МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФЪ.

1825. № V. МАРТЬ.

I. ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ.

Отрывок из записок Гёте (*).

Эпоха Нѣмецкой Литтературы, коррупционеръ я изобразишь, была многими описана и всякой ледко можешь узнать

(*) Участьь Гёте в Русской Литтературѣ одинакова с участью Шекспира, Гомера, Данта и других великих Писателей: безпрестанно слышимъ ихъ имена — знаемъ ихъ творенія только по небольшимъ отрывкамъ или по переводамъ весьма немногихъ твореній Сочиненія Гёте, кромѣ небольшихъ его стиховъ твореній, совершенно неизвѣстны Русскимъ читателямъ, ибо на Русскомъ языкъ только его Вертерѣ и Клавиго оклеветаны (по выраженію Гёте о худыхъ переводахъ) въ 1798 и 1780 г.; Французскіе же переводы могутъ назваться тѣнью подлинника: ссылаемся на переводъ Гётева сочиненія: Aus meinem Leben, или Записокъ Гёте, съ восторгомъ читаемыхъ въ Германіи. Переводчикъ, Г. Оберъ де Витери, совершенно переиначилъ мысли и описанія Автора. Предлагаемъ читателямъ небольшой отрывокъ изъ сей книги, не новой въ Германіи, но совершенно новой для Русскихъ, незнающихъ Нѣмецкаго языка, и желали-бы, чтобъ кто нибудь изъ хорошихъ переводчиковъ подарилъ Публику вполнѣ Записками

Ч. II. No 5.

А 2

4

О ней всѣ подробности. Я буду говорить не то, что уже известно, но что болѣе относится ко мнѣ и какъ что мнѣ кажешься. Прежде всего намъренъ я обратить вниманіе читателей на два любопытные предмета: это двѣ вѣчныя непріятельницы спокойной жизни и беззаботнаго, самодовольнаго спихотворства — Сатира и Критика.

Въ дни мира всякой живешъ, какъ хочешь: гражданинъ занимается своимъ дѣломъ, своимъ ремесломъ и поопомъ ищешь удовольствій; писатель издаетъ книгу, желая известности своему труду и ожидая въ награду, по крайней мѣрѣ, хвалы, ибо кто не думаетъ, что онъ сдѣлалъ хорошее и полезное? Но вдругъ сатирикъ нарушаешь михую жизнь гражданъ, критикъ пробуждаетъ Авторовъ и мирная тишина превращается въ непріятную дѣятельность.

Гѣте. Въ нихъ откровенно изображаетъ сей ве-
ликій человекъ) начало преобразованія Германской
Словесности, описываемъ своихъ современниковъ,
ихъ и свои опыты, мысли, наблюденія. Частныя
подробности жизни Гѣте читаете какъ романъ —
Was man in der Jugend wünscht, hat man im Alter
die Fülle!

жажда познаній и славы увлекающі читателя въ
описаніяхъ Гѣте. Замѣшимъ, что положеніе Гер-
манской Словесности, описываемое Гѣте, имѣть
какое-то разительное сходство съ настоящимъ по-
ложеніемъ нашей Липпературы. Изд.

5

Я родился въ то время, когда споры
и противорѣчія проясняли горизонтъ на-
шей Литтературы. Въ Германіи, долго
наводляемой, стѣсняемой чужеземцами и
тѣѣ почти всѣ ученыя и дипломатическія
сочиненія были писаны на иностранныхъ
языкахъ, родной языкъ не могъ образо-
ваться; но вмѣстѣ съ новыми понятіями
въ него втѣснилось множество ненужныхъ
иностранныхъ словъ и даже для извѣстныхъ
предметовъ употреблялись чуждыя выра-
женіл и обороты. Въ бурныхъ, несчасш-
ныхъ обстоятельствахъ, Нѣмцы почти два
школѣтія дичали, а попомъ начали учить·
ся у Французовъ пріятному обхожденію, у
Латинскихъ писателей благороднымъ вы-
раженіямъ. Это необходимо должно было
отразиться въ родномъ языкѣ: употреб-
леніе страннаго полу-Нѣмецкаго языка
дѣлало смѣшнымъ и дѣловый и общій нашъ
слогъ; къ тому же, насъ губило удивитель-
ное желаніе подражать языкамъ южныхъ
народовъ, такъ что наконецъ о вздорныхъ,
мѣлочныхъ дѣлахъ Нѣмецкіе ученые хо-
шѣли разсуждать какъ знаменитые Рим-
скіе граждане.

Но уже произведенія геніевъ возбудили
духъ и чувство изящнаго въ Германцахъ.
Одушевляемые неподдѣльнымъ благород-
ствомъ мыслей, они воспрянули и явили
понятный, непринужденный, чистый, безъ
примѣси чуждыхъ словъ языкъ; въ слѣдъ
за ними ринулись и шолпы злавой посред-

6

ственности съ своими плоскостями. . . . Было близко наводненія! Упрямый педантизмъ долго еще упорствовалъ и господспововалъ во всѣхъ четырехъ факультетахъ, пока наконецъ обратился отъ одной крайности къ другой.

Вольныя дѣпи природы, тогдашніе умники, занимались болѣе всего двумя предметами: это были, съ одной стороны, языкъ, обезображеный чуждыми словами, оборошами, олицетвореніями; съ другой, безъ сихъ недосташковъ — безцвѣшность, безжизненность сочиненій. Изгоняли одно зло — возставало другое.

Лисковъ, смѣлый молодой человѣкъ, первый наложилъ руку на мѣлкихъ, надушныхъ писашелей, которые и сами давали ему случаи къ нападеніямъ. Онъ безъ поражды вооружался, и нападая на нихъ съ отчаянною ненавистью, преслѣдовалъ и осмѣивалъ именно извѣстныя лица и предметы, которые презиралъ самъ и хошѣлъ сдѣлашь презирительными въ глазахъ другихъ. Но поприще его скоро кончилось: онъ умеръ, заслуживъ имя безпокойнаго, безразсуднаго юноши. Лисковъ сдѣлалъ немного, но для соотечественниковъ его было довольно: по обыкновенной благосклонности Нѣмцовъ къ людямъ съ палантомъ, рано умершимъ, въ сочиненіяхъ его находили шту красоть. Скажемъ откроенно наше мнѣніе о Лисковѣ: мы видимъ въ немъ одно то, что онъ худое называемъ

7

худымъ—а это, кажется, очень обыкновенное дѣло.

Рабенеръ, хорошо воспитанный, одаренный свѣтлою душою, безъ ненависти къ людямъ, постигъ сущность. Сапиры Порицая шакъ называемые пороки и глупости, онъ смотрить на нихъ какъ умный человекъ, ко whom понимаетъ, каковы бы долженъ быть свѣшъ. Онъ улыбаясь, бранился съ недостатками и погрѣшностями и его недерзкія нападенія легко оправдать, если вспомнимъ, чіпо насмѣшка всегда исправляетъ глупцовъ.

Разгадать характеръ Рабенера было мудрено. Онъ исправлялъ свои обязанности какъ не льзя лучше и заслужилъ добродoe мнѣніе согражданъ и довѣренность начальниковъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ говорилъ, не закрывалсь, свое мнѣніе о всѣхъ окружавшихъ его. Онъ осмѣивалъ ученыхъ недантовъ, ничтожныхъ юношей и всякаго рода невѣжество и слабоуміе — все умѣлъ сдѣлать смѣшнымъ, не ругаясь: самая брань его ни сколько не походила на презрѣніе. Онъ не щадилъ и себя: шушилъ надъ собою, надъ своимъ состояниемъ, несчастіями, жизнію и смертью.

Рабенеръ, обрабатывая свои предметы, не всегда совѣщовался съ правилами Эстетики. Правда, въ наружныхъ формахъ онъ довольно разнообразенъ; но слишкомъ čасто увлекается правильною ироніею, čасто хвалишь достойное порицанія, и на

8

оборотъ, бранишъ достойное хвалы — а
эшопь способь насмѣшки должно употреб-
лять какь можно рѣже и съ большою
оспорожностью. Но искуство въ изложе-
ніи, правдивость, ясность и хладнокровіе
Рабенера, невольно привлекающъ, и эту
должно приписать необыкновенный успѣхъ
его сочиненій въ свое время.

Что оригиналы узнавали себя въ спи-
скахъ — это очень естественно; чipo его
обвиняли — это разумѣется само со-
бою; но длинныя оправданія Рабенеровы
въ томъ, что сатиры его не личности,
доказывающъ, что онѣ причиняли ему и
хлопоты. Нѣкоторыя письма Рабенера да-
ють ему право на лавровый вѣнокъ, какъ
человѣку и писапелю, и вообще можно ска-
зать, чipo Рабенеръ заслуживаетъ воспоми-
наніе и, если смѣю такъ выразиться, благо-
говѣніе. Нѣкоторые говорятъ, что онъ на-
падалъ только на низшій классъ людей;
но множество мѣстъ въ его сочиненіяхъ
доказываютъ, что онѣ столь-же хорошо
понималь и знатныхъ, но почиталь не-
благоразумнымъ возстановить ихъ про-
тивъ себя. Мы не имѣемъ ни одного не
только равнаго Рабенеру, но даже и нѣ-
сколько похожаго на него писателя.

Обратимся къ Криптикѣ, и прежде все-
го къ теоретическимъ опытамъ. У насъ
тогда не имѣли понятія объ идеаль Ис-
куствъ. Обыкновенно намъ давали въ руки
крипшескую Пінтику Готшеда; она до-

9

вольно изрята: дает понятие о происхо-
женіи всѣх родов стихоietвореній, объ
риь и различных паденіях стопь;
но геній Поэзіи быль нам невѣдомъ!
У нас толковали о познаніяхъ, о вкусѣ,
и обыкновенно оканчивали Піитикой Го-
рація — то есть, только указывали на
Горація и заставляли удивляться злашты
изрѣченія, разсѣяннымъ въ семь драгоцѣн-
номъ твореніи — но не давали никакого
понятія о цѣломъ его трудѣ и о томъ, какъ
должно имъ пользоваться.

Въ Швейцаріи нашлись антагонисты
Готшеда. Они говорили совсем другое —
и гораздо лучше своего предшественника.
Мы взялись за Брейтингерову Критиче-
скую Піитику; но здѣсь открывалось
предъ нами только поле гораздо обширнѣй-
шее, или, нѣпъ, не поле, но лабиринть,
въ которомъ прогулка была тѣмъ утоми-
тельнѣе, что человѣкъ съ палантомъ, ко-
торому мы вѣрили, вель насъ, самъ не
зная куда. Бъглый взглядъ на самое дѣло
оправдаетъ слова мои.

Для Поэзіи не могли найти никакихъ
основныхъ правилъ: казалось, теоріл ни-
какъ не могла догнать игривыхъ фанта-
зій поэтическихъ. Что дѣлать? Вздумали
взяться за теорію живописи: это Художе-
ство удобнѣе было преслѣдовать шагъ за
шагомъ, ибо оно видимо глазамъ. У Англи-
чанъ и Французовъ уже были теоріи
Изящныхъ Художествъ; сіи теоріи хотѣл

10

примѣнить къ спихотворству. Живописецъ изображаетъ видимое, Поэти рисуетъ карпины фантазіи. Начались сравненія, описанія: чіпо можно обнимать чувствами, то позволяли и описывать.

Прекрасно! Но гдѣ живописецъ находитъ свои изображенія? Въ природѣ. Почему же не можетъ Поэти, подобно ему, почерпать изъ первого источника — изъ природы? Въ ней не всему видимому подражать должно: въ ней не все изящно. — Слѣдовательно надобно избирать. Но чѣмъ руководствоваться въ выборѣ? Надобно избирать достойное подражанія? Чшо такое достойное подражанія?

Швейцары долго объ этомъ думали, и наконецъ выдумали опредѣленіе странное и смѣлое, что достойное подражанія есть новое, а изъ этого уже вывели, что новое должно быть необыкновенное, чудесное, ибо оно всегда непремѣнно новое.

Такимъ образомъ они привели къ одному началу всѣ требованія Поэзовъ; но опять встрѣпилась мысль та, что чудесное можетъ быть и вздорнымъ и чуждымъ человѣку; и можетъ ли оно не быть ему чуждымъ, если не имѣть достоинства моральнаго, то есть усовершенствованія человѣка? Стихотвореніе тогда молько достигаетъ своей цѣли, когда, исполняя всѣ другія требованія, оно приносить и пользу. Этимъ мѣриломъ хотѣли опредѣлить достоинство сочиненій различныхъ

11

родовъ и то, который изъ сихъ родовъ, подражая природѣ въ чудесномъ и будучи исполненъ нравственности, долженъ первенствовать предъ всѣми? Рѣшили, послѣ многихъ разсужденій, что первое мѣсто несомнѣнно принадлежитъ. Езоповыми Ба- снями!

Какъ ни странно кажется шеперь вы- веденное ими слѣдствіе, но оно обольсти- ло тогда умнѣйшихъ людей. Геллерпъ, послѣ него Лихіпверъ, даже самъ Лессингъ и многіе другіе люди съ палантомъ слѣдо- вали сему опредѣленію и занимались имъ прилежно: шакъ были увѣрены въ исти- нѣ его! Теорія взаимно повѣряется прак- тикою: изъ сочиненій можно видѣть, како- ва теоріі, и изъ теоріи, каковы будушъ сочиненія.

И шакъ мы приняли Швейцарскую те- орію, но все еще не попали на истинный путь. Бодмеръ трудился много надъ те- оріею и практикой, но вездѣ остался ди- пею. Брейтингеръ былъ человекъ ум- ный, ученый и проницательный: онъ самъ послѣ увидѣлъ неосновашельность сво- ей системы — это замѣшно изъ многаго. На примѣръ, онъ спрашивалъ о стихотворе- ніи, гдѣ описывался увеселительный станъ Августа Втораго — точно ли это стихо- швореніе? Къ совершенному же оправданію Брейтингера можетъ служить то, что, сначала не попавши на истинный путь, послѣ самъ онъ возврашился къ главному

12

вопросу и почти признался, что изображеніе страстей, нравовъ и характеровъ, словомъ — изображеніе теловѣка — есть истинная область Поэзіи.

Послѣ этого легко понять, какое замѣшательство, какой безпорядокъ произвели всѣ сіи полураскрытыя, полуутвержденныя правила. Хотѣли ограничиться подражаніями, но искусство отъ этого не выиграло ничего: мы какъ-то отдѣлились и отъ иностранныхъ и отъ древнихъ писателей; своимъ хорошимъ подражать не могли потому, что боялись впасть въ ихъ погрѣшности, не присвоивъ красотъ. Кто хотѣлъ въ это время отличиться на по-прищѣ поэтовъ, хотѣ долженъ былъ придать въ отчаяніе.

Разсматривая внимательно ходъ нашей Словесности, мы увидимъ, что намъ недоставало одного: оригинальности — а паланты у насъ являлись блиспательные. На примѣръ, Гюнтеръ можетъ назваться Поэтомъ въ полномъ значеніи сего слова. Онъ обладалъ чувствами возвышенными, силою воображенія, выразительностью, поэтическимъ взглядомъ, сверхъ того былъ образованъ, имѣль прекрасную namępь, языкомъ и риофами владѣлъ, какъ не льзя лучше. Въ его сочиненіяхъ видимъ важность, обиліе мыслей, словомъ: въ немъ соединялись всѣ дары, которыми Поэтъ даетъ жизни новую жизнь своею поэзіею. Въ самыхъ случайныхъ своихъ

15

## II. НАУКИ и ИСКУСТВА.

Географигескія и этнографигескія свъдънія, приобрѣтенные грезъ путешествія Росса, Парри и Франклина въ съверныя полярныя страны (*).

Когда Португальцы открыли путь въ Восточную Индію около Африки, и когда другіе народы желали принять участіе въ Ост-Индской торговлѣ, тогда предпавилась мысль: отыскать на Сѣверѣ путь или къ Востоку, около Сѣверной Азіи, или къ Западу, около Сѣверной Америки. Въ то время не извѣстна еще была сѣверная окружность Азіи, а и того менѣе Америки. Покушенія проѣхать на Востокъ вскорѣ должно было оставиться, ибо ледь заграждалъ до-

(*) Хотя на Русскомъ языкъ есть уже нѣсколько отдѣльныхъ, небольшихъ описаній путешествій Капитановъ Росса, Парри, Ліона и Франклина, но мы рѣшились представить нашимъ читателямъ сію любоцытную спашью помѣщенную въ Геттингенскихъ Ученыхъ Вѣдомостяхъ № 21, 22, Февраля 5 д. 1825 года, ибо она содержитъ ясное изображеніе, какія приобрѣтенія вообще получила Географія, Эшнографія и Естественная Исторія отъ знаменитыхъ новѣйшихъ путешествій въ сѣверныя полярныя страны, на которыя обращено нынѣ вниманіе всего просвѣщенаго свѣта. Книги изданныя Парри, Ліономъ, Франклиномъ и Фишеромъ, перепечатаны въ Англіи уже нѣсколько разъ. Свѣтерпрѣніемъ ожидающіе теперь, какія слѣдствія будутъ вновь предпринятыхъ путешествій Парри и Франклина. Пр. Изд.

16

рогу около Новой земли; но гораздо далѣе
сохранилась надежда открыть западный
путь. Въ царствованіе Королевы Елиса-
вешы и Короля Іакова І занимались Ан-
гличане сими предпріятіями съ великимъ
жаромъ, не на счень Правительства, но на
иждивеніе частныхъ обществъ. Имена Фро-
бишера, Дависа, Гудзона (изъ коихъ каж-
дый предпринималъ по три пушествія)
сдѣлались незабвенными въ исторіи земле-
описанія. Съ тѣхъ поръ, какъ послѣднимъ
изъ нихъ открытъ былъ заливъ и по его
имени названъ Гудзоновымъ, надежда най-
ти черезъ него путь къ Западу еще болѣе
возрасла, такъ что въ 1746 году, основы-
ваясь на сей надеждѣ, подкрѣпленной объ-
щаніемъ великаго награжденія, назначен-
наго отъ Парламента, Эллисъ предприни-
маль пушесшіе къ Сѣверу. Между тѣмъ
въ 1616 году на пути, проложенномъ Дави-
сомъ, открытъ и изслѣдованъ былъ Робер-
томъ Бейлотомъ и его Штурманомъ Баф-
финомъ другой сѣверный заливъ, получив-
шій названіе Баффинова. Но какъ и здѣсь
не найдено прохода на западъ, то и каза-
лось, что предпріятіе сіе навсегда уни-
чтожено. Однако, по причинѣ великихъ
пумановъ и другихъ препятствій, поста-
вляемыхъ природою на пути въ тѣхъ мо-
ряхъ, едва- ли можно въ одно пушествіе
достигнуть рѣшительнаго окончанія дѣла;
къ сему должно прибавить и то, что о
пушествіи Баффина издано въ свѣтѣ

17

краткое и весьма недостаточное извѣстіе, находящееся въ Пурхазовомъ собраніи путешествій, но безъ каршь. И такъ, Баффиновъ заливъ никакъ не лызя было почитать достаточно изслѣдованымъ, и когда въ 1818 году снаряжены были двѣ экспедиціи къ сѣверному полюсу, то одна изъ нихъ, подъ начальствомъ Капитана Росса и Лейленданша Парри, получила приказаніе изслѣдовать Баффиновъ заливъ, и рѣшительно узнать: можно ли чрезъ него найти проходъ къ Западу? Путешествіе сіе безъ сомѣнія много способствовало успехамъ Географіи и Этнографіи, ибо внутренность Баффинова залива была точнѣе изслѣдована, положеніе западнаго берега Гренландіи и восточнаго берега, получившаго名称е Арктигеской высокой земли (Arctic Highland) было вѣршено обозначено, и на сей послѣдней открытъ народъ, Ескимосы, не имѣвшій никакого понятія о прочемъ свѣтѣ и его обитателяхъ (*). Хотя путешествіе для открытія прохода и не достигло своей цѣли, но надежда не была еще потеряна: ибо Капитанъ Росса въ Ланка-

(*) Для дальнѣйшаго обоэрѣнія путешествія Капитана Росса можно прочитать въ Хронологической Исторіи всѣхъ путешествій въ сѣверныя поярныя страны, изд. В. Н. Берхомъ, Тома 1, отдѣлки съ 209 по 244 стр. Другая экспедиція, въ одно время съ Кап. Россомъ отправленная, состояла подъ начальствомъ Капитана Бухана и вѣроятно была неудачна, ибо никакихъ извѣстій объ онѣ не извѣстно. Пр. Пер.

Ч. II. No 5.

B

18

стерскомъ проливѣ, открытомъ Баффиномъ,
замѣтилъ бухпу, о которой предполагали,
что въ ней можешь быть проходъ. Капи-
тану Росси сдѣланъ былъ выговоръ, для чего
онъ оставилъ часть сію, не изслѣдовавши
ее подробнѣе; и сіе-то подало поводъ ко
второму предпріятію, подъ начальствомъ,
произведенного въ Капитаны, Парри. — О
семъ-то предпріятіи хотимъ мы дать ше-
перь отчешъ.

Экспедиція состояла изъ двухъ Коро-
левскихъ кораблей: Геклы и Грипера; по-
сѣдній подъ начальствомъ Лейтенанта
Лиддона. Въ слѣдствіе данной отъ Адми-
ралтейства инструкціи, Капитанъ Парри
долженъ былъ непремѣнно чрезъ Дависовъ
проливъ войдти въ заливъ Баффиновъ, и
прежде всего старашься найти С. З. про-
ходъ въ Ланкастерскомъ зунѣ; другіе же
заливы изслѣдовать въ такомъ только
случаѣ, когда здѣсь не будешь успѣха: сіе
послѣднее, при вступленіи въ Ланкастер-
скій зунѣ, само по себѣ скоро уничтожи-
лось. Экспедиція вышла въ море 12го Мая.
18 Юня увидѣли первое ледяное поле, а
пошомъ и множество ледяныхъ горъ. 1 го
Августа достигли до входа въ Ланкастер-
скій зунѣ подъ 74° 30' С. ш. Отсюда на-
правили путь къ Западу: ново-откры-
тый и въ семъ направленіи простираю-
щійся проливъ названъ Барровымъ; кажешь-
ся, что съ сѣверной стороны онъ огра-
ничивается островами. Съ южной споро-

19

ны открыть былъ заливъ, получившій
названіе Принца - Регента. Въ южномъ на-
правленіи изслѣдованъ онъ былъ до 70° 30′
до мыса Катера; здѣсь по причинѣ льда
не возможно было продолжать изслѣдованія,
а потому и возвратились назадъ сѣверною
стороною къ Баррову проливу, по кото-
рому продолжали путь къ Западу ме-
жду 74° и 75° С. ш. Скоро оказалось, что
земля на сѣверной сторонѣ, которую по-
чили не выпускали изъ виду, была не мате-
рикъ, но рядъ большихъ и малыхъ остро-
вовъ, которымъ всѣмъ, равно какъ и по-
казывавшимся на оныхъ мысамъ, даны
имена. Острова: Корнваллиса, Батурстовъ,
Біамъ - Маршиновъ, Мельвилевъ, и нѣкото-
рые меньшіе, между ними лежащіе, обра-
зующъ сію цѣпь. На южной сторонѣ
твердая земля Америки скрылась, и толь-
ко иногда видимы были нѣкоторые пунк-
ты, а пошомъ опять неизмѣримыя ле-
довитыя поля. Берегъ, показавшійся про-
тивъ острова Мельвилева, названъ былъ
Землею Банкса. Такимъ образомъ должно
было продолжать пушешествіе среди без-
прерывныхъ опасностей отъ ледяныхъ
полей и горъ и не менѣе того отъ все-
гдашнихъ густыхъ тумановъ; къ сему на-
конецъ крисоединилась совершенная невоз-
можность употреблять компасъ, по при-
чинѣ неправильныхъ движеній магнитной
стрѣлки. И го Сентября увидѣли восточ-
ной берегъ Мельвилева острова, и между

Б 2

20

тъмъ какъ продолжали пушъ свой къ За-
паду около южнаго берега сего же остро-
ва, перешли 10 го Сентябрь Меридіанъ 110°
3. д. отъ Гринвича: положенная за сіе на-
града объявлена была всему экипажу. Обод-
ренные симъ мореходцы подвигались далѣе
къ Западу и 17 го Сентября достигли до 112°
51' 3. д. подъ 74° 22' С. ш., гдѣ неизмѣри-
мыя ледяныя поля въ столь позднее вре-
мя года не позволяли проникнуть далѣе.
Потому рѣшились возвратиться и искать
мѣста для зимованья на Мельвилевомъ
островѣ, до западной оконечности коего
еще не достигли. Такое мѣсто нашли подъ
74.-° 45' С. ш. и достигли до него, съ чрез-
вычайнымъ усиліемъ пробивая себѣ путь
сквозь льдины. 26 го Сентября останови-
лись оба корабля на якорѣ въ Зилней га-
вани (шакъ названо было сіе мѣсто). Здѣсь
полагали провести восемь или девять мѣ-
сяцовъ, изъ коихъ въ теченіе трехъ солн-
це бываетъ невидимо. Время сіе наступи-
ло 4 го Ноября и продолжалось до 8 го
Февраля. Принятыя распоряженія, чтоб-
бы провести зиму на корабляхъ, а не на
берегу (хотя шамъ и построили домъ для
инструментовъ) и чтобы сохранить лю-
дей не только здоровыми, но и въ веселомъ
расположеніи духа (для чего устроенъ былъ
театръ и издавались Вѣдомости), столь
хорошо достигли своей цѣли, что изъ все-
го экипажа умеръ одинъ только человѣкъ.
Сильнѣйшая стужа 49° наступила 7 го Ян-

21

варя, но при всемъ томъ можно было про-
гуливацься по берегу. Опытъ научилъ,
что не стужа сама по себѣ, но сопрово-
дающій ее вѣтеръ дѣлалъ оную нестер-
пимою. Изъ дѣйствій стужи приведемъ
здѣсь только то, что она имѣшь влія-
ніе не только на шѣлесныя, но и на душев-
ныя силы и производить номѣшатель-
ство ума. Г. Парри нѣсколько разъ видалъ
нѣкоторыхъ изъ своихъ людей въ такомъ
состояніи, которое можно было почесшь
за пьянство. Страшный иоходъ въ Рос-
сію достаточно подтвердилъ сіе замѣчаніе.
Но затруднительное положеніе нашихъ пу-
тешественниковъ было скоропреходящее,
ибо въ надлежащее время употреблялись
нужныя средства. Какъ скоро время года
позволило, то предпринято было изслѣ-
дованіе большаго Мельвилева острова, на
которомъ провели зиму. Рѣшились достиг-
нуть до сѣвернаго берега оного и оттуда
возврашиться другимъ путемъ. Общество,
состоявшее изъ 12 человѣкъ (въ томъ чи-
слѣ былъ Кап. Парри), отправилось въ путь
1 го Юня, когда солнце было уже безпре-
рывно надъ горизонтомъ. Путешествіе
ихъ продолжалось чрезъ большія снѣжныя
равнины, пересѣкаемыя въ иныхъ мѣстахъ
большими рытвинами. 6го Юня достиг-
ли наконецъ до сѣвернаго берега, лежа-
щаго подъ 75° 34' 47" широты и 110° 36'
52" долготы (отъ Гринвича). Обратный
путь предпринятъ былъ сначала къ Запа-
ду, пошомь къ Югу, чрезъ ледяную рав-

22

нину, которая скоро оказалась морскимъ
заливомъ и названа Лиддоновымъ заливомъ.
Жипелей ни гдѣ не нашли, и видѣли поль-
ко осташки хижинъ Эскимосовъ. Изъ че-
лтвероногихъ животныхъ найдень одинъ
выхухоль и множество оленей. 15 го Ю-
ня возврашились на корабли и должны бы-
ли дожидаться, пока ледъ придетъ въ дви-
женіе и позволитъ выѣхать. Сіе не пре-
жде можно было произвести въ дѣйствіе,
какъ 1 го Августа, по десяти - мѣсячномъ
пребываніи въ Зилней гавани. Путе-
шествіе продолжалось къ Западу, въ надеж-
дѣ отыскать западный выходъ. Плаваніе
было около Мельвилева острова съ сѣвер-
ной стороны; тогда на Югѣ открыли бе-
регъ, названный, какъ уже выше замѣче-
но, землею Банкса, и который прости-
ріется, какъ можно было видѣть, до 117° 3.
д. Но скоро плаванію воспрепятствовали
неподвижныя ледяныя поля подъ 113° 46'
33" (это самый дальній западный пункѣ,
котораго до сихъ поръ могли дости-
гнуть въ Поллярномъ морѣ) и подъ 74° 27'
50" С. ш. (16 Августа 1820), и принудили
ихъ предпринять обратный путь. Одна-
ко же осіпальное время года употреблено
было на изслѣдованіе берега, лежащаго къ
Югу отъ Ланкастерова зунда, пока нако-
нецъ ледяныя поля подъ 68° 15' и злѣсь
воспрепятствовали плаванію; тогда оста-
валось только направить путь къ Восто-
ку и чрезъ Дависовъ проливъ возврашить-

23

ся въ Англію. 29 го Октября оба корабля вошли въ Лейтскую гавань.

И такъ географическія открыпія сего путешествія заключаютъ: Барровъ проливъ и окружающіе его острова и берега до вышеозначеннаго западнаго пункта. При семъ совершенно удостовѣрились, что чрезъ Барровъ проливъ не возможно проложить С. З. пути. Этнографическихъ замѣчаній не сдѣлано потому, что земли сіи необимаemy; на возвратномъ пути замѣтили толь-ко нѣсколько Эскимосовъ. Изъ четверогихъ живопныхъ видѣли выхухоля, ланей, бѣлыхъ медвѣдей и зайцевъ. Особое прибавленіе къ описанію путешествія Кап. Парри состоитъ въ девяти отдѣленіяхъ, заключающихъ въ себѣ астрономическія, магнетическія и другія ученыя замѣчанія (*).

Слѣдуешь второе путешествіе, совершенное подъ начальствомъ Капитана Парри въ 1821 — 23 годахъ. Первое доказало, что внутри Баффинова залива и подъ столь высокими градусами широты нѣпъ возможності проложить путь, ибо все равно, ледяныя-ли вѣчныя поля, или твердал земля тому препятствующь; но надежда окрыть путь сей въ южныхъ широшахъ не была еще потеряна. Хотя достаточное

(*) Извлеченіе изъ Путешествія Кап. Парри, издано В. Н. Берхомъ въ Спб. 1822 г. Краткое известіе полнѣщ. въ Хрон. Ист. пут. въ пол. страны Т. II, стр. 24. Пр. Пер.

24

имѣли уже свѣдѣніе, что Гудзоновъ заливъ
дѣйствительѣно не что иное какъ заливъ, но
окружающій его земля, а особливо при вхо-
дѣ въ него черезъ Гудзоновъ проливъ, была
еще не довольно изслѣдована; а потому и
не знали достовѣрно, твердая-ли она земля
или острова и можно-ли тамъ проложить
путь. Сѣверный берегъ твердой земли
Америки извѣстенъ былъ только въ двухъ
отдѣльныхъ мѣстахъ, ниже 70° С. ш., ку-
да достигали Хернъ и Маккензій (*). Адми-
ралпейство въ инструкціи хотя и назна-
чало, чтобы еще, если возможно, ста-
раться открыть проходъ, но болѣе всего
предписало изслѣдовать, сколько будешь
можно, далѣе сѣверный берегъ Американ-
ской твердой земли. Успѣхъ такого пред-
пріятія открылъ-бы намъ, твердал-ли зем-
ля, острова или полуострова находятся
къ Сѣверу отъ Гудзонова Залива? Сіи - то
задачи должно было рѣшить. Экспедиція
отправлена опять на двухъ корабляхъ,
Фуріи и Геклѣ. Начальство надъ вторымъ
кораблемъ поручено было Капитану Ліону,
тому самому, который путешествовалъ
въ Африкѣ. Экипажъ состоялъ почти изъ
пѣхъ-же людей, которые были въ преж-
немъ путешествіи. Можно-ли было сдѣ-
лать еще лучшій распоряженія? Оба ко-
рабля снабжены достаточно провіантомъ

(*) Описаніе сихъ путешествій переведено съ Англ., и изд. В. Н. Берхомъ въ Спб. 1808 г. Пр. Пер.

25

на три года и сверхъ того судно съ прові-
антомъ, Наутилъ, должно было провожать
ихъ до границы ледяныхъ полей и откуда
возвратиться. Первое путешествіе Капи-
тана Парри для открытій совершено между
74° и 75° С. ш., второе между 62° и 68° ш.
Плаваніе направлено сперва въ Гудзоновъ
проливъ, а изъ него не въ Гудзоновъ за-
ливъ, но къ Сѣверу, для изслѣдованія на-
ходящихся тамъ заливовъ, въ которые
възждали -частію на корабляхъ, а частію
на ботахъ. Первый заливъ, въ которомъ
предполагали найти проходъ, названъ за-
ливомъ Репулсѣ. За симъ изслѣдованы бы-
ли всѣ другія большія и малыя бухты
и губы. Въ може время старались при-
искать жилище на зиму; къ сему опре-
дѣлили маленькій оспровокъ, названный
по сему случаю Зимним, подъ 66° ІІ' ш. и
83° З. д. — Опытъ показалъ уже, какія сред-
ства должно предпринимать въ такихъ
случахъ; почему и избраны тѣже самыя,
какія употреблены были въ первомъ пuthе-
шествіи. Хотя и здѣсь холодъ прости-
рался однажды (20 Января) до 48°, однако-
же, имѣя болѣе средствъ, менѣе отъ того
терпѣли. Только 1 го Февраля открыли,
что оспровъ обитаемъ; колонія Эскимо-
совъ, болѣе бо чел., расположилась зимо-
вать не болѣе какъ на двѣ Англинскія ми-
ли отъ кораблей. Странно можешь показ-
заться, что ихъ не замѣтили прежде; но
надобно знать, что жилища ихъ сдѣланы

26

изъ снѣгу и льду, а потому и не удобно от-
личашь ихъ отъ прочихъ возвышеній. Съ
того времени начались безпрерывныя сно-
шенія съ сими людьми: посѣщали взаимно
одинъ другаго, и наконецъ, познакомившись
коротко, столь хорошо узнали сей народъ,
чutto безъ сомнѣнія Этнологія черезъ то
много приобрѣла. Живущіе здѣсь Эскимосы
не имѣли еще никогда сношеній съ Евро-
пейцами, и сіе самое сдѣлало ихъ для насъ
занимательнѣе. Они оказались добрыми,
понятливыми и веселыми. Они умѣють
употреблять въ свою пользу даже и ма-
лое, что имъ удѣлила Природа. Удивитель-
но, какъ человѣкъ, которому шакъ много
надобно въ изобиліи, можешь въ случаѣ ну-
жды довольствоваться столь малымъ.—И
между столь ограниченнымъ числомъ людей
оказалось великое различіе въ умственныхъ
силахъ. Болѣе всѣхъ отличалась молодая
женщина, по имени Ильгликанъ; она умѣ-
ла удерживать гнѣвъ свой, когда сама то
замѣчала. — Въ хижинахъ ихъ царствовала
сначала числота и опрятность; правда,
что сіе не можетъ быть продолжитель-
но, ибо отверстіе въ жилищахъ шакъ
низко, что въ него должно вползать. Пи-
ща ихъ состоитъ почти исключительно
изъ однихъ тюленей, изъ кожи коихъ по
большой части дѣлаюшъ они себѣ плашье.
Коллекція эстамповъ изображаетъ Эскимо-
совъ почти во всѣхъ ихъ домашнихъ заня-
шіяхъ, шакже въ пляскѣ и другихъ увесе-

27

леніяхъ. Особенную способность оказали они въ рисованіи ландкарпъ, какъ скоро даны имъ были нужные для того мapep-riалы. — 2 Юля 1822, Англинскіе мореходцы оставили Зимній островѣ, и продолжали путь къ Сѣверу, пока достигли пролива Фуріи и Геклы, шакъ названнаго по име- намъ обоихъ кораблей и лежащаго между Мельвилевымъ полуосстровомъ (мы желали- бы, чтобъ онъ назывался иначе, чтобы не смѣшивать его съ Мельвилевымъ остро- вомъ) къ Югу, и Кокбурновымъ островомъ къ Сѣверу. Въ семъ проливѣ продолжали плаваніе до небольшаго острова, назван- наго островомъ Лорда Амгерста, лежащаго подъ 69° 45' ш. и 84' З. д. отъ Гринви- ча; здѣсь неподвижные лѣды заградили со- вершенно дорогу и не позволяли проник- нуть далѣе. — Послѣ сего рѣшились воз- вратиться и въ другой разъ зимовать, съ тѣмъ намѣреніемъ, чтобы будущимъ лѣтомъ отправить одинъ корабль домой, взявши у него излишній провіантъ, а на другомъ продолжать путешествіе. Зиму провели на островѣ Иглулитѣ подъ 69° 20' С. ш. Но исполненію предпринятаго ими намѣренія воспрепятствоваль ледъ, удержавшій ихъ до Августа; а потому оба корабля и возврашились въ Англію, 16 го Октября 1823. —

Хотя сія вторая экспедиція подъ на- чальствомъ Капитана Парри и не исполни- ла надежды отпыскать проходъ въ Берин-

28

голъ проливъ, но при всемъ томъ доставила
существенную пользу Географіи и Эпно-
графіи. Для первой ту, что Сѣверный
берегъ Америки, бывшій до сего времени
незвѣстнымъ, изслѣдованъ съ лежащи-
ми противъ него островами, до Амгерсто-
ва острова. Безъ сомнѣнія, все это слишкомъ мало въ сравненіи съ тѣмъ, что еще остается изслѣдовать до Берингова
пролива; но при всемъ томъ оно подробно
описано какъ въ географическомъ, такъ
и физическомъ отношеніи, надежда от-
крыть проходъ на Западъ не потеряна, и
Капитанъ Парри, какъ извѣстно, предпри-
нялъ въ прошедшемъ 1824 году третіе пу-
шешествіе. Приобрѣтеніе Этнографіи за-
ключается въ достовѣрнѣйшемъ познаніи
народа Эскимосовъ, которыхъ до сего вре-
мени знали только въ Гренландіи. — Мы не
имѣемъ надобности напоминать читате-
лямъ о богатствѣ рисунковъ и карпѣ, ко-
торыми украшено описание втораго пу-
шешествія Капитана Парри. Но не спра-
ведливо было-бы линшать Парри заслужен-
ной имъ похвалы не только какъ мореход-
цемъ, но и какъ человѣкомъ: въ изобра-
женіи естественныхъ явленій и въ обра-
щеніи съ своими сопутниками и съ Эски-
мосами выражается у него то нѣжное
чувство, которое все относящееся къ че-
ловѣку примѣняется равно и къ себѣ.

Къ описанію втораго путешествія
присоединено еще подъ особымъ заглавіемъ,

29

но съ продолженіемъ числа страницъ отъ
ССХХХІІІ до СССХ, Дополненіе, содержащее
извѣстія о предметахъ Натуральной Псто-
ріи, соспоящее въ 8 опдѣленіяхъ. Первыя
челыре содержашь въ себѣ замѣчанія Капи-
тана Сабина о млекопитающихъ живош-
ныхъ, птицахъ, рыбахъ и морскихъ живош-
ныхъ, не имѣющихъ позвоночной кости; о
такихъ-же земноводныхъ замѣчанія В. Кирби;
о раковинахъ Г. Эд. Грея; о растѣніяхъ Роб.
Броуна, и о минералахъ Х. Кенига. Также,
гдѣ было нужно, присоединены и рисунки.

(Окончаніе въ слѣд. книжкѣ.)

Мнѣніе о новыхъ согиненіяхъ Г. - дѣ
Моргенштерна и Франка, касатель-
но Черниговской медали (*).

Мы сообщили уже краткое извѣстіе
о золотой Черниговской медали (1822, No
204). Теперь получили мы новое сочине-

(*) Извѣ Геоптингенск. Учен. Вѣдомостей (№ 20, 1825 года). Конечно читателямъ извѣстна кайденная въ Черниговѣ въ 1820 году золотая медаль, о коморой такъ много и такъ разнообразно писали наши Археологи. Дѣло въ томъ, къ какому времени предмету должно отнесли медаль сію: задача трудная! Кромѣ изысканій Гг. Берлинскаго и Анастасіевича, имѣемъ ученое разсужденіе М. Т. Каченоцкаго, который совершенно относился сію медаль къ Исторіи Византийской (см. В. Е. 1822. г.).—

30

ніе Г. Ст. Совѣш. Моргенштерна по сему предмету, подъ названіемъ: Comment. de numismate Basilii Tschernigoviae nuper effosso (Pars I. II. XXX стр. въ больш. лист.). По причинѣ подробности, съ какою Соч. описываемъ сей предметъ, можемъ вывести только общій результатъ, не занимаясь каждымъ пунктомъ разсужденія въ особенностии. — На первой сторонѣ медали Соч. читаетъ: *πλιρις (πληρης) ὁ ουρανος κ. ἡ γη* — шакъ и должно читать, только смыслъ выходитъ недостаточень, а потому Рецензентъ для объясненія прибавилъ боv. Въ отпечаткѣ, который мы имѣемъ у себя, вмѣсто послѣдняго 1 въ πλιρις находится только точка. Въ изображеніи не очень вѣрномъ, находящемъся въ началѣ разсужденія, точка сія сдѣлана длиннѣе. Сочинитель въ украшеніяхъ, покрасьмъ медали, находятъ головы Ангеловъ, какъ будто-бы аллюзію къ Херувимамъ (Іез. 6) — это основывается только на гравированной картинѣ, и въ самомъ дѣлѣ ничто иное какъ лиліи и вѣпви. Авторъ пишетъ, чѣло имя Василія означаетъ Владиміра I,

Въ Общ. Исторіи и Древностей Российскихъ недавно читано было разсужденіе, гдѣ выведены новыя догадки. Не принимаємъ утвердительно ни чьего мнѣнія, пока не рѣшатся споры. Намъ извѣстно, что К. Θ. Калайдовичъ также намѣренъ напечатать разысканія о семъ предметѣ. Что касается до Нѣмецкаго рецензента,ажется, его обольщающій ученыя и едва ли достовѣрныя предположенія Гг. Моргенштерна и Франка, но самъ онъ мало знакомъ съ нашими древностями. Пр. Изд.

31

который получил сіе имя потому, что онъ при Греческомъ Императорѣ Василії II принялъ Христіанскую Вѣру. Изображеніемъ на одной сторонѣ Михаила, а на другой зміеобразнаго чудовища (Дракона. Апокалип. 12, 7) означается, думаетъ онъ, побѣда Христіанства надъ идолослуженіемъ въ Россіи при Владимірѣ I. Слово ἀγιοῦ объясняетъ Соч. очень удачно (*) изъ повѣствованія одного неизвѣстнаго у Бандури, (Imper. Or. II, 62) такъ: что посланники Владиміра въ Софійскомъ храмѣ, въ Константинополѣ, видѣли Ангеловъ, пѣвшихъ ἀγιος; а изображеніе Михаила, въ видѣ побѣдителя, изъ лѣшописей, гдѣ говорится о истребленіи идоловъ, а особливо Перуна, который, по народному преданію (**), въ Кіевѣ сверженъ былъ Михаиломъ съ умена. Не должно впрочемъ, говоритъ онъ, въ ю-ти змѣиныхъ головахъ искать ю-ти Славянскихъ идоловъ, ибо они имѣли только 6 (кажется, что этопъ пункты объяснень слишкомъ кратко). Загадочнал надпись на другой сторонѣ, въ которой Соч. съ Рец. находятъ Греческія слова, должна быть объяснена изъ Апокалип. 12, 7, и Соч. находить въ ней слово Араков. Камень съ по-

(*) Но какъ-же изъяснить удачно (sehr treffend), если все это повѣствованіе явно оказывается ложнымъ? См. Карамзина И. Г. Р. Т. I, примѣч. 447 и Шлецерово мнѣніе въ его Несторѣ. Пр. Изд.

(**) Nach einer Völksgage. Кажется, пора уже не вмѣшивать народныхъ преданій въ Исторію. Пр. Изд.

32

добнымъ изображеніемъ и надписью, о ко-
шорочь говоритъ Г-нъ Каченовскій въ вы-
пискѣ своей изъ Шифлета и Монфокона
(Ant. expl), будучи самъ не ясно описанъ, ни-
чего здѣсь не объясняешь. Далѣе распро-
страняется Авторъ, что отъ Рускаго
тѣхъ временъ не возможно ожидать из-
обрѣтенія изображеній для монетъ; а пакъ
жакъ оно совершенно Византійскаго стиля,
то и должно приписать его какому ни-
будь ученому монаху въ Константинопо-
лѣ или Херсонѣ, а можешь быть и самому
Херсонскому Митрополиту, крестившему
Великаго Князя; что не возможно доказать,
тдѣ именно бъбита была медаль, въ Хер-
сонѣ, Кіевѣ, или Константинополѣ. Впро-
чемъ Соч. съ Рец. согласны въ томъ, что
она вылила и потомъ обдѣлана желѣзомъ.
Безспорно, что Соч. заслуживаетъ похвалу
за правильное обозрѣніе сего любопытна-
го памятника. Рец. сомнѣвается только
въ томъ, что должно-ли чудовище на обо-
рошѣ принять за изображеніе сатаны, ибо
оно имѣешь совершенно женскій образъ.
Оно, кажется, изображаетъ олицетворенное
идолопоклонство, а змѣиныя головы пред-
ставляютъ Славянскихъ идоловъ, кото-
рыхъ вѣроятно было болѣе шести. Рец.
не можешь также согласиться съ Соч. въ
значеніи слова *Дражон*, ибо первый знакъ
кажется ему только раздѣлительнымъ зна-
комъ, стоящимъ противъ +, находящагося
при началѣ надписи. На отпечаткѣ ка-

33

жется, что третий знак не А, но І; но изъ сего не льзя ничего заключить, пока вся надпись не будет объяснена. Въ прибавленіи о цѣпахъ, носимыхъ на шеѣ, и гривнахъ, Соч. сомнѣвается, дѣйствительным-но-ли послѣднія были почетными монетами; но что золотыя монеты носимы были на цѣпахъ или леншахъ, какъ знаки ошличія, въ томъ удостовѣряютъ Римскія Императорскія монеты съ кольцами: тавковыхъ хранился пяты въ здѣшнемъ Коро-левскомъ Музеумѣ.

Рецензентъ, написавъ уже стапѣю, по-лучилъ о семъ предметѣ, занимавшемъ въ Россіи многихъ изыскашелей, новое сочиненіе подъ названіемъ: Die Goldmünze des Basilius in St. Petersburg erläutert von Joh. Val. Francke, aus dem 1. Hefte des N. Museums der deutschen Provinzen Russlands besonders abgedruckt (1824. 46. in 8). Рецензентъ поставляетъ себѣ обязанностію извѣстить читателей о любопытномъ содержаніи сего сочиненія. Г-нъ Франкъ ока-зываетъ и здѣсь опытность свою въ объ-ясненіи древнихъ надписей: на упомянутомъ у Шифлета и Монфокона камнѣ чипаетъ онъ: 'Υστέρει μελαν, ἡ μιαίνομενος ὁ οφις ἡδη εἰση, καὶ ὡς λεών βρυχηδη, καὶ ὡς αρνιον κυλλῶν — »сдайся черный, или пы будешь обращень въ пресмыкающагося по праху змія, и рвѣ-кать какъ левъ, и будь покоренъ какъ аг-нецъ.« Ониксъ есть шакже амулетъ противъ искушеній сашаны, означеннаго го-ловою, изъ коморой выходятъ семь змѣй

Ч. II. No 5.

β

34

(Апокалипсисъ 12, 4). Монету Василія почи-
таетъ онъ съ Г. Моргенштерномъ памят-
никомъ введенія Христіанской Вѣры въ
Россіи при Владимірѣ І; но надписи и повѣ-
сствованіе упомянутаго неизвѣстнаго Визан-
тійца у Бандури даютъ нѣсколько олич-
ный оборотъ значенію изображеній. Въ на-
ружной надписи, по мнѣнію Сочинителя, со-
держится — іера ἡ ἑδρα εν ἡ ελαηδη εν τῷ
δηματι, ἑως ραχθη ουρανος ὡς ἡ γη, и. ἑως πα-
ρῃ Ἱηδους χυριος ἡμιν ὑἱος χριστον — »εφα-
шо мѣсто, на кошоромъ знаменія чуда,
произнесены были сіи слова, до шѣхъ поръ,
пока обрушился небо и Іисусъ явился намъ,
дѣшямъ Христовымъ.« — И такъ Михаиль
изображенъ въ семъ явленіи предшавише-
лемъ Ангеловъ, пѣвшихъ аγιος, основаше-
лемъ Греческаго Хриспіанскаго закона и
побѣдителемъ идолопоклонства въ Россіи.
Десять змѣныхъ головъ изображаютъ 10
главныхъ идоловъ, ибо и по словамъ Карам-
зина ихъ было-же. Доказательство,
кошорымъ Сочинитель палеографически
оправдываетъ свое объясненіе надписей,
должно ученымъ изыскателямъ прочитать
въ его разсужденіи. — Кажется, что Гг. Мор-
генштернь и Франкъ досшаточно объясня-
ютъ монету, т. е. сколько можно объяснить
ее, не видавъ медали. Конечно, противъ
значенія одной надписи можно бы возра-
зить, что слово δημα, знаменіе чуда, при-
нято вмѣсто δημειον, что въ ελαηδη всша-
влена λ, а къ αρη прибавлена π, что 10

35

принято вмѣсто ІС (Рецензентъ можетъ
ссылаться только на гипсовый слѣпокъ) и
что слѣдующее за тѣмъ П вмѣсто Н, KV
вмѣсто хvриos, Y и вмѣсто vios и проч., если
бы не извѣстно было, какъ ошибочно были
писаны такія позднія надписи и что дурно
сочиненное и неправильно писанное обезоб-
раживалось еще болѣе незнающими рѣши-
ками. Впрочемъ желательно, чтобы объ-
ясненіе Сочинителя повѣрено было съ ме-
далью какимъ нибудь свѣдущимъ ученымъ.
Въ картинкахъ, находящихся при Разсужде-
ніяхъ, недостаетъ точности, и при от-
тискѣ черты буквъ въ иныхъ мѣстахъ отъ
поперечныхъ линій сдѣлались неясными.
Вѣроятно, что и въ оригиналѣ есть такія
же неясности. —

### III. КРИТИКА И БИБЛІОГРАФІЯ.

Прибавленіе къ Обозрѣнію Русской
Литтературы въ 1824 году.

Мы представили читателямъ нашимъ крашкое
обозрѣніе орANTEEVенной Липтерашуры за про-
шедній годъ. Въ немъ заключалось все, что замѣча-
тельнаго явилось у насъ по 1 Декабря. Не упоми-
ная о трудахъ Ученыхъ Обществъ, хотѣли мы сдѣ-
лать омѣдѣльное обозрѣніе этихъ: по нѣкоторымъ,
неотвратимымъ усилиямъ Рецензента обстоятель-
 спѣвамъ, это оказалось невозможнымъ; почему и рѣ-

B 2

36

миаемся теперь, вмѣстѣ съ книгами, явившимися по-
слѣ 1 го Декабря, обозрѣшь и сочиненія, изданныя
Русскими Учеными Обществами въ теченіи цѣлаго
года, не располагая впрочемъ нашего обозрѣнія по
ошѣленіямъ.

Императорская Академія Наукъ издала въ 1824 г. 19 Томъ своихъ сочиненій, издаваемыхъ подъ назпаніемъ: *Memoires de l'Academie Imperiale des Sciences* (Спб. in 4. 48 и 689 стр. съ 21 рисункомъ). Всѣ прежнія сочиненія, изданныя симъ знаменишымъ Ученымъ Обществомъ, заслужили въ Европѣ класси- ческую славу. Въ 9 Томѣ *Записокъ* идешь сначала Исторія Академіи за 1819—1820 годы. Находимъ; что число Академиковъ умножено въ сіе время из- вѣстными ученошію Гг. Грефе и Коллиномъ; въ По- чечные Члены приняты знаменишные соотечествен- ники: М. М. Сперанскій, А. Я Италинскій и Вице- През. Мед.-Хир. Акад. Московскаго ошѣленія Док. Фишеръ - Вальдгеймъ; иностранные: Біошъ, Брера, Сёммерингъ, Шафталь, Мюнтеръ и Берцеліусъ. 45- лѣніе труды почленнаго Академика Фусса и заслу- ги Академика Френа награждены Высочайше пожало- ванными пенсіонами. Библиотека, Азіятскій Музей и Кунстъ-Камера умножены важными приобрѣшеніями. Болѣе 80 разныхъ сочиненій, въ рукописяхъ, пред- шавлены въ Академію Членами оной. Весьма любо- пышны отчечы Гг. Академиковъ о разсматриван- ныхъ ими сочиненіяхъ и разныхъ ошѣльно поручен- ныхъ трудахъ.

Самыя записки раздѣляются на четыре Части:
знанія Математических, Физических, Политических
и Историческо-Филологических. Всѣхъ сочиненій
помѣщено 44 и всѣ могутъ почесься доказатель-

37

оптвами общирныхъ свѣдѣній и учености Г-дъ Академійовъ. Довольно упомянуть имена Сочинщелей— Г-дъ Эйлера, Литтрова, Вишневскаго, Фусса, Шуберта, Дегена, Снядецкаго, Шульшена, Базена, Гунберга, Петрова, Бонсдорфа, Загорскаго, Эйхвальда, Тилезіуса, Германа, Шпорха, Мюнтера, Френа, Келлера — имена, извѣстныя Ученымъ важными заслугами. Кромѣ предмешовъ Физики и Математики, любопытныхъ для занимающихся сими науками, каждый просвѣщенный читатель прочитаетъ съ величайшегою пользою сочиненія Гг. Германа, Шпорха, Френа и Келлера. Словомъ — Записки Академіи Наукъ мы почитаемъ книгрую, необходимою для всякаго занимающагося науками и вообще для всякаго просвѣщеннаго человѣка.

Не менѣе важны Записки, издаваемыя Гасударственнымъ Адмиралтейскимъ Департаментомъ, коихъ вышла въ прошломъ году 7-я Часть (358 стр. съ 2 карш.), необходимал для Географовъ, ибо въ мей помѣщены сшатьи ученыя и любопыщныя.

Московское Общество Исторіи и Древностей
Россійскихъ, "съ новыми силами и надежданием,
при споспѣшествованіи новаго Предсѣдателя, Егъ
Превосходительства А. А. Писарева, выступающее
на поприще двѣятельности своей (*) издало
2 ю Часть Записокъ и Трудовъ своихъ. Книга раз-
дѣлена по симъ двумъ ошдѣламъ. Въ первомъ заклю-
чается Исторія Общества, съ возобновленія онаго
(послѣ бѣдственнаго для Москвы 1812 года) въ 1815
году до Февраля 10 дня 1820 года. Общество

(*) Предувѣдомленіе Ч. Пъ, стр. 11.

38

въ теченіи пяти лѣтъ имѣло 20 засѣданій. Библіотека умножена приношеніем отъ разныхъ особъ около 600 книгъ и рукописей, а кабинетъ приношеніем болѣе 300 монетъ и медалей. Существованіе Общества ознаменовано въ сіи пять лѣтъ изданіемъ 1 го Тома Достопамятностей Русскихъ и 1 го Т. Трудовъ и Записокъ. Къ 1825 году Общество, кролѣмъ почтеннаго Предсѣдателя, состояло изъ 44 Дѣйствительныхъ Членовъ, 19 Почетныхъ и 13 Соревнователей. Намъ извѣстно, что гошовятся къ изданію и другіе Томы Записокъ, Трудовъ и Достопамятностей.

Во 2 Часами Трудовъ и Записокъ, о которой мы говоримъ, находился слѣдующія пьесы: К. Θ. Калайдовича — О жизни и трудахъ Графа А. И. Мусина — Пушкина — Сочинитель представляешь любопытныя библіографическія извѣстія объ изданіяхъ сего незабвеннаго Любîtеля отеч. древностей — Правдѣ Русской, Духовной Владиміра Мономаха, Изслѣдованіи о Тмутаракани, Пѣсни о походѣ Игоря, и проч. — За симъ напечалано сочиненіе Графа А. И. О древнихъ Славянскихъ мѣсяцословахъ, которое собственно должно-бы назвасть разсужденіемъ или замѣчаніемъ о разности древнихъ названій мѣсяцовъ въ разныя времена и въ разныхъ областяхъ Россіи. Статьи: Г. Брусилова — Описаніе Русскихъ монетъ, представленныхъ Обществу; — А. А. Писарева — Кіевскіе древніе памятники — О Дворцахъ Княжескихъ въ Кіевѣ — Описаніе хоругви, находящейся въ селѣ Грузинѣ; — Незвѣстнаго — О монетахъ или медаляхъ времень Пстра 1 го — содержать въ себѣ любопытныя археологическія замѣчанія. Статья Д. П. Языкова —

39

О Золотой Ордѣ, содержащая извлечёніе изъ пупе-
шествія Шильдбергера, пояснitetъ исторію Хановъ
сей Орды, донынѣ довольно темную. — Записка
о кресть Святославовомъ (И. М. Снегирева) лю-
бопышна. Жаль, что почтенный Сочинитель не
входитъ въ дальнѣйшее археологическое изслѣдова-
ніе: точно-ли къ XIII вѣку относится сей памят-
никъ древняго ваянія: онъ не говорить ничего рѣ-
шительнаго. Касательно сташьи — О вратахъ.
Корсунскихъ, гдѣ Авторъ (Г. де Сангленъ) пред-
лагаетъ свою догадку о самыхъ вратахъ и о перѣ-
шенномъ донынѣ словѣ Капища, которое встрѣ-
чается въ Несторовой лѣшописи, мы надѣмся вско-
рѣ сообщить отдѣльное замѣчаніе. Кромѣ ичислен-
ныхъ статей, находятся еще слѣдующія: Догадка
о пригинѣ нашествія Норманновъ — О древнихъ
Русскихъ деньгахъ — Взглядъ на обычай древнихъ
Русскихъ — и О срѣбрѣ Ярославлѣ. Мы замѣтимъ
одно: если въ сочиненіяхъ, относящихся къ Извѣщной
Словесности, не льзя не допустить различія вкусовъ,
шо въ Исторіи и Археологіи, кажется, сего различія
быть не должно, и осмѣливаемся замѣтить, что, по-
мѣщая сочиненія или переводы въ Трудахъ своихъ,
Общество едва-ли не имѣть обязанности прилагать
притомъ, хошя самое краткое, извѣстіе о томъ,
какъ Оно думаетъ: безъ сего не возможно догадаться,
до какой степени должно простираться довѣріе
Публики къ сочиненіямъ, печатаемымъ въ его Тру-
дахъ.

Общество Любителей Российской Словесности,
въ прошедшемъ году, издало IV и V Томы своихъ
Согиненій въ стихахъ и прозѣ. Въ нихъ находимъ
доказательства полезныхъ трудовъ и занятій сего

40

Общества, при попеченіях почтеннаго Предсѣдателя А. А. Антонскаго, обращающаго особенное стараніе на чистоту и правильность ощеечественнаго языка, составленіе Словаря и прочія столь же важныя предпріятія, какъ-то: составленіе Словаря Русскихъ Писателей, Словаря Синонимовъ, Словаря провинціальныхъ словъ, изданіе собранія образныхъ сочиненій въ срихахъ и прозѣ, Кантемировыхъ писемъ, Рѣчей Профессоровъ — труды полезнѣйшіе! Предѣлы нашего обозрѣнія не дозволяющі намъ войдти въ дальнѣйшій, подробный разборъ всѣхъ статей, относящихся къ симъ предшешамъ.

Сочиненія Общества Л. Р. С., нынѣ издаваемыя, раздѣлются на три части: *Согиненія прозаангскія*, *Стихотворенія* и *Лѣтописи*, Общества. Въ IV и V Том. находится Исторія Общества съ 23 Мая 1823 г. по 2 Ноября 1824 года. Въ теченіи 1½ года было семь засѣданій. Въ приложеніяхъ къ лѣтописямъ помѣщены реэстры словъ, начинающихся съ буквъ Г. и Е.; сношенія Общества съ иностранными и Русскими учеными людьми и Учеными Обществами, и *Опытъ правиль для составленія Русскаго производнаго Словаря*, II. Θ. Калайдовіча: трудъ, заслуживающій полную благодарносшь всѣхъ знаковокъ ощеечественнаго языка. Въ прозаическихъ сочиненіяхъ находимъ другія сочиненія Г-на Калайдовіча: *Замѣтанія о родахъ Грамматигескихъ въ языке Русскомъ и о залогахъ глаголовъ Русскихъ*. Признаемся, что мы не во всемъ согласны съ почтенымъ Г-мъ Калайдовічемъ; желали-бы, чтобъ онъ болѣе обращалъ вниманія на творенія Западныхъ Славянскихъ писателей и трудолюбивыхъ Нѣмцовъ, и менѣе на Грамматики Французскія, также не

41

Упускаль изъ виду новѣйшихъ открытій Нѣмецкихъ
Философовъ, проливающихъ яркій свѣтъ на сущность
языковъ вообще; но отдаемъ ему всю справедливосцѣ,
благодаримъ его за поспюяниныя занятія предметомъ
сухимъ, непривлекаільнымъ, важнымъ только въ
глазахъ истиннаго ученаго. ...

Другія прозаическія статьи: Г-на Новикова —
Объ идеалѣ въ Излящныхъ Искуствахъ, гдѣ пре-
красно высказана мысль высокая; А. Ө. Мерзлякова—
Объ истинныхъ кагествахъ Нозта и Оратора:
эстетическія оочиненія Автора такъ извѣстны,
что не нужно прибавлять похвалъ къ его имени. —
О простонародныхъ изображеніяхъ (Г. Си — ва).
Авторъ говоришъ о такъ называемыхъ лубогныхъ
картинках; эта статья была въ Ощец. Запискахъ;
здѣсь цомѣщена умноженная новыми замѣчаніями тру-
долюбиваго изыскашеля; статья: Біографитескія
герты изъ жизни Арх. Моск. Августина (ооч.
Неизвѣстнаго), замѣтна множествомъ любопытныхъ
свѣдѣній о происшествіяхъ незабвеннаго 1812 года
и любопытными приложеніями, между прочимъ аф-
фишекъ, изданныхъ въ 1812 г. Графомъ Ө. В. Рас-
тончинымъ и проч. О достоинствѣ статьи: Си-
нонимы (Гг. П. Ө. Калайдовіча и Коха) говорить
почитаемъ за излишнее.

Можно видѣть, какими предметами занимается
Общество. Пожелаемъ искренно, чтобы и впредь
отдѣль Прозы былъ наполняемъ столь-же полезными
статьями.

Въ отдѣль Стихотвореній помѣщено 27 пьесь,
оригинальныхъ и переводныхъ: Гг. Аксакова, Дми-
тріева (М. А.), Капписта (В. В), Кокошкина, Кар-
ніолина-Пинскаго, Лобанова, Мерзлякова, Нечаева;

42

Ознобишина, Писарева (А. И.), Пушкина (В. Л.), Раича, Родзянки (А.), Снегирева, Филимонова (В. С.), Графа Хвостова, Шатрова и Шевырева. Переводы состоять въ преложеніяхъ Псальмовъ, небольшихъ пьесахъ изъ Горація, Гердера, Шиллера и отрывкахъ изъ Эсменара, Тасса, Расина и Гомера. Необходимо замѣтить отрывокъ изъ Иліады, ради слѣдующихъ причинъ:

Хотя нѣкоторые Критики и не признаютъ еще существованія Русскаго гекзаметра, вопреки здравому смыслу, неоспоримымъ доказательствамъ и блеснящимъ опышамъ; но и сіи Критики соглашаются, что если гекзаметръ долженѣ быть, то долженѣ онъ быть шестистопный, изъ хореевъ, трибрахіевъ, дакпилей, спондеевъ, смошря по приличію и удобствамъ и въ Нисьмѣ изъ Сибри (Труды Общ. Люб. Росс. Слов. М. 1818. Ч. II, стр. 64, 65) сильно не одобряли 5 и 7-стопныхъ Русскихъ гекзамешровъ. Теперь, къ удивленію нашему, въ переводѣ изъ Иліады находимъ слѣдующія варіаціи гекзамешровъ:

> Какъ для пловцовъ, шомимыхъ желаньемъ, миль
> вѣмеръ попутный...

... Начали битву: Парисъ убиль сына Ареитоа...

... Да предстанутъ другъ съ другомъ одни за
всѣхъ къ рѣшительной битвѣ...

... Если онъ поразить меня копьемъ булашо - граненымъ —

... Чшожъ, когда-бы внялъ о сихъ, предъ Гекторомъ страхомъ убитыхъ?..

Стихи В. В. Калниста суть послѣдніе звуки
умолкнувшей навѣки лиры незабвеннаго Русскаго

43

пѣвца : какъ будто предвидѣлъ онъ приближавшуюся кончину и выражалъ какое-то унылое чувство въ стихахъ своихъ —

(Продолженіе въ слѣд. книжкѣ.)

## Современная Русская Литтература.

8. Евгеній Онѣгинъ, романъ въ стихахъ. Сочиненіе Александра Пушкина. Спб. въ Тип. Деп. Народ. Просв. 1825. in 12. XXII и 60 стран.

Свободная, пламеннал Муза, вдохновительница Пушкина, приводитъ въ отчаяніе диктаторовъ нашего Парнасса и осѣдлыхъ Критиковъ нашей Словесности. Бѣдные! Только что успѣютъ они увѣрить своихъ кліентовъ, что въ силу такого или такого пăраграфа Піитики, изданной въ такомъ -то году, Поэма Пушкина не Поэма, и что можно доказать это по всѣмъ правиламъ полемики, новыми рукоплесканіями заглушается охриплый шопотъ ихъ и всеобщій восторгъ заболитъ ихъ снова приискивать доказательствъ на истершыхъ листочкахъ рѣченной Піитики!

Въ самомъ дѣлѣ, на чтоб это похоже? До-вольно, что Англинскіе Критики не знали, чтоб дѣлать съ Бейрономъ; не уже-ли и Русскимъ придетъ такая-же горькая участь отъ Пушкина? Уже и хвалить его они не смѣютъ: кто боится попасть въ кривотолки, кто говорить, что ничего сказать не можешь, кто просто отмалчивается. — Но пока готовятся безмолвные громы ихъ, поспѣшимъ раздѣлить съ нашими читателями радость о новомъ, ечаспливомъ событии на Парнассѣ нашемъ — о по-

44

явленію новаго поэпческаго произведенія любимца всьхъ Русскихъ читателей,

Давно уже съ нетерпѣніемъ ожидала Публика Онѣгина; теперь отчасти и вполнѣ удовлетворилось желаніе читателей: оттасти, ибо издана только первая глава этого Поэтическаго романа; вполнѣ, потому что изданіе Онѣгина положительно доказываетъ права Пушкина уже не просто на таланшъ, но на что - то выше.

«Но что такое Онѣгинъ?» спросяшь Критики, «что за Поэма, въ которой есть главы какъ въ книгѣ? По какимъ правиламъ она сосщавлена? Къ калокому роду принадлежишь?»

Онѣгинъ, Мм. Гг., романъ въ стихахъ, слѣдовательно въ романѣ позволяется употребить раздѣленіе на главы; правила, руководствовавшія Поэта, заключаются въ его творческомъ воображеніи; родъ, къ которому принадлежишъ романъ его, есшь тошь самый, къ которому принадлежашь Поэмы Бейрона и Гѣме.

Донъ-Жуанъ почитается однимъ изъ лучшихъ, и едва- ли не лучшимъ произведеніемъ Бейрона. Difficile est propriè communia dicere, сказалъ великій сей Поэтъ, издавая Донъ-Жуана. Онъ чувствовалъ, какъ тяжело было ему борошься съ своимъ предметомъ, и тѣмъ славнѣе былъ его подвигъ, штѣмъ громче торжество.

Въ угодность привязчивымъ Аристархамъ, согласимся, что, по существу своему, Поэму, подобную Донь-Жуану и Беппą, Поэму, гдѣ нѣмь постоянной завязки, хода дѣйствій, съ начала ведомыхъ къ одной главной, ясной цѣли, гдѣ нѣмь эпигодовъ гладко вклеенныхъ, не лыя назвашь ни эпиче-

45

опш, ни дидактическою Поэмою; но это уже дѣ п' холоднаго разсудка, приискивать надосугѣ, поче- лу написанное не по извѣстнымъ правиламъ хорошо, ц на всякий новый опытъ Поэзіи прибирать ладъ и мѣру; не Поэту-же спрашивать у Пітиковъ: мож- но-ли дѣлашь то или то! Его воображеніе летаетъ, не спрашиваясь Пітикъ: падаетъ онъ, тогда пор- жествуйте побѣду школьныхъ правилъ; если-же по- лешъ его изумляетъ, очаровываетъ сердца и души, дайте намъ насладиться новымъ поржествомъ ума человѣческаго: всякое новое приобрѣшеніе Бейронсвъ или Пушкиныхъ дѣлаетъ и намъ честь, ибо дѣлаешь честь странѣ, которой онъ принадлежитъ, и вѣку, въ которомъ живетъ.

То самое высокое наслажденіе; въ которой человѣкъ, упоенный очаровательнымъ восторгомъ, не можешь, не смѣешь дать самому себѣ отчета въ своихъ чувствахъ: все ограниченное, въ наслажде- ніяхъ эстетическихъ, отвращаетъ человѣка — и въ неопредѣленномъ, неизъяснимомъ состояніи сердца человѣческаго заключена и тайна и притика такъ называемой романтической Поэзіи.

Пушкинъ обещаетъ своимъ критикамъ напис- сать Поэму въ 25 пѣсень, въ которой будушъ вы- полнены всѣ условія, предписанныя покойнымъ Бап- тё. Тогда и мы обещаемся написать рецензію, ко- торую начнемъ полнымъ и обстоятельнымъ разбо- ромъ всѣхъ эпическихъ поэмъ, изслѣдуемъ всѣ по- дробности, какъ то: правильно — ли превращеніе кс- раблей Энеевыхъ въ Нимфъ; сколько разъ долженъ былъ оббѣжать Гекторъ Трою, чтобы утомить сына Пелеева; а кончимъ вѣрными доказательствами, чѣ по никтло изъ новыхъ не сравнится даже и съ Апол-

46

лоніемъ Родосскимъ. Разумѣется, что въ такомъ Case
чаѣ не должно забывать избипыхъ эпиграфовъ: vė
exemplaria Graeca и проч. и проч.

Между штѣмъ, вѣрно никто изъ самыхъ задор-
ныхъ критиковъ Пушкина, прочитавши новую По-
эму его, не откажетъ ему въ истинномъ, непод-
ложномъ талантѣ. За чѣмъ не пишетъ онъ Поэмъ
въ силу правилъ Эпопеи? Та бѣда, что и Поэшь
неволенъ въ направленіи своего восторга; что ему
поется, то онъ поешь. . .

Въ очеркахъ Рафаэля видѣнъ художникъ, спо-
собный къ великому : его воля приняться за кисть —
и великое изумить наши взоры; не хочетъ онъ —
и никакія угрозы критика не засшавятъ его писашь,
что хотятъ другіе.

Въ музыкѣ есшь особый родъ произведеній, на-
зываемыхъ capriccio — и въ Поэзіи есшь они: тако-
вы Донъ - Жуанъ и Беппо, Бейрона, таковъ и Онѣ-
гинъ, - Пушкина. Вы слышите очаровательные звуки:
они льются, измѣняются, говорятъ воображенію и
засставляюнъ удивляться силѣ и искусству Поэта.
Соглашаемся, что по отрывку не льзя судить о
цѣломъ; но что въ произведеніяхъ Пушкина не на-
ходитъ Поэзіи, съ штѣмъ не будемъ ничего говорить
о Поэзіи.

Содержаніе первой главы Онѣгина составля-
ешь рядъ картинъ чудной красоты, разнообраз-
ныхъ, всегда прелестныхъ, живыхъ. Герой романа
есть только связь описаній.

Съ самаго начала Онѣгинъ скачетъ на почти-
выхъ въ деревню своего дади, богача, умирающаго,
который оставляетъ племяннику все свое имѣніе.
Тутъ Поэпъ сказываемъ, что такой Онѣгинъ,

47

описываешь его воспитание, знания, свойства, день
прежней Петербургской его жизни, объдъ у Тало-
ма, пріѣздь въ теашръ, туалетъ Онѣгина, мимо-
ходомъ баль, грусть, необходимое послѣдствіе раз-
сѣянной жизни и свое знакомство съ недовольнымъ
жизнію Онѣгинымъ, кошорый получаетъ письмо о
болѣзни дяди, йдешь къ нему въ деревню, не заста-
ешь его въ живыхъ, и получивъ богатство, не пе-
ресшешь скучать. — Поэмъ кончитъ шуткою.

Читатели видятъ, что Онѣгинъ принадле-
жишь къ whomу роду стихотвореній, въ которомъ
донынѣ у насъ не было ничего сколько нибудь снос-
наго. Шуточные Поэмы нашихъ стихотворцевъ сби-
вались въ плоскости, шутки ихъ оскорбляли благо-
пристойность, улыбка походила на хохотъ шѣхъ ге-
роевъ, конорыхъ они описывали, какъ то: трактир-
щиковъ, карточныхъ игроковъ или пьяницъ (*); вид-
но, Пушкину суждено быть первымъ и въ исполне-
ніи Поэмъ и въ изобрѣшеніи предмета сврихъ Поэмъ.
Надобно сказать, что вообще новые Поэты въ оо-
чиненіяхъ сего рода открыли новыя стороны, не-
извѣстныя стариннымъ сочинителямъ: Налой или
Похищенный локонъ однообразны, Поэмъ только

(*) Нѣкто А. Н. не постыдился поставить Руслана и Людмилу въ рядъ съ Елисеемъ Майкова и съ Энеидой на изнанку. Невѣрующие могутъ прочесть въ Mercure du XIX siècle, 77 livraison. 1824. omb стр. 505 — статью: Замѣчанія Россіянина, живущаго нынѣ въ Парижѣ, на Антологію Сен-Мора. Попадлись, что эта статья была въ Вѣстникѣ Европы, безъ оговорокъ Г-на Редактора: кто молчитъ, тотъ соглашается, товоритъ пословица; къ счастію, есть другая: двло мастера боится — это доказываемъ Вѣстникъ Европы. —

48

СМѣШИТЬ; но Бейронъ не смѣШИТЬ только, но ИДЕМъ ГОРАЗДО ДАЛѣЕ. Среди самыхъ ШУТЛИВЫХЪ описанный онъ РѣЗКИМЪ СПАНСОМЪ обнаруживаетъ СЕРДЦЕ ЧЕЛОВѣКА, ВЕСЕЛОСТЬ его сливается съ УНЫЛОСТЬЮ, УЛЫБКА СЪ НАСМѣШКОЮ, И ВЪ ТАКОМЪ ЖЕ ПОЛОЖЕНІИ КАКЪ Бейронъ КЪ ПОПУ, Пушкинъ находится КЪ ПРЕЖНИМЪ СОЧИНИТЕЛЯМЪ ШУТЧНЫХЪ Русскихъ Поэмъ. Онъ не кривляется, НАДУВАЯ ЭПИЧЕСКУЮ ТРУБУ, НЕ ПАРОДИРУЕТЪ ЭПОПЭЙ, НЕ СХОДИТЬ ВЪ МОЛПУ ЧЕРНИ: ВЫБРАВЪ ГЕРОЯ ИЗЪ ВЫСШАГО ЗВАНІЯ ОБЩЕСТВА, ОНЪ ПОЛКО МЫ СРУЕШЕМУ СЪ НЕПОДРАЖАЕМЫМЪ ИСКУСТВОМЪ РАЗЛИЧНЫЯ ПОЛОГЕНІЯ И ОТМОЕНІЯ ЕГО СЪ ОКРУЖАЮЩИМИ ПРЕДМЕШАМИ,—И ЗДѣСЬ ТАЙНА ПРЕЛЕСШИ ПОЭМЫ Пушкина. НО не смѣХЪ ВОЗБУЖДАЕТЪ ПОЭМЪ; ОНЪ ОСВѣЩАЕТЪ ПЕРЕДЪ НАМИ ОБЩЕСТВО И ЧЕЛОВѣКА: ГЕРОЙ ЕГО—ШАЛУНЪ СЪ УМОМЪ; ВѣТРЕННИКЪ — СЪ СЕРДЦЕМЪ — ОНЪ ЗАКОМЪ НАМЪ, МЫ ЛЮБИМЪ ЕГО!

И СЪ КАКИМЪ НЕПОДРАЖАЕМЫМЪ УМѣНЬЕМЪ РАЗСКАЗЫВАЕТЪ НАШЪ ПОЭМЪ: ПЕРЕХОДЫ ИЗЪ ЗАБАВНАГО ВЪ УМЫЛОЕ, ИЗЪ ВЕСЕЛАГО ВЪ ГРУСТНОЕ, ИЗЪ САТИРЫ ВЪ РАЗСКАЗЪ СЕРДЦА — ОЧАРОВЫВАЮТЪ ЧИПАШЕЛЯ. МЫСЛИ ФИЛОСОФА, ОПЫТНАГО ЗНАТОКА И ЛЮДЕЙ И СВѣТА, ОТПЛИВАЮСЯ ВЪ ЯРКИХЪ ИСТППНАХЪ: КАЖЕСЬЯ, ХОЧЕШЬ СПРОСИТЬ, КАКЪ УСПѣЛЬ ПОДСЛУШАТЬ ПОЭМЪ ТАЙНЫЯ БІЕНІЯ СЕРДЦА? ГДѣ НАУЧИЛСЯ ВЫСКАЗЫВАТЬ ТО, ЧТО МЫ ЧУВСТВОВАЛИ И НЕ УМѣЛИ ОБЪАСНИТЬ?

Картины Пушкина полны, живы, увлекательны. Не выписывая изъ Онѣгипа (ибо. надобно переписать половину книги), мы укажемъ на изображение знаний Онѣгипа (стр. 5), изображеніе Санкт-петербургскаго Театра (стр. 14), кабинеша Онѣгипа (стр. 19), пріѣзда на баль (стр. 22), Пешербурга

49

утромъ (стр. 29.), похоронъ дяди (стр. 42). —
Насмѣшки его остры, умны, разищельны: не мо-
жемъ не пересказать слѣдующихъ:

Мы всё учились понемногу
Чему нибудь и какъ нибудь :
Такъ воспитаньемъ, слава Богу,
У насъ не мудрено блеснушь.

Они же:

... "Иштамъ Адама Смита,
II былъ глубокій экономъ,
То есть, умѣлъ судить о той,
Какъ Государство богатѣшь
II чѣмъ живешь, и почему
Не нужно золоша ему,
Когда преспой продуктъ питьшь.
Омскъ пойти его не могъ
II земли остававъ въ залогъ...

„Главный признакъ изящѣгаго есть просьпота“
сказали одинъ Германскій Философъ — и что же
проспѣте, добродушѣе этой насмѣшки надъ тоша-
ми модныхъ послѣдователей Смита? Тотъ же Фи-
лософъ говоритъ, что „пародная (nationale) Словес-
ность беретъ у воображенія то, что сильнѣе го-
горить уму и характеру народа“ — и эту народ-
ность, эту сообразносить описание современныхъ
правовъ Пушкинъ выразилъ мастерскимъ образомъ.
Онъ-такъ не скопированъ съ Французскаго или Ан-
глиянскаго; мы видимъ свое, сильнымъ свои родныя
поговорки, сморизывать на свои причины, коморныхъ
всѣ мы не чужды были и; когда.

Стишнимъ оправдывая Нушкина въ укоризнахъ,
коморыя дѣлають ему иные иные Криштики. Кромѣ

Ч. ІІ. № 5.

Г

50

того, что лишают себя наслажденія, они стараются еще и другимъ передать мучительныя свои ощущенія. Они увѣряли всѣхъ и каждаго; что Русланъ взялъ изъ Аріоспа, Кавказскій Плѣнникъ изъ Чайльдъ-Гарольда, Бахчисарайскій Фонтанъ изъ Гяура — предчувствуемъ, что Онѣгина осудятъ на подражаніе Донъ Жуаку и Беппо, Бейрона, и Дню, Парини. Читавшимъ Бейрона нѣчего толковать, какъ отдаленно сходство Онѣгина съ Дон-Жуаномъ; но для людей, не знающихъ Бейрона или Парипи, но которые любятъ повторять слышанное, скажемъ, что въ Онѣгинѣ естъ самихъ, которыми одолжены мы можешь быть памяти Поэша, но только немногими стихами, и ограничивается сходство: характеръ героя, его положенія и картины, все принадлежитъ Пушкину и носить явные отпечатки подлинности, не передѣлки

Мы не упоминаемъ о прелесши вводныхъ мѣстъ (эпизодовъ) въ Онѣгинѣ, какъ шо: обращеній Поэта къ самому себѣ, воспоминаній и мечтаній его: изъ читавшихъ Онѣгина вѣрно на половину знаютъ его до сей поры почти наизустъ; нечитавшихъ же мы не хоимъ лишать новости въ наслажденіх выпискою стансовъ 29, 30, 31, 32, 33, 34, 45, 49, 50, 57, 58, и 59, ибо ихъ должно читать.

Не говоримъ и о стихахъ Пушкина: такой гармоніи, такого умѣнья управлять механизмомъ словъ и звуковъ не было и донынѣ еще нѣпъ ни у комораго изъ Поэзовъ Русскихъ, даже и у Жуковскаго.

Въ доказательство, какъ все оживляется подъ перомъ Пушкина, мы желали бы подробно разобрать приложенный въ началѣ Онѣгина Разговоръ книго-

51

продавца съ Поэтомъ. Здѣсь переходы чувствъ к
искуство выражаться, смотря потому, кто и чтò
говоритъ, неподражаемы. Содержаніе: книгопрода-
вецъ проситъ Поэта продать свою рукопись; Поэтъ
отвѣчаетъ на всѣ его предложенія: задумчивая мет-
шательность, яркія мысли выражаютъ пламенный
характеръ Поэта; познаніе свѣта, рѣзкія истины
опыта обрисовывающі характеръ книгопродавца.

Говорятъ, что безъ замѣчанія ошибокъ не бы-
ваетъ рецензіи: вошь самое затруднишельное об-
стоятельство для рецензента спихотвореній Пуш-
кина — гдѣ взять ошибокъ? Нѣсколько риемъ
можно назвать принужденными, немного вырѣзаній
непочными (на примѣръ: вздыхаетъ лира, возбу-
ждать улыбку, иволги напѣвъ живой); по оста-
вимъ эту убогую добычу грядущимъ критикамъ:
не думайте, что избранный изъ нихъ будетъ мол-
чать, что онъ не явится —

Il s'en presentera, n'en doutez - vous pas. ...

Въ то время, какъ мы благодаримъ Поэта за
новый подарокъ, шумъ всеобщихъ похвалъ, видъ
запыленной кипы родимыхъ твореній, когда сочиненій
Пушкина не наготовятся книгопродавцы на нешер-
пѣливыхъ читателей — все это возбуждаетъ лит-
тературныхъ гагарн. . . . Не повторить ли имъ
въ задачокъ слова Поэта:

Гагары въ прозѣ и стихахъ!
Возмисль какъ хотите;
Но, право, истинный таланть не помрачите,
Удѣль его: сіять въ вѣкахъ! —

Г 2

52

Иностранныя Литтература.

41. — Journal of a second voyage and проч. Журналь втораго путешествія для открытія Сѣеро-Западнаго пути изъ Атлантигескаго Океана въ Тихое море, совершеннаго въ 1821—22—23 г. на корабляхъ Фуріи и Геклѣ, подъ нагальствомъ Кап. Вилл. Эдуарда Парри. Лондонъ. 1824 г. in 4. XXII и 569 стр. съ рисунками.

42. The private journal of Captain G. F. Lyon and проч. Журналь Капит. Г. Ф. Люна, отдѣльно веденный имъ въ путешествіи для открытія Сѣвро-Западн. пути, подъ наг. Кап. Парри. Лондонъ. 1824 г. 8. VII и 466 стр. съ каршою и рис. —

43. A Journal of a voyage of Discovery and проч. Журналь путешествія для открытій въ арктическихъ странахъ, угиненнаго въ 1819—20 гд. на корабл. Геклѣ и Гриперѣ, веденный А. Фишеромъ. 4-е исправленное изданіе. Лондонъ. 1824 г. in 8. XI, a 321 стр.

44. Narration of a Journey to the shores of the Polar Sea and проч. Описаніе путешествія къ Полярному морю Кап. Дж. Франклина въ 1819, 1822 г. Лондонъ. 1824. in 8. 2 Тома. XX—370 и 399.

Въ сей книжкѣ Телеграфа представлѣнъ обстоятельный отчѣсъ о сихъ книгахъ, въ коморныхъ заключается описаніе знаменитыхъ путешествій Англинскихъ мореходцовъ въ полярныя страны.

45. * — Phytographie Medicale. Медицинское описание растений, гдѣ излагаются исторія и дѣйс‐співія ядовъ, извлекаемыхъ изъ царства растѣній, съ подробными описаніями средствъ, которыя можно

53

отвращать дѣйствія оныхъ, Парижъ, 1824—25 г.
in 4. 36 тетрадей, съ рисунками.

Посвящивъ множество лѣшъ на спасительныя для человѣчества изслѣдованія, Сочинитель (Юсифъ Роке, Докторъ въ Монпелье) съ отличнымъ тщательнымъ издалъ важное сіе сочиненіе. На рисункахъ изображены растѣнія въ естественную ихъ величину, а въ описаніяхъ соблюдены ясность и полнота. Все сочиненіе споитъ въ Парижѣ 288 франк.

46. * Olympia or topography illustrative. Олимпія, или шопографическое описание нынѣшняго соспоянія Олимпійской долины и развалинъ Элиса. Соч. Дж. Спенсера Стангопа. Лондонъ. 1824. оъ 6 рисунками.

Авторъ основательнѣе и лучше всѣхъ описаль и срисовалъ развалины Элиса и видъ долины Олимпійской. Запустѣніе облегло сіи благословенныя нѣкогда мѣста.

47. * Narrative of the operations and recent discoveries within the Pyramids. Описаніе изысканій и открытій въ пирамидахъ, гробницахъ и храмахъ Египетскихъ и Нубійскихъ, упиненныхъ Ж. Бельзони. Лондонъ. 1824 г. 3-е издание. in 4.

По числу изданій видно, съ какимъ любопытствомъ приняты пушешествія и изысканія Бельзони. Не смотря на порицанія нѣкоторыхъ ученыхъ и пушешественииковъ, Бельзони оказаль важныя услуги Египетской Археологіи.

48. + — Oldnordiske Sagaer. Древнія стверныя Саги. Сага войновъ Юмсбургскихъ, изд. Карл. Хриспіаномъ Рафномъ. Копенгагенъ. 1824 г. in 8. 52 спр.

Вотъ начало великаго ученаго предпріятія! Г. Рафнъ съ помощью трехъ ученыхъ Исландцовъ зани-

54.

мается крипическимъ разборомъ, соображеніемъ и
изданіемъ Сагъ, въ подлинникѣ, съ переводомъ на
Латинскій и Датскій языки. Надѣемся вскорѣ услы-
шать о дальнѣйшихъ успѣхахъ сего предпріятія.
Юмсбургская Сага издана для образца, съ драгоцѣн-
ной рукописи XII вѣка, сличенной со многими дру-
гими позднѣйшими; къ ней присовокупленъ проспектъ
предполагаемаго полнаго изданія. Излишне было бы
упоминать о пользѣ предпріятія сего и для нашей
Исторіі.

49. * Storìa della scultura e проч. Исторія Скульп-
туры, съ возстановленія художествъ въ Италіи
до Кановы. Соч. Графа Чиконьара. Прашо. 1824.
in fol et in 8. съ рисунками.

Авторъ издалъ сію книгу въ 1813 г. и всеобщій
успѣхъ увѣнчалъ его трудъ. Ученые и знатоки почли
Графа Чиконьара достойнымъ преемникомъ Винкель-
мана. Нынѣ, сообразивъ всѣ замѣчанія на книгу свою
и обогативъ новыми опытами и изслѣдованіями,
Авторъ издаетъ ее 2-мъ изданіемъ. Къ нему при-
совокупится 180 рисунковъ. Изданіе въ 8 будетъ
изъ 6, въ листъ изъ 3 Томовъ.

50. * Histoire des Marais. Исторія болотъ и болѣз-
ней, происходящихъ отъ водъ стоячихъ. Соч. Ж.
Б. Монфолькона. Парижъ. 1824. in 8. 512 стр.

Книга полезная. Авторъ подробно описываетъ
болота, пруды и вообще мѣста, подверженныя тун-
дренностpi, разыскиваетъ болѣзни, оными произво-
димыя, и средства къ предотвращенію вреда.

51. * Oeuvres complètes de M. l'Hopital. Полное со-
браніе согиненій Миханла Опиталя. Парижъ.
1824. in 8.

55

Имя Опиталя знаменито въ политической и
литтературной истории XVI вѣка. Всѣ сочиненія
его составилъ 7 Томовъ; въ началѣ, приложена
жизнь его, писанн. Г-мъ Дюфреемъ, переводчикомъ
Беккарія. ОDESTаль, какъ писатель, достоинъ занимать
мѣсто подлѣ Монтескьё, Беккаріо и Дагессо и до-
нынѣ не былъ изданъ.

52. * Extrait des prolegomènes historiques d'Ibn-Khaldoun.
Извѣстіе изъ историгескихъ предувѣдомленій
Ибнъ - Халдуна. Арабскій текстъ и Фран-
цузскій переводъ изд. Кокеберомъ де Монтбре
(сыномъ). Парижъ. 1824. in 8. 11 стр.

Орієнталисты говорятъ, что, касательно Исторіи, творенія Ибн - Халдуна непочатая мина. Сей Арабъ родился въ Адрамонѣ, былъ Кадіемъ въ Алеппо, взялъ въ плѣній Тамерланомъ и умеръ вѣ Самаркандѣ въ 808 году эгиры. Г-нъ К. де М. перевель дѣа изысканія Ибн-Халдуна: почему мало го- родовъ находится въ Африкѣ и почему мало зданій, воздвигнутыхъ народами Музульманской вѣры?

53. * Grammaire Arabe vulgaire. Грамматика народнаго Арабскаго языка. Соч. А. П. Коссена-Персеваля. Парижъ. 1824. in 4. —

Авторъ, Профессоръ Арабскаго языка, различая письменный древній и пародный нынѣшній Арабскій языкъ, занимается вполнѣ послѣднимъ. Онъ жилъ долго въ Сиріи. Во всѣхъ донынѣ изданныхъ Грамматикахъ мало были различены древній и новый языкъ Арабскій. Разговоры, письма и проч. присовокупленія составлены Авторомъ по упошребляемымъ нынѣ Арабами формамъ.

56

IV. ПОВЪСТИ И СМЪСЬ.

Предеъстница. смерти.

(Окончание.)

Цълыя сутки Графъ не отходилъ ошь умершей своей супруги: онъ до сей поры не върилъ еще, чтобы все случившееся съ нимъ было не призракъ, не соńъ. Прелестная Луиза его, какъ живая, покоилась на богатомъ капафалкѣ, въ лучшемъ платьѣ своемъ — шолько смертная блѣдность лица ея доказывала Графу, что счаспіе его навѣки умерло.

Хрисшина вскорѣ послѣ смерти Графини начада жаловаться, что и она, чувствуетъ себя нездоровою, жалѣла, что не можешь осматься при усопшей — и черезъ нѣсколько часовъ уѣхала въ себѣ домой.

Графъ рѣшился не хоронить свою супругу цѣлую недѣлю, ибо надежда, утѣшилѣница въ самолѣ отчаліи, не оставляла его: онъ еще надѣялся, что супруга его проснется.

Ожиданіе палрасное! Другія сутки проходили — умершая не могла воскреснуть.

Были минуты, въ которыя Графъ приходилъ въ опчалніе. Видя навсегда разрушеннымъ свое счаспіе, онъ не имѣлъ и единственной подпоры — друга, которыи

57

бы, раздѣляя съ нимъ скорбь, облегчалъ его
сердце. Холодныя утѣшенія Доктора не
доходили до его сердца. Онъ не обвинялъ
его, но, не понимал самъ почему, не могъ
смотрѣть прямо на Блюменсона. Ему казалось,
что виною смерти его супруги
быль этопъ человѣкъ, кошорый въ по-
сѣднія минупы ея жизни дѣйствовавъ
какъ-то нерѣшительно, какъ бы напе-
редъ обрѣкая ее къ смерти.

Въ третью сутки, когда отчаян-
ный Графъ, воображая всю великость сво-
его несчастія, рѣшался на дѣло ужасное --
на самоубійство, въ страшныя минуты
скорби онъ былъ пораженъ совершенно
ножиданнымъ происшествіемъ. Незвест-
ный человѣкъ подалъ ему сѣдующую за-
писку, писанную, какъ видно было, на-
скоро, карандашемъ: »Раскалвающаяся грѣш-
ница хочетъ облегчить свою душу. Вы
можете спасти свою супругу — она жи-
ва: ей дано жестокое усилительное —
упошребите всевозможную помощь — умо-
ляю васъ! Всему виной ... « Здѣсь дрожа-
щая рука перестала писать.

Какъ безумный Графъ бросился къ од-
ру своей супруги, велѣлъ какъ можно ско-
рѣе звать Блюменсона и всѣхъ Врачей
Швейдницкихъ: ему казалось уже, что Гра-
фина точно жива! Между тѣмъ почтен-
ные Медики собрались, поднесли зеркало
къ устамъ умершей — на немъ оказалось
легчайшее дыханіе.

58

Графъ плакалъ, бросался на колѣна предъ Медиками, умолялъ ихъ возвратить ему супругу, показаль записку, гдѣ сказа- но, что Графинѣ дано усыпительное. Упо- штреблены были всѣ средства къ оживле- нію, и наконецъ мнимо- умершая начала оказывать несомнѣнные признаки жизни.

Только въ эту минуту вошелъ къ ком- напу Блюменсонъ. Онъ смущился, увидя цѣлый консиліумъ Врачей и съ удивлені- емъ спрашивалъ: что все это значитъ? Графъ съ упреками и со слезами бросился на шею къ Доктору, не зналъ, укорять - ли его, и наконецъ спросилъ: какъ могъ по- честь онъ супругу его умершею, когда она жива?

»Графиня жива?« спросилъ съ удивле- ніемъ Блюменсонъ.

— Безчувственный! и пы можешь это произнести такъ равнодушно! — вскричалъ Графъ.

»Умѣръте свой гнѣвъ, Графъ« ошвѣш- ствовалъ холодно Докторъ: »вы знаете, что я не люблю аханьевъ и восклицаній. — но, право очень радъ!«

Между штѣмъ Графу нѣкогда было за- ниматься споромъ. Онъ неотлучно, нахо- дился при супругѣ своей, которую пере- несли уже на посшель; черезъ двадцать часовъ она открыла глаза! . . . .

Какъ описать восторгъ, радость, сча- стіе Графа! Графиня не помнила ничего:

59

ей казалось, что она проснулась послѣ продолжительного сна. Графъ не осмѣливался и вспоминать о прошедшемъ — онъ былъ такъ счастливъ.

Между тѣмъ замѣтили, что Блюмен- сона уже не было въ эпѣ радостныя ми- нуты: онъ скрылся похонько отдо всѣхъ.

На другой день новое удивленіе — хотя и не такъ пріятное — ожидало Гра- фа. Врачи предписали главнымъ лекар- ствомъ для Графини — спокойствіе, велѣ- ли даже и Графу не быть безпрестанно при ней и только навѣщать ее нѣ сколько разъ въ день. Оставивъ свою супругу съ вѣрною Августиною и любимыми горнич- ными, онъ удалился и въ первый разъ спалъ спокойно всю ночь.

Графъ проснулся въ семь часовъ, и ему доложили, что старая Христина, управи- тельница Доктора, негерпѣливо желаеть говорить съ нимъ на единѣ. Графъ велѣлъ впустить ее въ кабинетъ. Оставшись съ Графомъ одна, Христина зарыдала, броси- лась къ его ногамъ, и обнималъ его колѣна, съ отчаяніемъ восклицала. »Я убійца! я ви- новница смерти вашей супруги! Графъ! спасите несчастную «

Не льзя выразить, какъ удивился Графъ этому странному явлію; онъ не пони- малъ словъ и отчаянія Христины и шре- бовалъ объясненія.

»Скажите мнѣ прежде всего, супруга ваша? ... «

60

— Она жива, добрая Христина! она жива! — вскричал Графъ съ выразительноً стьюю и стараясь поднять несчастную, копорая лежала у его ногъ.

»Слава Всемогущему!« сказала съ тяжкимъ вздохомъ Христина: »хвала Ему! ... Теперь я оживаю, и могу разсказать вамъ, Графъ, все! ... Чувствую, чипо ваши слова служать цѣлительнымъ бальзамомъ моей разтерзанной душѣ.«

Графъ старался успокоить несчастную старуху, посадилъ ее и просилъ сказать ему скорѣе, что у нее было на сердцѣ.

»Я открою вамъ, l'рафъ, ужасную шайну. Приготовьшесь выслушать изъясненіе всѣхъ злодѣйствъ, приводившихъ въ трепетъ цѣлый городъ: — вы видите передъ собою Предвѣстницу смерти!«

Графъ съ ужасомъ опскочилъ ошъ Христины. Ямя Предвѣстницы было такъ ненавистно его слуху, что онъ самъ себѣ не могъ дать отчепа въ чувствахъ — и, не говоря ни слова, со страхомъ глядѣлъ на обезображенное горестію лице Христины.

— Ты эта непостижимая Предвѣстница? ты опять приносишь въ домъ мой ужасъ и отчаяніе? ...

»Успокойшесь, Графъ! я слабая, ничтожная смертная — могу — ли я производить сверхъестественное? Выслушайте мою исторію — и для васъ ничего не будешь

01

темнаго въ неностижимыхъ приключеніяхъ
Предвѣстницы смерти. —

»Двадцать лѣтъ назадъ опредѣлилась
я въ домъ къ Доктору Блюменсону. Въ
первые годы моей жизни у него я была
простою служанкою, не имѣла ни въ чемъ
воли, не могла ничѣмъ распоряжать. Въ
послѣдствіи, увѣрившись въ моей предан-
ности, Докторъ началь по-немногу довѣ-
рять мнѣ свое хозяйство и наконецъ, какъ
вамъ уже извѣстно, я совершенно могла
распоряжать у него всѣмъ въ домѣ. Вы
не знаете, Графъ, Блюменсона — не знаете,
что эшотъ человѣкъ, подъ личиною че-
стности, умѣлъ скрывать самую черную
душу. Всѣ возможные пороки обладающъ
имъ: лицемѣріе, скупость, жестокосердіе,
но они ограничиваясь однимъ, все пре-
возмогающимъ въ немъ порокомъ — коры-
спотюбіемъ. Вы не можете вообразить,
чтобы возможно было до такой степени
быть зараженнымъ этимъ гнуснымъ по-
рокомъ. Онъ не уважалъ ни добраго имени,
ни спокойствія, ни счастія своихъ ближ-
нихъ, если могъ сдѣлать приобрѣшеніе.
Сколько притѣсненныхъ сиротъ, сколько
обиженныхъ людей! Онъ умѣлъ вездѣ войд-
ти въ посредники, прикрываясь своею доб-
рою славою; но этого не зналъ никто,
кромѣ меня. Мнѣ отдавалъ онъ отчешѣ
во всемъ — мнѣ ввѣрялъ свои деньги, свои
банковые билеты и всѣми средствами ста-
рался вселишь въ меня свою страсть

62

къ приобрѣтенію; онъ успѣлъ въ этомъ: деньги сдѣлались моимъ идоломъ. Во всѣхъ успѣхахъ его принимала я величайшее участіе; совѣщавала, помогала ему во всемъ и была хранительницею всѣхъ его драгоцѣнностей. Могу увѣрить васъ, что у него богатство чрезвычайно огромно. Я радовалась, восхищалась, перебирая вещи, деньги и присовокупляя къ нимъ новыя; но намъ все еще казалось мало.

»Уже съ давняго времени обдумывалъ Блюменсонъ ужасный планъ — но страшился ввѣрить его даже и мнѣ. Наконецъ, въ одинъ вечеръ, когда за ложное свидѣтельство въ процессѣ онъ получилъ больную сумму денегъ и принесъ ее ко мнѣ, онъ сказалъ, послѣ многихъ постороннихъ разговоровъ: »Хриспина! желаешь ли ты сама обладать имѣніемъ, вдесятеро большимъ нежели все, что я принесъ теперь?«

»Почему же нѣшь« былъ оживѣть мой.

»Хочешь ли ты помочь мнѣ въ одномъ предпріятіи?... Ты будешь обладать большими сокровищами!

»Умъ мой помрачился: мнѣ казалось, что я уже вижу вокругъ себя миллионы... я отвѣчала ему:

»Я гошова сдѣлашь все, что позволятъ мои силы — приказывайте.

»Прежде всего дай мнѣ клятву, что тайна, которую я открою тебе, умрешь вмѣстѣ съ нами.« Между злодѣями кляшва!

63

Но я исполнила его желаніе, хотя еще и не знала, къ чему приступаю: корыстолюбіе заставило меня все забыть.

»Слушай, сказаль мнѣ Блюменсонъ:
ты знаешь, что я родной дядя Графини
Шлашень. — Отецъ ея, оставивши въ на-
слѣдство дочери милліоны, сдѣлалъ завѣ-
щаніе, въ силу котораго мужъ Графини
можешь вслѣдить въ обладаніе имѣніем
ея по прошествіи двадцати лѣтъ послѣ
ихъ брака. Если Графиня умрѣть нынѣ,
когда еще не прошло и пяти лѣтъ послѣ
ихъ свадѣбы, и не сдѣлаетъ завѣщанія въ
полѣзу своего мужа, имѣніе должно, по за-
конамъ, непремѣнно поступить ко мнѣ. Ты
будешь обладать половиною имѣнія Гра-
фини Шлашень, если поможешь мнѣ. . . .

»Признаюсь, эта откровенность въ
злодѣйствѣ ужаснула меня; но собравшись
съ духомъ, я сказала ему: »Какимъ-же об-
разомъ хотите вы произвести въ дѣй-
ствіе свое намѣреніе ?

»Я все придумалъ, отвѣчалъ мнѣ Блю-
менсонъ. Приступая къ этому, надобно,
прежде всего, предупредить всякое поло-
зрѣніе. Миѣ не рѣдко случается пользо-
вать Графиню — я могъ-бы дать ей яду;
но это слишкомъ дерзко и легко можешь
быть замѣчено. . . .

»Извергъ! невольно вскрикнула я: »Графъ,
слушавшій этопъ ужасный разсказъ, вско-
чилъ съ своего мѣста и сначала думалъ, что
не вслушался въ слова Христины.

64

»Все, что я разсказываю вамъ, есть совершенная истина,« продолжала она: »имъйте терпѣніе послушать и вы увидите на дѣлѣ подтвержденіе словъ моихъ.

»Всякая новая мысль пугаетъ насъ, оставшалъ мнѣ Блюменсонъ; но я увѣренъ, что ты скоро привыкнешь къ мысли о смерти Графини. Рано или поздно она должна умереть: прежде или послѣ, не все ли равно? Словомъ, это ничего не значитъ. Но какимъ образомъ исполнить нашъ планъ? Я придумалъ — сдѣлать необыкновенное впечатлѣніе на суевѣрные умы — и пользуюсь этимъ, столкнуть Графиню съ злобячаго безполезно ею поста.

»Тутъ сказаль онъ мнѣ, что часто слушаются такіе больные, смерть которыхъ всякій искусный Медикъ можешь предсказать навѣрное.

»Къ какимъ-то больнымъ являлась я, пользуясь темнотою ночи и обыкновенно тотчасъ послѣ посѣщенія Блюменсона, который нарочно высылалъ всѣхъ людей вонъ изъ комнаты, какъ бы желая говорить съ больнымъ наединѣ.

»Въ мужской шинели я ожидала Доктора обыкновенно въ передней комнатѣ, и какъ скоро онъ выходилъ, я собрасывала съ себѣ шпель и являлась въ видѣ мершвена, — ибо на мнѣ бы ла обѣная одежда и маска мершвой головы. Иногда говорила я больному, что тась его наступилъ, что онъ

65

скоро умреть; иногда являлась просто и
тотчась выходила назад. Между тѣмъ
Докторъ, ожидавшій меня въ передней
комнатѣ, искуснымъ образомъ не допу-
скалъ никого къ больному до тѣхъ поръ,
пока мы оба уѣзжали.

»Нвившись такимъ образомъ къ двумъ
или тремъ больнымъ, на которыхъ, разу-
мѣется, это производило сильнѣйшее впе-
чатленіе, мы распуспили страшную мол-
ву о Предвѣстницѣ смерти; суевѣріе, все-
гда готовое увеличивать своими приложе-
ніями испниныя явленія, очень пособило
намъ въ этомъ случаѣ. Больные неминуе-
мо умирали или по естественному ходу
болѣзни, или — страшусь вѣрить, но ду-
маю — съ помощію Докторовыхъ лекарствъ.

»Между тѣмъ вы припомните, что съ
больными стали неотлучно находиться
домашніе ихъ, и слѣдовательно Предвѣст-
ница смерти, то есть я, не могла
являться. Мы выдумали осипанавливать
своихъ больныхъ на улицѣ: удалось и это.
Докторъ самъ приказывалъ нѣкоторымъ
своимъ больнымъ вечеромъ прокатывать-
ся, и я ждала ихъ въ какомъ будь назна-
ченномъ мѣстѣ. — Госпожа Функъ, вѣро-
ятно, въ воображеніи видѣла Предвѣстни-
цу смерти — ибо я не осипанавливала ее —
и диво ли, что разстроенному воображенію
явится небывальный призракъ?

»Наконецъ, за день передъ смертію Го-
спожи Функъ, Блюменсонъ сказалъ мнѣ,
Ч. II. No 5.
Д

A

66

что онъ хочетъ приступить шеперь къ
исполненнію главной цѣли своего намъренія,
именно приготовить къ смерти Графи-
ню, какъ онъ выражался.

»Нѣсколько времени занимался онъ со-
ставленіемъ особенной бумаги. Послѣ мно-
гихъ опытовъ въ своей лабораторіи, онъ
изобрѣлъ наконецъ какой-то чудный со-
ставъ, кооторый мгновенно воспламенялъ
бумагу, если ее подносили къ огню — она
вспыхивала и съ трескомъ разлешалась на
всѣ стороны. Онъ отлилъ свою бумагу въ
такую форму, которая изобразила на ли-
сшикѣ три раза слово смерть, прозрачны-
ми буквами, и послѣ того написалъ состав-
ленными имъ особенными, красными чер-
нилами ту записку, которую получила
Графиня. Написанное не видно было къ свѣ-
ту также отъ свойства черниль. —

»Если-бы онъ написалъ записку на обык-
новенной бумагѣ и обыкновенными чер-
нилами, то это легко бы могли почесть
за обманъ; но въ его запискѣ — видъ бу-
маги, чернила и все носило на себѣ при-
знакъ чего то сверхъестественнаго. Буквы
исчезли, когда вы принесли бумагу къ Судьѣ,
отъ обыкновеннаго свойства симпатиче-
скихъ черниль; но для пораженія васъ
чудомъ, бумага воспламенилась и вы ни-
какъ не могли подозрѣвать обмана.

»Видипе-ли, какъ хитро этошь злодѣй
исполнялъ свой планъ! Таинственностью
онъ хотѣлъ отвесшь отъ себя всякое по-

67

дозрѣніе и даже спарался увѣрять васъ,
что Предвѣстница смерти есть одна суе-
вѣрная сказка — все для той-же цѣли.

»Кто могъ подозрѣвать, что Докторъ
Блюменсонъ, котораго всѣ почитали чест-
нымъ человѣкомъ, одинъ, съ помощію
старухи, теперь кающейся грѣшницы —
приведешь весь Швейдницъ въ ужасъ и за-
шмить разсудокъ умнѣйшихъ людей? Но
это исполнилось!

»Таинственную свою записку онъ самъ
положилъ на столикъ Графини, бывши въ
этошъ день у нее утромъ; но могли ли
обратить вниманіе на то, что посвященіе
его сдѣлано съ такимъ адскимъ умысломъ!

»Обстоятельствва благопріятствовали
его намъреніямъ: записка сдѣлала на Гра-
финю сильное впечатленіе — отъ душев-
наго безпокойства она сдѣлалась нездорова.
Докторъ началъ ее лечить, или, лучше ска-
зать, началъ еще болѣе разстроивать ея
здоровье. Въ это время онъ прислалъ меня
къ вамъ, будто бы для наблюденія за Гра-
финею, но въ самомъ дѣлѣ ему надобно
было устрашить Графиню явленіемъ Пред-
вѣстницы! — Для этого удалили мы всѣхъ
служанокъ и окружавшихъ Графиню особъ —
все шло, какъ намъ хотелось; но вы на-
ходились безотлучно съ Графинею. Оста-
вались послѣдніе часы, въ которые устра-
шенная Графиня ждала ужаснаго явленія —
и вы въ этошъ день сказали, что цѣлыя
сушки не выйдете изъ комнапы. Я сообщи-

Д 2

68

ла это Доктору. „Хорошо, сказалъ онъ,
я поправлю это“ и въ полдень, приѣхав-
ки опять къ Графинѣ, отдалъ мнѣ ти-
х. нько два пакетца порошковъ, назна-
чивъ одинъ, причиняющій долговременный
сонъ, для васъ, другой для Графини —
съ ядомъ, отъ котораго она должна была
на трешій день умереть! . . . «

Графъ не могъ далѣе слушать разсказа
Хрисшины. — Ты лжешь, безумная! вскри-
чалъ онъ: — можно ли возводить пакую ужас-
ную клевету на Доктора Блюменсона!
Гдѣ онъ теперь? сказываи истину! . . . —

»Графъ! выслушайте меня...« — Гдѣ
теперь Докторъ? спросилъ снова Графъ.
»Докторъ вчера утромъ вышелъ изъ дома
и не возвращался; не извѣстно, гдѣ онъ ше-
перъ. Вы конечно узнаете объ этомъ;
но позвольте мнѣ высказать все, что я
знаю.« Графъ снова сѣлъ въ свои кресла;
Христина, съ тяжкимъ вздохомъ, продол-
жала: »Слова Доктора привели меня въужась.
Когда увидѣла я Графиню еще въ первый
разъ, я уже начала раскаяваться въ мо-
емь намѣреніи, въ моемъ согласіи на зло-
дѣйство. Но чѣмъ долѣе находилась я при
Графинѣ, тѣмѣ болѣе мучила меня совѣсть.
Графиня являла себя ангеломъ ко всѣмъ;
была такъ покорна Провидѣнію, такъ лю-
била васъ, такъ была счастлива: но те-
перь, Боже мой! . . . въ какую бездну низ-
вергала я васъ. . . . Это не давало мнѣ по-

69

коля; но я спаралась заглушить совѣсть. Наступилъ рѣшительный часъ ...

»Кь счастію, по слабости человѣческой природы, вы не могли противиться сну, и васъ, полузабывшагося, я проводила къ тому дивану, на которомъ вы тошчасъ заснули. Графинъ должно было дать лекар- ства: порошки оба были въ моихъ рукахъ; съ минуту колебалась я — страшное бор- реніе страстей происходило въ груди мо- ей, и я — по какому-то непонятному ин- стинкту — всыпала въ лекарство поро- щокъ, вамъ назначенный. Я подала Графи- нъ лекарство; она выпила его, и я, боясь, чтобы она тошчасъ не заснула, поспѣ- шила явиться ей Предвѣстницею, только на минуту вышедши въ другую комнату, гдѣ у меня было спрятано плащье для этого страшнаго маскерада.

»Воображеніе Графини такъ было при- готовлено къ моему явленію, что, взгля- нувъ на меня, она лишилась чувствъ. . . . На крикъ ел и мой вы прибѣжали и за- стали Графиню уже въ обморокъ. Усыпи- тельный порошокъ действовалъ не вдругъ; ибо черезъ часъ Графина очнулась — какъ вы помнире. Но вскорѣ послѣ этого дѣй- ствіе его оказалось такъ сильно, что Гра- финя впала въ безпамятство, вы почли ее умершею, и она точно бы могла уме- реть, если-бы я всыпала все, что было въ пакетцѣ — а это былъ тройной приемъ.

70

»Но этъ ужасныя сцены, ангельское разставаніе Графини съ вами, ваше отчалиніе — все это такъ сильно поколебало мою душу, что я не въ силахъ была долѣе оставаться въ вашемъ домѣ, и пришедши домой, съ бѣшенствомъ начала укорять Доктора въ его злодѣйствѣ, сказала, что я бросила его ядъ и дала Графинѣ усыпishельное. что я не могу долѣе жить у него, хотѣла въ ту же минуту разстаться съ нимъ навѣки, и въ какой нибудь отдаленной странѣ раскаяніемъ загладишь мои тяжкіе грѣхи.

»Злодѣи всѣ робки. Докторъ такъ устрашился словъ моихъ, что, опасаясь открытія всѣхъ своихъ злодѣйствъ, рѣшился уморить меня. Онъ вполкнулъ меня въ отдаленную комнату съ желѣзными рѣшетками, заперъ дверь за мной и не давалъ мнѣ ничегоѣ сть, кромѣ небольшаго куска хлѣба и кружки воды, и то принесъ черезъ сутки. Я начала истаевать отъ голода и жажды; но, къ счастію, Докторъ отлучился на нѣсколько часовъ изъ дома Комната, въ которой я находилась, была далеко отъ всякаго жилья, но однимъ окномъ своимъ въ садѣ, смежный съ другимъ садомъ. Увидя въ сосѣднемъ саду человѣка, крикомъ я призвала его къ себѣ, сквозь рѣшетку отдала ему съ своей руки золотое кольцо за то, чтобы онъ доставилъ вамъ записку, которую я едва написала кусочкомъ свинца,

71

найденнымъ мною въ комнатѣ — а бумаги у меня всегда бывали въ карманѣ — Я не успѣла кончить записки, когда лай собакъ извѣстилъ о возвращеніи Доктора. Я умолила моего посланнаго какъ можно поспѣшнѣе доставить вамъ записку и не сказывать, отъ кого она. Я страшилась, что сильный пріемъ усыпительнаго можешь умертвить Графиню, если ей не подадушь помощи; но, слава Богу! желаніе мое исполнилось! ...

— И такъ ты была и неизвѣстная спасительница моей супруги? вскричалъ Графъ. — Но какимъ образомъ ты освободилась изъ своей тюрьмы? —

»Добрый человекъ, который доставилъ вамъ записку, пришель на другой день мнѣ сказать объ этомъ. Я просила его разломать рѣшетку, ибо ушедши тихонько, прежде всего хотѣла я ввѣрить вамъ всѣ злодѣянія Доктора, не доводя еще ихъ до свѣдѣнія Правительства. Новый знакомецъ сказалъ мнѣ, что онъ видѣлъ, какъ Докторъ рано утромъ ушелъ изъ дому и еще не возвратился, и что удобнѣе разломать замокъ, ибо въ домѣ никто не оставался. Я согласилась, но и это за труднило его, и онъ не прежде двухъ часовъ по полудни освободилъ меня. Я между тѣмъ не была болѣе сутокъ и такъ ослабѣла, такъ была разстроена, что мнѣ необходимо надобно было подкрѣпить се-

72

бл. Я ушла къ моему освободителю и
тамъ провела осстакокъ дня. Силы мои
нѣсколько возсталились, и я рано уш-
ромъ явилась къ вамъ. Между тѣмъ сдѣ-
лалось извѣстно, что Докторъ не возвра-
щался еще и теперь, и не знають, гдѣ на-
ходится."

Графъ ужасался, слушая исторію Хри-
стины, и благодарилъ Небо, чудеснымъ
образомъ сохранившее жизнь его супруги.

Оспавя Христину въ своемъ домѣ, онъ
отправился къ Полицейскому Судѣ и встрѣ-
шилъ тамъ ужасное зрѣлище: привезли
обезображеный трупъ Доктора Блюмен-
сона! Онъ застрѣлился. Тѣло его нашли
въ ближней отъ города рощѣ и, по осви-
дѣтельствованіи, нашли у него въ карма-
нѣ бумагу, въ которой было написано:

»Злодѣяніе рано или поздно получаетъ
»достойное возмездіе: я чудовище, кото-
рое должно быть извергнуто изъ обще-
ства. Если злодѣянія мои никому не из-
»вѣстны или не открыты, то пусть
»остаются они подъ завѣсою неизвѣстно-
сти: да забудутъ память мою! Угрызе-
дія совѣсти и страшъ быть открытымъ
»не давали мнѣ въ послѣднее время покоя,
ии страшась руки палача, я поднимаю
»самъ на себя руки. Да не пострадаетъ
»еще ни одинъ невинный, которому бы
»могли приписашь мою смерть! . . . «

73

Читателямъ не трудно угадать, что неисполнившееся злодѣяніе, посредствомъ котораго Блюменсонъ надѣялся получить имѣніе Графини Ш.гатень, было главною причиною его смерти. Онъ тихонько скрылся изъ дома Графини, когда увидѣлъ, что она жива — и долженъ былъ или умертвить Христину, которался все могла открыть, или умертвить самого себя. Очерненная совѣсть его была неумолима; она грызла его сердце — и онъ рѣшился застрѣлиться. Впрочемъ, можно ли требовать отчета въ поступкахъ уличаемаго совѣстью несчастнаго, ибо злодѣяніе, говорить одинъ знаменитый писатель, есть нестактіе.

Послѣ смерти Доктора нашлось въ самомъ дѣлѣ, какъ утверждала Христина, очень большое имѣніе: множество вещей, денегъ и билетовъ разныхъ банковъ. По настоящему (такъ странно превращаются обстоятельства!) — все должно быть поступить къ Графинѣ, какъ единственной наслѣдницѣ; но она страшилась и подумать объ имѣніи, которое составлено бѣдствіями и несчастіями ближнихъ: Графиня раздала всѣ богатства Доктора разнымъ человѣколюбивымъ заведеніямъ и бѣднымъ людямъ.

74

Графиня скоро совершенно выздоровѣла и вмѣстѣ съ Графомъ они рѣшились выхать навсегда изъ Швейдница, гдѣ не могли оставаться, не припоминая многохъ непріятностей. Они переселились въ Вѣну и тамъ, въ послѣдствіи, видѣли ихъ счаспливыми, окруженными прекраснымъ семейшвомъ.

Хриспина удалилась въ монастырь и вскорѣ окончила свою печальную жизнь. —

Еще одно обстоятельство: мы должны изъяснипь читашелямъ нашимъ, что напугалъ стараго Фридриха и Августину въ шотъ вечеръ, когда Графъ и Графиня возврашились изъ деревни.

Добрый Фридрихъ не замѣтилъ, что въ залу забѣжала бѣшеная кошка. Оспашись въ потьмахъ и услыша бой часовъ, она вскочила къ зеркалу, сбросила со swo-ла часы и разбила зеркало, увидя себя въ немъ — завыла ужаснымъ голосомъ, такъ чипо раздалось по всѣмь комнашамъ: вотъ что напугалъ Фридриха! Она-же разбила стекло въ окнѣ и выскочила изъ него. —

А.

75

Отгественныя извѣстія.

Публикѣ извѣстно уже изъ Газетъ и Журна-
ловъ, что предпріятіе почленнаго Издателя Жур-
нала Изящныхъ Художествъ, В. И. Григоровича,
заслужило Высочайшее благоволеніе: ГОСУДАРЬ
ПМПЕРАТОРЬ Всемилославѣйше повелѣть соизво-
лилъ, выдать Издателю 9 тысячъ рублей едино-
временно, съ тѣмъ, чтобы представлено было по
150 экземпляровъ двухъ годовыхъ онаго Журнала
изданій въ Департаментъ Народнаго просвѣщенія.
Въ слѣдствіе сего почленный Издатель возобновилъ
свое прекрасное и полезное изданіе съ 1 го Января. —
Первая книжка, въ Москвѣ полученная, содержитъ
въ себѣ статьи важныя для художниковъ и любо-
пытныя для всякаго, какъ-то: продолженіе Разсуж-
денія о древнѣйшемъ стилѣ художествъ у Егип-
тянъ — О происхожденіи Искусствъ (Р. Ментса) —
Письмо Л. Дольге — Подробный отгетъ о въ-
ставкѣ Академіи Художествъ въ Сентябрѣ мѣс.
1824 г. — Сверхъ того помѣщены письма Прези-
дента Академіи Художествъ, Его Превосходитель-
ства А. Н. Оленина, изъ коихъ видно, что въ по-
строеніи Петровскаго Театра отчасти слѣдовали
плану, составленному Г. Профессоромъ Академіи Ми-
хайловымъ. На приложенномъ рисункѣ объяснены суж-
денія Г. Президента о расположеніи театровъ вообще.
Журналъ Изящныхъ Художествъ будетъ выходить по
прежнему, черезъ два мѣсяца, книжками, изъ 10 печ.
листовъ (еъ четвертку). Можно надѣяться, что при
умножающейся въ Россіи любви къ Изящнымъ Худо-
жествамъ, сіе изданіе заслужитъ благосклонность
всѣхъ соотечественниковъ. Ошдавая должную спра-

76

ведливоспѣ, мы осмѣливаемся замѣтить Г-ну Издателю, что для умноженія достоинства своего Журнала, кажется намъ, должень онъ заняться обширнѣе: крипикою художественныхъ произведеній и сообщеніемъ Европейскихъ новостей по части художествъ. Въ Журналахъ, не отдѣльно посвящаемыхъ онымъ, не льзя дать, на примѣръ, подробнаго ощѣчета о выставкѣ Изящныхъ Художествъ во Франціи, а развѣ краткое извѣстіе; въ его-жъ Журналѣ, чѣмъ подробнѣе, тѣмъ будетъ лучше. Ваяніе, Архитектура, Живопись обогащаютъ безпрестанно Европу новыми, превосходными произведениями: почему не говорить о нихъ и о гравированіи и литографіи? Теорія художествъ также представляетъ множество новыхъ сочиненій, изъ которыхъ (и безъ извлеченій изъ Винкельмана) можно составлять стапьи прекрасныя и новыя. Что касается до стиховъ, то, кажешься, можно ихъ совсѣмъ исключить: Издатель предполагалъ прежде помѣщать картинныя стихотворенія, но стихи: къ Алинѣ (спр. 9), не картинны ни въ какомъ отношеніи. Надѣемся, что почтенный Издатель повѣритъ благонамѣренности нашихъ замѣчаній.

Библіографістескихъ листовъ (П. Н. Кеппена) получено семь нумеровъ. Надежда на знанія и трудолюбіе Издателя писі совершенно оправдывается. Никто изъ прежнихъ и нынѣшнихъ Библіографій не похвалиться такою точностію, какую наблюдаемъ въ своихъ извѣстіяхъ почтенный Г. Кеппенъ: "Опечатки Библіографіческія почти стоять погрѣшностей въ логарифмахъ" говорить онъ. Кромѣ извѣстій о книгахъ и Журналахъ, вновь въ Россіи издаваемыхъ, Издатель помѣслилъ въ упомянутыхъ

77

семи нумерах кришническія замѣчанія на Библіограф. Словарь Сосикова, на Календари, вышедшіе въ 1825 г., замѣчанія о рукописи Славянской ХІ вѣка; въ 6 No продолжается роспись первопечатныхъ Славянскихъ книгъ. Что намъ показалось неловкимъ въ Библіографическихъ листахъ, это именно смѣшеніе извѣстій о новыхъ книгахъ и Журналахъ съ сими статьями. Надѣясь съ пользою употреблять въ собственныхъ трудахъ нашихъ Листы Г. Кеппена, не какъ Журналъ эфемерный, но какъ книгу, мы продолжили-бы его раздѣлять матеріи и даже вести счетъ страницъ по симъ отдѣленіямъ особо, чтобы по окончаніи года можно было перецлетать оныя особенностью. При Ученыхъ Германскихъ Вѣдомостяхъ выдаются-же отдѣльныя прибавленія: Г-нь Издатель можетъ помѣщать въ одномъ прибавленіи спатьи подобныя вышеозначеннымъ, въ другомъ ученыя извѣстія, ибо мы съ удовольствіемъ замѣтили, чіто у него печатаются извѣстія о трудахъ Академіи Наукъ и Военно-Топографическаго Депо. Слава Богу! и у насъ появились Журналы ученые! —

*

По кашалогу лекцій Дерптскаго Университета, за первую половину 1825 года, видимъ, что въ отдѣленіи Θεολογιστескомъ находится 4 Профессорскія кафедры, въ Юридикескомъ 2, въ Медицинскомъ 6, въ Философістескомъ 14. — Науки пренадаются по слѣдующимъ руководствамъ: Метафизика по Шмиту, Логика по Канту, Исторія новѣшей Философіи отъ Канта, по Теннеману, Археологія по Беку, Сельское хозяйство по Таерсу. Лѣсоводство по Бургдорфу и Фелькеру, Политическая Экономія, общічи по Шмальцу, Иc-

78

торія системы Европейскихъ Государствъ съ 1786 года по Ведекинду, Статистика Русская по Арсеньева, начертанію Статистики (1819 г.), Бошаника по Де-Кандолю и Шпренгелю.

Иностранныя извъстія.

Въ Лондонѣ вышла таблица величины 74 хъ главнѣйшихъ рѣкъ въ свѣтѣ: хорошо; только желашельно знать, откуда взялъ всѣ исчисленія свои Авторъ, и какъ онъ считаетъ теченіе рѣкъ: въ прямой линіи, или со всѣми изворотами оныхъ? Разсматривая измѣренія его Русскихъ рѣкъ, находимъ ошибки: Лена показана на 2370, Обь на 2550, Волга на 2035 Англ. миль. Самая величайшая рѣка Амазона, по его словамъ, течетъ на 3380 миль, Уанг-тзе-Кіангъ (въ Китаѣ) на 2990. Болѣе 2 тысячъ миль протекаютъ также: Гоань-го (2625), Ниль (2600, Св. Лавренія (2340), Миссури (2360), Плата (2130), Майкау, въ Индіи, (2090).

*

Оноре-Видаль, Французскій Драгоманъ въ Багдадѣ, увѣдомляешь отъ 11 Мая 1824 г. Барбье дю-Бокажа, что, къ величайшему сожалѣнію Антикваріевъ, огромное собраніе древностей, собранныхъ имъ въ Сиріи, на развалинахъ Вавилона и въ Месопошамі, погибло въ Алеппскомъ землетрясеніи, бывшемъ 22 Августа 1822 года. Осталось нѣсколько камней и кирпичей съ надписями, между прочимъ одинъ кирпичъ, найденный въ Касрѣ (гдѣ, какъ полагаютъ, были висячіе сады Вавилонскіе), съ надписью изъ 7 строкъ, и другой изъ развалинъ Гиллы, съ надписью изъ 8 строкъ.

*

79

Г-жа Боудичь, супруга знаменишаго путешественника сего имени, намѣрена издать оставшееся послѣ него въ рукописи — *Описаніе острова Мадеры*, съ присовокупленіемъ извѣстій о путешествіи его въ Африку и описанія острововъ Зеленаго мыса и Англинскихъ селеній на Африканскомъ Западномъ берегу. Боудичь жилъ долго на осіп. Мадерѣ и входилъ во всѣ подробнѣйшія изслѣдованія, пакже собралъ много новыхъ замѣчаній объ языкахъ Африканцовъ. Рисунковъ, сняхыхъ съ натуры, присовокупился много.

*

Каталогъ книгъ Лейпцигской ярмарки, бывшей на Пасхѣ прошлаго года, содержишь 3394 новыхъ названій: 437-ю болѣе, нежели въ 1823 г. Надобно знать, что Нѣмецкихъ, Латинскихъ и Греческихъ книгъ въ семъ числѣ только 2835; остальныя: 144 Французскихъ, 94 Датскихъ, 25 Англинскихъ, 23 Польскихъ, 20 Ипальянскихъ, 12 Голландскихъ, 8 Богемскихъ, 1 Волошская (?), 2 Русскихъ, 1 Сербская, 1 Ромейская. Вразсужденіи содержанія: 358 книгъ было касательно Богословіл, 158 Правовѣднія, 203 Медицины, 383 Педагогіи, 333 Филологіи, 317 Географіи и Статистики, 197 Политическихъ знаний, 115 Технологіи, 134 Домоведенія, 97 Мапіемашики, 66 Философіи, 64 Военныхъ наукъ, 18 Торговли, 22 Музыки, 8 Изящныхъ Искусствъ. сверхъ того 158 романовъ и 71 новыхъ драматическихъ произведеній. Журналовъ насчитали 208, новыхъ изданій 417. Число сочинителей и переводчиковъ, произведшихъ всѣ означенные книги, простирается до 3100 (кромѣ Анонимовъ) и въ помъ числѣ 379 Князей и другихъ знамныхъ особъ и 31 женщина.

*

80

Англинская Ост-Индская Компанія представила въ Парламентъ разсчеты о порговлѣ чаемъ съ 1819 по 1824 годъ. Извѣстно, что на порговлю сію Ком-панія имѣется право монополіі. Въ 1823 году Ком-панія продала 27,720,949 фунтовъ чаю: изъ Кан-тона вывезено было 27,478,813 ф., за которые за-плачено 1,924,738 фунт. стерлинговъ. Пошлина, Правительствомъ налагаемая, оціносится къ цѣнѣ чая какъ 95 ко 100. Любопытно, что фамиліи чая, получаемаго въ Кантонѣ, совсеміе другія отъ получаемаго на Кяхтѣ; наши знакомцы: маюконы, маютаны, сюнфу - ту, го - фако, сан - фаңь, шелунга не извѣстны Англинскимъ покупателямъ; всего болѣе идешь къ нимъ дурнаго вкуса чай конго (изъ 27 милліоновъ почти 19), который прежде и у насъ вывозили подъ именемъ бартагона, а во вре-мя закрытія порга съ Катайцами на Кяхтѣ по-лучили изъ Англіи подъ настоящимъ его име-немъ (*). Другія названія фамилій: твантай (изъ 27-4), бу (около 2 милл.) и газонъ около 1 милліона фунтовъ); впрочемъ, кажется, что сіи на-званія переведены Англинскимъ Журналистомъ не-правильно.

*

Богатое собрапіе Египетскихъ древностей, какъ то: рукописей на папирѣ, статуй, мумій и проч., вывезенное изъ Египта Генераломъ Минутоли, куплено Прусскимъ Правительствомъ. Въ Берлинѣ учреждается Музей на подобіе Туринскаго и шеперь ученые заняты разборомъ. И приведемъ онаго

(*) Эпо быліо съ 1785 по 1792 годъ. Прекращеніе порга съ Кн. Князьями съ 1744 года случалось десать разъ.

81

въ порядокъ. Слѣдуя правиламъ Шамполліона, Графъ Вильгельмъ Гумбольдтъ съ颁чною ревностію зажялся гіероглифами.

*

Водевиль Кн. А. А. Шаховскаго: Козакъ Стихотворецъ, переведень на Нѣмецкій языкъ, названъ Возвращеніе Козаковъ и былъ представленъ на Берлинскомъ театрѣ: его поддержали только роли Прудіуса и Грицко, ибо вообще онъ Нѣмцамъ не понравился.

*

- Смертію Герцога Фридерика IV родъ Владѣтельныхъ Герцоговъ Саксенъ - Гота - Альменбургскихъ пресѣкся, и сіе Герцогство переходитъ во владѣніе Герцоговъ: Саксенъ-Гильдбургсгаузенскаго, Саксенъ-Кобургскаго и Саксенъ - Мейнингенскаго. Герцогство сіе, основавшееся отдѣльно въ 1680 году, заключаетъ въ себѣ около 200 тысячъ жителей (по счету 1821 г. 192,674), на 54⅔ геогр. квадратн. мил., раздѣляется на два Княжества Готское и Альменбургское, въ коихъ находится значительныхъ 9 городовъ; въ главномъ городѣ, Готѣ, 11,080 жителей. Войска содержало Герцогство 1857 чело-вѣкъ, доходы просширались до 1¼ милліона гуль-деновъ.

*

Въ засѣданіи Королевской Французской Академіи Надписей и Изящной Словесности 30 Юля 1824 г. объявлены слѣдующія задачи: 1е Изслѣдовать происхожденіе и свойства вѣропсповѣданія Митры, сравнивь его съ ученіемъ Зороастра и другихъ сектъ Персидскихъ, описашь обряды, эпохи и при- Ч. II. No 5.

ПРИБАВЛЕНІЕ
КЪ МОСКОВСКОМУ ТЕЛЕГРАФУ.

Il pique et il peint. Montaigne.

СОВРЕМЕННЫЕ НРАВЫ.

Разговоръ двухъ пріятелей.

Вътровъ (входя). Въчно съ книгой! и что
читаемъ? ... А! Московскій Телеграфъ! (сно-
трить) Женскіл слезы. Скажи пожалуста, что
это за Z. Z, который такъ жестоко ссорится съ
женщинами? Вѣрно самъ Издатель? И очень пекста-
ти нападаетъ онъ на утѣшительницъ жизни нашей.

Я. Да, отчасти я согласенъ съ тобою: въ
обществахъ нашихъ много страннаго и кромѣ жен-
щинъ... есть что бранить.

Вътровъ. Да что за радость со всѣми ссо-
риться? —

Le mond par vos soins ne se changera pas !
Издатель или Г- нъ Z. Z. наживутъ враговъ, а цѣли
своей не достигнутъ — никого не исправятъ !

Я. Съ этимъ не могу согласиться. Внимательно глядя на исторію просвѣщенія, ты легко замѣтишь, что Донъ Кишопъ нанесъ рѣшишельный ударъ странствовавшимъ Рыцарямъ, члю Мольеръ вывелъ изъ моды Les precienses ridicules, Свифтъ образумилъ многихъ Лиллипутовъ, а Стернъ. . .

Вътровъ. Неправда! неправда! это были успѣ-
хи случайные: на Руси они не возможны.

Я. Почему-же? Развѣ у насъ нѣчего исправляшь? Развѣ у насъ не было примѣровъ подобнаго исправленія странносшей, причудъ? Развѣ Фонъ Визинъ

I

76

не истребилъ у насъ. Простаковыхъ, Скотининыхъ, Митрофанушекъ? Развѣ не способствовали изгнанію безумнаго пристрастія къ Французамъ шотъ-же Фонъ Визинъ, Бригдиромъ, Крыловъ, двумя своими комедіями и многіе Писатели летучими стастьями или, лучше сказать, стрѣлами, которые наносили удары Французскимъ бродягамъ, величавшимся у насъ почтеннымъ именемъ наставниковъ? Развѣ знаменитый Сочинитель Разсужденія о старомъ и новомъ словѣ не остановилъ многихъ, очень многихъ изъ неразсуждающихъ. Писателей, которые клали Русскій языкъ на ложе Прокруста? Не уже-ли не согласился шы, что Новый Стернъ Кн. Шаховскаго отучилъ отъ вздыхающelnаго, которое любили принимать ипохондрики чувствительности? Транжиринъ вѣрно образумилъ у насъ не одногоъ мѣщанина во дварянствѣ, и вѣроятно прочитавши Горе отъ ума, не одинъ още семейства и не одна молодая дѣвушка попадутъ на мысль объ исчинномъ благородствѣ, не станутъ почишать себя въ правѣ величаться знаменитымъ именемъ благородства, если позоръ ихъ еще не извѣстенъ, если онъ еще дома и не разлешается по всему свѣту, а будущъ благородны въ душѣ, будущъ стыдиться не людей, а самихъ себя и собственнымъ чувствомъ дорожить болѣе нежели двухъ-аршинными дипломами!

Вѣтробъ. Скажи, ради Бога, къ чему эша Oratio pro lege Manilia? Согласенъ, что умная саптира, въ какомъ-бы видѣ ни была представлена, полезна; но за чѣмъ Г-нъ Z. Z. нападаетъ на женщинъ, именно на женщинъ?

Я. Здѣсь посылка самая простая: если Г. Z. Z. нападаетъ не основательно, напрасно: сердішься не за что — пусть онъ рубить воздухъ! Если-же онъ говоришь дѣло, и если слова его доходятъ не только до ушей, но и до сердца милыхъ чистейшіць,

77

мо я готовъ просить его продолжать сатирическія наблюденія: пользова видимая.

Вѣтровъ. Но прелестныя чишашельницы, серд themselves. . .

Я. Кто сердится, тотъ неправъ: вошь что можно отвѣчашь красавицамъ и прибавить: жаль, если узнаюъ себя въ поршретахъ! Надобно исправиться и тогда неугомонный Z. Z. умолкнетъ: это одно средство зажать ему ротъ. Впрочемъ, я искренно желаю, чтобъ онъ обращилъ вниманіе на другія странности нашего времени, нашихъ свѣтскихъ обществъ. Сколько встрѣтить онъ разительныхъ предметовъ, если молько взглянетъ на нашихъ молодыхъ людей! Вошь огромный арсеналь странностейъ! Вошь запасъ, который не скоро можешь истощить Г-нъ Z. Z! . . . У насъ прошло время Митрофанушекъ, но настало другое, едва-ли лучше, — время полу-учености, полу-просвѣщенія!

Вѣтровъ. Слѣдовашельно ты хочешь, чтобы всѣ наши молодые люди были ученые и просвѣщенные: но эта tot lité еспь невозможность, которой не найдемъ ни въ Англіи, ни въ Германіи, ни во Франціи. Классъ ученыхъ людей вездѣ отдѣлень отъ класса людей свѣтскихъ, которые имѣютъ право менѣе записныхъ ученыхъ сидѣть надъ книгами и съ книгами.

Я. Благодаря мудрымъ попеченіямъ Правительства, солнце просвѣщенія блиستаетъ у насъ для всѣхъ: у насъ всѣ могутъ учиться! Только имѣй охоту—и можешь вслѣдить въ Гимназію, въ Университетъ, въ Академію. Лесіпныя награды и поощренія Правительства заставили многихъ учиться основательно, а Писатели и умные люди ввели у насъ даже, такъ сказать, въ моду ученость и просвѣщеніе. Это прекрасно, полезно, благотворно: но гдѣ люди, мамъ и зло! У насъ явилось множество модниковъ просвѣщенія, которые чиспо говорятъ на

1*

78

двухъ или трехъ языкахъ, и ничего не читають; **кромѣ Extrait's, Resumés, Beauxés.** Эти модники суть истинная пагуба для юныхъ участниковъ просвѣщенія! Ихъ-то должны преслѣдовать Г-нъ Z. Z. и всѣ желающіе блага обществу и горячо любящіе свое Ощечеспво.

Вътровъ. Ты стараешься искусно отдѣлаться отъ моего возраженія: я сказалъ тобѣ, чіпо всѣмъ сидѣть за книгами и быть учеными не возможно.

Я. Выслушай, молодой участникъ свѣтскихъ занятій, выслушай слова мои! Правда, всѣмъ посвятить себя учености не возможно; но развѣ иснинное просвѣщеніе состоитъ въ томъ, чѣпобы единственно окружать себя книгами? Есть ученые педанты, которыхъ безъ грѣха можно назвать трущнями общества. Они цѣлый вѣкъ сидящій надъ книгами и умираютъ, не сдѣлавши ничего: не передавши своей учености другимъ — отъ завѣси, не написавши ничего — отъ лѣности и неумѣнья, и слѣдовательно не принесши обществу пользы. Это- ли иснинное просвѣщеніе? Классъ **полу-просвѣщенныхъ** модниковъ дѣйствуетъ иначе, но приносить гораздо болѣе вреда. Люди, о которыхъ я хочу говорить, имѣютъ всѣ средства учиться: съ малолѣства при нихъ живетъ Французъ, Иѣмецъ, или Англичанинъ, а не рѣдко и всѣ вмѣстѣ; молодые люди выучиваются легко говорить на двухъ или трехъ языкахъ, иногда наставники прибавляютъ къ этому Латинскій, или Италіянскій и даже — для высшей моды еще какой-нибудь — но здѣсь-то и кончится курсъ модниковъ просвѣщенія. Выучившись языками, они всступаютъ въ свѣтскія общества, и отличаются единственно на балахъ, завтракахъ, катааньяхъ, гуляньяхъ; ни чѣмъ не занимаясь, комрѣ свѣтской разсѣянности, лошадиной охошы, гончихъ собакъ и галстуховъ своихъ— бранятъ безъ пощадъ и всѣ сіи занятія! Велушиваясь иногда въ разговоры умныхъ

79

людей, они хватають съ жадностію блестящія мысли ихъ и передають въ различныхъ выраженіяхъ: часто, что слышать отъ тебя — то же самое пе- бѣ-же послѣ разсказываютъ за новость. Заглядывая иногда въ свои Dictionnaires des bons mots, des expressions sublimes и пробтая Журналы, они изумять познаніями и ученостью человѣка, незнакомаго съ ними! Мишура бездѣнна, но она шумитъ, и какъ не удивиться, когда передаю вамъ на гетырехъ языкахъ умную мысль, разсуждають о Персидской, объ Арабской Словесности и читають наизустъ стихи Горація! Послѣднее необходимо для модни- ковъ просвѣщенія. Горацій нынѣ самый модный Поэтъ: объ немъ и его услышите вы всѣдѣ, но всего чаще на тѣкъ вечерахъ, гдѣ молодые люди собираются бросить нѣсколько сотень рублей ино- странцамъ за Шампанское вино и за Американскій пабакъ! Тупъ-то при всякомъ бокалѣ вы услышите Carpe diem — Sapere vide и проч. и проч. Тупъ разсуждающі о ничтожествѣ жизни, о глуности лю- дей, которые всю жизнь трудятся, о томъ что надобно ловить жизнь (любимая фраза нынѣшнихъ модниковъ!), и все это заглушается крикомъ, шу- момъ, пѣньемъ и рѣдко, рѣдко музыкой, ибо моло- дые люди обыкновенно судятъ о музыкѣ, че зная ни олной ноты. Профановъ они загоняютъ именами Моцарта, Гуммеля и Россини; въ присутствіи-же просвѣщенныхъ знатоковъ отзываются тѣмь, чѣмъ музыка не дѣйствуетъ на ихъ фибры.

Вѣтровъ. Что-же? Въ нарисованной шобою картинѣ я еще ничего дурнаго не вижу, и повторяю, чтоо свѣпскіе люди...

Я. Ради Бога, забудь эти слова! Что зна- читъ свѣтскій геловѣкъ? Я разумѣю: кто живетъ съ людьми, а не съ медвѣдями; вы-же, милостивый государь, разумѣете подъ названіемъ свѣпскаго че- ловѣка какое-то особенное существо! Не уже-ли

80

свѣтскій человекъ долженъ нигѣмь не заниматься, и полько перебѣзжая изъ одного дома въ другой, злословить, мошать, пипь, ѣсть и прыгать на балахъ? Это-ли назначеніе человѣка? Это-ли плоды просвѣщенія нашего? У насъ, свѣтскіе люди, собственно такъ называемые и которые не должны-бъ быть терпимы въ обществѣ, обыкновенно нигѣго не дѣлаютъ, или, записавшись въ какую-нибудь службу, совершенно не занимаются ею, и все слѣдуя такъ называемой Гораціянской Философіи! Кстати-ли имъ заниматься приказными бумагами, кстати-ли имъ учиться или учить! Они выше этого — они нигѣмъ не занимаются! Повѣрь мнѣ, Вѣтровъ: никогда еще не было такого множества безполезныхъ свѣтскихъ людей, какъ нынѣ. Ты говоришь, что не льзя всѣмъ заниматься ученостью — согласень, и даже прошу не всѣхъ заниматься; но развѣ не льзл быть иначе полезнымъ обществу? Не всѣ могутъ быть Писателями и Профессорами, но намъ еще нужнѣе просвѣщенные судьи и просвѣщенные воины: на нихъ лежитъ благоустройство и цѣлоспѣь общества! Пусть наши молодые люди умножаютъ число умныхъ, просвѣщенныхъ судей, знающихъ, ученыхъ Офицеровъ, или пусть вообще умножаютъ число людей полезныхъ. Желаю, молю, прошу ихъ забыть вредное правило: быть выше обыкновенныхъ людей въ ихъ смыслѣ! Пусть они станутъ на ряду съ пѣми, которые несутъ тягости общества, и превысятъ ихъ трудами, дѣятельноśпіью, умомъ, знаніями, а не становятся на ходули, на которыхъ не опередятъ и разслабленнаго ногами! Что скажешь ты, на примѣръ, о пріятелѣ нашемъ Князѣ Э***? Этотъ человѣкъ, воспитанный прекрасно, учившійся въ первомъ учебномъ заведеніи нашемъ, получившій степень, съ которой легко было ему шагнуть выше — что дѣлаетъ онъ? Чѣмъ занимается? Бздить изъ Петербурга въ Москву, пьетъ вино и читаетъ Го-

81

рацієвы стихи на буйныхъ вечерахъ; шумить и то
паетъ ногами въ пеатрахъ, пишешь пасквили и па-
родіи, забываетъ свою службу, забываетъ долгъ
обществу, назначеніе человѣка, ...

Вѣтровъ. Съ тобой бѣда! Послѣ этого ты и
меня не пощадишь...

Я. Да, мой другъ, я никакъ не могу похва-
лить образа твоей жизни! — Какая цѣль твоего
существованія? Дай самъ себѣ отчетъ, чтобъ ты
сдѣлалъ до сей поры? Ты гордишся знаниемъ Фран-
цузскаго, Нѣмецкаго, Англинскаго, Латинскаго,
Греческаго и Арабскаго языковъ, но этимъ одол-
женъ ты учителямъ и можешь быть лозѣ ихъ! Ты
умѣешь кстати отпустить фразу изъ Дежерандо и
Шлегеля; но развѣ этимъ просвѣщенный человекъ дол-
женъ ограничивать кругъ дѣйствій своихъ? У тебя
огромная библиотека, множество рѣдкихъ, важныхъ
книгъ; но къ чему онѣ? какую пользу приносять онъ
шебѣ? Пользуешься-ли ты ими? Ты — евнухъ посре-
ди Гарема, скупецъ окруженный сокровищами! Ты
для того окружилъ себя кучами книгъ, чтобы вся-
кой думалъ, что ты занимаешься ими; но обма-
нешь-ли ты этимъ быстрый взглядъ знатока, а
только его похвалою и дорожить ты долженъ! Ты
богатъ, а всякой и безграматный богачъ можешь
купить книгъ на сомни тысячъ; дѣло въ томъ,
какъ употребляешь ты свои сокровища просвѣщенія?
Для чего было шебѣ учиться Арабскому, Латинско-
му и прочимъ языкамъ? Чтобъ лучше: умѣть на-
звать предметъ на пяти языкахъ, не понимая его, или
на одномъ и знать его совершенно, знать во всѣхъ
ошношеніяхъ? Но оставимъ въ сторонѣ твои по-
знанія (они безполезны шебѣ и вредны другимъ, ибо
обольстительны для неопытныхъ юношей); спраши-
ваю тебя о назначеніи нравственномъ: для чего ты
живешь? Для того- ли, чтобы покупать, мѣнять ло-

103

Модные обычаи.

Щеголи носятъ три жилета вдругъ: одинъ черный бархатный, на немъ красный, наконецъ сверхъ обоихъ — суконный или казимировый чернаго цвѣта.

*

Стальные гребенки въ модѣ, но ихъ посятъ
болѣе молодыя дѣвушки.

*

Модный плащь, если щеголь ѣдеть въ станго-
пѣ, тильбури или фаэтонѣ, долженѣ быть такъ об-
ширень, чѣпобы занялѣ весь экипажъ и воротники
его висѣли назади. Такіе плащи подбивающѣ бар-
хащомъ синимѣ, цвѣша Элодіи.

*

Вотъ резотръ платьевъ, которыя необходимо
долженъ имѣть щеголь. 1. Полныя пары платья: фран-
цузскую, большаго туалета, бальную, для малыхъ
вечеровъ, для верховой зѣды, неглиже, безъ карма-
новъ, для вызда на охоту; 2. сюртуки: упренній
съ однимъ рядомъ пуговицъ, для верховой зѣды,
съ пеллериной, для простыхъ прогулокъ, бѣлый
Англинскій съ перламушровыми пуговицами, Прус-
скій съ круглымъ воротникомъ, съ шалью и съ мѣ-
ховой опушкою, гусарскій съ бранденбургами и снур-
комъ; 3. плащи: балѣный, съ шиншиллой, для про-
гулки въ Тильбури, Шотландскій и теплый; но
вотъ что еще не рѣщено: сколько должно имѣть
галстуховъ? У одного щеголя насчитали только
цвѣшныхъ 72, у другаго цвѣтныхъ 154!...

Сверхъ ковра, подъ столомъ, на колоромъ обѣ-
дающъ, разбирающі нынѣ медвѣжью кожу.

104

Многія дамы, у коморыхъ много перстней,
носять ихъ сверхъ перчáпокъ. Иначе безобразился
перчашки на ихъ прелестныхъ пальцахъ.

Англинскія моды,

Въ употребленіи матеріи для платьевъ вы-
ѣздныхъ: леваншинъ, гроденапль и, шакъ называє-
мый, казимирь Брипанскій; но самая модная маше-
рія — бѣлый кембрикъ, или Остъ - Индская кисея,
Двойныя кружевныя пелерины и блондовыя уборки
на платьѣ въ большой модѣ.

Домашнія платья дѣлающихся съ узкими рукава-
ми и съ пелеринами.

Бальныя платья большою частію ашласныя.

Вотъ платье, которое произвело всеобщее
изумленіе на одномъ изъ статейныхъ баловъ.
Оно было изъ голубаго Персидскаго ашласа, съ убор-
кою въ два ряда изъ пучковъ дубовыхъ листьевъ и
креповыхъ буффовъ и съ рукавами изъ самыхъ шон-
кихъ и дорогихъ кружевъ.

Annales des modes.

25 Février — 5 Mars. — Aux Tuileries, un des
jours où la grille du côté de la rue de Rivoli était bor-
dée de voitures, deux dames portaient des chapeaux de
moire blanche, garnis, l'un de camelias ou roses du
Japon, l'autre de deux plumets blancs, faits en houp-
pe. La robe de la première était de satin noir, à cor-
sage plissé et croisé. L'autre dame avait une robe de
velours plain, dont le bas était garni d'une frange en
chenille. La même promenade offrait, ce jour-là, des
robes de velours bleu, garnies de deux rangs d'effilé en soie.

105

Une fort jolie personne avait une couronne de marguerites blanches sous un bolivard de satin blanc.

*

On voit déjà dans les promenades et dans les voitures, des chapeaux de bois blanc, dit paille de riz, ornés de grappes de lilas. Avec ces chapeaux, les dames mettent un spencer de satin noir, à corsage drapé et garni de blonde; une jupe de cachemire blanc à fond fleuri, bordée d'une grosse torsade de soie, et un schall long

Quelques modistes font des chapeaux de crépe lisse, dont elles cintrent la forme par une large ruban. Massaca à raies de satin en zig-zag de la même couleur. La passe à demi large de ces chapeaux est bordée de deux biais de ce même ruban; et des fleurs en plumes de perdrix en complettent la garniture.

Les bolivars de satin blanc sont surmontés d'un demi-fichu de pluche blanche ou lilas; et tout autour de la passe est cousue une blonde des six pouces de hauteur. Cès chapeaux se mettent très-en avant.

Le jaune et le lilas réunis sont les couleurs à la mode pour les chapeaux de crépe crépé. Sur un chapeau jaune, les rubans et les fleurs ou les plumes sont lilas; et sur un chapeau lilas, ces orniments sont jaunes.

Quelques robes de mérinos, dont le corsage est à guimpe carrée, sont garnies, dans le bas, de trois rangs de fers à cheval formes de biais relevés.

*

Le jour de la première représentation du *Cid d'Andalousie*, toutes les loges du Théâtre Français étaient louées, et le balcon, la première galerie, remplie avant l'ouverture de la salle.

Les coefficients plus élégantes nous ont paru être: 1° un turban blanc de gaze lisse, dont la torsade était garnie de losanges en galons d'argent, et la colotte ornée

106

de deux couronnes de marabouts. 2° Une coeffure en cheveux, sur laquelle on remarquait d'abort une guirlande de plumes de geai, enlaceée avec une branche de chène, dont les feuilles étaient en or et les glands en argent, puis un peigne formé d'une branche de groseillier à feuilles en or et fruit en rubis. 3° Une coeffure en cheveux, excessivement large et haute, avec guirlande de marguerites blanches, de camelias, de jacinthes et d'épis d'argent. 4° Un bonnet paré, en blonde, garni par derrière de six rosettes de satin rose, et par devant de trois rosénymphes: le milieu du bonnet, tout uni et laissant voir un peigne de diamans. 5° Un turban de cachemire jaune serin à petites palmes, cordelé de manière à laisser appercevoir un bandeau en diamans.

Ajoutez de grands bolivars de crêpe ou de satin jaune paille, blanc lilas, bordés d'une blonde, et ayant autour de la forme plusieurs cocardes en ruban.

Quant aux robes, nous en avons vu une de gros de Naples lilas, faite à guimpe, qui avait pour garniture deux rangs de triangles en satin. Ces triangles, entrant les uns dans les autres, formaient chaine.

Une redingote de gros de Naples jaune paille, était garnie du haut en bas de deux rangs de dents de loup, qui se contrariaient: semblable garniture aux mancherons et au bout des manches.

## Льтописи мод 5.

Сь 25 го Февраля, по 5 е Марта. На блесшящей прогулкѣ въ Тюльери двѣ дамы были въ бѣлыхъ, морѣлевыхъ шляпкахъ, убранныхъ, одна камелей или Японскою розою, другая двумя бѣлыми плюмажами. Платье первой дамы было черное атласное, съ шаліей, обдѣланной складками, другой, бархатное, обдѣланное внизу шелковой бахрамой.

107

Нѣсколько синихъ бархатныхъ платьевъ убраны были въ два ряда шелковою матеріей. Прелесшная дама была съ вѣнкомъ изъ бѣлыхъ маргаритокъ, подъ Боливаровской шляпкой изъ бѣлаго ашласа.

#

На прогулкахъ появляются шляпы, плетенныя изъ дерева, называемыя шляпками изъ соломы Сарачинскаго пшена, убранныя лилеями. При сихъ шляпкахъ дамы носятъ черный атласный спенсеръ, убранный блондами, юбку бѣлую кашемировую и длинную шаль.

Дѣлають креповыя шляпки, съ широкою леншою, цвѣшомъ массака на тульѣ и съ атласными зигзаками того-же цвѣта; поля убирають шакого же цвѣта лентами и цвѣтами.

На Боливаровскихъ шляпкахъ изъ бѣлаго ашласа тулья убирается бѣлымъ или лиловымъ плющемъ, а поля блондами.

На креповыхъ шляпкахъ модные цвѣта лиловый и желтый: если шляпка желтая, ленпы, цвѣты и церья лиловыя, и на оборотъ.

У мериносовыхъ платьевъ дѣлають внизу уборку время рядами фигуръ похожихъ на подковы, разнолагая ихъ углами.

#

Во время перваго предшавленія Сида Андагузскаго, на Французскомъ шеатрѣ, была многочисленная публика.

Замѣтили, что самые модные головные уборы были: 1е газовый бѣлый шюрбанъ съ уборкой изъ серебрянаго галуна и марабу; 2е уборка волосъ съ гирляндой изъ соиныхъ первьевъ, съ дубовою вѣткой, у кошорой листья были золотые, а жолуди серебряные, и съ гребенкой, обдѣланной въ видѣ вѣтки смородины, съ золотыми листочками и съ плодами изъ яхонтовъ; 3е обширную и высокую уборку во-

108

лось съ гирляндой изъ бѣлыхъ маргаритокъ, каме-
ли, гіацинтовъ и серебряныхъ колосьевъ; 4е блон-
довый чепчикъ съ розетками изъ розоваго атласа,
но такъ сдѣланный, что видна была брилліянтовая
гребенка; 5е шалевый тюрбанъ желтаго, чижиковаго
цвѣта, такъ обдѣланный, что видна была брилліян-
товая гирлянда.

Кромѣ того, было множество Боливаровскихъ
шляпъ креповыхъ, или атласныхъ желтыхъ, бѣлыхъ,
лиловыхъ, съ блондами и кокардами изъ леншъ.

При одномъ гроденаплевомъ платьѣ была убор-
ка изъ атласныхъ преугольниковъ, расположенныхъ
цѣпью.

Гроденаплевый редингошъ убранъ былъ сверху
къ низу двумя рядами фигурокъ, называемыхъ dents
de loup; ими украшались и рукава редингоша.

На приложенной каршинкѣ :

1. **Французск. моды.** Уборка головы — изобрѣ-
меніе Ипполиша. Креповое платье, убранное кре-
помъ и атласомъ.

2. Англинскія моды. Вечерній уборъ: бар-
хашное платье, поясъ съ пряжкою, обдѣланною ан-
тикомъ, Африканскій тюрбанъ барежевый съ золо-
шомъ. Тибешская шаль моднаго цвѣша.

МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФЪ.

1825. № VII. Апръль.

1. ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ.

Письма изъ Франціі.

Парижъ, 11 Сент. г.

... Здѣсь мнѣ хорошо и весело, но здоровье мое худо поправляется. Ёду въ Южную Францію, и если благословенный климапъ Прованса, если долины Пиренейскія не возвратяшъ мнѣ здоровья, поспѣшу домой: умереть на чужбинѣ грустно. Надѣюсь, что Югъ будешь для меня иštочникомъ удовольствій и здоровья. Вобразеніе мое просится туда.

Я почти не живу въ Парижѣ. Теперь время сельскихъ праздниковъ: брожу изъ одной деревни въ другую. Недавно возвратился я изъ Сюренна. Тамъ былъ праздникъ Розы.

Деревенскій Меръ далъ мнѣ билетъ, желая сдѣлать меня свидѣшелемъ поржества, ко whomе ускорили нѣсколькими днями по причинѣ праздника Св. Людовика.

Ч. II. No 7.

K

164

Праздникъ Розы установленъ въ половинѣ прошлаго вѣка; уничтожился, былъ возобновленъ Абб. Эліотомъ, революція из妤 рбила его, но во время Наполеона маневринская нѣжность возобновила опять. Знамная дама, жившая въ Сюреннѣ, лишилась милой, прелестной дочери своей, хотѣла воздвигнуть великолѣпный памятникъ въ воспоминаніе незабвенной потери, но почтенный священникъ деревни посвѣтовалъ употребить деньги, назначенные для памятника, лучше — и праздникъ Розы возобновленъ.

Поутру, въ этопѣ желанный день кан- дидапки Розы идутъ въ процессіи къ мо- гилѣ своей благодѣшельницы, осыпающь ее цвѣшами и возвращаются церемоніаль- но въ деревню. Нынѣшній годъ сама Гер- цогиня Беррійская приехала въ Сюреннę. Совѣпъ избранныхъ присяжныхъ долго ко- лебался въ выборѣ изъ трехъ добродѣшель- ныхъ дѣвушекъ, ошличившихся своими по- ступками.

Рѣшили отдашь вѣнокъ однойъ, двухъ другихъ наградишь алыми лендами. Я по- шелъ въ церковь въ 4 часа и едва могъ про- полниться. Всѣ дѣвушки Сюреннскія, одѣ- тыя очень мило, сидѣли на лавкахъ, рас- положенныхъ амфишеатромъ. Передъ ал- шаремъ на великолѣпной подушкѣ лежалъ вѣнокъ изъ розъ и колосьевъ — эмблемма добродѣшлa и шрудолюбія. Громкія руко-

165

плесканія раздались со всѣхъ сторонъ, когда священникъ произнесъ имя счастливой дѣвушки. Парижане вездѣ готовы хлопашь. Толстый проповѣдникъ сказалъ кудрявую рѣчь отъ всѣхъ риторическихъ фигуръ и троповъ. Только это мнѣ и не понравилось: все другое растрогало меня. Какъ шеперь вижу и двухъ дѣвушекъ, кошорымъ отдали леншы, и царицу праздника, заалѣвшую, какъ роза, когда, преклонивъ колѣна, она получала розовый вѣнокъ отъ Герцогини Беррійской. Примѣшно было, что Герцогиня наслаждалась эшимъ зрѣлищемъ: она сняла съ руки кольцо и охдала его дѣвушкѣ. Я увѣренъ, что эта дѣвушка мила и добра: въ ея поступкахъ и физіономіи столько прелесшнаго...

31 Августа былъ я въ Сентъ-Жерменѣ, на деревенской ярмаркѣ. Она расположена въ дѣсу. Тутъ разетавлено множество шалашей: купцы обманываютъ, шарлашаны и паяцы дурачашь зрители, глопаютъ шпаги, застрѣливаются и оживаютъ. Зѣвающіе кресшьяне помирали со смѣха, не смошря на безобразность зрѣлища. Диковинокъ навезено было множество. Тутъ показывали дикарл, пойманного на островѣ Мануа (ошкрытомъ Лаперузомъ), ужаснаго вида и скованнаго. Въ другой палаткѣ показывался Лапландецъ, сорока лѣшъ отъ роду и полько двухъ фу-товъ въ вышину. Впрочемъ онъ строенъ,

К 2

166

съ большими усами, преугрюмаго вида,
говорить по-Французски и по-Немецки и
пьетъ водку какъ Ирландецъ. Оркестры,
разбросанные въ разныхъ мѣстахъ, скры-
пѣли изъ всѣхъ силъ, а крестьяне и крееть-
янки танцовали до упада. Я поѣхалъ въ
Парижъ на шелѣгѣ съ нѣсколькими кресть-
янами, которые удивили меня своимъ до-
бродушіемъ и веселостью, къ какой сно-
собны одни Французы.

Люнъ, 22 Сентяб.

Я въ Ліонѣ. Начинаю дышать свобод-
нѣе и бѣгу далѣе за полуденнымъ солнцемъ.
Разскажу шебѣ, что видѣлъ мимоходомъ.

Библіотека въ Ліонѣ богата и хорошо
устроена. Я перебиралъ множество книгъ,
относящихся къ Исторіи Ліона, собран-
ныхъ Адамолли, здѣшнимъ жителемъ, ко-
порый описалъ библіотеку свою городу.
Съ балкона великолѣпный видъ на набе-
режную Роны. Всѣ лучшія зданія передъ
вами. За городомъ видите богатую, безко-
нечную долину, ограничивающую обзоръ:
она идетъ до Альповъ. Рона и Саона сли-
вались прежде подлѣ старинной Энейской
церкви. Въ 1770 г. Пенашь отдалилъ это
сліяніе къ мосту Перемѣнъ.

Грей очень остроумно сравниваетъ
Рону и Саону съ двумя путешественница-
ми, которыя согласились вмѣстѣ идти къ
Средиземному морю. Саона шахо приближ.

167

жается съ тучныхъ Бургонскихъ долинъ;
быстрая, рѣзвая Рона летишь съ горъ
Швейцарскихъ, съ блескомъ проходитъ го-
родъ и спѣшишь въ долину, гдѣ Саона, ши-
хонько окружившая Ліонъ, ждешь свою по-
другу.

Марсель. . . .

Отъ Ліона до Гренобля я любовался
Шамберійскими горами. Не знаю, какое-то
высокое чувство раждается въ человекѣ
при взглядѣ на омдаленныя синія горы,
при взглядѣ на пространство, котораго
өкончаніе видно въ неясной дали!

Гренобль окруженъ горами и утесами,
въ самомъ романическомъ расположеніи.
Этопъ городъ кажется построеннымъ на
аренѣ безпредѣльнаго амфитеатра. Здѣсь
вспомнилъ я Шотландію и особенно ок-
рестности Лордъ - Лалундскія. Разнообра-
зіе Гренобльскихъ горъ умножаетъ ихъ
прелестъ: однѣ пирамидальны, другія круг-
лы, иныя плоски, покрыты зеленью свѣ-
жею и цвѣтущею, какъ будто случайно
брошенною рукою природы; между ними
оштѣнялись дикіе, безплодные утесы.

Отъ Систерона мы заслышали Про-
вансъ. Въ здѣшѣ, разтворенный запахомъ
благоуханіи, богаство полей, цвѣтущихъ
цминомъ и лавандомъ, поля какъ сады,
розы на щекахъ жителей.

Съ каждымъ днемъ здѣсь новые цвѣ-
шы въ полѣ, съ каждымъ мѣсяцомъ новые

168

плоды и каждый годъ благословенная жатва. Дорога къ Марсели унизана предешными домиками, расположенными въ очаровательных мѣстахъ. Приближаясь къ Марсели, мы увидѣли какъ безконечное зеркало Средиземное море. Въ окрестностяхъ разсыпаны небольшіе, бѣлые дозами, называемые bastides. Они такъ близко одинъ отъ другаго, что издалека почтешь кучу ихъ большимъ городомъ.

Мы въѣхали въ Марсель ворошами по дорогѣ отъ Э. Здѣсь видъ города прекрасенъ: вся почти Римская улица съ ея обезлисками и фоншанами, предъ глазами.

Основаніе Марсели обыкновенно приписывающіе Фокеянамъ; они разбойничали по морю и случайно пристали къ берегу, при устѣ Роны, за боо лѣшь до нашего лѣшосчисленія. Возвратясь въ свою Фокею, они обольстили многихъ описаніемъ блаженной страны, ими видѣнной, и подъ покровительствомъ начальника Сегорегіанскаго, на дочери котораго женился начальникъ Фокейцовъ, основанъ городъ Масслія: это была какая-то отдѣльная республика и въ древности считалась однимъ изъ многолюднѣйшихъ и цвѣтущихъ городовъ. Соблюдая постоянную вѣрность къ Римлянамъ, Марсельцы были всегда въ милости у повелищелей міра.

Положеніе Марсели чудное. Городъ, въ центрѣ амфишеашра, образуемаго съ трехъ

169

сторонъ горами, ограничивающими горизонтъ, четвертая сторона открыта — тушь море. Мнѣ разстаться не хотѣлось съ прелестнымъ видомъ, какой представляется съ бельведера de Notre Dame de la Garde, поставленнаго на высотахъ, образованныхъ утесами. Домы въ новомъ городе хороши и правильны, но въ старомъ неровны и улицы непрямы и некрасивы.

Марсельскій поршь хорошь, но большіе корабли въ него не входятъ. Набережныя великолѣпны и безпреспанно наполнены прогуливающимися, особливо набережнал Св. Іоанна, гдѣ вѣчное движеніе: шолпами Турки, Арабы, Ишаліянцы, Греки. Я съ большимъ вниманіемъ смотрѣлъ на послѣднихъ; но на лицахъ Грековъ, пріѣзжающихъ въ Марсель, не найдете ничего великаго: корыстъ и низкія страсти, слѣдствіе шорговли, какую ведушь они, обезображиваютъ ихъ. Одѣяніе ихъ грубо и неопряпно. Они привозятъ сюда много сущенныхъ плодовъ и (вообразите странность прихотей!) Марсельцы предпочитаютъ привозимое своимъ вкуснымъ фигамъ, гранашамъ, винограду.

Говорятъ, что Марсельцы большіе невѣжды, суевѣрны и не-нравственны. Не подтвержда, чего не знаю. Впрочемъ, я не повѣрилъ бы ни сколько здѣшнимъ маклерамъ и биржевымъ комиссіонерамъ: шакъ непріятенъ видъ ихъ и поступки.

170

Здѣсь множество фоншановъ, хорошо
отдѣланныхъ. Большая часть ихъ укра-
шена обелисками въ память великихъ лю-
дей. Находите почти въ одномъ мѣстѣ
имена Пюжета и Гомера. На колоннѣ изъ
красиваго гранила, утвержденной на пьеде-
сталѣ, видѣнъ геній здоровья: одной ру-
кою держитъ онъ факель жизни, другою
вѣнокъ надъ именами людей, отличивших-
ся добродѣшельными подвигами во время
моровой язвы 1720 года (*). Между ими
я съ почленіемъ прочиталъ имя Дейдье,
славнаго, неуспрашимаго Медика.

Здѣшній театръ славится балетами
и великолѣпными костюмами. Зданіе те-
атра похоже на Парижскій Одеонъ. Вну-
тренность устроена по правиламъ Аку-
стики, въ видѣ подковы, и отдѣлана со
вкусомъ Декораціи порядочны, но костю-
мы въ самомъ дѣлѣ великолѣпны: шелко-
выя платья, золото, серебро, камни бле-
стятъ въ уборахъ. Надобно замѣтить,
что Гурецкіе и Греческіе костюмы вѣр-
ны, можешь быть пошому, что образцы
всегда передъ глазами.

Gemenos.

Въ четырехъ миляхъ отъ Марселин я
велѣлъ остановиться. Это Gemenos — здѣсь
родился Делиль.

(*) Когда всѣ лекаря Марсельскіе погибли, изъ
Монпелье пріѣхали сюда Шикуанё Дейдье и Берни:
ихъ имена должны быть записаны въ числѣ благо-
дѣщелей человѣчества.

171

O riant Gemenos! & vallon fortuné!
Lieu charmant, tróp heureux qui, dans ta belle plaine,
Où l'Hiver indulgent attiédit son haleine,
Au sein d'un doux abri peut, sous ton ciel vermeil,
Avec tes orangers partager ton soleil,
Respirer leurs parfum, et, comme leur verdure,
Même au sein des frimas défier la froidure. ...

И въ самомъ дѣлѣ Gemenos одна изъ
прелестнѣйшихъ долинъ Прованса. Теперь
принадлежитъ она Маркизу Д' Альберта,
Перу Франціи. Прежняго владѣшеля зарѣ-
зали въ его саду, на большомъ праздникѣ,
который даваль онъ сосѣдямъ.

Делиль удалился сюда въ 1764 году;
здѣсь написалъ онъ нѣсколько прелестныхъ
сниховъ.

И здѣсь перечитывалъ я Делиля съ
большимъ удовольствіемъ. Поговоримъ объ
немъ. Ты восхищаешься его стихами, и я
согласенъ съ тобою, но не совсемъ. Гово-
рятъ, что вся Европа считаетъ его по-
эшомъ, что онъ создалъ новый родъ поэ-
зіи, а я право не рѣшилъ еще, поэшь - ли
онъ.

Онъ большой мастеръ отдѣлывать
стихи, самовластно править механизмомъ
ихъ, свободно выполнять условія стихо-
творнаго языка. Не смозря на цѣци, онъ
выражаетъ движенія души пылкія и жи-
выя, какъ Индійская Баядерка очаровываетъ
движеніями гармонически - пріяшными, не

172

смотря на амулеты и кольца, которыми обременены зефирныя ея ножки.

Много новыхъ стихотворныхъ выра-
женій, много отличительныхъ формъ, до-
казывающіе изобиліе и многоразличіе та-
ланта замѣчательнаго. Другая заслуга Де-
лира: онъ хорошій живописецъ, умѣешь
все списывать, всему придавать поэтиче-
скій колоришъ; ничто его не останавли-
ваетъ, ничто ему не мѣшаетъ. Онъ рису-
ешъ природу какъ Фламандскій живопи-
сецъ: съ вѣрнѣностью, живостью, ошчеш-
ливостью въ самыхъ мѣлочахъ.

Но сыщи мнѣ въ Делилѣ доказашель-
ства истинно-поэтическаго духа, не спи-
сывающего, а творящаго. Гдѣ красоты
просцюй, неукрашенной природы, перво-
родныя, похищенные въ области необык-
новеннаго? Гдѣ самобытность изобрѣпе-
нія, жаръ души неразогрѣшой, но горящей,
воображенія неподкрашеннаго, чувство
сердца, не чувствованіе? Гдѣ душевная за-
думчивость, смѣющееся, волшебное, увле-
жающее воображеніе Нѣмецкихъ, Англин-
скихъ, Италіянскихъ геніевъ? Не говори о
разцвѣченной природѣ; покажи природу
первобытную, неукрашенную.

Делиль прикованъ къ землѣ: онъ не
летитъ, идешь. Если легкость стиховъ
позволяла ему вбрасывать иногда мысли
и разсыпать изображенія прелесшныя, ни-

173

когда жаръ, сила, горячка Поэзіи не увле-
кали его за почку, оканчивающую пері-
одъ. Его порывъ разсчитанъ; онъ поргует-
ся на мысли съ другими Поэтами, вырѣ-
зываетъ картинки изъ другихъ и встав-
ляемъ въ заготовленныя рамки. У Гольд-
шмиша взялъ онъ трогательныя выраже-
нія, у Мильтона скопировалъ картины,
у Дарвина выпросилъ блестящихъ разпро-
страненій, у Томсона научился вставлять
эпизоды, и улучшая по своему, но не все-
гда дѣлая лучше, выбирая счастливѣе
обороты, утончая мысли иностранцовъ,
лакируя фигуры ихъ, украшая гармониче-
скими стихами, Делиль прослылъ поэтомъ,
когда Французы и народы, мыслящіе по-
Французски, не знали подлинниковъ, а мы
не знали Делиля.

Онъ уменъ, и этопъ умъ часто при-
даетъ ему многое, но часто заводитъ его
и въ бѣду. Рисуешь ли онъ картины при-
роды: вы видите, что ихъ рисовалъ Аббашъ
и придворный, видите, что на рукѣ, рас-
полагающей сады, надѣшь были перстни
и манжеты. Парижъ у него вездѣ и бу-
дуаръ въ перспективѣ: вездѣ устроена
поэтическая скамѣечка, съ кошорой Делиль
смотритъ и записываетъ. Въ самыхъ про-
стыхъ описаніяхъ замѣчаете выраженія
туалетныя, въ чувствительность вмѣши-
ваются эпиграммы, въ восторгъ мадри-
галы. Если шы не знаешь Виргилія, Миль-

174

тона въ подлинникахъ — не суди по Дели-
левымъ переводамъ: они оделилены.

Нѣтъ, Делиль! твоя жизнь, твои
привычки завлекли тебя въ ошибки. Если
ты хотѣлъ писать о счастіи сельской
жизни и осеѣщашь пту вѣковъ, дляэто-
го мало придворнаго изящества, Париж-
ской свѣтскости, школьнаго изученія кра-
сотъ Поэзіи и знанія поэтическихъ формъ;
мало выбирать, располагать, совершен-
ствовать, переводить: надобно видѣть
самому, замѣтить самому, чувствовать,
забыться и тогда писать!

Словомъ: я почитаю Делиля хорошимъ
стихошворцомъ, но поэтомъ посредствен-
нымъ. Онъ сдѣлался поэтомъ, потому
что умѣлъ читать; почеень поэтомъ, по-
тому что понялъ легкость, разнообразіе,
изящество своего языка. Онъ достигъ до
той высоты, до копорой можешь достиг-
нуть человекъ съ трудолюбивымъ умомъ,
поэтическимъ слухомъ и умною говорли-
воспью, но созидая формы поэтическаго
языка, онъ освавилъ другимъ поэтическія
формы ума, выраженіе спрасшей и міръ
фантазіи.

Iэръ. . .

Сюда проѣхалъ я черезъ Тулонъ. Какая
дорога! Кажешься, Ёдешь по великолѣпному
безконечному саду, украшенному самыми
рѣдкими произведеніями природы. Города
и деревни окружены лимонными, померан-

175

цовыми, масличными, гранатовыми деревами: отъ тяжести плодовъ вѣтви клонытся къ землѣ; воздухъ надушенъ ароматами цвѣтовъ. Отличительные признаки перемѣны времень года здѣсь почти не замѣтны. Нѣжный видъ весны нечувствительно сливается съ роскошнымъ блескомъ лѣша; осень отличите только яркою краскою плодовъ, которые краснются и желттся въ пѣни рощь и лѣсовъ. Иней и морозъ не страшатъ селянина; первый лучь солнца разгоняетъ ихъ.

Городокъ Іэръ ничтожень. Это куча жалкихъ хижинъ, подъ горою, закрывающей ихъ отъ Сѣвера; но окрестности восхитительны. Отъ горы до моря разст娃ется долина, покрытая цвѣтущими деревами. Изъ оконъ моего дома я вижу знаменитые острова Іэрскіе, которые обходилъ я пѣшкомъ, съ книгою: *Souvenirs d'Hyères.*

Сколько народовъ жило на этихъ островахъ, и кому они не принадлежали! На нихъ долго жили, наконецъ, благочестивые пустынники, а въ XVI вѣкѣ поселились морскіе разбойники. Въ 1793 г., послѣ осады Тулона, множество Тулонцовъ спаслось здѣсь отъ мщенія войскъ Конвента. Отсюда совѣтую пустешественнику посмотрѣть на Іэръ: видъ обнаженной, странного вида горы, его закрывающей, и роскошной зелени, поразищелень.

176

Тулонъ. —

Тулонъ мнѣ не нравится. Здѣсь хорошъ
только климашъ: точно Прованскій. Ни-
какой докторъ не вылечилъ бы меня такъ,
какъ лечить этотъ бальзамическій воз-
духъ южной Франціи. Здѣсь прогуливалась
по валамъ Тулонскимъ, или на берегу моря,
я часто вспоминаю слова Сталь: »Если
смершь есть только призваніе къ луч-
шему бытію, для чего приближеніе смер-
ти не возвѣщаешь намъ запахъ цвѣтовъ,
шѣнь прелестныхъ деревъ и тихое вѣянье
вечерняго вѣтерка? . . .«

Въ Тулонѣ нѣтъ никакихъ обществен-
ныхъ удовольствій; театръ ниже посред-
ственности. По улицамъ безпрестанно
встрѣчаются солдаты и невольники, толь-
ко и слышенъ барабанный бой. Невольни-
ки одѣшь въ красныя плашья и красные
колпаки. Они работающі на укрѣпленіяхъ,
по дорогамъ, въ гаванні и даже въ бошани-
ческомъ саду; нищихъ здѣсь множество.
Взглядъ на все это печалишь меня.

Я видѣлъ фрегапъ le Muiron, на кошо-
ромъ приплылъ Бонапарше изъ Египта.
Онъ присталъ тогда въ Фрежю — и по-
спѣшно отправился въ Парижъ. . . .

Нѣсколько разъ любовался я въ Ва-
летѣ, загородномъ домѣ, близъ Тулона,
живостью и веселостью Французскихъ по-
селянъ и поселянокъ. Они собирались здѣсь
тулять, пѣть и шанцовывать; креслѣянки
очень милы. Почти всѣ онѣ одѣшь оди-

177

наково: черная соломенная шляпка съ тем-
ными лентами, спенсеръ, рисующій въ
узкомъ корсетѣ шалію, и цвѣтной или
прозрачный платочикъ на груди. Черные
глаза ихъ блестящи и взглядъ плупов-
ской. . . .

Кстати, я писалъ къ шебѣ изъ Пари-
жа о многомъ, и ничего не сказалъ еще о
Француженкахъ. Возвратимся на часъ въ
Парижъ.

Женщины сосставляютъ нынѣ един-
ственную прелесть общества во Франціі.
Мущины обвештали ошь революціи и ея
послѣдствій. Недовѣрчивость, эгоизмъ едва
закрываются счастливымъ характеромъ
и живою чувствительностію, сродною
Французамъ.

Но въ душѣ женщинъ не гаснешь свя-
щенное пламл: среди всѣхъ паршій и вол-
неній онъ сохранили свое безкорыстіе. Лег-
косТЬ характера сохранила ихъ отъ нрав-
свеннаго безчувствія — слѣдствія многихъ
перемѣнъ. Онъ вѣрятъ любви, вѣрѣ и по-
рывамъ къ высокому.

Мущина — опора общество; женщина —
его украшеніе. Я уподобилъ-бы нынѣшнее
общество во Франціи огромному, велико-
лѣнному зданію: ужасы революціи разша-
твали его опоры, но изящество зданія и
украшенія, прелестныя, какъ капители
Коринескаго ордена, существующы и очаро-
вывающы взоры странника.

178

Это не отъ того происходитъ, чпобы
Француженки были очень учены; онъ даже
небольшія читапельницы, и ихъ прелестная
способность разговаривать почти не пере-
ходишъ за предѣлы милаго, свойственнаго
ихъ полу. Примѣшить всѣ нѣжныя от-
шѣнки, тонко разкрипиковашь, поддер-
жапь, направишь, привести въ свой раз-
мѣръ самый отвлеченный разговоръ, умѣть
слушать, умѣть проникнуть въ сущность
всякаго разговора, безъ принужденія вмѣ-
шаться, умно показать, что все поняли,
и все покорить какому-то нѣжному по-
рядку и подчиненности — волѣ чѣмъ въ
различныхъ степеняхъ и иногда въ совер-
шенствѣ обладающі Француженки!

Многія изъ нихъ такъ утончили чув-
ства, такъ перемѣшали всѣ идеи ума и
сердца, что онъ кажутся у нихъ лишен-
ными всей силы, всей сущности. Я зналъ
даму, которая при тонкомь умѣ и пріят-
ной наружности отняла у себя всѣ чув-
ства сердца, сдѣлала ихъ такими эфирны-
ми, что никто ихъ не зачѣштилъ и сама
она едва видитъ тѣнь ихъ или отдѣльныя
части. Если она не Мариво въ обхожденіи,
она Мариво въ поступкахъ. Кажется, она хи-
мически разбирала чувства и выпарила ихъ
изъ сердца. Признаки чувствительности,
вѣтренная холодность, минуты забывчи-
ности, едва примѣтная жалость къ чело-

179

въчеству и приличія, сосшавляющій всю
жизнь ея сердца.

Быстрый взгляд на вещи и понкость
сужденія очаровательны въ женщинѣ -
Француженкѣ. Признаюсь, что между ними
есть шакія, которые перешли въ другую
крайносіть. Для нихъ нѣшь ни постепен-
ности, ни осторожности. Онѣ забываютъ
все проето - милое, презираютъ все, что
не приводитъ ихъ въ восторгъ и не увле-
каешь. Онѣ ненавидятъ, проклинаютъ
противную партію, плачутъ надъ вздор-
ною книгой, гдѣ мечтаютъ видѣть выра-
женіе чувства, ими обладающаго, и въ по-
литическомъ отчаяніи готовы сражаться
и забыть приличія. Г-жа Э*** внѣ себя
чипал Прадта и въ восторгъ отъ страни-
цы Шатобріана. Я жалѣю объ ней: изъ
всѣхъ дурныхъ чувствъ женщины поли-
шическій фанатизмъ всего хуже.

Какъ отлична отъ нихъ Г-жа М****!
Вошь настоящая Француженка Удаленная
отъ всего, что не прилично ея полу,
здравымъ, основательнымъ разсудкомъ
отклонила она всѣ излишества ума. Силь-
ными чертами оказывается въ ней и умь
и характеръ: никто лучше ея не можешь
быть судьею произведеній вкуса; но умь
ея находится въ настоящей пропорціи къ
справедливости, злословію и опытности.
Жертуя, чьмь должно, приличіямъ, она
не отдаетъ имь ни разсудка, ни сердца.
Она лучше всѣхъ умѣешь слушать, рада,

Ч. II. No 7.

L

180

когда просторно уму другаго, но никогда и никому не уступитъ непремѣныхъ границъ. Веселость ея основана на разумѣ, разумѣ оживленѣ чувствительностью, чувствительность умѣрена нѣжностью чувства.

Если такія женщины и во Франціи рѣдки, за шо всѣ Француженки высшихъ званій отлично образованы: таланты и вкусъ ихъ руководствуются чувствомъ изящнаго. Имъ не скажете новаго въ Литтературѣ. Онѣ любятъ музыку, пріятно рисующъ; но въ чемъ онѣ превосходятъ всѣхъ другихъ женщинъ, эшо — искусство говорить и хорошо говорить. Въ другой землѣ не сыщете ни Сталь, ни Жанлисъ, ни Леско.

Число отличныхъ женщинъ, появившихся въ послѣднее время во Франціи, велико. Кшо повѣрилъ бы безъ доказательствъ, что почти въ одно время шамъ отличились Дюфренуа, Дебордъ, Бабуа, Сальмъ, Аншремонъ — Поэзіею; Флао, Котшень, Моншолье — Изящною Прозой; Лебрюнь, Жакошо, Леско — Живописью!

Можешь бышь, разсматривая вблизи, найдемъ, что это умственное возвышеніе, этотъ блескъ Французскихъ женщинъ въ Литтературѣ и Искуствахъ куплень не шолько пожертвованіемъ нѣжныхъ свойствъ сердца, но и живостью страстей. Но впрочемъ, таково нынѣ сосattoаніе общества во Франціи: всѣ чувства

181

разсчитаны, всѣ тайны сердца разгаданы. Не сомнѣваюсь, что совершенное познаніе всего обольщающего жизнь составляетъ несчастіе нынѣшняго общества. Испинное чувствіо, испинная страшнѣ требуютъ невѣдѣнія, пожертвованія эгоизмомъ. Образованіе женщинъ, отъ самой колыбели начинаемое, отнимаемъ прелестъихъ страстей и чувствительность ихъ убивается совершеннымъ познаніемъ человѣческаго сердца.

Простите меня, прелестныя Парижанки! вы великодушны, милы, умны. Обручивъ себя подругами жизни мущинъ, вы привяжете его къ себѣ умомъ и любезностью. Вы понимаете все трогательное, высокое, изящное: знаю, знаю и то, что никто лучше васъ не увлечетъ и не удержишъ побѣжденнаго; но мнѣ кажется, вы способнѣе внушить страсть, нежели скрыть ее или чувствовать. Вы купили славу прельщать за наслажденія сердца и удовольствіе бышь обожаемыми за счастьіе любить.

Бокеръ...

Здѣсь живу я уже нѣсколько дней. Не буду описывать моего пути: я утомленъ прелестью Прованса. Но окрестности Э останулись навсегда въ моей памяти. Во-образи долину, безъ всякихъ увеличиваній, сливущуюся, обставь ее горами, увѣнчай

Л 2

182

горы рощами въ изящныхъ оллѣнкахъ, по
долинѣ насади цвѣтники, гдѣ въ Декабрѣ
спѣетъ малина и цвѣшушь фіялки, по го-
рамъ проложи дороѣки, поставь по среди-
нѣ городъ и окружи его садами — вошь э!

Климашъ здѣсь холоднѣе Тулонскаго и
Іерскаго. Не опъ того ли, что здѣсь ду-
 еть иногда mistral или сѣверо-восточный
вѣтеръ и охолодаетъ воздухъ.

Э хорошо выстроенъ и украшенъ фон-
шанами. Здѣшнія древности шебѣ извѣст-
ны. Мнѣ показывали бани, стапуи, мо-
заики, обломки колоннъ, осапшки водо-
проводовъ, часть дороги Авреліановой,
стѣны храма Аполлонова. Thermae Sextii или
теплыя бани прежде славились цѣлебною
силою въ простудныхъ болѣзняхъ.

Нимъ опъ Бокера недалеко, а Тарас-
конъ подлѣ. Въ Нимѣ былъ я два раза, и
однажды нарочно для обозрѣнія Гардскаго
мосша. Онъ состоишь изъ трехъ величе-
ственныхъ аркъ и всего болѣе изумляешь
въ немъ огромносіь камней, изъ коихъ онъ
составленъ. Не вѣрится, что это работа
человѣка: кажется, великаны приходили
сюда, склали эти огромные камни одинъ
на другой и ушли, оставая людей ди-
виться!

Помнишь, что сказалъ Шапталь На-
полеону? Эпо можно ощнести къ Римля-
намъ: они коснулись границъ небозможнаго!

183

Confessions Руссо были со мною. Выписывая тобь прекрасное описание Гардеского моста. »Это простое и величественное »произведеніє« говоришь онъ, »тъмъ болѣе »поразило меня, что оно находится среди пустыни, гдѣ молчаніе и уединеніе дѣлають предмешы разительные и удивляные живѣе: это не мостъ, а водопроводъ. »Спрашиваешь самъ себя, какая сила пере-»несла издалека сіи огромные камни и со-единила руки столькихъ тысячъ»въ пакомъ мѣстѣ, гдѣ яътъ ни одного»человѣка? Я пробывалъ всѣ три этажа»этого горделиваго зданія и изъ почтенія»едва смѣлъ попирать его ногами. Шорохъ»шаговъ, отдаваясь подъ сводами, казался»мнѣ мужественнымъ голосомъ тѣхъ,»кто построилъ сіи своды Я перялся въ ихъ величіи, но чувствовалъ; что самая»ничтожность моя, не знаю почему, воз-»вышала мою душу: я повторялъ взя-»хая: для чего я не Римлянинъ? Здѣсь»проводилъ я много часовъ въ восхитительныхъ мечтаніяхъ, и всегда возвращался»отшуда разсъяинный и задумчивый.«

*(Продолженіе въ слѣд. книжкѣ.)*

185

Тогда очнувшись, проникаемъ
Мы въ ужасъ тайны роковой
И съ міра басней низпадаемъ
На почву истины нагой.

*

Такъ среди сна безмолвной ночи,
Когда раздасшися пудный шумъ,
Мракъ жадно вопрошающі очи
И цѣпеньемъ робкій умъ;

*

Страхъ шайный сердцемъ овладѣетъ —
Намигъ забудешься-ли ты?
Но смутный сонъ ужь не навѣтъ
Игривыхъ призраковъ мечты.

*

Такъ и съ тобой мечты разстались,
Жизнь обнажилась на землѣ
И съ кипарисомъ сочечались
Младыя розы на челѣ.

*

И цвѣтъ, и радость срочны оба!
Непосстоянство имъ законъ;
А кипарись насъ ждешь у гроба
И неизмѣнѣ намъ какъ онъ.

*

Усталымъ отъ земныхъ обмановъ
Даетъ онъ дружескую сѣнь;
Вдали — надъ нимъ покровъ тумановъ;
Вблизи — надъ нимъ свѣтлѣшь день!

*

188

меновавшей прежнія предпріятія. Чѣмъ
болѣе казалась отдаленною цѣль, шѣмъ
съ большимъ жаромъ стремилось къ ней
любопытство Европейцовъ, и нынѣ, ког-
да между безстрашными изслѣдователя-
ми Африканскихъ степей считающі столь-
ко жертвъ, любопытство, кажется, сдѣ-
лалось стремительнѣе, нежели прежде.
Напрасно одно за другимъ слѣдовавшія
открытія путешественниковъ, разкры-
вали непреоборимыя препятствія, кошо
рыя повсюду являются неустранимости
путешественника въ сихъ земляхъ: паля-
щія пустыни, непроходимыя горы, лѣса
обильные дикими звѣрями, народы и язы-
ки варварскіе, климашъ убійственный —
ничто не останавливаетъ послѣдователей
людямъ, пожертвовавшимъ собою умно-
женію познаній, незабвеннымъ — Ленуа-
ру ди Рулю, Броуну, Горнеману, Броуто-
ну, Мунго - Парку, Туккею, Педди, Бург-
хардту, Риччи, Рентгену, Бельзони, Бо-
удичу, наконецъ юному Тулю и несчасш-
ливому Оуднею, погибшимъ въ одно по-
чти время. По крайней мѣрѣ должно-бы,
не предпринимал новыхъ подвиговъ, осша-
новиться на нѣкоторое время, воспользо-
вашься опыками, сообразить средства съ
затрудненіями; но предпріимчивый геній
образованной Европы не хочешь успоко-
иться, пока не разрушитъ совершенно та-
инственнаго забрала Африки, не призо-
вешь безчисленныхъ, неизвѣстныхъ наро-

189

довъ раздѣлить плоды своихъ знамій, бла-
го и зло, происходія отъ образованія.
Мы хотимъ, можешь быть не безъ при-
чины, чтобы Африка и остальные часми
свѣта заплатили дань нашей образованно-
сти, повергли въ наши города, обреме-
ненные людьми, свои сокровища, произ-
веденія, свои драгоцѣнные мешаллы. Аме-
рика, отдѣляющаяся отъ Европы, начи-
наешь болѣе получать отъ насъ, нежели
отдавать намъ; Восточная Индія обреме-
нлешь часъ и торговля обращается уже
и въ Авестральныя земли. Но пусть чи-
стая любовь къ человѣчеству, жажда по-
знаній, или нравственная корысть, даже
политическіе виды оживляють духъ от-
крытій; что за дѣло! Должно, чтобы и
средняя Африка покорилась въ свой чередъ
новѣйшему образованію. Можешь быть,
не отъ того-ли путешественники спѣ-
шашь, каждый своему отечеству, завѣрить
и награды и честь перваго открытіл: не
отъ того-ли столько усилій безразсуд-
ной ревности, почерпъ столькихъ предпрі-
ятій, столько печальныхъ жертвъ! Толь-
ко что Капитанъ Туккей и 17 товари-
щей его погибли на берегахъ Коанго и
вѣсшь о ихъ гибели достигла до береговъ
Темзы, какъ Маіоръ Грей, по слѣдамъ М.
Парка отправился къ Нигеру, и отбро-
шенный бранными народами, искалъ убѣ-
жища во Французскихъ заселеніяхъ по

190

верхнему Сенегалу; въ томъ же мѣстъ; гдѣ, и въ то же время; когда погибъ шамъ юный Просперъ Рузе; другой путешественникъ, извѣстный крѣпостью тѣлесныхъ силъ и изысканіями своими въ Нубіи и Египтѣ, старался проникнуть чрезъ великую степь. Оставляя Марокко, спѣшилъ онъ въ Бенинъ, желая прямѣе до стигнуть Нигера, но въ путешествіи прямая дорога не всегда бываетъ ближайшего. Высоты второй цѣши горъ и народы шамъ обитающіе конечно остановились его усилія, если-бы и преодолѣлъ онъ вредныя дѣйствія пагубнаго климата — и почти въ же время, ученый путешественникъ Боудичь паль жершвою любозначительной ревности на берегахъ Гамбіи и когла нашъ соотечественникъ Г-нѣ Бофорѣ думалъ встрѣшиться съ нимъ и, можешь быть, соединить общія усилія съ безтрепетнымъ Англичаниномъ, онъ получилъ отъ вдовы его Машематическія и Астро-номическія орудія, сдѣлавшіяся безполезными. Если роковая, неожиданная смерть путешественниковъ Италіянскаго и Англинскаго не устрашила Г-на Бофора, она не остановила также предпріятій и Г-на Кампбелля: они оба идутъ по слѣдамъ Бельзона и Боудича. Послѣ такихъ усилій, въ теченіи 32 лѣтъ (если считать только съ путешествія Броуна), Наука должна сообразить свои завоеванія. Посшараемся

191

объяснить все собранныя свѣдѣнія: можешь быть, они яснѣ освѣтятъ намъ и будущія опкрытія.

Для начертанія вѣрной картины успѣховъ и настоящаго состоянія опкрытій въ Африкѣ, удалимъ все, что составленны, такъ сказашь, забрало сей страны, т. е. пространство довольно извѣстное, даже глубоко въ землю простирающееся, особливо на Сѣверо-Востокъ и на Сѣверѣ. Далѣе, будемъ почитать маловажными разсказы Арабовъ и описанія туземцовъ: наше дѣло идти единственно по слѣдамъ путешественниковъ Европейскихъ, знать положенія мѣстъ, повѣренныя исправными орудіями или освѣщенныя пламенникомъ основательныхъ познаній, хотя оставляя за собою знаемую начи полосу, о которой мы упоминали, встрѣшимъ только отдельные пути и точки, разсѣянныя на безконечной поверхности, посѣщенной или описанной людьми достойными вѣроятія. Египетъ правда, и даже Абиссинія и Нубія отчасти описаны довольно удачно и полно для удовлетворенія любопытства и даже требованій науки: здѣсь вѣдомая полоса земли шире, нежели въ другихъ мѣстахъ, особен но съ мѣхъ поръ, когда Оазисъ и разстояніе, остававшееся между страною, изслѣдованныо Броуномъ, и берегами Синяго Нила изслѣдованы знаменитымъ путешественникомъ Фридрихомъ Калльо. Такимъ образомъ къ Сѣверу ошь 10° широшы и ошь 25°

192

до 46° долготы, уже имѣемъ мы и справѣныя
извѣстія и справедливыя понятія объ Аф-
риканской Географіи; но какой еще проме-
жутокъ между Дарфуромъ и шеченіемъ Нила
на Востокъ и на Югъ, и какъ не извѣстно
еще и самое шеченіе Нила, столь важное
для Географіи физической, не говоря уже
о внупреннемъ положеніи острова Мерое,
ни о полномъ описаніи Абиссинскихъ Альпъ,
ни даже о западномъ берегѣ Чермнаго моря!
Если сія часть внупренней Африки менѣе
другихъ не извѣстна, мы одолжены тѣмъ
соединеннымъ усиліямъ Португальскихъ,
Французскихъ и Англинскихъ пушешествен-
никовъ: Понсе, Бреведанша, Брюса, Саль-
ша, Бургхарда и ихъ предшественниковъ.
Впрочемъ, линіи, путями ихъ проведенные,
не могутъ быть понятны въ отдѣльныхъ
описаніяхъ. Вскорѣ ожидаемъ превосходной
карты, на которой означается всѣ досшав-
ленныя ими свѣдѣнія, совокупно.

Англичанамъ была предоставлена слава
сдѣлать покушенія во всѣхъ частяхъ Афри-
ки: отторгнутые съ одной стороны, они
шли съ другой, и съ 1792 г. не проходило
4 лѣшъ, чтобы они не дѣлали новыхъ
опытовъ. Отъ Нила шли они къ Гамбіи,
отъ Гамбіи къ Гаріепу, отъ Гаріепа къ
Заиру, отъ Заира къ Нигеру. Послѣ не-
удачной экспедиціи въ Конго, они начина-
ли отъ береговъ Средиземлаго моря и ста-
рались проникнуть въ прямой линіи отъ
Съвера къ Югу; теперь (употребимъ про-

193

сипое пырашеніе). Африка округлена путешественниками и какъ-бы перерѣзана поламъ въ срединѣ. Но Англичане не остались и на новыхъ, славныхъ открытияхъ.

Голландія, спокойная, владѣтельница самаго южнаго края Африки, въ печеніи многихъ лѣтъ едва узнала тамъ теченіе величайшихъ рѣкъ. Въ концѣ XVIII столѣтія (если начнемъ только предпріятіемъ Г-на Баррова) положеніе дѣль перемѣнилось: Англинскіе путешественники проникли во внутренность до 26° и даже до 24° Южной широты; мы знаемъ главное теченіе Оранжевой рѣки или Гаріепа, равно шеченіе двухъ рѣкъ сего имени, сліяніемъ коихъ она главнѣйше образуешься и которыя различаются незначущими словами Ну и Ки — иначе Гарієнъ терный и Гарієнъ желтый, такъ какъ на Сѣверо-Востокѣ Африки Нилъ бѣлый и Нилъ синій, соединяясь, образуютъ великій Нилъ, имѣющій уже одно имя, одно шеченіе, начинаясь отъ острова Мерое.

Сіи рѣки текутъ въ одной пологости, образуемой, съ одной спороны цѣпью горъ Коупскихъ, съ другой Долеими горами и горами Комганнскими, которыя прошелъ Вилліамъ Бурчелль, почти до 26° широты, подъ 22° долготы. Восточной, перешедши такимъ образомъ далеко за границу Голпен-лотскихъ народовъ и оставляя предъ собою безмѣрные лѣса. Ему оспавалось обра-

194

титься на Сѣверо-Западъ, и тогда открѣштія Англичанъ сблизились-бы съ Португальскими, о которыхъ будемъ мы говорить въ послѣдшвіи; но проводники его отказались идти съ нимъ.

Рѣка Заккъ, на лѣвой сторонѣ той-же пологоши и теченія рѣки Слоновой далѣе къ Югу были посвящаемы и описаны; на право у подошвы горъ Комганнскихъ намъ извѣстны также многія рѣки, всѣ текущія на Западъ и иногда меряющіяся въ пе- скахъ, шакъ что не льзя изъяснипь, на примѣръ: рѣка Рыбная, продолженіе - ли одной изъ рѣкъ, выходящихъ изъ сей воз- вышенной цѣпи горъ? Здѣсь представляется на Югъ отъ Эквапора великое количе- ство водъ, поглощаемыхъ землею, хотя и не въ дальнемъ разстояніи отъ Атланти- ческаго моря (всего на 6 градусовъ): не по- водъ-ли къ догадкѣ, что къ Сѣверу находится такое-же явленіе, на проспранствѣ между тремя обширными морями? Не ос- тавляя южной части Африки, посмоч- римъ, какіе вопросы должно намъ здѣсь рѣшить, въ чемъ еще увѣрипься. Источ- ники перваго и втораго, огромныхъ рука- вовъ рѣки Оранжевой, источники рѣки Рыбной, сцѣпленіе горныхъ хребтовь, на- чало рѣки Закка, рѣкъ Мошовы и Макаш- ты, далѣе къ Сѣверу: одной текущей въ Атлантическое море, другой къ Восточ- ному берегу, что доказываемъ, что цѣпь горъ Комганнскихъ продолжается еще отъ

195

Съвера къ Югу подъ 22° д. в. и до Тропиковой оси Южной Африки и чрезъ то раждаются сомнѣнія о мнимомъ шпилѣ земли; Который полагаютъ далѣе къ Воспоку подъ 35° д. в. Если цѣнѣ горъ Лупатасскихъ въ самомъ дѣлѣ существуетъ, это должны быть горы второй, даже третіей степени, пересѣкаемыя множествомъ рѣкъ, именовано: Софалою, Замбези и ихъ сліянілми; тѣмже Лофигюю, копорой искокъ полагаютъ изъ горъ Луннѣхъ. Сколько недостовѣрнаго остается еще касательно болѣшаго озерѣ Морави, копорое положилъ Данвилль на своей карте, къ Воспоку отъ горъ Лупатасскихъ; и копорое по новѣшшимъ изысканіямъ едва ли существуетъ!

Далѣе къ Съверу страны, вновь узаннены, дополняютъ большей промежутокъ, бывшій до-нынѣ; къ срединѣ Африки, между устьями Коанго и Коанза съ одной, Зашбизи и проливомъ Мозамбикскимъ съ другой стороны, въ направленіи отъ WNW къ OZO, отъ 4° до 19° шиrotы Южной. Какимъ страннымъ случаемъ столь любопытныя извѣстія оставались до-нынѣ неизвѣстными? И можно ли не упрекать Португальцовъ въ упodenіи онъхъ вмѣе Географовъ въ шеченіи сорока лѣтъ? Еще съ 1785 г. совершали они здѣсь экспедиціи во внутренностѣ земли: Опкрытія слѣдовали одно за другимъ въ тѣченіи; болѣе нежели 15 лѣтъ: Григорій Менделезъ; Капитанъ Лацерда, Переира и другіе олѣдовали облическими линіями къ Экваты.

Ч. II. No 7.

M

196

ру, не соединяясь и пересѣкая свои пути,
такъ что безпрерывное продолженіе
пространства обозрѣно и описано Евро-
пейцами. Извѣстія Португальцовъ усовер-
шенствовали описанія, которыя переданы
намъ послѣ экспедиціи Капитана Туккея,
о шеченіи Коанго, и сіе усовершенствова-
ніе весьма важно для Физической Географіи
внутренней Африки. Въ самомъ дѣлѣ, если
справедливо, что Коанго или Заиръ на-
чинается не на Сѣверѣ отъ Эквапора, какъ
полагали послѣ путешествія Туккея, а
напропивъ подъ 10" широты Южной, чѣ-
значашь тогда всѣ изъясненія Географовъ
и пушешественниковъ о самомъ истокѣ
Коанго, о причинахъ наводненія Заира и о
времени сего наводненія, сравниваемомъ съ
временемъ наводненія Нигера? Общее пра-
вило дождливаго времени между Эквапо-
ромъ и Тропикомъ не противорѣчитъ - ли
совершенно тому, что рѣка, текущая въ
семъ пространствѣ, не прибываемъ рань-
ше? Тщетно основываться на убѣжденіи
Капитана Туккея, что Нигеръ и Заиръ
одна и та-же рѣка и заставлять ее описы-
вать странное и попаяшное шеченіе на три
стороны трапеціи въ 1500 миль: предпо-
ложеніе невѣроятнѣе еще впаденія Нигера
въ Нилъ и происшедшее, подобно первому,
отъ той-же причинѣ, что непремѣнно хо-
тѣли придать Нигеру широкое устье.

Путь Португальца Переиры разли-
ваетъ также новый свѣтъ на восточную
часть Африки. Кромѣ рѣки Замбези, мы

107

узнаемъ другую рѣку гораздо западнѣе,
западнѣе даже источниковъ Коанзы, и ко-
торая вливается однакожъ въ проливъ Мо-
замбикскій, такъ что въ сей широтѣ
большая цѣпь горъ, въ длину Африки иду-
щая, должна уклоняться далеко къ Западу
и приближаться къ Атлантическому морю
болѣе, нежели прежде думали. Экспедиціи
Португальцовъ, особенно дорожники ихъ
съ исчисленіемъ пути днями похода, до-
ставляющъ намъ широту и долготу мѣстъ
подъ сею линією сближенія двухъ морей,
не говоря уже объ описаніяхъ земли и наро-
довъ, тамъ обишающихъ.

Вотъ драгоцѣнныя приобрѣшенія Гео-
графіи! Мы почти всѣмъ одолжены здѣсь
Г-ну Боудичу. Приготовляясь ко впорому
путешествію основательнымъ изслѣдова-
ніемъ того, что уже сдѣлано предше-
ственниками въ Южной Африкѣ, онъ съ
великимъ трудомъ испросилъ сообщеніе се-
бѣ Португальскихъ открытій, забытыхъ
и едва не потерянныхъ для Географіи, хо-
тя Географы давно знали о существованіи
оныхъ. При послѣдней разлукѣ съ отчиз-
ной, Боудичь подарилъ ей извлеченіе изъ
оригинальныхъ рукописей: новое побужде-
ніе на законную дань благодарности и со-
жалѣнія памяти сего неутомимаго и уче-
наго изыскашеля!

Путешествія Португальцовъ на выс-
шихъ берегахъ Заира надпоминають намъ

M 2

198

экспедицію несчастнаго Капитана Туккел.
Его открытія сливаються сь ихъ откры-
тіями и продолжають, такъ сказающі, съш-
ку изъ путей, пройденныхъ Европейцами
въ Югъ Африки. Первые прошли 15° на Вө-
сіпокъ подлѣ береговъ рѣки почти до ел
истока; Англичанинь напротивъ надъялся
достигнуть туда, слѣдуя рукаву, шекуще-
му отъ Сѣвера.

Главное слѣдствие сего пушествія
было изслѣдованіе западнаго берега Афри-
ки, гдѣ открылъ опъ лишекъ въ пока-
заніи земли почти на градусъ долго-
ты и дѣло подпвердилось Португальски-
ми картами; на восочномъ берегу на-
шлась противная ошибка: по тѣмъ - же
карпамъ впаденіе Замбези до-ньѣ полагае-
мо было почти на градусъ восочнѣе;
такимъ образомъ ширина Африки умень-
шилась на 2° подъ 17° Южн. широты и
почти на 1° подъ 6°, при устѣ Зайра. Сія
послѣдняя рѣка, на до миль, выше устѣ
простирается въ ширину почти на 1½ ми-
ли; подобно Нигеру, Высшему Нилу и
всѣмъ внутреннимъ рѣкамъ Африки, она
наполнена множествомъ крокодиловъ и гип-
ниопотамовъ.

Такимъ образомъ, начиная отъ 5 гра-
дуса Ю. ш. до мыса Доброй Надежды, пу-
ти изслѣдователей освавляють промежу-
токъ молько между 19° и 26° шир. Юж-
ной, кромѣ еще части на NO, гдѣ карпа,
составленный боудичемъ по изслѣдованіямъ

199

Портупальцовъ, была-бы совершенно пуспал, безъ означенія рѣки Кассо. Далѣе, вся экваторная зона, съ 5° шир. южн. до 10° шир. съверной, совершенно не извѣстна, изключал двухъ приморскихъ полосъ. Теперь здѣсь полное приволье спекуляціямъ Географовъ: свободно проводятъ они безконечныя рѣки, заставляютъ ихъ вливаться въ оба океана и протекать черезъ горы безъ малъйшаго затрудненія. Безъ смѣдаго и счасшливо - совершеннаго предпріятія Англичанъ въ 1823 году, у насъ не былѣтбы никакого достовѣрнаго соединительнаго извѣстія о семъ подъ-экваторномъ пространствѣ между 2° и 31° Меридіана восшочнаго: мѣшами, кула достигли, съ одной стороны покойный Боудичь, съ другой Фридрихъ Калльо, но оставлял до времени изложеніе подвига Англинскихъ путешественниковъ, обозримъ Западъ и Сѣверо-Западъ Африки.

Слѣдствія двухъ путешествій Мунго - Парка извѣстны всякому; мы не будемъ о нихъ распространяться. Кто не знаетъ, что его первое путешествіе довело насъ до Силла, за Сего, подъ 2° запад. Меридіана, а недостовѣриныя извѣстія, извлеченные изъ втораго и послѣдняго путешествія, до Бусса., впрочемъ, полько 3° восочнѣе перваго? — Но отсюда до Нила какое еще безмѣрное разстояніе!

Между Сенегаломъ и горами Конгскими путешествія Адансона, Вашта, Виндер-

200

боттома, Молљена, Мајора Лонга и другихъ, довольно ознакомили насъ съ качествами земли и положительно съ источниками и теченіемъ рѣкъ; но къ Сѣверу отъ Сенегала, къ границамъ Марокко, Европейцы знаютъ только узкую полосу по приморскому берегу: внутренность земли отъ сей полосы къ Востоку, заслоняешь отъ насъ жадность и недоверчивость Мавровъ. Кто отважится ошдатъся симъ звѣрскимъ заградищелямъ Судана? Еще въ памяти всѣхъ жалостная кончина Мајора Гоутона, смершь Рентгена и жестокіе поступки съ соотечественникомъ нашимъ Кошелетомъ и его несчастными моварищами. Какой-же Европеецъ можетъ надѣяться проникнуть далѣе, избѣгнувъ зоркаго взгляда сихъ варваровъ? Что касается до пuthешествія мэтроса Адамса, Александра Скошта и нѣкошорыхъ другихъ, кажется, мы не приобрѣли чрезъ нихъ почти ничего, и даже можно-ли повѣришь имъ въ чемъ нибудь? Съ сей спороны Африки Французскій пuthешественникъ Компаньонъ, достигшій до Бамбука и Мунго-Паркъ до Нигера, проникли донынѣ далѣе всѣхъ.

Вся сѣверная оконечность Африки, развѣ исключить изъ сего древнюю Киринею, извѣстна и описана, такъ что Географы могутъ спокойно обращить вниманіе на другія мѣстя. Недалеко къ Югу отъ сѣверной полосы, идешь извѣстная полоса земли отъ Египта до Сіуага, въ землѣ

201

Аммона. Броунъ и Горнеманъ первые ви-
дѣли Сіуагъ. Послѣ посѣщали его, нашъ
соотечественникъ Калльо и Кавалеръ Дро-
вешти, но одинъ Горнеманнъ дошелъ здѣсь
до Феццана и, кажется, далѣе, гдѣ кончилъ
онъ жизнь свою. Его смерть не погубила
открытій. Мурзукъ, хорошо узнанный въ
его путешествіи, сдѣлался цѣлью пuthе-
шественниковъ, какъ настояцій внут-
ренній портъ для путешествій въ сред-
нюю Африку Юный Риччи стремился туда
съ ревностію, которой были мы свидѣте-
лями и которая стоила ему жизни. Болѣе
счастливый товарищъ его Капитанъ Ліонъ
былъ далѣе и приготовилъ дорогу Англин-
ской экспедиціи. Горнеманнъ показалъ намъ
Мурзукъ, Риччи и Ліонъ узнали ближайшую
къ нему дорогу, три Англинскіе путеше-
ственника прибыли туда безъ защрудненій,
и хотя сіе мѣсто удалено во внутренность
Африки, они считали его первымъ пунк-
томъ, отъ кошораго должно слѣдовать да-
лѣе. Такъ открытія взаимно помогающі
одно другому, а потому малѣйшее новое
приобрѣтеніе важно въ Наукахъ. Счастливъ
шотъ, кому платою за сіе бываетъ благо-
дарностъ и признаельностъ: отдадимъ
съ почтеніемъ Фридриху Горнеманну часть
славы, которою блистаютъ нынѣ имена
Доктора Оуднея и его товарищей.

Извѣстно, что сіи путешественники
оставили Феццанъ въ концѣ 1822 года и
скоро переѣхали обширную степь, на Сѣ-

202

веръ опъ Судана. Прибывъ подъ 14° Съв. долг., оны достигли до границъ Королевства Борну, а пощомъ прибыли въ самую сто- дину Королевства, которую донынѣ всѣ Географы полагали на бөө миль далѣе къ Съверо-Востоку, нежели должно, şiщо мо; жетъ послужить (скажемъ мимоходомъ) доказавельствомъ, какъ велика должна быть довѣренносТЬ Географовъ къ разска- замъ Негровъ. Одинъ изъ пушесущественни- ковъ, Маіоръ Дендамъ, съ довѣренностію, спушницею отваши, продолжалъ путь на 300 миль далѣе и пускался вмѣстѣ съ гор- ными Неграми, ходившими на охошу, въ пушесествіе, обильное приключеніями! Желая разпространить болѣе и болѣе свѣ; дѣнія, онъ вмѣстѣ съ Неграми участвовалъ въ сраженіи; все окрестъ его погибло, цѣлое войско уничтожено, но онъ спассся, и болѣе счаспливый, нежели благоразумный, соединился съ штоварищами въ Борну, узнав- ши о сущесвованіи большой цѣпи горъ между 9° и 10° широты Съверной, попередъ Африки находящихся, подобно цѣні горъ Конгскихъ, и опкуда вытекаетъ къ Съверку широкая рѣка. Бывши на берегахъ ея, онъ былъ опъ Ашлантическаго моря не далѣе 450 миль (*).

Такимъ образомъ на Съверъ опъ Эква- тора распространены наши познанія до 10°

(*) А не 300, какъ сначала полагали по ошибкѣ въ положеніи Мурзука. Н.

203

широны, въ трехъ раздичныхъ пунктахъ: на Востокъ, между двумя Нилами, Г-мъ Калло, на Западъ, между истоками Сенегала и Нигера, Г-мъ Мольвеномъ и Маіоромъ Лонгомъ, въ срединѣ Африки, Маіоромъ Денгамомъ и вездѣ покушенія путешественниковъ остановлены цѣпями утесистыхъ горъ, непроницаемыхъ, заселенныхъ народами дикими, не покорившимися игу Исламизма. Сіи горы остановили теперѣ Европейское просвѣщеніе, какъ нѣкогда остановили онѣ Исламизмъ.

Извѣстно, что изумило здѣсь Английскихъ путешественниковъ: воинственный городъ на границахъ земли, многочисленная конница съ кирасами на людяхъ и лошадяхъ, множество золота и желѣза, обработываемыхъ промысленностію, до-молѣнамъ неизвѣстною, цвѣтущіе, многолюдные города, построенные, въ нѣсколькихъ миляхъ одинъ омъ другаго, обширная горговля, о которой имѣли мы самое слабое понятіе, рынки, гдѣ еженедѣльно собираются сомни тысячъ народа! Какая жатва для Географіи! какая награда за труды и опасности, испытанныя путешественниками! Передъ ними это обширное озеро, о котором разсказывали всѣ Африканцы, но существованіе коего могли всѣ мы оспоривашь; они увѣрились, что озеро принимаетъ въ себя воды съ Сѣнера, Запада и Юга. Нигеръ, или (по крайней мѣрѣ) рѣка, текущая омъ Томбукшу и Гаусса, вли-

204

вается въ него въ Юль мѣсяцѣ, въ видѣ
потока. Озеро это простирается въ дли-
ну на 220 извѣстныхъ миль; ширина его
неизвѣстна, не извѣстно пакже, есть - ли
изъ него истокъ, или испареніями. какъ въ
морѣ Каспійскомъ, убываютъ втекающія
въ него воды, или разлишіемъ сливаются
въ Нильскую пологость: вопросы нерѣ-
шенные, не смотря на великій успѣхъ от-
крытій! Съ какимъ неперпѣніемъ ожида-
емъ шеперь дальнѣйшихъ предпріятій сей
экспедиціи! Быль - ли когда нибудь удоб-
нѣйшій случай рѣшилѣ задачи, предштав-
ляемыя среднею Африкою, гдѣ почти все
намъ не извѣстно: качества земли, скло-
неніе и теченіе водъ, высота и направле-
ніе горныхъ хребтовъ, произведенія цар-
ства растѣній, животныя, температу-
ра, наконецъ — вся Физическая Географія.
Таково же знаніе наше относительно нра-
вовъ, языковъ, поколѣній народовъ, ихъ
обычаевъ, числа, степени образованности
средней части Африки. Но въ тѣ мгно-
венія, когда Европа ждала новыхъ успѣ-
ховъ Англинской экспедиціи, узнаемъ, что
надежды вполовину уменьшились невозвра-
тимою потерею: Докторъ Оудней въ не-
много дней погибъ отъ дѣйствій пагуб-
наго климата; юный Туль, позднѣе от-
бывшій изъ Триполя, присоединился къ
экспедиціи и умеръ при самомъ прѣздѣ:
вся надежда остается шеперь на безтре-
цешномъ. Денгамѣ и шоварищахъ его

205

Клаппертонъ и Тирвейтъ. Удивительнал
ревность Доктора Оуднея и неожидан-
ныя обстоятельства его смерти обра-
щають особенное наше вниманіе, и мы
узнаемъ здѣсь всю великость нашей по-
тери. Оправясь изъ Борну въ Декабрѣ
1823 года, м. е. спустя годъ послѣ переѣз-
да чрезъ великую степь, онъ направилъ
путь на Западъ къ Кано вмѣстѣ съ Клап-
пертономъ и прибылъ къ границамъ
Царства Борну. Здѣсь необычайный, стре-
мительный и неожиданный холодъ осв-
тановилъ караванъ. Вода замерзала въ
мѣках и Докторъ сдѣлался опасно бо-
ленъ. Между тѣмъ семнадцать дней сряду
продолжалъ онъ путь свой; 12 Января, на
разсвѣтѣ дня, собрался еще по обыкнове-
нію въ дорегу: уже верблюды были гото-
вы; но силы больнаго истощились и въ
нѣсколько часовъ онъ скончался на рукахъ
товарища, жалѣл не о томъ, что уми-
раетъ, но что недовольно сдѣлалъ для
своего ощечества.

Предполагають, что подъ 12° сѣвер-
ной широты, гдѣ находились тогда Ан-
глинскіе путешественники, вода можетъ
замерзнуть только на поверхности земли
возвышенной, на 4 или 5000 метровъ вы-
ше поверхности Океана: этотъ счетъ
очень увеличенъ. Тѣ, которые выводять
его, видно, не знають, что морозы быва-
ють на возвышеніи въ нѣсколько сошь

206

метровъ, въ пустыняхъ Ливіи — правда,
нѣсколько градусовъ съвернѣе, но все еще
въ жаркой зонѣ (*). Особенныя дѣйствія
могли охолодить воздухъ. Всего върнѣе
ожидать обнародованія измѣреній высоты
мѣста: познанія, дорого купленаго, ибо
оно сіпоило жизни ученѣйшему мужу!
Впрочемъ, если горы, находящіяся во 100
миляхъ отъ Борну, въ самомъ дѣлѣ тѣкъ
возвышены (въ чемъ мы еще не удоско-
вѣрены), когда съ другой стороны источ-
ники Нитера возвышены не болѣе 500 мет-
ровъ, по извѣстіямъ Маіора Лонга, то уче-
ное предположеніе Г-на Валкенаера будетъ
рѣшительно утверждено, именцо: поспе-
пенно возрастающая высота поперечной
цѣпи горъ отъ Запада по Востоку до глав-
наго гнѣзда возвышеніл, ко whom, кажется,
должно находиться подъ 22° долготы и 8°
Сѣверн. широты.

Тотъ-же ученый полагаетъ Томбукту
на 2° далѣе къ Западу, нежели полагалъ
Маіоръ Реннель, утверждаясь на наблюдѣ
ніяхъ Мунго-Парка (**); но положеніе Сил-

(*) Г-нъ Калльо видѣлъ ледъ въ спепи Сіуагской, а
Французская Египетская экспедиція видѣла шермо-
меръ въ Нижнемъ Египѣ на пункѣ о, въ Янва-
рѣ, 1798 г. Температура великихъ степей Афри-
канскихъ необходимо должна различествовать отв
температурѣ, ко торыя были наблюдаемы въ дру-
гихъ тропиковыхъ странахъ. Долго надобно-6ь бы-
ло изчислять тому причины. Ж.

(**) По мнѣнію Г-на Реннеля 1° 28' В. отв Гринвича
(карта, 1802 г.); по мнѣнію Г-на Валкенаера

207

ила на Нигеръ поставлено на картахъ да-
леко на Востокъ и можешь быть, что
первый изъ сихъ городовъ находился го-
раздо западнѣе; ибо крѣпость Св. Юсифа и
Вакель по новѣйшимъ наблюдениямъ Фран-
цузскихъ офицеровъ, переданнымъ отъ Ба-
рона Рожера, губернатора Сенегальскаго,
должны быть отнесены почти на 2" за-
паднѣе, нежели полагать Мунго - Паркъ.
Все доказываемъ, что города срединной
Азіи ближе къ Афлантическому океану, не-
жели какъ прежде полагали, а это не мало-
важно для будущихъ предпріятій: сокра-
щеніе дороги соотнею миль въ землѣ, гдѣ
и впередъ и назадъ шакъ трудно путе-
шеслѣвовать, значить нѣкоторымъ обра-
зомъ новое завоеваніе для Географіи.

Если-бы мы сначала не поставили се-
бъ за правило отвергать всѣ разсказы
Африканцевъ, можно-бы вспомнить здѣсь
разсказъ двухъ туземцевъ Г-нѣ Рожеру,
что Дженне (*) находился на правомъ бе-
регу Діаллиба (или Нигера); шакже и Сего,
и что сія столица Короля состоять изъ че-
тырехъ отдѣлныхъ городовъ. Мунго Паркъ
зналъ о сихъ четырехъ городахъ, но ка-
жется; что онъ остановился на лѣвомъ
берегу. рѣки, не достигли до сихъ горо-

2º 38' 50" В. отъ Парижа. Многія предположенія ученаго Физика Г - на Латрейлла подтверждены по-слѣдними розысканіями. Ж:

(*) Гинии, какъ прежде его называли. Изд. Тел.

208

довъ. Подлѣ Діаллиба, говорили тѣ же Аф-
риканцы, находится огромный городъ Том-
букпу, въ двухъ шолько миляхъ отъ рѣ-
ки, текущей влѣво, и ближе еще, по уст-
вержденію Алріана Партаррѣё. Вообще упо-
минается здѣсь объ одной рѣкѣ Діаллиба
и ни слова о Гамбару : развѣ ныпъ - ли рѣ-
ки сего послѣдняго имени далѣе къ NNO.

Другія наблюденія Г. на Партаррѣё со-
гласны съ наблюденіями Французскихъ офи-
церовъ и Г-на Бофора, и можемъ основа-
тельно полагать, что долготы, Мунго-
Паркомъ назначенные, отнесены далеко на
Востокъ, и кажется, что сдѣлана боль-
шая ошибка въ долготѣ того мѣста на
Гамбіи, съ кошораго онъ отправился.

Вотъ въ какомъ состояніи находятся
нынѣ открытія Европейцовъ во внутренно-
сти Африки: я разумѣю открытія досто-
вѣрныя. Какая безмѣрная пустоша на кар-
тахъ нашихъ, если ограничимся шолько
сими свѣдѣніями, и какое разстояніе меж-
ду путями путешественниковъ, пересѣка-
ющими въ разныхъ направленіяхъ сіи про-
странства! Положимъ, что протяженіе
всѣхъ пушей, совершенныхъ въ теченія
40 лѣтъ, простирается на 22 тысячи гео-
графическихъ миль, считая путь и Пон-
сета (въ 1698 г.) и Брюса (съ 1768 до 1773
г.), что взоръ каждогоъ путешественника
обнималъ горизонть на 3 мили въ окруж-
ности (и этого много): сосшавшись площадь

209

изъ 28 тысячъ квадратныхъ миль — что-
же значить она въ сравненіи съ поверх-
ностью Африки, полагаемою въ 1,400,000
квадр. миль? Мы едва знаемъ 50 ю часть
Африки! Все что находится внѣ сего, не-
большаго по сравненію пространства, смѣ-
шано, и не известно, въ чемъ согласится
каждый добросовѣстный Географъ. Болѣе
всего известна намъ южная оконечность,
и менѣе всего земля на Воспокъ отъ сред-
няго мериціана Африки (если провести его
подъ 15° отъ Парижа), на разстояніи
ю первыхъ градусовъ отъ Экипатора на
Югъ и на Сѣверъ. Отъ мѣста гдѣ погибъ
Мунго - Паркъ, до того мѣста гдѣ смершь
постигла Доктора Оуднея, всего остается
12 градусовъ; но отъ Борну до ближайша-
го берега Индійскаго океана остается бо-
лѣе 30 градусовъ. Въроятно, что на семъ
обширномъ пространствѣ найдутъ высо-
кую цѣнь горъ, служащую продолженіемъ
той, которую открылъ Г-нъ Бурчелль
подъ 28° широты: цѣнь горъ, източаю-
щихъ рѣки, текущія въ противоположныхъ
направленіяхъ и кажется, отдаленныя отъ
сего океана болѣе, нежели до-нынѣ пред-
полагали.

Мы желали бы прикрыть сухость на-
шего описанія изображеніемъ нравствен-
наго и физическаго состоянія жителей Аф-
рики: предметъ важный и заниматель-
ный, могущій завлечь вниманіе всѣхъ на-
блюдащелей человѣчества и увѣнчиваящій

210

открытія географіческія, но; къ сожалѣнію,
для насъ столь-же недостижимый до-нынь,
какъ и географическое измѣреніе Африки (*).

Обозрѣніе Колумбіи (**).

Въ то время, какъ силы Наполеоновы
губили, но не погубили ни чести, ни сво-
боды. Испаніи, за отдаленными морями,
изъ разстроенныхъ, оставленныхъ обла-
стей сосставилось новое Государство и
быстро оградило свою самобытность под-
вигами и единодушіемъ. Таково было на-
чало и Свверо-Американскихъ Шшаповъ!

(*) Въ слѣдующей книжкѣ Телеграфа мы постараемъся дополнить важное и любопыщное сочиненіе Г-на Жомара нѣкоторыми поясненіями, любопытными для нашихъ читателей, предшавивъ нѣсколько подробійе описаніе пустшествія Г-дѣ Оуднея, Денікамъ и Клаппершона съ картою, сославленною Г-мѣ Жомаромѣ, также новыя извѣстія о пустшествіяхъ Г-на Риппеля въ Нубіи и Г-на Бофора въ Сенегамбіи, полѣченыя уже по напечатаніи сочиненія Г-на Жомара. Успѣхи Географіи тѣх быстры въ наше время, что сочиненія, по сей наукѣ издаваемыя, требуютъ безпрерывнаго преслѣдованія и безпрестанъныхъ дополненій. Изд.

(**) Извѣщенное изъ новыхъ извѣстій, помѣщенныхъ въ иностранныхъ Журналахъ, изъ Стаписhevскъ Г-на Гасселя, сочиненій Г-на Гумбольдта и особеніою изъ Отчета, представленного Конгрессу Колумбійскому, Стапсѣ - Секретаремѣ, Маңуелемѣ Рестрепо, въ концѣ 1823 года; напеч. въ С. Фе де Богота въ 1824 году. Изд.

211

Республика Колумбійская, занимающий почти весь съверный берег и часть западного берега Южной Америки, сосредотачала прежде часть Испанскихъ владѣній въ Южной Америкѣ подъ именемъ: Терра-Фирмы, Караккаса, новой Гренады и Квипо. При берегахъ первой изъ областей сихъ великіи Колумбъ въ 1498 г. коснулся швердой земли Юго-Американской.

Въ 1810 г., когда бѣдствія Испаніи умножили безпорядки и неустройства въ Американскихъ ея владѣніяхъ, ждали Караккаса объявили сущестованіе Соединенныхъ Штабовъ Венецуэльскихъ и 5 Юля, 1811 г. на первомъ Конгрессѣ собрались представители Областей. Ужасы землетрясенія въ 1812 г. и разныя неудачи по колебали, казалось, бытіе Штабовъ; но въ 1813 г. Боливаръ успѣхами своими поддержалъ оное, и съ 1819 г., въ память безсмертнаго Колумба, Соединенные Венецуэльскіе Штаты приняли названіе Колумбіи, усилились 1822 г. присоединеніемъ обл. Квипо, въ 1823 г. Панамы. Теперь рѣшается жребій Перу.

Въ настоящемъ положеніи, Колумбія занимаетъ пространство под-экваторное, почти отъ 6° Южн. широты, до 12° шир. Съверной и отъ 60° до 84° долготы. Она раздѣляется нынѣ на 10 Департаментовъ: Ореноко, Венецуэллу, Сулію, Боаццу, Кундинамарку, Кауку, Магдалену, Квипто, Гуаяквиль и Панаму. Сіи Департаменты:

Ч. II. No 7.

Н

212

ты дѣлятся на 31 провинцію. Пространство земли можно полагать на 90 тысяч геогр. квад. миль. Почти все сіе пространство состоинъ изъ возвышенной части Южной Америки: здѣсь исполинъ Шимборазо, съ которымъ не сравнится Везувій поставленный на Монбланъ и Сентъ-Гошардъ поставленный на Этуу. Городъ Квипо находится почти на 8 тысячѣ фушовъ выше поверхности моря. Природа богата всѣми рѣдкостями, всѣми великими явленіями физическаго міра. Важные предметы морговли: какао, кофе, сахаръ, хлопчатая бумага, индиго, сарачинское пшено, маисъ, пшабакъ, пшеница, красильное дерево, драгоцѣнные мешаллы, драгоцѣнные камня — призываютъ трудолюбиваго дѣлашеля и опытнаго коммерсанта.

Число жителей невелико; кажется, оно не простирается болѣе 3½ милліоновъ (-*), въ шомъ числѣ Европейцовъ не болѣе 600 тысячъ, оспальное соспоинъ изъ Американцовъ (Аборигеновъ земли), Мешисовъ, Мулатповъ и Негровъ.

Въ Колумбіи установлено два лѣточисленія: одно обыкновенное отъ Р. Х., другое отъ установленія Государства въ 1810 г., хотя успѣвъ управленія и соглашенія областей были учіены послѣ. Все управленіе ввѣрено Конгрессу, сосasta-

(*) По Гумбольдту 3 милліона, 600 тысячъ.

213

ному повольнымъ выборомъ народа. Испол-
нительная власть находится подъ завѣды-
ваніемъ чешырехъ Министровъ, кошорымъ
раздѣлены дѣла иностранныя, финансы,
внутреннія дѣла и военная сила, морская
и сухопутная. Каждый Департаментъ
управляется Иншендантомъ, и въ каждой
провинціи находится Правитель. Власть
начальниковъ до-нынѣ не опредѣлена точ-
ко: у нихъ и судная и исполнительная
части; но теперь занимаются дальнѣй-
шимъ опредѣленіемъ ихъ правъ и должно-
ей. Провинціи дѣлятся еще на уѣзды,
въ кошорыхъ находятся земскіе еуды, или
такъ называемые cabildo's. На нихъ возло-
жено особенное попеченіе о благосостояніи
народа. Война и необходимость все сози-
дать вновь не давали до - нынѣ времени
не только обратить особенное попеченіе
на гражданское устройство народа, но да-
же и на установленіе земскихъ прави-
шельствъ и правителей во многихъ мѣ-
стахъ. Множество разсѣянно - живущихъ
обшателей затрудняютъ установленіе
сихъ правишельствъ. Главные судьи или
Коррежидоры, кошорыхъ ежегодно выби-
раютъ голосами, не хотятъ оставлять
свои хушоры и селенія и цѣлый годъ прожи-
вать въ мѣстечкѣ, назначенномъ для пре-
быванія земскаго правишельства; шѣмъ
менѣе имѣютъ къ–иму охоты люди, вы-
бираемые въ помощники Коррежидора,
такъ чшо въ нѣкошорыхъ малонаселец-

Н 2

214

Якіхъ мѣстахъ рѣшаются уже установить безсмѣнныхъ судей, съ небольшимъ количествомъ народной сіпражи.

Законъ, по которому всѣ дѣти Негровъ, рожденные въ Колумбіи, дѣлаются свободными, принятъ, продажа невольниковъ запрещена; и чрезъ сіи распоряженія увеличились надежды на умноженіе народонаселенія. Особенное внимание обращено на соспояніе Американцовъ, помокковъ первобытныхъ жителей Колумбіи. Опасаясь возмущеній, прежде содержали ихъ въ ипагостномъ угнѣшеніи, подъ управленіемъ Алкадовъ, по волѣ которыхъ безъ суда иогли они быть даже наказываемы публично, слѣдствіемъ чего было невѣжество и бѣдность, пакъ что они съ трудомъ могли выплачивать ежегодную подать ошъ 6 до 9 пезовы. Правительство уничтожило право Алкадовъ наказывать публично, подвергло Американцовъ общественному суду, раздѣлило земли по учасцкамъ, позволило свободное бракосочетаніе съ другими жителями, прежде запрещенное, и старается о воспитаніи и просвѣщеніи ихъ. Полагали, что предоспавленія Неграмъ и Американцамъ права по волѣ ихъ заниматься земледѣліемъ и выдѣлываніемъ мелалловъ, а не по наряду, можешь возбудить природную ихъ лѣнность, почему установлены поощренія и награды. Примѣръ Европейцовъ, съ которыми могутъ они нынѣ вступать въ родственныя связи и всякіе договоры.

215

также споспѣшествует усовершенствованію нравственнаго и общественнаго ихъ существованія.

Касательно Физическаго состоянія жителей, правительство прежде всего обрастилось къ ошвращенію бѣдствій, причимяемыхъ желтою лихорадкою, опустошавшею особенно приморскія области. Взяты предохранильныя мѣры и установлены карантины. Другая гибельная болезнь, извѣстная подъ именемъ Арабской проказы, обыкновенно въ Америкѣ называемая болезнью Лазаря, безпрестанно опустошала области внутреннія, для чего учреждены особенныя больницы, въ которыхъ отдѣляются зараженные сею прилипчивою болезнью. Такія же больницы установляются вездѣ для отдѣленія зараженныхъ обыкновенною проказою. Оспу стараются изътребить прививаніемъ. Наконецъ, изыскиваютъ Медицинскія средства къ изтребленію зобовъ, болезни, вездѣ чрезвычайно разпространившейся. Больницы содержались вообще на счетъ Правительства. Онѣ ввѣрены большею частію попеченію醫нахъ Ордена Св. Ioанна. Обычай погребать мертвыхъ въ городахъ и особенно въ церквахъ, уничтоженъ, не смотря на то, что сіе уничтоженіе производило повсемѣстный ропошь. Для кладбищъ отведенны особыя мѣстца въ предмѣстіяхъ городовъ.

Непривычка жителей къ работѣ дѣлала большія помѣхи учрежденіямъ Правц-

216

тельсства. Бѣдность низших званій народа и вообще недостапок денег, также производили и производят большія трудненія. Для отвращенія голода, опъ коротаро погибало въ иных областяхъ мнѣго народа, учреждены раздачи хлѣба и сѣстныхъ припасовъ. Въ Богошѣ, Квишо и Караккасъ учреждены рабочіе домы, тѣмѣ, для изтребленія нищеты, собирають нищихъ и занимаюць работами. Природа, изобильная всѣми богатствами, доставляетъ способы къ дальнѣйшему обеспеченію касательно пропитанія народа и введенія повсюдной промышленности. Правительство старается привлечь въ свои области трудолюбивыхъ и богатыхъ иностранныхъ, давая имъ многія льготы. Потреблины съ сѣстныхъ припасовъ и съ рукодѣлѣнныхъ произведеній уничтожены. Во всей Колумбіи установлены одинаковыя мъра и вѣсѣ.

Кромѣ выше показанныхъ причинъ слабости земледѣлія и промышленности, весьма много препятствуетъ распрострашенію ихъ недостапокъ взаимнаго сообщенія. Колумбія, загроможденная множествомъ горныхъ хребтовъ, предшавляемъ большія неудобства въ проведеніи дорогъ. Онъ проложены только для проѣзда верхомъ, и весьма неудобны, особливо въ го-рахъ и во время дождей. Комишеты, учрежденные для устройства дорожнаго, шерпѣли недостапокъ въ деньгахъ и пошому

317

бездѣйствовали: Правительство рѣшило, почасчи предоставить дороги часнымъ людямъ въ содержаніе, со взысканіемъ платы съ проѣзжающихъ. Боливарь велѣлъ провести большую дорогу. отъ Квикю къ Эсмеральдасу, порту при Тихомъ морѣ, которому предоставлены большія преимущества. Водяныя сообщенія были совершенно запущены. Не смотря на многое рѣкъ и между прочимъ величественный Ореноко, Каталумбо или Зулию, составляющую съ другими рѣками огромное Маракайбское озеро, Магдалену, Амрашо, Круцо — всѣ текущія въ Аптанническій океанъ и Папію, рѣку Изумрудную, Саншъ-Яго и Гуаяквиль, текущія въ Тихій океанъ, внутреннее судоходство было почти въ шакомъ — же ничтожномъ соспояніи, какъ за 300 лѣтъ, ограничивалось лодками, хуло устроенными, шакъ что легче было Европейскимъ плавателямъ обогнуть мысъ Горнъ, нежели Колумбійцамъ отъ устья Ореноко доплыть до рѣки Меңгъ. Отъ такого затруднительного сообщенія производила непомѣрия цѣна внутреннихъ и иностранныхъ произведеній въ нѣкоторыхъ областяхъ. Кромѣ устройства по рѣкамъ, предположено провести каналъ для сообщенія между Тихимъ и Аптанническимъ морями посредствомъ рѣкъ Атрашы и Св. Юанна; но какъ это, шакъ и всѣ вообще предпріятія касательно усовершенствованія земледѣлія, про-

218

мыппленности, сухопутнаго сообщенія и
обработыванія металловъ въ послѣднее
время остановлены и затруднены безпре-
рывными войнами. Все время, рудкики въ
Попайанѣ, Нейвѣ и Памплонѣ почти без-
дѣйствовали; полѣко въ провинціяхъ бо-
гатыхъ дорогими металлами: Антіоквіи
и Шоко, старались о добываніи золота,
довольно успѣшно и дѣятельно.

Касательно народнаго просвѣщенія,
при Испанскомъ правленіи не было при-
гаемо почти никакого попеченія Всего бы-
ло четыре училища, и тѣ ведены по спа-
ринной утомительной методѣ. Нынѣ ста-
руются болѣе всего о заведеніи школъ на-
чального обученія. Для этого недостаешь
ни учителей, ни учебныхъ книгъ, и не
смотря на небольшую плату, многіе ош-
цы семействъ не въ состояніи отдавать
дѣтей своихъ въ училища. Правительство
учредило типографіи для печатанія книгъ
учебныхъ, велѣло безъ платы обучать
бѣдныхъ: это, и особливо метода взаим-
наго обученія приняты были народомъ съ
радостью. Въ каждой провинціи учреж-
дается нынѣ Гимназія Самъ Боливаръ осно-
валь одну изъ нихъ въ Лоіа. Училища, въ сто-
лицѣ состоящія, приведены въ довольно хо-
рошее положеніе. Правительство ободря-
етъ ученыя занятія. Нѣсколько Журналовъ
издаются уже въ Колумбіи Публичная биб-
ліотека, въ споличномъ городѣ находяща-
яся, умножена большимъ числомъ книгъ.

219

По договору, заключенному въ Парижъ съ нъесколькими учеными, должны учредиться въ столицъ Горное Училище и Музей, также литографическое заведеніе. Правительство особенно думаетъ о заведеніи Медицинскихъ и Хирургическихъ училищъ, ибо вездѣ видить гибель людей, производящую отъ недостатка Медиковъ и лекарствъ.

Гражданское и уголовное судопроизводство не приведены еще въ надлежащій порядокъ, по причинѣ недостатка и замѣшательства законовъ. Опытнымъ Юристамъ препоручено исправленіе судебныхъ Кодексовъ. Донынѣ учрежденъ главный судъ въ столицѣ и три главные суда въ разныхъ мѣстахъ государства, но въ Панамѣ хотятъ учредить главный судъ, особенный. Коммерческія судилища уничтожены и всѣ дѣла торговыя предоставлены гражданскому суду, но сія мѣра оказалась невыгодною. Свобода книгопечатанія позволена; въ случаѣ злоупотребленія виновный судится по законамъ и строго.

Духовная власть состоитъ изъ двухъ Архіепископствъ: Боговскаго и Каракасскаго, и десяти Епископствъ: Квитскаго, Куэнскаго, Майнасскаго, Попайанскаго, Панамскаго, Кароагенскаго, Сентъ-Маврскаго, Меридскаго, Гвіанскаго и Антіоквіасскаго. Предполагаютъ въ Квито учредить Митрополію, для устраненія Колумбійскаго

220

духовенства отъ власти Митрополита Лимскаго. Для этого, и для разрѣшенія дру-
гихъ затрудненій отправлены въ Римъ Ко-
лумбійскіе депутаты. Затрудненія сіи
состоятъ въ ограничении власти духовен-
ства и въ уменьшеніи числа монастырей.
Уже 39 монастырей уничтожены и строенія и доходы ихъ обращены для публич-
ныхъ благошворительныхъ заведеній и
училищъ. Предполагаютъ также оппра-
вить миссіи, состоящія изъ монаховъ, къ
дикимъ племенамъ Американцовъ, живущихъ
по берегамъ Ореноко, Мешы и Амазоны и
нѣкогда обращенныхъ въ Христіянскую
вѣру. Въ послѣдсѣвіи, когда безпокойства
отдалили вліяніе Европейцовъ, Американ-
цы сіи одичали, удалились въ лѣса и воз-
врашились къ прежнему идолопоклонству
и къ прежнимъ обычаямъ.

О числѣ войска и флота не льзя сказать
инчего ушвердительнаго. Полагающь, что
число регулярныхъ войскъ простирается
болѣе 15 тысячъ, а всего съ земскою стра-
жею до 50 тысячъ. Главные военные пор-
ты находился въ Кареагенѣ и Пуэрто-Ка-
белло. . . .

221

Двъ пъсни Скандинавскихъ ви-
тязей (*).

... Тацитъ свидѣшелѣствуешь, что древніе стихи у Германцовъ были нѣкогда вмѣсто памятниковъ и лѣтописей. Павелъ Діаконъ повѣстуешь, что имя Альбоина, Царя Ломбардійскаго, столь далеко гремѣло, что не только у Баварцовъ и Саксонцовъ, но и у другихъ народовъ одного съ нимъ языка, въ стихахъ выхвалялись его

(*) Переводимъ сей ошрывокъ изъ любопытной книги: *Датскія древности* ( соч. Θ. Бартоллиномъ и напечатанной въ 1689 г.), желая показать извѣстную пѣснь Гаральда Храбрато въ настоящемъ видѣ, какъ она есть, и вмѣстѣ образчикѣ, какъ писали о Сѣверной Исторіи и Липшературѣ въ XVII и началѣ XVIII вѣка. Ожидая важныхъ послѣдствій для Исторіи Сѣверной омъ занятій ученыхъ Датчанѣ въ наше время, надобно сказать, что мы едва-ли не слишкомъ поспѣшно утвердились на томъ, что намъ до-нынѣ извѣстно изъ Скандинавской Исторіі и древней Скандинавской Липшературы. Сами Датчано и Шведы еще не изслѣдовали хорошо первоначальныхъ источниковъ, а полагаясь на Снорро Сшурлезона и изысканія Рудбека, Далина Маллета и даже ученаго Сума, едва-ли можно. Ни одинъ изъ нихъ не зналъ настоящей исторической критики, каждый списывавъ безъ разбора древнее и новое, полковаль по произволу и иногда прибавляль свое. Такимъ образомъ Исторія Гаральда Храбрато, котораго почитаютъ зятемъ Ярослава Владиміровича, наполнена большими чудесами и, признаемся — едвали не нелѣпостями. Его походы въ Палесщину, Африку, Сицилію, любовь къ нему Греческой Императрицы и самая женитьба на Елизаветѣ Ярославовѣ похожи на сказку. Не смѣя опровергать безъ дальнѣйшихъ доказашелѣствъ, дозволимъ себѣ ска-

222

щедростъ, слава, счастіе и успѣхи въ во-
енныхъ дѣйствіяхъ. Ученые давно уже
признали, что всѣ Исторіи, какъ у Хал-
дьевъ, Грековъ и Римлянъ, такъ и у всѣхъ
другихъ народовъ, получили начало ошъ
Поэзіи, и потому достойно сожалѣнія,
что доставляющее другимъ народамъ сла-
ву, нашему отечеству приписывается въ
поношеніе, именно: стихи, копорыми ста-
рались нѣкогда описывать древнѣйшія
происшествія.

Нѣкоторый ученый мужъ, Юна Вену-
зійскій, жестоко возстаетъ на стихотвор-
ныя наши описанія въ сочиненіи своемъ о
баснѣ, хотя Аланъ сдѣлалъ ему сильныя
возраженія и совершенно опровергъ всѣ
его завистливые полки. Но между нѣко-
торыми людьми, превозносящими все чу-
жое и нелюбопытными къ собственному,
быть сообщникъ Венузинца, утверждавшій,
что не должно ничего принимать въ на-
шей древней Исторіи такого, что не
почерпнуто изъ Греческихъ или Римскихъ
писателей, которые при весѣма маломъ

зать, что историкъ долженъ почесть неизмѣпны-
ми аксіомами два слѣдующія правила: 1.е быть со-
вершеннымъ скептикомъ и болѣе не довѣрять, не-
жели вѣрить; 2.е не полагаться ни на чье слово,
если оно не утверждено достовѣрностью источни-
ковъ, изъ коихъ почерпать пе редающій намъ испо-
рическое свѣдѣніе: имя писателя самое слабое дока-
зательство. Спрашивается: сѣ такими основаніями
Исторія Гаральда Храбраго выдержить ли нашою-
щую историческую Критику? — Изд.

829

знаніи нашихъ древностей, были только
пришлецы, и даже совершенно отдѣльные
отъ наслѣ; почему я и не знаю: какое без-
уміе побудило ученыхъ, оставая неоцѣнен-
ный источникъ сѣверныхъ древностей,
стихотворенія, прибѣгнуть къ мутному
потоку Греческихъ лжесплетателей или
шолько свое превозносящихъ Латинцовъ!
Увѣришь таковыхъ въ заблужденіи тѣмъ
труднѣе, чѣмъ упорнѣе они припѣплены
къ своей любимой мыслм. Лучшее мнѣніе
о сужденіяхъ помocomковъ имѣли сѣверные
герои, когда они въ древнѣйшія времена
съ великимъ усердіемъ спарались, чтобы
Скальды (такъ называются наши Поэты)
стихами передавали постомству ихъ дѣя-
нія; а потому, чѣмъ болѣе кто любилъ
похвалы и чѣмъ болѣе хотѣлъ жить въ
вѣчноспи, тѣмъ большее число избираль
отличнѣйшихъ Скальдовъ, всегда имѣлъ
ихъ при себѣ, какъ дома, такъ и въ на-
родныхъ собраніяхъ, въ мирное и въ воен-
ное время, для того единственно, чтобы
дѣянія его могли быть описаны и изобра-
жены вѣрнѣе, яснѣе и блистательнѣе. О
семъ уже и прежде меня замѣтилъ Вормій.
Всякой, кто шолько можетъ, долженъ ви-
дѣть, какого труда спойшь сохраненіе доб-
рой славы своего имени, и Сократъ, у. Пла-
шона, говоришъ, что Поэта никогда, ни тѣлѣ
евбижать не должно, ибо Поэты имѣютъ
всю власть и хвалить и порицать. Но какъ
доспоинсшва, правоша, награды, порядокъ.

224

древнихъ Скальдовъ и многое заслужива-
ющее вниманія изслѣдовано было учены-
ми мужами, коихъ сочиненія находятся у
всякаго въ рукахъ, то мы, по предположен-
ному нами намѣренію, приступимъ къ по-
хваламъ икъ. Все въ себѣ заключая; По-
эзія была прежде у насъ въ такомъ ува-
женіи, что почиталась украшеніемъ Цар-
скаго достоинства. Эгингардъ повѣствуешь
о Карлѣ Великомъ, что онъ самъ писаль
стихи на подобіе тѣхъ, какими воспѣвали
дѣянія и битвы древнихъ Царей; Норвеж-
скіе же Короли заставляли дѣтей своихъ
изучать стихи Скальдовъ, для того чтобы
они служили побужденіемъ къ подражанію
великимъ дѣяніямъ ихъ предковъ: о семъ
пишешь авторъ Предисловія къ Датскому
переводу Лѣтописи Снорро Сшурлезона,
хотя и не совсемъ хорошо выражашь
мысль свою. Достовѣрно то, что между
съверными Королями и Князьями были
многіе, знавшіе совершенно искусство оте-
чественнаго стихопворства, такъ что
могли воспѣвать великіе подвиги всей про-
текшей своей жизни. Тацитъ не приписы-
ваетъ сего тщеславію, но, кажется, изви-
няешь и оправдываетъ такое побужденіе
сими словами: „У предковѣ нашихъ была
наклонность творить достойныхъ памяти,
и почти всегда открыто, погелму всякой,
извѣстный по улу, для преданія потом-
ству доблести, былъ побуждаецъ къ тому
ки наерадами, ни тщеславіемъ, но только

225

вистою совѣстію. По большой гасти стара-
лись описывать собственную свою жизнь,
выражая больве правоту кравовъ пежели
тщеславіе, и тѣльѣ больѣ уважались добро-
дѣтели въ то время, тѣльѣ лед опѣ
обрѣтались. — Снорро свидѣтельствуетъ,
что Норвежскій Король Гаральдъ Гарлра-
адъ о путешествіи своемъ къ понту Эвк-
синскому и о славной экспедиціи своей въ
Африку сочинилъ шестнадцать пѣсенъ,
коихъ ошрывки выбраны изъ древнѣйшей
Исторіи Норвежскихъ Королей, въ Книг-
линга Сагѣ названной Æfe Noregs Konunga.
Оной Саги и я имѣю пергаментный экзем-
пляръ, и чтобы не покрылось оное пѣ-
снопѣніе мракомъ забвенія, здѣсь присо-
единяю (*).

»Въ семъ путешествіи Гаральдъ сочинилъ веселые стихи, числомъ шестнадцать, которые всѣ оканчиваются одинаково; здѣсь, однако выписываются только немногіе.

(*) Здѣсь въ подлиннике идетъ Исландскій текстъ съ точнымъ Латинскимъ переводомъ. Мы должны были выпустить Исландскій текстъ за неимѣніемъ въ Тицографіи буквъ. Не имѣя лучшаго изданія, мы соображали здѣсь Геймсъ - Крикглу, или Исторію Снорро-Стурлезона, изд. въ Стокгольмѣ 1697 г. І. Перинскіолдомъ. Тамъ помѣщенъ только одинъ первый куплетъ (см. Grimb Hringaq — Т. II, стр. 73), слѣдовательно не можемъ рѣшить: прибавленіе объ Ярославѣ принадлежить- ли Книшлинга Сагѣ, или Снорро-Стурлезону? Кажется, послѣднее въ рѣшѣ ибо оно находится въ текстѣ Геймсъ-Крикглы. Изъ.

226

»Со всѣхъ сторонъ обошелъ кораблѣ
»нашъ Сицилію; піогда мы были величе-
»ственны. Черный корабль быстро ле-
»талъ по желанію нашему, наполненный
»войскомъ. Помня уговоръ, надѣюсь я, что
»онъ всегда будетъ такъ быстро плавать.
»Но дѣва земли Голмгардской меня пре-
»зираешь.«

Симъ онъ означаетъ Елизавету, дочь
Короля Гардорикскаго Ярослава, кошорую,
какъ уже и прежде упомянуто, онъ про-
силъ себѣ въ супружество. И еще поешь:

»Сборное мѣсто было назначено шамъ,
»гдѣ Трондгеймцы имѣли самую большую
»часть войска. Сраженіе данное нами было
»весьма жестоко: молодъ я былъ и оста-
»вилъ на полѣ сраженія убитаго мною юна-
»го Короля — а дѣва земли Голмгардской
»меня презираешь.

»Мы вмѣстѣ, шестнадцать человѣкъ,
»расположенные на четырехъ скамьяхъ
»между веселъ, разгрузили корабль, когда
»буря начинала усиливаться. Море пото-
»пило отягченные корабли. Помню уговоръ
»и надѣюсь, что съ шѣхъ поръ всегда такъ
»буду дѣйствовать; но дѣва земли Голм-
»гардской меня презираешь!

»Я знаю восемь искусствъ: могу от-
»важно сражаться, умѣю бодро Єзлить на
»конѣ, нѣкогда привыкъ я и піавать, умѣю
»бѣгать въ деревянныхъ башмакахъ (in so-
»oleis ligneis), обладаю совершенно искусствомъ

227

»метать, копья и управлять весломъ; но
»дѣва земли Голмгардской меня презираешь!

»Не отвергала насъ ни вдова, ни моло-
»дая дѣва въ южныхъ странахъ, гдѣ мы
»сражались, когда мы поутру расположе-
»ны были у города (*). Мужественно дѣй-
»ствовали мы оружіемъ и тамъ остались
»слѣды нашихъ подвиговъ; но дѣва земли
»Голмгардской меня презираешь!

»Я родился тамъ, гдѣ Упландцы на-
»прягали луки; я разбиваю съ трескомъ о
»скалы, таящіяся въ моряхъ, ненавист-
»ные корабли поселенцовъ; море удален-
»ное отъ людей разсѣкалъ я повсюду ко-
»раблями; но дѣва земли Голмгардской ме-
»ня презираешь!«

Многіе изъ пѣхъ, кои жизнь свою про-
вели мужественно, передъ смертію, ког-
да уже другія способности ихъ ослабѣва-
ли, передавали сочиненные ими спихи,
содержащіе въ себѣ отличные подвиги ихъ
жизни. Изъ таковыхъ перваго назову Рег-
нера Лодброка, которой будучи заключенъ
Гелломъ Гиберномъ въ пюръму, на сѣде-
ніе змѣямъ, въ то время, когда уже была

(*) Гдѣ же пламенная любовь Гаральда къ Елизаветѣ
(не говоря уже о томъ, что и Снорро Стурлезонъ
пишешь о любви Гаральда къ Греческой Царевинѣ
Маріи)? — Этотъ куплетѣ совершенно иередѣлань
въ Исторіи Госуд Россійскаго (Т. ІІ Прим. 41);
зпрочемъ Исторіографъ переводилъ изъ Маллета,
а Маллетъ совершенно переобразилъ пѣснь Гаральда
на новый ладъ. (См. ч. ІІ, стр. 302.)

Ч. ІІ. No 7.

O

228

съвдена пегенка, когда въ самолъ сердцѣ,
добно ужасному палату, находилась змѣя,
поевствовалъ сильнымъ голосомъ все теге-
ніе своихъ подвиговъ: такъ говоришъ Сак-
сонъ Грамматикъ, а Олай Вормій присо-
единилъ весь списокъ пѣсни его въ концѣ
книги о Рунической Литтературѣ. Не ме-
нѣе о томъ же спарался, въ подобныхъ
мученіяхъ, Дашской герой Асбіорнъ Прудъ,
и когда Брузо мучилъ его безчеловѣчно,
вырѣзывая внутренности, онъ пропѣлъ
девять пѣсенъ, содержащихъ въ себѣ по-
вѣсть его жизни, которые, какъ достой-
ныя быть извѣстными, извлекая изъ
Ормсъ - Сторолфсонаръ Саги, здѣсь пред-
лагаю:

»Скажите Свангвитѣ, машери моей, въ
»Даніи, что она не будетъ нынѣшній годъ
»чесать волосъ своего сына: я обѣщалъ ей
»возвратиться домой, но теперь чувств-
»вую, что остріе меча пронзило ребра
»мои.

»Не такъ было, когда мы дома весело
»сидѣли за пивомъ, или какъ ощѣзжая изъ
»Гордаландіи, переплыли мы заливъ на ко-
»раблѣ. Нѣ когда мы пили сладкое вино и
»много бесѣдовали: теперь я одинъ, по-
»паль въ шѣсное жилище великановъ.

»Не такъ было, когда мы вмѣстѣ хо-
»дили величественно: тамъ стоялъ на но-
»су корабельномъ дѣятельный сынъ Спо-
»рольфа, когда вошелъ въ проливъ Оре-
»зундъ на длинныхъ корабляхъ; но я обма-

229

чнутъ и вижу теперь передъ собой жили-
ще великановъ.

Не такъ было, когда Ормъ пошелъ
на сраженіе, обрѣсть питіе жаждущимъ
водкимъ звѣрямъ: мужъ сей, сражаясь же-
дешоко, многихъ мужей предалъ дикимъ звѣ-
рямъ, и храбрый испустилъ духъ при
»устьѣ рѣки Ифы.

»Не такъ было, когда на Югъ, на осст-
ровахъ Елъфарскерскихъ, я рубилъ острымъ
и ударами разгоряченнымъ мечемъ; Ормусъ
кидалъ стрѣлы часто и удачно, а особливо
когда напали на него отважные разбойники.

»Не такъ было, когда мы всѣ вмѣстѣ
соединялись: Готъ, Гейро, Глумь, Смаръ,
Самь и Семингъ, сыны Одвара, Гокъ и
»Гако, Грокъ и Токо.

Не такъ было, когда мы часто пла-
вали по морю: Грано и Гогно, Гіальнь и
»Стефнеръ, Грано и Гуннаръ, Гримъ и
»Сверхеръ, Тумо и Торфо, Теитъ и Гейтеръ.

»Не такъ было, когда мы мало отго-
варивались идти на сраженіе. Я рѣдко
»отсѣвѣшывалъ, шелъ разсѣкатъ мужей
»крѣпкимъ остріемъ меча, когда Ормъ въ
»искусствѣ сражатъся всѣхъ ихъ превосхо-
димъ.

»Ормъ отвратилъ бы върно взоръ свой,
несли-бы видѣлъ сій мученія, и если-бы могъ,
»отмѣстилъ - бы великану жесцючайшимъ
образію за наше нынѣшнее состояніе.

Славнѣйшій боецъ Орвародъ, которыя
странствоваль даже и въ жаркихъ спра-

О 2

230

нахъ; уже при наступлениі смерти, до-
стопамятнѣйшіе свои подвиги, а особливо
Біармійскую экспедицію, воспѣль въ сми-
хахъ, которые и теперь еще существуютъ
въ его исторіи; но чтобы не наскучить,
мы ихъ оставляемъ. Иногда повѣствова-
ніемь двяній жизни старались возбудить
вниманіе слушателей, какъ говоритъ Сак-
сонъ Грамматикъ; что Гелла слушаль
смертную пѣснь Регнера Лодброка. Иногда
поручали другимъ писатѣ, какъ сдѣлалъ
Галломундъ, который, по свидѣшельству
Грешта Саги, будучи смертельно раненъ,
заспавилъ дочь свою до пѣхъ поръ слу-
шать, пока онъ пропѣль свои стихи, и
она написала ихъ на приготовленной преж-
де дощечкѣ. ...

(Съ Латинск. )

ШШ. КРИТИКА И БИБЛЮГРАФІЯ.

Иностранныя Литтература.

Histoire de Napoléon et de la grande Armée, pendant l'année 1812. Исторія Наполеона и Французскаго войска въ 1812 году. Сочиненіе Графа Филиппа Сегюра. Парижъ. 1825 г. 2 Тома. in 8. 422—473. стр. (*).

(*) Книга сія имѣла такой необыкновенный успех в Франції, что два первыя изданія (3000 экземпляровъ) уже раскуплены и на 3 е оказалось 3000 под-

231

Походъ Наполеона въ Россию, въ 1812 году, безъ сомнѣнія можно назвать однимъ изъ досто- памятнѣйшихъ военныхъ событий, извѣстныхъ въ Исторіи. Съ того времени прошло не болѣе двенад- цати лѣшъ, но походъ сей описанъ былъ уже многими Историками. Большая часть изъ нихъ зани- малась изключительно военными произшествіями: мы знаемъ почти всѣ подробности большихъ и малыхъ сраженій, шакже всѣхъ военныхъ движеній, изъ опи-

пищиковъ. Сочинишель, сынъ извѣстнаго Графа Сер-
юра, былъ въ походѣ 1812 года и занималъ важное
мѣсто, съ котораго, какъ говорятъ Французскіе
Журналисты, могъ онъ самъ видѣть многое и судить
о многомъ (un poste où il a pu voir et juger beau-
coup de choses par lui-même) Сочиненіе Г-на Серюра
раздѣлено на 12 частей (въ 2-хъ Том.), кошорыя. мож-
"но почитать ослѣльными картинами, хотя всѣ онѣ
"одинаково сливаются въ драматическихъ оттѣн-
кахъ и связаны въ порядкѣ превосходнаго разска-
"за. " Представляемъ читателямъ разборъ, взятый
изъ ученаго Нѣмецкаго Журнала. Французскіе Жур-
налиспы въ одинъ голосъ хвалять. Вотъ на при-
мѣрѣ что говорить Revue Encyclopedique : "Мно-
"гіе описывали уже походъ 1812 года: одни отдѣль-
"но нѣкоторыя сцены, другие всю ужасную
"драму. Предметъ необѣвлемъ во всякомъ отно-
"шеніи: для него недостанетъ силъ писателя обы-
"кновеннаго, и потому большею частію сочиненія
"были до-нынѣ неудачны. Неисправныя повѣство-
"ванія — плоды поспѣшной работы, или сочиненія,
"обезображенныя пристрастіемъ, не удовлетворяли
"ни друзей истины, ни людей умныхъ. Всѣ ожи-
"дали, что эпоха мира представить намъ Писане-
"ля, достойнаго заняться сооруженіемъ памятника
"эпохѣ, обильной славою и бѣдствіями. Графъ Сер-
"тюрѣ не подражая поспѣшности другихъ, десять
"лѣшъ собиралъ и соображалъ матеріалы и воспоми-
"нанія. Такая осмошишельная медленность даетъ

232

саній самовидцовъ, принимавшихъ участіе въ семъ
походѣ. Графъ Сегюръ также занимается изображе-
ніемъ военныхъ дѣйствій. Въ описанияхъ его, особен-
но въ тѣхъ, которыя не касаются непосредствен-
но до Французскаго войска, замѣтны нѣ коморыя
ошибки; но впрочемъ онъ имѣетъ неоспоримое пре-
имущество предъ своими предшественниками въ
томъ, что по мѣсту, которое занималъ онъ во
Французской арміи, ему больше было случаевъ знать
подробно все, произходившее въ главной квартирѣ
Наполеона. Наполеонъ, въ семъ достопамятнѣйшемъ

,,право на довѣренность къ Сочинему, оправды-
,,ваемую разсмотрѣніемъ его творенія. ..., Все, что
,,относится къ сей великой эпохѣ, имъ не упуще-
,но: всѣ дѣла, причины ихъ, послѣ дѣствія разкры-
,ваются, объясняются въ обширномъ твореніи,
,,оживленномъ ясностью повѣствованія, сильнаго и
,,блестящаго, въ коморомъ иногда всшрѣчается
,,излишняя роскошь, иногда странносѣть изображе-
,ній, но которое всегда напоминаетъ счаспаливую
,,говорливость Типа Ливія. Эта книга не похожа
,,ни на безцвѣшные разсказы, ни на сборъ реляцій,
,,часто представляемыхъ жадными спекулантами
,,публикѣ подъ неправильно-упошребленнымъ на-
,,званіемъ Исторіи. Сочиненіе Г-на Сегюра ошдѣ-
,лано окончательно. Характеры написанные смѣ-
,,лою, искусною рукою, описанія, поражающі вѣр-
,,носью и правдою, соображенія, открывающія умъ
,,глубокій, справедливый, безпристрастный, выра-
,женіе откровенное, жарѣ души, коморый не сби-
,,ваясь въ надушость, заставляешь насъ раздѣлять
,,ощущенія Писателя, дань удивленія храбрымъ по-
,,варищамъ, чувства отечеству, уваженія прошед-
,,шему владычеству — все оказываемъ въ сочиненіи
,,Г-на Сегюра талантъ, способный писать Исторію,
,,какъ писали ее великіе геніи древности.

— Journal
des débats называетъ Сегюра Французскимъ Ксе-
кофонтомъ. Изд.

233

періодѣ его жизни, Генералы, его и Главный Штабъ изображены такъ вѣрно, такъ разительно, какъ никто еще не описывалъ ихъ до Сегюра. Поговоримъ сперва о слогѣ Сочинителя. Если примемъ извѣстное Гораціево правило:

Est brevitate opus, ut currat sententia, nec se
Impediat verbis lassas onerantibus aures

основаніемъ для теоріи слога, то Критикѣ есть причины къ порицанію. Слогъ Г-на Сегюра цвѣтистъ и часто сбивается въ поэтическую прозу, въ maskъ случаяхъ, гдѣ совѣтъ не было мѣста Поэзіи. Краткость—признакъ силы, замѣнена многорѣчіемъ, и разговорный слогъ Сочинителя неесתственъ. Видно, что продолжительные разговоры, у него помѣщенные, большею частію писаны по слуху и на память, хотя разсѣянные вездѣ, придающъ его Исторіи видъ романа. Кажется, что въ этомъ случаѣ надобно сказать то же, что сказалъ Французскій толмачъ, переводившій на удачу Людовику XIV рѣчь Сіямскаго посланника, когда Тавернье замѣтилъ ему невѣрность перевода: „Если посланникъ и не такъ сказалъ, по крайней мѣрѣ онъ долженъ былъ такъ сказать.“

Не взирая, однакожъ на все это, Сегюрово со-
чиненіе чрезвычайно занимательно въ членіи. Хоро-
шо зная характеры своихъ героевъ, онъ изображаетъ
ихъ твердою кистію. Дѣйствія ихъ совершенно
согласны съ словами, коiorыя Соч. влагаетъ имъ
въ уста. Волшебною рукою переносить насъ Се-
гюръ въ лагерь Наполеона, въ главную кварти-
ру, въ самую ставку или бивуакъ его. Мы ви-
димъ передъ собою какъ будто ожившихъ: Бертье,

234

Мюрата, Дарю, Принца Евгенія, Неля, Д'Аву, Коленкура, Лористона, Бессьера и многихъ другихъ, давно уже шлѣющихъ въ могилѣ. Обозримъ вообще главнѣйшія черты картины, написанной Сегюромъ, такъ какъ онъ ихъ представляетъ, не опровергая нисколько его повѣствованія (*).

Всѣмъ приближеннымъ Наполеона, а можешь быть и большой часи войска, не нравился походъ въ Россию, и это отвращеніе штѣмъ сильнѣе возрастало, чѣмъ болѣе удалялись они отъ опечества. Бертье, покорный исполнитель воли своего повелителя, давно уже не занимался войною, хошѣль наслаждаться спокойствіемъ, будучи слишкомъ робокъ и безпеченѣ. Онъ только иногда плакаль и никогда не прошиворѣчилъ. Съ точностью исполняя приказанія Наполеона, не надпоминалъ онъ ему ни о чемъ, и не прибавлялъ ничего къ его повелѣніямъ. Вся армія почитала Бертье подвижною машиною. Самъ онъ не принималь участія ни въ какомъ дѣлѣ, и значилъ что нибудь только при Наполеонѣ.

Пламенное мужество одушевляло Мюрата. Онъ былъ первымъ изъ всѣхъ когда-либо существовавшихъ храбрыхъ гусаровъ. Въ кабинетѣ играль онъ роль вельможи; но при видѣ непріятеля предавался отчаянной храбрости. Ней походилъ на него, но въ сраженіи былъ превосходнымъ полководцемъ. Въ несчастномъ возврашномъ походѣ уподоблялся онъ мужественному Ахиллу. Д'Аву является строгимъ наблюдаемымъ порядка, ведущимъ войну совер-

(*) Мы также въ немночику мѣстахъ дѣлаемъ прибавленія въ примѣчаніяхъ, оставаясь Сегюру, или рецензейцу его полную свободу. Прилѣдъ. Переводчика.

235

ШЕНЬО МЕТОДИЧЕСКИ, ИСПОЛНИЮЩИМ ВОЛЮ НАПО-
ЛЕОНОВУ БИЗПРЕКОСЛОВНО, ОДИМЬ ИЗЪ ЛУЧШИХ ВОЕ-
НАЧАЛЬНИКОВЪ, И ВМѣСТЬ ЧЕЛОВѣКОМЪ ДИКИМЪ И МРАЧ-
НЫМЪ. Принцъ Евгеній был совершенная ему про-
ПИВОПОЛОЖНОСТЬ. ЧТО ПЕРВЫЙ ХОПЪЛЪ СДѣЛАНИY СТРО-
ГОЮ ДИСЦИПЛИНОЮ, ШО ПОСЛ:ДНІЙ СПАРАЛСЯ ПРИОБРѣСТЬ
ЛЮБОВЬЮ И КРОТОСТЬЮ. ОБА ДОСТИГАЛИ СВОЕЙ ЦЬЛИ,
НО Д'АВУ ЛУЧШЕ УМѣЛЬ УДЕРЖАТЬ ВОЙСКО ВЪ ПОРЯДКѣ,
ПОКА НАСШУПИЛО ВРЕМЯ, ВЪ КОТОРОЕ НИ СТРОГОСШЬЮ,
НИ КРОТОСТЬЮ НИЧЕГО НЕ ЛЫЗЯ БЫЛО СДѣЛАТЬЬ.

Но какъ изображаетъ Сегюръ главнаго героя? —
Желая изъяснишъ нѣкоторымъ образомъ противорѣчнія,
безпрерывно вслѣдчаемыя въ планахъ Наполеона и
ихъ исполненіи, онъ кратко обозрѣваешь жизнь его
за нѣсколько лѣшъ до похода, погубившаго его
славу.

За пятнадцать лѣшъ до 1812 года, Наполеонъ
писалъ изъ IIталіи: »Здоровье необходимо на войнѣ.«
При Аустерлицкомъ сраженіи говорилъ онъ: »Не
всегда можно повелѣвать войскомъ. Для войны
есть опредѣленное время жизни. Меня достанешь
еще на шесть лѣшъ: послѣ того я долженъ оста-
новиться.«

Пророческія слова; но Наполеонъ сказалъ ихъ
и забылъ! Въ 1812 году отважился онъ на величай-
шее изъ всѣхъ, какія только видимъ въ IIсторіи,
военныхъ предпріятій, но онъ не был уже способ-
бень къ исполненію его. Онъ давно уже чувствоваль
воспаленіе въ тѣлѣ, иногда причинявшее ему ужа-
сную боль и судороги. Еще въ 1806 году, въ Вар-
шавѣ, предсказывалъ онъ, что умрешь отъ той-же
болѣзни, отъ которой умеръ ощецъ его. Онъ не
могъ уже переносить военныхъ безпокойствъ, Иногъ.

236

да тѣлесныя страданія ослабляли и душевныя его способности. Въ немъ замѣчали явные признаки по-мѣшательства ума. Сей необыкновенный человекъ, одаренный буйнымъ характеромъ, странный смѣль-чакъ, которому въ мірѣ казалось тѣсно, хотѣль наслаждаться покоемъ, и не могъ отказаться омъ мечты: обладать вселенною. Двѣ равно мучишель-ныя заботы непрестанно снѣдали его. Онъ говорилъ друзьямъ своимъ: »видите, тѣо я нерожденъ на тронѣ и я долженѣ держаться на немъ тѣмѣ, тѣо возвело меня на тронъ—славою: она должна без-престанно увеличиваться — такъ надобно.« Эшо чувсіпво свойственно было человѣку, возникшему изъ ничпожесшва. Другая забота его объясняется слѣ-дующими словами: Русскій Императоръ разру-шаетъ велигіе зданія, мною воздвигнутаго. Юный, полный жизни, онъ будетъ умножать свои силы, по мѣрѣ того, какъ мои будутъ ослабѣвать. . . « Съ робкою заботливоспію спарался онъ увѣрить себя и другихъ, чѣшо сила и величіе Россіи дѣлали войну необходимостью. Онъ говорилъ Минисшрамъ своимъ, чѣшо »война, имъ предпринимаемая, есть дѣло глубокой политики, тѣо онъ идеть въ Рос-сію сразить Англію и тѣо походъ будетъ не про-должителенъ.« И по всему видно, чѣшо Наполеонъ самъ вѣрилъ послѣднему. Онъ думалъ, чѣшо Рускіе, устрашенные однимъ видомъ ужасной, пригoshовлен-ной противъ нихъ армады, покорятся его волѣ. Наполеонъ до 1812 г. зналъ одинъ шолько способъ войны: съ самаго начала посредствомъ огромной силы выиграть генеральное сраженіе, помошъ овла-дѣть столицею, и побѣжденнаго непріятеля заспа-вить просить мира. Не взирая на всѣ прошиворѣ-

237

чія, предполагалъ онъ, что такая метода удастся ему и въ Россіи, даже въ самомъ неудачномъ пред-
пріятіи, какое только могъ онъ предположить. На ихъ предположеніяхъ основанъ былъ весь планъ по-
хода!

9 го Мая, 1812 г. Наполеонъ оставилъ Парижъ,
въ коіпорой долженъ былъ возврашиться уже побѣж-
деннымъ. Въ Дрезденѣ 'насладился онъ послѣднимъ
своимъ торжествомъ. Со всѣхъ сторовъ спекались
туда Короли и Князья подтверждать свою предан-
носль. . . .

Съ великимъ неудовольствіемъ видѣль Наполеонъ
почтеніе, которое невольно всѣ изъявляли добродѣ-
шельному Королю Пруссіи. Смотря на карту, онъ
сказалъ его окружающимъ: »Какъ могъ я оставить
ему столько земли (*)!« Многія причины возбуж-
дали опасенія Наполеона на счетъ Пруссіи. Тамъ съ
1808 года составилось общество, подъ именемъ
Союза Добродѣтели, распространившееся въ боль-
шой части Германіи, коего главная, хотя и сокрытая,
цѣль была обращена противъ Французовъ. Сочинитель
утверждаетъ, что Прусскій Министръ Фонь Ште-
инъ былъ начальникомъ Союза Добродѣтели, а Гер-
цога Брауншвейгъ- Эльскаго почитаешь онъ — по
мнѣнію нашему весьма несправедливо — главнымъ
дѣйствующимъ лицомъ. Наполеонъ зналъ о сихъ
движеніяхъ патріотизма и это послужило ему новою
причиною ненависти его къ Королю и Прусакамъ.
Осправляясь въ походъ противъ Россіи, оставилъ
онъ дѣла Испанскія въ такомъ сосшояніи, которое

(*) Деракое забленіе воли Божіей, управляющей судьбой на-
родовъ и Царей! Прим. Переводціка.

238

весьма его безпокоило, ибо Велингтонъ был уже побѣдителемъ. Хотя Нѣмецкіе Князья въ Дрезденѣ и показывали свою покорность, но онъ видѣлъ, что его ненавидятъ. Императрица Австрійская не скрыла своего чувства. Сегоръ обвиняетъ тогдашній Французскій Дворъ въ томъ, что онъ, противъ воли Наполеона, поступалъ слишкомъ гордо и презрительно съ Нѣмцами. Несогласія Наслѣднаго Принца Шведскаго съ Наполеономъ были причиною, что сношенія съ Швеціею приняли непріятный для него оборотъ, который заставлялъ опасаться непремѣннаго разрыва. Турція, оставленная имъ безъ вниманія, приготовлялась къ заключенію мира съ Россией. Такимъ образомъ не надѣясь на союзниковъ своихъ, онъ спарался раздѣлить ихъ войска и отдалъ оныя подъ начальство Французскихъ Генераловъ. Часто съ робостію спрашивалъ онъ: должно ли надѣяться на Князя Шварценберга? Расположеніе отѣльныхъ корпусовъ Австрійскихъ и Прусскихъ на обоихъ крылахъ большой арміи казалось ему также опаснымъ. Такимъ образомъ походъ въ Россию былъ для него необходимостью, долженствовавшего поддержать и политическое его бытіе и изгладить всѣ неустройства.

Тщетно было ожиданіе Наполеона, видѣть въ Дрезденѣ Русскихъ Пословъ, испрашивающихъ пощады. Рѣшлось объявленіе войны. Начались окончательныя распоряженія. Страшныя силы Наполеона двинулись, но прежде нежели достигъ онѣ границъ Россіи, въ войскѣ произошли безпорядки и сдѣлался недостатокъ жизненныхъ припасовъ. Съ удивительнымъ искусствомъ пріобрѣталь Наполеонъ въ семъ продолжительномъ пути жалованье для офицеровъ и солдатъ своихъ. Первый выстрѣлъ, означавшій на-

239

Чало войны, казалось, палъ на его сердце. Должно-ли вѣрить предзнаменованіямъ? Ужасная гроза застыгла армію при переправѣ черезъ Немѣнъ. Здѣсь начались военные дѣйствія, какихъ Наполеонъ никогда не ожидалъ. Онъ стремился къ битвѣ — Русскіе удаляются отъ него. Армія его, ослабленная недостатками и форсированными маршами, не сражавшись вступаетъ въ Вильну. Съ яростію упрекалъ онъ шушъ Генерала Монбрана, предводительствовавшаго авангардомъ, для чего не напали на Рускихъ, хотя для достиженія сего Монбрану надобно было имѣть крылья. Наполеонъ въ Вильнѣ былъ дѣятельнѣе не-жели когда-либо; но онъ не сказалъ Полякамъ ничего рѣшительнаго — первал ошибка изъ многихъ имъ едѣланныхъ! Вторая состояла въ томъ, что онъ не согласился тогда на честный миръ, предложенный ему чрезъ Генерала Балашева. Это было уже по-слѣднее предложеніе ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА. Переговоры кончились.

Долго (20 дней) пробылъ Бонапарше въ Вильнѣ. Ему не удалось отрѣзать арміи Багратіона отъ арміи Барклая де Толли. Вестфальскій Король обвиненъ былъ въ медленности. Но на такомъ большомъ разстояніи едва-ли можно надѣяться на successѣ обдуманныхъ операцій. Армія достигла до Вилебска, но сраженія все еще не было. Здѣсь лучь разума, казалось, блеснулъ въ душѣ Бонапарте; онъ указаль: Здѣсь остановлюсь here; здѣсь надобно осмотрѣться, собраться, отдохнуть нашему войску. Подумаемъ о Польшѣ. Походъ 1812 года кончень: походъ 1813 года рѣшить дѣло. Но армія была уже разстроена и отъ недостатка въ провіан-зѣ слаба и умила. Въ шщетномъ ожиданіи новаго

240

посольства Русских, Наполеонъ скучадъ въ Витебъ
скѣ. Мюратъ уговаривалъ его идти къ Москвѣ. Лег-
ко было побудить къ тому Наполеона, изпотворо-
ваннаго счастіемъ. Русскія прокламаціи чрезвычай-
но огорчали его; онъ дышалъ мщеніемъ.

Сегюръ приписываетъ планъ оступительнаго
дѣйствія Русских, Генералу Барклаю де Толли.
Впрочемъ извѣстно, что Прусскій Генераль Фуль,
жившій въ то время въ Англіи, думалъ о подобномъ
предиріяпіи; Барклаю де Толли принадлежитъ честь
опличнаго исполненія плана (*). Соединившись съ
Генераломъ Баграміопомъ при Смоленскѣ, онъ далъ
нерѣшительное сраженіе, въ которомъ хошѣль шоль-
ко защищаться, а не нападашь. Наполеонъ думалъ,
что имѣшь дѣло съ Русскимъ арріэргардомъ; но
битва сдѣлалась кровавымъ сраженіемъ, которое не
могло доставить Французамъ побѣды, потому что
Французскіе Маршалы дѣйствовали безъ порядка и не-
зависимо одинъ отъ другаго. Въ послѣдствіи неза-
висимость сія дорого стошла Наполеону, когда онъ
не могъ самъ управлять всѣми дѣлами. »Гдѣ Импе-
раторъ!« спрашивали одинъ другаго въ арміи. Онъ
былъ тогда въ Смоленскѣ и занимался бумагами Въ
это время прибыль новый Российскій Полководецъ
Кушузовъ, и съ нимъ Генераль - Квартирмейстеръ
Беннингсень (**).

(*) См. о семъ безпристрастное мнѣніе нашего военного Историка Д. П. Бутурлина — Исторія наш. Императора Наполеона на Россию Т. П, стр. 349 и слѣд. Пр. Изд.

(**) Явная ошибка. Сначала былъ Генераль - Квартирмейстеромъ въ ІІ арміи Генераль - Маіоръ Мухинъ и вскорѣ смѣнень Полковникомъ Толемъ; во 2й арміи Генераль - Маіоръ Висшицкій ІІ; подъ Бородинымъ Полковникъ Толь. См. Ист. наш. Им. Напол. Т. ІІ, приложенія. Пр. Изд.

242

Желаніе Наполеона сразиться, скоро именовалось. Битва Можайская извѣстна всѣмъ, но мы не много знаемъ о томъ, что лично касается до Наполеона. Ночь передъ симъ сраженіемъ провель онъ въ сильномъ безпокойствѣ; явно было, что онъ оamasявался въ счастливомъ окончаніи дѣла, и въ то же время страшился, чтобы Кушузовъ не отступилъ, и когда, наконецъ, появившийся день показалъ ему дѣйствиительность давно - желаннаго сраженія, имъ овладѣло такое помѣшашельство, что рое едва изъяснишь можно. Онъ безпрестанно давалъ ordres и contre - ordres, и вдругъ обдуманный планъ косвеннаго нападенія перемѣнилъ въ параллельное. Не отъ того-ли это произошло, что солнце, на которое онъ указалъ войску своему, припоминая Аустерлицкую битву, взошло на сторонѣ Россіянъ и ослѣпило Французовъ? Между тѣмъ какъ Генералы храбро сражались, Наполеонъ сидѣлъ, или медленно ходилъ взадъ и впередъ передъ редутомъ, отнящымъ за день до того у Русскихъ, и откуда ему очень мало, или совсемъ не видно было сраженіе. Часто смотрѣлъ онъ на портретъ своего сына, полученный имъ за день передъ тѣмъ изъ Парижа, съ курьеромъ. Только при извѣстіи о портѣ извѣстныхъ Генераловъ или офицеровъ оказывалъ онъ знаки огорченія, вспавалъ, дѣлалъ нѣсколько шаговъ, но скоро опять молча садился. Сегюръ говоришь: »До того времени, среди всѣхъ волненій, явъ немъ видали спокойную дѣятельность, но здѣсь »находился онъ въ бездѣйствіи безчувственномъ» эслабосши неслыханной!« — Гвардія его, состоявшая изъ 20,000 человѣкъ, была близь него. Тщетно, въ минуты величайшей опасности, посылали

242

къ нему Мюратъ; д'Ану, Ней; нѣсколько разъ съ
просьбою, чпобы онъ прислалъ гвардію свою на по-
мощь. Белльяръ былъ неотсшупнѣе другихъ по-
сланниковъ, но получилъ въ отвѣтъ: »Еще дѣло не
разстроено — успѣмъ пожертвовать резервами,
когда увидимъ яснѣе свой проигрышь.« — Белльяръ
возвратясь къ Генераламъ, сказалъ имъ, что не могъ
убѣдить Императора, сидящаго на одномъ мѣстѣ
въ горестномъ положеніи, и Ней вскричаль громко:
»Чтò дѣлаетъ Императоръ позади арміи! Онъ
уже думаетъ о потерпѣхъ, а не объ успѣхѣ: за
тѣмь-же было тѣдить сюда? Пусть будетъ онъ
Императоромъ съ Парижем, созвратится въ Тюль-
ври, и оставитъ насъ вмѣсто себѣ!« — Генералы,
которые передъ сраженіемъ видѣли Наполеона въ
чрезвычайно слабомъ и болѣзненномъ состояніи,
едва держащагося на лошади, удобно поняли не-
слыханное прежде явленіе. Сраженіе кончено было
безъ Наполеона и безъ участія гвардіи. Когда Да-
рю, въ послѣдній разъ, упрашивалъ его объ эшомъ,
Наполеонъ ошѣчаль слабымъ голосомъ: — »Но если
завтра надобно будетъ дать еще битву — кто
будеть сражаться? — По окончаніи сраженія съ
великимъ трудомъ сѣль онъ на лошадь, прика аль
Генераламъ своимъ быть осторожным, велѣлъ вы-
ступить гвардіи, сколько для этого, чпобы занять
поле сраженія, и съ неописаннымъ уныніемъ возвра-
тился въ свою палашку. Горячка (ein hitziges Fieber)
побѣдила побѣдишеля Европы и удержала его три
дня въ Можайскѣ, послѣ сраженія.

Наконецъ Наполеонъ вспустилъ въ Москву. „Я
въ Москвѣ! я въ Кремлѣ!“ повторилъ онъ нѣ-
сколько разъ и съ дѣшскимъ любопышствомъ осма-

243

тривалъ каждый уголокъ Кремля. Сегюръ, какъ вели-
кій живописецъ, представлелъ намъ картину по-
жара Московскаго. Мы видимъ Бопапарте, пробуж-
деннаго шумомъ, дающаго приказъ за приказомъ га-
сить пожаръ; но ужасная стихія была сильнѣе его!
Наполеонъ долго не хотѣлъ освіавить Царскаго
дворца, окруженаго со всѣхъ сторонь пламенемъ, и
уже съ опасносію жизни проѣхаль черезъ городъ,
безпрестанно повторяя: „Какое ужасное зрѣлище!
И самъ жгутъ! Такой городъ. . . Какая рѣши-
тельность! Сегюръ повѣствуетъ, что пожарь
произведенъ былъ Генераль-Губернаторомъ Растоп-
чинымъ (*). Наполеонъ все еще предполагалъ навѣр-
ное, что его мирныя предложения будуть приняты:
въ эшомъ состояла единственная и послѣдняя на-
дежда его; отступленіе все еще не входило въ со-
ставъ его военныхъ плановъ. Онъ надѣялся на мир-
ные виды, коіпорые Генераль Бенингсень оказывалъ
въ разговорѣ съ Мюрапюмъ. . .

Первый сиѣгъ, казалось, пробудилъ Наполеона
отъ его безпамятствіа. Онъ отослаль больныхъ и
хоіпѣлъ расположіться зимними квартирами въ Смо-
ленскѣ. Дарю предлагалъ ему укрѣпиться въ Москвѣ
окопами и ожидашь наступленія будущаго года;
планъ сей былъ, можешь быть, единственный, кото-
рый можно было еще исполнить; но Наполеонъ по-
читалъ себя слишкомъ удаленнымъ отъ Парижа.
Предчувствые говорило ему однакожъ, что первый
шагъ назадъ будетъ первымъ шагомъ къ пошерѣ
славы и трона. Онъ спарался скрыть отъ самого
себя и отъ всѣхъ его окружающихъ печальное сное

(*) См. о семъ Псш. наш. Имп. Наполеона, Т. 1, сшр. 314.

Ч. II. No 7.

II

244

положеніе. Три дня провелъ онъ сочиняя новый
регламентъ Парижскаго театра, сидѣль за столомъ
гораздо долѣе нежели прежде, читаль романы и
казался спокойнымъ, многоѣздилъ верхомъ, и про-
гуливался, кажется, съ безпечностію, но шцетно:

Le chagrin monte en croupe,

Et galoppe avec lui. —

Извѣстіе о разбитіи Мюрата возвратило ему
прежнія силы: въ короткое время армія на всѣхъ
пунктахъ приведена въ движеніе. „Пойдемъ на Ка-
лугу, и горе тому, кто съ нами встрѣтится!“
говорилъ Наполеонъ оставляя Москву. Но вскоро велѣлъ
онъ ос stavить дорогу, ведущую на Калугу. Ему надоб-
но было только обмануть Кутузова, и сіе удалось-
бы ему совершенно, если-бы случившійся сильный
дождь не испоршилъ поперечной дороги, по кошо-
рой онъ долженъ былъ идти: отъ этого Рускимъ
можно было предупредить его при Маломъ Ярослав-
цѣ. За полмили отъ сего мѣстечка, въ бѣдной хи-
жинѣ, провелъ Бонапарте ужаснѣйшую ночь. . . .
Теперь цѣлью его было доспіженіе Смоленска. Но
по какой дорогѣ? Черезъ Калугу, Мядынь, или Мо-
жайскъ? Въ военномъ совѣтѣ Генералы его были
несогласны въ мнѣніяхъ. Наполеонъ избралъ дорогу,
болѣе другихъ удалявшую его ошъ непріятеля. Вошъ
до чего уже онъ дошелъ! Довольно странно, что
между тѣмъ какъ онъ шелъ къ Сѣверу, Кутузовъ
обратился къ Югу; Французская армія имѣла ошъ
ного нѣсколько дней ождыха.

Мы умолчимъ о подробностяхъ ужаснаго от-
ступленія, а ограничимся только нѣкоторыми чер-
тами характера главныхъ героевъ сей трагедіи.
Ничто не поколебало столь сильно Наполеона, какъ

245

извѣстіе о заговорѣ въ Парижѣ, 6 го Ноября. Вторятно, что съ сего дня рѣшился онъ оставить армію, какъ скоро найдешь къ meому безопасный слухай. Замѣчашельно изображеніе Наполеона, по выходѣ его изъ Смоленска. Вотъ что говоритъ Сегюръ: — »Донесенія получаемыя всякой день Наполеономъ походили на реэстры умирающихъ и умершихъ. Въ сихъ бѣдствіяхъ онъ являлъ странную »швердость. Его лице не измѣнялось, привычки, »формы приказаній оставались безъ перемѣны: чистая ихъ казалось, что Наполеонъ повелѣваетъ »прежнимъ войскомъ. Но что всего удивительнѣе: »онъ допускалъ изшреблѣшь армію, не желая чакастію пожертвовапь спасенію цѣлаго. Если въ сихъ изображеніяхъ и не узнаемъ мы прежняго Генерала Бонапарте, по крайней мѣрѣ видимъ нечаянное возвращеніе прежняго мужества, когда Кутузовъ со всею арміею явился передъ Краснымъ, гдѣ Наполеонъ находился съ 11,000 человекъ. Онъ могъ избѣжать сраженія и соединиться съ Викторомъ и Удино; но тогда погибли-бы оставшіеся назад корпусы Нея и Д'Аву. »Довольно бездѣйствоваль я, сказалъ Наполеонъ — буду прежнимъ Генераломъ !« И съ сими словами обнажилъ свою шпагу, сталъ передъ 6000 человекъ своей гвардіи и велѣлъ нападать на Русскихъ.

— На канунѣ переправы черезъ Березину, Раппъ, Моршье и Ней полагали, что предпріятіе сіе не удастся; сіи Генералы, и въ особенности Мюратъ, старались убѣдить Наполеона спастись тайнымъ бѣгствомъ. Нѣсколько проводниковъ, хорошо знавшихъ мѣстоположеніе, вызывались безопасно перевезти его черезъ рѣку, и въ пять дней до-

II 2

246

ставить въ Вильну; но Наполеонъ отвергъ сіе пред-
ложеніе, какъ недостойное его. Онъ самъ предводи-
тельствовалъ въ опасной переправѣ. И шушъ замѣ-
тили, что онъ давалъ приказанія Маршаламъ сво-
имъ точно также, какъ будто у нихъ были всѣ
корпусы цѣлы. Одинъ изъ нихъ далъ ему замѣпить,
что у него мѣпъ войска, и не чѣмъ занять назна-
ченной позиціи. »За гтмь разрушаете вы мое спо-
койствіе? « съ живостію прерваль его Наполеонъ.

Зго Декабря, при Молодечнѣ, послѣднемъ мѣ-
стѣ, гдѣ-бы Рускіе могли его отрѣзать, Наполе-
онъ неожиданно объявилъ окружающимъ его намѣ-
реніе свое тайно оставить армію. Здѣсь собралъ
онъ всѣхъ своихъ Генераловъ, съ каждымъ изъ нихъ
говорилъ очень ласково. Бертѣе со слезами и на
колѣняхъ просилъ, чтобы онъ взялъ его съ собою,
но шщетно. Наполеонъ сказалъ, что необходи-
мость собрать новую помощь была побудительною
причиною его отъѣзда. Безразсудную отважность
свою, причину всего несчастія, извинялъ онъ сими
немногими словами: "Если-бы я родился Импера-
торомъ, я привыкъ-бы не ошибаться. — Внезап-
ный отъѣздъ Наполеона, подобно громовому удару,
оглушилъ несчастную армію и разрушилъ весь по-
рядокъ. Пмя его придавало до сего времени нѣко-
торую связь цѣлому; но теперь сдѣлалось совер-
шенное разстройство. Мюрашь, которому Бона-
парше поручилъ главное начальство, скоро оказался
недостойнымъ сего отличія. Завидулъ власти своей
жены, исogrаниченно управлявшей въ то время Не-
аполемъ, вдругъ оставилъ онъ армію. . . .

Какое множество размышленій производитъ сей
несчастный походъ, приводившій въ ужасъ весь

247

свѣтъ, и который будущъ занимать еще и позднѣйшихъ помкомковъ! Изъ многихъ приведемъ здѣсь только одно. Датскій Король Канутъ, наскучивши безпрерывными ласкашельствами, въ которыхъ называли его всемогущимъ, величъ поставить себѣ тронъ близъ Сутгамптона, на самомъ берегу моря во время ошлива. Сидя на немъ величъ онъ придворнымъ занять обыкновенные мѣстца свои. Сдѣлался приливъ, и волны безпрестанно приближались. Канутъ приказалъ волнамъ возвратиться назадъ, но не взирая на его повелѣнія волны приближались къ нему и его окружающимъ. Когда Канутъ будучи уже глубоко погружень въ водѣ, позволилъ устраненнымъ своимъ придворнымъ слѣдовашь за собою, то далъ имъ сіе спасительное наставление: «Природа сильнѣе геловѣка! Есть границы поставленныя самою природою, которыхъ человѣкъ не можетъ переступить безъ наказанія. Если сіе мнѣніе зашумѣть примѣнить къ военнымъ событиямъ, ю военная исторія каждаго великаго народа доставитъ намъ къ тому удобность. »Такъ, « говоритъ въ окопчаніи Сегюръ, »безмѣрныя восныя »предпріятія разрушаются подъ собственностью своею »мяжестью. Границы назначенные человѣку были переступлены: геній Наполеона хошѣлъ возвыситься надъ временемъ, климатомъ и разшолніемъ — и потерялся въ пространствѣ, и какъ ни великъ былъ, его недостало: природа побѣдила. . . . «

Съверъ побороль Западъ и Югъ въ оборонительной войнѣ, шакже какъ въ среднихъ вѣкахъ въ наступательной. . . .

Два великие война новыхъ временъ, Карлъ XII и Наполеонъ, прешерпѣли въ Россию кораблекруше-

248

ніе. Если-бы можно было достигнуть цѣли, то конечно они одни съ солдатами своими - были-бы къ тому способны. Искуснѣйшій воинъ, о комо-ромъ говорили, что при составленіи имъ плановъ войны предсѣдательствовала нянька съ розгою въ рукахъ — ( мы говоримъ о Фридрихѣ Второмъ) — полагаль, что наступательныя предпріятія на Россию могутъ имѣть успѣхъ, только съ моря, по водамъ Балтійскимъ; но Петербургъ составляешь малую часть огромнаго колосса, и здѣсь побѣдитель сроль - же мало успѣетъ заставившіь побѣжденныхъ просить мира, какъ Наполеонъ въ Москвѣ. — Не будемъ обманываться: на поляхъ Россіи не должно производить войны. . . . . . .

(Съ Нѣмецк.)

12. Обязанности домашняго общества по разуму исполнителей Слова Божія древнихъ Христіянъ. Спб. 1825. in 8. 220 и 16 стр.

Почтеннѣйшій Сочинитель сей душеполезной книги, Придворнаго Собора Протоиерей, Григорій Мансветовъ, собиралъ мысли изъ разныхъ благочестивыхъ Писанией, Святыхъ Отцовъ и Св. Писанія и по совѣту почтенной Особы рѣшился, сдѣлавъ причное раздѣленіе, издать ихъ. Можно сказать, что каждый отецъ семѣйства обязанъ благодарностію Сочинителю. Правила имъ излагаемыя внушены чистѣйшемъ Христіанскому нравственно-стюю, подкрѣплены примѣрами, изложеніе ясно какъ исшина, и

249

понятно будетъ каждому и юному домочадцу. Кни-
га раздѣлена на 16 главъ. Рыписываемъ для примѣра
нѣсколько словъ изъ главы 10: **Обязанности зо-
сподъ.**

„Вы, которымъ Господь далъ право, пользо-
ваться служеніемъ подобныхъ вамъ людей! послу-
шайте, что сей небесный Благошворитель говорить
вамъ: Господа, доставляйте рабамъ должное и
справедливое; умѣряйте строгость, зная, гтю и
надъ вами, какъ и надъ ними, есть на небесахъ
Господь, у котораго нѣтъ лицепріятія. Сколько
наставленій заключается въ семъ изрѣченіи Духа
Святаго!

- „Вы ихъ господа, но сами имѣете Гбспода на небесахъ; сей Господь имѣть равную власть надъ ихъ и вашей жизнію и смертію; сей Господь награ- ждаетъ и наказываетъ, не взирая на лица, госпо- динъ-ли кто или рабъ; сей Господь всесиленъ, рабу даровать свободу и свободнаго обремениль рабствомъ.

»Они ваши рабы: но по разуму Евангелія Хри-
стіянинъ не можете быть рабомъ; ибо Хрисшось
искупилъ его отъ рабства міра несравненно дороже,
нежели за сколько выкупають знаменитѣйшихъ плѣн-
никовъ — искупилъ пречистою своею кровію; они
ваши рабы, но они также люди по образу Божію;
они ваши рабы, но призываютъ на помощь одного
съ вами Отца: Отце нашъ, иже еси на небесехъ!
Они ваши рабы, но наслѣдники того же Царствія;
они ваши рабы, но кто знаетъ? можетъ быть, го-
сподинъ будетъ нѣкогда просить своего раба, чтобы
омочиль перестъ свой въ студеной водѣ и прохла-
дилъ горящую гортань его; они ваши рабы: нѣтъ!

250

они вали брамья; вамъ не льзя въ этомъ не при-
знайся. Высокая ваша доля есть только отличіе
свѣта: а мы раждаемся и живемъ не для свѣта."

13. Некрологінُ Оедора Петровіта Уварова, ко-
мандовавшаго Гвардейскимъ корпусомъ, Генерала
опъ Кавалеріи, ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕ-
СТВА Генераль-Адьютанта, Члена Государствен-
наго Совѣта, Шефа Кавалергардскаго полка,
всѣхъ Россійскихъ и многихъ иностранныхъ Орде-
новъ Кавалера, скончавшагося въ 20 день Ноябри
мѣсяца, 1824 года, на 56 году отъ рожденія.
извлеченная изъ разговоровъ покойнаго, изъ словъ
его сослуживцовъ, родственниковъ, современни-
ковъ и изъ формулярнаго о службѣ его списка,
Двора ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА
Каммергеромъ А. А. Бехштевымъ, служившимъ бо-
лѣ семи лѣтъ при немъ Адьюпантомъ. Спб. 1825.
in 8. 24 стр., съ портрешомъ.

Признательность къ цамяти знаменишныхъ сы-
новъ Отечества священна для каждого умѣющего
цѣнить подвиги и славу ихъ. Въ ожиданіи подроб-
наго жизнеописанія (стр. 10), почтенный Авторъ
собраль краткія извѣстія и языкомъ сердца изъ-
явилъ благодарность и уваженіе свое къ преждебыв-
шему начальнику своему и благодѣтелю.

14. Рѣгъ и стихи, произнесенные въ торжес-
ственномъ собраніи Университетскаго Благо-
роднаго Паціона, по слугаю выпуска воспи-
танниковъ, окончавшихъ курсъ ученія, 1825 г.,
Марта 21 дня. Москва. 1825. ів 4. 32 стр.

Предметъ рѣчи (соч. Г. Войцеховича) состо-
имъ въ разсуждения о томъ, что с щественныя
силы Нязищныхъ искуствъ заключаются въ гисторій

251

и высокой красственности. Стихи суть: Гимнъ
право пѣ (Г. Ящерова М.) — Полтава (Г. Писа-
рева Н.) — Корабль (Г. Ящерова М.). Въ окончаніи
приложень отчетъ о соспояніи У.н. Бл. Пансіона
за 1824 годъ.

15. Разсуждение о жизни растѣній. Соч. В. Голо-
вина. М. 1825. in 8. 64.

Юный сочинитель сего разсуждения, Г. Голо-
винт, воспитанникъ Благ. Пансіона, писаль его по за-
дачѣ изъ Пансіонскаго класса Естественной Исторіц
и Физики, по по одобренію Начальниковъ оно напеча-
тано особо. Послѣ крашкаго вступленія, въ 6 гла-
вахъ расположены елѣдующіе предметы: рожденіе
растѣній, питаніе, плодотвореніе, чувства, бдѣніе
и сонъ, болѣзни и смерть растѣній.

16. Разсуждение о водяныхъ сообщеніяхъ въ Рос-
сіи, сочиненное Императорскаго Московскаго Упи-
верситета Кандид. Д. Дубенскимъ для получения
степени Магистра. М. 1825. in 8. 116 стр.

Вошь положеніл, на кошорыхъ основано сіе
разсуждение: 1. Историгеское обозрѣніе судоход-
ныхъ каналовъ по многимъ оптошеніямъ любопыт-
но и полезно. 2. Нагало искусственному водянному
сообщенію въ Россіи положить безсмертный Петръ
Великій. 3. Вышневолоцкая, Марійская и Тих-
винская коммуникація составляютъ нѣкоторымъ
образомъ одну полную систему сообщенія Балтій-
скаго и Каспійскаго морей, и особенно важны для
внутреннихъ и низовыхъ Губерній, Санктпетер-
бурга и Астратани. 4. Каналы Березинской и со
временемъ Огинской весьма полезны для Запад-
ныхъ нашихъ Губерній, Риги и Одесы, двухъ

252

знатныших торговых пунктов Чернаго и Балтійскаго морей. 5. Соединеніем отраслей рѣк: Шексны, Вятки, Камы и Стверной Двины, по-мощію Сѣверо-Екатерининскаго и других ка-налов можно навсегда поддержать цѣтущую торговлю Архангелогородскую. 6. Основаніе Санкт-петербурга на Сѣверѣ и направленіе къ нему внутренней рѣтной коммуникаціи есть великое Государственное дѣло, примѣрное въ Исторіи. 7. Санктпетербургская внѣшняя торговля начала примѣтно возрастать со времени открытія хода по Ладожскому каналу. 8. Она несравненно пре-восходить древнюю Бѣломорскую торговлю при Архангельскѣ и цвѣтущим состояніем одолжена искусственнымъ путямъ водянаго сообщенія въ Россіи.

17. Новыя басни Михайлы Майкова. Москва 1825 г. in 8. 20 стр.

Мы не смѣем судить басень Г. Майкова, ибо послѣ заглавія онъ напечаталъ приношеніе, въ ко-торомъ рѣшительно говорить:

... Принося шебѣ мой слабый шрудъ,
Сужденія другихъ ни мало не страшуся,
Приобрѣстіи твою лишь благосклонность льюся —

И заграждаемъ уста критики! Но хотя и не беремы разбираю, а сказашь должно, что всѣхъ басень восемь и всѣ оригинальныя. Замѣчательнѣе прочихъ 5-я: Свертокъ. Дѣло въ томъ, что у ка-кого-то боярина поселился въ прихожей сверчокъ, и когда въ день рожденія хозяина наѣхали къ нему гости, сверчокъ

... За долгъ поставилъ свой
Боярина того поздравишь,

253

Да, какъ еще? Въ стихахъ прославить.

За тѣмъ оставя свой принотъ, къ госпямъ влешѣлъ,
И каншъ хозяину во весь свой духъ запѣлъ. . .

Сверчка бросились всѣ ловишь и на мѣстѣ-же усту-
кали его, но прибавляшь Поэмъ :

Которые еще несноснѣе сверчковъ. —
. . . . Много есть такихъ и между насъ пѣвцовъ,

18. Торжественная пьснь Е. Н. В., Всемилостивѣйшему ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ АЛЕКСАНДРУ I, по случаю Высочайшаго посѣщенія града Ярославля, 1823 г., 20 го Августа. Соч. М. Майкова. Москва. 1825. in 8. 8 стр.

Восемь строфъ, въ каждой по чешыре стиха,
писанныхъ ямбическимъ, четырехъ - спопнымъ раз-
мѣромъ и послѣ каждой строфы хоръ.

19. Прибавленіе къ систематитеской росписи Рус-
сійскимъ книгамъ, изданнымъ въ 1824 году.
Спб. въ т. А. Смирдина. in 8.

Йывшій Спбургскій книгопродавецъ В. А. Пла-
вильщиковъ не только собралъ огромную библіотеку
для чтенія, въ которой число названій простира-
лось болѣе 7000, но издалъ первый въ Россіи Си-
стематитески - расположенный реэстръ книгамъ,
въ библіотекѣ его бывшимъ. Послѣ смерти Г. Пла-
вильщикова, его библіотека, типографія и вся книж-
ная торговля перешла во владѣніе А. Θ. Смирдина,
который и при немъ отличаясь трудолюбивою исправ-
ностью, поддержалъ и усовершенствовалъ всѣ дѣла,
когда они перешли на его имя. Библіотека Г. Смир-
дина умножается всѣми вновь выходящими и многи-
ми старыми не бывшими въ оной книгами, чему
издається каждогодно реэстръ подъ названіемъ При-
бавленіп. Въ нынѣшнемъ показано 268 названій.

254

20. Подробное описание совершенно новой методы содержания померанцевых, лимонных и всём хранилища рода принадлежащихся дарств. Москва. 1825. in 8. 16 стр.

Это переводъ письма въ Лондонское садовое Общество, отъ Г. Мунди, Англинскаго садовника, представившаго Обществу такие лимоны, померанцы и апельсины, что Общество удивилось. Г. Шварцъ перевелъ письмо изъ Ньмецкаго журнала. Хорошо; но, если успѣхъ зависить отъ грунта, который составляетъ Г. Мунди, едва-ли охотники достигнутъ успѣха. Просимъ заглянуть на 9-ю страницу! Въ концѣ приложены рисунки оранжерей.

21. Шпіонъ, новый романъ и проч. Перевелъ съ Французскаго И. Крупениковъ. 3 Часчи. М. 1825. in 12. 1я — 272, 2 — 263 и 3я — 282 стр.

Хотя въ строгомъ смыслѣ и не льзя назвать Шпіона новымъ сочинениемъ Купера, но для Русскихъ читателей это въ самомъ дѣлѣ новосći и, прибавимъ — пріятная. Они убѣдятся, что не даромъ сочинения Купера приняты съ такимъ одобреніемъ не только въ его отечествѣ, но въ Англии и во Франціи. Многіе равняютъ ихъ даже съ сочиненіями В. Скопша: это увеличено; но не льзя не сказать, что Куперъ знашокъ человѣческаго сердца, умѣть завязывать происшествія, умѣть и описывать по-дробности. Тайнственный характеръ и непонятная цѣль Шпіона, нравы Сѣверныхъ Американцовъ, дѣй-сшія Вашингтона, разнообразіе лицъ увлекающі вниманіе читателя. Русской переводъ былъ-бы хорошъ, если-бы не былъ наполненъ непростительными галлицизмами. Пожелаемъ, чтобы Г. Перевод-

256

Слѣдовательно, въ сихъ девяти Епархіяхъ, число родившихся превышало число умершихъ 251,552 человеками обоего пола. Надобно замѣстить, что въ числѣ умершихъ было 10 человекъ оть 120 до 127 лѣшь, и одинъ прожившій 130 лѣшь.

*

Ярославское Дворянство съ благородною ревностію выполнило долгъ, который налагала на него признательность къ памяти знаменитаго соотчича ихъ П. Г. Демидова. Въ память его воздвигнута на площади, въ городѣ Ярославѣ, мѣдная колонна, въ 16 аршинъ, утвержденная на гранитномъ пьедесталѣ. — Исполненіе сего предпріятія стоило около 60 тысяч рублей, собранныхъ по подписѣ въ Ярославской Губерніи.

*

Цѣна хлѣба есть одна изъ замѣчательныхъ чертъ Статистики. По извѣстіямъ о цѣнѣ разныхъ сортовъ онаго въ Россіи (*) видно, что осенью 1823 года, продавалась: въ Курсѣ, рожь 3 руб. 15 коп., ржаная мука 3 руб. 60 коп., крупа 5 руб. 20 коп., овесь 2 руб. 40 коп., а осенью 1824 рожь 2 руб. 88 коп., рж. мука 3 руб. 15 коп., крупа 5 руб., овесь 3 руб. 20 коп. — Въ Вяткѣ, осенью 1823 г. рожь 5 руб. 50 коп., рж. мука 7 руб. 87 коп., крупа 12 руб. 80 коп., овесь 4 руб.; осенью, 1824 г., рожь 7 руб., рж. му-

(*) Санктпетерб. Вѣдом. 1824 г.

257

ка 9 руб. 45 коп., крупа 12 руб. 40 коп., овесь 3 руб. 90 коп. — Въ Пензѣ цѣны оставались безъ перемѣны — ржи 8 руб. 20 коп., рж. муки 5 руб. 80 коп., крупы 13 руб. 52 коп., овса 3 руб. 35 коп. — Въ Иркутскѣ, прошлымъ лѣшомъ, продавалась — ржан. мука 6 руб. 75 коп., крупа 16 руб., овесь 5 руб. 50 коп.

Иностранныя извѣстія.

Труды отличныхъ умомъ и ученостію мужей, всего лучше доказывають несовершенство человѣческихъ произведеній. Нѣтъ ни одного творенія, какимъ-бы славнымъ именемъ ни было означено, гдѣ-бы не льзя было сыскать погрѣшностей, ошибокъ, неподразумѣній. Такъ на примѣръ въ Белевомъ Историческомъ Словарѣ ошыскали по изданіи его 583 ошибки, всякаго рода. Читашелямъ конечно извѣстно важное сочиненіе Г. Эберта: Всеобщій Библиографическій Лексиконъ (котораго 1 й Томъ около 1100 стр. въ четвершку, изданъ въ 1821 г.). Книга, необходимая почти, при ученыхъ занятіяхъ, твореніе, доказывающее удивительныя свѣдѣнія Автора; но теперь 2¼ нумера Энскихъ Ученыхъ Вѣдомостей наполнены ошибками, найденными въ Словарѣ Г. Эберта. Разница между ошибками ученаго и невѣжды соспоитъ въ томъ, каковы ошибки у того и другаго. Погрѣшности, найденныя у Г. Эберта, состоять въ неправильномъ показаніи года какого ни будь изданія, пропускѣ перевода, неправильность

258

въ именахъ, и легко могутъ быть исправлены въ два,
при часа ошмѣтками читателя.

*

Мы упомидали о всеобщемъ одобреніи, какое
во Франціи получила Исторія Французской револю-
ціи, соч. Г. Минье (Тел. No 1). Англичане согла-
сились съ Французами, и въ Журналахъ своихъ на-
зывающъ ee the admirable work of Mignet. Теперь
вышелъ и въ Германіи переводъ сей книги (Geschich-
te der Französischen Revolution — пер. Вагнера —
Эна, 1825.) Послѣ такихъ общихъ увѣреній, желательно-бы
читать ее по-Русски въ хорошемъ пе-
реводѣ,

*

Въ Гамбургѣ печатается Полное собраніе со-
тиненій Лютера, въ 10 частяхъ, in 16. Въ Бер-
линѣ изданъ переводъ, заслужившей (и по достоин-
ству) большія похвалы Исторіи похода въ Россию,
соч. Шамбре. Переводчикъ Я. Блессонъ прибавилъ
много замѣчаній и объясненій, какъ обыкновенно
дѣлается въ Германіи при хорошемъ переводѣ хо-
рощей книги. Спѣшимъ извѣстить, о совершении
нашего предвѣщанія, касательно важной книги: Пу-
тешествіе Г. Тимковскаго въ Китай и Монголію.
Въ Лейпцигѣ скоро выйдешь Нѣмецкій переводъ оной,
подъ названіемъ: Reise durch China; первый юмь
ночи и отпечатань.

*

Въ показаніи лекцій Энскаго Университета на-
ходимъ слѣдующее раздѣленіе классовъ: Энциклопе-
дія, Богословіе, Правовѣдніе, Медпінна, Фило-
софія, Математика, Естественныя знанія, По-

259

лятигескія знанія, Исторія, Философія, Свобод-
ныя Искуства. Въ числѣ подраздѣленій: Энциклопедія и Методологія всѣхъ знаній (Проф. Гилден-
апфель), Богословскал Энциклопедія и Методо-
логія (Проф. Габлеръ), Годегетика Юридикескихъ
знаній (Проф. Баумбахъ). Логику и Психологію
преподаетъ Бахманнъ, Логику-же и Исторію Фило-
софіи Проф. Рейнгольцъ. Филологическій классъ
заключаетъ: Восточную Литтературу, Греческ. и
Римскую Литтературу и Грамматики языковъ. Клас-
сыческіе Авторы, которыхъ предположено изъяснять:
Платонъ (разг. Федръ), Юлій Цезарь, Θукидидъ (1,
2. книг.), Цицеронъ (прошивъ Верреса), Тацитъ
(Лѣшопасъ).

Въ Парижъ привезли два памятника Египетскій
смесь, обратившіе на себя большое внимание публики.
Одинъ изъ нихъ саркофагъ изъ окрестностей Мем-
фиса. Онъ сдѣланъ изъ сѣраго граница и покрыть
гіероглифами. Перевозка его, только отъ Марсели
до Нарижа, смола 3000 фр. Хозяинъ просить за
него 1000 тысяч франковъ. Г. Шамполліонъ прочи-
шаль въ надписи, что энг гробница Министра, Царя
Псамметиха. Другой памятникъ — храмъ Египетскій,
момолитвенный, ш. е. сдѣланный изъ одного камня.

По росписи, представленной Конгрессу Сѣперо
Американскихъ Соединенныхъ Шшаповъ, на содер-
жаніе сухопушныхъ войскъ опредѣлено 994,430 дол-
лар., на содержаніе флоша 783,550 долларовъ.

Ч. II. No 7.

P

260

Важное для благонравия заведеніе основано въ
Люнъ. Нѣсколько человѣкъ составили Общество,
которое устроитъ особенный домъ, куда будущъ
принимаемы женщины, освобожденные изъ смири-
тельныхъ домовъ. Цѣль Общества — предупредить
пагубный развратъ, ночни всегда бывающій слѣд-
ствіемъ наказанія за проступокъ, часто невольный.
Выходя изъ мѣста наказанія, несчастная жертва не
встрѣтитъ уже убійственнаго презрѣнія, съ какимъ
отвергаютъ ее люди; она найдешь покровителей,
ванятіе, убѣжище — и можетъ быть раскаяніе за-
гладить воспоминаніе ея бѣдствія и возврашить по-
губшую на путь добродѣтіе.

*

Работы для проведенія дороги подъ Темзою уже начались. При открытии данъ былъ блестящій завтракъ на 500 человѣкъ. Англичане пили съ шу- момъ за здоровье Французскаго Инженера, управляю- щаго работою.

*

Одно изъ самыхъ счастливыхъ пушешествій для пользы Наукъ совершилъ въ Соединенные Шта- ты Г-нъ Мильбертъ. Онъ жилъ мамъ семь лѣшъ, посѣтилъ Канаду, заливъ Гудзоновъ, берега Миссиси- пи и былъ далеко во внутреннихъ областяхъ. Вездѣ имѣлъ онъ случай дѣлать любопытныя замѣчанія. Число привезенныхъ имъ произведеній изъ всѣхъ маршвъ природы проснирается до 7569.

*

Въ Парижѣ есть большое заведеніе, называемое
оргопедическіемъ. Предметъ его: исправлять урод-
ливости человѣческаго штаба, въ отношении къ ста-

347

съ четверть мили (*). Иногда она оп-
скакивала отъ меня, гналась за бабочкою,
но потомъ опять становилась на свою
сторону и шла удивительно ровнымъ ша-
гомъ со мною.

Лапы или руки Жоко соразмѣрны ед
величинъ, однакожъ длиннѣе рукъ человѣ-
ческихъ, такъ что я взялъ обѣ ед руки и
сложилъ вмѣстѣ. Не знаю, за что приняла
мой поступокъ Жоко, но она ужаснулась,
отскочила отъ меня на нѣсколько шаговъ
и казалась встревоженною... Тутъ вспом-
нилъ я о томъ, что читывалъ въ описа-
ніяхъ путешественниковъ о стыдливости
обезьянъ самокъ и что впдалъ самъ (**);
звалъ ее къ себѣ знаками и словами, далъ
ей конфектовъ — она съѣла ихъ, но въ неж

(*) Извѣстно, что многія породы обезьянъ очень легко и твердо держатся на двухъ ногахъ, также какъ человѣкъ. — Добантонъ говоритъ, что ступни обезьянъ устроены такъ, что имъ способнѣе ходить на четверенькахъ, а не на двухъ ногахъ; но Бюффонъ приводитъ въ примѣръ многихъ обезьянъ, которые во всю свою жизнь были на двухъ ногахъ и между прочимъ одинъ Оранг-утангъ подавалъ руку людямъ и съ важностью шель съ нимъ, такъ, какъ будто всегда жилъ въ ихъ обществѣ.

(**) Достойные вѣроятія путешественники гово-
рятъ, что обезьяны, изъ рода Оранг-утанговѣ,
гораздо стыдливые всѣхъ другихъ. Легуа и Гроссе
разсказываютъ при семѣ случаѣ удивительные при-
мѣры. Бюффонъ пишетъ о двухъ Оранг-утангахъ,
самцѣ и самкѣ, жившихъ въ Батавіи, что если на
нихъ пристально смотрѣли, то они ужасно стыди-
лись. Самка бросалась къ самцу и скрывала лицо
свое на труднѣего. Это зрѣлище въ самомъ дѣлѣ
должно быть очень трогательно.

348

непримѣтно было радости, и съ такимъ
расположеніемъ мы пошли впередъ вмѣстѣ,
но она въ нѣкоторомъ отдаленіи отъ меня.

Наконецъ было время разсѣпаться.
Я вз düşалъ пошутить: снялъ шляпу и
отвѣсилъ ей низкій поклонъ. Она задума-
лась, но топчась выдумала новую шту-
ку: въ одну минулу сорвала банановую
вѣтвь, сдѣлала изъ нее головной уборъ,
надѣла его на голову, и съ почленіемъ сняв-
ши, поклонилась мнѣ съ комическою важ-
ностью (*). Мы пошли, каждый въ свою
сторону, но нѣсколько разъ оглѣдывались
другъ на друга.

На другой день она явилась ко мнѣ въ
головномъ уборѣ, очень искусно сплетен-
номъ изъ вѣшокъ; въ рукахъ у нее была
палка, обвитая листьями — точно Тирси-
совъ посохъ. Въ эпомъ нарядѣ она была
смѣшна и похожа на диптя: я не могъ удер-
жаться отъ смѣха! Она принесла съ собою
нѣсколько кокосовыхъ орѣховъ, я нѣсколь-
ко бисквитовъ и хорошаго вина, и мы ѣли
и пили вмѣстѣ, словомъ, казалось, были
совершенными друзьями; но вдругъ всштѣ-
тилось такое обстоятельство, которое
могло разлучить насъ навѣки.

Безъ всякаго намѣренія я взялъ съ
собою небольшое карманное зеркало;

(*) Діана, порода обезьянь съ хвостомъ, кооторую
Маѣрафъ называетъ erophiteca barbata, кла-
няемą прохожимъ: эмо-же дѣлаетъ, какъ увѣряешь
Джонстонъ, и Оранг-утантъ.

349

безъ цѣли вынулъ его изъ кармана и
поднесъ къ лицу Жоко: вдругъ въ глазахъ ея изобразился страхъ, ужасъ, удивленіе и ревнивая зависимость (*). Она съ яростію бросилась на изображеніе, видимое въ зеркальѣ, желая уничтожить его, но видя что сражается съ воздухомъ, кинулась вокругъ зеркала съ другой стороны, и опять ничего не видя, стала противъ зеркала, желая схватить сзади видимое изображеніе, потомъ со стороны, съ другой — это было повторено разъ двадцать. И послѣ этого пусть говорятъ, что у животныхъ нѣтъ разсудка!

Наконецъ она бросилась ко мнѣ почти безъ дыханія, дрожащая, полусумасшедшая, вертѣла головою на груди моей, обнимала меня и крѣпко прижимала къ себѣ, какъ будто желая отпоргнуть отъ предмеша

(*) Ревность въ обезьянахъ замѣчаютъ не только въ отношеніи къ подобнымъ имѣ, но даже и къ людямъ: — это доказано многими примѣрами. Между прочимъ Моро-сен-Мери разсказываемъ слѣдующее: на островѣ Мартиникѣ онъ видѣлъ средняго роста Павіана, который казался особенно привязаннымъ къ дочери своего господина. Онъ ревновалъ ее ко всѣмъ мущинамъ, но ему казалось, что одинъ молодой человѣкъ въ самомъ дѣлѣ имѣлъ счастіе ей особенно нравиться. Желая испытать понятіе звѣря, дѣвушка позволила этому молодому человѣку, въ глазахъ Павіана, поцѣловать себѣ руку. Павіанъ вышелъ изъ себя: онъ закричалъ ужаснымъ голосомъ, изъ всѣхъ силъ бросился на молодаго человѣка и старался сорваться съ цѣни, которою былъ прикованъ, такъ опчаянно, что тотъ принужденъ былъ убѣжать. Послѣ этого Павіана продали одному иностраннымъ, whom he called a foreigner.

359

своего ужаса, своего внутреннего волненія.
Я спряталь поскорѣе несчастное зеркало,
ласкаль мою Жоко, давалъ ей конфектовъ,
ликеру и миркъ былъ нѣсколько возстановленъ,
но она глядѣла на меня съ какою-то
странною выразительною и, казалось,
хотѣла что-то сказать. Въ этоь вечеръ
она не могла разлучиться со мною. Я по-
казываль ей знаками, что она должна от-
стать опъ меня, даже отдаляль ее отъ
себя рукою, но она прижималась къ моему
дилатью, и отошедши шаговъ нѣсколько,
ворочалась опять ко мнѣ. Когда мы подо-
шли къ дереву, которымъ оканчивался лѣсъ,
она остановилась, протянула правую ру-
ку къ заходящему солнцу (*), наклонила го-
лову и испустила такой жалобный и вмѣ-
стѣ нѣжный звукъ, что я не могъ удер-
жаться отъ внутренняго движенія. Ея по-
ложеніе заключало въ себѣ что-то пор-
жественное и подало мнѣ поводъ ко мнѣ,
гимъ размышленіямъ. Мнѣ пришло на па-
мять читанное въ сочиненіяхъ знамени-
тыхъ естествоиспытателей, которые
не говорятъ прямо, но даютъ знать, что

(*) Бюффонъ пишетъ въ своей Естественной Истории слѣдующее: „Макись - Мокоокосы часто оснащавливаются противъ солнца и изъявляютъ нѣкоторое удовольствіе и удивленіе. Они садятся, простираютъ къ нему руки и внимательно наблюдаютъ его. Нѣсколько разъ въ день они занимаются нѣкоторымъ родомъ обязанности, воздаваемой солнцу. Когда оно восходитъ или заходитъ, они вертятся по его теченію: у Маннонкура была обезьяна съ Молукскихъ острововъ, которая занималась этимъ по нѣлымъ часамъ на палубѣ корабля.“

351

въ этомъ родъ животныхъ, бboldе или ме-
нѣе, но еопь какое - то понятіе о Всевы-
сочайшемъ Сущесшѣ. Нѣтъ, эту умствен-
ную силу звѣрей несправедлино называютъ
инстинктомъ: она значить что-то выш-
шее. . . О Философія! сколько еще должна
ты открыть исшинъ!

По несчаснію, на другой день я былъ
задержанъ и не могъ придти къ обыкновен-
ному мѣсту нашихъ свиданій. Важныя дѣла
не дали мнѣ отдохнуть ни на минуту въ
цѣлый день и удержали меня дома. На
третій день я спѣшилъ увидѣть добрую
мою пріятельницу — но, ахъ! ее не было на
томъ мѣстѣ, гдѣ мы обыкновенно встрѣ-
чались. Я началъ кричать — напрасно!
Безцокойство мое умножилось. Я пошелъ
впередъ. Жоко! Жоко! кричалъ я: гдѣ ты?

(Окончаніе въ слѣд. книжнѣ.)

Замъганіе съ Кавказа.

Въ Журналѣ Одесскомъ (Journal d'Odessa) было напечатано, а потомъ переведено и въ Сѣверной Пчелѣ (No 24) слѣдующее изъ- вѣстіе:

„Въ продолженіе навигаціи 1824 года
подиннадцать Русскихъ кораблей приставали
въ разныхъ мѣстахъ берега Черкесской зем-
ли. . . . Корабли и купцы наши принимае-
мы были Горцами, какъ и въ прежніе годы,
весьма дружелюбно, не смотря на возму-
щеніе Шапсуковъ въ Кубанской сторонѣ и

352

»Абазинцевъ за Сукумъ-Кале. Одинъ только
»корабль, подъ командою Капитана Озер-
»наго, имѣлъ несчастіе разбиться на обращ-
»номъ пути изъ Черкесіи. . . «

Мы, жители Кавказа, можемъ удосто-
вѣрить почтенныхъ Журналистовъ, что
у насъ страны Черкесіи вовсе не находит-
ся; что Русскіе корабли могли приставать
къ восточному берегу Чернаго моря, насе-
ленному Абхазами, а не къ берегамъ Чер-
жесской земли; что возмущеніе Шапсуковъ
(Шапсуговъ) въ Кубанской сторонѣ не мо-
жетъ препятствовать морговѣ по во-
сточному берегу Чернаго моря, пособу,
что племя сего народа весьма не значи-
тельно, и занимая мѣсто отъ Бѣлой рѣс-
ки или Шаг-Ваши, противъ Черноморья, до-
вольно - удалено отъ пристаней Абхазовъ,
которые сверхъ того не допустили бы
сосѣдей къ грабежу на своей землѣ; что
въ Сукумъ-Кале (Сукгумъ-Кале) не можетъ
быть опасности отъ Абазинцовъ, живущихъ
на сѣверной сторонѣ Кавказа, совершенно
отдѣльно, между вершинами рѣкъ Кубани
и Зеленчуга, къ сѣверо-западу отъ Эль-
бруса, и потому еще, что укрѣпленіе и
пристань Сукгумъ-Кале, находясь въ предѣ-
лахъ Россіи для охраненія морговли, со-
держишъ военный гарнизонъ. — Въ под-
пверженіе сего, отчасти ссылаемся на
Новѣшія Извѣстія о Кавказѣ, Г-на Бронев-
скаго. . . .

Кубань.

353

Иностранныя извѣстія.

Въ Quarterly Review утвердительно пишутъ,
что Маіоръ Лонгъ въ Декабрѣ, 1824 г., отправился
въ Томбукто, изъ Триполя, съ караваномъ, въ со-
провожденіи одного изъ начальниковъ Туарикскаго
народа Полагающъ, по новѣйшимъ разысканіямъ,
что успѣхъ его будетъ несомниперелень.

На восточномъ берегу Африки могутъ быть
новыя, важныя населенія Англичань. Въ 1822 г. от-
правлены съ мыса Доброй Надежды два корабля, Ле-
венъ и Барракута, подъ начальствомъ Капитановъ
Овена и Кутфильда. Два года продолжалось ихъ пупе-
шествіе. Теперь Капитанъ Овень возвратился и при-
везъ съ собою Люнбакскаго Шеика, который согла-
шается успѣшить Англичанамъ часпь своихъ вла-
дѣній на осіровѣ Пемба. Иманъ Маскапіскій также
успѣваетъ Англичанамъ островъ Зангебаръ, или
Суажели.

Англинскій корабль, подъ начальствомъ Г-на
Ведделя, прошелъ въ Южномъ Океанѣ до 74 град.,
слѣдовательно 3 градусами ближе къ Югу нежели
Капитанъ Кукъ. Льдям не препятствовали его плаванію.

*

Важное извѣстіе для литтераторовъ сообщаетъ
какой-то ученый въ письмѣ изъ Рима: не зналъ точно,
не льзя ручаться за достовѣрность. Онъ пишетъ,
что славный Анджело-Маіо нашелъ большіе отрывки
изъ потерянныхъ книгъ Полибія и Діодора, даже
цѣлую книгу сего послѣдняго, гдѣ содержатся драго-
цѣнныя извѣстія о Финикіянахъ, также большіе от-
рывки изъ Менандра. Извѣстно, чпо Г-нъ Маіо от-
крылъ и издалъ, въ 1815 г., отрывки изъ сочиненій
Фронцона, славнаго Римскаго Орашора, Луція Вера

354.

и Марка Аврелія (*), потомъ, въ 1823 г., отрывки Римскаго Права, дотолѣ неизвѣстные. Можетъ быть, не всѣ читашели знаютъ, что значашъ открытія почленнаго Г-на Маю. Онъ отыскиваетъ Палимп-сесписскія пергаминныя рукописи. въ Италіян-скихъ библіотекахъ, т. е. такія, на которыхъ было что нибудь написано, но потомъ счищено и по вы-чищеннымъ мѣстамъ писано вновь. что нибудь другое. Въ среднихъ вѣкахъ, за недостаткомъ перга-мина, стирали великія творенія Цицерона и Ти-та-Ливія и писали на вычищенномъ пергаминѣ бред-ни школьныхъ учителей, или монастырскія записки. Г-нѣ Маю усовершенствоваль искусство чишать то, чю было стерто, возстановляя буквы разными со-ставами. Трудъ важный и чрезвычайно умомящельный.

*

Въ Коцентагенѣ учредилось Общество для рас-
пространенія Опытной Физики. Учредитель его,
Проф. Эрштедтъ, извѣстнѣ своими изысканіями
касательно электричества и гальванизма и безъ пла-
ты открылъ курсъ Физики. Принцъ Хрисшіанъ при-
нялъ на себя званіе Попечителя.

*

Антикваріи и Археологи не могли допискаться
доныпѣ, гдѣ были въ Римѣ знаменитыя Нероновы
бани. Нынѣ случайно открыли ихъ.

*

Путешествіе Г-на Тимковскаго въ Кишай,
переводится на Французскій языкъ. Объ этомъ пи-
шутъ въ Лътописяхъ Путешествій, изд. Мальш-
брюнонъ и Эйріесомъ.

*

(*) Лучшее из справкѣйшшее издание въ Римѣ, 1823 г.

355

Финансы новой Мексиканской Республики такъ разстроены войною и междоусобіями, что, по раз- счету годоваго дохода, недостаетъ на расходы окон- ла 8 милліоновъ піастровъ.

*

Въ Швеціи предполагали воздвигнуть памятникъ Карлу XII; за недостаткомь сбора предпріятіе сіе оставлено и собранная сумма постушила въ военное вѣдомство.

*

Въ Парижѣ, въ старинномъ зданіи, принадлежащемъ Министерству Финансовъ, находились спарыя, запачканныя каршины. Графъ Форбенъ самъ опчистилъ ихъ и въ одной изъ нихъ узнали превосходное произведеніе Клодъ-Лорренл, которое пѣняшъ болѣе 50 тысячъ франковъ. Въ Англіи нашли каршину Гогарыа, которую считали поперянною. На ней изображень Гаррикъ, на репетиціи новой пьесы. Каршина принадлежитъ книгопродавцу Битлею.

*

Въ Бостонѣ печатается описание жизни извѣстнаго пѣшехода Дейдіарда. Онъ былъ у насъ въ Якупскѣ, путешествоваль съ Кукомъ вокругъ свѣта, и изходилъ пѣшкомъ Сѣверную Америку и часть Африки.

*

Грецкій Сенатъ прислалъ два письма къ дочерям Лорда Бейрона, въ которыхъ, изъявляя горесть свою о смерти Бейрона, объявляемъ ее дочерью Греціи.

*

Въ Парижскомъ Географическомъ Обществѣ недавно было чешверкшее, генеральное, годовое собраніе со времени основанія его. На задачу: Determiner la direction des chaines des montagnes de l'Europe, leurs ra-

356

mifications et leur élevations successives dans toute leur étendue, опредѣлить направленіе горныхъ хребтовъ въ Европѣ, ихъ отрасли, постепенное возвышеніе, пониженіе и пространство — получено одно рѣшеніе. Общество, не находя его удовлетворительнымъ, положило выдать молько половину награды и повторить задачу на 1826 годъ. Награда 1500 фр. — Далѣе предложено награжденіе 2400 фр. путешественнику, который пожелаетъ обозрѣть Караманію, и 9000 фр. путешественнику, который достигнетъ ошъ Сенегала въ Томбукто и доставитъ описание сей страны. Читано было описание путешествія на Юру. Президентомъ избранъ Графъ Шаброль де Вольвикъ, Вице-Президентами: Виконтъ Лене и Баронъ Поршаль, Секрешаремъ Мальш-брюнь.

*

Въ Парижѣ Г-нъ Аппертъ будетъ издавашь новый Журналъ, подъ названіемъ: Журналъ темницъ, благотворительныхъ и учебныхъ заведеній. Цѣль его: распространеніе благодѣтельнаго вліянія просвѣщенія на тѣ мѣстα, гдѣ сраждешь преступное, и на тѣ, гдѣ образуется юное человѣчество. Король весьма благосклонно одобрилъ его предпріятіе. Въ Германіи Г-нъ Эбертъ объявилъ подписку на весьма любопытное повременное изданіе: Ueberlieferungen zur Geschichte, Literatur und Kunst der Vor- und Mitwelt. Ученая слава Издателя ручается за успѣхъ. Онъ будетъ помѣщать снимки съ писемъ до-нынѣ неизвѣстныхъ. Первая штрадь выйдетъ въ июнѣ.

(20 Апрѣл.)

Конецъ второй Части.

# ОГЛАВЛЕНІЕ

## ВТОРОЙ ЧАСТИ.

### І. ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ.

<table><thead><tr><th></th><th>Стран.</th></tr></thead><tbody><tr><td>Проза. Отрывокъ изъ записокъ Гёте.</td><td>3</td></tr><tr><td>Геній и Воображеніе (изъ Ансильона).</td><td>83</td></tr><tr><td>Письма изъ Франціи.</td><td>163 263</td></tr><tr><td>Основаніе счастія (Ж. Б. Сея).</td><td>273</td></tr><tr><td>Стихотворенія.</td><td></td></tr><tr><td>А — ба. Мотылекъ.</td><td>13</td></tr><tr><td>Желаніе.</td><td>45</td></tr><tr><td>Сонетъ.</td><td>186</td></tr><tr><td>Волкова А. А. Къ Эльвирѣ</td><td>89</td></tr><tr><td>Озеро.</td><td>279</td></tr><tr><td>Вземскаго Кн. П. А. Графинѣ</td><td>184</td></tr><tr><td>— — н. Эпиграмма.</td><td>14</td></tr><tr><td>— Н. С. Д. — Эпиграмма.</td><td>187</td></tr><tr><td>Разбойникъ (Баллада)</td><td>276</td></tr><tr><td>— — О —— Позь и Журналисть (Быль).</td><td>282</td></tr></tbody></table>

### II. НАУКИ И ИСКУСТВА.

#### Географія и Статистика.

Свѣдѣнія, приобрѣшенныя чрезъ путешествія
Кап. Росса, Парри и Франклина.

Обозрѣніе обитателей Турецкаго Государ-
ства (Ж. Б. Сея).

Обозрѣніе нов. открытій въ Африкѣ (Жомара).

Обозрѣніе Колумбіи.

Нравы и обычаи Гаитянъ.

#### А. хеологія.

Мѣнія о Черниговской гривнѣ Гг. Морген-
штерна и Франка.

#### Историческая Критика.

Какъ должно писать Исторію.

О Лѣтописяхъ изд въ ольшѣ.

#### Скандынѣан Литтература

Двѣ пѣсни Сканд. воиновѣ.

МОСКОВСКІЯ ЗАПИСКИ.

О музыкѣ въ Москвѣ и о Московскихъ концер-
тахъ въ 1825 году.

Собраніе Артистовъ въ нашей древней Сто-
лицѣ, какъ мы уже имѣли случай замѣтить, въ ны-
нѣшнемъ году было весьма многочисленно. Во все
продолженіе Великаго поста не проходило дня, въ
который не было бы какого-либо концерта, а ино-
гда бывали и по два въ одинъ день. Не всѣми изъ
нихъ можемъ похвалиться, но были нѣкоторые, за-
служивающіе особенное внимание. Образъ выхода на-
шего Журнала не позволилъ намъ разбирайть каждый
концерпъ порознь и подробно потчась послѣ кон-
церта, а теперь мы довольствуемся представить
читателямъ нашимъ одно общее обозрѣніе всѣхъ про-
исшествій въ нашемъ музыкальномъ Московскомъ мірѣ.

Никогда, можешь быть, музыка не занимала
столько Московскихъ жителей, какъ въ наше время,
а со всѣмъ тѣмъ немногіе концершы были, какъ го-
ворился, блистательны; но это отъ пого, что у
насъ больше любующъ говорить о музыкѣ, нежели
слушать ее (*).

(*) Не только говоришь, но даже и писать. Не зна-
емъ, кто доставляетъ стастьи о музыкѣ въ Сѣвер-
ную Пчелу, но по всему видно, что онъ пишут-
ся человѣкомъ, неимѣющимъ свѣдѣній въ музыкѣ.
Не говоря уже объ ошибкахъ, которые потчась ки-


Къ No 8.

8

130

Италіянскій театръ, новые ильцы, являющіеся
за Русскомъ Театрѣ, подающіе несомнѣнную наде-
жду, артисты, пріѣзжающіе сюда — все это вмѣстѣ,
поддерживаетъ дѣятельность музыкальныхъ разгово-
ровъ, дѣлипъ па множество партий, изъ коихъ весь-
ма немногія знають, за что именно вступатосей
главныя изъ сихъ партий сослѣдують Моцарти-
сты и Россинисты. Въ Journal de S. Petersbourg

дабѣшься въ глаза опытнаго любителя музыки, дѣлд
въ помъ, что изъ эпѣхъ спашей меньше узнаешь о
концернѣ, нежели изъ концертной аффишки. Очень
любопытнѣ; чѣпо сочинителю сихъ спашей кажется
вабавною наша благодарность Италіянскому театру
за то, что въ немъ выкидывающі окончательный
хоръ въ Донь - Жуанѣ послѣ того, какъ духи уно-
сять Донь-Жуана. Меня поразила эша несообраз-
ность, когда я разсматривалъ партишу рей оперы
и потому сказалъ въ моей стапѣ: „Хоръ сей пре-
красенъ въ музыкальномъ отношеній, но кажется
совершенно излишнимъ въ оперѣ, ибо уничтожаешь
очарованіе, производимое музыкою въ сценѣ Донь-
Жуана съ каменнымъ гостемъ.“ Замѣчаніе Рецензен-
та Сѣверной Пчелы заставило меня заглянуть въ
лучшее сочиненіе о Моцартѣ, о кошоромъ я уже
имѣлъ случай упоминать: Mozart's Geist — (1806)
и на страницахъ 324—325, къ чрезвычайному не-
удовольствію Сѣв. Пч., нашелъ, что ученый Нѣмецъ
совершенно согласенъ съ моимъ мнѣніемъ. Сверхъ
того имѣю честь увѣдомить Г-на Конtrapунктиста
Сѣв. Пчелы, что на лучшихъ театрахъ обыкновен-
но сей хоръ выпускается. Г-нѣ П. въ Сѣвер. Пчелѣ
говорить, что ему кажется, будто бы и Моцартъ
находилъ свою оперу безъ сего хора неполною. На-
прасно кажешься Г-ну П. то, чего совсемъ не бывало.
Гдѣ онъ отыскалъ это? Въ лучшихъ сочиненіяхъ
о музыкѣ и слѣдственно о Моцартѣ, каковы выше-
упомянутое: Mozart's Geist; Geschichte der Ton-
kunst Джонеса, съ примѣчаніями Мозеля; Schubart's
Tonkunst; Shneider's Tonkunst, въ Dictionnaire

131

написана по сему предмету весьма пріятная, но, принощаема, ничего не доказывающая сташья; и сташья сія и цѣлое сочиненіе въ 2 шомахъ Барона Стендгала (Vie de Rossini) не могли опровергнуть истины, что Россини пишетъ для удовольствія уха, Моцарть къ сему удовольствію присоединяемъ наслажденіе сердечное. Вотъ какъ, кажется, можно разрѣшить всѣ споры о Моцарть и Россини: выход изъ театра послѣ оперы Россини, нѣвольно напьавшѣ счастливыя его темы, какъ послѣ Французскаго водевиля; послѣ музыки Моцарта дѣлается по-же, но сверхъ того остается въ душѣ глубокое, незгладимое впечатлѣніе. Въ мірѣ нравственномъ два рода геніевъ: одни родятѣе для всѣхъ вѣковъ, для всѣхъ народовъ и постигаютъ сущность искусства; другіе потому только геніи, что являются во время, сообразное съ ихъ собственнымъ духомъ; одни поражаютъ глубокимъ чувствомъ, другіе этою сообразно-сшію; и тѣ и другіе равно увлекаютъ полную за собою; и тѣ и другіе рождающі подражашелей; но подра-

des Musiciens, par Choron, въ Словарѣ Кирнбергера и прочихъ, и тѣ о томъ ни слова. Статьи о Музыкѣ въ Сѣвѣ. Пчелѣ ни чѣмъ не отличаются отѣ тако-выхъ-же статей въ Московск. Вѣдомостяхъ; я даже подозрѣваю, что онѣ писаны однимъ и тѣмъ - же человѣкомъ. Что скажутъ иностранные, увидѣвши, что въ нашихъ Журналахъ дивятся какъ новости тому, о чемъ въ Европѣ давно ужъ и спорить пе-рестали (*)? Y. Y.

(*) Что сказать вообще о достоинствѣ извѣстій Мо-сковскаго Корреспондента Сѣвѣ. Пчелы, когда онъ увѣряетъ, что здѣшняя Публика любовалась общи-паннымъ кабинетомъ восковыхъ статуй? Впрочемъ, не извѣстно, къ какой Публикѣ опносятся извѣстіе Т-на Корреспондента. Замѣшимъ справедливость его извѣстій: онъ увѣдомляетъ, что подъ Новинскимъ были катальныя торы, когда извѣстно всѣмъ быц-шіямъ на гулянѣ, что горѣ не было и слѣдовъ!

8*1

132

жатели первыхъ слѣдующъ по истинному направлению и потому въ произведеніяхъ сближаются съ своими общая цами; подражатели послѣднихъ гонялись за одною случайною, минутною красотою, смѣшны и жалки: безъ сомнѣнія, Моцарть принадлежитъ къ первому роду геніевъ, Россини ко второму. Оба они измѣнили по своему состояніе музыки; но послѣдователь- ли Моцарта — Бетговень, Мегюль, Херубини, даже Веберъ, послѣдователи Россини — Меркаданте, Ка- раффа, и проч... Сверьхъ того шаково различіе между сими двумя родами геніевъ, что первыхъ произве- денія вѣчны, вворыхъ временны: сколько ни плѣняютъ насъ новые сочинительі, мы все обращаемся къ Моцарту, а Россини еще живъ, а слава его ужъ оцѣнѣ таетъ; опера совсѣмъ не завидная Маейрбер- гера Li crociati, оперы Мейера, Пучитты, даже Кок- чю отбивающі сцену у Россиніевыхъ оперъ на всѣхъ Европейскихъ театрахъ. Мы знаемъ, что этѣ мы- сли не понравятся многимъ, но мы пишемъ не по внушенію какой-либо партіи, но по сшрасти къ изящному, по собственному, можешь быть, за- блужденію. Знаемъ, что многіе разсердяются, особ- льво тѣ любители музыки, которые спрашиваются у общаго мнѣнія, можно- ли имъ имѣть удовольствіе при такой-то музыкѣ, или нѣшь, и когда мода под- твердитъ имъ, что шакая - то музыка прекрасна, то они изъ равнодушныхъ слушателей дѣлаются фанатиками.

Кромѣ сихъ двухъ сектъ есть еще секта, которая всѣхъ странѣе: это партія стараго поколѣнія, коморая никакъ не хочетъ вѣрить тому, что новое поколѣніе его обогнало. Все сильное и мужественное страшить эту партію — ей нужно нѣжное, безцвѣтное и одрхлѣвшее; люди принадлежащіе къ оной говорятъ, что Ромбергъ хуже играетъ, нежели прежде, потому, что играетъ сильнѣе; что Фензи,

133

превосходнє Ромберга; что Липинскій не имѣть души. По спаринному пристрастію къ иностранцамъ, эти люди не могутъ повѣрить, что Рускій можемъ написать такую симфонію, какова на пр. Симфонія Гр. Віельгорскаго; не могутъ понять, къ какому роду музыки опѣносялся Канапы Верстовскаго; не постигающі, что оперы Алябьева ничѣмъ не хуже Французскихъ комическихъ оперъ.

Не взирая на всѣ эпѣ партіи, мы осмѣлимся приступить къ обозрѣнію концертовъ сего года; зваемъ, что не угодимъ ни одной изъ нихъ, но обь этомъ мы и не заботимся.

Мы уже имѣли случай говорить подробно о концернѣ Ромберга. Другое необыкновенное послѣ него явленіе есть безъ сомнѣнія Липинскій. Кого изъ образованныхъ людьми музыки не восхищалъ волшебный смычокъ его? Передъ нами лежатъ отзывы о Липинскомъ, журналовъ: Берлинскаго, Бresлавскаго, Лейпцигскаго — всѣ наполнены громкими о немъ похвалами; всѣ согласно удивляются смѣлости, силѣ смычка его, чудному, оригинальному выраженно, необыкновенному огкью въ быстрыхъ пассажахъ и нѣжности въ плавныхъ. Въ сочиненіяхъ Г. Липинскаго много новаго и прекраснаго; двойныя ноты играютъ въ нихъ важную роль; Липинскій далъ имъ оптѣнокъ совершенно оригинальный, небывалый до того въ музыкѣ; на бумагѣ трудно выразить это, но слышавшіе Липинскаго поймутъ меня. Не говорю уже о томъ, что эпѣ двойныя ноты онъ дѣлаетъ съ необыкновенною чистою и точностію; можно подумать, что слышишь двѣ скрыпки, съ чрезвычайною вѣрностію играющія. Замѣтимъ еще, что Липинскій нашелъ новое средство разнообразить тоны скрыпки: въ нѣкоторыхъ мѣстахъ онъ удаляется болѣе отъ подставки къ грифу и это производитъ необыкновенное дѣйствіе.

134

Достойно уваженія въ Г-нѣ Липинскомъ и по, что онъ не всегда играетъ одни свои сочиненія, сколь онъ ни нравятся Публикѣ. Недавно мы слышали прекрасно имъ сыгранный концертъ Віютти. Онъ не похожъ въ этомъ на многихъ другихъ артистовъ, которые сочинял во сто разъ хуже его, оставляютъ мѣсто заслуживающаго уваженіе исполнителя, — и надоѣдаютъ памъ своими твореніями. Бреславскій Журналистъ весьма справедливо сравниваетъ тякихъ артистовъ съ кукушками, которые только и умѣютъ повторять свое имя. Непремѣнное свойство шаланта есть уваженіе къ шалантамъ другаго,

Прежде нежели прилетупимъ къ другимъ концертамъ, мы не можемъ удержаться, чтобы не упомянуть о музыкальномъ упрѣ у Гр. М. Ю. Віельгорскаго. Мы уже одинъ разъ взяли себѣ право говорить о сихъ концертахъ, хотя они не публичные, и теперь не хотимъ уступить сего права. Повторяемъ, что ни гдѣ не слышимъ мы такой музыки какъ въ домѣ Гр. Віельгорскаго: если-бы всѣ концерты походили на концерты тамъ происходящіе, тогда-бы самые жестокіе нелюбители музыки перестали бы жаловаться на многочисленность концертовъ; памятно это утро: тогда любезнаго гостя Ромберга угощали его собственною симфонією; за нею слѣдовали хоръ изъ Мегюля, концертъ игранный Семеновымъ, увертюры изъ Вольнаго Стрѣлка и Евріанты, Вебера, сыгранныя одна послѣ другой для сравненія, симфонія Гр. Віельгорскаго и проч. Выписываю сіи названія, чтобы показать все богатство и разнообразіе сего концерта. Прибывше къ сему исполненіе со всему музыкальною роскошью, опредѣленное, соразмѣрное число инструментовъ, оркестрѣ расположенный уступами въ удоб-

135

нѣйшомъ порядкѣ, собраніе людей съ истинною
страсшію къ Искуствамъ — и вы получше весьма
слабое понятіе о семъ концернѣ.

Концерты Г-на Шоберлехнера заслуживающъ
несомнѣную похвалу; онъ напоминалъ намъ Гуммеля,
Въ сочиненіяхъ его мы находимъ то, чipo уже дав-
но сдѣалось камнемъ препыканія для сочинителей
формопьянистовъ (разумѣется за выключеніемъ Филь-
да) — а именно новые пассажи; но за то темы Шо-
берлехнера также не новыя, какъ темы Гуммеля. Ор-
кестръ его полонъ какъ и оркестръ Гуммеля, и не
имѣтъ недоспатка, который часто случается
у сего послѣяго: онъ не заглушаетъ формопьяни.
Вообще употребленіе инструментовъ относительно
къ формопьянамъ Г-на Шоберлехнера заслуживаетъ
особенное вниманіе. Игра Г-на Шоберлехнера со-
спавляецъ средину между Фильдомъ и Гуммелемъ,
и имѣть большое достоинство, особливо отпоси-
тельно лѣвой руки, по никогда не сравнѣтся съ
неподражаемымъ нашимъ Фильдомъ. Фильдъ не далъ
къ сожалѣнію ни одного концерна: онъ игралъ въ
концернахъ другихъ, но вездѣ первый аккордъ его
уже уничтожалъ всѣхъ его соперниковъ; подъ паль-
цами Фильда формопьяны дѣлаются совсемѣ дру-
гимъ инструментомъ: онъ господинъ своего инстру-
мента, когда соперники его — только хорошо
управители. Мы имѣли случай сравнить игру его
съ другими въ блистательномъ концернѣ, данномъ
въ пользу слѣпаго Вишпиха, въ концернѣ, припо-
сящемъ истинную честь артистамъ, въ немъ уча-
ствовавшимъ. Замѣчательнѣйшею пьесою въ семнѣ
концернѣ была безъ сомнѣнія соната Гуммеля въ 4
руки, игранная Г-мъ Фильдомъ и Г-мъ Рейнгардомъ,
достойнымъ ученикомъ его и едва-ли не бодѣе счасцѣ
ливымъ въ исполненіи, нежели ученики Гуммеля.

136

Весьма замѣчателень былъ концерпъ, данный Дирижеромъ Московскаго Русскаго Театра Г-мъ Кубиштою, въ концертной залѣ Петровскаго Театра, пошому, что почти весь состоялъ изъ сочиненій Русскихъ Композитеровъ — эпо дѣлаешь ческъ Г-ну Кубиштѣ. Послѣ скрыпичнаго концерла его сочиненія, въ коморомъ есть счастливыя мѣста, слѣдовала канцерната Верстовскаго, изъ Пролога для открытія Петровскаго театра — и тутъ подшвердилася мысль, сказанная нами въ статьѣ объ открытіи своего театра, что огромность залы, несоразмѣрная съ количествомъ музыкантовъ, отнимала нѣкоторую поржественность у музыки къ сему Прологу; въ концершной залѣ музыка нашего любимца Публики явилась во всемъ блескѣ и была принята съ рукоплесканіями.

Сверхъ того особенно заслуживали вниманіе концерты: Г-на Лемоха — на фортоцьяно: сила сего музыканша и легко преодолѣваемыя имъ трудности — не могутъ остаться безъ замѣчанія; далѣе концерпъ Сусмана на флейшѣ, концерпъ Г-жи Тегиль второй Примадонны Итальянскаго театра, концерты въ залѣ Благороднаго Собранія (особенно послѣдній), которые далеко превосходили прошлогодніе концерты, концерпъ Г-на Шольца, капельмейстера Московскаго Театра, и многіе другие. Въ сихъ концертахъ мы слышали многихъ новыхъ пѣвицъ, какъ-то Г-жу Леоновичь, Г-жу Фензи и проч.; но предъ всѣми заслуживаешь преимущество Г-жа Шоберлехнеръ, какъ по прекрасному голосу, такъ и по искуству въ пѣніи. Сверхъ того участвовали въ оныхъ: Лавровъ, басъ Московскаго Русскаго театра, о коморомъ мы уже говорили, и комораго теперь поблагодаримъ за то, чщо онъ не хотѣлъ мориць слушателей Итальянскими руладами, но на всѣхъ почти концертахъ пѣль простую, выразительную, исполненную огня музыку Верстовскаго. Сверхъ того

137

пѣли: Анти, Този, Перуцци и другие Италіянские актеры.

Наконецъ — были концерты, о которыхъ не будемъ говорить, ибо о нихъ не говорили и въ са- мое время концерта. Къ пакимъ концертамъ безъ сомнѣнія припадлежитъ концертъ віолончелиста Г-на Фензи; мы и не стали — бы упоминать о немъ, еслибъ похвалы ему отъ его соопічичей, отозвав- шіяся въ Дам. Журналѣ, не вынудили насъ вспу- питься за вкусъ Московскихъ любителей музыки; и потому осмѣливаемся сказать, что въ Г-нѣ Фензи па- ходимъ одно музыкальное достоинство — неустра- шимость, съ которою вышелъ онъ на борьбу съ пеподражаемымъ Ромбергомъ, и рѣшительно утверж- даемъ, что и въ адажіо и въ аллегро Фензи строль- ко-же похожъ на Ромберга, сколько Буше на Ли- пинскаго; въ Г-нѣ Буше еще замѣтно было больше шаланта: фальшивыя ноты, вынужденная чувстви- тельность, пламенная холодность — вотъ харак- шеръ игры Г-на Фензи!

Всѣхъ концертовъ, по нашему счету, въ про- долженіи Великаго поста было около 25 — не вклю- чаян сюда музыкальныхъ вечеровъ (Soirées musicales).

Кромѣ концертовъ, замѣчательнѣйшія музыкаль- ныя проявленія были на Русскомъ Театрѣ: Агнеса, Опера Пера, на Ипальянскомъ театрѣ li Crociati — Майербергера. Объ этой оперѣ не скажемъ ни слова, ибо многихъ она восхищаетъ, но намъ не имѣть счастія нравиться; причины тому скажемъ тогда, какъ она выйдешь изъ моды, слѣдственно въ непро- должительномъ времени.

У. У.

138

Театральныя новості.

Силь Андалузскій, соч. Лебрюня, кажется, одолжень былъ своимъ успехомъ великолѣпію декорацій и костюмовъ. Пьеса, говорятъ, сама по себѣ слаба.

На поприщѣ комедіи во Франції отличались донынѣ только Делавинь и Бонжурь. Теперь являєм-ся имъ соперникъ — Делавильль. Комедія его, которая скоро явилась на театрѣ, превосходна, по увѣренію читавшихъ ее.

Юанца Д'Аркъ — новое сочиненіе Г. Суме (Автора трагедій: Сауль и Клитемнестра), пред-шавлена 14 го Марта, въ Одеонѣ, съ громкими по-хвалами. Книгопродавецъ Барба купилъ рукопись за бООО франковъ, и первое издание уже распродано; второе печатается.

Еще 25 го Ноября, Г. Суме привѣшествовалъ Французскую Академію и Президенца Оже, спрашнаго врага всему романтическому, далъ новый обѣшъ на неизмѣнное наблюденіе трехъ единствъ и на соблюденіе всѣхъ требованій классицизма. Вѣроятно, улыбка одобренія явилась ни устахъ Президенца, когда Г. Суме вөскликнулъ: »Les autres nations ne possédent réellement que des ébauches dramatiques: la France, la France seule a conservé sur son imposant théâtre les antiques traditions de la véritable tragedie (другіе пароды обладающіль только опытами драматическихъ произведеній: Франція, одна Франція со-хранила на величественномъ театрѣ своемъ древнія преданія исписной трагедіи!) — Отверть Оже заключался въ амплификаціи слѣдующихъ словъ: «Сдержите ваше слово, Г, Суме, и кому, если не вамъ, сдержать его!«

Жаркій защитникъ классицизма, Journal des Degrats, п. и. лучше сказашь одинъ изъ его Редакторовъ,

139

носящая цѣлую статью трагедіи Г. Суме, воскли-
цаетъ: „И Г. Суме сдержалъ свое слово! онъ сдер-
жалъ его: единства дѣйствія, времени и мѣсца
соблюдены въ немъ съ удивительною точностію! »

Не скажемъ ничего о Трагедіи, пока не прочи-
таемъ ее сами. Успѣхъ на театрѣ еще небольшое
ручательство за доопопнѣство Трагедіи; но при-
знаемся, что именно то, что Ред. Jour. des Debats
находимъ хорошимъ, намъ кажется очень сухо и
обыкновенно. Стихи, имъ представляемы е для
образчика — блестки оспроумія, а не искры Поэ-
зіи. Всего-же непонятіе кажется намъ то, что
содержаніе Трагедіи бездѣйственно, безстрашно и
все состоитъ изъ суда падъ Ioанною. Въ первомъ
явліи она читаетъ монологъ въ тюрѣѣ, въ
послѣднемъ явліи возводятъ Ioанну на костеря,
костеръ зажигающъ — и запавѣсъ опускается.

Модные обыта.

Замѣтивъ, что формопіано теряютъ нѣсколь-
ко звука ошь того, что ножки пхъ касаются пола,
пынѣ придѣльвающі къ нимъ особенныя хрустальѣ
ныя подставки.

Дамы носятъ не два, какъ прежде, браслета,
по одному на рукѣ, но нѣсколько на правой рукѣ
и одинъ браслетъ на лѣвой. Ожерельѣ надѣвающі
пакѣ по нѣсколку вдругъ; если-же однѣ ожерѣле,
то оно бываетъ широкое, какъ браслетъ. Самое
модное ожерелье состоитъ изъ пяти медальоновъ,
скрѣпленныхъ пучками розъ, сдѣланныхъ изъ золо-
пія.

140

Модный цвѣтъ сюртука для прогулокъ синій
или зеленый. Воротникъ долженъ быть бархашный,
пѣговицы мешаллическія.

Объявленіе.

Въ музыкальномъ магазинѣ Г - на Лентольда, на
Ильинкѣ, поступила въ продажу: Татарская пѣсня,
взятая изъ Бахтисарайскаго Фонтана и положенная
на музыку Кн. В. О. Одоевскимъ.

Иностранныя извѣстія.

Въ Монtréалѣ, въ Канадѣ, учредилось Обще-
ство ранняго вставанья. Каждый Членъ обязань
вставать въ назначенный часть и платить штрафъ,
если окажется неисправнымъ. Вставать рано и хо-
рошо и здорово, но видно, въ Монtréалѣ нѣтъ шпа-
кихъ людей, которые вставши въ полдень, не зна-
ють, что дѣлать съ временемъ.

Кто-то на досугѣ исчислилъ, что въ Англии
мыши и крысы каждый годъ съѣдаютъ муки— 100,000
фунтовъ.

Въ рѣчи одного Члена Парламента находимъ
забавный анекдотъ о таможенныхъ Английскихъ
Причпавахъ. Нѣкако привезъ въ Англию мумію. Чи-
новники запруднились въ томъ: чѣмъ должно почи-
чать эту странную вещь: произведеніемъ - ли при-
роды или искусства? Но наконецъ рѣшили, что-
это должно быть произведеніе иностранныхъ фаб-
рикъ и слѣдовательно пошлина должна быть взята
съ цѣны его.

141

Гуммель объявилъ въ Парижъ подписку на че-
тыре музыкальные вечера; цѣна билету на всѣ 40
франковъ. Онъ издаетъ полное собрание своихъ со-
чинений подъ названіемъ: Bibliothèque Musicale pour
les Dames. Подписка (за 700 франковъ) будетъ про-
должаться до 1 Сентября, въ Парижѣ, у Пешо
(S. Péchault, boulevard Poissonnière, No 16).

Какой-то Антрпренёръ предложилъ Швейца-
рамь завести картежный домъ въ Швицѣ. Предложе-
ніе его отвергнуло съ негодованіемъ.

Annales des modes.

25 Mars — 10 Avril. Des robes de gros de Nap-
les blanc extrêmement décolletées, sur les épaules sur-
tout, des manches bien courtes, bien bouffantes; un
gros paquet de violettes doubles au milieu de la gorge,
et de petits nouets de violettes de parme, épars sur la
forme d'un chapeau de gros de Naples blanc, à passe
tout-a-fait horizontale, à barbes en blonde blanche; voilà
ce que l'on voit de plus distingué.

C'est un luxe que les belles blondes: non-seulement
on en met pour ornement aux chapeaux de satin blanc,
de crêpe rose, jonquille, lilas ou bleu, mais encore on
en fait des barbes pour attacher les chapeaux et les pe-
tits bonnets parés. Puis ces blondes forment quart de
voile tout autour de la passe du chapeau: à la prome-
nade, on les rabat; mais au spectacle, on les relève.

*

Quelques robes sont tellement courtes de jupe qu'on
les prendrait pour des robes de bal, 'si ce n'était l'étoffe,
la couleur rembrunie et la façon.

Les souliers sont un peu effilés du bout et très -
décolletés. On voit beaucoup de souliers vert-américain.

142

En compulsant des notes prises au spectacle, le jour d'une grande réunion, nous trouvons : plusieurs turbans à l'israélite, en tissu d'argent. — Un turban de crêpe jaune et de tissu d'acier, orné d'une aigrette de plumes jaunes et gros bleu. — Une coiffure en cheveux, ornée de roses, d'épis verts et mors, et d'un bandeau en diamans. — Des cheveux nattés avec une large chaine d'or et un bandeau de perles fines. — Une coiffure en cheveux sur laquelle du barèges ponceau, chifflonné, avait pour agrafes des épingles à grosse tête d'or. — Un chapeau de crêpe blanc, à passe horizontale, recouverte de sept paquets de marabouts. — Beaucoup de robes de crêpe blanc, à corsage uni et collant, et à manches longues. — Quelques robes de satin blanc, ou rose, ou lilas, à manches très courtes, garnies de blonde, et recouvertes par de grandes manches de crêpe lisse. — Une robe de crêpe bleu, à corsage drapé, garnie dans le bas, de trois bouillons de crêpe, disposés en dents de loup, et agrafés par trois rosettes de satin bleu. — Un manteau de femme en cachemire brun-solitaire, dont la pèlerine était boutonnée avec de petits boutons d'or. — Plusieurs élégants en manteau à collet et revers doublés de pluche ponceau:

*

Les modistes donnent quelquefois pour garniture à un chapeau de bois blanc, dont la passe est à demi-large et presque égale tout autour, une guirlande d'aubeépine. D'autres fois, c'est une torsade de crêpe lisse vert ou lilas, qui entoure la forme, et dont les bouts, passant dans des entailles tiennent lieu de brides.

Les chapeaux de crêpe citron, avec garniture couleur lilas, sont très-nombreux. On voit sur des chapeaux de crêpe blanc, lilas ou citron, jusqu'à sept têtes de plumes, posées en échelons et de couleurs tranchantes.

Les nouveaux rubans sont, comme les nouveaux gros de Naples, les nouveaux taffetas, les nouveaux barèges, à raies ombrées, mais de nuances bien tranchan-

143

tes. Il faut observer qu'on ne dit point rouge et bleu,
rouge et vert, jaune et brun, mais rubis et saphir,
éméraude et rubis, jönquille et solitaire.

Льтописи модѣ.

Съ 25 Марта, по 10 Апръля. Бѣлое, гро-
денаплевое пластье, съ большою вырѣзкой, особливо
на плечахъ, короткіе, буффированные рукава, бу-
кешъ фіалокъ на груди и небольшіе букетцы Парм-
скихъ фіалокъ на бѣлой, гроденаплевой шляпѣ, у
коморой соперіненно прямые поля и блондовыя за-
вязки — вошь опіличнѣйшій модный нарядъ!

Дорогія блонды въ страшной модѣ. Не только
на шляпкахъ изъ бѣлаго апласа, крепа розовало,
жонкилеваго, лиловаго или синяго находятся блон-
ды, но изъ нихъ дѣлають завязки для шляпокъ и
нарядныхъ чепчиковъ. Сверхъ шого дѣлають изъ
нихъ квадратные вуали вокругъ шляпокъ, которыми
на гуляньѣ закрывають лицо.

Пластья дѣлають тақъ коротки, что если-бы
фасонъ и темные цвѣта не доказывали проіпивнаго,
шо можно-бы поčестъ ихъ бальными. Башмаки дѣла-
ются чынѣ съ большою вырѣзкою. Много носілѣ
башмаковъ тѣмнозеленыхъ.

Вошь что замѣтили изящнаго вѣ большихъ
сфектпакляхъ: много тюрбановъ à l'israélite, съ се-
ребряными ебпкамі. — Тюрбанъ изъ желтаго газа,
съ стальною стѣпкою и съ пучкомъ желѣныхъ и синихъ
первень. — Уборка головы съ розами, колосьями и
брильянтами. — Уборка волосъ, перевитыхъ зо-
лошою цѣпкой и жемчугомъ. — Уборка волосъ съ
барежевымъ пунцоваго цвѣпна приборомъ, и съ золо-
шыми булавками, у коморыхъ большіе шарики. ♡

144

Шляпка изъ бѣлаго газа, съ прямыми полями и съ семью пучками марабу. — Много платьевъ изъ бѣлаго крепа, съ закрытою грудью и съ длинными рукавами. — Нѣсколько платьевъ бѣлаго, розовало и лиловаго атласа, съ рукавами короликами, убранными блондами и закрытыми другими длинными, креповыми рукавами. — Пластье изъ синяго крепа, убранное внизу тремя креповыми складками (bouillous), въ видѣ волгихъ зубовъ, копорыя соединены тремя розетками синяго атласа. — Дамскій кашечировый плащъ темно-солитерроваго цвѣта, съ пеллериною, заспегнутую золотыми пуговками. — Много плащей подбивныхъ и обшивныхъ пунцовымъ плюшемъ.

*

Модистки убирають иногда гирляндою шляпки изъ стружекъ, у которыхъ поля полу-широки и почти ровной величины со всѣхъ сторонъ. Иногда пулья окружается зеленымъ, или лиловымъ крепомъ, копторый составляется и завязки.

Креповыя, лимоннаго цвѣта шляпки съ лиловою уборкой въ большой модѣ. На креповыхъ бѣлыхъ, лиловыхъ и лимоннаго цвѣта шляпкахъ дѣлають въ видѣ лѣсенки до семи пучковъ изъ перьевъ ярких цвѣтовъ.

Модныя ленты, гроденапли, шафшы и баре болѣе полосатые въ яркіе цвѣпа. Надобно замѣтнить что теперь не говорятъ уже: цвѣтъ матерій кі сный съ синимъ, красный съ зеленымъ, желтый темнымъ, но рубиновый (красный яхонтъ) съ фірнымъ (синій яхонтъ), изумрудный съ рубиновыя жонкилевый съ солитеровымъ. —

На приложенной каршINKѣ :

Тюрбанъ съ серебряною цѣночкой — Модная шаль. Тюлевое пластье, убранное атласомъ. —