ВЪ РОССИИ ДО КОНЦА XVIII ВѣКА.

19

Въ заключение всего сказанного о дѣйствіяхъ правительства по предмету образования народнаго нельзя не упомянуть, что всѣ преемники Петра, одушевленные одиою мыслію и стре- мившіеся къ одной цѣли, указанной имъ Великимъ ихъ Пред- шественникомъ, съ одинаковою любовію и ревностію водворяли просвѣщеніе въ Россіи, распространяя свѣдѣнія въ народѣ посред- ствомъ очень значительнаго числа печатаемыхъ книгъ въ типогра- фіяхъ Синодальной, Сенатской и Академической ¹) и разсылая сіи книги по губерніямъ. Нельзя не упомянуть также, что прави- тельство, содѣйствуя образованію народа посредствомъ ученія, въ то же время старалось развить въ немъ чувство къ изящному и образовать вкусъ посредствомъ театральныхъ представленій.

Волею Елисаветы въ 1756 году основанъ въ С. Петер- бургѣ Русскій театр 2), имѣвшій первымъ своимъ директоромъ Сумарокова, который своею дѣятельностію въ управленіи образ- зовалъ первую трупну въ Россіи, а произведеніями своего та- ланта восхищалъ тогда зрителей, незнакомыхъ еще съ увеселе- ніями подобнаго рода. При самомъ рождении своемъ театрѣ Русскій имѣлъ рѣдкое счастіе: могъ хвалиться талантами Сума- рокова, Волкова и Дмитревскаго.

И такъ, въ первую половину XVIII столѣтія, Россія сдѣлала важные успѣхи на поприщѣ своего образованія. Сѣмена, по- сѣянныя Великимъ Преобразователемъ, начали уже давать пло- ды вожделѣнные. Не напрасны были и труды, и издержки Его. Россія быстрыми шагами шла къ указанной ей цѣли. Елиса- вета ознаменовала свое царствованіе самымъ дѣятельнымъ усердіемъ къ просвѣщенію. Она лучше своихъ предшественни- ковъ и понимала, и исполняла намѣренія безсмертнаго Отца своего. Односторонность въ публичномъ воспитаніи начала при Ней мало по малу исчезать; возникли учебныя заведенія, въ коихъ юношество пріобрѣтало, кромѣ математическихъ и воен- ныхъ, и другія полезныя свѣдѣнія и училось языкамъ.

Къ сожалѣнію, нѣтъ положительныхъ и точныхъ показа- ній ни о числѣ училищъ, по губерніямъ основанныхъ, ни о чи-

1) Указъ 1727, окт. 4.

2) Указъ 1756, авг. 30.

20 к. и. АРСЕНЬЕВА, ОЧЕРКЪ НАРОДНОЙ ОБРАЗОВАННОСТИ

слѣ учащихъ и учащихся въ разныхъ школахъ, какъ народ-
ныхъ, такъ и высшихъ, въ теченіе сего періода времени.

III.

Съ Екатериною II начинается новая эпоха нашего отечественного образования, эпоха блистательнѣйшая и для политической, и для умственной жизни Русскаго народа. Екатерина, озаривъ Россию лучами славы и государствнаго величія извѣнѣ, возвысилась ея просвѣщеніе и народное благоденствіе; расширяя предѣлы царства своего мечемъ, Она въ то же время пеклась и о просвѣщеніи умовъ науками.

Исчислимъ сперва учрежденія, Ею основанныя для осо-
быхъ, спеціальныхъ цѣлей, и потомъ разсмотримъ дѣйствія Ея
на пользу общаго народнаго просвѣщенія.

Екатерина, увѣренная, что благонравіе и образованность
женскаго пола имѣтъ сильное вліяніе на вравственность государственную, основала подъ собственнымъ своимъ надзоромъ
въ С. Петербургскомъ Воскресенскомъ Монастырѣ воспитательное общество для 200 благородныхъ дѣвицъ ¹). Заведеніе сіе и
цѣлію, и средствами своими заслужило искреннюю похвалу первыхъ умовъ въ Европѣ. Въ то же время Она основала въ
томъ же Монастырѣ и для дѣвицъ мѣщанскаго состоянія училище, гдѣ воспитанницы пріобрѣтали необходимыя познанія и
учились руководію.

Академія Художествъ существовала въ Россіі едва ли не
однимъ именемъ; Елисавета и Шуваловъ дали ей только первое
бытіе, Екатерина же истинную жизнь, законы и права, взяла ее
подъ личное Свое покровительство и поставила въ совершенную
независимость отъ всѣхъ другихъ властей; основала при ней
Воспитательное училище ²); ободряла дарованія молодыхъ
художниковъ, посылала ихъ въ отчизну искусства вникать въ
красоты его среди величественныхъ остатковъ древности и
изящныхъ произведеній новѣйшихъ временъ. Права, дарованыя
Ею Академіи, служатъ величайшею почестію, какую только

1) Указъ 1763, янв. 31.

2) Указъ 1764, марта 12.

ВЪ РОССІИ ДО КОНЦА XVIII ВѣКА.

21

можетъ просвѣщенное правительство оказать дарованіямъ: вся-
кій нитомецъ ея есть на вѣки свободный человѣкъ со всѣмъ его
родомъ, подсудимъ ей одной, или по крайней мѣрѣ безъ ея вѣ-
дѣнія не судится другою властью, воленъ жить независимо
своимъ талантомъ, воленъ избирать всякую службу, но ни къ
какой не принуждается ). Такъ Екатерина почтила въ Россиі
и таланты и художества.

Кадетскій Корпусъ, учрежденный Императрицею Анною,
обратилъ на себя особенное вниманіе и милость Екатерины.
Она умножила въ немъ число воспитанниковъ и надзирателей;
предписала новые для нихъ законы, сообразные съ человѣко-
любіемъ, достойные Ея времени. Военная строгость обратилась
въ прилежное, но кроткое надзираніе. Прежде Нѣмецкій язык,
математика и военное искусство были почти единственными
предметами ученія; Екатерина прибавила какъ другие языки,
особенно же совершенное знаніе Русскаго, такъ и всѣ необхо-
димыя для государственнаго просвѣщенія науки, нужныя и для
благовоспитаннаго человѣка, и для благовоспитаннаго офицера.
Незабвенный для Россіи Бецкой былъ главнымъ сотрудникомъ
и помощникомъ Екатерины въ дѣлѣ преобразованія сего зна-
менитаго военно-учебнаго заведенія. Славное время Великой
Екатерины было временемъ славы и благосостоянія Кадет-
скаго Корпуса. Подъ управленіемъ истинно просвѣченныхъ и
попечительныхъ мужей, каковы: Шуваловъ, Бецкой и графъ Ан-
гальтъ, сіе заведеніе достигло высокаго совершенства и въ учеб-
номъ и въ нравственномъ отношеніи, и сдѣлалось, по выраженію
самой Екатерины, истиннымъ разсадникомъ великихъ людей.

Екатеринъ обязанъ своимъ основаніемъ Корпусъ Арти-
лерійскій и Инженерный (нынѣ Второй Кадетскій). Она видѣла
необходимость въ искусныхъ и знающихъ инженерахъ и ар-
тиллеристахъ, и потому учредила для сей цѣли особенное заведе-
ніе, которое успѣхами своими оправдало надежды Императрицы.

Морской Корпусъ, древнѣйшее заведеніе между всѣми корпусами, получилъ начало еще при Петрѣ I и назывался Навигаціонною или Морскою Академіею. Въ 1731 году произемована

*) Указъ 1763, марта 3.

22 к. и. АРСЕНЬЕВА, ОЧЕРКЪ НАРОДНОЙ ОБРАЗОВАННОСТИ

сія Академія Морскимъ Кадетскимъ Корпусомъ. Елисавета
распространила оный умноженіемъ числа воспитанниковъ.
Петръ III соединилъ оный съ Сухопутнымъ, но Екате-
рина II снова отдѣлила. Въ 1772 году переведенъ онъ изъ
С. Петербурга въ Кронштадтъ, гдѣ и оставался во все осталь-
ное время царствованія. Цѣль ПЕТРА І доставить флоту искус-
ныхъ офицеровъ достигнута при Екатеринѣѣ-&nbsp;&nbsp;&nbsp;&nbsp;полнѣ. Чтобы
сообщить лучшимъ воспитанникамъ Корпуса совершенную
опытность, знаніе морей и всѣхъ освѣденныхъ явленій на сти-
хіи морской, Императрица посылала ихъ въ отдаленные моря
и страны, и молодые офицеры Русскіе состязались уже при
Ней въ славѣ съ старыми мореходцами Англіи.

Екатерина съ самаго вступленія на престолъ пеклась и о
физическомъ благосостояніи Россіи: установила Медицинскую
Коллегію и предписала ей не только снабжать государство
искусными врачами, но и собирать всѣ мѣстныя свѣдѣнія о бо-
лѣзняхъ народныхъ и о ихъ причинахъ, искать лекарствъ про-
стѣйшихъ на всякую болѣзнь, особливо для поселянъ, изслѣ-
довать врачебную силу травъ русскихъ, и всякое полезное от-
крытие немедленно обнародовать для общаго свѣдѣнія. Сего не
довольно: уже извѣстно было въ Европѣ средство избавленія
отъ оспы; но Россія не пользовалась симъ благодѣтельнымъ от-
крытиемъ, страшась новости, неизвѣданной опытомъ. Что мо-
жетъ сдѣлать одна мать для своего любимаго младенца, то
Екатерина сдѣлала для своихъ подданныхъ: Она привила
Себѣ оспу, и собственнымъ опытомъ заставила Русскихъ не
бояться ужасной эпохи въ физическомъ бытіи дѣтей.

Желая доставить большее число врачей для армії, флота и городовъ, Екатерина учредила въ 1786 году хирургическія школы въ С. Петербургѣ, Москвѣ и Кронштадтѣ.

Литература была предметомъ благоволенія и покровитель-
ства Екатерины; ибо Она знала ея сильное вліяніе на образо-
ваніе народа и на счастіе жизни. Всякое истинное дарованіе
было правомъ на лестное отличіе. Явились знаменитые поэты, и
Екатерина была для нихъ вдохновительницей; душа ихъ пылала
Ея славою, и хваля Великую, они не боялись казаться льстецами.
Чтобы способствовать болѣе успѣхамъ словесности, чтобы

23

утвердить Русскій языкъ на правилахъ и привести въ систему, Императрица основала въ 1783 году Академію Россійскую. Княгиня Е. Р. Дашкова, достойная исполнительница намѣреній Государыни, ободряла труды ея членовъ своимъ дѣятельнымъ въ нихъ участіемъ. Начальное существованіе Академіи уже ознаменовано было истинно полезнымъ дѣломъ — составлениемъ полнаго словаря, нужнаго для всякаго, и необходимаго, по слову Карамзина, для авторовъ.

Со времени Екатерины Русскіе начали выражать свои мысли яснѣе для ума, пріятнѣе для слуха, и вкусъ сдѣлался общимъ; ибо Екатерина имѣла его, и любила нашу словесность какъ и все изящное. Желая присвоить Россіи лучшія творенія древней и новой пностранной литературы, Она учредила Коммиссію для переводовъ, опредѣляла награды для трудившихся, и скоро почти всѣ извѣстнѣйшіе писатели вышли на языкъ нашемъ, который обогатился новыми выраженіями, а умъ Русскихъ новыми понятіями.

И Академія Наукъ при Екатеринѣ совершила на пользу общественную несравненно болѣе временѣ предшествовавшихъ. Ежемѣсячныя сочиненія, ею издававшіяся, распространяли историческія и другія любопытныя свѣдѣнія въ государствѣ; но славнѣйшимъ подвигомъ Академіи были путешествія членовъ ея по всѣмъ частямъ обширной Россіи, предпринятыя и совершенныя по плану самой Императрицы; намѣреніе великое, достойное Екатерины! исполненіе, достойное намѣренія! эпоха важнѣйшая въ ученой исторіи отечества нашего! Палласъ, Фалькъ, Георги, Крашенинниковъ, Гильденштетъ, Рычковъ, Румовской, Гмелинъ, Лепехинъ, Иноходцевъ, Зуевъ, Озерецковской и И. Ф. Германъ пролили яркій свѣтъ на Россію и ея обитателей, а вмѣстѣ съ тѣмъ возвеличили славу Академіи.

Московскій Университетъ въ сіе царствованіе болѣе, нежели прежде, благотворилъ обществу: щедрость Государыни даровала ему болѣе способовъ къ дѣйствію. Многіе ученые были призваны изъ Германіи наставлять юношество и питать въ немъ охоту къ наукамъ; но всего болѣе оживляла Университетъ пламенная любовь къ наукамъ самой Екатерины, счастливой въ выборѣ людей къ управленію. Шуваловъ, Меллиссино и Хе-

24 К. И. АРСЕНЬЕВА, ОЧЕРКЪ НАРОДНОЙ ОБРАЗОВАННОСТИ

расковъ были не по званію только кураторы, но истинные ра-
дѣтели учености и ревностные покровители ученыхъ.

Ученыя путешествія знаменитыхъ членовъ Академіи и луч-
шее познаніе государства открыли великія минеральныя богат-
ства Россіі. Обработка рудъ и добываніе металловъ сдѣ-
лалось занятіемъ важнымъ и прибыльнымъ. Чтобы дать
болѣе совершенства горному дѣлу и доставить искусныхъ
офицеровъ и чиновниковъ по горной части, Екатерина
основала въ 1772 году Горное Училище (нынѣшній Горный
Институтъ).

Исчисленныя учрежденія и заведенія не ограничили бла-
годѣтельныхъ попеченій Екатерины о просвѣщеніи Россіи;
всѣ сіи заведенія клонились къ частнымъ цѣлямъ, не прямо
дѣствовали на всеобщее образованіе, не имѣли возможности
сообщить просвѣщенія многочисленнѣйшему классу людей низ-
шаго сословія; а Екатерина желала разлить богатство свѣта
на всѣхъ и вездѣ; и въ малѣйшихъ городахъ и во глубинѣ Си-
бири желала Она учредить народныя школы, въ коихъ бы
могли учиться и дѣти самобѣднѣйшихъ гражданъ. Особенная
Коммиссія *), въ 1782 г. составленная, должна была устроить
сіи школы, предписать способы ученія, издать полезнѣйшія для
нихъ книги, содержащія въ себѣ главныя, нужнѣйшія чело-
вѣку свѣдѣнія. Установленіе Коммиссіи, извѣстной подъ име-
немъ Коммиссіи объ учрежденіи народныхъ училищъ, было вели-
чайшимъ дѣломъ Екатерины, а дѣйствія Коммиссіи самымъ
надежнымъ средствомъ къ распространенію познаній въ госу-
дарствѣ. Первые члены сей Коммиссіи: Завадовскій, Эпинусъ и
Пастуховъ имѣли несравненное счастіе быть исполнителями
благихъ намѣреній Великой Монархини и разумною дѣятель-
ностію своею заслужили уваженіе современниковъ и достойны
памяти въ потомствѣ. Янковичъ де-Мирієво, вызванный изъ
Венгріи и названный директоромъ Главнаго Училища въ
С. Петербургѣ, написалъ планъ для народныхъ школъ, и
руководствовалъ учителей, объясняя имъ лучшій образъ ученія
и внушая единообразный порядокъ въ преподаваніи.

*) Указъ 1782, сент. 7.

25

Первымъ дѣйствіемъ сей Коммиссіі было основаніе въ 1783 году Учительской Гимназіи, долженствовавшей образовать учителей и быть источникомъ просвѣщенія"). Въ теченіе че-
тырехъ первыхъ лѣтъ своего существованія Коммиссія зани-
малась открытіемъ школъ въ С. Петербургѣ и въ уѣздныхъ го-
родахъ С. Петербургской губерніи, и вмѣстѣ съ тѣмъ изготов-
леніемъ устава народныхъ училищъ. И въ сіе время замѣтны уже были успѣхи въ начатомъ дѣлѣ просвѣшенія: и число школъ, и число учащихся значительно годъ отъ году возрастало въ С. Петербургской губерніи, что видно изъ прилагаемой при семъ краткой табели:

<table>
  <thead>
    <tr>
      <th rowspan="2">Годы</th>
      <th rowspan="2">Число школъ</th>
      <th rowspan="2">Число учителей</th>
      <th colspan="2">Число учащихся</th>
    </tr>
    <tr>
      <th>муж. пола</th>
      <th>женск. пола</th>
    </tr>
  </thead>
  <tbody>
    <tr>
      <td>1782</td>
      <td>8</td>
      <td>26</td>
      <td>474</td>
      <td>44</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>1783</td>
      <td>9</td>
      <td>28</td>
      <td>634</td>
      <td>77</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>1784</td>
      <td>11</td>
      <td>33</td>
      <td>1082</td>
      <td>152</td>
    </tr>
    <tr>
      <td>1785</td>
      <td>12</td>
      <td>38</td>
      <td>1282</td>
      <td>209</td>
    </tr>
  </tbody>
</table>

Въ 1786 году Императрица утвердила уставъ народныхъ училищъ, бывшій кореннымъ закономъ по части просвѣщенія до временъ Александра І. По сему уставу всѣ училища, въ Рос- сіи заведенныя и вновь заводимыя, раздѣлены на Главныя и Малыя. Главныя школы существовали въ губернскихъ или въ тѣхъ городахъ, гдѣ обстоятельства мѣста, званіе, состояніе и имѣніе жителей позволяли; а Малыя заведены были какъ въ губернскихъ городахъ, гдѣ одной Главной было недостаточно, такъ и въ уѣздныхъ, и гдѣ еще могутъ быть надобны по усмотрѣ- нію Приказа Общественнаго Призрѣнія. Во всѣхъ сихъ шко- лахъ установлено было совершенное. единообразіе вездѣ и во всемъ: одинаковыя книги, одинаковый способъ ученія, одина- кое распредѣленіе часовъ.

Главныя школы управлялись директорами, а Малыя смотри-
телями; но губернаторъ, какъ хозяинъ губерніи и какъ пред-

*) Указъ 1783, іюля 18; 1784, марта 16.

26

сѣдатель Приказа Общественнаго Приэрѣнія, былъ попечителемъ училищъ, имѣлъ главное за ними смотрѣніе и наблюдалъ за ихъ цѣлостію и благоустройствомъ. Главное же надзираніе надъ всѣми школами и управленіе оными препоручено было Коммиссіи объ учрежденіи училищъ, съ тѣмъ, чтобы она состояла непосредственно подъ Высочайшимъ вѣдѣніемъ и докладывала по дѣламъ училищъ прямо Императорскому Величеству.

Со времени установленія Коммиссіи, и особенно съ изданія Устава народныхъ училищъ, успѣхи въ дѣлѣ просвѣщенія были весьма быстры и утѣшительны; число училищъ безпрестанно возрастало, а съ тѣмъ вкѣстѣ постоянно увеличивалось и число учащихся.

Табель, при семъ прилагаемая, покажетъ намъ степень разпространенія просвѣщенія въ теченіе послѣднихъ 15-ти лѣтъ XVIII столѣтія.

<table><caption>ТАБЕЛЬ<br>ПОСТЕПЕННАГО УМНОЖЕНИЯ ЧИСЛА УЧИЛИЩЪ, УЧАЩИХЪ И УЧАЩИХСЯ, ОТЪ 1786 ДО 1800 Г.</caption><thead><tr><th rowspan="2">Годы</th><th colspan="3">Число</th></tr><tr><th>училищъ</th><th>учащихъ</th><th>учащихся</th></tr></thead><tbody><tr><td>1786</td><td>40</td><td>136</td><td>4398</td></tr><tr><td>1787</td><td>165</td><td>395</td><td>11088</td></tr><tr><td>1788</td><td>218</td><td>523</td><td>13539</td></tr><tr><td>1789</td><td>223</td><td>576</td><td>14389</td></tr><tr><td>1790</td><td>269</td><td>629</td><td>16525</td></tr><tr><td>1791</td><td>288</td><td>700</td><td>17787</td></tr><tr><td>1792</td><td>302</td><td>718</td><td>17500</td></tr><tr><td>1793</td><td>311</td><td>738</td><td>17297</td></tr><tr><td>1794</td><td>302</td><td>767</td><td>16620</td></tr><tr><td>1795</td><td>307</td><td>716</td><td>17097</td></tr><tr><td>1796</td><td>316</td><td>744</td><td>17341</td></tr><tr><td>1797</td><td>283</td><td>664</td><td>15628</td></tr><tr><td>1798</td><td>284</td><td>752</td><td>16801</td></tr><tr><td>1799</td><td>281</td><td>721</td><td>17598</td></tr><tr><td>1800</td><td>315</td><td>799</td><td>19915</td></tr></tbody></table>

ВЪ РОССИИ ДО КОНЦА XVIII ВЪКА.

27

Эта табель, составленная мною на основаніи свѣдѣній, доставленныхъ изъ Министерства Народнаго Просвѣщенія, показываетъ:

1) Число училищъ, подъ разными наименованіями существовавшихъ, въ теченіе 15-ти лѣтъ возрасло отъ 40 до 315; слѣдственно въ 1800 году было почти въ восемь разъ болѣе противъ 1786 года. Въ семъ счетѣ разумѣются учища, основанныя Коммиссіею и состоявшія въ завѣдываніи Приказовъ Общественнаго Призрѣнія. Кромѣ Главныхъ и Малыхъ школъ, здѣсь помѣщены также пансіоны, и сельскія и домашнія учища, какъ казенныя, такъ и частными людьми основанныя.

2) Число учащихъ увеличилось также значительно: въ 1786 году считалось ихъ 136, а въ 1800 уже 790, слѣдственно почти въ шесть разъ болѣе. Къ чести Коммиссіи замѣтить должно, что она въ теченіе сего періода времени образовала для отечества 420 человѣкъ достойныхъ учителей, которые, кромѣ народныхъ училищъ, съ похвалою обучали въ кадетскихъ корпусахъ, въ обществѣ благородныхъ дѣвицъ и въ другихъ заведеніяхъ, неподвѣдомныхъ Коммиссіи.

3) Число учащихся отъ 4398 возрасло до 19915 душъ, почти въ пять-кратъ болѣе въ 1800 году противъ 1786 года.

4) Число училищъ и учителей увеличивалось не въ пропорціи съ числомъ учащихся; такъ напр. въ 1786 году приходилось на каждое училище до 110 учениковъ, и на каждаго учителя 32 ученика; въ 1791 году сіи пропорціи были уже: первая 1:61, вторая какъ 1:25; въ 1796 году на каждое училище приходилось менѣе 55 учениковъ и на каждаго учителя менѣе 24 учениковъ, а въ 1800 г. пропорція училишъ къ числу учащихся какъ 1:63, а пропорція числа учителей къ числу учениковъ какъ 1:25. Сія несоразмѣрность числа училишъ и учителей съ числомъ учащихся доказываетъ, что попечительность правительства о благѣ народа и заботливость его о провѣшеніи поддавныхъ были несравненно силнѣе расположенія послѣднихъ къ ученію и охоты къ образованію.

5) Въ 1790 году жителей во всей Россіи считалось до 26000000 душъ *); въ сей суммѣ народонаселенія число уча-

*) Плещѣева, Обозрѣніе Росс. Имперія.

28 К. И. АРСЕНЬЕВА, ОЧЕРКЪ НАРОДНОЙ ОБРАЗОВАННОСТИ

щихся въ семъ году простиралось на 16525 душъ, слѣдственно пропорція учившихся къ общей массѣ населенія была какъ 1:1573, т. е. изъ 1573 душъ всего населенія одинъ человекъ къ учился. Эта пропорція, не весьма утѣшительная, есть общее от- ношеніе, по коему мы можемъ судить объ успѣхахъ тогдашняго обученія въ цѣлой Россіі.

Разсматривая со тщаніемъ ходъ народнаго образованія въ Россіі въ послѣдніе пятнадцать лѣтъ XVIII столѣтія и дѣйствія правительства по сей части Государственнаго управленія, мы видимъ еще:

6) Образованіе женскаго пола было вовсе пренебрежено; ни одного женскаго училища для простаго народа и даже для го- рожанъ не было въ цѣлой Россіі; по отчету за 1787 годъ во всей суммѣ 11,088 душъ учившихся находилось только 858 женскаго, а въ 1800 году изъ 19,915 общаго числа учившихся было только 1784 женскаго пола.

7) Кромѣ Главныхъ и Малыхъ народныхъ училщѣ, находились нѣкоторыя особенныя учебныя заведенія, какъ то: Учи- тельская Семинария или Гимназія, съ 1780 по 1803 годъ су- шествовавшая въ С. Петербургѣ; Водоходное Училище и Главная Нѣмецкая Школа Св. Петра, тамъ же; Благородныя Дворянскія Училища въ Рязани, Твери, Воронежѣ, Черниговѣ и Курскѣ; Іезуитскій Училища въ Полоцкѣ, Витебскѣ и Динабургѣ; Ма- стеровая Школа при Конторѣ Водяной Коммуникаціи въ Выш- немъ Волочкѣ; Нѣмецкій домашнія школы или пансіоны въ С. Пе- тербургѣ, Москвѣ, Рязани, Новгородѣ-Сѣверскомъ, Пензѣ, Тулѣ, Смоленскѣ, Казани, Воронежѣ, Черниговѣ и съ 1799 въ Сим- бирскѣ и Саратовѣ, и Татарская школа при Главномъ народ- номъ училищѣ въ Тобольскѣ.

8) Поселяне не имѣли никакихъ средствъ къ нужному въ ихъ состояніи образованію. Сельскія училища заведены были въ немногихъ мѣстахъ, и то безъ содѣйствія правительства; они устроивались или усердіемъ самихъ поселянъ, или попече- ніями помѣщиковъ, старавшихся о нравственномъ улучшеніи крестьянъ своихъ. Въ теченіе 15-лѣтняго періода времени сель- скія училища существовали только въ губерніяхъ: С. Петер- бургской (2) и Московской (1), и въ намѣстничествахъ: Нов-

ВЪ РОССИИ ДО КОНЦА ХVІІІ ВѣКА.

29

городскомъ (4), Калужскомъ (1), Курскомъ (1), Пермскомъ (1)
и Рязанскомъ (1).

Въ сельскихъ школахъ С. Петербургской губерніи, находившихся въ Тоснѣ и въ Красномъ Селѣ, обучалось ежегодно среднимъ числомъ до 50 человѣкъ дѣтей. Въ Московской губерніи сельская школа находилась въ Сергиевскомъ посадѣ и существовала до временнъ Императора Павла І; въ сей школѣ ежегодно обучалось до 30 человѣкъ. Въ Новгородскомъ намѣстничествѣ сельскія училища находились Бѣлозерскаго уѣзда въ Крохинскомъ посадѣ, Новгородскаго уѣзда въ селахъ Чудовѣ и Черномъ и одно въ Боровицкомъ уѣздѣ; въ нихъ число учившихся простигалось до 60 человѣкъ. Въ 1790 году основано было сельское училище Калужскаго намѣстничества въ Жиздринскомъ уѣздѣ на Людимовскомъ заводѣ, и существовало только два года; въ первомъ году было въ немъ 30 учениковъ, а во второмъ 28; по причинамъ неизвѣстнымъ оно закрыто уже было въ 1792 году. Въ 1791 году учреждено было сельское училище Курскаго намѣстничества въ Льговскомъ уѣздѣ въ селѣ Износковѣ, но не на долго, до 1794 года; число учившихся въ немъ простигалось до 25 человѣкъ. Въ 1794 году заведено сельское училище Пермскаго намѣстничества и уѣзда въ селѣ Ильинскомъ, содержавшее отъ 30 до 50 человѣкъ учившихся; а съ 1795 по 1797 находилось такое же училище Рязанскаго намѣстничества Егорьевскаго уѣзда въ селѣ Любичѣ, но по малочислію учениковъ закрыто. Изъ всѣхъ немногіхъ училищъ сельскихъ самыя примѣтательныя были: Черносельское въ Новгородскомъ намѣстничествѣ и Ильинское въ Пермскомъ; первое основано и содержимо было Новгородскимъ помѣщикомъ Рыкачовымъ, а второе графомъ Строгоновымъ.

И такъ изъ всего выше предложеннаго видно, что царствованіе Императрицы Екатерины II много подвинуло Русскихъ впередъ на стезѣ къ общему образованію. Сія Государыня не только сохранила всѣ установленія своихъ предшественниковъ, но и придала имъ болѣе совершенства, болѣе полезности народной и болѣе прочности; сверхъ того, Она, постигнувъ духъ своего вѣка, создала новую систему образованія своихъ поддан-

30 К. И. АРСЕНЬЕВА, ОЧЕРКЪ НАРОДНОЙ ОБРАЗОВАННОСТИ

ныхъ: сколько прежде заботились о воспитаніи достойныхъ
членовъ общества для извѣстныхъ, частныхъ цѣлей, столь-
ко Она старалась о роспространеніи общаго просвѣщенія,
объ’ образованіи всѣхъ сословій своего народа. Она по-
велѣла заводить училища не только въ городахъ губерн-
скихъ и уѣздныхъ, но и въ селеніяхъ по мѣрѣ способовъ").

По тогдашнему положенію Россіи, Екатерина совершила
великое дѣло и слишкомъ много предуготовила для будущихъ
временъ и тѣмъ однимъ, что открыла свободные пути къ уче-
нію и даровала достаточные способы къ образованію всѣмъ
безъ изятія городскимъ жителямъ. Съ 1775 года, и. ли съ из-
давія учрежденія о губерніяхъ, города, прежде существовав-
шіе, получили лучшее, правильнѣйшее устройство, и воз-
никли города новые, съ тѣмъ вмѣстѣ увеличилось и чи-
сло городскихъ жителей, а отъ того умножилось и чи-
сло школъ, и число учившихся увеличивалось почти без-
прерывно.

Въ царствованіе Екатерины Россія сдѣлала успѣхи во
всѣхъ частяхъ пароднаго благоденствія внутренняго: земле-
дѣліе распространилось, мануфактурная промышленность возвы-
силась, торговля доставляла обильные источники богатства, а
съ увеличеніемъ богатства увеличивалась въ народѣ и охота къ
прюбрѣтенію познаній, и любовь къ просвѣщенію. Учебныя за-
веденія, основанныя Екатериною, могли вполне удовлетво-
рять сей похвальной охотѣ и укрѣплять любовь къ просвѣщенію;
состоя подъ непосредственнымъ Ея наблюдениемъ и покрови-
тельствомъ, они дѣйствительно достигли возможнаго по тог-
дашнему времени совершенства.

Даровавъ прямое направленіе народному образованію по-
средствомъ учрежденія народныхъ училищъ, главныхъ и ма-
лыхъ, Екатерина помышляла въ то же время и о во-
двореніи высшаго, ученаго образованія; для сего повелѣла
Она Комиссіи объ учрежденіи училищъ приступить къ со-

*) Уставъ Народн. училищъ, гл. V, § 64.

ВЪ РОССИИ ДО КОМЦА ХVІІІ ВѣКА.

31

чиненію плана для университетовъ и гимназій *), предполагая
на первый разъ имѣть три университета: во Псковѣ, Черни-
говѣ и Пензѣ.

Нужно ли было ЕКАТЕРИНЪ доказывать и объяснять народу
пользу просвѣщенія, когда Она, Вѣнценосная, своими собствен-
ными примѣрами прямо знакомила своихъ подданныхъ съ на-
слажленіями, доставляемыми ученостію и науками, когда Ея соб-
ственныя занятія и труды служили лучшимъ поощреніемъ къ
трудамъ и прекраснѣйшимъ средствомъ къ возбужденію любви къ
наукамъ и образованію? ЕКАТЕРИНА чувствовала всего болѣе
важность отечественной исторіи, долженствовавшей нѣ когда
украситься и возвыситься Ею, и занималась Русскими лѣто-
писями, изъясняла ихъ и передавала драгоцѣные труды
свои публикѣ.

Чудно ли послѣ сего, что Россія въ тридцатичетырехлѣтнее
царствованіе столько измѣнилась къ лучшему, столько возвы-
силась? «Ежели сердца Государей,» какъ говоритъ Карамзинъ:
«въ рукѣ Провидѣнія, то сердца народовъ въ рукѣ Государей.»
И дѣйствительно, что могло устоять противъ неутомимаго въ
благотвореніяхъ правительства, которое дѣйствовало на Россію
и славою внѣшнихъ успѣховъ, и мудрыми законами, и воспита-
ніемъ, и всѣми средствами просвѣщенія? ЕКАТЕРИНА дѣйствовала
по вдохновенію своего генія — и Россія, оживленная ПЕТРОМЪ І,
увидѣла въ Ея царствованіе плоды великихъ предпріятій Мо-
нарха-Преобразователя, и въ то же время украсилась подъ влія-
ніемъ ЕКАТЕРИНЫ II первыми плодами просвѣщенія, созрѣваю-
щаго только вѣками.

Прошелъ первый вѣкъ политическаго существованія Импе-
риі Россійской — и сколько великаго совершено было въ теченіе
столь короткаго периода времени и для блеска внѣшняго, и для
благоденствія внутренняго! Сколько счастливыхъ измѣненій,
сколько преобразований! И какъ безконечно различно пачало

*) Указъ 1786, янв. 29.

32 К. И. АРСЕНЬЕВА, ИСТОР. ОЧЕРКЪ НАРОДН. ОБРАЗ. ВЪ РОССИИ.

вѣка отъ его окончанія? Тамъ изобрѣтеніе и начертаніе пла-
новъ на пользу общую, здѣсь исполненіе прежнихъ начинаній
и открытіе новыхъ путей къ возвеличенію царства и къ счастію
народовъ.

Само Провидѣніе, казалось, опредѣляло будущее ве-
личіе и славу Россіи: Петръ въ началѣ вѣка положилъ осно-
ваніе; Екатерина въ концѣ онаго довершила начатое и ука-
зала будущимъ поколѣніямъ, чтò оставалось еще сдѣлать для
счастія народнаго.

34

А. С. НОРОВА, ИЗСЛЪДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДЪ.

но, что «Киликія простирилась прежде до Пелузы Египетской»¹). Это послѣднее, важное иреданіе имѣет тѣное соотношеніе съ тѣмъ преданіемъ, которое сохранилъ, съ любопытными подробностями, Арабскій историкъ Х вѣка, знаменитый Массуди.

Онъ пишетъ, что около 260 года (874) привели къ Ахмету бенъ Тулуну, который правилъ тогда Египтомъ, старца христіанина, имѣвшаго отъ роду почти 130 лѣтъ, уроженца изъ Саида. Онъ жилъ отшельникомъ и считался глубокимъ мудрецомъ. Этотъ старецъ разсказывалъ весьма много изъ исторіи отдаленныхъ вѣковъ Египта и между прочимъ слѣдующее объ озерѣ Танисскомъ (Мензале).

«Пространство, занимаемое нынѣ этимъ озеромъ, было нѣ-«когда страною обильнѣйшею изъ всѣхъ областей Египта. По-«всюду представлялись плодоносные сады, пальмовые лѣса, ви-«ноградники, роскошныя пастища и долины, пересѣкаемыя «свѣтлыми водами, плотинами, дорогами, и покрытыя селеніями. «Одна только область Фаюма могла равняться этой странѣ... «Излишнее накопленіе водъ стекало въ море чрезъ каналы, про-«ходя мимо одного мѣста, называемаго Уштумъ ²). Разстояніе «отъ этого мѣста до моря было на юдинъ день пути. Все про-«странство между Эль Аришемъ и островомъ Кипромъ, гдѣ те-«перь волнуется обширное море, можно было нѣкогда прохо-«дить въ бродъ. Тутъ была устроена плотина такъ, что скотъ «гоняли изъ Кипра въ Танисъ. Подобный этому путь былъ «проложенъ между островомъ Кипромъ и страною Румъ (Малою «Азіею).

«Такимъ же образомъ между Андалузіею и Тангеромъ суще-«ствовалъ нѣкогда, въ мѣстѣ, называемомъ Хадра, что близь «Фарсъ ель Магрибъ (Фецъ), мостъ, который былъ составленъ «изъ большихъ камней и по которому стада проходили съ запад-

1) Solinus, Polyhist. C. XLI. «Cilicia antea usque ad Pelusium Aegypti pertinebat.»

2) Эль Уштумъ находится на сѣверѣ отъ Даміата, возлѣ Танисскаго озера, котораго воды стекали въ Средиземное море чрезъ каналъ, имѣвшій въ длину 6 чаресаговъ (около 3 миль). Географическій Словарь Якута, называемый Моагемъ ель Болданъ.— Арабск. Рукопись С. Петерб. Азіатск. Муз. № 591.

35

«наго берега Андалузіи на съверный берегъ Африки. Море про-
«никало безпрепятственно сквозь ущелья этого огромного мо-
«ста, составляя нѣсколько каналовъ. Отсюда начиналось Среди-
«земное море, вытекающее изъ океана, или Великаго моря. Од-
«нако, въ теченіе вѣковъ, море, постоянно напирая на бе-
«регъ, овладѣвало землями такъ, что каждое поколѣніе людей
«замѣчало постоянную убыль береговъ. Наконецъ море разо-
«рвало плотины, соединявшія Эль-Аришъ съ Кипромъ и Андалу-
«зію съ берегомъ Тангера. Память о сей послѣдней плотинѣ со-
«хранилась у жителей Андалузіи и Феца. Мореплаватели
«даже указывали мѣсто, гдѣ она существовала. Она имѣла
«12 миль въ длину. Ея ширина и возвышеніе были довольно
«значительны.

«Во время Балтіана, правившаго Египтомъ въ продолженіе
«251 года ¹), волны морскія проникли въ одно мѣсто, называе-
«мое Бахира-Тиннисъ, и поглотили его. Напослѣдокъ море на-
«чало ежегодно мало по малу заливать эту страну такъ, что
«вся долина, простиравшаяся до Дзуль-Карнеинъ, стала его
«добычею. Одни только возвышенныя мѣста, какъ то: Туне,
«Симудъ и другія, не были затоплены и остались въ видѣ остро-
«вовъ до нашихъ временъ. Жители потопленныхъ селеній
«обратили въ кладбище Тинисское озеро (Мензале) и нагро-
«моздили трупы въ нѣсколькимъ мѣстахъ: отъ этого образо-
«вались три холма, называемые Абуль-Кумъ, которые видны
«доселѣ среди озера» ²).

Извѣстный оріенталистъ и путешественникъ Зетценъ при-
бавляетъ: «Преданіе Массуди о множествѣ человѣческихъ ко-
«стей, находимыхъ около озера Мензале, вполнѣ подтверж-
«дается. Г-нъ Дроветти удостовѣряетъ, что такія кости на-
«ходятся въ трехъ отдаленныхъ между собою мѣстахъ, изъ ко-
«торыхъ одно зовется Комаріе. Два изъ этихъ мѣстъ онъ

1) Видимая ошибка или преувеличение.

2) Массуди, Моругъ ель Дожебъ (Золотой угь), гл. 31.— Рукопись С. Петербург. Азиатск. Муз. № 505, л. 140.— Я обязанъ тщательною повѣркою этихъ мѣстъ съ Арабскимъ текстомъ ученому оріенталисту г. Хводьсону.

36

А. С. НОРОВА, ИЭСЛЪДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДЪ.

«посѣтил самъ. Теперь эти кости находятъ не въ холмахъ,
«а разсѣянными по берегамъ озера» ¹). Замѣтимъ, что Массуди,
подобно Геродоту, объѣхавшій большую часть земель, ко-
торыхъ онъ писалъ исторію, обратилъ особенное вниманіе на
Евреевъ, и что онъ вездѣ искалъ знакомства съ ихъ ученѣйшими
раввинами. Между прочими онъ былъ въ связи съ знаменитымъ
Юанномъ, сыномъ Захарія, въ Тиверіадѣ ²).

Мы находимъ въ указанномъ уже нами географическомъ
словарѣ Якута, подъ словомъ Бахаръ ель Магрибъ, слѣдующія
свѣдѣнія о прорывѣ Гибралтарскаго пролива и о наводненіи бе-
реговъ Сиріи и сѣвернаго Египта. «Вотъ что я читалт», гово-
рить онъ, «въ одной древней книгѣ, содержащей въ себѣ исто-
«рію Египта и Сѣверной Африки.— По пресѣченіи рода Фарао-
«новъ, царями Египта были дѣти Далуки. Изъ нихъ особенно
«замѣчателенъ Дарокунъ бенъ Малтесъ ³) и Раметрахъ ⁴). Эти
«два царя были одарены умомъ проницательнымъ и необыкно-
«венною тѣлесною силою, и притомъ обладали большими позна-
«ніями въ магіи. Когда Греки вторглись въ ихъ владѣнія, Еги-
«петскіе цари, вознамѣрившись избѣгнуть ихъ владычества,
«предприняли соединить Западный океанъ съ моремъ Среди-
«земнымъ. При исполненіи этого предпріятія, море потопило
«многія обитаемыя земли и могущественныя царства, и про-
«лилось даже на Сирію и Грецію. Таково начало образованія
«острововъ Греціи и Египта» ⁵). Весьма любопытно сравнить съ

¹) Fundgruben des Orients, т. I, стр. 125. Здѣсь выписка изъ Массуди представлена совершенно превратно.

2) Biogr. Univ. à l'art. Massoudy.

3) Этотъ самый царь въ спискѣ царей Египетскихъ у Массуди названъ Дарокушъ, а въ Космографіи Шемсъ-Еддина-Димешки: Нохъ-бах-ель-Дагеръ, и также: Дарокунъ. Рукопись С. Петерб. Азіатск. Муз. № 593, л. 116.

4) Якутъ называетъ его также Залетрахъ.

5) Выражаясь такимъ образомъ, Якутъ хочетъ сказать, что до наводненія была одна твердая земля и что острова возникли, когда море поглотило часть твердой земли. Прорывъ океана чрезъ Гибралтарскій проливъ принять слѣдующими писателями: Riccioli, Geogr. et Hydrogr. reform., lib. I, с. 15, § 1. — Varenius, Geogr., l. I, с. 18, prop. 17. — Tournefort, Voyage au Lev., t. XI, p. 65. — Buffon, Hist. Nat., t. I. — Humboldt, Ansicht d. Natur, t. I, p. 169. — Journ. d. phys., t. LIII, p. 34.

37

этими преданіями Востока повѣствованіе Діодора Сицилій-
скаго о Геркулесѣ (кн. IV, гл. 18). Сближеніе этихъ двухъ
преданій поразительно сходно.

Тѣ же самыя показанія вѣрчаются въ двухъ другихъ мѣ-
стахъ словаря Якута. Въ статьѣ о Тиннисъ онъ приводить вы-
писку изъ одного историческаго сочиненія, исключительно по-
священного исторіи Тинниса. «Мѣсто, занимаемое теперь озе-
«ромъ Тинисскимъ (Мензале)», говорить онъ, «не было прежде
«покрыто водою. Но когда Дарокунъ-бенъ-Малутесъ и Заматрахъ
«(Раметрахъ), сыновья жены, по имени Далука, царствовали
«въ Егинтѣ; тогда они, для защиты себя отъ вторженія Грековъ,
«вырыли каналъ изъ мрачнаго моря ¹) (Средиземнаго), дабы онъ
«могъ имъ служить преградою противу Грековъ. Но воды вы-
«ступили изъ канала и залили многія прекрасныя обитаемыя
«земли. Въ тө самое время Тинисская область, со всѣми своими
«садами, полями и селеніями сдѣлалась добычею моря» ²).

Въ статьѣ Миссъ (Египетъ), говоря о царѣ Дарокунѣ,
Якутъ пишетъ: «Этотъ царь тотъ самый, который, въ за-
«шиту отъ Грековъ, пролилъ океанъ Атлантическій въ море
«Средиземное, чтобъ оградить Египетъ отъ Греціи.»

Якутъ принимаетъ царствованіе Дарокуна за 400 лѣтъ до
Навуходоноссора ³), т. е. 1020 лѣтъ до Р. Х. Массуди и при-
веденный нами Шемсъ-Еддинъ Димешки возводить на пре-
столъ Далуку, мать Дарокуна, въ слѣдъ за тѣмъ Фараономъ,
который во время Моисея погибъ въ Черномъ морѣ ⁴). По-
этому вторженіе Океана должно считать около 1450 года до
Р. Х. Таковое наводненіе не совпадаетъ ли съ потопомъ Девка-
люна, который обыкновенно относятъ къ 1520 году до Р. Х ?
Въ этомъ случаѣ преданіе Грековъ можетъ согласоваться съ

1) Географы Арабскіе и самъ Якутъ даютъ это названіе и океану Атлан-
тическому.

2) Димешки (l. с. т. 64 v. и f. 117) говорить также объ этомъ событіи,
прибавляя, что оно совершилось въ продолженіе одной ночи.

3) l. c. подъ словомъ Миссъ.

4) Массуди l. c. f. 145 и Димешки f. 145 l. c.

38

А. С. НОРОВА, ИЗСЛѣДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДЪ.

преданіями восточными. Иродотъ и Манеовонъ говорятъ только объ одной царицѣ Египетской и называютъ ее *Нитокри-са*. Манеовонъ считаетъ ее послѣднею царицею VI-й династіи ¹), и относить къ началу третьяго столѣтія до Р. Х. Но Массуди называетъ, кромѣ вышеупомянутой *Далуки*, еще двухъ другихъ царицъ, а именно: *Гурію* и ту, которая наслѣдовала *Мамуму* ²). За царствованіемъ сей послѣдней, по его мнѣнію, начинается династія *Царей-пастырей*.

Преданіе о затопленныхъ Средиземнымъ моремъ земляхъ во многомъ сходно съ повѣствованіемъ о вторженіи Чернаго моря чрезъ Дарданеллы и объ образованіи Босфора и острововъ Архипелага. Это послѣднее событіе непосредственно происходитъ отъ перваго. Можно видѣть все, что древніе писали объ этомъ предметѣ, въ Pauly's Real-Encyclopaedie der classisch. Alterthumswissenschaft, т. V, стр. 1598 и др. Между прочимъ, тамъ читаемъ слѣдующее: «Полагаютъ, что Понтъ нѣ когда «походилъ на Каспійское море, т. е. окруженъ былъ отвсюду «землею, и что онъ въ послѣдствіи прорвался чрезъ Геллеспонтъ «въ Средиземное море³). Вообще полагали (какъ это и дѣйстви- «тельно есть), что теченіе направлено изъ Понта въ Средизем- «ное море, а не изъ сего послѣдняго въ Понтъ ⁴). По этой са- «мой причинѣ называли иногда море Понтійское и вмѣстѣ море «Меотидское матерью моря» ⁵). Діодоръ Сицилійскій гово- ритъ (V, 47): «Самоѣраки разсказываютъ, что до потопа, память «котораго сохранилась у древнихъ народовъ, былъ другой по- «топъ, гораздо значительный шій, чрезъ прорывъ земли около «острововъ Кіанійскихъ (при устьѣ Босфора въ Черное море),

¹) Cf. Bunsen, Aegyptens Stelle, t. I, p. 111, и Lepsius, Chronol. d. Aegypt., t. I, p. 270.

2) Массуди, л. с. f. 144 v. — Cf. Makrizi въ Notices et extraits des MS. d. l. bibl. Imp., t. VI, p. 336. Этотъ послѣдній писатель также упоминаетъ *Гурію*, какъ современницу Авраама Патріарха.

3) Strab. I, p. 49, 51, 56, и Diod. Sic. V, 47.

4) Aristot. Meteorolog. II, 1. — Strab. I, p. 55. Agathem. II. 14. — Seneca Nat. quaest. IV, 2. — Plin. II, 97, 100; IV, 13, 27 etc.

5) Herodot. IV, 87. — Strab. V, 214. — Diod. Perieg. v. 165. — Plin. VI, 77 etc.

39

«прорывъ, который образовалъ сначала Босфоръ, а напослѣдокъ «и Геллеспонтъ. Въ это время море затопило большое простран- «ство материка Азіи и низменныя долины Самоеракіи.» Эти же преданія сохранились и у восточныхъ писателей. Димешки, говоря о Геллеспонѣ, пишетъ: «О его образованіи существуетъ «нѣсколько мнѣній. Нѣкоторые думаютъ, что онъ не что иное, «какъ потокъ, направившійся изъ Понта, называемаго Чернымъ «моремъ, или Русскимъ.» Въ другомъ мѣстѣ о Черномъ морѣ: «Сказываютъ, что это море уменьшается по причинѣ своего те- «ченія чрезъ Геллеспонтъ въ море Средиземное» ¹). Смирнскіе Турки сохранили преданіе, что будто берегъ Малой Азіи былъ вѣкогда соединенъ съ Европейскимъ на всемъ пространствѣ Архипелага ²).

Существованіе волканическаго алемента въ бассейнѣ Средиземнаго моря между Сицилиею и Сиріею, Геллеспонтомъ и Египтомъ, засвидѣтельствовано множествомъ писателей какъ древнихъ, такъ и новыхъ. Многія выписки изъ нихъ относи- тельно Архипелага соединены въ любопытномъ сочиненіи д-ра Лудв. Росса: *Reisen auf den Griechischen Inseln des Aegäischen Meers, 1840 года. Послѣдній волканическій феноменъ, образо- вавшій около острова Теры три новые островка, былъ весьма значителенъ.*

Заключаемъ эти предварительныя свѣдѣнія драгоцѣнною выпискою изъ Арабскаго писателя Эль-Бируни, приведен- ною въ Космографіи Бенъ Аяса. Онъ славился ученостью между мусульманами; зналъ Санскритскій языкъ и вѣроятно Греческій, по крайней мѣрѣ видны его глубокія познанія въ Греческой и Индѣйской философіи; въ свое время счи- тался великимъ астрономомъ. Сей современникъ и другъ Ави- цены умеръ въ 1039 году ³). Эль-Бируни разсказываетъ, что

1) l. c. f. 72 v. и 76, — См. для большихъ подробностей объ образованіи Босфора: Hoff's, Gesch. d. natürl. Veränderungen d. Erdoberfläche, T. I, 103—144.

2) Ricaut, Hist. presente de l'état de l'Egl. Grecq.; 1698, p. 34 — 35.

3) См. Wüstenfeld Gesch. d. Arab. Aerzte p. 75 и Geogr. d'Abulfeda trad. p. Renaud, I, p. XCV. Мы весьма желали бы просмотрѣть находящуюся

40

«Нѣ когда между Александріею и Константинополемъ была со-
«леная и смрадная земля, на которой однако разводили смоков-
«ничныя и сикоморовыя деревья. На этой землѣ обитали Гре-
«ки, когда двурогій Александръ ¹) уровнялъ гору, раздѣльвшую
«море Колзума (Чермное) отъ моря Румъ (Средиземнаго). Тогда
«вся эта земля была поглощена Колзумскимъ моремъ» ²).

Древнєї Греческєї и Римскєї писатели также сохранили
преданіє, что Африка і Европа были нѣ когда соединены і что
раздѣленіе между ними послѣдовало отъ необычайнаго земле-
трясенія ³). Это событие выражено у нихъ миовомъ Герку-
леса ⁴). Ученый Гоффъ уже замѣтилъ, что древнимъ геогра-

въ Парижѣ, въ библіотекѣ Арсенала, рукопись Абульфеды подъ заглавіемъ:
Recueil des vestiges qui restent des anciennes générations. Это заглавіе напоминаетъ
знаменитое творение Массуди: Акбаръ Эззаманъ, котораго доселѣ еще не на-
ходятъ въ библіотекахъ Европы и которое заключаетъ въ себѣ «Исторію вѣковъ
протекшихъ древнихъ народовъ, пlementъ искоренившихъся и государствъ уничто-
жившихся. Катремеръ говорить, что это твореніе уцѣлѣло въ Константи-
нополѣ, въ библіотекѣ Св. Софіи, и что хотя оно заключается въ 20-ти большихъ
томахъ въ 4-ю долю, но со всѣмъ тѣмъ — не полное. Въ Парижской Королевской
библіотекѣ находится отрывокъ изъ этого творенія, заключающій въ себѣ исто-
рію Египта. Этотъ отрывокъ былъ переведень на Французскій языкъ г-мъ Пети
де-ла-Круа, и два экземпляра этого перевода сохраняются въ Парижѣ: одинъ
въ библіотекѣ Сент-Жермена де-Прё, присоединенной пынѣ къ Королевской, а
другой въ библіотекѣ Сен-Женевіеві.

1) Какъ древнєї народы относили всѣ необыкновенные дѣянія къ лицу
Геркулеса, такъ и восточные относятъ ихъ къ лицу Александра.

2) Notices et extr. des MS., t. VIII, p. 13 – 14.

3) См. за упомянутыми уже нами выше: Strab. I, p. 38. — Aristot. De
mundo c. 3. — Valer. Flacc. I. 585 и слѣд.

4) Diod. Sic. IV, 18. — Mela, I, 3, 3. — Plin. H. N. 3, 1. — Seneca
Trag. Neph. fur. v. 237 etc. — О переворотахъ Сиро-Финик. берега: Possido-
nius apud Strab. — Объ Архипелагѣ: Plin. H. N. 3, 30; 2, 94. — Самый

41

Фамъ казалось нововведеніемъ раздѣленіе земнаго шара на три части: Европу, Азію и Африку, а что во времена отдаленныя Европа и Африка были принимаемыі за одинъ материкъ ¹).

Глубокомысленный Платонъ первый сообщилъ намъ преданіе о событиі подобномъ тому, которое теперь служить предметомъ нашихъ изысканій. Мы не думаемъ относить исторіи объ Атлантидѣ къ области миоологіи, зная положительно, что это преданіе было уважаемо древними; иначе мудрый Солонъ не избралъ бы его предметомъ философической епопеи, которую онъ оставилъ неоконченною; равно Платонъ не сталъ бы передавать въ разсказѣ, исполненномъ торжественности, повѣсть объ этомъ событиі, завѣщанную ему его прадѣдомъ, и которую онъ называетъ событиемъ истиннымъ. Писатель, столь основательный, каковъ Стравонъ, говорить: «весьма вѣроятно, что повѣствуемое Платянъ исчезала передъ древностію Атлантовъ, проникнувшихъ съ оружіемъ въ рукахъ въ Египетъ и внесшихъ туда просвѣщеніе и науки; это самое безспорно признавали жрецы Саиса. Разсказъ Ееопомпа о странѣ Мероповъ очевидно имѣтъ одинаковый источникъ ²). Древность Египтянъ исчезала передъ древностію Атлантовъ, проникнувшихъ съ оружіемъ въ рукахъ въ Египетъ и внесшихъ туда просвѣщеніе и науки; это самое безспорно признавали жрецы Саиса. Разсказъ Ееопомпа о странѣ Мероповъ очевидно имѣтъ одина-

островъ Лесбосъ привадлежитъ къ цѣпи горы Ида. Strab. I. Diod. IV, 81. — Древніе были увѣрны, что островъ Евбεи былъ оторванъ моремъ отъ Віотіи. Strab. I. Plin. H. N. IV, 20 — 21. Не продолжаемъ указаній на писателей по причинѣ ихъ множества.

¹) Hoff. l. c. t. I, p. 149. — Sallust. Bell. Jug. c. 17. — Martian. Campella. L. VI. de divis. terrae. — Orosius L. l. c. 2.

2) Strab. II, p. 102.

³) Aelian. V. H. III. 18. — Forbiger, Handb. d. alten Geogr. II, p. 33.

42

А. С. НОРОВА, ИЗСЛЪДОВАНИЯ ОБЪ ДТЛАНТИДЪ.

считали его за глубокомысленнаго мудреца, отъ котораго при
рода не скрывала своихъ тайнъ. У Өеопомпа онъ описы
ваетъ картину первобытнаго міра; у Плутарха бесѣдуетъ о
смерти; у Виргиія повѣствуетъ великолѣпными стихами о
мірозданіи. Исаакъ Фоссій полагалъ даже, что древніе ученые
намекали этимъ лицемъ на Моисея, и что два рога на главѣ Си-
лена выражали два луча, исходившіе изъ священнаго чела Мои-
сеева ¹). «Миёы народные», говоритъ А. Гумбольдтъ, «примѣ-
«шанные къ исторіи и географіи, не всегда принадлежать къ
«области міра идеальнаго. Если отличительная черта ихъ есть
«неопредѣлительность; если часто сувъолы облекаютъ существен-
«ность покрываломъ болѣе или менѣе непроницаемымъ: то не
«менѣе того миёы, непосредственно между собою связанные,
«нерѣдко обличаютъ древнее начало первыхъ понятій космо-
«гоническихъ и физическихъ» ²).

Просимъ теперь нашихъ читателей выслушать извлече-
ніе изъ повѣствованія Платона. Вотъ что мы читаемъ въ раз-
говорѣ «Тимей».

1) «Выслушай, Сократъ, разсказъ весьма чудный, но вполнѣ
справедливый, какъ говорилъ нѣкогда Солонъ, мудрѣйшій изъ
семи мудрецовъ.

2) Онъ былъ родственникъ и другъ искренній Дропида, на-
шего прапрадѣда.

3) Онъ-то сказалъ Критію, дѣду нашему, какъ передалъ
намъ этотъ старецъ, что Аөиняне совершили великія и удиви-
тельныя дѣла, которыя отъ времени у людей пришли въ
забвеніе.

4) Я разскажу тебе эту древнюю повѣсть, переданную мнѣ
мужемъ пожилымъ.

5) Критію было тогда, по его словамъ, около девяноста
лѣтъ, а мнѣ десять...

1) Is. Vossius ad P. Melam, l. I, c. 8.

2) Exam. crit. de l'hist. d. l. geogr. d. nouv. continent, t. I, p. 112.

43

6) Въ Египтѣ есть олинъ номъ ¹), называемый Саитійскимъ
и находшійся въ Дельтѣ, гдѣ Нилъ раздвоется.

7) Главнѣйшій городъ этого нома Саисъ. Тамъ былъ ца-
ремъ Амазисъ.

8) Главное божество этого города называется Египтянами
Нифъ, а Греки называютъ его по-своему Аөиною ²).

9) Поэтому жители этого города называютъ Аөинянъ свои-
ми друзьями и даже сродниками.

10) И въ слѣдствіе того, какъ разсказываетъ Солонъ, они
оказали ему радушіе во время его пребыванія у нихъ.

11) Бесѣдуя съ ними, особенно съ жрецами, знаменитыми
своюю ученостю, о событияхъ давно прошедшихъ, —

12) Онъ увидѣлъ, что ни онъ, ни другой кто-либо изъ Грековъ совершенно ничего не знали о слышанномъ имъ.

13) И когда, однажды, желая склонить жрецовъ къ разгог-
вору о временахъ давнихъ, началъ онъ имъ разсказывать древ-
нѣйшія преданія, намъ извѣстныя о Форонеѣ первомъ, Ніовѣ,
потопѣ Девкаліона и Пирры; —

14) Тогда одинъ изъ старѣйшихъ жрецовъ сказалъ ему:

1) Т. е. область.

2) Т. е. Минервою. Припомнимъ миоологическое преданіе, что Минерва родилась въ озерѣ Тритонѣ. Этотъ миотъ принадлежитъ Египтянамъ. Нилъ назывался нѣкогда Тритономъ. Извѣстно также, что въ этомъ озерѣ былъ съявенный островъ, называемый Фта (а не Фла, Флд, какъ у Иродота. Это исправлено миоографами. См. въ Biogr. Univ. Partie Mythol. Triton и Minerve) — имя Египетскаго божества, олицетворявшаго огонь. Это совершенно объясняетъ происхожденіе Аөиняяъ отъ Египтянъ. Цицеронъ говоритъ о Минервѣ, прошедшей изъ Нила и чествуемой въ Саисѣ. Вмѣстѣ съ тѣмъ рождение Минервы отъ воды и огня указываетъ на переворотъ природы, постигшій Грецію и прилежавшія къ ней стравы. Древнѣ писатели ставили наугадъ озеро Тритонъ въ разныхъ мѣстахъ Греціи и наконецъ на сѣверномъ берегу Ливіи, противъ бухты Малой Сирты, забывая о древнемъ прозваніи Нила. Вспомнимъ также, что Силенъ, повѣстователь о древнихъ Меропахъ, былъ, по словамъ Діодора, царемъ острова Ниса, образованнаго Ливійскою рѣкою Тритономъ. См. Apoll. Rhod. IV, 269. — Plin. Hist. Nat. V, 10. — Funke, Schullex. III, 1041, sub v. Nilus. — Biogr. Univ. Partie Mythol. сл. Minerve,

44 А. С. НОРОВА, ИЗСЛЪДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДЪ.

«О Солонъ, Солонъ! вы, Греки, всегда останectь дѣтьми! У
Грековъ нѣть ни одного старца....

15) Вы всѣ новички относительно древности и вамъ ни-
чего не извѣстно, что было древле, какъ здѣсь, такъ и
у васъ...

16) Вы ничего не знаете о томъ прекрасномъ и превосход-
номъ поколѣніи людей, вашихъ родоначальниковъ, отъ кото-
рыхъ осталось среди насъ ничтожное сѣмя.

17) Вы этого не знаете, потому что оставшіеся послѣ
ужаснаго переворота природы въ живыхъ, и потомки ихъ, пре-
бывали долгое время безъ письменъ....

18) Скрижали наши свидѣтельствуютъ, какъ вашъ народъ
устоялъ противу усилій мощнаго народа, напавшаго неспра-
ведливо на всю Европу и Азію, и пришедшаго съ Атлан-
тическаго моря, которое тогда можно было переходить
(въ бродъ).

19) Онъ имѣло островъ, противъ устья, которое вы на ва-
шемъ языкѣ называете: Иракловы столпы. Самый же островъ
былъ обширяѣе, чѣмъ Азія и Ливія вмѣстѣ.

20) Оттуда путешественники переходили на другіе остро-
ва, а съ нихъ и на твердую землю, окружавшую собственно
называемый Понтъ.

21) А что находится по сю сторону устья, о кото-
ромъ мы говоримъ, походитъ на гавань, имѣющую узкій
входъ.

22) Тамъ море, собственно называемое Пелагосъ; а земля,
окружающая это море со всѣхъ сторонъ, есть настоящій
материкъ.

23) На названномъ нами островѣ Атлантидѣ были цари,
имѣвшіе власть могущественную, которая распространялась не
только на этотъ островъ, но и на другіе острова и части ма-
терика.

24) Сверхъ того, они владычествовали внутри Ливіи до
Египта, а въ Европѣ до Тирреніи.

45

25) Соединенныя силы ихъ покусились покорить однимъ разомъ вашу и нашу землю и всѣ области, лежащія по ту сторону сказаннаго устья.

26) Тогда, о Солонъ, могущество вашего народа ознаменовалось твердостью и добродѣтелью, превыше другихъ народовъ.

27) Превосходя прочіе народы геніемъ и ратнымъ искусствомъ, Аовиняне приняли предводительство надъ Еллинами, изъ которыхъ многіе ихъ оставили.

28) Не смотря на крайность, до какой они были доведены, Аовиняне восторжествовали надъ своими противниками и воздвигнули трофеи, оградивъ такимъ образомъ многихъ отъ прабоженія.

29) И намъ, живущимъ внутри предѣловъ Иракловыхъ (Египтянамъ), даровали избавленіе и свободу.

30) Но случившіяся послѣ того землетрясенія и наводненія поглотили въ одинъ день и въ одну ужасную ночь все ваше воинство, и вмѣстѣ съ тѣмъ островъ Атлантида погрузился въ море — и исчезъ!

31) Оть этого море на этомъ мѣстѣ стало недоступно и неудобно для мореплаванія отъ ила и отмелей, которые оставилъ по себѣ погрузившійся островъ.

32) Теперь ты слышалъ, Сократъ, сокращенный разсказъ старца Критія, переданный ему Солономъ».

Въ дополненіе къ этому должно привести нѣкоторыя мѣста о томъ же важномъ предметѣ изъ другаго разговора Платона «Критій». Замѣтимъ только, что въ первомъ разговорѣ говорилъ Египтянинъ, а здѣсь говоритъ Грекъ.

33) «Солонъ сказывалъ, что Египетскіе жрецы въ своемъ повѣствованіи объ этой войнѣ (Атлантидовъ съ Греками) употребляли имена Кекропса, Ерехтея, Ёриховія, Ерисиховна и другихъ, жившихъ до Θезея, равно какъ и женскія имена.

34) Наша земля простиралась тогда, какъ полагаютъ съ до-

46

вольною вѣроятностью, съ одной стороны до перешейка, а съ
другой до вершинъ горъ Киоперона и Парнеова; оттуда она по-
нижалась, имѣя на правой сторонѣ рѣку Оропію, а на лѣвой,
къ морю, рѣку Азопъ.

35) Необычайное плодородіе этой страны доказывается тѣмъ, что она могла содержать многочисленное войско, не толь-ко свое, но и сосѣднихъ земель.

36) Оно еще обнаруживается доселѣ тѣмъ, чтó осталось те-
перь отъ этой страны, превосходившей другія изобиліемъ всѣхъ
земныхъ произведеній.

37) Такова была Аттика. И можно ли, судя по тому, что осталось отъ нея, повѣрить тому, что о ней сказано?

38) Вся Аттика теперь какъ бы отдѣляется отъ твердой земли, и, вдаваясь въ море, походить на мысъ. Море, ее окружающее, вездѣ очень глубоко.

39) Ужасныя наводненія въ продолженіе девяти тысячъ лѣтъ, протекшихъ доселѣ, отторгли землю съ высотъ, и, не возвыся равнины, раскидали нѣкоторую часть ея вокругъ береговъ и увлекли ее въ пропасти морскія.

40) И какъ бываетъ послѣ продолжительной болѣзни, наша земля, лишась своего тука, представляетъ одинъ только остовъ прежняго своего прекраснаго тѣла.

41) Я долженъ васъ предупредить, чтобъ вы не удивлялись, если я, говоря о варварахъ, даю имъ имена Греческія, и вотъ тому причина.

42) Когда Солонъ намѣревался составить изъ этого повѣ-
ствованія поэму; то опъ, изыскивая коренные производства
именъ, узналъ, что первые Египтяне, написавшіе эту исторію,
перевели коренное значеніе именъ на свой собственный языкъ.
Такъ и Солонъ передалъ смыслъ этихъ именъ нашимъ
языкомъ.

43) Послѣ того, какъ боги раздѣлили между собою землю,
каждый изъ нихъ получилъ область, одинъ большую, другой
мěньшую....

47

44) Островъ Атлантида достался Нептуну, и онъ устроилъ дѣтей своихъ, рожденныхъ отъ смертной, въ одной части этого острова...

45) Не далеко оттуда жилъ одинъ изъ тѣхъ людей, которые были порождены землею: его звали Евеноръ, а жену его— Левкиппа.

46) У нихъ была единственная дочь, по имени Клито, которая уже пришла въ зрѣлость, когда отецъ и мать умерли.

47) Нептунъ полюбилъ ее и женился на ней.

48) Нять разъ Клито раждала ему сыновей, по два близнеца каждый разъ.

49) Тогда онъ раздѣлилъ весь островъ Атлантиду на десять частей.

50) И далъ старшему сыну достояніе материнское, лучшее и большее на всемъ островѣ.

51) Его поставилъ царемъ надъ другими, которыхъ назвалъ архонтами, давъ каждому изъ нихъ владычество надъ большою и многолюдною областью.

52) Онъ далъ каждому изъ нихъ имена. Старшаго, главу всѣхъ прочихъ, назвалъ именемъ, которое въ послѣдствіи придано острову и морю: имя этого нерваго царя было Атласъ.

53) Братъ его, близнецъ, нолучилъ во владѣніе оконечность острова, близкайшую къ столпамъ Иракловымъ. Его называли на языкѣ той страны: Гадиръ, а по Гречески Евмиль; отъ него получила эта область названіе Гадирика.

54) Дѣти вторыхъ родовъ были Амфиръ и Евдемонъ.

55) Дѣти третьхъ родовъ: старшій назывался Мнизей, а младшій Автоховъ.

56) Четвертыхъ родовъ дѣти: старшій назывался Эласиппъ, а младшій Мисторъ.

57) Послѣдніе были Азаисъ и Диапреписъ.

58) Всѣ они, ихъ дѣти и потомки, жили въ продолженіе многихъ поколѣній въ этой странѣ и властовали надъ многи-

48

А. С. НОРОВА, ИЗСЛЪДОВАНИЯ ОБЪ АЛТАНТИДЪ.

ми другими островами, разсѣянными вдоль моря, какъ уже прежде было сказано, такъ что ихъ власть простиралась до Египта и Тирреніи.

59) Островъ производилъ самъ собою все, что необходимо для жизни—всѣ металлы твердые и плавимые, даже орихалконъ, тотъ металлъ, который мы теперь знаемъ только по имени... Послѣ золота это былъ драгоцѣннѣйшій металлъ... онъ блисталъ какъ огонь.

60) Сначала поверхность острова, какъ говорятъ, была очень возвышенна, а берегъ обрывистъ. Вокругъ города разESTILALASЬ равнина, обставленная горами, которыя спускались къ морю. Эта равнина была продолговата и простиралась въ одну сторону на три тысячи стадій, а отъ своей средины до моря слишкомъ на двѣ тысячи.

61) Площадь острова протягивалась къ югу, а съ сѣвера онъ былъ защищенъ горами, которыя, какъ повѣствуютъ, превосходили высотою и красотою нынѣшнія....

62) Эта площадь имѣла образованіе четверосторонника довольно правильнаго, но продолговатаго.

63) Въ продолженіе многихъ поколѣній и пока божіе отраженіе въ нихъ проявлялось, они покорялись законамъ и охранялись тѣмъ божественнымъ началомъ, отъ котораго происходили; всѣ ихъ помышленія были возвышенны и направлены къ истинѣ, и они скромно и мудро вели себя при всѣхъ переворотахъ жизни.

64) Уважая только добродѣтель, они считали все прочее ничтожнымъ. Обладаніе золотомъ, серебромъ и другими драгоцѣнностями вмѣняли они себѣ въ тягость....

65) Но страсти подавили въ нихъ божественное начало: оно мало по малу стало въ нихъ ослабѣвать и гаснуть отъ преобладанія надъ ними плотскаго естества; наконецъ человѣкъ остался самъ съ собою, и, не въ состояніи будучи вынести своего земнаго блаженства — палъ. Тѣ, которые могли судить право, увидѣли, что они утратили лучшія свои блага, между тѣмъ какъ не умѣющіе понимать, въ чемъ состоитъ истинное блаженство,

49

почитали накопившихъ несмѣтныя богатства и движимыхъ алчностію неправаго преобладанія достигшими верховнаго счастія.

66) Но богъ боговъ, Зевесъ, царствующій правдою и всевидящій, усмотрѣвъ развращеніе этихъ людей, нѣкогда добродѣльныхъ, и восхотѣвъ ихъ наказать, дабы чрезъ то обращить къ мудрости, собралъ всѣхъ боговъ въ торжественное жилище, находящееся посреди вселенной, откуда онъ обозрѣваетъ все сотворенное, и къ нимъ, собравшимся, такъ возгласилъ.»

Здѣсь прерывается недоконченный или неупѣлѣвшій разсказъ Платона. Читатель конечно замѣтилъ во многихъ мѣстахъ этого разсказа проблески Библейской первобытной исторіи ¹). Извѣстно, что язычники исказили многія мѣста Священного Писанія и Еврейскіе обряды, приноровивъ ихъ къ баснословной исторіи и къ идолопоклонству ²). Нуменій, Греческій философъ втораго вѣка, удостовѣралъ, что Платонъ извлекъ изъ книгъ Моисеевыхъ познанія о Богѣ и сотвореніи міра. Онъ даже говорилъ: «Платонъ не иное что, какъ Моисей, выражающійся языкомъ Аөинянъ ³)». Ни одинъ изъ языческихъ писателей не разсуждалъ съ такимъ высокимъ краснорѣчіемъ о Божествѣ и Провидѣніи, о наказаніяхъ и наградахъ въ будущей жизни. Мы находимъ у него темный намекъ на ученіе о Троицѣ и объ Искупителѣ ⁴). Поэтому первые Отцы Церкви не воспрещали чтенія Платона. Большая часть послѣдователей его ученія образилась къ Христіанству прежде другихъ язычниковъ, о чемъ свидѣтельствуетъ, между прочими, Климентъ Александрійскій ⁵). Греки могли весьма удобно ознакомиться съ книгами Священ-

1) См. всю VI гл. Кн. Бытія.

2) «Et expanderunt librum legis de quibus scrutabantur gentes similitudines simulacrorum suorum». — «И распространя книгу закона, отъ нихъ же испытаху «языцы написати на вихъ подобія идолъ своихъ». Кн. Маккав. I, III, с. 48.

3) Numenius in Euseb. Praeparat. Evang. XIII, 12.

4) Въ Алкивіадѣ.

5) In Stromat. См. также S. Augustin. de civit. Dei VIII, с. 4, 5, 9, 11.

УЧ. ЭП. — К. І.

4

50

наго Писанія какъ чрезъ п.І.ѣнныхъ Евреевъ, что видно изъ
Пророка Юиля, такъ и чрезъ Финикіянъ, распространившихъ
во многихъ мѣстахъ древняго міра столько важныхъ и полез-
ныхъ свѣдѣній. Философы прошлаго столѣтія и многіе изъ со-
временныхъ, сказалъ одинъ ученый, имѣютъ рѣшительное от-
вращеніе отъ подобныхъ соображеній; они не могутъ равно-
душно слышать, что Священное Писаніе послужило основаніемъ
многимъ историческимъ и миологическимъ твореніямъ древнихъ
писателей ¹).

Разсказъ Солона объ Атлантидѣ помѣщаетъ это событіе
въ составъ первобытной исторіи рода человѣческаго. Не
малое число ученыхъ старались разгадать эту повѣсть. Гдѣ
же скорѣе можно найти рѣшенія загадки, какъ не въ Биб-
лии, которая есть первая и древнѣйшая изъ существующихъ
книгъ? Но всѣ предположенія ученыхъ были направляемы
въ противную столпами Геркулеса, которые обыкновенно ставать
при проливѣ Гибралтарскомъ, тогда какъ часть земнаго шара за
проливомъ Гибралтарскимъ не принадлежитъ исторіи первобыт-
ной? Одно это разсужденіе должно было удержать отъ подоб-
ныхъ предположеній. Древняя исторія Египетская для насъ
почти не существуетъ; на Египтѣ почилъ гнѣвъ Божій; о немъ
сбылись пророчества, что его слава будетъ стерта съ лица зем-
ли, и теперь его разгромленные исполніе памятники какъ-бы
нарочно оставлены Провидѣніемъ, чтобъ показать всю тщету
человѣка, когда онъ хочетъ бороться съ Богомъ. Не смотря
на это древняя исторія Египетская Иродота, Діодора и
Манеона считается исторіею, хотя самъ Иродотъ, особенно
Діодоръ, относить ее къ области баснословія. Мы не скажемъ,
чтобъ у нихъ не находилось важныхъ фактовъ историческихъ,
но ихъ надобно разгадывать какъ миоы; потому что, какъ дока-
зываетъ Guerrin du Rocher часто неоспоримыми дациями,
эта исторія большею частію передѣлана изъ исторіи Евреевъ, и
лишь только облечена формами Египетскими ²). Напрасно насъ

1) Feller. Dict. hist. Lavaur.

2) Guerrin du Rocher, Hist. véritable des temps fabuleux.

51

остерегали отъ этихъ басней Плутархъ ¹), Өукидидъ ²), Мар-
целлинъ ³), Климентъ Александрійскій; мы все увлекались
сладковrzучными разсказами Грековъ и Римлянъ, послѣ кото-
рыхъ, какъ говоритъ Блаженный Іеронимъ, слогъ Библіи ка-
зался намъ жесткимъ ⁴). Египетъ во время долгаго пребыванія
въ немъ Израильтянъ такъ обогатился принесенными туда чрезъ
Евреевъ высокими познаніями, которые тамъ даже укоренились,
что его жители, при Моисеѣ, обладая этими познаніями со
временъ незапамятныхъ, смотрѣли уже на нихъ, какъ бы на
свои собственныя ⁵).

Картина острововъ, населенныхъ первобытными людьми,
представленная Платономъ (с. 19 — 20, 23, 58), является въ
книгѣ Бытія гл. Х, с. 5. Моисей, начертавъ родословіе сыновъ
Ноевыхъ, говорить: «Отъ сихъ раздѣлишася острова языковъ
въ земли ихъ».

Что понимали жрецы Египетскіе, бесѣдовавшіе съ Соло-
номъ, подъ именемъ моря Атлантическаго? Въ какихъ мѣстахъ
земнаго шара находимъ мы имя Атласа? — Во времена исто-
рическія вѣрѣчаемъ народъ, называемый Атлантами въ Ли-
віи ⁶). Знаменитыя горы Атласа находятся въ Варварійскихъ
владѣніяхъ; гора Юрюра близъ Алжира есть тотъ олицетво-
ренный миочическій Атласъ, поддерживающей сводъ небесный ⁷).
Тцетцесъ говорить, основываясь на преданіяхъ Еврейскихъ и
Греческихъ, объ Атласѣ Египетскомъ, гораздо древнѣйшемъ,
чѣмъ Атласъ Ливійскій. Это лице, по словамъ его, сообщило

1) De malign. Herod.

2) Hist. in princip.

3) Marcellinus, in vita Thucyd. «Totus secundus Herodoti liber mentitur hypotheses.»

4) S. Híeron. Ad Eustoch. de virginit.

5) Walckenaeer, Rech. s. l'inter. de l'Afr. et Latreille. Ess. s. les expé-
dit. de Suétone Paulin et de Corn. Balbus. P. 1807, in 8°. Протяженіе Атласа далѣе
къ западу сдѣлалось извѣствымъ Римлянамъ только въ экспедицію Светонія
Павлина. Сл. Plin. H. N. L. V, I.

6) Lavaur. Conférence de la Fable avec l'hist. Sainte. Disc. prélim.

7) Plin. H. N. I, 137.

52

А. С. НОРОВА, ИЗСЛѣДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДѣ.

Египтянамъ познанія въ Өеогоніи и Астрономіи ¹). Павсаній упоминаетъ объ Атласѣ Віотійскомъ, приписывая ему тѣ же познанія. Плиній говоритъ также, что древняя Евіопія называлась прежде Аерія (Aëria s. Aetheria), потомъ Атлантія²). Египетъ, по свидѣтельству Евсевія, именовался тоже древле Аерія ³). Древнѣйшій основатель храма Венеры на островѣ Кипрѣ, по Тациту, былъ Аерій, и даже самое божество острова Кипра называлось тѣмъ же именемъ Аерія ⁴). У Омира нимѣKA Калипсо принимается за дочь царя Атласа, которому были извѣстны таинственныя глубины морскія ⁵). Это ведетъ къ предположенію, что Средиземное море называлось нѣкогда Атлантическімъ. Какое стеченіе преданій, совокупленныхъ въ одинъ кругъ дѣйствія, къ морю Средиземному. Наконецъ и указаніе Миоологіі не маловажно: кто былъ Атласъ? — «Знаменитый Титанъ, сынъ Яфета и нимфы Азіи ⁶)». Евсевій (въ книгѣ IX Praeparat. Evang.) говорить, слѣдуя Евмолпу: «Греки приписывали Атласу изобрѣтеніе Астрологіи; «это есть одно лице съ Енохомъ, сыномъ Маюсаиловымъ». Прежде того Евсевій сказалъ, что преданіе приписываетъ изобрѣтеніе Астрологіи Еноху. По преданію Грековъ и Римлянъ, переданному Плиніемъ ⁷), и по преданіямъ Востока, собранившимся у Массуди и другихъ, которыя мы выписали выше, Кипръ, принимаемый нами за остатокъ Атлантиды, былъ соединенъ и съ Палестиною, отечествомъ Яфета (отца Атласова), и съ Малою Азіею, которая была собственно Азія

1) Tzetzes. Hist. variar. chiliades. Chil. V. de Atlante. Bъ Poetae Gr. vet.
Colon. 1614. T. II, p. 343, v. 276—79.

2) Plin H. N. VI, c. 30.

3) Euseb. Chron. s. v. Rameses. Potocki. Principes de Chronol. p. 61: «Что «касается до имени Атлантовъ, то оно принадлежало тѣмъ древнимъ Евіопамъ, «которые при Озиридѣ насилили Египетъ, сообщили ему Иероглифическія письмена и научили Ееогоніи».

4) Tacit. Ann. III, Hist. II, 3.

5) Hom. Odyss. I, 52—53.—VII, v. 245.

6) Biogr. Univ. partie Mytholog: Atlas. Ovid. Metam. IV, 631. Natalis Com. My-
thol. L. IV, c. 7.

7) Plin. H. N. II, 90, 91.

53

Древнихъ, Asia propria. Вотъ почему Солонъ говоритъ у Платона, что островъ Атлантида былъ болѣе, чѣмъ Азія и Ливія вмѣстѣ (с. 19); потому что Ливія составляла только то пространство, которое находится между Египтомъ и Сиртами ¹), гдѣ были сады Гесперидовы, или Ливія Мареотійская ²), и, только въ смыслѣ поэтическомъ и общемъ, это имя приписывали цѣлой части свѣта. Притомъ разсказъ Солона довольно ясно обозначаетъ мѣстность Атлантиды:

С. 23. «Въ названномъ нами островѣ Атлантидѣ были цари, имѣвшіе власть могущественную, которая распространялась не только на этотъ островъ, но и на другіе острова и части материка».

С. 24. «Сверхъ того они владычествовали внутри Ливіи до Египта и въ Европѣ до Тирреніи».

Ливія до Египта есть уже названная нами Ливія — Мареотійская; а Тирренія, какъ извѣстно, часть древней Италіи, населенная древле Лидянами и получившая это названіе отъ царя Лидійскаго Тиррена, сына Геркулесова ³).

И такъ спросимъ опять, послѣ такого положительнаго опредѣленія мѣстности Атлантиды, искать ли ее въ Атлантическомъ Океанѣ? Есть ли какое вѣроятіе, чтобъ Океанъ Атлантическій могъ когда либо быть переходимъ въ бродъ, какъ слѣдуетъ изъ разсказа жрещовъ Египетскихъ и преданія, преданнаго намъ Массудіемъ и другими Арабскими писателями? Замѣтимъ, что, можетъ быть, не безъ намѣренія, въ разсказѣ

1) Plin. H. N. V, 6.

2) Schellers Lexic. s. v. Lybia.

3) Herod. I, 94. — Plin. H. N. III, 5.

54 А. С. НОРОВА, ИЗСЛѣДОВАНИЯ ОБЪ АТЛАНТИДѣ.

у Солона, море, окружающее островъ Атлантиду, названо словомъ *Пелагосъ* (πελαγος), а не *Океанъ* (ωκεανος), которое должно бы было употребить, еслибъ мѣсто дѣйствія происходило на Океанѣ Атлантическомъ. Позднѣе Греки смѣшали имена πελαγος и ωκεανος; потому что самый Нилъ, по свидѣтельсдву Дiodора Сицилійскаго, сверхъ другихъ именъ, въ глубокой древности назывался *Океаномъ* ¹).

Теперь остается намъ сказать о столпахъ *Геркулесовыхъ*, которые, вѣроятно, были главною причиною всѣхъ недоразумѣній по этому предмету. Греки и Римляне временъ положительно-историческихъ разумѣли вообще подъ этимъ именемъ живописное образованіе *Гибралтарскаго пролива. Скимнъ Хюсскій* (v. 144—145) говорить о проливѣ *Гибралтарскомъ*, что это мѣсто называется у некоторыхъ *Геркулесовыми столпами* ²): стало быть не у всѣхъ? Это самое признаетъ и ученый географъ Маннертъ ³). Но вспомнимъ, что въ отдаленнѣйшую эпоху, столпами *Геркулесовыми называли также западное главное устье Нила, прозванное устьемъ Иракла, т. е. *Геркулесовымъ*, где былъ городъ *Ираклеумъ*, и храмъ въ честь *Геркулеса* ⁴). Поэтому у Платона *Египтянинъ говорить: 29) «И намъ, живущимъ внутри предѣловъ Иракловыхъ»... Храмъ въ честь *Геркулеса, весьма знаменитый въ древности, находился также въ Тирѣ противъ острова Кипра. А еще съ большимъ вѣроятіемъ можно принять за *Геркулесовы столпы, о которыхъ упоминается въ разсказѣ объ Атлантидѣ, тѣ скалы Босфора Фракійскаго, находящіяся при входѣ въ Поптъ Евксинскій, о которыхъ говорить *Стравонъ слѣдующее: «Иные полагаютъ, что скалы, называемыя Планкта и Симплегада* ⁵), суть тѣ столпы, о которыхъ упоминаетъ*.*

1) *Diod.* Sic. I, p. 1, § XIX.

2) *Καλοῦνται δ' υπο τίνον Ηραχλεοῦς στῆλαι.*

3) *Τ.* I, p. 297.

4) *Diod.* Sic. I, p. 1, § XX. Баеръ (Baer) справедливо замѣчаетъ, что всѣ храмы *Геркулесовы въ древности были украшены двумя колоннами при входѣ, и что по этому названіе *столповъ* *Геркулесовыхъ* церквѣ дко приписывали пограничнымъ памятникамъ.*

5) Что нынѣ Урекъ и Такп.

55

«Пиндаръ, называя ихъ вратали Гадиритскими, и что они «суть предѣлъ странствія Геркулесова ¹)». Припомнимъ, что зна- менитый въ древности храмъ существовалъ на одной изъ скалъ Кіанейскихъ (Планкта и Симплегада). Иродотъ представляетъ намъ Дарія проплывшимъ туда, чтобъ насладиться зрѣлищемъ Понта Эвксинскаго. «Зрѣлище достойное вниманія», говоритъ этотъ историкъ, «потому что это море преимущественно передъ другими заслуживаетъ удивленіе ²)». Пиндаръ почти также вы- ражается о Понтѣ Эвксинскомъ, называя путь къ странамъ Ги- перборейцевъ путемъ чуднымъ — *Захирасту ćδōv ³)*. Этимъ путемъ достигали странъ блаженныхъ; тамъ полагались предѣлы міра въ повѣріяхъ первобытныхъ народовъ. Выпишемъ еще одно мѣсто изъ Стравона: «Въ отдаленныя времена Понтъ Евксинскій считал- «ся дрѣгимъ Океаномъ, и тѣ, которые рѣшались плавать по немъ, «считались столь же отчужденными отъ міра, какъ и тѣ пла- «ватели, которые направлялись за столпы Геркулесовы. Понтъ «Эвксинскій считался самымъ большимъ моремъ; его на- «зывали по преимуществу Понтъ (Повтоς), что мы видимъ «въ Омирѣ ⁴)». Касательно столповъ Геркулесовыхъ наше мнѣніе подтверждается преданіемъ самой глубокой древно- сти, сохраненнымъ Діонисіемъ Милетскимъ, изъ котораго яв- ствуетъ, что путь Иракла былъ не изъ Европы въ Ливію, а на- противъ того изъ Ливіи въ Европу ⁵). Ираклъ, если онъ суще- ствовалъ, могъ принадлежать могучему роду Атлантовъ *Агвяры* potentes (Быт. VI, 4). Это подтверждается тѣмъ, что самый Гер- кулесъ былъ Бриарей ⁶). Что же касается до страны, назы-

¹) Strab. III, 5, § 6, p. 170. — Pind. Olymp. III, X. Не подалеку оттуда, на Азіятскомъ берегу Чернаго моря, былъ городъ Геркулесовъ Heracleaea, съ гаванью; а далѣе у Кавказскаго берега два мыса Геркулесовы. См. Arrian. Pont Eux. § 13 и 18.

²) Herod. IV, 85.

³) Pyth. X.

⁴) Strab. lib. I, p. 21. Eustath. v. 146. C. 20.

5) Dionys Miles. apud. Diod. Sic. — Mannert. Georg 2-e Ausg. IV, p. 56.

6) Clearchus Solens. Mulleri fragm. Historicor. Gr. T. II, p. 320.

56

ваемой Гадирика, то замѣтимъ, что плаваніе Финикіянъ къ проливу Гибралтарскому гораздо позднѣе самаго названія «Гадиръ», которое, происходя отъ имени одного изъ сыновей Іакова, Гада, перешло въ названіе земли, принадлежавшей его колѣну. Еврейское имя Гадъ гдѣ происходитъ отъ слова Гада гдѣ, значащаго: овенъ, между тѣмъ, какъ Гадиръ или Гадаръ гдѣ встрѣчается между именами городовъ, какъ въ Палестинѣ, такъ и въ Аравіи ¹). Мы знаемъ также, что слово гдѣ собственно означаетъ стѣну или ограду. Финикіяне дали названіе Гадира островкамъ и колоніи пролива Гибралтарскаго, согласно съ извѣстнымъ именемъ Гедеротъ, и поэтому Руѣйнѣ Авіенъ, въ своемъ описаніи городовъ, замѣчаетъ, что Финикіяне, назвавъ проливъ: «Гадиръ», имѣли въ виду словопроизводство этого имени, значащаго сжатый стѣнами (undique septum ²). Такое наименованіе еще ближе примѣнимо къ Босфору Фракійскому, и можно полагать съ вѣроятностію, что въ глубокой древности это было его настоящее названіе, отнесенное позднѣе Финикіанами къ проливу Гибралтарскому, какъ это указываетъ Стравонъ, говоря о скалахъ Босфора, Планкта и Симплегада; сія послѣднія также были относямы къ Гибралтарру. Это указаніе Стравона драгоцѣнно. Такимъ образомъ разсказъ Солона болѣе и болѣе поясняется. То, что Солонъ называетъ собственно Понтомъ (с. 20), есть Понтъ Евквинскій, а собственно море (Пелагосъ) (с. 22) — море Средиземное, древле носившее имя острова Атлантиды, котораго народъ владѣлъ частію Европы и Азіи. Если мы обратимся къ словопроизводству имени Егейскаго моря Аіγεον πέλαγος; то найдемъ, что одинъ изъ трехъ сторукихъ гигантовъ назывался именемъ: Эгеонъ, Аіγεον (на языкѣ боговъ Эгеонъ, а на языкѣ смертныхъ Бριарей, говоритъ Омиръ). Мы опять узнаёмъ въ этомъ миетѣ могучій родъ Атлантовъ: исполини человѣчи именитій Библіи, ὑπερηφανα τέχνα, superba proles Изіода ³). Безъимянный ав-

¹) II Паралипом. XXIII, 18. — Цсал. 83, 7. — Матв. VIII, 28.

²) См. Edm. - Castelli Lexic. Heptaglott. p. 496, ad voc. γαρὶ et γαρα.

³) Hesiod. Theog. 149 v.

57

торъ Скедіазма или Перипла Средиземнаго моря называетъ его
μεγαλος Δαλαξσις.

Атлантида, по нашему предположенію, занимала все про-
странство Средиземнаго моря отъ острова Кипра до Сицилии,
возь которой на съверѣ было Тирренское море и Тирренія. Это
пространство совершенно соотвѣтствуетъ тому, которое Платонъ
опредѣляетъ для Атлантиды, а именно: 3,000 стадій въ длину
и 2,000 ширину. Бальи сравниваетъ его съ пространствомъ
Франціи, 150 миль въ дл. и 100 въ шир. ¹). Должно замѣ-
тить, что островъ Косъ носилъ нѣкогда названіе: Мероповъ или
Мерописъ, какъ свидѣтельствуетъ Плиній (Y, 36); Квинтиліанъ
же говоритъ, что жители этого острова назывались Меропами
(VIII, 6, extr. § 71). Просимъ нашихъ читателей, по этимъ
указаніямъ, вспомнить то, что мы сказали относительно преданія
Өеопомпа о странѣ Мероповъ или Атлантовъ (стр. 41). Пиндаръ
также помѣщаетъ исполинскій родъ Мероповъ, побѣжденный
Геркулесомъ, на берегахъ Эгейскаго моря (Nem. IV, 25—30).
Мы уже упоминали о миѣѣ Геркулеса, какъ прообразованіи того
физическаго переворота, который происходилъ на этомъ мѣстѣ
земнаго шара (стр. 38). Присоединимъ къ этому свидѣтельство
Діодора (III, 61), который говоритъ, что Сатурнъ (Кроносъ)
былъ братъ Атласа, что онъ царствовалъ надъ Сицилиею, Ли-
віею и Италіею. Этотъ самый объемъ даетъ Солонъ, въ разска-
зѣ П.латона, в.ладычеству Атлантовъ. Юпитеръ былъ сынъ Са-
турна и братъ Урана; другой Юпитеръ былъ царемъ острова
Крита, по свидѣтельству того же писателя, и побѣдилъ Сатур-
на, который воевалъ противъ него вмѣстѣ съ Титанами. Островъ
Критъ и Родосъ должны были также составлять одно цѣлое съ
Атлантидою; древнее имя Крита, Родоса и даже Лезбоса было
общее съ Кипромъ: Äëria, Счастливый островъ, μαχάρων νήσος ²).
Вотъ уже и Fortunata insula, νήσοι μαχάρων. Извѣстно, что древ-
ніе писатели часто разумѣли подъ этимъ названіемъ Атлантиду.

1) Bailly Lettres s. l'Atlant. pp. 84 — 85.

2) Plin. H. N. IV, 12. 20, V. 31. — V, 36, 39. Solin. XVII. — Aul. Gel. XIV, 6.

58

Плиний наугадъ искалъ Счастливаго острова противъ Мавритан-
скаго берега на Атлантическомъ Океанѣ; онъ ввелъ въ заблуж-
деніе и своихъ послѣдователей: имя Атлантического Океана
было тому главнѣйшею причиною. Въ Космографіи Этика ¹),
полезной по отрывкамъ изъ древнихъ потерявныхъ географовъ,
въ ней находимымъ, мы встрѣчаемъ Insulae Fortunatae ря-
домъ съ Сицилиею, Сардиніею и Корсикою. Малтебрюнъ уже
замѣтилъ, что Периплъ Ганноновъ доказываетъ, что Карθаген-
цы во время Иродота не знали еще ничего о Канарскихъ остро-
вахъ ²), къ которымъ въ послѣдствіи отнесено названіе Счаст-
ливыхъ острововъ ³). Тождество Счастливыхъ острововъ или Гес-
перій съ Атлантидою подтверждается указаніемъ Максима Тир-
скаго (Serm. 38). Онъ причисляетъ Гесперію къ Ливіи, говоря,
что Атласть былъ тамъ въ особенности чествуемъ, что Гесперія
есть земля узкая, что ея протяженіе болѣе въ длину, чѣмъ въ
ширину, и что море окружаетъ ее со всѣхъ сторонъ. Это топо-
графическое обозначеніе поразительно сходно съ разсказомъ
Платона. По мнѣнію древнихъ, на Счастливыхъ островахъ жили
Титаны подъ владычествомъ Кроноса, послѣ того какъ Юпи-
перъ выпустилъ ихъ изъ Тартара. Тамъ жилъ также мирный
Титанъ Океанъ при источникѣ рѣки своего имени, обтекающей
всю землю. Опять должно здѣсь припомнить, что Нилъ на-
зывался въ древности рѣкою Океаномъ или божественною, об-
текающею весь міръ. Приведемъ здѣсь любопытную выпис-
ку изъ Арабскаго историка Могамеда бенъ Ахмеда бенъ Аяса:
«Противъ моря Индійскаго, со стороны Запада, другое море
«выходитъ изъ Океана (на западѣ отъ страны Зинджесъ) и окан-
«чивается возлѣ горы Горлицъ. Вѣ это море впадаетъ Нилъ, ко-
«торый вытекаетъ изъ самой возвышенной части Абиссиніи; при
«его оконечности (т. е. при устьѣ) находятся Счастливые остро-

1) Aethicus изл. вмѣстѣ съ Pomp. Mela и Solin. Lugd. Bat. 1645, p. 487.

2) Maltebrun. Geogr. I, 227.

³) Прибавимъ, что даже въ то время, когда былъ написанъ Скедіазмъ или Пе-
риплъ Средиземнаго моря, безъимяннаго автора, жившаго нѣсколько прежде
Стравона, существовавъ на сѣверовосточномъ берегу острова Кипра городъ, по-
сившій имя Макхреа.

59

«ва.... Противъ Сирійскаго моря, на востокѣ, море Грузинское «(Каспійское)»». Что касается до Титановъ, то корень этого разсказа находимъ въ началѣ VI гл. Бытія. «И бысть егда на- «чаша человѣцы мнози бывати на земли и дщери родишася имъ. «Видѣ выше же сынове Божіи дщери человѣче, яко добры суть, «пояша себѣ жены отъ всѣхъ ихъ же избраша. И рече Господь «Богъ: не имать Духъ мой пребывати въ человѣцѣхъ сихъ во «вѣкѣ, зане суть плотъ: будутъ же двіе ихъ лѣтъ сто двадесять. «Исполини же бяху на земли во дни оны; и потомъ, егда вхож- «даху сынове Божіи къ дщерямъ человѣческимъ и рождаху се- «бѣ: тіи бяху исполини, иже отъ вѣка человѣцы именитіи (ст. 1—4)».

Судя по разсказу Солона (ст. 20), царство Атлантовъ со- стояло изъ главнаго острова, или правильнѣе, изъ большаго полу- острова и изъ другихъ меньшихъ острововъ или полуостро- вовъ (нынѣшній Архипелагъ), которые, болѣе или менѣе сбли- женные и даже соединенные, достигали до столповъ Геркулесо- выхъ, или Босфора Фракійскаго. Островъ Лесбосъ, который, какъ мы сказали, можно причислить къ такъ называемымъ Счастливымъ островамъ, Макаровъ νησοι, могъ составлять сѣ- верную оконечность владѣній Атлантовъ. Война Аоняня съ Атлантами, при такомъ предположеніи, становится понятною; иначе могли ли Аоняняе имѣть что либо общее съ жителями острововъ Океана Атлантическаго? Притомъ не самъ ли Пла- тонъ говоритъ намъ, что большая часть древней Аттики подвер- глась въ одно время той же участи, какой и островъ Атлаити- да (ст. 34—40): сдѣдовательно Атика была въ смежности съ Атлантидою. Преданіе о войнѣ Аоняня съ Атлантами освяще- но было обрядами Аоняня. Проклъ говоритъ, что такъ назы- ваемый пеплумъ (peplum) или бѣлый хитонъ, которымъ облека-

*) Бенъ-Аясъ. Запахъ цвѣтовъ въ чудесахъ Природы. Въ Notices et extr. des MS. T. VIII, p. 13. — См. также Natalis Com. Mythol. l. III, с. 19. «Scriptum «reliquit Clearchus Solensis, has beatorum insulas fuisse juxta Herculis Bria- rei columnas, ad quas in Gades et Tyrius et Graecus postea Hercules accessit».

60

ли Минерву въ Панафеенскіе праздники, напоминалъ объ этомъ
сөбиітіи. Знаменательный стихъ Виргилія

Magna giganteis ornatur pepla trophaeis,

подтверждаетъ указанія Прокла ¹). Өукидидъ повѣствуетъ
объ островѣ Аталантѣ, оторванномъ отъ материка въ про-
ливѣ между Локридою и Евбеею, когда сія послѣдняя была
взрыта землетрясеніемъ и наводнена моремъ ²). Это мѣсто Өу-
кидида приводило даже великаго Колумба къ мысли, что Атлан-
тиду Платонову должно искать около этихъ мѣстъ³). Замѣтимъ
также, что два древнѣйшихъ царя Лидійскихъ, Гигесъ и Аліа-
тесъ, назывались потомками Атласа. Фригійцы (и можно ска-
зать тоже о Лидійцахъ) считали себя, по сознанію самихъ Егип-
тянъ, самымъ древнимъ народомъ міра ⁴), и потому Апулей
даетъ имъ прозваніе первородныхъ, primigenii ⁵). Ученый Бо-
хартъ доказалъ, что Фригійцы суть Библейскіе Омириты, по-
тотки Яфета ⁶), который, какъ мы уже показали, олицетворенъ
въ Миоологіи Грековъ Атласомъ. Діодоръ, жившій 4-мя вѣ-
ками позднѣе Платона (60 л. до Р. Х.), во многомъ исказилъ
повѣствованіе объ Атлантахъ, находясь подъ вліяніемъ своего
вѣка и заимствуя отъ баснелюбивыхъ писателей, каковы были
Ктезій, Эфоръ и Клитархъ; но и у него мы находимъ про-
блески, наводящіе на истинный путь. Такъ онъ говоритъ, что
Атланты вели войну съ Амазонками. Всѣми почти древними пи-
сателями этотъ народъ, (конечно не женщины, но получившій ис-
каженное женское прозваніе) ⁷) помѣщень на восточномъ бере-
гу Понта Евксинскаго (т. е. моря негостепріимнаго); но Діо-
доръ обозначаетъ другое населеніе Амазонокъ въ Ливіи, у такъ

¹) Proclus in Plat. Polit. — Schol. Polit. — Virg. Cir. v. 30.

2) Thucyd L. III, c. 89.

³) Götting. Gelehrte anz. 1838. T, I, p. 371, где удивляются этой идеи Колумба.

4) Herodot. I. — Just. II. c. 1.

5) De asino aur. c. XI.

⁶) Phaleg. L. III, c. 8.

7) Palaephat. XXIII. Hom. II, III, 189.

61

называемаго озера Тритона, и, для согласованія обстоятельствъ, придавая таинственность своему разсказу, полагаетъ это озеро на краю Ливіи къ Атлантическому окелану. Но всѣ коренныя древнѣйшія преданія опредѣлили уже мѣстность озера Тритона въ бухтѣ Малой Сирты, что нынѣ заливъ Кабесъ, насупротивъ острова Мальты, что самое и даетъ подобіе истины войнѣ Амазонокъ съ сосѣднимъ имъ народомъ Атлантиды. Діодоръ говоритъ положительно, что Амазонки начали съ объявленія войны Атлантамъ, изъ чего можно достовѣрно заключить, что оба сіи народа были сосѣдственные ¹). Въ ученомъ трудѣ Укерта находимъ весьма важное для нашихъ предположеній примѣчаніе. Говоря о миёѣ Геркулеса, покоряющего Амазонокъ, онъ прибавляетъ: «Къ тому же времени долженъ принадлежать «разсказъ Платона объ Атлантидѣ, поглощенной моремъ. Такъ «и у Діонисія исчезаетъ островъ и озеро Амазонокъ. Это равно «примѣняется къ землѣ Мероповъ у Ееопомпа, къ острову Ги-«перборейцевъ у Гекатея Абдерскаго и Евгемера» ²). Діодоръ также пишетъ, что Тритоново озеро было поглощено землетрясеніемъ ³). Англійскій путешественник Шау (Schaw) принимаетъ за Тритоново озеро такъ называемое нынѣ озеро Лудеа, что самое соотвѣтствуетъ разсказу Аполлона Родійскаго въ его Аргонавтікѣ. Мы съ своей стороны полагаемъ, что еще вѣроятнѣе Тритоновымъ озеромъ можно почитать нынѣшнее Мареотійское озеро, при устьѣ Нила; это самое равно примѣняется къ плаванію Аргонавтовъ, которые на третій день труднаго путешествія увидѣли островъ Критъ ⁴). Безчисленныя отмели, попалавшіяся Аргонавтамъ, скорѣе можно отнести къ древнему образованію Дельты Египетской, составленной изъ наноснаго рѣкою ила. Такъ называемый Священный островъ озера Тритонова былъ не иное что, какъ одинъ изъ острововъ Дельты; тамъ въ первые вѣка міра различные рукава Нила легко могли вовлечь неопытныхъ мореходцевъ въ пути

1) Diod. Sic. III.

2) Ukert. Geogr. d. Griech. und Röm. III, 391. (Skythien).

3) Ibid. с. 55.

4) Apoll. Rhod. IV.

62

неисходимые. Въ полупризнанномъ теперь за Тритоново озеро, озерѣ Лудей, нѣтъ никакого устья или рѣки, которая соединяла бы его съ моремъ Средиземнымъ ¹); гдѣ же эта рѣка Тритонъ, потающа Тритовъ? Всѣ эти условія находимъ при устьѣ Нила, который самъ носилъ нѣкогда имя Тритона, на что мы уже и указали.

Серанусъ (De Serres), переводчикъ Платона, въ преди-
словіи къ Критію, первый сказалъ, что должно искать въ
книгахъ Моисея объясненія разсказа объ Атлантидѣ. За нимъ
Шведскій ученый писатель Іоаннъ Эвреній предпринялъ вы-
вести изъ баснословнаго мрака преданіе объ Атлантидѣ ²). Его
предположенія были нѣсколько пополнены Баеромъ ³). Они оба
сблизили повѣствованіе объ Атлантахъ съ Исторіею Библей-
скою; но ихъ географическія предположенія совершенно различе-
ствуютъ отъ нашихъ, и примѣненія Палестины и ея переворо-
товъ къ исторіі Атлантиды намъ кажутся не соотвѣствующи-
ми разсказу Солона. Не можемъ не привести здѣсь чрезвычайно
любопытнаго и весьма близкаго къ истинѣ изысканія Евре-
нія объ именахъ Атласа и его сыновъ:

с. 41) «Я долженъ васъ предупредить», говоритъ Платонъ,
чтобы вы не удивлялись, если я, говоря о варварахъ, даю имъ
имена Греческія».

с. 42) «Когда Солонъ намѣревался составить изъ этого повѣ-
ствованія поэму; то онъ, изыскивая коренные производства
этихъ именъ, узналъ, что первые Египтяне, написавшіе эту ис-
торію, перевели коренное значеніе именъ на свой собственный
языкъ. Такъ и Солонъ передалъ смыслъ этихъ именъ нашимъ
языкомъ».

1) Это уже замѣтилъ Маннертъ.

2) Я имѣю латинскій переводъ Шведскаго сочиненія Евренія: Atlantica Orien-
talis sive NHΣΟΣ Atlantis a multo retro annis a M. Iaonne Evrenio Svecano
idiomate descripta, jam autem Latine versa (a Oläo Bidenio Renhorn). Berol. 1764,
in 8°.

3) Essai histor. et crit. sur l'Atlantique des anciens dans le quel on se propose
de faire voir la conformité qu'il y a entre l'hist. des Atlantiques et celle des Hebreux;
par. Fr. Ch. Baer. 2 éd. Avignon. 1835, in 8.

63

Слѣдуя этому важному указанію, Эвреній полагаетъ, что Греческія имена Нептуна и его сыновей переведены букваль- но съ Еврейскихъ именъ: Израиля, Гада, Юсифа, Асира, Йу- ды, Дана, Завулова, Нефоалима. Сумеона и Рувима, и что это раздѣленіе Атлантиды выражаетъ одѣное баснословымъ вымы- еломъ раздѣленіе Земли Обѣтованной между дѣтьми Йакова ¹).

Образованіе озера Мензале отъ потопленія страны Танис- ской, согласно съ предреченіемъ Пророка Іезекія ²), есть, какъ мы уже замѣтили, событие совершенно отдѣльное отъ потопленія Атлантиды. Подобные грозные перевороты, совершившіеся на земномъ шарѣ, не описаны историками, потому что исторія, какъ сказалъ одинъ краснорѣчивый писатель ³), объѣмлетъ толь-

1) Предлагаемъ для знающихъ Еврейскій и Греческій языки это любопытное толкованіе Евренія. Старшій сынъ Нептуна, царь Атлантиды, Атласъ пред- ставляетъ самого Израиля. Атлас есть переводъ слова Израиля *ישראל* отъ корня *שר*, значущаго: превзойти, побороть, съ тѣмъ различіемъ, что Греческое слово выражаетъ просто бойца или побѣдителя, а Еврейское борьбу Израи- ля съ Богомъ. (Замѣтимъ, что стихъ 4 и 5 главы XII, Прор. Ос. вольфъ объяс- наетъ это словопроизводство). 2-й сынъ Евмилъ Еūμηλος богатый овцами въ Еврейскомъ смыслѣ *νῆσον*, выражаетъ имя Гадъ, *גָּל*, хотя, въ смыслѣ Пи- санія, означаетъ толпу, войско. 3-й Амфересъ, Αμφήρης отъ ἀμφέρω, ἀγαφέρω, extol- lo, sursum fero, въ Евр. Юсифъ отъ *שָׁכֶל* addidit, crescere fecit. 4-й Евдемонъ Εὐδαμιωνъ beatus, тоже что Асиръ *אָשָׁר* beatus. 5-й Азаисъ *Αζαχής* отъ *Αζω* co- lo, venerог, птить, уважать. Евр. Йуда *יָהוָה* отъ *יָהוָה* въ спряженіи Гифиль, значитъ восхвалѣетъ, прославляетъ. 6-й Мнесторъ или Мисторъ Мνηστωρ pru- dens, peritus или Μηδωρ отъ Μηδως виниманіе, совѣтъ отъ чего Μηστορ Мудρ. Евр. *δανъ* Данъ отъ *δανόν* разсматривать, судить. 7-й Адотховонъ *Αυτοχθωνъ* juxta habi- tans in eadem terra тоже, что въ Евр. Завулонъ отъ *וַבָּל*, т. е. juxta habitavit, co- habitavit. 8-й Еласиппъ *Ελασίππος* отъ ἑλασις militaris expeditio, или отъ ἑλαυνω, expellere, съ прибавленіемъ ἱππος, усугубляющимъ выражение; по Евр. Нефалинъ, отъ *φάτ* въ спряж. Нифиль значитъ бороться. 9-й Мнизей Мνησευς, отъ μνῆσις, memoria resonans, fama audita, по Евр. Сумеонъ отъ *שָׁכֶל*, resonuit, audivit fa- mam. 10-й Діапреписъ *Διαπρεπὴς* отъ διὰ πρέπω, decorus et excellens suh, выра- жаетъ Рувина, отъ *βαβη* conspicuus, magnus, auctus est, crevit, быть возвыше- ну, отличену. Евреній паходитъ даже много сближецій въ описаніи храма Неп- тунова на островѣ Атлантидѣ съ описаніемъ храма Соломонова. Приглашаемъ для сего любознательныхъ читателей обратиться къ книгамъ Евренія и Баера.

2) См. Путеш. по Св. землѣ, ч. І, гл. І.

3) Barthelemy. Voyage du j. Anacharsis C. LXIV.

64

ко нѣкоторую часть времени существованія народовъ; но эти ве-
ликія события оставляютъ часто неизгладимые слѣды въ памяти
ихъ потомковъ. Одинъ рыбакъ береговъ озера Мензале разска-
зывалъ мнѣ о потопленіи Танисской области повѣсть въ родѣ
тѣхъ повѣстей, которые находятся въ тысячѣ и одной ночи. Я
сберегъ его разсказъ. Вы найдете на многихъ островахъ Архи-
пелага преданія, переходящія изъ рода въ родъ, о тѣхъ страш-
ныхъ переворотахъ природы, которые совершились на этомъ
поприщѣ древнихъ бытописаній.

ОСАДА И ВЗЯТІЕ
ВИЗАНТІИ ТУРКАМИ.

(2 апръя — 29 май 1453 года).

(М. СТАСЮЛЕВИЧА).

Quis nescit, primam esse historiae legem, ne quid falsi dicere audeat, deinde nequid veri non audeat ?

Cic. Orat. II, 62.

ПРЕДИСЛОВІЕ.

Еще недавно, в Ученыхъ Запискахъ, мы читали весьма любопытное разсужденіе о томъ *), «почему Византія донынѣ остается загадкою во всемірной исторіи»? Авторъ, указавъ второстепенные препятствія успѣхамъ Византійской исторіи, заключающіяся отчасти въ трудности языка лѣтописей, отчасти въ предпочтеніи исторіи западной Европы, переходитъ затѣмъ къ препятствіямъ болѣе важнымъ. «Еще значительѣе, говоритъ онъ (433 стр.), были для обработывателей византинизма реальныя затрудненія, потому что для объясненія Византійскихъ писателей надобно было создавать совершенно новую отрасль историческаго знанія. Византійская имперія въ своемъ народонаселеніи сложилась изъ такихъ разнородныхъ элемен-

*) См. Ученая Записки Имп. Акад. Наукъ, по І и III Отд., т. II, выпускъ 3, стр. 423 — 444. Спб. 1853.

уч. зап. — к. 1.

ξ

66

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

товъ, и получила такой оригинальный характеръ, что понять ее съ этой стороны въ прежнія времена было рѣшительною невозможностью.» На самомъ дѣлѣ византинологу приходится имѣть дѣло нетолько съ Византійскимъ элементомъ, но и съ элементомъ Азіятскимъ съ его разными оттѣнками, недоступными для западныхъ ученыхъ, а еще болѣе съ элементомъ Славянскимъ, который до послѣднихъ десятилетій оставался совершенно незамѣченнымъ въ средневѣковой исторіи Греціи. «Трудно было западнымъ ученымъ, продолжаетъ нашъ авторъ (435 стр.), войти въ исторію Византіи еще и потому, что эдѣсь представлялась ихъ взорамъ церковь съ особеннымъ историческимъ значеніемъ и судьбою. Понять и безпристрастно оцѣнить это значеніе и судьбу мѣшали имъ старинные предразсудки и наслѣдственныя убѣжденія.» Послѣднее обстоятельство привело автора къ самому вѣрному заключенію: «Что это — обязанность Россіи, говоритъ онъ (441 стр.), что теперь она, ради своей ученой славы, не можетъ остаться позади другихъ образованныхъ странъ, — нужно ли для кого-нибудь это доказывать? Кто можетъ сомнѣваться, что самое многостороннее и сильное покровительство Россіи Византійскимъ занятіямъ никакой странѣ не доставить столько пріобрѣтеній, какъ самой Россіи? Не Византіи ли обязанъ Русскій народъ просвѣщеніемъ христіанскою вѣрою, и не она ли, эта вѣра, дала Русскимъ князьямъ и народу силу выдержать въ продолженіи вѣковъ дѣятельное и страдательное противоборство магометанству, и наконецъ освободиться отъ его ига, когда Византія, послѣ 800-летней борьбы, пала? Большая половина Русской истории не есть-ли, говоря вообще, отраженіе исторіи Византійской»? и т. д.

Почти тѣ же самыя мысли занимали и насъ, когда мы приступили къ изслѣдованію своего вопроса о паденіи Византіи. Не говоря уже о томъ, что эта печальная катастрофа не имѣла до сихъ поръ для себя монографическаго труда, по крайней мѣрѣ первостепенные византинологи, какъ Тафель *), избирали для того другія эпохи Византійской исторіи; мы не менѣе были

*) См. тамъ же, стр. 444 — 454: О трудахъ византиниста Тафеля.

67

побуждены къ предпринятію этого изслѣдованія тѣмъ при-
страстнымъ изображеніемъ, которое заключается въ общихъ
сочиненіяхъ о Византійской исторіи, и гдѣ оно составляетъ не-
большую ихъ часть. Между тѣмъ правильное и безпристрастное
рѣшеніе вопроса о паденіи Византіи дастъ намъ ключъ къ ура-
зумѣнію и другихъ, болѣе близкихъ къ намъ, по времени'), со-
бытій, близкихъ и по насущному ихъ интересу. Читателю са-
мому хорошо извѣстно все, что уже высказано о нашемъ пред-
метѣ новѣшими западными учеными; — а у кого же иначе мы
почерпали до сихъ поръ, въ большей части случаевъ, свои исто-
рическія свѣдѣнія? Но совершенно иное впе̇латлѣніе произве-
детъ въ каждомъ чтеніе сказаній самихъ современниковъ и оче-
видцевъ паденія Византіи, какъ то испытаетъ на себѣ и чита-
тель, если онъ приметъ на себя трудъ прочесть наше изслѣдо-
ваніе до конца. Сохраняя все уваженіе къ трудамъ тѣхъ уче-
ныхъ, мы не можемъ не замѣтить, что при всей учености и
обмирности своихъ познаній, они не могли перестать быть Рим-
скими католиками, и нельзя было бы имъ сказать: ne quid veri
non audeant. Все, что казалось оскорбительнымъ для ихъ рели-
гіи, для ихъ самолюбія, они или выпускали, или отказались
о томъ съ презрѣніемъ; и нерѣдко патріотизмъ, привязанность
къ родинѣ и ея преданіямъ клеймили именами закосылаго не-
вѣжества, грубой ереси и измѣны. Мы понимаемъ возможность
подобныхъ взглядовъ, при извѣстной степени эгоизма; но все
это нисколько не тѣшаетъ и намъ сказать правду.

Такимъ образомъ приведенные къ совершенно новымъ ре-
зультатамъ, мы предпочли представить свое изслѣдованіе въ
формѣ разсказа; потому, не говоря ничего отъ себя, мы вы-
водили на сцену дѣйствующія лица, съ ихъ взглядами, убѣжде-

*) Всякій согласится, что для уразумѣнія современного намъ порядка вещей должно основательнѣе познакомиться съ ихъ началомъ, съ ихъ происхожденіемъ. Можно ли въ такомъ случае оставить безъ особенного изслѣдованія вопросъ о паденіи Византіи и объ основаніи на ея развалинахъ Оттоманской Порты? При какихъ обстоятельствахъ Турки утверждались въ древней столицѣ Константина? Ири какихъ условіяхъ было допущено и терпимо ихъ господство? Основывалось ли оно на одномъ остриѣ ихъ ятагана? Все это вопросы не одногоъ эмеритного руководства чужими и пристрастными мнѣніями.

*

68

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

ніями; и даже, если позволяла подробность источника, то мы заставляли ихъ и говорить свои рѣчами. Въ такомъ случаѣ наша прямая обязанность состоитъ теперь въ томъ, чтобы предварительно познакомить и читателя съ тѣми лицами, которые испытали на себѣ большую часть ими описаннаго, и у которыхъ мы заимствовали свой разсказъ. Притомъ самое различіе результатовъ нашего изслѣдованія со взглядами западныхъ учесныхъ невольно возбудить въ каждомъ вопросъ: откуда же западные ученые заимствовали данныея для своего односторонняго, чтобъ не сказать превратнаго, изображенія послѣднихъ судебъ Византіи? Этотъ вопросъ рѣшится также самъ собою, если мы успѣемъ объяснить предварительно, что и самые современники, подобно новѣшшимъ историкамъ, имѣли причины отворачиваться отъ иныхъ событий, или окрашивать ихъ цвѣтомъ тѣхъ страстей и привязанностей, которые возмущали ихъ въ ту или другую минуту. Это намъ нужно знать непремѣнно; безъ того мы, и при непосредственномъ изученіи источниковъ, будемъ одинаково принуждены смотрѣть на события чужими глазами.

Въ послѣдніе годы существованія Византійской Имперіі, и во время самой осады города, мы находимъ тамъ два лица, которые сами все видѣли, слышали и въ послѣдствіи описали случившеся. Одинъ изъ нихъ былъ по имени Георгій Франтца, паречнепый въ иночествѣ Григорій; другой — неизвѣстнаго имени; видно только изъ его же сочиненія, что онъ былъ по мужеской линіи внукъ Михаила Дуки, почему въ библіографіи и принято называть его Дукой.

1) Георгій Франтца (Γεώργιος Φραγντζης) 2) родился 30 Августа 1401 года, въ царствованіе Мануила II; 3) отецъ его служилъ при дворѣ и занималъ должность постельничаго (χελλιώτης), а его 4) дядѣ было поручено воспитаніе Константина,

1) Его сочиненіе, подъ заглавіемъ: Хроника Протовестіарія Георгія Франтцы, помѣщено въ Corpus scriptorum historiae Byssantinae, изданнымъ Б. Г. Нибуромъ, въ Бониѣ, 1838. При ссылкахъ мы будемъ указывать на страницы этого изданія.

2) Франтца, стр. 63.

3) Тамъ же, стр. 110.

4) Тамъ же, стр. 125.

2

ОСАДА И ВЗЯТІЕ ВИЗАНТІІ ТУРКАМИ

69

одного изъ младшихъ дѣтей Мануила II. Это послѣднее случайное обстоятельство сблизило Франтцу съ Константиномъ; имъ было суждено итти рядомъ до самой послѣдней минуты существованія Византіи. Дѣтскія игры положили начало той дружбѣ, которая не прекращалась между ними до самой смерти Константина. ¹) На семьнадцатомъ году Франтца былъ пожалованъ въ должность постельничаго, и успѣлъ обратить на себя такое внимание Мануила II, что тотъ, умирая, ²) указалъ на него своимъ дѣтямъ, какъ на самаго вѣрнаго и ревностнаго слугу. Вѣроятно въ слѣдствіе того, при старшемъ сынѣ Мануила и его наслѣдникъ Ioаннѣ VI, Франтца является уже важнымъ государственнымъ человѣкомъ, какъ то видно изъ самыхъ обязанностей, которыя были на него возлагаемы. Такъ Императоръ Ioаннѣ VI ³, отпустилъ его вмѣстѣ съ своимъ братомъ Константиномъ какъ помощника и совѣтника въ управленіи Пелопонесомъ. ⁴) Превосходно выполненное посольство къ Турецкому Султану, Мурату II, послужило къ новому возвышенію Франтцы: Ioаннѣ VI наградилъ его званіемъ ⁵) протовестіарія (каммергера); Франтцѣ было тогда 32 года. Константинъ почтилъ его еще большею довѣренностью: онъ не рѣдко въ свое отсутствіе ⁶) вручалъ управлѣю Франтцы отдѣльные города и цѣлыя провинціи. Когда Константинъ вступилъ на императорскій престолъ, Франтца явился вмѣстѣ съ нимъ въ Византіи и тамъ не переставалъ быть главнымъ совѣтникомъ своего государя и друга. Въ 1452 году Константинъ имѣлъ намѣреніе ⁷) возвысить его въ званіе великаго логофета (государственнаго казначея). Во время осады Византіи Турками, Франтца раздѣлялъ со всѣми общую опасность, и былъ потому ⁸) очевидцемъ событий, сопро-

1) Тамъ же, стр. 110.

2) Тамъ же, стр. 125.

3) Тамъ же, стр. 130.

4) Тамъ же, стр. 118. Ср. стр. 147, 150, 152 и 153.

5) Тамъ же, стр. 157.

6) Тамъ же, стр. 195 и 200.

7) Тамъ же, стр. 232.

⁸) Это видно изъ того, что Франтца (стр. 232) не могъ уѣхать изъ Византіи, когда къ ней подступилъ Магометъ; и притомъ во время самой осады Франтца описываетъ свои занятія внутри стѣнъ осажденнаго города (стр. 240); накоńцъ онъ вмѣстѣ съ прочими Византійцами попадается въ плѣнъ (стр. 309).

70

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

вождавшихъ паденіе Имперіи. По смерти Константина и взятіи Турками города, онъ попался въ плѣнъ; но вскорѣ выкупился, и ¹) избралъ мѣстомъ жительства монастырь св. Иліі, на островѣ Корцирѣ (Корфу), гдѣ въ 1462 году онъ и постригся подъ име- немъ Григорія. Тамъ-то, по просьбѣ знатныхъ Корцирейцевъ, Франтца написалъ все, что онъ ²) «видѣлъ своими глазами, или слышалъ, или читалъ.»

³) «Прости мнѣ, читатель, говорить онъ, заключая свое со- чиненіе, если я что нибудь опустилъ: моя старость и болѣзни не позволяли мнѣ тщательнѣе писать.» Ему тогда было 85 лѣтъ. Въ самомъ началѣ своего труда, Франтца говорить, что до него ⁴) никто еще не описывалъ послѣднихъ событий Византій- ской исторіи, и что онъ самъ пишетъ ⁵) «не для того, чтобы кому нибудь угодить, или кого нибудь обидѣть, не для того, чтобы удовлетворить чувству мести или ненависти, но един- ственно для памяти, чтобы дѣла не предавались забвенію.» Восьмидесятилѣтній старецъ не только могъ то сказать, но могъ легко, безъ труда, сказанное и выполнить. Въ самомъ дѣлѣ, во всемъ его сочиненіи, отличающемся особенно кротостью и терпимостью, только однажды вырываются нѣсколько сильныя слова; именно, когда Латинцы, по взятіи Константинополя Тур- ками, съ презрительною насмѣшкою говорили Грекамъ, что еретики и не стоятъ лучшей участи, Франтца, въ порывѣ не- годованія, воскликнулъ: ⁶) «А какъ будто вы уцѣлѣли отъ того, что вы православны? вы забыли, что не всегда православны тѣ, которые господствуютъ, и не всегда тѣ еретики, которые по- рабощены; а тому доказательствомъ служимъ мы, Греки; по вашему, не будутъ ли православны и Турки, потому что они надъ нами господствуютъ»? Во Франтцѣ историкъ до та- кой степени сливается съ званіемъ государственного человѣка, что говорить болѣе о его характерѣ и политическихъ взглядахъ значило бы предупреждать нашъ разсказъ. Уже и изъ тѣхъ не-

1) Тамъ же, стр. 408.

2) Тамъ же, стр. 433.

3) Тамъ же.

4) Тамъ же, стр. 4.

5) Тамъ же, стр. 5.

6) Тамъ же, стр. 312.

71

многихъ собственныхъ словъ Франццы, которые мы только что привели, можно вывести на первый разъ то заключеніе, что нашъ историкъ былъ ревностный защитникъ православія и достойный уваженія патріотъ; какъ государственный человекъ, мы увидимъ, онъ понималъ, что Латинцы хотятъ дорогою цѣною продать свою защиту Византіи отъ Турокъ, а именно, цѣною свободы религіі. Отсюда объясняется весь политическій и литературный характеръ Франццы: онъ не скроетъ ничего, что можетъ быть непріятно Латинамъ.

¹) Дука (Δουχᾶς) ²) происходилъ изъ той знаменитой фами-
ліи, которая дала Византіи нѣсколькихъ Императоровъ, Кон-
стантина Дуку, Михаила, Алексѣя Мурзуфла и Іоанна IV Ва-
така. Въ половинѣ XIV столѣтія, за сто лѣтъ предъ паденіемъ
Константинополя, дѣдъ этого историка, Михаилъ Дука, много
пострадалъ во время междоусобій Императора Юанна V съ его
опекуномъ Юанномъ Кантакузеномъ. Онъ спасся въ подвалѣ
отъ смерти, и бѣжалъ изъ Византіи въ Азію, къ Туркамъ, гдѣ
и поселился въ Ефеҫѣ. Тамъ, ³) говоритъ нашъ историкъ и его
внукъ, онъ «проводилъ жизнь въ размышленіи о злодѣяніяхъ
Грековъ, предвидя, что рано или поздно Турки овладѣютъ и
Европейскою частью Имперіи, по волѣ Бога, наказующаго
Византію за ея ересь.» Въ этихъ словахъ мы слышимъ съ пер-
ваго раза другой языкъ, другой образъ мыслей; въ самомъ
дѣлѣ, фамилія Дуки не могла никогда чувствовать привязанно-
сти къ своимъ соотечественникамъ; Михаилъ Дука завѣщалъ
ненависть къ Византіи и своему потомству. Но вѣроятно Дукамъ
не посчастливилось и у Турокъ; по крайней мѣрѣ, внукъ Ми-
хаила Дуки, нашъ безъименный историкъ, не живетъ болѣе въ
Ефеҫѣ: или самъ дѣдѣ, или отецъ историка, а можетъ быть и
самъ историкъ перебѣжалъ къ Латинцамъ. По его ⁴) словамъ,
онъ имѣлъ свой домъ въ Генуезской колоніи, на берегу Малой
Азіи, въ Фокеѣ. Ею управляли Генуезскіе намѣстники, и при

¹) Его сочиненіе, подъ заглавіемъ: Византійская Исторія Дуки, внука Ми-
ханла Дуки, находится въ томъ же самомъ Бонискомъ изданіи (1834 г.), котораго
страницы мы и будемъ приводить въ ссылкахъ.

2) Дука, стр. 23. См. Bullialdi ad cap. VI notae, стр. 343.

³) Дука, стр. 24.

⁴) Тамъ же, стр. 162 и с. 164.

72

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

жизни нашего историка былъ намѣстникомъ сынъ Генуезскаго
дожа, Георгій Адорни. Вотъ почти все, что мы знаемъ о част-
ныхъ обстоятельствахъ жизни Дуки; но и это немногоое
объясняетъ намъ его политическій характеръ: наслѣдственная
иенависть къ Византіи и Туркамъ съ одной стороны и ревност-
ная привязанность къ Латинцамъ съ другой — были послѣд-
ствіями его фамильныхъ отношеній. Незадолго до начала оса-
ды, Дука былъ случайнымъ образомъ ¹) въ Константинополѣ;
но предъ осадою, онъ, вѣроятно, удалился и не былъ ея оче-
видцемъ; по крайней мѣрѣ, при своемъ описаніи смерти Кон-
стантина и самого дня взятія города, Дука говоритъ, что ²) «по
окончаніи войны онъ слышалъ все это отъ многихъ, съ кѣмъ
случилось ему говорить.» Послѣ всего нами сказаннаго, нѣтъ
нужды прибавлять, что Дука уступаетъ Франтцѣ и въ до-
стовѣрности, какъ писавшій по слухамъ, и въ безпристрастіи,
какъ человѣкъ, находившійся подъ вліяніемъ фамильныхъ пре-
ланій. Но конечно иначе должны смотрѣть на него новѣйшіе
западные историки. Первый издатель Дуки, французскій ученый
XVII столѣтія Bullialdus, посвятившій свое изделие Кардиналу
Римской Церкви, Мазарини, говоритъ, что ³) «этотъ авторъ
стоитъ несравненно выше Франтцы.» Позднѣйшій ученый,
историкъ крестовыхъ походовъ, Мишо, указывая источники Ви-
зантійской исторіи XV столѣтія, послѣ Франтцы, какъ бы въ
противоположность ему, говоритъ о Дукѣ: ⁴) «онъ показываетъ
себя вездѣ поборникомъ христіанской религіи и обнаруживаетъ
всегда большое расположеніе къ соединенію Восточной Церкви
съ Католическою; онъ постоянно обвиняетъ Грековъ въ томъ,
что они не хотѣли откровенно соединиться съ Латинами, и если
сближались съ ними, то только для того, чтобы получить по-
гость противъ Турокъ.» Изъ нашего разсказа будетъ видно, чтò
значило тогда, на языкѣ запада, быть поборникомъ христіан-
ской религіи, и чтò подразумѣвали подъ соединеніемъ Восточ-
ной Церкви съ Западною; но послѣднее обвиненіе Дуки и безъ

1) Тамъ же, стр. 248.

2) Тамъ же, стр. 287.

3) Praefat. XI: hunc porro auctorem Phantzi multum praestare censeo.

4) Biblioth. des croisad., т. III, стр. 422.

73

нашего разсказа уже и теперь кажется весьма страннымъ:
отчего же, спрашивается, Греки не могли заключать союза съ
Латинами только противъ Турокъ, безъ всякихъ другихъ цѣ-
лей? Впрочемъ Мишо и не скрываетъ, какія это могли быть
другія цѣли; онъ весьма серьезно предлагаетъ вопросъ: ¹) не
было-ли бы лучше, еслибъ еще во время перваго крестоваго
похода Латинцы покорились Константинополь? тогда бы, при-
бавляетъ онъ, исполнились слова Св. Писанія: едино стадо и
единъ пастырѣ! Но можно ли обвинять Грековъ за то, что они
не хотѣли освободиться отъ одного непріятеля съ тѣмъ, чтобы
подчиниться другому, и можно ли подобное обвиненіе вмѣнять
въ достоинство Дукѣ? На это отвѣтить намъ нашъ разсказъ.

Вотъ тѣ два современника, у которыхъ приходилось намъ
постоянно спрашивать о быломъ; мы старались только вѣрно
передавать ихъ извѣстія, уже не объясняя, съ какимъ характе-
ромъ и съ какою цѣлью записывалось ими то или другое; на-
дѣемся, что теперь будетъ понятно все читателю, если онъ при-
помнить только то, что сказано нами о личныхъ отношеніяхъ
этихъ двухъ писателей къ описываемому ими предмету.

Мы не будемъ говорить о другихъ вскорѣ послѣдовавшихъ
хроникахъ: онъ не имѣли такой спеціальной задачи описать
осаду Византіи, какъ двѣ первыя, указанныя нами выше, и
даже изъ нихъ большею частію заимствовали свои извѣстія.
Таковы хроники Леунклава, Леонарда Хіосскаго и др. Мы ими
пользовались л.я дополненія иѣкоторыхъ подробностей, отно-
сящихся къ матеріальной сторонѣ нашего разсказа.

Для пistorіи Турокъ того времени мы имѣли предъ собою
одну Греческую хронику Лаонику или Николая Халкондила
(по другимъ спискамъ Халкокондила), родомъ Аөинянина, ко-
торый написалъ въ десяти книгахъ ²) «Исторіо происхожденія
и дѣяній Турокъ и великаго Султана Магомета II»; а другую —
Typeцкую хронику, во Французскомъ ³) переводѣ Garcin de Tassi,

1) Тамъ же, стр. 440.

2) Этою хроникою мы пользовались по тому же Бовиискому изданию. 1843.

3) Въ отношеніи достоинства перевода, при незапініи Турецкаго языка, мы руководились отзывомъ о немъ Мишо, который признаетъ его вѣрнымъ. Hist. des Crois., т. V, стр. 322, пришіч. 1.

74

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

по извлеченію, сдѣланному изъ нея Мишо въ III томѣ его Biblioth. des Croisades. Эта хроника извѣстна подъ заглавіемъ Annales de l'Empire Ottomane, a Турецкое ея названіе Тай-Уттеварикъ, что значитъ «Корона Хроникъ.» Ее написалъ Магометъ Саадъ-еддинъ, извѣстный болѣе подъ именемъ Коджіа-Еффенди. Онъ жилъ слишкомъ сто лѣтъ спустя послѣ взятія Константинополя, и занимался воспитаніемъ Ахмета I; въ въ 1597 году онъ умеръ въ званіи Муфти.

Относительно новѣйшихъ сочиненій, мы уже замѣтили, что лучшіе Византинологі не избирали эпохи нашего разсказа предметомъ монографіи. Самое же послѣднее сочиненіе Финлея: ¹) «О причинахъ быстраго завоеванія Турокъ Оттомановъ въ Европѣ» мы имѣемъ въ виду со временемъ разобрать подробнее на основаніи настоящаго нашего изслѣдованія. Отдѣльныя мнѣнія и взгляды, помѣшенныя въ общихъ сочиненіяхъ, гдѣ вопросъ о паденіи Византіи могъ составить небольшую часть всего труда, какъ напр. ²) Le Beau, ³) Royou, ⁴) Hammer, ⁵) Alix, ⁶) Michaud, ⁷) Daru и др. мы намѣрены указывать и объяснять въ выноскахъ при самомъ текстѣ.

Что касается до плана нашего разсказа, то мы позволили себѣ выйти изъ предѣловъ его заглавія и начали свои изслѣдованія тремя или четырьмя годами ранѣе начала самой осады. Мы могли бы, конечно, вмѣсто того, въ немногихъ словахъ очертить тогдашнее положеніе Византіи; мы могли бы сказать коротко: внутреннее положеніе Византіи было самое бѣдственное; Императоръ и Дворъ искали спасенія у Запада, а Западъ видѣлъ въ этомъ только случай подчинить себѣ еще разъ Византію; — народъ ненавидѣлъ Латинцевъ и готовъ былъ лучше подчиниться Туркамъ, нежели имъ; съ другой стороны и Турки,

1) On the causes of the rapid conquests of the Ottoman Turks in Europe. 1833.

2) Histoire du Bas Empire en commençant par Constantin-le-Grand; et pro-
dолжençie eue y Ameilhen. Paris, 1737 — 1810, XXVII t.

3) Histoire du Bas Empire depuis Constantin jusqu'à la prise de Constantinople.
Paris, an. XII, IV t.

4) Geschichte des Osmanischen Reiches. Pesth, 1827 — 1834, X т.

5) Histoire de l'Empire Ottomane, III т.

6) Histoire des Croisades, т. V, кн. XIX, Paris, 1828.

7) Histoire de la république de Venise, т. III, Paris, 1826.

75

понимая настоящее намѣревіе Латинцевъ не помогать Византіи,
но завоевать ее, рѣшились предупредить своихъ соперниковъ;
такъ началась самая борьба и т. д. Но все это, высказанное ко-
ротко, останется общимъ мѣстомъ, и не убѣдить читателя на
столько, на сколько убѣдятъ его самыя событія. Въ слѣдствіе
того мы и вознамѣрились изобразить въ самомъ разсказѣ три
или четыре года послѣдняго существованія Византіи, предостав-
ляя читателю самому судить о положеніи Имперіі по тому,
что происходило внутри ея. Эта часть разсказа и составить
первую его статью; въ ней мы изобразимъ составъ Византіи и
ея отношенія къ своимъ сосѣдямъ, а преимущественно къ Ла-
тинамъ и Туркамъ, и познакомимъ читателя предварительно съ
тѣми двумя личностями, которыя стояли на первомъ планѣ во
все время самой осады; мы разумѣемъ послѣдняго Императора
Византіи, Константина ХІ, и ея завоевателя, Турецкаго Султана,
Магомета II. Во второй статьѣ мы приступимъ къ описанію са-
маго акта этой кровавой драмы взятія Константинополя.

СТАТЬЯ ПЕРВАЯ.

Тайная бесѣда Магомета II съ Галиль-Пашею. — Составъ Турецкой арміи и дви-
женіе ея къ стѣнамъ Византіи. — Внутреннее положеніе Византіи и ея сосѣди. —
Константинаъ ХІ Палеологъ, и его новая политика, какъ Византійскаго господаря:
посольство Франтцы въ Иберію. — Политика Константина ХІ, какъ Византійскаго
Императора: Исидоръ Московскій и его сообщники. — Историческое развитіе от-
ношений Византіи къ Латинамъ и Туркамъ, и Византійское преданіе о происхожде-
ніи Турокъ. — Магометъ II, его Дворъ и политика. — Посольство къ Магомету
изъ Византіи въ Азію. — Возвращеніе Магомета въ Адріанополь, и построеніе
форта Багазъ-Кессенъ. — Явный разрывъ Магомета II съ Константиномъ ХІ.

Ш.

*) «Во вторую стражу ночи, въ самую полночь, Магометъ II приказалъ своимъ тѣлохранителямъ позвать къ себѣ одного изъ первыхъ своихъ министровъ, Галиль-Пашу. Посланные нашли

*) Всą эту сценą разговора Султана съ Галилемъ переведена нами изъ Визан-
тийской Искоріи Дуки, стр. 230 и слѣд.

76

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

его дома и сообщили евнухамъ волю Султана. Одинъ изъ нихъ немедленно отправился въ опочивальню своего господина и из-вѣстилъ о случившемся. Испуганный Галиль-Паша, полагая, что дѣло идетъ о его жизни, обнялъ жену, дѣтей, и, взявъ съ собою золотой кубокъ, наполненный деньгами, поспѣшилъ во дворецъ. Какъ мы увидимъ, страхъ его имѣлъ нѣкоторыя основанія. Когда Галиль вошелъ въ спальню Султана, Магометъ II сидѣлъ на постели и совершенно одѣтый; павъ, по обычаю, ницъ предъ нимъ, онъ поставилъ къ ногамъ его кубокъ.

— Что это значитъ, ¹) Лала? такъ ласково обратился Султанъ къ Галилю, желая, вѣроятно, показать ему на этотъ разъ свое расположеніе.

— Государь! отвѣчалъ Министръ, таковъ обычай у насъ: когда властитель зоветъ своего подданнаго въ необыкновенное время, нельзя являться предъ его свѣтлые очи съ пустыми руками; а такъ какъ у меня нѣтъ ничего своего, то твое же я тѣбѣ и предлагаю.

— Мне ничего и не нужно отъ тебя, сказалъ Магометъ; я дамъ тѣбѣ больше, чѣмъ ты имѣешь, но прошу у тебя одного: отдай мнѣ ²) Константинополь!

Галиль-Паша затрепеталъ при этихъ словахъ Султана; онъ всегда покровительствовалъ Грекамъ, и Греки, не шадя для него подарковъ, считали его своею правою рукою. Турки даже произвали Галиля «кавуръ-ортагомъ», т. е. другомъ невѣрныхъ. Однако Галиль скрылъ свое замѣшательство и смѣло отвѣтилъ Султану:

— Государь! Аллахъ предалъ твоей власти большую часть Имперіи; онъ же предастъ тѣбѣ и городъ. Мне кажется, что при твоихъ силахъ Константинополь не уйдетъ изъ твоихъ рукъ; я же и всѣ твои рабы пожертвуемъ и кровью, и имуществомъ для твоей пользы; будь въ томъ увѣренъ.

¹) Дука, стр. 250, срѣшиваетъ это воззваніе съ Греческою формою τατά.

2) Въ подлишникѣ сказано: τὴν πόλιν διδόναι μοι! т. е. отдай мнѣ городъ! Этотъ способъ выраженія существуетъ и у насъ въ провинціяхъ: въ деревѣ, на вопросъ: куда идешь? отвѣчаютъ обыкновенно: въ городъ! не прибавляя его пазванія. Такой же обычай былъ и въ Византиі; полагаютъ, что этотъ отвѣтъ εἰς τὴν πόλιν, т. е. въ городъ, послужилъ основаніемъ, въ своей испорченной формѣ, для Турецкаго названія Византиі — Истамбулъ вм. Ис-ти-полинъ.

ОСАДА И ВЗЯТІЕ ВИЗААНТІИ ТУРКАМИ.

77

Магометъ II видимо смягчился при словахъ своего Министра и продолжалъ съ нимъ разговоръ еще болѣе ласковымъ тономъ:

— Посмотри, сказалъ онъ, на мое изголовье! я проверся всю ночь съ одного бока на другой, и лежа безъ сна, не могъ сомкнуть глазъ ни на одно мгновенье, Умоляю тебя, оставайся неподкупнымъ и не отказывайся отъ своихъ словъ. Будемъ сражаться съ Греками храбро; волею Аллаха и мольбами его пророка мы овладѣемъ городомъ.

Долго говорилъ еще Магометъ II въ томъ же родѣ, и наконецъ отпустилъ изъ дворца Галиля. Мысль о завоеваніи Константинополя не давала Султану покоя ни днемъ, ни ночью; ¹) не разъ, ноздно вечеромъ, выходилъ онъ, переодѣтый въ платье простаго солдата, и крался по улицамъ, прислушиваясь къ рѣшамъ проходящихъ: ему хотелось узнать общественное мнѣніе все о томъ же самомъ предметѣ. По ночамъ, Магометъ присывалъ къ себѣ людей, знавшихъ укрепленія Константинополя, и съ ними ²) чертилъ карты города и его окрестностей; спрашивалъ ихъ объ осадныхъ орудіяхъ, о подкопахъ, о минахъ, однимъ словомъ, о всемъ, что было необходимо для достижения его цѣли. Наконецъ, мы видѣли, онъ позвалъ Галиля съ намѣреніемъ уничтожить и послѣднее препятствіе, которое представляло ему явное расположеніе могущественнаго министра къ Византии.

Вся эта любопытная сцена разговора Султана съ Галиль-Пашею происходила въ послѣднихъ числахъ Декабря 1452, или въ самомъ началѣ 1453 года; а ³) въ Февралѣ Магометъ II уже приказалъ двинуть свою громадную артиллерію къ стѣнамъ Константинополя. По всѣмъ приготовленіямъ было видно, что Турки шли на послѣднюю борьбу. О величинѣ однѣхъ ихъ пушекъ можно заключить изъ того, какъ трудна была ихъ перевозка изъ Адріанополя, тогдашней столицы Султановъ, къ Константинополю: пространство 200 верстъ, отдѣляющее эти два

¹) Дука, стр. 249.

²) Тамъ же, стр. 252.

³) Тамъ же, стр. 258.

78

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

города, было ими пройдено въ теченіе двухъ мѣсяцевъ, Февраля
и Марта, и только въ концѣ Марта артиллерія расположилась
въ виду столицы Имперіі. ¹) Большая часть осадныхъ орудій
была такъ велика, что подъ нихъ впрягалось отъ 40 до 50 во-
ловъ. Особенно была замѣчательна одна прославленная мѣдная
пушка необыкновенной величины; она была отлита, по при-
казанію Магомета, христіанскимъ выходцемъ Урбаномъ, кото-
рый былъ по ²) однимъ извѣстіямъ Датчанинъ, а по ³) дру-
гимъ — Венгерецъ. Онъ предложилъ сначала свои услуги Ви-
зантійцамъ, но тѣ дурно платили ему за труды, и онъ убѣжалъ
къ Туркамъ, въ Адріанополь. Магометъ II щедро наградилъ его,
и заказалъ ему отлить пушку, противъ которой не могли бы
устоять Константинопольскія укрѣпленія. ⁴) Три мѣсяца ра-
боталъ Урбанъ, и наконецъ отлилъ это чудовищное орудіе.
Султанъ хотѣлъ испытать его дѣйствіе. Жители столицы были
предупреждены о пробѣ. Послѣ выстрѣла долгое время воздухъ
былъ наполниенъ дымомъ; ударъ слышали слишкомъ за 50 верстъ;
камень, которымъ была заряжена пушка, отлетѣлъ за 4 версты,
и упавъ, ушелъ въ землю на два слишкомъ аршина глу-
бины. ⁵) Сама пушка вѣсила 1900 пудъ и имѣла длины 4 са-
жени; а ⁶) камень, которымъ ее заряжали, вѣсилъ обыкновенно
слишкомъ 36 пудъ. Эту-то пушку, изъ которой можно было
стрѣлять только ⁷) семь разъ въ день, везли къ Константино-
полю на ⁸) 30 передкахъ 60 воловъ; съ каждойъ ея стороны шло
200 человѣкъ прислуги, чтобы въ случаѣ неровной дороги под-
держивать ее въ равновѣсіи. Для прикрытія всей этой артилле-
риі шелъ кромѣ того большой отрядъ, подъ начальствомъ ⁹) Ка-
рація Бега.

1) Франтца, стр. 237.

2) Леунклав., стр. 385.

3) Дука, стр. 247.

4) Тамъ же, стр. 248 и 261д.

5) Кодкіа-еффенди въ III т. Biblioth. des Crois.

6) Въ то время, вмѣсто ядеръ, Турки употребляли особеннаго рода черные камни, которые доставлялись съ береговъ Чернаго моря; они имѣли натуральную полировку отъ волы. Леунклав. с. 385.

7) Леунклав., стр. 386.

8) Дука, стр. 258.

9) У Францц. стр. 236 Харата, а у Леунклав. стр. 382 Саратція.

79

Между тѣмъ ¹) Магометъ II, въ началѣ Марта того же года, разослалъ указы по всѣмъ провинціямъ, какъ Европейскимъ, такъ и Азіятскимъ, о наборѣ войска, и въ половинѣ этого мѣсяца собралась армія въ ²) 258 тысячъ человѣкъ. Вслѣдъ за тѣмъ войска Магомета потянулись по дорогѣ отъ Адріанополя къ Византіи.

³) Уже прошло время снѣговъ, льдовъ и морозовъ, говорить восторженный Турецкій историкъ, и настала прелестная весна, разсыпавъ свои украшенія по полямъ. Роза въ поразительной красотѣ развернула свои прелести; надъ нею влюбленный соловей трелью разсыпалъ свои печальные вздохи. Земля покрылась ковромъ зелени, и казалось ждала легіоновъ правовѣрнаго Магомета; на цвѣтущихъ лугахъ раскинулись палатки Мусульманъ; холмы и долины гордились, неся на себѣ полки вѣрныхъ. Улемы, шейхи и потомки пророка слѣдовали за побѣдноснымъ Султаномъ, прося у Аллаха побѣды; легіоны безплотныхъ духовъ наріли надъ полками, миріады неземныхъ существъ предшествовали имъ; а премудрые ⁴) Ак-шемсъ-еддинъ и Ак-баба-деде шли рядомъ съ ними. Рано утромъ армія свѣтлаго солнца приблизилась для овладѣнія царствомъ тьмы. Педеровые полки Султана подходили къ стѣнамъ Истамбула (Византіи), а вскорѣ и вся армія, подобно безграничному морю, облегла городъ съ суши.» ⁵) 2-го Апрѣля 1453 года, въ понедѣльникъ на Святой недѣлѣ, Магометъ II распустилъ свое знамъ предъ Харисскими воротами. Византіи. — На этомъ мы и оставимъ пока Турокъ.

Посмотримъ, что происходитіо въ то же самое время внутри стѣнъ осажденнаго города.

1) Дука, стр. 252.

2) Франти. стр. 240; по извѣстіямъ Дуки, Леоника и Леонарда Хіосскаго Турецкая армія простиралась отъ 300 до 400 т.

3) Кодкіа-еффенди, стр. 456 и слѣд.

4) Оба они признаются у Турокъ патронами.

5) Франтица, стр. 237. Мы принимаемъ извѣстіе Франтицы, какъ очевидца. По Леонарду Хіосс., осада началась 5 Апрѣля; по словамъ Дуки, стр. 263 — 6 Апрѣля; а по Турецкимъ историкамъ — 28 Марта. См. ad pag. 262, 23 Notae Bulliali.

80

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

II.

За три года съ небольшимъ предъ началомъ осады Кон-
стантинополя, 31-го Октября 1449 года, скончался Юаннъ VI
Палеологъ, ¹) послѣдній Византійскій Императоръ, какъ выра-
жается одинъ изъ современныхъ историковъ. Удрученный бо-
лѣзнію, а еще болѣе душевными огорченіями, Юаннъ VI не
за долго предъ смертью возвратился изъ своего путешествія въ
Италію, гдѣ онъ, подобно родоначальнику своей династіи, Ми-
хаилу Палеологу, искалъ средствъ къ поддержанію существо-
ванія Имперіі. Всѣмъ извѣстны послѣдствія Флорентинской
Уніи: Юаннъ VI, угождая Латинамъ, принудилъ своихъ епи-
скоповъ подписать подчиненіе Восточной Церкви власти Папъ;
но съ одной стороны онъ вооружилъ тѣмъ противу себя под-
данныхъ, и по возвращеніи его въ Константинополь никто не
хотѣлъ ему повиноваться; а съ другой стороны и Латинцы,
видя все это, потеряли къ нему довѣріе. Оставленный такимъ
образомъ всѣми, и своими западными союзниками, и собствен-
ными подданными, Юаннъ былъ преслѣдуемъ судьбою и въ са-
момъ семейномъ быту: онъ лишился супруги, и вскорѣ самъ
умеръ бездѣтнымъ.

Еще при вступленіи Юанна VI на престолъ, Византійская
Имперія утратила свое единство; отецъ его, ²) Мануилъ II, уми-
рая, въ 1426 году, раздѣлилъ Имперію между своими дѣтьми
на деспотства или господарства. ³) Старшій сынъ, Юаннъ VI,
остался въ Византіи съ титуломъ Императора; второй, Андро-
никъ, получилъ на берегу Архипелага Фессалонику (Салоники)
со всею прилежащею къ ней областью; третій, Θеодоръ, взялъ

1) Дука, стр. 223: ὕστατος βασιλεὺς χρηματίσας Ῥωμαίων.

2) Фрашт., стр. 121. По его миѣнію, это раздѣленіе причинило великое зло Римской Имперіи.

3) Для большей ясности представимъ это раздѣленіе въ таблицѣ:

<table><thead><tr><th></th><th>М</th><th>а</th><th>и</th><th>у</th><th>и</th><th>л</th><th>ъ</th><th>П.</th></tr></thead><tbody><tr><td>Юаннъ VI.<br>Импер.</td><td>Апдорикъ.<br>Фессалон.</td><td>Оеодоръ.<br>Спарт.</td><td>Копстантинъ XI.<br>Месамбр.</td><td>Димитрій.<br>Силимбр.</td><td>Оома.<br>Пелопон.</td></tr></tbody></table>

81

Спарту съ округомъ; на долю четвертаго сына Мануила II, Константина, которому было тогда около 22 лѣтъ, досталось два города на берегу Чернаго моря: Анхіалъ и Месамбрія, съ прилегавшею къ нимъ страною; пятый, Димитрій Порфир родный, получилъ удѣлъ на берегу Мраморнаго моря, съ городомъ Силимбрія; наконецъ послѣднему, Θομѣ, были даны от дѣльные города въ Пелопоннесѣ. Всѣ эти господарства жили отдѣльною жизнью, и въ то время, когда собственная Византия, управляемая Юанномъ VI, представляла религіозные и политическіе смуты, по поводу Флорентинской уніи, въ нихъ происходили не болѣе утѣшительныя сцены. Андроникъ, который долженъ былъ наслѣдовать императорскій престолъ по слѣ Юанна VI, и братъ его Θеодоръ, отказались отъ власти и удалились въ монастыри. Старшій изъ нихъ, Андроникъ, ¹) продалъ (!) свою область и городъ Θессалонику Венеціанскому сенату за 50 тысячь золотыхъ монетъ. Такъ велико было распаденіе Византійской имперіи, что подобное отчужденіе частей ея не считалось беззаконнымъ. Область же Θеодора была от дана Константину, который вмѣстѣ съ тѣмъ сдѣлался наслѣдникомъ и императорскаго титула. Константинъ немедленно оставилъ свою прежнюю область Месамбрію и отправился въ Пелопоннесъ. Юаннъ VI отпустилъ вмѣстѣ съ нимъ и своего постельничаго, Франццу, въ качествѣ совѣтника и помощника по управленію. ²) Положеніе Константина въ Пелопоннесѣ было весьма затруднительно: Θеодоръ, прежній господарь Пелопоннеса, раскаялся въ своемъ отреченіи, а Θома былъ недоволенъ удѣломъ. Такимъ образомъ, въ теченіе всего правленія Юанна VI, посвятившаго все свое вниманіе Флорентійскому собору и его уніи, Пелопоннесъ былъ раздираемъ внутренними междуусобіями его братьевъ. Они не рѣдко призывали на помощь то Турокъ, то Латинцевъ, и давали имъ поводъ утверждаться въ своихъ владѣніяхъ. Одинъ Константинъ умѣлъ всегда находить

1) Францц., стр. 122.

2) Все послѣдующее правленіе Константина ХІ въ Пелопоннесѣ описано Франццю весьма подробно, потому что онъ самъ лично принималъ участіе въ его правленіи; такъ что сказанное вами въ немногихъ словахъ въ хроникѣ Франццы занимаетъ всю вторую книгу, состоящую изъ девятнадцагі главъ, отъ 123–203 стр.

УЧ. ЗАП. — К. І.

6

82

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

средство одолѣвать своихъ противниковъ, и отчасти ¹) покупкою у Венеціанъ, отчасти ²) наслѣдствомъ, соединилъ подъ свою власть большую часть Пелопоннеса. ³) Въ 1441 году онъ, по смерти своей первой супруги, женился на Екатеринѣ, дочери Лесбосскаго князя Нотары Палеолога Кателіутцы, и съ того времени при его дворѣ является второе лице, послѣ Франтцы, Лука Нотара, въ послѣдствіи великій канцлеръ Имперіі (μεγα-δούχα, magnus dux). Междуусобія братьевъ окончились только со смертью Θεοора, главнаго противника Константина, и его старшаго брата; онъ умеръ въ 1448 году. Видя себя безопас- нымъ внутри, Константинъ обратилъ все вниманіе на внѣшнюю безопасность, и для обезпеченія своихъ владѣній отъ нападенія Турокъ приказалъ выстроить стѣну въ Иссомійскомъ перешейкѣ. Но въ Ноябрѣ 1449 года къ Константину пришло вдругъ два извѣстія: одно о смерти брата, Юанна VI, а другое — о вторже- ніи Турецкаго султана Мурата II (отца Магомета II) въ Пело- поннесъ и о разрушеніи имъ Иссомійской стѣны. Въ такомъ по- ложеніи была Византія и ея господарства, когда скончался Юаннъ VI.

Юанна называютъ послѣднимъ Византійскимъ Императо-
ромъ, и не даромъ; съ его смертью и тотъ остатокъ Импе-
ріи, который еще упѣлѣлъ отъ завоеваній Латинцевъ и Турокъ,
раздѣлился между его братьями Константиномъ, Димитріемъ и
Θомою. Намъ извѣстно, что при жизни своего старшаго брата
они были владѣтелями отдѣльныхъ частей имперіи съ титу-
ломъ деспотовъ или господарей; Димитрій управлялъ Селим-
бріею и былъ ближе всѣхъ къ Византіи, а Константинъ и Θома
жили въ Пелопоннесѣ. ⁴) Димитрій, пользуясь близостью мѣ-
ста, узналъ ранѣе о смерти старшаго брата, и потому ранѣе
другихъ братьевъ прибылъ въ Византію. Бывъ ⁵) Порфиро-
роднымъ, онъ на томъ основаніи объявилъ свои права на пре-

1) Франц., стр. 156.

2) Тамъ же, стр. 128.

3) Тамъ же, стр. 192 и 193.

4) Франц., стр. 204 и слѣд.

5) Порфирородными назывались тѣ принцы, которые рождались въ порфир-
вой захѣ, гдѣ находилось ложе Императрицы; слѣдовательно это были принцы,
родившиеся по вступленіи ихъ отца на престолъ.

ОСАДА И ВЗЯТІЕ ВИЗАНТИИ ТУРКАМИ.

83

столъ, не смотря на то, что Константинъ былъ старше его по
рожденію. Вслѣдъ за тѣмъ, двѣ недѣли спустя, 13 Ноября,
прибылъ въ Константинополь, по своимъ дѣламъ, и младшій
изъ Палеологовъ, Фома; въ одно время съ нимъ явились и по-
сланники отъ Константина, ничего незнавшаго о смерти брата,
Алексѣй Филантропенъ и протовестіарій Францца. Они нашли
городъ въ ужасномъ волненіи: приверженцы Димитрія отстаи-
вали его права, а престарѣлая императрица Ирина и большая
часть гражданъ, по различнымъ побужденіямъ, желали видѣть
на престолѣ старшаго изъ оставшихся Палеологовъ, Констан-
тина, Пелопоннесскаго господаря. Народъ уважалъ въ немъ и
права старѣйшинства, и его личныя качества; а госуларствен-
ные люди, во главѣ которыхъ стояли Кантакузенъ и извѣстный
намъ Лука Нотара, а вмѣстѣ съ ними конечно и Францца, руко-
водились при этомъ выборѣ иными соображеніями: ¹) они боя-
лись, что, въ случаѣ избранія Димитрія, Константинъ будетъ
домогаться правъ старѣйшинства, при помощи ненавистныхъ
для Византіи Латинцевъ. Ихъ опасенія не были лишены осно-
ванія: не за долго до смерти Юанна VI, Константинъ, отыскивая
союзниковъ для предстоявшей войны съ Муратомъ II, ²) искалъ
руки дочери Венеціянскаго дожа, Франческо Фоскари, такъ какъ
его вторая супруга, Екатерина Лесбосская, уже умерла. Вотъ по-
тому-то патріоты, помня недавнее завоеваніе Константинополя
Латинцами четвертаго крестоваго похода, и видя, какъ они
шагъ за шагомъ на ихъ глазахъ утверждались въ Пелопоннесѣ,
и, еще не владѣя Византіей, грозили на Флорентинскомъ соборѣ
уничтоженіемъ свободы религіи, патріоты хотѣли избѣгнуть но-
ваго вліяния Запада, и ³) предпочли обратиться въ этотъ дѣлѣ
къ посредничеству Турокъ. Отъ нихъ они ожидали большей
справедливости, и въ самомъ дѣлѣ тогдашній Турецкій сул-
танъ, Муратъ II, своею личностью оправдывалъ ихъ надежды.
Онъ былъ женатъ на православной принцессѣ, дочери Серб-
скаго короля, и его кротость и справедливость стояли въ рѣз-

1) Лаоникъ Халконд., стр. 374.

2) Франти., стр. 324.

3) Тамъ же, стр. 205.

84

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

кой противоположности съ жадностью и властолюбіемъ Латин-
цевъ. При томъ Муратъ II имѣлъ и свои причины ненавидѣть
послѣднихъ: незадолго предъ тѣмъ, Латинцы, подъ предлогомъ,
что клятва, данная невѣрнымъ, не обязательна, напали неожи-
данно на Турецкія владѣнія. Муратъ II встрѣтилъ ихъ подъ Вар-
ною, и предъ сраженіемъ, показывая войску трактатъ, подписан-
ный западными христіанами, умолялъ, по свидѣтельству историка
Бонфини, Спасителя: 1) «Исусъ Христосъ! если Ты Богъ, какъ
говорятъ они, и какъ вѣрится намъ, то молю Тебя, отмсти имъ
за несправедливость, нанесенную Тебѣ и мнѣ; покажи и тѣмъ,
которые еще не признали святости Твоего Имени, какъ Ты на-
казуешь вѣроломство.» Эней Сильвій говоритъ, что послѣ по-
бѣды подъ Варной, Муратъ, обходя поле, усѣянное трупами,
не только не радовался побѣдѣ, но сдѣлался чрезвычайно пе-
чальнымъ; и когда его спросили о причинѣ печали, онъ отвѣ-
чалъ: «я не хотѣлъ бы еще разъ побѣдить такимъ образомъ.»
Для насъ не будетъ теперь удивительно, что Кантакузенъ и
Лука Нотара, знакомые по опыту съ политикою Латинцевъ,
довѣряли болѣе Мурату II, и, отравивъ посланникомъ въ
Адріанополь друга и любимца Константина, Франтцу, предо-
ставили ему рѣшить дѣло объ избраніи преемника Ioannу VI.
Муратъ II призналъ доводы Византійцевъ основательными, и не
смотря на то, что онъ, какъ мы уже видѣли, въ то время былъ
въ ссорѣ съ Константиномъ за Исомійскую стѣну, и даже от-
крыто воевалъ съ нимъ, какъ съ господаремъ Пелопоннес-
скимъ, рѣшилъ дѣло въ пользу своего непріятеля. 2) Франтца,
осыпанный почестями и наградами, возвратился въ столицу съ
радостною вѣстью для друзей Константина. Вслѣдъ за тѣмъ
были отправлены депутаты въ Пелопоннесъ, и 6 Января
1450 года Константинъ былъ коронованъ въ Спартѣ, а 12 Марта
онъ имѣлъ торжественный въѣздъ въ Византію. 3) Но за нимъ
уже не было признано, какъ мы увидимъ, императорскаго ти-

1) Nunc Christe, si Deus es, ut aiunt et nos hallucinamur, tuas measque injurias te quaeso ulciscere; et his qui sanctum tuum nomen nondum agnovere violatae fidei poenas ostende.

2) Францц., стр. 206.

3) См. ниже гл. IX.

85

тула; и потому-то нѣкоторые считаютъ Юанна послѣднимъ
Императоромъ. Константинъ если и принялъ титулъ, то только
уже въ послѣдній годъ своего правленія. Димитрій немедленно
по прибыті старшаго брата отказался отъ своихъ притязаній,
и вмѣстѣ съ младшимъ братомъ, Θομού, получилъ господар-
ство въ Пелопоннесѣ, давъ клятву, что ни одинъ изъ нихъ не
будетъ нарушать мира. Въ августѣ мѣсяцѣ того же года Θομα
отправился въ Пелопоннесъ, а за нимъ въ сентябрѣ и Димитрій
оставилъ Византію.

Такимъ образомъ, за три года предъ осадою города Турками,
Византійская Имперія прекратила свое существованіе даже по
имени; на мѣстѣ ея образовалось три господарства: одно Ви-
зантійское и два Пелопоннесскихъ. Мы можемъ выразиться
такъ потому, что Константинъ, по крайней мѣрѣ въ первое
время своего управленія, не носилъ уже болѣе титула импера-
тора и довольствовался простымъ названіемъ господаря Визан-
тиі (δεσπότης). Каковы же были внѣшнія отношенія этихъ
трехъ господарствъ и ихъ внутренній составъ? какія средства
представлялись новому владѣтелью Византіи для его дѣятельно-
сти? Вотъ вопросы, которые должны прежде всего обратить на
себя наше вниманіе.

Сплошныя владѣнія Константина, т. е. Византійское госпо-
дарство, заключали въ себѣ небольшой полуостровъ между
Чернымъ и Мраморнымъ морами. Этотъ-то небольшой ключекъ
земли и носилъ въ послѣднее время названіе Византійской им-
періи, а при осадѣ Византіи Турками *) стѣны города были
буквально границами Имперіи. На противоположномъ ей бе-
регу, въ Малой Азіи, простирались владѣнія Турокъ, утвердив-
шихся тамъ еще въ XIII столѣтіи. На отдаленномъ берегу Чер-
наго моря лежалъ другой ключекъ земли съ титуломъ имперіи;
это была богатая Трапезунтская имперія Комненовъ, центръ
восточной торговли. Она образовалась во время завоеванія Кон-
стантинополя Латинцами четвертаго крестоваго похода, въ
1204 году, и была управляема потомками императоровъ Ком-
неновъ, бѣжавшими отъ ига иновѣрцевъ. Далѣе за нею въ ны-

*) Дука, стр. 239: ἐκτὸς τῆς τάφρου οὐκ ἔχει, οὖτε κέκτηται τι.

86

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

нѣшнемъ Закавказьѣ находилось могущественное и единовѣрное
Грекамъ Иберійское царство. Въ Европѣ, непосредственно къ
Византіи примыкали владѣнія Турецкаго султана, которому
принадлежала, какъ мы видѣли, и Малая Азія; столицею его
былъ Адріанополь, лежащій въ 200 верстахъ отъ Византіи.
Турки утвердились тамъ еще въ XIV столѣтіи, и отрѣзали отъ
Византіи ея бывшихъ вассаловъ, нынѣшнюю Булгарію, госпо-
дарства Валахію и Молдавію, и королевство Сербское; всѣ они
уже платили дань Туркамъ, и признавали ихъ власть, какъ нѣ-
когда признавали господство Византіи, хотя иногда и осмѣли-
вались дѣлать попытки къ освобожденію. Съ юга тѣ же Ту-
рецкія владѣнія и владѣнія Венеціянъ отрѣзывали отъ Византіи
Грецію, хотя впрочемъ связь ея съ нею и безъ того давно уже
ослабла, чтобъ не сказать прекратилась, еще со времени завоева-
нія Латинцами Константинополя. Дѣйствительно, въ Греціи ле-
жали перемѣшанно то зámки Латинскихъ бароновъ, то города,
признававшіе ихъ своими герцогами, то владѣнія и конторы Ве-
неціянъ; только середина Пелопоннеса сохранала нѣкоторую
связь съ Византіей, и Палеологи посылали туда своихъ млад-
шихъ родственниковъ деспотами. Впрочемъ эти деспоты такъ же
мало признавали своимъ главою Византійскаго императора,
какъ и Латинскіе бароны, владѣвшіе отдѣльными частями Пе-
лопоннеса. При Константинѣ ХІ, такими деспотами или госпо-
дарями Пелопоннеса были его братья Димитрій и Фома. Ихъ
положеніе было не лучше Византійскаго господарства; они
были также сдавлены со всѣхъ сторонъ иноплеменными Латин-
цами и Турками, съ тѣмъ различіемъ, что въ нихъ къ бѣд-
ствіямъ виѣшнимъ присоединялись и внутреннія: не смотря на
клятву, братья вели постоянно междоусобныя войны, и при-
зывали сами на помощь то Турокъ, то Латинцевъ. Наконецъ
острова Архипелага представляли ту же чудную смѣсь владѣній
западныхъ герцоговъ и Греческихъ господарей.

Далѣе, на западъ, за этою смѣсью Турецко-Латинско-
Византійскихъ владѣній начиналась католическая Европа. Поль-
ша, Венгрія и Италія примыкали къ нимъ непосредственно.
На отдаленномъ сѣверѣ находился тогда народъ, родственныій
Византіи и по своему происхожденію, Византіи, наполненной

87

съ одного конца до другаго еллинизированными Славя-
нами, и еще болѣе близкій съ нею духовнымъ родствомъ.
Но этотъ народъ въ то время еще не отстрадалъ своего ига,
подобное которому готовила судьба Византіи. Притомъ зна-
чительная часть и этого народа начала испытывать на себѣ
вліянье Европы: западная или Литовская Русь, освободив-
шись отъ Монголовъ, понесла другое его, не менѣе знакомое
Византіи, и котораго, какъ мы увидимъ, она боялась болѣе Ту-
рецкаго, и боялась не даромъ. Монголы, какъ снѣгъ, укрыли
одну восточную или Московскую Русь отъ католическаго влія-
нія; но этотъ снѣгъ въ ту пору еще не сошелъ.

Таково было внѣшнее политическое положеніе Византійской
Имперіі, или лучше сказать, Византійскаго господарства. Но и
внутреннее положеніе этого осколка древней Имперіі, занимав-
шаго небольшой полуостровъ въ 100 верстъ длины и не болѣе
50 верстъ ширины, было не лучше: по берегамъ Мраморнаго и
Чернаго морей, въ виду самой Византіи, начали появляться Ту-
рецкія крѣпостцы и укрѣпленныя конторы Генуезцевъ. Даже
въ самихъ стѣнахъ Византіі была не одна Византія. Из-
вѣстно, что Константинополь лежитъ въ углу, образуемомъ
Босфоромъ и Мраморнымъ моремъ, на Европейскомъ берегу;
изъ пролива Босфора, внутри самого города, выдается широ-
кимъ рукавомъ заливъ, въ видѣ рога, загнутаго къ сѣверо-
востоку; Греки и называли его потому Кератомъ (τὸ κέραμъ),
т. е. Рогомъ; и нынѣ онъ сохраняетъ то же названіе съ при-
бавленіемъ Золотаго. На западной сторонѣ этого Рога, между
нимъ и Мраморнымъ моремъ, лежала собственно Византія, при-
надлежавшая императору; на востокъ же, между Рогомъ и про-
ливомъ, находился другой городъ, Галатта, принадлежавшій Ге-
пуезцамъ и имѣвшій свое особое управленіе. Кромѣ того, въ са-
мой Греческой Византіи былъ прежде, при Баязетѣ, дѣдѣ Му-
рата II, *) кварталъ, уступленный Туркамъ.

Неизвѣстно съ точностью, каково было населеніе Визан-
тіи предъ началомъ ея осады; о томъ мы можемъ сдѣлать
только приблизительное заключеніе изъ слѣдующаго событія,

*) Кодкіа-Еффенди, стр. 434.

88

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

относящагося ко времени начала осады. ¹) На восьмой день по прибытіи Турецкой армії, 10 Апръля 1453 года, Магометъ II сдѣлалъ смотръ своему флоту и гарнизону; а Константинъ ХІ приказалъ еще ранѣе демархамъ, начальникамъ городскихъ частей, составить точный списокъ лицъ, которыя могли носить оружіе, при чемъ записывали и монаховъ. Когда каталоги были получены, императоръ призвалъ Франтцу и сказалъ ему: «это дѣло касается тебя, и оно должно быть сохранено въ величайшей тайнѣ; и такъ, возьми эти списки и дома внимательно сосчитай, сколько мы можемъ имѣть войска и сколько нужно оружія, щитовъ, луковъ и пушекъ.» При этомъ Франтца заботаетъ, что весьма немногіе изъ знатныхъ и изъ простаго народа, по страху войны и осады, оставили городъ; такимъ образомъ эти списки могутъ также служить къ опредѣленію населенія Византіи и до начала осады. «Окончивъ работу, порученную мнѣ императоромъ, продолжаетъ Франтца, я отнесъ ему съ величайшего горестью свои таблицы»; оказалось, что во всемъ Констартинополѣ природныхъ Грековъ, способныхъ носить оружіе, было не болѣе, какъ четыре тысячи девятьсотъ семьдесятъ три человѣка (4973). Вотъ тотъ гарнизонъ, которому надобно было, въ течении слишкомъ 8 недѣль (57 дней), выдерживать натискъ арміи въ 258 тысячъ. Если теперь, по вѣроятному отношенію возрастовъ, все населеніе бываетъ въ четыре раза болѣе части способной носить оружіе, то населеніе Византіи могло превышать не болѣе какъ 20 тысячъ. Не лучше было положеніе и другихъ средствъ къ защитѣ города: стѣны Константинополя, говоритъ одинъ изъ историковъ, были такъ ветхи, что во время осады Греки не смѣли употреблять противъ ненріятеля орудій большого калибра и ставить ихъ на стѣны; потому что, прибавляетъ тотъ же авторъ, ²) стѣны разрушились бы сами собою отъ одного потрясенія.

Такъ печально было и внѣшнее и внутреннее положеніе Византійской имперіи. Извѣе ее окружали Латинцы и Турки, и мы имѣли уже одинъ случай видѣть, именно при избраніи Кон-

¹) Франти., стр. 240 и слѣд.

²) Леонардъ Хіосск.: nam si quae (bombardae) magnae erant, ne murus cuteretur noster, quiescebant.

89

стантина, что отношенія ихъ къ Грекамъ были таковы, что
Греки желали получить Императора лучше отъ рукъ Турокъ,
нежели Латинцевъ. Единовѣрныя Грекамъ государства были
отрѣзаны отъ Византіи Турецкими владѣніями; таковы были
могущественная Иберія и богатый Трапезунтъ; или и сами нахо-
дились не въ самомъ благополучномъ положеніи, какъ то Россія;
Болгарія, Сербія, съ трудомъ оспаривали свою независимость отъ
султановъ. Внутри Византійская имперія раздѣлялась на три
господарства: одно Византійское и два Пелопонесскихъ; даже
на время былъ утраченъ самый титулъ императоровъ. На-
конецъ самый городъ Византія раздѣлялся на два города: Гре-
ческій православный и Генуезскій католическій. Первый въ
случаѣ крайней нужды могъ противопоставить непріятелю около
5000 воиновъ и едва державшіяся стѣны.

Таковы были средства для дѣятельности Константина,
когда онъ вступилъ въ управление Византіею. При всей ихъ ни-
чтожности онъ нашелъ однако возможность возвратить спокой-
ствіе своему государству, и первые два года его правленія были
самою счастливою эпохою для Византіи. Тайна могущества го-
сподаря Византіи конечно заключалась въ его личности, въ его
умѣньи извлечь пользу и изъ того положенія, въ какомъ онъ
нашелъ свое государство. Константинъ, какъ господарь Визан-
тіи, стоитъ несравненно выше многихъ ея императоровъ; его
высокій умъ, его непреклонная воля, одни выдаются впередъ
изъ всего хаоса государственныхъ отношеній Византіи, и намъ
должно короче познакомиться съ этой личностью и съ тѣмъ, что
ее непосредственно окружало.

ШШ.

Константинъ ХІ правилъ государствомъ три года и три мѣ-
сяца (12 Марта 1450—29 Мая 1453). Онъ родился *) въ 1404 г.,
и слѣдствено при вступлении на престолъ ему было 46 лѣтъ

*) Францца, стр. 291, говорить, что Константинъ прожилъ 49 лѣтъ, 3 мѣсяца и 20 дней; а онъ палъ въ битвѣ 29 Мая 1453 года; слѣдовательно родился 9 Февраля 1404 года.

90

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

отъ роду. Такія зрѣлія лѣта и опытность, пріобрѣтенная имъ во время управленія Пелопоннесомъ, бывшимъ для него отличною школою, не дозволяли ему повторять ошибки своихъ предшественниковъ. Въ самомъ дѣлѣ, Константинъ былъ первымъ Палеологомъ, понявшимъ бездну, въ которую вовлекли его предки свое государство дружбою съ Латинами, и онъ первый увидѣлъ необходимость новыхъ мѣръ къ поддержанію имперіи. Но грустно видѣть человѣка, одареннаго прекрасными талантами, яснымъ взглядомъ на все его окружавшее, и притомъ съ сильною волею, которому однако было суждено вращаться въ срединѣ, не представлявшей никакихъ прочныхъ средствъ для его дѣятельности. Вотъ въ какихъ словахъ описывалъ самт Константинъ собственное положеніе въ своей задушевной бе- сѣдѣ съ единственнымъ другомъ, котораго послала ему судьба въ теченіе 50 лѣтъ его жизни, и который одинъ понималъ воз- вышенность его души и безкорыстность цѣлей: *) «У меня не было безъ тебя, говоритъ императоръ Франтцѣ послѣ двух- лѣтней съ нимъ разлуки, ни одного человѣка, съ кѣмъ бы я могъ посовѣтоваться; каждый преслѣдуетъ свои интересы. Мать моя и государыня (Ирина) умерла въ твое отсутствіе; Кантакузенъ (старшій), который иногда судилъ безпристрастно, послѣдовалъ за нею; а Лука Нотара громко проповѣдуетъ, что никто лучше его не знаетъ, какъ должно поступать, и что по истинѣ хорошо и полезно только то, что онъ говоритъ или дѣ- лаетъ; по пословицѣ, Нотара каждый камень подвинетъ; и все это, Франтца, ты самъ хорошо знаешь. Министръ Двора (διμεγας δομεστικος) золъ на Сербскаго Короля, и дѣйствуетъ за одно съ Іоанномъ Кантакузеномъ (ниже объяснится, по ка- кому дѣлу). Съ кѣмъ же я могъ совѣтоваться? Съ монахами и людьми имъ подобными? Но они сами ничего не понимаютъ въ государственныхъ дѣлахъ! Съ вельможами? Но каждый изъ нихъ принадлежитъ къ какой нибудь партіи и выдастъ другимъ мою тайну. Вотъ почему, Франтца, я ожидалъ тебя съ такимъ нетерпѣніемъ!» Нельзя не сочувствовать человѣку, который такъ откровенно жаловался на свою судьбу. Послѣ тѣхъ

*) Францц., стр. 221.

91

немогихъ словъ Константина, нужно ли намъ еще прибавить что нибудь, чтобъ дать понятіе о степени бѣдственнаго положенія послѣдняго императора, окруженнаго шпіонами, эгоистами, людьми ничего непонимавшими, кромѣ своихъ мелкихъ выгодъ, или наконецъ умными и честными, какъ Нотара, но ослѣпленными своею гордостью. Слова Константина много свидѣтельствуютъ и о его умѣ, съ которымъ онъ проникалъ насквозь все его окружавшее, и разумное сознаніе безсилія въ борьбѣ съ колыстью и предразсудками вѣка. Вотъ потому-то Константинъ и не могъ устоять до конца на томъ новомъ поприщѣ, которое онъ думалъ открыть для своей дѣятельности; въ концѣ своего правленія и онъ долженъ былъ воротиться къ старой политикѣ Палеологовъ, и вступилъ въ торгъ съ Латинами, покупая у нихъ помощь свободою религіозной совѣсти и цѣною своихъ же владѣній. Но кто его за то упрекнетъ? Онъ искупилъ и эту единственную ошибку пролитіемъ собственной крови; стѣсненный Турками, которыхъ Латинцы же вооружили противъ него, обнадеживая своею помощью, и обманутый въ этой помощи Латинцами, онъ сказалъ: «я уповаю теперь на Одного Бога!» — и палъ на стѣнахъ Византиі.

Самое избраніе Константина на Византийскій престолъ указывало ему путь новой политики. Обязанный своимъ престоломъ ненависти Грековъ къ Латинамъ, онъ долженъ былъ оставить близорукую политику своего брата, Юанна VI, и не могъ прибѣгать, для спасенія государства, къ мѣрамъ подобнымъ Флорентійской уніи. Мы уже видѣли, какимъ образомъ Франтца, Лука Нотара и Юаннъ Кантакузенъ, его приближенные,¹) предпочли обратиться къ Туркамъ, только чтобы не подчиниться вліянію католичества. При своемъ умѣ, Константинъ долженъ былъ понять, и дѣfectительно понялъ, что для Византийскаго императора не годится эгоистическая политика деспота Пелопоннесскаго. Еще во время управленія Пелопоннесомъ, онъ имѣлъ въ виду при помощи Латинцевъ изгнать Турокъ изъ Пелопоннеса, и ²) искалъ руки дочери Венеціянскаго дожа,

¹) См. выше гл. II.

²) Франтца, стр. 324.

92

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

Франческо Фоскари; но по вступленіи на престолъ Константинъ уничтожилъ предполагаемый бракъ. Онъ рѣшился искать другихъ союзовъ, которые можно было бы купить не цѣною совѣсти, какъ того требовалъ обыкновенно союзъ съ Латинами, и обратилъ свое вниманіе на два единовѣрныя государства: Иберію и Трапезунтъ, желая вступить въ родственный союзъ съ однимъ изъ ихъ домовъ. Порученіе вести съ ними брачные переговоры можно было сдѣлать лицу, съ одной стороны весьма близкому и честному, съ другой же стороны понимавшему важность новой политики, враждебной Латинамъ, и быть можетъ даже внушившему эту новую политику Константину. Онъ избралъ Франтцу, и послѣдствія оправдали такой выборъ.

Теперь будетъ для насъ понятно само собою, отъ чего по вступленіи на престолъ Константина все измѣнилось въ Византіи: прекращеніе дружбы съ Латинами уничтожило народные мятежи, обуревавшіе правленіе Ioанна VI, поборника Флорентійской уніи, и внутри города настало на цѣлые два года совершенное спокойствіе, давно незнакомое Византіи; съ другой стороны и Турки, не опасаясь соцерничества и интригъ Латинцевъ, при православномъ императорѣ, не безпокоили имперіі. Муратъ II, одобрившій избраніе Константина, жилъ съ нимъ дружно и занимался своими семейными дѣлами, а именно; женибою сына Магомета на Армянской принцессѣ. На пирѣ стеклись со всѣхъ сторонъ князья и владѣтели; Турки вмѣстѣ съ Христіанами, *) говоритъ современникъ, дружно пировали на свадьбѣ. Увеселенія продолжались безпрерывно отъ сентября до конца декабря 1450 г.; очевидно, о войнѣ никто и не думалъ.

Въ этомъ-то успокоенномъ и возможно счастливомъ положеніи мы и оставимъ пока Византію. Послѣдуемъ лучше за Франццюю въ Иберію и Трапезунтъ; его путешествіе нознакомить насъ съ древнімъ бытомъ тѣхъ странъ, которые входятъ теперь въ составъ нашего отечества, и вмѣстѣ съ тѣмъ поставить насъ лицемъ къ лицу съ этимъ государственнымъ мужемъ, которому суждено было играть не послѣднюю роль въ исторіи послѣднихъ дней Византіи.

*) Дука, стр. 22.

93

IV.

¹) Въ первыхъ числахъ Октября 1450 года, слѣдовательно тотчасть по удаленіи братьевъ Константина, Димитрія и Θομы, изъ Византіи въ Пелопоннесъ, Франтца отправился моремъ къ Иберійскому князю Георгію Мепену, а потомъ оттуда предполагалосьѣхать къ Юанну Комнену, императору Трапезунта. Корабль былъ нагруженъ драгоцѣнными подарками; на немъ плыла блестящая свита съ почетною стражей; вмѣстѣ съ нимиѣхали іеромонахи, монахи, пѣвцы, медики и многіе другіе, искусные въ игрѣ на органѣ и прочихъ инструментахъ. Въ Иберіи (Тифлисская губернія) приняли Византійское посольство съ величайшею радостью; жители выбѣгали на встрѣчу и удивлялись оргāну, названіе котораго они знали, но никогда не слыхали его звуковъ. Любопытные стекались даже изъ отдаленныхъ странъ. Съ своей стороны и Греки показывали большое внимание посѣтителямъ, и нерѣдко любознательный Франтца вступилъ съ ними въ разговоры. Особенно замѣчательна одна бесѣда его съ столѣтнімъ старцемъ, Ефраимомъ, уроженцемъ какого-то Иберійскаго города (его названіе осталось неразобраннымъ въ манускриптѣ). ²) Ефраимъ былъ взятъ въ плѣнѣ еще отрокомъ и проданъ варварами во внутреннія области Персіи. Господинъ Ефраима занимался торговлею съ Индіею и бралъ его часто съ собою по торговымъ дѣламъ. Въ одно изъ такихъ путешествій плѣнникъ убѣжалъ, и долго скитаясь по различнымъ пустынямъ, прибылъ на какой-то островъ, гдѣ жили Макробіи, т. е. долговѣчные; такъ они назывались потому, что каждый изъ нихъ жилъ не менѣе 150 лѣтъ. Такой долговѣчности содѣйствовалъ климатъ страны, въ которой круглый годъ не сходили съ деревьевъ плоды: одни цвѣли, другие наливались, а третьи уже созрѣвали. Тамъ росли Индѣйские орѣхи; находился магнитный камень, и тамъ же бралъ начало Нилъ. Въ юлѣ и августѣ въ этой странѣ наставало болѣе

1) Франтца, стр. 206 — 222.

2) Тамъ же, стр. 207 — 210.

94

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

холодное время, потому, ¹) объясняетъ Ефраимъ, что солнце обращалось тогда къ нашему съверному полушарю; здѣсь и заключается причина, продолжалъ разскащикъ, почему въ эти два мѣсяца Нилъ выступаетъ изъ своихъ береговъ. До прихода въ эту страну, Ефраимъ долженъ былъ переправиться чрезъ каную-то рѣку, весьма опасную по своимъ амфибіямъ, которыя на туземномъ языкѣ называются «зубастые тиранны» (δουτοτύραννοι) и которые могутъ пожрать цѣлаго слона. Много было и другихъ тамъ ужасныхъ звѣрей; попадались змѣи въ 70 футовъ длины, скорпionы, ночницы величиною съ ворона, и мухи — съ воробья. Слоновъ было тамъ такъ много, какъ у насъ выковъ или овецъ, и они паслись стадами. Проживъ нѣсколько лѣтъ у Макробіевъ и изучивъ ихъ языкъ, Ефраимъ пожелалъ возвратиться домой. Туземцы указали ему дорогу къ одному приморскому мѣстечку, гдѣ приставали корабли, идущіе изъ Индіи съ ароматами. Ефраимъ нашелъ въ гавани Испанскій корабль, на которомъ онъ и прибылъ въ Португалію; оттуда странникъ перебхалъ въ Англію, и потомъ чрезъ Германію возвратился на родину въ Иберію, нашу Грузію. Это путешествіе Ефраима кругомъ тогдашняго свѣта и его странствованіе по внутренней Африкѣ отъ истоковъ Нила къ берегамъ Атлантическаго океана, только что открытымъ Португальцами, принадлежало бы къ однимъ изъ замѣчательныхъшихъ памятниковъ среднихъ вѣковъ, если бы Франтца, увлеченный собственнымъ дѣломъ, не поскупился на его описание.

Брачные переговоры въ Иберіи были продолжительны, но не имѣли на первый разъ никакого окончательнаго результата, и Франтца отправился въ Трапезунтъ. На одной изъ аудіенцій, 6 Февраля 1451 года, Юаннъ Комненъ, Императоръ Трапезунтскій, встрѣтилъ Францу слѣдующими словами: ²) «Посланникъ, я имѣю сообщить тебѣ весьма пріятную новость; чтó ты мнѣ дашь за нее»? Я низко поклонился ему, говорить Франтца, и отвѣчалъ: «Да продлитъ Богъ дни Вашего Величества; а для подарка у меня нѣтъ ничего достойнаго Васъ.» Тогда Юаннъ

1) Тамъ же, стр. 208.

2) Тамъ же, стр. 211.

95

Комненъ объявилъ ему извѣстіе о смерти Мурата II, о вступлении на престолъ Магомета II, и о почетномъ возвращеніи его мачихи и супруги покойнаго султана, Сербской принцессы, къ ея родителямъ. Франтца говорить, что онъ онѣмѣлъ, пораженный горемъ при этомъ извѣстіи, такъ какъ будто бы онъ потерялъ самаго любимаго друга. Между тѣмъ это же самое извѣстіе возбудило въ мысляхъ Франтцы новые планы: ему представилась возможность для Константина заключить бракъ немедленно выгоднѣе и Трапезунтскаго и Иберійскаго. Замѣчательно, что въ то же время, далеко отъ Трапезунта, въ Византиі, и Константина занимали тѣ же самыя мысли. Къ счастью для Франтцы, въ гавани Трапезунтской стоялъ корабль, готовый отплыть въ Константинополь. Ойъ немедленно пишетъ императору два письма: одно офиціяльное, съ отчетомъ о ходѣ своихъ переговоровъ, другое секретное. Посланнику было приказано на первой аудіенціи отдать одно первое письмо, а послѣднее вручить на слѣдующій день. Это секретное письмо было слѣдующаго содержанія:

*) «Я прибылъ благополучно въ Трапезунтъ, пишетъ Франтца, и здѣсь отъ императора узналъ о смерти султана и о возвращеніи султанши въ родительскій домъ. Узнавъ все это, я попалъ на мысль, что по многимъ причинамъ для Вашего Величества вступить въ супружество съ султаншею будетъ полезнѣе и во всѣхъ отношеніяхъ выгоднѣе, нежели съ которойю нибудь изъ здѣшнихъ принцессъ. По моему мнѣнію, этому браку могутъ противиться четыре обстоятельства: во-первыхъ, султанша ниже Васъ по происхожденію; во-вторыхъ, Церковь можетъ запретить этотъ бракъ по причинѣ родства; въ-третьихъ, ея супругомъ былъ Турокъ; наконецъ, въ-четвертыхъ, ей 50 лѣтъ, а она еще не имѣла дѣтей, и потому, какъ увѣрятъ доктора, она не перенесетъ родовъ. Но на все это мы можетъ отвѣчать то, что вдова султана не ниже по происхожденію Вашей матери; что бракъ съ Трапезунтскою принцессою одинаково можетъ быть воспрещенъ по родству, если Вы не одарите духовенства, сиротъ и бѣдныхъ; а бракъ съ дочерью Сербскаго ко-

*) Тамъ же, стр. 213.

96

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

роля тѣмъ скорѣе будетъ разрѣшенъ, что она сама всегда щедро награждала іеромонаховъ, монаховъ и весь клиръ. То обстоятельство, что она была супругою Турка, еще менѣе важно; ибо Ваша бабка, ¹) Евдокія, была также сначала за Турецкимъ княземъ, и притомъ весьма незначительнымъ, и имѣла отъ него дѣтей; напротивъ того, дочь Сербскаго короля была супругою отличнаго и превосходнаго султана, и, какъ говорятъ, она осталась дѣвственницей, ибо не имѣла отъ него дѣтей. Наконецъ, что касается до четвертаго возраженія, если угодно будетъ Богу, чтобы она зачала въ такихъ преклонныхъ лѣтахъ, то пусты и въ остальномъ будетъ воля Божія, особенно если первые мои три довода Вы признаете, Ваше Величество, основательными. Родители же ея охотно воспользуются такимъ служаемъ; потому я и совѣтую Вамъ послать кого нибудь изъ давъренныхъ лицъ, или іеромонаха, или монаха, для устроенія этого дѣла, и послать безъ замедленія.»

Неизвѣстно, по какимъ причинамъ это письмо пришло чрезвычайно поздно въ Константинополь, уже въ самыхъ послѣднихъ числахъ мая. Константинъ былъ тогда на охотѣ; но узнавъ о кораблѣ, приплывшемъ изъ Иберіи, бросилъ охоту и поспѣшилъ во дворецъ. Посланный, по инструкціи, вручилъ ему сначала одно первое письмо, и только на слѣдующій день передалъ ему и второе. Императоръ чрезвычайно обрадовался, узнавъ такъ неожиданно мнѣніе Франццы о томъ предметѣ, который такъ занималъ его самого. Еще до получения имъ этого письма, Сербскій король самъ предложилъ руку дочери и обѣщалъ огромное приданое и различныя другія выгоды въ будущемъ. Узнавъ мнѣніе Франццы, Константинъ болѣе не колебался, и немедленно былъ отправленъ въ Сербію Мануилъ Палеологъ, родственникъ Кантакузена. Но результатъ посольства былъ самый неудовлетворительный: вдова султана дала уже обѣтъ посвятить себя Богу. Впрочемъ едва ли такова была настоящая причина отказа; мы уже слышали ²) жалобу Константина возвратившемуся Франццѣ изъ Иберіи, гдѣ императоръ

¹) Супруга Императора Юанна V.

²) См. выше гл. III.

ОСАДА И ВЗЯТИЕ ВИЗАНТИИ ТУРКАМИ.

97

намекаетъ на придворныя интриги Юанна Кантакузена и министра Двора, имѣвшихъ свои причины ненавидѣть Сербскаго короля.¹) Все это даже болѣе нежели вѣроятно, если припомнить, что самъ посланникъ Мануилъ Палеологъ былъ родственникъ Кантакузена.

Когда Франтца узналъ о результатѣ Сербскаго посольства, брачные переговоры на Востокѣ возобновились. Франтца предпочелъ Иберійскую привессу Трапезунтской и приступилъ къ заключенію трактата о приданомъ. Сцена послѣднихъ переговоровъ по этому предмету записана Франтцею весьма подробно.

— ²) У насъ, говорилъ Иберійскій царь, нѣтъ такого обычая, чтобы жена приносила приданое мужу, но наоборотъ.

— Я нигдѣ не слыхалъ о подобномъ обычай, замѣтилъ ему удивленный Франтца.

— А знаешь ли ты, мой любезный, разсмѣявшись сказалъ ему Царь, что сказалъ по этому поводу великій Цезарій? У каждой страны и у каждого народа есть свои обычая, или письменные, или изустные. Законы образовались, мнѣ кажется, изъ отечественныхъ постановленій; такъ напримѣръ, у Китайцевъ, живущихъ на краю земли, вмѣсто законовъ до сихъ поръ держатся отечественныхъ постановленій не плутовать, не красть, не клеветать, не убивать. У Бактріевъ наслѣдуется отъ отцевъ обычай не čсть мяса, не пить вина, не предаваться страстямъ; а у ихъ сосѣдей, Индйцевъ, все это совершается безнаказанно; даже нѣкоторыя изъ ихъ внутреннихъ племенъ людѣдъ, и они пожираютъ пришельцевъ. У Пелеевъ (Калмыковъ?) таковъ обычай, что женщины обрабатываютъ поля, строятъ домы, ходятъ на охоту. Въ Британніи одна женщина имѣетъ нѣскоькихъ мужей и т. п. Но впрочемъ, Франтца, заключилъ царь, мы не отпустимъ своей дочери безъ награды.

¹) Вопросъ о Сербскомъ посольствѣ служитъ между прочимъ обращикомъ произвольнаго толкованія фактовъ, относящихся къ Византійской исторіи, у западныхъ учевыхъ. Они вообще не расположены къ Константину ХІ, и наприм. Daru (Hist. de Venise, т. III, стр. 118) приписываетъ отказъ, полученный имъ въ рукѣ Сербской привессы, его начтожности, и говорить: mais dans le malheur les alliances sont difficiles.

²) Франтца, стр. 217 и слѣд.

УЧ. ЗАП. — К. І.

7

98

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

Такимъ образомъ договоръ былъ принятъ, и Франтца, считая свое поручение оконченнымъ, возвратился въ Византію. Константинъ, въ присутствіи Иберійскаго посланника, начертилъ три красныхъ креста на золотой буллѣ въ знакъ заключения трактата; того требовалъ обычай Иберійцевъ. На слѣдующій годъ императоръ общалъ прислать того же Франтцу за невѣстою.

Франтца прибылъ въ Византію въ ноябрѣ 1452 года; такимъ образомъ съ того времени, когда было отправлено посольство въ Иберію, а Турки и Христіане дружно пировали на свадьбѣ сына Мурата II, прошло уже слишкомъ два года. Но нашелъ ли Франтца Византію въ томъ спокойномъ положеніи, въ которомъ онъ ее оставилъ? Продолжались ли тѣ отношенія, въ которыхъ желалъ Константинъ поставить Византію и къ Латинамъ и къ Туркамъ? Все ли по прежнему онъ былъ вѣренъ своей здравой анти-Латинской политикѣ? Вотъ вопросы, для рѣшенія которыхъ мы должны вмѣстѣ съ Франтцюю возвратиться въ Византію, и посмотрѣть, что происходило внутри ея во время двухлѣтняго отсутствія лучшаго министра и друга Константина.

## V.

Константинъ ХІ, въ теченіе этихъ двухъ лѣтъ, лишился большей части людей, поддерживавшихъ его въ новой политикѣ: *) его мать Ирина умерла, спустя нѣсколько мѣсяцевъ послѣ отплытія посольства въ Иберію; за нею послѣдовалъ и Кантакузенъ старшій; лучшаго изъ друзей императора и умнѣйшаго его министра, Франтцы, не было все это время въ Константинополѣ. Всѣ эти лица постоянно поддерживали и развивали въ Константинѣ двѣ мысли: искать помощи у своихъ единовѣрцевъ, и даже въ случаѣ нужды сближаться съ самими Турками. Окруженный людьми неблагонамѣренными, императоръ измѣнилъ самому себѣ и иначе сталъ смотрѣть на то, что казалось ему полезнымъ и выгоднымъ два года тому назадъ.

*) См. выше гл. III.

99

Однимъ словомъ; Константинъ, доведенный до отчаянія, повторилъ ошибку всѣхъ Палеологовъ, и также бросился въ объятія Латинцевъ. Современники не указываютъ событий, которыми сопровождалась такая перемѣна въ императорѣ и его политикѣ; эта перемѣна обнаруживается сама въ своихъ послѣднихъ результатахъ.

Вслѣдъ за Францею, и почти вмѣстѣ съ нимъ, въ ноябрѣ 1452 года, вошелъ въ Константинопольскую гавань большой Генуезскій корабль; на немъ прибылъ папскій легатъ, кардиналъ Польши и свергнутый митрополитъ Московскій ¹) Исидоръ, подписавшій нѣкогда Флорентинскую упію. Его сопровождали пятьдесятъ Итальянцевъ и Латинскіе наемники съ острова Хіоса. Это посольство явидось въ слѣдствіе просьбы Константина, обѣщавшаго возстановить Флорентинскую упію съ тѣми же надеждами, которые такъ часто обманывали его предшественниковъ. Неизбѣжнымъ результатомъ этой старой, Латинской политики Палеологовъ было повтореніе прежнихъ сценъ мятежей и народныхъ возстаній. Хотя императоръ приялъ съ почестью Исидора, «но, ²) говоритъ Дука, большая часть монаховъ, игумновъ и архимандритовъ, даже монахинь, не хотѣли и слушать о подчиненіи папѣ; чтó я говорю: большая часть? монахинь меня убѣждали, чтобы я въ своей истории написалъ, что никто не призналъ соединенія Церквей, и что самъ императоръ соглашается только по наружности.» Однако тѣ немногіе, которые повиновались Константину, собрались въ

1) Любопытно было бы прослѣдить постепенную перемѣну въ Константинѣ въ теченіе тѣхъ двухъ лѣтъ; но лучшій историкъ того времени, Франціа, былъ въ отсутствіи и не зналъ обстоятельно, что происходило безъ него въ Византиі, или по крайней мѣрѣ ничего не сказалъ о томъ. Изъ сочиненія же Дуки видно, что та перемѣна произошла еще въ началѣ 1452 г., за нѣсколько мѣсяцевъ до прибытия Франццы, и призваніе Исидора Московскаго было послѣднимъ ен результа-томъ и самымъ замѣтнымъ (см. ниже г.п. IX). О прибытіи Исидора въ Византию говорить Дука (стр. 252) слѣдующими словами: «Пана отправилъ кардинала Польши, прежде бывшаго архіепископа Россіи (тoн харднaвaлoн Пoлoннaς, тoн пoтe дpхpeлeпaхpoтoн Рoшaнaς) Исидора, мужа благоразумнаго и мудраго, твердаго въ православномъ учeніи, родомъ Римлянна (такъ называли себя Греки); этотъ честныjшій отецъ присутствовалъ и на Флорентинскомъ соборѣ.»

2) Дука, стр. 253: ті лeγω τo πλεіστoν; παρεχίνησάν με γάρ αἱ μονάστραιειπεῖν καὶ γράφειν· οὐδεὶς ἐξ ἀπάντων, καὶ αὐτὸς βασίλευς πεπλασμένως κατένευσεν.

100

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

храмѣ для служенія литургіи; но еретики, какъ ¹) выражается Дука, бѣжали къ монастырю Вседержителя. Тамъ жилъ въ уединеніи бывшій сенаторъ и верховный судья имперіи (Καθολικὸς κριτής), при Юаннѣ VI, Георгій Схоларій, приняв- шій на себя имя Геннадія. ²) Онъ вмѣстѣ съ другими насильно подписалъ Флорентійскую унію; но, по возвращеніи въ Визан- тіо, отрекся отъ нея и вмѣстѣ отказался отъ свѣта. Къ нему-то и бѣжалъ народъ, ожидая отъ него, какъ отъ ревностнаго за- цитника православія, услышать совѣтъ. Геннадій заперся въ кельи, а у дверей прибилъ грамоту съ слѣдующими сло- вами: ³) «жалкіе Римляне! куда вы стремитесь въ своемъ заблуж- деніи? зачѣмъ вы отказываетесь отъ надежды, возложенной на Бога? горе вамъ»! Народъ, прочтя эти слова, закричалъ анаоему отступникамъ и папистамъ, и расходясь, говорилъ: ⁴) «намъ не нужно ни помощи Латинцевъ, ни ихъ уніи»!

Между тѣмъ ⁵) другая сцена происходила въ Софійскомъ соборѣ: друзья Латинства подписали соединеніе и назначили 12 Декабря (1452 года) отěлужить торжественно литургію и упомянуть на ней имя папы Николая V и Патріарха Григорія. Этотъ день и погубилъ Византію! Народъ, услышавъ имя папы, съ ужасомъ разбѣжался изъ церкви, считая себя осквернен- нымъ; и ⁶) Дука не находитъ достаточно словъ, чтобы излить свое негодованіе на еретиковъ за ихъ грубость и невѣже- ство. Изступленіе оскорбленнаго чувства Грека доводило его до послѣднихъ предѣловъ: одна монахина, какъ говорить

1) Тамъ же, стр. 254.

2) Тамъ же, стр. 216: «Когда Архипепископы и Епископы возвратились въ Ви- зантію (изъ Флоренціи), жители привѣтствовали ихъ и спрашивали: каковы наши дѣла? Чѣмъ кончился соборъ? мы ли одержали верхъ? на это они отвѣчали: мы продали нашу вѣру и измѣнили благочестіе на нечестіе. Такими недостойными словами, продолжаетъ Дука, выражались подписавшіе соборное постановленіе, Ан- товій Гераклійскій и другіе. Если же кто ихъ спрашивалъ: зачѣмъ же вы подписали? они отвѣчали: изъ боязни Франковъ (φοβούμενοι τοῦς Φράγχους)!»

3) Тамъ же, стр. 254.

4) Тамъ же, стр. 255: «τὴν γὰρ Λατίνων οἶτε βοῶσιν οἶτε τὴν ἔνωσιν χρήσομεν!»

5) Тамъ же.

6) Дука, стр. 256: «грубая чернь, враждебная всякому добру, корень нахаль- ства, отрасль суеславія, цвѣтъ гордости, осадокъ Эллиanskаго рода» и т. п.

101

тотъ же ¹) Дука, весьма образованная и свѣдущая въ Св. Пи-
саніи, какъ бы на зло Латинамъ, говорила, что она ѣстъ мясо,
носить Турецкую одежду, и готова даже принести жертву Ма-
гомету. Никто не хотѣлъ причащаться, не узнавъ о священ-
никѣ, не участвовалъ ли онъ въ литургіи 12 декабря. Если при
похоронахъ являлся такой священникъ, то ²) всѣ присутство-
вавшіе, сбросивъ съ себя плащи, разбѣгались, какъ будто бы
случился пожартъ. ³) Дука разсказываетъ, что ему случилось
однажды, уже послѣ взятія Турками Константинополя, говорить
съ одною знатною Гречанкой, бывшею въ плѣну. Она между
прочимъ ему разсказывала, что, бывъ беременною, еще до
осады, она призвала своего духовника Іакова и спросила его,
можетъ ли она причаститься у священника сосѣдней церкви,
сообщника Латинцевъ; тотъ разрѣшилъ; но она усомнилась и
призвала другаго духовника Неофита, который далъ ей совер-
шенно противоположный совѣтъ; чтобъ не сдѣлать ошибки, она
рѣшилась лучше не причащаться и подвергнуть себя опасности
умереть безъ причастія.

Всѣ жители Византии смотрѣли на Софійскій соборъ, послѣ
12 Декабря, какъ на ⁴) еврейскую синагогу или какъ на языче-
скій храмъ Аполлона. Когда Латинцы говорили Грекамъ, что
безъ ихъ помощи они сдѣлаются жертвою Турокъ, народъ въ
отвѣтъ на то кричалъ: ⁵) «лучше достанемся Туркамъ, чѣмъ
Франкамъ!» Народное мнѣніе находило себѣ опору и во мно-
гихъ государственныхъ людяхъ; мы слышали слова бывшаго
верховнаго судьи Имперіи, Георгія Схоларія, а великій кан-
цлеръ, Лука Нотара, говорилъ открыто: ⁶) «я желаю лучше
видѣть посреди города турецкую чалму, чѣмъ папскую тіару!»

1) Тамъ же, стр. 257.

2) Тамъ же, стр. 260.

3) Тамъ же.

4) Тамъ же, стр. 263: ὡς Ἰουδαίων συναγωγὴν ταύτην (τὴν μεγάλην ἐκκλησίαν) ἀπέφευγον· и нѣсколько ниже: καὶ τὸν ναὸν ὡς βωμὸν καὶ τὴν Συσίαν ὡς Ἀπόλλωνι τελουμένην ἐνέμιζον.

5) Тамъ же, стр. 291: «хреῖττον ἐμπεσεῖν εἰς χεῖρας τῶν Τούρκων, ἦ Φράγκων!»

6) Дука, стр. 264: «хреιττότερον ἐστὶν εἰδέναι ἐν μέσῃ τῇ πολεὶ φακιόλων βα-
σιλεῖον Τούρκων, ἦ καλύπτραν Δατινικὴν!»

102

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

Таковы были результаты появления папскаго легата Иси-
дора и Латинцевъ въ Константинополѣ; и такими-то сценами
встрѣтила Византія возвратившагося Франтцу. Уже не было тамъ
того безмятежнаго спокойствія, въ которомъ нашъ историкъ
оставилъ свой городъ: всѣ жители раздѣлялись на уніатовъ и
православныхъ; первые призывали къ себѣ Латинцевъ и отъ
нихъ ожидали себѣ помощи, но это была ничтожная горсть лю-
дей; вторые — а это была вся масса народа — пылали непри-
миримою ненавистью къ Латинамъ и готовы были рѣшиться на
все, лишь бы избавиться отъ католическаго ига.

Гдѣ же лежатъ причины этой ненависти? Было ли это одно
минутное раздраженіе народа, или невѣжественное упорство
черни, какъ выражаются западные историки? Мы думаемъ, въ
тогдашнихъ отношеніяхъ Византіи къ Латинцамъ происходило
то же явленіе, какое западная Европа, сто лѣтъ спустя, въ
XVI столѣтіи, увидѣла къ нѣдрахъ своихъ. Реформация въ Гер-
маніи не представляла ли подобныхъ ужасныхъ сценъ, когда
народъ рѣшился свергнуть и съ своего тѣла и съ своего духа
тѣ оковы, которые наложилъ на него папизмъ? Сколько разъ
въ Германіи отказывались идти противъ Турокъ, если этотъ по-
ходъ носилъ на себѣ харacterъ зависимости отъ папы? А разѣ-
эти проявленія любви къ національному и стремленіе ума стрях-
нуть съ себя цѣпи, въ которыя оковало его католическое, не
получили названія изувѣрства и грубаго невѣжества? Часть За-
пада, и лучшая его часть, всномнивъ свое XVI столѣтіе, могла бы
безпристрастнѣе судить о XV столѣтіи Византіи. Германецъ дол-
женъ понять внутренній смыслъ словъ послѣдняго отчаянія
Грековъ: «лучше достанемся Туркамъ!» Но Германія давно уже
успѣла оправдаться въ глазахъ мысляшаго человѣчества въ своей
реформаціи, и свое оправданіе она нашла не въ одномъ патріо-
тизмѣ и любви къ истинѣ; ее оправдали всѣ предшествовавшія
историческія отношенія Германіи къ Риму: Римъ два раза за-
воевывалъ Германію. Въ первый разъ ее завоевалъ языческій
Римъ, во второй разъ Римъ папскій; и второе завоеваніе было
ужаснѣе перваго. Не имѣетъ ли и Византія подобныхъ же исто-
рическихъ основаній для своей ненависти къ Латинцамъ? Под-
нимемъ завѣсу прошлаго и будемъ безпристрастны.

103

VI.

Новѣйшій историкъ, прислушиваясь къ тому крику народа,
и къ тѣмъ рѣчамъ государственныхъ людей Византіи, которыя
такъ любилъ слушать народъ, съ перваго раза видитъ, что въ
дѣлѣ паденія Византійской Имперіі участвовали далеко не одни
Турки, что ненависть народа относилась не къ однимъ Туркамъ,
а большая доля направлена была и на Западъ, на такъ называе-
мыхъ Латинцевъ или Франковъ. Не даромъ же народъ и мно-
гіе государственные умы предпочитали иго Турецкое Франк-
скому; его ненависть должна была имѣть историческое основа-
ніе, и дѣйствительно она его имѣла. Въ сердцѣ народа, въ его
крови исторія пишетъ неизгладимыми и неподкупными буквами;
народъ не учится исторіи, а всасываетъ свои историческія убѣж-
денія съ молокомъ матери; историку остается только объяснить
происхожденіе этихъ убѣжденій и ихъ постепенное развитіе на
пространствѣ быть можетъ и нѣсколькихъ тысячъ лѣтъ.

Исторія образованной части человѣчества со временъ глу-
бокой древности постоянно замѣчаетъ антагонисмъ, противо-
положность Востока и Запада. Эта противоположность являлась
подъ самыми разнообразными формами. Въ древней исторіи, до
Рождества Христова, Эллинское образованіе занимало Востокъ,
и въ дѣлѣ его распространенія и обобщенія Александръ Вели-
кій имѣетъ то же значеніе, какъ и Карлъ Великій для новаго,
Германскаго Запада: войны Александра слили все разнообразіе
древняго міра отъ Дуная до Нила и Инда въ одно понятіе Эл-
лива; умственное образованіе, цивилизація, легли въ основаніи
Эллинизма. Таковъ былъ послѣдній результатъ исторической
жизни древняго Востока. Между тѣмъ на Западѣ развивалась
другая, ему враждебная сила: при преемникахъ Александра Ве-
ликаго весь Западъ повиновался Риму; но не образованіе и ци-
вилизація, а политика и перевѣсъ матеріальной силы лежали въ
основаніи Римскаго соединенія, или языческаго Латинства.
Въ этихъ-то двухъ формахъ: Эллинизма и языческаго Латинства,
и выражалась самая первая противоположность Востока и За-
пада. Этою противоположностью и замыкается древняя исторія.

104

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

Перейдемъ теперь къ исторіи новой, и посмотримъ, въ какія
формы она облекла тѣ два великіе результата исторіи древнихъ
вѣковъ.

Различіе въ существенныхъ основаніяхъ Эллинизма и язы-
ческаго Латинства вызвало ихъ рано на смертельную борьбу;
Римъ покорилъ себѣ государства Македонской монархіи, но это
съединеніе всего историческаго міра въ одну Римскую Имперію
ограничилось одною внѣшностью: различіе Эллинизма и языче-
скаго Латинства оставалось невзгладимымъ; и при потрясеніи
Римской Имперіи оно не замедлило выразиться въ новыхъ фор-
махъ. На почвѣ Александровой монархіи, среди Эллинизма, на-
поеннаго умственными началами, должно было совершиться
и великое явленіе — обновленіе міра Христіанскою религіею.
Вотъ случай, гдѣ Западъ и Востокъ могли еще разъ высказать
свое прирожденное различіе. Константинъ Великій понялъ, что
на Востокѣ, отечествѣ христіанства и его колыбели, долженъ
былъ находиться центръ для новаго, христіанскаго порядка ве-
щей. Между тѣмъ оставленный Римъ усыновилъ себѣ но-
вое поколѣніе Германцевъ; съ воспріимчивостью ребенка Гер-
манецъ принялъ въ себя все Римское, и наслѣдовалъ отъ Рима
не только имя Латинцевъ, но и самую его ненависть къ Востоку,
придавъ ей новыя черты изъ своего полудикаго, національнаго
характера. Однако и Византія не переставала считать Имперіи
всецѣлою; для нея сверженіе Ромула Августула было вовсе не
паденіе Западной Римской Имперіи, но средствомъ воскресить
древнюю въ новой формѣ. Сцена совершенно перемѣнилась: въ
древней исторіи Западъ покорилъ Востокъ. теперь Востокъ за-
мыслилъ подчинить Западъ. Дѣйствительно, Византія, послѣ
Ромула Августула, сначала возводитъ на Римскій престолъ
своего сподручника, Юлія Непота, а по умершвленіи его въ
480 году, оставляетъ престолъ незанятымъ, и разсылаетъ отъ
себя красную консульскую тогу предводителямъ Германскихъ
дружинъ, какъ своимъ намѣстникамъ; таковы были: Одоакрь
Италійскій, Гундобольдъ Бургундскій, Клодовей Франкскій и др.
Не прошло ста лѣтъ послѣ такъ называемаго паденія Западной
Римской Имперіи, какъ походы Велизарія еще плотнѣе скрѣ-
пили связь Византіи и ея западныхъ Германскихъ намѣстни-

105

чествъ. Византія выростала съ каждымъ годомъ надъ Римомъ; она, подобно Риму, усыновила себѣ другое молодое племя: это были Славяне. Въ самое короткое время Италія, Африка, были возсоединены Византіею. Казалось, что Востокъ готовъ былъ въ свою очередь завоевать тотъ Римъ, который господствовалъ надъ нимъ въ древности, и рѣшить старинную борьбу двухъ противоположностей въ свою пользу. Но опытъ еще разъ доказалъ несвоевременность подобнаго сліянія. Западъ и въ христіанствѣ оставался вѣрнымъ прежнему Римскому духу: въ то время, когда въ Византіи религія составляла предметъ размышленія, что такъ ясно выразилось и въ религіозныхъ преніяхъ, которыми наполнена исторія Византіи; на Западѣ и самая религія имѣла другую судьбу. Германецъ дольше оставался подъ вліяніемъ язычества; предъ нимъ долгое время носился образъ жреца, подпояснаго мечемъ и предводительствующаго дружиной; а потому въ средніе вѣка вы ничѣмъ не отличите, ни даже костюмомъ, аббата, епископа, отъ феодальнаго барона, закованнаго въ латы. При такомъ различіи въ характерѣ западныхъ и восточныхъ религіозныхъ началъ, трудъ Византіи для сліянія ихъ долженъ былъ о止аться напраснымъ. Это сліяніе сдѣлалось даже рѣшительно невозможнымъ, когда во главѣ западной оппозиціи сталъ Римскій папа. Такимъ-то образомъ древнее различіе Востока и Запада начало мало по малу возстановляться; но новая исторія придала ей новыя формы, что выразилось и въ самыхъ названіяхъ антагонистовъ. Вмѣсто древней противоположности языческаго Эллинизма и языческаго Латинства въ новыя времена возникла противоположность христіанскаго Эллинизма, или Византинизма, и христіанскаго Латинства, или Папизма. Изъ этого хода событій видно уже, что такъ называемое раздѣленіе Церкви на Восточную и Западную было не однимъ религіознымъ событіемъ: дѣло шло о политическомъ господствѣ. Отъ того-то въ послѣдствіи, наоборотъ, стремленіе Византіи къ политической независимости отъ Запада, какъ мы видѣли, выразилось въ религіозной формѣ: принять католическую вѣру въ глазахъ Византійца значило отказаться отъ независимости, а соединить Церкви на языкѣ Запада означало подчинить Византію. И такъ Византія

106

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

въ своей преданности къ религіи выражала и любовь къ націо-
нальной независимости; а это на Западѣ назвывалось ересью, и
еще до сихъ поръ западные историки изумляются, что Греки въ
своемъ упорствѣ не хотѣли соединиться съ Латинцами иначе,
какъ только противъ Турокъ. Но будемъ слѣдить далѣе за от-
ношеніями Востока къ Западу въ этой новой ихъ формѣ Визан-
тинизма и Папизма.

Существованіе Византіи было живымъ упрекомъ для Папъ
въ незаконности ихъ притязаній; имъ необходимо было про-
тивопоставить что нибудь Византіи; такою юридическою фик-
ціей и было возстановленіе Западной Римской Имперіи, а ору-
діемъ себѣ папы избрали Франковъ и ихъ предводителя, ко-
роля Карла Великаго. Съ этого-то времени названіе Франка
стало на Востокѣ однозначщимъ съ стариннымъ назва-
ніемъ Латинца. Но до сихъ поръ папы дѣйствуютъ, такъ ска-
зать, оборонительно. Опасное положеніе Византіи, окруженной
съ сѣвера иноплеменниками, которыхъ папы старались скло-
нить на свою сторону, наприм. Болгаръ, и съ юга невѣрными,
дало возможность папамъ выйти изъ оборонительнаго положе-
нія въ отношеніи къ Византіи и начать дѣйствовать наступа-
тельно. Такимъ-то наступательнымъ движеніемъ Папизма про-
тивъ Византинизма и были крестовые походы. Послѣ всего
нами сказаннаго, несколько уже не будетъ удивительно раз-
сужденіе Мишо о пользѣ завоеванія Византіи Латинцами перваго
крестоваго похода. Уже при первомъ движеніи крестоносцевъ,
Византіецъ не могъ не узнать подъ маскою религіи своего ста-
раго политическаго врага. Наконецъ четвертый крестовый по-
ходъ обнаружилъ истинныя намѣренія Латинцевъ: въ 1204 г.
они завоевали Византію и тѣмъ предупредили Турокъ. Бал-
дуинъ I, Латинскій Императоръ, поставилъ въ Константино-
полѣ Патріархомъ католика Моросини. Выгнанные Палеоло-
гами въ 1261 г., Латинцы не теряли надежды возвратить утра-
ченное; въ самомъ началѣ XIV столѣтія, рыцарскіе ордена
предприняли крестовый походъ, только уже не противъ Маго-
метанъ: они завоевали весь Пелопоннесъ, и уже шли чрезъ
Өссалію къ Контсантинополю, — сожженіе Тампліеровъ во
Франціи остановило ихъ успѣхъ. Но съ того времени Пело-

107

поннесь и Морею должно считать уже потерянными для Греціи. Въ нихъ утвердились Латинцы; такъ въ Аюинахъ въ XIV столѣтіи правилъ извѣстный Вальтеръ Бриеннскій; въ другихъ го- родахъ утвердились Каталонцы, Итальянскіе и Испанскіе наемники. Вотъ гдѣ и когда началось паденіе Византійской Имперіі, и вотъ кто положилъ начало ему.

И такъ, мы не ошиблись, предполагая въ словахъ народа историческія основанія; прошедшее объяснило намъ, что Грект не безъ причины боялся всего болѣе Латинскаго ига и пред- почиталъ ему Турецкое. Но быть можетъ теперь насъ спро- сятъ: какимъ образомъ явились Турки на этой сценѣ кровавой борьбы Востока съ Западомъ? Современникъ, пораженный тѣмъ, что совершалось предъ его глазами въ новѣйшихъ от- ношеніяхъ Турокъ къ Грекамъ, имѣетъ полное право спросить: возможно ли, чтобы когда нибудь Грекъ могъ предпочтѣть Ту- рецкое иго какому бы то ни было другому? не было ли это предпочтеніе результатомъ ослѣпленія Грековъ? *) На все это мы отвѣтимъ пока тѣмъ, что настоящее намъ не даетъ никакого понятія о прошедшемъ, и потому мы должны обратиться прямо къ этому прошедшему и посмотрѣть на него глазами Визан- тійца XV столѣтія.

VII.

Еще во время крестовыхъ походовъ, въ XII столѣтіи, Ви- зантія, понимая истинныя намѣренія Латинцевъ, не разъ искала опоры въ султанахъ Багдадскаго калифата. Такія лич- ности, какъ Дамасскій султанъ Саладдинъ, представляли ей болѣе ручательства за безопасность, нежели Латинцы, кото- рые немедленно по смерти Саладдина овладѣли самою Визан-

*) Наше изслѣдованіе объ отпошеніяхъ Турокъ къ Грекамъ въ XV столѣтіи рѣшитъ въ половины вопросъ, который мы предложили выше (стр. 67, въ примѣчаніи): при какихъ условіяхъ было допущено и терпимо господство Турокъ? Въ концѣ своего разсказа, мы покажемъ, какъ съ другой стороны и Турки XV столѣтія помимали тайну своего господства и его условія; прослѣдовы же дальшій шиа Востока къ Западу, въ теченіи трехъ послѣшихъ вѣковъ, составляю- ныхъ Новую исторію, всякій легко объяснить, почему Турки въ послѣдствіи за- были исторію своего утвержденія въ Византіи.

108

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

тією. Но въ XIII столѣтіи Багдадскій калифатъ палъ подъ уда-
рами Монгольскихъ завоевателей, и въ XIV столѣтіи Византия
не могла уже имѣть въ немъ опоры для себя. Между тѣмъ на
большей части развалинъ Калифата утвердились новыя пле-
мена, выдвинутыя изъ Верхней Азіи, изъ Туркестана, на сцену
исторіи натискомъ Монголовъ. Это были племена Турецкія.
Преслѣдуемыя Монголами, они перешли верховье Евррата въ
половинѣ XIII столѣтія и предложили свои услуги Иконій-
скимъ или Малоазіятскимъ султанамъ, обещаясь охранять ихъ
границы отъ Монголовъ. Въ 1289 году Иконійскій султанъ
Аледдинъ, довольный службою одного изъ такихъ Турецкихъ
предводителей, Эртогрула, наградилъ его Дорилейскою об-
ластью. Но эти наемники не спасли султанства отъ Монго-
ловъ, и въ началѣ XIV столѣтія оно было разрушено ими.
Такъ какъ Монголы послѣ опустошенія страны удалились, то
десять Турецкихъ предводителей, воспользовавшись уничтоже-
ніемъ султанства, провозгласили себя независимыми, и Малая
Азія раздѣлилась на десять Турецкихъ княжествъ. Одинъ изъ
нихъ, Османъ или Оттоманъ, сынъ Эртогрула, успѣлъ не-
медленно подчинить себѣ остальныхъ и провозгласилъ себя
султаномъ Малой Азіи; самые Турки съ того времени стали
себя назвывать, для отличія отъ прочихъ Турецкихъ плементъ,
Оттоманами. Это основаніе Оттоманскаго государства или Отто-
манской Порты произошло въ самомъ началѣ XIV столѣтія,
когда, какъ мы видѣли, рыцарскіе ордена думали овладѣть Ви-
зантією, но ограничились отвятіемъ у нея части Пелопоннеса и
Мореи. Потому-то на нихъ и обратила свое вниманіе Ви-
зантія, какъ прежде она искала помощи у султановъ Багдад-
скаго калифата.

Общая опасность отъ притязаній Латинцевъ послужила
основаніемъ къ тѣсному сближенію Византиі съ Оттоманами.
Это сближеніе выразилось преимущественно въ брачныхъ сою-
захъ. Многія изъ христіанскихъ принцессъ были замужемъ
за Турецкими владѣтелями; такъ мы видѣли, что Евдокія,
бабка Константина ХІ, имѣла супругомъ какого-то Турецкаго
князя; Муратъ II былъ женатъ на Сербской принцессѣ. Въ по-
слѣдствіи читатель ближе познакомится съ личностью Маго-

109

мета II, завоевателя Византіи, сь его дѣйствіями предъ осадою города и по взятіи его, и тогда онъ еще болѣе убѣдится въ томъ, что Турки и ихъ султаны XV столѣтія находились совершенно въ иныхъ отношеніяхъ къ Грекамъ, нежели современные намъ. Но не одно правительство Византіи состояло въ такихъ отношеніяхъ къ Туркамъ; даже самый народъ ея способный иными глазами на Турокъ и видѣлъ въ нихъ единственное средство къ защитѣ отъ корыстолюбія Латинцевъ; онъ былъ даже твердо увѣренъ, что и самое происхожденіе Турокъ должно было ихъ сближать съ ними. Извѣстно, что народъ, находясь подъ вліяніемъ какойнибудь идей, любить выражать свои чувства, свои убѣжденія пластически; у народа есть особенная способность, мы не скажемъ, изобрѣтать факты, но покорять факты своей идей. Здѣсь и заключается источникъ всѣхъ народныхъ преданій и сагъ; и въ этомъ смыслѣ они составляютъ неотъемлемое достояніе науки, которая смотритъ на нихъ какъ на выраженіе мысли или народнаго чувства. Византійцу отрадно было бы при его положеніи уменьшить пропасть, раздѣлавшую его отъ враговъ христіанства, которымъ однако суждено было защищать на время это же самое христіанство отъ корыстолюбія его же единовѣрцевъ. Что же дѣлаетъ Византіецъ? то же самое, къ чему всегда прибѣгаетъ народъ, находящійся подъ сильнымъ вліяніемъ собственной идей, собственнаго чувства. Онъ создаетъ преданіе, которое должно было нѣсколько примирить его съ горькою долею и сблизить съ своими защитниками по-неволѣ, а вмѣстѣ съ тѣмъ наплядно выразить и свое чувство ненависти къ Латинамъ и объяснить причину предпочтенія Турокъ. По этому преданію, султаны Турецкіе должны были происходить по прямой мужеской линіи отъ Византійскихъ Императоровъ Коменновъ, и вотъ въ какихъ словахъ передаетъ намъ это характеристическое преданіе нашъ историкъ, Георгій Франтца.

*) «Я намѣренъ, говорить онъ, разсказать о происхожденіи Турокъ все, что я узналъ изъ отдаленныхъ преданій, что слышалъ отъ знающихъ людей и что прочелъ въ книгахъ. Импе-

*) Франтца, стр. 68 и слѣд.

110

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

раторъ Юанни Комненъ (1118—1143), воюя нѣкогда на вос-
токѣ, въ Неокессарійской префектурѣ, съ Персами и съ султа-
номъ Иконійскимъ, отнялъ у нихъ много крѣпостей. На войнѣ
былъ съ нимъ его племянникъ, Юаннъ, сынъ его августѣй-
шаго брата, Исаака. Во время продолжительнаго пребыванія
войска въ тѣхъ мѣстахъ, сталъ обнаруживаться недостатокъ въ
необходимомъ, и особенно недостатокъ въ лугахъ для про-
кормленія конницы, по причинѣ безплодной и каменистой
почвы; а при началѣ зимы лошади стали падать отъ холоднаго
и суроваго климата. Этому несчастью императоръ хотѣлъ по-
собить тѣмъ, что, осмотря войско, отобралъ лучшихъ лошадей
и далъ ихъ Грекамъ и Латинамъ, которыхъ зналъ по умѣнью
ихъ метать копья. При помощи этихъ отобранныхъ онъ на-
дѣялся имѣть возможность и выступить противъ непріятеля, и
сразиться съ нимъ. Во время такого смотра, предъ сраженіемъ,
императоръ увидѣлъ отличнаго всадника, прибывшаго изъ
Италіи, спѣшеннымъ, и тотчасъ же приказалъ своему племян-
нику Юанну слѣзть съ его Арабской лошади, на которой онъ
сидѣлъ, и передать ее Латинцу. Юаннъ, племянникъ, отличав-
шійся гордымъ и неукротимымъ духомъ, воспротивился при-
казанію императора и дяди, и отвѣчалъ ему на то дерзкою
рѣчью. Но когда увидѣлъ невозможность долгаго сопротивле-
нія дядѣ, которымъ овладѣлъ уже гнѣвъ, онъ противу воли
уступилъ лошадь Латину, а самъ сѣлѣ на другую. Но Юанни
Комненъ, пылая ненавистью за нанесенное ему оскорбленіе,
перебѣжалъ къ Туркамъ, и былъ весьма дружественно и охотно
принятъ какъ султаномъ, такъ и всѣми варварами. Потомъ,
отказавшись отъ христіанства, онъ перемѣнилъ имя Юанна на
Турецкое имя Целепы (Тζελεπης), и взялъ въ супруги дочь са-
маго Султана, Камеру, получивъ въ приданое цѣлыя области,
города и немалую сумму денегъ. Этотъ Юаннъ или Целепа по-
лучилъ отличное Греческое воспитаніе и превосходно зналъ
по-арабски; его шедрость и отвага, качества, нравящіяся всѣмъ,
особенно нравились варварамъ. Онъ былъ доступенъ какъ для
низшихъ, такъ и для первостепенныхъ вельможъ. Являясь
всюду и говоря, что все принадлежащее ему принадлежитъ
всѣмъ, Юанни помогалъ Туркамъ въ затруднительныхъ дѣлахъ,

ОСАДА И ВЗЯТІЕ ВИЗАНТІЯ ТУРКАМИ.

111

принималъ на себя трудныя обязанности, укрощалъ внутреннія
междоусобія и примиралъ враговѣ. Никто не могъ противиться
его словамъ или совѣтамъ. Тесть его и всѣ прочіе любили его
такъ, что онъ дѣлалъ все по своему желанію, и варвары счи-
тали его вторымъ Магометомъ. Отъ Камеры Іоаннъ имѣлъ
сына Солимана-Сіаха (подъ его-то предводительствомъ, какъ
мы видѣли выше, Турки Османы, тѣснимые Монголами, пере-
шли въ первый разъ Евфратъ); онъ отлично зналъ Грече-
скую и Арабскую литературу, и бывъ во всемъ подобенъ отцу,
заслужилъ такую же любовь варваровъ. Солиманъ, куда ни
являлся, вездѣ былъ признаваемъ княземъ, и слава его распро-
странилась по всей Азіи. Онъ приказалъ перевести на Арабскій
языкъ многія постановленія Византійскихъ императоровъ для
употребленія ихъ въ Турецкомъ судѣ. ¹) Внутреннія возмуще-
нія, произведенныея Латинцами въ Византійской Имперіи, доста-
вили ему удобный случай покорить своей власти всѣ Византій-
скія сосѣднія провинціи, и однако ²) онъ никогда не дѣлалъ не-
справедливости Христіанамъ, даже напротивъ, награждалъ ихъ и
благодѣтельствовалъ имъ, и такимъ образомъ мало по малу рас-
пространялъ границы своего государства. У этого Солимана ро-
дился Эртогрулъ, отецъ Османа.» Магометъ II, завоеватель Ви-
зантіи, происходилъ въ шестомъ поколѣніи отъ Османа по пря-
мой мужеской линіи.

Мы не ищемъ и не можемъ искать фактической вѣрности
въ этомъ преданіи: въ XII столѣтіи, слѣдовательно до Мон-
гольскаго движения, Турецкія племена были еще далеки отъ
 границцъ Имперіі и едва ли была какаянибудь возможность
сношенія съ ними для Византіи; наконецъ, Эртогрулъ, а не его
отецъ Солиманъ-Сіахъ, получилъ въ первый разъ княжество въ
Малой Азіи, и только Османъ, а не Эртогрулъ, началъ завоева-
ніе Византійскихъ провинцій. Все это, безспорно, анахронизмы;
но за то съ другой стороны, съ какою историческио вѣрностью

1) Франтца, стр. 71: διὰ τὰς συγχύσεις, ἀς ἐποίουν οἱ Ἱταλοὶ κατὰ τῆς Ρω-
μαίων ἀρχῆς.

2) Тамъ же: καὶ οὐδένα Χριστιανὸν ἀδικεῖν ποπέ ἦσελεν, ἀλλὰ μᾶλλον τοῦς
τυχόντας ὑποτεταγμένους αὐτῷ πολλὰς χάριτας καὶ εὐεργεσίας ἐποίει καὶ ἐχα-
ρίζετο.

112

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

отразилась въ этомъ преданіи задушевная мысль позднѣйшаго
Византійца и испытанное имъ чувство: непремѣнно Латинецъ
является въ преданіи виновникомъ ссоры дяди съ племянни-
комъ; потомъ опять Латинцы же виновники внутреннихъ смутъ
имперіи и потерь ея Азіятскихъ областей; съ другой стороны,
Солиманъ, какъ бы въ противоположность Латинцамъ, изобра-
жается другомъ Христіанъ и возстановителемъ спокойствія.
Пусть невѣренъ фактъ самого преданія, но какъ поразительно
вѣрна идея, выраженная въ этомъ факте. Византіецъ объяснялъ
себѣ причину своего предпочтенія Турокъ Латинамъ, и утѣшалъ
себя вмѣстѣ съ тѣмъ въ горькой необходимости защищаться
отъ врага врагомъ; онъ могъ думать, что по крайней мѣрѣ изъ
двухъ золѣ избрано меньше.

Надобно не знать исторіи, или быть ослѣплену эгоизмомъ,
чтобы судить строго Византію и ея народъ, достойный слезъ
участія, за ту послѣднюю мѣру, къ которой она прибѣгла для
своего спасенія. Мы видѣли, Дука упрекалъ Грековъ въ ихъ
союзѣ съ Турками и называлъ то послѣдствіемъ ихъ невѣже-
ства и ереси; но слова Дуки вырывались подъ вліяніемъ его
дружбы съ Латинцами, и онъ, какъ то случается часто, упре-
калъ другихъ въ пристрастіи, не замѣчая того самъ, что его
упреки были результатомъ его собственнаго пристрастія. Мишо
не могъ понять, какимъ образомъ Греки не хотѣли откровенно
соединиться съ Латинцами для изгнанія Турокъ. Но Византія,
къ несчастію, на себѣ не разъ испытала, какой требуютъ отъ
нея откровенности. Еще не прошло ста лѣтъ отъ изгнанія Ла-
тинцевъ изъ Константинополя, а въ Пелопоннесѣ и Морѣ-
онь на ея глазахъ продолжали еще господствовать. Конечно,
нельзя не сознаться, что положеніе Византіи было весьма за-
труднительно: съ одной стороны, коварная политика Латин-
цевъ, извѣданная ею на опытѣ; съ другой стороны, необуздан-
ное стремленіе дикаго и невѣрнаго племени къ завоеваніямъ.
Византійцу предстоялъ тяжелый выборъ: подчиниться вліянію
Франковъ или Турокъ. Въ первомъ случае, подъ игомъ Фран-
ковъ, ему предстояла вѣрная смерть — истребленіе религіи,
языка, независимости, однимъ словомъ, всего, что составляетъ
высшую стихію жизни народа. Во второмъ случае, подъ

113

игомъ Турокъ, и притомъ Турокъ XV столѣтія, Грека ожидалъ, правда, тяжелый и быть можетъ продолжительный сонъ. Отъ Турокъ, и опять напоминаемъ, отъ Турокъ XV столѣтія, слѣдовательно враговъ, а не друзей Запада, Византія могла ожидать того, чего ей никогда не дали бы западные Христиане — мы разумѣемъ: свободы религіи; и надежды Грековъ, какъ окажется въ послѣдствіи, не обманулисъ; наконецъ, при игѣ Турецкомъ Византія могла скорѣе ожидать, нежели при игѣ католичества, что гнѣвъ Божій не вѣченъ. Это послѣднее соображеніе весьма много утѣшало современниковъ паденія Византіи. «Я слышалъ, говорить 4) Франтца, что какъ въ древности Ассирійское царство было разрушено Вавилонянами, Вавилонское Персами, Персидское Македонянами, Македонское Римлянами, такъ и Римская имперія (т. е. Византійская) будетъ разрушена Оттоманами; но и 2) ихъ конецъ придетъ въ назначенное время.» Самъ народъ въ Византіи раздѣлялъ философско-историческіе взгляды своихъ ученыхъ на судьбу государствъ. Но народъ не любитъ отвленностейъ, и предметъ своего чувства, предметъ своей вѣры, облекаетъ въ видимые, осязаемые образы. Такъ и въ настоящемъ случаѣ онъ не ограничивался однимъ предчувствіемъ будущаго, основаннымъ на безпредѣльной увѣренности въ правосудіи Божіемъ, и значилъ опредѣленный срокъ для своего ига. При взятіи города Турками въ народѣ ходила молва, что «ихъ 3) царство будетъ продолжаться во всей силѣ и процѣяніи 309 лѣтъ, а потомъ для него настанетъ 56 лѣтъ опасныхъ и тяжелыхъ, такъ что все время и счастливаго и несчастнаго господства Магометанъ будетъ равняться 365 годамъ.» Странно было бы придавать какое нибудь практическое значеніе самимъ цифрамъ преданія, но его содержаніе свидѣтельствуетъ о направленіи народной мысли, которое дала ей опять исторія: народъ вездѣ и во всѣ времена пытается подобными способами проникать въ

1) Франтца, стр. 314.

2) Тамъ же: τὸ δὲ τέλος ταύτης (τῆς βασιλείας τῶν Ὀταννίδων) ἤξει ἐν τῷ προσήχοντι καὶ ὡρισμένῳ καὶ ἀρω.

3) Тамъ же, стр. 315.

уч. Зап. — К. 1.

8

114

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

туманную даль; мы замѣтили, что сага есть форма народной
исторіи, а подобныя предсказанія можно назвать ея фило-
софіею, и новѣйшій историкъ не пренебрегаетъ ни тѣмъ, ни
другимъ.

И такъ, еще разъ повторяемъ, Эллинизму въ XV сто-
лѣтіи предстоялъ печальный выборъ: смерть или сонъ! и онъ
избралъ сонъ.

Вотъ послѣдній результатъ, къ которому мы пришли, го-
воря о положеніи Византіи, когда въ нее возвратился Франтца
послѣ двухлѣтняго путешествія въ Иберію. Мы показали въ
нашемъ очеркѣ ту перемѣну, которую онъ нашелъ въ городѣ,
взволнованномъ новымъ появлениемъ Латинцевъ; мы спросили
прошедшее и о происхожденіи ненависти Грековъ къ Лати-
тинамъ, и о причинахъ сближенія ихъ съ Турками. Изъ всего
нами сказаннаго слѣдуетъ, что историческія отношенія Гре-
ковъ къ Туркамъ въ XV столѣтіи нимало не походатъ на на-
стоящія, и что господство послѣднихъ основывалось отнюдь не
на одномъ правѣ завоеванія, какъ то должно заключить изъ со-
временныхъ событий. Византія въ XV столѣтіи не имѣла луч-
шей опоры противъ притязаній Запада, какую она могла бы
пріобрѣсти въ послѣдующія за тѣмъ столѣтія, и въ то время
должна была обратиться даже къ Туркамъ. Ясно теперь, что
Турки основывали свой успѣхъ, главнымъ образомъ, на за-
щитѣ, которую они тогда представляли Византіи противъ За-
пада, и, мы увидимъ, первоначально, при завоеваніи столицы
Константина, они были потому въ совершенно иныхъ отноше-
ніяхъ къ Христіанамъ. Обязанные своимъ господствомъ не-
нависти Грековъ къ Латинамъ, Турки въ XV столѣтіи не могли
притѣснять Христіанъ, а еще менѣе могли думать о вступле-
ніи въ союзъ съ западными Христіанами для притѣсненія вос-
точныхъ. Предѣлы нашегоъ разсказа и его спеціальная цѣль не
позволяютъ намъ подробно и обстоятельно изслѣдовать при-
чины, произведшія перемѣну въ поздѣйшей политикѣ Отто-
манской Порты. Скажемъ только одно, что эта перемѣна имѣетъ
свои историческія основанія. Извѣстно, что еще въ XVI сто-
лѣтіи Турки начали играть свою роль въ системѣ политиче-
скаго равновѣсія, Сначала западныя государства направляли эту

116

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

былъ другомъ человѣчества и покровителемъ бѣдныхъ; за то,
что онъ свято соблюдалъ договоры, хотя бы они были заклю-
чены съ Христіанами, и даже послѣ побѣды охотно соглашался
на миръ.

На третій день послѣ смерти Мурата, 5 Февраля, при-
скакалъ вѣстникъ въ Лидію къ его сыну и наслѣднику Маго-
мету II съ секретнымъ письмомъ отъ главнаго министра по-
койнаго султана, Галиль-Паши. Онъ ему совѣтовалъ: ') «осѣд-
лать крылатаго пегаса», и не теряя ни минуты, летѣть въ
Адріанополь, потому что у Турокъ смерть султана всегда со-
провождалась возстановіемъ черни и янычаръ. По этой причинѣ
и смерть Мурата была скрыта, и самое известіе о томъ отправ-
лено было тайно. На первомъ шагу своей дѣятельности Маго-
метъ II обнаружилъ и сильную волю и твердое благоразуміе.
Для справедливой оцѣнки этой личности, въ ней должно отличать
двѣ стороны: государственного человѣка и Турецкаго сул-
тана. Магометъ II въ политикѣ и Магометъ II на конѣ предъ
войскомъ — это два совершенно различные человѣка. Латинцы
и ихъ писатели любили разсматривать этого султана съ одной
послѣдней стороны; у нихъ мы найдемъ много анекдотовъ изъ
его жизни, гдѣ онъ представляется безчеловѣчнымъ тиран-
номъ, человѣкомъ дѣйствовавшимъ по внушеннію одной крово-
жадности. Но эти писатели не щадили Магомета II во-
все не потому, что онъ былъ врагъ Христіанъ: это обстоя-
тельство безпокоило ихъ мало; они въ немъ видѣли соперника
себѣ въ завоеваніи Византіи, и притомъ счастливаго со-
перника — вотъ источникъ ихъ филиппики на Магомета. По-
тому и мы, оцѣнивая характеръ дѣятельности этого султана,
будемъ имѣть въ виду эту особенную сторону отношеній Маго-
мета, не какъ общаго врага Христіанъ, но какъ соперника Ла-
тинцевъ, чрезъ котораго они должны были перешагнуть для
завоеванія Византіи. Впрочемъ разсказы о томъ, какъ Маго-
метъ II, желая открыть похитителя дыни въ своемъ саду, при-
казалъ разрѣзать желудокъ четырнадцати пажамъ, какъ онъ

') Дука, стр. 225.

117

отрубил голову рабу, чтобы показать одному знаменитому живописцу Джентилли Беллино игру шейныхъ мускуловъ, и т. п., всѣ эти разсказы опровергнуты тѣми изъ западныхъ писателей, которые отличались безпристрастіемъ, какъ напр. Гиббономъ. Вотъ что намъ извѣстно о Магометѣ II отъ его же современниковъ и притомъ знавшихъ его лично:

¹) Магометъ II былъ сынъ христіанской рабыни; его machica, Сербская принцесса, была также ревностною Христіанкою. Эти два обстоятельства не остались безъ вліянія на его религіозныя убѣжденія: разсказываютъ, что онъ въ дружескихъ бесѣдахъ, говоря о лженерокѣ Магометѣ, нерѣдко называлъ его разбойникомъ и обманщикомъ, но публично, предъ войскомъ, онъ явился ревностнымъ почитателемъ Корана. ²) Магометъ получилъ прекрасное воспитаніе, и имѣлъ обширныя свѣдѣнія въ наукахъ, и особенно въ астрономіи; любимымъ его занятіемъ было чтеніе жизнеописаній Александра Великаго, Пезаря Октавія, Флавія, Константина Великаго, императора Θεοδοσία Испанца, и изученіе военного искусства; мы его и видѣли среди подобныхъ занятій, когда онъ предъ осадою Константинополя проводилъ за ними цѣлыя ночи. Умственнымъ образованію Магомета много содѣйствовало его языкознаніе: цромѣ роднаго языка, онъ превосходно говорилъ на пяти языкахъ: на Греческомъ, Латинскомъ, Арабскомъ, Халдейскомъ и Персидскомъ. О политическихъ талантахъ, ясности ума и силѣ характера мы не скажемъ отъ себя ничего: въ своихъ дѣйствіяхъ онъ обнаруживаетъ все это несравненно яснѣе всякаго описанія.

³) Получивъ секретное извѣстіе о смерти отца, Магометъ II буквально исполнилъ совѣтъ Галиля: онъ сѣлъ немедленно на Арабскаго бѣгуна, и безъ свиты ускакалъ съ нѣсколькими тѣлохранителями. Окружавшимъ его въ то время вельможамъ онъ ска-

¹) См. подробное описание жизни Магомета II у Кантемира, Сповдана и др. При вступленіи на престолъ ему было не болѣе 21-го года, и слѣдовательно при ваятіи Византіи Магометъ II былъ 23 лѣтъ отъ роду.

²) Франція, стр. 92 и слѣд.

³) Дука, стр. 225.

118

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

залъ коротко: «кто меня любитъ, за мной!» Быстрота султанскаго коня не дозволяла служителямъ слѣдовать за нимъ, и Магометъ II, по переѣздѣ въ Европу, принужденъ былъ ожидать ихъ два дня въ Галлиполи. Между тѣмъ въ Адріанополѣ вспыхнулъ бунтъ янычаръ; но дѣятельность Галиля и неожиданное появленіе молодаго султана успокоили мятежниковъ. На слѣдующій день по прибытіи Магометъ II торжественно принималъ присягу, сидя на отцовскомъ престолѣ. Рядомъ съ трономъ стояли его собственные министры, визирь Сіахинъ и евnehъ Ибрагимъ; нѣсколько въ отдаленіи оставались министры покойнаго султана Галиль-Паша и Исаакъ-Паша. Магометъ II въ душѣ ненавидѣлъ ихъ обоихъ; онъ не могъ простить особенно Галилю того, что, по его совѣту, Муратъ II, отказавшись однажды отъ престола, снова возвратился на престолъ, а ¹) хитростью Галиля оскорбленный юноша былъ обезоруженъ. Но власть Магомета II еще не укрепилась и онъ на этотъ разъ скрылъ свое негодованіе. Его умѣнье удерживать свой характеръ простиралось до того, что онъ даже подозвалъ своего министра Сіахина и сказалъ ему громко: ²) «отчего визири моего отца стали такъ далеко? позвoni ихъ, и скажи Галилю, чтобы онъ занялъ свое прежнее мѣсто, а Исаака пошли въ Прузу сопровождать тѣло отца.»

Дѣятельно занялся Магометъ сначала внутреннимъ устройствомъ государства, а потомъ приступилъ и къ внѣшнему его обезпеченню. Прежде всего была имъ принята лично казна отца, полная золота, серебра и драгоцѣнныхъ каменьевъ, а потомъ Магометъ сосредоточилъ все свое вниманіе на преобразованіе войска и двора. Особенно для него были опасны янычары: ⁴) Муратъ II ограничилъ ихъ права, и они думали воспользоваться молодостью новаго султана; но Магометъ смѣнилъ ихъ предводителя, а бунтовщиковъ наказалъ тѣлесно. Роскошь двора была имъ также уничтожена: при Муратѣ на-

1) Лаоникъ Халкоконд., стр. 353.

2) Лука, стр. 227.

3) Тамъ же, стр. 230.

4) Лаон. Халк., стр. 377 и слѣд.

119

значалось 7000 человѣкъ для присмотра за охотничьими ястребами и множество для собакъ; Магометъ II сократилъ это число, и оставилъ 100 для собакъ и 500 для ястребовъ; остальные были взяты въ военную службу. Желая предупредить самую возможность внутреннихъ смутъ, онъ ¹) приказалъ умертвить своего младшаго брата, и заплатилъ такимъ образомъ дань Турецкому обычаю, какъ султанъ: у Турокъ младшіе братья всегда доставляли недовольнымъ средства къ возмущенію. Таковы были первыя дѣйствія Магомета, гдѣ мы его видимъ то какъ государственнаго человѣка, то какъ султана.

Внѣшнія отношенія Турецкаго правительства, при вступлении Магомета, не представляли большихъ выгодъ. Ему угрожали старые враги отца Магомета, Латины на западѣ, а на востокѣ предводители дикихъ толпищъ Азіи, еще не установившейся послѣ Монгольскаго нападенія. Всѣхъ болѣе изъ западныхъ враговъ былъ опасенъ Юаннъ Гунніадъ Венгерскій, или, какъ его называли на востокѣ, Янко; въ Азіи же угрожалъ Туркамъ Караманъ, предводитель одной орды, кочевавшей близъ Малой Азіи и грозившей уничтожить всѣ Турецкія воеванія по ту сторону Босфора, подобно Тамерлану. Магометъ II, видя свою власть еще неупроченною, по выраженнію ²) Дуки, прикрылся, какъ волкъ, шкурою агнца. Онъ отправилъ съ величайшею почестью свою мачиху въ Сербію, оamasься союза Георгія Сербскаго съ Венграми; ласково принялъ его пословъ, прибывшихъ съ изъявленіемъ сожалѣнія о смерти Мурата II, и даже уступилъ для содержанія своей мачихи нѣ сколько пограничныхъ крѣпостей. Съ самимъ Юанномъ Гунніадомъ было заключено также ³) перемиріе на три года. Но всего болѣе опасенъ для Турокъ былъ бы союзъ Византіи съ Латинами; однако Магометъ II, при началѣ своего правленія, не имѣлъ никакихъ причинъ подозрѣвать чего нибудь съ той стороны, тѣмъ болѣе, что первоначальная политика Констан-

1) Дука, стр. 230.

2) Дука, стр. 231.

3) Тамъ же, стр. 233.

120

М. СТАСЮЛЕВИЧА,

тина ХІ, какъ деспота Византіі, была направлена противъ Латинъ. Мы видѣли, что Византійскій дворъ искалъ даже родственнаго союза съ Магометомъ II чрезъ бракъ императора съ мачихою султана; но вскорѣ Константинъ ХІ еще болѣе положительно доказалъ Магомету II, что его анти-Латинская политика не измѣнилась. ¹) Въ Адріанополь прибыло посольство изъ Византіі съ поздравленіемъ; новый султанъ принялъ его съ большою почестью и предложилъ ему возобновить прежніе трактаты. Магометъ II ²) клялся: 1) соблюдать вѣчный миръ и согласіе, какъ съ Византійскимъ господаремъ, Константиномъ, такъ и со всѣми принадлежащими ему городами и мѣстечками, и хранить неизмѣнно ту дружбу, которую питалъ его отецъ и къ императору Іоанну и къ господарю Константину; и 2) платить Византійской имперіі ежегодно 300,000 аспровъ ³), 13,300 р. с., изъ годовыхъ доходовъ странъ, лежащихъ по Стримону (въ Македоніи). Эта послѣдняя сумма назначалась въ видѣ содержанія какого-то Турецкаго принца, изъ рода Османидовъ, укрывавшагося въ Константинополѣ. Изъ всего сказанного нами ясно слѣдуетъ, что смерть Мурата II и вступленіе на престолъ Магомета II несколько не измѣнили отношеній Оттонанской Порты къ Византійской Имперіі. Но при всемъ томъ мы уже близки къ ихъ разрыву; и вопросъ объ этомъ разрывѣ требуетъ самаго тщательнаго изслѣдованія; на болѣе или менѣе правильномъ изображеніи послѣдующихъ дѣйствій Магомета II основывается и безпристрастное рѣшеніе вопроса о томъ, что могло такъ внезапно погубить Византію въ 1453 году, когда за два года передъ тѣмъ ничто не предвѣщало кровающей развязки для ея существованія.

¹) Тамъ же, стр. 232.

²) Дука, стр. 232 и слѣд. По свидѣтельству Лаоника Халконондила (с. 376), Магометъ II, по условію этого мира, уступилъ, или, лучше сказать, возвратилъ Византію приморскій берегъ Азіи.

³) См. подробѣе Bullaldi Notae, стр. 607. Тогдашнихъ 120 аспровъ серебра равнялось одному Испанскому піастру, и такъ 300000 аспровъ = 2500 піастровъ, что составляетъ, считая Испанскій піастръ въ 1 р. 33 к. с., 3,325 р. с. на наши лены. Если же цѣнность моветы до открытія Америки превышала современную въ четыре раза, то дань Магомета II Византіи равнялась слишкомъ 13000 р. с.

222

М. И. СУХОМЛИНОВА,

ка, по всей вѣроятности, значительно превышало число знато-
ковъ Латинскаго. Еще въ первой половинѣ ХІ столѣтія сово-
купно трудились многіе изъ Русскихъ надъ переводомъ книгъ
съ Греческаго языка. Князь Ярославъ, свидѣтельствуетъ лѣто-
пись, «собра письцъ многы, и прекладаша отъ Грекъ на
Словѣньское писмо, и списаша книгы многы»

Въ XII вѣкѣ еще сильнѣе обнаруживается вліяніе Византійское на нашу письменную словесность, и это вліяніе естественно услови-  
валось знаніемъ языка произведеній, переводимыхъ на Руси  
людьми любознательными. Мы имѣемъ цѣлый рядъ поученій  
Кирилла Туровскаго, доказывающихъ въ авторѣ знакомство съ  
Греческой литературой, именно съ твореніями Греческихъ хри-  
стіанскихъ ораторовъ. Вообще сочувствіе наше въ древнюю  
эпоху къ литературѣ христіанской Греціи имѣтъ за сѣбя  
много доказательствъ и признано наукою еще со времени  
Шлецера.

Въ XIII вѣкѣ отношенія наши къ Греціи оставались тѣ же
самыя. Представители духовенства, митрополиты Русскіе, были
или родомъ Греки, какъ напр. Кириллъ I-ї и Максимъ, пере-
несшій митрополію изъ Кіева во Владиміръ, или получали въ
Греціи утвержденіе въ своемъ званіи, какъ Кириллъ II, утверж-
денный въ Никеѣ. Не только высшіе іерархи, но и другие обра-
зованные люди того времени, искали пищи для своей любо-
знательности преимущественно въ произведеніяхъ Греческой
духовной литературы. Люди же образованные и любознатель-
ные были тогда въ Русской землѣ, и лѣтопись сохранила па-
мять о нѣкоторыхъ изъ нихъ, принадлежавшихъ какъ къ ду-
ховному, такъ и къ свѣтскому сословію. О князѣ Константинѣ
Всеволодовичѣ говорится, что онъ усердно заботился о созданіи
прекрасныхъ Божіихъ церквей, много ихъ создалъ по своей
области, исполняя ихъ книгами и всякими украшеніями. Ясно,
что потребно было значительное количество книгъ, чтобы на-
дѣлить ими многія церкви. Татищевъ и Шлецеръ допускали,
что ихъ было болѣе 1000; другіе же число книгъ считали пре-
величенымъ даже въ показаніяхъ лѣтописныхъ. Такъ Поле-

*) Полное собраніе Русскихъ лѣтописей, І. 65.

О ЯЗЫКОЗНАНИИ ВЪ ДРЕВНЕЙ РОССИИ.

223

вой говоритъ: «лѣтописцы явно преувеличиваютъ число книгъ, переведенныхъ на Славянскій языкъ при Ярославѣ и его преемникахъ. Читая, что книгами были клѣти исполнены, вспомнимъ слѣдующее: кто изъ простолюдиновъ нынѣ не удивляется, видя на полкѣ десятка три, четыре книгъ? Такъ думали и на Западѣ въ Х и ХІ вѣкахъ. Библіотека Кройландскаго аббатства въ Англіи славилась за чудо, а въ ней было всего 300 томовъ»¹). Въ приговорѣ Полеваго всего счастливѣе мысль о сближеніи явленій древне-Русской жизни съ подобными явленіями въ жизни другихъ Европейскихъ народовъ; но сравненіе лѣтописцевъ съ простолюдинами отzывается поверхностнымъ взглядомъ на значеніе лѣтописца, какъ извѣстнаго рода дѣятеля во внутренней жизни народа въ древнѣйшій периодъ ея развитія. Лѣтописецъ, во многомъ сочувствуя народу, старину котораго спасалъ отъ забвенія, умѣлъ вмѣстѣ съ тѣмъ указывать смыслъ въ событияхъ, производившихъ на массы безотчетное впечатленіе. Довѣряя вмѣстѣ со всѣми таинственному преданью, онъ объяснялъ его сличеніемъ съ повѣствованіями историческими. Возвышаясь образованностью надъ простолюдинами и трудясь надъ книжнымъ дѣломъ часто совокупными сивлами, лѣтописцы легко могли привыкнуть къ виду большой массы книгъ, чтобы не удивляться, замѣтивъ ихъ три или четыре десятка. Что въ настоящемъ случаѣ было ихъ несравненно болѣе, очевидно изъ прямаго свидѣтельства лѣтописи, сомнѣваться въ которомъ было бы и неосновательно и несовременно. «Великій князь Костянтинъ, правнукъ Володимера Мономаха — говоритъ лѣтопись — многі церкви созда по своей власти, въображая чюдными въображеніемъ святыхъ иконъ, исполняя книгами и всяками украшеніи»²). Если ограничить число книгъ необходимыми для богослуженія, то для нѣсколькихъ церквей окажется ихъ довольно много; но будетъ еще болѣе, если присоединить къ нимъ переводы св. отцевъ, основываясь на томъ, что они сохранились въ большомъ количествѣ¹ списковъ. Масса книгъ всего скорѣе могла увеличиваться новыми переводами съ Греческимъ.

1) Полеваго, Исторія Русскаго народа, т. II, стр. 219, примѣч. 228.

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей, І, 187.

224

М. І. СУХОМЛИНОВА,

скаго ¹). Самое же назначеніе ихъ — въ храмы, указываетъ на ихъ содержаніе и языкъ: по содержанію онъ должны были быть произведенія религіозныя, а по языку — Славянскія, чтобы могли употребляться для богослуженія, общественной молитвы и назиданія.

Въ томъ же вѣкѣ славился просвѣщенною ревностью къ храмамъ Божіимъ князь Владиміръ Васильковичѣ. Онъ и сооружалъ новыя церкви, и обогащалъ прежнія драгоцѣнными вкладами, состоявшими преимущественно изъ книгъ. Въ епископію Перемышльскую онъ далъ Евангеліе, имъ самимъ списанное; въ монастырь свой онъ далъ Апостолъ, списанный также собственоручно, и кромѣ того положилъ туда молитвенникъ и соборникъ великій отца своего. Въ Бѣльскѣ онъ «устрои церковъ иконами и книгами», а новосозданному храму въ Любомѣлѣ присъ въ даръ: Евангеліе, Апостолъ, прологи, житія святыхъ отцевъ и дѣянія вѣнчавшихся кровію мучениковъ, 12 миней, тріоди, октохъ, ирмологіонѣ, служебникъ св. Георгію, молитвы вечернія и утреннія и т. д. И все это вновь списано по его распоряженію, а не взято изъ древнихъ книгохранилищъ ²). Сборникъ, отданный монастырю, также какъ и другой сборникъ, положенный въ церковь новаго города Каменца, заключали въ себѣ, какъ полагаетъ современный намъ историкъ Русской

1) Въ сводной лѣтописи Татищева именно этому обстоятельству приписывается умноженіе книгъ при Ковстантинѣ Всеволодовичѣ, который «великій былъ охотникъ къ читанію книгъ, и научевъ былъ многимъ наукамъ; того ради имѣлъ при себѣ и людей ученыхъ, многіе древніе книги Греческіе цѣною высокою купилъ, ивелѣлъ переводить на Русскіи языкъ, многія дѣла древнихъ кнавзей собралъ и самъ писалъ, такожъ и другіе съ нимъ трудались. Онъ имѣлъ однихъ Греческихъ книгъ болѣе 1000, которые частію покупалъ, частію патріархи, вѣдая его любому дарѣе, въ даръ присылали» (Исторія Татищева, III, 461). Карамзинъ все это считалъ вымысломъ Татищева (Исторія Государства Российскаго, т. III, примѣч. 179). Но у Карамзина въ выпискѣ изъ лѣтописи не приведено указанное нами мѣсто о снабженіи церквей книгами, а это снабженіе — фактъ, засвидѣтельствованный древнею лѣтописью, и самый списокъ ея не позже XIV вѣка.

2) Полное собраніе Русскихъ лѣтописей, Н, 222 — 223: «въ монастырь свой Апостолы да еуангеліе опракосъ, и апостолъ самъ списавъ... и молитвенникъ да. Въ епископию Перемышльскую да еуангеліе опракосъ, оковавно сребромъ съ женчюгомъ, самъ же списалъ бяше... Созда же и церкви многіе: въ Любомѣлѣ же поставі церковъ камену... еуангеліе списка опракосъ, прологы списка 12 мѣсяца, мѣней 12 списка, списка же и служебникъ Святому Георгію, и молитвы вечерніи и утрѣніи списка.»

225

Церкви, отеческія сочиненія, которые продолжали переводить
и при Монголах¹).

Въ первой половинѣ XIII столѣтія была также богатая
библіотека въ Ростовѣ, у тамошняго епископа. Лѣтописецъ по-
вѣствуетъ, что въ 1229 году епископъ Ростовскій Кириллъ
оставилъ свою епископію, будучи изнуренъ внутреннею бо-
лѣзнью; къ этому присоединилось несчастное для него оконча-
ніе одного тяжебнаго дѣла: его приговорили по суду къ лише-
нію всего состоянія. А онъ былъ «богатъ зѣло, кунами и селы,
и всѣмъ товаромъ, и книгами, и просто рещи такъ бѣ богатъ
всѣмъ, такъ ни единъ епископъ бывъ въ Суждальстѣй обла-
сти»²). Слѣдовательно изобиліе книгъ, библіотеки, были одною
изъ принадлежностей быта Русскихъ богачей въ XIII столѣтіи.
Кромѣ книгъ Русскихъ, въ составъ библіотекъ, какъ открылось
въ XVI вѣкѣ, входили и книги Греческія, а чтобы пользоваться
ими, необходимо было знаніе Греческаго языка. Если же боль-
шинство читателей довольствовалось переводами, то знаніе гре-
ческаго языка остается прямою потребностью для переводчи-
ковъ, и хотя при этомъ условіи уменьшается количество знав-
шихъ по-Гречески, за то возвышается качество самого знанія:
ибо для перевода съ иностраннаго языка потребно гораздо бо-
лѣе. предварительнаго изученія, нежели просто для чтенія на
этомъ языкѣ.

Хотя не въ такой степени, какъ Греческій, однакоже былъ
извѣстенъ въ XIII-мъ столѣтіи и Латинскій языкъ. Если
папскіе легаты вели переговоры съ Русскими князьями, бесѣдо-
вали съ Русскими епископами, не зная ни слова по-Русски, то
разговоръ всего скорѣе могъ идти по-Латыни, ибо Латинскій
языкъ скорѣе могъ быть понимаемъ на Руси, нежели родной
легатамъ — Итальянскій. А такіе переговоры бывали въ XIII
вѣкѣ. Плано-Карпини разсказываетъ, что во время пребыванія
ихъ посольства у Василька, князя Владимірскаго-Волынскаго,
этотъ князь собралъ, по ихъ просьбѣ, своихъ епископовъ, кото-
рымъ прочіи они папскую грамату, увѣщевавшую ихъ соединить-

1) Исторія Русской Церкви. Періодъ II. 1850, стр. 62.

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей, І, 192.

УЧ. ВАП. — К. І.

13

226

М. І. СУХОМЛИНОВА,

ся съ Римскою церковью. «Мы съ своей стороны также — прибавляетъ Плано-Карпини — убѣждали къ тому какъ князя (Ducem), такъ епископовъ и прочихъ. Но такъ какъ тутъ не было Даніила, брата Василькова, который поѣхалъ къ Батью, то они и не могли дать намъ рѣшительнаго отвѣта.» Этотъ же путешественникъ сознается въ незнаниі Русскаго языка людьми, подвластными папѣ. На вопросъ хана: «есть ли у папы люди, кои разумѣли бы Русскую грамоту?», послы отвѣчали положительно: «у насъ такихъ людей нѣтъ».⁴)

XIV вѣкъ по своему историческому значенію не представля-
етъ рѣзкаго отличія отъ вѣковъ предшествовавшихъ. Всѣ усло-
вія быта остались тѣже самыя, и потому тѣже черты сохранила
и народная образованность. Только продолжительное иго замѣт-
но стѣснило ее и препятствовало приносить тѣ плоды, коихъ
должно было ожидать по прекрасной зарѣе ядъ ХІ и XII вѣ-
кахъ, какъ признаютъ даже иностранные ученые.²) Литература
наша по прежнему обогащалась переводами съ Греческаго, и
Русскіе изучали Греческій языкъ и въ самой Россіи, и внѣ пре-
дѣловъ отечества. Въ Греціі образовалось какъ бы небольшое
общество для перевода книгъ на Русскій языкъ. Русскій путе-
шественникъ XIV вѣка передаетъ свою радость при встрѣчѣ
«своихъ Новгородцевъ», которые пропали-было безъ вѣсти и съ
которыми не думалъ никогда уже встрѣтиться; они сказали ему,
что «живутъ туто, списаючи въ монастырѣ Студійскомъ отъ
книгъ священного писанія».³) Степенная книга свидѣтельствуетъ,
что митрополитъ Кипріанъ время пребыванія въ своемъ под-
московномъ селѣ посвящалъ занятіямъ литературою. Плодомъ
этихъ занятій были и собственныя его сочиненія и многія пе-

1) Путешествія къ Татарамъ, изд. Языковым, стр. 8 и 34.

2) Замѣчателенъ, между прочимъ, отрывъ Фридриха Шлегеля. См. его Исто-
рію древней и новой литературы. II, 47: «Между Славянскими націлами Россія въ
средніе вѣки имѣла рано уже своихъ національныхъ бытописателей на отечествен-
номъ языкѣ — премущество неоцѣнное и доказательство неопрежимое
начинанія умственной національной образованности, которая до опустошеній,
причиненныхъ Монголами, долженствовала быть болѣе общею и распространен-
ною въ Россіи. Процѣтаніе торговли, старинныя связи съ Константинополемъ и
другія историческія обстоятельства дѣлаютъ это весьма вѣроятнымъ.»

3) Сахарова, Сказанія Русскаго Народа. Т. II, книга 8, стр. 34.

227

реводы съ Греческаго. ¹) Другой писатель нашъ, митрополитъ Алексъй въ бытность свою въ Константинополѣ перевел съ Гре-ческаго снова все Евангеліе, и переводъ его чрезвычайно бли-зокъ къ подлиннику. ²)

Начало XV столѣтія въ отношеніи къ литературной дѣя-тельности было продолженіемъ XIV-го. Многіе писатели стоять на рубежѣ этихъ двухъ столѣтій, связывая ихъ рядомъ произ-веденій, въ которыхъ постоянно обнаруживается вліяние Визан-тіи. Творенія духовныя, труды Отцевъ Церкви составляютъ наибольшую долю тогдашней переводной словесности. Кромѣ того переводились и произведенія другаго рода. Въ началѣ XV, а можетъ быть и въ XIV в., переведена прозою съ Греческаго поэма Георгія Писиды: О міротвореніи. Вѣроятно стихотвор-ный размѣръ, кромѣ другихъ обстоятельствъ, былъ причиною, что эта поэма такъ не скоро нашла себѣ переводчика въ Россиі: она написана въ VII вѣкѣ. Обыкновенно же переводы наши не отдѣлялись отъ своихъ подлинниковъ такимъ продолжитель-нымъ временемъ. Поэма произвела при появлении своемъ въ Русскомъ переводѣ весьма пріятное впечатлѣніе на читателей, какъ можно судить по тому, что о ней упомянуто даже въ лѣ-тописи. Любопытенъ способъ упоминанія, показывающій, какое значеніе лѣтописцы придавали литературнымъ трудамъ въ кру-гу другихъ явленій народной жизни. «Тоя же зимы (1385) — сказано въ сводной лѣтописи Татищева—посадники Новогород-скіе учиниша вече по старому обычаю.... Тоя же зимы князь Михайло Александровичъ Тверскій женилъ сына своего князя Василья.... Того же лѣта переведено бысть слово святаго и премудраго Георгія Писида, еже есть похвала къ Богу о сотво-реніи всея твари.»³) Подобнымъ же образомъ, въ ряду самыхъ разнохарактерныхъ произшествій, отмѣчали и западные лѣто-писцы появленіе литературныхъ произведеній. Въ лѣтописяхъ

¹) Степешная Книга. І, 558: «Пребывая въ своемъ селѣ на Голенищевѣ, между двою рѣкъ, Сѣтуи и Раменки, идѣже... и книги сяюею рукою писаше, и многія евятыя книги съ Греческаго языка на Русскій языкъ преложи» и т. д.

²) Онъ хранится въ Чудонѣ монастырѣ. См. Исторія русской церкви. П, 56.— Возглашеніе къ читателямъ при Новомъ Завѣтѣ на Славлиск. и Русскомъ яз. М. 1822. стр. IV.

³) Татищева, Российская Исторія. IV, 313.

228

М. И. СУХОМЛИНОВА,

Фульдскихъ читаемъ: Hludowicus Abodritos defectionem molien-
tes bello perdomuit, occiso rege eorum, Gotzomiuzli, terramque il-
lorum et populum sibi divinctus subjugatum per duces ordinavit.
Rhabanus quoque, sophista et sui temporis poetarum nulli secun-
dus, librum, quem de laude sanctae crucis Christi, figurarum varie-
tate distinctum, difficile et mirando poemate composuit», и т. п.¹)

Въ XV столѣтіи возникаетъ новая и живая связь съ Визан-
тіею; къ намъ переселяются многіе изъ ея жителей и приносять
нѣкоторые Греческіе обычаи: уже не одни только религіозные
интересы сближаютъ Россію съ Греціею. Пока существовало
только духовное единство, писатели наши съ полнымъ сочув-
ствіемъ вписывали въ свои лѣтописи события византійскія; но
какъ скоро чужое вліяніе коснулось другихъ сторонъ жизни,
лѣтописцы замѣтили, что «земля наша замѣшалася и старые
обычанія переставились». ²) Сближеніе наше съ Византіею, усилив-
шееся по взятіи Константинополя Турками, переселеніе къ намъ
Грековъ, повлекло за собою, вѣроятно, и распространеніе въ
извѣствой мѣрѣ Греческаго языка. Онъ не сдѣлался у насъ гос-
подствующимъ ни въ какомъ классѣ общества; но познакомить-
ся съ нимъ представлялось весьма много средствъ, кочми, безъ
сомнѣнія, и пользовались въ большей или меньшей степени.

Что же касается до Латинскаго языка, то знатоковъ его было,
по видимому, немного; особенную нужду чувствовали въ нихъ
для сношеній съ иностранными державами, ибо латинскій
языкъ былъ тогда дипломатическимъ, и въ дѣлахъ дипломати-
ческихъ употреблялись довольно часто новоприбывшіе Греки.
Лѣтописи упоминаютъ неоднократно о назначеніі Грековъ въ
посольство къ иностраннымъ дворамъ, а исторіографъ при-
знаетъ, что прибытие Грековъ съ царевною Софіею было осо-
бенно полезно для Россіи по ихъ знаніямъ въ Латинскомъ язы-
кѣ, необходимомъ для внѣшнихъ государственныхъ дѣлъ. ³) Но
въ самомъ началѣ слѣдующаго столѣтія упоминаются уже, какъ

¹) Monumenta Germaniae historica, edidit Pertz. Annalium Fuldensium pars II ann. 844.

2) Русскіе простонародные праздники и суевѣрные обряды, Снегирева. І, 35 – 36.

³) Исторія Государства Россійскаго. Изд. шестое. Т. VI, стр. 71.

229

Увидимъ, природные Русскіе, говорящіе по Латыни съ ино-
странными Монархами.

Въ XVI вѣкѣ повторяется отчасти тоже самое явленіе, ко-
торымъ такъ памятенъ ХІ вѣкъ въ исторіи Русской образован-
ности. Литературное движеніе, начавшееся въ ХІ столѣтіи въ
Кіевѣ, обнаруживается теперь въ Москвѣ; предпринимаются но-
вые переводы съ Греческаго, а прежніе подвергнуты строгому
пересмотру и исправленію. Душою литературной дѣятельности
былъ Максимъ Грекъ, извѣстный какъ своими знаніями и тру-
дами, такъ и своими несчастіями. Онъ приступилъ къ своему
дѣлу съ превосходнымъ по тому времени филологическимъ при-
готовленіемъ; не только переводъ, самый текстъ былъ во мно-
гихъ мѣстахъ исправляемъ основательнымъ знатокомъ Грече-
скаго языка. Сочувствіе къ важному труду нашелъ Максимъ
Грекъ въ людяхъ образованныхъ, какъ духовныхъ, такъ и свѣт-
скихъ. Между послѣдними нельзя забыть князя Курбскаго, Рус-
скаго писателя, знавшаго Греческій языкъ, что доказывается
его переводами съ Греческаго, изъ твореній Юанна Златоуста и
историка Евсевія. 1) Курбскій, по собственному его свидѣтель-
ству, участвовалъ въ переводѣ книгъ отеческихъ, предпринятомъ
Максимомъ Грекомъ. Явленіемъ этого перевода придается новая
черта древнерусской образованности, опредѣляющая взглядъ
предковъ нашихъ на изложеніе истинъ Вѣры языкомъ общепо-
нятнымъ. Давно уже, говорить Курбскій, паписты желали
имѣть Греческія книги и просили ихъ «на препись»; даже пред-
лагали за нихъ большую сумму: иные говорятъ, что за каждый
листъ назначали они по «червоному златому», другіе, по «кору-
нѣ», яжъ по три златыхъ червоныхъ важитъ». Теперь же, про-
должаетъ Курбскій, «безъ всякіе цѣны даромъ преведенна не
малая часть отъ нихъ, на нашъ языкъ Словенскій, ово Макси-
момъ Философомъ и Селиваномъ, ученикомъ его, ово мною мно-
гогорѣшными съ помощники моими, учеными мужами, искусными
толковники въ Римской бесѣдѣ.»2) Готовясь къ переводамъ съ

1) Сказанія князя Курбскаго. Н. Устрялова. 1832. стр. XXXIII.

2) Жизнь князя А. М. Курбскаго въ Литвѣ и на Волыни. Акты, изд. Кіев-  
скою Коммиссією. Т. ІІ, стр. 308 – 309.

230

М. И. СУХОМЛИНОВА,

Греческаго языка, говоритъ Курбскій, «склоняхъ спадки (казу-
зы), и роды и образцы и часы, и иные громатические чины не-
отмѣнне и истинне; такъ и разума нигдѣжъ разтлѣхъ, бо пре-
стерехся того со великимъ трудомъ и прилежаніемъ. Также и
знаки книжнымъ обычаемъ поставляхъ.»¹)

О знакомствѣ съ Латинскимъ языкомъ сохранилось нѣ-
сколько указаній въ статейныхъ спискахъ. Изъ нихъ извѣст-
но, что въ 1518 году отправлены къ императору Максимилану
посолъ Владиміръ Племянниковъ и толмачъ Истома малый, и
Императоръ лично объяснялся съ ними по-Латыни. Въ статей-
номъ спискѣ говорится: «Максимиланъ, избранный Цесарь,
въсталъ и съ мѣста сступилъ и призвалъ къ себѣ Володимера и
Истому, говорилъ самъ полатынски, снявъ шапку». Здѣсь же
приводятся слова собесѣдниковъ.²) Должно полагать, что число
знавшихъ по-Латыни увеличилось въ XVI столѣтіи въ сравне-
ніи съ вѣками предъидущими по причинѣ постоянно усиливав-
шихся сношеній нашихъ съ западными государствами Европы.
Самая потребность изученія Латипскаго языка чувствовалась до-
вольно сильно, какъ можно заключить, между прочимъ, изъ то-
го, что Ioаннъ IV признавалъ необходимымъ учредить въ нѣ-
которыхъ провинціальныхъ городахъ училища, въ коихъ пре-
подавалось бы Латинскій языкъ. Намѣреніе свое высказалъ Ioаннъ
IV въ замѣчательной рѣчи, обращенной къ двумъ плѣннымъ
Ливонцамъ, взысканнымъ его милостями и довѣріемъ. «Импе-
раторъ Римскій Фердинандъ, — говорилъ Ioаннъ, — предлагая
минѣ свою любовь и братское расположеніе, требовалъ вмѣстѣ
съ тѣмъ, чтобы я возвратилъ Ливонію рыцарямъ Тевтонскаго
ордена. Я съ своей стороны не отказываюсь рѣшительно отъ
переговоровъ по этому дѣлу; ибо произходя изъ славнаго рода
Баварскихъ герцоговъ, легко могу склониться на убѣзденія
уступить Ливонію, на извѣстныхъ условіяхъ, одному изъ моихъ
родственниковъ. Когда же это случится, то всячески буду на-
стаивать на томъ, чтобы въ городахъ моихъ, Псковѣ и Новго-
родѣ, открыты были училища и въ нихъ учили бы Русское

1) Тамъ же, II, 312.

2) Намятники дипломатич. сношеній древней Россіи. Т. І, 346 — 347.

231

юношество Латинскому и Нѣмецкому языкамъ.¹) Въ XVI-мъ же столѣтіи одинъ изъ извѣстнѣйшихъ полководцевъ нашихъ, князь Курбскій, отличался кромѣ воинскихъ дарованій и способностью и охотою къ изученію иностранныхъ языковъ. Курбскій владѣлъ, какъ извѣстно, четырьмя языками: Русскимъ, Польскимъ, Греческимъ и Латинскимъ. Это изученіе было однимъ изъ любимыхъ занятій, которому онъ предавался съ особыннымъ усердіемъ, какъ видно изъ его собственнаго свидѣтельства о занятіяхъ языкомъ Латинскимъ. «Я не мало лѣтъ — пишетъ Курбскій — изнурихъ по силѣ моей уже въ сѣдинахъ, со многими труды приучахся языку Римскому.»²)

XVII столѣтіе соединяетъ древнюю Россию съ новою. Сблизаясь во многомъ съ вѣками предшествовавшими, XVII вѣкъ нѣкоторыми чертами обнаруживаетъ иной характеръ, начало того умственнаго движенія, которое развилось въ послѣдующемъ столѣтіи. Постепенный переходъ изъ древняго быта въ новый ясно выразился въ постепенно измѣнявшемся направлении образованности. Въ разсматриваемый нами периодъ южное вліяніе иноземное соединяется съ западнымъ, дѣйствующимъ все сильнѣе и сильнѣе. Связь съ югомъ Европы, съ Греціею, ограничивается цѣлями религіозными, какъ было до исхода почти XV вѣка. Литература наша обогащается переводами, при надлежащими къ одной категоріи съ прежними по духу и выбору предметовъ: одинъ Епифаній Славинецкій (ум. 1676) оставилъ много переводовъ съ Греческаго, изъ коихъ особенно замѣчателенъ переводъ Св. Писанія, и т. п. Греческій языкъ считался въ XVII столѣтіи условіемъ образованности и необходимымъ предметомъ преподаванія въ Русскихъ училищахъ, открывае-

1) Scriptores rerum Livonicarum. II, 1848. Moscoviae ortus et progressus, authore Daniele Printz a Bucchau, стр. 702: «Cum vero sacratissimus Romanorum Imperator Ferdinandus per literas amicitiam et fraternam benevolentiam suam mihi obtulerit, et praeterea postularit, ut Livoniam Germanicae militiae equitibus restituerem, non equidem abnuo, ut hisce de rebus inter nos transigatur. Cum enim originem meam ex inclyta Bavarorum ducum familia habeam, facile mihi persuaderi patiar, ut uni cognatorum meorum Livoniam certis conditionibus concedam. Quod si factum fuerit, in eam rem incumbam, ut in uribus meis Plescovia et Novogardia ludi litterarii aperiantur, in quibus juvrentus Ruthenica in lingua latina et germanica instituatur.

2) Сказанія князя Курбскаго. стр. XXIV.

232

М. И. СУХОМЛИОВА,

мыхъ въ значительномъ количествѣ и по благословенію право-
славныхъ Греческихъ патріарховъ. Вмѣстѣ съ Греческимъ бы-
стро распространяется языкъ Латинскій: онъ становится даже
языкомъ образованности, хотя не въ такихъ обширныхъ размѣ-
рахъ, какъ было то на западѣ. Въ Славяно-Греко-Латинской
Академіи, учрежденной въ Москвѣ, преподаваніе произходило
на Греческомъ и Латинскомъ языкахъ: грамматика и піитика
преподавались по-Гречески, а логика, риторика и физика по-
Гречески и по-Латыни. Курсъ древнихъ языковъ былъ преимуще-
ственно практическій, воспитанниковъ постоянно упражняли въ
разговорѣ на этихъ языкахъ, и черезъ три года по открытіи за-
веденія ученики могли уже говорить по-Гречески и по-Латыни
и перевели нѣсколько книгъ съ Греческаго и съ Латинскаго.¹)

Такъ было въ Москвѣ во второй половинѣ XVII-го сто-
лѣтія; но въ началѣ его, изученіе древнихъ языковъ дале-
ко не въ одинаковой степени распространялось въ сѣвер-
ной и южной половинѣ Россіи. Извѣстный путешествен-
никъ, Олеарій, придворный математикъ и библіотекарь герцога
Голштейнъ-Готторпскаго, постѣщавшій сѣверную Россию въ 1633
и 1636 годахъ, упоминаетъ въ своемъ путешествіи о совершен-
номъ незнаніи Русскими Греческаго и Латинскаго языковъ.
«Уже по тому одному, говоритъ онъ, что Русскіе въ своихъ
школахъ учатся только Русскому языку, да много что Славян-
скому, никто изъ нихъ, будь онъ духовнаго или свѣтскаго зва-
нія, высшаго или низшаго соловія, не понимаетъ ни слова ни
по-Гречески, ни по Латыни.»²) Хотя слова Олеарія нельзя прим-
нимать въ буквальномъ смыслѣ, однако самая возможность та-
кого рѣшительнаго, но не вѣрнаго, приговора у писателя, по-
добнаго Олеарію, показываетъ, что знаніе древнихъ языковъ
вовсе не процвѣтало въ той части Россіи, которую удалось ви-

1) Прибавленія къ Творенію Св. Отцевъ въ Русскомъ переводѣ. 1852. Часть ХІ. стр. 73. Начало Славяно-Греко-Латинской Академіи.

2) Vermehrte Moscowitische und Persianische Reisebescribition zum andern mahl herausgegeben durch Adam Olearius. Schleswig. Im Jahr 1666, стр. 280: «Sonst weil die Russen in ihren Schulen nicht mehr als ihre und auff’s höchste Sclavonische Sprache schreiben und lesen lernen, verstehet auch kein Russe, er sei Geistlich oder Weltlich, hohes oder niedriges Standes Personen, nicht ein Wort werden griechisch noch lateinisch.»

О ЯЗЫКОЗНАВИИ ВЪ ДРЕВНЕЙ РОССИИ.

233

ДЪЕТЬ НѣМЕЦКому путешественнику. Какъ писатель, Олеарій от-
личается вообще безпристрастіемъ. Безпристрастіе его выра-
жается въ той откровенности, съ какою онъ говоритъ какъ о
дурныхъ, такъ и о хорошихъ свойствахъ Русскаго народа. От-
рицая знаніе древнихъ языковъ, онъ вмѣстѣ съ тѣмъ признаетъ
у Русскихъ даръ къ изученію иностранныхъ языковъ и вообще
способность и расположеніе ко всякаго рода умственной дѣя-
тельности. «Изъ Русскихъ, продолжаетъ онъ, многіе способны
заниматься науками; между ними есть люди съ острыми даро-
ваніями, соединяющіе свѣтлый умъ съ счастливою памятью.
Теперешній думный дьякъ посольскаго приказа, Алмазъ Ивано-
вичъ,¹) еще въ молодыхъ лѣтахъ былъ однажды въ Персіи и
въ Турціи, и въ короткое время до того усвоилъ языки Персид-
скій и Турецкій, что можетъ объясняться на нихъ безъ помощи
переводчика.»²) Свидѣтельства Олеарія имѣютъ преимущество
достовѣрности въ сравненіи съ извѣстіями многихъ другихъ пу-
тешественниковъ. Онъ былъ человѣкъ съ большими свѣдѣнія-
ми, матеріалы для труда своего собиралъ съ неутомимымъ усер-
діемъ и величайшею осторожностью въ выборѣ источниковъ, а
потому трудъ его признается учеными весьма цѣннымъ пособі-
емъ для изученія Русской старины.³) При счастливой способно-
сти къ изученію языковъ Русскимъ легко было избѣжать замѣ-
ченнаго Олеаріемъ недостатка въ образованіи. Дѣйствительно,
въ томъ же вѣкѣ занятіе древними языками стало распространя-
ться болѣе и болѣе. Другой иностранецъ, бывшій въ Россіи
во второй половинѣ XVII столѣтія, Генрихъ Лудольфъ, встрѣ-
чалъ уже между Русскими людей, знавшихъ по-Латыни. Лу-

1) Алмазъ Ивановичь—думный дьякъ посольскаго приказа при царѣ Алексѣѣ
Михайловичѣ. Службу свою началъ 1640 г., умеръ 1669 г. Настоящее его имя
было Ерофей; прозвище Алмазъ, эмблема твердости, получилъ, какъ полагаютъ,
по своимъ превосходнымъ качествамъ.

2) Olearius: Reisebeschreibung, str. 281: «Es'fehlet ihnen (den Russen) nicht an
guten Köpffen zu lernen. Man findet unter ihnen feine Ingenia, welche mit gutem
Verstand und Gedächtniss begabet. Der jetzige Reichs-Canceler in der Gesandten Can-
zelei Almas Iwanowitz, ist in seiner Jugend einsten in Persien und Türckeyen gewesen
hat ihre Sprachen im kurtzer Zeit also begriffen, dass er jetzt mit selbiger Nationen
ohne Dolmetsch reden kan.

³) *Adelung:* Kritisch-literärische Uebersicht der Reisendeu in Russland. 1846,
Band II, 299 — 300.

234

М. И. СУХОМЛИНОВА,

дольфъ замѣчаетъ, что иѣкоторые изъ Русскихъ занимаются Латинскимъ и Нѣмецкимъ языками, и при томъ въ Москвѣ открыто училище, въ которомъ преподаются языки Греческій и Латинскій. ¹) Написавши Русскую Грамматику, Лудольфъ посвятилъ ее князю Борису Алексѣевичу Голицыну, которому, по словамъ автора, знаніе Латинскаго языка открыло путь къ объясненію съ иностранцами. Извѣстно, что кн. Б. А. Голицынъ, (1641 — 1713), бывшій дядькою Петра Великаго, говорилъ и по-Латыни и по-Гречески. ²) Дѣти Царя Алексѣя Михайловича учились по-Латыни у Симеона Полоцкаго. ³)

Между тѣмъ какъ въ сѣверной половинѣ Россіи незнаніе древнихъ языковъ обратило на себя вниманіе иностранца, въ южной изумляло не иностранцевъ, а природныхъ Русскихъ употребленіе ихъ соотечественниками чужаго, непонятнаго языка. Я говорю о Латинскомъ языке и его общемъ употребленіи въ училищахъ южнаго края Россіи. Тамъ онъ слѣлался въ полномъ смыслѣ слова языкомъ воспитанія, и это обстоятельство весьма важно въ томъ отношеніи, что убѣдительно доказываетъ близкую связь нашу съ европейскимъ западомъ еще въ теченіе XVII вѣка. Преобладаніе Латинскаго языка, обнаружившееся въ русскихъ училищахъ, есть общая черта европейской образованности того времени. Люди, стоявшіе во главѣ образованнаго общества, представители современнаго имъ просвѣщенія воспитывались сами и утверждали необходимость воспитанія при сильномъ вліяніи Латинскаго языка, на коемъ передавались всѣ познанія, различныхъ родовъ и съ различными цѣлыми, отъ элементарныхъ до самыхъ высокихъ и отвлеченныхъ. Изъ множества свидѣтельствъ о взглядѣ на воспитаніе и ученость, господствовавшемъ нѣкогда во всей Европѣ, укажу на два, при-

1) См. Grammatica Russica. Oxonii. 1696. Praefatio. «Russos etiam nonnullos linguae latinae et germanicae studiosos inveni. Imo patriarchali auctoritate schola erecta est Moscoviae, ubi graeci ludimagistri linguam latinam et graecam docent, ita ut fundamentali Russiae legi disciplinae et studia non adversentur, sicuti a nonnullis traditum est.

2) Словарь достопамятныхъ людей Русской земли, составл. Д. Бантышъ-Каменскій. Часть 2, стр. 51.

³) Ср. статья Соловьева о Миллерѣ. Современникъ. 1854. № Х., стр. 143. примѣч. 48.

235

надлежащимъ лицамъ, весьма замѣчательнымъ въ исторіи европейскаго просвѣщенія. Сравненіе этихъ свидѣтельствъ съ современнымъ имъ образомъ воспитанія у насъ покажетъ, что многія черты его въ Россіи и въ другихъ странахъ Европы представляютъ между собою разительное сходство. Монтень, извѣстный Французскій писатель XVI вѣка, самъ разсказываетъ о своемъ воспитаніи въ своихъ «Essais», которые до сихъ поръ считаются учеными Франціи классическимъ произведеніемъ ихъ литературы въ родѣ нравственно-философскомъ. Монтень говоритъ, что отецъ его употреблялъ всѣ усилия, чтобы дать ему самое лучшее, по понятіямъ того времени, воспитаніе. Съ этой цѣлью онъ обращался къ совѣту людей просвѣщенныхъ и глубоко-мысленныхъ, и общее мнѣніе было то, что если Европейцы XVI вѣка не могутъ достигнуть величія духа и глубины познаний древнихъ Грековъ и Римлянъ, то единственная причина заключается въ медленности и усиліяхъ при изученіи языковъ, знаніе которыхъ не стоило древнимъ ни малѣшаго труда. Не желая отстать отъ вѣка, отецъ Монтеня послѣдовалъ общему мнѣнію: отдалъ сына еще груднымъ ребенкомъ на руки гувернеру, Нѣмцу, не знавшему ни слова по-Французски, но отлично говорившему по-Латыни; при гувернерѣ было еще два помощника, которымъ вмѣнено въ обязанность говорить съ молодымъ Монтенемъ не вначе, какъ по-Латыни. Первыя слова, слышимыя имъ въ колыбели, были Латинскія, первая слова, произнесеныя имъ самимъ, были также Латинскія. На седьмомъ году возраста онъ также точно ничего не слыхивалъ о своемъ родномъ языке, какъ и о какомъ-нибудь Арабскомъ. Не только воспитатели, но все семейство Монтеня, отецъ, мать, даже слуги говорили по-Латыни. Отецъ и мать, благодаря воспитанію сына, сами пріобрѣли нѣкоторыя свѣдѣнія въ Латинскомъ языке, а лакеямъ и горничнымъ отданъ былъ строгій приказъ произносить въ присутствіи воспитанника только тѣ слова и фразы, которые заставляли ихъ заучивать по-Латыни каждый разъ передъ бесѣдою съ ихъ будущимъ владѣльцемъ. *)

Ученый XVII столѣтія, Даніилъ Моргофъ, въ сочиненіи сво-

*) Les Essais de Michel seigneur de Montaigne. Paris, 1725, t. I, p. 169 — 170.

236

М. И. СУХОМЛИНОВА,

емъ «Polyhistor», любопытномъ памятникѣ тогдашнихъ понятій
объ исторіи литературы, какъ наукѣ,¹) посвящаетъ особую
главу разсмотрѣнію методы преподаванія древнихъ языковъ —
De methodo in linguis, latina praecipue et graeca, discendis tenen-
da. Въ ней онъ приводитъ нѣсколько примѣровъ удивительныхъ
успѣховъ въ разговорномъ употребленіи языка Латинскаго. Ме-
жду прочимъ разсказываетъ, что въ Парижъ привозили че-
тырехлѣтнее дитя, превосходно говорившее по-Латыни и до
того возбудившее общее вниманіе, что его, какъ диковинку,
представляли даже королю. Это дитя не только быстро объяс-
нялось по-Латыни, но и при самомъ бѣгломъ разговорѣ соблю-
дало всѣ грамматическія правила до малѣшихъ тонкостей, ни-
когда не дѣлая ошибки ни въ склоненіяхъ, ни въ спряженіяхъ,
ни въ синтаксисѣ. Если говорили при дитяти: ubi ibis a prandio?
или conscendere in equo, оно сейчасѣ же поправляло: quo ibis, cons-
cendere in equit, и т. п. Основываясь на подобныхъ примѣрахъ,
показывающихъ, какъ полагали, что разговорная метода и лег-
че и полнѣе знакомитъ съ чужимъ языкомъ, Моргофъ, какъ и
его современники, признавалъ ее наибольѣе полезною и суще-
ственно необходимою. Онъ говоритъ положительно, что многіе
раздѣляютъ убѣжденіе, что Латинскій языкъ несравненно луч-
ше изучать изъ живаго разговора, нежели изъ книгъ и грамма-
тическихъ учебниковъ. Въ сочиненіи Моргofа упоминается о
любопытномъ предложеніи одного писателя Французскому ко-
ролю учредить цѣлое общество Латинское (civitas latina), въ ко-
емъ бы всѣ безъ исключенія говорили по-Латыни. Моргофъ съ
своей стороны находитъ существованіе подобнаго общества
весьма возможнымъ, и полагаетъ, что не болѣе 20 лѣтъ нужно
для того, чтобы всѣ члены его, даже ремесленники, объясня-
лись между собою совершенно свободно по-Латыни. ²)

1) Эвциклопедическій характеръ, отличающій всѣ произведенія учености, не достигшей еще полнаго, отчетливаго опредѣленія сферы каждой науки, выражается въ самомъ назваіи труда Моргofа: Polyhistor, sive de notitia auctorum et rerum commentarii, quibus praeterea varia ad omnes disciplinas consilia et subsidia proponuntur.

2) Danielis Georgi Morhofi Polyhistor. Lubecae. 1695. Editio secunda. «In eam cogitationem multi venerunt, ut linguam Latinam e conversatione cum latine loquentibus potius, quam e Grammaticis praeceptis et lectione, addiscendam suasè-

237

Тѣже вопросы о воспитаніи, которые занимали собою лучшіе умы въ Европѣ XVI и XVII в. были предметомъ разсуждения и въ Россіи. При открытиі училишь опредѣляли, какую науку преподавать на какомъ языкѣ, и, подобному тому, какъ въ западной Европѣ, общее мнѣніе людей образованныхъ отдало преимущество языку Латинскому, въ изученіи коего принято также исключительно практическое направленіе. Въ подтвержденіе этого довольно вспомнить объ учебномъ заведеніи, имѣющемъ такое важное значеніе въ исторіи Русской образованности XVII вѣка, объ Академіи Кіевской. Въ ней, особенно въ періодъ съ 1631 по 1701 годъ, знаніе Латинскаго языка было въ высшей степени распространено. Онъ былъ и языкомъ науки и языкомъ разговорнымъ. На немъ преподавались всѣ учебные предметы, кромѣ катихизиса и Славянской грамматики. По-Латыни же обязаны были говорить воспитанники въ классахъ и внѣ классовъ, дома и на улицѣ, всюду, гдѣ только приходилось имъ встрѣчаться. За ошибку въ Латинскомъ языкѣ или за одно слово, сказанное по-Русски, виновныі подвергался самому строгому взысканію. «Можно представить себѣ, говоритъ историкъ Кіевской Академіі, чѣмъ могло казаться сословіе учащихся, коихъ число нерѣдко простиралось отъ 800 до 1000 и болѣе, съ своимъ незнакомымъ языкомъ, для простыхъ гражданъ Кіевскихъ. Въ продолженіе ста пятидесяті лѣтъ это былъ, можно сказать, какой-то особенный народъ посреди народа Русскаго, Русскій по духу и по всему, но не Русскій по слову.» *) Многіе духовные наши писатели, образовавшіеся въ XVII столѣтіи, писали свои сочиненія на Латинскомъ языкѣ. Его вліяніе простиралось всюду, на всѣ роды и виды литературы; оно проникало и въ обыкновенную переписку, не назначаемую для печати, по дѣламъ общественнымъ и даже домашнимъ. Люди образованные любили красить слогъ своихъ писемъ словами и выраженіями Латинскими, которыя, отъ смѣс ихъ съ Русско-Польскими

rint» (стр. 416). «Non inekte autor ille Regi Galliae suadet, ut talem aliquam Civitatem Latinam instituat, qua sola conversatione Latīnam linguam doceantur pueri. Ego sane ipsi plane adstipulor et credo' intra 20 annos extrui talem societatem posse, qua omnes etiam opifices latine loquantur» (стр. 420 — 421).

*) Исторія Кіевской Академіі, іеромонаха Макарія Булгакова. 1843. стр. 75 — 76 и 13.

238

М. И. СУХОМЛИНОВА,

словами и оборотами, придавали слогу самую нехудожественную пестроту. Она и по своему источнику и по способу проявленія, весьма близка к позднѣйшему искаженію Русской рѣчи произошедшему, по выраженію извѣстнаго писателя, отъ смѣси «Французскаго съ Нижегородскимъ». Одинъ изъ ученыхъ XVII вѣка въ подобныхъ выраженіяхъ переписывался съ гетманомъ Мазепою: «Не маетъ быти той соборъ pro legitima Synodo.... Старалется тыи письма переслати вельможности вашей, але не могли смо на скоромъ часѣ достати. De forma vero consecrationis sacrosanctae evcharistiae не было въ тамъ-томъ (Польск. tamten) листѣ жадной взмѣнки и по сей часъ не машъ. Заслышали смо почасти, же коло того мудрствуютъ оныи Греческіи, чили Греко-Латинскіи учителѣ на Москвѣ; алѣ до насъ sevio haec questio non pervenit, а мы якоже научихомся отъ отецъ нашихъ, тако исповѣдуетъмъ.»¹) Такая страсть къ Латинскому языку всего вѣрнѣе объясняется сочувствіемъ предковъ нашихъ къ западно-европейской образованности. ²) Метода преподаванія въ Кіевской Академіи и характеръ учебниковъ не остались безъ слѣда въ исторіи нашей теоретической литературы. Литературныя поняпія, высказываемыя отъ времени до времени извѣстными писателями XVIII вѣка, напоминаютъ во многомъ теорію, принимающую учеными Кіевской Академіи. Самая форма—языкъ преподаванія упорно держался въ нѣкоторыхъ училищахъ, стремившихся подражать своему первообразу. Вѣроятно это же процвѣтаніе Латинскаго языка въ духовномъ училищѣ Кіева послужи-

¹) Письмо Кіевопечерскаго архимандрита Варлаама Ясинскаго къ Мазепѣ отъ 26 юля 1688 г. Оно напечатано въ сочиненіи: «Св. Димитрий, митрополитъ Ростовскій, М. 1819».», изд. Московск. Духовн. Акэд. — Латинизмы Ясинскаго также дики для Русскаго языка, какъ и галлицизмы литераторовъ XVIII вѣка, пытавшихся писать подобнымъ слогомъ: «аманта моя сдѣлала мнѣ инфедилите, а я а ку сюръ противъ риваля своего буду реванжироваться», и т. д. Ср. Сумарокова. Сочиненія. Ч. IX, стр. 244 и слѣд.

²) Исторія Кіевской Академіи, іеромонаха Макарія Булгакова. 1843. стр. 76. Патріархъ Цаисій въ граматѣ своей говорить, что Латинскій языкъ нуженъ Русскимъ потому, что они живутъ между Латинами. Сильвестръ Коссовъ доказываетъ необходимость его Русскимъ для совѣщанія на сеймахъ, куда обязаны были являться жившіе подъ Польскимъ вѣладѣніемъ. Но авторъ Исторіи Академіи весьма справедливо признаетъ главною причиной возвышенія Латинскаго языка въ Кіевской Коллегіи то, что уваженіе къ Латинскому языку было тогда общее во всѣхъ европейскихъ училищахъ, и отличное знаніе его почиталось необходимою потребностью образованнаго человѣка.

239

ло источникомъ одному изъ общественныхъ предразсудковъ у
насъ въ XVIII вѣкѣ, состоявшему въ томъ, что учиться Латин-
скому языку считали необходимымъ только для того, кто на-
значалъ себя въ духовное званіе.*) Предразсудокъ этотъ самъ
по себѣ можетъ казаться страннымъ для народа, который ни-
когда не принималъ католичества, и у котораго духовенство во-
все не нуждалось въ Латинскомъ языке для богослуженія.

Отъ языковъ древняго міра обращаемся къ языку отече-
ственному, знаніе коего составляло, какъ мы сказали, прямую
потребность древне-Русской образованности. Здѣсь прежде все-
го привлекаетъ вниманіе непрерывная послѣдовательность въ
употребленіи, устномъ и письменномъ, предками нашими сво-
его роднаго языка. Всѣ оригинальныя произведенія писа-
лись исключительно по-Русски до XVI и XVII в., когда Русскіе
авторы писали и по-Русски, и по-Латыни, и по-Польски. Въ
древній же периодъ литературнымъ языкомъ постоянно оста-
вался Русскій; даже иностранцы, жившіе и писавшіе въ Рос-
сіи, выбирали Русскій языкъ орудіемъ своей литературной дѣя-
тельности, начиная отъ митрополита Никифора въ XII вѣкѣ и
до Максима Грека. Самые переводы, столь многочисленные въ
древней нашей литературѣ, подтверждая знакомство съ языкомъ
подлинника, доказываютъ вмѣстѣ съ тѣмъ общее стремленіе
читать на своемъ языке произведенія, наиболѣе удовлетворяв-
шія вкусу того времени. Переводы ходили во множествѣ спис-
ковъ, а это одно говорить уже о большомъ числѣ читателей, и

*) Предубѣжденіе касательно Латинскаго языка замѣчено и литературою, принимающею въ себя многія живыя черты современности. Въ комедіи Фонъ-Вазина «Выборъ гувернера» произходитъ между дѣйствующими лицами слѣдую-щій разговоръ:

Князь: Чему жъ вы сына моего учить хотѣли? Какимъ чужестраннымъ языкамъ?

Нельствовъ: Начну съ Латинскаго.

Княгиня: Да развѣ ему попомъ быть?

Нельствовъ: А развѣ Латинскій языкъ для поповъ только годенъ?

Князь: Я не знаю, для чего сыну княжескому учиться по-Латыни.

(Дѣйствіе 3, явленіе 3.)

240

М. И. СУХОМЛИНОВА,

всѣ идеи, получаемыя ими при чтеніи, являлись въ формѣ зна-
комой имъ рѣчи, были выражены языкомъ понятнымъ. Тоже са-
мое извѣстіе лѣтописи, которое мы привели выше (П. с. р. лпсей І,
65), о переводѣ книгъ съ Греческаго языка, показываетъ, что
большинство читателей пользовалось ими въ Русскомъ переводѣ:
«и списаша книгы многы, и сниска имиже поучащесь вѣрніи
людье, наслажаются ученья божественнаго». Слѣдовательно и
урокъ и наслажденіе находили въ чтеніи преимущественно на
родномъ языкѣ; на немъ же подавали благой совѣтъ и утѣше-
ніе, возбуждали надежду, сообщали познанія. Любовь къ род-
ному слову поддерживалась расположеніемъ къ умственному
труду, къ «ученью книжному», по выраженію лѣтописи. Тѣмъ
сильнѣе была взаимная связь мысли и слова, что пріобрѣтенныя
кѣмъ-либо свѣдѣнія не оставались въ немъ безплодными, а со-
ставляли, такъ сказать, общее достояніе его современниковъ,
прибѣгавшихъ къ совѣту людей извѣстныхъ по начитанности и
готовыхъ дѣлиться своими знаніями и опытностью. Въ концѣ
Х столѣтія сдѣлана у насъ первая и рѣшительная попытка вод-
ворить ученіе книжное, и не смотря на то, что ее встрѣтили со
слезами люди стараго поколѣнія, въ поколѣніи новомъ она на-
шла живое и дѣятельное сочувствіе. Въ этомъ удостовѣряетъ
насъ свидѣтельство Русскаго писателя ХІ вѣка, митрополита
Иларіона, воспитанника, по всей вѣроятности, того училища,
которое открыто въ Кіевѣ при Св. Владимірѣ. Въ высшей сте-
пени замѣчательно слѣдующее обращеніе Иларіона къ своимъ
слушателямъ или читателямъ: «излагать въ семъ писаніи про-
повѣдь Пророковъ о Христѣ и ученіе Апостоловъ о будущемъ
вѣкѣ было бы излишне и клонилось бы къ тщеславію. Ибо,
что писано въ другихъ книгахъ и вамъ уже известно, о томъ пред-
лагать здѣсь было бы признакомъ дерзости и славолюбія. Мы
пишемъ не для незнающихъ, а для насытившихся съ избыткомъ
книжною сладостію.»*) Если уже въ ХІ вѣкѣ были между Рус-

*) Прибавл. къ твореніямъ Св. Отцевъ. Часть 2. 1844. «А еже поминати въ писаніи семъ и пророческа проповѣданіа о Христѣ, и Апостольска ученіа о будущемъ вѣцѣ, то излиха есть и на тщеславіе скланяся. Иже бо въ инѣхъ книгахъ писано и вамъ вѣдомо, тіі здѣ положити, то дръзости образъ есть и славохотію. Не къ невѣдущимъ бо пишетъ, но превзлиха насыщемся сладости книжныя.» стр. 225 и 257—258.

241

скими люди, до того начитанные, что для бесѣды съ ними требовалось строгаго выбора предметовъ, которые могли бы дѣствовать на нихъ и новостью и убѣдительностью, то еще большихъ успѣховъ можно было ожидать отъ вѣковъ послѣдующихъ, когда ученіе книжное входило все болѣе и болѣе въ потребность народнаго быта. Прочитавъ Иларіона, невольно вѣрить задушевности словъ другаго древняго писателя Русскаго, Кирилла Туровскаго: «сладко медвенъ сотъ и добро есть сахаръ, обоегоже добрѣе книжный разумъ.») Какъ Иларіонъ и Кириллъ передавали соотечественникамъ свои убѣжденія на родномъ языке, такъ поступали и всѣ послѣдующіе писатели и вообще люди образованные. Но какъ понимать эту образованность, орудіемъ которой былъ нашъ языкъ въ теченіе нѣсколькихъ столѣтій, и которая неизбѣжно должна была положить печать свою на его историческую судьбу? Къ чему она стремилась и въ чемъ сосредоточивались ея интересы? Источникомъ ея служило Св. Писаніе, изъ него заимствовала и имъ подкрѣпляла она свои убѣжденія; представители ея смотрѣли на жизнь и людей преимущественно съ религіозной точки зрѣнія. Какое же значеніе имѣть подобная образованность?... Не считая себя въ правѣ произнести рѣшительный приговоръ въ столь важномъ вопросѣ, мы ограничимся замѣчаніемъ, что характеръ древнерусской образованности соотвѣтствуетъ характеру общеєвропейской образованности въ средніе вѣка. Значеніе послѣдней въ нравственномъ развитіи народовъ опредѣлительно указано Гизо въ его исторіи Европейской цивилизаціи. «Умственное и нравственное развитіе Европы, говоритъ этотъ писатель, есть въ сущности богословское (théologique). Пробѣгите исторію съ V и до XVI вѣка: Богословіе (théologie) правитъ мыслію человѣческою, всѣ мнѣнія носять печать богословія; вопросы философскіе, политическіе, историческіе разсматриваются постоянно съ точки зрѣнія богословской. Богословскій духъ былъ, такъ сказать, кровію, которая текла въ жилахъ Европейскаго міра. И это вліяніе было благогодѣтельно. Оно не только поддержало и оплодотворило умственное движеніе въ Европѣ; но система ученія и началъ, во

*) Памятники Российской Словесности XII вѣка. стр. 133.

уч. зап. — к. л.

16

242

М. И. СУХОМЛИНОВА,

имя коихъ оно дѣйствовало, неизмѣримо превышало все то, что когда-либо извѣстно было древнему міру. Въ немъ, въ этомъ вліяніи, былъ залогъ движенія и успѣховъ.¹) То, что сознано и объяснено современною наукою, тайлось, какъ безотчетное предчувствіе истины, въ убѣжденіи средневѣковыхъ Европейцовъ. Еще въ XII в. говорили въ Европѣ: «на сколько люди вообще превосходятъ безсловесныхъ, на столько люди книжные свѣтскихъ». ²) Слѣдовательно понятія: люди книжные (les lettrés) и люди духовнаго званія были тожественны. Въ этомъ всего яснѣ выражается и духъ средневѣковой литературы и понятіе о призваніи исключительно духовнаго сословія къ занятіямъ литературнымъ. Различеніе, хотя не столь рѣзкое, духовныхъ отъ мірянъ по степени образованности замѣчается и у насъ, какъ можно судить по названію възжа, усвоиваемому духовнымъ въ отличіе отъ людей некнижныхъ, называемыхъ невѣжами. Въ одномъ изъ поученій, помѣщенныхъ въ «Златой Цѣпи» говорится о страшной отвѣтственности приступающихъ къ св. причащенію держа гнѣвъ на кого-либо: «Аще ли есть возжа али невѣжа, рекше дыкъ или чтецѣ, или чернецъ или ерѣи, ω горе и горе таковымъ и прагорѣе всѣ грѣшныхъ» (л. 76 об. — 77 об.) Въ другомъ спискѣ поученія это мѣсто читается такъ: «аще ли невѣжа есть, или попъ, или епкпъ, или чернецъ, или діакъ — ω горѣ таковымъ». ³) Здѣсь понятіе невѣжа противополагается понятіямъ: попъ, епископъ, чернецъ, дьякъ; въ первомъ случаѣ рекше очевидно относится къ возжа, а слово невѣжа оставлено безъ понятія, имѣя одинаковый смыслъ съ словомъ простецѣ, простая чадь, и т. п. Въ той же рукописи, въ словѣ Христолюбца, указывается положительно, кому принадлежитъ названіе возжа: «не токмо же то творать невѣжи, но и возжи: попове и книжничи». — Что касается до призванія духовныхъ лицъ къ дѣлу книжному, къ просвѣщенію, то мысль объ этомъ была у насъ въ древности господствовавшею. Книга была необходимою принадлежностью быта духовнаго лица. Даже строгія аскетическія

1) Guizot, Histoire de la civilisation en Europe. 6 leçon. 1831, стр. 151 — 152.

2) Эти слова принадлежатъ Николаю Клервоскому (Nicolas de Clairvaux), ученику и секретарю Св. Бернарда, умершему въ 1186 году.

3) Сборникъ XVI в. въ Троицко-Сергіевой Лаврѣ. № 39, л. 43—44.

243

правила, предписывавшія совершенную нищету, не только доз-
воляли, но даже ставили въ обязанность інокамъ имѣть книги.
Въ нѣкоторыхъ монастыряхъ требованіе нищеты простиралось
до такой степени, что никто изъ монаховъ не имѣлъ права дер-
жать въ келіи ничего, ни даже хлѣба и воды; но книги были и
должны были быть у всѣхъ и каждаго. Въ жизнеописаніи Св.
Кирилла Бѣлозерскаго сказано, что онъ «в келіи ничто же не
веляте имѣти, ниже своимъ звати... хлѣб же или вода или
ино что каково в келіи никакоже обрѣташа, кромѣ еже руки
умыти. Аще ли кто к кому пришти случис himself, ничтоже бяше въ
келіи видѣти, развѣвъ иконы и книги.»¹) Если обратить вниманіе на
подобные факты и принать въ соображеніе общую судьбу Евро-
нейской образованности, то въ надлежащемъ свѣтѣ явится во-
просъ о направленіи древнерусской письменной словесности и о
томъ, что представители ея были преимущественно лица ду-
ховныя.

Впрочемъ мы коснулись вопроса объ образованности только
по связи его съ выраженіемъ усвоенныхъ ею идей на извѣст-
номъ, общедоступномъ языкѣ. Въ этомъ отношеніи замѣчатель-
но, что при извѣстіи о человѣкѣ образованномъ, въ лѣтописи
обыкновенно упоминается о его поучительныхъ бесѣдахъ въ
кругу людей, дорожившихъ разумнымъ словомъ. О митрополи-
тѣ Юаннѣ говорится: «бысть мужъ хытрѣ книгамъ и ученью, ла-
сковъ же ко всякому богату и убогу, книгами святыми утѣшая
печальныя». О Ростовскомъ епископѣ Пахоміѣ: «бѣ избранникъ
Божій, ласковъ ко всякому убогому, исполненъ книжнаго ученья,
всѣми дѣлы утѣшая печальныя»,2) и т. д., и т. д. Подобныя из-
вѣстія указываютъ на образъ пониманія предками нашими до-
стоинства и назначенія знаний. Едва ли мы подвергнемъ себя
упреку въ произвольномъ примѣненіи, если скажемъ, что во
взглядѣ на нравственно религіозное образованіе, господствовав-
шемъ въ древней Руси, представляется сходство съ воззрѣніемъ
одного изъ великихъ христіанскихъ мыслителей, на творенія
коего не ссылался рѣдкій изъ древнихъ писателей нашихъ.

1) Сборникъ Троицко-Сергіевой Лавры. № 31, л. 297 об.

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей, І, 89 и 185—187.

244

М. И. СУХОМЛИОВА,

«Когда я молюсь на незнакомомъ языкѣ, говоритъ онъ, то хотя
духъ мой и молится, но умъ остается безъ плода. Лучше хочу
сказать пять словъ, чтобъ и другихъ наставить, нежели тьму
словъ на незнакомомъ языкѣ.»¹) — Характеръ знаній въ древній
періодъ нашего быта былъ одинъ и тотъ же и для духовнаго
сословія и для свѣтскаго, и для высшаго и нисшаго классовъ,
и для обоихъ половъ. И всюду равно употреблялся одинъ и
тотъ же языкъ, бывшій единственнымъ выразителемъ мысли
для всѣхъ и каждого. О просвѣщеніи и дарованіяхъ свѣтскихъ
людей лѣтописцы kontaktуются почти въ такихъ же выражені-
яхъ, какъ и о лицахъ духовныхъ. Всѣ отзывы ихъ въ родѣ
слѣдующаго о князѣ Василькѣ: «бѣ же сердцемъ лугокъ, до бо-
яръ ласковъ; мужество и умъ въ немъ живяше, правда же и ис-
тина съ нимъ ходяста; бѣ бо всему хвѣтрѣ и гораздо умья» и
пр. ²) Люди высшаго класса, сильные міра сего «прилежно тре-
бують книжнаго почитаніа», говоритъ Кириллъ Туровскій, и онъ
же занятіе книжнымъ дѣломъ вмѣняетъ въ обязанность всѣмъ
сословіямъ безъ исключенія: «момъ вы, потщитеся прилежно
почитати святыя книги». ³) Какъ ни скудны извѣстія объ уча-
стіи женщинъ въ общественномъ развитіи древней Руси; но и
по нѣкоторымъ замѣткамъ, сообщеннымъ вскользь, видно, что
условія образованности были одинаковія для женщинъ, какъ и
для мужчинъ. О князѣ Евфросиніи Полоцкой сохранилось

1) 1-е посл. къ Кориновянамъ. XIV, 14 и 19. — О сочувствіи предковъ нашихъ къ произведеніямъ апостола Навла свидѣтельствуетъ одинъ изъ духовныхъ писа- телей нашихъ XV вѣка. «Егда въ святій церкви, говоритъ митрополитъ Ёедосій, начется о Павлѣ бесѣда, како отвсюду, яко же пчелы на събраніе цвѣтовъ от- всюду, стичются иже надъ властьми, иже подъ властьми, богатіи и нищіи, мудріи и немудріи. многоученіи и малоученіи, съ просители готовословиц, иже въ видѣніи и дѣяніи, иже высокаго священникія сана, иже иночскаго чина мужіе и жены, всякъ възрастъ, вси чюдятся мужа премудрости.» Примѣніость учевія великаго апостола къ духовнымъ нуждамъ всѣмъ и каждаго, и вмѣстѣ съ тѣмъ его непо- стижимая глубива изображаются весьма нагляднымъ сравненіемъ. «Яко же глубо- ка нѣкая вода — проложжаетъ нашъ писатель — всѣмъ на всяку потребу предле- жить, еже пити, еже варити, еже изъмыватися, еже сады напаати, еже плавати, еже рыбы ловити, глубина же тоя викомуже вѣдома есть. Тако и Павловы словеса всякому виду добродѣтели слышащихъ учитъ, высотою же и разумомъ всѣхъ превѣсходля.» (Рсь XV в., принадл. г. Ундольскому. См. Извѣстія 2-го Отдѣлен. Академіи Наукъ. Т. 2. 1833. стр. 327.)

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей. І, 199.

3) Памятники Российской Словесности XII вѣка. стр. 132—133.

245

преданіе, что она нѣсколько времени жила при церкви и зани-
малась списываніемъ книгъ, какъ занимались имъ и многіе епис-
копы и князья. Княгиня Верхуслава, дочь Всеволода III, прини-
мала самое живое участіе въ судьбѣ двухъ современныхъ ей
писателей, Симона и Поликарпа,¹) а это показываетъ сочувствіе
княгини къ ихъ литературной дѣятельности. Женщина воспиты-
вала князя Михаила Ярославича Тверскаго, и въ данномъ ему
образованіи естественно выразился вкусъ воспитательницы.
Михаилъ Ярославичь былъ сынъ великой княгини Ксеніи, и
премудрая мать, говоритъ лѣтописецъ, воспитала его въ страхѣ
Господнемъ, «и научи святымъ книгамъ и всякой премудро-
сти». ²) Святыя книги являются у насъ на общепонятномъ языкѣ
еще со временъ Св. Владиміра, а потому на этомъ языкѣ пре-
подавалась и «всякая книжная премудрость». Не только исторія,
даже поэзія народная сохранила воспоминаніе о томъ, что когда
то всѣ Русскіе дѣлились мыслію и чувствомъ только на родномъ
языкѣ. Въ одной изъ былинъ про времена Владиміра разсказы-
вается о его желаніи найти себѣ невѣсту. Владиміръ былъ идеа-
ломъ народной поэзіи, и выборъ его долженъ былъ отвѣчать
его высокимъ достоинствамъ, по понятію нихъ народа. Тре-
бованія свои Владиміръ выражаетъ въ былинѣ такъ:³)

вы ишшите мнѣ невѣстушку хорошую,
вы хорошую и пригожую,
што бѣ лицомъ красна и умомъ сверстна,
што бѣ умьла Рускую грамату
и четью-пътью церковному,
што бы было ково назвать вамъ матушкой,
ввеличать бы государыней.

И князю нашли невѣсту, «что и Русскую умѣетъ больно грамо-
ту, и четью-пѣтью горазда церковному». Въ этихъ словахъ,
удержанныхъ памятью народа, мы въ правѣ видѣть черту минув-

1) Въ посланіи къ Поликарпу, по рукописи синодальн. библ. № 163, Симе-
онъ говорить: «пишеть же мы книги (письмо) княгиня Ростиславля, Верхуслава:
аще ли и тысяща сребра расточити тебе ради и Поликарпа ради». Ср. Истор.
Государства Российскаго. III, примѣч. 171.

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей. V, 207.

3) Памятники и образцы народнаго языка и словесности, издаваемые при Из-
вѣстіяхъ 2-го Отдѣл. Академіи Наукъ. Томъ I, стр. 82.

246

М. И. СУХОМЛИОВА,

шаго быта, по крайней мѣрѣ въ той степени, въ какой, напри-
мѣрѣ, можемъ судить о требованіяхъ свѣтской образованности
въ началѣ ХІХ вѣка по отзыву Пушкина о своемъ героѣ: «онъ
по-Французски совершенно могъ изъясняться и писалъ», и т. п.

Всѣ приведенные мною факты указываютъ на употребленіе
людьми образованными общепонятнаго языка. Вмѣстѣ съ тѣмъ
указывается нѣкоторая связь его, какъ орудія знаній, съ чтені-
емъ святыхъ книгъ, а какъ Св. Писаніе переведено на Церков-
но-Славянскій языкъ, то возникаетъ вопросъ объ отношеніи
этого языка къ Русскому. Рѣшеніемъ его объяснится и то, ка-
кое участіе имѣлъ собственно Русскій языкъ въ судьбахъ нашей
древней образованности. Мнѣнія о Церковно-Славянскомъ и
Русскомъ языкахъ, существующія и существовавшія въ нашей
литературѣ, довольно разнообразны. Нѣкоторые считали Сла-
вянскій языкъ единственнымъ языкомъ нашей древней литера-
туры, употреблявшимся на счетъ Русскаго не только книжнаго,
но даже и разговорнаго. Другое, не столь рѣшительное, мнѣніе
ставило эти языки въ отношеніе не подчиненности, а взаимнаго
дѣйствія, оставляя за церковнымъ преимущество языка пись-
меннаго, и полагая, что Русскій хранился только въ разговорѣ
и пѣснѣ. Наконецъ Русскому языку возвращены его права, хо-
тя и не отвергнуто его близкое соотношеніе съ Церковно-Сла-
вянскимъ. Было нѣкогда въ ходу такого рода мнѣніе: Греки,
переводя священныя книги на Русскій языкъ, образовали его
по грамматикѣ и синтаксису своего древняго классическаго язы-
ка, и составили книжный или церковный языкъ. Духовенство
и высшій классъ народа употребляли книжно-Славянскій языкъ
не только въ письмѣ, но и въ разговорахъ, по крайней мѣрѣ до
вѣры относящихся; простолюдины подражали симъ двумъ выс-
шимъ государственнымъ сословіямъ.*) Въ другомъ свѣтѣ дол-
женъ былъ явиться вопросъ, когда древній языкъ нашъ под-
вергли основательному изученію, въ особенности когда утвер-
дилось историческое направленіе, такъ превосходно начатое
Востоковымъ, и изученіе Славянскихъ нарѣчій положило твер-
дую основу Русской филологіи. Самостоятельность двухъ род-

*) О подлинности Слова о Полку Игоревѣ. С. Руссова. 1834. стр. 6 — 7.

247

ственныхъ языковъ перестала возбуждать сомнѣніе. Впрочемъ
нѣкоторые изъ филологовъ остаются при мысли, что памятника
Русскаго языка являются никакъ не ранѣе XIII столѣтія; всѣ
же предшествовавшія произведенія Русской литературы писаны
по Церковно-Славянски. ¹) Почти въ одно время съ этимъ мнѣні-
емъ высказано другое, совершенно-противоположное, по кото-
рому не только наши лѣтописи, или Русская Правда, или Слово
о Полку Игоревѣ, но и творенія Кирилла Туровскаго входять
не только въ исторію Русской словесности, но и въ исторію
Русскаго языка. ²) Въ филологическомъ изслѣдованіи, из-
лагающемъ историческій ходъ Русскаго языка въ связи съ
нарѣчіями соплеменными, признается несомнѣннымъ, что до
XIII вѣка языкъ произведеній духовныхъ, языкъ лѣтописей и
языкъ администраціи былъ одинъ и тотъ же, и уже въ XIV вѣ-
кѣ языкъ свѣтскихъ грамотъ и лѣтописей примѣтно отдалился
отъ языка сочиненій духовныхъ. ³) Одинъ изъ достойнѣйшихъ
представителей современной филологіи, посвятившій свою дѣя-
тельность преимущественно изслѣдованію Церковно-Славянскаго
языка, высказалъ слѣдующее убѣжденіе: «Несправедливо было
бы утверждать, что каждая старая форма есть форма Церковно-
Словянская, потому именно, что она не находится въ Русскомъ
языкѣ. Понятіе, слѣдственно, о вліяніи Церковно-Словянскаго
языка на Русскій смѣшиваетъ два начала — Древне-Словян-
скій и Древній Русскій и едва ли не будетъ справедливѣе при-
знать въ развитіи языка нашего, вмѣсто вліянія Церковно-Сло-
вянскаго языка, постепенное изчезаніе старыхъ и возниканіе
новыхъ формъ.» Далѣе авторъ дѣлаетъ замѣчаніе о связи Цер-
ковно-Славянскаго языка съ судьбами нашей образованности.
«Въ исторіи нашего просвѣщенія — говорить онъ — не столько
важенъ вопросъ о вліяніи Церковно-Словянскаго языка на Рус-
скій, сколько обратно вліяніе Русскаго на Церковно-Словян-
скій. Внесенный вмѣстѣ съ св. книгами, онъ примѣнялся къ

1) Ломоносовъ въ исторіи Русской литературы и Русскаго языка. К. Аксакова. стр. 161 и др. Положеніе VI.

2) Объ элементахъ и формахъ Славяно-Русскаго языка. М. Каткова. стр. 216 — 217.

3) Мысли объ исторіи Русскаго языка. И. Срезневскаго. стр. 95 — 96.

248

М. И. СУХОМЛИНОВА,

народному выговору, упрощивалъ свой составъ, но не прини-
мая въ себя ничего, что рознитъ Русскія нарѣчія, усвоилъ то,
что ихъ соединаетъ. Дѣйствительно въ немъ есть много Рус-
скаго, но ничего Мало-Россійскаго, ничего Велико-Русскаго, ни-
чего Бѣло-Русскаго. Онъ былъ связью племенъ, нарѣчій, былъ
символомъ единства Россіи.»¹)

Не входя въ неумѣстное въ настоящемъ случаѣ разсмотрѣ-
ніе съ точки зрѣнія современной филологіи вопроса о взаим-
номъ влѣяніи Церковно-Славянскаго и Русскаго языковъ, мы
желали бы указать, какъ сами древние писатели наши понимали
своїства литературнаго языка. По всѣмъ соображеніямъ Рус-
скій языкъ и Славянскій не представлялись въ сознаніи предковъ
нашихъ двумя различными языками. Еще Несторъ говоритъ,
что «Славянскій народъ и Русскій одинъ и тотъ же, и прозванъ
Русскимъ отъ Варяговъ; Поляне получили особое названіе, по-
тому что жили въ поляхъ, рѣчь же, языкъ ихъ былъ тотъ же
Славянскій.»²) Слѣдовательно, онъ признаетъ, что слова Славян-
скій и Русскій значатъ тоже самое, только первое слово — наше
туземное, послѣднее — пришлое, варяжское. Есть извѣстіе, что
Св. Константинъ, первоучитель Славянскій, нашелъ въ городѣ
Корсуни Евангеліе и Псалтирь «росьскы ппсмень писано» и чело-
вѣка говорившаго по-Русски.³) Несторъ же говоритъ, что при
Ярославѣ переводили «отъ Грекъ на словѣньское письмо»: по всей
вѣроятности языкъ обоихъ переводовъ припадлежалъ одному и
тому же Славянскому племени. Со временъ Нестора и въ по-
слѣдующіе вѣка слова Русскій и Славянскій употреблялись одно
вмѣсто другаго. Максимъ Грекъ, дѣлая замѣчанія о правиль-
нѣйшемъ переводѣ Св. Писанія и обвиняя позднѣйшихъ книж-
никовъ, отдаетъ справедливость древнѣйшимъ «приснопамятнымъ
преводникомъ святыхъ писаніи отъ Греческаго языка на Рус-
кыи».⁴) Въ старинныхъ «азбуковникахъ» читаемъ: «въ нашихъ
Словенскаго языка книгахъ многи рѣчи намъ Славяномъ неудобь

¹) Статьи, касающиеся древняго Словянскаго языка. В. Григоровича. Казань. 1852. стр. 14 — 15.

2) Полное собрание Русскихъ лѣтописей. І, 12.

3) Вѣкъ Болгарскаго царя Симеона, соч. С. Палаузова. стр. 64.

4) Въ словѣ «о исправлении книжномъ».

249

разумни обретаются, ихъ же не удоволишася или не потщаша-
ся на Руски языкъ преложити». Редакція этихъ словарей отно-
сится въ XVI и XVII в., и къ употребленіи словъ: Русскій и
Славянскій нѣтъ разницы отъ памятниковъ ХІ вѣка. Тожество
языковъ Славянскаго и Русскаго, признавалось не только Рус-
скими, но и другими Славянами. Въ Сербіи было въ XV столѣ-
тіи мнѣніе, что Св. Писаніе первоначально переведено на «Рус-
скій тончайшій» языкъ. *) Но если не было разницы въ назва-
ніи, то, быть можетъ, въ самомъ употребленіи люди книжные
съ намѣреніемъ избирали языкъ церковный, писали по-Церковно-
Славянски, между тѣмъ какъ массы говорили по-Русски. Такое
мнѣніе, какъ извѣстно, не новость въ нашей литературѣ. Что
между Русскими авторами были писавшіе по-Церковно-Славян-
ски, это не подлежитъ сомнѣніо. Исторія Церковнаго языка
тѣсно связана съ исторіею Русской письменности; различные
періоды Церковно-Славянскаго языка имѣли въ Россіи предста-
вителей. Но мы имѣемъ здѣсь въ виду большинство писателей
и ихъ личный взглядъ на языкъ, которымъ они писали. На-
сколько можно уловить этотъ взглядъ въ древнихъ памятни-
кахъ, онъ показываетъ намъ, что исключительное употребленіе
церковнаго языка на счетъ Русскаго вовсе не входило въ намѣ-
ревеніе нашихъ древнихъ писателей. Занимаясь трудомъ литера-
турнымъ, они далеки были отъ мысли придать языку изыс-
канную форму, непохожую на ту, которая являлась,
по самому духу языка, въ живомъ говорѣ народа. Самое на-
правленіе литературы преимущественно поучительное и связан-
ная съ нимъ необходимость быть общепонятнымъ предохраня-
ли писателей отъ исключительности. Желаніе объяснить какую-
либо истину или событіе составляло одно изъ условій, а весьма
часто и главную цѣль литературнаго труда. При этой цѣли
нельзя было не стараться передать мысль въ формѣ наиболѣе
общедоступной, и стремленіе къ общедоступности выраженія
замѣчаемъ дѣйствительно у многихъ изъ нашихъ писателей.
Если слово, употребленное въ поученіи, считали не для всѣхъ
понятнымъ, то вслѣдъ за нимъ предлагали и объясненіе. Въ

*) Статьи, касающіяся древняго Словянскаго языка. В. Григоровича. стр. 11.

250

М. И. СУХОМЛИНОВА,

словѣ о страхѣ Божіемъ за увѣщаніемъ: «потицимся вѣчныхъ избыти мукъ нелицемѣрною любовію» слѣдаетъ объясненіе: «Сиже лицемѣрство нарицается, иже богатыхъ дѣля стыдятся, аще неправду дѣютъ, а сироты озлобляти». *) Въ поученіи, помѣ- щенномъ въ Златой Цѣпи (л. 43 об. — 45) такъ объясняет- ся слово врагъ: «Миръ держите не только съ любовникъы, но и со враги своими: вѣдомо же свои врази намъ то сут, аще ли кто кому сна (= сына) или брат зарѣзалъ» и т. п. Тѣмъ не менѣе, такъ называемые, книжный и разговорный язы- ки представляли между собою явственное различіе. Оно зависѣ- ло отъ характера современной образованности и ея выразитель- ницы — литературы. Сосредоточивалось на предметахъ религіоз- ныхъ, мысль писателя оставалась въ высшей сферѣ умственной дѣятельности, была иначе настроена, нежели мысль человѣка, думавшаго о житейскомъ благосостояніи, или о борьбѣ и добы- чѣ, о пирахъ, и т. п. Различіе въ настроевіи мысли не могло не обнаружиться въ различіи слова, и дѣйствительно вырази- лось, но только не употребленіемъ двухъ различныхъ, хотя и соплеменныхъ языковъ, а въ образованіи двоякаго слога одного и того же языка. Что такое явленіе было рѣшительно неизбѣж- но въ исторіи нашего языка, всего лучше доказывается многи- ми новѣшими попытками сдѣлать народныя нарѣчія литера- турными. Чѣмъ болѣе авторы переходили въ область предметовъ отвлеченныхъ, тѣмъ болѣе ихъ книжный слогъ отходилъ отъ разговорнаго. Что же касается до древнихъ нашихъ писа- телей, то они имѣли свои понятія о красотѣ и приличіи слога, и, руководствуясь ими, заботились о достоинствѣ образовъ и выраженій, не допуская ничего плоскаго и тривіального. Вы- боръ ихъ, часто довольно строгій, имѣлъ одну цѣль — сохра- нить въ выраженіи достоинство выражаемой идеи. Въ подтвер- жденіе словъ нашихъ приведемъ доказательства, представляе- мыя произведеніями древнихъ нашихъ писателей. Изъ нихъ одинъ принадлежитъ почти къ началу нашей древней словесно- сти, другой завершаетъ ее своими твореніями. Съ намѣреніемъ

*) Златоустъ. Рукопись Московской Духовной Академіи, XVI в., полуустав. л. 54.

251

выбираемъ два крайніе предѣла, чтобъ очевиднѣе было сходство во взглядѣ на разсматриваемый предметъ до самаго исхода древняго періода. Достопамятный витія нашъ XII вѣка, Кириллъ Туровскій, бесѣдуя о взаимномъ отношеніи души и тѣла, видимо стремился такой высокій предметъ объяснить самымъ доступнымъ образомъ. Но здѣсь встрѣтилось ему затрудненіе. Высокость идеи требовала избѣгать напоминанія о предметахъ ежедвевнаго быта, между коими есть и тривіальные. Существенная же цѣль бесѣды, сообщеніе идеи слушателямъ, заставляла пребѣгать именно къ этимъ предметамъ. Нашъ авторъ уступилъ послѣднему требованію, провелъ по всему слову образъ, взятый изъ ежедневной жизни, и только просилъ простить ему этотъ образъ, чѣмъ и выразилось его уваженіе къ идѣ. Его литературные пріемы весьма любопытны, какъ черта вѣка. Онъ сравниваетъ душу и тѣло, различнымъ образомъ подвигающіе чело- вѣка на грѣхъ, съ хромымъ и слѣпымъ, приставленными къ саду для сбереженія плодовъ, и склоняющими другъ друга къ нарушенію данной имъ обязанности. «Однажды, говоритъ онъ, слѣпой спросилъ у хромаго: что за пріятный запахъ долетаетъ ко мнѣ? Хромой отвѣчалъ: много прекрасныхъ плодовъ у господина нашего: сладость вкуса ихъ нельзя и разсказать словами. Но онъ себѣ на умѣ: приставилъ тебя слѣпаго, а меня хромаго, чтобы мы не могли пойти и насытиться «благынь» его. Слѣпой ему въ отвѣтъ: за чѣмъ же ты прежде не сказалъ мнѣ объ этомъ, и мы похитили бы данное въ наше распоряженіе. Хоть я и слѣпъ; но имѣю ноги и силу, могу понести тебя и другую ношу... Если меня спроситъ господинъ о покражѣ, я скажу: ты же знаешь, что я слѣпъ; если тебя, скажи: я хромой и не могу туда дойти. И такъ перехитримъ своего господина и получимъ свою плату. Хромой сѣлъ на слѣпаго, пришли и обо- крали все, что было внутри.» Сказавши это, авторъ счелъ нуж- нымъ обратиться къ слушателямъ съ слѣдующимъ извиненіемъ: «не обвиняйте меня, братія, въ грубомъ способѣ, какимъ объ- ясняю я Св. Писаніе. Какъ птица, когда ноги ея завязли, не можетъ взлетѣть на высоту воздушную, такъ и мнѣ, увязшему въ тѣлесныхъ похотяхъ, невозможно бесѣдовать о духов- номъ: не слагаются слова грѣшника, не имѣя влаги Св. Ду-

252

М. И. СУХОМИНОВА,

ха.»*) Эта оговорка доказываетъ, что ораторъ былъ самъ нѣсколь-
ко озадаченъ употребленнымъ имъ сравненіемъ. Его смутила, ви-
димо, не трвійальность словъ, а трвійальность самой картины: во-
ображенію представился видъ калѣки, сѣвшаго верхомъ на слѣп-
ца. Слѣдовательно не слово, а предметъ казался неприличнымъ,
и предметами-то собственно, а не словами оскорблялся вкусъ и
позднѣйшихъ писателей. Но такъ какъ предметъ и его названіе
тѣсно связаны между собою, то мало по малу замѣненіе словъ об-
щенародныхъ Церковно-Славянскими входило въ обычай, уси-
лившійся къ концу древняго периода. Что этотъ обычай не ско-
ро вытѣснилъ древнее употребленіе, доказываетъ примѣръ пи-
сателя, заключающаго, какъ мы сказали, рядъ древнихъ писа-
телей нашихъ. Я говорю о Св. Димитріѣ (1651 — 1709). Въ
розыскѣ о Брынскомъ расколѣ, онъ высказываетъ въ предисло-
віи свои понятія о различіи слога по разности предметовъ. Ав-
торъ просить читателей не удивляться въ его книгѣ просторѣ-
чію и некрасному сочиненію, оправдывая себя тѣмъ, что писалъ
для самыхъ препростыхъ людей. При этомъ указываетъ на при-
мѣръ Златоуста и самого Спасителя. Одинъ разъ, говоритъ онъ,
когда Златоустъ училъ въ церкви, женщина возвала къ нему:
учитель духовный! глубокъ колодезь твоего ученія, а верви ума мо-
его слишкомъ коротки, чтобы почерпнуть изъ такого глубокаго
колодезя. Съ тѣхъ поръ ораторъ отложилъ риторствованіе и дер-
жался просторѣчія. Самъ Христосъ, бесѣдуя съ людьми книж-
ными простиралъ къ нимъ слова, исполненныя божественной
премудрости, приводя свидѣтельство отъ книгъ пророческихъ; про-
стому же народу говорилъ простыми притчами: царство небес-
ное уподоблялъ человѣку, сѣявшему на селѣ, и купцу, и зерну
горчичному, и квасу, который женщина скрыла въ трехъ мѣ-

*) Памятники Российской Словесности XII в. «Сѣдащема же има етеро время, рече слѣпецъ къ хромцо: что се убо благоуханіе извнутрьюду вратъ полетаетъ на мя? Отвѣща хромьць: многа благая господина наю внутрь суть, ихъ же вкуше- ніа неизреченна сладость; но повеже премудръ есть наю господинъ, и носали тебе слѣпа, мене же хромаго, и не можевъ никакоже тѣхъ доити, и насытитися бла- гынь. Отвѣща слѣпецъ: да почто сего нѣси ми повѣдалъ прежде, да быховѣ не жадала, нѣ къ симъ данымъ намь въ область, да она быхомъ собѣ въехитили? Аще бо азъ слѣпъ есмь, во имамъ нозѣ и силенъ есмь, могій носити тебе и бре- мя... И тако упремудривѣ госпопина наю... Вьсѣдь же хромець на слѣпѣца, и до- шедша окрадоста вся внутренняя благаа господина своего. Но не своюйта, братіе,

253

рахъ муки, и т. п. (Матө. XIII, 3 – 50).*) Слѣдовательно, по мнѣнію Св. Димитрія, достоинство слога состоитъ въ заимствованія образовъ изъ Св. Писанія; въ простомъ же слогѣ образы берутся изъ ежедневнаго быта, отъ предметовъ самыхъ обыкновенныхъ и незначительныхъ. И такъ въ теченіе нѣсколькихъ вѣковъ почти одинаково понимались условія литературнаго языка. Разница только та, что Кириллъ Туровскій употребляемый имъ образъ выраженія признавалъ обычнымъ, лично ему принадлежащимъ, а Св. Димитрій допускаетъ его только для людей непросвѣшенныхъ. Св. Димитрій составляетъ во многомъ исключеніе изъ круга современныхъ ему авторовъ, сближаясь въ своихъ произведеніяхъ съ духомъ древней Русской словесности. Другіе же писатели XVII вѣка слѣдовали иному направлѣнію. Литература становилась все болѣе искусственною, а вмѣстѣ измѣнялся и слогъ. То, что было прежде простою потребностью приличія слога, какъ бы ни понимали его авторы, перешло въ XVII в. въ вычурность и претензію на щегольство. Могло служиться, что иные книжники, и въ письмѣ и отчасти лаже въ живомъ разговорѣ, стали гнушаться не тривіальнымъ образомъ, а самимъ словомъ, если оно ходило въ общемъ употребленіи народа. Тогда-то оттѣнки слога одного и того же языка переродились въ сознаніи употреблявшихъ его какъ бы въ два особенные языка. По крайней мѣрѣ къ такому заключенію ведетъ свидѣтельство филолога Лудольфа, автора Русской грамматики. Онъ утверждаетъ положительно, что Русскіе отличаютъ собственно Русскій языкъ (lingua Russica) отъ языка Славянскаго (lingua Slavonica). Лудольфъ говоритъ, что у Русскихъ Славянскій языкъ есть языкъ богослуженія и церковныхъ книгъ; кромѣ того безъ помощи его нельзя ни писать, ни разсуждать о пред-

на мою грубость, нелѣпо (т. е. некрасиво, неискусно, неизящно) образъ писаніа поставляющи ми, якаже и по вогу вязаща птица вѣсть мощко възлетѣти на аерьскую высоту, сице и мнѣ, въ тѣлесныхъ вязящему похотехъ, невѣзможно о духовныхъ бесѣдовати, не слагаетьбыс грѣшнича словеса, не имуще влагы Святаго Духа.» стр. 139—141. Въ самомъ языкѣ, даже суда по этому краткому отрывку, много руссизмовъ: не говоря о формахъ, общихъ древне-Русскому языку съ Церковно-Славянскимъ, какъ неопределенное наклоненіе на и, двойственное число и т. п.: доити, можевъ и проч., много чистыхъ руссизмовъ: собы, хромщо, жадати и проч.

*) Розыскъ о расколнической Брынской вѣрѣ. 1709. стр. 2 и слѣд.

254

М. И. СУХОМЛИНОВА,

метахъ учености и познаній, и чѣмъ ученѣе кто хочетъ про-
елыть, тѣмъ больше славянизмомъ употребляетъ и въ рѣчи и
въ письмѣ. Въ обыкновенномъ же разговорѣ никто не употреб-
ляетъ Славянскаго языка, да и названій многихъ вещей, необ-
ходимыхъ въ ежедневномъ быту, нѣтъ въ Славянскихъ книгахъ.
Даже подсѣдиваются надъ тѣмъ, кто черезчуръ любитъ кра-
сить обыкновенную рѣчь славянизмами, такъ что у Русскихъ
есть поговорка: «говорить должно по-Русски, а писать по-Сла-
янски» — loquendum est Russice et scribendum est Slavonice. ¹)
Свидѣтельство Лудольфа относится къ концу XVII вѣка, и под-
тверждается свидѣтельствомъ Русскаго писателя, образовавшагося
въ самомъ началѣ XVIII в., именно Тредьяковскаго (род.
1703). Въ «Тѣдѣ на островъ Любви», переведенной имъ, когда
онъ былъ еще студентомъ, Тредьяковскій говоритъ, обращаясь
къ читателю: «На меня, прошу васъ покорно, не изволте погнѣ-
ваться, (буде вы еще глубокословныя держитесь славенщизны) что я
оную не Славенскимъ языкомъ перевелъ, но почти самымъ про-
стымъ Русскимъ словомъ, то есть каковымъ мы межъ собой го-
воримъ.» Самая важная причина этому состояла въ томъ, что
«языкъ Словенской, продолжаетъ авторъ, нынѣ жестокъ моимъ
ушамъ слышится, хотя прежде сего не только я имъ писывалъ,
но и разговаривалъ со всемъи: но за то у всемъ хъ я прошу прошенія,
при которыхъ я съ глупословіемъ моимъ Славенскимъ особымъ
рѣчеточцемъ хотѣлъ себя показывать.»²) Слова Тредьяковскаго

¹) Henrici Wilhelmi Ludolfi Grammatica Russica. Oxonii. 1696. «Ideo autem Russis cognitio linguae Slavonicae necessaria est, cum apud ipsos non tantum S. Biblia et reliqui libri impressi, quibus sacra peraguntur, Si vonico idiomate solummodo extent, verum etiam de materiis eruditionem vel scientias spectantibus neque scribere neque disserere liceat, nisi lingua Slavonica in usum advocetur. Quamobrem quo quis doctior caeteris reputari vult, eo plus Slavonici sermonibus et scripturae immiscet, licet nonnulli ridere illos soleant, qui in communi sermone Slavonica nimium affectant... Sed sicuti nemo erudite scribere vel disserere potest inter Russos sine ope Slavonicae linguae, ita e contrario nemo domestica et familiaria negotia sola lingua Slavonica expediet, nomiña enim plurimarum rerum communium, quarum in vita quotidiana usus est, non extant in libris, e quibus lingua Slavonica haurienda est.» Praefatio. Lудольфъ замѣчаетъ, что только одна книга вапечатана на народномъ языке (vulgari dialecto), именно Уложеніе; но и тамъ нѣкоторые обороты составлены по Славянской грамматикѣ. Изъ писателей всѣхъ болѣе, по его мнѣнію, воздерживается отъ славянизмовъ Симеонѣ Полоцкій, но не смотря на то въ сущности у него все Славянское — omnia sunt Slavonica.

²) Сочиненія Тредьяковскаго, изд. Смирдина. 1849. Т. III, стр. 649—650.

255

показываютъ, что и самъ онъ говорилъ по-Славянски, а также,
судя по выраженію: «если вы еще держитее славенщизны»,
что въ его время были еще люди, для которыхъ имѣла значе-
ніе приведенная Лудольфомъ поговорка о языкахъ Славянскомъ
и Русскомъ. Такое разъединеніе двухъ элементовъ Русскаго
языка является уже въ позднѣйшую, переходную эпоху, но оно
было чуждо древнему периоду.

Даже въ XVII столѣтіи произведенія писателей просвѣщен-
ныхъ отличались отъ произведеній авторовъ, неполучившихъ
образованія, не столько особенностями языка, сколько высотою
и направленіемъ мысли, не вполнѣ доступными для людей не-
образованныхъ. Въ этомъ отношеніи весьма любопытнымъ па
мятникомъ служить опытъ нашего литератора самоучки писать
простымъ и общедоступнымъ языкомъ въ противоположность
цвѣтистому краснорѣчію извѣстнѣйшаго стилиста того времени —
Симеона Полоцкаго. Взявъ за образецъ «Обѣдъ душевный» и
«Вечерю душевную» этого оратора, одинъ священникъ «на Орлѣ
городкѣ», Пермской губерніи, составилъ (около 1684 г.) рядъ
поученій подъ названіемъ Статирѣ. Кромѣ идеи и плана сочи-
ненія, авторъ заимствовалъ у С. Полоцкаго много отдѣльныхъ
мѣстъ въ «словахъ», и способъ передачи этихъ мѣстъ любо-
пытнѣе, что, по свидѣтельству автора, слогъ С. Полоцкаго былъ
невразумителенъ простымъ людямъ: «Обѣдъ же и Вечерю отца
Симеона П. слогъ, тая простѣйшимъ людемъ за высоту словесъ
тяжка бысть слышати.» Поэтому въ Статирѣ можно бы ожи-
дать совершенно другихъ словъ и оборотовъ при выраженіи мы-
сли, заимствованной изъ сочиненій Полоцкаго. Но на дѣлѣ вы-
ходитъ иное: представимъ фактическія доказательства. Въ Сло-
вѣ въ недѣлю 3-ю по Пасхѣ читаемъ въ Статирѣ: «Нѣсть жи-
ваго с мртными (= мертвыми), нѣсть во гробѣ истощившаго
гробы, нѣсть во тли нетлѣннаго, воста животъ отъ гроба; но
престаните отъ слезъ и пріимите радость, и возвратитеся вспять,
и рцүите оученикомъ и Петрови, да идутъ въ Галилею и тамо
Его оузрятъ, якаже прежде рече имъ.» *) У Симеона Полоцкаго

*) Статиръ, рукопись Румянцевскаго музеума, № 411, по описанию Востокова; л. 39 об. — 40.

256

М. И. СУХОМЛИНОВА,

въ «Обѣдъ душевномъ» тоже самое выражено слѣдующимъ об-
разомъ: «Нѣсть живый съ мертвыми. Нѣсть во гробѣ испраз-
новый гробы. Нѣсть во тли нетлѣнный, воста животъ отъ гро-
ба.... Радуйтеся, идите возвѣстите братіи моей, да идутъ въ
Галилею, и тамо мя видятъ.»¹) Приведенныя слова начинаютъ
и оканчиваютъ повѣствованіе, занимающее три страницы. Вы-
раженія въ проповѣди С. Полоцкаго, опущенныя нашимъ Перм-
скимъ авторомъ, составляютъ распространеніе той же самой мы-
сли, т. е. что Спаситель воскресъ. Распространенія имѣютъ видъ
риторическихъ фигуръ: единоначатія, обращенія и т. п.: «Во-
ста первенецъ изъ мертвыхъ, яко женихъ отъ чертога. Воста
яко спя Господь и воскресе, спасая родъ человѣческій. Воста,
да и мы востанемъ отъ грѣха во спасені, и во животъ отъ
смерти» и т. д., или: «плачутъ и миро приносятъ; плачутъ не
цѣны мира тщеты» и пр. — Въ словѣ въ недѣлю 4-ю по Пасхѣ
въ Статирѣ: «Можаше и сей помыслити в себѣ сице: кто есть
сей, вопрошаяй мя: хощеши ли целъ быти, вѣсть, яко больный ни-
чтоже желаетъ паче здравія, ничтоже любить паче целости тѣлес-
ныя, видитъ мя бѣдна, разслабленна, неимуща никогоже помогаю-
ща, и толико лѣтъ присѣжу здѣ не иныя ради вины, точію здравіе
получу отъ воды, обаче вопрошаетъ мя: хощеши ли цѣлъ быти?
Не оутѣшити мою бѣдность сей прииде, но токмо поругатимися
окаянному. Но ничтоже сего помысли, ниже что мало показа въ сѣ-
бѣ нетерпѣнія.²) Въ словѣ въ туже недѣлю у Симеона Полоцкаго:
«Можаше бо в себѣ помыслити сице: кто сей есть, вопрошаяй
мя: хощеши ли цѣлъ быти; вѣсть, яко больнымъ ничтоже есть
желателнѣе здравія, ничтоже любительнѣе цѣлости: видитъ мя
бѣдна, разслабленна, неимуща доброты и движенія, прилежаща
купѣли не иныя вины ради, точію да цѣлость получу воды воз-
мущенiemъ, обаче вопрошаетъ мя: хощеши ли цѣлъ быти; не
оутѣшити мя бѣднаго сей прииде, но поругатися окаянному.
Сице же мысля, можаше поне возроптати на вопросивша: обаче
ничтоже онъ сицево помысли, и ни мала знаменія показа по

1) Книга Обѣдъ душевный, Симеопа Полоцкаго, напечат. въ Москвѣ 1681 г.,
л. 28 об. — 30.

2) Рукопись «Статиръ», л. 47.

257

себѣ нетерпѣнія»¹). Въ свою очередь, авторъ позволялъ себѣ
иногда прибавить два-три выраженія къ оригиналу. Такъ въ
1-мъ Словѣ въ день Вознесенія Симеонъ Полоцкій говорить
отъ лица «оставленныхъ»: «Отче, оучителю и Господи, вскую
ны тако сиры оставляеши, яко овцы посредѣ волкъ безъ па-
стыря, и яко корабль посредѣ моря безъ кормчія»²). Соотвѣт-
ствующее мѣсто въ Статирѣ: «О оучителю нашъ и Господи,
вскую ны сиры оставляеши, яко овцы посредѣ волковъ бес па-
стыря; яко голуби посредѣ растерзателныхъ ястребовъ, и яко
корабль посредѣ свирѣпаго моря на разбитіе волнамъ горо-
подобнымъ без кормчія, и яко виноградъ зеленый бес стража
на потоптаніе онагромъ и осломъ дивімымъ»³). Такого же рода,
какъ приведенныя нами, и всѣ другія заимствованія автора Ста-
тира изъ твореніі Симеона Полоцкаго. Изъ сличенія мѣстъ
заимствованныхъ съ другими мѣстами оригинала оказывается,
что позднѣйшій составитель поученій выбиралъ изъ своего
образца только то, что считалъ понятнымъ всѣмъ и каждому,
оставляя нетронутыми мысли отвлеченные и положенія за-
мысловатыя. Видно, что не слова и даже не сочетаніе словъ
у С. Полоцкаго были чужды его подражателю, а предметы,
выраженные этими словами. Различіе въ предметахъ, доступ-
ныхъ сознанію и сочувствію обоихъ писателей, опредѣлялось
различіемъ ихъ въ степени образованія. Житель малоизвѣст-
наго уголка Россіи, человѣкъ, который, по собственному при-
знанію, и не слышалъ какъ учатся грамматикѣ, а фило-
софіи и въ глаза не видѣлъ⁴), не могъ соперничать съ орато-
ромъ столицы, питомцемъ академій и воспитателемъ Наслѣд-
ника Престола, ученымъ, обладавшимъ обширными свѣдѣнія-
ми и любившимъ приводить своимъ слушателямъ не только
слова Св. Писанія и Отцевъ Церкви, но и мнѣнія Демосовена,

1) Обѣдъ душевный, л. 44 – 44 об.

2) Тамъ же, л. 72.

3) Статиръ, л. 77–77 об.

4) «Окромѣ буквы, часослова и псалтыри ничтоже учих, и то несовершено, граматикіи же ниже слышах, како ея навыкаютъ, а эрзя ея ано иноязычна ми эрит-ся, риторики же ни мало покусихся, а философію ниже очима видахъ, мудрыхъ же мужей ниже гдѣ на пути в лице ศрѣтохъ». Статиръ. Предисловіе къ читателю, л. 6 об.

УЧ. ЗАЦ. — Б. 1

17

258

М. И. СУХОМЛИНОВА,

Гераклита и другихъ представителей образованности древ-
няго міра.

Примѣръ замѣчательнаго Пермскаго литератора показы-
ваетъ, что и въ концѣ древняго періода нашей словесности,
какъ и въ его началѣ, литературныя произведенія различались
между собою, въ понятіи ихъ современниковъ, болѣе предме-
тами и цѣлью, нежели языкомъ въ собственномъ смыслѣ.
Языкъ же, по своему составу, по словамъ и ихъ соединенію въ
ходѣ рѣчи, оставался всегда общедоступнымъ, не препятствуя
разумѣнію мысли, если мысль была такого рода, что для
усвоенія ея требовалось одного только знанія языка.

Все сказанное приводитъ къ заключенію, что литера-
турный языкъ въ древней Руси находился въ прямомъ со-
отвѣтствіи съ характеромъ самой литературы и съ образо-
ванностью народа, и служилъ залогомъ его народности. Ни
одинъ классъ народа, ни одинъ кругъ класса не измѣнялъ
родному слову. Это тѣмъ замѣчательнѣе, что, говоря вообще,
Русскіе были довольно знакомы съ языками иностранными.
Знаніе языковъ условливалось четырьмя обстоятельствами:
международными сношеніями, путешествіями, распростране-
ніемъ Вѣры и требованіемъ образованности. Сносясь со мно-
гими народами, близкими и отдаленными, Русскіе, по всей
вѣроятности, были знакомы съ иностранными языками бо-
лѣе, нежели другіе Европейцы. Это знакомство принадле-
жало всѣмъ классамъ безъ исключенія, и пріобрѣталось на-
выкомъ, безъ опредѣленной наукою методы. Хотя простое зна-
комство съ иностранными языками никакъ не можетъ идти въ
сравненіе съ основательнымъ, систематическимъ изученіемъ
языковъ, однако и оно не почитается современными фило-
логами за фактъ совершенно ничтожный въ умственной жизни
народа *). Значительно менѣе было число узнававшихъ чужіе

*) Cp. Ueber die Stellung der vergleichendcn Sprachwissenschaft in mersprachigen Ländern, von Schleicher. Prag, 1851, стр. 13: «Die vertrautheit mit uns im taglichen verkere lebendig entgegentretenden sprachen ist ein ungleich grössere,

259

языки въ путешествіяхъ. Этотъ недостатокъ замѣнялся изученіемъ языковъ нашими миссіонерами, которымъ нельзя не отдать полной справедливости: свѣдѣнія, пріобрѣтаемыя ими, были положительныя, взвѣстія о чужихъ языкахъ точныя. Озаряя свѣтомъ народы невѣрные, Русскіе въ свою очередь принимали просвѣщеніе, развившееся на югѣ Европы гораздо ранѣе, нежели на востокѣ и западѣ ея. Сочувствуя южно-Европейской образованности, они изучали языкъ Греческій; свойства его были предметомъ особеннаго вниманія, какимъ пользовались и произведенія, писанныя на этомъ языкѣ. Зная Греческій языкъ, предки наши не были равнодушны и къ его обычному спутнику въ исторіи просвѣщенія Европейскихъ народовъ — языку Латинскому. Но всѣхъ выше пѣнимъ и постоянно употребляемъ былъ родной языкъ. На немъ раздавалась пѣсня и повторялось преданіе старины: отъ колыбели и до могилы родные звуки окружали Русскаго человѣка. Понятный же, общедоступный языкъ оставался неизмѣннымъ орудіемъ и выраженіемъ образованности.

Въ предложенномъ очеркѣ мы старались представить въ совокупности данныя, которыми можетъ быть объяснено нѣсколько чертъ нашего минувшаго быта. Сообразно съ условиями кочерка», мы должны были приводить факты наиболѣе характеристическіе, будучи убѣждены, что пополненію фактами какихъ бы то ни было свѣдѣній нельзя назначить предѣлы. Намъ остается желать, чтобы неназванные нами факты служили не опроверженіемъ высказанныхъ въ очеркѣ мыслей, а подкрѣпили бы ихъ новыми доказательствами.

als die, welche wir uns in der schule erwerben bei sprachen, die im späteren leben nur verhältnissmässig seltener in rede und schrift zur anwendung kommen. schreiben wir mit recht der erlernuug mererer sprachen einen geistesbildenden einfluss zu, so wird da jene eigenthümliche geistesgewantheit, die bei dem gebrauche fremder sprachen erforderlich ist, in ungleich höherem masse erworben, wo in zwei sprachen gelebt wird, als da, wo sprachen in der schule erlernt werden.»

260 М. И. СУХОМЛИНОВА, О ЯЗЫКОЗН. ВЪ ДРЕВН. РОСС.

Самымъ вѣрнымъ путемъ къ избранной цѣли считали мы изученіе фактовъ, сохранившихся отъ той эпохи, когда бытъ, привлекающій къ себѣ въ наше время вниманіе науки, возбуждалъ не желаніе изслѣдовать его и объяснять, а живое сочувствіе людей, для которыхъ онъ былъ дѣйствительностью. Тѣмъ безпристрастнѣе свидѣтельства ихъ о томъ, изъ чего не желали извлекать какой либо идеи или теоріі, а что высказывалось невольно, по врожденному стремленію человѣка высказать то, что лежитъ у него на душѣ, надъ чѣмъ приходилось ему позадуматься, или что передать другимъ требовала его совѣсть. Поэтому мы признавали необходимымъ обращаться всегда къ несомнѣнному свидѣтельству фактовъ, и по возможности брать изъ нихъ только то, что они дѣйственно даютъ. Мы рѣшительно далеки были отъ желанія дать просторъ заранѣе мелькнувшей идеѣ, и еще далѣе — чувству. Съ одною мыслью не могли мы разстаться въ теченіе всего труда, съ мыслью — ближе узнать то, что «было и былью поросло», по прекрасному выраженію народной поэзіи, которая вмѣстѣ съ тѣмъ сознаетъ, что то, «что будетъ, будетъ не по старому, а по новому *)».

*) Русскія народныя сказки, изд. Сахаровымъ, 1844, стр. 95.

2

ПАМЯТНИКИ.

благочестивыхъ поступкахъ предшествовавшихъ папъ и объ
умѣренности новаго папы. Это упоминовеніе какъ нельзя лучше
относится къ Льву ІХ и Григорію VII, притязанія которыхъ
окончательно нарушили единство Церкви и всего болѣе повре-
дили Славянамъ. Если притомъ сообразить, что императоръ Ген-
рихъ IV былъ въ родствѣ и сношеніяхъ съ Русскими князьями ³),
то не безъ основанія будетъ предположеніе, что поставленный
имъ въ папы архипепископъ Равенскій Wibertus подъ именемъ
Климента III (1080 — 1100) могъ обращаться къ іерархамъ
Русской Церкви. Нельзя также пропустить безъ вниманія и того
обстоятельства, что тотъ же папа искалъ приверженцевъ въ
Чехіи и Польшѣ ⁴). Посланіе слѣдственно Іоанна, отличавшаго
умѣренность ссго папы въ сравненіи съ предшественниками
его, могло быть внушено обстоятельствами Западной Церкви,
возникшими въ слѣдствіе борьбы Генриха IV съ Генрихомъ VII.
Поэтому надпись его въ Греческомъ текстѣ есть лучше указа-
ніе на время сочиненія.

Приготовляя къ изданію Греческій текстъ и древній Русскій
его переводъ, нахожу необходимымъ предварительно сдѣлать
нѣсколько объясненій. Греческій текстъ заимствованъ изъ руко-
писи, которая кажется мнѣ древнѣе всѣхъ извѣстныхъ ⁵). Она на
пергаментѣ въ 8-ю долю и принадлежала прежде Святогорскому
Иверскому монастырю. Думаю, что она ранѣе XIII столѣтія.
Русскій переводъ Посланія слѣланъ, кажется, позже; по край-
ней мѣрѣ древнѣйшая его рукопись XIV столѣтія носитъ явныя
того признаки. Печатая этотъ переводъ, полагаю, что сдѣлалъ
его яснѣе, сообразуясь съ Греческимъ текстомъ. Именно: въ
скобкахъ поставилъ я слова или лишнія, или пропущенныя про-
тивъ Греческаго текста; значительные пропуски обозначилъ

³) См. Карамзина И. Г. Р., изд. 1818 г., т. II, стр. 102, и примѣч. 157-е.

⁴) См. Phil. Jaffé Regesta Pontificum ab condita Roma usque ad ann. MCXCVIII. p. Chr. Berolini. 1851. — Vibertus (Clemens III antipapa 1080. 1100). Его сношенія 1086 года съ Вратиславомъ, Чешскимъ королемъ.

⁵) См. Jacobi Morelli Bibliothecae Regiae D. M. Venetiarum Custodis Bibliotheca Manuscripta Graeca et Latina. Bosuni, MDCCСІІ, p. 105. — Codex chartaceus, sec. XV, in.4º. — Ioannis Mitropolitae Russiae Epistola ad Clementem IV, ut videatur, scripta de differentia dogmatum fidei Russos et Latinos, est etiam in codicibus Regiis Parisiensibus, in Caesareo Vindobonensii aliisque. — Рукопись Сиводальной Библиотеки XIV на хлопч. бумагѣ. О прочихъ рукописяхъ см. выписку изъ Гарлесса въ Извѣстіяхъ Акад. 1853 г., лист. 7.

⁶) См. Ad. de Starczewski Historiae Ruthenicae Scriptores exteri, saec. XVI. vol. I, стр. 22, 23.

⁷) Памятники Российской Ловесности XII вѣка, стр. 209 — 218.

ПОСЛАНІЕ МИТРОПОЛИТА ЮАННА II.

3

знакомъ—; наконецъ, размѣстивъ нѣсколько иначе знаки препинанія, я внесъ въ текстъ нѣсколько вариантовъ, изъ тѣхъ, которые Калайдовичь привелъ на поляхъ книги. Всѣ эти измѣнія объяснены въ примѣчаніяхъ. Сверхъ того, для болѣе точнаго опредѣленія Русскаго текста приведены чтенія изъ Латинскаго перевода Герберштейна, который, какъ изъ сего явствуетъ, имѣлъ предъ собою только Русскій переводъ.

Главное измѣненіе, которое я позволилъ себѣ сдѣлать,カカется ореографіи Русскаго перевода. Калайдовичь, напечатавъ его гражданскими буквами, сдѣлалъ ее крайне сбивчивою. Чтобы приблизительно вѣрно возстановить ее, я принялъ въ основаніе ореографію церковныхъ памятниковъ Русской рецензіи. Сообразно съ этимъ я ставилъ а въ корняхъ и приставкахъ вездѣ, кромѣ окончанія ша (ша); это а однакожь замѣняетъ а и я древнихъ рукописей; и замѣняетъ всѣ прочія я, соотвѣтственно древнему Славянскому языку; вмѣсто оу ставилъ у, а вмѣсто ы букву и послѣ г, к, х (кромѣ нѣкоторыхъ словъ), ь ставилъ въ З-хъ лицахъ настоящаго времени и наконецъ соблюдалъ порядокъ ыл, ью, ыи вмѣсто ия, ию, іи.

Возстановивъ такимъ образомъ ореографію сего памятника такъ, какъ этого требовала современная ему Русская рецензія церковныхъ памятниковъ, кажется мнѣ, я сдѣлалъ въ немъ перемѣнъ не болѣе чѣмъ Калайдовичь, введшій невольно однимъ примѣненіемъ гражданскихъ буквъ много непослѣдовательности. Слѣдуя сему образу писанія, руководствуюсь особенно тѣмъ мнѣніемъ, что Русская рецензія, судя по главнымъ ея признакамъ, образовалась изъ древнѣйшей и, слѣдственно послѣ нея, древнѣе Болгарскихъ, обозначенныхъ мною ь и ь и Сербской, которой характеръ есть ь. Ея возниканіе восходитъ до начала ХІ столѣтія. Если это оправдается, то изслѣдованіе церковныхъ памятниковъ Русской рецензіи грамматическое и лексикальное должно составить особый отдѣлъ въ исторіи Церковно-Славянскаго языка, обѣщающій, какъ мнѣ кажется, обильные предметы для наблюдательности.

Заключая предварительныя замѣчанія, я полагаю, что тщательное разсмотрѣніе текста, приведши меня къ болѣе удовлетворительному объясненію нѣсколько темнаго перевода, будетъ благосклонно замѣчено тѣми, которые считаютъ изданіе отечественныхъ памятниковъ въ числѣ первыхъ задачъ Славянской филологіи.

4

ΠΑΜΑΤΗΚΙΩΝ

Τοῦ ὁδίου πατρὸς ἡμῶν Ἱωάννου Μητροπολίτου

Ρωσίας πρὸς Κλήμεντα Πάπαν Ρώμης.

*

Ἀπεδεξάμην τὴν ἐν Κυρίῳ ἀγάπην σοῦ, ὦ τοῦ Θεοῦ ὡς ἀληθῶς ἄνθρωπε, καὶ τῆς καθολικῆς ἄξιε καθέδρας καὶ κλῆ-σεως, ὅτι καίτοι πόρδω καθήμενος τῆς ἡμετέρας εὐτελείας καὶ χθαμαλώτητος τοῖς ἀγάπης πτεροῖς φθάνεις ἄχρις ἡμῶν καὶ προσαγορένεις γνησίως καὶ φιλικῶς καὶ ὑπερεύχη πνευμα-τικῶς, καὶ τὰ τῆς ἡμετέρας πίστεως τῆς ἀμωμήτου καὶ ὀρθο-δόξου διδάγματα ὑπεραποδέχη καὶ ἐκθειάζεις, ὡς ἱερὸς ἀνὴρ καὶ τὰ πάντα τίμιος καὶ ἐνάρετος ἐπίσκοπος τῆς σῆς ἱερότη-τος ἀπήγγειλε καὶ δαφῶς ἡμῖν διετράνωσεν. Επεὶ οὖν οὕτως ταῦτα καὶ τοιοῦτος ἡμῖν ἐκ Θεοῦ προεβλήθης ἀρχιερέυς οὐ κατὰ τούς μικρὸν ἔμπροσθεν αὐτόθι ἀρχιερατεύσαντας παρα-χαράκτηρα τῆς ἀληθείας, καὶ κιβδηλεύοντας τὴν ἐυσέβειαν, διὰ τοῦτο κ' αγω ὃ τὰ πάντα ἐλλάχιστος προσαγορέυω σοῦ τὴν ἱερὰν κεφαλὴν καὶ νοερῶς ἀντασπάζομαι καὶ εἴης μοι μάλα χαιρων καὶ προς τῆς ἄνωθεν ὑπερ-τά-του παντοδηνάμου χειρὸς φυλαττόμενος πάντοτε, καὶ δαή ὁ φιλοικτίρμων καὶ ἐυδιάλακτος καὶ ἐλεήμων Θεὸς ἐπιδιόρθωσιν δέξασθαι τὰ με-ταξύ ἡμῶν καὶ ὑμῶν. Οὐκ οἶδομεν καὶ ὅπως ἀναφύεντα καὶ ἀνακύψαντα σκάνδαλα καὶ κολύματα τῆς θείας ὁδοῦ, ὥπως καὶ τίνα τρόπον οὐ μέχρι νῦν διόρθωσιν εἴληφε καὶ πάνυ θανμάζω. Οὖκ οἶδα γαρ ποῖος δαίμων πονηρόστε καὶ βάσκανος ἀληθεῖας ἐχθρὸς καὶ εὐσεβείας πολέμιος τὰ τοιαῦτα ἐκαινοτόμησε καὶ τὴν ἀδελφικὴν ἡμῶν ἀγάπην καὶ σύμπνοιαν τῆς ὅλης ἀπέρρηξε τῶν χριστιανῶν ὁμηγύρεως. Οὐτο ἀκαθόλου, φρημί, χριστιανοῦς γὰρ ὑμᾶς Θεοῦ χάριτι ἄνωθεν ἴσμεν καὶ ἐν πολλοῖς λίαν ἀποδεχόμεθα, ἀλλ' ὅτι

ПОСЛАНІЕ МИТРОПОЛИТА ІОАННА II.

5

μὴ συμφέρεσθαι κατὰ παύντα ἡμῖν ἀλλ' ἐν τισιν ἀποσχιζε-
σθαι σκόπει δε οὖτως. Ἐπτὰ πάσαι ἅγιαι καὶ οἰκουμενικαὶ
σύνοδοι παρὰ πάντων ἀνωμολόγηνται, υφῶν ἡ ἐυσεβὴς
καὶ ὀρθόδοξος ἡμῶν τῶν χριστιανῶν πίστις καὶ ἤρευνήθη
καὶ ἐδιδάχθη τὸ στερέωμα καὶ τὸ κύρος μετὰ πάσης πληρο-
φορίας καὶ αποδείξεως ἥληφεν ἀναμφιλέκτως καὶ καθαρῶς.
Καὶ αὐταὶ ἤσιν αὶ ἐπτὰ τῆς τοῦ Θεοῦ λόγου σοφίας στύλοι
ἐφ' αἷς τῶν ἑαυτῆς ἄγιον οἰκον, τὴν καθολικὴν καὶ οἰκου-
μενικὴν ἐκκλησίᾳ καλῶς ἐδομήσατο. Ταύταις ταῖς ἱεραῖς
 ἀγίαις καὶ οἰκουμενικαῖς ἑπτὰ συνόδοις πάντες οἱ πρόεδροι
καὶ διάδοχοι τῆς τοῦ κορυφαίου Πέτρου καθέδρας ὁμοφρό-
νως ἐπηκολούθησαν καὶ ὁμοφώνως συνήνεσαν, οἱ μὲν αὐτο-
πρόδωποι παρόντες καὶ συναίνουντες τοῖς πραττομένοις καὶ
τοῖς λεγομένοις συμψηφιζόμενα, οἱ δὲ τόνς οἰκειοτάτους καὶ
ομοδύξους αὐτοῖς ἀποστέλλοντες καὶ συμπράττοντες καὶ πά-
σιν ἁπλῶς ἐκ τῆς ἀποστολικής θείας καθεδρας βεβαιώς
ἐπισφαραγίζοντες. Συνήνεσαν οὖν ἐν μὲν τῇ πρώτῃ ἀγίᾳ καὶ
οἰκουμενικὴ συνόδω Σίλβεστρος, ἐν τῇ δευτερᾳ Δάμασος, ἐν
τῇ τρίτῃ Κελεστίνος, τῆς δε τετάρτης ἀγίας καὶ οἰκουμενι-
κῆς συνόδου ὁ ἀγιώτατος καὶ ἀοιδιμος πάπας Λεων ὑπῆχετο
στήριγμα καὶ τὴν τοῦτου ἀγίαν καὶ δοφοτάτην ἐπιστολὴν
ἐν πρὸς Φλαβιανὸν ἐποιήσατο, στήλην ὀρθοδοξίας ὡνόμασαν
 ἀπαντες ὅσοι κατὰ τὸν χρόνον ἐκεῖνον ἐν τῇ συνόδω διέλαμ-
πον, ἐν δε τῇ πέμπτῃ παρὴν ὁ Βιγιλιος, ἐν δε τῇ ἔκτῃ Ἀγά-
θων συνήνεσεν ἀνὴρ τίμιος καὶ τὰ θεῖα σοφός, ἐν δὲ τῇ
ἐβδόμῳ ἀγίᾳ καὶ οἰκουμενικὴ συνόδῳ ὁ ἀγιώτατος πάπας
Ἀδριάνος συναίνει καὶ φθέγγεται διὰ τῶν ἀποσταλέντων παρ'
ἀυτῇ ἀγίων καὶ θεοφορων ἀνδρῶν Πέτρου πρωτοπρεσβυτέρου
καὶ καθηγουμένου τῆς ἀγίου Σαββα μονῆς τῆς κατα Ῥώ-
μην διακειμένης. Τούτων οὖν οὐτως ἐχόντων, πόθεν τὸ σχισμα
καὶ ὁ διασπασμὸς ὁ ἐν μέσῳ γεγένηται, τις ὁς τὰ τοιαῦτα
καὶ τηλικαῦτα ζιζάνια πρῶτος τῇ Ῥώμῃ ἐνέπειρε. Πολλὰ
γὰρ εἰσιν ἦ παρ' ὕμων τόλμαται καὶ πράττεται, ἐξῶν ὁλίγα
τινὰ ἐγράψαμεν τῇ ἀγάπῃ δοῦ. Πρῶτον μὲν οὖν τὴν τοῦ

6

ΠΑΜЯΤΗΚΙΩΝ

σαββάτου νηστείαν ἐκθεσμως· τελεῖτε, ἔπει τὰ τὴν τῶν
νηστείων πρώτην ἐβδομάδα τῆς ἄλλης νηστείας ἀποτεμοντες
καὶ περικόψαντες εἰς γαλακτόποσίας· καὶ τυροῦ τροφὴν καὶ
τὴν τῶν ὁμοίων ἀδδηφαγία τους λαους καθέλκετε καὶ τοῦς
νομίμω γὰρμα γυναιζι συνοικοῦντας ἱερεῖς ἀποστρέφεσθε καὶ
μυσέπτεσθαι, τοὺς ἀπὸ πρεσβυτέρων μύρῳ χρισθέντας ἀνα-
μυρίζειν ἀνθυς τολμάτε ὡς οὐκ ἐξον ἱερεῦσιν ἀλλ' ἐπισκό-
πον τοῦτο ποιεῖν, ἐπιλεγειν — τὸ τῶν ἄζυμων, ὁ φανερῶς ἐστὶ
τῆς ἱουδαϊκῆς λατρείας καὶ πίστεως· ἀλλ' ὁ γε πάντων ἐστὶ
τῶν κακῶν καὶ κορυφὴ καὶ εἰς τοῦτο ἀνεληλύθατε πρὸς γὰρ
τοῖς εἰρημένοις ἀτοπήμασι καὶ τὸ ἱερὸν καὶ ἄγιον σύμβολον
ἔπαγι·

— Ταῦτα

καὶ πλείω τούτων πολλῆς τῆς μερίμνης καὶ διορθώθεσος χρή-
ζουσι καὶ χρὴ τὴν συνιερότητα πρὸς τὸν τῦς Κωνσταντίνου-
πόλεως ἀγιώτατον πατριάρχην καὶ συναδελφὸν κατὰ πνεῦμα
ἐπειστελαι καὶ πάσαν σπουδὴν εἰς σενέγκαθε ὥς τελιθῆναι
τὰ σκανδαλα καὶ εἰς μιαν ἡμᾶς ἔνωσιν γενέσθαι καὶ συμφω-
νίαν πνευματικὴν, καθώς καὶ ὁ μακάριος Παῦλος παραινεῖ
λέγω· παρακαλῶ δὲ ὑμᾶς ἀδελφοι διὰ τοῦ ὀνόματος τοῦ
Κυρίου ἡμῶν Ἱησοῦ Χριστοῦ, ἵνα τὸ αὐτὸ λέγητε καὶ ὁμο-
λογῆτε πάντες καὶ μὴ ἦ ἐν ὑμῖν σχίσματα ἦτε δὲ κατηρ-
τισμένοι ἐν τῷ πρὸς σε γράμματει εσημάναμεν, ἀν πράως δέχη
καὶ πρᾶος καί μετ' ἐπιεικείας ἐπιεικῶς, ὕστερον καὶ περὶ τῶν
ἀλλων διαληψόμεσα. Εἰ γὰρ ταῦτ' οὐτως ἔχει καθάπερ ἡκού-
σαμεν, ὦ ιερε παπα, ἀκριβῶς ἔσθι καὶ πέπεισο ὅτι οἱ τῶν
ἀγίων ἀποστόλων κανόνοι ἔτι δε καὶ οἱ τῶν ἁγίων καὶ
οἰκουμενικῶν συνοδοι, αἰς ἀρχαῖοι τῆς παλαιᾶς Ῥωμης
πατριάρχαι συνήνεσαν, παραβαίνον παρ' ὑμῶν ὥς αὐτικα
λεχδήσεται. Κείσθο δὲ πρῶτον τὸ τῆς νηστείας τοῦ σαββά-

ПОСЛАНИЕ МИТРОПОЛИТА ЮАННА II.

του ἁμαρτημα· καὶ γὰρ ὁ τῶν ἁγίων ἀποστόλων τέταρτος καὶ ἐξηχοστος κανών τοῖς ἐν τοῖς σάββασι νηστείαν ἐπιτηδείνοντας οὕτω φή. Ἔιστις κληρικὸς εὑρεθῆ τὴν κυριακὴν ἡμέραν νηστεύων καὶ τὸ σάββατον, πλὴν τοῦ ἐνὸς μόνου, καθαιρείσθω, εἰ δε λαϊκος εἰη αφορίζεσθω. Ἀλλὰ μην καὶ τὸ δευτερον αἰ τίαμα τῆς τῶν ιακωβιτῶν καὶ ἀρμένιων υπαρχει αἰρεσεως καὶ τῶν ὀρθοδόξων Χριστιανῶν τελείως ἀπόβλητον, λέγω δὴ τὸ τύρον ἐσθίειν καὶ ὦα ρωφεῖν καὶ γαλα πινειν ἐν τῇ ἁγίᾳ καὶ μεγαλη τες σαρακοστὴ, τίς γὰρ αν χριστιανὸς τιοῦτον τολμησειεν ἤ ὅλως ἐνθυμηθείη, καὶ γὰρ καὶ τοὐτο τῶν εὐσεβῶν ἀπόβλητον. καὶ ἀναγνώθι κανόνα ἔκτον καὶ πεντηκοστὸν τῆς ἁγίας καὶ οἰκουμενικῆς ἂ συνόδου, ταῦτὴ δὲ ἀγάθων ὁ ὑμέτερος πάπας συνήνεσεν, ἀκουε τοινυν τοῦ κανόνος ἀυτοῦ· ὥσαυτως μεμωθήκαμεν καὶ ἐν τῇ τῶν ἀρμενίων χόρα καὶ ἐν ἐτέροις τόποις ἐν τοῖς σαββασι καὶ ἐν ταῖς κυριακαῖς τῆς ἁγίας τεσσαρακοστῆς τῶν νηστείων ἡμεραις ὡὰ καὶ τυρὸν εσθίειν τινὰς. ἐδοξε τοῖν ἀνων καὶ τοῦτο ὥς τὴν κατὰ πάσαν οἰκουμένην τῇ θεοῦ ἐκκλησίαν μι sæ κατακολουθοῦσαν τὰξει τὴν νηστείαν ἐπιταττειν καὶ ἀπέχεσθαι ὥσπερ θυτοῦ παντοίου οὕτω δὴ καὶ ὥσων καὶ τυροῦ, ᾤ κάρπος εἰδὶ καὶ γενήματα τῶν, ὧν ἀπέχόμεθα εἰ δε μὴ τοῦτο παραφυλαττειεν, ειμην κληρικοι ἐιεν καθάρεισθωσαν, εἰ δὲ λαϊκοι ἀφορίζεσθωσαν. Τρίτον ἐγκλημα τὸ περὶ τῶν ἱερέων ἐστίν, ὅτι βδελύττεσθε τὸ ἀπο χειρὸς τούτων κοινονίας μεταλαμβάνειν. ἀκουε τοίνην τί καὶ περὶ τοῦτου τοῦ κεφαλαιου λέγει ἡ ἁγία καὶ ἐυσεβῆς σύνοδος τῶν ἐν Τάγρᾳ συνεληλυθότων ἁγίων καὶ θεοφόρων πατερῶν. περιέχεται τοίνυν ἐν τῷ τετάρτο κανόνι καὶ θεσπίσματι τῶν τοιώτων ταῦτα. Εἰ τις διακρίνοι τὸ παρὰ πρεσβυτέρου γεραμηκότος ὡς μὴ χρῆναι λειτουργήσαντος αὐτοῦ προσφορᾶς μεταλαμβάνειν, ἀνάθεμα ἔστω. ὥσαυτως δὲ καὶ εἶτις πρεσβύτερος ἤ διάκονος ἡ ὅλως τοῦ καταλόγου τοῦ ἐκκληδιαστικοῦ, ἡ ἔκτη σύνοδος λέγει τὴν ἑαυτοῦ γυναῖκα προφάσει ἐυλαβειας ἐκβάλει ἀφοριζέσθω, επιμενων δὲ, καθαι-

8

ΠΑΜЯΤΗΚΙ.

ρίζθο. Τεταρτον ἀμάρτημα ὁ ὀναμυρισμὸς τῶν ἦδη βε-
βαπτισμένων καὶ μερωριςμένων, πῶς γὰρ καὶ τοῦτο οὐ κα-
τοπον τοῦ ἱεροῦ συμβόλου τῆς πίστεως πάντοτε καὶ παντα-
χοῦ καὶ παρ’ ἑκάστου τῶν πιστῶν οὕτως ἐκφωνουμένου καὶ
λεγομένου ὁμολογω ἐν βαπτισμα εἰς ἄφεσιν ἀμαρτιων· ει
οὖν ἐν βάπτισμα ἐστὶ καὶ ἐν ἀρα μύρον ἁγίον ἐπὶ τῷ αὐτῷ
ὑπάρχει βαπτίσματι οὐ διη ῥημένω καὶ ἐν ἐτέρῳ καιρῷ ἀλλ’
ἐν αὐτῷ μετὰ τῶν ἱερεῶν ὁμοίως καὶ τῶν ἐπισκόπων ἐπιτε-
λουμένον. Πέμπτον ἀτόπημα ὑμῶν το τῶν ἄζύμων ὁ ἐκ
πολλῶν αἰρέσεων τὴν ἀρχηγ καὶ τὴν ῥίζαν ὡς ἀποδείξομεν
εὐληφεν· ἀλλ’ ἐπειδὴ τοῦτο τὸ Ζήτημα πολλῶν λόγων καὶ
ἀποδείξεων ὑπάρχει δεόμενον, ἐν ἐτέρῳ καίρῳ δοι περι τούτου
διαλεξόμεθα· νῦν δὲ τοσοῦτον λέγομεν μόνον ὅτι τὰ ἄζυμα
τοῖς ἐβραίοις ἐπιτελεῖται ἐις ἀνάμνησιν τῆς ἐξ αἰγύπτου φυ-
γὴς· ἥμεῖς δὲ σπέρμα χριστιανῶν ἐσμέν καὶ οὐδενὶ δεδου-
λεύκαμεν πώποτε αἰγιπτίων τυράννῳ· ἀλλὰ καὶ τοιαύτας
ἰουδαϊκας παρατηρήσεις, σαββατισμους λέγω, καὶ ἄζυμα καὶ
περιτομὴν περιφρονεῖν ἐκελεύσθημεν· καὶ ὁ φυλάττων ἐν τῶν
τοιούτων, ὡς φὴ ο θείος ἀπόστολος ὀφειλέτης ἐστὶν ὅλον
τὸν νόμον πληρῶσαι τὸν ἰουδαϊκὸν· Τοῦ αὐτοῦ πάλιν ἀπο-
στόλου λεγοντος Παῦλου ἀδελφοὶ ἐγω παρέλαβον ἀπὸ τοῦ
« κυρίου ὁ καὶ παρέδωκα ὑμῖν, ὁ γὰρ κύριος τῇ νυκτὶ ἦ πα-
« ρεδίδετο λαβῶν ἀρτον ἐνυλογήδας ἁγίαδας κλάσμα ἔδωκε
« τοῖς ἁγίοις ἀυτοῦ μαθηταῖς καὶ ἀποστόλοις εἰπων λάβετε
« φάγετε· πρόσχει τῷ ῥήματί οὐκ εἰπελαβὼν ἄζυμον ἀλλα
ἄρτον ἐπεὶ κατὰ τὸν καιρὸν ἐκείνον οὐδὲ ἄζυμον ἦν
οὐδὲ πάσχα ἐπετελεῖτο, οὐδὲ αὐτὸς ἥσθιε τότε τὸ νομικὸν
πάσχα ἵνα ἄζυμον δώση τοῖς μαθηταῖς, καὶ δήλον ἐντευ-
θεν· τὸ μὲν γὰρ πάσχα τὸ ἰουδαϊκον ἱσταμένων ἐπετελεῖτο.
περὶ ἀυτοῦ δέ φη ἡ γραφὴ ὅτι ἀνέκειτο μετὰ τῶν δώδεκα
καὶ περὶ τοῦ μαθητοῦ ὁς καὶ ἀνέπεσεν τῷ δείπνῳ ἐπὶ τὸ
στῆθος αὐτοῦ καὶ αὐτὸς δὲ φη· ἐπιθυμία ἐπεθύμησα τοῦτο
τὸ πάσχα φαγεῖν μεθ’ ὑμῶν, ποιον λέγω; τὴν του καινοῦ
μυστηρίου παραδοσι. τὸ γὰρ ἰουδαϊκὸν πασχα παντα τὸν

9

ἐμπροσθεν χρόνον ἤσθιεν αὐτὸς καὶ οἱ μαθηται, πως οὖν ἐπε-
θύμησεν ὅπερ ἤσθιεν· πως δὲ ἐλεγε τοῦτο, ἐν τῷ γὰρ εἰπειν
τοῦτο ἄλλο ὃν ἐκείνο τὸ ἱουδαῖκὸν ἐδήλωσε. Καὶ πάλιν,
τοῦτο· ποιεῖτε εἰς τὴν ἐμὴν ἀνάμνησιν, οὐκ εἶπεν ἐκείνο τῶν
ἐβραίων τὰ ἄζυμα, ἀλλὰ τοῦτον τὸν ἄρτον ὃν δέδωκα ὑμῖν·
ولي δέ ἄρτος ἡν ἀληθῶς καὶ οὐκ ἄζυμον δαφῶς ἀποδέδεικται.
Αλλὰ καὶ περὶ τοῦ Ἱοῦδα φή· ἧ βάψας τὸ ψωμίον ἐπι-
δώσω, αὐτὸς ἐστιν ὁ παραδιδους με. Ἐιδε λέγετε διὰ τουτο
ἄζυμον ἐπιτελεῖν διὰ τὸ ἀμιγές ἐν ὕλου πάντος καὶ καθα-
ρὸν τῆς θεότητος, λανθάνεται εἰς τὴν αἰρεσιν ἐμπιπποντες
τῶν ἀρχαίων ἀιρετικῶν οὐάλεντος καὶ μάνεντος ἔτι δὲ ἀπο-
λιναριου τοῦ λαοδικεου καὶ Παύλου τοῦ σύρου τοῦ δαμο-
σατέως Εὐτυχους Διοσκόρου, Σεβήρου, τῶν ἐπὶ τῆς ἄγιας
ἔκτης συνόδε ἀναφύεντων μονοθελήτων Σεργίου, Παύλου,
Πύρρου καὶ τῶν σὺν αὐτοῖς. Ἐν τούτοις γὰρ ἕπασι ὁμοίως
ἐμπνευσεν ὁ διάβολος καὶ πάντων ὁχεδὸν ἡ αἰρεσις μία ἁρ-
νουμένων τὴν τελείαν ἐνανθρώπησιν καὶ καθ' ὑπόστασιν ἔνω-
σιν τοῦ ἐνὸς Σοτήρος Χριστοῦ τοῦ ἀληθινοῦ θεοῦ ἡμῶν.
Αλλὰ περὶ μὲν τούτων ὡς ἔφημεν, ἄν καὶ σὺ βουλητὸν ἤ
καὶ θεῶ ἀρεστὸν ἐν ἐτέρῳ καὶ πλατύτερον λέξομεν, εἰ τὸ ζην
號μῖν ἐν τῷ δὲ τῷ βιῶ παρέχει ὁ τῆς ζωῆς χωρηγός. Νῦν
δὲ καὶ ἐπὶ τὸ ζ κεφᾶλανον ἐλθωμεν τουτο δε ἦν ἡ περὶ τοῦ
ἀγίου Πνεύματος βλασφημία, ὅτι λέγετε: πιστεύομεν εἰς πα-
τέρα καὶ Ἀιὸν καὶ τὸ Πνεύμα τὸ ἄγιον τὸ ἐκ τοῦ Πατρὸς
καὶ τοῦ Ἱιοῦ ἐκπορευόμενον. Θαυμαστὸν γὰρ ἤ μαλλον
εἰπεῖν φοβερὸν πῶς ἐτολμήσατε αὐτῶν ἐκεῖνων τῶν τῆς ἀγίων
πατερῶν καὶ τῶν ἔκτοτε οἰκουμενικῶν ἀγίων συνόδων τὴν
πίζιν μεταποιῆσαι, ἥτις ὀπὸ περάτων ἐως περάτων τῆς οἰκου-
μένης· ἐν πάσαις ταῖς τῶν χριστιανῶν ἐκκλησίαις ομοφώνως
«ἀδεται, λέγοντων· πισένομεν καὶ εἰς τὸ πνεῦμα τὸ ἄγιον
«τὸ κύριον καὶ ζωποιόν τὸ ἐκ τοῦ Πατρὸς ἐκπορευόμενον
«τὸ συν Πατρὶ καὶ Ἰχῶ συνηροσκυνοῦμενον καὶ συνδοξα-
«ζόμενον. Διὰ τι οὖν οὐ λέγεται καὶ ὑμεῖς οὕτως ὡς πάντες
οἱ χριστιανοί, ἀλλὰ προσθήκας επινοεῖτε καὶ νέας διδασκα-

10

ΠΑΜЯΤΗΚΙ.

« λίας ἡμῖν εἰσάγετε, τοῦ ἀποστόλου λέγοντος, εἴτις ἐναγγε-
« λίζεται παρ' ο παρελαβετε, ἀνάθεμμα ἔστω, ὅπερ μὴ γέ-
« νοιτο ἀκοῦσαι ὑμᾶς· φοβερὸν γὰρ ἀληθῶς τὸ ἰώτα ἐν ἤ μίαν
« κεραιὰν ἤ συλλαβὴν ἐξαλλάττειν καὶ μετὰποιειν τῆς θείας
« γραφῆς. Ἡ οὐκ οἴδατε ὅτι τὸ τοιούτον μέγα σκάνδαλον
ἐστὶν δοκεῖτε γὰρ δύο αἴτια καὶ ἀχρὰς δύο ἐπὶ τοῦ ἁγίου
Πνεύματος εἰσάγειν, ὑποβιβαζοντες αὐτοῦ τὴν ἁξίαν καὶ κα-
θαιροῦντες, καὶ εἰς τὴν μακεδονίου τοῦ πνευματομάχου
αἴρεσιν κινδυνεύοντες ἐμπεσεῖν, ὅπερ ἀπείη. Παρακαλῶ οὖν
καὶ δέομαι καὶ προσπίπτω τοῖς ἱεροῖς ἴχνεσι σοῦ διαναστῆ-
ναι καῖ περὶ τούτων ἀπάντων ἐξαιρέτως δὲ περὶ τῶν ἀξύμων
καί περὶ τοῦ παρόντος ζητήματος, ὅτι τὸ μὲν περὶ τὴν
άγιαν κοινωνίαν τὸ δὲ περὶ τὴν τὴν ὀρθὴν πίστιν ἔχει τὸν
κινδυνον. Ἐβουλόμην καὶ περὶ τῶν πνικτῶν καὶ τῶν ἀκα-
θάρτον ζώων γράψαι δοι καὶ περὶ τῶν μονάχων τῶν
ἐσθιόντων τὰ κρέα, ἀλλὰ ταῦτα εἰς ὕστερον καὶ τὰ ὅμοια
τουτοις ἄνπερ, δώρι θεός, καὶ τὰ μείζονα διορθώσῃτε. Σὺ δὲ
συγγνωθι μοι διὰ τὸν κυριον ἐξ ἁγάπης πολλῆς τὰ τοιαυτα
συγγράψαντι. Καὶ εἰ ἀληθῶς, ὡς ἡκοῦσαμεν, παρ' ὑμῖν
πράττεται ταύτα ἐρευνᾶτε τὰς γραφὰς καὶ εὐρή σητε τὰ
τοιαύτα πάντα δεόμενα διορθώσεως. Καὶ παρακαλῶ τὴν ἐν
κυρίω ἀγαπην σοῦ ἐν πρώτοις μὲν, ἔι κελέυσεὶς, γράψαι πρὸς
τὸν ἁγιώτατον πατριάρχην ἡμῶν τὸν κωνσταντινουπόλεως
καὶ τούς ἐκεῖσε ἀγιωτάτους μητροπολίτας, ὅι λόγον ζοῆς
ἐπέχουσι ὥς φοστῆρες ἐν τῷ κόσμῳ λάμποντες· καὶ δυνατοὶ
ἐισι θεοῦ χάριτι τὰ τοιαῦτα καὶ συνζητεῖν δοι καὶ διορ-
θοῦσθαι· ἔπειτα δὲ εἰ ἀρεστὸν ἔστι δοὶ ἐνυστέρω γραψεις
καὶ τῷ ελαχιστοτερω πάντων ἐμολ. Προσαγορέυω σοῦ τὴν ἐν
Κύριω ἀγάπην ἐγω Ἰωάννης, ἑλάχιστος μητροπολίτης Ῥωσίας
καὶ πάντα τὸν ὑπὸ σε κλήρον τε καὶ λαον, προσαγορέυονδι
ὑμᾶς μεθ' ὑμῶν καὶ οἱ συν ἡμῖν ἀγιώτατοι καὶ θεοφιλέστατοι
μητροπολίται πάντες καὶ καθηγουμενοι καὶ ὁ σὺν ἡμῖν
εὐδεβής κλῆρος τε καὶ λαός.

11

ОТЪ ЮАННА МИТРОПОЛИТА РУССКАГО КЪ КЛИМЕНТУ
ПАПЕЖУ РИМЬСКОМУ.

Възлюбихъ о Господи ¹), любовь твою, человѣче Божіи, и
апостольскаго ²) достойне сѣданыа и званыа, яко, и далече сѣда
нашеа худости и смѣрыныа, любовными крилы постигаеші до
насъ и цѣлуеші ны яко своа ³) любезно, и молиши(са) ⁴) ду-
ховнѣ и нашю вѣру истинную и православную юже примъ чю-
дишися ⁵), якоже ⁶) епископъ вашего сващенства възвѣсти намъ.
Понеже си тако и таковый ту сващенникъ бысть ⁷) —... сего ради
худый азъ цѣлую та и честную главу и рамнѣ противу та цѣ-
лую, и буди ми вельми радуаса и отъ вышннаа и божественныа
руки покрываемъ, и даи же благіи и милостивый Богъ при тобѣ

1) възлюбихъ — ἀπεδεξάμην, dilexi Hrb. вм. въсприіахъ; о Господи, ἵν κυρίω;
въ изданіи Калайдовича о пропущено.

2) апостольскаго — καθολικῆς apostolica Hrb.

3) яко своа — γνησίως sicuti tuos Hrb.

4) молишиса — ὑπερεύχη.

5) и нашю вѣру — чюдишиса: мѣсто это не понималъ, кажется, уже Гербер-
штейнъ, ибо перевелъ specialiter interrogas. По сличенію съ текстомъ Греческимъ
выходить такъ: и нашеа непорочныа и православныа вѣры догматы приемлешь
и обожаешь. Юже примъ произошло, вѣроятно, отъ смѣшенія ἤυπερ съ ὑπερ —
αποδέχης.

6) якоже — възвѣсти намъ у Герберштеїна такъ же. Сообразно съ Греческимъ
текстомъ должно быть: якоже сватыи и всечестенъи добродѣтелецъи мужъ
твоего сващенства.

7) Понеже си тако и таковый ту сващенникъ бысть. И Герберштейнъ почти
также понималъ эти слова. При сличеніи съ Греческимъ подлинникомъ, оказы-
вается, что смыслъ этихъ словъ долженъ быть другой, и что тутъ пропущено
важное для полыненія Посланія мѣсто. Возстановивъ смыслъ и пропускъ, читаю:
Понеже си тако и таковъ тѣ намъ Богомъ данъ архіереи не яко иже мало прѣжде
сващенствовавшіи не подобно истинѣ и противно благочестію.

12

ПАМЯТНИКИ.

и при твоихъ духовныхъ и исправитиса посредѣ васъ и насъ. И не вѣдѣ откуду възникша соблазни и възбраненье божественного пути, даже что ради и како не исправишаса зѣло чюжюса сему. Не вѣмь бо къй бѣсъ лукавый, завистивъ и истинѣ врагъ и благочестію супостатъ, иже таковаі премѣни и братьскую вашю и нашю ⁸) любовь отверже ⁹) всего крестянскаго совокуплены. Не бъхма бо реку (не крестыны вы) ¹⁰), но крестынъ васъ Божьею благодатью изначала знаемъ ¹¹).... но еже не во всемъ держите вѣру крестянскую ¹²), но во мнозѣ раздѣляетеса. Смотрите же тако (мкоже азъ покажю) ¹³). Седьмь всѣхъ великихъ съборъ вселеньскихъ отъ всѣхъ исповѣдается, отъ нихъ же благочестиваі и православнаі наша христынскал вѣра испытаса и изучиса, утвержденье и истину пріятъ —... ¹⁴). И ти суть седьмь съборъ Божіа мудрости (столпъ) ¹⁵), на нихъ же свои сватый домъ ¹⁶).... созда. Въ

⁸) вашю и вашю любовь — fraternam nostram. Herb. Въ Греческомъ текстѣ: ἡμῶν ἀγαπήν καὶ συμπνοίαν.

⁹) отверже — alienavit. Herb. Въ Греческомъ текстѣ: ἀπέρρηξε — отъ торже; что ближе согласуется съ слѣдующимъ: всего крестянскаго совокуплены.

¹⁰) не бъхма не крестынъ вы: dicens, vos non esse christianos. Герберштейнъ не понялъ слова бъхма (καθόλου) и перевелъ мѣсто это по догадкѣ, согласуя съ предыдущимъ періодомъ. Въ Славянскомъ переводѣ привалено слово крестынѣ, должно быть: не бъхма (вообше) то глаголю οὐ το καθόλῳ φημί.

¹¹) знаемъ; послѣ сего слова пропущено: и въ мнозѣхъ вельми пріемлемъ, καὶ ἐν πολλοῖς λίαν ἀποδεχόμεθα.

¹²) держите вѣру крестянскую — въ Греческомъ текстѣ нѣсколько иначе: ἀλλ' ὅτι μή συμφέρεσθαι κατὰ πάντα ἡμῖν ἀλλ' ἐν τίσιν ἀποσχίζεσθαι.

¹³) иакоже азъ покажю — въ Греческомъ текстѣ нѣтъ.

¹⁴) пріятъ; предъ этимъ словомъ пропущено: μετὰ πάσχης πληροφορίας καὶ ἀποδειξεως ἦληφεν вѣри и испытно пріятъ, — и послѣ сего слова не переведено αναμφιλέκτως καὶ καθαρῶς непреложно и чисто.

¹⁵) столпъ — columnis Herb. Это слово прибавлено мною, ибо очевидно, что оно пропущено Калайдовичемъ. Въ Греческомъ текстѣ: στύλος.

¹⁶) домъ — δίκον; послѣ этого слова не переведены слѣдующія: τόν καθολικήν καὶ οἰκουμενικήν ἐνκλησίαν.

ПОСЛАННЕ МИТРОПОЛИТА ЮАННА II.

13

тѣхъ же сватыихъ съборѣхъ ¹⁷) вси папежеве ¹⁸), достоини святаго Петра сѣдалища, единомысленѣ въсъхвалиша и спослѣдоваша ¹⁹) — ... — Въ первомъ съборѣ Силивестръ; во вторѣмъ же Домасъ; въ третиемъ Келестинъ; въ четвертѣмъ же и сватѣмъ вселеньстѣмъ съборѣ блаженый ²⁰) папежь Леонъ (и) бѣаше утверженье и съ сватую мудрую епистолью юже къ Флавьану сътвори, столпъ правовѣры нарекша и вси, еликаже ихъ во время то въ съборѣ возсиглаша; въ патѣмъ же съборѣ Вигилій; въ шестѣмъ же съборѣ Агафонъ ²¹), мужъ честенъ и въ божественныхъ мудрѣ, въ — ²²) прѣсватый папежь Андріанъ ²³), иже и посла Петра перваго презвитера (первыя и великия церкви Петра просвитера) и игумена манастыри святаго Савы. Симъ тако бывшимъ, откуду раздори и раздѣленье посредѣ васъ и насъ быша? Кто бо первое и таковое терніе въ ветсѣмъ ²⁴) Римѣ всѣя? Многа бо суть и велика (зла, же ²⁵) отъ васъ дер-

¹⁷) съборѣхъ; въ Греческомъ текстѣ стонтѣ полнѣе: ταύταις ταῖς ἰεραῖς ἀγίαις καὶ οἰκουμενικαῖς ἐπὶ συνόδοις.

¹⁸) папежеве — рарае. Негъ.; въ Греческомъ текстѣ сего слова нѣтъ, но вмѣсто его стонтѣ слѣдующій перифразъ: παντες οἱ προεδροὶ καὶ διάδοχοι τῆς τοῦ хорυφαίου Πέτρου καθέδρας, то есть: вси первовозсѣдници и въспріемници на сѣдалищѣ верховнаго Петра.

¹⁹) въсъхвалиша и спослѣдоваша: несогласованіе этихъ глаголовъ съ предыдущимъ происходитъ отъ неточнаго перевода первыхъ словъ періода. Слѣдующі Греческому тексту, должно поставить вмѣсто: въ тѣхъ седми — тѣмъ седьми съборамъ — ταύταις ταῖς συνόδοις.

²⁰) блаженый папежь; въ Греческомъ текстѣ ὁ ἀγιώτατος καὶ ἀοίδιμος; союзъ и поставилъ я въ скобкахъ, ибо онъ мѣшаетъ смыслу.

²¹) Агафонъ, въ Греческомъ текстѣ прибавлено συνήνισν, то есть, въсъхвали.

²²) въ: здѣсь пропущена цѣла строка: ἐν δε τῇ ἐρδόμω ἀγιὰ καὶ οἰκουμενικὴ συνόδῳ.

²³) иже и посла — Савы. Въ этомъ рѣчевіи есть лишие повтореніе, которое и обозначилъ я скобками. Въ Греческомъ такъ: συναίνει καὶ φθέγγεται διὰ τῶν ἀποστελλέντων παρ' αὐτοῦ ἀγίων καὶ οἰεοφόρων ἀνδρῶν Πέτρου πρωτοπρεσβυτέρου καὶ καθηγουμένου τῆς ἀγίου Σαββα μονῆς τῆς κατὰ Ῥώμης διαχειμένης.

²⁴) въ ветсѣмъ Римѣ; въ Греческомъ текстѣ просто τῇ Ῥώμῃ.

²⁵) зла поставилъ я въ скобкахъ, ибо его нѣтъ въ Греческомъ, букву же та соединилъ съ слѣдующимъ же. Калайдовичъ папечаталъ такъ: злал же.

14

ПАМЯТНИКИ.

зается (кромѣ божественныхъ законъ же и правилъ) 26), оть
пихъ же мала нѣ кац напишемъ любви твоей. Первое о субот-
нѣ мъ постѣ безаконно творите, потомъ постную первую не-
дѣ лю отъ единаго поста отсѣ кающе и отрѣ зающе, въ мо-
локопитье и сыроѣ денье и подобнага многоѣ денья люди прѣ-
влачите, и законно женащимся ереемъ тѣ хъ отвращаетесь 27);
и иже отъ пресвитеръ муромъ помазани, пакы второе помазаете,
глаголюще 28) яко не достоитъ сего прозвитеромъ творити, но
епископомъ, оставляю(тъ) 29) глаголати о опрѣ сочныхъ золъ,
еже явѣ есть жидовьскаго служеныя и вѣ ры; по еже есть всѣ хъ
злыхъ верхъ и въ се взидосте 30), со всѣ ми же злыми реченными,
преподобныи сватыи образъ 31), иже укрѣ писа и утвердиса отъ
всѣ хъ сватыхъ сѣ боръ, въ же то начасте измѣ нати, Духъ сва-
тыи не отъ Отца токмо исходащь, но отъ Сына глаголати дер-
знуньше. И ина таковаіа больша сихъ, многа попеченыя, исправ-
ленью требуютъ 32), и подобаетъ твоему свашенству къ пат-
piarapx Костянтина града и твоему брату по духу послати и
всѣко тщанье показати, да разрушатся соблазны и въ едино
памъ единеніе быти и въ съгласіе 33) духовно, якоже блаженыіи
Апостолъ (Павель) 34) поучаетъ глагола: молю же вы, братье,
имене ради Господа нашегоъ Иисуса Христа, да тоже проповѣ-
даете, тоже и глаголете вси, и да не будете въ васъ распра, бу-
дите же въ разумѣ въ томже утвержени и въ томже помыслѣ.

26) кромѣ — правилъ: эти слова я поставилъ въ скобкахъ, ибо они не находят-ся въ Греческомъ.

27) отвращаетесь: въ Греческомъ текстѣ прибавлено къ ἀποστρέφεις καὶ μι-σάττεσθαι, гнушаетесь.

28) глаголюще, Herb. — dicentes; въ Греческомъ иначе: ὥσ οὖς ἐξον.

29) оставляю глаголати. Такъ я читаю и раздѣ ляю слова вмѣсто: оставляютъ. Въ Греческомъ, кажется, также что-то пропущено, ибо ἐπιλεγειν, прибавлять, требуетъ еще ἀφίγμι.

30) взидосте — ἀνεληλύθατε, въ се — εἰς τοῦτο; слова эти мною раздѣ лены со- гласно съ Греческимъ текстомъ.

31) образъ, σύμβολον.

32) требуютъ, χρήζουσι — поправлено мною вмѣсто требуетися.

33) съгласіе, συμφονία: этотъ варіантъ внесенъ въ текстъ вм. възглаголаніе.

34) Павель — это слово пропущено въ переводѣ.

15

Шести сущамъ винамъ, толика нынѣ отъ многъ, еже слыша-
хомъ, написахомъ къ тобѣ, аще кротко и съ послушаньемъ ³⁵)
пріюмеи, послѣди же и о иныхъ напишемъ любви твоей ³⁶).
Ибо аще тако суть, такоже слышахомъ, о свашеніи Папо, со
испытаньемъ се вежь и извѣсто ти буди, тако преступаются вами
правила святыхъ Апостолъ и еще святыхъ и вселенскихъ седьм
съборъ, въ нихъ же были древніе ваши патриарси, (согласно
рекоша вси, такоже не есть слово наше суетно, но тавѣ съгрѣ-
шаете, то нынѣ) тавѣ обличимъ ³⁷). Предложимъ же суботный
постъ (и видимъ, что о семъ сватіи Апостоли научиша, книги же
тыже суть у васъ, ибо блаженій Климентъ папежь Римскіи,
первіи намѣстникъ верховнаго Апостола Петра, то таковое ис-
писа, тако отъ тѣхъ книгъ написанье тавѣ есть, пишеть бо тако:
повелѣньемъ святыхъ Апостолъ Климентомъ възъглашаемо.
Придемъ же) ³⁸) къ правилу святыхъ Апостолъ тѣд о суботѣ:
аще кто обращетса церковникъ въ недѣльны день или въ су-
ботны постаса развѣ единоя токмо (велика суботы) ³⁹) да из-
вержетса, аще ли отъ людіи будеть да отлучитьса церкве. Но
второе согрѣшенье ваше есть (еже раздрѣшати постъ) ⁴⁰) тако-
витьскал и арменіскал есть ересь ⁴¹), глаголю же, сърѣ
ѣсти и лица и молоко пьете въ свалое великое говѣнье: кото-
рьи бо крестынинъ тако дерзнетъ творити или помыслити

³⁵) аще кротко и съ послушаньемъ — ἀν πράως δέχη καὶ πρᾶος καὶ μετ
ἐπιειχειας ἐπειειχώς: выраженіе это Герберштейнъ не перевелъ; смыслъ его до-
вольно ясно переданъ по-Русски.

³⁶) любви твоей, charitati tuae; въ Греческомъ этого слова нѣтъ, и вмѣсто напишемъ, γραφομεν, поставлено διαληψομεδα, сътазатиса будемъ.

³⁷) согласно — рекоша — но тавѣ съгрѣшаете — обличимъ: et concorditer
dicebant, quod verbum vestrum esset vanum, et quod manifeste erretis nunc palam
redarguam. Herb. Мѣсто это не находится въ текстѣ Греческомъ.

³⁸) и видимъ — придемъ же: videtis quae de isto s. Apostoli docuerunt, quo-
rum doctrinam habetis et maxime beatus papa Clemens, primus post sanctum Petrum
apostolum ita scribit ex statutis Apost. Herb. Это также вставка, которую Гербер-
штейнъ выразилъ сокращенно.

³⁹) велика суботы — вставка.

⁴⁰) еже раздрѣшати ностъ — вставка.

⁴¹) ересь; послѣ сего слова пропущено: καὶ τῶν ὀργανόξων χριστιανῶν τε-
λείως ἀποβλητον.

16

ПАМЯТНИКИ.

отинудь и се праворѣрнымъ вонъ извержено. И прочтиже пра-
вило ї и й сватаго вселенія събора їго ⁴²) — «такоже оубѣдѣхомъ
«въ Арменьстѣи странѣ и во инѣхъ мѣстѣхъ въ суботу и въ не-
«дѣлю сватаго и великаго поста гицца и сыръ гадуще ⁴³); и
«по всеи вселенѣи Божіа церкве въ едину послѣдующе чистъ
«постъ творити ⁴⁴) и удалитиса яко отъ всего жертвена такоже
«сыръ и гицца, даже ⁴⁵) плодъ есть и роженьа, ихъ же удалаемса,
«аще ли сихъ не хранать, аще церковници суть, да отлучатса,
«аще ли людъстіи, да отвергнутса церкве.» Третыя вина ваша о
брацѣ ереистѣмъ есть, яко и гнушаетеса отъ рукъ таковыхъ
причащатиса: послушаи же нынѣ что о сеи главизнѣ глаголетъ
святъи богочестивъи съборъ иже въ Гангрѣ ⁴⁶), пишетъ же
въ Ам правилѣ таковое: иже упичжаетъ презвитера, по закону
женѣ причтена, и глаголетъ, якоже подобаетъ, служащю ему:
отъ того причащеніи не принимати, да проклатъ будетъ; такоже
презвитеръ или дыяконъ и весьма по словеси церковникъ ⁴⁷), то
г съборъ глаголетъ: иже свою жену извѣтомъ ⁴⁸) изринетъ, да
отлучитса, не кали же са того, да отверженъ будетъ. Четвертое
съгрѣшенье ваше помазанье ⁴⁹) и какоже се пѣсть беззаконно?
сващеніи образъ вѣрѣ всюду отъ коегождо вѣрнѣхъ како
възглашаемо и глаголемо? исповѣдаю едино крещенье въ остав-
ленье грѣховъ, и аще едино крещенье есть и едино мюро

⁴²) събора ξτο — пропущено: ταῦτη δὲ ἀγάθων ὁ ὑμέτερος πάπας συνήνεσεν ἀκουε τοῦνυν τοῦ, in qua Oaphanius papa vester ea prohibet. Herb. Пропускъ этотъ вѣроятно сдѣланъ Калайдовичемъ. Oaphanius у Гербертейна описка.

⁴³) гадуще — пропущено: ἑδοξε τοίνυν καὶ τοῦτο ὡς τὴν κατὰ πάσαν — nostris illico mandavimus. Herb. Этотъ пропускъ, кажется, также сдѣланъ Калайдовичемъ.

⁴⁴) чистъ постъ творити — зависить отъ пропущеннаго ἑδοξε, постановлено.

⁴⁵) гаже — у Калайдовича: якоже.

⁴⁶) въ Гангрѣ — пропущено: συνεληλυθότων ἀγίων καὶ θεοφόρων πατερῶν· περιέχεται τοίνυν ἐν τῷ τετάρτῳ κανόνι καὶ θεσπίσματι τῶν τοιούτων ταῦτα.

⁴⁷) и весьма по словеси церковникъ — буквальный переводъ Греческаго: ἥ ὁλως τοῦ καταλογου τοῦ ἐκκλησιαστικοῦ, вм. и вообще причета церковнаго.

⁴⁸) извѣтомъ, въ Греческомъ: προφάσει εὐλαβείας.

⁴⁹) помазанье — пропущено: τῶν ἦδη βεβαπτισμένων καὶ μεμυρισμένων.

ПОСЛАНІЕ МИТРОПОЛТА ЮАННА П.

13

святое въ томже крещеньи едино(мъ)⁵⁰), въ томже есть времени⁵¹) съ сватымъ крещеньемъ и отъ ереси и отъ епископъ творимое. Также патое съгрѣшенье ваше есть о опрѣсноцѣхъ, еже отъ многъ ереси начатокъ и корень, якоже покажю, приятъ; понеже се взысканье много показаны отъ писаныª ⁵²) есть требу, во ино врема о семъ тобѣ повѣдѣ; нынѣ же се глаголю токмо, тако опрѣсноци отъ Жидовъ творатса, въ споминанье еже отъ Егупита свободеньа ихъ и бѣжаны; мы же сема хрестыанское есмы, ниже работахомъ Егуптянину царю мучителю; но и таковыхъ Жидовьскихъ блюдени, суботы глаголю и о опрѣснокъ и обрѣзаны, приобидѣти ⁵³) намъ повелѣно есть; и иже съхраняетъ едино отъ сихъ, якоже рече божественный (Павелъ)⁵⁴) Апостолъ, то долженъ есть весь законъ Жидовьскъ исполнити. Тому же Апостолу (Павлу)⁵⁵) пакъ глаголюющю: братье азъ пріахъ отъ Господа еже предахъ ⁵⁶) вамъ, ибо Господь въ нощь, въ нюже предаашеса, пріумъ хлѣбъ и благословивъ и освативъ преломль, дасть сватымъ своимъ ученикомъ, рекъ: пріумѣте идите, внимаите, что глаголеть ⁵⁷), не рече: пріумъ опрѣснокъ, но хлѣбъ, понеже въ томъ времени опрѣснока не бѣ, ни пасха творяшеса, ни тъ самъ тогда идѣше пасхъ Жидовьски, да опрѣснокъ дасть ученикомъ, и тавѣ есть отъ сего: яко Жидовьскала пасха стоящимъ бываетъ и творитса; о семъ бо рече писанье, яко возлежащю ему съ обѣма на десатъ и оученикъ же пакъ возлеже на вечери на персѣхъ его

⁵⁰) едино(мъ) — предложный падежъ, поставленъ мною вм. едино. Здѣсь виropлемъ перестановлены и пропущены вѣкоторыя слова. Герберштейнъ перевелъ это мѣсто сокращенно: Si ergo est unum baptisma, erit et unum chrisma, et virtus eadem quam episcopi tam sacerdotis.

51) въ томже есть времени — въ Греческомъ вѣскоько нначе: οὐ διηρημένω
χαὶ εὐ ἐτέρῳ καὶ ρῶ ἀλλ' ἐν αὐτῷ; смыслъ однакожъ одинаковъ съ Русскимъ
переводомъ.

52) отъ писаныя — вставка: въ Греч. πολλῶν λόγου καὶ ἀποδείξεων.

53) приобидѣти — περιφρονεῖν, т. е. презирати.

54) Павелъ — вставлено.

55) Павлу — вставлено мною согласно съ Греческимъ текстомъ.

56) еже предахъ — такъ мною поправлено вм. же предахомъ.

57) внимаите, что глаголеть: πρόσχες τῷ ρήματι.

уч. Зап. — к. л. — ПАМЯТН.

2

18

ПАМЯТНИКИ.

и тъ и рече: желаньемъ въжделѣхъ сю пасху исти съ вами,
которую глаголю — юже и предасть ⁵⁸): Жидовскую бо пасху
всегда въ прежня лѣта надѣше самъ и ученици его; то како
въжделѣ а, юже надѣше и прежде? какоже глаголаше се? еже
бо рещи се ⁵⁹), тви тко иное пасха есть она (Жидовска) ⁶⁰). И
пакы, се творите въ мое въспоминанье, а не рече: ону творите,
Жидовскыя опрѣснокы, но съи хлѣбъ, иже дахъ вамъ; такоже
се хлѣбъ ⁶¹) а не опрѣснокъ, тавѣ показа. Но и о Юдж рече,
емуже (рече), омочивъ хлѣбъ дамъ, то есть предали мѣ. Аще ли
глаголете, тко сего ради опрѣснокъ, не смѣшены ради земна
вслакаго и чисто Божество, забывше падаете въ ветсѣи ереси хо-
даще въ Уалентовѣ и Манентовѣ, еще же и въ Аполинарьевѣ Лао-
дикійскаго и Павла Сурина Самосатьскаго и Еутухыя и Дюско-
ровѣ и (Севировѣ) — еще же при шестомъ сѣборѣ лавишаса
единовольственѣ ⁶²) съ Сергіемъ и Павломъ Турьскимъ ⁶³) и иже
съ нимъ. Въ тѣхъ бо всѣхъ вдохну дьаволъ и всѣхъ зачаломъ
ересь едина и нечестивѣиши всѣхъ ⁶⁴) ереси, отметающимся
свершена человѣчества и упостась единеніа единаго Спаса истин-
наго Христа Бога нашего. Но о сихъ, такоже рекохомъ, аще бо
и тобѣ любо будетъ и Богу, во ино врема угодно пространнѣе
речемъ, аще въ семъ житьи животъ намъ подасть животу по-
датель. Мы же и на ⁵⁹ главизну придемъ, сеже есть о Святомъ
Дусѣ хуленье, такоже глаголете вы: вѣруемъ въ Отца и Сына и
Святыхъ Духъ, еже отъ Отца и Сына исходящаго. Дивно бо рещи

⁵⁸) которую глаголю — поправлено мною согласно съ Греческимъ вм. кото-
рую глагола, какъ въ изданіи Калайдовича.

⁵⁹) еже бо рещи се тви и т. д. Соединивъ эти два предложенія, нахожу
яснымъ переводъ словъ: ἐν τῷ γὰρ ἐπεὶν τοῦτο ἄλλο ὃν ἐχείγο τὸ ιουδαϊκὸν
ἔδηλωσε.

⁶⁰) Жидовска — прибавлено мною согласно съ Греческимъ текстомъ.

⁶¹) такоже се хлѣбъ — поправлено мною вм. о хлѣбѣ, согласно съ Греческимъ.

⁶²) Севировъ вм. и инѣхъ, мною вставлено. — Слѣдующее мѣсто: — еще —
единовольственѣ — есть переводъ словъ: τῶν ἐπὶ τῆς ἁγίας ἔχτης συνόδου ἀναφα-
νέυτων μονοῦ σελήνων — иже въ шестомъ сѣборѣ лавишаса моновѣелиты. Гербер-
штейнѣ также читалъ это мѣсто неправильно.

⁶³) Турьскимъ — въ Греческомъ текстѣ стоитъ другое имя: Πύρρου.

⁶⁴) и нечестивѣиши всѣхъ ереси — вставка.

19

и страшно, како дерзнусте⁶⁵): въру претворити, ико отъ конецъ вселеня и до конецъ во всѣхъ крестынскихъ церквахъ согласно въспѣваютъ, глаголюще: «въруемъ въ Духъ сватыи и «Господа животворащаго, отъ Отца исходящаго, съ Отцемъ и «Сыномъ спокланаемъ и спрославляемъ.» То почето вы не глаголете, якоже вси крестыне? приложение разумѣете⁶⁶) и нова намъ приводите ученья, Апостолу глаголюще: «иже благо-«вѣстить вамъ паче, еже пріясте, проклатъ да будетъ, его же «да не будетъ вамъ слышати»: страшно бо во истину есть едину черту⁶⁷) — божественная сложеньемъ⁶⁸) измѣнити и прелагати Божіа Писаны, или не вѣсте, яко таковое велико стъблажненье есть? мните бо двѣ власти и двѣ воли и двѣ зачалѣ о Сватѣмъ Дусѣ приводити, низлагающе и умаляюще его честь и симъ въ Македонна духоборца запинающеса впадаете въ ересь, его же да не будетъ. Молюса и мольбу творю и припадаю сващенымъ стопамъ твоимъ въздвигнутиса отъ сихъ всехъ изараднѣе же о опрѣсноцѣхъ и о семъ реченнѣмъ въззяскани, еже (у васъ блазнѣно есть)⁶⁹) о опрѣсноцѣхъ въ сватомъ причащеньи, а еже о правѣ и вѣрѣ имѣемъ (душевную)⁷⁰) пагубу. Хотѣлъ же есмь и о удавленныхъ и о нечистыхъ животныхъ написати и о мнисѣхъ, дадущихъ маса; но си послѣди и подобналъ симѣ, яже, дай же Богъ, послѣди исправити. Отда же ми, Господа ради отъ многія бо любве такова написавшу ми тобѣ. Аще суть во истину творима вами, якоже слѣпахомъ, испытайте писаныя и обращете всі си исправлены требуюша. Но молю о Господѣ любовь твою впервыхъ аще хо-щеши напиши къ нашему сватому Патріарху Константина града и тамо сущимъ Митрополитамъ, иже слово животно

⁶⁵) како дерзнусте — пропущено: αὐτῶν ἐκείνων τῶν τῆς αὐτῶν πατέρων καὶ τῶν ἐκτοτε οἰκουμειχῶν ἀγίων συνόδων, τ. е. даже онъихъ τῆς сватыхъ отецъ и под-scAND; άλλους вселенскихъ съборовъ вěру претворити.

⁶⁶) разумѣете — ἐπινοεῖτε, измѣшлhbate.

⁶⁷) едину черту — пропущено: τὸ ἰώτα ἐν ἦ μίαν καραίαν.

⁶⁸) божественная сложеньемъ — переиначено Греческое: συλλαβὴν τῆς θείας γράφης, и складъ (букву) божественнаго писаныя.

⁶⁹) у васъ блазнѣно есть — вставка.

⁷⁰) душевную — вставка.

20 ПАМЯТНИКИ. ПОСЛАНІЕ МИТРОПОЛИТА ЮАННА II.

имуще яко свѣтила въ мірѣ сіаютъ и възможни суть Божіею
благодатью таковыхъ взискати и съ тобою исправити, потомже,
аше угодно ти будетъ, прочѣ напишеши и хужьшему паче
всѣхъ мнѣ. Цѣлую ⁷¹) та и изъ Иванъ худыи Митрополитъ
Рускіи и воѣхъ, яже подъ тобою, клирики же и люди, цѣ-
луютъ же въ иже съ нами сватіи и боголѣпніи епископии ⁷²) и
игумени и богочестивіи цари и велиціи людье. ⁷³).

71) Цѣлую та — saluto te. Herb. Въ Греческомъ текстѣ: προσαγορέυω σοῦ τὴν ἐν 'Κύριῳ ἀγαπὴν — чьту твою о Христѣ любовь.

⁷²) Епископи — episcopi. Herb. Въ Греческ. μητροπολίται. Объ одномъ Ми-
трополитѣ Еφρεσὶ, современникѣ Юанну, упоминаетъ лѣтопись. См. Карамз.
Ист. Госуд. Росс., т. II, пр. 160. Быть можетъ, митрополыты, упоминаемые въ
этомъ посланіи, были тѣ, которые находились въ Херсонѣ и Сугдаѣ.

⁷³) Цари и величи людье, reges, magni homines. Herb.; въ Греческомъ: κλῆ-
ρος τε καὶ λαοῦς, кирρъ и народъ.

Общее примѣчаніе. Редакторъ, печатая эту статью, старался
сохранить какъ правописаніе Греческаго подлинника (съ его отступлѣ
ніями отъ обыкновеннаго способа писанія), такъ и чтеніе, принятое
В. И. Григоровичемъ, въ Славянскомъ переводѣ, считая неумѣстнымъ
свое вмѣшательство и въ этомъ посѣднемъ случаѣ.

ЛЁТОПИСЬ

ВЕЛИКИХЪ КНЯЗЕЙ ЛИТОВСКИХЪ.

(приготовлено къ изданию А. Н. поповымъ).

Первыя извѣстія о Литовскихъ лѣтописяхъ почерпнуты
были у Стрыйковскаго, который въ числѣ источниковъ своей
хроники указываетъ на лѣтописи Литовскія и Русскія *)

Что разумѣлъ Стрыйковскій подъ названіемъ Литовскихъ
лѣтописей? Этотъ вопросъ старались разрѣшить ученые. Соеди-
няя названіе: лѣтописей Литовскихъ и Русскихъ, онъ съ одной
стороны давалъ поводъ думать, что разумѣетъ вообще Русскія
лѣтописи, въ которыхъ заключаются извѣстія и объ исторіи
Литовской; съ другой предполагаютъ существованіе отдѣль-
ныхъ Литовскихъ лѣтописей. Шлецеръ, насмѣхаясь надъ
Стрыйковскимъ, говорить: «онъ пользовался 12-ю Литовскими
лѣтописцами, — Литовскими?... а Литва недавно еще выучилась
грамотѣ!... да что онъ называетъ лѣтописями, каковы были
имъ употребляемыя? куда онъ дѣвались? Если кому вздумается
разсмотрѣть его критически; то, вѣроятно, найдется, что вся
истинная древняя исторія взята имъ, какъ и Длугошемъ, у Рус-
скихъ.» «Расхваленные Кояловичемъ vetusti et vetustissimi anna-

*) Krnoika Polska, Litewska etc. Warszawa. 1846. I: 57, 83, 87; II: 58,
229, 232.

22

ПАМЯТНИКИ.

les Litvaniae» Шлецеръ относитъ къ позднѣйшему времени, утверждая положительно, что «нѣтъ туземныхъ Литовскихъ лѣтописей и быть ихъ не могло»¹).

По указаніямъ Стрыйковскаго, онъ подразумѣвалъ существованіе отдѣльныхъ, написанныхъ Литовцами на своемъ языкѣ, временниковъ, и потому, отрицая ихъ существованіе, утверждалъ, что всѣ извѣстія о древней исторіи Литвы могли быть заимствованы только изъ Русскихъ источниковъ. Мнѣніе Шлецера представляется и справедливымъ и ложнымъ въ одно и то же время; потому именно, что онъ рѣшилъ вопросъ прежде критическаго изслѣдованія сказаній Стрыйковскаго, которое самъ же совѣтовалъ предпринять. Этотъ трудъ, предпринятый Пр. Даниловичемъ, и рѣшилъ окончательно вопросъ о Литовскихъ лѣтописяхъ ²).

Стрыйковскій говоритъ: «всѣ Литовскіе лѣтописцы, — которыми онъ пользовался, — были писаны по-Русски; они-то и составляютъ древнѣйшія хроники для Литвы»³). Эти слова уничтожаютъ сами собою предположеніе о лѣтописяхъ, написанныхъ на Литовскомъ языкѣ, и доказываютъ другое, что всѣ извѣстія о древней Литовской исторіи заключаются въ Русскихъ источникахъ. Такъ прежде Шлецера то же самое утверждалъ обвиняемый имъ Стрыйковскій. Онъ же говоритъ: «безъ Руси, Литва не знала бы своей исторіи; ибо Русскіе имѣютъ древнѣйшія сказанія»⁴).

Оставался нерѣшеннымъ вопросъ: Литовскія лѣтописи, по-Русски писанныя, суть ли Русскія лѣтописи или отъ нижъ отдѣльныя? — вопросъ, рѣшенный извѣстіемъ Нарбута о Литовской лѣтописи Быховца ⁵), въ послѣдствіи имъ изданной, и

¹) Несторъ. І. рлд. Geschichte v. Litvan. 1785. § 5.

²) Его статья о Лит. лѣтоп. въ Журн. Мин. Нар. Пр. т. XXVIII. 1840 г. 70 — 114. На Польск. яз. приложена къ изд. 1848 г. Хроники Стрыйковскаго.

³) Kronika. I. 354.

⁴) Тамъ же. I. 219.

⁵) Dzieje staroż. Lit. I. 679. 699. Лѣтопись Быховца издана подъ заглавіемъ: Pomniki do dziejów Litewskich. Wilno. 1846. П. Даниловичъ свою лѣтопись повѣстилъ сначала въ Девникѣ Виленскомъ 1823 г., потому А. Марциновскій издалъ ее отдѣльно подъ заглавіемъ: Latopisiec Litwy i Kronika Ruska. Wilno. 1827. Ея переводъ напечаталъ Руссовъ въ: Воспоминаніи на 1832 г. IV. 19 — 48. V. 16 — 39. VI. 64 68.

Лѣтопись великихъ князей литовскихъ.

23

Лѣтописью Супрасльскою, найденною и изданною Данило-
вичемъ.

Эта лѣтопись находилась въ Сборникѣ Супрасльскаго Мона-
стыря, писанномъ по-Русски почеркомъ XVI столѣтія. На по-
слѣднемъ листкѣ была слѣдующая приписка: «какъ заицъ из-
бегалъ тенета, также всякій мистръ радуется свое дѣльцо
искончавъ. Испананъ сій лѣтописецъ въ лѣто 7028, луна XVIII,
індиктъ ІХ октября VI, на паметь святого Апостола Фомы, за-
мышленіемъ благовѣннаго и христолюбиваго князя Симеона
Ивановича Одинцевича, его милости на здоровье и на щастіе и
на жизнь вечную, на отпущеніе грѣховъ. Боже милостивы ихъ
милости, дай его милости княгини Екатеринѣ, ихъ милости ча-
домъ. Рукоделіе многогрѣшнаго раба Божіего Григорія Ивано-
вича, Богу въ честь и во славу во вики аминѣ. Преставшего по-
мяни Господи ерея Ивана.» «Смѣло утверждаю, говоритъ Да-
ниловичъ, что доселѣ мы не знаемъ лучшей и даже древнѣйшей
Литовской лѣтописи. Изъ ней удостовѣряюсь, что въ XIV вѣкѣ
писали уже отдѣльныя чисто Литовскія лѣтописи, или, по край-
ней мѣрѣ, составляли оныя изъ прежнихъ древнѣйшихъ» ¹).
Гдѣ въ настоящее время находится подлинная рукопись, не из-
вѣстно. Даниловичъ издалъ ее, переписавъ Латинскими буквами
по правописанію Польскому, и Русская лѣтопись извѣстна была
доселѣ въ чужомъ, такъ сказать, облаченіи.

Издаваемыі нынѣ списокъ Литовской лѣтописи принадле-
жить Гр. А. С. Уварову ²). Онъ совершенно сходенъ со спи-
скомъ Супрасльскимъ и писанъ кирилловскими буквами. Хотя
во многихъ мѣстахъ онъ дополняетъ сію послѣднюю лѣтопись,
и въ свой чередъ въ немногихъ случаяхъ дополняется ею;
однакоже обѣ очевидно составляютъ списки однойъ и той же
лѣтописи. Рукопись, въ которой находится послѣдній списокъ,
писана полууставомъ Литовскаго почерка XV столѣтія, въ
16-ю долю листа, на лощеной бумагѣ, на 107 листкахъ. На-
чальныхъ листовъ не достаетъ; изъ наличныхъ первые сохрани-
лись безъ угловъ, а въ срединѣ и въ концѣ нѣсколько листковъ

1) О Лит. Лѣт. Ж. М. Прось. 101 — 106.

2) Къ нему поступилъ отъ И. П. Сахарова.

24

ПАМЯТНИКИ.

утрачено. Вся рукопись дѣлится на три части: въ первой заключается Литовская лѣтопись (л. 1 — 76); за ней слѣдуетъ «Летописецъ о великомъ князѣ Московьскомъ како далеки отъ рода Володимерова»: это краткій родословникъ Московскихъ князей, вслѣдъ за которымъ находится исчисленіе епископствъ подъ заглавіемъ: «А се епископы, елико в Роуси соуть» (об. л. 76 — 79). Далѣе слѣдуетъ: «Летописецъ отъ великого князя Володимеря Кіевского» (л. 80 — 107), начинающійся прошениемъ Новгородцевъ о томъ, чтобы имъ данъ былъ княземъ Владиміръ, и оканчивающійся нашествіемъ Батыя. Внизу послѣднихъ листовъ, на оборотѣ, при текстѣ рукописи находятся слѣдующіе приписки другою рукою: В... я п.. рабъ верень с приказу та Яна поволскаго службника приналежи — а добродею моему» — (л. 107); на другой сторонѣ: «государыни нашей милостивой княгини Юрьевой Семеновича Слуцкой, княгине Олене Миколаевне Родивиловича.» — «велиможны» (л. 108). Далѣе (л. 109): «в лето зв — 7050 месяца Апреля зі — 17 на день пр. отца Симеона иже въ Персиде, в неделю, вдарило к—2 године в ночь, преставись князь Юріи Слуцкои; была голова на целомъ промыслѣ»; на оборотѣ того же листа: «Олкемонтовъ родъ Гольшанскій, Евнутьевъ родъ Жеславскій, Кгедимоновъ родъ Алельковичи, Якаиловъ родъ кролевскій, Витовтъ Кестутьевичь.»

По родословникамъ видно, что князь Юрій Слуцкій былъ потомокъ Ольгерда. Онъ сынъ Симеона Слуцкаго, котораго отецъ Михаилъ былъ сынъ Олелька. Олелька же или Александръ былъ сынъ Владиміра Бѣльскаго, пятаго сына Ольгерда"). Юрій Слуцкій дѣйствительно умеръ въ 1542 году, и

1) Временникъ № 10. Родосл. кн. 83. 139. Кто былъ Симеонъ Ивановичъ Одинцевичъ, Даниловичъ не вашелъ (Latop. Litw. предисл. 12. о Лит. лѣтоп. 101); у Нѣсецкаго нѣтъ его имени въ числѣ Одынцевичей. На начальной страницѣ написано, какъ полагаетъ Даниловичъ, собственвою рукою С. И. Одинцевича, генеологія его, гдѣ сказано: «Тотъ князь Олександро и съ сыномъ своимъ (Григорьемъ) поехалъ до великаго князя Московскаго служити.» Въ Русскихъ родословникахъ упомивается, кто князья Друцкіе «приѣхали изъ Литвы къ В. Кн. Василью Ивановичу.» Кн. Дмитрій, у него сынъ кн. Василей, у Василья Александръ, у Александра Юрій. Но въ припискѣ отцемъ Александра названъ Андрей. По вашимъ родословцамъ, у В. К. Дмитрія Юанновича значится бояришъ Андрей Одынецъ, у него

ЛЬТОПИСЬ ВЕЛИКИХЪ КНЯЗЕЙ ЛИТОВСКИХЪ.

25

былъ женатъ на дочери Николая Радзивила, сестрѣ Гетмана Литовскаго Юрья (ум. 1541 г.)¹). Эти приписки, конечно, не современны самой рукописи, которая древнѣе; но во всякомъ случаѣ они доказывали бы, что рукопись не можетъ уже быть моложе XVI столѣтія. Почеркъ, которымъ писаны приписки и донолненія внизу страницъ къ самому тексту, весьма сходныя между собою, безъ сомнѣнія, принадлежатъ XVI вѣку. Впрочемъ почеркъ самаго текста лѣтописи, кажется, не позднѣе половины XV столѣтія ²).

О времени составленія самой лѣтописи можно судить по слѣдующему обстоятельству. При описаніи смерти великаго князя Свитригайла лѣтописецъ говорить: «азъ того не вемь за неж бехь тогда младъ, но неции мовять, иж бы тот Фома далъ князю Скиригаилоу зелие отравное пити.» Свидригайло скончался въ 1394 году ³); слѣдовательно сочинитель лѣтописи приблизительно жилъ между 1385 и 1450 годами. И такъ, сочиненіе лѣтописи отнесено быть можетъ къ началу XIV столѣтія. Оба доселѣ извѣстные списка принадлежали двумъ Литовскимъ родамъ: Одынцевичамъ и Слупцкимъ.

Въ разсужденіи о Литовскихъ лѣтописяхъ, Пр. Даниловичъ, по указаніямъ Стрыйковскаго, предполагаетъ нѣсколько разрядовъ такихъ лѣтописей. Но доселѣ извѣстно въ полныхъ спискахъ только два. Одна, имъ самимъ изданная и теперь издаваемая по новому списку кирилловскими буквами; другая, извѣстная подъ именемъ Лѣтописи Быховца, изданная Нарбутомъ.

Послѣдняя лѣтопись также была писана кирилловскими буквами по-Русски; ибо на послѣдней страницѣ Польскаго ея списка, который издалъ Нарбутъ, сказано: «Kronika Litewska,

сынъ Александръ Белеутъ, у Белеута сынъ Григорій (Времен). № 10. 184. 198). Быть можетъ, сему послѣднему принадлежалъ Супрасльской списокъ Литовской Лѣтописи.

1) Kronika Stryjkowskiego. II. 399. Tegoż też roku po wielkiej nocy Jerzy Semenowic, xiąże Słucka, mąż wielkiej dzielności, rozstał się z światem.

2) Образцы такихъ почерковъ приложены къ Собранію Актовъ городовъ Виљна, Ковна и Трокъ. Вильно. 1843.

3) Kronika Stryjk. II. 103.

26

ПАМЯТНИКИ.

z Ruskiego języka na Polski przełumaczona» ¹); но, какъ за-
мѣчаетъ и самъ издатель, этотъ переводъ заключается только
въ томъ, что Польскій переписчикъ кирилловскія буквы за-
мѣнилъ Латинскими. Можно, кажется, съ вѣроятностью при-
бавить, что перепищикъ нѣкоторыя слова Русскія замѣнилъ
Польскими на основаніи слѣдующаго соображенія. Въ 1846 г.
Г. Бодянскій издалъ нѣкоторыя извѣстія о рукописяхъ Познан-
ской Библіотеки ²). Тамъ, между прочими, находится «Лѣто-
писецъ великаго князства Литовъского и Жомоитъского.»
Сравнивая выписки изъ сего лѣтописца, приводимыя Г. Бодян-
скимъ, съ лѣтописью, изданною Нарбутомъ ³), оказывается, что
это, по всей вѣроятности, одна и та же лѣтопись; но первая со-
ставляетъ Русскій подлинникъ, вторая Польскій переводъ, или,
вѣрнѣе, списокъ съ нѣкоторыми только измѣненіями въ языкѣ.

По бумагѣ и письму, Нарбутъ относить Польской списокъ
къ XVI столѣтію, или къ началу XVII-го; но, кажется, и со-
ставлененіе самой лѣтописи если не относится къ тому же вре-
мени, то во всякомъ случаѣ принадлежитъ ко временамъ позд-
нѣйшимъ въ сравненіи съ издаваемою нынѣ. Сочинитель Лѣто-
писи Быховца пользовался вмѣстѣ съ другими источниками и
сею послѣднею лѣтописью. Она почти вся вошла въ составъ его
лѣтописи, иногда слово въ слово, чаще же сокращенно или съ
прибавленіями. Но и лѣтопись издаваемая не есть первоначаль-
ная, и ея составитель пользовался, если не древнѣйшими, по
крайней мѣрѣ иными, болѣе сокращенными лѣтописями. Къ
такому предположенію приводятъ насъ краткія извѣстія, по-
мѣщенныя въ концѣ обоихъ списковъ, о происшествіяхъ только
что разсказанныхъ передъ тѣмъ лѣтописью съ гораздо большею
подробностію.

При семъ изданиі списокъ Гр. Уварова былъ принятъ за
текстъ, сличенъ со спискомъ Даниловича и разнорѣчія указаны
въ подстрочныхъ примѣчаніяхъ. Рукопись печатается буква въ
букву; только немногія встрѣчаемыя въ ней сокращенія, и то

1) Pomniki do dziejów Lit. предисл. 1 и 2.

2) Чтенія въ Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. годъ 1-й. № 1. стр. 1 – 45.

3) Тамъ же, стр. 9 и др. Kronika Litewska Нарбута, стр. 15 и др.

ЛЪТОПИСЬ ВЕЛИКИХЪ КНЯЗЕЙ ЛИТОВСКИХЪ.

27

непостоянно (Бгъ, Црь, Кнзь, Еппъ, мца), переписаны, безъ сокращенія буквъ. Соблюдено правописаніе рукописи. Мѣста, обозначенные скобками ( ), не находятся въ спискѣ Уварова и взяты изъ списка Даниловича; мѣста, поставленныя въ знакахъ вносныхъ «», наоборотъ находятся въ одномъ спискѣ Уварова и не имѣются въ спискѣ Даниловича.

Издавая эту лѣтопись, полагаемъ, что она будетъ любо-
пытна какъ памятникъ историческій и вмѣстѣ съ тѣмъ какъ
образецъ языка Литовско-Русскаго XIV столѣтія.

(Великого князя Кедмина Литовскаго было сыновъ 7 : ста-
решиии Монвидъ, потомъ Наримонтъ, Олигортъ королевъ отецъ,
потомъ Евнутеи, потомъ Кестути отецъ великого князя Ви-
товта, потомъ Кориатъ, седмыи Любортъ. Мондивиду далъ
отецъ Корашевъ да Слонимъ, Наримонту Пинескъ, Олгирду ко-
ролеву отцу Крево, да къ тому князь Витебскии синовъ не дер-
жалъ, принялъ его къ дотце Витебскъ взятии, Евнутиа осадилъ
во Вилни, на великомъ княжении, а Кестутию Троки, Кортіату
Новгородокъ, а Люборта принялъ Володимерскии князь к дотце
во Володимеръ и в Луческъ и во всю землю Волынскую. Ол-
гирдъ королевь отецъ, а великого князя отецъ Кестутии былі
во великои любви и милости и в ласце. Князь великии Евну-
теи во большеньстве будя не полюбилъ ся имя, и смовили
межю собою братиа, князь великии Олгирдъ и князь великии
Кестутеи, какъ бы его оттоле высадити, а некоторому бы межи
ихъ сести. И смолвивши межи собою рокъ учинили, кото-

28

ПАМЯТНИКИ.

рого бы дни к Вилни пригнати, засести городъ подъ братомъ, великимъ княземъ Евнугиемъ. А князь великии Олгирдъ к Вилни из Витебска не поспелъ к тому року, а князь великии Кестутеи пригналъ ко городу Вилни и вогна в городъ. И князь великии Евнугие высочивъ убежитъ во горы, тамо озябетъ в ноги; немше его привезли ко брату его ко князю великому Кестутію; онъ же жда брата своего старшего великого князя Олгирда, посадити его за сторожею, а противу брата своего великого князя Олигорда послалъ гонца, што иже во Вилни селъ, а брата князя великого Евнутия инялъ. Стретилъ гонецъ во Креве и князь великии Олгирдъ борзьдо поспешить *) ко брату своему великому князю Кестутию. И князь великии князь Кестутии рече брату своему великому князю Олгирду: тобе подобаетъ княземъ великимъ быти во Вилне, ты старешиии братъ, а я с тобою за одно живу. И посади его на великомъ княженію Вилни, а Явнутию далъ Ижеславль.

А докончаютъ межи себе князь Кестутии великии и велики князь Олгирдъ, что братии всеи послушну быти князя великого Олгирда, или которые волости то собе раздѣлили, а то собе докончаютъ, што придобудуть, градъ ли или волости, да то делити на полу; а быти имъ до живота в любви, во великои милости. А правду межи собе на томъ дали: не мыслити лихомъ никомуже на никогожъ. Тако же были до живота своего в тои правде.

Синовь же было у великого князя Олгирда 12, а в князя великого Кестутия синовъ 6 было. А межи всехъ синовъ любили: князь Олгирдъ князя великого Ягаила, и князь великии Кестутии полюбилъ князя великого Витовта; и нарекли при своихъ животехъ ихъ, што имъ быти на ихъ местехъ на великихъ княженихъ. Они пакъ князь великии Витовтъ также во великои дружбе были при отцехъ своихъ.

Потомъ пакъ князь великии Олгердъ умре и князь великии Кестути не остави брата своего великого князя Олгирда, какъ до его живота в одиночестве с нимъ были; почнетъ держати княземъ великимъ во Вилни сина его князя великого Ягаила, и

*) Въ подлинникъ это слово повторено.

ЛЪТОПись ВЕЛИКИХЪ КНЯЗЕЙ ЛИТОВСКИХЪ.

29

почнетъ пакъ приездити ко старымъ думамъ какъ ко брату
приезживалъ ко старецшему.

Некто пакъ былъ у великого князя Олгирда парубокъ, не-
волныи хлопъ, звали его Воидиломъ; первое былъ пекаромъ,
вставили его постелю слати и воду давати собе пити, и потомъ
пакъ полюбился былъ ему, далъ былъ ему Лиду держати и по-
велъ былъ его в добрыхъ. Потомъ по животе великого князя
Олгирда две ли лете минуло, князь великии Ягаило поведеть его
велими во високихъ, и дасть за него сестру свою родную княжиню
Марию, што потомъ была за княземъ Давыдомъ. Князю вели-
кому Кестутию велими нелюботь вчинилъ и жалость, што бра-
танню его а свою сестру за хлопа далъ. И былъ тотъ Войдило
у великои мочи у великого князя Ягаила; почалъ со Немци собе
соймы чинити и записыватися грамотами противу великого
князя Кестутия.

Некто панъ былъ Остродски кунторъ, звали его Гунсты-
номъ; тотъ былъ кмотръ великому князю Кестутию, крестилъ
княгиню Янушевую дшерь его. Тотъ поведалъ князю великому
Кестутию: и ты того не ведаешь, какъ князь великии Ягаило
присылаетъ къ вамъ часто Воидала, и уже записался съ нами
какъ тебе избавити своихъ местъ, а ему бы ся достало и со се-
строю великого князя Ягаила твои места.

Князь великии Кестутии вѣда, што князь великии Витовтъ
гораздо живетъ со княземъ великимъ Ягаиломъ, и почнетъ жа-
ловатися сину своему великому князю Витовту: ты с нимъ го-
раздъ живешь, онъ вже записался на насъ со Немьци. Князь ве-
ликии Витовтъ рече отцу своему: не веруи тому, ачъ того
нетъ, зань же со мною горазьдо живетъ, ачеи бы мнѣ
явилъ.

Потомъ пакъ учинилося великое знамение. Князь великии
Ягаило далъ былъ Плотескъ брату своему Скиригаилу, и они
его не приняли. И князь великии Ягаило послеть рать свою Ли-
товскую и Рускую со братомъ своимъ Скиригаилемъ ик По-
лоцку и оступятъ городъ. И князь великии Кестутеи опять
начнетъ сину своему великому князю Витовту жаловатися и
проплакивая на князя Ягаила: заи Воидала сестру далъ мою
братанню, а из Немець ми явлено, што Немци записалися на

30

ПАМЯТНИКИ.

насъ, а се пакъ третие: с кимъ) мы¹) вою(емъ, съ Нѣмци, они) с ними Полоць(ка добы)вають, оуже то проявили²) ижъ они полно на насъ стали с Нѣмци. И князь великии Витовть отвечеть³) отцу своему великомоу князю Кестоутію: еще тому не доверяю гораздо⁴); а рекъ то князь великыи Витовть, а самъ поехалъ к городноу⁵) Дорогичиноу. Князь (пакъ великій Кестутій собрався своею мопію, и вженетъ во городъ во) Вилю, иметь (князя) великаго Ягаила и со братіею и с матерью, и грамотыї ты найдеть⁶), што с Немци записался, и к⁷) сыноу своему гонца пошлеть к великомуу князю Витовтоу к Дорогичину, ижъ такыя⁸) дѣла сталася; и гонецъ тотъ найдеть князя великаго оу⁹) Городнѣ, а онъ вжѣ (до Городна пріѣхалъ съ Дорогичина. А князь великій Витовтъ за одинъ день) приженеть из Городна ко отцу своему «великому князю Кестутию, онъ же рече к великому князю Витовту сыну своему»¹⁰): Ты мнѣ не вѣриль, а се ты¹¹) грамоты, «што» записалися были на насъ, но Богъ (нас) остерѣглѣ. Ино¹²) я князю великомуу Ягаилу ничего не вчинилъ, не роушилъ есми ни скарбу¹³) его ни стадъ, а сами оу менѣ оу нетъествѣ¹⁴) ходять толко за малою (сторожею. А отчину его Ведбескъ и Крево и вся мѣста), што отць его держаль, то все емоу даю и ни во што ихъ неостоупаюся; а то оучиниль¹⁵) есми, стерегль есми своее головы¹⁶), почюлъ што на мене лихо мыслять¹⁷). (И) князь великій Ягаило «велми оурадоваться великого князя Витовтоу пріездоу и правду д..... князь Витовтъ......... отцу»¹⁸) великомуу князю Кестоутію, што николи противоу его не стоять, а завсе оу его воли быть со всеми. И князь великии Кестоутей отпусти его со матерью и з братіею и с скарбомъ своимъ со всемъ¹⁹). И князь великыи Якаило поиде Креву, и князь великии Витовьтъ (провадитъ его до Крева. И князь) великии Якаило идѣ²⁰) с Крева к Витебскоу. А какъ селъ²¹) князь великии Кестоутии оу Вилни, по-

1) ся. 2) проявилось што они. 3) отвечаеть. 4) гораздъ. 5) городу. 6) и грамоты и найдеть. 7) ко. 8) такаń. 9) въ. 10) Сіи слова приписаны внизу страницы, со знакомъ, куда относятся. 11) тые. 12) но. 13) скарбовъ. 14) не в нятстве. 15) вчинилъ. 16) стерега своеи головы. 17) мыслить. 18) Ягаило великому князю Витовту и яды своему великому князю Кестутію.... 19) и со скарбомъ и со всемъ его. 20) поидеть. 21) сяде.

31

ШЛЕТЬ 2 ЧЪЛВКА КЪ ПОЛОЦЬКУ, одного в ¹) рать, а дроугаго в го-
родь ²); и Полочане возрадовалися и кликноули въ рать, и люди
ратныи отстоупили отъ Скиргайла, и пошли к Вилни ко князю
Кестутію, а князь (Скиригаило пошелъ) оу Немци и в (Лифлянты)
с малыми слоугами. И князь пакъ великыи Кестутеи поидеть к
Северьскомоу ³) Новоугородоу на князя Корбоута; а своего сына
князя великаго Витовта оставилъ в Литвѣ. (А) идя ко (Сивер-
скому) Новоугородку велить да обесить Воидила ⁴), а князю ве-
ликомоу Якаилоу из Витебъска ⁵) (потижъ было с нимъ. То
пакъ) «великыю» князь Якаило правду свою забылъ на бордзе ⁶),
тамъ не пошелъ; а наговорилъ местичи Виленьскии ⁷), Ганю-
левоу чадь, а засели Вильню. А князь великии Витовтъ въ то
врѣмя оу Троцех былъ; и князь велики Якаило з Витебъска со
всими приженеть къ Вильни. И князь великии (Витовтъ) по-
шлеть к Северь(скому) Новоугородкоу ко отцу своему великому
«князю Кестоутию» (с тою вестію); а Немци пак Проускии
оуслышавші тая дела, и маршалок ⁸) Проускии поиде «на помочь»
ратию к великомуу князю Якаилоу вельми на бордзе. А какъ то
услышалъ ⁹) князь великии Витовтъ, иж Проускии Немци к
Вилни (и к Трокомъ идуть), а князь великии Ягоило изъ Вилни
к Трокомъ же идеть ратью сниматися ¹⁰) съ Немци; «и» он
поидетъ к Городноу ис ¹¹) Троковъ с ¹²) матерью. А какъ при-
стоупили к Трокомь, князю великому Агаилоу ¹³) Трокы дадут-
ся емоу. И князь великыи Кестоутии к Городноу ко сыну свое-
моу; тоуто (наидетъ) и женоу свою, (и) пошлютъ ю ¹⁴) к Бе-
рестью, надеяся ¹⁵) на князя Яноуша Мазавискаго ¹⁶) зятя своего;
а самъ поидѣ ¹⁷) оу Жомоти ¹⁸), а сына своего великаго князя
Витовта оставит в Городнѣ. Князь пак Янушь зять его, забывь
добра «и приязна цтя своего и тещи своеи и шюрьи, поидѣть
ратью к Дорогочиноу, Дорогочинъ возма осадит, Саражь из-
воюеть, Каменец извоюеть, и отстоупить Бересты; тещоу свою
оу Берестъя и Берестъя не добылъ, поидетъ прочь, осадивъ сии
городы: Дорогочинъ, Хмельникъ. А князь великии Кестоутии,

1) у. 2) к городу. 3) Сверскому. 4) Воидила обесити. 5) а княжству вели всему и Яканлу с Витебска почи жъ... 6) правда пабордзе загубилъ. 7) меститъ великъхъ. 8) маршалко. 9) услышавъ. 10) снимати. 11) и со. 12) со. 13) князь великии Ягаило. 14) ей. 15) надняся. 16) Мазовецкого. 17) поидетъ. 18) Земоитъ.

32

ПАМЯТНИКИ.

собравь свою Жемоитьскоую землю и вси рати, и поидѣть к реце
к Вилни. И князь Витовтъ собрать свою» ¹) ... (...перво
Лихвянты рать на помощь приходили князю Скиригаилу к По-
лоцку, а потомъ с маршалкомъ Прусская рать к Трокомъ при-
ходила; а то выше в третіе Лихвянская рать и с нимъ же при-
ходила. То уже знакы тые вышли, што с нимъ заодно стояли)
противу великаго князя Кестоутия. И выступатъ на бои князь
великии Кестоутии и с сыномъ своимъ княземь Витовтомъ про-
тивоу великаго князя Якаила, и какъ не снемшись ²) полкомь
за г или за стрелениа, приженоуть князи и бояре от князя
великаго Ягала до князя великаго ³) рати Кестоутиевы, почноуть
пытати великаго князя Витовта: што быхомь поговорили с
нимъ. Почноуть говорити великомоу князю Витовтоу: князь ве-
ликии Ягойло послаль насъ к тобѣ, штобы еси уедналь насъ со
отцемь своимъ, што быхомь дѣржали свое, а вы бы свое, а бою
бы меж нас не было, а кровопролитие бы не оучинилося ⁴);
ты бы пріѣхаль ко братоу своемуу князю великомоу Якаилоу,
а мы правду даемъ, штобы тобе чисто оттѣхати в рать свою,
чидзы бы ⁵) межи вась добрыи быль конецъ. Князь великии Ви-
товть отвечаль: правдоу оу вась бероу, штобы також князь Ски-
ригаило семь пріехаль, а також ⁶) бы правдоу дальн, и я выедоу.
Они послали ко князю Скиригаилоу, и князь Скиригаило также
правдоу дальн великомоу князю Витовтоу, какъ они. И князь ве-
ликии Витовтъ поехаль к великомуу князю Якаилоу и ко его
рати, и полковѣ стоять межи себе, не починая ничего ⁷). И князь
великии Якаило оучнеть ⁸) просити Витовта, штобы еси межи
нас оуедналь и кровопролития бы не было. И князь великии
Витовть правду оуязаль ⁹) оу князя великаго Якаила за отца
своего, што отцю его князю великомоу Кестоутию соехався (и)
опять чисто разехатися; а еще рекъ ¹⁰) князь великии Витовтъ
князю великомоу Якаилу: еще брате пошли Скиргаила што(бы

¹) Въ рукописи недостаетъ листка; въ сп. Д. вовсе пропущены эти извѣстія и повѣствуется такъ: ...забывъ добра приде князю великому Яганлу, и се перво Лихвянты... ²) не шошедшимся. ³) Эти слова въ рукоп. У. приписаны внизу стра- ницы. ⁴) не вчипилося. ⁵) а чеи бы. ⁶) такоже— часто встрѣчается въ рукоп. Д вмѣ- сто такожъ, равно и въ вм. оу, къ вм. ко. ⁷) межи собою не починаю ничего. ⁸) почнеть. ⁹) взялъ в него у... ¹⁰) рече.

Лѣтопись великих князей литовскихъ.

33

онъ а и я, а всчинили) быхомъ отцю своему «правду», иж бы
емоу чисто приехат¹) и опять отъехати (в рать), а князь бы
Скиригаило от тебѣ дал правду. И князь великии Витовть со
княземь великимъ Скиригаиломь приедоуть ²) ко отцю своему
князю великомоу Кестоутию в рат дат ³), правду отцю своему
от князя великаго Якаила. И князь Скиригаило правду дасть от
великаго князя (Ягаила) и от себѣ, и князь великии Витовть со
отцемь своимъ великимъ княземь Кестоутиемъ оба ⁴) поедуть в
рат ко Якаилу, надеяс ⁵) на тыи правды.

Князь же великіи Ягаило переступилъ «тыи правды» мол-
вить: поедь к Вилни тамо докончаемъ; а в том «рати» ничего не
почавши ⁶) остали. И какъ к Вилни пріехавъ ⁷) князя (великого)
Кестоутию дядю своего, оковавши ⁸), ко Креву послаль ⁹), и
оусадили ¹⁰) оу вежю, а князя великого Витовта оставили «были»
 еще оу Вилни. И тамо оу Креве пятыя нощи князя великаго
Кестоутия оудавили коморникы князя великаго Якаловы:
Прокша, што водоу даваль емоу, а были ины: Мостевъ брать
Акоучикъ, и Лисица Жебентяи. «И» таковь конець стался
«емоу», князю великомоу Кестоутію.

По смерти пакъ «оу» князя великаго Кестоутиа пошлетъ
кнзь великии Якаило князя великаго Витовта во Крево ж, и (со)
женою, и велить его твердо стеречь ¹¹) въ комнатъ, помщая Вои-
дила, — «што были за него сестроу свою дали» — двоу велели
на колесе разбити: одного Видимонта, дядю маткына ¹²) князя
великаго Витовта, отня ¹³) брата маткы его, што держаль Оу-
лияноу, потомъ пакъ была за Монивидмь. И ¹⁴) иных бояръ
многа постиналь, помщая то ¹⁵) Войдила. Кнзь пакъ великии
(князь) Витовтъ седелъ оу Кревѣ (за твердою сторожею у ком-
нате; а жонце) двѣ ходили покладывати кнгини ¹⁶) оу комнатоу;
да положивъ их да вонь пойдуть, а сторож ¹⁷) около. То пакъ
великая кнгиня слышавъ ¹⁸) от людии, имет ли кнзь великии
Витовтъ дольжи седѣти; ачей такъ же изгадають какъ и надъ
отцемь, и пригодала емоу такъ, какъ пойдуть жонкы по-

1) приходити. 2) придуть. 3) и дасть. 4) обадва. 5) надеяся. 6) починавши.
7) приехали. 8) оковавъ. 9) послали. 10) всадили во. 11) стерети во комнате.
12) матки. 13) отчивя. 14) а. 15) того. 16) княгиню. 17) сторожи. 18) слышавши.

уч. зап. — к. і. — памят.

3

34

ПАМЯТНИКИ.

кладати, ино¹) бы ему одное жонкы оускласти²) порьты давъ, і ити вонъ³) со дроугою жонкою, а тоі жонце остаті бы в нее⁴), (и) онъ наредиль⁵) одное жонкы порты да з⁶) дроугою вышель, да (и) споуститься из города, «и» оутечеть оу Немци и Прусы. Соущу ж емоу оу Немцах оу Мрьингородѣ⁷) оу мистра, и приехаша к нему мнози кнзи и бояре Литовскии, и онъ ж начне⁸) воевати (с) помочою Немецкою Литовскую землю.

А князю великомоу соущу Якаилоу с мтрыю своею великою кнгинею Оульяною оу Витебъскоу, а брта⁹) его княз Скиригайло оу Литовьской земли оу Троцѣхъ. А великомоу князю (часто воющи Литовскую землю, а великому князю) Якаилоу (и) Скиргаилу невозможно оуже стати противу емоу, занеж¹⁰) оубо у него сила великая собралася. Тогды¹¹) княз великии Якаило перезваль¹²) его из¹³) Немець, и даль емоу Лоучеськ со всею Волынскою землею, а в Литовьской земли отчиноу его.

Короля Казимера — «пакъ Краковьскаго» — въ животе не стало, а сышовь оу него не было, только одна дочка именемь Я(д)вига. И начаша Ляхове с Кракова слати ко князю великомоу Якаилу, дабы принялъ крщение старое¹⁴). Рима, и понял бы в нихъ королевноу (именемъ) Ядвигоу собе женою, и стал бы в нихъ королем оу Краковѣ, на всеи земли Лядьскои. Онъ ж княз великии Якаило свет створиль¹⁵) со мтрыю своею великою кнгинею Оульяною и з братею своею и со всеми кнзми и'бояры Литовския земли, и поехаль Краковоу оу Лядьскою землю. Тамож самъ крстися и брата его и кнзи и бояре Литовское земли. И поняль за себѣ королевну Ядвигу, и корунованъ бысть того королевства короуною¹⁶); и оттолѣ начаша крстити Литвоу в Латыньскою вероу. И прислал¹⁷) арцибискоупъ «бискоупа» к Вилни во Литовскою землю, и тогда начаша костелы ставити по всеи Литовской земли.

Той ж зимы королю соущу оу Кракове со всеми кнзми Литовьскими и боярами Литовьскими княз Андреи Полоцкыи приидѣ

¹) но бы. ²) всклати. ³) да выяти вонъ. ⁴) в него. ⁵) наредився в однои. ⁶) за ⁷) у Марине городе в. ⁸) пача. ⁹) братъ. ¹⁰) его, зань же. ¹¹) тогда. ¹²) перезвавъ. ¹³) со. ¹⁴) старого. ¹⁵) смовилися из своего. ¹⁶) Въ рукоп. при семъ знакъ и послѣ надпись: яко крести Якаило всю Литву в Римскую вѣру. ¹⁷) присла.

35

с Немци Лифлянты со всею Латыголою «и» на Литовьскою землю, и повоеваше и пожже много местъ и селъ, градомъ (же) Литовьския земли ничего не оуспе¹), и пакы возвратися во свояси.

Тои ж зимы кнзь Свяцьславь Смоленскии советъ сотвориша съ кнземъ Андреемъ Полоцкымь, онъ въ Литвоу, а кнзь Свецьславль ²) к Орши, «а» не ³) мироу много зла сотворыши хрстианьмъ ⁴), нечеловечьскии и нехрстиянскии (мучиша христіанъ), иж ни и⁵) на поганскихъ ратехъ слышахомъ таковыхъ моук. Мучиша хрстианъ, собирахоу и запираху во избахъ (и) зажигаху, (а) дроугыя (и) великиа храмы очепы поднимахоу и плениковъ подъ стеноу главами кладахоу (и) зажигаху, а (иныя) жоны ихъ (и дети) на колье тыкахоу; а (и)ныхъ моукъ над хрстияны иж грозы ради ⁶) не писахомъ, — якож ни Ониихъ Осирьскии ⁷), ни Оульянъ законьпрестоупныи техъ моукъ не творили ⁸) над хрстияны. Ко градомъ ж пришли, ничтож ⁹) оуспеша, и пакы возвратишась во свояси ¹⁰).

Тое ж зимы великаго поста ¹¹) нача Свяцьславь ¹²) доумати Смоленскими бояры на хрстияны ¹³) кровопролитие, акы свирепии зверие ¹⁴), акы не хрстиане; поиде ко градоу Мьстиславлю, ста оу града Мьстиславля, и нача добывати (и) порокы бити градь, а в землю Мьстиславльскоую воиноу свою пустиль ¹⁵), и много проли ¹⁶) крови християньския. Тож бысть бгоумерьзко зрети, зовощемся хрстияном: а братью свою хрстияне ¹⁷) нечеловчьскыи, нехрстиянскии моуча ¹⁸).

Князь же великии Скиригаило и князь великии Витовть приехаша ¹⁹) из Ляховъ от брата своего короля, «и» слышачи, яко кнзь Свяцьславль ²⁰) Смоленскии преж бысть под Витебскомъ, а потомъ к Орши ходиль ²¹), а под Мьстиславлемь стоить, град порокы биеть, и сжалився кнзь великии Скиригаило, поидеть и с братьею ²²) своею великимь кнземь Витовтомь, и с Костянти-

1) вспеи. 2) Светиславъ. 3) на. 4) хрстьянемъ. 5) иж пи в. 6) ижъ скаредно. 7) Онтіохъ Сирскии. 8) не твори. 9) граду же Орши ничего не вспеши. 10) При семъ въ рукописи знакъ, а внизу страницы подпись: яко Святославъ проли крови христианское много. 11) во великое говение. 12) Светославъ. 13) хрстьянское. 14) яко сверипие. 15) вои пусти. 16) пролитаа. 17) Эти слова принисаны внизу страницы. 18) мучаху. 19) приехавши. 20) Свитославъ. 21) приходилъ. 22) поиде со братию.

36

ПАМЯТНИКИ.

ноль, и с Корибоутомь и с сынномъ Лыквеньемъ ¹); и поменоуша слово бжие еж рече: в нюж человекъ мероу мѣрить «и» отмерится емуу, а што сееть ²), то и пожнеть. Рекоста: мы ³) ни коего зла сотворша ⁴) емуу, а онъ с нами оу докончании боуда, «и» престоупилъ ⁵) крстное целование и докончание, нашу землю воюеть и кровь хрстиянскою проливать, мы ж идемь на него надеючися ⁶) на Бга и на крстьною силоу. И приидоша ко городу ⁷) Мьстиславлю, ан ⁸) князю Стославоу ставшоу оу города и бивши порокы град Мьстиславль на тртен ⁹) недели оу пятницу, яко оуслыша кнзь Свяцьславль, яко идеть на него кнзь великни Скиригаило (и) с братьею, онъ жъ сполчивь ¹⁰) вои своя и поидѣ противоу имь. Яко состоупишася полці ¹¹), Богъ же по пророка Давида слову сотвори еж рече: обратится ¹²) болезнь его на главоу и на верхъ его неправда снидеть; и пакы: ровь изрывъ ископа и впадеся во яму, юж ¹³) сотвори. Богъ може великомоу кнзю Скиригалоу и великомоу кнзю Витовтоу а князь Святославь ¹⁴) оуствермися на бег и со ¹⁵) своими кнзми и бояры Смоленьскими и со своими ратми. Бжиею силою toy немало чоудо створис ¹⁶); избито бысть вои много множество, кнзеи и боярь, но и самого князя (великого) Свяцьслава оубиша. Сна ж его князя Юрья, князь великии Скиригаило исцелиль ¹⁷) его от рань, и приведеть ¹⁸) его к городоу Смоленьску (и) ко мтри его великои кнегини Свяцьславли, и посади его на великомъ княжньи Смоленскомь, занеж быст за кнземь Юрьемъ діщі старшее ¹⁹) сестры Скиригаиловы.

Отшедъше от града ²⁰) Смоленьска князь великии Скиригаило (и) поидѣ оу свою землю Литовскую, и нача княжити оу Троцехь, а оу Вилни прислал ²¹) корол старостоу своего Лядского. А князя великомоу тогда Витовтоу держачи ²²) Лоучесь и всю землю Волыньскоую, а в Литовьской земли отчиноу свою. И бысть емуу нужно, иж преж чюжого ²³) не бывало въ Литовьской земли сторонамъ владеющимъ великим Литовьскимъ

1) Лынгвенемъ. 2) посееть. 3) мы, рекоша. 4) сотворихомъ. 5) преступивъ. 6) надеемся. 7) ко граду. 8) а. 9) страшнои. 10) исполчи. 11) Въ рукоп. на полѣ приписка отъ этого слова: яко побѣди Витовтъ Святслава. 12) обратися. 13) в него еже сотворилъ. 14) Эти слова приписаны внизу страницы. 15) из. 16) створися. 17) изцеливъ. 18) привезе. 19) стареи. 20) города. 21) послалъ. 22) держашу. 23) чего.

Лѣтопись великихъ князей Литовскихъ.

35

княженіем; тогда совѣтъ створи со многими князьми и бояры
Литовскими. Тогда бо Скирагаило отехавшію к Полоцку, и
князь великии Витовтъ приидѣ к Вилни, хотя «ю» засести, а
кнегини великаа его Анна бе тогда оу Городнѣ. Вилневци ж
тогда не оудашася емоу, занеж тогда были королю правдоу дали
«и» Скиригаилоу. Онь же тогда не возма Вилни, и поиде ко
мистроу с ¹) своею кнгинею и со своими князьми и со многими
бояры ²), «и» оттоле нача воевати Литовьскою землю с Немец-
кою помочью, и оуже оузяль быль «половиноу» Литовьское земли
по рекоу Велию, и ³) Полтескъ «градъ» дался ⁴) емоу. Оузрѣ ⁵)
король и князь великии Скирегаило якож оуж «имь» невозможно
оудержати Литовьское земли пред великымъ князьем Витовтомъ
с ⁶) Немецкьыми силами, поидѣ к Вилни. Стретить ⁷) его князь
Скиргаило со братомъ своимъ (Выгонтомь) и с Литовьскими вои
на реце на Вельи оу Городка, на месте нарицаеме Велишишкы ⁸),
и стоупившимся полкомь Богъ помощи великомоу князю Витов-
тоу, и побежени быша Литовьскыи вои, и оустремишася на бегь,
и побито ихъ много бысть, а иных князей и боярь в нятство
имали ⁹): князя Семиона ¹⁰) Евноутьевич, князь Глеб Святославич
Смоленьскаго, князя Глеба Костяньтинович, князя Ивана Тетоу,
Ава Плаксича, и иныхъ князей много изымань ¹¹). И поидѣ
князь великии Витовтъ ¹²) к городоу к Вилни «и» со своими вои-
нами ¹³), и отстоупять ¹⁴) город Вилню, и нача добывати кривого
города, поушками бити, и взя град кривыи. Тогда же Немци
оубиша князя Скиригаила Олкирдович' а Ядскои заставе оу
высокимь городе тогда соуцюу ¹⁵) и не поустиша оу градь князя
Скиргаила. Князь ж' векикии Витовть возма крывы город и
землю ¹⁶) извоеваль, пакы возвратися в Немьци.

Тогож лета к великомоу князю Витовту оу Немци, оу Марьи-
город, приидоша послы из города Москвы от великаго князя
Василиа Дмитреевич, просячи ¹⁷) дщери князя «великого» Витов-
товы за великаго князя Василия Дмитрович. Князь же великии
Витовть дасть дщерь свою княгиню ¹⁸) Софью, и отпусти ю из

1) из. 2) боярми. 3) а и. 4) вдася. 5) и узрилъ. 6) и съ. 7) и срете. 8) венщушки
9) поимали. 10) семена. Противъ сихъ строкъ на полѣ въ рукоп. У. подпись: какъ
побѣди Витовтъ Скиригана. 11) изымано бысть много. 12) таки к городу... 13) вои,
ми. 14) отступать. 15) сущи. 16) земли. 17) прося. 18) княжну.

38

ПÂМЯТНИКИ.

Марьина города, а з нею посла князя Ивана Олгимонтович из
грода Кданьска. И поидоша в кораблех ¹) за море, и приидоша
к граду Цьскову; ониж великыи чти оуздаша имь, (и) проводиша
ихь чта» ²) до великаго Новагорода. Новгородни же пакы честь
имъ воздаша, и проводиша ихь» съ честию до (града) Мысквы к
великому князю Василью Дмитриевич. Князь великии Василии
послаль противоу имь с честию братью свою, князя Володимира
Андреевич' и князя Андрея Дмитриевичь, иных много кнзей и
и бояръ; — «и стретиша великоую княжноу Софью с великими
честьми; тогда бе свщенныи митрополить Киприянъ съ
архиепискпы и съ епискпы и съ архимандриты, игумены и со
всимъ свщенническымъ чиномъ, стрете и честно со крсты —
предъ градомъ предъ Москвою; и сотвори бракъ честнѣ и венча
и великаго князя Василья Дмитриевич с великою княжною
Софьею; и бы бракъ чстенъ и чти достоинъ и веселию много-
моу. Мы ж на преднее возвратимься.

Князю великомоу Витовтоу соущу въ Немцех оу мистра оу
Марьингородѣ, присла к немоу король посла и з братомь своим
Скиригаиломь, а рекоучи: болши того брате не теряи земли Ли-
товьское отчины нашее и своёя, а поди братѣ к намъ оу мирь и
оу великоу любовъ братскоую; возми собѣ великое княжение оу
Вилни столъ дяди своего великаго князя Олькирда и отца
своего великаго княза Кестоутия. А князь великии Витовтъ со-
ветъ сотвори со князьми своими, со княземь Юрьемь Наримон-
товичомъ Бельским и со княземь Иваномь Олгимонтовичомъ, и
поидѣ в Литвоу, и сядѣ в Вилни в Литвѣ на великомь княжьи,
на столѣ дяди своего великого князя Олгирда и отца своего
великаго князя Кестоутиа, и рада была емуу вся земля Литовь-
ская и Роуская. Князь Корибоуть Олгирдовичь нечто нача ко-
рати и не оу послоушаннии нача быти оу него, и нача совокоуп-
ляти вои свои, и поидѣ противоу емуу. И ступишася вои на ме-
сте на Недокоудове, и побежени быша вои князя Коурибоута и
оустремишася на бегъ; бысть же ихъ много побито. Самь ж
князь Корибоут оубеже в Новгородокъ и ополчис'; тоу ж бѣ
княгини его и дѣти его. Князь же великии Витовтъ совокоупи

1) во коробли. 2) со честію.

39

вои свои, самъ поидѣ к Новугородкоу и истоупиша градъ и
возма Новгородокъ, а князю Корибоута и кнгиню его и дети его
оу нятьство поима. Преставися княгни Олгирдовая; король ж
приказа градъ Витебскъ Соколнчимоу своему Оеодору Весне,
а князю Швитригаилоу тогда соущу младоу. И нача Оедоръ
Весна владети градомь Витебскомъ и всею землею Витебскою
советомъ и оуказаниемъ короля Якаила. Князь Швиригаило
не можашѣ терпети, што Оедоръ Весна градомь владееть, а его
непослошенъ. Онъ ж Оеодора оуби, а градъ Витебскъ засядѣ.
Бысть королю Якаилу жалость о томъ, и писа грамотоу братоу
своему великомоу князю Витовтоу, иж бы тои его жалости
месть сотвориль. И князь же великии Витовтъ поня съ собою
князя Скиргаила, и совокоупи вои много, и поидѣ ратью ко
градоу Витебскоу на князя Швартигаила. І яко приидѣ ко гра-
доу Дрюцку, Друцкыи князи стретоша его, и оудариша емоу че-
ломь оу слоужбоу, и оттолѣ поиде к Орши, Ршане затворишася
оу градѣ, и боронишася два дви, и оудаша градѣ. И оттолѣ
поидѣ к Витебскоу на князя Швитригаила; князь ж Швитрѣ-
гаило затворися оу градѣ. И нача великии князь добывати гра-
да; тоужъ приидѣ на помочь великии князь Смоленьскиі Свет-
славичь со всими Смоленьскими силами, и оудари чоломъ вели-
комоу князю Витовтоу оу слоужбоу, и начаша твердо добывати
град Витебска, и поушки поставиша. Витбляне ж не оутерпеша
и начаша оудаватись великомоу князю Витовтоу, князь ж Шви-
трогаило выидеть вонь из града, и оудари челомь великомоу
князю ¹) Витовтоу. Князь ж великии Витовтъ возма градъ Ви-
тебескъ, и поидѣ пакы к Вилни. Тое ж зимы» — на весноу князь
великии Витовтъ идѣ в ²) землю Подольскоую; а князю Володи-
мироу Олгирдович тогда соущу ³) в Киевѣ, и не восхотѣ по-
коры оучинити и чоломъ оударити великомоу князю Витовтоу.

Тоеж весны князь великии Витовтъ поидѣ «и» взя град
Житомирь (и) Вроучьи, и приехал ⁴) к немоу князь Володимеръ.

Того ж лета на осень князь великии Витовть выведѣ его
с ⁵) Киева и дал ⁶) емоу Копыль; и на Киевѣ посадиль Скири-

1) Это слово надписано надъ строкою. 2) и взя. 3) бивши. 4) приеха. 5) из. 6) дасть.

40

ПАМЯТНИКИ.

гаила. Самь ж князь великии Витовтъ поидѣ на Подольскою
землю, а князю Скиригаилу повеле (ити) с¹) Киева к Черка-
сомъ и ко Звинигороду. Князь (же) Скиригаило Божею помощью
и великаго князя Витовта повеленіемъ, взя Черкасы и Звини-
город, и возвратися опят ко Киеву.»

Тоу ж емоу княжацю оу²) Киевѣ быст же некто³) Өома
чернець Изоуовь, держа намесничество от митрополита оу
свтае⁴) Софьи на митрополичьемъ дворѣ. Восхотевшю⁵) ж князю
Скиригаилоу отехати⁶) за Днепръ оу ловы, тои ж (прежерече-
ныи) Өома нача звати его на пиръ на митрополич дворь. Князю ж
Скиригаилоу сущоу емоу⁷) на пироу, — азъ ж того не вемь
зане ж бехь тогда млад, но неции мовятъ⁸) — иж бы тот Өома
даль князю Скиригаилоу зелие отравное⁹) пити. И с того пироу
князь Скиригаило (так) поехалъ за Днепръ к Милославичомъ, и
тамо разболес канон¹⁰) крицения оу четверкѣ, и на крщие в соу-
ботоу оуехал оу град Киев боленъ. Болѣвъ 7 дни и преставися
оу среду, и понесоша его на главах свченници, поюще песни
отходныя со свещами, из града Киева (ко) святей Бгородици
Печьрскои. И положенъ быст чюдный князь Скиригаило доб-
рыи, (наречены во святомъ крещеніи Иванъ), подле гроба свя-
того Өеодосия Печьрьскаго. Князь великии Витовтъ оуслышавъ,
аж князь Скиригаило преставись, и послал¹¹) князя Ивана Оль-
гимонтович ко Киеву, и дал¹²) емоу держати Киевъ. Мы ж на
предлежащии¹³) возвратимся.

Какъ выйдѣ из Немець князь великии Витовть на великое
княжение, (так) отпоусти отца¹⁴) своего князя Глеба Свято-
славич¹⁵) ко Смоленьскоу на великое княжение; а князю Юрью
Святославич даль город Рославль. Князю Глебоу седящю¹⁶) оу
Смоленьскоу, и нача в непослоушании быти великомоу князю
Витовту; князь ж великии Витовтъ послы своя слаше «к немоу»
о исправленіи¹⁷), онъ ж не восхоте исправитися. Тогда князь
великии Витовть со всими силами поиде ко граду Смоленьскоу
«на князя Глеба Святославич. И какъ приедѣ ко Смоленьскоу,

¹) из. ²) туже паки князящи ему в. ³) нехто. ⁴) саятой. ⁵) похотевшуже.
⁶) ехати. ⁷) у него. ⁸) глаголютъ. ⁹) травное. ¹⁰) разболися канонъ канона. ¹¹) посла.
¹²) да. ¹³) предреченое. ¹⁴) нятца. ¹⁵) Святославичла. ¹⁶) седащи. ¹⁷) справленіи.

### Лѣтопись великих князей литовскихъ.

41

тако Глебъ дался из градомъ Смоленьскомь.»¹). Князь ж вели-
кии Витовть даль град Смоленскъ дѣржати князю Мантоу и
Василю Бореиковичь, а князю Глебоу далъ город Полоны.
Самъ ж князь великии Витовтъ поидѣ в Литовъскою землю.

На ту жъ зиму посла князя Семиона ²) Лыквенья со многы-
ми ратьми (и) Смоленьскими силами на князя Олга Рязаньскаго,
и сплениша многое множество Рязаньское земли, и возвратишася
с победою во свояси.

Тогда же бе зима велими стоудена.

Тоеж зимы на весноу приехаль князь великии Василеи Ами-
тровичь Московски ко отцу ³) своему великомоу князю Ви-
товту ко Смоленьскою ⁴) оу великии пост ⁵), и оучти князя вели-
каго Витовта многими дарми, чепми златыми и поясы золоты-
ми, (и) соболми, камьками, сосоуды ⁶) золотыми и бахматами ⁷).
(И) князь же великии Витовтъ зятя своего великаго князя
оучтивъ и оударивъ ⁸) различными дары ⁹), сажеными порты и
дорогыми аксамиты, (и) многоцеными камнами и гиньшты оу
золотыхъ седлеь «и» снастехъ чюдоу достоиных; и отпусти
к ¹⁰) Москвѣ с великою честию; самъ поехал к Литве ¹¹).

«Лет бой бысть прю Темертиклоую с Тактамымыпемь
и прогна Тактамыша в Литву, а самъ сель на црство.

Тогож лета князь Витовтъ прииде к Смоленьскою а преж
промче слова на Темертиклоя ида, и выехалъ к немоу князь
Глебъ Святославичь и дарив его любовию отпоустиль его, рекше
к ним, дабы естъ выехали вси кнзи братеники ко мнѣ с любовию
по опасоу. Слышалъ еси что промежи вас ниединачество и не-
дружба велика. Каково боудетъ меж вами слово или какова
приязнь и вы на мене сошлитеся, акы на третии, азъ вас право
соужю. И тако сотвори над ними лесть и вызва ихъ из города
лестию; они ж и вероу емоу иняли и выехали к немоу с дары
всі братия Святославичь и всі кнзя Смоленскии, дондѣ ж не
остани одинъ оу градѣ, но из бояры своими. Онъ ж поимав
ихъ всіх кнзей Смоленьскихъ, и послал их оу свою землю Ли-

¹) тако вдасть ему Глебъ и з. ²) Семена Лынгвена. ³) шшую. ⁴) во Смоленскъ.
⁵) великое говение. ⁶) и суды. ⁷) бахматы. ⁸) учи и удари. ⁹) дарми. ¹⁰) ко граду.
¹¹) поеде к Литви.

42

ПАМЯТНИКИ.

товьскую, а самь посад пожже и люди многи полони. Тако все
княжение Смоленьское взял за себе и намѣстника своего по-
садивь, кнзя Амонта да Василья Бореикова. Се первое взять
Смоленьское сентябр ки.... во вто

А кнзь Юрьи Святославичь был в то время на Резани оу
цтя своего оу кнзя Олга Ивановичь.

Лет ăsăs бысть побоище кнзю великомоу Витовту с Те-
миртиклоуемъ царемъ. Кнзь великии Витовтъ Кестоуитевич
Литовьски собралъ вои безчисленый много, и царь Тактамышь
своимъ дворомъ, и Литва, и Немци, Ляхове, Жомоит, Татарове,
Волохове и Полянѣ. И с нимь было кнзей к, и бысть сила рат-
ных много; и со всеми силами полкы воороужився, поидѣ на
царя Тимиртиклоуя и похваляся на Ордоу Витовтъ, а мовить:
поидѣмъ пленимъ землю Татарьскоую, а побьемъ царя Темир-
тиклоуя, и взьемъ Царство его, и посадимъ царя Тактамыша, а он
мя посадить на всей Роускои земли. А на томъ на всемъ пошли
Татаръ воевати. В то время приспе Тимиртиклоуи царь со мно-
гыми полкы ратными, со князями своими Ордыньскыми, и
сretошася с Витовтомь на поли, на рецѣ на Воръсклѣ, и бысть
имь бои великъ, авгоуста кі день, во вто . На долзѣ
velми бьющимься и поности Богъ Татаромъ; кнзь ж великии
побеже оу малѣ дроужине. И царь Темиртиклоуи тогда прииде
к Киевоу, и взя из города окоуп г роублев Литовскихъ, и силоу
свою всю роспоусти по Литовьскои земли; и воевали Татарове
и даи ж и до великаго Лоўцка, и много зла сотвориша Литовь-
скои земли, и отъиде оу свою землю. И се имена избитых кнзеи
Литовскихъ: кнзь Андреи и Полоцкии Олгирдовичь, брат его
Димитреи Дьбраньскии, кнзь Иванъ Димитевичь Киндырь, кнзь
Андреи пасынокъ его Димитреевъ, кнзь Иванъ Евлашкович,
кнзь Иванъ Боросовеч Киевськии, кнзь Глебъ Святославичь Смо-
леньскии, кнзь Глебъ Корятович, брат его кнзь Семень, кнзь Ми-
хаило Подберезкии, брат его кнзь Дмитреи, кнзь Феодорь Па-
трикеевич Волоскии, кнзь Атонтович, кнзь Иванъ Юрьевич
Бельскии.

В лет ѕц ф кнзь Юрьи Святославичь да кнзь Олегъ Рязан-
скии приидоша ко Смоленьскоу, а оу граде оу Смоленску бысть
мятеж и крамола: овии хотяху Витовта, а дроузии кнзя Юрья

43

очича. Кнзь ж Юрья сослався и Смолняны з горожаны. Смолняне ж не могоучи тръпети насилия от иноверных Ляховь, и приняли кнзя Юрья, и град ему отворили. А кнзь Романь Бряньскии тоу бе тогда от Витовта оубитъ ноужною смертию, а кнгиню его и дети отпоустиша, а наместники Витовтовы поимали; а бояре, которые не хотели очича кнзя Юрья или Бряньских, техъ всех посекли. А кнзь великии Витовтъ, тоеж осени приходилъ ко Смоленьску на кнзя Юрья и стоял много дней под Смоленьскомь и не оузял града; поиде оу свою землю, возма перемирие. А оу Смоленьскоу крамола бысть, людеи много посекоша, и морь бысть на люди.

В лет ѕ ்க ்ட. мца Июня з на святого Оеодота изгибе слце и скрыи лоуча своя от земля, во д час дни, в год святои обедни, и звезды явилис какъ в нощи; тогда было Блгвещение оу понеделокъ на стрстнои недели. Тогда было великомоу кнзю Васию Andrъевич къ на великомь княженьи.

Тогож лета погорѣ Москва и Смоленьскъ.

В лет ѕ ்க ்ட по Божю попоущению кнзь великии Витовтъ оумысливъ по своему хотению, собрал Епископы Роускы во области его живоущих: Оеодосии Полоцькии Гричинъ, Исакеи Черниговьскии, Деонисеи Лоуцькии, Харитонъ Володимерьскии, Евфимеи Тоуровьскии; и тыми Епископы постави Киеву Митроволита Григорья Болгарина Цамивлака, ноября еі.

Тогож лета воеваша Татарове около Киева и манастырь Печерьскии пограбиша и пожгоша.

Тогож лета бысть в Новегороде моръ силенъ железою и въ Ладозе, и в Роусе, и в Порхове, и в Пъсковѣ, и в Торъжкоу, и во Твери, и у Дмитровѣ, и по волостемь.

В лет ѕ ்ச ்ஓ родися кнзю Лыквенью сынь Ярославъ на Короръи нарчень во кршени Оеодоръ.

В лет ѕ ்ச к Сентября и в Лоуцку великомъ постави Епископы к Тоурову, Евфимия от Галича, поиде к Москве Августа д д.

В лет ѕ ்ச ка кнзь Дашко Оеодорович Остроского тако кознью взял Кременьць кнзь великии Витовтъ оу великии четверток: послаль преже себе двух члвкъ Дмитрия Даниля а с нимъ зговоря—Передаитеся сложити Кондратоу Проусоу воевод

44

ПАМЯТНИКИ.

Кременецькомоу. Егда ж азъ приидоу к городоу, и вы оуслов
оттотнитѣ, а мостъ положте. Они ж приехавши оуверилися воев
воде и прия ихь любовно, а того в них не разоуме и ни познаша.
И Дашко приехалъ к городу в ночи во ѳ час, ать его светници
оу города оусловдъ отсекли, и мостъ польжили, ї Дашко с дроуги
своими оуеха оу городъ, Кондрата воеводу убили, а приставовъ
королевыхъ и Витовтовыхъ побили, а князь Швигригаила и жлезъ
выпостилъ, седевшаго пол ѳ года, а отоле пойдѣ Швигригаило
во Оугры взявши Лоуческъ а оу Волыньскихъ бояръ отлоучилъ
польтараста коней.»

Коли государем ¹) был на Литовьскої земли князь великии
Олгирдъ и шедь в поле с Литовьскимъ воискомь, побиль Татаръ
на Синей воде, трех братовъ: князя Хачебея ²), Кутлоубуга и
Дмитрия; а тыи ³) трии браты Татарьское земли ⁴) отчичи и де-
дичи Подольскои земли, а от них заведали атамани ⁵) и бои-
скаки, приеждаючи от тыхъ атамонов ⁶) имовали с Подольскои
земли данъ. А брат великаго князя Ольгирдавъ держаль Нов-
городокъ ⁷) Литовьскии, князь Корять, а оу него были д сыны:
князь Юрьи, князь Александръ, князь Костяньтинь, князь Ео-
доръ. Ино тыи княжата Кориятовичи г браты ⁸) со князя вели-
кого Ольгирдовымъ прозволениемъ и с помочію Литовьскои ⁹)
земли (пошли въ Подольскую землю. И тогды въ Подольскои
земли) не был ни одинъ городъ ни древомъ роублены ¹⁰), а ни
камениемъ боудованный ¹¹). То тыи княжата Кориятович при-
шед в Подольскоую землю «и вошли оу приязнь со атаманы
почали боронити Подольскоую землю» от Татаръ и босакомъ
выхода не почали давати и напервеи ¹²) нашли собе твержу на
реце на Смотричи, «тутъ пак собе нарядили город Смотричи»; а
оу другомь месте были черници оу горе, а в томь месте на-
рядили городъ Бакотоу. И ловяче в ловех пригодилося имъ,
каако ¹³) оугонили много олении в тотъ остров, гдѣ ныне Каме-
нецьское ¹⁴) место лежитъ. И посекши лесъ оумоуровали го-
родъ Каменецъ, а с ¹⁵) того вси городы Полоцькия оумедровали
и всю землю Подольскоую осели.

1) господарь. 2) Хочебая а Кутлубугу. 3) а то си три... 4) Татарския князя. 5) втамони. 6) отъ нихъ у тамановъ. 7) Новгороднъ. 8) Повторяются ихъ имена. 9) Литовскоя. 10) рубленого. 11) будованого. 12) первое. 13) такъ. 14) Каменьское. 15) иэ.

45

И за тымь Польскии Король Казимиръ Локотковичь, што их три браты Корьятович на Подольскои земли (а) люди моны, и он прислал ко князю Костяньтиноу кглеитовныи листи с великою твердостию, прося его, штобы к немоу приехаль. А оумысливъ тое собе и со всеми ¹) паны, штож оу него сына не было, толко была одна дочка, и хотел за него дочкоу дати «а по своемъ животѣ королемъ осадити.» И князь Костяньтинъ на кглейтовных листехъ к Польскомоу Королю, ездиль и тамъ как ся егоу посмотрело, не похотелъ к той вере приступит ²), и опят на тыхъ листехъ отехаль до Подольскои земли «до своего государьства. И тоуто боуда на Подольскои земли» на своемъ гдрствѣ умерль. А князя Юрья Волохове возма к собе его воеводою ³), и тамо его откормили ⁴), а князя Александра Татарове оубили. А зде брат «ихъ» князь Феодоръ Корьятовичь Новгородъ держаль. И оуслышашь то князь Феодоръ што братьи не стало в животе и он шедь (во Подольскую землю), Подольскую землю засель.

А в тыи ⁵) лета князь (великии) Витовтъ государемъ сталь на Литовъскои земли, и Подольская земля не хотела была послоушна быти князя великаго Витовта и Литовьскои земли, какъ ж и предь тымь послоушна «не» была. И князь великии пошель со всеми силами Литовьскими к Подолью. И то оуслышавъ князь Феодоръ Корьятовичь выбегъ с Подольскои земли к Оугромь, а городи осадиль Волохи и Оугорьски князю ⁶) Феодороу помочь далъ. А князь великии Витовтъ первеи ⁷) пришель ко Бряславлю, и выйма Бряславль ⁸), пришель к Сокольцю и Соколепцъ вынялъ, и пришел ко Каменцу в ночи и Каменца добыл; а потомъ Смотричь выняль, и Скалоу и Черъвленыи ⁹) городокъ и вси городы позаседалъ. И воеводу князя Феодорова ¹⁰), штож на тых городехъ на имя Нестака ¹¹), вынял. И по всемъ городомъ князь великии Витовтъ свои старосты посажалъ. А то было добыто ¹²) Литовьскими силами, и никто егоу ни которых стороны не помогаль.

1) и своими. 2) приступити. 3) взяли его собе воеводою. 4) окормили. 5) тыи. 6) князь. 7) первое. 8) выма Брясловль. 9) черленыи. 10) Федора. 11) Нестиса. 12) Въ рукоп. это слово приписано внизу страницы съ знакомъ; въ сп. Д. а добылъ.

46

ПАМЯТНИКИ.

Тогды пакы король просити началь великаго князя Витовта рекоучи: милыи брате дал тобе Богь, добыл еси Подольскои земли, оучини ми тоую честь, даи ми Подольскоую землю. «И» князь великии (Витовтъ) далъ Подольскои земли половиноу Королю, оу ҡисячехъ Каменецъ дань, а Смотричь, а Скалоу, а Черленыи городок, а Бакотоу. А на инихъ на всехъ Подольских городехъ, князь (великии) Витовтъ свои старосты посажалъ: на Бряславли, и на Соколци, и на Венице. А корол'¹) тыи городы оу ҡисячехъ пану Спыткоу заставилъ. И коли князь великии бился на Татарьскомъ побоищи, а панъ Спытко приходиль на помочь великомуу кнзю Витовту и тогда пана Спытка оубили Татарове, «на томъ бои». А пана Спытковая остала вдовою, а дети малы. И Король почалъ присылати к великомуу кнзю Витовтоу рекъ: што еси нам «далъ» половицю Подольскои земли оу ҡисячехъ пенезеи ²), и мы дали были оу к же тисячехъ пану Спытку, а пани Спытковая овдовела, а дети малы, а от Татаръ земли некомоу боронити «и ты» отдаи к тисячеи пензеи, а городы (опять) побери за себе. И князь великии послаль Королю мъ тысячеи пензеи на имя паномъ Немиромь, а Дмитрием Васильевичомъ (Луцкимъ бояринемъ) а городы свои ³) опять поималь за себѣ и старостоу своего посадил, дворянина своего Граньского ⁴); а под Грановьскимъ далъ паноу Петроу Монтикгирдович, а под (паномъ) Петромь далъ паноу Дедикголду ⁵), а потомъ далъ пану Дедикголдоу Смоленьськъ, а паноу Долгордоу ⁶) Подолье далъ. Пань ж Долкгирдъ старостиль на всехъ тых ⁷) городех на Подольи и до великаго князя Витовтовы ⁸) смерти. А какъ великаго князя Витовта в животе не стало, и приехавши Леховѣ ⁹) и пана Долкгирда з ¹⁰) города Каменца созвали на раду (к) собе, и до рады не допустили ¹¹) (самого иняли) и ограбили (и Каменецъ засели и все тое забрали) што Подольское земли держать.

В лет ⁵ с ц. л. 9 князь великии Витовть Кестоутьевичъ созваша к собе Короля Польскаго Владислава, князя Московьскаго Василья Васильевич и князя великого Тверьского Бориса Алексан-

1) в тыи. 2) пенезехъ. 3) своя. 4) Грановского. 5) Дидикголду. 6) Долкгирду. 7) техъ. 8) Витовта. 9) Ляхове. 10) изъ. 11) не допустивши.

43

дреевича и мистра Немецкаго и Проськаго мештеря Виоляньскаго ¹) и великие ²) послы (отъ) Ивана Царя Царигороцкаго ³) и от Римскаго цесаря приходили, и от Доуньскаго ⁴) короля послы, и от великаго князя Ивана Резаньского, и от Волоскаго воеводы послы приходили и Одоёвскии ⁵) князи сами были, и от великаго Новагорода, и от Пскова и от Ордыньскаго пря послы были, и от иных князеи земли ⁶) послы были. (И тыи короли и велици князя и послы быша) оу великаго князя Витовта ў недель на его истраве ⁷); а на день шло оброка по т боючек меду, яловиць триста ж, а барановь и вепровъ по триста ж.

Князь великии Витовтъ хотель положити на себе короуноу и его неприятели Полянене ³) не перепоустили ⁹) кароуны (и за тым не положи на себе короны). И разболеся князь великии Витовтъ, и распоусти князеи великих (и) послы царевы со многими дары ¹⁰) и «с» честию; а король Польскии Влодославь был ¹¹) оу великаго князя Витовта и при немь преставися великии князь Витовтъ месяца октября (13), на память стого айла Иякова, брата господня.

«Похвала о великомь книз Витовте» ¹²).

Танноу царевоу таити добро есть, а дела великаго государя ¹³) повѣдати добро ж есть. Хочю вамъ поведати о великомь князи Александре (зовемемъ) Витовтѣ Литовьскомъ и Роуськомь, иных многихъ земли ¹⁴) государя; но поне иж есть писано: Братья Бога боитася, а князя чтите, тако ж и я ¹⁵) хочю вамъ поведати о славномъ томъ государи; но немощно исповѣдати ни комоу испытати высота небесная и глоубина морьская, тож бы мощно исповедати сила и храбрость того славнаго государя: сии князь великии Витовтъ. Бяше ж емоу дръжаще великое княжение Литовьское и Роусское (и) иныи многыи земли; спроста реку: вся Роуская земля. Не токмо ж Роуская (земля вся), но еще государь Оугоръской земли зовемый цесарь Римьскиі

1) Лифанского. 2) величи. 3) Эти слова приписаны внизу страницы, со знакомъ, куда слѣдуютъ. 4) Донского. 5) Подоевския. 6) и земль. 7) страве. 8) Поляне. 9) не пропустиша. 10) дарми. 11) и бысть. 12) Въ сп. Д. эта похвала помѣщена далѣе. 13) господаря — и т. д. Вездѣ въ сп. Д. господарь вм. государь въ сей похвалѣ. 14) земль господаріе. 15) вамъ азъ. 16) князя.

48

ПАМЯТНИКИ.

оу великой ¹) любви живяше с нимь. Таково ми ся ²) оуверило
некогда соуцюу ³) томоу славномоу государю, бывшю емоу оу
своемъ градѣ в Лоуцку оу великомъ ⁴), и посла послы свои ко-
ролю Оугорскому (зовемому) цезарю Римьскому и повеле ему
быти к себе. Онъ ж беза всякого ослушания оускоре приехаль
к немоу и своею королицею. И честь великоу и дары многы
подаваша имь ⁵); (и) оттоле ж в нихъ оутвердися великая лю-
бовь. Како не почюдимся чти великаго государя: иж ⁶) которыи
земли на оустоце ⁷) или на западе приходяче ⁸) поклоняються
славномоу государю, иж есть парь надо всею землею; и тои
пришедъ поклонися славномоу царю ⁹) великомоу князю Але-
ксандроу (зовемому Витовту). Еще ж и Турецкии царь честь ве-
лику и дары многы подавали славномоу государю; благовѣрно-
моу ж и христолюбивомоу царю Цариградскомоу и томоу с
нимъ оу великои любви живоущоу. Також и Ческое кролевьство
великоу ¹⁰) честь держащу ¹¹) над славнымъ государемъ;
ище ¹²) и Доньскии король великоу честь и дары многы по-
даваше славному государю, великомоу князю Витовтоу. В та ж
лета брату его Якаилоу держащоу стол Краковьскаго королевь-
ства, а по Лядскомоу же я(зыку) зовемоу Владиславоу; и томоу
с нимъ оу велипе любви живоущи. Коли славныи государь Ви-
товта, на которую землю гневенъ бывалъ ¹³) и котороую землю
хотяше казнити, королю жь Владиславу всегда помощь дающоу.
Еще ж инии цари оусточни служахуть емоу. Тако ж вели-
кии князь Московькии оу велице любви жявяше с нимь. (И)
 еще ж инии велинии князи Немецкыи служахоуть емоу со
всими городы своими и со земли ¹⁴); тыи ж велинии князи Не-
мецкии «и» по Немецкомоу языкоу мистрове. Еще ж государь
земли Молдовьскыи и Басарабь(ския), по Волоскомоу ¹⁵) языкоу
воеводы. Тако ж «и» государь (тои) земли Больгарьскои, по
Больгарьскомоу языкоу (зовемыя) деспоты. (И) еще ж инии
велинии князи: велинии князь Тверьскии, велинии князь Ре-
заньскии, великиии «князь» Едоевьскии ¹⁶) «велинии князь» и

1) велицеи. 2) тои би ми ся. 3) будущи. 4) зовемьи Луцескъ великии. 5) ему. 6) еже. 7) востоце. 8) приходяще. 9) господарю. 10) великому. 11) держащи. 12) и еще же. 13) бываше. 14) землями. 15) Власкому. 16) Одоевьскии.

49

Новъгород великии и Псковь. И что ста реку ¹), иж не обретется во всем Помории ни град, ни место, иж бы не прислоухали слав- наго того государя ²) Витовта. Тыи ж велиции государи «цари», велиции князи и велиции земли, еще (же) писахомь, здѣ и ини оу ³) велицеи любви живоущи с ними, а ини крепко слоужахуть емоу (славному господарю) и честь великоу и дары великиі и дани многи приношаху ⁴) ему, не токмо по вся лѣта, но и по вся дни. (Коли) славныи государь великии князь (Александро зовемыи) Витовтъ на которую землю бываше гневен и которую землю самь хотяше казнити или (пакы) силныхъ своихъ воеводъ послати ⁵) где оусхочетъ ⁶), и которому от тых великих земль повелеваше к собе быти, они без всякого ослушания оускорѣ прихожаху и со своей земли к немоу; и коемоу государю некакоую ноуж ⁷) немощноу быти и он вси свои рати ⁸) и силы посылаше на по- мощь на его слоужбоу. Сии ж князь великии (Александро зов- вемыи) Витовтъ оу великои чти и славе пребываше. Бяше емоу неколко от своихъ градовь, оу великомь граде Киевѣ (нарицае- мемь) и присылаеше ⁹) к немоу великии князи Ордыньскын, прихожахоу к немоу на ¹⁰) великоую слоужбоу и просяще оу него царя на царство. Много бяше и ¹¹) Ордыньскихъ великихъ цареи слоужаху оу дворе его. Онъ ж далъ имь царя (именемъ) Салтана. Ономоу ж царю, иж бе на Орде, слышавъ яко славныи тои государь отпоустилъ своего слоугоу на царство никакож несме спротивитися славномоу государю ¹²) остави царство и побеже. Семоу же Салтану дошедше Орды и седе на царство повелениемъ великаго государя (зовемого) Витовта и слоужаше «емоу с» великою боязнию, и ¹³) по мнозе времена гонзне ¹⁴) за животь. Инымъ ж стареишиинамъ Ордынскимъ послаша по- слы свои с великими дарами ко славномоу, государю и просиша оу него иного царя. Онъ ж далъ имъ малого Салдана ¹⁵). Се- моу ж маломоу Салданоу седшоу на царство, никакож несме ослоушати славнаго государя: где коли емоу повелить и он тоуда ¹⁶) кочуеть. По мале времени ¹⁷) велиции ж князи ¹⁸) Ор-

1) со проста реку. 2) иже бы не приходили к славному господарю. 3) во. 4) при- ношахуть. 5) посадити. 6) восхощеть. 7) за которую нужу. 8) всю свою рать. 9) при- слаше. 10) полепая ся ему подъ. 11) бо. 12) со славнымъ господаремъ. 13) не. 14) со- гна. 15) Солтана. 16) тогда. 17) и по мале времени тому минувши. 18) цара.

УЧ. ЗАП. — К. І. — ПАМЯТН.

4

50

ПАМЯТНИКИ.

дынскии никако не смеша разгневати славного государя вели-
каго князя Витовта дабы не от его роукы поставити имь царя,
ц послаша съ великою честю и просиша оу него царя. Он ж
далъ имъ иного царя именемь Давладъ-Бердия. Якож река пре-
восходящи всю землю, человѣкы и скоты напояющи а сама не
оумаляющися ¹); також и славныи государь и множество царей
отпощаетъ на Ордоу, а оу негож множество царей ²). (И) мы ж
на предреченное возвратимся. Семоу царю Давладъ-Бердию
немного время побывшю и тому мимошедшоу, симь ж стареи-
шинамь Ордыньскимь слышавшим яко славныи государь близъ
есть (во прежде реченомъ граде) Киева и приидоша сами и по-
клонишась (ему) славномоу государю великомоу князю Витов-
тоу, и дары многи принесоша и просять оу него царя. Онь ж
далъ имъ «иного» царя именемь Магмета. Яко ж бо от моря
множество водъ изходяще, — «тако и от сего моудрость великого
государя князя великого Витовта.

По смерти великаго князя Витовта», сяде ³) на великомъ
княженьи ⁴) князь Швитригаило на Вилни и на Троцехъ и
княжи великии княсь Швитригаило к годы без двоу месяцеи и
при своемъ княженьи отпости Смоленьскаго владыку Гера-
сама оу Царьградъ на митрополью. И не оуправляше земли;
Литва ж ⁵) посадиша великаго князя Жидимонта Кестоутевича
на великое княженье на Вилни и на Троцехъ месяца сентября
д день. И прииде Швитригаило на Полтескъ и на Смоленескъ
и князи Роустии и бояре посадиша князя Швитригаила на ве-
ликое княженье Роуское. (И) на тоу ж осень собра силоу моно-
гоу князь великии Швитригаило и квязь великии Тверьскии Бо-
рисъ Александровичь дастъ емоу брата своего князя Ярослава
со всею силою своею и поиде на Литвоу и не дошедъ до Вилни
за с миль и сташа в Ошмене ⁶) и ту стояне неделю. «И» князь
великии Жидимонтъ прииде с Литовьскою силою и бысть имь
бои месяца Декабря во и день, на память святого отца По-
тапья, оу понеделникъ ⁷). И поможе Богъ великому князю Жи-
димонтоу, и побиша квязя великого Швитригаила, а князи

1) умаляшись. 2) а у него боль мэло царей навчено. 3) и сяде, 4) великое кня-
женіе. 5) а Литва же. 6) Ошмени. 7) в понеделокъ.

51

Роускии побиша, а иных поимали ¹): князя Юрья Лынъквеньевич няли ²), князя Василья Семенович няли ³), Өедька Одинцовичь ⁴) няли, пана Дедикголда яша, воеводу Виленьскаго, и иныхъ много множество побили и поимали.

Тое ж зимы оу другии рядъ ⁵) князь великии Швиригаило собра силоу многоую Роускоую и поиде на Литву и повоеваша Литовьскои земли множество и пожгоша и во полонь повели ⁶).

На лето ж собра силу многу Роускоую и мештера ⁷) Лифляньски со всею силою своею приде к Швитригаилоу на помочь и князь великии Тверьски ⁸) емоу свою силоу и поидоша въ Литовьскую землю. За польторы мили от Вилни ночевалъ ⁹) въ Роудоминѣ ¹⁰) и поиде к городу; (и) не доходя Троковъ поверне на старыи Трокы; а под Троки ¹¹) стоялъ на Спасовъ день, а стоялъ дни. И отиде ¹²) от Троковъ, искати великаго князя Жидимонта и рати Литовьскои и стояше во Воитишках ¹³) дни (и поиде на Русь въ свою землю. И приде ко Креву и стояша к дни), и взя градъ Кревъ ¹⁴) моурованыи (и) сожже, а люди ¹⁵) много посекоша и в полонь повели ¹⁶). А оттолѣ попде к Молодечну, и приидѣ к великому князю Швиригаилу весть штож идет Литва погонею; и князь великии Швитригаило посла на нихъ князя Михаила Кіевьскаго воеводу, а с нимь посла иныхъ князей Роускихъ. И побили ¹⁷) пана Петра Монтикирдовичь ¹⁸) и Литвоу, а иныхъ поимали ¹⁹) на Копачехь. И оттолѣ попдѣ к Жеславлю, и Жеславль возме, тогож дне пожже, а люди много в полон поведе ²⁰). И пришли к Менскоу ²¹), и возме град Менескъ, и сожжѣ, а люди много въ полонь повели ²²), моужи и жоны; иде въ свою землю, а много зла сотвориша Литовьскои земли. И придоша къ Борисову и тоу изымаша князя Михаила Ивановичь Гольшанскаго, на реще на Березине, и посла его к(о городу к) Витебьскоу, и тамо его повеле втопити оу реще у Двине под Витебьскомь, (а) няша его невинна ²³). Не доходя Лоукомия за милю в озерехъ мештеръ ²⁴).

¹) поимаша. ²) Лыкгъвеневич иняша. ³) яша. ⁴) Өедора Одыньцевича. ⁵) во. Друбии градъ. ⁶) поведоша. ⁷) местеръ. ⁸) дасть. ⁹) ночевалъ. ¹⁰) Рудомени. ¹¹) Троками. ¹²) поиде. ¹³) Векшушкахъ. ¹⁴) и взяша Креиво. ¹⁵) людей. ¹⁶) поведоша. ¹⁷) побиша. ¹⁸) Монгирдовичь. ¹⁹) поима. ²⁰) поведоша. ²¹) придоша ко Смоленску. ²²) поведоша. ²³) невинно. ²⁴) местеръ.

*

52

ПАМЯТНИКИ.

поиде оу свою землю (в) Лифлянты, а князь великии Швитри-
гаило к Лоукомлю, и тоу распусти свои вои, князеи и бояръ и
самъ поиде (ко) Киеву. «И» на тоу жъ осень князь великии Жи-
димонтъ собра силу многоу Литовьскоую и Ляхи, и приидѣ на
Литовьскоую землю, и сташа под Мьстиславлемъ, мѣсяца октя-
бря кs, на памят святого мученика Димитриа, в среду, и стояль
г недѣли не возма¹) город, и поиде оу свою землю.

На лето же собрався Швитригаило (со) князи Росскими ²),
бояры и со всею силою Роускою и поидѣ на Литву; а Меште-
рю ³) прииде своею силою на помощь Швитригаилоу и сняша
Швитригаиломъ ⁴) оу Браславли, и Божимъ повеленіемъ паде на
на землю мочь ⁵) великая; за тымъ не можаху в Литовьскоую
землю поити. Князь Швитригаило возвратис оу свою землю, а
мештерь оу свою землю, и распоусти силоу свою, князеи и
бояръ к Полоцыку, а самь поиде к Киеву.

На третие лето князь великии Швитригаило сожже Гера-
сима митрополита оу Витебскоу. И собрася князь великии
Швитригаило оу Витебскоу с ⁶) Роускими князьми и с Роускими
ратми, и поиде к Браславлю и тоу оу Бряславли прииде к Шви-
тригаилу на помощь мештеръ Лиолянскии со всею своею силою.
И поидут от Бряславя по Завельскои земли, по Завелию к Вил-
комирию. «И» самъ князь великии Жидимонтъ не поидѣ на
Швитригаила и дасть король и сот копеи помочи князю вели-
кому Жидимонту. И князь великии Жидимонтъ посла сына
своего князя Михаила на князя Швитригаила. И князь Михаило
прииде своею ⁷) силою Литовьскою и с Ляхи, и быст имь бой
с Швитригаиломъ на Семень день, «на» летопроводца, (а) бися
за Вилкомиремъ реце. «А» и за то Богъ не пособи князю Шви-
тригаанлоу, што сожже митрополита Герасима; и поможе Богъ
великому князю Жидимонту и его сыну князю Михаилоу и
побиша князя Швитригаила и всю силу его, и многих князей
побиша, а иных роуками поимали. Оубили братанича его князя
Жидимонта «и» Корибутович и князя Ярослава Лыньквене-
вичь ⁸) и князя Михаила Болобана Семеновичь и князя Дани-

1) не възма города. 2) Русскими. 3) мештеръ. 4) Эти слова прийписаны внизу страницы; въ си. Д. сояша. 5) моча. 6) со. 7) со всею. 8) Лыгвенивича.

ЛѣТОПИСЬ ВЕЛИКИХЪ КНЯЗЕЙ ЛИТОВСКИХЪ.

53

лия Семеновичь Гольшаньскаго и князя Михаила Вяземъскаго Лвовичь ¹), и иных князей много-побиша; а роуками изыма-ша князей мк. На имя изымаша князя Иоан²) Володимиро-вичь Киевскаго, и брата его князя Феодора Кербутовичь ³), а Лиюляньского мештера самого оубиша, и ланмаршалка и иныхъ коунторовъ ⁴) много побиша, и всехъ Лиюлянтъ перебиша, а иныхъ «всихъ» живыхъ поимаше ⁵), нешто ся ихъ мало остало. И многих гостеи перебиша: Ракушанъ, Сляжан и Чеховь і иных роуками поимали ⁶).

(А) после того побитья недѣли г споустя князь великии Жидимонѣ собра всю свою силу Литовскую и посла сына своего князя Михаила на Рось. И пришедь князь Михаило ста-нет на Рши «и» Смолняне стретили князя Михаила на Рша ⁷), и далис ⁸) Смолняне князю великомоу Жидимоньту и его сыноу князю Михаилу. И князь Михаило к Смоленьскоу не поиде, но поиде от Орши к Витебску, и пришедъ под Витебскъ князь Ми-хаило стоялъ с недель, и не взя города проч поиде.

И послѣ того тоеж зимы князь великии Жидимонѣ собра опят всю свою силу Литовьскоую и пановъ, и послаше к городу (к) Полоцькоу, и пришедъ панове стояли подъ Полоцькомъ не-делю и недобыв города щли прочь ⁹). И на лето Полочане и Витебляне, не чуя собѣ помочи ни отколе, и далис ¹⁰) князю великомоу Жидимонту Кестоутьевичю «и» нача князь великии Жидимонѣ княжити на великомъ княжении на Литовьскоим и «на» Рускомъ ¹¹).

(В лето 6944. В лето 6945. В лето 6946. В тыже лета бысть гладъ велик во Смоленску. По лесом и по дорогам звери ядяше люди, а в городе и по улицам пси ядяху люди мертвых главы и руки, ноги влачаху пси. Ино и люди ели кот, малыхъ детеи от великаго гладу. А во великое говене мяса ели, зверину по волостом и по селом. А четверка жита тогда была по две копе грошеи. И меташа во скудилници людіе емлющи поулицам.

Того ж лета цар «Махемтъ» ¹²) побил Москвич.)

1) Воловоча. 2) Ивана. 3) Корбутовича. 4) куторовъ. 5) поимаша. 6) поимаша 7) Рши. 8) далися. 9) прочъ пошли. 10) далися. 11) Вслѣдъ за симъ въ спискѣ Д. лѣдуетъ похвала Витовту. 12) Михаило метъ.

54

ПАМЯТНИКИ.

В лет 5 цми сотворися зло велико в Литве: оубиенъ князь великии Жидимонтъ (в Литви) оу (граде) Троцехь оу верьбноую неделю перед обедомь: и быст мятежь великъ в Литовскои земли. А в то время Смоленьскъ 1) дръжал от Жидимонта пан Ондреи Исаковичь, и почаль 2) приводити к 3) це- лованью Смолнянъ: чтож князь 4) Литовьскии (и) паны «и» вся земля Литовьская кого посадит (на Вилни) на великомь княженьи и вамь от Литовьскои земли не отстоупити и ве- ликого князя Литовьского, а к иномоу не пристоупати а мене вамь держати оу себе воеводою, доклу сядет на Вилни князь великий. И владыка Смоленьскии Семионь, и князи, и бояре, и местиче, и черный 5) люди целовали паноу 6) Андрею (на всем том: Вилни не отступати и пана Андрея) держати оу 7) себе честно воеводою на Смоленьскоу. И по велице дни на Святои недели в среду здоумали Смолняне чорныхъ люди, коузнеци, кожомяки, шевники 8), мясники, котелники пана Андрея согнати силою з города; а 9) цолеваніе престоупали и нарядились 10) во изброи и с соулицами 11) и со стрелами и с косами и с сокирами и зазвонили в колоколь. Панъ (же) Андреи почался радити «и» з 12) бояры Смоленскиими; а бояре ему молвили: вели пане дворяномъ своимъ оубиратися во изброи, а мы съ тобою, чи лепши 13) датис имъ оу роукы. И пошли съ копьи на конехъ противъ имь и быль имъ «и» сступъ оу Бориса-Глебови 14) городъ, избиша «ж» много чорныхъ людеи копии до смерти, а ины ранены живи остали. И побегоша чорныхъ люди от пана Андреа. (И) тое ночи панъ Андреи выехаль з 15) города и с жоною и бояре Смоленьскии с нимь. И после того бысть мятеж великъ оу Смоленску: изымали 16) Смолняне Петрыку моршалка Смоленьскаго, и оутопили его оу Днепръ 17); и посадили себе оу Смоленьску воеводоу князя Андрея Дорогобужскаго Дмитревича.

1) во Смоленьску. 2) поча. 3) ко. 4) князи. 5) чорныя. 6) пана Андрея. 7) въ. 8) перешевники. 9) и. 10) наредилися. 11) со луками. 12) со. 13) лепшеи. 14) Глеба во. 15) изъ. 16) и изымаше. 17) во Днепре.

55

Радаж Литовьская, великаго княженья князи и панове
и вся земля дорадившеся, и взяли з¹) Ляховъ Казимира ко-
ролевичь²) на великое княженье Литовьское и посадиша его
с честію на столичнемъ городѣ³) на Вилни (и) на всеи на
Роускої земли.

И в то время прииде князь Юрьи Лынквеневичь из Нова-
города в Литву; (и) князь великии Казимиръ королевичь даль
емоу отчину его Мстиславль. Бояре ж Смоленьскии приехали
(к нему) з⁴) Литвы ко Смоленьску, и чорныи люди не
пустили ⁵) их в городъ; они ж розехалися по своимъ се-
ломъ. И за тымь бысть брань велика між ⁶) бояръ и чор-
ных людеи. (И бояся бояръ) черныи люди призвали ⁷) собе
государемь князя Юрья Лыквеневич. И князь Юрьи посла
поимати бояръ, и) поимал⁸) бояръ и поковаль⁹) ихъ. и именья
ихъ подаваль¹⁰) своимь боярьомъ.

(И) тои ж осени на Өилиповы запусты ¹¹) прииде воиско
Литовьское ко Смоленьску и стояли польтретьи недѣли, по-
сады и церкви и монастыри пожьгли ¹²), (а людеи многих мно-
жество посекоша), а живыхъ в полонь повели ¹³), и много зла
сотвориша и поидоша прочь.

(В лет 6951 бысть зима люта и метилица без пере-
стани с морозом, и мроша люди мнози по лесом и по до-
рогам с великои студени. А снег был велик белма, зла многа
лета тако не запомнят. Тои же зимы повод была велика во
Смоленску, вес посад поняла, мало не дошла вода до Покров-
ския горы.

Тоице зимы преставися архимандрит Аноореи Спаскии ме-
сяца Сентября 23, и проводиша его честно.

В лето 6952 князь великии Борис Тверскии и посилал по-
воевати земли великого Новогорода. А воевода их был Андреи
Дмитревич; и завоеваша волостеи за полтретятцат волостеи и
много зла учиниша.

1) из. 2) королевича. 3) градъ. 4) из. 5) не пустиша. 6) межи. 7) при-
зваша. 8) поимаша. 9) поковаша. 10) подоваша. 11) запуски. 12) пожгоша.
13) подосла.

56

ПАМЯТНИКИ.

Тогож лета королю Полскому Владиславу, брату Казимирову было побоище со Турским царем, и убіен быст на том побоищи корол Угорскии и Турскии цар.) —

В лет ⁵ с̧цнг князь великии Казимирь немирень «быль» со князем великимъ Московскимъ, и пришли Москвичи и Татары, и завоевали Вяземьскую землю всю.

(И) тоеж зимы князь великии Казимиръ посылал воёводъ своихъ, князи и пановъ противу того воевати Московьского ¹) земли, и завоеваша Козлескъ ²), Верою ³), и Колугу, и Можаескъ, и много зла оучинили Москвичамъ ⁴), и в половинъ повели многиа ⁵) люди. «И» собрашас Москвичи, за ф-их, и погнаша (в) погоню за Литвою и догнавше и бившese с Литвою. (И) поможе Богь Литвѣ: побилн ⁶) «много» Москвич, «а иных руками поимали» ⁷) и привели их оу ⁸) Смоленескъ к ⁹) великому князю Казимиру, ї оучиниши тогда «паниове» великому князю честь и собе; и Московьскаго (великаго) князя тогда не было в земли, ходилъ къ Моурому, «и Татарь побили» ¹⁰).

1) Московскои. 2) Козельськъ. 3) Вереи. 4) Москвичемъ. 5) поведоша множество. 6) и победиша. 7) и много ихъ поимали живыхъ. 8) поведоша ихъ во. 9) ко. 10) съ Татары битися. — За симъ въ сп. У. помѣщены слѣдующія извѣстія о предшествующихъ событияхъ: «В лет ⁵ S W NE оумеръ князь великин Олгирдъ. В лет ⁵ S W Це князь великии Якаило Олгирдович ехаль женитись во Оугорьскою землю ко королю, и тамо женился крестис в латыньскою веру. И оттолѣ нача Литва креститис в латыньскую веру. Въ лет ⁵ A КН приехаль митрополитъ Еотей в Литву июнь А, с нимъ владыка Амбросеи и наехалъ великого князя Витовта оу Новегородце. Тогда былъ посолъ царевъ Еиланьтропинъ Гричинъ. Того ж лета поиде митрополит Киеву, и оу Слуцку крестиль князя Семена Александрович и оу Мозыри вериуль митрополита князь великии. Того ж лета былъ митрополит в Галичи. В лет ⁵ S ЦКФ и во Лвове и оу Володимири, и приехаль во второкъ оу канонъ Рожества Христова, а оу Вилли былъ о Крещении и оттолѣ поехалъ к Борисову и ко Дрюцку и к Тетераву. И во Мстиславли былъ оу князя Семена Лынквенья. И оу Смоленскоу збороваль при князи Семене Ивановичи, и приехаль на Москву оу великии пость. В лет ⁵ S ЦМ. Герасимъ епископ Смоленьскии поиде ко Царюграду. Того ж лета побоище бысть в Ошмене. И того ж лета Жидимонтъ сель на княженье. В лет ⁵ S ЦМГ Швитригаило сожже митро-

57

(То же зимы приставися Смоленскии владыка Семионъ, месяца марта 3 на средокрестно недѣли, в среду; и провидиша со честию у святого Спаса во монастыри.)

«В лет 1 с̧ц. 4нг» 1) месяца мая князь великии Московскихъ бился с Татары с царемъ Махметемъ и сыномъ его Мамоутякомъ, и побиша Москвичь; и самого князя великого няли 2) Василья Татарове на побоищи и Можаискаго князя Ивана няли 3), и иныхъ князеи и бояръ много побили 4); а было то побоище в Соуздали 5) у святого Спаса, у монастыри.

Тогожъ лета Москва выгорела 7) весь городъ, (и) имения ихъ погореша, и люди множество. И бысть на Москвы скорбь велика в людехъ.

Тогож лета передъ покровом за к нощи 8) поколебася земля в нощи, акы 9) колыбел, колыбалис хоромы 10).

«И» тое ж осени на Дмитриевъ день 11) царь Махметъ и сынъ его отпустили князя великого Василия Московьского на окупе : дати по 12) собе емоу окупа много множества.

В лет 1 с̧ц. .. князь Дмитреи Юрьевичь Шемяка изымаша брата его 13) старшаго, князя великого (Московского) Василья

полита оу Витебъску. Того ж лета быст побоище ко Вилкомири; множество побиша князеи и бояръ и мещанъ. Того ж лета парь Махемтъ побилъ Москвич. В лет 1 с̧ц. 10. родися князю Лынквенью сынъ Ярославъ на Которьи, нареченъ во крещении Ееодоръ.» — Въ сп. Д., вслѣдъ за похвалою Витовту, также 'стрѣчаются пѣкоторыя изъ сихъ извѣстій, а именно: объ отъѣздѣ въ Царьградъ митрополита Герасима, битвѣ при Ошменѣ; за тѣмъ: «В лето 6941 Герасимъ Митрополитъ выиде из Царяграда.» Потомъ о сожженіи митрополита Герасима и битвѣ при Вилкомирѣ. Остальныхъ же не находится. Изд. 1827, стр. 63 — 66.

1) того ж лета. 2) иняли. 3) иняли. 4) поимаша. 5) Сождали. 6) выпоре. 7) людей. 8) недели. 9) яко. 10) храмины. 11) на святого Дмитра день. 12) на. 13) множество. 14) своего.

58

ПАМЯТНИКИ. ЛЬТОП. ВЕЛ. КНЯЗ. ЛИТОВСК.

Васильевичь ¹), и выумали ²) ему очи; а самь сяде на великомь
княженье ³), на Москве.

«Того ж быст году моръ силенъ оу Смоленьску» ⁴).

1) Васильевича. 2) вымаша. 3) княжении. 4) Сп. У. оканчивается слѣдующим извѣстіемъ, безъ соблюденія хронологическаго порядка: «В лет SA... женися князь великии Василен Дмитриевичь, понях за себе дщеръ Витов-тову Соевю.»

ОБОЗРЪНІЕ

ЛЪТОПИСЦА ПЕРЕЯСЛАВСКАГО.

(д. в. полънова).

Въ числѣ рукописей, принадлежащихъ Московскому Глав-
ному Архиву Министерства Иностранныхъ Дѣлъ, есть одна,
очень любопытная по своему содержанію. Она заключаетъ въ
себѣ древне-Славянскій переводъ хронографа Юанна Антіохій-
скаго Малалы и Лѣтописецъ Русскихъ Царей, который и изданъ
нашимъ любознательнымъ дѣятелемъ Княземъ М. А. Обо-
ленскимъ, подъ заглавіемъ: Лѣтописецъ Переяславля-
Суздальскаго, составленный въ началѣ XIII вѣка
(между 1214 и 1219 годовъ). Москва. Въ Университ.
типогр. 1851. 8°.

Въ пространномъ предисловіи просвѣщеннаго издателя ука-
заны мѣсто, время и составъ этого лѣтописца. Назвавъ его
лѣтописцемъ Переяславскимъ (разумѣя Переяславль не юж-
ный, а сѣверный — Залѣскій), Князь М. А. Оболенскій осно-
вался въ этотъ случаѣ на свидѣтельствѣ самаго памятника. Со-
ставитель лѣтониси, разсказавши подъ 1175 годомъ обстоя-
тельства кончины Андрея Боголюбскаго, обращается къ этому
великому князю въ слѣдующихъ выраженіяхъ (стран. 84):
«Андрѣю княже великыи ...... молися помиловати князя на-
шего и господина Ярослава, своего же приснаго и благороднаго

60

ПАМЯТНИКИ.

сыновца и даи же емоу на противныя, и многа лѣта съ княги-
нею, и прижитіе дѣтіи благородныхъ и мирноу дрѣжаву его и
царьство небесное въ бесконечныя вѣкы, аминь.» Изъ этихъ
словъ лѣтописи Князь М. А. Оболенскій заключаетъ, что она
писана въ Переяславѣ Суздальскомъ, при князѣ Ярославѣ Всес-
володовичѣ, племянникѣ Андрея Боголюбскаго; ибо извѣстно,
что великій князь Всеволодъ Юрьевичъ, въ 1213 году, не-
задолго до своей смерти, назначилъ на княженіе въ Перея-
славль-Залѣсскій сына своего Ярослава, — иначе лѣтописатель не
назвалъ бы Ярослава нашимъ, т. е. своимъ княземъ. Въ Лав-
рентьевской лѣтописи *) вмѣсто Ярослава, своего же сыновца, ска-
зано: Всеволода, своего же приснаго брата; вмѣсто: прижитіе
дѣтіи благородныхъ, читаемъ: и съ благородными дѣтьми. Кромѣ
этого свидѣтельства, князь Оболенскій приводитъ еще и другія
указанія, подтверждающія предположеніе его о мѣстѣ написанія
лѣтописи. Подъ тѣмъ же 1175 годомъ лѣтописецъ разсказы-
ваетъ, согласно съ Лаврентьевскимъ спискомъ, обстоятельства
войны между Михаиломъ и Всеволодомъ Юрьевичами съ одной
стороны, и Мстиславомъ и Ярополкомъ Ростиславичами съ дру-
гой; но вмѣстѣ съ тѣмъ прибавляетъ извѣстія о Переяслав-
цахъ, не находящіяся въ Лаврентьевской лѣтописи (стр. 85):
«а Переяславцемъ не хотящимъ его (Ярополка), но хотѣша Ми-
халка съ братомъ его Всеволодомъ.» Нѣсколько далѣе: Перея-
славци же не отъ сердца идяхуть (противъ Михаила), но при-
ноуженіемъ Ростовскымъ»; и потомъ: «А съ Переяславци имя-
хоуть Володимирци едино сердце.» Далѣе, подъ 1213 годомъ,
лѣтописецъ Переяславскій, передавая извѣстіе о войнѣ между
Георгіемъ и Константиномъ Всеволодовичами въ совершенно
другомъ видѣ, нежели какъ оно передано въ другихъ лѣто-
писяхъ, явно высказываетъ свое предпочтеніе къ сторонѣ Геор-
гія Всеволодовича и брата его Ярослава; между тѣмъ какъ
лѣтописи Троицкая и Новгородская оправдываютъ Констан-

*) Въ ссылкахъ нашихъ на Лаврентьевскую лѣтопись мы принимаемъ текстъ, изданный Археографическою Коммиссіею въ Полномъ Собраніи Русскихъ Лѣто-писей, т. І. То же должно разумѣть и о Радзивилловской, Троицкой и Ипатьевской, на которые встрѣтятся здѣсь ссылки. Эти списки, какъ извѣстно, служили варіан-тами при изданіи Лаврентьевской лѣтописи.

ОБОЗРЪННЕ ЛЪТОПИСЦА ПЕРЕЯСЛАВСКАГО.

61

тина, слагая вину на его братьевъ. Въ описаніи этой войны здѣсь особенно подробно изложены тѣ ея обстоятельства, которые касались Переяславля-Залѣсскаго. Изъ этихъ мѣстъ видно, что разматриваемый лѣтописецъ составленъ жителемъ Переяславля-Залѣсскаго, который могъ подробнѣе и лучше знать обстоятельства, касавшіяся исторіи его роднаго города.

Время составленія Переяславскаго лѣтопица Князь Оболенскій относитъ къ началу XIII вѣка и приводитъ тому слѣдующія доказательства: лѣтописецъ этотъ оканчивается 1214 годомъ, словами: «Того же лѣта заложи Костянтинъ церковь съборною святыя Богородиця въ градѣ Ростовѣ. Се же бысть лѣто високостное.» (?)

Весьма вѣроятно, что Переяславскій лѣтописецъ этими словами и оканчивался, т. е. что въ рукописи, съ которой онъ изданъ, онъ сохранился вполне, потому что въ общемъ оглавлении всего рукописнаго сборника (пред. lxx — lxxi) окончаніе лѣтописи означено именно тѣми же событиями, какими онъ и дѣйствительно оканчивается. Но болѣе твердое доказательство времени его составленія заключается въ вышеприведенномъ обращеніи къ Андрею Боголюбскому, гдѣ составитель лѣтописи испрашиваетъ отъ Бога прижитія двѣй благородныхъ князю Ярославу Всеволодовичу и его княгинь. Если лѣтописатель Procedure у Бога для своего князя чадородія, значитъ дѣтей у него не было; и такъ весьма естественно допустить, что Переяславскій лѣтописецъ составленъ былъ до 1219 года, когда родился у Ярослава первый сынъ Феодоръ.

Что же касается до названія самостоятельнаго, которое князь Оболенскій даетъ изданному имъ лѣтописцу, — говоря, «что онъ, по своему составу и изложенію содержащихся въ немъ событий, совершенно самостоятеленъ, отличается ото всѣхъ доньѣнъ извѣстныхъ нашихъ лѣтописцевъ древностію языка и тѣмъ, что составитель его сокрашалъ въ началѣ XIII вѣка тотъ самый древній Кіевскій времяникъ (?), который въ концѣ XIV вѣка переписалъ Лаврентій мнихъ», — то такое названіе не можетъ быть принято безусловно. Самостоятельность Переяславскаго лѣтописца, или очевидное отличіе его отъ прочихъ извѣстныхъ списковъ (Лавр., Радз., Троиц.), начинается только

["62", "ПАМЯТНИКИ.", "съ 1206 года. До сего же времени въ общемъ содержаніи Переяславскій лѣтописецъ сходенъ, или точнѣе, однороденъ, съ Лавр. лѣтописью, а еще болѣе съ Радз. (Кениг.) и Троиц. Но такъ какъ Переясл. лѣтописецъ отличается отъ Лавр. нѣкоторыми подробностями и языкомъ, то мы и приведемъ здѣсь наиболѣе значительныя разнорѣчія, и тѣль только, которыя относятся до историческихъ событий и до языка. Послѣдній отчасти также можетъ содѣйствовать къ опредѣленію времени написанія лѣтописи и подтвердить удостовѣреніе издателя, если приводимыя имъ историческія доказательства не будутъ сочтены достаточно убѣдительными.", "Лѣтописецъ Переяславскій, какъ уже сказано выше, имѣетъ заглавие: «Лѣтописецъ Русскихъ Царей.» Онъ называется не космографіею, какъ у Нестора, т. е. не съ Новыхъ сыновей, а прямо съ Словенъ. «Сіе колѣно отъ племени Афетова нарицаеміи Нориці сіирѣчъ Словене. По мнозѣхъ же врѣменехъ сѣли суть Словѣне по Дунаеви, гдѣ есть нынѣ Оугорскаа земля и Болгарыская. И отъ тѣхъ (въ Лавр. прибавлено: Словѣнъ) разидошася по земли и прозвашаясь имены своими и гдѣ сѣдше» и т. д. Все это почти такъ и въ Лавр. (стр. 3); но въ слѣдующемъ за симъ исчисленіи племенъ и ихъ размѣщеніи встрѣчаемъ слѣдующія разногласія:", "ПЕРЕЯСЛ.", "Стр. 1. «Такоже и останці Словене, съ Дуная пришедше.....»", "— «и нарекошась Древляне Полліци, занѣ сѣдоша въ лѣсѣхъ. А друзіи сѣдоша межи Припетію и Двиною и нарекошась Полочане, рѣчки ради Полоты, иже иде въ Двину.»", "— «И иніи Словени сѣдоша около езера Илмеря и прозвашась Новоградці.»", "— «И тако разылесьа Словенскіи языкъ, томоу и грамота дася языкоу.»", "ЛАВР.", "Стр. 3. «Такоже и ти Словѣне пришедше» (съ Дунаї, нѣтъ).", "— «и нарѣкошася Полляне, а друзьямъ Древляне, за нѣ сѣдоша . . . . . . . . . . . . .