Публичной Библиотеки:

288. Prophetarum posteriorum codex babylonicus petropolitanus. Edidit Hermannus Strack. Editio Bibliothecae Publicae Imperialis. Petropoli, M. DCCCLXXVI. in-folio.

Отъ Исполнительного Комитета.

Комитету этому предстояли четыре задачи: 1) дать зависящій
ходъ предположеніямъ Совѣта Съѣзда утвержденнымъ общимъ за-
ключительнымъ собраніемъ; 2) распредѣлить между учеными обще-
ствами и учрежденіями Имперіі, и разослать затѣмъ по принад-
лежности, сдѣланныя Съѣзду приношенія книгами, картами и брошю-
рами; 3) отправить обратно владѣльцамъ предметы доставленные
ими на Выставку; и 4) издать „труды“ Съѣзда.

При самомъ приступѣ къ исполненію этихъ задачь, Исп. Ко-
митетъ лишился содѣйствія двухъ изъ своихъ членовъ: барона
Ө. Р. Остенъ-Сакена и А. Л. Куна, служебныя обязанности
которыхъ не позволяли имъ принимать дальнѣйшаго участія въ
трудахъ Комитета. Потеря эта была незамѣнима. Вмѣстѣ съ тѣмъ
выбыли изъ Комитета Б. А. Дорнъ и В. В. Рельяминовъ-Зер-
новъ, а вскорѣ послѣ того и П. И. Лерхъ сдѣлался жертвою ката-
строфы, о которой сказано выше. Замѣнить выбывшихъ, съ пользою
для дѣла, другими лицами, не представлялось возможности. Вслѣд-
стіе этого обязанности Исполнительнаго Комитета легли исключи-
тельно на остальныхъ его членовъ, и преимущественно на В. В
Григорьева и барона В. Р. Розена.

I. По первой изъ своихъ задачь — относительно желаній
(voeux) выраженныхъ Съѣздомъ — Комитетъ, въ началѣ октября
1876, довелъ о нихъ до свѣдѣнія г. Министра Народнаго Просвѣ-
щенія, причемъ, имѣя въ виду обстоятельства времени и потреб-
ности Государственнаго Казначейства, присовокупилъ что на воспо-
собленіе по изданію арабскаго текста Табари можетъ быть обра-
щенъ остатокъ, который, по всей вѣроятности, образуется отъ бе-
режливаго расходованія суммы отпущенной на издержки по Съѣзду.
Вслѣдствіе этого, 16 апреля 1877, получено было слѣдующее увѣ-
домленіе отъ графа Д. А. Толстаго: „По ходатайству Исполни-
тельнаго Комитета 3-го международнаго Съѣзда Орьенталистовъ
объ оказаніи покровительства какъ русскими, такъ и англійскими
властями, лицамъ занимающимся изслѣдованіемъ Средней-Азіи, я
входилъ въ сношеніе съ Товарищемъ Министра Иностранныхъ

10 ★

— CXLII —

Дѣлъ. Нынѣ Тайный Совѣтникъ Гирсъ увѣдомилъ меня, что онъ
обращался къ Военному Министру съ запросомъ, не встрѣчается-
ли съ его стороны препятствія на удовлетвореніе означеннаго хо-
датайства, вслѣдствіе того, Гелералъ-Адъютантъ Милютинъ сооб-
щилъ Министерству Иностанныхъ Дѣлъ, что если путешественники
будутъ изучать Среднюю - Азію въ мѣстностяхъ уже занятыхъ рус-
скими войсками, то со стороны нашихъ властей имъ всегда будетъ
оказываемо полное содѣйствіе; если - же изслѣдованія эти будутъ
простираться за предѣлы нашихъ владѣній, то разпрѣшеніе проѣзда
путешественникамъ можетъ быть выдаваемо не иначе, какъ по
особому каждый разъ усмотрѣнію мѣстныхъ начальниковъ, такъ
такъ они одни могутъ сообразить, въ какой степени въ данную
минуту возможно и безопасно заграничное путешествіе. Принятіе-
же относительно лицъ изучающихъ Среднюю Азію какой либо об-
щей мѣры въ томъ смыслѣ какъ это выражено на бывшемъ Сѣздѣ
Оръенталистовъ, полагаетъ онъ, Военный Министръ, едвали возмож-
нымъ.—Сообщая объ этомъ, нужнымъ считаю присовокупить, что,
въ виду означеннаго отзыва Военнаго Министра, Тайный Совѣт-
никъ Гирсъ не счелъ возможнымъ войти въ сношеніе по сему пред-
мету съ великобританскимъ посломъ въ С.-Петербургѣ".

II. По исполненію второй задачи своей, Комитетъ поступившія
приношенія Сѣзду распредѣлилъ между 17-ю отечественными учреж-
деніями и обществами, а именно между университетами С.-Пе-
тербургскимъ, Гельсингфорскимъ и Дерптскимъ, духовными акаде-
міями Казанскою, Кіевскою и Московскою, археологическими об-
ществами С.-Петербургскимъ, Московскимъ и Кавказскимъ, между
Императорскою Публичною Библіотекою, Азіатскимъ Музеемъ Ака-
деміи Наукъ, Учебнымъ Отдѣленіемъ восточныхъ языковъ при
Азіатскомъ Департаментѣ, Московскимъ Главнымъ Архивомъ Ми-
нистерства Иностранныхъ Дѣлъ, Алтайскою Духовною Миссіею,
и обществами: Одесскимъ исторіи и древностей, и Московскимъ и
Уральсемъ любителей естествознанія. Львиная доля при этомъ
распредѣленіи, именно 172 сочиненія и брошюры, досталась, ра-
зумѣется, библіотекѣ С.-Петербургскаго Университета, какъ един-
ственнаго между нашими университетами обладающего факульте-
томъ Восточныхъ Языковъ. Почти вся разсылка приношеній про-
изведена была въ октябрѣ 1876. Сверхъ того, изъ принесенныхъ
въ даръ Сѣзду Кавказскимъ Намѣстничествомъ трехъ экземпля-
ровъ монументального труда—„Актовъ изданныхъ Кавказскою Ар-
хеографическою Коммисіею“—отосланы за границу: одинъ—Инсти-
туту Живыхъ Восточныхъ Языковъ въ Парижѣ, другой—Королев-
скому Азіатскому Обществу въ Лондонѣ, третій — Королевскому

— CXLIII —

Институту для изученія языковъ, странъ и народовъ Нидерлан-
ской Индіи, въ Гагѣ.

Ш. Третья задача выпала на долю Комитета, какъ сказано выше (стр. CHVIII), вслѣдствіе болѣзни постигшей П. И. Лерха, и, по обстоятельствамъ, тоже изложеннымъ выше, оказалась наименѣе удовлетворительною по исполненію, такъ какъ нѣкоторымъ лицамъ изъ доставившихъ вещи свои на Выставку пришлось ожидать возвращенія ихъ довольно долгое время. Нѣкоторые изъ прислан- ныхъ предметовъ весьма, впрочемъ, немногіе, остаются на сохра- неніи въ Комитетѣ и до сихъ поръ, главнѣйше по неприведенію еще въ извѣстность кому они принадлежатъ. Комитетъ покончитъ съ этимъ дѣломъ немедленно по выходѣ въ свѣтъ и разсылѣ членамъ Сѣзда настоящаго, І-го, тома его „Трудовъ“.

IV. Обязанность издать записки поступившія на Съѣздъ и обѣщанныя ему взяли на себя исключительно баронъ В. Р. Розенъ и предсѣдатель Комитета В. В. Григорьевъ. Первый томъ „Трудовъ“ долженствовалъ, предположено было, заключать въ себѣ статьи на русскомъ языке, второй—статьи на иностранныхъ языкахъ. За редакцію первого тома взялся В. В. Григорьевъ, за редакцію втораго — баронъ В. Р. Розенъ.

Нѣсколько статей имѣвшихъ войти въ составъ Ш-го тома „Трудовъ“ Съѣзда требовали китайскаго шрифта, который могла дать только одна изъ Петербургскихъ типографій, да и въ той оказался онъ неразобраннымъ, и, сверхъ того, не имѣлось набор- щика который бы совладалъ съ этимъ шрифтомъ. Пришлось, по этой причинѣ, печатать томъ этотъ за границею. Вышелъ онъ въ свѣтъ, со станковъ отличной типографіи Бриля, въ Лейденѣ, зи- мою 1878 — 1879 годовъ, и былъ, вслѣдъ затѣмъ, разосланъ кор- респондентамъ Орг. Комитета, для раздачи лицамъ чрезъ посред- ство ихъ принявшимъ участіе въ Съѣздѣ.

Одновременно со II-мъ томомъ „Трудовъ“ приступлено было и къ печатанію І-го. Но тутъ оказалось, что статей на русскомъ языке, имѣвшихся въ наличности и одобренныхъ къ напечатанію Совѣтомъ Съѣзда, далеко недостаточно чтобы составить томъ, рав- ный по объему со II-мъ. Имѣлось въ виду нѣсколько статей обѣ- щанныхъ, но онѣ не были еще доставлены, и могло случиться, что Комитетъ вовсе-бы ихъ не получилъ. Съ другой стороны, не состоявшееся до открытія Съѣзда изданіе „Обозрѣній“, о которыхъ говорено выше, не могло состояться и по закрытіи Съѣзда, вслѣд- ствіе неимѣнія въ наличности огромнаго большинства обѣщанныхъ статей и малой надежды видѣть ихъ когда-либо доставленными. Въ такихъ обстоятельствахъ, рѣшено было имѣвшіяся въ налич-

— CXLIV —

ности „обозрѣнія“ включить въ составъ 1-го тома „Трудовъ“ Съѣзда, и, въ ожиданіи доставки статей общѣаныхъ, начать печатаніе его съ одного изъ означенныхъ „обозрѣній“, превосходно составленнаго, давая мѣсто прибывающимъ статьямъ по мѣрѣ полученія ихъ отъ авторовъ. Вслѣдствіе этого, настоящій, І-й, томъ „Трудовъ“ и получилъ тотъ видъ, въ какомъ представляется нынѣ членамъ Съѣзда. Замедленіе-же въ изданіи его произошло какъ вслѣдствіе поздней доставки нѣкоторыхъ изъ общѣаныхъ статей, такъ и вслѣдствіе другихъ обстоятельствъ, въ числѣ которыхъ видное мѣсто занимаетъ невозможность въ какой находился редакторъ этого тома, вслѣдствіе служебныхъ обязанностей своихъ, посвятить этой работѣ досугъ достаточный для безостановочнаго ея исполненія.

ПОЧЕТНЫЕ ЧЛЕНЫ СЪЕЗДА

Его Величество Донъ-Педро II, Императоръ Бразильскій
Его Высокостепенство Якубъ-Бекъ, владѣтель Восточнаго
Туркестана.

Беръ, Карлъ Максимович, почетный членъ Императорской
Академіи Наукъ.

Гирсъ, Николай Карлович, товарищъ Министра Иностранныхъ Дѣлъ, управляюцій Азіатскимъ Департаментомъ.

Гельмерсенъ, Григорій Петрович, д. членъ Императорской Академіи Наукъ.

Гулькевичь, Николай Васильевичь, статсъ-секретарь, управляющій дѣлами Кавказскаго Комитета.

Игнатьевъ, графъ Николай Павлович, генералъ-адъютантъ, посолъ при Оттоманской-Портѣ.

Иннокентій, высокопреосвященный, митрополитъ Московскій и Коломенскій.

Казнаковъ, Николай Геннадіевичь, генералъ-адъютантъ, генералъ-губернаторъ Западной Сибири.

Кауфманъ, Константинъ Петровичь, генералъ-адъютантъ, Туркестанскій генералъ-губернаторъ.

Крыжановскій, Николай Андреевичь, генералъ-адъютантъ, Оренбургскій генералъ-губернаторъ.

Левшинъ, Алексій Иракліевичь, членъ Государственного Совѣта.

Ливенъ, свѣтлѣйшій князь Павелъ Ивановичь, попечитель С.-Петербургскаго Учебнаго Округа.

Литке, графъ Федоръ Петровичь, генералъ-адъютантъ, президентъ Императорской Академіи Наукъ.

Лобановъ-Ростовскій, князь Алексѣй Борисовичь, статсъ-секретарь, товарищъ Министра Внутреннихъ Дѣлъ, вице-предсѣдатель Императорскаго Археологическаго Общества.

Порфирій, преосвященный, епископъ Чигиринскій.

Путятинъ, графъ Евфимъ Васильевичь, генералъ-адъютантъ, членъ Государственного Совѣта.

10

— CXXXIXI —

Рѣдькинъ, Петръ Григорьевичь, ректоръ Императорскаго
С. Петербургскаго Университета.

Рейтернъ, Михаилъ Христофоровичь, статсъ-секретарь, Ми-
нистръ Финансовъ.

Семеновъ, Петръ Петровичь, вице-предсѣдатель Импера-
торскаго Р. Географическаго Общества.

Тимашевъ, Александръ Егоровичь, генералъ-адъютантъ, Ми-
нистръ Внутреннихъ Дѣлъ.

Толстой, графъ Дмитрий Андреевичь, статсъ - секретарь, Ми-
нистръ Народнаго Просвѣщенія.

Торнау, баронъ Николай Егоровичь, членъ Государственнаго
Совѣта.

Федериксъ, баронъ Павелъ Александровичь, генералъ-
губернаторъ Восточной Сибири.

Ханыковъ, Николай Владиміровичь, членъ-корреспондентъ
Императорской Академіи Наукъ.

ДЕЛЕГАТЫ ОТЪ ПРАВИТЕЛЬСТВЪ И УЧЕНЫХЪ
ОБЩЕСТВЪ

Бельгія.

Баронъ дё-Кёне — отъ Бельгійскаго Королевскаго Нумиз-
матическаго Общества.

Великобританія.

R. Douglas — отъ Великобританскаго Правительства.

Сэръ W. Elliot — отъ India-Office (отсутствовалъ).

Th. Chenery — отъ Оксфордскаго Университета.

W. Wright — отъ Кэмбриджскаго Университета.

R. Atkinson — отъ Ирландской Королевской Академіі.

J. C. H. Clarke — отъ Королевскаго Географическаго Об-
щества.

Р. Н. Cust — отъ лондонскихъ обществъ: Библейской Архе-
ологіі, Антропологическаго и Филологическаго.

С. Л. Brandreth — отъ Лондонскаго Филологическаго Об-
щества.

Mr. Ralston — отъ того же общества (отсутствовалъ).

Н. Cordier — отъ Сѣверо-Китайскаго Отдѣла Королевскаго Азіатскаго Общества (отсутствовалъ).

Е. Satow — отъ Японскаго Азіатскаго Общества (отсутствовалъ).

Голандія.

J. de-Goeje} отъ Голандскаго Правительства.
A. Kern

Данія.

A. F. von Mehren — отъ Датскаго Правительства.

Италія.

A. Degubernatis — отъ Итальянскаго Правительства.

10*

— CXXXIXIII —

M. Lignana } тоже (отсутствовали).
A. Severini

Норвегія.

J. Lieblein — отъ Христіанійскаго Университета.

Россія.

А. П. Бержё — отъ Кавказскаго Намѣстничества.

К. Ө. Нейманъ — отъ генералъ-губернатора Восточной Сибири.

И. И. Словцовъ — отъ генералъ-губернатора Западной Сибири.

В. Н. Васильевъ } отъ Императорскаго С.-Петербургскаго

К. А. Коссовичь } Университета.

W. Volck } отъ Императорскаго Деритскаго Университета.
E. Mühlau

Д. А. Хвольсонъ — отъ С.-Петербургской Духовной Академіи.

П. Горскій-Платоновъ — отъ Московской Духовной Академіи.

А. А. Олесницкій — отъ Кіевской Духовной Академіи (отсутствовалъ).

В. В. Стасовъ } отъ Императорской Публичной Библіотеки.

А. Я. Гаркави

Г. Д. Филимоновъ — отъ Румянцевскаго и Публичнаго музеевъ въ Москвѣ (отсутствовалъ).

А. В. Рачинскій } отъ Московскаго Главнаго Архива

Н. В. Чарыковъ } М. И. Д.

С. Науфаль — отъ Института Восточныхъ Языковъ при Азіатскомъ Департаментѣ М. И. Д.

И. И. Захаровъ } отъ Императорскаго Русскаго Географического Общества.

С. И. Черняевъ }

А. И. Савельевъ — отъ Императорскаго Русскаго Археологическаго Общества въ С.-Петербургѣ.

В. Ө. Миллеръ — отъ Императорскаго Московскаго Археологическаго Общества.

О. Блау — отъ Одесскаго Общества Исторіи и Древностей (отсутствовалъ).

О. А. Федченко — отъ Императорскаго Московскаго Общества Любителей Естествознанія, Антропологіи и Этнографіи.

ЧЛЕНЫ - ПОДПИСЧИКИ СЪЕЗДА

I. ЕВРОПА.

Россія.

Въ С.-Петербургъ:

Имп. Университетъ.

Имп. Публичная Библіотека.

Имп. Русское Географическое Общество.

Совѣтъ Горнаго Института.

Абдиновъ, Каземъ-бекъ, драгоманъ при Министерствѣ Ино-
странныхъ Дѣлъ.

Адамовъ, В. С., директоръ Департамента Министерства Юстиціи.

Арбузовъ, Н. К., студентъ Института Восточныхъ Языковъ при
Министерствѣ Пностранныхъ Дѣлъ.

Ахвердовъ, Н. П., бывшій чиновникъ Тифлискаго Коммерче-
скаго Суда.

Ахмедъ-Вефикъ-Эфенди, бывшій министръ и посолъ Отто-
манской-Порты.

Кадмаевъ, П. А., кандидатъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Баймаковъ, Э. П., банкиръ.

Базилевскій, А. А., дѣлопроизводитель VI класса въ Азіат-
скомъ Департаментѣ.

Бакстъ, О. И., драгоманъ при Азіатскомъ Департаментѣ.

Ваторскій, Н. А., дѣлопроизводитель VIII класса въ Азіат-
скомъ Департаментѣ.

Басинъ, Н. П., акалемикъ архитектуры.

Башмаковъ, А. Д., гофмейстеръ Двора Его Императорскаго
Величества.

Бауеръ, В. В., адр. профессоръ Всеобщей Пistorіи въ Император-
скомъ Университетѣ.

Баумгартенъ, А. А., состоящій при Министерствѣ Иностранныхъ Дѣлъ.

Безобразовъ, М. А., действительный статскій советникъ.

— CLI —

Березинъ, Л. В., цензоръ въ Почтовомъ Вѣдомствѣ.

Бестужевъ-Рюминъ, К. Н., орд. профессоръ Русской Исторіи
въ Имп. Университетѣ.

Бестужевъ-Рюминъ, Н. Н., статскій совѣтникъ.

Богдановъ, М. Н., приватъ-доцентъ по каеедрѣ зоологіі въ
Имп. Университетѣ.

Богуславскій, Д. Н., генералъ-маіоръ, бывшій первый драго-
манъ Русскаго посольства въ Константинополѣ.

Богушевичь, Ю. М., статскій совѣтникъ.

Бокъ, чиновникъ Министерства Государственныхъ Имуществъ.

Боннель, Э. И., библіотекарь въ Императорской Публичной Би-
бліотекѣ.

Бөтгеръ (фонъ), П., кандидатъ правъ.

Боянекъ, И. Н., кандидатъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Булацель, Н. И., чиновникъ канцеляріи Министра Иностранныхъ Дѣлъ.

Булгаковъ, Θ. И., чиновникъ Комитета Иностранный Цензуры.

Бранденбургъ, Н. Е., полковникъ гвардейской артиллеріі.

Брафманъ, Я. А., чиновникъ Министерства Внутреннихъ Дѣлъ.

Броссё, Л. М., дѣлопроизводитель VIII класса въ Азіатскомъ Демпартаментѣ.

Броссё, М. П., орд. академикъ Имп. Академіи Наукъ.

Бычковъ, А. Θ., помощникъ директора Имп. Публичной Библиотеки.

Бѣлелюбская, Ольга Дмитриевна.

Бюшъ, Г. В.

Валихановъ (султанъ), штабъ-ротмистръ лейбъ-гвардіи Атаман-
скаго Цесаревича Полка.

Вакаръ, П. А., членъ Главнаго Управленія по дѣламъ печати.

Вакуловскій, Н. Н., членъ Имп. Русскаго Географическаго Общества.

Вельяминовъ-Зерновъ, В. В., экстр. академикъ Имп. Академіи Наукъ.

Веселаго, Θ. Θ., членъ Главнаго Управленія по дѣламъ печати.

Веселовскій, М. П., статсъ-секретарь Государственнаго Совѣта,
тайн. сов.

Веселовскій, Н. П., кандидатъ Факультета Восточныхъ Язы-
ковъ.

Вессель, Н. Х., чиновникъ особыхъ порученій при Главномъ
Управленіи Военно-учебныхъ Заведеній.

Витте (де), В. П., генералъ-маіоръ.

— CLII —

Водовозова, Лизавета Николаевна.

Волковъ, П. Н., чиновникъ Министерства Финансовъ.

Волланъ (де), Г. П., дѣлопроизводитель VIII класса въ Азіатскомъ Департаментѣ.

Вольфъ, М. О., книгопродавецъ-издатель.

Вяземскій (князь), П. П., гофмейстеръ Двора Его Императорскаго Величества.

Гамазовъ, М. А., директоръ Института Восточныхъ Языковъ при Министерствѣ Иностранныхъ Дѣлъ, тайн. сов.

Гастфрейндъ, Н. А., состоящій при Комитетѣ Министровъ.

Гиргасъ, В. О., экстр. профессоръ Арабской Словесности въ Имп. Университетѣ.

Гекеръ, К. О., чиновникъ Азіатскаго Департамента.

Гекеръ, Манефа Гавриловна.

Голенищевъ, В. С., студентъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Голенищевъ, С. П., потомственный почетный гражданинъ.

Головачова, Леонида Егоровна.

Головачова, Александра Дмитриевна.

Головачова, Марья Дмитриевна.

Голстунскій, К. О., и. д. экстр. профессора Монгольской Словесности въ Имп. Университетѣ.

Гревеницъ (баронъ), А. А.

Григорьева, Ольга Васильевна.

Григорьевъ, В. В., орд. профессоръ Исторіи Востока въ Имп. Университетѣ.

Грубе, В. А., студентъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Данилевскій, Г. П., дѣйствительный статскій совѣтникъ.

Девріентъ, А. О., книгопродавецъ-издатель.

Деляновъ, И. Д. статсъ - секретарь, членъ Государственного Совѣта, дѣбъ. тайн. совѣтникъ.

Дестунисъ, М. С., орд. профессоръ Греческой Словесности въ Имп. Университетѣ.

Додоповъ, В. В., чиновникъ Министерства Внутреннихъ Дѣлъ.

Дорджеевъ, Н., протоиерей.

Дорнъ, Б. А., орд. академикъ Имп. Академіи Наукъ.

Дьяковъ, А. А., вице-директоръ Департамента Народнаго Про-свѣщенія.

Жандъ, Н. А., помощникъ секретаря въ Прав. Сенатѣ.

Залеманъ, К. Г., приватъ-доцентъ въ Имп. Университетѣ.

Замсловскій, Е. Е., экстр. профессоръ Русской Исторіи въ Имп. Университетѣ.

— CLIII —

Иверсенъ, Ю. Б., колледжскій совѣтникъ.

Игнатьевъ, В. И., кандидатъ Восточной Словесности.

Исѣевъ, Г. О., чиновникъ особыхъ порученій при Министрѣ
Внутреннихъ Дѣлъ, надв. сов.

Юанниди, Ө. П., цензоръ Почтеваго Вѣдомства.

Кабули-Паша, оттоманскій посолъ при Россійскомъ Дворѣ.

Капустинъ, С. Я., надворный совѣтникъ.

Касторскій, М. М., медикъ.

Качаровскій, П. Н., дворянинъ.

Кашкаровъ, П. А., надворный совѣтникъ.

Көне (баронъ), тайный совѣтникъ.

Клоппенбургъ, А. К., студентъ Факультета Восточныхъ Язы-
ковъ.

Кокушкинъ, Б. А., инженерный полковникъ.

Константинова, Анна Осиповна.

Корниловъ, И. П., членъ Совѣта Министра Народнаго Про-
свѣщенія, тайный совѣтникъ.

Красильниковъ, А. А., фридрихсгамскій порвостатейный
купецъ.

Кржижановскій, А. Б., студентъ Института Восточныхъ Язы-
ковъ.

Кроттэль, М. Е., пасторъ франгузской реформатской церкви.

Крыловъ, А. Д., членъ Главнаго Военнаго Суда, т. с.

Крыловъ, П. З., кандидатъ Восточной Словесности.

Куникъ, А. А., экстр. академикъ Имп. Академіи Наукъ.

Ламанскій, В. И., экстр. профессоръ славянскихъ языковъ въ
Имп. Университетѣ.

Лерхъ, П. И., секретарь Имп. Археологической Коммисіи.

Лютшъ, Я. Я., студентъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Лысенковъ, П. Д., тоже.

Лыткинъ, П. С., колледжскій совѣтникъ.

Макшеевъ, А. И., генералъ-маіоръ, профессоръ Академіи Гене-
ральнаго Штаба.

Маховъ, И. В., чиновникъ Министерства Внутреннихъ Дѣлъ.

Марьялинъ, И. И., заводчикъ.

Мельниковъ. А. А., вице-директоръ Азіатскаго Департамента.

Милютинъ, Б. А., Товарищъ Главнаго Военнаго Прокурора.

Митчель, І. Р., и. д. великобританскаго консула въ С.-Петербургѣ.

Мичинъ, В. О., дѣйств. статскій совѣтникъ.

Міянсаровъ, М. М., маіоръ.

Назаревскій, С. В., чиновникъ для особыхъ порученій при Гла-
номъ Управленіи по дѣламъ печати.

14

— CLIV —

Науфаль, И. Г., преподаватель арабскаго языка и мусульманскаго законовѣденія въ Институтѣ Восточныхъ Языковъ.

Никольсонъ. В. Ө., агентъ Великобританскаго Библейскаго Об-
щества.

Орловъ, П., кандидатъ Восточной Словесности.

Осиповъ, И. А., потомственный почетный гражданинъ.

Остенъ-Сакенъ (баронъ) Ө. Р., директоръ Департамента Вну-
треннихъ Сношеній въ Министерствѣ Иностр. Дѣлъ.

Отеро, Л., негоціантъ изъ Монтевидео.

Паткановъ, К. П., орд. профессоръ Армянской Словесности въ
Имп. Университетѣ.

Паткановъ, П. П., докторъ медицины.

Петровъ, А. Г. предсѣдатель Комитета Внутренней Цензуры.

Петровскій, Н. Ө., агентъ Министерства Финансовъ въ Тур-
кестанскомъ Краѣ.

Нобѣдоносцева, Катерина Александровна.

Пол'новъ, Д. В., тайный совѣтникъ.

Поповъ, Р. С., студентъ въ факультетѣ Восточныхъ Языковъ.

Проценко, А. П., полковникъ Генеральнаго Штаба.

Пѣтухова, Марья Ивановна.

Пясецкій, П. Я., докторъ медицины.

Гаденъ (баронеса), Эдита Өедоровна.

Расинъ-Эфенди, военный агентъ Оттоманской-Порты при Рос-
сійскомъ Дворѣ.

Ратынскій, Н. А., цензоръ, д. с. с.

Риккеръ, книгопродавецъ-издатель.

Рихтеръ, П. К., полковникъ.

Рокка, Ф. И., итальянскій дворянинъ.

Розенъ, (баронъ) В. Р., доцентъ Арабской Словесности въ Импер.
Университетѣ.

Розовъ, Н. И., вице-директоръ Медицинскаго Департамента.

Сабанинъ, В. В., кандидатъ физико-математическихъ наукъ.

Савельевъ, А. И. инженеръ генералъ-маіоръ.

Сватковскій, П. Г., цензоръ, с. с.

Семевскій, М. И., редакторъ - издатель журнала „Русская
Старина.“

Семевскій, В. И., кандидатъ филологіі.

Симмулидъ, Г. Д., медикъ, с. с.

Скрябинъ, Н. А. студентъ Института Восточныхъ Языковъ.

Смирновъ, В. Д., доцентъ по кафедрѣ Османской Словесности
въ Импер. Университетѣ.

Соловьинъ, П. Д., инженерный полковникъ.

— CLV —

Сосновскій, Ю. А., подцковникъ Генеральнаго-Штаба.

Сухомлиновъ, М. И., орд. профессоръ Русской Словесности въ
Импер. Университетѣ.

Сушковъ, С. Н., главный редакторъ «Правительственнаго
Вѣстника».

Срезневская, Ольга Измаиловна.

Срезневскій, В. И., секретарь Импер. Русскаго Географиче-
скаго общества.

Стефанъ-Эфенди, М., секретарь османскаго посольства при
Россійскомъ Дворѣ.

Тагировъ, Хасанъ, ахунъ мусульманскаго конвоя Его Император-
скаго Величества.

Терентьевъ. М. А., маіоръ.

Тимаевъ, Е. М., драгоманъ VIII класса въ Азіатскомъ Департаментѣ.

Фишеръ, полковникъ гвардейской артиллеріі.

Флери, И. И., лекторъ французскаго языка и литературы въ
Импер. Университетѣ.

Фролова, Варвара И.

Фуксъ, В. Я., членъ Главнаго Управленія по дѣламъ печати.

Хвольсонъ, Д. А., орд. профессоръ Еврейской Словесности въ
Импер. Университетѣ.

Хитрово. В. Н., чиновникъ Министерства Финансовъ.

Ходневъ, А. А., кандидатъ правъ.

Цагарели, А. А., доцентъ Грузинской Словесности въ Имп.
Университетѣ.

Цедербаумъ, А. О., еврейскій литераторъ.

Чербишевичъ, К. А., медикъ, к. с.

Черняевъ, С. И., бывшій генеральный консулъ въ Таврисѣ,
д. с. с.

Черняева, Марья Өедоровна.

Чубиновъ, Д. И., бывшій орл. профессоръ Грузинской Словесности въ Импер. Университетѣ.

Чупинъ, Д. Н., чиновникъ Министерства Иностранныхъ Дѣлъ.

Шаховской (князь), Л. В., чиновникъ Азіатскаго Департамента.

Шатиловъ, Д. В., полковникъ.

Шатилова, Александра Яковлевна.

Шепелевъ, А. А., полковникъ Генеральнаго Штаба.

Шереметевъ, С. А., генералъ-маіоръ свиты Его Импер. Величества.

Шереметевъ, (графъ) С. Д., полковникъ, адъютантъ Его Импер.
Высочества Государя Наслѣдника.

— CLVI —

Шлейферъ, Н. И., капитанъ гвардіи въ отставкѣ.

Шлейферъ, Шарлота Егоровна.

Шлейферъ, Лизавета Николаевна.

Шмицдорфъ, Г., придворный книгопродавецъ.

Шмеманъ, Н. Э., чиновникъ Министерства Юстиціи.

Штубендорфъ, Ю. И., тайный совѣтникъ.

Энгельгардъ, А. С., старшій совѣтникъ въ Министерствѣ Иностранныхъ Дѣлъ, т. с.

Юзъ (Hughes), В. В., колежскій совѣтникъ.

Юрашкевичь, А. Д., студентъ Факультета Восточныхъ Языковъ.

Якунчиковъ, Б. М., ученикъ 3-й гимназіи.

## Въ Москвѣ.

Главный Архивъ Министерства Иностр. Дѣлъ.

Публичный и Румянцовскій музей.

Викторовъ, А. Е., хранитель рукописей въ означенномъ музеѣ.

Горскій-Платоновъ, П. И., профессоръ Духовной Академіи.

Иловайскій, Д. И., орд. профессоръ Русской Исторіи въ Импер. Университетѣ.

Миллеръ, В. О., доцентъ въ Импер. Университетѣ.

Муркосъ, Г. А., профессоръ Арабскаго Языка въ Лазаревскомъ Институтѣ.

Саковъ, Ст., преподаватель въ томъ же заведеніи.

Угаровъ (графъ), А. С., предсѣдатель Имп. Археологическаго Общества.

## Въ Варшавѣ.

Тизенгаузенъ, В. Е., статскій совѣтникъ.

## Въ Гельсинфорсъ.

Библіотека Имп. Университета.

Археологическій и Этнографическій Музей при университѣ.

Нумизматическій Кабинетъ при Университетѣ.

Альквистъ, А., орд. профессоръ Финскаго Языка въ Университетѣ.

Аспелинъ, І. Р., консерваторъ Этнографическаго Музея при Университетѣ.

— 311 —

хожденіями антропологическаго матеріала. Но при истолкованіи
подобныхъ находокъ, на Кавказѣ необходима особенная осторож-
ность, потому что если мы не ограничимся при изслѣдованіи под-
лежащаго индивидуума однимъ остеологическомъ его строеніемъ,
то легко впадемъ въ заблужденіе. Причина тому — что Кавказъ
съ древнѣйшихъ временъ имѣлѣ самое разнообразное населеніе;
что онъ былъ поприщемъ нескончаемыхъ войнѣ, непрестанныхъ
вторженій и внутреннихъ междоусобій, и что, слѣдовательно, на-
ходки въ могилахъ представляютъ мало ручательствъ для положи-
тельныхъ выводовъ. Если въ могилѣ, кромѣ скелета, встрѣчается
какой нибудь характеристикій этнографіческій предметъ, допус-
кающій точнымъ образомъ опредѣлить происхожденіе усонша-
го, въ такомъ случаѣ еще есть возможность по индивидууму слѣ-
лать заключеніе объ общемъ характерѣ соотвѣтствующаго племени.
Если-же подобныхъ предметовъ не оказывается, то такого рода на-
ходки интересны лишь для спеціально-остеологическихъ изслѣдованій.

Изо всего вышесказаннаго слѣдуетъ, что для классификаціи
антропологическаго матеріала, смотря по его научному достоинству,
могутъ быть приняты слѣдующіе разряды:

1. Остатки костей отъ недавно умершихъ индивидумовъ. Они представляютъ безспорно самый драгоцѣнный матеріалъ для общихъ выводовъ касательно характера расы или племени;

2. Остатки костей съ характеристикическими этнографическими
и историческими документами (монеты и пр.); и

3. Скелеты или черепа, найденные въ могилахъ безъ этихъ предметовъ. Они пригодны лишь для индивидуальныхъ остеологическихъ изслѣдованій.

Другое обстоятельство, затрудняющее антропологическо-этно-
логическія излѣдованія на Кавказѣ, и представляющеся всегда
коль скоро мы беремы за обще и точные выводы о расѣ или про-
исхожденіи народовъ, заключеатся въ исторической части многихъ
сюда относящихся вопросовъ. Хотя намъ и извѣстно общее исто-
рическое развитіе христіанскаго и мусульманскаго населенія Кав-
каза, но относительно мелкихъ горскихъ народцевъ подобнаго рода
свѣдѣній у насъ или вовсе не имѣется или они на столько неясны,
что не могутъ служить вѣрною основою. Мнѣ кажется, что въ та-
кихъ случаяхъ, какъ мы упомянули выше, однѣ только лингвисти-
ческія изслѣдованія могутъ оказать существенную помощь, и что
только этимъ путемъ мы будемъ въ состояніи окончательно сгруп-
пировать въ должномъ порядке разсѣянныя по Кавказу незначи-
тельныя части горскихъ племенъ.

Оцѣнчивъ надлежащимъ образомъ приведенные затрудненія и

— 312 —

обстоятельства при антропологическихъ изслѣдованіяхъ, необходимо съ крайнею осторожностью приступить къ дальнѣйшимъ заключеніямъ, и ограничиться на первый разъ собраніемъ, по твердо установленной нормѣ, возможно-обильнаго антропологическаго матеріала. Метода, которая могла-бы быть принята въ настоящемъ случае, указана извѣстнымъ Вирховымъ въ его статьѣ: Anthropologie und prähistorische Forschungen, помѣщенной въ Anleitung zu wissenschaftlichen Beobachtungen auf Reisen. Mit besonderer Rücksicht auf die Bedürfnisse der Kaiserlichen Marine... herausgegeben von D-r G. Neumayer. Berlin. Verlag von Robert Oppenheim. 8º (стр. 571—590).

## Общественный и домашній бытъ

У насъ еще никто не принимался за полное, систематическое описание бытовой стороны Кавказскихъ племенъ. Болѣе другихъ въ этомъ отношеніи сдѣлали Легкобытовъ и Дубровинъ, но труды ихъ, не исчерпывая предмета, могутъ быть разсматриваемы только какъ попытки выполнить этотъ, едва-ли не самый видный, пробѣлъ въ нашей этнографической литературѣ. Что касается прочаго печатнаго матеріала, то онъ состоитъ изъ отдѣльныхъ, болѣе или менѣе обстоятельныхъ, статей и монографій, частью несомнѣнаго научнаго интереса, частью-же лишенныхъ всякаго значенія. Къ послѣднимъ относятся преимущественно статьи, разбросанныя по газетамъ и другимъ периодическимъ изданіямъ.

Изъ писавшихъ собственно о домашнемъ и общественномъ бытѣ назовемъ ¹²):

Гюльденштета: у Черкесовъ, т. І, 468 — 469, у Осетинъ, тамъ же стр. 471; Киммеля, у Черкесовъ, 78 — 95; Броневскаго, у нихъ же ч. ІІ, 106 — 197; Торнау: у Абхазцевъ, ч. І, 79 — 80, 106, 107; у Черкесовъ, ч. ІІ, 90 — 91; Евецкаго, у Осетинъ 43; Легкобытова, у Осетинъ, ч. ІІ, 20 — 21, 202 — 203, у Закавказскихъ Татаръ, ч. ІІІ, 87 — 88, 280, 372, ч. IV, 127 (Кубинцы); Клингера, у Чеченцевъ, газета „Кавказъ“ на 1856 г. № 97 и 101; Селезнева, у Абхазцевъ, ч. ІІ, 209; Френа, у Кубечинцевъ; Архипова, у Трухменъ, Кавказскій Календарь на 1859 г., стр. 352; Свѣчина, у Лезгинъ, Записки Кавк. Отд. Р. Геогр. общ. кн. II, 54 — 65; Рудановскаго, у Ногайцевъ, газета „Кавказъ“ на 1863 г. № 48 — 52; Бентков-

¹²) Въ составленіи библиографическихъ указанный принципалъ участіе помощника директора Тифисской Публичной Библиотеки д-ръ Г. И. Сиверсъ.

— 313 —

скаго, у Туркменъ, Сборникъ статист. свѣдѣній о Ставропольской губерніи, выпускъ II, 209—214, у Калмыковъ, тамъ же, выпускъ I, 82—104; Пржецлавскаго, у Лезгинъ, „Вѣстникъ Европы“ т. III, 142—143; Услара, у Татаръ Эриванской губ., 137—185 (тамъ же о Курдахъ); Рисса, у Талышинцевъ, Записки Кавк. Отд. Р. Геогр. Общ. кн. III, 1—7; Шора Бекмурзина, 28—42; Дубровина, т. I: у Черкесовъ 63—216, у Ногайцевъ 260—271, у Осетинъ 282—351, у Чеченцевъ 412—450, у Лезгинъ 497—590, у „Кумыковъ“ 619—640; т. II: у Абхазцевъ 36—59, у Татаръ Закавказскихъ 352—371. Особеннаго-же вниманія заслуживаютъ статьи: Воронова „Изъ путешествія по Дагестану“, въ которой описанъ бытъ Гидатлинцевъ (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ I, 31—35); Львова „Домашняя и семейная жизнь Дагестанскихъ горцевъ Аварскаго племени“ (тамъ же, выпускъ III, 1—32); Абдуллы Омарова „Какъ живутъ Лаки“ (тамъ же, 1—46 и выпускъ IV, 1—24); Плотто „Природа и люди Закатальскаго Округа“ (тамъ же, выпускъ IV, 23—27); Іуды Чернаго — у Евреевъ (тамъ же, выпускъ III, 1—8).

## Одежда и вооруженіе

Гюльденштетъ, у Абхазцевъ, ч. I, 464; Рейнегсъ: у Чеченцевъ, ч. I, 42—43, у Осетинъ 216—217, у Черкесовъ 248—249; Киммель, у Черкесовъ 78—95; Броневскій: у Абхазцевъ, ч. I, 325, у Черкесовъ II, 102—106, у Чеченцевъ 161 (Ингуші), 182; Зубовъ: у Абхазцевъ ч. II, 252, у Чеченцевъ ч. III, 160 (Ингуші), 175; Евецкій, у Осетинъ 50; Легкобытовъ: у Осетинъ ч. II, 21, 203—204, у Закавказскихъ мусульманъ ч. III, 88—90, 373; ч. IV, 49—50 (Бакинцы), 128 (Кубинцы); Тетбу-де-Маршыи: у Черкесовъ 31—32, 90—91; Павловъ, у Ногайцевъ и Туркменъ 46; Селезневъ, у Абхазцевъ ч. II, 203, 206; Торнау: у нихъ же ч. I, 61, 109, у Черкесовъ ч. II, 32, 130—131; Ковалевскій, у Черкесовъ, „Вѣстникъ Европы“, т. III, 85; Свѣчинъ, у Лезгинъ 62—63; Пржецлавскій, у нихъ же „Вѣстникъ Европы т. III, 152—154; Архиповъ, у Ногайцевъ и Трухменъ „Кавказскій Календарь па 1859 г. 353—355; Рудановскій, у Ногайцевъ, газета „Кавказъ“ на 1863 г. № 48—52; Бентковскій, у Трухменъ „Сборникъ статистическихъ свѣдѣній о Ставропольской губерніи“, выпускъ II, 209—210; у Калмыковъ Больше-Дербетева улуса, тамъ же, 123—139; Ногмовъ, у Черкесовъ 28—42; Дубровинъ: т. I, у Черкесовъ 63—65, 127—128, у Ногайцевъ 267—269, у Осетинъ 291, у Чеченцевъ 422—424, у Лезгинъ

— 314 —

547 — 550; т. II: у Абхазцевъ 40 — 41, у Закавказскихъ Татаръ 366 — 367. Для болѣе близкаго знакомства съ оружіемъ Кавказцевъ укажу въ-особенности на сочиненіе Ф. Жиля (Gilles): „Царскоесельскій Музей съ собраніемъ оружія принадлежащаго Государю Императору. С.-П.-Б. 1860. — Черный Іуда: у Евреевъ „Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ“, выпускъ III, 39.

## Промышленность и ремесленность

Гюльденштетъ: у Черкесовъ ч. I, 468; Рейнегъ: у Чеченцевъ I, 41—43, у Казпумухцевъ 84, 97, у Кубечинцевъ 108—109, у Осетинъ 217, у Черкесовъ 260, у Абхазцевъ II, 13; Броневскій: у Абхазцевъ I, 326, у Черкесовъ II, 133—142, у Чеченцевъ 164 (Ингуши), 176, у Кумыковъ 200, у Ногайцевъ 213—215, у Лезгинъ 278—291, 316 (Каракайтаки), 327—328 (Кубечинцы), 348 (Табасарань); Зубовъ: у Абхазцевъ II, 259—262, у Черкесовъ III, 59, 62, у Карачаевцевъ в Чеченцевъ 133—134, у Осетинъ 150, у Чеченцевъ 178, у Кумыковъ 183; Легкобытовъ: у Осетинъ II, 29—31, 209—210, у Закавказскихъ Татаръ, 385—396, ч. III, 91—126, 281—301, 374—383; ч. IV, 50—61, 129—138 (Кубинцы), 170—180; Френъ; Тетобу-демаринь: у Черкесовъ 88—89; Павловъ: у Ногайцевъ 10—15; Клингеръ: у Чеченцевъ, „Кавказъ“ на 1856 г. № 97, 101; Берже: „Чечня и Чеченцы“ 88—90; Рудановскій: у Ногайцевъ „Кавказъ“ на 1863 г. № 52; Торнау: у Абхазцевъ ч. I, 61—62; Прежлавскій: у жителей Средняго Дагестана „Вѣстникъ Европы“, т. III, 173; Ковалевскій: у Черкесовъ, тамъ же, 90; Бентковскій: у Туркменъ „Сборникъ стат. свѣдѣній о Ставропольской губерніи“, выпускъ II, 198—201; Ногмовъ: у Черкесовъ 28—42; Пахомовъ: у Абхазцевъ; Дубровинъ: у Черкесовъ I, 92—94, у Ногайцевъ 262—263, у Осетинъ 287—288, у Чеченцевъ 378—383, у Лезгинъ 511—515, у Абхазцевъ II, 6—10.

## Религіозныя вѣрованія и обряды

Рейнегъ: ч. I: у Кистинъ и Ингушей 44—45, у Кубечинцевъ 110—111, у Осетинъ 218—219, у Черкесовъ 259; ч. II: у Абхазцевъ 8—13; Броневскій: ч. I: у Абхазцевъ 322—323, ч. II: у Черкесовъ 98—100, 125—127, 149—150, у Ингушей 161—163, у Лезгинъ 302; Дебу: у Кабардинцевъ 94—95; Зубовъ: ч. II: у Абхазцевъ 253, ч. III 35—39 (у Закубанцевъ), 101—108 (у Кабар-

— 315 —

динцевъ), 112 (у Абазинцевъ), 137 (у Карачаевцевъ, Чеченцевъ и Балкарцевъ), 147 (у Осетинъ); у Чеченцевъ 160, 166, у Кистинъ 175, у Лезгинъ 199; Евецкій: у Осетинъ, 86; Легкобытовъ: ч. II у Осетинъ 191, 201—202, ч. III у Закавказскихъ Татаръ 82—83, 278—279; Френъ; Тетбу-де-Мариньи 38—41, 58—59, 72—84; Павловъ: у Ногайцевъ 12—24, 42—43; Клингеръ: у Чеченцевъ „Кавказъ“ на 1856 г. № 97, 101; Шегренъ: у Осетинъ „Кавказъ“ на 1846 г. № 27—30; Селезневъ: ч. І: у Осетинъ и Чеченцевъ 28—53, ч. II: у Абхазцевъ 202, 211, 213, у Черкесовъ 249—254; Свѣчинъ: у Лезгинъ 64—65; Берже: „Чечня и Чеченцы“ 83—86; Люлье: у Черкесовъ 121—137; Архиповъ: у Ногайцевъ и Трухменъ 347—350; Романовскій: у Черкесовъ 188—191 Рудановскій; у Ногайцевъ „Кавказъ“ на 1863 г. № 49; Торнау: ч. І: у Абхазцевъ 77—79, ч. II: у Черкесовъ 99; Ковалевскій: у нихъ же, „Вѣстникъ Европы“, т. III, 95; Пржецлавскій: у жителей Средняго Дагестана, тамъ же, 150—151, 156—160; Бентковскій: у Калмыковъ „Сборникъ статистическихъ свѣдѣній“ о Ставропольской губерніи“, выпускъ II, 141—167; у Туркменъ, тамъ же, 190—192; Ногмовъ 28—42; Дубровинъ: т. І: у Черкесовъ 94—123, у Ногайцевъ 271—282, у Осетинъ 292—332, у Чеченцевъ 383—412, у Лезгинъ 515—553; т. II: у Абхазцевъ 11—36, у Закавказскихъ Татаръ 328—352, 371—374, 382—385; Ипполитовъ: у жителей Аргунскаго Округа „Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ гордахъ“, выпускъ І, 5—15; Омаровъ: у Казикумухцевъ, тамъ же 14—64 и выпускъ II; Черный Іуда: у горскихъ Евреевъ, тамъ же, выпускъ III, 18, 26; Грабовскій: въ горскихъ обществахъ Кабардинскаго округа, тамъ же, выпускъ II, 4—24; у жителей Ингушевскаго округа, тамъ же, выпускъ III, 19 и пр., а также въ примѣчаніи къ этой статьѣ Чаха Ахріева; Шанаевъ: у сѣверныхъ Осетинъ, тамъ же, выпускъ IV, 1—30, у Абхазцевъ, тамъ же, выпускъ V, 1—31; Ахріевъ: Ингушевскіе праздники, тамъ же, выпускъ V, 1—16.

Юридические и другие обычаи

Броневскій: у Черкесовъ ч. II, 116—121; Дебу: у Кабардинцевъ 98—99; Зубовъ: у Абхазцевъ II, 263—264, у Черкесовъ III, 65—98; Легкобытовъ: у Осетинъ II, 192—201, у Закавказскихъ Татаръ IV, 124—126; Френъ: у Кубечинцевъ; Тетбу-де-Мариньи: у Черкесовъ 52—56, 66, 110—112; Павловъ: у Ногайцевъ 26; Селезневъ: у Черкесовъ ч. II, 9—15, 17; Берже: у Чеченцевъ, „Чечня и Чеченцы“ 90—116; Люлье: у Натухайцевъ,

— 316 —

Шапсуговъ и Абадзеховъ, „Записки Кавк. Отд. Геогр. Общ.“, кн. IV, 227 — 237 и кн. VII, 1 — 18; Романовскій: у Черкесовъ 191 — 197; Торнау: у Абхазцевъ ч. І, 58 — 60; Ковалевскій: „Вѣстникъ Европы“ т. III: у Черкесовъ 88 — 89, у Абхазцевъ 114 — 115; Пржецлавскій: у жителей Средняго Дагестана, тамъ же, 179 — 189; Бентковскій: у Туркменъ „Сборникъ статистическихъ свѣдѣній о Ставропольской губерніи“, выпускъ II, 192 — 196; Ногмовъ: у Черкесовъ 28 — 42; Дубровинъ: т. І: у Черкесовъ 216 — 242, у Осетинъ 351 — 367, у Чеченцевъ 450 — 497, у Лезгинъ 590 — 619, у Кумыковъ 633 — 637; т. II: у Абхазцевъ 59 — 83, у Закавказскихъ Татаръ 385 — 400. Въ „Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ: Комаровъ: у Лезгипъ, выпускъ I, 1 — 88; Лаудаевъ: у Чеченцевъ, выпускъ VI, 24; Адаты жителей Кумыской пlocкости, тамъ же, 1 — 20; Шанаевъ: присяга по обычному праву Осетинъ, выпускъ VII, 1—20; Адаты Даргинскихъ Обществъ, тамъ же, 1 — 128; Адаты южно-Дагестанскихъ Обществъ, выпускъ VIII, 1 — 72; О послѣдствіяхъ убійствъ и пораненій между горцами восточнаго Кавказа, тамъ же.

## I. Сочиненія о Кавказѣ на иностранныхъ языкахъ ¹³)

1. Bell, James Stanislaus. Journal of a residence in Circassia, during the years 1837, 1838 and 1839.

London. Edward Mocon. MDCCCXL.

2. Besse, J. Ch. Voyage en Crimée, au Caucase, en Géorgie, en Arménie, en Asie-Mineure et à Constantinople, en 1829 et 1830; pour servir à l'histoire de Hongrie. Ouvrage orné de 5 planches lithographiées.

A Paris. Delaunay, libraire. 1830 8°.

3. Bodenstedt, Friedrich. Die Völker des Kaukasus und ihre Freiheitskämpfe gegen die Russen. Ein Beitrag zur neuesten Geschichte des Orients. Mit 7 Tafeln Abbildungen und einer Vignette.

Frankfurt am Main. Verlag von Hermann Iohann Kessler. 1848. 8°.

Его же: Gesammelte Schriften. Gesammtausgabe in 12 Bänden. Berlin 1865. Verlag der königlichen Geheimen Oberbuchdruckerei. (R. v. Decker). 8°. 12 v.

¹³) Въ азбучномъ порядкѣ авторовъ и заглавій. [Прилагаемый списокъ далеко не полонъ: см. указатель къ каталогу Russica Имп. Публичной Библиотеки (Спб. 1873), по отдѣламъ о географіи, этнографіи и путешествіяхъ по Кавказу (т. II, стр. 698, 701 и др.) п. Міанскова Bibliographia Caucasica et Transcaucasica. Спб. 1874-1876. Прим. ред. 1]

— 317 —

4. Büsching, D. Anton Friedrich, königl. preuss. Oberconsistorialrath u. s. w. Magazin für die neue Historie und Geographie.

Hamburg und Halle. 1767 - 1793. Sechster Theil. S. 451:

Nachrichten von Tschirkassien oder von den Cabardinischen Landen, aufgesetzt von Jacob von Stählin, russ. kaiserl. Staatsrath, für den St. Petersburger geographischen Calender auf das Iahr 1772.

5. Chardin, Chevalier. Voyages... en Perse et autres lieux de l'Orient. Enrichis de figures en taille-douce etc. Nouvelle edition.

Amsterdam, aux dépens de la Colonie. 1735. 8º. 4 v.

6. Dubois de Montpéreux, Frédéric... Voyage autour du Caucase, chez les Tscherkesses et les Abkhases, en Colchide, en Géorgie, en Arménie et en Crimée. Avec atlas.

Paris. Librairie de Gide. 1839 - 1843. 8º 6 v.

Edward cm. Mémoires.

7. Eichwald, D-r Eduard. Reise auf dem Caspischen Meere und in den Caucasus. Unternommen in den Iahren 1825 - 1826.

Stuttgart und Tübingen. Cotta'scher Verlag. 1834 - 1837. 8º. 2 v.

8. Engelhardt, Moritz von... und Parrot, Friedrich, doct. med. Reise in die Krym und den Kaukasus. Mit Kupfern und Karten

Berlin. 1815. In der Realschulbuchhandlung. 8º. 2 v. und Atlas.

9. Ferrario, D-r Jules. Le costume ancien et moderne ou histoire du gouvernement, de la milice, de la religion, des arts, sciences et usages de tous les peuples anciens et modernes, accompagné de dessins analogues au sujet.

Milan, de l'imprimerie de l'éditeur. MDCCCXXI.

10. Frähn, Ch. M. Ueber ein merkwürdiges Volk des Kaukasus, „die Kubetchi“.

(CM. Bulletin Scientifique de l'Académie des Sciences de St Pétersbourg. 1838. № 75 - 76).

11. (Freygang, M-me). Lettres sur le Caucase et la Géorgie, suivies d'une relation d'un Voyage en Perse, en 1812 (écrites par une dame).

A Hambourg, chez Perthes et Besser. 1816. 8º.

12. Gamba, chevalier, consul du roi à Tiflis. Voyage dans la Russie méridionale, et particulièrement dans les provinces situées au-dela du Caucase, fait depuis 1820 jusqu'à 1824. Avec 4 cartes géographiques. Deuxième edition.

Paris, chez C. J. Trouvé, imprimeur-libraire. 1826.

13. Gilles. Lettres sur le Caucase et la Krimée. Ouvrage enrichi de 30 vignettes dessinées d'après nature.

Paris. Gide, libraire-éditeur. 1859. 8º.

— 318 —

14. Güldenstädt, Dr Iohann Anton, Russisch-kayserl. Akademikers und Professor der Naturgeschichte... Reisen durch Russland und im Caucasischen Gebirge. Auf Befehl der Russisch-kayserlichen Akademie der Wissenschaften herausgegeben von P. S. Pallas.

St. Petersburg, bei der kaiserlichen Akademie der Wissenschaften. 1787—1791. 4°. 2 v.

Сочинение это было вновь издано Клапротомъ подъ слѣдующимъ заглавіемъ:

Güldenstädts, D-r. I. A. Reisen nach Georgien und Imerethi. Aus seinen Papieren gänzlich umgearbeit und verbessert herausgegeben, und mit erklärenden Anmerkungen begleitet von Julius von Klaproth. Mit einer Carte.

Berlin. 1815. In der Maurerschen Buchhandlung. 8°. 1 v.

Труды Гюльденштетта появились въ русскомъ переводѣ подъ заглавіемъ:

Географическое и статистическое описание Грузіи и Кавказа изъ путешествія г-на академика И. А. Гюльденштедта чрезъ Россию и по Кавказскимъ горамъ въ 1770, 1771, 1772 и 1773 годахъ. Издано по повелѣнію Императорской Академіи Наукъ.

Въ С.-Петербургъ: при Императорской Академіи Наукъ. 1809. 8°.

15. Iäger, B. Mitgliede mehrer gelehrten Gesellschaften. Reise von St.-Petersburg in die Krim und die Länder des Kaukasus im Jahre 1825; nebst einer Darstellung des natürlichen Reichthums, der Grösse und Bevölkerung der russischen Provinzen jenseit des Kaukasus.

Leipzig, bei C. H. F. Hartman. 1830. 8°.

16. Haxthausen, August, Freiherr von... Transkaukasia. Andeutungen über das Familien- und Gemeindeleben und die socialen Verhältnisse einiger Völker zwischen dem Schwarzen und Kaspischen Meere. Reiseerinnerungen und gesammelte Notizen von...

Leipzig. F. A. Brockhaus. 1856. 8°. 2 v.

Въ русскомъ переводѣ:

Закавказский край. Замѣтки о семейной и общественной жизни и отношеніяхъ народовъ, обитающихъ между Чернымъ и Каспійскимъ морями. Путевыя впечатлѣнія и воспоминанія барона Августа фонъ-Гакстгаузена.

Спб. Въ типографіи Главнаго Штаба Е. И. В. 8°. 2 v.

17. Ker-Porter, Sir Robert. Travels in Georgia, Persia, Armenia, Ancient Babylonia etc. during the years 1817—1820... With numerous engravings of partraits, costumes, antiquities etc.

London: printed for Longman, Hurst, Rees, Orme and Brown. 1821-1822. 4°. 2 v.

— 319 —

18. Kimmel, docteur. Lettres écrites dans un voyage de Moscou au Caucase, pour servir de guide aux personnes qui se rendent aux Eaux de ce pays. Avec une vue et une carte topographique.

Moscou, de l'imprimerie de N. Vsewolojsky. 1812. 8°.

19. Klaproth, Julius von.

Reise in den Kaukasus und nach Georgien, unternommen in den Jahren 1807 und 1808, auf Veranstaltung der Kaiserlichen Akademie der Wissenschaften zu St - Petersburg, enthaltend eine vollständige Beschreibung der Kaukasischen Länder und ihrer Bewohner.

Halle und Berlin, in den Buchhandlungen des Hallischen Waisenhauses. 1812—1814. 8°. 2 v.

Ero же:

Russland's Vergrösserung unter Alexander dem Ersten, durch den neulich mit Persien abgeschlossenen Friedenstratat.

Berlin. 1814. In der Maurer'schen Buchhandlung. 8°.

Ero же:

Voyage au Mont Caucase et en Géorgie. Avec une carte de la Géorgie.

Paris. Librairie de Charles Gosselin. MDCCCXXIII. 8°. 2 v.

Ero же:

Tableau historique, géographique, ethnographique et politique du Caucase et des provinces limitrophes entre la Russie et la Perse.

Paris. Ponthieu et C-ie, libraires.—Leipzig. Ponthieu, Michelson et C-ie. 1827. 8°.

20. Koch, Karl, D-r der. Med. und Phil. etc. Reise durch Russland nach dem Kaukasischen Isthmus in den Jahren 1836, 1837 und 1838.

Stuttgart und Tübingen. Verlag der I. G. Cotta'schen Buchhandlung. 1842—1843. 8°.

Ero же:

Wanderungen im Oriente während der Jahre 1843 und 1844.

Weimar. Druck und Verlag des Landes-Industrie-Comptoirs. 1847. 8°.

Ero же:

Die kaukasischen Länder und Armenien in Reiseschilderungen von Curzon, C. Koch, Makintosh, Spencer und Wilbraham.

Leipzig. Verlagsbuchhandlung von C. B. Lorck. 1855. 8°.

21. Kolenati, Fr. A. Professor u s. w. Reiseerinnerungen.

Vol. I. Die Bereisung Hocharmeniens und Elisabethopols, der Schekinschen Provinz und des Kasbek im Central-Kaukasus.

Vol. II. Die Bereisung Circassiens.

— 320 —

Dresden. Verlagsbuchhandlung von Rudolf Kuntze. 1858—1859.
8°. 2 v. Mit 26 Holzgsschnitten.

22. Lapinsky (Tesik-bey), Theophil, Oberst und Commandant einer polnischen Truppen Abtheilung im Lande der unabhängigen Kaukasier. Die Bergvölker des Kaukasus und ihr Freiheitskampf gegen die Russen. Nach eigner Anschauung geschildert.

Hamburg. Hoffmann und Kampe. 1863. 8°. 2 v.

23. Longworth, I. A. Esq. A year among the Circassians.
London: Henry Calburn, publisher. 1840. 8°.

24. Lünemann, Georgii Henrici. Descriptio Caucasi, gentiumque Caucasiarum, ex Strabone, comparatis scriptoribus recentioribus.

Lipsiæ. Impensis Joannis Gottl. Feindii. MDCCCIII. 8°.

25. Lyall. Robert. Travels in Russia, the Krimea, the Caucasus and Georgia.

London. printed for T. Cadell. 1825. 8°. 2 v.

26. Marschall de Biberstein. Tableau des provinces situées sur la côte occidentale de la mer Caspienne entre les fleuves Terek et Kour.

St.-Péterbourg. 1798. 4°.

27. Mémoires historiques et géographiques sur les pays situés entre la mer Noire et la mer Caspienne, contenant des détails nouveaux sur les peuples qui les habitent, des observations relatives à la topographie ancienne et moderne de cette contrée, etc. (Traduit de l'anglais de M-r Edward par Billecocq).

Paris, chez H. I. Jansen, imprimeur-libraire et chez Perronneau, imprimeur-libraire. L'an V (=1797). 4°.

28. Neumann, Karl Friedrich, ordent. Prof. in München. Russland und die Tscherkessen.

Stuttgart und Tübingen. Druck und Verlag der Cotta'scher Buchhandlung. 1840. 8°.

29. Palas, P. S. Bemerkungen auf einer Reise in die südlichen Statthalterschaften des russischen Reichs in den Jahren 1793 und 1794.

Leipzig. 1799—1801. 4°. 2 v.

Сочинені это переведено на французскій языкъ подъ с.ІЬДУЮЩИМЪ ЗАГЛАВІЕМЪ:

Second voyage de Pallas ou Voyages entrepris dans les gouvernemens méridionaux de l'Empire de Russie, pendant les annes 1793 et 1794. Traduit. de l'allemand, par Delaboulaye et Tonnelier.

Paris, chez Guillaume, imprimeur-libraire. 1805 и 1811.

Parrot см. Engelhardt.

30. Petzholdt, Alexander. Der Kaukasus. Eine naturhisto-

— 321 —

rische so wie land - und volkswirthschafliche Studie (ausgeführt im
Jahre 1863 und 1864).

Leipzig. Verlag von Hermann Fries. 1866—1867. 8°. 2 v.

31. Potocki, Jean, comte. Voyages dans les steppes d'As-
trakhan et du Caucase. Histoire primitive des peuples qui ont habité
anciennement ces contrées. Nouveau périple du Pont-Euxin. Ouvrages
publiés et accompagnés de notes et de tables par M. Klaproth.

Paris. Merlin, libraire. 1829. 8º. 2 v.

32. Rchberg, Charles, comte de.. Les peuples de la Russie, ou description des moeurs, usages et costumes des diverses nations de l'Empire de Russie, accompagnée de figures coloriées.

Paris, de l'imprimerie de D. Colas. 1812—1813. fol. 2 v.

33. Reineggs, d-r Jacob, ehemal russ. Kaiserl. Collegienrath u. s. w. Allegemeine historisch-topographische Beschreibung des Kaukasus. Aus dessen nachgelassenen Papieren gesammelt und he- rausgegeben von Friedrich Enoch Schröder.

Gotha und St.-Petersburg, bei Gerstenberg und Dittmar. 1796—
1797. 8°. 2 v.

34. Rommel, C. Die Völker des Caucasus, nach den Berichten der Reisebeschreiber. Nebst einem Anhange zur Geschichte des Caucasus.

Weimar, im Verlage des Landes-Industrie-Comptoirs. 1808. 8°.

35. Rottiers, colonel, commandeur, chevalier de différents
ordres, membre de plusieurs académies etc. Itinéraire de Tiflis à
Constantinople.

Bruxelles, chez H. Tarlier, libraire. 1829. 8°.

36. Taitbout de Marigny, chevalier, présentement Consul de S. M. le Roi des Pays-Bas à Odessa. Voyage en Circassie. Avec vues etc.

A Odessa et à Simphéropol. Libraire de M. Mieville, éditeur.
1836. 8°.

37. Thévenot. Relations de divers voyages curieux, qui n'ont point esté publiées; ou qui ont esté traduites d'Hacluyt, de Purchas, et d'autres voyageurs anglais, hollandais, portugais, allemands, espagnols, et de quelques persans, arabes et autres auteurs orientaux etc.

Paris, à l'imprimerie de Jacques Langlois. MDCLXII - MDCLXIII.
fol. 2 v.

Première partie, page 14: Relation des Tartares percopites et nogaies, des circassiens, mangreléens et géorgiens. Par Jean de Luca, religieux de l'ordre de St. Dominique.

38. Thümmel, d-r A. R. Bunte Bilder aus dem Kaukasus,

21

— 322 —

enthaltend Schilderungen des Landes und seiner Bewohner, ihres öffentlichen und häuslichen Lebens, ihres Verkehrs und ihrer Kriegsführung u. s. w. Zur Unterhaltung und Belehrung herausgegeben von...

Nürnberg. 1854. Verlag den v. Ebner'schen Buchhandlung.
8°. 2 v.

39. Vetter, F. Ch. W. Hof und Landwirths Advocat. Meine Reise nach Grusien im Jahre 1827.

St. - Petersburg, bei dem Buch und Musikhändler I. Brieff.
Leipzig. 1829. Bei C. Cnobloch. 12°.

40. Wagner, Moritz. Der Kaukasus und das Land der Kosaken in den Jahren 1843 bis 1846. Zweite Ausgabe.

Leipzig. Arnoldische Buchhandlung. 1850. 8° 2 v.

Ero же:

Beise nach dem Ararat und dem Hochland Armenien.

Stuttgart und Tübingen. 1848. 8°. и

Reise nach Kolchis und nach den deutschen Kolonien jenseits des Kaukasus. Mit Beiträgen zur Völkerkunde und Naturgeschichte Transkaukasiens.

Leipzig. Arnoldische Buchhandlung. 1850. 8°.

41. Zass. Description du Caucase avec le précis historique et statistique de la Géorgie.

St. - Pétersbourg. 1804. Imprimé chez F. Drechsler. 8°.

## II. Сочиненія о Кавказѣ на русскомъ языке.

1. Адаты Даргинскихъ обществъ (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ VII).

2. Адаты жителей Кумыкской плоскости (тамъ же, выпускъ VI).

3. Адаты южно-Дагестанскихъ обществъ (тамъ же, выпускъ VIII).

4. Акты Кавказской Археографической Коммиссіи. См. Берже.

5. Архиповъ, А. Этнографическій очеркъ Ногайцевъ и Туркментъ (Кавказскій Календарь на 1859 годъ, стр. 347—355).

6. Ахріевъ, Чахъ. Ингушевскіе праздники (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ V).

7. Бентковскій:

а) ўкилище и пища Калмыковъ Больше-Дербетевскаго улуса (Сборникъ статистическихъ свѣдѣній о Ставропольской губерніи, выпускъ I).

б) Одежда Калмыковъ Больше-Дербетскаго улуса (тамъ же, выпускъ II).

- 323 -

в) Женщина - Калмычка Больше-Дербетскаго улуса въ физиологическо-религіозномъ и соціальномъ отношеніи (тамъ же и выпускъ III).

г) Трухмяне, кочующіе въ Ставропольской губерніи (тамъ же).

8. Березинъ, И. профессоръ Казанскаго Университета и пр. Путешествіе по Дагестану и Закавказью. Казань. 1849. У книго-продавца А. Мясникова.

9. Берже, Ад. П.

а) Акты, собранные Кавказскою Археографическою Коммисією Тифлисъ. Въ типографіи Главнаго Управленія Намѣстника Кавказскаго, 1866—1875. 4°. 6 ч.

б) При-Каспійскій край. Тифлисъ, 1857.

в) Чечня и Чеченцы. Тифлисъ, 1859.

10. Броневскій, Семенъ. Новѣйшія географическія и историческія извѣстія о Кавказѣ ¹⁴). Москва. Въ типографіи С. Селивановскаго. 1823. 8°. 2 ч.

11. Верещагинъ, А. В. Путевыя замѣтки по Черноморскому Округу. Съ приложеніемъ двухъ фасадовъ, плана и разрѣза Сочинской церкви и карты Черноморскаго округа. Москва. Изданіе Н. Н. Мамонтова. 1874, 8°.

12. Вороновъ, Н. И. Изъ путешествія по Дагестану (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпуски I и III).

13. Вѣрованія, религіозныя, Абхазцевъ (тамъ же, выпускъ V).

14. Гагемейстеръ, Ю. А. Топографическо-хозяйственное описание При-Каспійскаго Края. С.П.Б. Въ типографіи Министерства Внутреннихъ Дѣлъ. 1850. 8°.

15. Грабовскій, Н. Ф.

а) Свадьба въ горскихъ обществахъ Кабардинскаго округа (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ II).

в) Экономическій и домашній бытъ жителей горскаго участка Ингушевскаго Округа (тамъ же, выпускъ III).

Примѣчанія къ этой статьѣ Чаха Ахріева (тамъ же).

16. Данилевскій, Н. Кавказъ и его горскіе жители въ нынѣшнемъ ихъ положеніи (съ 6 рисунками). Москва. Въ Университетской типографіи. 1846. 8°.

17. Дебу, Юсифъ, дѣйств. ст. сов. О Кавказской Линіи и при-соединенномъ къ ней Черноморскомъ войскѣ, или общія замѣчанія о поселенныхъ полкахъ ограждающихъ Кавказскую Линію, и о

¹⁴) Прекрасная книга эта отпечатана въ 1823 году, но свѣдѣнія въ ней заключающіяся собраны до 1810 года. *Прим. ред.*

21*

— 324 —

осѣдственныхъ горскихъ народахъ (съ 1816 по 1829 годъ). С.П.Б.
Въ типографіи К. Крайя. 1826.

18. Дубровинъ, Н. Ф. Исторія войны и владычества Русскихъ
на Кавказѣ. Т. I: Очеркъ Кавказа и народовъ его населяющихъ.
Кн. I Кавказъ, кн. II Закавказье, кн. III библіографическій указа-
тель къ первымъ двумъ книгамъ. С.П.Б. Печатано въ типографіи
Департамента Удѣловъ. 1871. 8°.

19. Евецкій, Орестъ. Статистическое описание Закавказскаго
Края. С.П.Б. Печатано въ типографіи Штаба Отдѣльнаго Кор-
пуса Внутренней Стражи. 1853. 8°.

20. Жиль Ф., библіотекарь Государя Императора. Царскосельскій Музей съ собраніемъ оружія принадлежащаго Государю Императору. Описаніе украшено 35 рисунками. С.П.Б. Печатано въ политехнографическомъ заведеніи А. Баумана. 1860. 8°.

21. Забудскій, капитанъ Генеральнаго Штаба. Военно-статистическое обозрѣніе Ставропольской губерніи. С.П.Б. Въ типографіи Департамента Генеральнаго Штаба. 1851. 8°.

23. Зубовъ Платонъ. Картина Кавказскаго Края, принадлежащаго Россіи, и сопредѣльныхъ оному земель въ историческомъ, статистическомъ, этнографическомъ, финансовомъ и торговомъ отношеніяхъ. С.П.Б. Въ типографіи Конради Вингебера. 1834-1835 8° 4 ч.

23. Ипполитовъ, А. П. Этнографические очерки Аргунскаго
округа (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ I).

24. Карлгофъ, полковникъ. Военно-статистическое обозрѣніе
Россійской Имперіи. Восточный берегъ Чернаго Моря. С.П.Б. Въ
типографіи Департамента Генеральнаго Штаба. 1853.

25. Клингеръ, Ив. Нѣчто о Чечнѣ (Газета „Кавказъ“ на 1846 годъ № 97 и 101).

26. Ковалевскій, Евг. Очерки этнографіи Кавказа (Вѣстникъ
Европы. Томы III и IV),

27. Комаровъ, А. В. Адаты и судопроизводство по нимъ (у
Лезгинъ). (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ I).

28. Лаудаевъ, У. Чеченское племя (тамъ же, выпускъ VI).

29. Легкобытовъ. Обозрѣніе Россійскихъ владѣній за Кавказомъ въ статистическомъ, этнографическомъ и финансовомъ отношеніяхъ, произведенное и изданное по Высочайшему соизволенію. СПб. Въ типографіи Департамента Внѣшней Торговли. 1836. 8°. 4 ч.

30. Львовъ. Домашняя и семейная жизнь Дагестанскихъ горцевъ Аварскаго племени (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ III).

— 325 —

31. Люлье, Л.

а) О Натухайцахъ, Шапсугахъ и Абадзехахъ (Записки Кавк. Отд. Русс. Геогр. Общ. кн. IV).

б) Вѣрованія, религіозные обряды и предразсудки у Черкесовъ (тамъ же, кн. V).

к) Учрежденія и народные обычаи Шапсуговъ и Натухайцевъ (тамъ же, кн. VII).

г) Общій взглядъ на страны занимаемыя горскими народами, называемыми Черкесами (Алиге), Абхазцами (Азега) и другими, смежными съ ними (тамъ же, кн. IV).

33. Невѣровскій, полковникъ. Краткій взглядъ на Сѣверный и Средній Дагестанъ въ топографическомъ и статистическомъ отношеніяхъ (Военный Журналъ на 1847 г. кн. V).

34. Ногмовъ, Шора Бекмурзинъ. Исторія Адыхейскаго народда, составленная по преданіямъ Кабардинцевъ. Напечатана съ подлинной, исправленной, рукописи и дополнена предисловіемъ, біографіею автора, примѣчаніями и приложеніями Адольфомъ Берже. Тифлисъ. Въ типографіи Главнаго Управленія Намѣстника Кавказскаго. 1861. 8°.

Сочиненіе это переведено на нѣмецкій языкъ подъ слѣдующимъ заглавіемъ:

Die Sagen und Lieder des Tscherkessen Volks, gesammelt vom Kabardiner Schora Bekmursin Nogmow, bearbeitet und mit einer Vorrede versehen von Ad. Bergé, Praesidenten der Archäographischen Commission, Mitglied der Pariser Asiatischen Gesellschaft. Leipzig. Verlag von Otto Wigand. 1866. 8°.

35. Омаровъ, Абхулла. Воспоминанія муталима (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпуски I и II).

Его же: Кавъ живутъ Лаки (тамъ же, выпуски III и IV).

36. Описаніе, подробное, Персіи и государствъ Кабула, Сейстана, Синда, Бальха, Белуджистана, земли Хорассана, также Грузіи и Персидскихъ провинцій присоединенныхъ къ Россіи. Москва. Въ типографіи С. Селивановскаго. 1829. 8°. 3 ч.

37. Павловъ, Андрей. О Ногайцахъ, кочующихъ по Кизлярской степи. Сочиненіе путешествовавшаго по Россіи. съ 1824 по 1835 г. СПБ. Въ типографіи Департамента Внѣшней Торговли. 1842. 8°.

38. Пахомовъ. Абхазія въ сельско-хозяйственномъ отношеніи. Тифлисъ.

39. Плотто, А. И. фонъ. Природа и люди Закатальскаго округа (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ IV).

40. Послѣдствіяхъ, о, убійствѣ и пораненій между горцами Воисточнаго Кавказа (тамъ же, выпускъ VIII).

- 326 -

41. Пржецлавскій, П. Дагестанъ, его правы и обычаи (Вѣстникъ Европы, томъ III).

42. Риссъ, П. Ф. О Талышинцахъ, ихъ образѣ жизни и языку (Записки Кавк. Отд. Русс. Геогр. Общ. кн. Ш).

43. Романовскій, полковникъ генеральнаго штаба. Кавказъ и Кавказская война. Публичныя лекціи, читанныя въ залѣ Пассажа въ 1860 году. СПБ. 1860. 8°.

44. Рудановскій. О Караногайской степени и кочующихъ на ней племенахъ (газета „Кавказъ“ на 1863 годъ, № 48 - 52).

45. Свѣчинъ. Очеркъ народонаселенія, нравовъ и обычаевъ Дагестанцевъ (Записки Кавк. Отд. Русскаго Географическаго Общества, кн. II).

46. Селезневъ. Руководство къ познанію Кавказа. СПБ. Въ типографіи Морскаго Кадетскаго Корпуса. 1847. 8°. 2 ч.

47. Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ (издается подъ редакцію Н. И. Воронова). Тифлисъ. Въ типографіи Главнаго Управленія Намѣстника Кавказскаго. 1868 - 1875. 8° 8 г.

48. Сборникъ статистическихъ свѣдѣній о Ставропольской губерніи. Ставрополь. Въ типографіи Губернскаго Правленія. 1868-1870. 8° 3 ч.

49. Торнау. Воспоминанія кавказскаго офицера (1835-1838 года). Москва. Въ Университетской типографіи. 1864. 8°. 2 ч.

50. Усларъ, П. К.. капитанъ генеральнаго Штаба. Военно-статистическое обозрѣніе Российской Имперіи. Эриванская губернія. СПБ. Въ типографіи Департамента Генеральнаго Штаба. 1853. 8°.

51. Черный, Іуда. Горскіе Евреи (Сборникъ свѣдѣній о Кавказскихъ горцахъ, выпускъ III).

52. Шанаевъ, Джантемиръ. Свадьба у сѣверныхъ Осетинъ (тамъ же, выпускъ IV).

Его же: Присяга по обычному праву Осетинъ (тамъ же, выпускъ VII).

53. Шегренъ, А. М., академикъ. Религіозные обряды Осетинъ, Ингушей и ихъ соплеменниковъ при разныхъ случаяхъ (газета „Кавказъ“ на 1848 годъ, № 27-30).

54. Шопенъ, П. Историческій памятникъ состоянія Армянской Области въ эпоху ея присоединенія къ Российской Имперіи (сочиненіе, удостоенное Императорской С.-Петербургской Академіей полловинной Демидовской преміи). СПБ. Въ типографіи Императорской Академіи Наукъ. 1852. 8°.

Поземельный вопросъ въ Туркестанскомъ Краѣ — вопросъ дня; онъ настоятельно требуетъ рѣшенія въ томъ или другомъ смыслѣ, чтó какъ нельзя лучше доказывается и обнаружившимся уже сознаніемъ этого со стороны администраціи. Но самал эта громадная важность его для благосостоянія края требуетъ полной осмотрительности при его рѣшеніи, для избѣжанія хотя - бы одного невѣрнаго шага, могущаго испортить все дѣло и повлечь за собою массу непредвидимыхъ теперь, но, тѣмъ не мепѣе, весьма вѣроятныхъ, затрудненій и непріятностей. Потому - то мы и осмѣливаемся думать, что предлагаемый „Очеркъ видовъ земельной собственности и поземельный вопросъ въ Туркестанскомъ Краѣ не будетъ совершенно безполезенъ и въ этомъ - послѣднемъ отношеніи.

Какъ всестороннее изученіе всякаго новаго края не можетъ быть дѣломъ двухъ-трехъ лѣтъ, такъ и преобразованіе его, немыслимое безъ этого изученія, должно быть постепенное, безъ насильственной ломки понятій и убѣжденій, вошедшихъ въ плоть и кровь народа въ продолженіе вѣками сложившейся жизни, которую передѣлать вдругъ, по другой мѣркѣ, никто не въ состояніи. Исторія лучше всего доказываетъ съ какой, осторожностію и крайней осмотрительностію надо обращаться съ народными понятіями и убѣжденіями. Въ исторіи владычества Англичанъ въ Индіи, напримѣръ, мы видимъ много темныхъ сторонъ. Кровавыя проявленія враждебнаго чувства побѣжденныхъ къ побѣдителямъ, конечно, мало-кому желательны, и стараніе избѣжать ихъ, безъ сомнѣнія, должно составлять заботу самихъ побѣдителей. Въ странахъ сѣ мусульманскимъ населеніемъ особенно нужна осторожность на первыхъ порахъ, а нашп новыя владѣнія въ Средней Азіи, преимущественно Зерафшанскій. Округъ съ своимъ главнымъ городомъ Самаркандомъ, представляютъ одинъ изъ самыхъ значительныхъ центровъ мусульманской жизни (въ религіозномъ смыслѣ). Здѣсь теократическія начала преобладаютъ надъ всѣми прочими исключан развѣ также сильно развитаго начала меркантильнаго. Въ этомъ - послѣднемъ отношеніи край, дѣйствительно, замѣчателенъ; торговый классъ людей — самый податливый на нововведенія и наиболѣе развитый практически; дѣятельность нѣкоторыхъ изъ представителей этого класса по - истинѣ изумительна; торговыя и про-

1*

— 330 —

мышленныя операціи ихъ, простираюціяся иногда на сотни тысячъ рублей, способны возбудить удивленіе. Гораздо хуже имѣть дѣло. съ духовенствомъ (муллами), члены котораго, ничего не дѣлая и не заботясь особенно много ни о чемъ, готовы проповѣдывать при всякомъ удобномъ случае необходимость ополченія на враговъ вѣры для освобожденія и защиты религіи своего пророка — „да будетъ надъ нимъ миръ, и благословеніе Божіе да почиетъ на могилѣ его“ Вопросъ, дѣйствуютъ-ли они такимъ образомъ по сознанію, изъ искренняго убѣжденія, хотя-бы переродившагося въ фанатизмъ, или просто, какъ говорится, съ жиру бѣсятся — рѣшить не бемся, хотя и склонны думать, скорѣе, послѣднее.

Работы которыми необходимо заняться при рѣшеніи поземель-
наго вопроса — работы чисто подготовительныя, на первыхъ порахъ,
по собиранію первоначальнаго матеріала — чрезвычайно важны,
такъ что самый вопросъ, или лучше сказать, рѣшеніе его, помимо
пользы въ фискальномъ отношеніи, ожидать которой отъ него со-
вершенно вправѣ администрація, дастъ кромѣ того неоцѣненный и
богатый матеріалъ для науки вообще и для изученія мусульман-
скаго міра въ-частности. Мы убѣждены, что найдутся и люди, ко-
торые серьезно и съ полной любовію къ дѣлу возьмутся за разра-
ботку этихъ матеріаловъ, и тѣмъ послужатъ выполненію великой
и благородной задачи, выпавшей по волѣ историческихъ судебъ на
долю Россіи, задачи — внести свѣтъ европейской „цивилизаніи въ
темныя, невѣжественные страны Средней Азіи.

I

Особенности мусульманской релатіп, первоначальными и окон-
чательными выраженнымъ которой является „Священное Слово“
(Каламъ-Ишрифъ) основателя ея, Мохаммеда, были причиною того,
то разчличные виды права, какъ-то: государствваго, граждан-
скаго и т. д., вылились въ совершенно своеобразныя, оригинально-
самобытныя формы, иногда въ нѣкоторыхъ чертахъ своихъ чрез-
вычайно любопытныя и, вмѣстѣ съ тѣмъ, не лишенныя известной
важности. Имущественное право въ-частности особенно рѣзко отли-
чается этимъ и представляетъ въ окончательной, настоящей формѣ
своей, до которой доразвилось оно въ теченіе сотенъ лѣтъ, такое
полное выраженіе какъ духа религіи, ея характера и особенностей,
какъ и характера самаго народа, что изученіе его даетъ ключъ
къ разгадкамн многихъ фактовъ, съ перваго взгляда, казалось-бы,

— 331 —

непонятныхъ, неестественныхъ, бьющихъ въ глаза при встрѣчѣ съ ними ¹).

Главнымъ основаніемъ мусульманскаго поземельнаго права, его исходной точкой, служить догматѣ религіи Мохаммеда, по которому „вся земля принадлежить Богу и тѣнли Бога на землѣ, Его имаму“ или, говоря другими словами, государю. Такимъ понятіемъ объясняется происхожденіе амляковыхъ т. е. „государственныхъ“ земель.

По мусульманскимъ законамъ — религіознымъ, а отсюда и гражданскихъ — вся земля, собственно говоря, амляковая, и какія бы операціи съ ней ни совершались, въ концѣ концовъ она остается такою. Даже мильковая земля (о ней будетъ рѣчь ниже) не составляетъ, въ полномъ значеніі, собственности владѣльца, такъ какъ послѣднему, по точному и глубокому смыслу закона, принадлежитъ право не на землю, какъ на предметъ, па извѣстную вещь, а только на ея произведенія, слѣдовательно на плоды трудовъ своихъ. Это положеніе весьма важно и, составляя основу всего поземельнаго права, объясняетъ, какъ увидимъ ниже, почти всѣ самыя тончайшія отношенія правъ приобрѣтенія и пользованія землей. Поэтому-то правовѣрнымъ послѣдователямъ Пророка и не кажется ни дикимъ, ни беззаконнымъ тотъ поражающій сильно европейца десептизмъ, который позволяетъ ихъ государямъ лишать своихъ подданныхъ принадлежащей имъ земли, безъ всякихъ видимыхъ на то причинъ. На самомъ-же дѣлѣ выходить, что въ подобныхъ случаяхъ повелитель правовѣрныхъ не захватыватъ, не отнимаетъ, а только беретъ, изъ какихъ-бы то ни было видовъ, принадлежащее ему по праву.

Амляковыя земли должны оплачиваться полнымъ окладомъ всѣхъ родовъ податей, который полностью же поступаетъ въ казну. Вслѣдствіе послѣдняго обстоятельства, эти земли называются иначе землями хсраджи, т. е. „оплачиваемыми податьми“. Обрабатывающій ихъ — не болѣе какъ арендаторъ, и имѣть право только на извѣстный процентъ вознагражденія, обусловливаемый количествомъ положенного въ дѣло труда.

Намъ придется нерѣдко дѣлать ссылки на пѣкоторыя мусульманскія юридическія сочиненія, а потому нелишнимъ считаемъ упомянуть здѣсь объ извѣстнѣйшихъ изъ нихъ въ Средней Азіи, авторы которыхъ пользуются уваженіемъ, какъ знаменитые законо-

¹) Мы разумѣемъ наши средневіятскія владѣнія, не распространяя своихъ словъ на всѣ мусульманскія страны вообще.

— 332 —

вѣды, а ихъ толкованія служатъ источникомъ для объясненія, въ
случаѣ надобности, всякихъ недоразумѣній возникающихъ въ об-
ласти права. Таковы: 1) Шарх уль-Фераидъ; 2) Тагзиб - уль-Фахри;
3) Бахр-ур-Раикъ; 4) Джами-ур-Румузъ; 5) Фусуль - уль-Имади;
6) Ашбаг-ун-Незаиръ; 7) Хиласетъ - ус-Сади; 8) Шарх - уль-
Мухить; 9) Книга шеихъ - уль-ислама Низам - уд - Дина, и другія ²).
Мы пользовались ими въ извлеченіи на джагатайскомъ нарѣчіи,
сдѣланномъ однимъ изъ самаркандскихъ казіевъ.

Одно изъ этихъ сочиненій, именно Шарх - уль - Фераидъ ³),
объясняетъ дѣленіе всѣхъ земель, по роду правовладѣнія ими, та-
кимъ образомъ:

„На основаніи Шаріата, земли по владѣнію дѣлятся на деѣ
части: амлякъ и милькъ, т. е. на владѣніе (собственность) государ-
ственное и частное: частное-же, въ свою очередь, дѣлится еще на
три: хурри-халисъ, ушри и хераджи, т. е. владѣніе 1) освобожден-
ное отъ всякихъ государственныхъ и другихъ повинностей, 2) пла-
тящее казнѣ 10-ю часть доходовъ деньгами, и наконецъ 3) отправ-
ляющее хераджную повинность хальбомъ Владѣтели вышеозначен-
ныхъ собственностей: мильки-хурри халисъ, мильки-хераджи и
мильки-ушри, могутъ ихъ завѣщать въ пользу своихъ потомковъ
или въ пользу мечетей и медресе или отдавать въ залогъ ком-,
либо, или, наконецъ, распоряжаться ими вообще по своему усмо-
трѣнію. Амлякъ-же (т. е. собственность казны) частныя лица не
имѣютъ права ни завѣщать въ чью бы то ни было пользу, ни
обращать въ бакуфы, ни отдавать въ залогъ, ни заявлять на та-
ковую иска". Изъ этихъ словъ видно, что главнѣйшая особенность
амляковыхъ земель заключается въ ихъ неотчуждаемости, чтò сУ-
ществуетъ и на самомъ дѣлѣ.

Обработывакшій ихъ, какъ сказано выше, есть не болѣе какъ
арендаторъ; но аренда эта наслѣдственная, передающаяся отъ по-
колѣнія поколѣнію въ одномъ извѣстномъ родѣ, и ес. ли бываютъ
случаи продажи какого-либо амляка въ другія рубки, то это надо

²) Кромъ упомянутыхъ, авторъ приводитъ заглавія еще нѣкоторыхъ юри-
даческихъ сочиненій, авторитетныхъ въ Сфедней - Азіп, но, благодаря, должно
подлѣтать, самаркандско у казію, въ такомъ изуродованномъ видѣ, что нѣтъ
никакой возможности дознаться какія это сочиненія, а печатать безсмыслицу
сочли мы несоотвѣтственнымъ характеру „Трудовъ“. Прим. ред.

³) Это, по всей вѣроятности, комментарій на сочиненіе Эль - Ферандъ
эс - Сенійэ, составленный самимъ авторомъ этого - последняго, Мохаммедомъ
Кеввкеби, подъ заглавіемъ: Эль - Фсваидъ эс - Смійэ. См. Хаджи - Хальоу
въ изданіи Флюгеля, IV, 91. Прим. ред.

— 333 —

понимать въ смыслѣ продажи не самой земли, а только права на воздѣлываніе ея; почему и самая цѣна на амляковыя земли го- раздо ниже цѣны земель мильковыхъ — „собственныхъ“.

Вообще вопросъ о земляхъ амляковыхъ надо считать окончен- нымъ, въ томъ смыслѣ, что всѣ амляки пріобрѣли уже теперь почти совершенно характеръ земель мильковыхъ, особенно при на- шемъ владычествѣ, когда мильки, въ-отношеніи къ обложенію ихъ податями, сравнены съ амляками. Другаго рѣшенія этого вопроса быть не можетъ, хотя, въ видахъ фискальныхъ выгодъ и требова- ній справедливости, оно и должно-бы быть нѣсколько инымъ.

## II

Амляковыя земли, посредствомъ извѣстнаго рода операцій, мо- гутъ превращаться въ мильковыя или „собственныя“, въ упомяну- томъ выше смыслѣ этого слова. Ни въ одной изъ юридическихъ книгъ, какія намъ удалось видѣть въ Средней Азіи, или въ под- линникѣ, или въ переводѣ на джагатайское нарѣчіе, не встрѣча- лось описанія способа превращенія амляковыхъ земель въ милько- выя. Но насколько удалось собрать свѣдѣнія объ этомъ предметѣ отъ знающихъ туземцевъ, отъ казіевъ, т. е людей болѣе или ме- нѣ компетентныхъ въ области мусульманскаго законовѣдѣнія, есть два способа превращенія амляковыхъ земель въ мильковыя, въ об- щихъ чертахъ, впрочемъ, сходные другъ съ другомъ: въ основаніи обоихъ, какъ увидимъ, лежить актъ купли и продажи.

### I. По первому объясненію, пролисхожденіе мильковыхъ земель относится ко временамъ очень давнимъ, когда правительство за обработываемыя массы пусточорожнихъ земель отдавало пnvѣстную часть ихъ въ пользу обработывавшаго, дѣлало ихъ мильковыми, освобождавшимися съ тѣхъ поръ отъ сбора всякаго рода податей, какъ-то: хераджа, танапа и кошпула (общаго для всѣхъ земель), и переходившими въ полное и потомственное пользованіе воздѣлывавшаго ихъ. Такія земли получили съ тѣхъ поръ названіе милки - хурри хались, т. е. „свободныя отъ податей“.

### II. Нѣкоторые прямо заявили желаніе пріобрѣсти часть амля- ковыхъ земель въ мильковую собственность; тогда сдѣлка соверша- лась нѣсколько иначе. Предположимъ, на-примѣръ, что какой-нибудь достаточный человекъ изъявлялъ желаніе пріобрѣсти въ милько- вое владѣніе тисячу танаповъ земли; для этого онъ выплачи- валъ, смотря по извѣстному въ данное время курсу, стоимость

— 334 —

трехъ тысячъ танаповъ, и изъ нихъ двѣ тысячи танаповъ возвращалъ въ казну; остальная - же тысяча танаповъ 4) становилась черезъ это съ тѣхъ поръ на вѣчныя времена обѣленною, т. е. свободною отъ оплачиванія всякаго рода податями, пріобрѣтала качество и названіе мильки - хурри хались. Такія земли, по выращенію туземцевъ, „лучшіе мильки“.

Владѣтель милька, съ пріобрѣтеніемъ, тѣмъ или другимъ способомъ, земли въ вѣчное и потомственное владѣніе, получалъ обыкновенно, за печатью царствующаго государя, документъ, обезпечивавшій и доказывавшій его право на пользованіе и владѣніе означенной въ документѣ землей съ точно опредѣленными границами ея. Документы эти, по предъявленіи владѣльцами ихъ, удостовѣрялись каждымъ новымъ государемъ, вступавшимъ на престолъ.

Собственно слово милькъ — названіе не обусловливаемое ни полной свободой земли отъ сборовъ, ни особымъ видомъ права собственности, тѣмъ какъ съ теченіемъ времени этимъ именемъ стали называться земли поставленныя относительно какъ правъ пріобрѣтенія, такъ и правъ самаго владѣнія или пользованія ими, въ самыя разнообразныя условія, доказательство чего увидимъ ниже.

Чрезвычайное разнообразіе видовъ права пользованія землями, вытекающее отчасти изъ особенностей самой гражданской жизни, развившейся изъ того же источника, но вылившейся въ свою собственную, оригинальную форму, такое разнообразіе, говоримъ мы, соединенное съ особенными, не всегда ясными и точными условіями пріобрѣтенія или отчужденія земель, съ теченіемъ времени, благодаря еще весьма понятнымъ при такихъ обстоятельствахъ упущеніямъ мѣстной администраціи, давало землевладѣцамъ возможность совершать различныя злоупотребленія, запутывавшія, и безъ того уже сложныя, поземельныя отношенія, въ прямой ущербъ фискальнымъ интересамъ правительства, но къ несомнѣннымъ годамъ различныхъ административныхъ властей, искусившихся въ дѣлѣ ловленія рыбы въ мутной водѣ. Послѣднее имѣтъ мѣсто и теперь.

4) Обыкновенная мѣра земли, принимаемая за единицу, есть такапъ, равняющійся 625 кв. саж.; затѣмъ идутъ: нимъ - танапъ (1/2), чойрекъ - танапъ (1/4), си-чойрекъ (3/4), нимчад (1/16). 50 танаповъ составляютъ кошъ. Впрочемъ, величина кошей въ разнымъ мѣстахъ различна. Отсюда и подать кошпулы, т. е. подать разимая въ опредѣленномъ размѣрѣ съ земель засѣянныхъ; тогда какъ кипсенъ есть подать со всѣхъ земель, какъ засѣянныхъ, такъ и отдыхающихъ, находящихся подъ паромъ (шудчаръ).

— 335 —

Вредъ такого порядка веденія дѣлъ иногда сознавался нѣкоторыми изъ государей, и они старались различными мѣрами, по ихъ понятіямъ дѣйствительными, — по крайней мѣрѣ бывшими единственно — возможными въ данное время, — ввести порядокъ и какой-нибудь административный контроль въ дѣло взиманія поземельныхъ податей и сборовъ, хотя никакихъ существенно — важныхъ измѣненій и нововведеній не дѣлали. Понятно, что ихъ мѣры были только нальятивными, онъ не уничтожали — да и не могли сдѣлать этого — всего зла, а только рельефнѣе обнаруживали несомнѣнное присутствіе его, въ чемъ почти единственно и состояла ихъ польза. Подобные реформаторы довольствовались весьма незначительными результатами своей дѣятельности и успокоивались совершенно при видѣ единовременнаго крупнаго пополненія своей казны. Такъ, говорятъ, эмиръ Шахмурадъ, человѣкъ, дѣйствительно, далеко не дюжинный, произвелъ всеобщую повѣрку мильковъ, результатомъ которой, какъ и надо было ожидать, явилось: во 1-хъ — исключеніе нѣкоторыхъ земель изъ числа мильковъ, и, во 2-хъ — обложеніе другихъ изъ нихъ, происхожденіе которыхъ почему-либо казалось сомнительнымъ, особаго рода податью, въ размѣрѣ 10 кокановъ (2 p. сер.) съ каждаго танапа садовъ, и 5 кокановъ (1 p. сер.) съ каждаго танапа остальной земли, была — ли она засѣяна или нѣтъ — безразлично.

Послѣднія — то земли и получили отсюда названіе мильки — шхараджи, т. е. „милькъ, оплачиваемый податями“.

Намъ неизвѣстно навѣрно, занесено — ли описаніе такой крутой мѣры въ какую — либо изъ хроникъ того времени, — встрѣчать по крайней мѣрѣ не удавалось, — но преданіе о ней живетъ въ народѣ, и нельзя не придавать ему большой доли вѣроятія и правдивости уже потому, что, какъ сказали мы выше, Шахмурадъ 5) былъ го-сударь замѣчательный въ своемъ родѣ.

Впрочемъ, случаи такого обложенія податями разнаго рода земель бывали довольно часто; эмиры прибѣгали — какъ продолжаютъ дѣлать это и теперь — къ такимъ безыскусственнымъ мѣрамъ всякій разъ какъ только имъ встрѣчалась. нужда въ деньгахъ. Обыкновенно въ такихъ случаяхъ облагались податями земли хотя и составлявшія собственность частныхъ лицъ, но не засѣявшіяся, почему и самый размѣръ обложенія былъ сравнительно не великъ и не всегда одинаковъ, такъ какъ зависѣлъ прямо отъ усмотрѣнія и прихоти государя. Эта подать — а не земли, какъ

5) См. о немъ въ „Запискахъ Мирзы — Шемса Бухари (Казань, 1864), стр. 42—53 и 83—84. Прим. пред.

-- 336 --

говорятъ нѣкоторые — называлась поэтому танабана „потанапный сборъ“.

Итакъ, мильковыхъ земель собственно два рода: мильки-хуррихались и мильки-хераджи. Послѣдніе, въ свою очередь, имѣютъ еще два вида: ушри и даякъ (правильнѣ — дахъякъ).

Хотя значеніе того и другого слова одинаково: одно по-арабски, а другое по-персидски значать — одна десятая часть, „десятина“, но тѣмъ не менѣе земли, имѣющія эти названія, существенно разнятся между собою.

Здѣсь слѣдуетъ принять во вниманіе тотъ въ высшей степени интересный фактъ, что мильковыя земли оплачиваются, во-первыхъ — хераджемъ (хераджи), во вторыхъ — доходами съ нихъ, въ извѣстномъ процентѣ, пользуется тотъ, кто занимается обработваніемъ ихъ; и, наконецъ, въ третьихъ, владѣецъ ихъ по документу. Право воздѣлыванія, какъ и право владѣнія или собственности на такія земли, равно наслѣдственны въ двухъ извѣстныхъ родахъ и переходятъ отъ поколѣнія къ поколѣнію. Такое сочетание или встрѣча вмѣстѣ двухъ правъ при одномъ объектѣ права—явленіе замѣчательное потому, что какъ то, такъ и другое въ разбираемомъ вопросѣ одинаково важны и полны значенія. Право воздѣлыванія земли въ данномъ слѣчаѣ не есть аренда, это не система фермерства, а нѣчто большее, потому что при какой-же системѣ арендованія владѣецъ получаетъ, на-примѣръ, только 1/10 или 2/10 дохода съ принадлежащей ему земли, причемъ 1/10 идетъ въ казну, а остальные заTEMъ 7/10 или 4/5 идутъ въ пользу земледѣльца? Между тѣмъ такой дѣлежъ узаконенія и освященъ не только обычаемъ, но и Шаріатомъ, такъ какъ указанія на него находятся въ нѣкоторыхъ изъ юридическихъ сборниковъ; распространенныхъ въ Средней Азіи.

Для наглядности пояснимъ сказанное примѣромъ. Предположимъ, что вся земля какого-нибудь кишлака Мильки - Ширинъ состоитъ изъ мильковъ принадлежащихъ нѣсколькимъ владѣльцамъ; послѣдніе считаются собственниками этой земли только по документу, а между тѣмъ обработваніемъ ея издавна занимаются кишлачные жители, получившіе извѣстные участки этой земли въ аренду по наслѣдству, переходящему изъ поколѣнія въ поколѣніе. Настоящіе документальные, такъ сказать, владѣльцы земли получаютъ только извѣстную часть доходовъ съ нея, увеличивающуюся или уменьшающуюся смотря по тому, пользуются - ли арендаторы рабочимъ скотомъ (волами) и сѣменами отъ землевладѣльца, а сами затрачиваютъ въ дѣло только свой трудъ, или-же всѣ издержки по обработкѣ земли идутъ отъ нихъ самихъ.

— 337 —

Подъ именемъ мильки - ушри разумѣется такого рода милько-
ван земля, которая оплачивается хераджемъ въ размѣрѣ 1/10 уро-
жая; остальной доходъ дѣлился или между милъкдаромъ (милько-
владѣльцемъ) и самимъ земледѣльцемъ, если земля арендовалась,
или шелъ весь въ пользу обработывавшаго ее. Иногда правители
отдавали слѣдующую съ этихъ земель часть хераджа (1/10 часть
урожая) своимъ служилымъ людямъ (сипать) въ пожизненное поль-
зованіе, но безъ права отчужденія путемъ продажи, или дара, или
передачи въ наслѣдство. Тѣмъ не менѣе можно съ достовѣр-
ностію сказать, что многія земли, считаемыя въ настоящее время
мильки-хурри хались, образовались, благодаря упущеніямъ и сла-
бости надзора администраціи, именно иъ ушри, такъ какъ до сихъ
поръ не встрѣчалось того первоначальнаго документа на какую-
либо землю этого рода, по которому было - бы видно превращеніе
ея изъ амляковой въ мильковую, а всѣ документы на нихъ, имѣю-
щіеся теперь, не болѣе какъ купчія крѣпости, если можно такъ
выразиться; по нимъ можно только прослѣдить переходъ извѣст-
наго участка изъ однѣхъ рукъ въ другія путемъ актовъ купли и
продажи. Возможно еще даже и такое предположеніе, что земель
мильки-хурри хались явилось особенно много уже по занятіи крал
нами, въ первое время послѣ которого наша администрація, по-
нятно, не могла съ достаточной полнотой и точностію выяснить
это дѣло, запутанное уже само по себѣ до того что сами туземцы
иногда не понимаютъ ни значенія этого слова, ни разныхъ видовъ
земель извѣстныхъ подъ названіемъ мильковыхъ. Но что дѣло
было вообще не чисто и плутней было много, это безспорно дока-
казало уже одно то обстоятельство, что весьма многіе изъ миль-
ковладѣльцевъ не могли представить, когда у нихъ требовали, до-
ментовъ на свои земли, ни первоначальныхъ, ни хукмовъ (послѣ-
дующихъ удостовѣреній, приказовъ эмировъ). Путаница могла про-
изойти еще и отъ того, что собственно сами мильковладѣльцы,
имѣвшіе въ рукахъ своихъ мильковые документы, при занятіи
нами края разбрелись въ разныя стороны, оставивъ земли — ко-
нечно, не въ даръ — своимъ арендаторамъ; послѣдніе - же, вос-
пользовавшись безпорядками и неурядицей, весьма понятными въ
военное время, объявили себя прямыми владѣльцами земель, хотя,
какъ уже сказали мы раньше, имъ принадлежало не болѣе какъ
только право сбора произведеній съ платою за это извѣстной
части милькдарамъ, хозяевамъ, и въ херадъъ, если послѣдній по
уговору слѣдовалъ съ нихъ. Даже въ настойчивомъ предъявлении
правъ на земли по перепродажнымъ документамъ, въ первые годъ
по занятіи нами края, видно, намъ кажется, доказательство мо-

22

- 338 -

шенничества со стороны псевдо-милькдаровъ, и желанія закрѣпить
за собою земли никогда имъ какъ собственность не принадлежав-
шія. Оттого-то теперь такъ часто и слышны отвѣти, что документы
на такую-то землю находятся въ Бухарѣ. Оно, пожалуй, и вѣрно
отчасти, потому что настоящіе землевладѣльцы удалились въ Бу-
хару, но лживость этихъ отвѣтовъ остается недоказанною и при-
ходится волей-неволей вѣрить имъ.

Нѣкоторыя изъ лицъ находившихся, въ первое время по за-
нятіи края, въ составѣ нашей мѣстной администраціи, поэтому и
предлагали обратить всѣ мильковыя земли въ амляковыя, како-
выми онѣ, по ихъ мнѣнію, всегда и были, употребивъ для такого,
какъ они выражались „приведенія этихъ земель къ ихъ настоя-
щему казенному началу“ путь выкупа, т. е. предлагали скупить
у всѣхъ мильковладѣльцевъ, могущихъ предъявить документы, при-
надлежащія имъ земли по ихъ стоимости, а затѣмъ, какъ амляко-
выя, отдавать таковыя въ аренду. Нечего и говорить о выгодахъ или
удобопримѣнимости такой мѣры: она даже мало понятна въ своемъ
основаніи. Ставить вопросъ о милькахъ такимъ образомъ — значить
не понимать его сущности. Необходимо сначала выяснить, какъ
самыя отношенія между арендаторами и дѣйствительными милько-
владѣльцами, и между казной и ими, какъ плательщиками пода-
тей, такъ и большія или мѣньшія правъ ихъ на земли, на кото-
рыя они, какъ на собственность, предъявляютъ свои притязанія.
Нѣкоторые, въ доказательство ложности въ большинствѣ случаевъ
такихъ притязаній, приводятъ еще одинъ фактъ, мало впрочемъ
идущій къ дѣлу. Извѣстно, что владѣльцы земель мильки - хурри
хались прежде были свободны отъ всякихъ податей и сборовъ,
обложенію которыми не подлежала совершенно - обѣленная земля,
принадлежавшал имъ. По занятіи края нами, обложены были по-
датями и мильковладѣльцы, наравнѣ съ прочими; но эта мѣра не
произвела никакого непріятнаго впечатлѣнія на народъ, никакого
неудовольствія или даже простаго недоразумѣнія. Вотъ этотъ-то
фактъ и выставляютъ нѣкоторые какъ доказательство что въ боль-
шинствѣ случаевъ мильковыя земли образовались или сдѣла-
лись такими только со времени занятія нами края, подкерѣпляя
это свое мнѣніе тѣмъ, что классъ землевладѣльцевъ въ краѣ труд-
нѣе всѣхъ прочихъ поддается какимъ-бы то ни было нововве-
деніямъ, что онъ консервативенъ по - преимуществу. Хотя послѣд-
ній взглядъ на такой характеръ землевладѣльческаго и земледѣль-
ческаго сословій и в; полнѣ въренъ, тѣмъ не менѣе объясненіе имъ
сказаннаго факта далеко не удовлетворительно. Въ самомъ дѣлѣ,
почему бы не объяснить его, на - примѣръ, тѣмъ, что вновь поко-

- 339 -

ренный народъ могъ покойно принять на первыхъ порахъ и не
такую мѣру какъ обложеніе податями земель бывшихъ до того
свободными отъ нихъ: онъ могъ сдѣлать это подъ обанніемъ силы,
предписывающей свои законы; онъ могъ, наконецъ, увидѣть въ
этой мѣрѣ какое-то желаніе съ нашей стороны уравнять всѣ со-
словія (если пониманіе такихъ предметовъ подъ силу нашимъ но-
вымъ подданымъ, въ чемъ мы лично сильно сомнѣваемся). По-
этому, а можетъ быть и просто вслѣдствіе уменьшенія вообще по-
земельныхъ сборовъ, владѣльцы мильковъ весьма исправно вносили
и продолжаютъ вносить слѣдующія съ нихъ подати. Къ тому же
и общий характеръ здѣшняго народа таковъ, что онъ съ го-
товностію предпочтетъ скорѣе платить поземельную подать въ
установленномъ для всѣхъ одинаковомъ размѣрѣ, нежели подчи-
ниться какому-бы то ни было прямому денежному налогу, всегда
представляющемуся ему мѣрою совершенно произвольною, неогра-
ничиваемою никакимъ положительнымъ предѣломъ...

Изо всего доселѣ сказаннаго уже можно видѣть, что разнаго
рода мильковыя земли, будучи сходны въ своемъ основномъ на-
чалѣ, различаются только способами и, такъ сказать, большей или
мѣньшей степенью обѣлѣнія. Существенно отличается отъ прочихъ
видовъ этого рода земель только одинъ мильки-хурри хались, по-
тому что единственно этотъ милькъ составляетъ настоящую зе-
мельную собственность, владѣтель которой можетъ отчуждать ее,
тогда какъ прочіе виды мильковыхъ земель, въ томъ числѣ и
дахъякъ (о немъ будетъ рѣчь впереди), оставаясь во владѣніи од-
ного какого-либо хозяина, переходать изъ одного его поколѣнія къ
другому, но не могутъ быть отчуждаемы въ пользу лица не род-
ственнаго съ владѣ лицемъ ихъ, лица принадлежащаго съ другому
роду.

Теперь намъ остается разсмотрѣть ещё одинъ видъ милько-
выхъ земель — дахъякъ. Значеніе этого слова, какъ сказано выше,
однозначаще съ словомъ ушри: какъ второе по - арабски, такъ
первое по - персидски, равно означаютъ „одна десятая часть“,
«десятина». Сущность этого вида мильковъ заключается въ слѣ-
дующемъ. Эмиры отдавали 1/10 часть дохода съ амляковыхъ зе-
мель въ пользу нѣкоторыхъ лицъ: муллъ или ходжей ⁶). Такая

⁶) Значевіе ходжей и сеидовъ по разнымъ толкованіямъ различно. Тол-
кованія эти весьма разнообразны и многочисленны, но достовѣрнѣйшымъ и
наиболѣе популярнымъ въ Средней Азіи считается слѣдующее. Во 1-хъ, зва-
ніе сеидъ присваивается всѣмь происходящимъ, по линіи самого пророка
Мохаммеда, отъ его отца Абдуллаха, дѣла Абдулъ - Муталиба и прадѣда

22*

— 340 —

награда (назовемъ хотя такъ эту своего рода аренду) давалась только тѣмъ изъ муллѣ которые выдерживали нѣчто въ родѣ экзаменена, производившагося особеннымъ лицомъ, называвшимся му-маизъ. Этотъ экзаменаторъ докладывалъ эмиру, что такой - то мулла оказался по испытаніи достойнымъ дахъяка, и послѣдній, съ раз-рѣшенія эмира, получалъ его. Въ числѣ этихъ муллѣ были не только муллы - ученики, но и муллы - учителя или мудеррисы. Они выбирали изъ среды себя мутеваллія (значеніе этого слова будетъ объяснено ниже), который и завѣдывалъ доходами, приходившими-ся на ихъ долю, и правильнымъ ихъ распредѣленіемъ. Уже изъ этого ясно видно, что земли дахъякъ не были наслѣдственны: давалась въ пожизненное пользованіе извѣстному лицу только опре-дѣленная часть дохода съ нихъ. Выбранный изъ среды муллѣ, владѣителей дахъяка, мутевалли озабочивался съ своей стороны пріисканіемъ „арендатора“, иджрачи, который за извѣстную плату

Хашима. Во 2-хъ, званіе сеидъ принадлежитъ, по линіи Али, женатаго, какъ извѣстно, на дочери пророка Фатимъ (также святой), потомкамъ какъ Али и Фатимы, такъ и всѣмъ происходящимъ отъ отца Али, Абу-Талиба, прадѣда Фатимы — Абдуль-Муталиба и прапрадѣда ея Хашима. Эта генеалогія дастъ, будто - бы „чистыхъ сеиловъ“, имѣющихъ шаджара (генеалогіи), подтверждавшіяся каждый разъ при вступленіи на престолъ но-ваго эмира приложеніемъ его печати. Всѣ - же неимѣющіе подобныхъ генеа-логій должны считаться псевдосеидами, каковыхъ, какъ говорятъ, весьма много, благодаря тому, что въ толкованіи самаго происхоженія этого зва-нія вышелъ расколъ. Къ тому же еще и сами владѣтели среднеазіатскіе, какъ - бы въ примѣръ другимъ подобнымъ самозванцамъ, носять названіе сеидъ произвольно, вопреки Шаріату и обычаю, установленія которого въ Средней Азіи вообще до того сильны, что во многихъ случаяхъ обычное пра-во замѣняетъ или дополняетъ самый Шаріатъ. Напримѣръ, Сеидъ Мохам-медъ Худояръ-ханъ, нынѣшній владѣтель Кокана — родомъ киргиззъ, и даже кара-киргизъ, потомокъ хотя и знаменитаго, но далеко не благороднаго по происхождению Нарбута-бія, основателя донынѣ царствующей въ Коканѣ династіи *) въ концѣ XVIII вѣка. Такъ бухарскій эмиръ Сеидъ Мозафаръ бегадуръ-ханъ — родомъ простой узбекъ изъ колѣна Мангытъ.

Наконецъ, что касается до званія ходжа, то извѣство, что его носять потомки первыхъ трехъ халифовъ (преемниковъ Мохаммеда): Абу - Бегра Садыка („правдиваго, справедливаго“), Омара Фарука („различителя“ т. е. правды отъ неправды), Осмака Аффана („цѣломуудреннаго“) и Али - Мур-тазы („розлюбленнаго“). При этовѣ надо различать ходжа отъ хаджи; по-слѣднее означетъ человѣка совершившаго обязательное для истиннаго му-сульманина священное путешествіе въ Мекку, къ могилѣ пророка.

*) Это писано въ 1875 году, когда ханствовалъ еще Худояръ-ханъ, и существовало еще Коканское ханство (нынѣ Ферганская область Россійскаго государства). Прим. ред.

— 341 —

и на опредѣленный срокъ — обыкновенно на годъ — бралъ на себя содержаніе извѣстнаго участка; мутеваллію арендаторъ сдавалъ и слѣдующую по уговору сумму для соотвѣтственно-пропорціональнаго дѣлежа между всѣми «дахъяко-владѣльцами».

Вотъ всѣ виды мильковыхъ земель. Теперь перейдемъ къ разсмотрѣнію вакуфовъ. Этотъ родъ земель представляетъ наиболѣе видовъ, и отношенія между ними довольно запутанны.

III

Главное отличительное свойство мильковыхъ земель (вида хурри-халисъ) есть ихъ отчуждаемость. Впрочемъ, говоря строго, и амляковыя земли также могутъ быть отчуждаемы, но въ отношеніи ихъ это право принадлежитъ государству или, чтò тоже, государю: послѣднія понятія по мусульманскому государственному праву, какъ извѣстно, совершенно тождественны. Такія отчужденныя или пожертвованныя въ пользу какого-либо учрежденія мильковыя земли называются вакуфными землями, вакуфами.

Видовъ вакуфовъ нѣ сколько, и они отличаются другъ отъ друга какъ по тѣмъ учрежденіямъ въ пользу которыхъ пожертвованны, такъ, и преимущественно, условіями на которыхъ сдѣлано пожертвованіе. Эти земли, какъ отанныя на богоугодное дѣло и съ благою цѣлію, пользуются громадными льготами, преимуществами въ-отношеніи сѣора съ нихъ податей; но различные виды ихъ поставлены въ разныя условія и въ этомъ отношеніи.

Вакуфный вопросъ для Туркестанскаго Края — вопросъ громадной важности, и рѣшеніе его въ близкомъ будущемъ положительно необходимо. Вопросъ этотъ напоминаетъ отчасти одно явленіе въ нашей исторіи, именно вопросъ о монастырскихъ имѣніяхъ: изъ дальнѣйшаго ясно будетъ видна полная аналогичность въ коренныхъ основаніяхъ ихъ. Послѣдній, уже давно канувшій въ вѣчность, имѣлъ въ свое время огромную важность, и рѣшеніе его, котораго онъ ждалъ довольно долгое время, представляло страшныя затрудненія для правительства, главнымъ образомъ въ смыслѣ оппозиціи со стороны духовенства. Точно также и при рѣшеніи вакуфнаго вопроса — даже если дѣло поведется какъ слѣдуетъ — непзѣжны, конечно, нѣ которыя затрудненія и недоразумѣнія, неизбѣжны уже потому только, что всестороннее и полное рѣшеніе вопроса, по причинѣ его запутанности и, такъ сказать, каизустичности, должно совершиться не вдругъ.

Самое изученіе вопроса на первыхъ порахъ послѣ занятія

32

— 342 —

нами края было довольно трудно; въ этомъ дѣлѣ, конечно, было
всего естественнѣе обратиться къ казіямъ, какъ отчасти защит-
никамъ народныхъ интересовъ, слѣдовательно людямъ свѣдущимъ
въ этомъ отношеніи, да, комрѣ того, хотя-бы въ силу занимаемой
ими важной должности, болѣе или менѣе разумнымъ и — по во-
сточному конечно — образованнымъ. Администрація, дѣйствительно,
такъ и поступила — и жестоко ошиблась: оказалось, что казіи, какъ
увидимъ ниже, сами сильно заинтересованы въ этомъ дѣлѣ, и
въ видахъ своихъ же собственныхъ выгодъ могли дать, и давали,
свѣдѣнія и объясненія самыя невѣрные. Къ казіямъ можно было
обратиться только за справками и указаніями, не полагаясь вполне
ни на одно ихъ слово, а тщательно повѣряя ихъ и разбирая...
Впрочемъ, надо сознаться, что все слѣланное въ этомъ отношеніи
администраціей дало, тѣмъ не менѣе, обильный матеріалъ, при
помощи котораго рѣшеніе вопроса должно значительно облег-
читься.

Теперь разсмотримъ разные виды вакуфныхъ земель и самое
существо ихъ и значеніе. Но прежде скажемъ нѣсколько словъ объ
образованіи вакуфовъ.

Частныя лица, желая слѣлать пожертвованіе имущества въ
вакуфное пользованіе какого-либо учрежденія, должны были про-
сить на это разрѣшенія эмира, который не соглашался или утверж-
далъ жертвуемый вакуфъ за извѣстнымъ учрежденіемъ. Иногда
эмиры и сами дѣлали такія пожертвованія и на тѣхъ же общихъ
основаніяхъ, съ тою лишь разницею, что, будучи законными вла-
дѣльцами всѣхъ амляковыхъ земель въ государствѣ, они не нуж-
дались, конечно, ни въ чьемъ разрѣшеніи.

Въ вакуфъ могутъ быть жертвуемы: земли, бани, сараи, лавки,
столики мелькихъ торговцевъ (тимъ), мельницы, толчеи (аджвазъ),
даже арыки (водопроводныя канавы) ислѣдствіе какого-либо свое-
образнаго пользованія арычною водою; такъ что, слѣдовательно,
вакуфомъ зовется всякаго рода угодье пожертвованное въ пользу:
1) какого либо духовнаго учрежденія, или-же 2) какой-либо кор-
пораціи.

Къ первой категоріи относятся вакуфы принадлежащіе:

1) мечетямъ (месджитъ),

2) школамъ (мєдресс),

3) могиламъ святыхъ (ханака),

4) кладбищамъ (мазаргъ),

5) домамъ для совершенія омовеній (магаратъ-хана) и дру-
гимъ учрежденіямъ.

Ко второй категоріі принадлежать вакуфы:

— 343 —

1) ауладъ („наслѣдники“, семейный вакуфъ).

2) дахъянъ (десятина) — разсмотрѣнный нами въ числѣ миль-ковыхъ земель—если только онъ на вѣчныя времена пожертвованъ въ пользованіе ученыхъ лицъ, ходжей (потомковъ первыхъ халифовъ) или потомковъ какихъ-либо святыхъ, хотя-бы послѣдніе и не были изъ числа потомковъ пророка или его халифовъ.

Завѣщатель, кто-бы онъ ни былъ, получивъ, какъ сказано выше, необходимое разрѣшеніе на распоряженіе своею собственностью, писалъ обыкновенно грамоту (вакфъ-намэ, хатти-вакфіэ), подлинность которой свидѣтельствовалась затѣмъ приложеніемъ печати эмира. Послѣ такого, такъ сказать, освященія, жертвователь, будь онъ хоть самъ эмиръ, передавалъ грамоту казіямъ также для приложенія печатей, такъ что послѣднимъ, такимъ образомъ, съ перваго же шага, принадлежало фактическое вѣдѣніе вакуфовъ и извѣстная доля участія въ нихъ. Такое условіе свидѣтельствованія вакуфнаго документа казіями весьма важно для объясненія того могущественнаго вліянія, какимъ пользовались и продолжаютъ пользоваться (только уже не въ нашихъ владѣніяхъ) казіи. Документы эти, для сохраненія за ними надлежащей силы и полной законности, свидѣтельствовались каждый разъ при вступеніи новаго эмира на престолъ приложеніемъ его печати, такъ что намъ удавалось видѣть документы съ печатями многихъ въ послѣдовательномъ рядѣ царствовавшихъ эмировъ.

Всѣ эти положенія о порядке жертвованія весьма ясно и пондробно изложены въ духовно-юридическихъ сочиненіяхъ мусульманскихъ законовѣдовъ, и мы не можемъ не привести здѣсь выписокъ изъ нѣкоторыхъ таковыхъ, дабы яснѣе показать все значеніе и важность какими пользуются вакуфныя учрежденія и имущество въ глазахъ мусульманъ, и тѣ условія какими обставленъ самый актъ пожертвованія послѣдняго.

1) „Лица, пожертвовавшія свою собственность въ вакуфы, должны вмѣстѣ съ тѣмъ заявить о томъ казію, для составленія акта о томъ, на какихъ именно условіяхъ пожертвована эта собственность. Условія-же жертвователей вакуфа при этомъ стодь же влажны какъ слова Пророка и Бога, т. е. никто не вправъ ихъ нарушить. Потому должно дѣйствовать согласно условіямъ жертвователей вакуфовъ“ (Шарх-уль-Фераидъ).

2) „Лица, пожертвовавшія часть своей собственности въ пользову какого-либо заведенія (въ вакуфъ), если условія этого будутъ утверждены постановленіями казія, не импютъ права тавковос разъ пожертвованное имущество возратить обратно въ свою

— 344 —

собственность, потому что условія эти вошли уже въ законную
сцілу" (тамъ же).

3) „Вакуфное владѣніе ни чьей частной собственности ни
какимъ образомъ составлять не можетъ“ (тамъ же).

4) „Вакуфы послѣдователей Пророка считаются действи-
тельными, если они (вакуфы) переданы въ руки мутевалліевъ и
если эти вакуфы не принадлежать народу“ (тамъ же).

5) „Если кто-либо при жизни своей заявить желаніе пожер-
твовать часть собственности въ пользу какого либо заведенія (въ
вакуфъ), хотя бы и не официально, то таковой вакуфъ счит-
ается законнымъ“ (тамъ же).

6) „Вакуфы, утвержденные казіями, никто не имѣть права
отчуждать или продавать другому; но если они (вакуфы) не ут-
верждены законнымъ порядкомъ казіями, то владѣльцы ихъ имѣютъ
право отчуждать“ (Фусуль - уль - Имади). Здѣсь очевидное про-
тиворѣчіе: „вакуфъ можетъ быть отчуждаемъ, если не утверж-
денъ законнымъ порядкомъ“; но онъ только послѣ такого утверж-
денія и становится вакуфомъ, слѣдовательно до этого онъ состав-
ляетъ собственность владѣльца. Также и дальше:

7) „Если кто-либо сдѣлавшій пожертвованіе съ вакуфъ
послѣ этого впадеть въ бѣдность, такъ что будетъ действительно
нуждаться въ пожертвованномъ имуществѣ, то казій, снисходя
къ его бѣдности, можетъ возвратить оное, но въ такомъ только
случаѣ, если вакуфъ не былъ сще утвержденъ законнымъ порядкомъ
казіями; въ противномъ-же случаъ вакуфъ ни подъ какимъ предло-
гомъ не можетъ превратиться снова въ собственность прежняю
владѣльца“ (тамъ же).

8) „Прежній владѣлецъ вакуфнаго имущества не имѣетъ
права продавать его вмѣстѣ съ своей свободной собственностью;
онъ можетъ отчуждать только послѣднюю, какъ ему принадлежа-
щую, и не вакуфное имущество, на которое онъ не имѣетъ права“
(Ашбаг-ун - Незаиръ ⁶).

1ъ этихъ же сочиненіяхъ есть положенія относительно вы-
морочнаго имущества, какъ частнаго (аскона), такъ и вакуфнаго.

9) „Если кто-либо умрѣть, не оставивъ послѣ себя наслѣд-
никовъ, на- примѣръ во время странствованія, то все имущество его,
какъ движимое, такъ и недвижимое, мъстный кази долженъ при-
нять къ сѣбѣ на собреженіе. Если со временемъ явятся наслѣдники

⁶) Оъ этомъ сочиненіи сл. Catalogue des manuscrits orientaux de la
Bibl. Imp. publique de St. Petersbourg, p. 42 - 43: Китабъ - уль - Ашбаг - уан-
Назаиръ.

— 345 —

къ этому имуществу, то послѣднее передается въ ихъ руки, но если наследники не являются, то все имущества послѣ умершаго поступаетъ въ казну“ (Хиласет-ус-Сади ⁷).

10) „Если медресе (школы) имъюющія вакуфныя имущества, по какимъ-либо причинамъ уничтожатся, такъ что некому будетъ пользоваться законно доходами съ этихъ имуществъ, то послѣдня, смотря по завѣшанію жертвователя, обращаются или въ пользу казны, или въ пользу народа“ (Шарх-уль-Ферайдъ).

11) „Если по какимъ-либо причинамъ не будетъ лицъ, которые должны бы пользоваться доходами съ какого-либо вакуфнаго имущества, то послѣдніе поступаютъ въ казну для раздачи бьднымъ“ (Бахр-ур-Раикъ).

Впрочемъ, относительно выморочныхъ или, лучше сказать, упраздненныхъ вакуфовъ существуютъ другія положенія, которые будутъ разсмотрѣны когда пойдетъ рѣчъ о вакуфѣ мустадракъ.

Какъ вообще строго охраняются вакуфныя имущества отъ чьихъ-либо притязаній на нихъ,⁸ это видно изъ слѣдующихъ узаконеній:

12) Вакуфъ, послѣ освященія своего, не можетъ быть милѣкомъ, точно такъ какъ свободный человекъ не можетъ быть рабомъ“ (Шарх-уль-Викаръ ⁸). Затѣмъ въ другомъ подобномъ же сочиненіи мысль эта развивается такимъ образомъ:

13) „Вакуфная земля ни въ какомъ случае не можетъ быть милѣкомъ, такъ какъ владѣтель ея одинъ Богъ, а не созданный имъ человекъ“ (Джами-ур-Румузъ). Или еще:

„Земля, посвященная (утвержденная) въ вакуфъ судью (кази), дѣлается подобного мечети и принадлежить исключительно Богу“.

Затѣмъ, въ дополненіе положеній о неотчуждаемости вакуфныхъ имуществъ можно привести еще слѣдующія мѣста изъ двухъ пользующихся въ Средней Азіи извѣстностію книгъ:

„Вакуфная земля не можетъ быть ни продана, ни наследована (Гедаѣ, гл. о вакуфахъ), ни подарена“ (Джами-ур-Румузъ).

Въ упомянутыхъ выше вакуфныхъ документахъ обыкновенно показываются какъ самый родъ жертвуетемаго имущества, такъ количество и качество его, а если въ вакуфъ жертвуется земля, то границы ея и количество въ танапахъ, при чемъ перечисляется все,

⁷) Это — или Хиласетъ филъ-Фуру Асада Димешки, или — Хиласетъ филъ-Ферайдъ Ахмеда Азди. См. Хаджи-Хальфу, въ изданіи Флюгеля, III, 168. *Прим. ред.*

⁸) О которомъ изъ многочисленныхъ комментаріев на Виқан идетъ тутъ рѣчъ... осгается неизвѣстнымъ. *Прим. ред.*

— 346 —

что на ней находится, и определяется сколько долженъ получать на свою долю каждый изъ участниковъ по документу въ дѣлежѣ доходовъ съ вакуфа (сахиб-уль-вакфи — „владѣтель вакфа“) и даже кавкую часть изъ своихъ доходовъ вакуфъ долженъ удѣлять ежегодно казнь — если такое условіе значится въ документѣ. Послѣднее, впрочемъ, зависитъ еще и отъ того, каковы лица распоряжающіяся доходами съ вакфа.

Само учрежденіе, въ пользу котораго сдѣлано пожертвованіе, никогда не бываетъ хозяиномъ, а отдаетъ вакуфное имущество въ аренду, или за извѣстную опредѣленную заранѣе плату, или изъ части. Послѣдній видъ аренды въ Средней Азіи вообще употребительнѣе, какъ въ данномъ случаѣ, такъ и нѣ отношеніяхъ между частными лицами, на-примѣръ при отдачѣ въ аренду мильковыхъ земель.

Обязанность найти арендатора (мустэджирь) лежитъ на экономѣ учрежденія (мутевалли), завѣдующемъ обыкновенно всюю хозяйственною частію его, равно и дѣлежомъ доходовъ между лицами участвующими въ немъ. Кстати скажемъ теперь о нихъ нѣ- сколько словъ; при этомъ необходимо сдѣлать оговорку, что не всегда всѣ исчисленныя вдѣсь лица пользуются доходами съ вакфа, а только тѣ, которыхъ жертвователю угодно было перечислить въ документѣ. Лица эти слѣдующія:

1. Мутевалли — экономъ, управляющій, завѣдывающій вакуфомъ и вообще хозяйственною частію учрежденія, и распредѣляющій доходы между подлежащими лицами. Изъ такого перечисленія его обязанностей ясно видно, что должность мутеваллія довольно важная и очень выгодная. Ниже будетъ еще рѣчь о ней.

2) Мудеррисъ — профессоръ, учитель. Надо различать между учителями этими: а) мудерритовъ, занимающихся преподаваніемъ въ высшихъ школахъ (медресе), и помѣщающихся при большихъ метчетяхъ, и б) иростыхъ муллъ-учителей въ низшихъ, такъ сказать приготовительныхъ, училищахъ, мактабъ-ханэ. Послѣдніе сами составляютъ классъ учениковъ въ медресѣ и также участвуютъ въ дѣлежѣ доходовъ вакфа.

3) Муллы — ученики при медресѣ.

4) Имамъ — читающій въ мечети ежедневно пятикратную молитву.

5) Муэззинь или азанчи, провозглашающій время молитвы выкрикиваніемъ звонкимъ голосомъ словъ: Аллаху экберъ — „Богъ великъ“ Онъ же и суфи.

6) Хатибъ — читающій молитвы по пятницамъ (отсюда хутбэ—„эктинія“).

— 247 —

7) Махсураханъ — чтецъ Корана; онъ называется также кари —
„чтецъ“ (по-арабски).

8) Сертерашъ — цирульникъ, обязанность котораго брить го-
ловы, подстригать усы и бороды, и мять кости правовѣрныхъ (до
чего послѣдніе страстные охотники).

9) Феррашъ — сторожъ и вмѣстѣ прислужникъ при мечети
или медресѣ.

При мечетяхъ же въ большинствѣ случаевъ находятся и та-
гаратъ-ханъ — комната, домъ для совершенія омовеній.

Всѣ эти лица, въ бѣльшей или мѣнѣшей степени, пользуются
доходами съ вакфа, и, понятно, что при этомъ злоупотребленіямъ
всякаго рода нѣтъ конца. Такъ муллы-ученики посѣщаютъ мед-
ресѣ и живутъ въ нихъ только тогда, когда чувствуютъ прибли-
женіе времени дѣлежа доходовъ, свои - же худжра (комната) или
части ихъ обыкновенно перепродаютъ другимъ ⁹). Это - послѣднее
обстоятельство, между прочимъ, вызвало распоряженіе нашей ад-
министраціи, что на извѣстную часть изъ доходовъ вакфа имѣютъ
право только тѣ изъ муллѣ-учениковъ, которые пробыли при ме-
чети не менѣе года ¹⁰).

Хотя нѣсколько неясно и неполно изложенныхъ, но въ упо-
мянутыхъ нами выше юридическихъ сочиненіяхъ есть положенія и
о лицахъ имѣющихъ право на пользованіе извѣстной частію дохо-
довъ съ вакфа. Въ этихъ положеніяхъ перечислены только нѣ-
которые изъ такихъ лицъ именно: мудеррисы и муллы-ученики.

⁹) При мечетахъ обыкновенно бываетъ нѣсколько свободныхъ помѣщеній
или коматъ (худжра), изъ которыхъ каждая отдается отному или нѣсколь-
кимъ мулламъ-ученикамъ. Число таковыхъ помѣщеній весьма различно и мѣ-
нается смотря по обширности пространства занимаемаго мечетью, а глав-
ное — по доходамъ, какими располагаетъ она. При нѣкоторыхъ изъ мечетей
число муллѣ-учениковъ доходить до ста человѣкъ, помѣщающихся или въ
отдѣльныхъ или въ общихъ для 2—3 человѣкъ худжрахъ.

¹⁰) Считаемъ необходимымъ оговориться здѣсь, что въ большинствѣ слу-
чаевъ мы разумѣемъ администрацію Зерафшанскаго Округа, какъ мѣстности
гдѣ преимущественно удалось намъ дѣлать свои наблюдения по настоящему
вопросу и гдѣ количество вакуовъ наибольшее. Послѣднее явленіе объяс-
нить не трудно. Зерафшанскій Округъ, или прежній Міянкаль — долина р.
Зерафшана — имѣющий своимъ главнымъ городомъ Самаркандъ, и находящійся
вблизи отъ Бухары, представляетъ собою центръ муульманской жизни Сред-
ней Азіи, которая нашла здѣсь среди мѣстнаго населенія свое настоящее
выраженіе и въ-теченіе многихъ вѣковъ успѣла развиться полно и всесто-
ронне. Слѣдовательно и изученіе поземельнаа вопроса, одинаковаго на всемъ
пространствѣ мусульманской части Средней Азіи, возможнѣе здѣсь, чѣмъ гдѣ-
либо въ другомъ мѣстѣ.

- 348 -

Если преподаватель (мудеррись) какого-либо заведенія отлу-
чится внѣ каникулярнаго времени въ другія владѣнія на разстоя-
ніи шести - дневной верховой тѣзды, и при этомъ проживетъ тамъ
15 дней, то чрезъ это онъ лишается слѣдующаго ему содержанія.
Но если тотъ же мудеррись отлучится во время каникулярнаго
времени хотя бы и на три мѣсяца, но по уважительнымъ причи-
намъ — для полученія наслѣдства, по тяжкой болѣзни родителей —
то содержанія своего онъ не лишается; если - же время его отсут-
ствія продолжится болѣе трехъ мѣсяцевъ ¹¹), то содержаніе его
уже удерживается, а слѣдующія въ счетъ его деньги или хлѣбъ
отдаются нереписчику божесвѣсныхъ книгъ при медресе (Бахр-
ур - Раикъ).

„Въ случаѣ смерти или удаленія мудерриса, содержаніе ему
разсчитывается по день смерти или удаленія“ (Ашбаг-ун - Незауръ).

„Если мудеррисъ или другое лицо, имѣющее право на часть
доходовъ съ вакфа, заболѣть, но при этомъ все - таки будетъ
сколько - нибудь исполнять свои обязанности, то онъ не лишается
своего содержанія“ (Нафъ - уль - Васаиль ¹²).

„Если лицъ, пользовавшихся доходами съ вакфа, почему - либо не будетъ, то доходы эти поступаютъ въ казну для раздачи бѣднымъ“ (Бахр-ур-Раикъ).

Впрочемъ, какъ мало значенія имѣютъ всѣ эти законоположенія и какъ легко обходятся онѣ въ дѣйствительности, доказывается весьма наглядно слѣдующимъ фактомъ. Какъ значеніе, такъ и обязанности упомянутыхъ выше мутевалліевъ опредѣлены въ законоположеніяхъ весьма точно, такъ что, казалось - бы, вакуфныя учрежденія, благодаря этимъ положеніямъ, должны быть совершенно гарантированы отъ злоупотребленій сихъ важныхъ лицъ; но въ дѣйствительности оказывается, что нѣтъ болѣе плутоватыхъ и корыстныхъ людей, какъ эти самые мутевалліи. Правда, бываютъ и исключенія; нѣкоторые изъ нихъ, ведущіе аскетическую жизнь и благо въ будущемъ ставящіе выше всего, видящіе въ точномъ и честномъ исполненіи обязанностей своей должности какъ - бы свое признаніе, тѣ, конечно, не прельстятся лишнимъ коканомъ и добольствуются самымъ немногимъ... Но такія исключенія весьма рѣдки.

¹¹) Ученики всѣхъ учсѣбныхъ заведеній ежеслѣдно, по приказанію высшихъ
властей, увольняются въ отпускъ тотчасъ послѣ новаго года, т. е. съ 1 мар-
та по 1 іюня, иногда и долѣе.

¹²) Чей это комментарій и на который изъ многихъ Васаил'ей — отвѣта
у Хаджи-Хальфы не находимъ. Прим. гед.

— 349 —

Условія, на которых дѣлаются пожертвованія, бываютъ
иногда такъ замысловаты и запутаны, что вычисленія различ-
ныхъ 1/40 да 1/50 остатка да 1/30 слѣдующаго остатка потребовали-
бы отъ мутевалліевъ значительныхъ математическихъ способностей,
еслибы они не обладали, къ счастію, другими, не менѣе важными
и во всякомъ случаѣ болѣ пригодными для нихъ качествами:
истинно-азіатской беззастѣнчивостію и такимъ же безкорыстіемъ,
позволяющими имъ выпутываться изъ такого затруднительнаго по-
ложенія весьма легко, а именно — не давая никому отчета, класть
почти всѣ доходы съ вакфа въ свой карманъ. Да и какое имъ
дѣло, что храмы Божіи остаются безъ ремонта, стѣны рушатся,
муллы и призрѣваемые при мечетахъ остаются по мѣсяцамъ не
бритыми и головы ихъ поростаютъ волосами! И въ самомъ дѣлѣ,
имъ-ли, этимъ обиженнымъ природою и отверженнымъ людьми
существамъ (калѣкамъ), волей-неволей посвятившимъ свою жизнь
на служеніе Богу, заботиться о своей внѣшности?...

Теперь скажемъ нѣсколько словъ и о тѣхъ законоположеніяхъ
которыя существуютъ относительно этихъ должностныхъ лицъ,
мутевалліевъ, объясняютъ ихъ права и обязанности, и опредѣляютъ
отвѣтственность за злоупотребленія по должности.

Законоположенія эти таковы.

Относительно самого опредѣленія на должность мутеваллія въ
Шарх-уль-Фераидъ говорится, что

„Кази безъ уполномочія государя или посланнаго отъ него лица
не импьють права назначать кого-либо на должность мутеваллія“.
Но право назначенія мутеваллія принадлежить не только казію
или, вѣрнѣ говоря, государю, а также и самому жертвователю,
въ силу того, приведенного уже выше, положенія Шаріата, что
„условія жертвователей вакуфа такъ же важны, какъ слова Бога и
Его пророковъ, и никто не вправь нарушить ихъ; потому должно
действовать согласно условіямъ жертвователей вакуфовъ.“ Особенно
сильны эти права, предоставляемыя жертвователямъ, въ одномъ и,
какъ увидимъ ниже, самомъ неправильномъ видѣ вакуфовъ, такъ-
называемомъ авладъ (семейномъ). Тѣмъ не менѣе

„Казіямъ предоставляется право смѣнять поставленныхъ жерт-
вователями мутевалліевъ, если они, казіи, замѣтять (причиняемый
ими) ущербъ вакуфамъ“ (по муджтегиду Рашид - уд - Дину) или вообще
„если обнаружатся со стороны мутеваллія какія - либо злоупо-
требленія“ (шейх - уль - исламъ Низам - уд - динъ ¹³). И только въ

¹³) Авторъ книги подъ заглавіемъ Феzaидз. Си. Хаджи - Хальоу, въ изда-
ніи Флюгели, IV, 474, № 9269.

— 350 —

одномъ случаѣ, упомянутомъ выше, казіямъ не предоставлено такого права, а именно:

„если кто-либо, пожертвовавъ въ вакфъ свою собственность, завѣщалъ вмѣстъ съ тѣмъ должность мутеваллія своимъ потомкамъ (т. е. сдѣлалъ ее наслѣдственною въ своемъ только родѣ, чтò и бываетъ при вакуфѣ авладъ), то кази не вправѣ въ подобныхъ случаяхъ смѣнить мутевалліевъ; смѣна ихъ допускается только тогда, когда злоупотребленія ихъ будутъ положительно доказаны къ имъ - либо изъ постороннихъ лицъ“ (Фусуль - уль - Имади). Затѣмъ въ другихъ сочиненіяхъ говорится, что

„смѣна мутеваллія и назначеніе на его мѣсто другаго производится тогда только, когда злоупотребленія его будутъ замѣчены нѣ сколько разъ“; а это послѣднее достигается такимъ образомъ:

„основываясь на заявленіяхъ или жалобахъ постороннихъ лицъ на злоупотребленія мутеваллія, казію не сплѣдуетъ смѣнять его тотчасъ же; а допускается (рекомендуется) на первый разъ къ такому мутеваллію назначить одного амина (наблюдателя) (Бахр-ур - Раиқъ); или даже.

„кази дѣлаетъ это самъ, когда только сочтенъ необходимымъ; но аминомъ назначается человѣкъ завѣдомо самый вѣрный и честный, при наблюденіи котором мутевалли не могутъ-бы утаивать вакуфныхъ доходовъ. Разъ смѣненного мутеваллія казій не можетъ скова назначить на ту же должность“ (Шарх - уль - Мухитъ ¹⁴). Въ послѣднемъ же сочиненіи право смѣны мутеваллія расширяется такимъ образомъ, что

„въ случаѣ если злоупотребленія мутеваллія по разслѣдованіи окажутся дпйствительными, то начальство можетъ отрѣшить его отъ должности“ . — Какъ только сдѣлается извѣстнымъ, что вслѣдстіе злоупотребленій,

„мутевалан долженъ оставить свою должность, тогда воспрещается выдача слѣдующей ему части (хлѣба), получаемой имъ за труды. Начальство можетъ разрѣшить эту выдачу, но не полностью, а только часть содержанія; остальная-же половина отдается тому лицу которое вновь назначено на должность“ (Фусуль - уль - Имади). Въ томъ же сочиненіи прибавляется, что

„если вознагражденіе, получавшееся прежнимъ мутевалліемъ, очень ограниченно, то вновь назначенному выдается часть изъ остатковъ отъ вакуфныхъ доходовъ“. Послѣдняя оговорка, впрочемъ, почти лишняя, такъ какъ подобные остатки едва - ли когда-

¹⁴) Чей вто комментарій и на который изъ Мухит'овъ, Бурганъ - эд. Диловъ или какой-другой, остается неизвѣстнымъ. Прим. ред.

- 351 -

нибудь могутъ быть, особенно - же при завѣдываніи доходами такимъ мутевалліемъ, который за злоупотребленіе ими смѣняется съ должности.

Мы уже видѣли различіе вакуфовъ по учрежденіямъ; теперь разсмотримъ различные виды ихъ, отличающіеся другъ отъ друга размѣромъ и порядкомъ взиманія податей. Въ этомъ отношеніи между ними, также какъ и между мильками, надо отличать главнымъ образомъ два вида земель: подлежащія сбору податей, и свободныя отъ нихъ, такъ сказать хурри-халис'ныя; но между ними есть еще третій видъ земель, вақфъ мустадракъ, значеніе и сущность котораго будутъ объяснены ниже.

Прежде всего изъ, этихъ различныхъ видовъ вакуфовъ разсмотримъ вакуфъ авладъ, причисляемый нѣкоторыми къ милькамъ и потому, по ихъ мнѣнію, подлежащій общему порядку сбора податей, хотя такое толкованіе невѣрно уже потому, что какъ только съ мильковой землей дѣлается какая-нибудь операція, превращеніе, то она вмѣстѣ съ тѣмъ перестаетъ быть мильковой.

Раньше мы имѣли случай сказать нѣсколько словъ о земляхъ - авладъ и видѣли, что это вакуфъ, такъ сказать, семейный, наследственный въ извѣстномъ родѣ. Происхожденіе его объясняется различно; одни относятъ его къ недавнему времени, другіе — за нѣсколько сотъ лѣтъ назадъ. Во всякомъ случае вотъ мнѣніл о происхожденіи его.

Земли авладъ образовались отъ завѣщаній частными лицами земель и разнаго имущества своему потомству, на непремѣнномъ условіи чтобы завѣщанное имѣніе никогда и ни подъ какимъ предлогомъ не раздроблялось и не продавалось, а всегда переходило-бы въ цѣлости потомственно одному въ родѣ. Завѣщанія такого рода могли дѣлать только лица происходящія изъ рода ходжей и сеидовъ. Всѣ такимъ образомъ завѣщанныя имѣнія получаютъ названіе авладъ. Владѣльцы вакуфа - авладъ иногда обязываются завѣщаніемъ платить какую-нибудь часть своего дохода въ пользу мечетей или медресё, но послѣднее рѣдко бываетъ. Такъ какъ имущество лицъ, передающихъ свои имѣнія на вышеизложенныхъ основаніяхъ, было и прежде освобождено отъ податей (какъ милькъ), то владѣльцы имѣній-авладъ также освобождались отъ всякихъ повинностей.

Но вѣрнѣ сказать, что вакуфъ авладъ составляютъ не самыя земли, а сборы перешедшіе въ наслѣдіе отъ святыхъ, ходжей и сеидовъ ихъ потомкамъ, по завѣщаніямъ первыхъ владѣителей — на-примѣръ вакуфный документъ извѣстнаго въ Средней Азіи Ходжи Ахрара, который у туземцевъ считается святымъ и память кото-

— 352 —

раго пользуется большимъ уваженіемъ. По доходамъ это одинъ изъ самыхъ значительныхъ вакуфовъ: болѣе 500 человѣкъ дѣлять доходы его въ 16 тысячъ слишкомъ рублей или 80 тысячъ кока-новъ. Всѣ эти лица считаютъ себя по нисходящему колѣну потом-ками Ходжи Ахрара, и получаютъ съ купленныхъ послѣднимъ земель сборы, на основаніи его завѣщанія, въ которомъ сказано, что „всѣ тѣ доходы, которыми пользовался онъ самъ при жизни, съ купленныхъ земель, онъ предоставляетъ по смерти своей полу-чать своимъ родственникамъ, происходящимъ отъ него только по мужской линіи“. Такъ какъ онъ назывался и считался туземцами святымъ, то и потомки его называются авлад’ами (потомками свя-таго?); отсюда и самый вакуфъ получилъ свое названіе, то есть „принадлежащій потомкамъ святаго“. Про Ходжу Ахрара разсказы-ваютъ, что онъ имѣлъ громадное состояніе, и покупалъ земли всюду гдѣ представлялась къ тому возможность, покупалъ амляки у эмировъ, и мильковыя земли у частныхъ лицъ; говорятъ, что всѣ окрестности Самарканда принадлежали ему, но, будто - бы, впо-слѣдствіи добровольно были уступлены имъ въ казну. Впрочемъ, письменныхъ документовъ, которые доказывали - бы послѣднее, нѣтъ, такъ что можно полагать и то, что эти земли были просто отобраны какимъ - нибудь болѣе другихъ либеральнымъ эмиромъ, находившимъ, вѣроятно, и весьма, основательно, что не прихо-дится святому слишкомъ много заботиться о благахъ міра сего. Ходжа Ахраръ былъ однимъ изъ великихъ ишановъ ¹⁵), а потому не только народъ, но и эмиры уважали его, а онъ, пользуясь этимъ, и имѣя къ тому же громадное состояніе, старался покупать какъ можно больше земель и превращая ихъ въ собственныя, по-лучалъ затѣмъ съ нихъ очень значительные доходы. Говорятъ даже такъ, что, бывая въ другихъ городахъ, онъ покупалъ земли на томъ основаніи, что въ его высокомъ духовномъ званіи ему не по-добаетъ жить на чужой землѣ, а необходимо имѣть собственную. Впослѣдствіи онъ превратилъ всѣ эти земли въ вакуфъ, получившій и носящій съ тѣхъ норъ названіе Авладъ.

Вакуфъ этотъ совершенно одинаковъ съ прочими этого же рода, завѣщанными частными лицами и пріобрѣтенными вна-чалѣ также изъ земель казенныхъ, съ тою лишь разніцето, что Ходжѣ Ахрару земли достались гораздо легче — посредствомъ ловко придуманной уловки, будто ишанъ не можетъ жить на чужой землѣ. Но ишаны есть у туземцевъ и теперь, однако ни одинъ изъ

¹⁵) Титулъ означающий извѣстную духовную степень, сынъ.

— 353 —

нихъ не дѣлаетъ подобныхъ заявленій; прежде - же сдѣлать это было легко при томъ благоволеніи къ подобнымъ ханкамъ какое оказывали сами эмиры. Разсмотрѣніе и разслѣдованіе всѣхъ этихъ вакуфовъ - авладъ необходимо, потому что едва - ли ошибочно, что туземцы придаютъ это названіе вакуфу болѣе для того, чтобы выставить его, какъ происходящій отъ святаго, неприкосновеннымъ тѣмъ болѣе, что и въ самомъ документѣ на каждый изъ этихъ вакуфовъ говорится съ угрозою, что „ссли кто коснется этого вакуфа, тотъ будетъ наказанъ Богомъ“. Подобное ослѣпленіе, понятно, не сообразно съ здравымъ смысломъ и можетъ пугать однихъ лишь туземцевъ, да и то весьма немногихъ. — Правà всѣхъ наслѣдниковъ святого одинаковы, но съ тою лишь разницей, что лица мужскаго пола получаютъ полный пай, женщины - же на половину меньше ихъ.

Такое объясненіе происхожденія этого вакуфа слишкомъ односторонне и невѣрно. Названіе вакуфа авладъ на самомъ дѣлѣ присваивается и землямъ отказаннымъ обыкновенными смертными по завѣщанію, въ наслѣдіе изъ рода въ родъ, но въ томъ только служаѣ когда право наслѣдниковъ ограничивается единственно правомъ пользованія доходами съ имѣній. Слѣдовательно земли этого вида вакуфа напоминаютъ отчасти маіораты, такъ какъ наслѣдникамъ отнюдь не принадлежить право отчужденія унаслѣдованныхъ земель, а только право пользованія доходами съ нихъ.

Земли вакуфа авладъ освобождены отъ всякихъ сборовъ, если только въ самомъ завѣщаніи не выговорена извѣстная часть доходовъ въ казну. Иногда дѣлаются изъ нихъ пожертвованія въ пользу какого - либо учрежденія, но большею частію самый незначительный процентъ и притомъ съ условіемъ назначенія муТЕВАЛЛІЯ изъ рода самого жертвователя.

Какъ видно отсюда, вакуфы авладъ представляютъ собою видъ самой удачной спекуляціи съ казной, потому что владѣлецъ жертвувемыхъ такимъ выгоднымъ образомъ земель, а равно и его наслѣдники, ничего не теряютъ, даже если часть доходовъ будетъ итти въ пользу какого - либо учрежденія. Въ самомъ дѣлѣ, предположимъ, что жертвуемая доля составляетъ 1/40 часть всѣхъ доходовъ съ извѣстнаго имущества; если въ казну, при опредѣленномъ размѣрѣ податей, поступала - бы съ того же имущества 1/10 часть доходовъ, то ясно что владѣльцу остаются чистаго барыша 3/40; кромѣ того, если принять во вниманіе, что и должность мутеваллія занимается самими владѣльцами вакуфа или лицами изъ ихъ рода, то, понятно, процентъ этого барыша будетъ еще больше.

Итакъ, по существующимъ мнѣніямъ можно принять, что

23

— 354 —

есть два вида вакуфа авладъ: одинъ, когда имъ пользуются потомки святыхъ (хотя мы не раздѣляемъ убѣжденія относительно полученія имъ отсюда и своего названія, происхожденіе котораго совершенно иное); другой — семейный, наслѣдственный, какъ и нервый, но отличный отъ него тѣмъ, что составляетъ собственность простыхъ смертныхъ, далеко не святыхъ; какъ тотъ, такъ и другой, по основному характсру своему, образуютъ, такъ сказать, милькъ — маюратъ.

Изъ существующихъ относительно его законоположеній, намъ извѣстно одно мѣсто изъ книги Ибрагимъ - шани ¹⁶), 1 дѣзначится:

„Если скажетъ (подразумѣвается — владѣтель земли) что эта земля сдѣлается вакуфомъ для моихъ дѣтей и внуковъ, то она остается вакуфомъ уже на вѣчныя времена“.

Въ практикѣ нашей администраціі случалось уже не разъ рѣшать возникавшіе споры и кляузы по поводу нѣкоторыхъ вакуфовъ авладчѣ (которыхъ въ Зарафшанскомъ округѣ, между прочимъ, больше чѣмъ въ другихъ мѣстахъ). Возбуждались даже такие вопросы, какъ на-примѣръ, притязаніе на обращеніе вакуфнаго имущества этого вида снова въ милькъ, при чемъ почти постоянно оказывалось еще, что число танаповъ на самомъ дѣлѣ было гораздо значительнѣе чѣмъ значилось по документамъ. Ниже мы будемъ имѣть случай разобратъ значеніе этого факта; теперь-же скажемъ только, что отдѣльный вопросъ о вакуфѣ авладъ въ вакуфномъ вопросѣ вообще занимаетъ главное мѣсто, и рѣшеніе его можетъ возбудить много недоразумѣній и непріятностей.

Кромѣ этого вида вакуфовъ есть еще два: мустадракъ и ушри.

Вакуфъ - ушри отличается отъ такого же вида земель мильковыхъ, во 1 - хъ, тѣмъ, что доходъ съ послѣднихъ, за исключеніемъ извѣстной части, даримой какимъ - либо лицамъ, принадлежитъ государству, какъ и самыя земли, а первыя составляютъ собственность какихъ - либо учрежденій, какъ пожертвованныя; и, во 2 - хъ, въ казну съ нихъ взималась извѣстная часть не со всего дохода, а только съ 1/3 или 2/3 его, чтò имѣть мѣсто и теперь.

О вакуфѣ мустадракъ мы упоминали выше, когда шла рѣчь о выморочныхъ имуществахъ и о вакуфахъ упраздненныхъ. Но, собственно говоря, о значеніи его нѣтъ одного твердо установившагося мнѣнія. Мы приведемъ здѣсь два мнѣнія наиболее распространенные. По одну изъ нихъ.

¹⁶) Это, по - видимому, имя и прозвище какого-то законовѣда; но съ прозвищемъ Шани никакого законовѣда Ибрагима неизвѣстно: тутъ опять что-то нелавно. Прим. ред.

— 355 —

Мустадракомъ въ вакуфахъ назывались слѣдующія деньги: за-
вѣрцатель въ вакуфномъ документѣ назначалъ, кромѣ слѣдовавшей
части въ пользу муллъ и мудеррисовъ какой-либо мечети или дру-
гаго учрежденія, извѣстный процентъ для приготовленія въ нѣко-
торые большіе праздники, во время намазовъ, пищи для бѣдныхъ
людей (бичара, пѣтимча, байгуиъ) и странниковъ. Обязанность уст-
ройства этого лежала также на мутевалліяхъ, но такъ какъ по-
слѣдніе, въ большинствѣ случаевъ, не исполняли воли завѣщателей.
а слѣдовавшія на это деньги расхищали, то и послѣдовало отъ
одного изъ эмировъ распоряженіе, чтобы послѣднія собирались осо-
бымъ сборщикомъ въ казну, а затѣмъ уже раздавались по его, эмира,
усмотрѣнію. Оттого-то эта часть доходовъ, какъ непринадлежащая
какому-либо опредѣленному учрежденію, какимъ-либо извѣстнымъ
лицамъ, и названа была, и называется теперь — мустадракомъ,
„выемкой“.

Другое мнѣніе, на сторону котораго склоняемся и мы, называемъ мустадракомъ всякій упраздненный почему-либо вакуфъ,— чтò, конечно, можетъ случиться или за уничтоженіемъ какого-либо учрежденія, или за отсутствіемъ муллъ и мудеррисовъ въ мечетяхъ и медресё, когда, за неимѣніемъ личнаго состава, деньги слѣдовавшія въ пользу его по завѣщанію, остаются свободными. Съ такихъ вакуфныхъ земель или другихъ имуществъ подати собирались (и теперь собираются) полностью и поступаютъ въ казну.

Есть и еще мнѣніе, раздѣляемое нѣкоторыми, будто муста-
дракомъ назывались деньги собиравшіяся съ вакуфовъ на испол-
неніе различныхъ земскихъ повинностей. Если-бы такое мнѣніе
было вѣрно, то мустадракомъ пришлось-бы назвать такіе же сборы
на земскія повинности и съ мильковыхъ хурри-халисныхъ земель,
такъ какъ, собственно говоря, при деспотизмѣ царствовавшемъ
всегда въ Средней Азіи, ничего нельзя было назвать законнымъ и
поэтому ненарушимымъ, а все зависѣло и зависить отъ произвола
власти того, кто изображаетъ собою „тѣнь Бога на землѣ“..

IV

Вотъ всѣ виды земельной собственности въ Туркестанскомъ
Краѣ. Теперь коснемся слегка современнаго положенія поземель-
наго вопроса.

Семь лѣтъ уже прошло съ тѣхъ поръ, какъ занята Зерафшан-
ская долина съ городами Самаркандомъ и Катта-Кураномъ
(крайнимъ пунктомъ русской осѣдлости въ Средней Азіи со сто-

23*

- 356 -

роны Бухары) и окончилось вмѣстѣ съ этимъ дальнѣйшее наступательное движение русскихъ войскъ. Все, что мы видимъ теперь въ этомъ краѣ, служить мѣриломъ нашей цивилизаторской дѣятельности, для успешнаго хода которой, безъ сомнѣнія, прежде всего необходимо основательное, по - возможности ближайшее знакомство съ нашими новыми подданными, изученіе ихъ нравовъ, обычаявъ, жизни гражданской и политической; а для этого послѣдняго, въ свою очередь, необходимо знать прошлую исторію занятаго нами края и его обитателей. Къ несчастію, этимъ то мы и не можемъ похвастаться, потому что исторія Средней Азіи для большинства нашихъ дѣятелей на благородномъ поприщѣ цивилизованія ея такъ же темна и непонятна какъ тарабарская азбука, и представляетъ столь же много интереса. Понятно, что при такихъ условіяхъ приходится зачастую дѣйствовать наугадъ, ни съ чѣмъ не справляясь, ничѣмъ не руководствуясь, безъ всякаго плана — хотя и не потому чтобы таковой былъ немыслимъ, какъ думаютъ нѣкоторые. Оттого - то такъ часто случаются путаница понятій, недоразумѣнія, бросаніе изъ стороны въ сторону, возвращеніе назадъ, затѣмъ снова стремительная порывистость впередъ... А кто с fifth, долго - ли можетъ длиться толченіе воды въ ступѣ и къ чему оно приведетъ?

Если на первыхъ порахъ послѣ занятія края путаница и недоразумѣнія существовали, то онѣ были совершенно понятны и неизбѣжны; но далеко - ли подвинулось впередъ съ тѣхъ поръ наше знакомство съ краемъ, чтò сдѣлано такого чтò - бы бросалось въ глаза и принесло очевидную пользу? Въ самомъ дѣлѣ, коснемся хогь сбора податей. Не открывались - ли до послѣдняго времени новые виды ихъ? Не сбираются - ли и теперь подати съ такихъ земель которыя должны быть свободны отъ нихъ вслѣдствіе признанія тѣхъ земель объѣленными? Правда, кое - что сдѣлано и въ этомъ отношеніи; такъ мильковыя земли, наравнѣ съ амляковыми, оплачиваются податями; нѣкоторые вакуфы, прежде свободные отъ сборовъ, сравнены въ отношеніи къ нимъ съ прочими землями. А какъ хладнокровно наши новые подданные относятся къ реформамъ, доказательствомъ можетъ служить хоть тотъ же фактъ обложенія податями мильковыхъ земель. Классъ землевладѣльцевъ, какъ мы сказали выше, здѣсь особенно туго поддается всемкимъ нововведеніямъ, а между тѣмъ онъ - то и отнесся съ совершеннымъ равнодушіемъ къ новому и невыгодному для него порядку, хотя, быть можетъ, потому только, что всѣ сборы вообще были уменьшены. Этотъ - фактъ, по нашему мнѣнію, можетъ служить уже достаточной гарантіей за успешъ и другихъ мѣръ, если только

— 357 —

онъ, конечно, будут проводиться разумно и безъ торопливости, сообразно съ обстоятельствами. Про классъ торговцевъ и промышленниковъ и говорить нечего; меркантильный духъ, господствующій въ краѣ, такъ въѣлся въ плоть и кровь туземцевъ, сдѣлалъ ихъ такими предиріимчивыми и настолько болѣе развитыми предъ земледѣльцами, что они съ перваго взгляда отличаютъ все клонящеся къ ихъ пользовѣ и падки на подобныя новинки. Мы не думаемъ высказать этимъ мнѣніе, раздѣляемое, къ несчастію, многими, что всѣ мѣры должны быть, безъ сомнѣнія, удачны, и что потому слѣдуетъ торопиться ими. Новое положеніе о пошлинахъ также начали вводить торопливо — ну, и кончилось тѣмъ, что пришлось образовывать слѣдственные комиссіи да усмирять безпорядки, возникавшіе одинъ за другимъ въ разныхъ мѣстахъ съ рѣдкимъ единодушіемъ.

Поземельный вопросъ — другое дѣло; онъ настолько важенъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ и запутанъ, что рѣшеніе его положительно необходимо. Изо всего сказаннаго нами выше, кажется, совершенно ясно видно, что вопросъ этотъ состоитъ изъ двухъ частей, такъ сказать, внутренней и внешней. Подъ первой мы разумѣемъ самое право землевладѣнія съ его различными видами, о чемъ и было говорено раньше; подъ второй — объектъ права, землю.

Не знаемъ, на сколько удалось намъ намѣреніе показать, въ настоящемъ очеркѣ, всю ту запутанность земельныхъ правоотношенийі которой существуетъ на самомъ дѣлѣ и дѣлаетъ поземельный вопросъ въ Туркестанскомъ Краѣ такимъ важнымъ и трудно-понятнымъ; но мы остаемся при убѣжденіи, что это — нашъ Гордіевъ узелъ, требующій однако другаго рода распутыванія, нежели практикованный въ древности. Укажемъ въ — заключеніе еще на одинъ фактъ, чрезвычайно для насъ важный.

Въ свое время періодическая пресса наша обратила должное вниманіе на одну появившуюся въ иностранныхъ газетахъ телеграмму изъ Константинополя; напечатана она была сначала въ Лондонской газетѣ „Morning Post“, въ редакцію которой доставилъ ее секретарь турецкаго посольства въ Лондонѣ. Приводимъ часть этой телеграммы изъ „Правительственнаго Вѣстника“ на 1874 годъ, № 246.

„Министръ Иностранныхъ Дѣлъ оттоманскому посланнику въ „Лондонѣ:

„Константинополь, 15 октября. Вамъ извѣстны постоянныя „усилія употребляемыя правительствомъ въ настоящее время для „улучшенія финансоваго положенія и увеличенія средствъ страны.

„Въ виду этого, и, главное, въ виду вопроса о вакуфахъ, „Правительство подвергло строгому разсмотрѣнію и добросовѣстному

— 358 —

„изученію рядъ мѣръ имѣющихъ огромную важность. Эти мѣры,
„утвержденныя Его Величествомъ Султаномъ, вскорѣ будутъ при-
„мѣнены цѣликомъ. Поэтому спѣшу сообщить В - му Пр - ву вкратцѣ,
„посредствомъ телеграфа, рѣшенія, принятіе которыхъ дѣлаетъ честь
„нашему государю (султану). Характеръ и важность ихъ будутъ,
„конечно, вполне оцѣнены.

„Церковныя имущества (собственность вакуфовъ), расположен-
ныя въ Константинополѣ, будутъ секуляризованы. Ихъ владѣльцы
„получатъ новые документы, которые будутъ гарантировать ихъ
„права, какъ собственниковъ. На недвижимыя имущества будетъ
„учрежденъ налогъ съ распространеніемъ его и на собственность
„вакуфовъ во всей Имперіі.

„Для приведенія въ исполненіе такой мѣры будутъ назначены
„особыя комиссіи, которые приступятъ къ составленію кадастро-
„вой переписки. Инструкціи этимъ комиссіямъ, а также регистры
„и правила для сбора налога, уже готовы. Вскорѣ будетъ обнаро-
„дованъ султанскій указъ о принятіи и примѣненіи ихъ. Такое пре-
„образованіе собственности вакуфовъ дастъ новыя средства казна-
„чейству и доставить собственникамъ несомнѣнныя преимущества,
„новыя гарантии и большія выгоды...“

Вотъ мѣсто сказанной телеграммы, обратившее на себя наше
вниманіе. Мы не будемъ касаться путаницы понятій заключающихся
въ ней, а укажемъ только на значеніе для насъ факта по поводу
котораго она явилась. Нѣкоторые говорятъ, что рѣшеніе вакуф-
наго вопроса въ нашихъ среднеазіатскихъ владѣніяхъ въ насто-
ящее время будетъ преждевременно, въ виду фанатизма мѣстнаго
населенія. Но намъ кажется, что въ данномъ случаѣ никакихъ не-
пріятностей быть не можетъ и дѣло покончится совершенно мирно;
даже рѣшимость Турціи на эту мѣру можетъ служить однимъ изъ
доказательствъ того, что она не преждевременна и весьма удобна
для исполненія. Могутъ возразить, что одно дѣло — Турція, а дру-
гое — Россія съ ея такъ недавно еще занятыми владѣніями, гнѣз-
домъ мусульманскаго фанатизма, съ необразованными, невѣжествен-
ными, дикими подданными. Но что касается до умственнаго раз-
витія подданныхъ мусульманъ, то трудно рѣшить, кому отдать въ
этомъ пальму первенства; вѣрнѣе, что Россія и Турція находятся
въ этомъ отношеніи совершенно въ одинаковомъ положеніи. Затѣмъ,
реформа, о которой идетъ рѣчь, вовсе не касается народа, а только
одной весьма малой части его, правда, вліятельной и имѣющей
значеніе, не стоящей какъ - то особнякомъ, преслѣдующей только
свои личные интересы и потому корыстной въ высшей степени.

О фанатизмѣ Среднеазіатцевъ такъ много говорили и про-

— 359 —

должаютъ говорить, преимущественно любители всего ужаснаго, за-
жигающаго и волнующаго кровь, что онъ сталъ какимъ- то пуга-
ломъ. На самомъ - же дѣ лѣ — гдѣ этотъ пресловутый фанатизмъ?
Гдѣ его кровавыя проявленія? Не анахронизмъ - ли это, перешед-
шій къ намъ, вмѣ стѣ со многимъ другимъ, изъ временъ уже давно
канувшихъ въ вѣ чность, и не замѣ няетъ - ли его нѣ что другое, бо-
лѣе свойственное народамъ всѣ хъ вѣ роисповѣ даній, вѣ ковъ и всего
земнаго шара? Но, скажутъ намъ, есть несомнѣ нныя доказатель-
ства существованія его въ сосѣ днихъ съ нашими земляхъ, въ Ан-
глійской Индіи, гдѣ онъ - то главнымъ образомъ и составляетъ
причину непрочности господства Англичанъ. Правда - ли это? Не
слишкомъ - ли это простое и одностороннее объясненіе имѣ щагося
предъ нашими глазами явленія? Не доказываютъ - ли Притчардъ
и Дилькъ весьма убѣ дительно, что сами же Англичане — главные
виновники этого, что они своими мѣ рами въ обращеніи съ ту-
земцами, въ управленіи страной, довели дѣ ло до того, что сто-
ять теперь, не сознавая того, на вулканѣ, готовомъ уничтожить
ихъ? Конечно, есть и другія условія, дѣ лающія господство Англи-
чанъ въ Индіи шаткимъ; таково, на - примѣ рѣ, сильное и посто-
янно возрастающее распространеніе секты Вагабитовъ. Но послѣ-
дователи ея далеко не фанатики, и чтобы называть ихъ такъ, надо
или говорить съ чужаго голоса, не зная сущности этого новаго
ученія, или понять и толковать его превратно.

Что - же касается до фанатизма нашихъ новыхъ подданныхъ
въ осѣ длой части Средней Азіи, то, намъ кажется, бояться его
нечего: онъ такъ же дѣ йствителенъ, какъ и успѣ хъ постоянныхъ
усилій, употребляемыхъ турецкимъ правительствомъ для улучшенія
финансового положенія и увеличенія средствъ страны, о которыхъ
такъ краснорѣ чиво говоритъ турецкій министръ въ приведенной
выше телеграммѣ ¹⁷).

Самаркандъ. 1875.

¹⁷) Авторъ настоящей статьи пишетъ одно и тоже слово, то вакфъ, то вакуфъ. Замѣ тимъ для не-оріенталистовъ что слѣ дуетъ писать вакфъ; форма- же вакуфъ образовалась, ошибочно, изъ множественнаго числа этого слова — вукуфъ. Прим. ред.

До водворенія Русскаго владычества на Кавказѣ и за Кавказомъ, наибольшее важный картографический материал для послѣдней страны представляли карты, составленныя грузинскимъ цареви-чемъ Вахуштомъ Вахтанговичемъ, въ половинѣ прошедшаго столѣтія.

Географическій атласъ Вахушта, по свидѣтельству академика Броссё, состоялъ изъ 22 картъ, обнимавшихъ значительную часть Закавказскаго Края. Изъ этого атласа, при географическомъ описаніи Грузіи царевича Вахушта ¹), г-мъ Броссё издано 6 картъ, на которыхъ изображена собственно Грузія, Имеретія и Турецкая Грузія. Масштабъ этихъ картъ около 10 верстъ въ дюймѣ, и на нихъ нанесены главнѣйшія рѣки, значительное число населенныхъ пунктовъ, монастырей и другихъ замѣчательныхъ мѣстъ; водораздѣльные хребты изображены пунктирными чертами.

Имѣя въ виду, что карты Вахушта составлены не по съёмкамъ, слѣдуетъ признать ихъ, по точности, которой можно отъ нихъ требовать, довольно удовлетворительными и весьма старательно составленными. Въ историко-географическомъ отношеніи, карты Вахушта всегда будутъ имѣть большое значеніе.

Собираніе картографическихъ матеріаловъ на Сѣверномъ Кавказѣ и въ Закавказьи началось со времени водворенія Русскаго владычества въ этихъ странахъ; но собираніе матеріаловъ началѣ не могло быть успѣшнымъ, какъ вслѣдствіе постепеннаго занятія страны, такъ и потому что въ прошедшемъ и началѣ нынѣшняго столѣтія у насъ еще мало было лицъ подготовленныхъ для такихъ занятій.

Картографическія изслѣдованія на Сѣверномъ Кавказѣ начались еще въ прошедшемъ столѣтіи; такъ академику Ловицу было поручено опредѣлить географическое положеніе нѣкоторыхъ пунктовъ на Кавказской Линіи, чтó и было имъ исполнено; но несчастный Ловицъ, при производствѣ нивеллировки между Волгою и Дономъ въ 1771 году, былъ захваченъ шайками Путачева, и убитъ;

¹) Description Géographique de la Géorgie par le Tsarévitch Vakhoucht, publiée d'après l'original autographe par M. Brosset. St.-Péterbourg. 1842.

— 364 —

ВМѣСТЬ СЪ ТЪМЪ УТЕРЯНЫ КАКЪ БУМАГИ, ТАКЪ И НАБЛЮДЕНІЯ ЛОВИЦА.
ВПОСЛѣДСТВІИ, ВЪ 1778 ГОДУ, ПО ПОВЕЛѣНІЮ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕ-
РИНЫ II, ДЛЯ ГЕОГРАФИЧЕСКАГО ОПРЕДѣЛЕНІЯ ПУНКТОВЪ, НА КАВКАЗ-
СКУЮ ЛИНІЮ БЫЛЪ КОМАНДИРОВАНЪ АСТРОНОМЪ ЧЕРНОЙ, СЪ УЧЕНИ-
КОМЪ АКАДЕМИИ АРНОЛЬДИ. АРНОЛЬДИ ОПРЕДѣЛИЛЪ ПОЛОЖЕНІЕ УКР.
*Моздокъ*; НО НА ВОВРАТНОМЪ ПУТИ ВЪ СТАВРОПОЛЬ БЫЛЪ ЗАХВА-
ЧЕВЬ ВЪ ПЛѣВЪ ГОРЦАМИ, И СЪ НИМЪ ПОГИБЛИ ВСЪ ЕГО. инструменты
И БУМАГИ; ТАКИМЪ ОБРАЗОМЪ И ЭТА ЭКСПЕДИЦІЯ НЕ ПРИНЕСЛА НИКА-
КИХЪ РЕЗУЛЬТАТОВЪ.

ВМѣСТЬ СЪ ТЪМЪ, ПО ПРИКАЗАНІЮ ГЕНЕРАЛОВЪ КОМАНДОВАВШИХЪ
НА КАВКАЗСКОЙ ЛИНІИ: ПОТЕМКИНА, ЯКОБИ, КНОРРИНГА, БЫЛИ СОСТА-
ВЛЕНЫ НѣКОТОРЫЯ КАРТЫ, ИЗЪ КОТОРЫХЪ ДО НАСТОЯЩАГО ВРЕМЕНИ СО-
ХРАНИЛІСЬ ВЕСЬМА НЕМНОГІЯ.

ЗАТЪМЪ АКАДЕМИКЪ Вишневскій, ВЪ ПУТЕШЕСТВІЕ ЄСВО, 1806
И 1815 ГОДОВЪ, ПО СЪВЕРНОМУ КАВКАЗУ, АСТРОНОМИЧЕСКИМІ НАБЛЮ-
ДЕНІЯМИ ОПРЕДѣЛИЛЪ Нѣ сколько пунктовъ: *Ставрополь, Моздокъ,
Пятигорскъ и гору Эльбрусь*.

НО НАИБОЛЬШУЮ ПОЛЬЗУ ДЛЯ МАТЕМАТИЧЕСКАГО ОПРЕДѣЛЕНІЯ ОС-
НОВНЫХЪ ПУНКТОВЪ НА СЪВЕРНОМЪ КАВКАЗЬ ПРИНЕСЛА ЭКСПЕДИЦІЯ,
ПОСЛАННАЯ ВЪ 1836 ГОДУ АКАДЕМИЧЕЮ Наукъ, ДЛЯ ОПРЕДѣЛЕНІЯ РАЗ-
НОСТИ УРОВНЕЙ АЗОВСКАГО И КАСПІЙСКАГО МОРЕЙ; ЧЛЕНЫ ЭТой ЭКСПЕ-
ДИЦІИ, АСТРОНОМЫ ФУССЪ, САВИЧЪ И САБЛЕРЪ, ОПРЕДѣЛИ
НА СЪВЕРНОМЪ КАВКАЗЬ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНІЕ 20-ТИ ПУНКТОВЪ,
КОТОРЫЕ ДБ PROЛОГЕНІЯ ТРІАНГУЛЯЦІИ СЪВЕРНАГО КАВКАЗА И ОСТАВА-
ЛІСЬ НАИБОЛЬЕ БЛАГОНАДЕЖНЫМЪ ОСНОВАНІЕМЪ ДЛЯ СЪЕМОКЪ И КАРТЪ.
ВМѣСТЬ СЪ ТЪМЪ, НА СЪВЕРНОМЪ КАВКАЗЬ ПОДВИГАЛОСЬ ПРОИЗВОДСТВО
СЪЕМОКЪ: БЫЛА СНЯТА ЧАСТЬ *Ставропольской* ГУБЕРНІИ, ЗЕМЛИ ЧЕРНО-
МОРСКАГО КАЗАЧЬЯНО ВОЙСКА, КАВКАЗСКОЙ ЛИНІИ И Нѣ КОТОРЫЯ ДОРОГИ —
ПРИ ДВИГЕНІИ НАШИХЪ ОТРЯДОВЪ ВЪ ЭКСПЕДИЦІЯХЪ ПРОТИВЪ ЧЕРКЕ-
СОВЪ, ЧЕЧЕНЦЕВЪ И ДРУГИХЪ ГОРСКИХЪ ПЛЕМЕНЬ; СОВМѣСТНО СЪ ТЪМЪ
БЫЛИ СОСТАВЛЯЕМЫЕ И КАРТЫ НЕБОЛЬШАГО МАШТАБА.

ВЪ ЗАКАВКАЗСКОМЪ КРАЙ, ПО ПРИСОЕДИНЕНІИ ГРУЗІИ И ИМЕРЕ-
ТІИ, А ТАКЖЕ Нѣ КОТОРЫХЪ ХАНСТВУ (ГАНДЖИНСКАГО, БАКИНСКАГО, ТА-
ЛЫШИНСКАГО И ДР.), БЫЛИ ПРОИЗВЕДЕНЫ ПОЛИНСТРУМЕНТАЛЬНЫЯ И
ГЛАЗОМЪРНЫЯ СЪЕМКИ, ВЪ МАШТАБѣ 1-Й И 2-ХЪ ВЕРСТЪ, И СОСТАВЛЕНЫ
БОЛЬЕ ИЛИ МЕНТЬЕ ТОЧНЫЯ КАРТОГРАФИЧЕСКІЯ НАЧЕРТАНІЯ этихъ ПРО-
СТРАНСТВЪ; ГЕНЕРАЛЬНАГО ШТАБА НАШТАБСЬ - КАПИТАНЪ КОЦЕБУ И ПО-
РУЧИКЪ СЕМЕНОВЪ, ПОМОЩЬЮ СЕКСТАНТА, ОПРЕДѣЛИЛИ ГЕОГРАФИЧЕ-
СКОЕ ПОЛОЖЕНІЕ Нѣ сколькихъ ПУНКТОВЪ ВЪ ЗАКАВКАЗСКОМЪ КРАЙ; АСТ-
РОНОМЪ ФЕДОРОВЪ, СОПРОВОЖДАВШІЙ Г. ПАРРОТА ВЪ ЕГО ПУТЕШЕ-
СТВІЕ НА *АРАРАТЬ*, ОПРЕДѣЛИЛЪ ПОЛОЖЕНІЕ ЭТой ГОРЫ, Г. ТИ-
ФЛИСА И ЕЩЕ Нѣ сколькихъ ПУНКТОВЪ ПО ПУТИ; ВЪ 1828, КАПИТАНЪ

— 365 —

Бырдинъ опредѣлилъ, съ большею точностью, положеніе Тиф-
лиса и еще нѣсколькихъ другихъ пунктовъ.

Въ периодъ Персидско-Турецкихъ войнѣ, въ 1826 — 1830 го-
дахъ и далѣе, съёмочныя дѣйствія производились преимущественно
въ нограничныхъ нашихъ провинціяхъ и въ областяхъ пріобрѣтен-
ныхъ отъ Персіі и Турціі (ханства: Эриванское и Нахичеванское,
пашалыкъ Ахалцыхскій и другія).

Въ дальнѣйшій периодъ времени, какъ въ Закавказскомъ Краѣ,
такъ и на Сѣверномъ Кавказѣ, съёмки производились въ разныхъ
мѣстностяхъ, преимущественно глазомѣрныя, въ масштабѣ 2-хъ
верстъ въ дюймѣ. Всѣ эти съёмки не имѣли между собою об-
щей связи, а потому, при составленіи изъ нихъ картъ, предста-
влялись не малыя затрудненія. Для точнаго основанія съёмокъ и
правильнаго составленія картъ, въ 1845 году предположено было
произвести тріангуляцію Закавказскаго Края, и составленіе пред-
положенія по сему предмету Главнокомандующимъ Кавказскимъ
Корпусомъ, Княземъ Воронцовымъ, было возложено на Генераль-
наго Штаба подполковника Ходзько (нынѣ генералъ - лейтенантъ),
пріобрѣвшаго большую опытность въ производствѣ геодезическихъ
работъ подъ руководствомъ извѣстнаго геодезиста, генерала Тен-
nera.

По составленному полковникомъ Ходзько проекту и подъ его
непосредственнымъ руководствомъ, и было, въ 1847 году, присту-
плено къ производству тріангуляціи Закавказскаго Края. Эта трі-
ангуляція, по свойству мѣстности и климатическимъ условіямъ,
представляется одною изъ труднѣйшихъ геодезическихъ работъ какія
когда-либо были произведены, и могла быть исполнена только
при особыхъ энергіи и рвеніи, какъ самаго начальника тріангу-
ляціи, такъ и ближайшихъ его сотрудниковъ; законченная въ 1853
году, тріангуляція эта представила въ результатѣ рядъ пунктовъ
расположенныхъ по всему краю. Въ общемъ результатѣ опредѣ-
лено географическое положеніе и высота.

<table>
  <tbody>
    <tr>
      <td colspan="2">пунктовъ:</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>1-го класса</td>
      <td>162</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>2-го</td>
      <td>1200</td>
    </tr>
  </tbody>
  <tfoot>
    <tr>
      <td>всего</td>
      <td>1362</td>
    </tr>
  </tfoot>
</table>

При чемъ Корпуса Тонографовъ штабсъ - капитаномъ А л е к -
с а н д р о в о м ъ было опредѣ лено, астрономическими наблюде-
ніями, положеніе 4-хъ пунктовъ ²).

²) Пунктами 3-го класса называются постоянные предметы, на - примѣръ церкви, мечети, большія зданія и т. п.; на пунктахъ 1-го класса строились

— 366 —

Закавказская тріангуляція, несмотря на трудности ея исполненія, произведена впливнє сь ўдовлетворительною точностю, какъ показываютъ ея повѣрительные базисы и впослѣдствіи произведенныя связи ея с ўжно-русскими тріангуляціями въ Донской области и Крыму.

Въ число пунктовъ Закавказской тріангуляціи вошла и гора Араратъ (16,915 футовъ высоты надъ уровнемъ Чернаго Моря) восхожденіе на которую было исполнено генераломъ Ходзько въ 1850 году; для наблюдений на вершинѣ этой горы генералъ Ходзько, со своими спутниками, находился 6 сутокъ.

Въ Турецкую войну 1854 - 1855 годовъ, по занятіи Карса, подъ руководствомъ генерала Ходзько тріангуляція Закавказскаго Края изъ Александронольскаго уѣзда продолжена была до г. Гассань, Кале, близъ Арзерума, при чемъ тригонометрически было опредѣлено географическое положеніе 42-хъ пунктовъ. На основаніи тріангуляціи Закавказскаго Края, была произведена также съёмка части Тифлисской и Елисаветпољской губерній, въ масштабѣ 250 саженъ, и приступлено къ составленію картъ Кавказскаго Края въ масштабѣ 10 и 20 верстъ въ дюймѣ.

Въ пятидесятыхъ годахъ настоящаго столѣтія, по мѣрѣ нашихъ военныхъ успѣховъ въ Чечнѣ, Дагестанѣ и за Кубанью, пріобрѣтались новые картографические матеріалы, которые состояли преимущественно изъ глазомѣрныхъ съёмокъ или маршрутовъ. Въ концѣ пятидесятыхъ годовъ, на Сѣверномъ Кавказѣ было приступлено къ производству хозяйственныхъ съёмокъ земель Черно-морскаго и Линейнаго казачьихъ войскъ.

Въ 1859 году, послѣ долгой кровавой борьбы, послѣдовало покореніе всего Дагестана, чтο дало возможность ознакомиться въ картографическомъ отношеніи и съ этой мѣстностію; вмѣстѣ съ тѣмъ, въ томъ же году, по представленію генералъ-фельдмаршала Князя Барятинскаго, послѣдовало Высочайшее Государя Императора разпрѣшеніе на производство тріангуляціонныхъ работъ въ Дагестанъ и на Сѣверномъ Кавказѣ; начальство надъ этими работами, которые составляли продолженіе Закавказской тріангуляціі, поручено было также генералу Ходзько.

Въ 1860 году, одновременно были начаты тріангуляціонныя и съёмочныя работы, въ масштабѣ 2-хъ верстъ въ дюймѣ, въ Да-

особы сигналы, и они служили для основной сѣти тругольниковъ, а потому точнѣе опредѣляются, чѣмъ пункты 2-го класса, обстанавливаемые лишь въ хами или пирэмидами, сложенными изъ камней.

— 367 —

гестанѣ, и закончены въ этой области въ томъ же 1860 г.; за-
тѣмъ тріангуляціонныя работы продолжались далѣе — по Терской
и Кубанской областямъ, Ставропольской губерніи и Донской об-
ласти до 1866 года; посредствомъ этихъ работъ Кавказская и За-
кавказская тріангуляція были соединены съ южно-русскими тріан-
гуляціями у г. Новочеркасска, въ Крыму, на Манычѣ и сѣвернѣе
г. Кизляра.

Тріангуляціею Сѣвернаго Кавказа на сказанномъ пространствѣ
опредѣлено географическое положеніе и высота надъ уровнемъ моря.

пунктовъ:

<table>
  <tbody>
    <tr>
      <td>1-го и 2-го класса</td>
      <td>377</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>3-го</td>
      <td>258</td>
    </tr>
  </tbody>
  <tfoot>
    <tr>
      <td>всего</td>
      <td>635</td>
    </tr>
  </tfoot>
</table>

Въ-теченіе производства тріангуляціі, бывшімъ астрономомъ
оной полковникомъ Обломіевскимъ, астрономическими наблюдені-
ями весьма точно опредѣлена широта 17-ти тригонометрическихъ
пунктовъ ³), а капитаномъ Кортоцци (нынѣ директоръ Астро-
номической Обсерваторіі въ г. Николаевѣ) — географическое по-
ложеніе 6-ти пунктовъ, расположенныхъ на Кавказскомъ берегу
Чернаго Моря.

Въ-теченіе 1861—1864 произведена, въ масштабѣ 2-хъ верстъ
въ дюймѣ, съёмка Кутаисской губерніи, Мингреліи, Самурзакані
и Сванетіи.

Въ 1865, послѣ окончательнаго покоренія Западнаго Кавказа,
произведена съёмка, въ масштабѣ 1-й и 2-хъ верстъ въ дюймѣ,
земель которыя были занимаемы Убыхами, Абадзехами и другими
Черкесскими и Абазинскими племенами, а нынѣ составляютъ округъ
Черноморскій, Сухумскій военный отдѣлъ и нагорную часть Ку-
банской области.

Въ 1862 и 1862 гг. произведена рекогносцировка и испра-
вленіе всѣхъ прежде произведенныхъ съёмокъ на Сѣверномъ Кав-
казѣ и въ Закавказскомъ Краѣ, для составленія карты края въ
масштабѣ 10-ти верстъ въ дюймѣ.

³) Обломіевскій въ 1863 году сдѣлалъ астрономическія наблюденія для опредѣленія широты и азимута на слѣдующихъ пунктахъ: 1) сигналъ Русскій (близь 1. Ставрополя), 2) сигналъ Песчано-Копскій (почта на полу пути между Ставрополемъ п. Новочеркасскомъ), 3) сигналъ Аксайскій (близь Аксайской станицы), 4) сигналъ Таманскій (близь Таманской станицы), и 5) сигналъ Зубовъ (близь г. Кизляра). Кромѣ того опредѣлены широты Георгіевска и Екатерикодара.

— 368 —

Въ 1866 году съёмка обнимала уже все пространство Кавказскаго Края; но такъ какъ была она произведена разновременно, безъ особой системы, иногда наскоро и въ маломъ масштабѣ, то и представляла, такъ - сказать, первый приблизительный матеріалъ, удовлетворительный лишь для картъ небольшаго масштаба. Вследствіе сего, съ 1866 года, по правиламъ выработаннымъ особою комиссіею, учрежденною, по приказанію Его Императорскаго Высочества Главнокомандующаго Кавказской Арміей, приступлено было къ производству правильныхъ систематическихъ съёмокъ въ масштабѣ 250 и 500 саженъ въ дюймѣ, и таковыя съёмки положено основать на тригонометрически - опредѣленныхъ пунктахъ (не менѣе какъ по три на каждомъ съёмочномъ планшетѣ).

На таковыхъ началахъ, въ периодъ времени съ 1866 по 1876 годъ, снята пограничная полоса Закавказскаго Края: уѣзды Озур-гетскій — Кутаисской губерніи, Ахалцихскій и Ахалкалакскій — Тифлиской губерніи, Александропольскій, Эміадзинскій, Эриванскій и Нахичеванскій — Эриванской губерніи, Шушинскій, Занегурскій и часть Джеватскаго уѣзда — Елисаветпольской губерніи. При чемъ, на основаніи общей тріангуляціи Закавказскаго Края, вновь опредѣлено 1409 тригонометрическихъ пунктовъ (пунктовъ 1-го класса — 26, 2-го класса — 1143, и 3-го — 240).

Упомянутыя выше съёмки предполагается производить далѣе въ уѣздахъ Зардобскомъ, Ленкоранскомъ, Кубинскомъ и другихъ мѣстностяхъ Закавказскаго Края.

Существующія межевыя учрежденія въ Закавказскомъ Крае и Кубанской и Терской областяхъ, производя правильную съёмку, основанную также на тригонометрически - опредѣленныхъ пунктахъ, доставляютъ весьма подробный картографическій матеріалъ, который дополняетъ съёмки производимыя Кавказскимъ Военно-Топографическимъ Отдѣломъ ⁴).

Къ числу важныхъ картографическихъ матеріаловъ для Кавказскаго Края относятся также и работы произведенныя при гидрографическомъ изслѣдованіи Каспійскаго Моря, подъ начальствомъ контр-адмирала Ивашинцева въ 1858-1866 годахъ. При означенномъ гидрографическомъ изслѣдованіи, астрономическими наблюденіями опредѣлено съ большею точностью географи-

⁴) Съёмки вти относятся до Тифлиской и Кутаисской губерній, а на Северномъ Кавказѣ — въ Кубанской и Терской областяхъ, на земляхъ поступающихъ въ надѣлъ Кубанскому и Терскому казачьимъ войскамъ; масштабъ этихъ съёмокъ—100, 200 и 250 саж. въ дюймѣ.

Глава буддійскаго духовенства въ Монголіи, Чжибцзунъ - Дамба хутухту почитается хубилганомъ (воплощеніемъ) знаменитаго проповѣдника буддизма въ Индіи и Тибетѣ — Даранаты (1573-1635), полное имя котораго было Чжибцзунъ - Дараната - Гунга - Нинбо. Касательно этого имени, употребляемаго нынѣ каждымъ изъ ургинскихъ хутухтѣ, мы можемъ замѣтить, что хубилганы монгольскаго хутухты только со времени перенесенія своей дѣятельности въ Монголію сдѣлались извѣстны подъ именемъ Чжибцзунъ - Дамба и несомнѣнно заимствовали его отъ своего славнаго первообраза, такъ какъ до времени Даранаты имя Чжибцзунъ - Дамба не было именемъ ни одного изъ его хубилгановъ. Монголы имѣютъ лѣтопись перерожденій своего великаго ламы, начиная со временѣ будды Шигэмунія, и изъ нея видно, что Чжибцзунъ - Дамба лама перерождался пять разъ въ Индіи, затѣмъ десять разъ въ Тибетѣ, потомъ два раза въ Монголіи, наконецъ снова въ Тибетѣ, и тамъ же постоянно до настоящаго времени. Теперешній хубилганъ есть осьмой хутухта, живущій въ Монголіи и 23-й перерожденецъ со временѣ будды Шигэмунія, когда впервые онъ сдѣлался извѣстенъ настоящимъ буддистамъ подъ именемъ Лодонъ - Иши и дѣйствовалъ въ числѣ 500 бодисатвъ, учениковъ Будды ¹). О жизни и дѣяніяхъ

¹) Интересующимся представляемымъ слѣдующую краткую выписку о перерожденіяхъ Чжибцзунъ - Дамба - ламы:

„Имя перваго вида — Лодонъ - Иши - Донакъ - Докъ. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйской странѣ Магада во времена будды Шигэмунія, и дѣйствовалъ въ числѣ 500 бодисатвъ, учениковъ Шигэмунія.

Имя втораго вида — Барба - Цзобо. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйскомъ монастырѣ Налиндара во времена Наганчжуны, былъ ученикомъ Наганчжуны и начальникомъ 500 бандидъ.

Имя третьяго вида — Накбо - Цзотба. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйской мѣстности Ромбата во времена хана Хобацзады.

Имя четвертаго вида — Риданъ - Бакуда. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйской мѣстности Дзарихантай (?) во времена хана Цаликъ - Дары.

Имя пятаго вида — Ронгомъ - Цойсанъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской провинціи Цзанъ во времена Чжу - Адиша ламы.

Имя шестаго вида — Дарма - Ванцукъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской провинціи Фань во времена Дагаба - Хлари ламы.

— 374 —

первыхъ перерожденій гэгэна (святителя) въ Индіи и Тибетѣ нельзя сказать ничего положительнаго. Правда, ихъ можно, хотя и не безъ малаго труда, прослѣдить по различнымъ буддійскимъ сочиненіямъ; нѣсколько легче разузнать и собрать разсказы о нихъ, которые переходятъ изъ устъ въ уста въ средѣ ученыхъ ламъ; но какъ письменныя повѣствованія, такъ, и еще болѣе, устныя преданія объ этомъ предметѣ настолько уродливы и недостовѣрны, что я считало излишнимъ говорить обо всѣхъ этихъ басняхъ: что они не имѣютъ никакого историческаго значенія, это достаточно свидѣтельствуется уже тѣмъ, что со временъ Шигэумнія, умершаго по счисленію Монголовъ за 961 г. до Р. Х., и до временъ Цзонхавы, или по 1356 г. по Р. Х., т. е. на 2317 лѣтѣ считается только

Имя седьмаго вида — Утсарпалъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской мѣстности Цаннацванъ во времена ламы Шак-чжаб-да-ба-чжа-мцо.

Имя восьмаго вида — Бурукъ-да-чжа-мцо. Онъ явился хубилганомъ во времена ламы Цзу-хла-рай-цванъ въ тибетской мѣстности Хлаба-райцзамъ.

Имя девятаго вида — Шан-чжай-рай-чинъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской мѣстности Цаннацванъ, во времена Брай-куи-ба цорчжи.

Имя десятаго вида — Сөнкя-Бадаръ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетскомъ монастырѣ Хларонъ-ра-салъ во времена Буда-рии-бучи ламы.

Имя одиннадцатаго вида — Даши-Балданъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетскомъ монастырѣ Самяя во времена Богдо-Цзонхавы и былъ ученикомъ Богдо-Цзонхавы подъ именемъ Цзамьянъ цорчжи. Въ Тибетской провинціи Цванъ.

Имя двѣнадцатаго вида — Цойчжи-на-цван-чжитъ. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйской мѣстности Шангала во времена далай-ламы Гэндунъ-Дубъ-а.

Имя тринадцатаго вида — Гунга-дол-пакъ. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской провинціи Нгари во времена далай-лауы Гэндунъ-Чамцо.

Имя четырнадцатаго вида — Гацзатъ-Сацванъ. Онъ явился хубилганомъ въ индѣйской странѣ Гая во времена Бадари-хана.

Иля пятнадцатаго вида — Чжибцунъ-Дараната-Гунга-Нинбо. Онъ явился хубилганомъ въ тибетской мѣстности Баранъ во времена ламы Раса-Чжамцо въ году голубоватой свиньи (1573). Тридцати лѣтъ, въ году черноватаго зайца (1603), онъ принялъ отъ Цзамьянъ-Гунга Чжамцо обѣты гэлуна; тридцати пяти лѣтъ, въ годъ желтой обезьяны (1608), онъ проповѣдывалъ въ Индіи шастру, называемую Цзакаръ-Цойцзунъ, которая объясняетъ начала священного писанія. Сорока двухъ лѣтъ, въ годъ синеватаго зайца (1615), въ тибетской провинціи Цванъ онъ основалъ монастырь, извѣстный подъ именемъ Такданъ-Пунцукъ-Линъ.

Представленный перечень именъ мы заммствовали изъ сочиненія „Чжибцунъ-Дамба хутухтуйнъ цацзы“, которое говоритъ о хубилганахъ хутухты. Болѣе подробное упоминавіе объ отѣльныхъ хубилганахъ, насколько намъ извѣстно, можно найти во второмъ томѣ біографіі. Чжанчжа-хутухты, называемой „Упэвсгуленъ-Тусату“ и въ большомъ изданіи „Богда-Цзонхавайнъ намтаръ“ глава 9 я, отъ 1-го по 72-й листъ.

— 375 —

10 хубилгановъ, и такимъ образомъ на каждого хубилгана приходится среднимъ числомъ по 231⁷/₁₀ года. Другое дѣло лѣтописныя сказанія Монголовъ о гагэнахъ жившихъ въ Монголіи: въ справедливости ихъ не можетъ быть никакого сомнѣнія, потому что самыя эти лѣтописи суть ни что иное, какъ послѣдовательныя выписки изъ архивовъ изъ года въ годъ, изъ мѣсяца въ мѣсяцъ. На основаніи ихъ - то и хочу я говорить о жизни и дѣятельности ургинскаго гагэна, неоспоримо имѣвшей и имѣющей громадное вліяніе на всю политическую и общественную жизнь Монголовъ.

Прежде всего должно замѣтить о существующемъ въ средѣ Европейцевъ совершенно ошибочномъ мнѣніи, будто Чжибцзунъ-Дамба составляетъ предметъ вѣры и поклоненія Халхасцевъ съ довольно древнихъ временъ; будто онъ есть продолженіе перерожденій какого-то великаго ламы, пользовавшагося большими почестями еще при императорахъ Юань въ Китай, и, по изгнаніи ихъ изъ Небесной Имперіи, раздѣлившаго ихъ судьбу бѣжавъ на сѣверъ Гоби, гдѣ у бассейновъ Селенги и Орхона и утвердилъ онъ свое мѣстопребываніе. Я не знаю даже на чемъ могло основаться такое мнѣніе, потому что ни одно изъ историческихъ свидѣтельствъ, какъ монгольскихъ, такъ и китайскихъ, не упоминаетъ ни о какомъ бѣжавшемъ съ Тогонъ-Тэмуромъ (Шунь ди) великомъ ламѣ; показаніе его развѣ можно объяснить только склонностію Европейцевъ объяснять все древностію и пріурочивать начало всего настоящаго къ извѣстному періоду старины, хотя между этимъ извѣстнымъ періодомъ старины и настоящимъ временемъ лежать сотни лѣть полнѣйшаго историческаго мрака. Впрочемъ, какъ ни бѣдна извѣстіями исторія Монголовъ при Минахъ, она все-таки говорить о томъ, что Монголы, возвратившиеся на сѣверъ по изгнаніи изъ Китая, забыли буддизмъ и снова всѣми силами своей души предались шаманству, ego не имѣли. ни какихъ великихъ ламъ. Тоже говорить и источники монгольскіе ²). Первый хубилганъ Чжибцзунъ - Дамба ламы, извѣстный у Монголовъ подъ именемъ Ундуръ - гагэна, родился въ Монголіи въ 1635 году, т. е. спустя ровно 50 лѣтъ послѣ признанія Абатай - Сайнъ ханомъ буддизма господствующею вѣрою въ Халхѣ. Онъ былъ вторымъ сыномъ тушѣту - хана, но имя, которое носилъ онъ въ свѣтскомъ званіи, для насъ не сохранилось, ни въ общихъ лѣтописяхъ мон-

²) Ньячжи - Тойнъ, стр. 108; Эрлэніянъ - Эрихъ, стр. 48 и гл. 48; лѣтопись монастыря Эрдэни - Цау, листъ 13; Чжибцзун - Дамба - ламайнъ намтаръ, стр. 2; Чжанчжа - гагэну намтаръ, т. 2-й, стр. 205.

— 376 —

гольскихъ, ни въ частныхъ жизнеописаніяхъ самого хутухты. Бю-
графія Ундуръ - гэгена (Чжибцзунъ - Дамба - гэгну турулун - тухэ)
почему - то ставитъ Сэцэнъ-хана въ самыя покровительственныя и
вмѣстѣ съ тѣмъ дружественныя отношенія къ ребенку съ самыхъ
первыхъ дней его рожденія: такимъ образомъ Сэцэнъ - ханъ въ
въ первый же годъ рождения ребенка даетъ ему свой титулъ гэ-
гена, даритъ подарки и выражаетъ ему чисто отеческія заботли-
вость и любовь. Чѣтырехъ лѣтъ, ребенокъ принялъ обѣты убаши и
получилъ имя Цзана - Бацзаръ, пяти лѣтъ постригся въ монашество и
имя его было замѣнено другимъ — Лубсанъ - Вамбо - Чжалцанъ. Какъ
сынъ могущественнѣйшаго изъ халхаскихъ хановъ, онъ потомъ не долго
оставался простымъ монахомъ, и не дальше какъ черезъ два года,
т. е. семи лѣтъ отъ рожденія, былъ возведенъ на каоведру въ глав-
нѣйшемъ монастырѣ тушѣшу-хановскаго аймака, находившемся въ
то время на Цаганъ - нурѣ (нынѣ Ширѣту - нуръ). Возведеніе на
каоведру, по обычаю, было празднуемо Монголами съ торжествомъ
при многолюдномъ стеченіи народа, и новому настоятелю мона-
стыря въ подарокъ было поднесено при этомъ отъ каждаго изъ
владѣтельныхъ тайчжи (князей) по нѣскольку семей изъ числа ихъ
данниковъ; впослѣдствіи эти семьи послужили, въ числѣ прочихъ,
къ образованію въ Халхѣ обширнаго такъ - называемаго шабинскаго
вѣдомства. ЯPIOВАЮ ВНИМАНІЕ НА ЭТО ОБстоятельство ранняго
возвышенія Ундуръ гэгена и ставлю причиною его единственно
знатность происхожденія; другой причины для этого быть не могло,
такъ какъ ни ханы, ни ламы, ни, еще болѣе, простолюдины въ
первое время даже и не думали видѣть въ ребенкѣ хубилгана или
что-либо необыкновенное; даже впослѣдствіи, ламы писавшіе бі-
ографію Ундуръ - гэгена, хотя и разсказываютъ о необыкновенныхъ
знаменіяхъ сопровождавшихъ рожденіе и самое раннее младенче-
ство дитяти, однако не говорить о томъ, чтобы онъ былъ признаваемъ
за перерожденіе буддійскаго святителя. Четырнадцати лѣтъ, Луб-
санъ - Вамбо - Чжалцанъ отправляется въ Тибетъ, является сначала
къ баньчень эрдэни, приносить ему подарки и принимаетъ отъ
него обѣты гэцуя, а въ 1650 году представляется къ далай - ла-
мѣ, подносить ему еще большее количество даровъ, слушаетъ у
него наставленія въ священныхъ писаніяхъ, принимаетъ посвященіе
въ гэлуна, и далай - лама въ концѣ концовъ объявляетъ его
хубилганомъ Чжибцзунъ - Даранаты, когораго искали въ то время
Тибетціі, и, какъ знакъ главенства надъ буддійскою церковью въ
Халхѣ, даетъ ему право употреблять при своихъ выходахъ желтый
шелковый зонтъ, устраиваемый на подобіе круглаго балдахина
(шухуръ). Возвратившись въ Халху въ 1651, онъ былъ принять

— 377 —

конечно еще съ большими почестями, потому что, кромѣ значительного происхождения физическаго, онъ сдѣлался необыкновеннымъ и по своему духовному началу; наконецъ тѣ отличія, которые даны были ему предъ другими ламами въ одежду и обстановкѣ, окруженность Тибетцами, предъ которыми такъ благоговѣли Монголы, все это ставило Ундуръ-гэгэна на высшую степень блеска, а вмѣстѣ съ тѣмъ возвышало и его могущество. Вскорѣ затѣмъ значеніе гэгэна было поддержано и Маньчжурами, которые давали гэгэну разнаго рэда порученія, ставившія его въ положеніе руководителя самихъ хановъ, и представлявшія его въ тоже время истиннымъ благодѣтеремъ народа. Таковы были, напримѣръ, порученія по введенію во владѣніе хошуномъ того или другаго монсольскаго князя или хана, и особенно по дѣламъ умиротворенія взаимныхъ распрей возмущенной въ то время Халхи. Въ пріобрѣтенной мною въ Монголіи лѣтописи „Эрдэнійнъ Эрихэ“, а также и въ біографіяхъ ургинскихъ хутухтъ, изложены всѣ эти обстоятельства, иногда даже съ приложеніемъ къ нимъ императорскихъ указовъ, даваемыхъ по симъ случаямъ; но говорить обо всѣхъ ихъ значило бы спеціально разбирать исторію возвышенія Чжибцзунъ - Дамба ламы въ Монголіи — задача, исполненіе которой не можетъ входить въ содержаніе настоящаго очерка, и для изложения которой я не располагаю теперь ни временемъ, ни мѣстомъ. Скажу только, что съ своей стороны совершенно раздѣляю то общее мнѣніе Китайцевъ и Монголовъ по которому они признаютъ Ундуръ-гэгэна лицемъ на столько вліятельнымъ въ то время во всей Халхѣ, что считаютъ его главнымъ виновникомъ подданства Сѣверной Монголіи Маньчжурскому Дому, ибо сверхъ вышеисчисленныхъ причинъ, на которыхъ основывалось вліяніе хутухты на Халхасовъ, и помимо того, что въ вѣденіи его, какъ главы духовенства, состояла громадная часть народонаселенія всей Халхи, онъ имѣлъ еще, какъ и всякій цзасакъ, своихъ данниковъ — шабинаровъ. Біографія Ундуръ-гэгэна разсказываетъ, что, когда собраны были на сеймъ князья и нойоны, и Ундуръ-гэгэномъ былъ предложенъ вопросъ о выборѣ подданства Русскимъ или Китайцамъ, все собраніе отвѣчало въ одинъ голосъ: „о выборѣ, кому поддаться, пусть вѣдаетъ нашъ лама гэгэнъ“. Можно конечко сомнѣваться въ действительности этого факта, потому что, изложенный въ біографіи Ундуръ-гэгэна, онъ можетъ быть нѣсколько преуличеннымъ ради возвышенія хутухты, тѣмъ не менѣе въ пользу его справедливости говорить намъ еще текстъ императорскаго указа, изсѣченнаго на каменописномъ памятникѣ монастыря Амуръ - Баясхуланту, и лѣтопись Эрдэнійнъ - Эрихэ, сохранявшая даже текстъ того доклада Ундуръ-

— 378 —

гэгэна который былъ представленъ имъ императору Кан-си съ
просьбою о принятіи въ подданство. Изъ него мы узнаёмъ, что
гэгэнъ, прося о принятіи въ поддансгво его самого и подчинен-
ныхъ ему шабинаровъ, въ концѣ концевъ ходатайствуетъ за всѣхъ
халхаскихъ цзасаковъ въ слѣдующихъ словахъ: „всѣ тайчжи вос-
точной и западной сторонъ, считая меня за учителя - ламу, гово-
рили мнѣ: если хутухту говорить что онъ поддастся, мы также
поддадимся; равно и абаганарскіе тайчжи, и находящіеся у кара-
уловъ, говорили мнѣ: и мы поддадимся" Мы не знаемъ далѣе бы-
ли - ли отдѣльные доклады книгез о подчиненіи, но сказанная лѣ-
топись, непосредственно вслѣдъ за изложеніемъ доклада гэгэнова, го-
ворить: „за симъ Чжибцзунъ - Дамба хутухту и халхаскій тушѣту-
ханъ Чихунь-Дорчжи, вмѣстѣ съ данниками своими Халхасцами,
принесли дань изъ 9 - ти бѣлыхъ и подчинились, склонившись подъ
правленіе Ши - цзу - Орошікту хуан - ди“ 3). Китайскіе источники,
говорящіе о подчиненіи Монголовъ, также не упоминаютъ объ
отдѣльныхъ докладахъ тайчжіевъ, и хотя „Шэнъ - у - цзи“ упоминаетъ
о рѣчи тушѣту-хана, но рѣчъта относится къ нѣсколько позднѣйшему
періоду, именно тому времени когда созванъ былъ императоромъ сеймъ
халхаскихъ князей въ Долонъ-норѣ 5). Наконецъ, нѣкоторымъ до-
казательствомъ вліянія гэгэна на подданство Монголовъ могутъ
служить и милости Маньчкуровъ, посыпавшіяся на него съ этого
времени. Досегѣ не получавшій ничего кромѣ изъявленія благо-
дарности за представленные подарки, онъ теперь прежде всего
признается официально главою духовенства во всей Монголіи
(хотя для сего Маньчжурскій Домъ имѣлъ у себя и болѣе заслу-
женнаго кандидата въ лицѣ Чжанчжа - хутухты), затѣмъ постоянно
приглашается ко Двору, находится почти всегда при императорѣ,
получаетъ въ годъ по нѣскольку подарковъ, наконецъ въ 1723 году
для него изобрѣтаютъ и жалуютъ ему новый титуль „просвѣти-
теля вѣры", даютъ ему грамоту на золотомъ листѣ, и золотую пе-
чать. Ундуръ-гэгэнъ скончался 14-го числа 1-й луны 1724 года,
на 89-мъ году отъ роду, въ Пекинѣ; трупъ его сначала былъ по-
гребень тамъ же, а въ 1778-мъ году, его, въ позлащенномъ се-
ребряномъ субурганѣ (пирамида), перенесли въ монастырь Амуръ-
Балсхуланту, находящійся въ мѣстности Ибэнъ. или томъ самомъ
мѣстѣ гдѣ Урга стояла во время смерти Ундуръ-гэгэна, и состоя-
щій нынѣ въ вѣденіи уртинскихъ хутухтъ.

3) Чжибцзунъ - Дамба - хутухтуйнъ цацзы.

4) Эрдэнійнъ - Эрихъ. Листъ 58-й.

5) Шэнъ - у - цзи. Цзюань 3-я. Листъ 23-й.

- 379 -

Каъ верховный монгольскій лама, Ундуръ-гэгэнъ замѣчателенъ еще и по дѣламъ церкви. Ему облзаны своимъ оспованіемъ монастыри: два, подъ именемъ Рэбунъ-Гэнжи ганданъ-шадубъ-линъ, изъ которыхъ одинъ есть настоящая Урга, а второй извѣстенъ у Монголовъ подъ именемъ Барунъ-хурѣ и находится въ 25 верстахъ къ С. В. отъ Эрдэни - Цзу; 3) Рэбунъ-Шичжи-линъ — монастырь, построенный на южномъ скатѣ Гэнтея въ верховьяхъ рѣки Кэрулэна; 4) Эруанчинъ-Ганданъ-Шадубъ-линъ — храмъ посвященный богинѣ Дара-эхэ и стоящій въ мѣстности Цэцэрликгунъ-Эрдэни тологой; 5) Шадубъ - Чойнхоръ-линъ — монастырь, извѣстный у Монголовъ подъ именемъ Цзунъ-хурѣ. Кромѣ сего Ундуръ-гэгэнъ на собственный счетъ возобновилъ Эрдэни-Цзу и въ различныя мѣста жертвовалъ множество кумировъ, изъ которыхъ особенно замѣчательны два вачжра-дара и табунъ-нигурту, сдѣланные по преданію собственными руками Ундуръ-гэгэна, и хранящіеся нынѣ въ Ургѣ. Для богослуженій Ундуръ-гэгэномъ было много привозимо книгъ, какъ изъ Тибета, такъ и изъ Пекина, но монгольскія лѣтописи говорятъ объ этомъ мало, и, только посвящая монастыри гдѣ книги эти хранятся какъ драгоцѣнность, можно судить о громадномъ количествѣ жертвованныхъ Ундуръ-гэгэномъ книгъ; впрочемъ и по біографіи его извѣстно, что изъ Тибета было принесено имъ два Ганьчжура. Монголы вспоминаять объ Ундуръ-гэгэнѣ съ особеннымъ благоговѣніемъ, и какъся считали бы его великимъ, если бы въ ихъ понятіяхъ онъ былъ человекомъ, а не богомъ; но, какъ видно, Ундуръ-гэгэномъ не сдѣлано почти ничего кромѣ подчиненія Монголовъ Китаю и построенія храмовъ: дѣятельность его на сеймахъ халхаскихъ князей въ периодъ до начала войнъ Галдана, которою обыкновенно украшается память Ундуръ-гэгэна, собственно говоря, положительно безцвѣтна, не имѣла ни какихъ результатовъ, и была такою же медіею какъ и самые эти сеймы. Изображеніе Ундуръ-гэгэна Монголы отливаютъ теперь, какъ и изображеніе всякаго бурхана, изъ металловъ и рисуютъ красками. Литой бурханъ его впервые былъ сдѣланъ въ 1798 году.

По смерти Ундуръ-гэгэна Монголы уже сами начали искать его новаго перерожденца, но съ просьбою объ окончательныхъ указаніяхъ должны были, конечно, обратиться въ Тибетъ, къ далай-ламѣ. Начались происки и, какъ результатъ ихъ, раздоры между князьями: каждому хотѣлось, чтобы хубилганомъ былъ признанъ его сынъ, каждый, подъ предлогомъ просьбы далай-ламѣ о скорѣйшемъ указаніи хубилгана, ђхалъ въ Тибетъ и тамъ такъ или иначе заводилъ свой искъ и строилъ козни противъ своихъ собратій. Въ пись-

— 380 —

менности, правда, нѣтъ указаній на всѣ эти обстоятельства, но Мон-
голы, не стѣсняясь, сами говорятъ объ этомъ, и вѣрность ихъ раз-
сказовъ тѣмъ менѣе подлежитъ сомнѣнію, что положеніе, которое
составилъ себѣ въ Монголіи Чжибцзунъ - Дамба, могло казаться
черезъ чуръ заманчивымъ для каждаго. Наконецъ, черезъ два почти
года по смерти Ундуръ-гэгэна, въ Халхѣ было избрано четыре ди-
тяти и имена ихъ представлены къ далай-ламѣ. Выборъ ти-
бетскихъ тайновѣдцевъ: далай-ламы, баньчень - богдо и цойчжина
палъ на сына дарханъ - цинь - вана, Дондобъ - Дорчжи, который счи-
тался зятемъ китайскаго императора — потому что за него была вы-
дана одна изъ княженъ съ званіемъ императорской дочери — но на
сына рожденнаго не отъ этой китайской принцесы, а отъ другой
его жены, монголки по происхожденію. Весьма вѣроятно, что это
назначеніе соотвѣтствовало и желанію самаго императора. потому
что біографія Чжибцзунъ-Дамба хутухты, въ числѣ чудесь, ознаме-
новавшихъ рожденіе ребенка и доказывающихъ истинность из-
бранія новая о Чжибцзунъ - Дамбы, разсказываетъ, что императоръ
объявилъ о своемъ знаменательномъ сновидѣніи, въ которомъ ему
представилось, будто самъ Ундуръ-гэгэнъ сказалъ ему о своемъ по-
явленіи хубилганомъ въ родившемся 1-го числа средняго весен-
няго мѣсяца 1724 г. ребенкѣ цинь - вана ⁶). Такимъ образомъ, из-
бранъ былъ второй гэгэнъ, ротившійся въ Монголіі: монашеское
имя его было Лубсанъ - Дамба, Конми, и въ 1729 г. Халхасцы при-
звали его на каоведу въ Большой-Курень, или Ургу, при чемъ импе-
раторъ утвердилъ за нимъ всѣ тѣ награды которыя даны были
Ундуръ-гэгэну. Четырнадцати лѣтъ, гэгэнъ отправился въ Пекинъ
чтобы представиться Императору, и здѣсь снова былъ осыпанъ мило-
стями; при представленіи ему было подарено: 90 соболей, 9 кусковъ
шелковыхъ матерій и одинъ кусокъ маннука (шолковая матерія съ дра-
конами); сопровождавшіе гэгэна также получили шелковыя матеріи.
При возвращеніи, гэгэну было дано право имѣть ограду съ желтою кай-
мою, и подарена къ употребленію подвижная палатка изъ 73-хъ ком-
нать, подпирашался столбами съ изображеніями птицъ и 120 колон-
нами, и имѣвшая 6 наружныхъ дверей. Она укрѣплялась на землѣ
двумя веревками съ сотнею деревянныхъ гвоздей и 400-ми желѣзныхъ.
Сверхъ сего гэгэну пожаловано было на возвратный путь 10,000 ланъ
серебра. Цянь-лунъ, вступивъ на престолъ, продолжалъ, удобно сво-
ему предшественнику, оказывать милости хутухтѣ. Такъ, въ самый
годъ вступленій, онъ выдалъ большія денежныя субсидіи на строив-

¹) Чжибцзунъ-Дамба ламайнъ мамтаръ, л. 39.

- 381 -

шейся въ то время гэгэновскій монастырь Амуръ - Баясхуланту, а въ третіемъ году царствованія прислалъ ему грамоту на золотомъ листѣ и золотую печать.

Какъ политическій дѣятель, второй гэгэнъ замѣчателенъ по усми-
ренію Халхи, возмущавшейся неоднократно въ теченіе его жизни
и особенно сильно возставшей подъ предводительствомъ Цэнгунь-
Чжаба. Это - послѣднее обетоятельство случилось только за два
года до смерти гэгэна, т. е. въ 1755 году, и имѣло въ результатѣ
особенную милость къ хутухтѣ Шекинскаго Двора. По водвореніи
спокойствія въ Халхѣ, гэгэну прибавленъ былъ новый титулъ „бла-
годѣтеля одушевленныхъ существъ“, дана новая золотая печать и
грамота на золотомъ листѣ. Текстъ этой грамоты сохраненъ для
насъ монгольскими лѣтонисями; онъ гласить слѣдующее: „Прежде,
когда измѣнникъ Цэнгунь-Чжабъ, распустивъ пустыя и лживыя
рѣчи, смутилъ и взволновалъ многихъ Халхасовъ, Чжибцзунъ-Дамба
хутухту, тотчасъ же внушилъ толпѣ, что невозможно вѣрить раз-
славленной болтовнѣ вора Ценгунь-Чжаба и, собравъ на сеймъ ха-
новъ, вановъ, гуновъ и тайчкіевъ четырехъ аймаковъ, заставилъ
толпу жить мирно. Какъ отрѣшившійся отъ дома (мірскихъ инте-
ресовъ) лама, Чжибцзунъ-Дамба хутухту, умиротворяя, руково-
дился исключительно тѣмъ, чтобы доставить благоденствіе множе-
ству одушевленныхъ существъ: и какъ достойнаго всякихъ похвалъ
хутухту за сіе должно удостоить богатыхъ милостей, то я къ имѣю-
щемуся уже теперь у Чжибцзунъ-Дамба хутухты титулу „просвѣ-
тителя вѣры“ (шачжини мандагулухчи) нынѣ еще прибавляю ти-
тулъ „благодѣтеля одушевленныхъ существъ“ (амитани чжирга-
гулухчи ⁷). Вмѣстѣ съ этимъ титуломъ гэгэну было подарено много
матерій и дано право вѣздить въ красновато-желтой телѣгѣ. Въ
1757 году хутухта скончался имѣя 34 года отъ роду. Трупъ его
былъ поставленъ въ субурганѣ, сначала въ Ургѣ, въ храмѣ Дучинкъ-
Галабійнѣ сумэ, а въ 1778 году, въ тоже время какъ перенесли су-
бурганъ Ундурь-гэгэна въ Амуръ-Баясхуланту, останки втораго
хутухты поставлены были въ монастырѣ Шачжини-бадарагулухчи,
гдѣ покоятся они и донынѣ.

Въ дѣлахъ церкви второй гэгэнъ замѣчателенъ не столько по-
стройками новыхъ монастырей и храмовъ сколько введеніемъ въ Халхѣ
новыхъ отдѣловъ богослуженія и изученія буддійскаго богословія.
На собственныя средства, конечно съ значительною помощію благо-
творителей, имъ былъ построенъ только одинъ монастырь Амуръ-

7) Эрденійнъ - Эрхаэ, листъ 64-й.

-- 382 --

Баясхуланту; другой китъ (скитъ) построенный въ его же время, именно Даши-Чойнхоръ ланъ, былъ основанъ въ 1747 году на южной сторонѣ Ханъ-Улы на собственныя средства хубилганомъ Дойнхоръ-Маньцзушри; по окончаніи постройки, Дойнхоръ-Маньцзушри поднесъ его гэгэну въ подарокъ въ 1750 году, такъ какъ самъ призванъ былъ, Чахарами, на житье въ южную часть Монголіи, гдѣ для него построили новый китъ, верстахъ въ тридцати къ СЗ. отъ Долонъ-нора. Но какъ уже сказано, Лубсапъ-Дамба-Донми ревностно занимался дѣломъ обученія своихъ шабинаровъ. Въ 1739 онъ основалъ общество ламъ съ спеціальнымъ назначеніемъ изучать тарнистическія системы, и только съ этого времени въ Ургѣ начали отправляться этого рода богослуженія; въ 1756 онъ устроилъ первый въ Монголіи цанитъ, или изученіе высшей матики и исторіи преній по вопросамъ религіі. Это было весьма важнымъ событіемъ для Урги, ибо привлекало къ ней почти всѣ мыслящія силы Монголіи, и вмѣстѣ съ тѣмъ очевидно ставило ея ламство на высшую степень предъ всѣми другими монастырями халхаскими. При концѣ жизни гэгэнъ заботился объ основаніи особаго класса ламъ-лекарей, и подготовилъ весьма многое для этой цѣли. Смерть помѣшала ему окончить дѣло, тѣмъ не менѣе оно было поставлено на такую степень, что общество ученыхъ ламъ-медиковъ открылось даже не при третьемъ гэгэнѣ, а ранѣе прибытіи его изъ Тибета въ Халку, именно въ 1760 году.

Избраніе втораго гэгэна показало Пекинскому Двору какъ вредно было для Монголовъ имѣть перерожденцевъ Чжибцзунъ-Дамбы въ своей странѣ. Многіе князья перессорились, дѣлали другъ противъ друга заговоры, истощали своихъ данниковъ собирая съ нихъ деньги на подарки; а вслѣдъ за раздѣломъ на партіи князей, дѣлились также и ихъ подданные, которые, при своемъ ненѣжествѣ и ненависти къ партіи противной стороны, дозволяли себѣ производить разнаго рода безчинства и насилія. Правосудія искать было негдѣ, потому что сами князья, въ случаѣ жалобъ, видѣли въ истцахъ противниковъ себѣ и старались всегда только о томъ, чтобы защитить своего клеврета. Истощеніе страны во взаимныхъ междоусобіяхъ, правда, всегда согласовалось съ политикою Китая въ отношеніи подвластныхъ ему народовъ; но въ данномъ случаѣ это было черезъ чуръ уже тяжело для него. Монголія того времени уже и такъ была переполнена распрями и бунтами, которые приходилось усмирять самимъ же Китайцамъ, посылая для сего громадничь войска и содержа цѣлыя арміи въ дальнейой и безплодной, по-китайски, странѣ. Это было одною изъ первыхъ причинъ по которой Маньчжурское Правительство не могло

["— 383 —", "желать, чтобы хубилганъ снова появлялся въ Монголіи. Съ другой стороны, то возраставшее вліяніе которое имѣли ггэгны на Монголовъ, не могло не возбудить въ Пекинскомъ Дворѣ опасенія за прежнюю подчиненность Монголіи, или по крайней мѣрѣ за ея спокойствіе. Въ біографіи Чжанчжа-хутухты читаемъ о слѣдующемъ обстоятельствѣ: Одновременно съ волненіями Даваци и Амурсаны, императоръ услыхалъ, что халхаскіе аймаки возмутились по служаю казни старшаго брата Чжибцзунъ - Дамба хутухты, намѣреваются воевать и уже приготовили все необходимое для военныхъ дѣйствій. Ради прекращенія этихъ безпорядковъ, Цянь-лунъ приказалъ извѣстить Чжанчжа-хутухту, чтобы онъ послалъ письмо объ усмиреніи Халхи къ Чжибцзунъ-Дамбѣ, и послѣдній дѣйствительно исолнилъ это, отправивъ письмо слѣдующаго содержанія: „Недостойный Чжанчжа-хутухту у (падмы) ногъ спасительнаго и „высокаго ггэгна проситъ и молить: нынѣ, халхаскіе аймаки со- ,брали войска, назначеніе которыхъ не согласуется, ни съ граждан- скими законами, чи съ постановленіями религіозными; если за- ,ведутъ они дѣла, на которыхъ обоснуется смутное время, развѣ „это не будетъ элѣйшимъ бѣдствіемъ для вѣры и существъ?! Вы- „сочайшій святитель ггэгнѣ, вѣдая о такихъ обстоятельствахъ, при- „мите сіе (сказанное) въ свою милосердную мысль“.— Чжибцзунъ- Дамба отвѣчалъ на это чтобы Чжанчжа не безпокоился, и что дѣло обойдется мирно. Дѣйствительно все окончилось тихо; но спраши- вается: могли ли равнодушно смотрѣть на это вліяніе ггэгна на народъ Китайцы? Нѣтъ, они знали что палка бываетъ о двухъ кон- цахъ, и что если Монголыѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣѣ

— 384 —

явился. Въ средѣ лицъ изучавшихъ Монголію, существуетъ между прочимъ мнѣніе, что Пекинскій Дворъ даже издалъ особое распоряженіе о томъ, чтобы Чжибцзунъ Дамба перерождался постоянно въ Тибетѣ; мнѣніе это вѣроятно имѣть въ своей основѣ то, что хубилганы Чжибцзунъ - Дамбы, вслѣдъ за вторымъ изъ нихъ, постоянно появлялись въ Тибетѣ; но такого распоряженія не существуетъ, да и къ чему это ограниченіе, если „сыну неба" всегда не трудно предугадать мѣсто появленія хубилгана: оно же при томъ можетъ и измѣняться сообразно его видамъ.

Такимъ образомъ смертію втораго гагэна окончились перерожденцы Чжибцзунъ-Дамба хутухты въ Монголіи, и всѣ послѣдующіе хубилганы его появлялись уже въ Тибетѣ. Какъ иноземцы не имѣющіе въ Халхѣ родственниковъ, которые бы могли руководить ими съ первыхъ же дней жизни для блага страны, незнакомые съ бытомъ и характеромъ народа, и едва знающіе языкъ его, гагэны эти конечно имѣли меньшее вліяніе на народъ, потеряли всякую политическую силу, и вообще утратили всякое политическое значеніе. Ургинскіе хубилганы изъ Тибета замѣчательны только по дѣламъ церковнымъ: они занимались построеніемъ храмовъ и монастырей, введеніемъ по разнымъ мѣстамъ различного толка чтеній, книгъ, напѣвовъ и порядка богослуженій; по отношенію-же къ самимъ Монголамъ старанія ихъ ограничивались только шабинскимъ вѣдомствомъ: такъ третій гагэнъ въ 1764 году освободилъ шабинцевъ отъ податей и отправленія службы по караульнымъ пикетамъ и почтовымъ станціямъ ⁹), а пятый — окончательно утвердилъ независимость ихъ отъ аймаковъ и совершенную непричастность общему гражданскому управленію Халхи, ни въ отношеніи повинностей, ни въ отношеніи суда и расправы. Къ тому же тибетскіе гагэны, за единственнымъ исключеніемъ четвертаго, про жившаго 36 лѣтъ, вовсе не былі такъ долговѣчны, какъ монгольскіе: третій умеръ 16-ти лѣтъ, пятый — на 27-мъ году, шестой едва достицъ 6-лѣтняго возраста, седьмой скончался на 19-мъ году. Итакъ самые долговѣчные изъ нихъ умирали въ то время, когда только что приходили въ тотъ возрастъ, въ которомъ могли действовать. Вотъ почему біографіи послѣдующихъ ургинскихъ гагэновъ вовсе не занимательны; впрочемъ я все - таки скажу нѣсколько словъ о каждомъ изъ нихъ, насколько это кажется умѣстнымъ.

Хубилганъ 3-го ургинскаго хутухты родились, спустя два мѣсяца послѣ смерти втораго гагэна, въ Тибетѣ, отъ одного изъ знат-

⁹) Чжибцзунъ - Дамба хутухтуйнъ цацзы, на монг. яз. (имѣется въ моей библиотекѣ).

— 385 —

ныхъ тибетскихъ сановниковъ, Данцзинь-Гонбо, женатаго на китаянкѣ, дочери галуна. Имя этого гэгэна было Иши-Дамба-Нимъ. Отправившиеся по обычаю къ далай-ламѣ для освѣдомленія о мѣстѣ рожденія нового гэгэна, Монголы конечно не могли не узнать что настоящій гэгэнъ ихъ не родится въ Монголіи; по всей вѣроятности они узнали и истинную причину, по которой хубил-ганъ явился въ Тибетѣ, а не на ихъ родинѣ, и это обстоятельство не могло не задѣть ихъ самолюбія. Очень немногіе изъ настоящихъ Монголовъ рѣшаются говорить объ этомъ прямо, а говорятъ въ большинствѣ случаевъ отрывистыми фразами, въ которыхъ можно слышать, что въ свое время они были сильно оскорблены этимъ поступкомъ Китайскаго Двора. Біографія Чжинбцзунъ-Дамба хутухты обходитъ совершеннымъ молчаніемъ это обстоятельство; что-же касается лѣтописіи Эрдэнійнъ-Эрихэ, то она хотя и не даетъ намъ подробнаго изложенія дѣла, тѣмъ не менѣе представляетъ документъ, который сильно подтверждаетъ фактъ нежеланія Монголовъ имѣть хутухту изъ Тибета. Документъ этотъ есть резолюція китайскаго императора на докладъ ургинскаго амбаня изъ Монголовъ, Санцзай-Дорчжи: по отвѣтнымъ пуб特амъ ея мы можемъ судить и о самомъ докладѣ. Санцзай-Дорчжи докладывалъ, что они хотятъ принять вновь родившагося въ Тибетѣ хутухту съ великолѣпіемъ бѣльшимъ чѣмъ это было когда-либо, и просять наградить какими-либо особенными милостями отца и мать этого гэгэна; но, говорилъ Санцзай-Дорчжи, Урга — городъ, въ которомъ ламы живутъ среди женщинъ, и потому хутухтѣ жить здѣсь не прилично; въ концѣ онъ проситъ императора перемѣстить гэгэна на жительство въ Долонъ-норъ. Ясно, что Монголы хотѣли отдѣлаться отъ этого хутухты, но изъ резолюціи мы узнаёмъ, что императоръ не согласился на поселеніе гэгэна въ Долонъ-норѣ подъ тѣмъ предлогомъ, что шабинары и Халхасцы всегда отличались преданностію хутухтѣ и всегда желали имѣть его у себя; „если прежде, говорить резолюція, и были указы императора, по которымъ гэгэны проживали нѣкоторое время въ Долонъ-норѣ, то они имѣли своею основою единственно смутное время Халхи: среди ужасовъ военныхъ дѣйствій хутухтѣ не возможно было остаться въ родовыхъ кочевьях“. Чтобы жилище гэгэна было чистымъ монастыремъ, женщинамъ приказывалось выселиться изъ него; отцу и матери гэгэна въ особенныхъ какихъ-либо милостяхъ императоромъ отказано, а хутухту повелѣвалось встрѣтить благолѣнно, но не такъ роскошно чтобы это могло стѣсняющимъ образомъ отозваться на народѣ. При таковыхъ-то обстоятельствахъ въ 1763 году призванъ былъ на ургинскую каоведру третій хубил-

25

— 386 —

ганъ Чжибцзунъ-Дамба хутухты. Императоръ по обычаю передалъ ему всѣ тѣ награды которая были получаемы прежними видами ургинскаго гэгэна, и кромѣ того, какъ выраженіе своего особаго благоволенія, освободилъ всѣхъ шабинаровъ по ходатайству гэгэна отъ всѣхъ податей и службы на караулахъ и почтовыхъ станціяхъ; са- мому гэгэну, однако, далъ онъ право ъздить только въ красной те- гѣ, что было собственно пониженіемъ сравнительно съ личностію втораго гэгэна, имѣвшаго красновато-желтую телѣгу, которая счи- тается выше красной, какъ болѣе близкая къ императорскому цвѣ- ту; наконецъ, императоръ повелѣлъ еще отпустить суммы на постройку новаго монастыря для гэгэна: монастырь этотъ былъ оконченъ постройкою въ 1765 году и названъ „Шачжини бадара- гулухчи китъ“. Третій гэгэнъ скончался въ 1772 году, 15-ти лѣтъ отъ рождения, и священные останки его въ серебряномъ, позла- щенномъ, субурганѣ были поставлены въ этомъ новомъ монастырѣ пожертвованномъ ему императоромъ.

Четвертый гэгэнъ, также тибетецъ по происхожденію, родился въ 1775 году и назывался Лубсанъ - Тубданъ - Ванцукъ. Путешествіе его изъ Тибета въ Халху, какъ и третьяго гэгэна, было совершено чрезъ Долонъ-норъ, гдѣ принялъ онъ, опять таки подобно своему предшественнику, отъ Чжанчжа-хутухты обѣты рабчжуна (1-я мо- нашеская степень); но онъ не представлялся на этотъ разъ импе- ратору, и прямо изъ Долонъ-нора отправился въ Ургу, гдѣ и былъ возведенъ въ присутствіп ламъ, хановъ, вановъ, нойоновъ и со- бравшагося на церемонію народа, на каоведру. Впрочемъ Некинскій Дворъ не оставилъ хутухту безъ выраженія своего благоволенія и, сверхъ имѣвшихся уже у гэгэна преимуществъ, далъ ему новое, право — ъздить въ желтыхъ носилкахъ. Ургинскіе ламы питають къ четвертому гэгэну какое-то благоговѣнное неудоволствіе: они зовутъ его „дошкынъ дури“, т. е. „сердитый видъ“ (перерожде- нецъ), а изъ разсказовъ ихъ можно заключить, что гэгэнъ, посте- ненно приходя въ возрастъ, дѣлался болѣе и болѣе серьознымъ, не терпѣлъ ламской лѣни и баклушничества, заставлялъ всѣхъ учить- ся и дѣлать какое нибудь дѣло, гулякъ-же и неисполнителей его воли наказывалъ иногда даже собственноручно дубинкою. Въ 1787 году Лубсанъ-Тубданъ къ имѣющимся уже въ Ургѣ обществамъ ученыхъ ламъ - лекарей, тарнистовъ и ученыхъ по части цанита при- бавилъ новое общество астрономовъ, и основалъ его исключитель- но на ургинскія средства. Впослѣдствіи онъ перенесъ свою дѣн- тельность и за предѣлы Урги: такъ въ 1797 году онъ посетилъ Амуръ-Балсхуланту и, нашедши тамъ недостатокъ учебныхъ посо- бій, приказалъ тотчасъ же, въ периодъ своего пребыванія тамъ, перепи-

— 387 —

сать ламамъ Юмъ въ трехъ экземплярахъ и большое количество разнаго рода мелкихъ сочиненій; въ 1807 году онъ основалъ особый монастырь созерцателей (даянчи), въ мѣстности называемой Уланъ-бахча и находящейся отъ Куреня гъ шести верстахъ, а отъ монастыря Шачжини Бадарагулухчи въ полутора; въ 1809 году онъ увеличилъ число ламъ изучающихся цанитъ въ Куренѣ и постронлѣ для нихъ два отдѣльные самостоятельные храма въ Ганданѣ. Какъ дѣятель политическій онъ не выступалъ ни разу, и кажется даже не вмѣшивался вовсе въ дѣла гражданскаго управления: единственными заботами его пользовалась церковь. Кромѣ указанныхъ фактовъ, извѣстно еще, что гагенъ посылалъ собирать для своихъ казпохранилищъ рѣдкости по части книгъ, духовныхъ инструментовъ, священныхъ изображеній и проч. по всей Халхѣ; самъ онъ въ 1804 году совершилъ путешествіе въ Тибетъ и возвратился оттуда со множествомъ бурхановъ и номовъ; между прочимъ онъ принесъ громадный Ганьчжуръ, писанный чистымъ золотомъ, а въ 1807 году ему прислали изъ Тибета такой же Юмъ, писанный нарочно по заказу гагэна, но оконченный уже послѣ возвращенія его въ Халху ¹⁰). Отъ Пекинскаго Двора четвертый гагенъ не получалъ особенныхъ наградъ, и только въ 1795 году ему позволили жить въ той же палаткѣ съ желтымъ полсомъ, въ которой жилъ и второй гагенъ. Въ 1812 году Лубсанъ-Тубданъ отправился въ Пекинъ можетъ быть именно изъ желанія получить себѣ какія нибудь отличія, но тамъ онъ заболѣлъ, а на возвратномъ пути въ Монголію, въ 1813 году, скончался неподалеку отъ У-тай-шан'я въ степи, на большой дорогѣ. Китайскій императоръ послалъ къ мощамъ его золотой мандалъ, и распорядился о командировкѣ цзасакту-хана и одного изъ тибетскихъ цзасаковъ для сопровожденія тѣла покойнаго во время перевоза его по почтовымъ станціямъ до мѣста погребенія. Позлащенный субурганъ съ мощами четвертаго гагэна въ 1816 году былъ поставленъ въ Амуръ-Баясхуланту и находится тамъ до настоящаго времени.

Пятый гагенъ, родившійся въ 1815 году, назывался Лубсань-Цолдомъ-Чжигмитъ. Немедленно послѣ объявленія ребенка хубилганомъ Чжибцзунъ-дамбы, Цзя-цинъ отправилъ ему изъ Юанъ-мин'юан'я желтопоясную палатку: это было нѣкоторымъ образомъ тонкимъ намекомъ на то, что гагэну уже не нужно пріѣзжать въ Пекинъ для представленія императору. Такъ оно дѣйствительно и случилось: новый хутухта получилъ въ Тибетѣ посвященіе и былъ

¹⁰) Эрдэни - Цзуйпь тэухэ. Л. 19-й.

25

— 388 —

перевезенъ прямо въ Халху, гдѣ отъ ургинскихъ амбаней переданы ему были всѣ тѣ милости, которыя обыкновенно давались китайскимъ императоромъ хубилганамъ Чжибцунъ-Дамбы, т. е. золотая грамота, золотая печать и пр. Въ средѣ Монголовъ о пятомъ гэгэнѣ не осталось почти никакихъ воспоминаний, безъ сомнѣнія, потому что онъ не производилъ никакого особенного впечатлѣнія и, кажется, былъ личностію совершенно безхарактерною, не имѣвшюю ничего своего иъ подчинявшееся вліянію окружающихъ его ламъ. СклоinosТЬ къ праздности, отсутствіе всякой системы въ образѣ дѣйствій, мизерное честолюбіе и какая-то жалкая робость, кажется, составляютъ единственныя черты проглядывающія во всѣхъ его распоряженіяхъ, докладахъ и дѣйствіяхъ. Въ правленіе этого хутухты Китайскій Дворъ могъ уже совершенно не опасаться за возникновеніе какихъ-либо пропагандъ противъ его власти, онъ могъ теперь не ухаживать за гэгэномъ, не разсыпать ему подарковъ для обезпеченія своего спокойствія, а, напротивъ, замѣтивъ эту слабость, онъ тотчасъ же сталъ поучать гэгэна, и во всю его жизнь не исполнилъ почти ни одной его просьбы, игнорируя даже и угрозы интересамъ самого Китая, которыми думали иногда подвигнуть какое-либо дѣло въ свою пользу ламы, и которыя заставляли они писать гэгэна въ докладахъ императору. Такимъ образомъ, черезъ три года послѣ того какъ хутухта былъ привезенъ въ Курень, ламы, отъ имени хутухты, начинаютъ просить. чтобы ему дозволено было хать въ Пекинъ. Ургинскій амбань Йондонъ-Дорчжи представилъ докладъ объ этой просьбѣ императору. Въ резолюціи на него говорилось, что императоръ весьма радуется истинной преданности хутухты и его желанію имѣть аудіенцію, но, продолжается дальше, „хубилганъ Чжибцунъ-дамба хутухты въ настоящее время молодъ лѣтами, время ему изучать священныя книги да пріобрѣтать знанія, и такъ теперьѣ здить въ Пекинъ и даже въ Яэхо не нужно; что-же касается будущаго, то ламы могутъ пріѣхать для представленія хутухты, когда я дамъ объ этомъ отдѣльный приказъ. Теперь я посылаю (Чжибцунъ-Дамба-хутухтѣ) желтый хадакъ, и поручаю Йондонъ-Дорчжи передать его и истолковать хутухтѣ мое милостивое повелѣніе". Еще рельефнѣе третированіе Китайцами ходатайствъ гэгэна и Монголовъ выразилось въ дѣлѣ объ удаленіи изъ ургинскаго монастыря лавокъ китайскихъ торговцевъ. Это была, можно сказать, цѣлая борьба, въ которой китайское правительство, отдавъ предпочтеніе своимъ виноватымъ соотечественникамъ, унизило и презрѣло у Монголовъ все: и гэгэна, и націю, и религіозныя постановленія, и народный обычай. Наконецъ, что замѣчательнѣе всего, Китайскій

— 389 —

Дворъ сталъ ограничивать гагэна даже въ его отношеніяхъ къ
народу, поборахъ и т. д.; въ 1839 году, напримѣръ, хутухта
проситъ позволенія хать въ Тибетъ на поклоненіе далай-ламѣ;
просьба эта представляема была нѣсколько разъ и прежде, и
тогда Китайскій Дворъ положительно отказывалъ на нее, теперь-же
онъ написалъ, что гагэнъ можетъ хать, но не иначе какъ на свой
счетъ, ибо „удручать излишними податями народъ изъ-за прихоти,
дѣло непригодное“. Пятый гагэнъ скончался въ 1842 году, въ Ку-
ренѣ, или собственно въ куреньскомъ Ганданѣ, куда былъ пере-
несенъ дворецъ его по случаю перемѣщенія Урги съ Сэленги на
Толу; въ Ганданѣ-же онъ и похороненъ, т. е. субурганъ съ его
трупомъ поставленъ былъ здѣсь и стоитъ до сего времени.

О жизни и дѣяніяхъ шестаго гагэна ничего сказать невоз-
можно; онъ родился въ 1842 году и скончался въ 1848, едва до-
стигнувъ 6-ти лѣтняго возраста. Привезенный въ Ургу изъ Тибета
онъ жилъ здѣсь всего только 39-ть дней, изъ которыхъ большую
часть былъ болѣнъ: сначала у него была простуда, а потомъ раз-
вилась натуральная оспа; отъ этой болѣзни онъ и умеръ.
Субурганъ его поставленъ въ монастырѣ Шачжини бадара-
гулухчи.

Седьмой гагэнъ родился въ 1850 году и жилъ до 1869-го,
или 19 мѣтъ, но онъ сдѣлалъ ни чуть не больше чѣмъ его
предшественникъ. Молодой человѣкъ, говорятъ, вообще отличался
крѣпостію физическаго сложенія, былъ высокъ и очень полонъ,
а по рѣчамъ окружающихъ его — подавалъ прекрасныя надежды
въ наукахъ. Во внѣшнихъ движеніяхъ онъ былъ весьма живъ, лю-
билъ предпринимать разнаго рода поѣздки; такъ въ 1867 году онъ
цѣлое лѣто провелъ въ монастырѣ Амуръ-Баясхуланту, а потомъ
съ большимъ возрастомъ въ немъ больше и больше обнаружива-
лось желаніе вольной и свѣтской жизни; можетъ быть эти-то склон-
ности и привели его къ ранней смерти. Въ Куренѣ очень многіе
говорятъ, что смерть его была насильственна; другіе, напротивъ,
увѣряютъ, что она была естественною и что гагэнъ умеръ отъ
истеченія крови, открывшейся у него сразу ртомъ и носомъ. Су-
бурганъ его поставленъ также въ Ганданѣ.

Настоящій гагэнъ есть восьмой хубилганъ Чжибцзунъ-Дамба
хутухты, живучій въ Монголіи. Имя его, какъ всякаго важнаго
лица, по обычаю Азіатовъ, не можетъ быть извѣстно при его жизни
и обнародуется только по его смерти. Онъ родился въ 1870 году отъ
одного тибетскаго чиновника, служившаго въ небольшихъ чинахъ
въ ямунѣ завѣдующемъ провіянтомъ; принималъ посвященіе въ
Тибетѣ же отъ далай-ламы, и былъ привезенъ въ Ургу въ 1875

— 390 —

году; здѣсь онъ, такимъ образомъ, проживаетъ безвыѣздно уже чет-
вертый годъ.

Съ тѣхъ поръ какъ Пекинскій Дворъ постоянно опредѣляетъ
перерожденія Чжибцзунъ-Дамба - хутухты въ Тибетѣ, избраніе
новаго хубилгана, по словамъ Тибетцевъ, производится каждый
разъ слѣдующимъ образомъ: по сообщеніи въ Тибетъ о смерти
Чжибцзунъ-Дамба-хутухты, баньчень-богдо, далай-лама и два цой-
чжин'а назначаютъ имена двѣнадцати мальчиковъ, рожденныхъ при-
близительно въ одно время, и приказываютъ представить ихъ егъ.
Будалинскій Монастырь. Здѣсь дѣти подвергаются изслѣдованіямъ
ученныхъ ламъ, которые, по мѣрѣ изслѣдованія, постепенно отстра-
ниютъ обладающихъ меньшими признаками физическаго существа
буддь: такъ остаются, наконецъ, три мальчика, которые и приз-
наются собственно хубилганами. На чемъ основывается первона-
чальное указаніе двѣнадцати мальчиковъ, опредѣлить трудно. Люди
мало знакомые съ теоріями буддизма говорятъ, что душа хутухты,
немедленно послѣ его смерти, переселиется въ другаго человѣка.
именно въ младенца родившагося въ тотъ самый моментъ когда
хутухта испустилъ послѣдній вздохъ, и что для ламъ, при избра-
ніяхъ перерожденца, бываетъ задачею опредѣлить моментъ послѣд-
няго вздоха и сообразно съ тѣмъ отыскать новорожденнаго ¹¹). Но
такое мнѣніе, приписываемое Монголамъ, и никогда не существо-
вавшее у нихъ, происходитъ, какъ мы кажется, единственно отъ
скеланія какъ-нибудь объяснить известную по слухамъ теорію не-
перорожденій и, не справляясь съ действительнымъ учениемъ обл.
этомъ предметѣ, выдавать за истину свои предположенія. Буддій-
ское учение о перерожденіи вовсе не требуетъ неносредственного
переселенія души изъ одного тѣла въ другое; напротивъ, оно
всегда предполагаетъ такъ-называемый „промежуточный периодъ“,
въ которомъ пребываетъ человѣческій духъ по разлученіи его съ од-
нимъ тѣломъ до перерожденія въ другомъ ¹²). Что-же касается гэгъ-
на, то для него перерожденіе въ этомъ матеріальномъ мірѣ возможно
и чрезъ сотни лѣтъ, ибо отрѣшеннійся отъ матерін и свободный
духъ его, какъ духъ всякаго бодисатвы, стремящагося чрезъ устрое-
ніе блага одушевленныхъ существъ приобрѣсти достоинство будды,
можетъ возрождаться съ этой дѣлію въ тысячахъ другихъ міровъ.
и действовать тамъ точно такъ же ко благу населяющихъ оные, какъ
дѣйствуетъ онъ въ отношении къ живущимъ на землѣ. Въ Мон-
голіи, конечно, эта теорія соблюдается не вполне, благодаря чисто

¹¹) „Вѣстникъ Европы“, 1874 г. Г., IV, стр. 230.

¹²) Улиээръ-ноомъ, л. 43-й.

— 391 —

мірскимъ потребностямъ, именно: съ одной стороны — желанію всего народа имѣть у себя всегдашняго божественного руководителя и молитвенника, а съ другой — проискамъ ламъ, для которыхъ имѣть какую нибудь святыню въ своемъ монастырѣ значить, по меньшей мѣрѣ, утроивать его доходы. За всемъ тѣмъ, однако, ученіе буддизма о переселеніи душъ у монгольскихъ ламъ извѣстно и пристѣняется иногда во всей своей чистотѣ: между смертію шестаго гагэна и рожденіемъ седьмаго прошло около двухъ лѣтъ; душа его въ это время переживала промежуточный періодъ; Хухэнъ-хутухту, скончавшійся въ 1869 году, не возрождался еще и до сего времени, и Монголы объясняютъ эту медленность именно тѣмъ, что хутухта возродился въ другомъ мірѣ, гдѣ проповѣдуетъ священное ученіе. И такъ, говорю я, трудно опредѣлить точно мотивы которыми руководствуются буддійскіе богочеловѣки для указанія времени перерожденія и личностей двѣнадцати мальчиковъ, предназначаемыхъ для избранія Чжибцзунъ-Дамба-хутухты. Весьма вѣроятно, что при этомъ имѣетъ вліяніе протекція, можетъ быть, и желаніе получить какія-либо выгоды; достовѣрно только то, что всѣ четыре избирателя предварительно условливаются между союзомъ о тѣхъ кого они назначаютъ, потому что ихъ указанія даютъ всегда на однѣ и тѣ же личности, чтò конечно и служить для буддистовъ доказательствомъ единства и божественности избранія.

Оставленные по изслѣдованіи ламъ три кандидата подвергаются окончательному избранію въ Будалѣ. Оно совершается въ присутствіи далай- ламы, баньчэнь- богдо, тибетскаго хана, двухъ га- луновъ (китайскихъ сановниковъ въ Тибетѣ) и особаго амбаня командируемаго изъ Пекина китайскимъ правительствомъ. Имена мальчиковъ пишутся на трехъ отдѣльныхъ бумажкахъ и кладутся въ золотую урну (бумбо), откуда, по совершеніи богослуженія и молитвѣ, вынимаютъ одну изъ этихъ бумажекъ: имя написанное на ней и опредѣляетъ хубилгана долженствующаго быть отправлен- нымъ въ Монголію. Назначеніе трехъ кандидатовъ обусловливается тѣмъ, что всякій бодисатва перерождается отдѣльно тремя частями, составляющими его природу: духомъ, словомъ и тѣломъ. Для пре- провожденія въ Монголію избирается хубилганъ духа, остальные два мальчика, признаваемые хубилганами слова и тѣла, принимаютъ также духовное званіе: они живутъ обыкновенно въ Тибетѣ, поль- зуются почетомъ и иногда занимаютъ мѣстá настояителей монасты- рей, основанныхъ Даранатою, а иногда состоять просто въ числен- братіи этихъ монастырей. Что касается хутухты долженствую- щаго ёхать въ Монголію, то онъ также принимаетъ отъ да-

— 392 —

лай-ламы или баньчень-богдо посвященіе въ духовное званіе, и
затѣмъ, прослушавъ отъ нихъ наставленіе въ священномъ писаніи,
отправляется, обыкновенно, или въ монастырь Такданъ-Пунцукъ-
линъ, или въ Балданъ-брай-бунъ-китъ (оба находятся въ тибет-
ской провинціі Цзанъ), основанные также Даранатою. Здѣсь онъ
въ изученіи священныхъ книгъ и богослуженіяхъ проводить время
отъ трехъ до пяти лѣтъ, однимъ словомъ живетъ до тѣхъ поръ
пока не приѣдутъ за нимъ послы изъ Монголіи въ Хласу. Прежде
на этомъ пути гэгэнъ заѣзжалъ, обыкновенно, въ Пекинъ чтобы пред-
ставиться императору, и здѣсь или въ Долонъ-порѣ принималъ по-
священія отъ Чжанчжа- хутухты; но со временъ пятаго вида ху-
тухты, эти представленія прекратились, и посвященія принимаются
гэгэномъ исключительно отъ далай-ламы и баньчэня.

Переѣздъ хутухты изъ Тибета въ Монголію совершается съ
особымъ торжествомъ. Для приглашенія его необходимо слѣдуютъ
отъ шабинскаго вѣдомства и отъ каждаго изъ четырехъ халхас-
кихъ аймаковъ не менѣе какъ по 200 человѣкъ, и, такимъ обра-
зомъ, самое меньшее число отправляющихся за хутухтою въ Ти-
бетъ — тысяча человѣкъ, а иногда это число бываетъ и гораздо
больше. Въ Тибетѣ пріѣхавшіе Монголы встрѣчаются съ амбанемъ,
котораго командируетъ пекинское правительство для сопровожде-
нія гэгэна до Урги. Поѣздъ хутухты всегда движется очень мед-
ленно, задерживаемый разнаго рода церемоніями и встрѣчами. На
всемъ пути отъ Хласы до Урги гэгэна сопровождаютъ китайскія
войска, смѣняющіяся въ каждомъ попутномъ городѣ. На границахъ
Халхи имѣютъ мѣсто первыя и главнѣйшія оваціи Монголовъ ху-
тухтѣ, которые обходятся народу чрезвычайно дорого. Говорятъ,
что для приглашенія настоящаго хутухты съ Монголовъ было со-
брано 150,000 ланъ серебра, или около 350,000 руб. сер. на наши
деньги. Насколько вѣрна эта сумма я не могу сказать положи-
тельно, но мнѣ удалось найти весьма интересный документъ по
этой части въ архивѣ мэргэнъ-вановскаго хошуна, принадлежащаго
къ аймаку тушѣту-хана. Документъ этотъ есть счетъ втораго до-
полнительнаго сбора съ аймаковъ по случаю назначенія одного
лишняго торжества, а вмѣстѣ съ тѣмъ недостатка денегъ собран-
ныхъ по прежде составленной смѣтѣ и первому дополнительному
сбору: онъ интересенъ въ высшей степени, какъ потому, что пред-
ставляетъ намъ все что потребно на торжествахъ Монголовъ, такъ
и еще болѣе потому, что показываетъ порядокъ распредѣленія
суммъ между членами общества. Въ краткихъ словахъ документъ
этотъ представляетъ слѣдующее: „Осенью 13 года Буринту-цза-
сакчи (года правленія Тунъ-чжи), четыре халхаскихъ аймака, вмѣстѣ

— 394 —

Эта смѣта втораго дополнительнаго сбора можетъ указать при-
мѣрно во что обходится каждая пирушка Монголовъ, и каковъ дол-
женъ быть ея характеръ; она же вмѣстѣ съ тѣмъ и убѣждаетъ
насъ, что сумма денсгъ, потраченныхъ вообще на пригла-
шеніе хутухты, едва - ли преувеличена: по всей вѣроятности,
она весьма близко подходить къ истинѣ. Со вступленіемъ ху-
тухты въ предѣлы Халхи, сопровождающая его толпа народа бо-
лѣе и болѣе увеличивается, потому что Халхасцы, приставшіе къ
процессіи, провожаютъ хутухту, по большей части, до Урги; на-
конецъ и изъ самой Урги выходятъ встрѣчать люди на простран-
ство десяти, пятнадцати кочевокъ. По прибытіи въ Ургу, гагэнь
первую ночь проводить въ своемъ лѣтнемъ дворцѣ на берегу Толы,
а отсюда на другой день его, въ желтыхъ носилкахъ, переносять
въ самый городъ. Для входа сюда хутухты на этотъ разъ всегда от-
чѣлываются особыя тріумфальныя ворота, которые находятся на
юго-западной сторонѣ Куреня, и въ обыкновенное время представ-
ляютъ полуразрушенный деревянный остовъ воротъ сажени въ двѣ
шириною и въ одну или полторы сажени длиною; на вершинѣ ихъ
всегда остается воздвигнутымъ субурганъ, во время-же прохода чрезъ
нихъ хутухты, они увѣшиваются хадаками, шелковыми матеріями
и украшаются золотомъ и серебромъ. Вступивъ въ Курэнь, хутухта
вносится сначала въ барунъ-ёргō (войлочная кумирня, устроенная
изъ юрты Абатай-хана), гдѣ его встрѣчаетъ тушѣту-ханъ, какъ.
старѣйшій изъ родственниковъ Чжибцзунъ - Дамба хутухты, а по-
томъ гагэна переносять въ Цокчинъ-сумэ. Здѣсь его встрѣчаютъ
высшія свѣтскія власти Куреня, подносять ему дансукъ, предъ
началомъ которого совершается отъ лица китайскаго императора
нередача гагэну его власти и символовъ ея, состоящихъ въ золотой
печати и грамотѣ на владѣніе ею, писанной на золотомъ листѣ.
Печать эту передаютъ гегену урринскіе амбани, у которыхъ хра-
нится она со дня смерти предыдущаго гагэна; грамота-же на зо-
лотомъ листѣ присылается для каждого гагэна отдѣльная, и въ ней,
обыкновенно, указываются обстоятельства двѣній гагэна въ его
прежнемъ перерожденіи. Я приобрѣлъ копію съ таковой грамоты,
присланной пятому гагэну, и привожу текстъ ея дословно ¹³).

„Грамота велѣніемъ Неба управляющего временами Хуан-ди.

Совокупивъ во-едино живущихъ въ Поднебесной, управляя
тьмами народовъ, я, для побужденія ко всемкому совершенству оби-

¹³) На монгольскомъ языкѣ копія эта имѣется въ мосей библіотекѣ; вгомѣ
гого она помѣщена въ сочиненіи «Чжибцзунъ-Дамба ламайяъ цацзы».

- 395 -

тателей различныхъ удѣловъ всѣхъ царствъ, раздаю имъ преимуще-
ственныя имена и титулы, съ тѣмъ чтобы, желая войти въ ми-
лость, они могли бы тщательно исполнять свои обязанности, бла-
гоговѣйно храня основную вѣру, разумно руководя непросвѣщен-
нымъ пародомъ, и оказывая пользу дѣламъ правительства. Хубил-
ганъ! Чжибцунъ-Дамба лама твоего перваго перерожденія, испол-
ненный врожденной мудрости, просвѣтилъ свою душу подобно лунѣ,
издревлѣ утвердившейся въ дѣлѣяхъ непорочности, и постигъ вы-
сочайшее ученіе западныхъ странъ. Посему я и восхвалялъ его. Нынѣ,
разсмотрѣвъ прежнія постановленія о дарованныхъ наградахъ и
снова проливая милости, я превозношу тебя лама, пятое перерож-
деніе, титуломъ Чжибцунъ-Дамба ламы, „просвѣтителя вѣры“ и
„благовѣтеля одушевленныхъ существъ“, и жалую грамоту на золо-
томъ листѣ. Такъ какъ этимъ самымъ ты, лама, дѣлаешься вели-
кимъ ламою, котораго будутъ чествовать всѣ четыре халхаскіе ай-
мака, то ты долженъ въ этой жазни отъ юности тщательно при-
лежать къ ученію побѣдоносныхъ и изучать его правою и истинною
мыслію. Слѣдую старымъ порядками перваго перерожденія Чжибцунъ-
Дамба хутухты, ты долженъ распространять желтую вѣру и до-
ставлять благо одушевленнымъ существамъ. Наслѣдуй въ вѣчности
корень побѣдоносныхъ и, непреложно распространяя мою желтую вѣ-
ру, доставляй благо всѣмъ живущимъ; зіставы соединится всѣхъ въ
твоемъ благосклонно-взирающемъ вниманіи, и постарайся тщательно
прилежать къ таинственнымъ дѣяніямъ ученія побѣдоносныхъ. Не
небреги, но, наставляя и управляя всѣми ламами, всѣхъ совокупно
нобуждай къ совершенству въ правотѣ и истинѣ!

Сказано 8 числа 1-й луны 1-го года правленія Туру-гәрәлту
(Дао-гуан'а)

По этому памятнику можно заключать и обо всѣхъ подобныхъ,
потому что, какъ и вездѣ, подобныя грамоты имѣютъ почти всег-
да одну и туже форму, разнествуя только въ нѣсколькихъ сло-
вахъ, если только содержаніе ихъ не вызывается какими либо осо-
бенными случаями, и потому не имѣтъ своего спеціальнаго зни-
ченія.

Далѣе жизнь гәгәпа проходитъ невѣдомо для обыкновенныхъ
смертныхъ въ глубинѣ его дворца. Правда, онъ часто выходитъ
изъ дворца или торжественно при поклоненіяхъ, или запросто въ ка-
кой-нибудь храмъ для богослуженія; но онъ совершенно чуждъ
жизни общественной и воемъ не посвѣщаетъ домовъ даже главнѣй-
шихъ правителей Урги и Монголіи, каковы постоянно живущіе въ
Ургѣ маньчурскій и монгольскій амбани и не рѣдко пріѣзжаю-
ніе въ Ургу цэнэнъ-ханъ и тушьту-ханъ. Потому всѣ свѣдѣ-

— 396 —

нія о домашней жизни гэгэна могут быть получены только отъ окружающихъ его лицъ; но будутъ-ли онъ справедливы или ложны, провѣрять ихъ, по недоступности дворца, едвали не болѣе трудно, чѣмъ провѣрить дѣйствительность жизни гаремовъ персидскаго шаха. При всемъ томъ однако можно думать, что жизнь гэгэновъ вовсе не та святительская, о которой думаютъ его многочисленные поклонники, и что время его проходить болѣе въ соответствующихъ возрасту забавахъ, нежели въ религіозныхъ созерцаніяхъ. Это подтверждаютъ съ одной стороны разсказы объ охотахъ и облавахъ приписываемыхъ второму и четвертому гэгэнамъ, а съ другой — указанія на связи съ женщинами пятаго гэгэна и т. д. Въ глазахъ буддистовъ всѣ дѣянія гэгэна имѣютъ конечно чудесный характеръ и совершаются единственно для пользы одушевленныхъ существъ; отъ того все человѣческое украшается здѣсь небывалыми вымыслами и чудесами: въ разсказахъ, наримѣру, объ отношеніяхъ гэгэна къ женщинамъ говорятъ, что онъ вступалъ въ связь искончательно съ тѣми, въ которыхъ прозорливымъ духомъ своимъ онъ видѣлъ не обыкновеннаго человѣка, а злаго мангуса, принявшаго на себя человѣческій видъ, чтобы приносить зло людскому обществу; что всѣ его отношенія къ такому мангусу ограничивались только борьбою и, конечно, побѣдою надъ врагомъ человѣчества. Тоже самое и въ отношеніи охоты гэгэна: здѣсь можно услышать и разсказы о находкѣ необыкновенныхъ луковъ, которые никто не можетъ натянуть кромѣ гэгэна, и о совершенной чуждости грѣха самой охоты, потому что гэгэнъ, согласно ученію буддизма, никогда не умерщвлялъ животныхъ; если-же случалось ему убить лань, или повалить цзэрэна, то онъ подъѣзжалъ, осматривалъ свою добычу, потомъ дуновеніемъ снова возвращалъ жизнь животному, и оно убѣгало къ родному стаду.

Какъ ни неправдоподобны эти разсказы, но изъ нихъ можно выводить по крайней мѣрѣ то, что прежніе гэгэны гораздо болѣе видѣли жизни чѣмъ настоящіе. Безъ сомнѣнія, это обусловливается, и даже главнымъ образомъ, тѣмъ, что всѣ последніе гэгэны были малолѣтни: какъ уже было сказано выше, настоящій гэгэнъ едва достигъ девятаго года отъ роду, предшественникъ его скончался 19-ти лѣтъ, еще далѣе шестой гэгэнъ умеръ на 7-мъ году; иначе сказать, они не видали жизни потому что еще были малы для того чтобы вступить въ нее. Оправданіе этого мнѣнія находимъ въ постуикахъ седьмаго гэгэна, который едва только вступилъ въ юношескій возрастъ, какъ уже со всѣмъ жаромъ молодыхъ силъ готовъ былъ предаться удовольствіямъ праздности, и только безвременная смерть пресѣкла буйнѣе порывы его разгула. Что-же

— 397 —

касается прежнихъ гэгэновъ, то они, кромѣ облавъ и охоты, по-
стоянно переѣзжали еще съ мѣста на мѣсто, путешествовали по
Халхѣ, по южной и восточной Монголіи, по Тибету, и здѣсь ихъ
время разнообразилось то заздравными обѣдами, которые давали
въ честь ихъ князья, то офиціальными встрѣчами устройемыми
народомъ, то религіозными церемоніями въ монастыряхъ, то, на-
конецъ, забавами на пути въ обществѣ своихъ придворныхъ и при-
ближенныхъ ламъ. Между небольшими брошурами касающимися
различныхъ предметовъ богословія, религіозной практики и исто-
ріи, мнѣ удалось между прочимъ пріобрѣсти описание одного изъ
такихъ путешествій четвертаго гэгэна въ 1804 году въ Эрдэни-
Цзу ¹⁴). Брошурка эта, заключающая въ себѣ всего только 82 стра-
нички, тѣмъ не менѣе есть драгоцѣный памятникъ монгольской
литературы, потому что до настоящаго времени положительно
является единственнымъ въ Европѣ представителемъ этого рода
произведеній монгольской письменности, не говоря уже о ея исто-
рическомъ значеніи, ибо содержаніе ея почти на половину состав-
ляетъ сказаніе о монастырѣ Эрдэни-Цзу; она важна еще и потому,
что даетъ намъ единственныя свѣдѣнія о характерѣ путешествій
гэгэновъ, о дѣятельности ихъ во времени этихъ путешествій, и о ре-
зультатахъ этихъ путешествій для Монголовъ и самого гэгэна. Я
дѣлаю краткія выписки изъ этой брошуры собственно о путешествіи
гэгэна, чтобы познакомить читателей съ этимъ, еще совершенно-
неизвѣстнымъ у насъ, предметомъ.

Поѣздка 4-го хубилгана Чжибцзунъ-Дамба хутухты въ Эрдэни-
Цзу совершена была лѣтомъ 1804 года; именно днемъ выѣзда
изъ Урги назначено было 23-е число послѣдняго лѣтняго мѣсяца,
чтo по нашему счету будетъ падать на один изъ дней около
конца юля или начала августа. Встрѣчи гэгэна обитателями
Эрдэни-Цзу начались съ самаго дня выѣзда его изъ Урги. На
первой стоянкѣ въ полдень гэгэна повстрѣчали: сынъ тушѣту-хана
тайчжи Эбугэнъ-Пунпукъ-Дорчжи, племянникъ его тайчжи 1-й сте-
пени Цванъ, младшій братъ номчи Цорчжи-ламы, гэлунъ, гебши
Тубчинъ, гэбкуй Эрдэни-Цзускаго монастыря Нимбо-Пидаръ, Ба-
рунъ-хурѣньскаго монастыря цзайсанъ лама Гампилъ и съ ними
около 50 человѣкъ ламъ и простолюдиновъ. Всѣ они представились
гэгэну въ мѣстности Урту, и привѣстововали его здоровье и бла-
гополучіе; на ночлегѣ въ урочищѣ Толи они поднесли гэгэну
мандалъ въ 50 ланѣ серебра.

¹⁴) На монгольскомъ языкомъ рукопись эта имѣется въ моей бабліотекѣ.

— 398 —

24-го числа, сынъ тушѣту - хана Чиндамани Сэцэнъ - тойнъ Цэрэнъ - Чжаши, Эрдэни - Цзускій цзайсанъ лама Баринлай - Ачиту, Барунъ - хурѣньскій гэлунъ, гэбкуй Дайчинъ-тойнъ Цэрэнъ - Дати и съ ними около пятидесятى человѣкъ ламъ и простолюдиновъ привѣтствовали гэгэна въ мѣстности Бурханту, а на ночлегѣ въ урочищѣ Хулусуту-Буриту поднесли гэгэну мандалъ въ 50 ланъ серебра.

25-го числа, самъ да - тушѣту-ханъ, Барунъ - хурѣньскій гэб-куй Тодони-Гунцукъ-Чжабъ, въ сопровожденіи ламъ и простолю-диновъ числомъ до 100, привѣтствовали гэгэна въ мѣстности на-зываемой Эрдэни - Тологой и, когда гэгэнъ здѣсь же расположился ночлегомъ, поднесли ему мандалъ въ 50 ланъ серебра.

26-го числа, при приближеніи къ Эрдэни - Цзу, на довольно далекомъ разстояніи отъ монастыря, растянута была палатка, и здѣсь ламы и нойоны, имѣя во главѣ самого да-тушѣту - хана, со множествомъ народа, встрѣтили гэгэна и приготовили для него объѣдь. Затѣмъ внѣ (монастырской) ограды гэгэна встрѣтили гэлуны, гэцули и шабинары въ парадныхъ одеждахъ со: множествомъ бубенъ (цанъ), барабановъ (хэнгэргэ), трубъ (бурк) и всякаго рода другихъ музыкальныхъ инструментовъ, упот-ребляемыхъ при богослуженіяхъ, и отправились прямо въ храмъ Цзу. Гэгэнъ поднесъ тремъ Цзу мандалъ и хадаънъ, поклонился и совершилъ молебствіе. При этомъ обстоятельствѣ номчи Цорчжи-лама поднесъ гэгэну коралловую чашку внутри обложенную золотомъ и въ нее положнѣ девять драгоцѣнностей, а засимъ поднесли гэгэну пищу и пригласили его въ особое помѣщеніе въ храмѣ, построенномъ на тибетскій образецъ (это квартира, которая была отведена для гэгэна). Здѣсь номчи Цорчжи - лама поднесъ гэгэну мандалъ и дансукъ въ 1000 ланъ серебра, а гэгэнъ пожаловалъ этому храму, въ которомъ онъ посетился, имя Лаб-ринъ-да-чинъ-янъ-цзай.

27-го числа, у дверей храма г.лавнаго Цзу была устроена палатка и совершено было освященіе въ храмѣ Цзу. Во время этого богослуженія Чинъ-Суцзукту номунъ-ханъ Эрдэни - Цорчжи-лама, сопутствовавшій гэгэну Гачинъ-лама, Барунъ-хурѣньскій Дайчинъ Цорчжи - лама, Чиндамани-Сэцэнъ-тойнъ и посторонніе сопутствовавшіе гэгэну и сослужившіе хувараки, въ числѣ двѣнадцати, поднесли для лошадей и верблюдовъ гэгэна 200 ланъ серебра, и гэгэнъ созволилъ благодарить. Въ тотъ же день, непосредственно по окончаніи освященія, гэгэнъ вошелъ въ храмъ Цзу и поднесъ главному Цзу двѣ мантіи (цзанчи), красную и желтую, бурхану Гомбо-гуру—четыре маховыхъ сажеви черной шелковой матеріи (хара юй),

— 399 —

бурхану Хламо — тоже четыре маховыхъ сажени черной шелковой матеріі, коралловыя четки, серебряную лампадку, двѣ ленты (баданъ) и два шара съ душистыми травами, употребляемые въ буддийскихъ храмахъ какъ украшенія (чимà-пурмà). Здѣсь въ большомъ дуганѣ (храмѣ) поднесли гэгэну дансукъ номчи Цорчжи - лама и да-ханъ (тушѣту-ханъ), каждый въ 1000 ланъ, а цзынь-цзюнь-ванъ эфу, дарханъ гунъ Сандубъ-Дорчжи — каждый въ 500 ланъ.

28-го числа, въ главномъ храмѣ, Гуруни-эфу, Эрдэни-Цорчжи лама, сайнъ-ноянъ, циньванъ и Дурбōты поднесли гэгэну дансукъ въ 500 ланъ. Въ тотъ же день, заставивъ ламъ служить манцзу въ цъ главномъ храмѣ, гэгэнъ пожертвовалъ имъ 50 лошадей и сверхъ того 2000 чаевъ. Затѣмъ была приготовлена палатка передъ воротами монастыря, и здѣсь поклонилось гэгэну болѣе 100,000 человѣкъ, а онъ раздавалъ благословенія. Наконецъ, въ тотъ же день, стрѣляли въ цѣль и боролись борцы.

29-го числа, гэгэнъ по собственному желанію совершилъ служеніе Махагалѣ и принесъ данрикъ - цонгоръ, посвятилъ Махагалѣ лошадей, овецъ, коровъ, сарлыковъ, козъ, собакъ и проч. и завѣщалъ не убирать балинъ и мандалъ Махагалы до тѣхъ поръ нока онъ не воротится (изъ Тибета). Въ тотъ же день онъ, сидя въ желтой палаткѣ, которую растянули у воротъ „высокаго неба", приказалъ исполнить служеніе цамъ, „посмотрѣлъ и похвалилъ", а никогда надъ этимъ цамомъ протянулась радуга и пошолъ дождь, гэгэнъ сказалъ. что это результатъ великой благотворности цама. Въ тотъ же день гэгэнъ приказалъ отправить служеніе Довшитамъ и Юму. и подарилъ ламамъ 7000 часвъ.

30-го числа, гэгэнъ принесъ жертвы Дэльгэръ Хангакъ; въ тотъ же день цвуское духовенство поднесло ему мандалъ и поклонилось; за симъ гэгэпъ, сидя въ желтой палаткѣ, снова приказалъ отправить служеніе цамъ, и заставилъ бороться девятерыхъ борцевъ.

Сверхъ вышесказанныхъ подарковъ ламамъ, гэгэнъ пожаловалъ номчи Цорчжію право сидѣть на семи подушкахъ со спинкою, ширѣту хамбо — тутулъ бандита - хамбо-номчи - го - ши - цорчжи: гэдъ-лама Лобунъ-Дайчин'у — право сидѣть на 5 подушкахъ со спинкою съ титуломъ ширѣту - цорчжи; чиндамани сэцэнь-цорчжи Цэрэнъ Иши пожаловалъ два олбока, и поручилъ его завѣдыванію общія дѣла здѣшняго хурала; наконецъ, утвердивъ снова всѣ здѣшніе обычаи, онъ раздалъ разныя милости болѣе чѣмъ 50 человѣкамъ изъ ламъ и нойоновъ принадлежащихъ какъ къ духовному, такъ и къ свѣтскому знанію.

Въ тотъ же день ширѣту - хамбо - бандита-говши-номчи Цорчжи

- 400 -

лама поднесъ, какъ жертву, мандалъ въ десять ланъ серебра, зо-
лотую бумо, рубиновыя четки, золотую монету, серебряную чашку,
коралловыя четки, жемчужныя четки, бѣлый кораллъ, бѣлаго со-
боля, чернаго соболя, чернобурую лисицу, кусокъ сукна, кусокъ
тибетскаго стамеду, 50 ланъ серебра, лошадей и верблюдовъ больше
чѣмъ на 1000 ланъ. Гэгэнъ, говоря, что единственно лишь бы не
отпустить его безо всего, подарилъ ему кусокъ маннука (шелко-
вая ткань), а вновь построенному храму въ честь Чжанрайсскъ по-
жаловалъ имя Диванчинъ.

Передъ отъѣздомъ, гэгэнъ, уже по собственному желанію, за-
бралъ въ Эрдэни-Цзу нѣкоторыхъ бурхановъ, и 1-го числа 1-й
осенней луны оставилъ Эрдэни-Цзу. На дальнѣйшемъ пути онъ по
дорогѣ захалъ въ Барунъ-хурѣ, и здѣсь встрѣчали его почти съ
тѣми же оваціями. Гэгэнъ пробылъ въ Барунъ-хурѣ только одинъ
полный день, 2-е число, но и въ это время онъ успѣлъ, и самъ
совершить нѣсколько поклоненій и служеній буддамъ, и ему, какъ
божеству, возданы были неоднократныя поклоненія, подносился дан-
сукъ и проч. Въ числѣ приношеній на дансукъ особенно замѣчательны
слѣдующія: тушь ту- ханъ полнесъ гэгэну 1000 ланъ серебра; отъ
монастырскаго казначества было поднесено также 1000 ланъ;
гебкуй Гонцокъ-Чжабъ—1000 ланъ, Дурботы и Олоты—1000 ланъ;
Дайчинъ-Цорчжи лама—300 ланъ, простолюдины отъ 4-хъ айма-
ковъ—150 ланъ серебра и т. д. Сверхъ сего гэгэну были подарены
вепці. Такъ тушь ту- ханъ подарилъ восемь священныхъ жертвъ (най-
манъ тахиль), сдѣланныхъ изъ серебра, семь драгоцѣнностей, де-
сять стрѣлъ, литой серебряный колчанъ и лубъ. Послѣ сего гэ-
гэнъ отправился дальше: на прощанье ему было поднесено еще
два мандала по 50 ланъ, а народъ провожалъ его болѣе чѣмъ на
пространство няти сутокъ, и возвратился домой уже по слову са-
мого гэгэна.

Таковъ былъ характеръ путешествій гэгэновъ по монастырямъ
въ старое время, и таковы были доходы ихъ отъ этпхъ путешествій.
Трудно опредѣлить точную сумму этихъ доходовъ, даже при
томъ довольно-подробномъ перечнѣ, который представляетъ намъ
только-что изложенное сказаніе: цѣна золотой бучбо зависитъ отъ
величины ея, равно гадательна можетъ быть стоимость драго-
цѣнныхъ четокъ, серебряныхъ блюдъ и т. п. подарковъ гэгэну;
но во всякомъ случаѣ можемъ вполнѣ достовѣрно предполо-
жить, что пребываніе гэгэна въ этимъ двухъ монастыряхъ дало
ему чистаго дохода никакъ не менѣе 30 тысячъ р. с. Нынѣ та-
кихъ повѣдокъ уже не бываетъ или, по крайней мѣрѣ, онъ не
совершаются такъ часто какъ это было въ старое время. Причи-

— 401 —

пою этому обстоятельству безъ сомнёнія служить то, что гэгэнъ теперь уже не имётъ права по собственной волѣ разъзбзать по всей Халхѣ, и на поѣздку въ какой-либо изъ отдаленныхъ монастырей обязанъ испрашивать разрѣшеніе у Пекинскаго Двора. Свѣдѣніе это получено много изъ устъ Монголовъ, которые говорятъ, якобы гэгэнъ въ настоящее время не можетъ уѣзжать изъ Урги на разстояніе свѣше двадцати ли, и что такое ограниченіе разъѣздовъ гэгэна Маньчжурами произошло при 5-мъ хубилганѣ Чжибцзунъ - Дамба хутухты. Прямыхъ письменныхъ свидѣтельствъ поддерживающихъ справедливость этихъ словъ мнѣ не извѣстно, тѣмъ не менѣе я не могу не упомянуть о томъ ярко бросающемся въ глаза фактѣ, что по лѣтописи Эрдэнійнъ - Эрихэ дѣйствительно только со временъ 5-го хутухты начинаются записи гэгэновскихъ докладовъ къ Пекинскому Правительству о намѣреніи ихъѣхать въ тотъ или другой монастырь.

Такимъ образомъ въ настоящее время гэгэнъ львяется къ народу только при поклоненіяхъ и церемоніальныхъ службахъ въ два годовыхъ праздника, именно въ праздникъ Майдари и на служеніи цамъ. Поклоненія гэгэну бываютъ трехъ родовъ. Первое—„дансукъ ургуху", самое торжественное и потому къ совершенію его нужны большія средства, да и къ участію въ немъ всегда стекается множество народа. Прежде дансукъ совершался Монголами довольно часто, по нѣсколку разъ въ годъ: онъ былъ выгодный для ламъ, и по ходатайству ихъ гэгэны то-и-дѣло посылали баларчиновъ (сборщиковъ подаяній) въ степь съ проповѣдью о необходимости почитанія святыхъ ламъ и принесенія имъ жертвъ, дабы молитвами этихъ святыхъ избавиться отъ смутныхъ временъ въ мірѣ. Но со временъ пятаго хутухты китайское правительство запретило эти постоянные сборы народа въ Ургу, и постановило правиломъ, чтобы халхаскіе нойоны подносили гэгэну дансукъ не ранѣе какъ черезъ три года, и, въ видѣ особенной милости, разрѣшило совершать эту церемонію ежегодно только шабинарамъ. Сѣтѣхъ поръ Монголы уже и сами охладѣли къ этимъ церемоніямъ; вотъ уже семь лѣтъ какъ дансукъ не подносятся халхаскими нойонами, которые отговариваются теперь, и совершенно справедливо, своею нищетою, и такимъ образомъ теперь подносять дансукъ только шабинары, и торжество это обыкновенно совершается въ концѣ 7-й или 8-й луны, приблизительно около напіего августа. Всѣ 13,000 ургинскихъ ламъ собираются въ соборномъ Цокчинскомъ храмѣ, со звуками инструментовъ вносять они подъ балдахиномъ своего гэгэна, и, посадивъ его на высокій престолъ, поддерживаемый статуями четырехъ стоящихъ львовъ, начинаютъ читать молитву

26

— 402 —

дансука, обращенную къ гәгәну. Содержаніе этой молитвы есть просьба, чтобы гәгәнъ не оставлялъ того бреннаго тѣла которое онъ теперь принялъ на себя, не оставлялъ-бы сирою своей паствы, но жилъ бы во вѣки вѣковъ и всегда руководилъ и покровительствовалъ ей ко спасенью. Засимъ на серебряныхъ блюдахъ подносятся гәгәну жертвы, состоящія изъ серебра, шелковыхъ матерій, драгоцѣнныхъ камней и проч. Стоимость дансука можетъ быть никакъ не менѣе тысячи ланъ, если подносится онъ однимъ лицемъ. Дансукъ шабинаровъ, приносимый теперь ежегодно, оцѣнивается обыкновенно отъ 10 до 12 тысячъ ланъ, а дансукъ халхасскихъ князей — отъ 50 до 60 тысячъ.

Второе поклоненіе, съ приношеніемъ мандала, совершается ежедневно, и даже по нѣскольку разъ въ день, различными лицами; оно бываетъ не въ храмѣ, а въ пріемной залѣ жилища самого хутухты. Это обыкновенное поклоненіе всѣхъ Монтголовъ состоящихъ настолько, чтобы заплатить 150 р. с. Мандалъ собственно есть серебряное блюдо, на которомъ выковано изображеніе всего міра въ томъ видѣ въ которомъ существуетъ онъ по понятіямъ буддійской космологіи. На это блюдо насыпаются зерна пшеницы, перемѣшанныя съ небольшими раковинами, серебряными монетами и т. и. Эта-то блюдо и подносить, ставъ на одно колѣно и наклонивъ голову, покланяющійся, а гәгәнъ даетъ ему свое благословеніе, выражаемое возложеніемъ руки на голову. Символическое значеніе мандала есть врученіе покровительству и заступничеству гәгәна — всего міра; такимъ образомъ покланяющійся съ поднесеннымъ мандала представлять высшее доказательство своего человѣкобія и вѣры.

Что касается третьаго простонароднаго поклоненія гәгәну, то это совершается на площади, передъ дворцемъ гәгәна, лѣтомъ черчасъ день, зимою нѣсколько рѣже, иногда черезъ 5 и 6 дней. Прежде эти поклоненія бывали ежедневно, но еще со временъ третьаго гәгәна, именно въ 1764 году, китайское правительство отмѣнило эти ежедневныя поклоненія, мотивируя свое постановленіе тѣмъ, что хутухта утомляется этими церемоніями, и съ тѣхъ поръ вошелъ въ обычай настоящій порядокъ. Толпы поклонниковъ усаживаются длинными рядами прямо отъ воротъ гәгәновскаго дворца, и въ этомъ положеніи ожидаютъ его появліенія. Можно удивляться съ какимъ благоговѣніемъ смотрѣть всѣ они въ сторону откуда долженъ появиться гәгәнъ, и какая тишина царствуетъ во все это время, длящееся для нѣкоторыхъ иногда два и три часа. Наконецъ гдѣ-то вдали еле-еле заслышались тонкіе звуки флейтъ, вотъ они растутъ и растутъ, дѣлаются сильнѣе и сильнѣе, и нако-

- 403 -

нецъ слышны ясно; это значитъ что хутухта вышелъ изъ своихъ
покоевъ и появился на второмъ дворѣ, вмѣстѣ съ предшествую-
щею ему свитою. Шествіе изъ воротъ открываютъ попарно ламы,
несущіе свернутые въ трубку барсовыя шкуры, которые назнача-
ются для того чтобы разгонять народъ; но здѣсь разгонять не
кого: всѣ сидятъ такъ тихо, что въ этой тишинѣ слышанъ каждый
шагъ мѣрно ступающей въ парахъ свиты гагэна. За двумя парами
разгонщиковъ слѣдуютъ, также въ парахъ, двадцать четыре тѣлохра-
нителя, за ними шесть флеитистовъ и наконецъ самъ гагэнъ, несомый
въ желтыхъ носилкахъ на высотѣ 1¹/₂ саженей восемью гэлунами. По
выходѣ за ворота дворца, гагэну подаютъ съ обѣихъ сторонъ но-
силокъ по одному курдэ; это два длинныхъ шеста, обшитыхъ жел-
тою шелковою матеріею; на одинъ конецъ ихъ, верхній, хутухта
кладетъ свои руки, другой — нижній, къ которому собственно при-
крѣплено курдэ (цилиндръ металлическій или деревянный со
вложенными въ него священными книгами), беретъ въ руки лама
и кладетъ по-очередно на головы поклонниковъ. Обочедъ ряды,
хутухта скрывается при звукахъ тѣхъ же инструментовъ, и народъ
благоговѣйно ожидаетъ пока они совсемъ не замолкнутъ вдали
отъ жилища богочеловѣка.

На праздникѣ Майдари, цамѣ и төржественныхъ играхъ ху-
тухта участвуетъ какъ обыкновенный зритель, занимая только пер-
вое мѣсто. Въ одежѣ своей онъ ни чѣмъ не разнится отъ обык-
новенныхъ ламъ, за тѣмъ единственнымъ исключеніемъ, что на
шапкѣ у него утверждается золотая фигура вачира. Впрочемъ, это
не есть ни принадлежность его какъ гагэна, ни какой-либо знакъ
отличія, дарованный гагэну пекинскимъ правительствомъ. Фигура
вачира, укрѣпленная на шапкѣ, была собственно отличительнымъ
знакомъ тушѣту-хановъ и пожалована далай-ламою впервые Аба-
тай-хану, почему въ монгольскихъ лѣтописяхъ опъ и извѣстенъ
подъ именемъ „вачирай-сайнъ-ханъ“; впослѣдствіи этотъ отличи-
тельный знакъ переходилъ послѣдовательно къ сыну Абатай-хана
и внуку его; когда-же послѣдній вступилъ въ подданство Китая и
долженъ былъ, согласно китайскимъ постановленіямъ, посадить на
свою шапку коралловый шарикъ, Ундуръ-гагэнъ взялъ себѣ фи-
гуру вачира, какъ прямой наслѣдникъ тутѣшу-хановъ, и завѣщалъ
носить ее всѣмъ хутухтамъ, какъ память о благотворной дѣятель-
ности тушѣту-хановъ по развитію буддизма въ Монголіи.

Суммы, которые имѣть право расходовать самъ гагэнъ и рас-
ходуютъ на содержаніе его ламы, совершенно не ограниченны и
опредѣлить ихъ почти буквально невозможно. Гагэнъ не полу-
чаетъ опредѣленнаго жалованья, ни отъ халхаскихъ сеймовъ, ни

26*

— 404 —

отъ пеканскаго правительства. Впрочемъ извѣстно, что въ 1763 г.
былъ докладъ ургинскаго амбаня, Санцзай-Дорчжи, къ императору,
чтобы гагэну, какъ и всѣмъ халхаскимъ нойонамъ, назначено было
жалованье; но Цянь-лунъ отвѣчалъ въ то время, что „Чжибцзунъ
Дамба, какъ человѣвъ отрѣшившійся отъ міра и отъ дома, не мо-
жетъ быть приравниваемъ къ ханамъ и ванамъ, а потому дать ему
жалованье кажется неприличнымъ“ ¹⁵). Съ тѣхъ поръ вопросъ
этотъ уже больше не полнимался, и гагэнъ, равно какъ и весь штатъ
его, живутъ исключительно доходами отъ службъ и податями съ ша-
бинаровъ. По отношению къ доходамъ отъ службъ нужно впрочемъ
замѣтить, что гагэнъ и его штатъ никакъ не должны быть смѣ-
шиваемы съ общимъ ламскимъ населеніемъ Куреня, которое су-
ществуетъ совершенно независимо отъ гагэна, и раздѣляется еще
между собою на 28 самостоятельныхъ общинъ. Въ казначейство
гагэна поступаютъ доходы только отъ богослуженій въ тѣхъ об-
щественныхъ ургинскихъ храмахъ, которые не имѣютъ при себѣ
самостоятельнаго штата, и въ которыхъ богослуженія совершаются
ламами, какъ принадлежащими спеціально къ штату гагэна, такъ
равно и состоящими въ числѣ членовъ помянутыхъ 28 общинъ —
по очереди. Другихъ какихъ-либо доходовъ въ казначейство гагэна
не поступаетъ. По правиламъ, даже принадлежащій къ штату гагэна
лама, если онъ будетъ приглашенъ въ частный домъ для испол-
ненія какого-либо богослуженія, плату за трудъ беретъ себѣ, и
не даетъ въ ней отчета ни казначею гагэна, ни самому гагэну.
Однимъ словомъ въ казну поступаютъ только тѣ приношенія ко-
торыя отдаются за службы въ храмахъ, совершаемыя всѣмъ обще-
ствомъ ламъ. Нѣтъ, конечно, возможности для посторонняго чело-
вѣка исчислить всѣ мелочные доходы, и даже показать хотя при-
близительно ихъ общую сумму; но достовѣрно то, что изъ числа
этихъ денегъ на содержаніе гагэна въ собственномъ смыслѣ слова
не поступаетъ ни одной мѣдной чжосу; всѣ эти суммы идутъ ис-
ключительно на содержаніе тѣхъ же самыхъ храмовъ: поправку
зданія, покупку курительныхъ свѣчей и өиміама, приобрѣтеніе чаю
и продуктовъ на общественную трапезу ламъ во время богоцу-
женій и пр. и пр. Расходы эти однако такъ значительны, что ихъ
обыкновенно никогда не окупаетъ приходъ, и къ концу года, т. е.
зимою, почти всегда случается что храмовыхъ приношеній не хва-
таетъ даже и на эти обыденныя нужды храма. Тогда ламство ис-
прашиваетъ у гагэна позволенія отправить кого-либо за сборомъ
подаяній, или-же снаряжаетъ какую-нибудь религіозную церемо-

¹⁵) Эрдэнійнъ-Эрихъ. Глава 42-я, л. 87-й.

— 405 —

нію въ походъ по хошунамъ, и такимъ образомъ дѣла храма по-
правляются. Понятно отсюда, что содержаніе гѣгена обеспечивается
другаго рода приношеніями, и таковыми представляются: соверша-
емое при пѣніи особенныхъ молитвъ и игрѣ на музыкальныхъ
инструментахъ, приношеніе гѣгэну дансука; менѣе торжественное,
но совершаемое также при чтеніи молитвъ приношеніе мандала,
частные подарки князей, и наконецъ податные сборы съ шабинаровъ.
Изъ этихъ - то суммъ производятся расходы на содержаніе гѣгена,
его штата и правителей шабинаровъ, каковы: шанцзотба, да - ламы,
и прочіе члены такъ называемаго шабдинскаго ямуня.

Шабинары, по буквальному значенію „ученики“ гѣгена, а въ
дѣйствительности ничто иное какъ его крѣпостные, въ настоящее
время составляютъ цѣлое вѣдомство въ Халхѣ, подобно тому какъ
существуютъ въ ней вѣдомства трехъ халхаскихъ хановъ и сайнѣ-
нойона. Образованіе шабинаровъ впервые относится къ 1641 году
т. е. ко времени возведенія Ундуръ-гѣгена на каеведру въ Цаганѣ-
нурскомъ монастырѣ. Въ то время каждый изъ владѣтельныхъ кня-
зей и тайчжіевъ поднесъ гѣгну по нѣскольку семей изъ числа
своихъ данниковъ, съ тѣмъ чтобы семьи эти всегда давали
дань хубилганамъ Чжибцзунъ - Дамбы. Такимъ образомъ положено
было начало данникамъ гѣгена. Впослѣдствіи число ихъ посте-
ненно увеличивалось, потому что, съ одной стороны, владѣтельные
князья время отъ времени повторяли такого рода подарки; съ дру-
гой и сами гѣгэны того времени заботились объ увеличеніи числа
своего, такъ сказать, крѣпостнаго люда, и пользовались для сего са-
мыми разнообразными средствами. Нѣкоторое напоминаніе объ
этихъ средствахъ сохраняется еще и доселѣ въ дѣленіи шабина-
ровъ на такъ-называемые „орголійнъ улусъ“ — людей полаянія
„цзоликъ гаргахсанъ улусъ“ — людей исключенныхъ въ выкупъ, и
„гайда гаргахсанъ улусъ“ — людей прогнозныхъ. „Орғолійнъ
улусъ“ собственно называются тѣ семьи которая бѣли въ разное
время поднесены гѣгну владѣтельными князьями. Причисленіе къ
шабинскому вѣдомству семей носящихъ названіе „цзоликъ гаргах-
санъ улусъ“ совершалось также въ разное время; тѣмъ не менѣе
переходы ихъ въ число данниковъ гѣгена относятся только къ пе-
ріоду перваго и втораго ургинскихъ хутухтъ, т. е. хутухтъ - мон-
головъ по происхожденію. Преданіе разсказываетъ что монголь-
ские князья часто приглашали перваго и втораго ургинскихъ ху-
тухтъ для совершенія гуріюм'овъ, т. е. молебствій надъ большими;
подтвержденіе этого находимъ затѣмъ и въ біографіяхъ ургин-
скихъ хутухтъ. Извѣстно, что гуріюмы у Монголію - будистовъ
совершаются тогда, когда земные врачи не находятъ уже средствъ

— 406 —

къ излеченію больнаго, и полагаютъ единственный способъ изба-
вленія его отъ смерти въ замѣнѣ больнаго другою какою - либо
личностью, или, по буквальному выраженію Монголовъ, въ „выкупѣ
души“. Гэгэны, совершая гурюмы надъ больными князьями и кня-
гинями, обыкновенно назначали для выкупа ихъ душъ у владыки
ада отъ 15 до 20 семей ихъ данниковъ, и обозначенныя такимъ
образомъ ими семьи переходили въ шабинское вѣдомство, прини-
мая имя „цзоликъ гаргахсанъ улусъ“ т. е. народа исключенаго
въ выкупъ. Впрочемъ, въ послѣднее время это имя уже мало слы-
шится въ рѣчи, вѣроятно потому что сами шабинары эти были
недовольны своимъ прозвищемъ „обреченныхъ чорту“ и старались
уничтожить его; такимъ обраломъ нынѣ они называютъ себя „ба-
рицанай улусъ,“ т. е. „народъ взятки“ — наимепованіе чрезвычайно
мѣтко характеризующее появленіе ихъ въ числѣ данниковъ гэгэна.
Наконецъ, съ именемъ „гайда гаргахсанъ улусъ“ существуютъ три
отока, или рода, шабинаровъ, изъ которыхъ два, въ количествѣ
150 семей, кочуютъ по берегамъ рѣки Иро, а одинъ, въ 50 семей,
живетъ у истоковъ Онона. О перечисленіи ихъ изъ хошуннаго въ
шабинское вѣдомство существуетъ такой разсказъ: въ одно время
Ундуръ-гэгэнъ заболѣлъ, онъ не могъ принимать пищи и уже го-
товился къ смерти; врачи отказались лечить его обыкновенными
средствами и полагали единственную надежду на „выкупъ“, т. е. на
замѣну личности Ундуръ-гэгэна другими людьми. Тогда со всѣхъ
хошуновъ тушѣту-хановскаго аймака было собрано не менѣе какъ
по десяти семей съ каждаго хошуна и, согласно правиламъ о „цзо-
ликѣ“, этимъ людямъ приказано было одѣться въ одежды Ундуръ-
гэгэна и уйти въ лѣсистыя и болотистыя мѣстности, съ тѣмъ
чтобы никогда не показываться въ кочевьяхъ Ундуръ-гэгэна. По-
становленіе это строго соблюдалось при Ундуръ-гэгэнѣ, и только
со временѣ второго хутухты изгнанники эти получили право входить
въ Ургу, а до того времени они, избравъ своимъ мѣстопребыва-
ніемъ берега Иро и Онона, занимались охотою и звѣроловствомъ.
Впрочемъ этотъ родъ занятій преимуществуетъ у нихъ и до на-
стоящаго времени. При Ундуръ-гэгэнѣ „гайда гаргахсанъ“ были
избавлены отъ всякихъ податей, но со временѣ 3-го хутухты
(1758 — 1773) они начали представлять гэгэну по десяти кабановъ
съ каждаго отока, которыхъ хутухта обыкновенно тотчасъ отсы-
лаетъ въ подарокъ китайскому богдо - хану. Вообще дань съ этихъ
шабинцевъ и до сего времени считается неблаговиднымъ расхо-
довать на пищу и необходимости хутухты: ее употребляютъ на со-
держаніе шабинаровъ, заключенныхъ въ темницахъ, подарки ки-
тайскимъ властямъ, или - же сбываютъ продажею на-сторону.

— 407 —

Прочіе шабинары несутъ обывновенные монгольскіе налоги, со-
гласно китайскимъ постановленіямъ о взиманіи податей съ данни-
ковъ; кромѣ того, богатые по обычаяю прикладываютъ еще къ пла-
тимому ими налогу 1/3 часть его, въ виду того что всѣ вообще
шабинары избавлены отъ службы царской по карауламъ и пике-
тамъ. Опредѣленной для кочевья земли шабинары не имѣютъ —
имъ дозволено свободно и бесплатно кочевать и занимать мѣста
во всѣхъ четырехъ халхаскихъ княжествахъ. Въ административ-
номъ отношеніи они раздѣляются на 72 малыхъ отока. или 12
большихъ отоковъ; среднее число семей въ большихъ отокахъ можно
считать приблизительно въ 860.

Помимо податей съ людей всѣхъ этихъ отоковъ — податей, ко-
торыя никогда не расходуются сполна, а ежегодно представляютъ
остатки — гэгэнъ издерживаетъ еще часть доходовъ получаемыхъ
съ его имуществъ, заключающихся въ стадахъ верблюдовъ, коровъ,
сарлыковъ, овецъ, табунахъ лошадей, пахотныхъ земляхъ и пр. и
пр.; говоримъ „часть доходовъ", потому что всѣхъ ихъ, какъ и по-
датей съ шабинаровъ, гэгэнъ никогда не издерживаетъ. Такимъ
образомъ общій итогъ имуществъ гэгэна возрастаетъ съ каждымъ
годомъ больше и больше. Въ кладовыхъ его, полныхъ разнаго рода
матеріями и мѣхами, можно найти много весьма интересныхъ ве-
щей даже по части наукъ, какъ - то: физические аппараты, мине-
ралогическія коллекціи, замѣчательныя конечно не по полнотѣ, а
только потому что состоять изъ драгоцѣнностей; можно найти за-
симъ тамъ и отдѣльный кабинетъ въ которомъ собрано разнаго рода
оружіе начиная съ деревяннаго лука съ намазанною ядомъ стрѣ-
лою и кончая ружьемъ Бердана; наконецъ, среди множества полез-
ныхъ вещей встрѣчаются и совершенно - непримѣнимые къ жизни
степняка предметы европейской роскоши, какъ - то: богатыя лю-
стры, канделябры, лампы, серебряные сервизы; есть даже форте-
ціяно и десятка два различныхъ шарманокъ. Какъ на особенность
сбора одинаковыхъ предметовъ въ количественномъ отношеніи, могу
указать, что въ описи гэгэновыхъ имуществъ за 1877 годъ значилось
различной величины и матеріала стѣнныхъ и карманныхъ часовъ 974
штуки. Все это конечно было въ разное время принесено
въ даръ гэгэну, и поступило въ его сокровищницу. Нелишнимъ
считаемъ при семъ замѣтить, что каждый гэгэнъ, собственно
говоря, не имѣетъ права собственности: онъ живетъ, пользуется
всѣмъ, чѣмъ хочетъ, увеличиваетъ свои имущества, получая по-
дарки и выписывая различныя вещи; но все это принадлежить ему
только нарицательно, и по смерти его переходитъ для такого же
пользованія къ его преемнику. Даже при жизни гэгэнъ не имѣетъ

— 408 —

права вполне самовольно распоряжаться своими имуществами, и если бы захотѣл онъ чтò израсходовать, или подарить какую-либо вещь, онъ необходимо держить совѣтъ сѣ ламами. Само собою разумѣется при этомъ, что родные гэгэна послѣ его смерти не получаютъ отъ него никакого наслѣдства, и если они возвращаются въ Тибетъ, обыкновенно, богачами, то это богатство пріобрѣтается ими, еще при жизни гэгэна, когда они так же пользуются почетомъ и получаютъ подарки и приношенія. Такимъ образомъ, родители настоящаго гэгэна, прибывъ въ Халху, получили отъ халхаскихъ аймаковъ въ подарокъ 3,000 лошадей и приблизительно такое же количество рогатаго скота.

Смерть гэгэна проходить для всей Монголіи вообще неза-
мѣтно, и если гдѣ волнуются этимъ событиемъ, то только въ Ургѣ
и аймакѣ тушѣту-хана По смерти гэгэна, тѣло его бальзамируютъ.
Операцію эту производятъ ламы обыкновенно, мѣсяца три, или
даже больше. Трупа они не разрѣзываютъ, и не анатомируютъ
его, а, усадивъ его въ должную позу, натираютъ разнаго рода
благовоніями и спиртуозными жидкостями, потомъ обмазываютъ
составомъ изъ соли и другихъ веществъ. Въ этомъ состояніи трупъ
пробываетъ, обыкновенно, мѣсяца два, однимъ словомъ до тѣхъ
поръ пока совершенно не высохнетъ. Тогда отъ него отдѣляютъ
соляной составъ; части тѣла, свободныя отъ одеждѣ, и прежде всего
лице, покрываютъ позолотою; поверхъ позолоты на лицѣ трупа раз-
рисовываютъ брови, усы и губы, но оставляютъ закрытыми глаза.
Въ этомъ видѣ трупъ гэгэна называется „шарилѣ“; его садятъ въ
серебряный субурганъ (пирамиду) и съ торжественнымъ бого-
служеніемъ ставятъ въ храмѣ, поолѣ чего воздаютъ ему божескія
почести. Всѣ вообще ургинскіе гэгэны похоронены въ обыкновен-
номъ сидячемъ положеніи бурхановъ (цзабилатъ), но они отлича-
ются между собою положеніемъ рукъ. Первый монгольскій хубил-
ганъ Чжибцзунъ-Дамбы похороненъ держащимъ въ рукахъ вачирѣ
и колокольчикъ (хонхо); второй представленъ съ благословляющею
правою рукою; третій держить обѣими руками бумбо, стоящую у
него на колѣняхъ. Видѣть мощи гэгэновъ, похороненныхъ въ Ургѣ,
кажется положительно невозможно, потому что ургинскіе ламы
придаютъ уже черезъ-чурѣ много важности своей святынѣ; но въ
монастырѣ Шачжини-бадарагулухчи (Дамба-Дорчжи), познакомив-
шись сѣ ламами, всегда можно попросить показать шарилъ гэгэна,
и монастырскіе слуги исполнять это даже и за небольшую плату.

— 409 —

ОБЪЯСНЕНИЕ

монгольскихъ, тибетскихъ, маньчжурскихъ и китайскихъ словъ
встрѣчающихся въ предшествующей статьѣ

Айманъ, по буквальному переводу съ монгольскаго, слово это
означаетъ „соединеніе“, „округъ“, и употребляется Монголами въ
значеніи собранія и сонма существъ или вещей подраздѣляющихся
въ частности, по своимъ видамъ, на разряды, роды и классы; та-
ковы выраженія: шимнусыйкъ аймакъ — „сонмъ демоновъ“, ламана-
трыйнъ аймакъ — „сонмъ духовенства“, кибъ торюнай аймакъ —
„отдѣлъ шелковыхъ матерій“ и пр. Въ статьѣ нашей слово аймакъ
употреблено какъ терминъ административнаго дѣленія Халхи, ко-
торое введено было въ этой странѣ Маньчжурами, со времени при-
знанія халхаскими князьями надъ собою маньчжурской власти.
Полагаемъ, что первоначальное постановленіе о раздѣленіи Хал-
хи на аймаки состоялось осенью 1690 года, на Долонъ - нурскомъ
сеймѣ, когда монгольскіе князья были утверждены императоромъ
Канси въ своихъ достоинствахъ, и Халха получила новые админи-
стративные порядки, выразившіеся прежде всего въ увеличеніи
числа княжескихъ удѣловъ (хошунъ). Для болѣе удобнаго и лег-
каго сношенія пекинскаго правительства съ этими удѣльными
князьями, тогда же постановлено было соединить ихъ въ отдѣльные
сеймы (чуланъ). Этотъ порядокъ сохранился собственно въ Монго-
лии и донынѣ, и удѣлы принадлежащіе къ одному сейму составляютъ
„аймакъ“ ¹). Правителями аймаковъ, имѣвшими впрочемъ значеніе не
большее какъ предсѣдателей на сеймахъ, въ то время были назна-
чены старшіе представители рода Чингисханидовъ въ Халхѣ, имен-
но: Тушѣту-ханъ, Сэцэнъ-ханъ и Цзасакту-ханъ; имена ихъ со-
хранились и донынѣ въ наименованіи аймаковъ, хотя эти личности
въ настоящее время и не всегда носять на себѣ обязанности пред-
сѣдателей аймачныхъ сеймовъ. Нынѣ Халха раздѣляется на че-
тыре аймака, такъ какъ сверхъ вышепоименованныхъ трехъ айма-

¹) Эрденіянъ-Эрихъ. Гл. 43.

— 410 —

ковъ, къ нимъ присоединился еще четвертый — Сайнъ-ноина. Это
новое приращеніе совершилось въ третій годъ правленія Юнъ-
чжен'а (1725), когда за хошой цинь-ваномъ Даши-Дондобомъ утвер-
жденъ былъ титулъ сайнъ-ноина, и сдѣланъ онъ былъ предсѣда-
телемъ сейма 24-хъ удѣльныхъ князей, входившихъ прежде въ со-
ставъ сейма Тушѣту - хановскаго, и потому причислявшихся къ
его аймаку ²).

Въ настоящее время аймакъ тушѣту - хана состоитъ изъ 20-ти
удѣловъ; сеймъ его собирается въ Ургъ и носитъ названіе Хан-
улаинъ чуланъ ³). Пространство составляющее земли этого аймака
ограничивается съ востока Гэнтейскими горами, на западѣ онѣ
простираются до р. Онгіинъ-гол'а, на югъ доходятъ почти до юж-
ной оконечности Гоби, къ сѣверу граничать рѣкою Чикой съ рус-
скими владѣніями ⁴).

Аймакъ сэцэнъ - хана составляется изъ 23-хъ удѣловъ; сеймъ
его собирается въ послѣднее время близъ куреня Хухэнъ - хутухты,
но донынѣ еще носитъ названіе мѣстности своего первоначальнаго
нахожденія на р. Хэрулюнѣ при развалинахъ города Барсъ - хота —
Хэрулунъ Барсъ - хотойнѣ чуланъ. Пространство занимаемое ко-
чевьями этого аймака доходить на востокѣ до горы Эрдэни-Толо-
гой, на западѣ до горъ Цаганъ - Чулуту, на югъ простирается до
мѣстности Таргунъ - Цайдамъ, а на сѣверѣ, у горъ Ундуръ-ханъ.
граничитъ съ русскими владѣніями въ Забайкальскомъ Край.

Аймакъ цзасакту-хана состоитъ изъ 19 удѣловъ; сеймъ его
носить названіе Биндуруя нурыйнѣ чулань, и собирается при исто-
кахъ р. Цзака. Пространство занимаемое кочевьями этого аймака
достигаетъ на востокѣ до р. Онгіинъ-Ширхалцзулъ, на западѣ —
до озера Хара-усу-элэнъ, на югъ — до горъ Арца-хара-тохой, а
на сѣверъ — до р. Туинъ-голъ ⁵).

Аймакъ сайнъ - ноина состоитъ изъ 24-хъ удѣловъ; сеймъ его
собирается на р. Цэцэрликъ, почему и носить названіе Цэцэрликъ-
голынъ чуланъ. Земли аймака простираются на востокъ до р.
Боро-бургасу, на западъ — до горъ Куль-сая-сухуту, на югъ — до
р. Цэцэрликъ, и на западъ — до р. Чилуту ⁶).

Одновременно съ дѣленіемъ Халхи на аймаки, Маньчжуры
установили еще дѣленіе ея на такъ - называемыя „дороги", назвавъ

2) Эрдэніянъ-Эрихэ. Л. 44.

3) Тамъ же, гл. 24, л. 26.

4) Цзарлилъ-йэръ тохтогахсанъ ванъ гунгудунъ илэтхэль шастиръ. Гл. 45, л. 2.

5) Тамъ же, гл. 51, л. 12.

6) Тамъ же, гл. 61, л. 2.

— 411 —

аймакъ Тушѣту - хана — Сѣверной дорогой, Сэцэнъ - хана — Восточной дорогой, и Цзасакту хана — Западной дорогой 7); впослѣдствии, когда къ этимъ тремъ аймакамъ просоединился четвертый, Сайнъ-ноина, онъ получилъ названіе Средней дороги. Это названіе по дорогамъ равносильно названію по аймакамъ, и въ китайско-монгольской юридической литературѣ употребляется безразлично.

Амбань, слово маньчжурское переводимое на монгольскій языкъ словомъ сайтъ, составляетъ титулъ которымъ именуютъ въ Монголіи высшихъ правителей. Титулъ этотъ однако не принадлежить тѣмъ лицамъ къ которымъ управленіе народомъ переходитъ наслѣдственно, каковы всѣ хошунные и удѣльные князья и тайчжи, но относится исключительно до тѣхъ лицъ которыя вѣдаютъ общественныя должности по выбору и назначенію пекинскаго правительства. Такимъ образомъ въ Халхѣ именуются амбанями: улясутайскій цзянь - цзюнь и верховные правители въ городахъ Ургѣ, Улясутаѣ и Кобдо, которыхъ въ каждомъ изъ этихъ городовъ полагается по два — одинъ изъ Маньчжуровъ, а другой изъ Монголовъ. Такъ какъ они рѣшаютъ дѣла совѣщательно, то ихъ титуляютъ собственно хэбэй - амбань, что переводится обыкновенно на русскій языкъ, хотя и не вполне точно, „членъ совѣта“; вообще слово амбань можетъ быть равносильно нашему „генералѣ“.

Балинъ, тибетское дурма. Подъ этимъ именемъ въ буддійской практикѣ вообще извѣстно жертвоприношеніе совершаемое, по преимуществу, въ честь особыхъ божествъ называемыхъ Докшит'ами; собственно-же балинъ есть названіе предмета жертвоприношенія. Постановленія и указанія о приготовленіи балиновъ излагается въ особой главѣ буддійскихъ обрядниковъ, извѣстной подъ именемъ гарунъ абулла. Не входя здѣсь въ подробности всѣхъ предписываемыхъ правилъ, скажу только, что большинство балиновъ приготовляется изъ пшеничной муки, которую замѣшиваютъ на винѣ, смѣщанномъ съ водою (нѣкоторые балины приготовляются изъ ячменной муки, напримѣръ балинъ Махагалы; въ Чжамсарановомъ балинѣ къ пшеничной мукѣ должно подмѣшивать овсяную и пр. Балины приносятся и амурлингой - бурханамъ: такіе замѣшиваются исключителѣно на водѣ). Тѣсто это ставятъ на огонь, и въ то время когда оно упрѣваетъ, въ него подкладываютъ сахаръ, изюмъ и другія пряности. Приготовленному такимъ образомъ тѣсту даютъ форму балиновъ. Этихъ формъ собственно три, и обыкновенно, при каждомъ жертвоприношеніи Докшитамъ, приносится три балина

7) Тамъ же, гл. 69, л. 1.

- 412 -

различныхъ формъ: первый изъ нихъ назначается въ жертву гац-
зарыйнъ эцэн'у — генію — покровителю той мѣстности въ которой
совершается жертвоприношеніе; второй и третій составляютъ жер-
тву докшину. Первый дѣлается обыкновенно круглый, вторые имѣ-
ютъ трехъугольную пирамидальную форму. На вершинѣ перваго,
обмазаннаго сплошь масломъ и потому имѣющаго бѣлый цвѣтъ,
водружаются изображенія солнца, луны и драгоцѣнности — чин-
дамани, приготовляемыя изъ масла и окрашиваемыя сообразно
своему цвѣту, а по бокамъ онъ украшается цвѣтками, приготовляе-
мыми также изъ масла и окрашиваемыми въ разныя краски. Вто-
рой балинъ, назначаемый докшину, по правиламъ „гарунъ абулга",
долженъ быть окрашенъ въ тотъ цвѣтъ какой имѣтъ лице док-
шина которому онъ приносится; онъ оканчивается на вершинѣ
своей фигурами солнца, луны и нада; по угламъ имѣтъ изобра-
женіе пламенѣющаго огня, на сторонахъ также украшается цвѣт-
ками, и въ срединѣ долженствуетъ имѣть букву почитаемую за
букву такъ - называемыхъ „сердечныхъ тарни“ докшина. Такъ какъ
внѣшній видъ всѣхъ докшинскихъ балиновъ одинаковъ, то по этой
буквѣ и можно узнать какому именно изъ докшиновъ назначенъ
балинъ, потому что буква „сердечныхъ тарни“ у каждаго изъ
докшиновъ различна. Впрочемъ, опредѣленіе докшинскаго балина
можетъ быть произведено еще и по количеству окружающихъ его
малыхъ балиновъ, которые назначаются въ жертву сотрудникамъ
сопутствующимъ докшину, и число которыхъ у каждаго докшина
различно (такъ у 1'омбо ихъ 75, у Махагалы—62 и т. д.). Третій
балинъ, назначаемый также докшину, не имѣтъ у себя никакихъ
украшеній и всегда бываетъ коричневаго цвѣта. По-тибетски онъ
называется щатакъ-марчижи, что значить „балинъ плоти и крови“.
Таинственное значеніе его — преданіе карѣ докшина всѣхъ враговъ
и препятствій вѣры и добродѣтели, а потому у основанія этого
балина кладутся изображенія человѣческихъ ногъ (отъ лядвій
до пяты), рукъ (отъ плечевой кости до оконечности кисти), язы-
ка, сердца и мозга, какъ главнѣйшихъ факторовъ всякой дѣятель-
ности человѣка. Балинъ этотъ, по окончаніи служенія докшинамъ,
сжигается на кострѣ за стѣнами монастыря и никогда не можетъ
быть ни раздѣленъ между вѣрующими, какъ два другихъ балина,
ни оставленъ при храмѣ, какъ это часто дѣлается съ цзамбути-
быйнь шальсай. Правила „гарунъ абулга“ предписываютъ какъ при-
готовлять балины, такъ и содержать ихъ въ особой чистотѣ, и на
этомъ основаніи на нихъ не позволяется даже дышать человѣку:
гениготовляющіе балины, приносящіе ихъ въ храмъ, и ставящіе на
пикъ посреди храма, надѣваютъ поэтому на ротъ особую

— 413 —

волосяную сѣтку, называемую у Монголовъ халхабчи, а у Бурятъ—
хабуръ. По окончаніи служенія, два первыхъ балина раздѣляются
между молящимися ⁸).

Баньчень-эрдэни, иначе называемый Монголами банчень-ринбочэ,
или банчень-богдо (ринбочэ—тибетское слово переводимое по-мон-
гольски эрдэни, значитъ „драгоцѣнность“) — титулъ представителя
буддійской іерархіи въ Тибетѣ, почитаемаго хубилганомъ Амитабы.
Впрочемъ, китайское правительство унизило почитаніе банчень-
богдо, давъ предпочтеніе, въ своей табели о рангахъ, духовному
сыну его — далай-ламѣ. Лѣтопись перерожденій Банченя мы нахо-
димъ въ біографіи Цзонхавы, и изъ нея узнаемъ, что Баньчень во
времена будды Шигэмунія были однимъ изъ верховныхъ учениковъ
его съ именемъ Субуди; послѣ сего онъ переродился въ царствѣ
Шамбала и былъ царемъ съ именемъ Маньцзушри-Кирти; засимъ
переродился пандитою Сайнъ-Тэгусъ-Нэгэкчи; потомъ былъ из-
вѣстенъ подъ именемъ Абхара-Хара; въ слѣдующемъ засимъ пере-
рожденіи былъ славнымъ языковѣдомъ и назывался Куй-хэлэмурчи;
послѣ сего онъ переродился въ родѣ Сакъя'сцевъ и былъ пан-
дитою Гунга-Чжамцо, знаменитымъ изобрѣтателемъ монгольской
письменности; засимъ онъ переродился знаменитымъ тайновѣдцемъ
и былъ извѣстенъ подъ именемъ Шиддиту-Бацзаръ-Шири; послѣ-
дующій сему хубилганъ жилъ во времена Цзонхавы и былъ вер-
ховнымъ ученикомъ его съ именемъ Гайрубъ-Богдо; въ слѣдующемъ
засимъ перерожденіи онъ назывался Цзонгунъ-цзанъ-илагуксанъ
сайнъ-оюту Артасидди. Послѣдующіе за симъ хубилганы носили уже
титулъ баньчэнь-эрдэни и были извѣстны подъ именами: первый
видъ—Сумади-Дарма-Доцза; второй—Лубсанъ-Иши, и третій—Вал-
данъ-Иши ⁹). Дальнѣйшихъ хубилгановъ біографія Цзонхавы не пере-
числяетъ и они остаются для насъ неизвѣстны. Настоящее мѣсто
пребываніе баньчэнь-эрдэни находится въ тибетскомъ монастырѣ
Чжаши-Хлумбо; подробности объ этомъ монастырѣ см. въ „Описа-
ніи Тибета“ О. Іакинова ¹⁰).

**Бодисатва.** Это названіе носятъ въ буддійской терминологіи
существа, когда достигаютъ они высшей степени нравственнаго
совершенства и проходятъ послѣдній периодъ предъ достиженіемъ
состоянія будды. Вопросъ о бодисатвахъ — точное изученіе и опре-
дѣленіе свойствъ ихъ — составляетъ одинъ изъ труднѣйшихъ и слож-
нѣйшихъ вопросовъ буддизма; потому что, несмотря на единое

⁸) Сумбумъ Чжидоръ - Хамбо ламы. Гл. 32, л. 4–63.

⁹) Пзонхавайнъ намтартъ. Гл. 8, л. 37–38.

¹⁰) Описаніе Тибета. Спб. 1828, етр. 71—74.

— 414 —

названіе для существъ этого рода, они подраздѣляются на множе-
ство разрядовъ, смотря по степени достигнутаго ими совершенства.
По сочиненію „Тонилхуйпъ-Чимэкъ“, бодисатвъ вообще много раз-
личныхъ видовъ, но если вкратцѣ собрать свойства общія всѣмъ имъ,
то они таковы: бодисатвы отличаются смиреніемъ, имѣютъ безхит-
ростную правдивую мысль, оказываютъ милости одушевленнымъ
существамъ, стремятся къ ученію о великихъ средствахъ (для спа-
сенія), превозмогаютъ трудные подвиги и по-истинѣ прилежатъ къ
основамъ добродѣтели ¹¹). Не входя въ разсмотрѣніе этого краткаго
и до нѣзья односторонняго опредѣленія, мы постараемся, съ своей
стороны, дать понятіе о бодисатвахъ связавъ его съ общею теоріею
буддизма. Извѣстно, что, по понятіямъ буддизма, всякое существо
долженствуетъ сдѣлаться буддою, или иначе, всѣ конечныя суще-
ства настоящаго видимаго міра могутъ и даже необходимо должны
слиться съ своимъ безконечнымъ, нематеріальнымъ началомъ. Это
цѣль всего существующаго, цѣль всякаго бытія. Признавая въ суще-
ствахъ двойственность природы, буддизмъ почитаетъ основными
свойствами духа безсмертіе и свободу. Природа, сама по себѣ
бренная, содержитъ въ себѣ духъ какъ въ темпицѣ, но воля и
самосознаніе даютъ ему средства освободиться отъ узъ матеріі. По-
мраченіе матеріею ввергаетъ духъ въ пучину страданій, но онъ
употребляетъ всѣ средства къ возстановленію своего блаженнаго
состоянія, всѣ средства и въ - особенности указуемыя буддизмомъ
въ такъ-называемомъ отдѣлѣ яэхе хулэнь ¹²), которые почти уда-
лены отъ матеріі, полызясь которыми духъ сосредоточивается въ
самомъ себѣ, сознаетъ самого себя и даетъ себѣ направленіе къ
достиженію всеобщаго духа, покоящагося въ Нирванѣ. Такое-то
существо стремящееся къ абсолютному бытію и называется боди-
сатвою, т. е. существомъ со святою мыслію (боди сэтхаль).
Выше уже было замѣчено, что бодисатвы раздѣляются на множе-
ство отдѣловъ, но изследовать всѣ эти дѣленія въ полнотѣ можно
написавъ разви цѣлые томы; общкновенно-же бодисатвъ раздѣлять
на десять областей, перечисленіе которыхъ съ указаніемъ на свой-
ства ихъ обитателей находимъ въ сочиненіи „Чихула - Кэрэглэкчи ¹³).
Эти области суть: 1) радостная область, 2) нескверная область,
3) свѣтлая область, 4) свѣтоносная (эрэль бадирагулухчи) область,
5) область трудная къ очищенію, 6) явная область (илэтэ болок-
санъ гацзарль), 7) область далеко отшедшихъ, 8) непоколебимая об-

¹¹) Тонилхуйпъ-Чимэкъ. Л. 9.

¹²) Яэхэ боди мурунъ цээргэ. Л. 60.

¹³) Чихула вэрэглэхчи тэгусъ утха хуріяксанъ судуръ. Л. 38.

— 415 —

лясть, 9) область мудрости (сайнъ оюну) и. 10) область духовнаго облака (номунъ этулэну гацзаръ). Вкратцъ свойства этихъ бодисатвъ суть слѣдующія: бодисатвы первой области обладаютъ 1,200 совершенствъ, они способны въ одно мгновеніе показываться ста бурханамъ, получать благословеніе отъ ста бурхановъ, отдѣлять отъ себя сто хубилгановъ, прозрѣвать за сто временъ прошедшихъ и будущихъ, проповѣдывать о ста мудрыхъ истинахъ прошедшихъ и будущихъ, созерцать сто отдѣльныхъ созерцаній, совершенствовать сто одушевленныхъ существъ, являться въ ста (различныхъ) мѣстахъ, наполнять свѣтомъ сто (различныхъ) мѣстъ, открывать затрудненія ста предметовъ ученія, являться въ ста различныхъ видахъ, показывать всякій изъ такихъ видовъ окруженнымъ сотнею лучшихъ товарищей. Бодисатвы этого царства по большей части упражняются въ парамитѣ милостыни, бодисатвы второй области преимущественно упражняются въ парамитѣ обътовъ; третей—въ парамитѣ терпѣнія; четвертой — въ парамитѣ старанія; пятой — въ парамитѣ созерцанія; шестой — въ парамитѣ мудрости; седьмой — въ парамитѣ чистоты; осьмой — въ парамитѣ обътовъ; девятой — въ парамитѣ силы, и десятой — въ парамитѣ высочайшей премудрости (бэмэ биликъ ¹⁴). Изъ разсмотрѣвія этихъ свойствъ оказывается, что духъ бодисатвы составляетъ собственно духъ уже отрѣшившійся отъ матеріі, не ограничиваемый ни временемъ, ни мѣстомъ; онъ не подобенъ духу человѣка, а потому и условія совершенствованія природы бодисатвъ отличны отъ человѣческихъ. Бодисатвы совершенствуютъ свою природу главнѣйше своею дѣятельностію для блага одушевленныхъ существъ, а именно они способствуютъ возстановленію и очищенію духа отъ матеріі въ существахъ низшихъ природъ. „Бодисатвами называются тѣ, которые, во всѣхъ существахъ истребляя чувства ненависти и сладострастія, достигаютъ безсладострастнаго буддійскаго достоинства побѣдителей (буддѣ), желающихъ уничтоженія сладострастія“ ¹⁵). Средства, которыми пользуются бодисатвы для достижения своей цѣли благотворить одушевленнымъ существамъ міра — самыя разнообразныя, особливо по отношенію къ высшимъ природамъ — царству тенгріевъ и человѣковъ; въ большинствѣ случаевъ они принимаютъ на себя формы обитателей этихъ царствъ и дѣйствуютъ совершенно подобно имъ со стороны внешней; тоже, отчасти можно сказать и о дѣятельности ихъ въ царствѣ животныхъ. Что касается нижайшихъ природъ, каковы бириты и адскія существа, то здѣсь бодисатвы уже не при-

¹⁴) Чихуда кэрэглэхчи тэгусъ утха хуріяксанъ судуръ. Л. 38—39.

¹⁵) Элдэбъ биликъ барамитъ. Л. 3.

— 416 —

нимаютъ на себя соответствующихъ формъ, а являются и благо-
творятъ чудесно употреблял для сего определённыя силы. „Боди-
сатвы и махасатвы силою: а) рити хубилганства, б) хубилганства
всесовершенно показующаго (упупата уизэгу.ухсэнь хубимань) и г)
хубилганства послѣдовательно показующаго (далань уизээгу.ухсэнь
хубимань) — единственно силою этихъ трехъ хубилганствъ проповѣ-
дуютъ ученіе вѣры существамъ обитающимъ въ адѣ» <sup>16)</sup>. Подроб-
ное изложеніе этого ученія о дѣятельности бодисатвѣ въ низшихъ
природахъ можно найти въ Юмѣ.

Впрочемъ нельзя сказать чтобы внутренняя природа бодисатвъ
была бы такимъ же абсолютнымъ совершенствомъ, какова духов-
ная природа Будды. Правда, бодисатвамъ всецѣло приписываются
свойства нравственного совершенства, они почитаются „исполнен-
ными великого состраданія, великаго милосердія, великой радости
и великаго равнодушія (дурбэнъ-номъ)» <sup>17)</sup>; вся внешняя дѣятель-
ность ихъ полна святости: „они исполняютъ повелѣніл буддъ, по-
читаютъ святыхъ и ламъ, содержатъ въ чистотѣ монастыри, хра-
мы и субурганы" <sup>18)</sup>; и, замѣчательно, такого рода добродѣтель-
ная дѣятельность является у нихъ не какъ средство къ совер-
шенствованію собственной природы — бодисатвы подчиняютъ себя
законамъ добродѣтели потому, что эти законы суть форма абсолют-
наго бытія: параметы (средства спасенія) являются въ отношеніи
бодисатвъ не болѣе какъ формы, заключающія въ себѣ результаты
различныхъ состояній ихъ духа. Но будучи совершенны въ нрав-
ственномъ отношеніи, бодисатвы не имѣютъ еще полнаго знанія,
всесовершенной премудрости, чтò собственно и составляетъ отличіе
внутренняго существа ихъ отъ природы будды. „Бодисатвы и ма-
хасатвы — говорится въ Юмѣ — разнятся отъ будды, и если гово-
рить о томъ каково это различіе, то бодисатвы и махасатвы суть
существа только ищущія всевѣденія; всесовершенныйшимъ-же буд-
дою называется нашедшій премудрость (бэлэ биликъ) "<sup>4)</sup>. Такимъ
образомъ дѣятельность бодисатвъ по части усовершенствованія ихъ
собственной внутренней природы выражается главнѣйше упраж-
неніемъ въ такъ - называемомъ „биликъ - параметѣ“, или усвоеніи
всесовершенной премудрости. Само собою разумѣется, что для того
чтобы быть способными усвоить эту премудрость, они необходимо
должны обладать всѣми необходимыми для сего условіями, изло-
женіе которыхъ въ буддійской литературѣ составляетъ цѣлые томы.

16) Юмъ. Томъ 12, л. 1.

17) Молонъ - Тойнъ. Гл. 20, л. 63.

18) Тамъ же. Л. 65.

19) Ючъ. Томъ 12-й, л. 25.

— 417 —

Такъ, для того чтобы быть способными понять смыслъ всесовер-
шеннаго они должны исполнять четыре правила (дурбэкъ - нол.мъ):
слушать и размышлять объ ученіи святыхъ; желая умиротворить
одушевленныя существа, проповѣдывать имъ священное ученіе;
не имѣть пристрастія къ матеріальнымъ благамъ; отплачивать за
сдѣланныя благодѣянія, и быть исполненными милосердія. Только
при полномъ соединеніи въ себѣ всѣхъ этихъ номовъ, бодисатвы
могутъ вмѣстить въ своемъ существѣ всѣ достоинства „во-истину
пришедшаго“ и проникнуть въ смыслъ его проповѣди ²⁰). Но мы
видѣли уже, что бодисатвы почитаются совершенными въ нрав-
ственномъ отношеніи и даже болѣе: имъ приписывается „великое
равнодушіе“, т. е. полное презрѣніе ко всему матеріальному, а это
въ свою очередь можетъ быть достигнуто только путемъ высочай-
шихъ заботъ о природѣ духа, полнѣйшаго навыка въ истинной
отвлеченной дѣятельности. Такимъ образомъ совершенствуя свою
внутреннюю природу, бодисатвы представляются уже всецѣло-окрѣп-
шими во всемъ высокомъ по понятію буддизма. „Въ то время,
когда упражняются въ биликъ - парамитѣ, бодисатвы и махасатвы
не наблюдаютъ ни за тѣломъ, ни за языкомъ, ни за мыслію, ни
за парамитою милостыни, ни за парамитою обітовъ, ни за пара-
митою терпѣнія, ни за парамитою старанія, ни за парамитою ді-
аны, ни за парамитою мудрости, ни за ученіемъ (хулэнъ) шрава-
ковъ, ни за ученіемъ пратіековъ, ни за ученіемъ бодисатвъ, ни за
ученіемъ всесовершеннѣйшаго будды; если они не наблюдаютъ за
всѣмъ этимъ, то это-то и есть святой путь бодисатвъ и маха-
сатвъ“ (изъ Юма). Значитъ, въ бодисатвахъ предполагается такой
навыкъ въ истинной дѣятельности духа, который даетъ полную
увѣренность всегдашняго совершенства въ добродѣтели. Конечное
достиженіе премудрости (бэлэ биликъ) пріобрѣтается бодисатвами
путемъ созерцанія (діана). Есть діана, называемая „во-истину пока-
зующею законы всѣхъ номовъ“; когда бодисатвы окончатъ эту діюну
ихъ мудрость достигаетъ совершенства“ ²¹)—они дѣлаются буддами.

По мнѣнію проф. Васильева, ученіе о бодисатвахъ началось
еще въ Хинаянѣ, но Хинаяна имѣла о нихъ темное понятіе — это
только состояніе будды предъ явленіемъ его въ матеріальномъ мірѣ;
въ полнотѣ — же ученіе это развилось въ Махаянѣ. Здѣсь опредѣ-
лены были свойства бодисатвѣ, указаны ихъ степени, начиная отъ
высшихъ, обитающихъ въ царствѣ Тушита, до низшихъ, живу-
пихъ въ матеріальномъ мірѣ. По ученію нѣкоторыхъ школъ, бо-

²⁰) Молонъ - Тойнъ. Л. 67-й.

²¹) Сайнъ Цагунъ нэрэту. Л. 5-й.

O

27

— 418 —

дисатвами могли быть даже свѣтскіе люди, лишь бы они обладали святою мыслію и достоинства ихъ считались такъ высоко, что ихъ не могутъ пріобрѣсти и тысячи отрекшихся отъ міра ²²).

Бурханъ — буквально „божество“ — слово которымъ передаютъ Монголы санскритское рѣченіе „будда“. Объяснить точно и въ подробности слово бурханъ, или, чтò тоже, показать всѣ свойства которыя соединяетъ буддизмъ въ своемъ понятіи о божествѣ—буддѣ, едва ли менѣе трудно чѣмъ опредѣлить понятіе о бодисатвѣ. Беремъ подробнѣйшее изъ встрѣчавшихся намъ опредѣленій свойствъ будды, изъ сочиненія „Йэхэдэ-Тонилгахчи“: „Будда есть соединеніе всесовершеннаго спасенія; онъ обладаетъ десятью силами, че-тырьмя безстрашіями, тридцатью двумя признаками, осмиде-сятью примѣтами, называется достигшимъ противуположной сто-роны и пребывшимъ въ безчисленныхъ созерцаніяхъ“. Определеніе это, нельзя не сказать, выражено чрезвычайно сжато и потому темно, особливо для малознакомыхъ съ теоріею буддизма. Подъ именемъ „десяти сил“ будды разумѣются слѣдующія свойства его: 1) будда знаетъ пространство и то, что не имѣетъ пространства; онъ все видить — это первая сила будды (оронъ хилэтъ, оронъ бусу ба); 2) онъ знаетъ законы по которымъ проявляется все въ трехъ временахъ; это всевѣденіе будды не ограничивается однимъ настоящимъ: будда легко узнаетъ прошедшее и предугадываетъ будущее, а потому способенъ руководствовать всѣхъ ко благу (уйлэинъ тэйнъ болбасураль); 3) будда имѣетъ истинное понятіе о разнообразіи міра, отличаетъ міръ матеріальный отъ немате-ріального (эльдэбь цзунль бишпрэль); 4) онъ совершенно знаетъ направленія одушевленныхъ существъ, ихъ желанія и стремленія (эльдэбь цзунль ицзагурь); 5) знаетъ силу ума и силу глупо-сти всѣхъ одушевленныхъ существъ (эркэтэнъ дэгэду хилэтъ дэгэду бусу); 6) и 7) знаетъ всѣ пути, способности, силы и т. д. (хамукъ отхуйнъ мурь; хутала эзэ нисванись хилэтъ маши арилуксань); 8) имѣетъ даръ изъ одногоъ рожденія своего тотчасъ вспоминать всѣ прочія свои перерожденія, вспоминать мѣсто и время рождения свопхъ родителей, примѣты свои и пр. (уридайнъ уйыши даганъ дуратху); 9) онъ видить рожденіе, смерть и возрожденіе одушевленныхъ существъ; будда съ пер-ваго взгляда на человѣка разсматриваетъ всѣ его перерожденія (ухунъ йэхутхэгуй хилэтъ турухтуй); и 10) будда имѣетъ даръ ясновѣденія (цобориль барахсани айлатхахойнъ куцунъ ²³). Это

²²) «Буддизмъ». Т. І, стр. 98—156.

²³) Мэргэтъ Гархуйнъ Оронъ. Отд. Парамитъ. Л. 37.

— 419 —

ясновѣденіе будды: 1) въ силѣ магическихъ превращеній, 2) въ
зрѣніи свойственномъ тэнгріямъ, 3) въ слухѣ свойственномъ тен-
гріямъ, 4) въ знаніи чужихъ мыслей, 5) въ незатруднительности
вспоминать прежнія перерожденія, 6) въ знаніи судьбы, т. е. конца
перерожденія душъ. Эти свойства будды служатъ основою для
шести родовъ пророчества (чжиргупанъ цзунъ биликъ ²⁴). Должно
замѣтить, что зрѣніе бываетъ пяти видовъ: 1) плотское зрѣніе,
обнимающее лишь видимое, 2) зрѣніе тенгріевъ, обнимающее рож-
деніе, смерть и перерожденіе, 3) умственное зрѣніе, открывающее
и объемлющее все сотворенное и несотворенное, добро и зло,
суетное и не суетное, заключенное въ пространствѣ и не заклю-
ченное, связанное съ причинами и слѣдствіями и не связанное,
4) духовное зрѣніе и 5) божественное зрѣніе или всевѣденіе ²⁵).
Кто обладаетъ этими зрѣніями, тотъ получаетъ четыре безстрашія:
(дурбэнъ аюльъ - упэй): 1) увѣренность въ томъ, что онъ сдѣлался
буддою, 2) увѣренность въ томъ, что онъ уничтожилъ суетность
(нисванись); 3) увѣренность въ томъ, что онъ взошелъ въ божест-
венную святость, 4) увѣренность въ томъ, что онъ преподалъ бо-
жественное ученіе ²⁶). Послѣднія высочайшія формы въ которыхъ
представляютъ божество — это его 18 несмѣшанныхъ формъ (эс-
холицахсанъ номъ): 1) нравственная потребность обнаруженіемъ
которой божество доказываетъ свое присутствіе въ быту существъ,
2) безошибочность, 3) безропотность, 4) непритупляющееся вни-
маніе 5) всеобъемляющій умъ, 6) отсутствіе развлеченія, 7) непо-
колебимость духа, 8) прямое отправленіе къ цѣли, 9) неизмѣнное
хладнокровіе, 10) неутомимое созерцаніе, 11) вѣрия память,
12) непритупляющійся разумъ, 13) неистощимый взглядъ на со-
вершенное освобожденіе, 14) премудрость не оставляющая будду
15) во всѣхъ словахъ, 16) мысляхъ и 17) дѣйствіяхъ.

Таковы свойства составляющія внутреннюю природу будды
Указанные выше въ опредѣленіи 32 признака и 80 примѣтъ будды
относятся до физическаго существа его, когда онъ является въ
мірѣ. Понятія о нихъ можно получить изъ сочиненія „Мэргэтъ
Гархуйнъ Оронъ“, гдѣ они перечисляются на стр. 30—34.

Обозначая первоначально отвлеченное понятіе божества, слово
бурханъ было за симъ перенесено Монголами и на кумировъ, или
изображенія этихъ божествъ; въ этомъ смыслѣ оно употребляется
и въ нашемъ текстѣ. Бурханы, или изображенія божествъ, приго-
довляются у Монголовъ изъ самыхъ разнообразныхъ матеріаловъ и

²⁴) Тамъ же, листъ 34-й.

²⁵) Юмъ. Т. 1-й, л. 42-й.

²⁶) Мэргэтъ Гархуйнъ Оронъ. Отд. Параметт, л. 36-й.

27*

— 420 —

различными способами: есть бурханы литые и кованые изъ золота
серебра и преимущественно изъ бронзы и мѣди, рѣзные изъ де-
рева, лѣиные изъ глины, вытесанные изъ камня, высѣченные на
камнѣ и наконецъ рисованные на кожѣ, бумагѣ, а чаще на по-
лотнѣ. Происхожденіе бурхановъ, какъ изображеній божествъ, буд-
дисты относятъ къ самому первоначальному времени существова-
нія ихъ религіи, и устроеніе ихъ почитаютъ заповѣдью самого ИШи-
гэмунія, о чемъ подробно повѣствуется въ сочиненіи „Гэрьтэнъ-
бэръ Тахиль бэлэтхэху Йосонъ“. Въ настоящее время, какъ изо-
браженія, буддисты - Монголы подраздѣляютъ бурхановъ, главнымъ
образомъ, на два рода: 1) бурхановъ аморлингой (успокоителей) и
докшить (свирѣпыхъ). Первые представляютъ въ своей фигурѣ
образецъ и соединеніе всего что называютъ Монголы прекрас-
нымъ. Бурханы эти имѣютъ вѣчно покойныя и улыбающіяся ли-
ца, одна рука у нихъ необходимо благословляющая, прочія (а
ихъ бываетъ до тысячи) держать какія-либо принадлежности цер-
ковной утвари, какъ-то: книгу, начиръ, колокольчикъ, какой-ни-
будь изъ духовныхъ музыкальныхъ инструментовъ, чашку, извѣст-
ную подъ именемъ бадра и пр. Обыкновенно бурхановъ этихъ изо-
бражаютъ сидящими на священномъ львиномъ престолѣ, имѣю-
щемъ форму квадратнаго, четырехугольнаго стола (сэнтэй) под-
держиваемаго головами осьми львовъ; на верху этого стола изо-
бражается еще луна, на которой собственно и сидятъ эти бурханы,
Всѣ аморлингой-бурханы имѣютъ у себя волосы всчесанные кверху
и завязанные въ одинъ пучекта на головѣ (ускиръ), и, какъ особен-
ный признакъ божественной красоты, необыкновенно длинныя уши;
тѣло ихъ на половину обнажено и по большей части не имѣетъ
никакой одежды, кромѣ оркимчжи, или широкаго плата, накиды-
ваемаго на лѣвое плечо и отсюда спускающагося внизъ и плотно
окутывающаго нижнюю часть тѣла, начиная нѣско-лько ниже пупка.
Поза, въ которой сидятъ эти бурханы и которую Монголы назы-
ваютъ очирь изабилачжи, есть поджатыя впереди себя ноги и
переплетенные такъ, что вывороченная стопа каждой ноги ле-
жить на колѣной кости другой ноги. Вотъ общая форма, въ ко-
торой изображаются всѣ аморлингой-бурханы. Такъ какъ физіог-
номіи ихъ совершенно одинаковы, то узнавать ихъ можно, глав-
нымъ образомъ, или по предметамъ которые держать они въ сво-
ихъ рукахъ, или по цвѣту въ который они окрашены, потому что
цвѣтъ лица у бурхановъ различенъ: есть бѣлые, синіе, желтые,
красные, зеленые и пр. Женскія божества оттѣла „аморлингой“
изображаются также полунагими или съ закрытою только нижнею
частью тѣла. Ихъ узнавать, конечно, менѣе трудно, потому что,