94

П. ЛАВРОВСКАГО,

чуждыхъ началъ въ жизни государственной, предлагаетъ доста-
точно ясные слѣды своего существованія въ XIV столѣтіи (90).
Термины околина и ополье для насъ важны въ томъ отношеніи,
что тожествомъ устройства своего съ древне-русскою вервью,
убѣждаютъ въ совокупности рода и въ самомъ географическомъ
размѣщеніи и тѣмъ окончательно рѣшаютъ дѣло объ образованіи
общинъ и цѣлыхъ округовъ изъ одной первоначально семьи.

Оканчивая подборъ и объясненіе терминовъ родства и свой-
ства въ языкѣ славянскомъ, считаемъ не линшнпмъ высказать и
нѣкоторыя мысли, возникавшія въ насъ во время труда. Не пред-
лагаемъ ихъ въ качествѣ неоспоримыхъ выводовъ, а какъ поло-
женія, способныя дать толчокъ болѣе свѣдущимъ къ дальнѣй-
шимъ соображеніямъ и обстоятельнѣйшимъ заключеніямъ. Поло-
женія эти относятся частью къ исторической и позднѣйшей жиз-
ни Славянъ, частью къ нѣкоторымъ указаніямъ на устройство
ихъ древнѣйшаго, доисторическаго быта.

Въ первомъ случаѣ, не можетъ не остановить вниманія каж-
даго изслѣдователя неравномѣрное распредѣленіе по отдѣльнымъ
поколѣніямъ славянскимъ названій кровнаго и свойственнаго род-
ства, какъ, въ свою очередь, нельзя не подмѣтить и вообще па-
денія и исчезновенія и тѣхъ и другихъ всюду, по мѣрѣ приближе-
нія къ новѣйшему времени. Послѣдній фактъ, впрочемъ,
слишкомъ понятенъ и не требуетъ особеннаго углубленія: чѣмъ силь-
нѣе проникаютъ въ народъ начала новой жизни, неразлучной съ
общительностью, враждебною патріархально родовой замкнуто-
сти, тѣмъ, естественно, необходимѣе ослабленіе широкихъ узъ
родства и ограниченіе ихъ лишь тѣснымъ кругомъ ближайшихъ
родичей, а съ этимъ и неизбѣжнѣе забвеніе стараго обилія наз-
ваній, потерявшихъ уже практическую силу. Лучшимъ, хотя и въ
обратномъ смыслѣ, доказательствомъ могутъ служить тѣ поко-
лѣнія славянскія, которые продолжаютъ жить на прежнемъ поло-
женіи патріархальности, какъ большая часть юго-Славянъ: Сер-
бовъ, Болгаръ и Хорватовъ. У нихъ, по преимуществу, живетъ
почти ненарушимо и весь обильный словарь родственныхъ терми-
новъ. Между тѣмъ у другихъ славянскихъ народовъ, не исклю-

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ ВЪ НАЗВАНІЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНѣ.

95

чая и русскаго, недосчитывается уже большая ихъ часть, въ
слѣдствіе замѣны нѣсколькихъ частныхъ названій однимъ общимъ.
При этомъ одни поколѣнія обратили забывчивость свою преиму-
щественно на родство свойственное, другія на кровное. Уже это
одно служитъ ручательствомъ неодинаковаго ихъ взгляда на то и
другое родство.

Такъ у Славянъ западныхъ, особенно у Поляковъ, потеря от-
разилась преимущественно на названіяхъ свойства. И у Чеховъ
и у Поляковъ не слышны уже болѣе ни шуринъ, ни деверь, ни
своякъ, вмѣсто которыхъ употребляется одно выраженіе, при
томъ не славянскаго происхожденія, швагеръ; подобнымъ же
образомъ женскій родъ — швагрова замѣняетъ у нихъ золов-
ку, свѣсть и ятровь. Напротивъ, русскій народъ съ гораздо
большею выдержанностью сберегъ донынѣ свойственные терми-
ны. Въ то время какъ большая половина названій родства погиб-
ла и въ самыхъ отдаленныхъ углахъ Россіи, выраженія для свой-
ства, за немногими исключеніями, живутъ на всемъ пространствѣ
русскаго простонародья. Конечно, принимая въ соображеніе по-
степенность забвенія ихъ въ мѣстахъ открытыхъ, гдѣ сильнѣе
дѣйствуетъ если не общественность, то общежительность съ не-
разлучнымъ вредомъ для патріархальной неподвижности, можно съ
вѣроятностью предполагать, что и эта полнота близка къ тому же
разрушенію, какое замѣтно въ образованномъ классѣ народă. Вѣ-
роятность скорой утраты и терминовъ свойства подкрѣпляется
аналігіей съ совершившимися уже потерями въ названіяхъ род-
ственныхъ. И тутъ точно также начало потерямъ положено
было передовою частью народа, сколько можно судить по неупо-
требленію ихъ въ письменности XVI и послѣдующихъ вѣковъ
и по сохраненію нѣкоторыхъ изъ нихъ въ простомъ народѣ,
при забвеніи, по крайней мѣрѣ при рѣшительномъ неупотреб-
леніи образованными людьми: послѣдніе, дѣйствительно, изгнали
изъ своего словаря и ятровь, и свѣсть, и шурина и свояка, даже
деверь, зять, свекоръ съ свекровью и тесть съ тещею являются
какою то рѣдкостью, анахронизмомъ. Когда бы, впрочемъ, ни
исчезли термины свойства въ русскомъ простонародѣѣ, но то
остается для насъ несомнѣннымъ, что свойственное родство удер-
живается въ немъ гораздо крѣпче, что не можетъ не вести къ

96

П. ЛАВРОВСКАГО,

заключенію о предпочтеніі его въ понятіяхъ народа передъ кров-
нымъ родствомъ. Обратное явленіе встрѣчаемъ у Славянъ запад-
ныхъ, чешскихъ и польскихъ. Тогда какъ у Русскихъ уцѣлѣли
особы термины послѣдняго лишь для самыхъ ближайшихъ сте-
пеней, для дочерні, сына, внука, бабы, тетки, дяди, дѣда и пле-
мянника, сохраняясь для свойства почти въ первобытной полнотѣ;
у Чеховъ и Поляковъ послѣдніе существуютъ въ трехъ — четы-
рехъ названіяхъ, и то скорѣе въ видѣ провинціализмовъ; терми-
ны-же кровнаго родства опредѣляютъ донынѣ и стрыйную и уй-
ную степени, въ восходящей и нисходящей линіяхъ. Мы замѣти-
ли, что видовыя названія уй и стрый, съ женскими родами, се-
стричичъ, братаничъ и сыновецъ, сестрична и сыновница употреб-
ляются въ Чехіи и Польшѣ и теперь, не оставивъ отъ себя и слѣ-
да въ самой отдаленной глуши русскаго простонародья.

Объяснить такую противоположность востока съ западомъ
въ мірѣ славянскомъ, конечно, не легко Но рѣшаемся думать,
что не вполнѣ лишены основанія и слѣдующія соображенія. Пред-
почтенію или укрѣпленію свойства въ понятіяхъ народа на во-
стокѣ едва ли не во многомъ способствовало христіанство. Оно
поставило бракъ на степень высокаго таинства и придало столь
важное значеніе производимому посредствомъ него родству. Ду-
ховенство, какъ извѣстно, неоднократно и съ особенною силою
ставило этотъ предметъ цѣлью своихъ нравственныхъ поученій,
постоянно стараясь искоренить взглядъ на него язычества. Са-
мыя постановленія церковныя не могли не вести народъ къ тому
же высокому мнѣнію о брачныхъ узахъ, съ положительною опре-
дѣленностью исчисляя отдаленныея степени свойства, при кото-
рыхъ запрещался бракъ. Христіанство въ этомъ отношеніи скрѣп-
ляло свойство и задерживало его отъ тѣхъ послѣдствій естествен-
наго развитія общества, какія не замедлили проявиться въ родѣ.
Послѣдній, въ силу такого развитія, все больше и больше съужи-
вался и изъ нераздѣльной совокупности нѣсколькихъ семей пере-
ходилъ въ одну семью. При этомъ, понятно, оказались излишними
и многія названія, обязанныя прежней совмѣстной жизни. Для
народа казалось уже достаточнымъ ограничиться одними общими
терминами, вмѣсто частныхъ, видовыхъ, господствовавшихъ въ
періодъ крѣпости родоваго быта. Въ слѣдствіе этого дядя замѣ-

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ В'Я НАЗВАННЯХ'Я РОДСТВА У СЛАВЯНЬ'Я.

97

нилъ уя и стрыя тетка, уйку и стрыню, племянникъ — сестри-
чича и братанича, племянница — сестричну и братану. Не ста-
немъ отрицать, что и на западѣ славянскомъ церковь также за-
ботилась о возвышеніи брака и объ искорененіи во взглядѣ на
него языческихъ понятій; но тамъ давно уже предѣлы свойства,
въ которыхъ могъ состояться брачный союзъ, свелись въ тѣсныя
рамки, ограничившись лишь ближайшими степенями. Это одно не
могло не произвести особыхъ послѣдствій. Но гораздо важнѣй-
шее, по нашему мнѣнію, имѣло вліяніе на паденіе, съ одной сто-
роны, свойственныхъ названій и на упроченіе, съ другой, кров-
наго родства у западныхъ Славянъ, раннее выдѣленіе сословій и
особое положеніе дворянскихъ родовъ. По мѣрѣ того, какъ про-
стой народъ терялъ больше и больше свою независимость и пе-
реходилъ изъ положенія свободныхъ землевладѣльцевъ въ сословіе
простыхъ работниковъ, правильнѣе рабовъ, всецѣло подчинен-
ныхъ волѣ или произволу дворянъ землевладѣльцевъ, что оконча-
тельно утвердилось, напр., въ Польшѣ въ первыхъ годахъ XVI
вѣка, дворянство употребляло всѣ средства, чтобы связать какъ
можно прочнѣе свои роды и тѣмъ упрочить за собою большую
политическую силу. Эта связь, выражаясь видимымъ образомъ
въ одномъ гербѣ для всѣхъ членовъ одного рода, изъ сколькихъ
бы отдѣльныхъ семей ни состоялъ онъ, скрѣплялась и законода-
тельными постановленіями о неотторженности отъ него недвижи-
маго имущества. Заботливость объ исключительной принадлежно-
сти такого имущества данному роду произвела полное отчужденіе
отъ наслѣдства въ немъ лицъ женскаго пола, не исключая и до-
черей, даже и въ томъ случаѣ, когда не было ближайшихъ на-
слѣдниковъ братьевъ, сыновей, племянниковъ, внуковъ. Какъ бы
ни была далека степень родства, но каждый родичъ пользовался
преимущественнымъ правомъ на наслѣдство передъ дочерью, не
теряя этого права даже и тогда, когда недвижимое имущество
было продаваемо самимъ владѣльцемъ; ему стоило только внести
уплаченную за имѣніе сумму, чтобы возвратить его снова въ
прежній родъ. Ничего подобнаго, кажется, не было на востокѣ.
Этотъ порядокъ съ совмѣстною, большею частью на одномъ ку-
скѣ земли, жизнью всѣхъ семей одного дворянскаго рода, дохо-
дившихъ числомъ до нѣсколькихъ десятковъ еще въ XVI и XVII

Сборникъ Н. Отд. І. А. Н.

7

98

П. ЛАВРОВСКАГО,

столѣтіяхъ, при полномъ сознаніи своего единства, не могъ не содѣйствовать продолжительному отличенію степеней родства, сохранившему въ памяти и самые термины родственные. Такъ думаемъ мы о причинѣ столь замѣчательной противоположности, въ этомъ отношеніи, между восточными и западными Славянами, не скрывая своего желанія встрѣтить болѣе положительное и подробное ея объясненіе.

Взглядъ на родственныя названія способенъ вести къ заключеніямъ и о доисторической жизни и не только однихъ Славянъ, но всего племени арійскаго. Такъ, самое бѣглое вниманіе къ количеству названій,ключающихъ столь строго и точно мелкіе отѣнки родственности, не можетъ не убѣдить въ глубочайшей древности развитія брачной жизни и въ преимущественномъ господствѣ одноженства. Полигамія никогда не въ состояніи породить такой прочности семейныхъ отношеній и столь шпрокаго сознанія родовыхъ связей до отдаленнѣйшихъ степеней: а мы видѣли, что наибольшая часть терминовъ отличается общностью происхождения у всѣхъ народовъ индоевропейскихъ, и слѣдовательно возникла въ нераздѣльной еще ихъ жизни. Подобное же положеніе брака и семьи или рода указываетъ убѣдительно на высокую относительно ступень образованія этихъ народовъ еще за долго до самостояльнагоявленія каждого изъ нихъ въ исторической жизни. Разборъ кореннаго значенія нѣкоторыхъ выраженій, дѣйствительно, возводитъ такое положеніе брака до быта пастушескаго, какъ это видно изъ разсмотрѣнныхъ терминовъ для самаго понятія брака. Тѣже выраженія рисуютъ намъ и послѣдовательное развитіе и очищеніе его отъ простаго захвата дѣвицы къ сложной обстановкѣ разнообразными, часто поэтическими обрядами. Цѣлые вѣка, безъ сомнѣнія, проходили прежде, чѣмъ одинъ способъ брачныхъ соедипеній успѣвалъ смѣняться другимъ. Исконной чистотѣ взгляда на бракъ, конечно, слѣдуетъ приписать и расширеніе семьи въ родъ, связывавшій тѣсными узами любви и дружбы всѣхъ разнообразныхъ его членовъ; о такомъ характерѣ связи говоритъ коренное понятіе родственныхъ названій. Въ этомъ же свойствѣ рода должно искать основанія тому, что онъ послужилъ образцемъ первоначальнаго общественнаго устройства цѣлаго народа славянскаго. Образованіе русской верви, чеш-

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ ВЪ НАЗВАНІЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНЪ.

99

ской околины, польскаго ополья, бывших зародышами позднѣйшаго государства, обязано единственно размноженію рода: тѣ же патріархальныя начала любви и почтенія къ старшимъ, какія руководили управленіемъ послѣдняго, перешли всецѣло и на верви, околины, ополья; и они точно также представляли самостоятельныя единицы относительно другъ друга, какими жили роды, пока соединеніемъ подъ властью одного правителя, князя, не образовали самостоятельной государственной единицы, не утративъ, однакоже, на первое время, своего внутренняго самоуправленія. Выраженія околина и ополье предлагаютъ, съ другой стороны, новое доказательство той непреложной для безпристрастнаго ума истины, что народы славянскіе за долго до сліянія отдѣльныхъ поколѣній въ государства были в;ѣнъ осѣдлыми воздѣлывателями своихъ полей, распредѣленныхъ первоначально по родамъ, разросшимся съ теченіемъ времени въ округи или общины, т. е. въ верви, околины, ополья.

Послѣ всего сказаннаго нами, едва ли заслуживаютъ опроверженія натянутыя усилія польскаго историка, Шайнохи, доказать, что значеніе рода у Славянъ обязано только христіанству, что w pogaństwie nie było dalszych krewnych, что cała rodzina pogańska składała się tylko zojca i synów, что pogaństwo nie znało ani rodziny, ani dziedziczności w pozniejszem znaczeniu słowa (91). Такія заключенія свидѣтельствуютъ только о непропстительномъ увіи національною новизною, при томъ возникшею не изъ туземныхъ началѣ, и о небрежномъ отношеніи къ дѣйствительной наукѣ о старинѣ. У Славянъ языческихъ потому именно и не была, да и быть не могла наслѣдственность въ позднѣйшемъ смыслѣ, что родъ былъ слишкомъ крѣпокъ и совокупенъ и не допускалъ общаго имущества до раздѣла въ лицѣ отдѣльныхъ членовъ. А что издавна нѣтъ слѣдовъ такаго быта въ польскомъ простонародѣ, то, конечно, г. Шайнохѣ извѣстна причина, лишившая такъ давно не—шляхту польскую всякой тѣни не движимаго имущества.

7*

ПРИМѣЧАНИЯ:

КЪ первому отдѣленію.

(1) Корнесловъ русскаго языка. Спб. 1842.

(2) Formenlehre d. kirch. Slawisch. Sprache. 1852, стр. 111.

(3) Lexicon Palaeoslov. graeco-latin. Vindobonae, 1862—1865.

(4) Въ такихъ опредѣленіяхъ, подъ именемъ «коло родства чело-
вѣча», приводится семь степеней въ слѣд. порядкѣ: младенецъ до 7
лѣтъ, отроча до 14, дѣтище до 21, юноша до 29, мужъ до 35,
срѣдовѣченъ до 42, старецъ до 56; за этимъ идетъ матерство
безъ указанія границы. См. Описаніе рукоп. Румянц. Музел. Востокова,
Спб., 1842, стр. 4.

(5) Glossarium Sanscritum, Berolini, 1847.

(6) См. примѣч. 4.

(7) Ппатієв. лѣтоп., стр. 76, подъ 1154 годомъ; договоръ съ Гре-
ками, лаврент. лѣт., стр. 19; Извѣстія 2-го отд. Акад. Н., 1857, 293,
Минея Празднич., № ХХХІХ; Краледвор. рукоп.: Забой, Славой и Лю-
дект; Slovnik česko-německý, подъ словомъ muž.

(8) И другы рече: сжпрѣгъ воловьнъныхъ коупихъ пать, остром.
Еванг., 107, б; се, брате, вѣ соупроуга быховѣ, единоу браздоу тажа-
ща,—предсмертныя слова св. Кирулла, обращенныя къ брату, св. Меоо-
дію. Šafaŕ. Pamàtky dřevn. písemn. Jihoslovanů, 1851, стр. 5 житія св.
Меодія.

(9) Дополненія къ актамъ историч. 1, № 231, письмо 2-е, тоже и въ
письмѣ третьемъ; въ письмѣ шестомъ: семъишка твоя крушка съ дѣт-
ми, много челомъ бью. Въ письмѣ первомъ, гдѣ мать пишетъ сыну, по-
натно, такаго выраженія уже не встрѣчаемъ.

(10) Etymolog. Forschungen, 1, 126, по старому изданію. Съ этимъ
соглашается и Бонпъ, ставя посредствующею формою между strî и su
существ. sôtrî, изъ котораго образовалось первое. Срв. Lassen, Indisch.
Alterth. 1, 813.

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ В'Я НАЗВАНІЯХ'Я РОДСТВА У СЛАВЯН'Я.

101

(11) См. Miklosich, Lexicon pal. slov. grec. latin и Востокова, Словарь церков. слав. языка, подъ словами веденица, ведовица.

(12) Полн. Собр. Рус. лѣтоп., 1, 34. Между тѣмъ, въ церк. славян. письменности слово водима попадается, какъ доселѣ извѣстно, только въ смыслѣ распутной женщины.

(13) Miklos., Lexicon pal. slov., подъ словомъ хоть.

(14) Описан. рукоп. Синод. Библіот. 1, 110, 109; также Лексиконъ Миклошича.

(15) Buschmann: über den Naturlaut, въ Abhandlungen (philolog. historische) der königlichen Akademie de Wissenschaften zu Berlin. 1853, 391—425.

(16) Срв. Новгород. перв. лѣтоп., стр. 35; Новгород. третью, 240; Лѣтоп. Переласлав., стр. 49, 61, 73, 18.

(17) Bopp. Glossar. Sanscr., стр. 217.

(18) Grimm, Gesch. d. Deutsch. Sprache: die annahme, dass otż (=otec) ein ursprüngliches potż (=potec) vertreten, scheint bedenklich, weil auch das charakteristische r des schlusses abgeht und kaum durch z ersetzt wird. стр. 186.

(19) atavus quia atta est avi, id est pater, ut pueri usurpari solent. Срв. Pott. Etymolog. Forsch. 2, 315.

(20) Grimm, Gesch. d. Deutsch. Spr., 189.

(21) Königinhof. Handschrift, 1829, 72.

(22) Grimm, тамъ-же.

(23) Serbische Lesekörner, 1833, 137.

(24) Словарь живаго великорус. языка, Даля.

(25) Лѣтоп. Ипат., стр. 89, подъ 1161 годомъ.

(26) Забой, Славой и Людекъ.

(27) Животи Кральева и архепископа Српских. Даничић, Загреб. 1866, стр. 211.

(28) Pictet: Les origines Indo-europ., 2, 350.

(29) Срв. Отчеты 2-му Отдѣл. Акад. Н. кандидата Микуцкаго, тетрадь 2-я, Сбп., 1855, № 6-й, стр. 5. Понятно, что мы не можемъ согласиться съ почтеннымъ авторомъ, касательно производства лужицкаго пап (отепъ) отъ папа (мать). Изъ нашего изложенія, надѣемся, ясно, что и то и другое названія одинаково и самостоятельно образованы изъ общаго кореннаго сочетанія на.

(30) Pictet. Тамъ-же, стр. 350.

(31) Тамъ-же, стр. 349. На значеніе рождать въ корнѣ мѣ указываетъ и Бонпъ. Срв. его Gram. Sanscr., 1845, § 124, прим. Тоже принимаетъ и Миклошичъ: Die Wurzel des Altslovenisch., 1857.

(32) См. статью Malého, Časap. česk. Mus., 1857, 2 svaz, стр. 165.

(33) Pott, Etymol. Forsch., 1, 230.

(34) Срв. Lateinisches f für altes dh, замѣтка Курція въ Zeitschrift für vergleichende Sprachforsch., 11, 398—400.

102

П. ЛАВРОВСКАГО,

(35) Значеніе foemina, какъ питающая грудью, die Säugende, по-
добно скр. dhênu, a foetuſs — питаемаго, der Säugende, der gesäugt
werdende, наравнѣ съ скр. dhêtu, срв. у Керна, въ Zeitschr. für vergleich.
Sprachforsch. 7, 274.

(36) Ferienschriften, Heinr. Leo, 1847, 1, 7.

(37) Вотъ какъ говорить Гриммъ: Die Sprache der Nomaden enthält einen reichtum manigfacher ausdrücke für schwert und waffen und für die viehzucht in jeder lage, welche dem gebildeten zustand hernach lästig oder überflüssig erscheinen: das begatten, trächtig sein, gebären, sterben, schlachten wird fast bei jedem vieh anders und eigens benannt, wie der jäger am verschiedenen wild den gang und einzelne glieder des leibs mit abweichenden wörtern zu bezeichnen pflegt. Dieser in freier luft lebenden hirten auge sieht weiter, ihr ohr hört schärfer, wie sollte nicht überall ihre rede sinnliche anschauung und fülle gewonnen haben? Gesch. der Deutsch. Sprache, 1, 14.

(38) Корнесловъ Шимкевича, 1, 73.

(39) Какъ на болѣе подробное и ясное изложение, укажемъ на со-
чиненіе г. Буслаева, о вліяніи христіанства на славян. языкъ, стр. 161 —
163; Срезневскаго — Мысли объ истории рус. языка, стр. 140 — 144.

(40) Въ Archiw für Studien der neueren Sprache und Literatur, Her-
rig, 9 Bd, 1851 стр. 472.

(41) Ferienschriften, Heinr. Leo, 1, 16.

(42) Срв. Lassen. Indisch. Alterth., 1, 813, прим. 1.

(43) Не беремы рѣшать, на сколько основательна догадка Боппа
о родствѣ arbha съ garbha, въ значеніи чрево, животъ. См. его Glossar.
Sanscr. подъ словомъ arbha. Впрочемъ, дальше мимоходной догадки
Боппъ нейдетъ.

(44) Доказывать действительность такаго происхожденія, равно и способъ образованія изъ этого корня формы пасторак у Славянъ южныхъ нахожу излишнимъ послѣ обстоятельнаго обслѣдованія этихъ словъ Шафарикомъ. См. Славян. Древности, въ рус. переводѣ, т. 1, кн. 1, стр. 274—299.

(45) Переходъ изъ кти въ шти обязанъ установившемуся съ неза-
памятныхъ поръ обычая слав. языка смягчать къ въ ш какъ въ этомъ
окончаніи, такъ и въ окончаніи еть; отсюда: пешти изъ пекти, решти
изъ ректи, или ношть изъ основной формы нокть, соответствующей
скр. nactam (отъ неупотребительной паста, т. е. ночь), латин. noct-is,
греч. νυχτ-ος и т. д. Звукъ тъ въ дѣшти вполне по - старо - славянскн
замѣняетъ короткое коренное и въ санскритѣ, какъ, въ свою очередь,
вполнѣ согласно съ фонетикой рус. языка замѣняется въ послѣднемъ
посредствомъ о. Звуки гортанные г, к, х, представляя такое множество
случаевъ, и въ корняхъ и во флексіяхъ, взаимной мѣны другъ съ дру-
гомъ, въ каждою отдельномъ языкѣ, точно также замѣняются одинъ
другимъ и въ отношеніи языковъ родственныхъ между собою.

103

(46) Срв. Вopp, Gramm. d. Sanscr. Spr., § 124. Распространенность его въ языкъ очень велика; въ примѣръ приведу: âhartr, приготовитель; yaštŕ, жертвоприноситель; dâtr, даятель. nêtr, водитель, вождь; mânajitŕ, почтитель, и др. Очевидно, окончаніе это одинаково, и по происхожденію и по значенію, съ греко-латинскими τωρ, τηρ, tor и съ слав. тель. Замѣна этимъ тель первообразнаго тер видна въ самомъ существительномъ дочь, въ древнѣйшей его формѣ: косвенные падежи ст. славян. существительнаго дѣшти — дѣштере, дѣштери и т. д. говорятъ ясно объ основѣ дѣштер, изъ которой произошли послѣднях формы и которая стянулась въ именит. падежѣ въ дѣшти, подобно существ. мати изъ матер (родит. матере и т. д.), равному скр. mâtar, греч. μητηρ. лат. mater.

(47) Indisch. Alterth., 1, 513, прим.

(48) Срв. Pott, Etym. Forsch., 1, 229; Miklosich, Die Wurzeln* des altslow. Wien, 1857.

(49) Изъ всѣхъ славян. нарѣчій, кажется, въ одномъ сербскомъ уцѣлѣло это слово, въ значеніи кормилицы, няньки, и то какъ рѣдкость, попадаясь лишь въ пѣсни миенческаго происхожденія, гдѣ нагорнал вила, соглашаясь съ мнѣніемъ юноши, что его любезная красивѣе ея, объясняетъ такое превосходство незатѣйливымъ своимъ воспитаніемъ:

> мене є гора родила,
> у зелен листак повила,
> јутрена роса падала,
> мене є вилу дојила,
> од горе вјетриц пувао,
> мене є вилу шикао:
> то су ми биле дадије. Карадж.,

Пјесме, 1845, 1, 191.

(50) Quant à une troisième hypothèse, qu’ il (Bopp) propose encore comme la plus plausible, savoir que duh aurait ici l’acception causative de allaiter, et que duhitar aurait désigné primitivement la femme en général, avant de passer à la fille, on peut objecter, ce semble, l’absence de tout rapport aux parents, tandisqu’ un nom de parenté doit exprimer quelque rapport spécial. Comment un père ou une mère auraient—ils appelé leur fille ma nourrice? Les orig. Indoeurop. 2, 354—355.

(51) Vergleich. Grammatik, 1, 299.

(52) Antholog. Sanscr., 262.

(53) Литовское brolis образовалось, по мнѣнію Боппа, черезъ опущеніе t и перемѣну г на 1 (Glossar. Sanscr. подъ словомъ bhrâtṛ; срв. Pott, Etymol. Forsch. 2, 111), что, впрочемъ, справедливо можетъ опривергаться замѣчаніемъ Нессельманна, видящаго въ окончаніи lis обычный суффиксъ уменьшительныхъ имен, а въ формѣ brolis сокращеніе изъ brotelis; конечное г въ литовскомъ могло утратиться также точно, какъ утратилось оно въ большинствѣ славян. нарѣчій, и было-бы непослѣдо-

104

П. ЛАВРОВСКАГО,

вательно видеть его превращеніе въ 1 въ такой приставкѣ, которая
иметь въ языке самостоятельное значеніе, именно въ уменьшительныхъ
именахъ. Срв. Schleicher, Litauische Grammatik, Prag, 1856, стр. 130 —
131. Звукъ тѣйствительно и существуетъ въ существ. brotuszis, въ
значеніи двоюроднаго брата. Pictet, 2, 362.

(54) Glossar. Sanscr., подъ bhrâtr.

(55) См. его Хрестоматію, стр. 283.

(56) Indisch. Altersh., 1, 813. Пикте, вѣроятно, подъ вліяніемъ замѣ-
чаній Бетлинга и Лассена, сопоставляя оба выражения bhartr и bhrâtṛ,
уже прямо объявляетъ, что «quant à la signification étymologique de ce
nom du frère, elle est si claire, qu'aucun dissentiment ne s'est pro-
duit à son sujet. Les orig. Ind. A положительное утвержденіе Боппа
radix incerta?

(57) Etymol. Forsch. 1, 126; 2, 554; Schleicher, Formenlehre d. Kirch.-Slaw. Spr., 175.

(58) Glossar. Sanscr., подъ словомъ svasr, а такжѣ vergleich. Grám. 1, 299.

(59) Zeitschrift für vergleich. Sprachforsch. 5, 235.

(60) Les origin. Indoeurop. 2, 365 — 366.

(61) Сопоставленіе понятій молодости и слабости, бѣдности, худобы,
обыкновенно во всѣхъ языкахъ и, конечно, зависить отъ преимуществен-
наго, если не исключительнаго вниманія древнѣйшаго человѣка къ силѣ
физической. Отсюда - то и образовалась синонимичность выраженій мо-
лодой, юный, малый и слабый, бѣдный, худой, какъ напр., въ
слѣд. выраженіи: что ради ни боле ни хоуже (меньше) числомъ суть
евангелиа. Рукоп. Пчелы, Времянникъ, кн. 25, стр. LXXII. Срв. нашу
замѣтку въ текстѣ, подъ словомъ ребенокъ.

(62) Срв. выше, подъ корнемъ аў для названія отца.

(63) Срв. Гильфердинга, матеріалы для сравнит. словаря, изд. 2-мъ
отдѣл. Акад. Н., листъ XXV, стр. 451.

(64) Les origin. Indoeurop. 2, 367.

(65) Срв. Hanuš, Nāstin Slohovědy, 1864, Praha, стр. 83: baba тоже,
что dospelà, dorostlà, velkà, какъ дěd, т. е. didi, лит. didis.

(66) Сербск. пословицы Карадж., с.74.

(67) Glossar. Sanscr. подъ pra, срв. para remotior, ulterior, poste-
rior. Шлейхеръ это pra признаетъ за тему, изъ которой въ языкахъ
индо-европейскихъ образовалось числительное порядочное для единицы.
Записки Акад. Н., Спб., т. 10, стр. 57, статья: темы именъ числитель-
ныхъ въ литовскомъ, славянскомъ и нѣмецкомъ языкахъ.

(68) Dem scr. ati (ultra, nimis) entspricht, wie allgemein anerkannt
wird, gr. ἀρι, lat. et und auch wohl at in atavus. Cf. atimâtras über-
mässig, atirâtras übermächtig. Curtius, Grundzüge d. griechisch. Etymol.,
1858, 1, 61.

(69) Собраніе Государств. Грамотъ и Договоровъ подъ 1451 годомъ,
1, № 76; срв. Л№ 88, 89.

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЪ НАЗВАНІЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНЬ.

105

(70) Стр. 45, подъ 1149 годомъ.

(71) Думаю такъ, не смотря на лексиконъ Миклошича, который въ
опредѣленіи значенія: праштоуръ pronepotis filius, т. е. праправнукъ,
руководился единственно слѣд. мѣстомъ Кормчей: отъ правноука родивы
се глаголеть се праштоуръ. Одна Кормчая и при томъ однимъ мѣстомъ
едва-ли въ состояніи пересилить господствующее значеніе пращура,
какъ родственника въ восходящей линіи среди русскихъ Славянъ какъ
въ старину, такъ и въ настоящее еще время. Востоковъ, по нашему мнѣ-
нію, поступилъ основательнѣе, опредѣливши пращура однимъ терми-
номъ δίσπαπος, прадѣдъ.

(72) О въяняніи христ. на слав. языкъ, Буслаева, 149 — 152; Гиль-
фердингъ, Матер. для сравнит. Словаря, лист. XXVIII, стр. 434. Для
оправданія родства щура съ sthûra требовалось-бы какъ можно больше
примѣровъ, такъ какъ переходъ скр. sth въ слав. въ щ (-шт) вообще
необыкновененъ.

(73) Значеніе предковъ и ихъ боготвореніе у народовъ, стоящихъ на
писшей ступени развитія, равно и омнцетвореніе пхъ въ образахъ и
истуканахъ, а также и въ нѣкоторыхъ домашнихъ животныхъ подробно
и отчетливо изложено въ сочиненіи: Forschungen über die Urgeschichte
der Menschheit und die Entwickelung der Civilisation von Tyler. Leipzig,
1866, пренмущественно въ шестой главѣ (стр. 136 — 192) подъ загла-
віемъ Bilder und Namen.

(74) Православ. Собесѣдникъ, Іяварь, 1858, 157 — 158, Слово о
постѣ. На тоже боготвореніе въ язычествѣ намекаетъ и обратное значе-
ніе дѣдъ, дѣдка въ христіанствѣ, въ смыслѣ нечистаго, дьявола; дока-
зывать, полагаемъ, нѣтъ надобности, какъ обожаемые нѣкогда предметы,
съ переворотомъ религіознымъ, перешли къ противоположному значенію.

(75) Lexicon Pal. slov. Miklosich, подъ словомъ дѣдъ.

(76) Срв., между прочимъ, Гильфердинга, Матер. для словаря, листъ
XV, стр. 239.

(77) См. Южно-русскія пѣсни, изд. Метлинскимъ, стр. 206.

(78) Наутрѣя же увѣдавши книгини и съвѣтъ створи съ Миросла-
вомъ съ дядькомъ... Данила же возмя дядька передъ ся, изыде изъ
града. Лексик. Академич.

(79) Гильфердингъ, въ Матер. для Словаря, сближаетъ съ скр. sthûra,
человѣкъ, мужчина; Юнгманнъ, въ своемъ чешскомъ лексиконѣ, сопо-
ставляетъ съ скр. strî, женщина, жена. Какъ то, такъ и другое сближе-
ніе въ одинаковой степени не легко, по нашему мнѣнію, вяжутся съ
стрьемъ и по формѣ и по значенію.

(80) Собраніе сказокъ Аеванасьева, вып. 4, стр. 82.

(81) Мы уже окончили свою статью, какъ попалась намъ въ руки
замѣчательная книга, изданная въ память назвѣстнаго хорутанскаго дѣя-
теля, Водника, подъ заглавіемъ: Spomenik Vodnikov, 1859, Lajbach; а
въ этой книге съ особеннымъ интересомъ прочитали наблюдение Золо-

106

П. ЛАВРОВСКАГО,

кара надъ употребительными доныпѣ названіями родства у Хорутанъ;
здѣсь то нащли мы и фактическое подтвержденіе пашей догадки: Хору-
тане, дѣйствительно, до сихъ поръ знаютъ стрычну. См. отдѣльную
статью въ уномянутой книгѣ: Slovenski Rodovnik, 254—260.

(82) Матер. для словаря, листъ ХХ, стр. 318.

(83) Срв. savja, лѣвый, и церк.-слав. шоун. Матер. для Словаря, тамъ же, стр. 316—319; Schleicher, Formenl. d. Kirch.-Slav. Sprache, 76—77.

(84) Lottner, Zeitschrift für vergleich. Sprachforsch., 7, 165.

(85) Litauische Grammatik, 144; Pictet, Les orig. Indoeurop., 2, 349,
къ тому же корню относить и нѣмец. oheim, дадя.

(86) См. Словарь церк.-слав. языка Востокова.

(87) Porządek Sądów i Spraw miejskich prawa Magdeburskiego. Przemysł, 1760, 125.

(88) Справедливость п этого предположенія оправдывается тою же
статью Залокара, въ которой приведены въ замѣчательной полнотѣ су-
ществующія до сихъ поръ родственныя названія у хорутанскихъ Славянъ.

(89) О языкеѣ съверн. рус. лѣтописей, Спб., 1852, 148—156.

(90) Новгород. первая лѣтоп., стр. 13, 16, 61; Ипатьевская, стр. 78—92.

(91) Акты историч. 1, № 42, стр. 86, подъ 1448 годомъ.

(92) Новгород. четвертая, стр. 92, подъ 1386 год.; Новгород. первая,
стр. 109, подъ 1419; Акты относящіеся до юрид. быта Россіи, 1, № 63,
стр. 448; подъ 1549 год. акты пстор., 1, № 650; Новгород. первая, стр. 6,
подъ 1132 год.; Ипатьев., стр. 78, подъ 1155; тамъ же, стр. 93, подъ
1165 год.; стр. 121, подъ 1179; тамъ же, стр. 170; стр. 185, подъ 1251.

(93) Толковый Словарь живаго великорус. языка, Даля, подъ словомъ братъ.

(94) Лаврент. лѣтоп., стр. 147, подъ 1154 год.; срв. Новгород. первая, стр. 11, подъ 1185; Лѣтоп. Переяслав., стр. 71; тамъ же, стр. 104, подъ 1198; Ипат., стр. 77—78, подъ 1155.

(95) Истор. Госуд. Россійск., Карамзина, т. 3, прим. 54.

(96) Лаврент. лѣтоп., стр. 135, подъ 1143 год.

(97) Тамъ же, стр. 137; Новгород. первая, стр. 79, подъ 1339; тамъ же, стр. 109, подъ 1420 год.; срв. Акты истор. 1, № 38, 71, подъ 1446 и 1462 годами; акты до юрид. быта, стр. 151.

(98) Новгород. вторая лѣтоп., стр. 172.

(99) Никопов. лѣтоп., 5, 88.

(100) Lexicon Pal. Slov. Miklos: н етии fratris filius vel sororis.

(101) Les origin. Indoeurop. 2, 355—359.

(102) Срв. gnabat, тамъ же, стр. 357, прим. 2.

(103) Акты истор. 1, 152.

(104) Дополн. къ актамъ историч. 1, № 167, стр. 296; Акты истор. 3. № 211, стр. 367;

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЪ НАЗВАНІЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНЪ.

107

(105) Гильфердингъ сопоставляетъ славян. племя, которое пишетъ онъ, вопреки даннымъ въ древнѣйшихъ памятникахъ, черезъ ъ (плѣма), съ скр. prī, любить. Едвали останется онъ при прежнемъ мнѣніи, со-образивши родственные языки и сравнивши происхожденіе другихъ си-нонимичныхъ выраженій какъ въ славянскомъ, такъ и въ другихъ род-ственныхъ языкахъ.

(106) Zeitschr. für vergl. Sprachforsch. 7, 166, статья Лоттнера. Сюда же можно бы было поставить и сербо-хорват. traha, порода, племя, ко-торое г. Гильфердингъ производить отъ скр. třh (см. Матер. для слова-ря), ростн, если бы такое значеніе корня třh не возбуждало сомнѣнія.

(107) Новгород. первая лѣт., стр. 23; Опис. рукоп. синод. библіотеки 1, № 46, стр. 296.

(108). Новгород. первая лѣт., стр. 58. подъ 1265 год.

(109) Такъ въ пословицѣ: родъ — племя близко, а свой ротъ ближе.

(110) Акты истор., 4, 473; срв. Дополн. къ актамъ историч., 4, 268; Акты, отпосящ. до юридж. быта, 1, № 63, стр. 456.

(111) Новгород. первая лѣтоп., стр. 58.

(112) О влѣяніи христіанства на слав. языкъ, Буслаева, 154.

(113) Временникъ Общ. Ист. и Древн., кн. 19, статутъ литовскій, стр. 68.

## Ко второму отдѣленію.

(1) Слѣдуетъ, однако же, замѣтить, что скр. ĝ соотвѣтствуетъ и въ славянскомъ языке, подобно литовскому, гораздо чаще звуку ж, чѣмъ з. Такъ: ĝiv—жить (и здѣсь ĝ вм. кореннаго g, на что указываетъ и литов. gywas, живой, и готск. qvivs, тоже), ĝanî — жена и др. Впрочемъ, славян. языкъ предлагаетъ примѣры обоюднаго перехода g въ ж из въ одномъ и томъ же словѣ; напр., зрьно и жръновъ отъ корня ģrî, те-реть, мельчить. Glossar. Sanscr. Боппа.

(2) Glossar. Sanscr. Bopp, подъ словомъ ĝâmâtr.

(3) Indisch, Alterthumskunde, 1, 813, примѣч. 1.

(4) Etymol. Forsch. 1, 261—262.

(5) Les origin. Indoeurp., 2, 371.

(6) Litauisch. Gramm., Schleicher., стр. 99, 115.

(7) Указывая на выраженія, родственныя славянскому затѣ въ дру-гихъ языкахх, мы привели условно и греческ. γάμβρος. Условность наша основана на сомнительности первоначального значенія корня γαμ, изъ котораго образовалось γαμβρος. Что действительно въ основѣ этого слова лежить корень γαμ, сомнѣваться нельзя, уяснивши его образованіе. Звукъ β, повидимому, принадлежащій корню, смущать не можетъ, какъ общчная вставка между носовымъ губнымъ μ и ρ, требуемая особенностями греческаго звукосочетанія, какъ въ силу такого же требованія вставляется въ томъ же греч. языке и δ между язычнымъ носо-

108

П. ЛАВРОВСКАГО,

вымъ v и тѣмъ же є, напр., въ αὐδρός. Подобную вставку β встрѣ-
чаемъ и въ другихъ словахъ, какъ: ἀμβροτος, ἀμβροσία, μεσημβρία
и т. д. Такимъ образомъ γάμβρος вм. γάμρος, какъ ἀμβροτος вм.
ἀμβροτος, отъ корня mī (-mar, литов. mirti, слав. мрь-ти), изъ кото-
раго явилось, тожественно съ греч. и по формѣ и по значенію, санс-
критское слово amīta, т. е. ἀμβροσιά, вм. ἀμβροσια, или какъ μεσημ-
βρία изъ μέσος и ἥμέρα. Въ латинскомъ gener сохранился коренной
носовой звукъ n; вставка послѣ него d передъ г оказалась излишнею,
при удержаніи гласнаго е: gener — generi; но она стала необходимою
съ утратою этого е, какъ видно изъ франц. gendre. Что же касается
до значенія корня γαμ, въ γάμβρος, то мнѣніе не одинаково. Боль-
шинство филологовъ не затрудняется сопоставлять его съ gan, ġan, а
слѣдовательно γάμβρος съ gener, слѣдовательно съ зать, объясняя,
такимъ образомъ, μ переходомъ изъ первоначального v (-n); но Пикте
(Les orig. indoeurop., 2. 334) находитъ такой переходъ весьма необык-
новеннымъ, по крайней мѣрѣ, когда не требуется онъ вліяніемъ послѣ-
дующихъ губныхъ, и сближаетъ въ силу этого греч. γαμ съ скр. gam,
въ значеніи идти, соединяться съ женщиной, откуда производить онъ и
γάμος, γαμεῖν. На это позволимъ мы себѣ сказать слѣдующее: а) пере-
ходъ n въ m далеко не исключительно ограничивается вліяніемъ губ-
ныхъ; тотъ же корень gan въ литов. языкѣ является обыкновенно въ
формѣ gam или, съ ослабленіемъ а въ i, gim, какъ въ prigimtis, су-
щество, природа (Срв. Schleicher, Litauisch. Gramm. стр. 116: radix gan,
die sonst im litauish gam lautet); б) значеніе соединенія съ женщиной
(coire cum faemina) весьма производное и встрѣчается, сколько извѣстно,
въ глаголѣ сложномъ upagam, и притомъ не безъ существительнаго
жена, женщина, какъ strijam upagantum; в) при этихъ сомнѣніяхъ
невольно обратимся и къ соотвѣтствующимъ словамъ въ родственныхъ
языкахъ, въ которыхъ, какъ видѣли, въ основѣ термина для зятя ле-
житъ корень именно gan—ğan; наконецъ, г) нельзя не обратить внима-
нія и вообще на идею первобытныхъ терминовъ родства у народовъ
индоевропейскихъ, которая въ наибольшей части сводится къ рожденію
и въ которой не замѣтно указанія на что-либо плотское, чувственное.
Вотъ почему мы рѣшаемся думать, что и греч. γάμβρος идетъ отъ того
же корня gan, рождать.

(8) Bopp, Sanscr. Gram. §§ 77—81.

(9) Тамъ же, § 129, стр. 69.

(10) Такъ уцѣлѣло оно въ мѣстои менныхъ формахъ насъ, васъ,
равно въ старинныхъ окончаніяхъ для мѣстнаго надежа въ древне-чеш-
скомъ нарѣчіи, какъ: dolas, lužas, polas и др. (срв. Počatkové staro-
české mluvnice, Šafař, стр. 32). Сохранилось и въ формахъ аориста:
принасъ, начасъ и др., вм. позднѣйшихъ: приахъ, начахъ.

(11) Подобная же утрата спереди с произошла въ греч. и латин.
языкахъ въ выраженіяхъ, соотвѣтствующихъ слав. снѣгъ: nix и νέω;

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЪ НАЗВАНИЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНЪ.

109

литов. sněgas, готск. snaïvs, др. нěм. sne (род. snewes), — очевидно,
отъ корня snu, течь, капать (-fluere, stillare).

(12) Не даромъ Юаннъ Экзархъ Болгарскій въ своемъ примѣненіи
греческой грамматикѣ Юанна Дамаскина къ языку славянскому и не
употреблялъ другой формы для родительнаго падежа, какъ форму прила-
гательныхъ притяжательныхъ: муж. оъвъ, жен. ина. См. Юан. Экзархъ
Болгар., Калайдовичъ, Москва, 1824, стр. 77.

(13) Мы не затруднились опустить въ текстѣ объясненіе слова сноха,
представленное Поттомъ (Elymol. Forsch. 1, 230) и Веберомъ (Indis.
Stud., 5, 260). Хотя первый, въ своемъ толкованіи со стороны значенія,
и не предлагаетъ ничего несообразнаго съ общимъ характеромъ общихъ
названій родства у народовъ индоевропейскихъ, тѣмъ не менѣе, сторона
звуковая едва-ли способна выдержать строгую критику. Поттѣ разлагаетъ
слово sunuša на предлогъ sam (-съ) и глагодъ vas, обить, жить, въ
причастіи прошедшему ušita, какъ что основная форма была бы san-
vasâ. Но почему же была бы взята форма причастная и притомъ про-
шедшаго времени? Далѣе, если и возможенъ переходъ an (-am) въ и въ
санскритѣ, то какъ объяснить переходъ am въ un; еще болѣе, какъ до-
пустить безслѣдную потерю цѣлаго слога (an, am) въ славянскомъ язы-
кѣ, или равносильнаго ему носоваго ж? Что касается до корня snu,
течь, подставляемаго Веберомъ, объясняющимъ понятіе sunuša тѣмъ,
что сноха какъ бы растекается изъ боязни и почтенія къ свекру, то, дума-
емъ, нѣтъ нужды доказывать несостоятельность его въ настоящемъ случаѣ.

(14) Срв. Compendium der vergleich. Grammatik, Schleicher, I, 57—58.

(15) Срв. Гпльфердингъ: объ отношеніи языка славян. къ языкамъ
родственнымъ. Москва, 1853, стр. 45 и слѣд.

(16) Едва-ли основательно сомнѣніе въ томъ, что древнѣйшая фор-
ма ст.-слав. нарѣчія должна быть свекрѣ, а не свекрѣ, какъ попа-
дается въ памятнякахъ. Гласный звукъ въ срединѣ между къ и п доказы-
вается всѣми родственными языками, а характеръ его опредѣляется
свойствомъ гласнаго и въ послѣднихъ, обращасимаго обыкновенно въ ст.-
слав. нарѣчіи въ тѣ, какъ скоро это и короткое, опредѣляется новѣшти-
ми гласными о п е, слышными въ именит. падежѣ современныхъ нарѣчій
славянскихъ, и бѣглостью ихъ въ другихъ падежахъ: свекоръ — свекра,
sveker — svekra.

(17) Ст. славян. форма свекрѣ, слышная отчасти и донынѣ въ го-
ворахъ народныхъ, сохранила по своему образованію всю близость къ
скр. çvaçrû, латин. socrus, въ которыхъ долгое и весьма часто и съ
незапамятныхъ поръ соответствуетъ въ слав. звуку ǔ. Происхожденіе
нынѣшней рус. формы свекровь обязано начавшейся также съ незапа-
матныхъ поръ потери склоненія на тему û, какъ муж. такъ и женск.
рода, и смѣшенію его съ склоненіемъ на темы согласныя, подобно скло-
ненію словъ: камъ, мати и др. Чрезъ это во всѣхъ падежахъ явился
слогъ ов—ъв, образовавшійся изъ разłożенія ǔ (=û): свекрѣве,

110

П. ЛАВРОВСКАГО,

свекръви и т. д.; форма, так. образомъ, свекръвь — въ рус. нарѣчіи
свекровь есть собственно винит. падежъ единств. числа и принята для име-
нителнаго подобно тому, какъ вм. црѣкъ явилась церковь, потомъ даже
церква, — послѣдняя степень новизны, сблизившей это слово въ скло-
неніи съ общимъ склоненіемъ для женск. рода на а. Такое стремленіе
языка уднообразить по возможности склоненія замѣтно въ равной сте-
пени и въ другихъ нарѣчіяхъ славянскихъ; напр., въ чешкомъ находимъ
svekra и svekrev, и если русскій языкъ не успѣлъ изъ свекровь
образовать свекрова, по образу церква, то нарѣчіе сербо-хорватское
давно уже забыло и вторичную форму, замѣнивъ ее позднѣйшего свекрва.

(18) Zeitschr. für vergl. Sprachf. 6, 13; 7, 188; 11, 164.

(19) Описание семи рукоп. Император. Публич. Библиот., Москва, 1859, стр. 89.

(20) Ross: Italiker und Gräken, Halle, 1858, стр. 15 прим.

(21) Si scr džâra huc spectat, slavi a germanis vocabulum hoc sunt mutuati. Lexic. palaeosl., стр. 324, подъ словомъ куръва. Džara (—gara) значитъ прелюбодѣй и, очевидно, происходитъ отъ gâ, ġaja, женщина вообще. Если g, образовавшееся изъ первобытнаго g, и соотвѣтствуетъ въ германскомъ звуку h, то никогда не замѣняется посредствомъ къ въ славянскомъ; объяснять же послѣднее родствомъ съ германскимъ h че- резъ заимствованіе слова мы не въ правѣ уже по одному тому, что су- ществ. коуръва распространено у всѣхъ Славянъ и, слѣдовательно, на столько же должно считаться кореннымъ и самобытнымъ славянскимъ, на сколько huse nѣмецкимъ. Вопросъ можетъ касаться первобытнаго родства, а не заимствованія; если же такъ, то и въ основѣ нѣмецкаго h должно пскать такой звукъ, который-бы равнялся славянскому к, а та- кимъ есть к, равный санскрит. ç.

(22) Павскій, въ своихъ филолог. наблюденияхъ, 2, 96—100, разсма-
тривалъ окончаніе ха не раздѣльно отъ предыдущихъ образовательныхъ
гласныхъ (аха, яха, оха, еха, уха, юха, пха); но если и допустить,
что каждая изъ гласныхъ придаетъ особый оттѣнокъ въ значеніи, то
все таки ха имѣть свой общий смыслъ, принадлежащій одинаково всѣмъ
сочетаніямъ и только различно оттѣняемый различными образователь-
ными гласными. Слѣдующее мѣсто: «странны, что наше производственное
иха усвоено только женщинамъ низшаго состоянія и самкамъ маловаж-
нихъ животныхъ» обнаруживаетъ воленнѣ односторонній взглядъ автора
на языкъ письменный и образованнаго класса по отношенію къ народ-
ному: свобода первого располагать объемомъ и составомъ послѣдняго
вовсе не даетъ права дѣлать изъ языка письменнаго норму и непременно
подчинять ей языкъ народный. Мы видѣли, что окончаніе ха въ говорѣ
простонародномъ прилагается къ женщинамъ рѣшительно всѣхъ состоя-
ній, — и такая общность должна служить исходною точной при опре-
дѣленіи даннаго явленія, а не случайный и прихотливый выборъ такъ
называемаго образованнаго класса.

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ ВЪ НАЗВАНИЯХЪ РОДСТВА У СЛАВЯНЪ.

111

(23) См. Lexicon palaeoslov. Miklos., подъ словомъ тѣсть.

(24) Porządek sądów i spraw miejskich prawa Magdebursk., стр. 132.
Срав. Słownik Lindego.

(25) См. его Slovnik česko-německý.

(26) Schleicher: Formenlehre d. Kirch.-Slaw. Spr., стр. 98.

(27) Bopp, Glossar. Sanscr., подъ словомъ такš.

(28) Срв. Буслаева историч. грам. рус. языка, 1, § 55, стр. 108—109.

(29) Предполагая посильное объяснение происхождения названій тесть и теща, упомянемъ о производствѣ ихъ г. Микуцкимъ. Онъ сближаетъ слово тесть съ литов. выраженнымъ ôszwis, предполагая въ немъ начальный звукъ т потеряннымъ (собственно tôszwis). Это же т какъ въ славянскомъ языке, такъ и въ предполагаемой формѣ литовскаго замѣняетъ коренное d, которое является въ скр. глаголѣ даç, съ значеніемъ дать. См. отчетъ 4-й, стр. 23. Но замѣтнымъ прежде всего, что то даç, которое разумѣтъ г. Микуцкій, имѣтъ долгое а, которое удерживается обыкновенно и въ славян. языке и не замѣняется посредствомъ глухихъ гласныхъ, какъ а короткое. Кромѣ того, указанное значеніе слишкомъ обще; гораздо чаще является глаголѣ даç въ смыслѣ бить, поражать, убивать. Не удивительно, что отъ него и нѣтъ ни одногоъ производнаго, которое бы заключало въ себѣ понятіе о какомъ либо родствѣ; значительный шайя часть производныхъ употребляется въ смыслѣ разбоя, разбойника. Не зависимо отъ всего этого, нельзя не пожелать уясненія причины и перехода d въ m (=t), особенно въ началѣ слова.

(30) Но въ доисторическую еще пору эту тему на и (=i) языкъ славянскій началъ смѣшивать въ склоненіи съ темою ја, перешедшего у Славанъ также въ ъ, или послѣ гласныхъ въ и; такъ: къ назь (изъ къ нагъ ј), шоуи (= скр. savja) и др. Одно существ. нить выдержало въ ст. слав. нарѣчіи формы склоненія на тему и (=i) въ большей цѣlostі, хотятак же не безъ исключеній; другія слова обнаруживаютъ въ рукописяхъ лишь обмольки въ пользу этого склоненія, какъ особеннаго отъ темы ја; напр., родит. затѣ (тожественный съ скр. на ês: krmês), дател. зати, тьсти (см. Miklos Formenl. d. altsloven. Spr., стр. 8—9). Нынѣшнія нарѣчіяслили уже обѣ темы въ одну, подвергая одинаковому измѣненію въ склоненіи слова зять и мужь, и только слово путь до сихъ поръ держится какимъ-то особнякомъ, сближалось въ склоненіи то съ словамъ муж. рода на ъ, то женскаго на ъ. Но какъ бы ни урожествились оба склоненія, форма именит. падежа такихъ словъ, какъ путь, тесть, зять и др., будетъ всегда указывать на тему и, потому что въ этомъ только случаѣ конечныя согласныя могутъ оставаться безъ соответствующаго смягченія. Въ противномъ случаѣ, когда бы и въ нихъ окончаніе урожествилось ъ-рю въ словахъ мѣжь, къ назь и др., т. е. вмѣсто основнаго и приняли бы они ја, то должны бы образоваться формы зашть, тьшть, пѣшть, въ слѣдствіе назвѣстнаго вліянія йотацізма, какъ въ къ назь, вм. къ нагъ, въ божь, вм. богь.

112

П. ЛАВРОВСКАГО,

(31) Лаврент. лѣтон., стр. 164, подъ 1180 годомъ.

(32) Спб., 1853, стр. 247.

(33) Выраженія плънац — плъница (= пунац — пуница) позву
ковой сторонѣ ближе всего стоять къ прилагательному плънъ (= серб.
хорват. пун). Но какъ вяжется значеніе это съ понятіемъ о тестѣ и те-
щѣ? Происхожденіе и этихъ названій едва ли не слѣдуетъ отнести къ
древнѣйшимъ остаткамъ языка, на равнѣ съ другими родственными тер-
минами; а ежели такъ, то не заключалась ли и въ корнѣ прилагательнаго
плънъ какая либо еще идея (кромѣ обилія, полиоты), которая, быть мо
жетъ, съ теченіемъ времени совершенно изгладилась, будучи вытѣснена
новѣйшимъ и ограниченно узкимъ значеніемъ? Корень прилагат. плънъ
соотвѣтствуетъ въ санскритѣ pr, pâr и pûr. Во всѣхъ этихъ формахъ
одного и того же глагольнаго корня, кромѣ значенія implere, извѣстно
не меньше и значеніе satiare, sustentare, servare, т. е. то самое, какое
развилось изъ терминовъ для отца и матери. Далѣе этой догадки идти
мы себѣ не позволяемъ.

(34) Какъ ни рѣдокъ этотъ переходъ d въ 1, но относителъ но латин-
скаго языка примѣровъ такъ достаточно, что сомнѣніе въ родствѣ levir
съ скр. dêvar едва ли будетъ основательно. Припомнимъ при этомъ
латин. lacrima, соотвѣтствующее греч. δάκρυ, готск. tagrş, скр. daçru;
Ulysses, греч. Οδυσσευς; lingua и sella равныя древне-латинскимъ
dingua и sedda; ole о вмѣсто оdeo. Сюда относять и lignum, греч.
λιγνύς, сопоставляемыя съ скр. dah (urere, жечь). Соотношеніе между
d и 1 замѣтно и въ meditare, греч. μελετᾶν. По всеобщему родству
звука 1 съ звукомъ r, не слѣдуетъ пропускать замѣну послѣднимъ того
же d, какъ: arbiter, вм. adbiter, meridies вм. medidies. Гораздо
необыкновеннѣе это явленіе въ другихъ родственныхъ языкаххъ. Сюда, б
м., должно отнести переходъ двойнаго d въ двойное 1 въ древне-верх
нѣмецкомъ: vaddjus — vall (-vallum). Тутъ же умѣстно поставить и
gотск. silubr, слав. срѣбро, лит. sišabras. Нельзя не сравнить по по-
воду перехода d въ 1 и сложнаго санскр. слова sumrîlika (виновникъ радо-
сти), составленнаго изъ кр. mîd, частицы su и окончаніе îka. Тоже слово,
съ тѣмъ же значеніемъ въ Сама Ведѣ является въ формѣ sumridika.
См. Regnier, Etude sur l'idiome des Vedas. Paris, 1855, стр. 188.

(35) Гортанный звукъ въ германскомъ едва ли даетъ право, при вни-
маніи къ отсутствію его во всѣхъ остальныхъ языкахъ, признавать его
необходимость въ первобытномъ корнѣ, какъ, кажется, принимаетъ Мик-
лошчѣ, основывалось на изслѣдованіи въ Zeitshift für vergleich. Sprachf.
7, 172 (см. Lexicon pal. slov., подъ словомъ дѣверь). Справедливѣе, ду-
маемъ, видѣть въ подставляемой пмѣ основной германской формѣ dai-
gvar звукъ г явившимся уже на почвѣ исключительно германской, что
принимается и другимп изслѣдователями: der guttural im deutschen erk-
lärt sich aus einem vordeutschen aus v entstandenen gv. Grundform daivar

КОРЕННОЕ ЗНАЧЕНІЕ В'Я НАЗВАНІЯХ'Я РОДСТВА У СЛАВЯНЬ'Я

113

(Ueber die Prosodie im griechisch. Rhein. mus. 1845, 253). Тоже повторено Курціемъ и въ его Grundzüge de griech. Etym., 1, 197.

(36) Lassen, Indis. Alterth. 1, 813.

(37) Такое производство представилъ въ 1835 году Макаровъ. См. Телескопъ, т. 30-й, смѣсь, стр. 370—373.

(38) Не забудемъ, что въ пѣсняхъ сербскихъ и деверь часто не разлученъ съ вѣнцемъ невѣсты: док. Ђевер дође, венац донесе, Ђевер ће доћи, венац донети.

Или въ слѣдующихъ словахъ, которыми невѣста отвѣчаетъ матери на призывъ ея возвратиться изъ-подъ вѣнца, — что теперь уже поздно, слѣдовало бы звать прежде:

док нисам стала уз милог кума,
уз милог кума и уз девера;
дрк није био прстен на руци,
прстен на руци, венац на глави. Карадж. Пјесме, 1, 156

(39) Указываю на замѣчательную статью: Bugarski narodni običaji, помѣщенную въ Archiv za povjestnicu jugoslavensku, 1865, кн. 8, стр. 272, примѣч. Здѣсь собраны всѣ частности деверевой должности.

(40) Авторъ упомянутой въ предыдущемъ примѣчаніі хорватской статьи дѣйствительно, подъ вліяніемъ столь непрерывнаго занятія деверя невѣстой — дѣвицей, смѣло ставитъ и самый терминъ въ родственную связь съ дѣвой: rieč djever proizlazi od djeve; djever čovjek, koji se zanima oko djeve. Тамъ же, стр. 271, прим. Но авторъ увлекся односторонностью взгляда; деверь остается деверемъ и тогда, когда дѣвица — невѣста становится женщиной, женой брата. Если даже и допустить существованіе подобной же обрядности, съ тѣмъ же характеромъ въ ней деверя, и въ эпоху нераздѣльной жизни народовъ индо-европейскихъ, отъ которой, очевидно, идетъ общее у нихъ названіе, что, впрочемъ очень сомнительно; то и въ такомъ случаѣ не легко согласиться, чтобы кратковременная и случайная роль была основаніемъ вѣковѣчнаго названія, исключительно обращенного на одно личе брата мужа.

(41) Mythologie comparée, стр. 42; Les origin. indoeurop. 2,374.

(42) Такимъ образомъ объясняетъ г. Мнілеръ названія nandinî, dêvar и даже jâtar. См. опытъ историч. обозр. рус. словесности, Спб., 1866, 126. Очевидно, онъ исходитъ отъ браковъ носредствомъ уводовъ, кражи дѣвицы, какъ изображается этотъ бракъ въ древнихъ свидѣтельствахъ славянской исторіи и отчасти въ современныхъ обычахъ народныхъ. Но упомянутыя названія такъ древни, что невольно пожелаешь для подтверждения ихъ такимъ путемъ и болѣе древнихъ свидѣтельствъ о характерѣ самаго брака. Не есть-ли уводъ, кража, похищеніе уже позднѣйшее явленіе? По крайней мѣрѣ, въ названіяхъ родства нѣтъ ни малѣйшаго положительнаго намека. Не неумѣстенъ и слѣд. вопросъ: почему же именно идея радости приурочена исключительно лишь брату и сестрѣ мужа, а не другимъ родственникамъ?

Сборникъ Н. Отд. И. А. Н.

8

114

П. ЛАВРОВСКАГО,

(43) Диффенбахъ, 1, 125—126.

(44) Противъ сближенія слова деверь съ скр. dêv можно возразить указаніемъ на господствующее правописаніе черезъ е послѣ д, тогда какъ согласно съ скр. dêvar слѣ дovalо-бы ожидать непремѣнно ѣ, которое и находится въ существ. дѣва. Но вина въ этомъ лежить на шаткости отечественнаго правописанія. Что и въ славян. языкѣ въ разсматриваемомъ словѣ долженъ быть двоегласный ѣ доказывается смягченіемъ д въ польскомъ нарѣчіи: dzievierz и юго-западнымъ и сѣверо-западнымъ прозвношеніемъ Сербовъ: Цевер и дивер. Нѣ сколько случаевъ употребленія этого выраженія въ памятникахъ церковно-славянскихъ, отмѣченныхъ Миклошичемъ, говорятъ также въ пользу ѣ; въ словарѣ Востокова словомѣ деверь пропущено.

(45) Такъ, напр., въ слѣ дующихъ стихахъ Шимановича:

Zołwicei bratove u jednego stołu,

i swiekry i niewistki jadają pospołu. Пиздан. Бобровича, Лейпцигъ, 1837, стр. 51. Срв. Slovnik Юнгмана, подъ словомъ zelwa.

(46) Etymol. Forsch., 1, 131.

(47) Grundzüge d. griech. Etymol. 1, 143.

(48) Впрочемъ, Пикте не отказался отъ предположенія основнаго смысла, не выходя, однако же, изъ предѣловъ греко-латинно-славянскаго языка, сопоставляя γάλως, а слѣ довательно и славянскую золовку, съ прилагательными γαλερός, γαληνός, ясный, свѣтлый, съ глаголомъ ἀγάλλω, украшать, и съ существитенымъ γλῆνος, украшеніе, звѣзда, γλῆνη, молодая дочка, и указывая на славянское слово злѣ чь (жолчь), объясненное имъ посредствомъ прилагательнаго splendida: sela conduirait à la notion de lumière et de beauté, et à une signification analogue à celle de belle-soeur. Les orig. indoeurop. 2,375. Но предположеніе и останется предположеніемъ, пока не подтвердится научнымъ доводами. Укажемъ и на толкованіе въ Zeitschrift für vergl. Sprachforsch. 4, 399.

(49) О Русскомъ полногласіи, Извѣстія 2-го Отд. Акад. Н., 5-й вып. 7-го тома.

(50) Ср. Bopp, Glossar., подъ словомъ gurī.

(51) О рус. полногласіи, тамъ-же.

(52) Нарѣ чія чешское и польское (zołwa, zelva), можно-бы думать, уже развили свои формы изъ старо-славянской, путемъ позднѣ йшей за-мѣ ны гласныхъ р—л посредствомъ обычныхъ гласныхъ (о—е) съ согла-сными р—л, если бы только чешское нарѣ чіе, удержаніемъ гласнаго л по сіе время, подобно старославянскому, не говорило скорѣ е въ пользу сохраненія гласнаго въ корнѣ санскритскомъ (gar-gur) и греческомъ (γαλ.). Что касается формы золова, то едва-ли не обязана она двой-ственностью гласнаго о, передъ л и послѣ него, столь широко охватив-шему рус. языкъ свойству полногласія, образуя и золова кокъ-бы изъ злава, подобно другимъ случаямъ, какъ изъ корня тлѣ к явилось толкъ, а черезъ тлачити — толочить, тлака — толока.

115

(53) Акты относящ. до юрид. быта, 1, № 63, стр. 440 (XV вѣка).

(54) Pictet, Les origin. indoeur. 2, 370.

(55) Ты-ли шуринъ дорогой

Проводи се (невѣсту) ко мнѣ. Сахар., Сказанія Гус. Народа, 1,
Пѣсн. свадеб., стр. 128. Или: Ахъ шуринъ мой, шуринъ ласковый!

Ты отдай мой даръ мое суженое,
Мое суженое, мое ряженое. Тамъ-же, стр.

137. При передачѣ сестры братомъ поется:

Братецъ постарайся,
Братецъ поломайся.
Не продавай сестру,
Ни за рубль, ни за золото. Тамъ-же стр. 162.

На предложеніе сватовъ со стороны жениха отдать имъ невѣсту за день-
ги, братъ ел возражаетъ: я на те, сваты, не соглашаюсь; я качаны крав,
да свою сестру годовав, а вам за тры копійкы ддам? Не ддам! Народ.
южно-русск. пѣсни. Метлин., стр. 166.

Родимый ты мой братецъ,
Куда ты меня обуваешь,
Куда ты меня снаряжаешь?
Обуваетъ меня, снаряжаетъ
Въ чужу дальнюю сторонушку,
Къ чужому отку съ матерью,
Къ чужому роду племени. Сахар., тамъ-же, стр. 163.

Старшій братику! Одчыны воритця

До кинця —

Иде твоя сестриця

Одъ винця. Народ. юкнорус. пѣсни, Метлин., 170.
Треба зятю, треба зятю
Сим день молотыты,
Щоб шурына, щоб шурына
З покутя зкупыты. Тамъ-же, стр. 194.

(56) Позлати, ђевере, ако хојеш да ти дам оваку баницу. Карадж.,
Ковчежић, Беч, 1849, стр. 78. Срв. тамъ-же, 51.

(57) Напримѣръ: и на утріи преставился княгиня ярославлян, свѣсть
великого князя Всеволода. Лѣт. Переяслав., подъ 1201, стр. 105.

(58) Lexicon pal. slov., Miklos.

(59) Срв. Кolo, članci za literaturu, umjetnost i narodni život, Zag-
reb, 1853, 9, 119, статья: kratak nauk o jugoslavenskom jeku. Sladović.
Г. Гильфердингъ приурочиваетъ слово свѣсть, вмѣстѣ съ невѣста, къ
корню vič, входить. Согласиться съ этимъ не легко уже потому, что на-
чальное с принадлежитъ корню; если же допустить въ немъ приставку
и, разумѣется, съ характеромъ предлога съ, скр. sa, sam, въ такомъ
случаѣ останется непонятнымъ значеніе свѣсти, которая никакъ не
могла быть сожительницею мужа сестры, оставаясь въ своемъ родѣ —

116

П. ЛАВРОВСКАГО,

семьѣ до тѣхъ поръ, пока не выходила за-мужъ въ иной родъ, чужой какъ для себя, такъ и для сестрина мужа. Матер. для словадя, лист. ХХ, стр. 211.

(60) Лаврент. лѣтоп. 78, подъ 1073 годомъ.

(61) Корнесловъ, 2, 48. Въ опроверженіе подобной догадки считаемъ достаточнымъ сказать слѣдующее: а) слова сватъ, сватать, безспорно, принадлежать одному корню съ сватьба, которое образовано способью суффикса ба, подобно существ. гостьба, гридьба, крадьба и т. п. Но въ такомъ случаѣ т есть коренной звукъ, д же въ новѣшемъ рус. правописаніи и произношеніи есть ни что иное, какъ замѣна отзвучного т соотвѣственнымъ звучнымъ д, въ силу вліянія послѣдующаго звучного б. Правда, современное русское правописаніе вообще не основывается на произношеніи, руководясь обыкновенѣе этимологіей; но тамъ, гдѣ корень затемнился, гдѣ, какъ въ словѣ свадьба, и между учеными возникаетъ несогласіе въ происхождении его, выговоръ становится существеннымъ руководителемъ и для правописанія. Такъ, если мы выговариваемъ молодьба, а нишемъ все-таки молотьба, то этимъ обязаны очевидности происхождения слова отъ молотить. Въ существит. свадьба корень не сознается больше, — и правописаніе подчинилось выговору. Тоже видимъ съ изба, гдѣ оба звука з и б употреблены вмѣсто отзвучныхъ с и п, сколько можно судить по старинному правописанию истопка. По этому-то, въ старослав. нарѣчіи и господствуетъ правописаніе сватьба, только изрѣдка, и то сравнительно въ позднихъ памятникахъ, смѣнаясь посредствомъ — свадьба. б) Родство существит. сватьба съ словами сватъ, сватать опредѣляется правописаніемъ и произношеніемъ его у Сербовъ (боснійскихъ), которые знаютъ и пишутъ только сватба. в) Указаніе на названіе жены водимой едва-ли способно подтвердить производство словъ сватъ, сватьба отъ веду: ни одно нарѣчіе славянское ни въ древнемъ, ни въ новомъ видѣ не представляетъ ни одного термина для жены, близкаго къ слову сватъ, между тѣмъ какъ послѣднее извѣстно у всѣхъ Славянъ для обозначенія разныхъ степеней брачнаго родства. Притомъ нельзя опустить изъ виду и формы этого слова въ польскомъ и чешскомъ нарѣчіяхъ: и въ томъ и въ другомъ начальный звукъ с (въ сватъ, свѣсть) произносится весьма отчетливо, что было-бы странно, особенно въ устахъ. Поляка, если бы слова эти происходили отъ веду, разумѣется, уже съ предлогомъ съ, съ незапамятныхъ временъ смѣненнымъ на зъ.

(62) Beiträge zur vergleich. Sprachforsch., 2, 267. Впрочемъ, взглядъ г. Новотнаго признанъ несостоятельнымъ тутъ-же редакторомъ Куномъ. Срв. примѣч.

(63) Напр., въ слѣд. словахъ, обращенныхъ Сатьяваномъ къ Савитри: purâ mâm úcatus çaj va râtrâs utthâja mâmakau. Bopp, Diluvium, стр. 38, стих. 2.

117

(64) Какъ въ Na!. и Damajant, Bopp, стр. 24, стих. 42; стр. 25; стих. 5.

(65) Срв. Lexicon pal. slov. Miklos. Въ сербской пѣсни читаемъ:
Е те жеља обузела
На банове, на ђедове
На те мудре родитеље
И на вељу својту твоју:
На синове, на стричеве
И на милу браћу твоју. Карадж., 1, № 150.

(66) Іа бих њему своју секу дала,
Секу дала њега сваком звала. Тамъ-же, № 325.

(67) Издан. Бобровича, стр. 109.

(68) Описан. рукоп. Румянц. Муз., № 231, стр. 286.

(69) Срв. Pictet, de l'affinité des langues celtiques avec le sanscrit,
1837, стр. 27.

(70) Лѣтоп. Переяслав., стр. 4, 99; Ипатьев., стр. 156, подъ 1202 годомъ.

(71) Уставъ Ярослава, Истор. Рус. церкви, Макарія, стр. 2, 357.

(72) Neven, 1852, стр. 318.

(73) См. статью Киркора въ Вѣстн. Географ. Общ., 1857, кн. 6.

(74) Срв. Bopp, Glossar., подъ словомъ jâtr.

(75) Pictet, Les orig. indoeurop. 2, 334—335; срв. тамъ-же, 375.

(76) «Извѣстно, что крестьяне, женивъ сыновей своихъ, принимаютъ
молодую къ себѣ во дворъ, гдѣ она и живетъ съ мужемъ своимъ у све-
кора съ свекровью и въ кругу деверьевъ и золовокъ, если есть у мужа
братья и сестры, и съ сношеницами, если братья мужа тоже жена-
тые». Владимірск. Сборникъ Тихонравова, 1857, стр. 41. — Изъ сказан-
наго о словѣ ятровъ едва-ли не слѣдуетъ заключить объ ошибкѣ въ
академическомъ словарѣ, объясняющемъ ятровь женою деверя или шу-
рина. Ни въ древнемъ языкѣ русскомъ, ни въ остаткахъ употребленія
этого слова въ современномъ говорѣ бѣлорусскомъ, ни въ сербскомъ,
хорватскомъ и хорутанскомъ нарѣчіяхъ, гдѣ донынѣ живетъ оно въ пол-
ной силѣ, ни въ памятникахъ старо-славянскихъ, ни въ старо-чешскомъ
и въ старо-польскомъ нарѣчіяхъ нѣтъ свидѣтельства, чтобы ятровью на-
зывалась жена и шурина.

(77) Объ употребленіи выраженій пашанац и пашеног у Сербовъ см. Словарь Караджича; раš, раšанас и раšenog у Хорватовъ — статью Вебера: ustroj našega jezika, въ Neven, 1856, стр. 215; тѣхъ же словъ у Хорутанъ — статью Клуна, въ рус. Бесѣдѣ, 1853, кн. 3, стр. 89.

(78) Напр., вянуть вм. вядуть, глянуть вм. гляднуть и др. Срв. Историч. Граммат. Буслаева, 1, 79—80. Миклошичъ, въ своемъ старо-славян. лексиконѣ, подъ словомъ вѣно, указываетъ на сближеніе Курціемъ латин. venum съ скр. vasna, цѣна, отъ van, покупать; но и амъ не опустилъ случая замѣтить о сомнительности такого производства.

118

П. ЛАВРОВСКАГО,

(79) Pictet, Les orig. indoeurop. 2, 333—334.

(80) Weber, Indisch. Stud. 5, 310.

(81) Pictet, тамъ-же, 337—338.

(82) Опытъ Историч. Обозрѣнія рус. словесности, Спб. 1866, 1, 126. Отчужденность родовъ высказалась и во взглядѣ народномъ на дочь, какъ на чужое добро, въ противоположность сыну, какъ умножающему, обогащающему свой родъ. Таковы русскія пословицы: дочь — чужое сокровище; холь да корми, учи да стереги, да въ люди отдай; сынъ въ домъ глядить, дочь изъ дому; сынъ глядить въ домъ, а дочь глядить вонъ.

(83) Чешскій терминъ snúbení мы принимаемъ за переводъ съ латинскаго (connubium); что же касается до лужицкаго kwas, то оно служить свидѣтельствомъ перехода отъ частнаго понятія къ общему.

(84) О миенческ. вѣрованіи Славянъ въ облако и дождь. Учен. Зап. 2-го Отд. Ак. Н., кн. 7, вып. 2.

(85) Ale pierwej pod ziemię śmierci Aphar wzięty, nim wdomu swym niewiastki nadobne oglądat. Szymonowicz, издан. Бобровича, стр. 32—33.

(86) Привожу по примѣру на каждое выражение: приде бо къ нему Башкордъ въ 20 тысячъ, отчимъ Святославль Володимрича (Ипат. лѣт., стр. 86, подъ 1159 годомъ); на ту же осень посла отецъ Мьстислава противу мачесѣ (тамъ-же, стр. 73, подъ 1153 годъ); явился знаменье... надъ гробомъ княгыниномъ... юже уби свой пасынокъ (Новгород. первая, стр. 54).

(87) Баронъ Розенкампфъ, Кормчая, 1, 111, прим. 44.

(88) Стр. 78; срв. Лѣтоп. Переяслав., стр. 72, подъ 1155 годомъ.

(89) Объ отношеніи слав. выраженія врѣвь къ подобно-звучнымъ словамъ въ родственныхъ языкаххъ см. Мысли объ исторіи рус. языка, Срезневскаго. Спб. 1850, стр. 135—136.

(90) Geschichte Polens v. Roeppell, 1, 615, 2-е приложение.

(91) Szajnocha, Szkice historyczne, Lwów, 2, 272.

— II —

Уйчичичь,
Уйчичишна,
} 42.

Стрый, 38, 43, 46, 54, 79, 97.

Стрыйко, 43.

Стрыйецъ, 38.

Стрыя, стрыня, 38, 43—44, 46, 97.

Стрычна, 39, 106, прим. 81.

Стрычичь, стрыйчичь, 39, 45—46.

Стрычичичь, 40.

Стрынчиничь, 40.

Нетій, 46, 47.

Внукъ, внука, 31—32.

Правнукъ, 34.

Бракъ, 87—88.

Обрученіе, свадьба, веселье, сня-
текъ, свадебные годы, 89.

Мужъ, 3—6, 28.

Жена, 7.

Супругъ, супруга, 6.

Свекоръ, 61—65, 109, прим. 16.

Свекровь, 61—65, 109, прим. 17.

Шуринъ, 77—78, 115, прим. 55.

Щуръ, 105, прим. 72.

Пращуръ, 34, 35, 105, прим. 71.

Тесть, } 61, 65—69, 111, прим. 29.
Теща, }

Пунацъ, } 69—70, 112, прим. 33.
Пуница, }

Свойта, 117, прим. 65.

Своить,

Своять,

Своякъ — свакъ, } 81—84,

Своякиня — свака, } 116, пр. 61.

Сватъ — сватья,

Свойственникъ,

Свѣсть, 78—80, 115, прим. 59.

Зять, 55—58, 107, прим. 7.

Женихъ, женищина, 91—92.

Паш, пашанац, пашеног, 86—87,
117.

Деверь, 70—73, 112, 113, 114.

Золовка, 73—77, 114, прим. 48,
52.

Ятровь, 84—86.

Невѣста, 90, 115, прим. 59.

Вѣно, 117, прим. 78.

Вервь, 93, 98—99, 118.

Околина, 94, 99.

Ополье, 94—99.

РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ
ЖУРНАЛЪ 1755 — 1764 ГОДОВЪ.

Академика П. П. Пекарскаго.

«Ежемѣсячныя сочиненія» — этотъ первый учено-литературный журналъ въ Россіи заслужилъ болѣе, чѣмъ какое либо другое періодическое изданіе XVIII вѣка, похвалъ и одобренія позднѣйшихъ изслѣдователей. «Вся Россія, говоритъ о немъ митрополитъ Евгеній ¹), съ жадностію и удовольствіемъ читала сей первый русскій ежемѣсячникъ, въ которомъ много помѣщено иностранныхъ переводныхъ, а большая половина русскихъ любопытнѣйшихъ статей историческихъ, географическихъ, коммерческихъ, ученыхъ и другихъ...» Покойный В. А. Милютинъ, напечатавшій три обширныя статьи о томъ же изданіи ²), называлъ его «однимъ изъ лучшихъ журналовъ, какіе только издавались въ Россіи и въ прежнее, и въ нынѣшнее время... «Ежемѣсячныя сочиненія», продолжаетъ онъ, не только пріохотили къ чтенію русскую публику, не только распространили въ ней множество полезныхъ свѣдѣній и ближе познакомили ее съ прошедшимъ и настоящимъ состояніемъ Россіи, но и положили прочное начало отечественной журналистики. Своимъ примѣромъ они доказали пользу періодическихъ изданий и побудили другихъ писателей вступить также на поприще

1) Словарь русскихъ свѣт. писателей, Москва, 1845 г., т. II, 67.

2) Современникъ 1851 года, томы XXV и XXVI, «Очерки русской журналистики».

Сборникъ II Отд. И. А. Н.

1

2

П. П. ПЕКАРСКАГО,

журнальной дѣятельности, до той поры совершенно имѣ неиз-
вѣстное» ¹)...

Милютинъ обстоятельно познакомилъ читателя съ содержа-
ніемъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» и разсмотрѣлъ всѣ статьи его
на основаніи данныхъ, которые доставило само изданіе. Но, кро-
мѣ извѣстій, добытыхъ изъ этого источника, есть еще другія, ка-
сающіяся закулисной такъ-сказать стороны въ жизни журнала,
стороны, которую обыкновенно и изъ современниковъ знаютъ не-
многіе, а большинство публики остается о ней почти всегда въ
полнѣйшемъ невѣдѣніи. Между тѣмъ здѣсь-то и слѣдуетъ искать
разгадку многихъ недоумѣній, часто возбуждаемыхъ при чтеніи
той или другой журнальной статьи; здѣсь объясняются разныя
темныя мѣста, ключь къ пониманію которыхъ затерянъ, если огра-
ничиваться только однѣми печатными страницами журнала.

Извѣстно, что академикъ Миллеръ былъ редакторомъ «Еже-
мѣсячныхъ сочиненій». Читая нынѣ это изданіе, увидимъ, что онъ
въ то же время былъ дѣятельнымъ сотрудникомъ его и помѣстилъ
тамъ много статей. Все это, однако, не разрѣшаетъ еще вопроса:
каково было участіе Миллера при помѣщеніи въ журналѣ ста-
тей другихъ писателей, и въ какія отношенія былъ онъ поставленъ
къ нимъ?

Въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» участвовали всѣ современ-
ные писатели, пользовавшіеся большею или мѣньшею извѣстностью.
Они рѣдко скрывали свои имена, а потому ихъ сотрудничество не
подлежитъ ни какому сомнѣнію; но, кромѣ сочиненій этихъ лицъ,
въ журналѣ попадается много и такихъ, подъ которыми нѣтъ ни-
какихъ подписей. Правда, что большая часть подобныхъ статей
переводныя; однако переводная литература въ Россіі прошлаго
вѣка, за скудостью въ оригинальныхъ произведеніяхъ, пользова-
лась значеніемъ и имѣла несомнѣнную долю вліянія и на словес-
ность, и на общество. Въ старину обязанность переводчика была
труднѣе и почетнѣе, чѣмъ нынѣ. Труднѣе потому, что тогда рус-
скій литературный языкъ только-что начиналъ образовываться, и

1) Современникъ, 1851 г., т. XXV, отд. II, стр. 2, 3 и 17.

РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ.

3

притомъ сколько нибудь сносныхъ пособій для изученія иностран-
ныхъ языковъ почти не существовало вовсе. Почетнѣе — такъ
какъ переводчикъ оказывалъ рѣдкую въ старину услугу, когда
знакомилъ читателей съ произведеніями недоступныхъ для боль-
шинства читателей иностранныхъ литературъ въ переводахъ, пе-
реданныхъ хорошимъ языкомъ и близкихъ къ подлиннику. По
этимъ причинамъ въ настоящее время не будетъ суетнымъ любо-
пытство знать: кто могли быть безыменные переводчики и другіе
невидные сотрудники въ журналѣ болѣе чѣмъ за сто лѣтъ до на-
шего времени?

Наконецъ, въ журналистикѣ и литературѣ есть еще одна сто-
рона, которой нельзя никакъ упускать изъ виду при исторической
оцѣнкѣ журналовъ и вообще всѣхъ литературныхъ произведеній
данной эпохи — это степень возможности, предоставленной писа-
телью, высказывать свои мнѣнія относительне религіи, политики и
литературы; другими словами — знать цензурныя требованія того
времени, въ которое явилось разсматриваемое произведеніе.

При просмотрѣ старинныхъ матеріаловъ въ архивахъ Акаде-
міи Наукъ, мнѣ встрѣчались разныя свѣдѣнія о началѣ и продолженіи изданія «Ежемѣсячныхъ сочиненій». Несмотря на отрывочность ихъ, въ нихъ можно найти отвѣты на высказанные выше вопросы, почему свѣдѣнія эти, при помощи нѣкоторыхъ, уже изданныхъ матеріаловъ, разработаны въ настоящей статьѣ.

Со втораго года существованія «С.-Петербургскихъ Вѣдомо-
стей», т. е. въ 1728 году, при нихъ, въ видѣ приложеній, стали
издаваться отъ Академіи Наукъ такъ-называвшіяся «Примѣча-
нія». Здѣсь помѣщались статьи самаго разнороднаго содержанія,
оригинальныя и переводныя, но непремѣнно изложенныея, конечно
для своего времени, легко и понятно, стало быть доступно для
большинства читателей. Эти «Примѣчанія» прекратились въ смут-
ное для Академіи Наукъ время въ 1742 году и потомъ болѣе не

1*

4

П. П. ПЕКАРСКАГО,

возобновлялись; тѣмъ не менѣе они такъ пришлись по вкусу чи-
тателей, что долгое время спустя ихъ перепечатали и въ Петер-
бургѣ, и въ Москвѣ. Объ нихъ вспомнили и при основаніи перва-
го русскаго учено-литературнаго журнала.

22 ноября 1754 года, непремѣнный секретарь и академикъ
Миллеръ, который въ 1728 г. первый придумалъ издавать вы-
шепомянутыя литературныя прибавленія къ «Петербургскимъ Вѣ-
домостямъ», заявилъ въ академическомъ засѣданіи предложеніе
президента Академіи, графа Кирилла Григорьевича Разумов-
скаго объ изданіи въ предстоявшемъ 1755 году ученаго періо-
дическаго журнала (de ephemeride quadam erudita) на русскомъ
языкѣ по образцу издававшихся прежде «Примѣчаній» къ Вѣдо-
мостямъ. Академикамъ предоставлялось обсудить, быть ли пред-
положенному журналу ежемѣсячнымъ или еженедѣльнымъ, а так-
же рѣшить и о статьяхъ, долженствовавшихъ войти въ составъ
его.

Академики единогласно признали всю полезность подобнаго
изданія для любителей чтенія, и каждый объщалъ свое сотрудни-
чество по тѣмъ наукамъ, которыми занимался. Вмѣстѣ съ тѣмъ
было опредѣлено: журналу быть ежемѣсячнымъ, такъ какъ этотъ
срокъ признавался болѣе удобнымъ для того, чтобы не разбивать
всякой объемистой статьи на нѣсколько; допустить къ сотрудни-
честву въ журналѣ лицъ, хотя бы и не принадлежащихъ къ Ака-
деміи, но посвятившихъ себя литературѣ ¹); исключить вовсе изъ
журнала статьи богословскія и вообще всѣ, касающіяся до вѣ-
ры, а равнымъ образомъ статьи критическія или такія, которыми
могъ бы кто-нибудь оскорбиться ²).

Нѣкоторое разнорѣчіе въ мнѣніяхъ обнаружилось, однако, при
подписаніи протокола. Ломоносовъ высказалъ тогда мысль, что
статьи, предназначенные въ журналъ, надлежало, прежде изданія

1) Utile enim visum cuilibet litterarum cultori, etiam extra Academiam pro suis ingenii partubus dummodo ita ut decet comparati sint locum permittere.

2) Exilent quoque omnia scripta critica vel quae aliquo modo famam alicujus laedere aut contra aliquem scripta videri possint.

5

въ свѣтъ, представлять въ академическое собраніе. Тредіаковскій, соглашаясь съ распоряженіями, изложенными въ протоколѣ, возразилъ противъ Ломоносова, что представленіе статей на предварительный просмотръ можетъ подать поводъ къ пререканіямъ и напрасной тратѣ времени ¹).

Надобно думать, что возбужденный Ломоносовымъ о предварительной цензурѣ журнала вопросъ въ началѣ не обратилъ на себя особенного вниманія; по крайней мѣрѣ о немъ пройдено все молчаніемъ въ предложеніи академическому собранію, данномъ отъ имени графа Разумовскаго 12 декабря 1754 года. Здѣсь давалось знать академикамъ, что, согласно ихъ заключенію, будетъ издаваться на русскомъ языкѣ журналѣ, подъ названіемъ «Санктпетербургскія академическія примѣчанія» и что «сіе дѣло поручается подъ смотрѣніе секретарю конференціи», т. е. Миллеру. Онъ обязывался заботиться о статьяхъ для журнала и соблюденіи порядка при доставленіи ихъ отъ академиковъ. Въ служаѣ недостатка такихъ статей, книжку журнала дозволялось «дополнять какимъ ни есть переводомъ чьимъ бы то ни было, или стихами, въ которыхъ, по усмотрѣнію, соединено будетъ полезное забавному». Очевидно, что журналъ предназначался исключительно для большинства читающей публики, такъ какъ именно было оговорено: «изъ высокихъ наукъ, яко-то: изъ астрономическихъ наблюденій и изчисленій, изъ физики, математическими вычетами изъясняемой, изъ анатомическихъ примѣчаній, которыхъ разумѣть невозможно безъ знанія совершеннаго самой анатоміи, и ничего тому подобнаго въ помянутыя книжки не вносить» ²).

Того же 12 декабря, графъ Разумовскій далъ знать академической канцеляріи, что съ 1755 года отъ академическаго со-

¹) Tamet si huic conventui interesse non potui, pисалъ Тредіаковскій, proper adversam valetudinem; tamen sententiae omnium collegarum subscribo lubens. Neque tamen censeo, ut scripta collegarum ante editionem legantur in conventu, id que propterea, ne detur ansa altercationibus neve fiat iactura temporis. См. латинскіе протоколы конференціи за 1754 годъ въ академическомъ архивѣ ея.

²) III портфель исторіографа Миллера «Матеріалы къ исторіи Академіи Наукъ 1751—1764 годовъ» въ архивѣ академической конференціи.

6

П. П. ПЕҚАРСКАГО,

бранія будутъ издаваться ежемѣсячно «книжки на россійскомъ языкѣ, подъ именемъ «Санктпетербургскія примѣчанія» въ числѣ 2000 экземпляровъ ¹); что для печатанія ихъ долженъ быть направленъ особый типографскій станъ въ полное распоряженіе Миллера, и что, наконецъ, каждая книжка журнала «по примѣру газетовъ» должна была раздаваться изъ книжной лавки въ послѣднюю почту мѣсяца. Надобно напомнить, что въ описываемое время академическая канцелярія съ Шумахеромъ, Тепловымъ и Таубертомъ не только управляла самовластно всѣми хозяйственными дѣлами Академіи, но постоянно вмѣшивалась и въ ученыя занятія ея членовъ. Миллеръ чаще другихъ академиковъ имѣлъ по этому поводу столкновенія съ канцеляріею, а потому, взявъ на себя изданіе журнала, вѣроятно самъ выговорилъ условіе — невмѣшательство канцеляріи въ это дѣло. По крайней мѣрѣ графъ Разу-

¹) Въ первый годъ существованія Ежемѣсячныхъ сочиненій расходилось каждый мѣсяцъ отъ 600 до 700 экземпляровъ; въ послѣдующіе годы они продавались отъ 500 до 700 экз.; по этому въ январѣ 1758 года академическая канцелярія велѣла печатать журнала въ количествѣ 1250 экземпляровъ. «А дабы отъ прежнихъ лѣтъ остающіеся, сверхъ ординарнаго завода, 800 экз., яко впередъ имѣющей уже быть дефектъ совсемѣмъ въ макалатуру не обратились и отъ того не послѣдователь напрасный казенный убытокъ, того ради гг. присутствующіе въ канцеляріи за благо разсудили оныя мѣсячныя сочиненія считать особливою (книжкою?) и окончить декабремъ мѣсяцемъ прошлаго 1757 года, а нынѣшняго 1758 года печатать продолженіе издаваемыхъ разныхъ мастерій подъ инымъ приличнымъ титу. ломъ...» (Архивъ академической канцеляріи, картонъ № 18 и книга № 228). Съ 1758 года дѣйствительно нѣсколько измѣнено заглавіе журнала, а именно: «Сочиненія и переводы, къ пользѣ и увеселенію служащія», тогда какъ прежне заглавіе было: «Ежемѣсячныя сочиненія, къ пользѣ и увеселенію служащія». Впрочемъ это измѣненіе въ заглавіи было единственно перемѣною, и все прочее въ журналѣ оставлено въ прежнемъ видѣ. Въ 1763 и 1764 годахъ онъ назывался «Ежемѣсячныя сочиненія и извѣстія о ученыхъ дѣлахъ». Распоряженіе канцеляріи впослѣдствіи оказалось, однако, не совсемъ разсчетливымъ: журналъ сохранилъ и послѣ цѣнность книги и находилъ покупателей, такъ-что пришлось дѣлать второе его изданіе годовъ 1758—1762. Замѣтимъ кстати, что многіе жалуются на чрезвычайную рѣдкость, напримѣръ Оренбургской топографіи Рычкова и нѣкоторыхъ статей Миллера, не воображая, что онъ напечатаны въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», которыея и донынѣ есть въ продажѣ въ книжномъ складѣ при Академіи Наукъ. Все изданіе 1755—1764 годовъ въ двадцати томахъ стоитъ нынѣ 15 рублей.

["РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ.", "7", "мовскій въ помянутомъ ордерѣ канцеляріи предписывалъ: «а о сочиненіяхъ, входящихъ въ помянутыя ежемѣсячныя книжки, и переводахъ и наблюденіи въ томъ порядка особливымъ ордеромъ отъ меня приказано въ собраніе академическое...»", "На запросъ канцеляріи объ объемѣ книжки журнала, чтобыло нужно при назначеніи годовой цѣны его по подпискѣ, Миллеръ, 16 декабря 1754 года, отвѣчалъ, что каждая книжка будетъ заключать въ себѣ кругомъ 6 листовъ; а какъ при нихъ иногда будетъ необходимо помѣщать гравюры, то, по мнѣнню Миллера, было необходимо «положить напримѣръ за каждый-мѣсяцъ по 15 коп., чтоб, кажется, для читателей будетъ не дорого, а для Академіи не убыточно...» Получивъ такой отзывъ, канцелярія сдѣлала слѣдующій примѣрный разсчетъ издержками на журналъ по типографіи:", "«За наборъ съ листа по 3 руб., а за 6 листовъ. . . . 18 р. —", "«За напечатаніе съ листа по 1 коп., а за 6 листовъ. — 6 к.", "«За бумагу по деньгѣ за листъ. . . . . . . . . . . . . .

8

П. П. ПЕКАРСКАГО,

14 декабря 1754 года, Миллеръ прочиталъ въ академиче-
скомъ собраніи приготовленное имъ предисловіе къ первой книж-
кѣ журнала, которое и было выслушано безъ возраженій со сто-
роны академиковъ ¹). Но мѣсяцъ спустя (11 января 1755 года),
Ломоносовъ потребовалъ къ себѣ въ корректурѣ заглавный
листъ и предисловіе журнала и заявилъ въ академическомъ собра-
ніи, «что сей титулъ и предисловіе при дворѣ Ея Императорскаго
Величества очень раскритикованы и надлежитъ-де оба перемѣ-
нить. А особливо о титулѣ сказалъ онъ, что хотя назвать книгу
санктпетербургскими штанами, то сіе таковожъ прилично будетъ,
какъ имя «Примѣчаній», потому что и стихи вноситься будутъ, а
стихи-де не примѣчанія». Миллеръ возражалъ, что журналу дано
заглавіе по латинской пословицѣ а potiori fit denominatio, но Ло-
моносовъ тѣмъ не удовлетворился и приступилъ къ разбору пре-
дисловія. Уже на первой строкѣ ему не понравилось выраженіе
«ученные журналы», Миллеръ, по свидѣтельству Шлецера, въ
спорахъ съ своими противниками отличался не столько уступчи-
востью, сколько язвительностью, и, защищая въ настоящемъ спо-
рѣ помянутое выраженіе, примолвилъ: «ежели г. Ломоносовъ
то не знаетъ, то надлежитъ-де ему поучиться!» Эти слова окон-
чательно разсердили Ломоносова, и онъ сталъ упрекать MIL-
LEA, что онъ его посылаетъ учиться въ школу, «а онъ-де чело-
вѣкъ такой, что ему-де съ нимъ равняться никакъ не возможно»!
При этомъ Ломоносовъ утверждаłъ, что на иностранныхъ язы-
кахъ можно сказать Journal litteraire, Gelehrte Zeitungen, но по
русски такъ не говорится. Въ споръ вмѣшался другой недругъ
Ломоносова, Тредіаковскій: этотъ утверждаłъ, что если го-
ворятъ: ученое собраніе, ученыя дѣла, ученыя письма, то стало
быть можно сказать и ученый журналъ. По свидѣтельству MIL-
LEA, въ продолженіе этихъ пререканій, ему много досталось отъ
Ломоносова «безчестныхъ порицаній», о которыхъ онъ умалчи-
ваетъ только «для краткости». Свое донесеніе президенту Акаде-


¹) Протоколы академической конференции за 1754 годъ.

9

міи объ этомъ событіи Миллеръ оканчиваетъ догадкою, что «можетъ быть г. Ломоносовъ не доволенъ тѣмъ, что дѣло сіе положено на меня, и онъ развѣ думаетъ, что онъ гораздо лучше оное исправить можетъ». Въ такомъ случаѣ конференцъ-секретарь предлагалъ возложить на Ломоносова обязанности по изданію журнала, «токмо, чтобъ онъ обязался, что за нимъ никогда остановки не будетъ...» Если же журналъ останется въ рукахъ его, Миллера, то онъ просилъ, чтобы ему быть внѣ зависимости отъ критики Ломоносова, такъ какъ у него съ нимъ «великая ссора была» по поводу диссертаціи о происхожденіи руссовъ ¹).

По отпечатаніи первой книжки журнала ²), который вслѣдствіе указанія Ломоносова на неточность первоначально даннаго заглавія, сталъ выходить подъ титуломъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій», Миллеръ, 26 января 1755 года, писалъ къ графу Разумовскому, что для изданія журнала хотя и предполагалось назначить въ распоряженіе Миллера всѣхъ студентовъ, переводчиковъ и магистровъ, однако на дѣлѣ переводами для «Ежемѣсячныхъ сочиненій» занимаются только два студента, за работами которыхъ наблюдалъ самъ Миллеръ. «Корректуры хотя править корректоръ Барсовъ, однако осталось бы много погрѣшностей, ежели бы я, продолжаетъ Миллеръ, за оными не смотрѣлъ, понеже подлинники не всѣ такъ ясно и исправно написаны, чтобъ кто, не разумѣющій матеріи, по онымъ исправлять могъ. А сочинять, и переводы править и за корректурами смотрѣть для одного человѣка, хотя сколько охотно я все то дѣлаю, не надежно. Того ради необходимо кажется, чтобъ еще кто другой опредѣленъ былъ для исправленія какъ переводовъ, такъ и корректуръ, и чтобъ

¹) Черновое донесеніе, все писанное рукою Миллера хранится въ III-мъ портфелѣ его: «Матеріалы къ исторіи Академіи Наукъ» 1751 — 1764 годовъ, и напечатано г. В. Ламанскимъ въ его «Ломоносовъ и петербургская Академія Наукъ», Москва, 1865 г., стр. 98 — 100.

²) О выходѣ ея въ свѣтъ Шумахеръ, академическій совѣтникъ, писалъ 11 февраля 1755 года къ знаменитому Ейлеру, прекрасно знавшему русскій языкъ: «Наши русскія ежемѣсячныя сочиненія воспріяли свое начало. Первый мѣсяцъ ихъ имѣю честь здѣсь представить. Удержатся ли они — это покажетъ время: при теперешнихъ обстоятельствахъ трудно угодить на каждаго...»

10

П. П. ПЕКАРСКАГО,

былъ россійской націи и изъ профессоровъ, чтобъ совершенно на него полагаться было можно, и чтобъ всѣ переводчики и магистры и къ переводамъ опредѣленные студенты точно по его приказамъ и то въ скоромъ времени исполняли» ¹). Неизвѣстно, послѣдовало ли тогда какое нибудь распоряженіе по этому ходатайству Миллера, только впослѣдствіи, именно въ 1759 г. «для поправокъ штиля» статьи «Ежемѣсячныхъ сочиненій» въ рукописи должны были посылаться къ академику Никитѣ Попову ²).

Въ концѣ 1760 года, Миллеръ снова представлялъ графу Разумовскому, что на немъ одномъ лежитъ изданіе журнала: изъ прочихъ академиковъ мало кто доставлялъ статьи, а переводчики и корректоры такъ плохо исполняли свое дѣло, что Миллеру приходилось все исправлять самому.

«И всѣ сіи ненчетные труды принялъ я на себя, писалъ редакторъ, и исправлялъ уже близко шести лѣтъ не по моей должности, но только стараясь чрезъ то угождать вашему высокографскому сіятельству и для общей пользы, потому что я увидѣлъ, что при Академіи нѣтъ никого, кто бы хотѣлъ такіе труды взять на себя, п ежели бы я оные не исправлялъ, то конечно было бы отъ того опасаться остановки въ толь полезномъ дѣлѣ, или по крайней мѣрѣ лишенія пользы для читателей; также неминуемаго нареканія Академіи, ежели худые и съ оригиналами не согласные переводы, еще и съ прибавкою безчисленныхъ типографскихъ погрѣшностей въ свѣтѣ окажутся. Что же сіе дѣло не надлежитъ до настоящей моей должности, которою я Академіи обязанъ, оное явствуетъ потому, что отъ иностраннаго человѣка требовать не можно, чтобъ онъ зналъ по русски въ такой градусъ, чтобъ издавать книги на россійскомъ языкѣ, а меньше того, чтобъ онъ поправлялъ переводы, русскими переводчиками чиненные; да еще меньше, чтобъ человѣкъ моего званія исполнялъ должность типографскаго корректора, чтó совсѣмъ противно добропорядочной эконо-

¹) III-й портфель Миллера, «Матеріалы къ исторіи Академіи Наукъ».

²) Архивъ академической канцеляріи, книга № 242.

РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ. 11

мии, которая учитъ, чтобъ человѣка, на большомъ жалованьѣ слу-
жащаго, не употребить (sic) къ такимъ дѣламъ, которые кто на
меньшемъ жалованьи отправлять можетъ. Между тѣмъ во все
оное время, что издаваніемъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» я упраж-
няюсь, не упустилъ я и ничего того, что до настоящихъ моихъ
должностей, яко конференцъ-секретаря и исторіографа, слѣдуетъ,
чему самыя мои дѣла свидѣтели, которые при Академіи всякому
извѣстны» ¹)...

Это представленіе имѣло послѣдствіемъ то, что графъ Разу-
мовскій въ ордерѣ академической канцеляріи, 23 октября 1760
года, писалъ: «профессоръ и исторіографъ г. Миллеръ, будучи
при конференціи академической секретаремъ, отправляетъ всѣ сіи
три должности съ похвалою; а сверхъ того съ немалымъ трудомъ
въ поправкѣ, въ переводахъ и собственныхъ сочиненіяхъ ежемѣ-
сячныя книжки издаетъ въ печать и симъ образомъ заслуживаетъ
поощренія и впредь къ таковымъ же трудамъ. Того ради чрезъ
сіе рекомендую ему, г. Миллеру, продолжать все сіе съ преж-
нимъ раченіемъ не токмо по должности секретаря академическаго
и исторіографа, но и въ изданіи въ печать «Ежемѣсячныхъ сочи-
неній», въ которыхъ наипаче стараться онъ долженъ, чтобъ мате-
ріи вносимы были для публики важнѣйшаго содержанія...» За тѣмъ
слѣдовало распоряженіе о прибавкѣ Миллеру къ годовому его
жалованью 200 рублей.

До самаго конца изданія «Ежемѣсячныхъ сочиненій» Мил-
леръ не преставалъ жаловаться на малое содѣйствіе ему въ этомъ
дѣлѣ... «Текущихъ дѣлъ толь много, писалъ онъ къ Соймонову,
17 юня 1764 года, что едва оныхъ сносить могу. Ваше превос-
ходительство едва себѣ представите, что и реестры полугодовые
къ сочиненіямъ, за неимѣніемъ никакой помощи, я же сочиняю.
Просилъ я не токмо г. президента, но и самую всемилостивѣйшую
Государыню, чтобъ секретарскую должность съ меня снять и из-

1) Черновое, неоконченное донесеніе Миллера въ III-мъ портфелѣ его «Матеріаловъ къ исторіи Академіи Наукъ».

12

П. П. ПЕКАРСКАГО,

даванія «Ежем'сячныхъ сочиненій» (къ коимъ однакожъ матеріі
подавать я обѣщалъ) приказать другому, дабы мнѣ упражняться
въ одной исторіи и географіи россійской; но не могъ я получить
желанное, истощая силы свои по бѣльшей части на дѣла, кото-
рыя многіе другіе исправлять могли, а самое важное за тѣмъ
остается ¹)...»

1 января 1765 года, Императрица Екатерина II, по докладу Бецкаго, назначила Миллера въ Москву главнымъ надзирателемъ въ тамошній Воспитательный Домъ ²). Передъ отъѣздомъ изъ Петербурга, исторіографъ (27 февраля 1765 года) напоминалъ, между прочимъ, академической канцеляріи, что онъ весьма бы желалъ о безостановочномъ и безъ него продолженіи изданія «Ежем'сячныхъ сочиненій», для чего и обѣщалъ доставить на цѣлый годъ содержанія для нихъ, а въ слѣдующіе годы содѣйствовать этому дѣлу; «но, прибавляетъ онъ, охотника къ принятію на себя труда издаванія между господами членами не сыскалось; да сверхъ того, г. статскій совѣтникъ и профессоръ Ломоносовъ продолженіе «Ежем'сячныхъ сочиненій» оспорилъ, и на мѣсто оныхъ предложилъ издаваніе экономическихъ и физическихъ сочиненій по четвертямъ года, на что всѣ члены согласились. Но кому быть издателемъ оныхъ, того не опредѣлено, и учинено ли тому начало неизвѣстно...» На подлинномъ представленіи Миллера Ломоносовъ написалъ противъ слова оспорилъ: «Опять грубость и клевета: иное предложить, а иное оспорить ³)!»

На это предложеніе Миллера, академическая канцелярія (28
февраля 1765 года) отвѣчала распоряженіемъ: «изъ академиче-
скаго собранія требовать отъ каждого письменнаго объявленія,
намъренъ ли кто одинъ собою, или согласясь съ нѣкоторыми дру-
гими членами, продолжать «Ежем'сячныя сочиненія», или быть
издавателемъ предложенныхъ вновь г. статскимъ совѣтникомъ

1) V портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ, 1763—1764 годовъ.

2) Архивъ академической канцеляріи, книга № 288.

³) Матеріалы для біографіи Ломоносова, собр. Билярскимъ, стр. 737.

13

Ломоносовымъ экономическихъ и физическихъ сочиненій ¹)...»
Въ современныхъ бумагахъ не отыскано отвѣта академическаго
собранія, но и безъ него положительно извѣстно, что послѣ Мил-
лера не издавались «Ежемѣсячныя сочиненія», а равнымъ обра-
зомъ не выходило въ свѣтъ такого періодическаго изданія, какое
предлагалъ Ломоносовъ. 9 октября 1766 года Миллеръ, по-
здравляя Ейлера, старѣйшаго изъ академиковъ по заслугамъ и
лѣтамъ, съ пожалованіемъ ему дома отъ Императрицы Екатери-
ны II, писалъ: «но когда же я получу извѣстіе, что въ Академіи
произошли дѣйствительныя улучшенія? Объ этомъ я, конечно,
вздыхаю также сильно, какъ и всякой, ежедневно видящій настоя-
щее положеніе ея. Скоро ли буду имѣть я случай и въ этомъ при-
нести вамъ покорнѣйшее мое поздравленіе? Дѣло идетъ не объ
одной Академіи, но и о рѣшительномъ преобразованіи такъ назы-
ваемыхъ университета и гимназіи; въ особенности послѣднюю не-
обходимо на столько улучшить, чтобы и значительные родители
отдавали въ нее на воспитаніе своихъ дѣтей. За тѣмъ главный
предметъ заботъ — приготовительная школа (Pflanz Schule), въ
которой бы образовывались переводчики полезныхъ книгъ. Нынѣ
недостатокъ въ нихъ не вѣроятенъ: сколько терзался я, издавая
въ продолженіи десяти лѣтъ русскій журналъ? Безъ сомнѣнія по
этой причинѣ никто не нашелся, чтобы продолжать его ²).»

Было замѣчено выше, что въ предварительныхъ распоряже-
ніяхъ объ изданіи «Ежемѣсячныхъ сочиненій» допускалось сотруд-
ничество писателей, не принадлежавшихъ къ Академіи. Въ прош-
ломъ столѣтіи не было въ обычаѣ платить журнальнымъ сотруд-
никамъ за ихъ литературные труды. Впрочемъ, несмотря на то,
а также, что въ тѣ времена считалось особеннымъ почетомъ ви-

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 288.

2) VI портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ, 1765—1766 годовъ.

14

П. П. ПЕКАРСКАГО,

дѣть въ печати свои сочиненія, можно примѣтить зародышь бу-
дущаго права на вознагражденіе за журнальную статью, какъ за
всякую другую работу. Такъ напримѣръ, по истеченіи перваго
года существованія журнала, Миллеръ писалъ (3 февраля 1756
года) въ академическую канцелярію: «извѣстился я, что нѣкото-
рые господа, внѣ Академіи сотрудившіеся при издаваніи «Ежемѣ-
сячныхъ сочиненій», ожидаютъ того, чтобъ имъ отъ Академіи по-
дарено было по экземпляру оныхъ сочиненій въ хорошемъ пере-
плетѣ, (а потому) не могъ я оставить, чтобъ о томъ не упоминать
(sic) какъ для справедливости онаго ожиданія, такъ и для чести
Академіи и для побужденія оныхъ господъ впредь къ сотрудне-
нію (sic)...» Миллеръ при этомъ случаѣ назвалъ слѣдующихъ изъ
своихъ постороннихъ сотрудниковъ: бригадира Сумарокова, ма-
іора Елагина (Ивана Перфильевича), титулярнаго совѣтника Хе-
раскова, поручика Нартова (Андрея) и сухопутнаго кадетскаго
корпуса капрала Порошина (автора извѣстныхъ Записокъ о
Павлѣ Петровичѣ). Канцелярія нашла это ходатайство вполне
уважительнымъ и сдѣлала распоряженіе о переплетѣ и выдачѣ по
принадлежности требованныхъ экземпляровъ журнала ¹).


Выдача автору извѣстнаго количества отдѣльныхъ оттисковъ
его статьи считалась также вознагражденіемъ. Такъ Миллеръ
7 марта 1757 г. представлялъ, что за доставленное для журнала
сочиненіе «г. Полетика требуетъ... обыкновенное награжденіе
сто экземпляровъ, которые напечатать особливо... А по моему мнѣ-
нію надобно тѣмъ наибольше удовольствовать г. сочинителя, что
на то почти больше не потребно, какъ только бумаги, и оное мо-
жетъ служить другимъ для возбужденія ²)...»

Дѣятельнѣйшему изъ своихъ постороннихъ сотрудниковъ П.
Рычкову, Миллеръ постоянно высылалъ Вѣдомости, календарь
и разныя академическія изданія. Присылка новыхъ книгъ продолж-
жалась и послѣ прекращенія «Ежемѣсячныхъ сочиненій», и Рыч-

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 207.

2) Матеріалы для біографіі Ломоносова, собр. Билярскимъ, стр. 321.

РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ. 15

ковъ однажды (1 августа 1769 года), благодаря за то Миллера, писалъ: «Я ни отъ кого книгъ нынѣ не получаю, да и газетъ такъ, какъ при васъ бывало, отъ Академіи не присылаютъ же. Признаюсь вамъ, какъ моему милостивцу и другу, что тѣмъ и охота моя трудиться для Академіи нѣ сколько уменьшилась. Мало такихъ людей въ свѣтѣ, чтобъ безъ всякаго воздаянія трудились ¹)...»

Несмотря на скудость въ произведеніяхъ оригинальныхъ, Миллеръ, однако, не печаталъ подъ рядъ всего, что ему доставлялось для помѣщенія въ «Ежемѣсячныя сочиненія». Въ подтвержденіе тому сохранились извѣстія о пререканіяхъ его съ Тредіаковскимъ. Двѣ прозаическія статьи и одно стихотвореніе послѣдняго были напечатаны въ началѣ существованія «Ежемѣсячныхъ сочиненій» (въ 1755 году); но потомъ Миллеръ сталъ отказывать Тредіаковскому въ помѣщеніи его произведеній, а между тѣмъ этотъ приготовилъ было разсужденіе «Объ окончаніи нашихъ прилагательныхъ множественныхъ мужескихъ именъ» ²), пять разсужденій «О всей силѣ нравоучительныя философіи», также «Объ окончаніи собственныхъ нашихъ именъ женскихъ съ греческихъ и латінскихъ на асъ и на ісъ». «Піеса стішками о выборѣ невѣсты, врученная самому графскому сіятельству, которая не неосновательною мнѣ, говорилъ самъ Тредіаковскій, казалась, уничтожена жъ. Аллегоріческая нѣ которая басенка стіхами безъ ріомъ, которую двое изъ бывшихъ тогда въ собраніи членовъ аппробовали, а двое отреклись незнаніемъ силы въ стіхахъ россійскихъ, и которые печатаніе далъ на волю его графское сіятельство, уничтожена жъ». Тогда Тредіаковскій, по его словамъ, обратился къ Миллеру съ требованіемъ объясненія: «по какой бы онъ власти, и по чьему повелѣнію, лишаетъ меня моего законнаго права, тѣмъ, что моихъ піесъ не принимаетъ отъ меня въ книшки, и аппробованныхъ не печатаетъ? Но онъ мнѣ на то съ презрѣніемъ,

1) XXV портфель писемъ къ Миллеру отъ разныхъ лицъ.

2) Статья эта напечатана въ Запискахъ Академіи Наукъ 1865 г., т. VIII, прил. № 7: «Дополнительныя извѣстія для біографіи Ломоносова», стр. 102 и слѣд.

16

П. П. ПЕКАРСКАГО,

какъ бутто должнымъ уже и заслуженнымъ, отвѣтствовалъ при всемъ же собраніи, что не долженъ мнѣ ничего сказать, сколько бъ я его ни спрашивалъ. Гдѣ жъ то узаконено, продолжаетъ Тредіаковскій, чтобъ члену секретарь не долженъ былъ ничего сказывать? Трудно бъ терпѣть и великодушному человѣку, бывшему на моемъ мѣстѣ. Однако, я извѣзамолчалъ, а внутри раздирался на части!...»

Такая неудача въ помѣщеніи своихъ произведеній въ журна-
лѣ навела Тредіаковскаго на мысль, что Миллеръ не испол-
няетъ его желаній изъ личнаго нерасположенія къ нему, почему
стихотворецъ прибѣгнулъ къ хитрости. Онъ поручилъ Андрею
Нартову, усердному вкладчику статей въ «Ежемѣсячныя сочи-
ненія», передать свои статьи редактору отъ имени Нартова, о
чемъ такъ разсказываетъ: «сочинилъ я оду, назвавъ ее Вешнее
Тепло, и тѣмъ утаивъ мое имя въ двухъ начальныхъ буквахъ ¹),
да и вручилъ конференцъ-секретарю посторонними руками. Рас-
хвалена сія ода, и въ книшкахъ напечатана ²). Хотя жъ мнѣ и
посчастилось (sic) въ подставѣ чужаго автора; однако сей самый
успѣхъ низвергъ меня почитай въ отчаяніе: ибо увидѣлъ подлин-
но, что презрѣніе стремится токмо на меня, а не на труды мои.
Сіе самое испыталъ я и еще двѣмя пошлыми піесами, изъ кото-
рыхъ первая о беспорочности и пріятности деревенскія жизни, а
другая о шолкѣ и червяхъ шолковыхъ. Первая оная такъ тіпо-
графщиками изгажена, что я въ сомнѣніе пришелъ, не нарочно
ли сіе здѣлано для безчестія мнѣ, можетъ быть почувствовавши,
что она моя ³). Писалъ я для того письмо къ издателю, и жало-
вался, что такъ дурно и развращенно съ сочиненіемъ моимъ по-

1) В, Т = Василій Тредіаковскій.

2) Въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» за май 1756 г., стр. 469 — 477.

3) Въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» юль, 1757 года, стр. 66 — 88. Въ от-
четѣ канцеляріи о статьяхъ, помѣщенныхъ въ этомъ мѣсяцѣ, Миллеръ за-
мѣтилъ: «О безпорочности и пріятности деревенскія жизни» — сочинилъ невѣ-
домо кто, а мнѣ отдалъ артиллеріи поручикъ г. Нартовъ». См. архивъ акаде-
мической канцеляріи, книга № 223.

17

ступлено; но онъ, свѣдавъ уже подлиннѣе о мнѣ, унпчтожилъ ток-
мо вторую, хотя и прошена была назадъ, о шолкѣ...»

Отказъ помѣщать статьи въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», а
вмѣстѣ съ тѣмъ эпиграммы, сыпавшіяся на Тредіаковскаго за
то, что онъ считалъ болѣе правильнымъ писать, напримѣръ добрыи
люди, вѣрныи счеты, а не добрые люди, вѣрные счеты, и т. д.,
сильно огорчали этого писателя, и три года спустя, воспоминая о
томъ, онъ писалъ: «Послѣ сего, ненавидимый въ лице, презирае-
мый въ словахъ, уничтожаемый въ дѣлахъ, охуждаемый въ искус-
ствѣ, прободаемый сатіріческими рогами, изображаемый чудови-
щемъ, еще и во нравахъ (что сего безсовѣстнѣе?) оглашаемый,
все жъ то или по злобѣ, или по ухищренію, или по чаянію отъ
того пользы, или наконецъ по собственной потребности, чтобъ упо-
требляющаго меня праведно, и съ твердымъ основаніемъ и въ
окончаніяхъ прилагательныхъ множественныхъ мужескихъ цѣ-
лыхъ, всемѣрно низвергнуть въ пропасть безславія, всеконечно
ужё изнемогъ я въ силахъ къ бодрствованію ¹)...»

Сумароковъ помѣщалъ свои произведенія въ «Ежемѣсяч-
ныхъ сочиненіяхъ» четыре года, но потомъ съ 1759 года ихъ бо-
лѣе въ журналѣ не встрѣчается. Правда, что Сумароковъ въ
1759 году издавалъ свой собственный журналъ; но, вѣроятно,
между нимъ и Миллеромъ произошло также что-нибудь подоб-
ное тому, что случилось съ Тредіаковскимъ, потому что Ло-
моносовъ, въ письмѣ къ И. И. Шувалову 19 января 1761 г.,
говорилъ о Сумароковѣ: «Тауберта и Миллера для того толь-
ко бранитъ, что не печатаютъ его сочиненій, а не ради общей
пользовы ²)».

Кромѣ писателей, помѣщавшихъ въ «Ежемѣсячныхъ сочине-
ніяхъ» свои статьи, какъ любители литературы, желавшіе стязать
себѣ писательскую извѣстность, у Миллера были сотрудники по

1) Записки Академіи Наукъ, т. ІХ, 1866 г., кн. 2, прилож. къ протоколамъ, стр. 178, 179.

2) Сочиненія Ломоносова, изд. Смирдина, т. І, 686.

Сборникъ П Отд. И. А. Н.

2

18

П. П. ПЕКАРСКАГО,

обязанности, назначенные академическимъ начальствомъ. Они бо-
лѣе первыхъ трудились и доставляли статей для журнала, но имена
этихъ рядовыхъ тружениковъ остаются неизвѣстными, потому что
подписывали, даже не исключая и переводовъ, только посторонніе
литераторы, быть можетъ потому, что они дѣлали нѣкоторымъ
образомъ одолженіе помѣщеніемъ своихъ трудовъ и хотѣли не-
премѣнно повѣдать міру, что и они писатели. Изъ вышеприведен-
ныхъ словъ Миллерѣа можно замѣтить, что онъ постоянно жало-
вался и былъ недоволенъ своими академическими сотрудниками.
Эти жалобы и недовольство невозможно считать безусловно спра-
ведливыми, когда припомнишь то, что говоритъ о характерѣ исто-
ріографа Шлецеръ: «самъ неутомимо трудолюбивый и точный
во всемъ, Миллеръ хотѣлъ вынудить оба эти качества и у всѣхъ
прочихъ. Каждый, имъ придуманный проектъ долженствовалъ —
такъ какъ онъ считалъ его хорошимъ и по бѣльшей части всѣ они
дѣйствительно были таковыми — быть осущественнымъ во что
бы то ни стало ¹)». Впрочемъ, даже если и допустить, что Мил-
леръ справедливо говорилъ о маломъ содѣйствіи въ изданіи жур-
нала, то все таки безыменные сотрудники его не заслуживаютъ
полнаго забвенія.

О писателяхъ, пользовавшихся бѣльшею или мѣньшею извѣст-
ностью, обыкновенно собираются и сохраняются разныя свѣдѣнія,
которыя впослѣдствіи дѣлаются достояніемъ исторіи литературы;
но одновременно съ такими немногими избранниками подвизаются
на литературномъ поприщѣ множество тружениковъ, осужден-
ныхъ послѣ жизни, по бѣльшей части переполненной всевозмож-
ными лишеніями и невзгодами, на совершенное забвеніе. Какъ ни
ничтожна по своимъ послѣдствіямъ писательская дѣятельность та-
кихъ лицъ, когда разсматривать ее отдѣльно самоё по себѣ, тѣмъ
не менѣе однако произведенія этой дѣятельности составляютъ не-
раздѣльную часть той массы умственной производительности, ко-
торая есть литература данной эпохи. Въ литературной дѣятельно-

¹) A. L. Schlözer’s Leben von ihm selbst beschrieben, стр. 29.

19

сти писателей безвѣстныхъ также отражаются духъ своего вре-
мени, потребности и направленіе общества, равно какъ и сред-
ства, бывшія въ его распоряженіи для удовлетворенія или осу-
ществленія ихъ. Поэтому было бы крайне одностороннимъ со-
стороны историка литературы, когда бы онъ, при изученіи той
или другой эпохи, сталъ ограничиваться разысканіями объ однѣхъ
литературныхъ знаменитостяхъ. Какъ бы ни были разнообразны
и богаты достоинствами сочиненія извѣстныхъ писателей, какъ
бы ни была переполнена жизнь ихъ многообразными приключенія-
ми, въ сочиненіяхъ ихъ никогда не выскажутся всѣ идеи, кото-
рыми жило общество въ данную минуту своего существованія;
въ ихъ жизни не отразится жизни цѣлаго общества со всѣми ея
разнообразными уклоненіями и кажущимися исключеніями изъ об-
щаго правила. Чтобы добыть цѣльную картину прошлаго въ ли-
лиратурѣ, не возможно упускать изъ виду писателей второстепен-
ныхъ и даже не пользовавшихся никакою извѣстностью. Если не
въ произведеніяхъ, то въ жизни ихъ найдется много поучительна-
го и такого, что уясняетъ позднѣйшему изслѣдователю неразга-
данное и темное въ исторіи литературы. По этимъ-то основа-
ніямъ, читатель встрѣтится въ настоящей статьѣ, конечно въ пер-
вый разъ, съ подробностями о безвѣстныхъ сотрудникахъ перваго
русскаго журнала, на сколько было возможно собрать ихъ при
помощи удѣлѣвшихъ архиварныхъ извѣстій.

По выходѣ въ свѣтъ первой книжки «Ежемѣсячныхъ сочинен-
ній», президентъ Академіи Наукъ, графъ Разумовскій сдѣлалъ
(30 января 1755 г.) такое распоряженіе: «адъюнкту Осипу Ше-
стаковскому съ прочими быть ежедневно при переводахъ подъ
вѣдомствомъ г. секретаря конференціи и профессора Миллера,
и порученныя ему отъ него дѣла переводить непремѣнно въ кон-
ференціи, а не на квартирѣ ¹)...»

Жизнь адъюнкта Шестаковскаго была полна разнообраз-
ныхъ приключеній: онъ происходилъ изъ смоленской шляхты, а

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 194.

2*

20

П. П. ПЕКАРСКАГО,

потому называлъ себя въ прошеніяхъ «человѣкомъ иностраннымъ»;
сначала учился въ московской словено-греко-латинской Академіи,
гдѣ «ходилъ на реторику»; въ 1740 году очутился уже въ Пе-
тербургѣ и посѣщалъ лекціи академиковъ; потомъ перешелъ въ
шляхетскій сухопутный корпусъ, наконецъ служилъ унтеръ-офп-
церомъ и сержантомъ въ лейбъ-гвардіи семеновскомъ полку. 6 ію-
ня 1751 года Академія Наукъ неожиданно получила промеморію
изъ полковой канцеляріи сейчасъ названнаго полка, въ которой
давалось знать, что:... «минувшаго мая 26 дня, по конфирмаціи
на поданномъ ея императорскаго величества отъ полку лейбъ-
гвардіи семеновскаго докладѣ, всемилостивѣйше пожалованъ она-
го полку сержантъ Іосифъ Шестаковскій, по его искусству наукъ,
въ де-сіансъ Академію адъюнктомъ съ рангомъ капитанскимъ...»
Академическая канцелярія распорядилась «освидѣтельствовать» но-
ваго адъюнкта въ наукахъ и языкахъ. Вслѣдствіе того, академики
Браунъ и Тредіаковскій отозвались, что «мы съ г. адъюнк-
томъ Шестаковскимъ разговаривали, а по разговору о фило-
софіи, реторикѣ п поэзіи явилось, что оный г. адъюнктъ о сихъ
наукахъ говорить не могъ много, объявивъ въ причину тому ма-
лое въ нихъ упражненіе при бывшей его военной службѣ...» Въ
геометріи и фортфикаціи у него, впрочемъ, оказались нѣкоторыя
свѣдѣнія; при томъ онъ могъ переводить съ латинскаго языка.
Самъ Шестаковскій, послѣ академическаго испытанія, проспілъ
канцелярію о дозволеніи, за невозможностью ему исполнять адъ-
юнктскую обязанность согласно регламенту Академіи, «оставить
меня при философіи, къ которой крайнюю охоту имѣю...» Канце-
лярія послала его къ академику Брауну, занимавшемуся этою
наукою, замѣтивъ при томъ въ протоколѣ: «изъ собственнаго Ше-
стаковскаго признанія довольно явствуетъ, что онъ не токмо не
въ состояніи, но и охоты не имѣетъ отправлять должность адъ-
юнктскую ¹)...»

Шестаковскій сдѣлалъ нѣсколько переводовъ для журнала,

1) Архивъ академической канцеляріи, книги № 62, 102 и 154.

21

но, по отзыву Миллера, они требовали «великаго-поправленія ¹)».
За тѣмъ вскорѣ Академія освободилась отъ этого адъюнкта: по
его просьбѣ, 5 іюня 1755 года онъ былъ уволенъ для вступленія
въ монашество. Впослѣдствіи онъ находился іеромонахомъ при на-
шемъ посольствѣ въ Паршѣ (1757—1761 г.); потомъ былъ ар-
химандритомъ въ николаевскомъ шартомскомъ монастырѣ суз-
дальской епархіи, а въ 1770 году жилъ на покой въ Москвѣ ²).

Самымъ дѣятельнымъ сотрудникомъ въ изданіи «Ежемѣсяч-
ныхъ сочиненій», Миллеръ, вскорѣ послѣ выхода первой книжки
журнала, называлъ студента Ивана Голубцева и даже просплѣ,
чтобы «для примѣра прочимъ» ему было назначено 150 руб. жа-
лованья и возвращено званіе переводчика, котораго канцелярія
его лишила за проступки ³). Изъ другихъ современныхъ издѣстій
видно, что усерднымъ переводчикомъ для «Ежемѣсячныхъ сочине-
ній» былъ также Василій Лебедевъ ⁴). И Голубцевъ, и Лебе-
девъ оба были товарищами Ломоносова по словено-греко-ла-

¹) Тамъ же, книга № 220.

2) Тамъ же № 197 и Госуд. Архивъ, разрядъ Х, прошенія, бывшія въ дѣ-
лопроизводствѣ Гр. Н. Теплова, часть Х.

3) ІІІ портфель Миллера, матеріалы къ исторіи Академіи Наукъ 1751 —
1764 годовъ, донесеніе 26 января 1755 г.

4) Въ академическихъ архивахъ уцѣлѣли свѣдѣнія объ именахъ сочините-
лей и переводчиковъ, участвовавшихъ въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» въ
1757 году. По этимъ свѣдѣніямъ можно судить о дѣятельности Голубцева и
Лебедева и въ прочіе годы. Такъ въ означенномъ году слѣдующія статьи
переведены были первымъ изъ нихъ: а) въ апрѣлѣ, стр. 369—381: «О нѣко-
торыхъ насѣкомыхъ, кои полезны къ крашенію». б) Въ маѣ, стр. 387—461,
«Извѣстіе о шелковыхъ заводахъ, какимъ образомъ они учреждены въ Китаѣ»
и пр.; стр. 462—469, «Описаніе особой камеръ-обскуры и полемоскопа»; стр.
470—479, «О китовой ловѣ около Камчатки». с) Въ іюнѣ, стр. 558—562, «Ка-
кимъ образомъ восна въ Англіи прививается» и составленъ имъ же Голубце-
вымъ, стр. 563—592, «Реестръ достопамятнымъ вещамъ». д) Въ юлѣ, стр. 3—
39, «Исторія о странахъ, при р. Амурѣ лежащихъ»; стр. 54—65, «Предложеніе
о разводѣ въ Россіи шелковичныхъ деревъ». е) Въ августѣ, стр. 99—130, «Про-
долженіе исторіи о странахъ, при р. Амурѣ лежащихъ. f) Въ сентябрѣ, стр.
195—227, продолженіе предыдущей статьи. г) Въ октябрѣ, стр. 291—328, про-
долженіе предыдущей статьи. і) Въ ноябрѣ, стр. 463—474, «О разумномъ упо-
требленіи самолюбія, разговоръ между Сократомъ и Ксенофонтомъ». k) Въ де-
кабрѣ, стр. 539—549, «Объ истинной долготѣ человѣческой жизни». Статьи,
переведенныя въ томъ же 1757 г. въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» Васильемъ

22

П. П. ПЕКАРСКАГО,

тинской Академіі въ Москвѣ; оба получили воспитаніе при Академіи; потомъ занимались переводами и между современниками были извѣстны какъ знатоки русскаго языка и искусные переводчики¹).

О судьбѣ этихъ полезныхъ для своего времени, но теперь совершенно забытыхъ литературныхъ дѣятелей извѣстно слѣдующее.

24 января 1735 года, президентъ Академіи Наукъ баронъ Корфъ, представляя сенату, что по мысли Петра Великаго Академія Наукъ учреждена не только для дальнѣйшаго усовершенствованія наукъ, но и для распространенія просвѣщенія въ Россіи, ходатайствовалъ объ основаніи при Академіи семинаріи на 30 воспитанниковъ и объ отпускѣ на то особой суммы. Когда сенатъ

Лебедевымъ: 1) въ юлѣ, стр. 89—95, «О употребленіи овощей»; 2) въ August; стр. 161—184, «О пользѣ высшей математики въ общей жизни» (на нѣмецкомъ начало принадлежитъ академику Гришову, а конецъ академику Цейгеру); 3) стр. 185—191, «Мысли экономическія»; 4) въ сентябрѣ, стр. 228—251, «О воспитаніи дѣтей у Лакедемонянъ»; 5) стр. 271—283, «Ө. Пломгрена, размышленія о коммерціи вообще»; 6) стр. 284—286, «Извѣстіе о нѣкоемъ достовѣрномъ лекарствѣ для излѣченія очной болѣзни»; 7) въ октябрѣ, стр. 329—348, «Размышленія о возвратѣ кометѣ»; 8) стр. 377—383, «Переводъ изъ третьей части гамбургскаго патріота», 9) въ декабрѣ, стр. 516—531, «Храмъ земнаго увеселенія, во снѣ видѣнный». Въ 1758 году въ февральской кніжкѣ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» статьи на стр. 99—120, «Продолженіе описанія морскихъ путешествій»; стр. 150—182, «Разсужденія о саранчѣ», и стр. 183—191, «Разныя примѣчанія естественныя» переведены Голубцевымъ. (Архивъ академической канцеляріи, книга № 223). Въ маѣ 1761 года, Василій Лебедевъ доносилъ, что онъ перевелъ для «Ежемѣсячныхъ сочиненій» слѣдующія статьи изъ Англійскаго Спектатора: 1) «Письмо о томъ, что собственно высоко почитать належитъ»; 2) «О силѣ новости» (въ Ежемѣсяч. сочиненіяхъ 1761 г., часть І, стр. 265—273); 3) «Сонъ о порокахъ и жалобахъ человѣческихъ» (тамъ же, стр. 463—472); 4) «Сонъ о искрѣ грѣховъ» (тамъ же, стр. 473—478); 5) «Сонъ о правосудіи» (тамъ же ч. І, стр. 513—523, ч. II, 278—287); 6) Изъ шведскихъ сочиненій размышленіе о земледѣліи. (См. архивъ академической канцеляріи, книга № 236.)

¹) Порошинъ, напримѣръ, въ своихъ Запискахъ занесъ въ октябрѣ, 1764 года: «...разговорились о Кейслеровомъ путешествіи, и послѣ о переводчикахъ академическихъ: Тепловѣ, Голубцовѣ и Лебедевѣ. Я говорилъ, что они очень хорошо по-русски знали и хорошо переводили...» Записки Порошина, Спб. 1844 г., стр. 106.

РАДАКТОРЪ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ.

23

потребовалъ болѣе подробныхъ разъясненій по этому предмету, Корфъ, 16 апрѣля 1735 года, сообщилъ свои изчисленія, по которымъ каждый воспитанникъ обходился бы казнѣ въ 146 руб. 60⅝ коп., а всѣ 30 человѣкъ 4,398 руб. 25 к. (см. приложеніе І). Баронъ Корфъ какъ бы предчувствовалъ, что его представленіе о семинаріи на придуманныхъ имъ основаніяхъ не будетъ утверждено, а потому 13 мая 1735 года онъ вошелъ въ сенатъ съ другимъ ходатайствомъ о высылкѣ изъ русскихъ училищъ двадцати молодыхъ людей на столько подготовленныхъ, чтобы они тотчасъ же могли начать слушать лекціи у академиковъ. А такъ какъ Академія не имѣла въ своемъ распоряженіи излишнихъ суммъ, то Корфъ просилъ сенатъ о назначеніи на содержаніе каждаго молодаго человѣка по 150 рублейъ въ годъ (см. приложеніе П).

Очевидно, что вопросъ о деньгахъ на содержаніе воспитанниковъ составлялъ для барона Корфа существенную часть дѣла, такъ какъ Академія, съ самаго основанія обремененная разными мастерскими и художниками, нуждалась часто въ деньгахъ до такой степени, что и академики не получали жалованья за полтора и болѣе года. Между тѣмъ сенатъ прошелъ молчанiem о назначеніи денегъ, а распорядился только: «изъ учениковъ, кои есть въ Москвѣ въ спасскомъ училищномъ монастырѣ, выбрать въ наукахъ достойныхъ 20 человѣкъ, и о свидѣтельствѣ ихъ наукъ подписаться ректору и учителямъ и выслать въ Санктпетербургъ въ Академію Наукъ...»

Президентъ Академіи, какъ видно, принималъ близко къ сердцу все это дѣло, а потому по полученіи послѣдняго указа изъ сената обратился къ ректору и архимандриту спасскаго монастыря:

«Въ присланномъ изъ правительствующаго сената въ Академію Наукъ указѣ отъ 13 октября объявлено, что избраніе оныхъ 20-ти учениковъ, которые къ вышнимъ наукамъ приведены быть имѣютъ, оставлено на ваше и вашихъ товарищей разсужденіе; но дабы при томъ высочайшее намѣреніе ся императорскаго величества исполнилось, то вашегоъ преподобія прошу избрать и отправить сюда отроковъ добрыхъ, которые бъ въ приличныхъ къ

24

П. П. ПЕКАРСКАГО,

украшенію разума науках довольное знаніе им'єли и вам'ь бы са-
мим' честь и отечеству пользу учинить могли...»

Архимандритъ Стефанъ отвѣчалъ барону Корфу: «изъ мо-
сковской словено-греко-латинской Академіи ученики, числомъ 12,
остроумія, по нашему мнѣнію, не послѣдняго, выбраны п въ мо-
сковскую синодальнаго правленія канцелярію при доношеніи пред-
ставлены...» Президентъ Академіи просилъ сенатъ (15 декабря
1735 г.) о доставленіи недостававшихъ восьми человѣкъ (см. при-
ложеніе III), чтò п было объщано, но потомъ не исполнено.

2 января 1736 года отставной прапорщикъ Василій Поповъ явился въ Академію Наукъ съ двѣнадцатью молодыми людьми, которыхъ онъ привезъ пзъ Москвы. По отзыву коллегіи экономіи это был: «изъ богословіі — Василій Лебедевъ, Яковъ Виноградовъ, Яковъ Несмѣяновъ, которые сего 1735 году въ сентябрѣ мѣсяцѣ, при отправкѣ философическаго корпуса (курса?), въ богословію вступили. Изъ философіі — Александръ Чадовъ, Дмитрий Виноградовъ, Иванъ Голубцевъ, Михайло Ломоносовъ, чтó изъ реторики въ нынѣшнемъ же году перешли до философіи. Изъ реторики — Прокофій Шишкаревъ, Семенъ Старковъ. Изъ пітики — Алексѣй Барсовъ, Михайло Ковринъ, Никита Поповъ, которымъ до упомянутыхъ школъ промоція учинена сего же года...»

Въ октябрѣ 1735 г. и два раза въ январѣ 1736 г. баронъ
Корфъ напоминалъ сенату о назначеніи 3,000 руб. на содержа-
ніе новыхъ воспитанниковъ, но въ отвѣтъ получилъ наконецъ (3
февраля 1736 года) такое распоряженіе: «до будущаго указу от-
пустить изъ штатсъ-конторы на каждаго человѣка по 30 руб.,
итого 360 руб., а для житья отвесть имъ покопі при Академіп,
пока другіе имъ даны будутъ». Деньги эти были употребляемы на
покупку самой необходимой мебели (кроватей, тюфяковъ, п т. п.),
бѣлья (полотно, напримѣръ, платили по 5 коп. аршинъ), на столъ
(по 5 руб. въ мѣсяцъ за человѣка) и проч., а потому вскорѣ вы-
шли и, по новому ходатайству, сенатъ велѣлъ отпустить еще 360
рублей на весь 1736 годъ.

Этой суммы было далеко недостаточно на покрытіе всѣхъ из-

25

держекъ, и адъюнктъ Адодуровъ, который имѣлъ главный над-
зоръ за московскими учениками, писалъ о томъ убѣдительныя до-
ношенія въ академическую канцелярію. Сверхъ того, молодые
люди, терпя недостатокъ въ одежѣ и пищѣ, замѣчали, что отпу-
скаемыя на нихъ деньги расходуются экономомъ Фельтеномъ не-
добросовѣстно. По этому поводу, однажды воспитанникъ Проко-
фій Шишкаревъ, въ разговорахъ о томъ съ товарищами, про-
молвилъ: «хотя-де про нѣмцевъ и говорятъ, будто они не воры,
однако-де и они воруютъ!» Узнавъ объ этомъ, Адодуровъ, 12
ноября 1736 г., доводилъ о томъ до свѣдѣнія канцеляріи, чтобы:
«...Прокофья Шишкарева въ укоризнахъ и бранныхъ словахъ,
которыми онъ нѣмцевъ поносилъ, велѣно было допросить и учи-
нить о всемъ праведное разсмотрѣніе, понеже сіе касается какъ
до чести сего народа, такъ и напаче до интересу ея император-
скаго величества». На рапортъ Адодурова послѣдовала резолю-
ція: «Solchen in die Cancelley auf Morgen bestellet, darüber ver-
nommen und abgestrafet werden».

На допросѣ Шишкаревъ объяснялъ: «при столѣ, во время ку-
шанья, всегда они всѣ поступаютъ учтиво, и онъ-де, Прокофій,
также и другіе ученки про нѣмцевъ, будто они не воры, анъ-де
и они воруютъ —не говаривали. А говорилъ-де онъ, Шишкаревъ,
такія слова: говорятъ-де про нѣмцевъ, что будто они не воруютъ,
однакъ же неправду дѣлаютъ, ибо они на нихъ написали столъ и
зеркало излишне, о чемъ имъ по реестру объявлено въ правитель-
ствующемъ сенатѣ; а кто-де на нихъ написалъ, того онъ не знаетъ.
А прочіе ученики тѣ его слова слышалп или нѣтъ, того онъ не
знаетъ, о чемъ ему, Адодурову, и персонально они всѣ гово-
рили, а м... п другими поносными словами какъ нѣмцевъ,
такъ и русскихъ, не токмо своихъ командировъ, но и никого не
бранивали...» Шишкаревъ, за неповиновеніе Адодурову и за
пропизнесеніе словъ «про нѣмцевъ, будто они не воры, а хотя-де и
не воруютъ, однако жъ неправду дѣлаютъ» — былъ «битъ не-
щадно батожьемъ».

Такое жестокое наказаніе не принудило однако молодыхъ лю-

26

П. П. ПЕКАРСКАГО,

дей къ молчанію: они подали въ сенатъ жалобу на плутни Фель-
тена, и въ журналах сената по этому случаю записано:

«22 ноября 1736 года — екзекуторъ Баскаковъ докладывалъ, что онъ о академическихъ школьникахъ въ Академію, по подан- ному отъ нихъ доношенію, ходилъ и слѣдовалъ. И явилось, что имъ, економомъ Фельтеномъ, въ отдачю полотенъ на рубашки и на простыни и прочее приписано излишнее, а инова и ничего имъ не дано. А економъ-де показывалъ, что написано для того, что-де хотѣлъ оное, все купя, отдать послѣ. Приказали: призвать Шу- махера и Фельтена и спросить, для чего такіе непорядки и тѣмъ ученикамъ обиды происходятъ?

«Декабря 3, 1736 года, допущены были изъ Академіи Наукъ секретарь Медеръ, да адъюнктъ Адодуровъ, да економъ Фельтенъ, и объявлено: для чего учениковъ обижаютъ п имъ настоящаго платья и прочаго не даютъ, а въ расходъ на нихъ пишутъ излишнее и ихъ бьютъ? На что секретарь доносилъ, что билъ нѣ- которыхъ за вины Шумахеръ, а о прочемъ ни о чемъ тѣ ученники въ Академію не доносили. Приказали: съ ихъ, учениковъ, доношенія дать въ Академію копію, а имъ приказано, чтобъ тѣхъ учениковъ въ Академіи не арестовали и не били безъ докладу сената ¹)».

Впрочемъ, сенатъ не улучшилъ матеріальнаго положенія вос-
питанниковъ, и нѣсколько дней спустя, именно 21 декабря 1736
года, Адодуровъ доносилъ академической канцеляріи: «какъ я
вчерашняго числа пришедъ въ тѣ покой, въ которыхъ живутъ
присланные изъ Москвы ученики, спросилъ: всѣ ли они дома? то
сказано мнѣ было, что двое изъ нихъ, а именно Яковъ Несмѣя-
новъ и Иванъ Голубцевъ пошли къ ректору гимназіи Фишеру
для начатія у него лекцій. А когда я сказалъ, чтобъ и прочимъ
къ нему также идти надлежало, то отвѣтствовали, что они у себя
не имѣютъ платья и для того никуда изъ палатъ выходить не мо-
гутъ...»

¹) Архивъ академической канцеляріи, № 791.

27

Шумахеръ, вѣроятно еще сердитый на молодыхъ людей,
предписалъ Адодурову прямо отъ себя ходатайствовать въ се-
натѣ о московскихъ ученикахъ. Послѣ нѣкоторыхъ колебаній,
Адодуровъ это исполнилъ (см. приложеніе IV), и сенатъ велѣлъ
отпустить на 10 человѣкъ (Ломоносовъ и Дмитрій Виноградовъ
были уже отправлены за границу) еще 100 рублей. Въ 1737,
1738, 1739 и 1740 годахъ продолжались со стороны учениковъ
жалобы на недостатокъ денегъ и убожество, а со стороны сената
медлительность въ назначеніи денегъ, которыя притомъ отпуска-
лись всегда въ скромныхъ размѣрахъ. Академическая канцелярія
рѣшилась потомъ выдавать заимообразно молодымъ людямъ по 3
рубля на мѣсяцъ, что при петербургской дороговизнѣ было, ко-
нечно, недостаточно.

Что касается преподаванія наукъ, то изъ представленнаго, 3
сентября 1736 года, Адодуровымъ барону Корфу росписанія
занятій московскихъ учениковъ видно, что они должны были учить-
ся три часа до обѣда и столько же послѣ обѣда. Уроки ежеднев-
но начинались классомъ нѣмецкаго языка; за тѣмъ по четыре часа
въ недѣлю назначалось на толкованіе латинскихъ авторовъ, мате-
матику, «реторическія обученія», чистописаніе и рисованіе; по два
часа — на географію, исторію и танцованіе.

Въ 1738 году, нѣкоторые изъ гимназическихъ учениковъ, по-
слѣ испытаній ихъ академиками, произведены были въ студенты,
и о будущихъ сотрудникахъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» предста-
вилъ (10 июля 1738 года) тогдашній инспекторъ гимназіи, акаде-
микъ Крафтъ слѣдующій отзывъ: «Василій Лебедевъ, сынъ ка-
прала тобольскаго полка, родомъ изъ Москвы, 21 года, съ 1736
года изучалъ въ латинской гимназіи латинскій, греческій и нѣмец-
кій языки; также — просодію, логику, исторію, географію и арио-
метику; поведенія скромнаго, благопристоенъ и откровененъ.
Иванъ Голубцевъ, сынъ типографщика, родомъ изъ Москвы, 22
лѣтъ, обучался тѣмъ же наукамъ; притомъ прилеженъ и совѣст-
ливъ...» Выше было упомянуто, что въ 1759 г. статьи, предна-
значавшіяся для «Ежемѣсячныхъ сочиненій», просматривались въ

28

П. П. ПЕКАРСКАГО,

рукописи Никитою Поповымъ, «для поправокъ штила ¹)». Онъ былъ товарищемъ Голубцева и Лебедева, и о немъ тогда же Крафтъ писалъ: «сынъ дьякона, родомъ изъ Юрьева, 18 лѣтъ; въ наукахъ сдѣлалъ посредственные успѣхи; но за то довольно далеко успѣлъ въ нѣмецкомъ языкѣ. Нраву его слѣдовало бы быть по лучше...» Съ половины 1738 года студенты уже слушали лекціи академиковъ Эйлера, Крафта и другихъ. Русскій языкъ имъ преподавалъ Адодуровъ.

1 сентября 1740 года, Лебедевъ, Голубцевъ и Поповъ изъ студентовъ поступили въ академическіе переводчики. Послѣдній изъ нихъ, несмотря на не совѣмъ благопріятные отзывы своихъ наставниковъ, а впослѣдствіи на личное недовольство имъ Шумахера, возведенъ былъ въ званіе академика по кафедрѣ астро-номіи. Лебедевъ пользовался въ свое время извѣстностію, какъ добросовѣстный и трудолюбивый переводчикъ. Нѣкоторые изъ из-данныхъ въ свѣтъ переводовъ его выдержали по нѣскольку изда-ній. Его латинская грамматика, напримѣръ, имѣла десять изданій и была первымъ печатнымъ русскимъ учебникомъ латинскаго языка. Печатные переводы Лебедева указаны въ «Росписи рос-сійскимъ книгамъ» А. Смирдина; но еще болѣе его трудовъ, пред-принятыхъ имъ или по распоряженію академическаго начальства, или по собственной охотѣ, осталось въ рукописяхъ. Онъ трудился, между прочимъ, въ свободное время надъ составленіемъ русскаго словаря, о дальнѣйшей судьбѣ котораго я не успѣлъ еще оты-скать извѣстій.

Голубцевъ перевелъ съ нѣмецкаго «Краткое руководство къ теоретической геометрии», изд. въ 1748 г., а также участвовалъ въ переводѣ «Описанія Спиррскаго царства», соч. Миллера, изд. въ 1750 году. Невоздержная жизнь была причиною многихъ несчастій для Голубцева. Въ 1748 году о немъ состоялось постановленіе ака-

¹) Миллеръ указывалъ, что Попову принадлежитъ въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» 1757 года (декабрь, стр. 550—551), «Надгробная надпись на про-шедшій годъ». Архивъ академической канцелярии, книга № 223.

29

демической канцеляріи, въ котором, между прочимъ, записано:
«и канцелярія Академіи Наукъ довольно объ немъ, Голубцевѣ,
извѣстна, что онъ въ наукахъ его былъ бы достаточенъ, ежели
бы могъ себя воздержать отъ всегдашняго пьянства... Всевоз-
можное употребляемо было стараніе, чтобъ его отъ такой гибель-
ной страсти отвратить, но никакія воздержности не предуспѣли...»
Голубцевъ былъ разжалываемъ два раза въ копіисты, а въ 1753
году, будучи въ нетрезвомъ состояніи и безпамятствѣ, сказалъ
за собою «слово и дѣло», за что и попалъ въ тайную канцелярію.
Здѣсь оказалось, что за нимъ не было никакого слова и дѣла, а
потому послѣ тяжкаго наказанія, положеннаго за «ложное сказы-
ваніе слова и дѣла» тайная канцелярія возвратила его 13 января
1753 г. къ прежнимъ занятіямъ въ Академію, таинственно при-
совокупляя, что о немъ «надлежащее рѣшеніе учинено». Выше
уже говорено, что съ начатіемъ изданія «Ежемѣсячныхъ сочине-
ній» Миллеръ, довольный трудами Голубцева, просилъ прибавить
ему жалованье, а 19 февраля 1758 года академическая канцеля-
рія опредѣлила: «хотя онъ, Голубцевъ, напредь сего являлся въ
пьянствѣ, однако нынѣ находится во всегдашней трезвости, и по
видимому отъ пьянства имѣетъ воздержаніе и упражняется въ пе-
реводахъ и въ положенныхъ на него дѣлахъ» — по этому ему
возвращено званіе переводчика и прежнее жалованье по 250 руб-
лей въ годъ. Бѣдный Голубцевъ не долго пользовался имъ: 25
мая 1759 года онъ умеръ ¹).

Въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» встрѣчается статья Нико-
лая Поповскаго ²) и стихотворенія Адріана Дубровскаго ³); по-

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 117, картонъ 11 и книга
№ 243.

2) 1755 года, августъ, 167 — 176.

3) Адріанъ Дубровскій подписывалъ въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» свои стихотворенія буквами А. Д. Они всѣ перечислены Миллеріи (Современникъ 1851 года, т. XXV, отд. II, стр. 27—29), но по ошибочной догадкѣ приписаны имъ Александру Демидову. Что эти стихотворенія принадлежатъ Дубровскому, то свидѣтельствуетъ академическій протоколъ 19 іюля 1755 года, гдѣ занесено: Studiosus Dubrowski tradidit fabulam Aesopicam de Sene et Morte a se

30

П. П. ПЕКАРСКАГО.

томъ изъ словъ Миллера видно, что въ началѣ 1755 года переводами для журнала, вмѣстѣ съ Голубцовымъ, занимались Григорій Павинскій ¹) и магистръ Алексѣй Константиновъ ²). Въ 1757 г. ³) Миллеръ называлъ, между прочимъ, переводчиковъ, помѣстившихъ въ томъ году свои труды въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ»: магистра Филипа Яремскаго ⁴), Софронова ⁵), Өедора Соколова ⁶). Румовскій и Котельниковъ въ томъ же году помѣстили безъ подписи свои статьи, первый — «Разсужденіе о кометахъ ⁷); второй — «О водныхъ метеорахъ, или о приключеніяхъ отъ водяныхъ паровъ, въ воздухѣ бываемыхъ» ⁸).

Всѣ эти лица получили воспитаніе при Академіи Наукъ. Старшій изъ нихъ по лѣтамъ Котельниковъ поступилъ въ академическую гимназію въ 1741 году изъ семинаристовъ, учившихся въ семинаріи, основанной Θεοфаномъ Прокоповичемъ; потомъ за графицей сдѣлался любимымъ ученикомъ Ейлера и наконецъ академикомъ. Что же касается до остальныхъ, то они были выбраны также изъ духовныхъ училищъ въ 1748 году.

Въ этомъ году, во исполненіе новаго академическаго регламента, постановлено было въ Академіи вытребовать въ нее тридцать воспитанниковъ изъ духовныхъ училищъ Петербурга, Новгорода и Москвы. Духовное начальство не могло сочувствовать

russice conversam quae ibidem Observationibus menstruis inseretur». Басня эта подъ заглавіемъ «Смерть и дровосѣкъ» и съ подписью буквъ А. Д. напечатана въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», за іюль 1755 года, стр. 95.

1) III портрѣфель Миллера Матеріаловъ къ исторіи Академіи Наукъ, 1751 — 1764 годовъ, донесеніе 26 января 1755 года.

2) Ibid., Миллеръ писалъ, что статью академика Фишера о гипербореяхъ для второй книжки (1755 года, стр. 123 — 138), переводилъ магистръ Константиновъ, а поправлять долженъ былъ Модрахъ; но они поссорились между собою, а потому ее исправлялъ Тредіаковскій.

3) Архивъ академической канцеляріи, книга № 223.

4) Апрѣль, стр. 354 — 364, «Г. Винслова, анатомическія разсужденія».

5) Августъ, стр. 131 — 160, «Наблюденія метеорологическія», Брауна.

6) Сентябрь, стр. 252 — 270, «О пожѣ, которую ученіе физики приносить экономіи», изъ Nouvelliste économique.

7) Юль, стр. 40 — 53.

8) Октябрь, стр. 349 — 376; ноябрь, стр. 446 — 462.

31

этой мѣрѣ, такъ какъ послѣдствіемъ ея для духовнаго вѣдомства было обыкновенно лишеніе лучшихъ воспитанниковъ и, слѣдовательно, недостатокъ въ способныхъ людяхъ при замѣщеніи наиболѣе трудныхъ должностей. Какъ бы то ни было, но значеніе при Дворѣ графа Разумовскаго и настойчивость любимца его, тогдашняго ассессора академической канцелярии Григорія Тепло ва (который, какъ видно теперь изъ черновыхъ бумагъ, велъ самъ всю переписку по этому дѣлу) превозмогли: въ Новгородѣ и Москву, для выбора учениковъ, отправленъ былъ Тредіаковскій. Въ бытность въ Новгородѣ, онъ выбралъ, между прочимъ, слѣдующихъ молодыхъ людей, бывшихъ потомъ сотрудниками «Ежемѣсячныхъ сочиненій": Григорія Павинскаго, олончанинъ, 23 лѣтъ; Филипа Яремскаго изъ деревни Сабля, сынъ священника, 19 лѣтъ, оба изъ философскаго класса; Михаила Софронова изъ Устюжны, 19 лѣтъ, изъ реторическаго класса. 13 марта 1748 года, Тредіаковскій, представляя ихъ именный списокъ, прибавлялъ: «которыі всѣ пошлыі імѣютъ успѣхъ въ Латінскомъ языкѣ, а нѣкоторыі і въ Греческомъ...»

Будучи въ Москвѣ, Тредіаковскій отправилъ, между прочимъ, въ Академію изъ философскаго класса: Николая Поповскаго, москвитинъ, церковничій сынъ, 22 лѣтъ; изъ реторическаго: Оедора Соколова, 16 лѣтъ; изъ піитики: Адріана Дубровскаго, «москвитинъ, поповъ сынъ, а отроду ему 15 лѣтъ. Сей учился и по гречески».

Академики Ломоносовъ и Браунъ выбирали учениковъ изъ александро-невской семинариі ¹). Между ними были Степанъ Румовскій 12-ти лѣтъ, впослѣдствіи академикъ, и Иванъ Барковъ, по первоначальнымъ отзывамъ о немъ профессоровъ, даровитѣйшій изъ своихъ товарищей, но къ сожалѣнію погубившій свои дарованія въ кутежахъ.

Когда провинціальные воспитанники прибыли въ Петербургъ, то академики произвели имъ испытаніе, по которому оказалось,

1) Матеріалы для біографіи Ломоносова, собран. Билярскимъ, стр. 100

32

П. П. ПЕКАРСКАГО,

что они «въ гуманіорахъ и школьной философіи довольный успѣхъ
имѣютъ, такъ-что оные на академпческія лекціи о чистотѣ штиля
п здравѣйшей философіи и математики допущены быть могутъ...»
Адріана Дубровскаго послали на нѣкоторое время въ гимназію
доучиваться латинскому языку, въ которомъ онъ не былъ доста-
точно силенъ.

По составленному тогда же росписанію, новые студенты по
утрамъ 5 часовъ въ недѣлю слушали у академиковъ: Брауна—
руководство во всю философію, «употребляя за основаніе сокра-
щенную Тиммигомъ вольфіанскую философію»; у Рихмана —
2 часа всѣ части математики, «чтобъ слушателямъ тѣмъ приго-
товить путь къ самой физикѣ, которую безъ математики начинать
безполезно». Крузій—5 часовъ въ недѣлю «толковалъ древнихъ
римскихъ авторовъ, при чемъ и знаніе древностей, также и пра-
вила о чистотѣ штиля изъяснять. Онъ же покажетъ, когда по-
требно разсудиться, и ліптеральную исторію по печатному Гей-
манову руководству...» Послѣ объда Фишеръ читалъ «Универ-
сальную исторію, съ присовокупленіемъ всегда хронологіи». Стру-
бе де-Пирмонъ толковалъ «новѣйшую исторію всѣхъ государствъ въ Европѣ, и потомъ ихъ внутреннее состояніе и каждаго
съ прочими союзы и политическое связаніе». Тредіаковскій —
«Целляріеву орөографію» и «Гейнекціевы основанія чистаго штп-
ля». По окончаніи этихъ лекцій предполагалось занять студентовъ
науками, къ которымъ у нихъ окажется болѣе склонности, какъ-
то астрономіею, химіею, ботаникою и механикою ¹).

Въ современныхъ бумагахъ сохранилось не мало извѣстій,
что новые студенты часто и сильно кутили; драки у нихъ между
собою и съ посторонними были не рѣдкость; въ студентскихъ ком-
натахъ находили женщинъ; начальству не разъ приходилось вы-
слушивать грубости и даже угрозы. Академикъ Фишеръ, которо-
му былъ порученъ надзоръ за студентами, однажды просилъ акаде-
мическую канцелярію, для удержанія студентовъ отъ своевольствъ,

¹) Архивъ академической канцеляріи, книга № 114.

33

назначить въ его распоряженіе особую команду изъ восьми солдатъ и двухъ «кустосовъ». Канцелярія, однако, отрядила къ Фишеру только одного академическаго солдата въ «безсмѣнные ординарацы» и разрѣшила нанять двухъ «кустосовъ» ¹).

Бурливость и разныя выходки, обыкновенно обнаруживавшіяся при кутежахъ, не препятствовали студентамъ пріобрѣтать знанія. Такъ, 19 октября 1749 года, тотъ же Фишеръ, не безъ нѣкотораго самодовольства, доносилъ канцеляріи: «чтò до студен-товъ касается, и они довольный успѣхъ показали въ латинскомъ языкѣ... Между ними такие находятся, которые могутъ съ нѣко-торыми въ Академіи сравняться, о чемъ я довольно извѣстенъ изъ повседневныхъ съ ними разговоровъ, потому что я по большей части латинскій языкъ въ разговорахъ съ ними употребляю ²)...»

Послѣ строгихъ экзаменовъ, произведенныхъ въ январѣ и фе-вралѣ 1750 года, отличнѣйшими изъ студентовъ были признаны будущіе академики: Протасовъ, Котельниковъ и Румовскій, и бу-дущіе профессоры московскаго университета Антонъ Барсовъ и Николай Поповскій. Заслужили также одобреніе Софроновъ и Бар-ковъ, которымъ не суждено было достигнуть того положенія въ обществѣ, какого заслуживали по своимъ дарованіямъ и зна-ніямъ. О нихъ было записано тогда: «Михайло Софроновъ ко всѣмъ почти равное лекціямъ прилежаніе имѣлъ и никому изъ то-варищей своихъ въ математикѣ не уступаетъ, также и въ фило-софіи изрядно отвѣтствовалъ. Въ латинскомъ языкѣ изрядно упраж-нялся, понятія добраго и превеликаго къ ученію желанія. Иванъ Барковъ нѣсколько показалъ успѣховъ въ ариметикѣ, а въ дру-гихъ математическихъ наукахъ не столько, также и въ философіи не много учился. Онъ объявляетъ, что отъ бѣльшей части трудил-ся въ чтеніи латинскихъ авторовъ и между оными Саллюстія, ко-тораго перевелъ по русски войну Катилинову. Понятія не худова; но долго лежалъ боленъ, и кажется, что острота его отъ оной бо-

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 127.

2) Архивъ академической канцеляріи, книга № 134.

Сборникъ II Отд. И. А. Н.

3

34

П. П. ПЕКАРСКАГО,

лѣзни еще нѣчто претерпѣваетъ». Всѣ студенты могли читать
французскихъ и нѣмецкихъ писателей; Барковъ же съ Софроно-
вымъ представили, сверхъ того, на экзаменъ сочиненія свои на
латинскомъ языкѣ. Поведеніе перваго изъ нихъ и тогда уже не
было одобряемо: «Ив. Барковъ, говорилъ о немъ Фишеръ 17
февраля 1750 г., среднихъ обычаевъ, но больше склоненъ къ ху-
дымъ дѣламъ ¹)...»

Академики, экзаменовавшіе студентовъ въ 1751 году, при-
знали достойными изъ нихъ званія адъюнкта шестерыхъ: Соф-
ронова, Братковскаго ²), Румовскаго, Барсова, Поповскаго и
Яремскаго. Шумахеръ подалъ мнѣніе, что прежде слѣдуетъ по-
требовать отъ нихъ диссертаціи, которыя и должны защищать
они на публичномъ диспутѣ ³). Въ этомъ году Барковъ оконча-
тельно отсталъ отъ своихъ товарищей и за безпрестанные куте-
жи уже разжалованъ изъ студентовъ въ «ученики наборнаго дѣ-
ла». Впрочемъ, 30 октября 1751 года состоялось опредѣленіе ака-
демической канцеляріи о дозволеніи Баркову продолжать изученіе
французскаго и нѣмецкаго языковъ и «россійскаго штиля»: «поне-
же канцелярія нынѣ усмотря молодые его лѣта и не можетъ ли
быть отъ него впредь какого плода...»

Въ концѣ декабря 1753 года помянутые студенты Софро-
новъ и Румовскій произведены въ адъюнкты, а Поповскій, Бар-
совъ, Яремскій и Алексій Константиновъ первые изъ русскихъ
получили званіе магистровъ.

Первые двое были вскорѣ отправлены за гранцу для изуче-
нія высшей математики подъ руководствомъ знаменитаго Ейлера,
у котораго они и жили въ Берлинѣ ⁴). Румовскій сдѣлался впо-
слѣдствіи замѣчательнымъ астрономомъ. Отъ Софронова Ейлеръ

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 137.

2) Въ 1754 году Братковскій, за невоздержную жизнь и продажу казенного платья на покупку вина, отданъ былъ въ военную службу. Архивъ академической канцеляріи, книга № 190.

3) Архивъ академической канцеляріи, книга № 153.

4) Архивъ академической канцеляріи, книга № 181.

35

въ началѣ также ожидалъ многаго, но въ бытность у него моло-
дой человѣкъ окончательно потерялся отъ невоздержной жизни,
такъ-что его надобно было вернуть въ Петербургъ. Здѣсь много
разъ брали въ академической канцеляріи подписки отъ Софроно-
ва: не пить и «не чинить шуму, дракъ и забіячествъ»; но ничто
не помогало и онъ, лишенный званія адъюнкта, умеръ въ самомъ
жалкомъ положеніи въ февралѣ 1760 года ¹).

Магистры Поповскій, Барсовъ и Яремскій, по просьбѣ Ивана
Ивановича Шувалова, были отосланы въ московскій университетъ
въ 1755 году. Въ слѣдующемъ году туда же отпросился и
четвертый магистръ Константиновъ ²), который впослѣдствіи былъ
библіотекаремъ императрицы Екатерины II и женился на един-
ственной дочери Ломоносова.

Товарищъ ихъ Григорій Павинскій, отданный въ распоряженіе
Миллера для переводовъ въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», былъ
также признаваемъ отъ ректора университета Крашенинникова
достойнымъ званія магистра въ 1753 году, но канцеляріею про-
изведенъ не былъ. Онъ умеръ студентомъ 19 февраля 1755 года ³).

Өедоръ Соколовъ, получивъ въ 1757 г. званіе переводчика,
со 2 сентября 1759 г. былъ посланъ въ Москву для надзора за
продажею книгъ въ тамошней академической лавкѣ.

Адріанъ Дубровскій, снабжавшій, какъ указано было выше,
«Ежемѣсячныя сочиненія» своими стихотвореніями, будучи студен-
томъ, перевелъ стихами Заиру Вольтера ⁴); въ 1757 году онъ
былъ произведенъ въ переводчики; въ 1759 году, по просьбѣ
Романа Ларіоновича Воронцова (съ 1760 года графъ), сопро-
вождалъ сына его въ путешествіи по Россіи, а въ 1761 году

1) Архивъ академической канцеляріи, книги № 207 и 251.

2) Архивъ академической канцеляріи, книги № 196 и 212.

3) Архивъ академической канцеляріи, книга № 196.

4) Переводъ его былъ напечатанъ въ 1779 году, и имя переводчика скры-
то подъ буквами А. Д.; чтò этотъ переводъ принадлежитъ Дубровскому, то
видно изъ архива академической канцеляріи, книга № 236, гдѣ есть донесеніе
его о томъ отъ 16 июля 1759 года.

3*

36

П. П. ПЕКАРСКАГО,

вышелъ изъ Академіи и поступилъ на службу въ коллегію ино-
странныхъ дѣлъ съ командировкою въ Вѣну, гдѣ повѣреннымъ
въ дѣлахъ былъ графъ Александръ Романовичъ Воронцовъ ¹).

Здѣсь кстати будетъ замѣтить для будущихъ издателей сочи-
неній Ломоносова, что помѣщаемые въ собраніяхъ его сочине-
ній «Стихи ея императорскому величеству блаженныея памяти го-
сударынѣ императрицѣ Елисаветѣ Петровнѣ, на фейерверкъ, изо-
бражающій благоденствующую Россію, представленный въ Санкт-
петербургѣ 1 генваря 1755 года ²)»

«Гдѣ въ свѣтѣ есть народъ, земля, страна и царство»

и т. д.

написаны не Ломоносовымъ, а переведены сначала прозою съ
нѣмецкаго подлинника Штелина Иваномъ Голубцевымъ, а
потомъ переложены въ стихи Дубровскимъ. Для означеннаго
фейерверка поручено было одновременно составить проекты и
Ломоносову, и Штелину. Стихи, сочиненные по этому случаю
первымъ изъ нихъ, и начинающіеся

По правдѣ вѣчность есть...

напечатаны въ «Полномъ собраніи сочиненій Ломоносова», изд.
1803 г., т. І, стр. 298—299; въ изд. Смирдина т. І, стр. 263,
264. Но ломоносовскій проектъ фейерверка не былъ осущест-
вленъ, потому что составленный Штелинымъ удостоился одо-
бренія и исполненъ 1 января 1755 г. ³). Черной прозаическій
переводъ стиховъ Штелина, которыхъ переводить съ нѣмецка-
го, разумѣется, не было надобности для Ломоносова, хранится
въ архивѣ академической канцеляріи, въ книгѣ подъ № 189, вмѣ-
стѣ съ стихотворнымъ переложеніемъ перевода въ нѣсколькихъ

¹) Архивъ академической канцеляріи, книги № 236 и 250. Переводъ Александра Воронцова: «Разсужденіе о пріятностяхъ сообщества» напечатано въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» 1756 г. февраль, стр. 153—179, съ его именемъ. Тамъ же, въ августѣ, стр. 204 — 211, «Содержаніе письма другому въ отвѣтъ: можетъ ли честь сравниться съ славою» подписана буквами А. В.

2) «Полное собраніе сочиненій Ломоносова», изд. 1803 г., т. І, стр. 307, 308, и Смирдина т. І, 273 — 274.

³) «Ежемѣсячныя сочиненія», январь 1755 г., стр. 17 — 25.

37

экземплярахъ съ помарками и поправками только не рукою Ломоносова. По сравненіи почерка этихъ рукописей съ другими подобными бумагами, на которыхъ уцѣлѣла и подпись Адріана Дубровскаго (какъ напримѣръ въ книгѣ архива академической канцеляріи, подъ № 208), оказывается, что помянутые стихи при надлежатъ ему. Онъ и впослѣдствіи занимался подобными переложеніями нѣмецкихъ стиховъ Штелина.

По свидѣтельству Ломоносова ¹), въ изданіи «Ежемѣсячныхъ сочиненій» участвовалъ нѣкоторое время, какъ помощникъ Миллера, адъюнктъ Мотонисъ, а въ 1757 году въ журналѣ была помѣщена переводная статья Григорія Козицкаго ²). Это были тѣ самыя лица, къ суду которыхъ любилъ взвывать Сумароковъ въ своихъ орѣографическихъ распряхъ съ Ломоносовымъ и Тредіаковскимъ ³). Козицкій и Мотонисъ, родомъ малороссы, училсь сначала въ кіевской духовной Академіи, дошли тамъ до философскаго класса и въ 1747 году вмѣстѣ отправились за-границу. Будучи тамъ, они два года учились въ бреславльской гимназіи, а потомъ перешли въ лейпцигскій университетъ. Не имѣя средствъ жить въ Лейпцигѣ, эти молодые люди, въ августѣ 1749 года, обратились въ нашу Академію Наукъ съ просьбою о доставленіи имъ средствъ для продолженія заграничнаго

1) Матеріалы для біографіі Ломоносова, собр. Билярскимъ, стр. 491.

2) «Ежемѣсячныя сочиненія», апрѣль 1757 г., стр. 345—353, «Явленіе Мирзы, листъ 159 аглинскаго зрителя». См. архивъ академической канцеляріи, книга № 223.

3) Такъ напримѣръ, въ статьѣ «О правописаніи» Сумароковъ говорить: «Г. Ломоносовъ у предлоговъ никогда не искалъ корня, хотя часто литеру З и превращалъ во С, яко вмѣсто разсмотрѣніе, рассмотрѣніе... Я думаю, что г. Козицкій и г. Мотонисъ сему странному правилу никогда не послѣдуютъ, ни наши разумные проповѣдники, каковъ напримѣръ архіепископъ Платонъ...» Или послѣ насмѣшки надъ Тредіаковскимъ, писавшимъ свое имя Василей: «Г. Козицкой и г. Мотонисъ никогда не подпишутъ своихъ именъ Григорей, Микалай, хотя и большая часть народа (говорить): Миколинъ день...» Или: «ой премѣняти въ ій есть у педантовъ нашихъ то, что у германскихъ педантовъ латинской усъ. Дѣльно пишетъ г. Козицкой, получивъ право велико-россійскаго дворянства: Козицкой, а не Козицкій...» Полное собраніе всѣхъ сочиненій Сумарокова, М., 1787 г. ч. Х, стр. 14, 24, 27, 28.

38

П. П. ПЕКАРСКАГО,

ученія. Ходатайство ихъ поддержалъ бывшій въ Петербургѣ академикъ, а потомъ профессоръ лейпцигскаго университета Гейнзій, который съ похвалою отозвался объ ихъ успѣхахъ и прилежаніи. Тогда Козицкій и Мотонисъ приняты были на службу въ Академіи и стали получать отъ нея деньги на содержаніе свое въ Лейпцигѣ ¹). Гейнзій постоянно давалъ о нихъ одобрительные отзывы, а 31 іюля 1756 года, отправляя ихъ въ Петербургъ, писалъ къ Шумахеру: «Мнѣ особенно пріятно, что я въ лицѣ Козицкаго и Мотониса могу представить высоко уважаемой Академіи двухъ способныхъ людей (tüchtige subjecta), которые теперь вѣроятно сами зарекомендуютъ себя...» Далѣе просить объ оказаніи имъ покровительства ²). По возвращеніи въ Петербургъ, Козицкій и Мотонисъ были назначены учителями въ высшій латинскій классъ при академической гимназіи, а 27 февраля 1759 г. возведены въ званіе адъюнктовъ. Впослѣдствіи Козицкій, близко звѣстный князю Григорію Орлову, перешелъ къ нему на службу изъ Академіи 20 ноября 1763 года, а Мотонисъ переведенъ въ герольдмейстерскую контору при сенатѣ 4 мая 1764 года ³).

Послѣ смерти Ивана Голубцева, Миллеръ 16 ноября 1759 года представлялъ академической канцеляріи, что ему за неимѣніемъ другихъ переводчиковъ для «Ежемѣсячныхъ сочиненій» не возможно будетъ продолжать журнала, а потому онъ проспилъ назначить въ его распоряженіе студентовъ Самсона Волкова и Алексія Разумова.

Оба они воспитывались въ академической гимназіи и получили званіе студентовъ вслѣдствіе представленія ректора и академика

1) Архивъ академической канцеляріи, книга № 132.

2) Входящія письма 1754 — 1767 годовъ въ архивѣ академической конференціи.

3) Архивъ академической канцеляріи, книги № 240, 282 и Матеріалы для біографіи Ломоносова, собранные Билярскимъ, стр. 622. О судьбѣ Козицкаго, по выходѣ его изъ Академіи, можно теперь имѣть нѣкоторыя любопытныя подробности, но онѣ не имѣютъ отношенія къ главному предмету настоящей статьи.

39

С. П. Крашенинникова въ 1753 году; но, по слабости знаний въ латинскомъ языкѣ, ихъ не допускали долго къ слушанію университетскихъ лекцій ¹). Это продолжалось и въ 1756 году, когда академики признали одного Алексѣя Разумова достойнымъ переводова въ университетъ, но при этомъ случаѣ за остальныхъ студентовъ заступились Тредіаковскій и Поповъ, которые, какъ сказано въ современномъ отчетѣ, «имѣютъ, чтó до сего пункта надлежитъ, иное мнѣніе, которое подали письменно въ слѣдующемъ: изъ произведенныхъ изъ учениковъ гимназіи въ студенты девять человѣкъ, по усмотрѣнію ихъ, пять человѣкъ: Алексѣй Разумовъ ²), Семенъ Веденскій ³), Василій Кромаренковъ ⁴), Алексѣй Полѣновъ ⁵), Самсонъ Волковъ въ студенты годны и лекціи математическія, реторическія и штиля въ университетѣ тѣхъ наукъ слушать и разумѣть могутъ. И для того должно бы онымъ дать шпаги, и платье и жалованье такъ, какъ прежнимъ студентамъ, и назначить бы ихъ на вышереченныя лекціи, ибо къ предложенію наукъ слушателямъ великой и темной латыни не требуется, да и употреблять оныя отъ большей части невозможно ⁶)...»

Въ августѣ 1762 года, Разумовъ просилъ о прибавкѣ къ 150-ти рублямъ, имъ получаемаго жалованья и о званіи переводчика по тому уваженію, что онъ, кромѣ держанія корректуръ, зANNAMETIS NAPRINTEMANNIS, «EJHEM-ESESCHHALLESCHONNENHINTE» und B-EHOMO-

1) Матеріалы для біографіи Ломоносова, собр. Билярскимъ, стр. 260, и архивъ академической канцеляріи, картонъ № 16.

2) Переводъ его сочиненія Бюшинга напечатанъ въ 1763 году, подъ заглавіемъ «Руководство къ основательному и полезному познанію географическаго и политическаго состоянія европейскихъ государствъ и республикъ».

3) Переводъ Веденскаго сочиненія Гольберга, «Сравненіе житія и дѣлъ разныхъ, а особливо восточныхъ и индѣйскихъ великихъ героевъ и знаменныхъ мужей по примѣру Плутархову»—напечатанъ въ 1766 году.

4) Кромаренкову принадлежать печатные переводы: 1) сочиненія Монтескьё, «О разумѣ законовъ» два изданія 1775 и 1801 года; 2) Саллюстія «Войны катилинская и югурфинская» 1769 года.

5) Полѣновъ извѣстенъ какъ авторъ перваго русскаго сочиненія о необходимости уничтоженія крѣпостнаго состоянія.

6) Архивъ академической канцеляріи, книга № 220.

40

П. П. ПЕКАРСКАГО,

стей. О томъ же и тогда же просилъ Волковъ. Когда потребовано было мнѣніе Миллера, то онъ отвѣчалъ о первомъ:

«Хотя оный Разумовъ и мало для меня переводить, потому что больше корректорскую должность отправляетъ; но по переводамъ его засвидѣтельствовать могу, что современемъ, ежели больше прилежности въ обученіи иностранныхъ языковъ употребить (sic) будетъ, добрымъ переводчикомъ сдѣлаться можетъ, а между тѣмъ признаваю я за справедливо, чтобъ для ободренія его и для лучшаго себя содержанія учинена ему была нѣкоторая прибавка жалованья».

О второмъ: «Оной Самсонъ Волковъ прилежно при мнѣ переводить, но въ иностранныхъ языкахъ не столько исправенъ, чтобъ настоящимъ переводчикомъ теперь уже быть могъ. А я называю такого настоящимъ переводчикомъ, который такъ переводить, чтобъ не нужно было другому, болѣе его знающему, за переводами его смотрѣть и оные исправлять. Однакожъ, понеже онъ показываетъ охоту къ лучшему иностранныхъ языковъ обученію, и на его прилежность и добрые поступки надѣяться можно, то за справедливо признаваю, чтобъ учинена ему была нѣкоторая въ жалованьѣ прибавка». Получивъ такой отзывъ академическая канцелярія постановила: «объявить Разумову, когда онъ чрезъ прилежаніе свое окажетъ лучшіе успѣхи въ знаніи языковъ, тогда какъ чиномъ, такъ и прибавкою награжденъ будетъ. А Волкова, который получаетъ только 100 рублей, въ жалованьѣ съ нимъ. Разумовымъ, уравнить и прибавить 50 рублей ¹)...»

Впослѣдствіи Алексѣй Разумовъ завѣдывалъ отдѣломъ академической типографіи, который назывался нѣкоторое время «новою типографіею». Что же касается до Самсона Волкова, то въ 1764 году его произвели въ переводчики съ жалованьемъ по 200 руб. въ годъ. Онъ былъ отправенъ въ 1765 г. въ Москву при Миллерѣ, но вскорѣ оттуда вернулся для исполненія прежней своей обязанности переводчика.

¹) Архивъ академической канцеляріи, книга № 270.

41

Въ первый годъ существованія «Ежемѣсячныхъ сочиненій» въ серьёзныхъ, писанныхъ на латинскомъ языкѣ протоколахъ академической конференціи иногда попадаются постановленія касательно литературныхъ вопросовъ. Такъ, 12 июля 1755 года, было занесено въ отчетъ о заставаніи, что рѣшено напечатать въ журналѣ представленную Сумароковымъ епистолу, въ которой онъ опровергаетъ разсужденіе Тредіаковскаго о древнемъ, среднемъ и новомъ стихосложеніи, по поводу неправильныхъ объясненій тамъ нѣкоторыхъ стиховъ, и вмѣстѣ съ тѣмъ предоставлено на волю Тредіаковскому сообщить свой отвѣтъ. 19 июля послѣдній прочелъ товарищамъ свое возраженіе противъ Сумарокова, но послѣ того опредѣлено было: для прекращенія дальнѣйшихъ распрей запретить и епистолу, и отвѣтъ на нее. Впрочемъ, въ августовской книжкѣ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» (стр. 147 — 148) явилась Епистола Сумарокова съ нѣкоторыми выходками противъ плохаго стихотворца. Такъ въ ней говорилось:

Звонъ стопъ блюсти, слова на ри прибирать

Искусство малое и дѣло не пречудно;

А стихотворцемъ быть есть дѣло не безтрудно.

Набрать любовныхъ словъ на новый минаветъ

Которой кто-нибудь удачно пропоетъ,

Нѣтъ хитрости тому, кто грамотѣ умѣтъ...

Худой творецъ стихомъ себя не прославляетъ,

На ри онъ свое безумство изъявляетъ!...

Въ протоколѣ 4 октября Миллеръ записалъ во первыхъ, что за разногласіемъ академиковъ представлены были на усмотрѣніе президента Академіи Наукъ стихи Сумарокова (идиллія и пр.) и басня Тредіаковскаго. Первые графъ Разумовскій велѣлъ потомъ напечатать въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» ¹). Во вторыхъ, что о баснѣ Тредіаковскаго ни запрещенія, ни разрѣшенія отъ президента не послѣдовало, а такъ-какъ въ ней есть

1) Помѣщены въ октябрской книжкѣ 1755 г. стр. 347—353.

42

П. П. ПЕКАРСКАГО,

жесткія выходки противъ русскихъ поэтовъ, которые, по малочисленности своей, всѣ могли счесть это себѣ за оскорбленіе, то принято за лучшее не пропускать басни въ печати. При подписании этого протокола Тредіаковскій протестовалъ, утверждая, что никакого разногласія членовъ не было ¹) и что Миллеръ не пропускаетъ басни самовольно, а онъ, Тредіаковскій, не признаетъ его власти надъ собою ²).

Послѣ такого протеста, Тредіаковскій не счелъ нужнымъ распространяться далѣе въ академической конференціп о своихъ раздорахъ съ Сумароковымъ и придумалъ иной способъ отмстить ему. 13 октября 1755 года Тредіаковскій подалъ доношеніе въ синодъ. «Читая сентябрскую книжку «Ежемѣсячныхъ сочиненій» сего 1755 года, нашелъ я, именованный—писалъ онъ въ доношеніп—въ ней оды духовные, сочиненные г. полковникомъ Александромъ Петровымъ сыномъ Сумароковымъ, между которыми и оду, надписанную изъ псалма 106: а въ ней увидѣлъ, что она съ осмыя строфы по первую на десять включительно говоритъ отъ себя, а не изъ псаломника о безконечности вселенныя и дѣйствительномъ множествѣ міровъ, а не о возможномъ по всемогущству Божію. И понеже «Ежемѣсячные книжки» обращаются многихъ читателей руками, изъ которыхъ иные могутъ и въ соблазнъ притти; того ради по ревности и вѣрѣ моей истинному слову Божію, въ Священномъ Писаніи вѣщающему, о такой понянутыя оды лжи на Псаломника покорнѣйше донося извѣщаю...» При доношеніи приложено было пространное изъясненіе, оканчивавшееся такимъ образомъ: «Но какъ то ни есть; только жъ въ псалмѣ 106-мъ не упоминается нижѣ о возможномъ множествѣ міровъ, а только меньше еще о дѣйствительной безконечности вселенныя; но токмо изъясняется въ немъ Промыслъ Божій, наво-

1) Nullus est dissensus collegarum, писалъ своеручно Тредіаковскій, qui gratis asseritur hic.

2) Haec Mullerus, продолжаетъ онъ же, suo facit arbitratu, cum illustrissimus Praeses neque ait, neque negat, et Collegae tantum suspenderunt suum judicium, non vero disseserunt a reliquis: sed ego Mulleri potestatem non agnosco.

43

дящій на человѣковъ разныя искупленія, и подвергающій ихъ
различнымъ бѣдствіямъ, дабы они прибѣгали къ нему, взвывали
его и боялись, да и прославляли милость его и щедроту» ¹).

Надобно думать, что этотъ поступокъ Тредіаковскаго ско-
ро сдѣлался извѣстнымъ Сумарокову, потому что онъ прислалъ
1 ноября 1755 года бумагу въ академическое собраніе, въ кото-
рой было много яростныхъ выходокъ противъ Тредіаковскаго
и просьба о недопущеніи его судить на будущее время произве-
денія разсерженного поэта ²).

На нѣкоторое время синодъ оставилъ заявленіе Тредіаков-
скаго безъ послѣдствій и только 24 декабря слѣдующаго 1756
года отнесся въ академическую капцелярію съ бумагою слѣдую-
щаго содержанія:

«Усмотрѣно, что между выходящими изъ оной Академіи «Еже-
мѣсячными примѣчаніями» (sic) включено въ сочиненія «О величе-
ствѣ Божіи размышленія» ³), а кто оныхъ переводитель и съ како-
го автора, то неизвѣстно... того ради... послать... указъ, чтобъ о
таковомъ сочиненіи съ каковаго оное автора и кѣмъ именно пере-
водится, дано было изъ оной Академіи знать письменно; причемъ
и самой той книги, изъ которой оное сочиненіе переводится, ори-
гиналъ немедленно взneсть къ разсмотрѣнію святѣйшему сино-
ду...» На запросъ, сдѣланный по этому поводу Миллеру, онъ от-
вѣчалъ, что переводчикомъ статьи, обратившей на себя вниманіе
сказаннаго учрежденія, былъ подпрапорщикъ шляхетнаго кадет-
скаго корпуса Семенъ Порошинъ ⁴) и что онъ переводилъ ту

1) Москвитянинъ, 1856 года, № 13—16, стр. 271—276.

2) Въ протоколѣ 1 ноября 1755 года: «A Tribuno Sumarokowio scriptum in conventum missum, quo multa contra Trediakowium acerbe dicta continentur et rogantur socii, ne Trediakowio imposterum licitum sit de scriptis Sumarokowii judicare. Rem hanc Excel. atque Illust. Praesidi proponere et ejus voluntatem exquirere decretum est».

3) Ноябрь, 1756 г., стр. 407 – 438.

4) Нѣкоторые изъ переводовъ Порошина подписаны въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» буквами С. П. Въ ноябрѣ 1755 г., стр. 432–440, «Благополучіе человѣческое зависятъ не отъ мѣста»; въ декабрѣ 1756 года, «О пользѣ упражненія въ благородныхъ художествахъ и въ наукахъ для приведенія умныя си-

44

П. П. ПЕКАРСКАГО,

статью изъ собственной своей книги «Увеселеніе разума», «которая и нынѣ, прибавилъ Миллеръ, въ заключеніи, находится у него и того для въ канцелярію взнесена мною быть не можетъ ¹).

Въ недавно обнародованномъ докладѣ, представленномъ императрицѣ Елизаветѣ въ декабрѣ 1756 года ²), разъясняется, что запросъ о переводчикѣ и подлинникѣ переведенной имъ статьи сдѣланъ былъ не въ видахъ удовлетворенія библиографической любознательности, но съ другимъ, болѣе серьёзными побужденіями. «Понеже усматриваемъ, говорилось въ докладѣ, что въ ежемѣсячныхъ, пзъ санктпетербургской Академіи выходящихъ, примѣчаніяхъ не токмо много честнымъ нравамъ и житію христіанскому, но и вѣрѣ святой противнаго имѣется, особенно нѣкоторые и переводы и сочиненія находятся, многіе, а индѣ и безчисленные міры были утверждающіе, чтó и Св. Писанію, и вѣрѣ христіанской крайне противно есть, и многимъ неутвержденнымъ душамъ причину къ натуралѣзму (sic) и безбожію подаетъ, того ради всеподданѣйше о семъ донося, падши къ стопамъ вашего императорскаго величества...» Далѣе слѣдуетъ прошеніе во первыхъ о запрещеніи во всей Россіи писать и нечатать о множествѣ міровъ, а во вторыхъ конфисковать какъ «Ежемѣсячныя сочиненія», такъ и переводъ князя Кантемира сочиненія Фонтенелля о множествѣ міровъ. Докладъ этотъ остался безъ послѣдствій: по голословности-ли обвиненія въ невѣрии и безнравственности «Ежемѣсячныхъ сочиненій», или мысль о множествѣ міровъ сдѣлалась болѣе извѣстною въ Россіи второй половины XVIII столѣтія, или

лы въ порядокъ», на стр. 503—514. По свидѣтельству Миллера въ 1757 г. ему принадлежать: февраль, стр. 126—151, «Письмо о порядкахъ въ обученіи наукъ»; мартъ, ст. 266—282, «Письмо, въ которомъ сравнивается Александръ Великій съ Карломъ XII»; ноябрь, стр. 475—477, «Послѣднее письмо» изъ Гольберга и стр. 478, 479, «Средства, къ сохраненію здравія служащія».

¹) Архивъ академической канцеляріи, книга № 218.

²) Чтенія общества исторіи и древностей, 1867 г., книга І, смѣсь стр. 7, 8, гдѣ вкрались слѣдующіе недосмотры: вм. міры — напечатано мыры, вм. падше—падимъ; вм. 743 г.—143 г. Кромѣ того, внизу докладъ обозначенъ 1757-мъ годомъ, тогда какъ въ подлинникѣ именно написано: «декабря дня 1756 года».

45

же наконецъ вліяніе президента Академіи Наукъ, графа К. А. Разумовскаго было на столько сильно, чтобы предотвратить подобные навѣты — объ этомъ не сохранилось никакихъ современныхъ извѣстій.

Начало дѣятельности Ломоносова, какъ члена академической канцеляріи (1 марта 1757 г.), ознаменовалось цензурною мѣрою противъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій». Для мартовской книжки журнала набиралась статья бывшаго академическаго, а тогда синодальнаго переводчика, Григорія Полетики ¹): «О началѣ, возобновленіи и распространеніи ученія и училищѣ въ Россіи и о нынѣшнемъ оныхъ состояніи», и Миллеръ 7 марта 1757 года просилъ о напечатаніи 100 отдѣльныхъ оттисковъ ея въ вознагражденіе автора.

8 марта академическая канцеляріи вытребовала къ себѣ эту статью Полетики. Въ тотъ же день Миллеръ представилъ туда на предварительное разсмотрѣніе эпиграмму Сумарокова.

Ты туфли обругалъ....

Въ бытность въ Петербургѣ президента, если являлись, по

¹) Въ Академіи Наукъ были почти одновременно два Григорія Полетики, сыновья значковаго товарища лубенскаго полка. Одинъ изъ нихъ, воспитывавшийся въ кіевской духовной Академіи и знавшій языки греческій, еврейскій, латинскій и нѣмецкій (послѣднему учился у извѣстнаго законоучителя Екатерины II Симона Тодорскаго), поступилъ въ Академію переводчикомъ 1 августа 1746 года, а уволенъ изъ нея 13 февраля 1748 года (Архивъ академической канцеляріи, книги № 103, 113) Въ 1757 году, по словамъ Миллера, онъ былъ коллективнымъ асессоромъ и переводилъ статьи съ греческаго языка въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», июнь, стр. 483 — 557 «Аристотеля о гражданскомъ учрежденіи книга II» и ноябрь, стр. 431 — 445 «Описаніе человѣческихъ нравовъ» изъ Аристотелевой реторики (Архивъ академической канцеляріи, книга № 223). Этотъ самый Полетика написалъ статью, которая была запрещена Ломоносовымъ. Другой Полетика съ 1745 по 1750 годъ учился въ кіевской и московской духовныхъ Академіяхъ, а въ послѣднемъ году принятъ въ студенты при Академіи Наукъ, гдѣ и находился до марта 1755 г., а тогда переведенъ въ коллегію иностранныхъ дѣлъ для переводовъ съ латинскаго и польскаго языковъ. Онъ также переводилъ для «Ежемѣсячныхъ сочиненій»; такъ, напримѣръ, тамъ въ февральской книжкѣ, на стр. 121—137 есть его переводъ съ латинскаго «Рѣчь на полуученыхъ», съ полною подписью его звания и прозванія.

46

П. П. ПЕКАРСКАГО,

словамъ Миллера, «нѣкоторыя сумнительства», то они обыкновенно и разрѣшались графомъ Разумовскимъ; но такъ-какъ въ описываемое время послѣдняго не было въ столицѣ, то редакторъ испрашивалъ на помѣщеніе стиховъ Сумарокова дозволенія канцеляріи. Эта, не давая положительнаго отвѣта, сослалась только на тѣ ограниченія, о которыхъ говорилось въ предисловіи къ «Ежемѣсячнымъ сочиненіямъ» относительно помѣщенія критическихъ статей. Миллеръ этимъ не удовлетворился и требовалъ болѣе яснаго отвѣта.

Между тѣмъ Ломоносовъ, 11 марта, объявилъ Миллеру на словахъ, что статью Полетики «печатать не пристойно, понеже въ оной съ Х вѣка послѣ Рождества Христова по XVII вѣкъ ни о какихъ школахъ въ Россіи не упомянуто; а были-де еще при великомъ князѣ Иванѣ Васильевичѣ архитекторы, выписанные изъ Италіи; а при царѣ Иванѣ Васильевичѣ зачалась-де типографія; чтобѣ-де все надлежало было описать, и упомянуто-де только о кіевскихъ школахъ, а не о московскихъ. Чего ради надлежитъ-де мнѣ, прибавляетъ Миллеръ, сію піесу выкинуть изъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» и на то мѣсто взneсть что-нибудь другое...» Миллеръ за тѣмъ такъ возражалъ противъ этого: «Когда ни въ какихъ лѣтописяхъ, ниже въ другихъ извѣстіяхъ, которые г. сочинитель къ сему своему сочиненію употребилъ, какъ я подлинно увѣренъ, не упоминается о школахъ, въ то время бывшихъ, то и того отъ него, г. сочинителя, требовать не можно. Иное есть архитектура, или практика архитектурная, пное архитектурная школа. Были-де при великихъ князьяхъ московскихъ и при царѣ Иванѣ Васильевичѣ и медики, токмо не было медицинской школы...» Наконецъ, Миллеръ, опираясь на первоначальное опредѣленіе президента, что журналъ долженъ издаваться безъ вмѣшательства канцеляріи, отстаивалъ свое право помѣщать въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» статьи по своему усмотрѣнію. Впрочемъ, доводы Миллера не убѣдили канцелярію, и 13 марта онъ получилъ оттуда ордеръ, рѣшительно запрещавшій печатать въ журналѣ и статью Полетики, и эпиграмму Сумарокова. Вмѣстѣ съ тѣмъ

47

было представлено президенту Академіи Наукъ о Миллерѣ, какъ
объ ослушникѣ его приказаній и вообще человѣкѣ самомъ безпо-
койномъ. Исторіографъ, съ своей стороны писалъ къ графу Ра-
зумовскому: «Моя привязанность къ «Ежемѣсячнымъ сочине-
ніямъ» и стараніе не выказывать публикѣ наши внутренніе раз-
доры заставляютъ меня на этотъ разъ подчиниться приказаніямъ
г. Ломоносова; но умоляю ваше сіятельство помочь въ этомъ
дѣлѣ въ возможной скорости, иначе мнѣ будетъ невозможно про-
должать мой трудъ...»

Въ настоящихъ пререканіяхъ графъ Разумовскій принялъ
сторону Ломоносова: статья Полетики была признана напол-
ненною «многими непристойностями»; а Миллеру сдѣлано вноше-
ніе о бытіи въ полномъ подчиненіи канцеляріи ¹).

Слѣдствіемъ этого же событія было распоряженіе отъ акаде-
мической канцеляріи, чтобы Миллеръ представлялъ туда забла-
говременно списокъ авторовъ и ихъ статей, которые предназна-
чались для каждой вновь выходившей книжки. Вопреки опредѣле-
нію, Миллеръ доставлялъ такія извѣстія по выходѣ уже книжки
въ свѣтѣ, за что академическая канцелярія и сдѣлала ему выго-
воръ въ ордерѣ 2 іюня 1757 года, на который Миллеръ возра-
зилъ, что онъ не въ состояніи выполнять такого распоряженія:
...«Каждый мѣсяцъ долженъ состоять изъ шести листовъ пе-
чатныхъ, то весьма невозможно знать напередъ, сколько ка-
кихъ пьесъ, разными руками писанныхъ, на оныхъ шести ли-
стахъ вмѣстится. Напримѣръ, въ нынѣшнемъ мѣсяцѣ іонѣ пе-
чатается переводъ Аристотелевой книги о гражданскомъ учреж-
деніи; а будетъ-ли еще сверхъ онаго и сверхъ заключающаго ны-
нѣшную (sic) полугода реестра, какая иная пьеса или нѣтъ, и
ежели будетъ, то какая, сіе завпистъ отъ того, сколько мѣста
первый переводъ займетъ. Иногда случалось, что присылали ко

¹) Матеріалы для біографіи Ломоносова, собр. Билярскимъ, стр. 321—
333 и «Дополнительныя извѣстія для біографіи Ломоносова» въ Запискахъ
Академіи Наукъ 1865 г. Прилож. къ VIII т. № 7, стр. 79.

48

П. П. ПЕКАРСКАГО,

мнѣ съ стороны пьесы и переводы уже въ половинѣ мѣсяца съ
прошеніемъ, чтобъ оные внесь еще въ тотъ же мѣсяцъ. И по-
неже въ томъ отказать было невозможно, то затѣмъ другія, на
тотъ мѣсяцъ назначенные пьесы были оставлены. Иногда приго-
товлялъ было я матеріи и давалъ оныя переводить, токмо пере-
воды не поспѣли въ надлежащее время...» Печатаніе иныхъ ста-
тей замедлялось отъ гравированія слѣдующихъ къ нимъ чертежей.
«Сіе находилъ я, заключаетъ Миллеръ, за потребно канцеляріи
представить, а ежели она желаетъ знать, напримѣръ, какія пье-
сы, сочиненія и переводы впредь къ «Ежемѣсячнымъ сочиненіямъ»
мною приготовлены, оставляя мнѣ, въ какіе мѣсяцы оные распо-
лагать буду, то я могу онымъ сообщать реестръ...»

Въ теченіе 1757 года Миллеръ доставлялъ исправно требо-
ванныя отъ него канцеляріею извѣстія, и, благодаря этому об-
стоятельству, теперь мы знаемъ всѣхъ сотрудниковъ «Ежемѣсяч-
ныхъ сочиненій» за тотъ годъ; даже и тѣхъ изъ нихъ, которые
не подписывали подъ статьями своихъ именъ ¹).

¹) Свѣдѣнія, выше сообщенныя о сотрудничествѣ въ журналѣ академиче-
скихъ переводчиковъ Голубцева и Лебедева, также С. Порошина и По-
летики заимствованы изъ подобныхъ донесеній Миллера. Кромѣ этихъ лицъ,
въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» 1757 года были слѣдующіе анонимные со-
трудники: Николай Кургановъ, впослѣдствіи составитель извѣстнаго Пись-
мовника, мартъ, стр. 245—265, «Разговоръ между Аристомъ и Евгеномъ, о мо-
рѣ» съ французскаго языка. Андрей Нартовъ подписывалъ свои статьи бук-
вами А. Н.; но въ апрѣльской книжкѣ, стр. 283—286 есть его же, но безъ вся-
кой подписи «Идиллія Нисса», которая, неизвѣстно на какомъ основаніи помѣ-
щена въ «Сочиненіяхъ» Тредіаковскаго, изд. Смирдина І, стр. 750—753.
Въ напечатанномъ недавно доношеніи Тредіаковскаго (см. выше, стр. 15—17)
онъ указываетъ, что именно напечатано въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» изъ
его произведеній, и ни слова не говорить объ «Идилліи Ниссѣ». Матвѣй Кра-
сильниковъ, сенатскій протоколистъ, его переводъ изъ Gesellschaftliche Erhel-
lungen въ апрѣлѣ, стр. 322—328, «Храмъ натуры и щастія. Сонъ». Баку-
нинъ, ассессоръ камсрѣ-конторы, апрѣль, стр. 329—344, «Письмо о пользѣ
вина», и отвѣтъ на то, безъ указанія, переводъ лицъ это, или оригинальное со-
чиненіе. Всѣ статьи Рычкова въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ», какъ ано-
нимныя, такъ и съ подписью, подробно указаны въ изслѣдованіи «Жизнь и
литературная переписка П. И. Рычкова», Спб., 1867 года. Капитанъ А. Теп-
ловъ, въ апрѣлѣ, стр. 365—368, перевелъ «Рѣчь Сенекина къ императору
Нерону» изъ Тацита. При описаніи оригинальныхъ статей въ «Ежемѣсячныхъ

49

13 марта 1759 года, академическій совѣтникъ Таубертъ требовалъ отъ Миллера объясненія по поводу анонимныхъ стиховъ, налечатанныхъ въ честь танцовщицы Сакко (Sakko) въ фе-вральской книжкѣ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» (стр. 191): стихи эти весьма не понравились при Дворѣ, и Тауберта нарочно при-зывали туда, чтобъ узнать объ имени автора ихъ. Миллеръ въ тотъ же день отвѣчалъ Тауберту, что и по его мнѣнію стихи так-же непристойны, если Сакко дѣйствительно находится танцовщицею на придворномъ театрѣ въ Петербургѣ. «Такъ-какъ я, писалъ при-томъ исторіографъ, вѣчно сидѣвшій за своимъ рабочимъ столомъ, не посѣщаю здѣшняго италіянскаго театра и никогда не слыхи-валъ имени Сакко, то и предполагалъ, что эта госпожа принадле-житъ къ италіянскому театру въ Парижѣ, и что, слѣдовательно, стихи не оригинальные, а переведены съ французскаго. Поэтому я нисколько и не затруднялся въ помѣщеніи ихъ въ журналѣ».
Далѣе изъ словъ Миллера видно, что стихотвореніе напечатано вслѣдствіе просьбы академика Попова и принадлежало, какъ из-

сочиненіяхъ». Милютинъ (Современникъ 1851 г., т. XXVI, отд. II, стр. 23 «Очерки русской журналистики») останавливается на статьѣ, подписанной бук-вами М. П. «Изъ статьи его, говоритъ Милютинъ, видно только, что въ 1760 г. онъ былъ сержантомъ лейбъ-гвардіи преображенскаго полка и дворяниномъ нашего посольства въ Константинополѣ. Авторъ ихъ описываетъ тогдашнее состояніе константинопольскаго двора и турецкой имперіи, нравы и обычаи турокъ, положеніе ихъ промышленности и торговли и т. п. Между прочимъ онъ разсказываетъ объ одномъ происшествіи, будто бы случившемся съ нимъ самимъ, но болѣе похожимъ на романъ, чѣмъ на истинное событіе...» Далѣе Милютинъ высказываетъ догадку: не былъ-ли авторомъ статьи Михаилъ Прокудинъ-Горскій? Въ рукописныхъ извѣстіяхъ, которыми пользовался пи-шущій эти строки, нашлось только слѣдующее свѣдѣніе, относящееся къ авто-ру помянутой статьи. Θ. И. Соймоновъ, въ письмѣ къ Миллеру 23 апреля 1764 г., сообщалъ между прочимъ: «...При семъ прилагаю Записки, которыея пріятель мой, будучи дворяниномъ въ Константинополѣ, о достойныхъ примѣ-чаніяхъ вещахъ собралъ. Онъ намѣренъ издать ихъ, если не можно въ одной кни-гѣ, то хотя бъ и въ «Ежемѣсячныхъ примѣчаніяхъ» по матеріямъ. И буде онѣ, по усмотрѣнію вашему, достойными найдутся, въ такомъ случаѣ прошу сдѣлать одолженіе и дать мнѣ знать, какимъ образомъ поступить въ томъ должно...» Въ XXIX портфелѣ писемъ къ Миллеру отъ разныхъ лицъ въ ар-хивѣ академической конференціи.

Сборникъ П Отд. И. А. Н.

4

РЕДАКТОРЬ, СОТРУДНИКИ И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ.

51

Надобно думать, что послѣдніе три стиха болѣе всего возбуждили то недовольство, о которомъ писалъ Таубертъ Миллеру.

Въ «Краткой исторіи о поведеніи академической канцеляріи» Ломоносовъ, между прочимъ, укоряетъ Миллера за помѣщеніе въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» непріятной для него статьи Тредіаковскаго о мозаикѣ: «Сіи ругательства ¹) дѣлу, для отечества славному, отъ кого произошли видно, что при концѣ онаго сочиненія стоять буквы В. Т.; собираетъ сочиненія профессоръ Миллеръ; печатаетъ Таубертъ. Одному — Ломоносова стихотворство; другому — его исторія, третьему — обое, а паче всего въ канцеляріи товарищество противно...» Ломоносовъ это писалъ на память, которая ему измѣняла: въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» помянутой статьи не было напечатано, и она явилась въ «Трудолюбивой Пчелѣ» Сумарокова, на что Ломоносовъ и жаловался, 8 июля 1759 года, Ивану Ивановичу Шувалову: «Въ Трудолюбивой такъ называемой Пчелѣ напечатано о мозаикѣ весьма презрительно. Сочинитель того Тр. совокупилъ свое грубое незнаніе съ подлою злостію, чтобы моему раченію сдѣлать полѣшательство. Здѣсь видѣть можно цѣлой комплотъ: Тр. сочинилъ, Сумароковъ принялъ въ «Пчелу», Т (аубертъ)... далъ напечатать безъ моего увѣдомленія въ той командѣ, гдѣ я присутствую)!....»

По свидѣтельству Ломоносова ²), Миллеръ получилъ выборъ отъ конференціи при дворѣ императрицы Елизаветы около ноября 1760 года «за важныя политическія ошибки, ежели ошиб

1) Въ небольшой статейкѣ о Мозаикѣ Тредіаковскій распространяется исключительно о томъ, откуда произошло это слово, также о различныхъ родахъ мозаики и о финифти. Въ концѣ же замѣчено: «Живопись, производимая малеваніемъ, весьма превосходнѣе мозаичныя живописи, по разсужденію славнаго въ ученомъ свѣтѣ Автора, ибо не возможно, говоритъ онъ, подражать совершенно камешками и стеклышками всѣмъ красотамъ и пріятностямъ, изображеннымъ отъ искусныя кисточки на картинѣ изъ масла, или на стѣнѣ такъ называемою фрескою, изъ воды по сырой извести». Этими словами и кончается статейка. (Трудолюбивая Пчела Сумарокова, 1759 г., стр. 353—360).

2) Матеріалы для біографіи Ломоносова, собранные Билярскимъ, стр. 389, 390.

3) Въ представленіи къ президенту Академіи Наукъ въ январѣ 1761 г. въ Матеріалахъ для біографіи Ломоносова, собран. Билярскимъ, стр. 491, 492.

4*

52

П. П. ПЕКАРСКАГО,

ками назвать можно», прибавляет Ломоносовъ. Дѣло касалось статьи, помѣщенной въ «Ежемѣсячныхъ сочиненіяхъ» (май, 1760 года, стр. 387 и слѣд.), подъ заглавіемъ «Извѣстія о запорожскихъ казакахъ», и здѣсь по этому одинъ листъ былъ перепечатанъ и нѣсколько словъ исключены.

«Иностранныя коллегія, продолжаетъ Ломоносовъ далѣе ¹), и безъ того затрудненіе имѣетъ отвѣтствовать о побѣгахъ изъ Запорожья. Въ іюльѣ мѣсяцѣ (Ежемѣсячныхъ) сочиненій прошлаго 1760 году, стр... въ примѣчаніи андреевскихъ казаковъ Персіи присвояетъ, на что въ иностранной коллегіи негодуютъ...» Говоря такимъ образомъ, Ломоносовъ пмѣлъ въ виду «Извѣстіе о находящихся съ западной стороны Каспійскаго моря между Астраханью и рѣкою Куромъ народахъ и земляхъ и о ихъ состояніи въ 1728 году». Здѣсь на стр. 41, 42 говорится объ андреевскихъ казакахъ, какъ состоящихъ подъ владѣніемъ князя Ейдемира.

«Не токмо въ «Ежемѣсячныхъ», но и въ другихъ своихъ сочиненіяхъ, утверждаетъ наконецъ Ломоносовъ ²), всѣваетъ по обычаю своему занозливыя рѣчи. Напримѣръ, описывая чувашу, не могъ проти, чтобы ихъ чистоты въ домахъ не предпочесть россійскимъ жителямъ. Онъ больше всего высматриваетъ пятна на одежѣ россійскаго тѣла, проходя многія истинныя ея украшения. Ясное и весьма досадительное доказательство сего моего примѣчанія, что Миллеръ пишетъ и печатаетъ на нѣмецкомъ языкѣ смутныя времена Годунова и Разстригины—самую мрачную часть россійской исторіи, изъ чего иностранные народы худыя будутъ выводить слѣдствія о нашей славѣ. Или нѣтъ другихъ извѣстій и дѣлъ россійскихъ, гдѣ бы по послѣдней мѣрѣ и добро съ худомъ въ равновѣсіи видѣть можно было?»

Дѣйствительно въ V-й части Sammlung Russischer Geschichte, напечатанной въ 1760 году, Миллеръ помѣстилъ Versuch einer neueren Geschichte von Russland, который по русски началъ яв-

1) Въ представленіи къ президенту Академіи Наукъ въ январѣ 1761 г. въ Матеріалахъ для біографіи Ломоносова, собран. Билярскимъ, стр. 491, 492.

2) Тамъ же.

53

ляться въ январѣ, февралѣ и мартѣ 1761 года, подъ заглавіемъ
«Опытъ новѣйшей исторіі о Россіи». Въ предисловіи къ нему самъ
Миллеръ сознавался, что эпоха, имъ избранная для описанія,
исполнена внутреннихъ безпокойствъ, а потому не заключаетъ въ
себѣ того, что заслужило бы похвалы въ потомствѣ; «но, продолжаетъ Миллеръ, есть ли такая земля, либо государство, которое бъ не имѣло своихъ неблагополучныхъ временъ и въ коемъ
бы не перемѣнялись счастіе и несчастіе, сила и слабость, завоеванія и опустошенія? Исторія государствъ уподобляется картинѣ,
имѣющей тѣнь, которая потребна къ тому, дабы ясность и превосходство чрезъ то казались великолѣнѣе... Но есть и другая
причина, побудившая меня, чтобъ положить начало съ сего времени при изданіи россійской исторіи... Г. Татищеву соизволило
сочиненную имъ исторію прекратить кончиною царя Федора
Ивановича, яко послѣдняго изъ варяжскаго колѣна ¹); того ради
почелъ я за справедливое зачать съ того времени, гдѣ онъ свой
трудъ окончилъ, для приведенія въ нѣкоторое совершенство всея
россійской исторіи...»

Изъ слѣдующаго письма Мпіліера отъ 20 апреля 1761 года
къ извѣстному конференцъ-секретарю Дмитрію Васильевичу Вол-
кову оказывается, что, въ слѣдъ за Ломоносовымъ, на «Опытъ
новѣйшей исторіі о Россіі» обратило вниманіе и высшее прави-
тельство:

«Ваше высокородіе изволили г. совѣтнику Тауберту объ-
явить, что отъ гг. конференцъ-министровъ вамъ поручено за нѣ-
которыя, въ моихъ сочиненіяхъ о россійской исторіі находящіяся
непристойности дать мнѣ жестокій выговоръ съ приказаніемъ,
чтобъ впредь такія сумнѣнія отъ меня напечатаны не были. Слы-
шавъ сіе, прибѣжалъ я къ вамъ вчерашняго числа, а не заставъ

1) Извѣстно, что Татищевъ хотѣлъ окончить свою исторію 1613 годомъ по тому уваженію, что «явятся многихъ знатныхъ родовъ великіе пороки, которые если писать, то ихъ самихъ или ихъ наслѣдниковъ подвигнуть на злобу, а обойти оные—погубить истину и ясность исторіи, или вину ту на судившихъ обратить, еже было съ совѣстію несогласно, того ради оное оставляю инымъ для сочиненія...» Исторія россійская, кн. 1, часть І, стр. XXII.

54

П. П. ПЕКАРСКАГО,

дома, не могу себя успокоить, пока либо персонально, либо симъ
писаніемъ вашего высокородія не увѣрю, что со всемкимъ повино-
веніемъ я готовъ принять напоминанія въ чемъ можетъ быть я со-
грѣшилъ, и ничего больше не желаю, какъ дабы мои сочиненія могли
заслужить вашу аппробацію, которую я почитаю весьма высоко ¹)».

«Что надлежитъ до Опыта новѣйшей исторіи о Россіи, то я
думалъ, что оный сочиненъ съ крайнеею осторожностью: всѣ ли-
сты, прежде печатанія, были разсмотрѣны господами членами ака-
демической канцеляріи, а что ими было примѣчено, якобы что мо-
жетъ подвержено быть критикѣ, оное я перемѣнилъ и исправилъ.
Но понеже со всякою осторожностію ошибиться можно, то ваше-
го высокородія покорнѣйше прошу, чтобъ соизволили мнѣ объ-
явить тѣ мѣста, въ которыхъ я погрѣшилъ и писалъ непристойно,
дабы я впредь отъ такихъ же погрѣшностей остерегаться могъ.
Сія частица россійской исторіи для того названа мною Опытомъ,
что я не намѣренъ былъ продолжать далѣе, пока не слышу (sic),
каково она принята будетъ отъ публики и пока не получу прика-
за, такимъ-ли образомъ продолжать или инымъ. Токмо я желалъ
бы, чтобъ продолжалася до кончины царя Бориса Годунова, чтō
уже и напечатано на апрѣль мѣсяцъ, токмо еще не публиковано;
чего ради вашему высокородію тѣ печатные листы сообщаю, про-
ся васъ, чтобъ соизволили, прочитавъ, приказать Академіи, пуб-
ликовать-ли оные и тѣмъ окончить исторію царя Бориса, или
нѣтъ? Если усмотрите во оныхъ нѣчто, поправленію подлежащее,
то сіе легко исправиться можетъ. А впрочемъ вашего высокоро-
дія проницательному разсужденію всѣ свои сочиненія охотно я
подвергаю и покорнѣйше прошу, чтобъ вы соизволили принять на
себя трудъ прочесть мои историческія пьесы прежде напечатанія,
тогда я надеженъ буду о всеобщей аппробаціи оныхъ, а я во
всемъ буду слѣдовать вашимъ наставленіямъ» и пр. ²).

Въ одномъ черновомъ письмѣ къ Рычкову Миллеръ сооб-

1) Бѣдный историкъ! Это письмо чрезвычайно характеризуетъ отношенія ученыхъ къ секретарямъ въ Россіи прошлаго столѣтія.

2) IV портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ 1761—1762 годовъ.

РЕДАКТОРЪ, СОТРУДНИК И ЦЕНЗУРА ВЪ РУССКОМЪ ЖУРНАЛЪ.

55

щалъ-было ему объ одномъ человѣкѣ, который всегда желалъ его
погибели и добился-таки, что Миллеръ не смѣетъ далѣе продолжать
новой русской исторіи ¹). Осторожный исторіографъ вычеркнулъ
потомъ изъ письма это мѣсто, и Рычковъ, оставаясь
въ невѣдѣніи о запрещеніи, постигшемъ «Опытъ новѣйшей исторіи
о Россіи», писалъ къ Миллеру 9 сентября 1761 года: «желаю,
чтобъ ваша новгородская исторія благополучно возымѣла
окончаніе. Опытъ новѣйшей исторіи читалъ я со многимъ удовольствіемъ
и сожалѣю, что какъ видно всего невозможно было вамъ
въ публику произвесть. Ежели причину того возможно вамъ мнѣ
изъявить, то тѣмъ покажете вы мнѣ особливой знакъ вашея искренности.
Я признаваюсь вамъ, какъ другу, что и меня часто отъохочиваютъ такія
обстоятельства сочинять и посылать къ вамъ
то, что мнѣ иногда на мысль приходитъ ²)».

Другой усердный корреспондентъ Миллера и сотрудникъ
его журнала, сибирскій губернаторъ Өедоръ Ивановичъ Соймоновъ,
5 декабря 1761 года, писалъ къ нему изъ Тобольска: «Изъ присланныхъ ко мнѣсячныхъ примѣчаніевъ въ первой
половинѣ нынѣшняго году усмотрѣлъ я сочиненіе о россійской
исторіи, и что оное столь великимъ пространствомъ писано, чему
я сердечно порадовался по причинѣ той, что при моемъ екстрактѣ ³) въ предисловіи упомянуто: ежели кто больше или обстоятельнѣе знать пожелаютъ, то могутъ удовольствіе свое получить
изъ пространной россійской исторіи. Потому я уже не сомнѣваюся, что такія свои желанія получить могутъ, ежели тѣмѣ же порядкомъ и прочее изъяснено вашими трудами будетъ ⁴)...»

Миллеръ, въ ¹отвѣтъ на это письмо, пославъ томъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій» за 1761 годъ, 4 февраля 1762 года увѣдом-

1) Жизнь и литературная переписка П.И. Рычкова (Спб. 1867 г.), стр. 46, 47.

2) XXIV портфель писемъ къ Миллеру отъ разныхъ лицъ.

3) Екстрактомъ Соймоновъ называетъ посланное имъ къ Миллеру сочиненіе свое: «Краткое собраніе о приращеніяхъ всероссійской имперіі и о прочихъ нѣкоторыхъ достопамятныхъ случаяхъ».

4) ХХІХ портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ.

56

П. П. ПЕКАРСКАГО,

лялъ: «...Въ ономъ изволите найти сочиненіе ваше о пословицѣ «Сибирь золотое дно», а совѣтованіе о воеводахъ принужденъ я былъ оставить по разсужденію нѣкотораго знатнаго министра. Извѣстіе о ландкартахъ тутъ же находится на русскомъ языкѣ; да въ первыхъ четырехъ мѣсяцахъ краткая исторія о Новѣгоро- дѣ, которая, уповаю, не меньше вашею апробаціею удостоена будетъ какъ въ первомъ томѣ того жъ года напечатанный Опытъ новѣйшей россійской исторіи. Если бы здѣсь объ ономъ Опытѣ таковожъ благосклонно разсуждали, то бъ я охотно трудился въ продолженіи онаго; но нѣкоторымъ показалося (зачеркнуто: «что я пишу дерзко»), что о приключеніяхъ смутныхъ временъ, за тѣмъ, что не служатъ къ чести, упоминать не должно, и того ради пе- чатаніе продолжать не дозволено было ¹)...»

Послѣ 1761 года, въ бумагахъ академической канцеляріи не встрѣчается болѣе случаевъ принятія какихъ либо цензурныхъ мѣръ противъ «Ежемѣсячныхъ сочиненій». Причину этому едвали не надобно искать въ томъ особенномъ вниманіи, которымъ удо- стоивала стараго академика и редактора журнала пмператрица Екатерина II. Доказательствомъ тому сохранилась слѣдующая записка Миллера къ академическому совѣтнику Тауберту 21 октября 1764 года: «Вчера ввечеру я получилъ неожиданную ми- лость: ея императорское величество потребовала меня къ себѣ и около часа милостиво разговаривала со мною о разнообразныхъ предметахъ. Между прочимъ она спрашивала меня о продолженіи Sammlung Russischer Geschichte, и, узнавъ, что теперь отпеча- тана ІХ-я часть, соизволила выразить, что это изданіе, съ самаго возшествія ея на престолъ, къ ней болѣе не доставляется, а по- тому поручила мнѣ озаботиться, чтобы у ней былъ полный экземп- ляръ и на будущее время всякой разъ, при выходѣ въ свѣтъ но- вой части, точно представлять ей. Я обѣщалъ передать о томъ вамъ и теперь исполняю это повелѣніе ²)...»

1) IV портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ, 1761—1762 годовъ.

2) V портфель писемъ Миллера къ разнымъ лицамъ, 1763—1764 годовъ.

ПРИЛОЖЕНІЯ.

I.

ПРЕДСТАВЛЕНІЕ БАРОНА КОРФА ОБЪ УЧРЕЖДЕННІИ
ПРИ АКАДЕМІІ СЕМИНАРІІ *).

Въ правительствующій сенатъ

изъ Академіи Наукъ

ДОНОШЕНІЕ.

Изъ подтвержденного отъ Его Императорскаго Величества Петра Великаго блаженныхъ и въчно достойныя памяти прожекта объ Академіи Наукъ можетъ правительствующему сенату довольно извѣстно быть, что обрѣтающіеся при оной профессоры не толико собственными своими изобрѣтеніями наукъ въ большее совершенство приводить, но притомъ и молодыхъ людей въ оныхъ обучать долженствуютъ. Что они первое намѣреніе исполнили, явствуютъ печатанныя при Академіи книги. А оная причина, для которой они вторую часть своей должности въ дѣйство привести не могли, происходитъ отъ того, что они способныхъ учениковъ не имѣли; но дабы и въ семъ высочайшему памѣренію Ея Императорскаго Величества послѣдовано было, то я, по моей должности, правительствующему сенату всенижайше предлагаю и прошу, дабы соблаговолено было приказать сначала тридцать человѣкъ шляхетныхъ юношей добраго врава и довольныя надежды при Академіи воспитать и содержать и не толико въ приличныхъ къ украшенію, но и вышнихъ наукахъ, по намѣренію Его Императорскаго Величества Петра Великаго блаженныхъ и въчнодостойныя памяти, такъ обучать, чтобъ они современемъ государству полезныя услуги показывати могли. Какъ оные содержаны и воспитаны.

*) Изъ книги подъ № 791, архивъ академической канцеляріи.

58

П. П. ПЕКАРСКАГО,

таны быть имъютъ, о томъ находится извѣстіе на приложенной росписи
подъ литерою А. На сіе требуется по точнѣйшему изчисленію, какъ подъ
литерою В видѣть можно, четырехъ тысячь трехъ сотъ девяносто осьми
рублевъ дватцати пяти конечкъ, къ чему особливую сумму опредѣлить
надлежить, потому что нынѣшняя академическаял сумма, какъ извѣстно,
и на случающіеся при оной необходимые расходы недовольна. Хотя нѣ-
которыя вещи изъ оныхъ дешевле заготовлены быть могутъ, однакожъ въ
другихъ случаяхъ нѣкоторые расходы учинятся, которые нынѣ и на па-
мять не приходить, и понеже отъ того весьма много зависить, чтобъ
юношество добрымъ порядкомъ обучено было, того ради избранъ къ тому
наилегчайшій и въ пзрядно учрежденныхъ школахъ употребительнѣйшій
способъ, который при академической гимназіи, въ которой помявутыя
юноши свое наставленіе получить имѣютъ, отчасти уже въ употребленіи
находится, а отчасти еще введенъ быть имѣетъ, и при семъ подъ лите-
рою С правительствующему сенату, для подтвержденія, предлагается. По-
неже учрежденіе такимъ образомъ учинено, что первое основаніе какъ
въ языкахъ, такъ и въ наукахъ ученикамъ показано будетъ, того ради
могутъ какъ тѣ, которые уже прежде нѣкоторое наставленіе имѣли, такъ
и тѣ, которые еще ничего (не) знаютъ, въ сей семинаріумъ или въ чи-
сло тридцати приняты быть. Однакожъ послѣднимъ изъ оныхъ по край-
ней мѣрѣ больше осьми лѣтъ отъ рождения имѣти не надлежить, потому
что когда они старѣе, то объ нихъ такъ совершенно надѣяться не можно,
чтобъ они свое ученіе въ способныхъ къ тому лѣтахъ окончили, и пото-
му основательное знаніе имѣли. Напротивъ того, могутъ первые, ежели
они добраго нрава и (по?) пропорціи своихъ лѣтъ уже нѣчто научились,
въ семинаріумъ тѣмъ способнѣе приняты быть. Однакожъ, чтобъ имъ
больше четырнадцати лѣтъ отъ рожденія не было, потому что ежели они
старѣе, то надлежить имъ уже столько знать, чтобъ они въ гимназію хо-
дити не принуждены были, но наипаче у профессоровъ въ вышнихъ нау-
кахъ лекціи слушать могли.

Korff.

Апрѣля 16 дня
1735 года.

(Люшань апрія 22 дня 1735 года).

А.
Предложеніе о семинаріи.

При академіи старались уже за нѣсколько лѣтъ, чтобъ учредить семинаріумъ изъ малолѣтныхъ, которые бъ безъ всякаго препятствія съ довольнымъ руководствомъ въ наукахъ происходити и потомъ отечеству

59

полезныя услуги учинить могли. Германія подобными сему учрежденіями такъ наполнена, что ни малаго города нѣтъ, въ которомъ бы либо градской совѣтъ изъ общихъ доходовъ, или приватныя особы о такихъ учрежденіяхъ не старались. Отъ чего и произошло, что какъ Германія прежъ сего въ потребныхъ людяхъ возъимѣла великій недостатокъ, такъ оная нынѣ изобильствомъ оныхъ къ всегдашнему изобранію хвалитися можетъ.

Ежели такимъ образомъ при Академіи учредить семинаріумъ, то отъ того польза хотя въ первые седмь лѣтъ и не очень явно скажется, однакожь, по прошествіи оныхъ лѣтъ, по всягодно большихъ плодовъ ожидать можно. И ежели въ оной семинаріи содержать изъ малолѣтняго шляхетства тридцать человѣкъ, то оное въ годъ совсемъ станетъ въ четыре тысячи триста девяносто восемь рублевъ дватцать пять копеекъ. О всякомъ изъ оныхъ стараніе имѣти надлежить, чтобъ въ пропитаніи, одеждѣ и прочемъ, чтò потребно, удовольствіе было и во всемъ честно воспитаны и содержаны быть могли. Для того надобно, онымъ не въ дальности отъ гимназіи имѣть особливый домъ, въ которомъ бы не меньше пяти поковѣ быть и во всякомъ стоять было можно по шести кроватей и толикое жъ число шкаповъ, въ которыхъ сохранять платіе и бѣлье. Еще же три покоя, въ которыхъ имъ учиться, да большой покой, гдѣ имъ кушать; сверхъ того покой одинъ ради больныхъ. Въ томъ же домѣ надобно жить инспектору семинаріи для того, что надлежить ему день и ночь надъ ними имѣть надзираніе. И для того правительствующему сенату предлагается, чтобъ Строгоповъ домъ, для оной близости при Академіи, въ наемъ взять. Инспекторъ семинаріи долженъ надъ поведеніемъ, прилежностію, чистотою, кушаньемъ, одеждою и бѣльемъ отеческое имѣть смотрѣніе, дабы подъ его смотрѣніемъ во всемъ удовольствованы были.

Ему подчиненъ економъ, которому въ томъ же домѣ жить и всякое покойство имѣть, чтò до новарни, погребовъ и прочаго касается. Съ которымъ учинить договоръ, что ему по мѣсячно за всякаго человѣка платить; напротивъ того назначить ему повседневно, какъ обыкновенную, такъ и постную пищу, такожъ-же сколько у питія ему на всякаго человѣка числить, дабы всякій удовольствованъ былъ. И что по мѣсячно уговорено-сь будетъ, то и въ содержаніе служащихъ и всего принадлежащаго зачитать надлежить, въ чемъ економу имѣть понеченіе и Академіи до того дѣла не будетъ. А чтобъ отъ економа исполнено было по данной ему росписи, то надлежить инспектору смотрѣть за кушаньемъ и питьемъ, такожде за чистотою всего столоваго скарба; а економа полной властью принуждать къ исполненію того, что съ нимъ договорено. Что касается до питія, въ томъ економу имѣть стараніе, чтобъ было не крѣпкое, но

60

П. П. ПЕКАРСКАГО,

здоровое и доброго вкусу; а иного имъ давать ему не позволяется. Къ тому жъ надлежитъ имѣть разсмотрѣніе, сколько питія, кромѣ стола, довольно быть можетъ, дабы економу можно было вѣдать, какъ въ томъ поступать. Надлежить повсягодно семинаристу получать по одной парѣ нового платья, а старое платье притомъ же носить сколько долго воз-можно, и потомъ оныя отдавать, которые тогда въ особливомъ покойѣ сожранены быть могутъ, понеже еще за всегда на потребу нѣчто изъ онаго годно быть можетъ. При семъ надлежить гимназіи въ томъ имѣть смотрѣніе, чтобъ они платье свое содержали въ чистотѣ, а особливо въ бѣльѣ удовольствованы были, и для такой чистоты падобно содержать баню, въ которой на всякой недѣлѣ по субботамъ или по усмотрѣнію инспектора париться и на то содержать для service особливаго че-ловѣка.

Бѣлье можно поручить економу, которому, за договорную мѣсячную или годовую плату, на то содержать портомоевъ, обаче инспектору семинарии присматривать, чтобъ економу въ томъ не пронесло напрас-наго отягощенія и бѣлье испорчено не было.

Ежели случится, что изъ нихъ кто занеможетъ, то такого надлежить отвѣсть въ больницу и за больными паче всего академическому лекарю, а буде по его усмотрѣнію великая трудность въ той болѣзни явится, то уже потребно на разсмотрѣніе такой болѣзни призывать изъ академіи доктора медицины; буде въ такомъ случае родители, которые имѣютъ жительство здѣсь или и ближніе сродственники похотять такого больного взять къ себѣ въ домъ, то хотя оное позволено быть можетъ, однако жъ Академіи тогда въ пользованіи его болѣзни дѣла уже не будетъ.

Всѣмъ здоровымъ вставать лѣтомъ по утру около пятаго, а зимою около шестаго часовъ, въ тотъ часъ начисто одѣваться и въ одѣваніи медлить не больше полчаса.

Потомъ надлежить іеромонаху, который и безъ того при гимназіи имѣется, съ ними отправлять молитву, а послѣ того економу имѣть про нихъ на готовѣ завтракъ. И какъ семинаристы до осьми часовъ къ лекціямъ своимъ приготовилися, то имѣютъ они порядочно въ гимназію идти. При выходѣ въ двѣ надцатомъ часу, надлежить, чтобъ столъ про нихъ былъ готовъ и притомъ іеромонаху, паки приходя къ столу и вставаючи отъ стола, отправлять молитвы.

Инспекторъ долженъ на обѣдахъ часто присутствовать и притомъ смотрѣть, дабы отъ економа ничего пренебрежено не было и отъ юношества напрасныя жалобы въ ястіи и питіи не происходили, но во всемъ бы порядочно и смиренно отправлялось.

61

Послѣ обѣда до половины часа перваго, всякому отъ трудовъ имѣть увольненіе съ пристойною забавою, и въ томъ такожде смотрѣніе имѣть и инспектору.

По полудни около двухъ часовъ, имѣютъ приходить паки въ гимназіумъ, но какъ скоро они около четырехъ часовъ изъ онаго выдутъ, то садиться всякому къ своему столу и приготовляться къ задачамъ послѣдующаго дня, и инспектору приптомъ имѣть тщательное попеченіе, чтобъ все тихо и порядочно отправлялось.

Около шести часовъ имѣетъ быть столъ въ готовности, и при томъ все такъ поступать, какъ въ обѣдѣ, и тотчасъ послѣ ужина отправить іеромонаху вечернюю молитву.

Когда послѣ ужина немного упокоплись, то приуготовляются на задачи слѣдующаго дня и во исходѣ десятаго часа всѣмъ ложиться спать.

По середамъ надлежитъ по полудни отъ перваго до четырехъ часовъ упражняться въ танцованіи, да къ тому же можно и другихъ знатной фамилии дѣтей, которые обрѣтаются въ гимназіи, допускать обаче такъпь образомъ, чтобъ никто безъ позволенія допущенъ не былъ. Какъ надъ семинаристами, такъ и надъ прочими смотрѣть, чтобъ никто меньше двѣнадцати лѣтъ отъ роду къ танцованію допущенъ не былъ, понеже извѣстно и сами танцмейстеры признаваютъ, что такіе дѣти, которые меньше тѣхъ лѣтъ къ тому допущены бываютъ, либо спиною или ногами око-стеневаютъ, о чемъ причину натурально познать можно. Ежели разсудить, что онымъ семинаристамъ, такъ какъ и прочимъ, нѣсколько лѣтъ пребывать при танцованіи, то никто въ томъ спорить не можетъ, чтобъ урочное на то время недовольно было. Къ тому жъ можно оныхъ раздѣлить въ нѣкоторые классы; изъ оныхъ классовъ къ танцованію допустить можно сперва большихъ, которымъ около трехъ часовъ потомъ приняться за ученіе; а такихъ классовъ можно со временемъ такимъ образомъ раздѣлить, чтобъ въ первые или въ вышніе всегда такіе опредѣлять, которые уже принадлежащія туда науки такъ поняли, что уже и обученіе французскаго языка съ другими воспріять могли. И того ради ежели кто изъ вышнихъ классовъ въ учебныхъ задачахъ отъ танцованія удержанъ будетъ, то опаго къ тому не принудить. Однако же въ такомъ случае оставляется то на разсужденіе инспектора семинарии, которому и въ томъ, чтобъ все тихо и порядочно было имѣть, попеченіе, и впрочемъ всякое непристойное танцованіе и опасные капріолы запрещаются вовсе.

Въ пятомъ часу такъ поступать, какъ въ другіе дни опредѣлено. Но въ субботу отъ перваго часу (ибо отъ втораго на десять до перваго часа

62

П. П. ПЕКАРСКАГО,

оставляется на забаву) до четырехъ часовъ упражнятися имъ въ рисо-
ваніи, и тогда же къ нимъ паки изъ гимназіи допущены быть имѣютъ
знатной фамиліи дѣти, обаче все такимъ порядкомъ какъ въ танцованіи.
Въ пятомъ часу приходить время идти въ баню и потомъ около семи
часовъ можно имъ ужинать.

Въ воскресенье и въ опредѣленныхъ торжественныхъ дняхъ надле-
жить іеромонаху, по отправленіи молитвы, всѣхъ семинаристовъ припво-
дить въ церкву и тамо имѣть точное надъ всѣми смотрѣніе, а потомъ
ихъ опять назадъ отвести. Но дабы между тѣмъ толь много часовъ празд-
но не было, то на него еще полагается, чтобъ по предписанію святѣй-
шаго синода съ ними въ духовныхъ дѣлахъ упряжнатися.

Понеже семинаристи на три покоя и толико жъ классовъ раздѣлены,
того ради во всякомъ покоя по два или по три старосты изъ нихъ вы-
браны быть имѣютъ, гдѣ завсегда по недѣльно одному имѣть смотрѣніе
надъ другими и инспектору семинаріи репортовать. Ежели же всѣ въ
общемъ собравін, то уже такой должности до другихъ не касается и
только одинъ вышняго класса староста, чья недѣля, имѣетъ смотрѣніе
надъ всѣми.

Понеже у дворянства обыкновенно, что своимъ сыновьямъ придаютъ
слугъ, то хотя сіе и позволяется, однакожъ надлежитъ онымъ всегда въ
трезвости, вѣрности и въ чистотѣ находиться, и подъ инспекторомъ се-
минаріи состоять какъ и господа ихъ, и имъ ниже дерзать безъ воли его
противностей чинить. Но понеже статьься можетъ, что нѣкоторые безъ
слугъ будутъ, то въ такомъ случаѣ для услуженія на трехъ семинари-
стовъ опредѣлить по одному слугѣ.

Ежели бы родители и ближніе сродственники сыновей своихъ часто
къ себѣ призывать хотѣли, то бъ ради упущенія науки допустить не воз-
можно, но буде сіе не часто случится, то оставляется оное на разсуж-
деніе инспектора семинаріи; обаче весьма не позволяется безъ его чело-
вѣка или безъ приславнаго отъ родителей пли сродственниковъ служи-
теля кого отпущать, которые оныхъ опять назадъ приводить должны.

На послѣдокъ понеже во всѣхъ вышеобъявленныхъ пунктахъ ни од-
ного нѣтъ, по которому инспекторъ семинаріи не имѣлъ смотрѣнія, того
ради долженъ онъ по вся субботы о томъ гимназіи директору оной, глав-
ному Академіи командиру репортовать и таковые же репорты вносить
въ особую книгу.

Апрѣля дня
1735 года.

63

## В.

### Численіе на содержаніе триддати семинаристовъ.

За кушанье и прочіе столовые припасы:

<table><thead><tr><th></th><th>Руб.</th></tr></thead><tbody><tr><td>На каждаго семинариста на кушанье по 5 р. на мѣсяцъ, итого на 30 человѣкъ въ годъ...</td><td>1800</td></tr><tr><td>24 оловянныхъ блюдъ...</td><td>24</td></tr><tr><td>90 тарелокъ оловянныхъ...</td><td>22</td></tr><tr><td>6 мѣдныхъ кулгановъ по 2 рубли...</td><td>12</td></tr><tr><td>12 оловянныхъ кружекъ по 25 копеекъ...</td><td>3</td></tr><tr><td>8 скатертей...</td><td>10</td></tr><tr><td>9 салфетокъ по 5 копеекъ...</td><td>4</td></tr><tr><td>60 оловянныхъ ложекъ по 6 копеекъ...</td><td>3</td></tr><tr><td>2 мѣдныхъ котла...</td><td>12</td></tr><tr><td>30 ножиковъ по 10 копеекъ ножикъ...</td><td>3</td></tr></tbody></table>

<table><thead><tr><th>Коп.</th></tr></thead><tbody><tr><td>50</td></tr><tr><td>50</td></tr><tr><td>60</td></tr></tbody></table>

Итого... 1895 10

На платье.

<table><tbody><tr><td>7 аршинъ сукпа на кафтанъ и камзолъ по рублю, итого на 30 человѣкъ...</td><td>210</td></tr><tr><td>6 аршинъ стамеду по 30 копеекъ аршинъ на 30 человѣкъ...</td><td>54</td></tr><tr><td>За гарусь, пуговицы, байку, и прочіе потребы также за работу обще...</td><td>120</td></tr><tr><td>2 пары штановъ козлиныхъ по 50 копеекъ каждые, итого на 30 человѣкъ...</td><td>30</td></tr><tr><td>6 паръ портокъ по 15 копеекъ, итого на 30 человѣкъ...</td><td>27</td></tr><tr><td>3 пары валенныхъ чулокъ по 80, итого...</td><td>72</td></tr><tr><td>2 пары башмаковъ по 80 копеекъ...</td><td>48</td></tr><tr><td>1 пара сапотовъ по рублю по 50, на 30 человѣкъ...</td><td>45</td></tr><tr><td>30 паръ башмачныхъ пряжекъ по 10 копеекъ...</td><td>3</td></tr><tr><td>6 рубашекъ каждому по 50 копеекъ, итого на 30 человѣкъ...</td><td>90</td></tr><tr><td>6 полотняныхъ галстуховъ по 10, итого...</td><td>18</td></tr><tr><td>2 флоровые галстуха по 40 копеекъ...</td><td>24</td></tr><tr><td>6 платковъ по 10, на 30 человѣкъ...</td><td>18</td></tr><tr><td>1 колпакъ по 20, на 30 человѣкъ...</td><td>6</td></tr></tbody></table>

64

П. П. ПЕКАРСКАГО.

<table><thead><tr><th></th><th>Руб.</th><th>Коп.</th></tr></thead><tbody><tr><td>1 зимняя шапка по 40 копеек...</td><td>12</td><td></td></tr><tr><td>1 пара зимних рукавидъ по 15, итого...</td><td>4</td><td>50</td></tr><tr><td>1 шляпа по 50 каждая, итого...</td><td>15</td><td></td></tr><tr><td>15 щетокъ чѣмъ платье чистятъ по 10...</td><td>1</td><td>50</td></tr><tr><td>15 щетокъ башмачныхъ по 3...</td><td></td><td>45</td></tr><tr><td>Для чищенія башмаковъ въ годъ...</td><td>3</td><td></td></tr><tr><td>15 ножницъ по 10 копеек...</td><td>1</td><td>50</td></tr><tr><td>30 рѣдкихъ гребней по 10 копеек...</td><td>3</td><td></td></tr><tr><td>30 частыхъ гребней по 10 копеек...</td><td>3</td><td></td></tr><tr><td>120 аршинъ на полотенцы...</td><td>4</td><td>80</td></tr><tr><td>Мыла, крахмалу, и за мытье рубахъ и прочаго онымъ бабамъ, которые портомойницѣ будутъ пособлять мыть...</td><td>60</td><td></td></tr><tr><td>На пудру, ленты и прочіе мелочные расходы...</td><td>37</td><td>50</td></tr><tr><td>Итого...</td><td>911</td><td>25</td></tr><tr><td colspan="3">За дрова и свѣчи.</td></tr><tr><td>90 сажень длинныхъ дровъ на топленіе горницъ, для мытья всякаго бѣлья по 2 рубли сажень, итого...</td><td>180</td><td></td></tr><tr><td>На свѣчи обще...</td><td>60</td><td></td></tr><tr><td>Итого...</td><td>240</td><td></td></tr><tr><td colspan="3">Ко служенію.</td></tr><tr><td>6 надзирателей, которые смотрѣніе надъ прочимъ будутъ имѣть, каждому въ годъ по 24 рублей...</td><td>144</td><td></td></tr><tr><td>1 старуха, которая надъ больными и надъ платьемъ смотрѣніе будетъ имѣть...</td><td>50</td><td></td></tr><tr><td>Економу, который кормить будетъ...</td><td>150</td><td></td></tr><tr><td>2 портомойницъ и одну швейку по 36 р. каждой...</td><td>108</td><td></td></tr><tr><td>4 работникамъ для топленія печей по 24 р. въ годъ и для услуг...</td><td>96</td><td></td></tr><tr><td>Итого...</td><td>548</td><td></td></tr></tbody></table>

65

<table><thead><tr><th></th><th>Руб.</th><th>Коп.</th></tr></thead><tbody><tr><td>За дворъ для житья 30 семинаристамъ съ своими надзира-<br>телями и економомъ и прочними...</td><td>400</td><td></td></tr><tr><td>30 кроватей по 40 копеек...</td><td>12</td><td></td></tr><tr><td>30 тюфяковъ по 1 рублю...</td><td>30</td><td></td></tr><tr><td>30 соломенныхъ мѣшковъ по 20 копеек...</td><td>6</td><td></td></tr><tr><td>120 простынь по 45 копеек...</td><td>54</td><td></td></tr><tr><td>30 одѣяль по 160 копеек...</td><td>36</td><td></td></tr><tr><td>75 деревянныхъ стульевъ по 10 копеек...</td><td>7</td><td>50</td></tr><tr><td>30 столовъ большихъ и малыхъ...</td><td>37</td><td>50</td></tr><tr><td>15 поставцовъ для платья по 1 рублю по 50 к...</td><td>25</td><td>50</td></tr><tr><td>15 зеркаловъ по рублю...</td><td>15</td><td></td></tr><tr><td>15 перочинныхъ ножиковъ по 10 копеек...</td><td>1</td><td>50</td></tr><tr><td>6 огнивовъ по 15 копеек...</td><td></td><td>90</td></tr><tr><td>30 желѣзныхъ шандаловъ по 15 копеек...</td><td>4</td><td>50</td></tr><tr><td>3 фонаря по два рубли...</td><td>6</td><td></td></tr><tr><td>15 чернильницъ по 20 копеек...</td><td>3</td><td></td></tr><tr><td>7 мѣдныхъ тазовъ по 2 р. по 50 копеек...</td><td>17</td><td>50</td></tr><tr><td>Итого...</td><td>653</td><td>90</td></tr><tr><td>На всякіе прочіе расходы, которые подлинно означить не-<br>возможно, а именно на бумагу, чернила, перья, лекарство,<br>всякія почвники, на нитки, метлы и проч...</td><td>150</td><td></td></tr><tr><td>Рекапитуляція.</td><td></td><td></td></tr><tr><td>На кушанье и прочіе столовые припасы...</td><td>1895</td><td>10</td></tr><tr><td>На платье...</td><td>911</td><td>25</td></tr><tr><td>На дрова и свѣчи...</td><td>240</td><td></td></tr><tr><td>На услуженіе...</td><td>548</td><td></td></tr><tr><td>На всякіе расходы...</td><td>653</td><td>90</td></tr><tr><td>На прочіе расходы, которые подлинно означить невозможно</td><td>150</td><td></td></tr><tr><td>Сумма...</td><td>4398</td><td>25</td></tr></tbody></table>

Итого на каждаго семинариста будетъ по 146 рублей по 60 и 5/6 копеекъ.

Jacob Henrich Hoffmann.

Сборникъ II Отд. П. А. Н.

5

66

П. П. ПЕКАРСКАГО,

C.

Форма гимназії Академії петербургской.

Гимназія Академіи петербургской того ради наипаче учреждена, чтобь
честные юноши, свободнымъ наукамъ обучившіеся, могли доступить до
познанія наукъ академическихъ; но понеже не всякіе разумы до науки
способны суть, а нѣ которыхъ до высокихъ наукъ и допускать не надле-
жить, однакожь и тѣмъ, которые въ иное житія состояніе вступить имѣ-
ютъ, будетъ въ гимназіи мѣсто, чтō и они отъ сего наставленія не малую
пользу воспріять могутъ; и чтобъ отъ совокупнаго всѣхъ юношей смѣ-
шанія благороднѣйшіе отвѣ нравовъ простолюдинцевъ въ самомъ еще мла-
денчествѣ своемъ не повредились, предусмотрѣно и учреждено, дабы
между собою раздѣленны онымъ наукамъ обучались, а худѣйшіе отъ
оныхъ всеконечно отлучены были бы. А понеже младенцы, не токмо сво-
боднымъ наукамъ для честнаго въ гражданствѣ житія учимы, но и благо-
честію наставляемы быть должны такъ, чтобъ въ самомъ житіи, по пра-
вилу христіанскаго благочестія поступающе; тѣмъ наипаче удобнѣйшіе
и достойнѣйшіе государству граждане сотворились, чтō всего нужнѣйше
быть видится и паче всего желательно есть. Дабы и въ сей нуждѣ како-
го недостатку не было, отъ святѣйшаго синода Академія іеромонаха
упросила, который бы школьниковъ русскихъ благочестію христіанскому
наученіемъ по правилу, отъ того жъ святѣйшаго синода установленному,
въ тѣ часы, которые въ реестрахъ лекцій отъ насъ показаны, обучалъ.
Да и нѣмецкіе такожде школьники, чтобъ по своему закону благоче-
стію христіанскому обучались, ректору и товарищамъ вручены, чтобъ
оные по уставу академическому въ семъ дѣлѣ поступали. Будутъ же въ
гимназіи двѣ школы: первая латинская, вторая нѣмецкая. Въ оныхъ п
левціи, и дѣла именно росписать п образъ ученія опредѣлить заблаго-
разсудилося, чтобъ имѣли тѣ учителі чему непремѣнно послѣдовать
должно, дабы или разностію, или несогласіемъ единъ другому непрепят-
ствовать.

О школѣ нѣмецкой.

Школу нѣмецкую на три класса раздѣлить заблагоразсуждено: на
большой, на средній, на меньшой; и всякій классъ паки на два класса,
чтобь шляхтичи въ одномъ были, а прочіе въ другомъ.

67

2) Въ сей школѣ ректоръ съ двумя товарищами языку нѣмецкому сперва учить будутъ.

3) Ректоръ большихъ, нанпаче ему врученныхъ, имѣть будетъ, которые, къ наукамъ не простирался, нѣмецкому языку весьма себѣ вдадутъ; тѣхъ онъ, ректоръ, на нѣмецкомъ языке письма писать и переводить ясно и разумно обучать будетъ. Для того присловокупятся исторія и географія; исторія изъ вопросовъ историческихъ Ioанна Гюбнера; географія жъ изъ того жъ географическихъ вопросовъ и съ ландкартъ давать будетъ. Чисто же писать такъ по нѣмецки, какъ и по латински, и ариometикѣ единъ изъ товарищей обучать будетъ.

4) Среднихъ единъ изъ товарищей, подъ управленіемъ ректора, грамматику давать и разговоры толковать и легчайшимъ екзерциціямъ съ русскаго на нѣмецкій переводить обучать будетъ пока или къ большимъ припишутся, или въ латинскую школу пойдутъ. Которые же въ латинскую школу пойдутъ, оныхъ здѣсь въ вяцшемъ долго держать не надлежитъ, понеже нѣмецкаго языка обученій и тамъ довольство имѣть будутъ ежели грамматику нѣмецкую знать, съ русскаго по среднему на нѣмецкій языкъ переводить, и по нѣмецки говорящаго безъ великой трудности разумѣть будутъ. А понеже и тѣмъ, которые нѣмецкому языку весьма себѣ вдать пожелаютъ латинскаго языка нѣкое знаніе имѣть полезно будетъ, того ради въ семъ классѣ Доната латинскаго да читаютъ, чтобъ себя по маленьку, когда по латински читать учатся, купно къ знанію сперва деклинаціи приготовили, которые же до большаго латинскаго языка разумѣнія доступить пожелаютъ, тѣхъ сперва въ пятый классъ латинскаго языка перевесть надлежитъ, и оставить на ихъ волю, въ большой ли оттуду нѣмецкой классъ пойти, или и четвертаго класса лексій латинскихъ слушать пожелаютъ.

Меньшихъ, другой товарищъ, подъ управленіемъ того жъ ректора, въ читаніи нѣмецкихъ и латинскихъ книгъ и въ этнімологіи нѣмецкой, всѣхъ же чистому писанію и въ ариometикѣ наставлять будетъ.

5) А понеже оба товарища ректору помогать должны, то, чтобъ въ часахъ и должностѣхъ какого помѣшательства не было, всякому въ реестрахъ и должность, и время назначить.

6) На послѣдокъ, понеже о репетиціяхъ прилежное стараніе имѣтися должно, то ректорова должность будетъ, чтобъ въ каждое послѣ четырнадцати дней время какой кто изъ учениковъ въ ученіи успѣхъ возьимѣлъ.

5*

71

О школѣ латинской.

1) Школа латинская на пять классовъ раздѣлена будетъ; и паки вся-
кій классъ на двѣ статьи едина для учениковъ, которые изъ шляхтичевъ,
а другая для подлѣйшихъ.

2) Первые обучаться будутъ реторикѣ, логикѣ, піитикѣ, и авторовъ присовокупятъ Цицерона, Ливія, Виргилія и иныхъ; также греческаго языка, исторіи и географіи учиться будутъ.

3) Вторые обучаться будутъ первымъ фундаментамъ реторическимъ, просодіи и синтаксиса... присовокупивъ для стиля, Юлія Кесаря, епистолы Цицероновы и лучшихъ пітовъ; къ тому же еще исторію, географію, грамматику греческую, ариометику.

4) Третьи учиться будутъ просодіи и сантаксіи, употребнвъ авторовъ латинскаго языка Корнеліа Непота и Кастеліона; къ тому жъ повторять будутъ этимологію и будутъ обучаться исторіи, географіи, ариометикѣ, чистому писанію.

5) Четвертые, учиться будутъ синтаксіи и этимологіи, присовокупивъ Севастіана Кастелліона разговоры и сверхъ того ариометикѣ, а также и чистописать.

6) Пятые этимологіи, ариометикѣ, чистописать учиться будутъ и до синтаксиса приготовятся.

Учить будутъ въ школѣ латинской во всю недѣлю:

<table>
   <tr>
    <td>
     Ректоръ
    </td>
    <td>
     10 часовъ.
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Проректоръ
    </td>
    <td>
     12 »
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Конректоръ
    </td>
    <td>
     12 »
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Товарищъ І.
    </td>
    <td>
     16 »
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Товарищъ ІІ.
    </td>
    <td>
     20 »
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Товарищъ ІІІ.
    </td>
    <td>
     20 »
    </td>
   </tr>
   <tr>
    <td>
     Товарищъ IV.
    </td>
    <td>
     26 »
    </td>
   </tr>
  </table>

Для совершеннѣйшаго же знанія, какими ученіе приращеніями уче-
никамъ по малу отъ нижняго класса къ высочайшему простиратися, и
какимъ способомъ учителямъ взаимно другъ другу вспомогать прилкче-
ствуетъ, отъ нижняго класса начнемъ.

О пятиотъ классъ.

1) Въ сей классъ тотъ только принятъ будетъ, кто нѣмецкій языкъ
хотя по среднему знать будетъ, дабы учителя, учащаго по нѣмецки, ра-
зумѣть могъ.

72

П. П. ПЕКАРСКАГО,

2) Товарищъ IV этимологію учить будетъ пока ученики такъ деклинаціп, какъ коньюгаціи, аномалы (неравныя) и регулы этимологическія даже и правильно умѣть будутъ, приссовокупивши вокабулы изъ книги меморіальной Целлярія, въ началѣ глаголы, которыхъ времена прошедшія и супины, то есть воспятые, твердо знать будутъ. Ученики сіи всѣ въ долгѣхъ да изучаютъ, чтобъ больше времени къ читанію уроковъ, къ толкованію и къ свидѣтельствованію въ школѣ оставалось. Большімь, или которые ученики больше разумѣютъ, тѣмъ легчайшія синтактическія регулы толковать и практику оныхъ регулъ, примѣры на таблицѣ пишучи, показывать. Тотъ же товарищъ долженъ будетъ, такъ чистаго писанія, какъ и ариометикѣ обучать.

### О четвертомъ классѣ.

1) Въ сей классъ никто да вступаетъ, развѣ кто этимологію п синтактическіе регулы нетрудные добре изучитъ.

2) Товарищъ III такъ поступить въ синтаксіи, что во первыхъ не трудные регулы (правила), прежде трудныхъ толковать будетъ. А потомъ многіе образцы (примѣры) до всякой регулы присовокупить, понеже грамматисты въ регулахъ, которые порядкомъ они своимъ располагаютъ, не естественнымъ способомъ дѣтей обучаютъ, но нѣкоторому образцу художественному послѣдуютъ, и такое великое затрудненіе учащимъ разумно исправить также должны. Того ради расположеніе правилъ, чтобъ прежде были свободнѣйшія, а потомъ бы труднѣйшія правила въ грамматикѣ, имѣющейся напечататься въ Академін, присовокупить должно. А регулы, которыея синтаксиму фигурную содержать, въ семъ классѣ лучше отставить. Екзерцизіи, съ нѣмецкаго языка на латинскій переведенныя, прилежно учитель разсмотрить, чтобъ сочиненіе было изъ регулъ нетрудныхъ и прежде знаемыхъ истолковано и чтобы дѣти правило, которое угодно бы было, прилежно также въ екзерцизіяхъ по нѣмецки надобно задапны конструкцію показывать (sic!), придавши латинскіе вокабулы. А одинъ изъ тѣхъ при всѣхъ на таблицѣ по латински написать, а потомъ всякъ свои екзерцизіи, въ домѣ сочиненныя, ко исправленію отдавать долженъ.

Надлежить такожде въ сихъ екзерцизіяхъ иногда исторійку или нѣкую фабулу Езопову предлагать, а иногда иную какую вещь, котораго уставленія причину вышнихъ классовъ образецъ изъяснить. Въ разговорахъ Кастельоновыхъ легко учитель долженъ поступать со труднѣйшихъ, касающихся до этимологіи, учениковъ вопрошать; регулы синтактическіе

73

показывать, конструкціи силу прилежно во первыхъ предлагать; вокабу-
лы и удобнѣйшіе фразесы выбирать по чаще, также разговоръ повто-
рять, а иногда такожде что-нибудь давать перевесть понѣмецки.

А когда пятыя школы ученики придутъ, которые въ положенные ча-
сы въ четвертый классъ ходить должны, оныхъ прилежно слушать, и о
нетрудныхъ задачахъ и легкихъ могутъ и тѣ отвѣтъ давать.

Этимологію чрезъ нѣкоторыя задачи подтверждать надобно; а вока-
буламъ изъ книги меморіальной Целлярія въ домѣ обучаться въ уроч-
ные свои часы должны.

О третьемъ классѣ.

1) Въ третій классъ никто не вступитъ, развѣ кто всю этимологію умѣть будетъ и синтаксимы большую часть правильно изучить, Кастел-люновы нѣкоторые разговоры свободно истолкуетъ и нѣсколько вокабулъ на память изучить.

2) Однакожъ товарищъ II этимологію прилежно проучить и положенныя нѣкоторыя задачи, наизусть выученныея, вопрошать. А въ три мѣсяца чтобъ все окончиться могло.

Такожде синтаксиму съ меньшными при прочихъ слушающихъ отъ на-
чала только повторить, и такъ отъ легчайшихъ регулъ мало чѣмъ до
труднѣйшихъ чрезъ примѣры многіе и разные. А о труднѣйшей синтак-
сіпѣ фигурной съ большиміи по прилежнѣе поступать.

3) Корнелія Непота такъ о конструкціи, какъ о толкованіи вяшщее
стараніе приложить. Которыя обрѣтаются труднѣйшія въ этимологіи, о
тѣхъ учениковъ и синтахтическія регули, рѣдко во употребленіи бывае-
мыя, вопрошать будетъ. Фразесы изо всѣхъ главъ въ дневныя записки
давать, которыя ученики въ домѣхъ наизусть изучать должны. Большіе
въ наукѣ иногда главу одну и другую на нѣмецкой языкъ переводятъ и
какого либо императора житіе зѣло тщательно истолкованное опять по-
вторятъ.

4) Въ екзерциіяхъ переводныхъ на латинской языкъ такъ тщиться
долженъ учитель располагать, чтобъ и на историческую пногда нраво-
учительную предлагалъ задачу. Въ исторіяхъ тщательно послѣдовать Не-
поту и его фразесы употреблять изволилъ бы трудиться, чтобъ во вся-
комъ полгодѣ исторію отъ создавія міра до Константина Великаго
кратко окончалъ. А въ нравоучительныхъ пущай по своему разсужденію
учитель поступаетъ, какъ понравится о добродѣтеляхъ ли, или о порокахъ,
или о нныхъ какихъ вещахъ, до общаго житія касающихся, предлагать.

74

П. П. ПЕКАРСКАГО,

Фразесы къ сочиненію ученикамъ задавать долженъ хорошіе, свойствен-
ные къ выбору изрядныхъ изъ Цицероновой книги о должностяхъ и изъ
другихъ творцовъ и искусныхъ язика латинскаго, какъ онъ самъ себѣ
ученіемъ своимъ пріобрящетъ. А екзерциціи ученики дома сочинять долж-
ны, которыя товарищъ въ классѣ при всѣхъ слушающихъ исправлять
долженъ.

5) Чрезъ единъ часъ просодіи обучать долженъ, чтобъ третьей клас-
сы ученики, незнающіе оную, всеконечно во второй классъ не пришли.
Регулы же только лучшіе, напаче оные о послѣднихъ слогахъ на память
выучить повелить, которые ежели третьяго класса ученики добре растол-
кованные въ памяти держать будутъ, и ежели стиха гекзаметра и пен-
таметра нѣкую силу познаютъ, то во истину въ семъ классѣ довольно
имъ будетъ.

6) Чрезъ единъ такожде часъ исторію отъ созданія свѣта даже до
созданія Рима изъ Христофора Целлярія обучать будетъ.

7) Къ исторіи географію пнымъ часамъ присовокуплять; толковать
же долженъ на глобусѣ, которая суть удобнѣйшая къ понятію, а напаче
которая суть нужнѣйшая какъ-то: Европу, Азію, Африку, Америку, Лю-
зитанію и Гиппанію, Францію, Галлію, Германію, Британію, Дацкую
землю, Швецію, Польшу, Венгерскую и Турецкую земли, на послѣдокъ
Россію въ кратцѣ показывать долженъ. Знать должны во первыхъ уче-
ники главнѣйшіе рубежья, рѣки, провинціи, грады царствующіе, и грады
славнѣйшіе, имена царей или Рѣчи Посполитой, какое состояніе есть;
отъ прочихъ же въ семъ классѣ воздержаться заблагоразсудили.

О второмъ классѣ.

1) Во второй классъ никто примется, который Корнелія не довольно хорошо толковать можетъ; екзерцицію безъ всякаго погрѣшенія грамматическаго не сочинить и по латински такъ говорить не будетъ, чтобы ума своего смыслъ нѣкакъ (?) словами изъяснить не возмогъ.

2) Учить будутъ въ семъ классѣ конректоръ и одинъ товарищъ.

3) Товарищъ I въ грамматикѣ тому, который проучится, еще надле-
жить извѣстныя задачи ученикамъ (sic) задавать, синтаксиму же во пер-
выхъ вѣрно обучать.

4) Екзерциціі предлагать долженъ такимъ же способомъ, какимъ въ
третьемъ классѣ повелѣно есть, только бы по большѣе были, паче же съ
франзесами, а въ гисторическихъ екзерциціяхъ надлежить всю митологію

75

вкратцѣ толковать, чтобы та вещь къ разумленію піитамъ могла подать помощь. Въ нраво же учительныхъ екзерциіяхъ его разсужденію соизволяются.

Данъ будетъ здѣсь ученикамъ лексиконъ Гедерихія латинской, котораго употреблять они должны.

5) Юлія Кесаря книги о междоусобной брани гражданской чрезъ шесть мѣсяцевъ толкуючи, окончить долженъ. Ежели же въ семъ разстояніи еще что-нибудь времени оставаться будетъ, то да присовокупить книги отъ войнѣ александровской и гишианской, а о французской войнѣ книгѣ, для многихъ трудностей, употребить не подобаетъ. Вся же съ великимъ прилежаніемъ п съ стараніемъ толковать надлежитъ, и фразесы, учениками, наставленіемъ учительскимъ, собранные, на память, елико быть можетъ, тѣ жъ ученики изучать имѣютъ.

6) Прозодію въ семъ классѣ и повторять и больше толковать подобаетъ, напаче же избраннымъ Гіеронима Фрейера поэтамъ прилежать надлежитъ.

Показать учитель въ началѣ долженъ свойствы вокабулъ и якоже чрезъ тропы принесены бываютъ, что изъ сихъ піиты себѣ избираютъ, чего ораторы не дѣлаютъ и что въ прочихъ наукахъ и въ стихотворенияхъ состоитъ, и симъ подобныя иныя вещи. Меньшіе же перемѣшанные стихи по регуламъ прозодіи паки въ свой порядокъ складывать должны; а большіе ученики съ гекзаметровъ сущихъ должны дѣлать пентаметры, а изъ пентаметровъ дѣлать сущіе гекзаметры.

7) А въ исторіи, которую толковать будетъ отъ созданія свѣта даже до Константина Великаго, въ томъ подражать долженъ Христофору Целлярію.

Въ географіи то протвердиши, что третьей классы ученикамъ толковано было, немногіе по своему хотѣнію, нѣкіе такожде изъ древней географіи присовокуплять имѣютъ.

8) Конректоръ реторики первый фундаментъ учить будетъ, для сего же сходиться и совѣтовать долженъ съ ректоромъ.

Отъ худыхъ же такъ всенародныхъ, какъ суесловныхъ реторовъ воздержаться, и не долженъ давать что къ приготовленію сладкорѣчія какой пользы не имѣютъ. На умѣ все такъ напаче содержать долженъ, чтобъ ученики силѣ всякой рѣчи и свойству аки бы природному, послѣдовать и троповъ отвѣтъ взыскивать, отъ орацій же метеорныхъ за временемъ беречися, навыкнувъ которые вещи, во всякомъ сладкорѣчіи много помогутъ; напослѣдокъ въ періодахъ и въ оныхъ многомъ различіи и образахъ связуемыхъ, и въ кратчайшихъ эріяхъ, которые настав

76

П. П. ПЕКАРСКАГО,

ленія словами приказаны были, самимъ употребленіемъ всегда и дѣйстви-
тельно показывать.

9) Избраннымъ Цицероновыхъ епистоламъ, отъ Христофора Целлярія изданнымъ, такъ обучить, что не токмо оные толковать долженъ, сводя съ риторическими правилами, но такожде иногда сочиняючи письма народные, подражать имѣютъ.

10) Въ греческихъ Ивана Вуллера грамматику присовокупить; а понеже прочая зѣло суть латвыя (легкія), ежели пристойно и дѣйствительно протолкуетъ, то наставленіемъ словеснымъ сіе паче дѣлаться будетъ, чѣмъ больше дѣла въ той вещи положено есть.

Да чтобъ къ толкованію греческихъ скоро привесть учениковъ мож-
но было, въ ученіи грамматики и толкованіи новаго завѣта разумно дѣло
свое расположить долженъ.

О первомъ классѣ.

1) Въ сей классъ никто принятъ не будетъ, развѣ кто все то умѣть будетъ, чему во второмъ классѣ обучаютъ, и во первыхъ безъ погрѣш енія противъ грамматики и писать и говорить по латинѣ будетъ.

2) Ректоръ долженъ школьниковъ краснорѣчію обучать, и понеже все то ученіе такъ въ познаніи правилъ, какъ въ подражаніи всякаго изряднаго автора и стиля добраго содержится — въ семъ дѣлѣ такъ поступать надлежитъ, чтобъ за правпла реторическія, до цицероновой науки пристойныя, держался, а иныхъ риторовъ отъ терніевъ и не потребностей воздержался. Къ подражанію примѣры цицероновы да предлагаетъ, котораго ораціямъ такъ обучить, чтобъ ученики не токмо смыслъ растолкованной имѣли, но и самое искусство и краснорѣчія силу такъ изъ правилъ реторическимъ, какъ и гражданскаго разумѣнія усматривали. Того ради до всякой ораціи предполагать долженъ, которые до исторіи и до всей причины и до расположенія надлежатъ, чтобъ покуда школьники до толкованія приступили, вещь всю и аки весь курсъ орацій имѣли, толико послѣ удобнѣе будетъ въ глаголахъ и сентенціяхъ силу, искусство и краснорѣчіе съ правилами реторическими сравнивать. Въ наставленіи стиля съ меньшими ученикамъ периодовъ разные роды репетовать долженъ. Часто такожде изъ Цицеронова нѣкоего изобильнаго мѣста простые периоды или изъ Плиниевыхъ и Сенековыхъ епистолъ периоды сочиненные показывать тщиться будетъ, чѣмъ бы лучше и изобилѣ себѣ ученики приготовить возмогли и что по членамъ, и что кратко надобно говорить, разумѣли бы. Второе же стараніе будетъ съ меньшими учени-

77

ками въ хріяхъ и епистолахъ такъ по членамъ, какъ кратко по располо-
женіямъ предложеннымъ, три рода орацій зѣло краткіе сочинять будутъ,
однако же елико можно на подобіе тѣхъ орацій, которыя въ Цицеронѣ
уже разумѣютъ, а что въ дѣйствіи положено есть, то прилежно позна-
вать должны и часто изъ оныхъ двое или трое нѣкую орацію или изъ
Ливія, или изъ Саллюстія, или изъ Квинта Курція, или такожде изъ Ци-
цероновыхъ орацій нѣкоторыя части сказывать надлежитъ и можетъ сей
быть подвигъ въ похвалу; который другаго дѣйствіемъ сочиненнымъ при-
лично реторическимъ правиламъ побѣдить.

2) Понеже, якоже вышепомянуто есть, чтобъ школьники русскіе въ
извѣстные часы іеромонаха, богословію толкующаго, слушали, и въ то же
время ректоръ нѣмецкихъ вторыхъ въ первый классъ собравшихся бого-
словію толковать будетъ.

3) А проректоръ въ Титъ Лпвіи шесть первыя книги толковать будеть, въ которыхъ въ сей римской исторіи фундаментъ и формы почти всѣ и республики оной и магистратовъ ясно описываются. Въ котором стараніи такъ поступать долженъ и купно стиля исторческаго и ораторскаго разности такъ словами обучить, Ливію подражал, упражненіями наставлять также долженъ.

3) Дабы первой классы ученики разность стиля умѣли, проректоръ одинъ часъ во всякую недѣлю опредѣлить долженъ для толкованія тѣхъ историковъ, которыхъ Иванъ-Матвѣй Гезнеръ въ христоматіи латинской издалѣ.

4) Исторію отъ Константина Великаго почти до нашихъ временъ чрезъ два часа толковать долженъ, чтобъ ученики младые вяршія вещи, на Востокѣ и Западѣ учиненные, знали; для которой вещи предводителя Христофора Целлярія употребить имѣютъ. Ко исторіи географію присоединить такъ, чтобъ вмѣстѣ древнія народовъ и градовъ мѣста показать могъ, и такожде нынѣшнее странъ и городовъ состояніе.

5) Въ логикѣ, которую проректоръ учить будетъ, покуда для сего употребленія въ Академіи новая сочинена будетъ, надлежить Христіанѣ Волфія, какъ предводителя, давать, чтобъ молодые дѣти, купно терпіны школьные хотя мало познавши, до высочайшихъ наукъ приступить могли.

И ниже единымъ токмо терминамъ обучать долженъ, но сплу опыхъ
и употребленіе ясно показывать надлежитъ, да какій конецъ логика
имѣетъ, всякий ученикъ елико можетъ постязать долженъ. Напослѣдокъ
и слушать такожде долженъ большихъ учениковъ, колпко они по прави-
ламъ аристотелевымъ въ диспутахъ сильны.

78

П. П. ПЕКАРСКАГО,

6) Въ Виргиліи проректоръ четыре токмо книги Енеидосъ толковать долженъ: предписать во первыхъ надлежитъ натуру стиха епическаго, согласіе митологіи, которое Виргилій описуетъ.

Тогда же не токмо глаголы толковать надлежить, но такожде всю силу и изобиле и художествы поэты, такъ въ глаголахъ и сентенціяхъ, какъ въ числѣ ораціи и сихъ подобныхъ и въ прочихъ фигурахъ риторическихъ.

7) Употреблять же подобаетъ въ свободные часы Гіеронима Фрейера избранныхъ поэтъ, чтобъ ученики роды стиховъ по естеству и разумѣнію своему раздѣлять могли. А иногда съ Сафика стиха передѣлывать должны на фалевцикѣ, или на елегіатическій, или съ гекзаметровъ да дѣлаютъ ямбическіе (не наруша смысла), или изъ ораціи простой разные стихи дѣлать; которыхъ, правда, такъ обучаться подобаетъ, понеже не всякіе разумы до поэтики способны суть, того ради никто до того нужденъ не будетъ, но паче побуждать надлежить младенцевъ утѣхою и забавою нежели понужденіемъ приневоливать.

8) Ковректоръ погречески такъ обучать будетъ: да которые въ грамматикѣ труднѣйшія суть, чрезъ извѣстныя задачи вопрашивать будетъ, напаче же въ переводѣ на латинской языкъ съ греческаго прileжно наставлять долженъ, для которой веци новаго завѣта употребить и Ивана Матія Гезнера хрпстоматіи греческой.

9) Всѣ же ректоры громѣ того два приказа себѣ врученные имѣть будутъ: первый дабы никому въ семъ классѣ не попускали говорить развѣ только по латыни; второе какъ возможно до выписыванія и собиранія вещей всякихъ наставляли.

Напослѣдокъ чтобъ въ ортографіи никакого несогласія не было, всѣ увѣщеваются, которые въ гимназіи учить будутъ, чтобъ примѣнялися къ Целлляріевой ортографіи, которая за исправнѣйшую имѣется и въ типографію академическую введена была, и такъ юноши въ самихъ употребленіяхъ согласіе сохранять научатся.

## О изследованіяхъ.

Да вѣдаетъ Академія, что по симъ опредѣленіямъ юноши учиться будутъ. Два во всякій годъ изследованія или истязанія будутъ: едино лѣтнее въ іонѣ мѣсяцѣ; второе—зимнее въ декабрѣ мѣсяцѣ въ послѣдніе дни предъ святками.

2) На оба истязанія превосходительнѣйшій Ея Императорскаго Ве-