Накормила-напонла,
Домъ отдѣльный отвела—
Какъ родного приняла.
Хорошо ему живется...
А нѣтъ-нѣтъ да и взгрустнется:
Знать, хотелось-бы ему
Какъ и что въ родномъ дому?
Поглядить съ горы порою
На дворецъ на свой съ тоскою—
Пусто все: въ лѣсной тѣни
Стѣны высятся одни!
П вздохнетъ царевичъ больно,
П слеза пробьетъ невольно....
Стала Солнцева сестра
Замѣчать, что какъ съ двора
Елисей на гору сходитъ—
На него тоска находитъ;
Все лицо ночи темнѣй,
Слезы льются изъ очей...
Вотъ она къ нему пристала,
П молила, и ласкала—
Повинился Елисей
П, склонившись передъ ней,
Сталъ на родину проситься,
Милымъ кровнымъ поклониться.
Долго Солнцева сестра
(Хоть была она добра)

— 265 —

Ужъ дубовъ всего пятокъ;
Взялъ тогда онъ гребешокъ,
Бросилъ тотчасъ въ чистополье—
И на всемъ степномъ привольѣ
Боръ дубовый зашумѣлъ,
Листвой свѣжей заблестѣлъ.
Вертодубъ развеселился
И валить дубы пустился.

Пдетъ дальше Елисей
И знакомыхъ, старыхъ швей
Напослѣдокъ нагоняетъ
И отвѣдать предлагаетъ
Чудныхъ яблочковъ сквозныхъ;
Тѣ, какъ только съѣли ихъ,
Вмигъ красавицами стали,
(Словно старости не знали!)
И на радости большой
Ему дали шарфъ такой,
Что какъ только имъ поманить—
Сзади озеро вдругъ станетъ.
Елисей благодарилъ
И коня впередъ пустилъ.

Вотъ домой онъ пріѣзжаетъ,
На крыльцовъ сестра встрѣчаетъ,
И голубитъ, и зоветъ,
И такую рѣчь ведетъ:

— 267 —

— „Милый братъ, пока поспѣю
„Я съ закускою своею,—
„Ты-бъ на гусляхъ побренчалъ“.
Тотъ сейчасъ-же гусли взялъ
И сидитъ себѣ, играетъ.
Вдругъ мышенокъ выполняетъ,
Тонкимъ хвостикомъ стучитъ,
Елисею говоритъ:

— „Убѣгай скорѣй отсюда,
„А иначе будетъ худо!

„Скоро будетъ не пора:
„Зубы точитъ ужъ сестра“.

Елисей, не мѣшкавъ долѣ,
Взялъ коня и тотчасъ въ поле
Въ путь обратный поскакалъ,
А мышенокъ забренчалъ.
Гусли знай себѣ играютъ,
А сестрица и не знаетъ,
Что простылъ ужъ братца слѣдъ!
Входитъ, ищетъ — братца нѣтъ!
Вѣдьма страшно разозлилась
И немедленно пустилась
По царевица пятамъ;
Тотъ, заслышавъ шумъ и гамъ,
Оглянулся; видитъ: гонитъ
Вѣдьма шипко; ну, нагонитъ!
Шарфъ изъ пазухи досталъ,

— 268 —

Имъ три раза помахалъ,—
И сейчасъ-же за спиною,
Серебристой чешуею,
Заблестѣлъ огромный прудъ.
Повозилась вѣдьма тутъ,
И пока переплывала—
Далеко таки отстала,
Но скорехонько опять
Стала брата нагонять.
Вертодубъ тутъ догадался,
Что царевичъ нашъ спасался,—
И давай деревья рвать,
Поперекъ пути кидать;
Стала вѣдьма понемногу
Прочищать себѣ дорогу;—
Грызть ей было нелегко!
А царевичъ далеко
Ужъ уѣхалъ той порою.

Взвыла вѣдьма—и стрѣлою
Понеслась впередъ опять,
Стала быстро нагонять.
Вертогоръ увидѣлъ впору
Злую вѣдьму; тотчасъ гору
На дорогу повернулъ
И другую къ ней приткнулъ.
Вѣдьма лѣзла, обрывалась,
Съ злобой бѣшеной ругалась,

— 269 —

А царевичъ гналъ да гналъ
И все дальше удиралъ...
Черезъ горы перебравшись,
Вѣдьма, съ силами собравшись,
Понеслась еще быстрѣй...

Видитъ бѣдный Елисей,
Что ему съ ней не тягаться,
Время съ жизнью разставаться;
Къ дому Солнца подскакалъ
П сестрѣ его вскричалъ:
— „Елисей пріѣхалъ, Солнце!
„Отвори скорѣй оконце!“
Вмигъ открылося оно,
Елисей съ конемъ вскочилъ
И окошко затворилъ.
Стала вѣдьма ихъ просить
Дѣло попросту рѣшить:
На вѣсахъ кто перетянетъ—
Тотъ другимъ владѣть п станетъ.
Вотъ по вѣдьминымъ словамъ
Всѣ отправиллись къ вѣсамъ;
Самъ царевичъ сѣлъ сначала,
Послѣ вѣдьма; но лишь стала
На вѣсы она ногой,—
Какъ царевича съ такой
Страшной силой вверхъ метнуло,
Что прямехонько толкнуло

— 270 —

По щучьему велѣнію.

Жилъ да былъ мужичекъ безталанный.
Какъ, сердечненькій, онъ ни трудился, —
Все ни въ чемъ ему не было счастья.

„Эхъ, ты доля моя, горемыка!“

Про себя помышляетъ бѣдняга:

„Вотъ работаю съ зорьки до зорьки—

„И все смерти голодной боюся;

„А сосѣдъ на печи грѣетъ брюхо,

„Барыши-же плывутъ къ нему самп'...

„Нѣтъ, я Господу, знать, не угоденъ;

„Стану жарко Ему я молиться—

„Можетъ, сжалится Онъ, Милосердый.“

Началъ бѣдный усердно молиться...

Днями цѣлыми вироголодь бьется,

А все молится жарче да жарче...

Подошелъ, наконецъ, Свѣтлый праздникъ

И къ заутрени стали сбираться;

Бѣдный думаетъ: „Всѣ-то какъ люди

„Разговѣются краснымъ янчкомъ —

— 274 —

„У меня-жъ и куска хлѣба нѣту!
„Принесу-ка водицы ведерко,
„Да ужо вмѣсто щей похлебаю!“
Взялъ ведерко, отправился къ рѣчкѣ,
И лишь только снустилъ его въ воду—
Вдругъ попалась большущая щука!
Говоритъ по людски ему щука:
— „Отпусти, мужичокъ, меня въ рѣчку, —
„Я тебя на всю жизнь осчастливлю:
„Чтò захочешь—тотчасъ и будетъ,
„Лишь скажи, что по щучью велѣнью,
„Да по Божью ко мнѣ изволенью,
„Появись то да то—и получишь.“
Отпустилъ мужичокъ щуку въ воду,
Воротился въ избу, сѣлъ на лавку
И велитъ, чтобъ по щучью велѣнью
Былъ объдъ ему праздничный собранъ.
Вдругъ весь столъ (и откуда что взялось!),
На узорчатой скатерти браной,
Разукрасился всякой закуской
И десятками разныхъ напитковъ;—
Хоть царю разговѣться, такъ впору!
Помолился бѣднякъ предъ иконой,
Отстоялъ всю пасхальную службу
И, досыта потомъ разговѣвшись,
За ворота пошелъ прохлаждаться.

— 275 —

*

Царь въ ту пору съ невѣрными бился
И оставилъ на царствѣ царевну.
Мудро правила дочка народомъ,
Много слезъ осушила убогимъ
И какъ праздникъ пришелъ, собралася
Одѣлять бѣдный людъ Христа-ради...
Всѣхъ, кто встрѣтился съ ней, наградила,—
Лишь того мужичка позабыла.
Говоритъ про себя онъ желанье:
„Я хочу, чтобъ по щучью велѣнью—
„Да по Божью ко мнѣ изволенью
„Вмигъ меня полюбила царевна,
Повѣнчалась-бы тотчасъ со мной
„И родила пригожаго сына“.
Такъ и сбылося: вмигъ полюбился
Мужичекъ безталанный царевнѣ,
А на завтра сыграли и свадьбу,
Все какъ слѣдуетъ... Въ мѣсяцъ девятый
Разрѣшилась царевна сыночкомъ.
Уродился сынокъ всѣмъ на диво:
По часамъ мальчикъ росъ, укрѣплялся
Говорить уже сталъ чрезъ недѣлю.
Между тѣмъ царь съ войны возвратился
П узнавъ отъ палаты боярской
Про царевнину свадьбу съ убогимъ,
Приказалъ заключить ихъ въ темницу,
Продержать тамъ полгода съ недѣлей

— 276 —

И потомъ, посадивши съ ребенкомъ
Въ засмоленную на крѣпко бочку,
Бросить въ волны открытаго моря.

Поплыла съ заключенными бочка,
Понесли ее буйные вѣтры
И прибили къ землѣ нензвѣстной.

Слышитъ бѣдный: вода не колышетъ,—
Говоритъ свое властное слово:

— „Я хочу, чтобъ по щучью велѣнью,
„Да по Божью ко мнѣ изволенью,
„Мигомъ бочка на сушѣ распалась!“

И сейчасъ развалился бочка,
Вышли всѣ на песчаную отмель
И пустились впередъ на удачу.
Шли да шли—наконецъ, отощали;
Еле двигаетъ ноги царевна...

— „Что, спознала-ль ты жажду и голодъ?“
Вопрошаетъ супругу убогій.

— „Да! царевна ему отвѣчаетъ.

— „Ну, вотъ такъ-то и мучится бѣдный,
„А мнѣ въ Насху подать не хотѣла!“

И велитъ, чтобъ по щучью велѣнью,
Да по Божью къ нему изволенью
Появился дворецъ богатѣйшій,

Съ чуднымъ садомъ, большими прудами
И со всякимъ надворнымъ строеньемъ.

Только вымолвилъ—стали предъ ними

— 277 —

Красоты превосходной палаты;
Выбѣгаютъ изъ нихъ царедворцы,
Ихъ встрѣчаютъ съ глубокимъ поклономъ,
Въ расписные проводятъ покой,
За столы за дубовые садятъ.
Царской роскошью блешутъ хоромы,
На столахъ горы яствъ и напитковъ;
Напились и наѣлись супруги,
Отдохнули, пошли прогуляться.

— „Славно здѣсь!“ замѣчаетъ царевна: —
„Только жаль-на прудахъ нѣту птицы“.

— „И за ней у насъ дѣло не станетъ“,
Отвѣчаетъ царевѣ убогій,

И велитъ, чтобъ по щучью велѣнью
Да по Божью къ нему изволенью,
Десять съ селезнемъ утокъ явилось:
Все сподрядъ златоперыя утки,
И съ хохломъ брилліантовымъ селезень; —
И какъ сказано, такъ и случилось.

Пробѣгаетъ денекъ за денечкомъ,
Зиму красное лѣто смѣняетъ;
Поживаетъ царевна съ убогимъ,
А сынокъ знай растетъ да крѣпчаетъ.
Выросъ молодцемъ, силу почуялъ—
И давай въ путь-дорогу проситься,
Раздобыться женою по сердцу.

Отпустили родители сына...

— 278 —

Осѣдлалъ онъ коня огневаго

И поѣхалъ по чистому полю.

Попадается встрѣчу старушка:

— „Здравствуй, дитятко, русскій царевичъ!

„Далеко-ли ты ъхать изволишь?“

— „Бду, бабушка, я за невѣстой,

„А искать ее гдѣ—самъ не знаю!“

— „Поѣзжай ты въ далекое царство,

„Что подъ небомъ стоитъ государство;

„Тамъ красотка живетъ королевна,

„Да такая, что свѣтъ весь изъѣзди—

„Ты другой, ей подобной, не сыщешь!

Благодарствовалъ витязь старушку,

На ближайшую пристань пріѣхалъ,

Взялъ корабль и немедленно поплылъ

Въ неизвѣстное дальнее царство.

Долго плылъ онъ по синему морю,—

Скоро сказка о томъ говорится,

Само дѣло не скоро творится,—

Пріѣзжаетъ онъ въ то королевство,

Королю не замедлилъ явиться

И за дочь его свататься началъ.

Говоритъ ему царь: „Радъ-бы очень

„Я, царевичъ, съ тобой породниться;

„Но женихъ уже есть у царевны,

„Богатырь всѣмъ извѣстный, могучій;

— 279 —

„Коль ему отказать—однимъ махомъ

„Раззорить онъ мое государство!“

— „А коль мнѣ, государь, ты откажешь—

„Не оставлю я камня на камнѣ!“

— „Ну такъ лучше вы смѣряйтесь силой:

„Кто кого побѣдить—тотъ царевной

„И владѣй, какъ женою законной.“

— „Хорошо! Созывай-же побольше

„И царей, и бояръ, и народу,

„На честной поглядѣть поединокъ,

„Погулять на царевниной свадьбѣ!“

Тотчась всюду гонцы полетѣли,—
И съ окрестныхъ земель собралися
Короли, и цари, и бояре;

Прикатилъ и тотъ царь, чтò родную

Дочь въ смоленую бочку упряталъ

Да пустилъ по открытому морю.

Въ день назначенный царская стража

Оцѣпила дворцовую площадь,

Загремѣли литавры и трубы,

Зачернѣла народомъ окрестность.

Вышли витязь распрю покончить

Боемъ смертнымъ, борьбой богатырской.

Бились долго; отъ тяжкихъ ударовъ

Стонъ стоялъ, волноваліся рѣки,

Боръ дремучій къ землѣ приклонялся;

Сынъ царевны сломилъ супостата;

— 280 —

Буйну голову снесъ молодецки.
Тутъ бояре къ нему подбѣжали,
Подхватили подъ бѣлыя руки,
Во дворецъ повели его съ честью.

На другой день справили свадьбу,
А какъ кончили пиръ да гулянку,
Молодой началъ звать къ себѣ въ гости
Всѣхъ царей, королей и придворныхъ.
Поднялись они съ мѣста всѣ разомъ,
Корабли снарядили немедля
И пустились по синему морю.
Ихъ царевна съ убогимъ встрѣчаетъ
Съ превеликимъ почетомъ и лаской,—
И пошли вновь пиры да веселье!
Гости смотрятъ на все и дивятся:
На дворецъ, на сады, на постройки...
(И подобья того не видали!)
А чуднѣе всего показались
Всѣмъ гостямъ златоперыя утки.—

Вотъ, покончивши пиръ да веселье,
Стали гости домой собираться;
Не успѣли до моря добѣхать—
Скачутъ посланцы, просятъ вернуться:
— „Господинъ нашъ желаетъ-де съ вами
„Кой о чемъ по душѣ перемолвить.“
Воротились высокіе гости...

— 281 —

На крыльцов ихъ хозяинъ встрѣчаетъ,
Говоритъ имъ въ упоръ, съ укоризной:

— „Развѣ такъ короли поступаютъ?

„У меня одна утка пропала;

„Кромѣ васъ въ томъ никто не виновенъ!“

Короли и цари разсердились:
— „Какъ ты смѣешь порочить напрасно?

„Обыщи насъ, и если ту утку

„У кого-либо только отыщешь—
„Воленъ дѣлать ты съ нимъ, чтò захочешь;

„Если-жъ нѣтъ—тебѣ голову снимемъ!“

— „Хорошо!“ согласился хозяинъ,
Сталъ осматривать всѣхъ по порядку

И, какъ только добрался до тестя,
Отъ всѣхъ потихоньку и молвилъ:

„Я хочу, чтобъ по щучью велѣнью,

„У царя, подъ полою кафтанა,

„Утка чудная вмигъ оказалась!“

Полу царской одежды приподнялъ,

А подъ нею привязана утка

И горятъ словно жаръ ея перья.

Тутъ всѣ гости со смѣхомъ вскричали:
— „Вотъ такъ славно! Вишь время какое!

Ужъ цари поворовывать стали!“

Старый царь всѣмъ на свѣтѣ клянется,

Что невипенъ, придумать не можетъ,

— 282 —

Какъ къ нему чудо-утка попала,..

— „Знаемъ, знаемъ мы эти разсказы!“

Надъ Царемъ потѣшаются гости:—

„Знать, сама къ тебя утка влетѣла“

Тутъ царевна къ отцу подбѣжала,
Обняла и немедля призналась,
Что она—его дочь, что съ убогимъ
Посадивши въ смоленую бочку
Онъ ее въ море синее бросилъ.

— „Милый батюшка, вотъ, ты не вѣрилъ
Что легко безъ вины провиниться,—
„Ну теперь на себѣ ты извѣдалъ...
Все какъ было ему разсказала,
И потомъ стали жить они вмѣстѣ
Въ полномъ мирѣ, любви и согласьи
Да растить малыхъ дѣтокъ и внуковъ.

— 285 —

Ивашка и вѣдьма.

Жилъ старикъ со своею старухой,
И у нихъ былъ сыночекъ Ивашко;

Такъ его они крѣпко любили,

Что словамъ сказать невозможно!

Вотъ Ивашко родителей проситъ:

—„Отпустите меня на прудочекъ...

„Я поѣду, ловить стану рыбку“.

—„Что ты! Малъ еще... гдѣ тебяѣ хать:

„Чего добрайо свалишься въ воду!“

—„Не свалюсь... Вы не бойтесь... Пустите!

„Я вамъ рыбки поймаю къ обѣду“.

Мать надѣла сынку рубашонку,

Пояскомъ подпоясала краснымъ,

И пустила его на прудочекъ.

Сѣлъ Ивашко въ челнокъ, напѣваетъ:

„Челнокъ, челнокъ, плыви подальше!

„Челнокъ, челнокъ, плыви подальше.“

И челнокъ на глубь самую выплылъ;

А Ивашка мережку закпнулъ

— 286 —

„Ивашечко, милый сыночекъ,
„Приплынь ко мнѣ на бережочекъ,
„Тебѣ я пить-ѣсти принесъ“.

Говорить челночку нашъ Ивашко:

„Челнокъ, челнокъ, плыви на берегъ,
„Челнокъ, челнокъ, плыви на берегъ,
„Меня отецъ къ себѣ зоветъ“.

Челночекъ повернулся и подплылъ.
Рыбку забралъ отецъ въ кузовочекъ,
Накормилъ-напоилъ мальчугана,
Приодѣлъ его въ чистое платье
И опять отпустилъ на прудочекъ.

Вотъ подслушала вѣдьма все это
П задумала слопать Ивашко.
Прибѣгаетъ на берегъ и хрипло
Мальчугана къ себѣ подзываетъ:

„Ивашечко, милый сыночекъ,
„Приплынь ко мнѣ на бережочекъ,
„Тебѣ я пить-ѣсть принесла“.

Узнаетъ голосъ вѣдьмы Ивашко,
Отдаетъ челночку приказанье:

„Челнокъ, челнокъ, плыви подальше.
„Челнокъ, челнокъ, плыви подальше.
„То манитъ вѣдьма насъ къ себѣ“.

— 288 —

Та смекнула, что надо Ивашку
Звать нѣжнѣе, какъ кличетъ старуха;
Къ кузнецу побѣжала и просить:
—„Скуй мнѣ голосъ, да точно такой же,
„Какъ у старой Ивашкиной матки,
„Не то съѣмъ я тебя въ ту-жъ минуту?“
Вотъ сковалъ ей кузнецъ голосъ тонкій;
Вѣдьма ночки дождалась, на берегъ
Прибѣжала и мальчика кличетъ:

Челночекъ повернулся и подплылъ.
Вѣдьма мигомъ схватила Ивашку
И къ себѣ, въ темный лѣсъ, потащила.
Въ домъ пришла и велитъ своей дочѣ:
—„Истопи печь пожарче, Аленка,
„Да мальчишку изжарѣ хорошенько,
„Я-жъ гостей созву той порою“.
Раскалила печь до красна дочка
И сердито торопитъ Ивашку:
—„Ну, садись поскорѣй на лопату!“
—„Малъ я, глупъ... Ничего не умѣю!“
Отвѣчаетъ Аленкѣ Ивашко:
„Покажи, какъ мнѣ сѣть на лопату“.

— 289 —

19

—„Хорошо, поучить вѣдь недолго!“

Согласилась Аленка и только
На лопату усѣсться успѣла,
Какъ Ивашко лопату приподнялъ,
Дѣвку въ устье, не мѣшкая, сунулъ
И задвинулъ желѣзной заслонкой;
Послѣ вышелъ изъ вѣдьминой хаты
И на дубъ превысокій забрался.

Вотъ вернулась вѣдьма съ гостями,
Въ домъ вошла и, Аленки не видя,
Такъ подумала: „Вѣрно, гуляетъ!“
Усадила гостей, сама—къ печи,
И, отдвинувъ отъ устья заслонку,
Подала на лопатѣ Аленку.
Гости вволю нались, напились
И давай на лужайку ваяться.

—„Покачуся, повалюся,
„Ивашкина мяса наѣвшись!“

Голоситъ и катается вѣдьма.

—„Покатися, повалился,
„Аленкина мяса наѣвшись!“

Отвѣчаетъ Ивашко ей съ дуба.
Вѣдьма вверхъ посмотрѣла, озлилась
И ну дерево грызть съ пѣной у рта.

— 290 —

Грызла, грызла — два зуба сломала
И скорѣй къ кузнецу побѣжала:
— „Скуй мнѣ зубы да только покрѣпче,
„Не то сѣмъ я тебя въ ту-жъ минуту!“
Тотъ сковалъ ей желѣзные зубы
И, домой возвратившися, вѣдьма
Догрызать прежній дубъ принялася.
Перегрызла, но раньше Ивашко
На сосѣдній дубокъ перебрался.
Увидала то вѣдьма, взбѣспилась
И опять принялась за работу.
Грызла, грызла — два зуба сломала
И скорѣй къ кузнецу побѣжала:
— „Скуй мнѣ зубы еще того крѣпче,
„Не то сѣмъ я тебя въ ту-жъ минуту!“
Тотъ сковалъ; воротилась вѣдьма,
И давай догрызать начатое.
Струсилъ мальчикъ, не знаетъ что дѣлать;
Видитъ — гуси летятъ, онъ и проситъ:

„Гусь сѣрые, гусенята!
„Вы возьмите меня на крылята,
„Понесите къ отцу къ матери!“

— „Среднихъ жди!“ говорятъ ему птицы.
Ждетъ Ивашко; летитъ еще стадо,
Обращается онъ съ той-же просьбой:

— 291 —

„Гуси сѣрые, гусенята!

„Вы возьмите меня на крылята,

„Понесите къ отцу къ матери!“

—„Заднихъ жди!“ говорятъ ему итицы.

Ждетъ Ивашко; летитъ третье стадо,
Обращается онъ съ той же просьбой:

„Гуси сѣрые, гусенята!

„Вы возьмите меня на крылята,

„Понесите къ отцу къ матери!“

Гуси тотчасъ его подхватили,
Прилетѣли къ Ивашкиной хатѣ
И въ окно слуховое ссадили.

Рано утромъ старуха собралась
Печь блины; и печетъ, и вздыхаетъ:
—„Гдѣ Пвашечко мой? Хоть во снѣ-бы
„Довелось мнѣ родного увидѣть!“

Говоритъ ей старицъ: — „Мнѣ приснилось.

„Будто къ намъ принесли его гуси!“

Вотъ блиновъ наготовила баба

И дѣлить принялася ихъ съ мужемъ:
—„Этотъ — мнѣ, тебѣ — этотъ... — „А мнѣ-то:“
Отзывается сверху Пвашко.

—„Что такое?“ смутилась старуха: —
„Погляди-ка, старикъ, тамъ на вышкѣ“...

На чердакъ тотъ полѣзь и оттуда

На рукахъ вынесъ милаго сына.

— 292 —

Окаменѣлое царство.

Въ нѣкоторомъ царствѣ солдатикъ служилъ,
Самъ генералъ его зналъ и любилъ;

Службу справлялъ онъ усердно и точно,
Много годковъ прослужилъ безпорочно.

Сталъ онъ солдатскій дослуживать срокъ—

Вдругъ, на бѣду, изъ начальства, кто могъ,
Всякъ на солдата-бѣднягу озлился:

Чуть въ пустякѣ лишь какомъ провинился—

Платье долой и подъ палки ложись!

Плохо солдату: хоть въ петлѣ давьсь!

Вз düşалъ разстаться съ житьемъ онъ проклятымъ...

Ранецъ имѣньемъ набилъ небогатымъ,
Вскинулъ на плечи, ружье захватилъ
И изъ казармы уйти поспѣшилъ.

Много-ли, мало-ли нуть его длился,—

Въ царствѣ нномъ наконецъ очутился,
Видитъ: казарма, стоптъ часовой...

—„Гдѣ-бъ отдохнуть, научи, милый мой!“

Тотъ его взялъ и представилъ въ капральство,
Старшій увѣдомилъ тотчасъ начальство;

— 296 —

То разспросило, откуда бѣглецъ—
И подъ конвоемъ свело во дворецъ.
Царь допросилъ тамъ солдатика снова,
Тотъ разсказалъ все отъ слова до слова
И заявилъ о желаньи служить.
—„Ладно! берись-же мой садъ сторожить;
„Въ немъ что-то ныньче пошаливать стали,
„Много деревъ дорогихъ поломали;
„Ты обязуйся его охранять,
„Я-жъ за наградой не буду стоять“.
Садъ караулить солдатъ согласился
И въ караулѣ тотчасъ поселился.

Служить исправно онъ годъ и другой—
Нѣтъ у солдата бѣды никакой;
Вотъ ужъ и третій годокъ на исходѣ,
Вдругъ какъ-то разъ при обычномъ обходѣ
Видить солдатикъ, что врагъ подшутилъ:
Пропасть деревьевъ въ саду повалилъ!
Струсилъ бѣдняга, трясется, рыдаетъ:
„Царь непремѣнно меня разстрѣляетъ!“
Сѣлъ на пенекъ, оперся на ружье,
Думая думу про горе свое.
Вдругъ что-то сильно вблизи прошумѣло,
Страшная итица надъ нимъ пролетѣла
И прияталася деревья валять.
Слѣдъ по злодѣйскѣ солдатикъ стрѣлять,

— 297 —

Ранилъ въ крыло,—па утекъ та пустилась,

Долго бѣжала и вдругъ провалилась.

Слѣдомъ за птицей солдатъ побѣжалъ,

Кинулся смѣло за нею въ провалъ

И подъ землей, наконецъ, очутился.

Падая, сильно бѣдняга разбился,

Цѣлыя сутки, какъ мертвый, лежалъ;

Послѣ опомнился, на ноги всталъ

И по тропинкѣ побрелъ, ковыляя.

Вотъ показалась столица большая...

Домъ караульный у царскихъ палатъ,

Два часовые у будокъ стоять;

Служба спросилъ и того и другова—

Оба молчатъ, хоть сказали бы слово;

Тронулъ ихъ за руки—камень сплошной!

Диву дался нашъ солдатикъ простой!

Въ домъ заглянулъ—тамъ народу не мало

Камнемъ застыло вездѣ какъ попало:

Въ улицахъ тоже: души нѣтъ живой—

Камень повсюду холодный, нѣмой!

Вотъ и дворецъ съ росписными стѣнами,

Весь вырѣзной, съ золотыми столбами;

Входитъ солдатикъ: покопі блестятъ

Чуднымъ богатствомъ; рядами стоять

Сотни столовъ съ дорогими питьями,

Кушаньемъ всякимъ, плодами, сластями.

Но все пустынно и тихо кругомъ.

- 298 -

Сѣлъ нашъ солдатикъ за первымъ столомъ,
Вволю покушалъ, винцомъ угостился
И отдохнуть было только рѣшился—
Вдругъ кто-то съ шумомъ къ крыльцу подкатилъ.
Живо солдатикъ ружьишко схватилъ
П у дверей сталъ, не мѣшкавъ ни мало.
Входитъ царевна красы небывалой.
Очи, что ясныя звѣзды горятъ!
Честь ей, какъ слѣдуетъ, отдалъ солдатъ;
Та поклонилась, спросивъ съ добротою:
—„Какъ очутился онъ здѣсь, подъ землею?“
Все ей подробно солдатъ разсказалъ:
Какъ изъ казармы на волю бѣжалъ,
Какъ царскій садъ сторожить согласился,
Какъ изъ-за птицы сюда провалился
—„Птица твоя— мнѣ родная сестра;
„Много творитъ она всякаго зла;
„Царство мое она также сгубила:
„Въ камень холодный все въ немъ обратила..
„Вотъ тебя книжка; какъ вечеръ придетъ —
„Стань и читай, пока ночь не пройдетъ.
„Страсти какія-бъ тебя ни казались,
„Лица какія-бъ тебя не являлись—
„Книжку читай, не давай вырывать,
„Иначе памятуй: не сдобровать!
„Если-жъ три ночки исправно ты будешь—
„Мужемъ моимъ и владыкою будешь!“

— 301 —

—„Ладно:“ царевнѣ солдатъ отвѣчалъ
И, только вечеръ на землю упалъ,
Взялся за книгу; вдругъ громъ прокатился.
Краснымъ огнемъ весь дворецъ освѣтился.
Цѣлое войско въ хоромы взошло,
Цѣпью живой смѣльчака обвело.
Видитъ солдатикъ: родные мундиры,
Прежніе все передъ нимъ командиры,
Громко бранятъ и побѣгомъ корятъ,
Смертью позорной солдату грозятъ...
Вотъ ужъ и взводъ, отдѣлясь, выступаетъ.
Ружья, со звономъ, спѣша заряжаетъ,
Цѣлится прямо несчастному въ грудь...
Но не желаетъ солдатъ и взглянуть—
Знай себѣ книжку усердно читаетъ,
Крѣпче да крѣпче руками сжимаетъ;
Стало свѣтать—и все сгинуло вмигъ!
Въ ночку вторую былъ ужасъ великъ;
Въ третью-жъ толпа палачей появилась.
Лютыми пытками злобно грозплась:
То обѣщались кости ломать,
Кожу съ живого хотѣли сдпрать,
То на огнѣ его жечь собирались,
Самі-же книгу все вырвать старались...
Было тутъ всякихъ страстей безъ конца,
Но не сломили онѣ молодца!
Стало свѣтать—и все мигомъ пропало.

— 302 —

Тотчасъ все ожило; жизнь побѣжала
Прежней, обычной своей чередой;
Съ свитой блестящей, съ веселой толпой
Въ царскихъ палатахъ царевна явилась
И предъ солдатомъ при всѣхъ преклонилась,
Царства всего величая царемъ.
Всѣ ликовали; а завтрашнимъ днемъ
Праздникомъ люднымъ, веселымъ, богатымъ,
Справили свадьбу царевны съ солдатомъ.

— 303 —

YALE

Изданія Ф. ПАВЛЕНКОВА для дѣтей и для юношества.

Задушевные разсказы. П. Засодимскаго. Два тома съ 136 рисунками
М. Малышева и Н. Богданова. Цѣна въ красивой папкѣ 1 р. 50 к. Въ переплетѣ 2 р.

Хорошіе люди. Сборникъ разсказовъ для средняго п старшаго возрас-
товъ. В. Острогорскаго. Съ 45 рисунками художниковъ В. Шпака и В. Ма-
лишева. Цѣна въ красивой папкѣ 1 р. 50 к. Въ переплетѣ 2 р.

Изъ жизни и исторіи. Сборникъ дѣтскихъ разсказовъ А. Арсеньева. Съ
рис. П. Панова и В. Крюкова. Цѣна въ папкѣ 1 р. 50 к. Въ переплетѣ 2 р.

Послушаемъ! Сборникъ дѣтскихъ разсказовъ для млад. и сред. возраста.
А. Нольде. Съ 28 рис. Спб. 1883 г. Цѣна въ папкѣ 1 р. Въ переп. 1 р. 35 к.

Дѣтскій маснарадъ. Передѣлка съ англійскаго Н. Азбелева. Съ 16 ри-
сунками въ текстѣ. Спб. 1883 г. Цѣна 20 к.

Пчелка. Сборникъ стихотвореній, пословицъ, и загадокъ, съ 75 рис.
Сост. П. Блиновъ. Цѣна 25 к.

Исторія открытія Америки. Ламе-Флири. Для дѣтей средняго и старшаго возраста. Цѣна 50 к.

Жизнь Робинзона. Составилъ Н. Блиновъ. Спб. 1835 г. 2-е издание 362 стр.
съ 125 рис. Цѣна 1 р. Въ папкѣ—1 к. 25 к. Въ переп. 1 р. 50 к.

Наглядныя несообразности. (Дѣтскія задачи въ картинахъ) Ф. Павлен-
кова. 10 листовъ (па каждомъ по 20 рисунковъ). Цѣна 1 р. Объясненіе къ нимъ 5 к.

Мученики науки. Г. Тисандѣ. Переводъ съ франц. подъ редакціей
Ф. Павленкова. Съ 55 рис. Спб. 1885 г. 2-е изд. Цѣна 2 р.

Новѣшіе русскіе писатели. Хрестоматія для старшихъ классовъ гимна-
зій и книга для домаш. чтевія. Сост. А. Цыпloxov. Съ 27 портретами и
краткимъ біографиц. словремъ. 616 стр. Цѣна 3 р. Въ переплетѣ 3 р. 75 к.

Очерки новѣшей исторіи. И. Н. Григоровича 4-е издание, значительно
дополненное и доведенное по изложенію историческихъ событий до 1883 г.
Съ 45 портретами. Цѣна 2 р. Въ переплетѣ—2 р. 75 к.

Біографіі образцовыхъ русскихъ писателей Павлова. Съ 11 портретами.
Спб. 1884 г. Цѣна 25 к.

Научныя развлененія. Знакомство съ законами природы путемъ игръ,
и оптовъ, не требующихъ спеціальныхъ приборовъ. Составилъ Г. Тисандѣе.
перев. съ франц. подъ редакціей Ф. Павленкова. 2-е значительно дополненное
уданіе. Спб. 1885 г. 4)0 стр. съ 353 рисун. Цѣна 2 р. Въ переплетѣ—2 р. 75 к.

Математическія развлененія. Люкасі. Приложение арифметики, геометриі
п алтебры къ различнымъ вопросамъ, играмъ и забавамъ. Перев. съ франц.
В. Обреимова, 206 стр. Съ 55 фигурами и таблиц. Цѣна 1 р. Въ переплетѣ—1 р. 75 к.

Математические софизмы. 50 теоремъ, доказывающихъ, что дважды два—
пять, 2—3, три больше четырехъ, часть больше своего цѣлаго, діаметры
пересѣкаются не въ центрѣ круга, а на его окружности, и пр. и пр. и пр.
Составилъ В. Обреимова. Спб. 1834 г. Цѣна 40 к.

Тройная головоломка. В. Обреимова. Сборникъ геометрическихъ игръ.
Съ 300 расун. Цѣна книги съ приложеніемъ 39 картонныхъ кастеръ—1 р.

Первыя понятія о зоологіи. Поля Бера. Переводъ подъ редакціей проф.
Мечинкова. Съ 345 рис. Цѣна 1 р. Въ папкѣ 1 р. 15 к.; въ переп. 1 р. 35 к.

Образовательное путешествіе. Живописные очерки отдаленныхъ странъ.
С. Ворисюфта. Спб. 1835 г. 500 стр. съ 24 отѣльными эстампами и рисун-
ками въ текстѣ. Цѣна 2 р. Въ переплетѣ—2 р. 50 к.

Вечерніе досуги А. Круглова. Сборникъ разсказовъ и стихотвореній для
дѣтей. Съ 70 рисун. Спб. 1885 г. Цѣна въ папкѣ 1 р. 50 к. Въ переплетѣ—2 р.

Русскія народныя сказки въ стихахъ. А. Брянчанинова. Съ предисловіемъ
И. С. Тургенева. 25 сказокъ, иллюстрированныхъ множествомъ рисунковъ.
Спб. 1885 г. Цѣна въ папкѣ 2 р. 50 к. Въ переплетѣ—3 р.

Черные богатыри. Е. Конради. Жизнь рудокоповъ на землѣ и подъ
землей. Со множествомъ большихъ рисунковъ. Спб. 1835 г. Цѣна 2 р. Въ
переплетѣ—2 р. 50 к.