— 233 —

сколочнымъ насаждениемъ; сосна (Pinus Massoniana?) и ель (Abies obovata?), также, то въ одиночку, то сплошь по горнымъ склонамъ. Развысистый тополь (Populus sp.) и ива (Salix sp.) растутъ почти исключительно по горнымъ долинамъ. Наша красная рябина (Sorbus Aucuparia) и радомъ съ нею другой видъ Sorbus sp. съ бѣлыми альбастроваго цвѣта ягодами; оба деревца достигаютъ лишь двухъ сажень высоты, но очень красиво стоять часто рядомъ другъ съ другомъ. Древовидный можжевельникъ (Juniperus sp.), до 20 фут. вышиною и иногда въ толщину болѣе фута; въ противоположность другимъ лѣснымъ породамъ, онъ растетъ всего болѣе на южныхъ, т. е. на солнечныхъ скатахъ горъ, и поднимается въ область альпийскихъ кустарниковъ почти до 12 тыс. фут. абс. высоты. Тангуты и монголы считаютъ этотъ можжевельникъ священнымъ и употребляютъ его вѣтви для куренія при богослуженіи.

Кустарныя породы въ описываемыхъ лѣсахъ, какъ обыкновенно, всего роскошнѣе развиваются въ горныхъ ущельяхъ по берегамъ ручьевъ. Здѣсь передъ глазами путешественника являются: двухса женный жасминъ (Philadelphus coronarius) сплошь залитой въ юнѣ сьими пахучими цвѣтами; два вида шипобника (Rosa sp.), одинъ съ бѣлыми, другой съ розовыми цвѣтами; два вида двухса женного барбариса (Berberis sp.), изъ которыхъ одинъ усаженъ колочими шипами въ полтора дюйма длиною; китайская бузина (Sambucus chinensis); кружевникъ (Ribes sp.), огромными кустами въ десять фут. вышиною, съ крупными но кислыми желтовато-бѣлыми ягодами; малина (Rubus pungens), съ превосходными красновато-желтыми яго дами. Другой видъ малины — Rubus Idacus? совершенно походитъ на нашу европейскую, по достигаетъ высоты не болѣе двухъ фу- товъ и растетъ по открытымъ горнымъ склонамъ, исключительно въ поясъ альпийскихъ кустарниковъ. Далѣе слѣдуютъ семь или восемь видовъ желительности (Lonicera), изъ которыхъ одинъ достав- ляетъ съѣдобныея продолжоватыя синія ягоди.

Изъ другихъ кустарныхъ породъ въ лѣсахъ Гань-су встřичаются: тавола (Spiraea sp.), черная смородина (Ribes sp.), вишня (Prunus sp.), бережный (Evonymus sp.), дикій персикъ (Daphne altaica?), кизильникъ (Cotoneaster sp.), изрѣдка Hydrangea pubescens и амурскій кустар- никъ Elentherococcus senticosus. Но землячка послѣдняго Lespedeza, доходитъ только до Муни-ула; ся нѣтъ ни въ Ала-шаньскомъ хребтѣ, ни въ горахъ Гань-су; точно также здѣсь вовсе нѣтъ лещины, кото- рая въ такомъ облѣи растетъ въ двухъ вышеназванныхъ горныхъ хребтахъ.

Продолжая далѣе о кустарникахъ Гань-су слѣдуетъ сказать,

— 234 —

что берега горныхъ ручьевъ здѣсь часто обростаютъ ююю (Salix sp.) и высокою (до 15 фут.) облепихою (Hippophaë rhamnoides), гнилыя колючки которой сильно затрудняютъ ходьбу, а по открытымъ горнымъ склонамъ растутъ: бояржа (Crataegus sp.), желтая карагана (Caragana sp.) и бьюлый курильскій чай (Potentilla glabra).

Травянистая растительность описываемыхъ лѣсовъ еще болѣе разнообразна. На влажной черноземной почвѣ вездѣ растетъ во множествѣ земляника (Fragaria sp.), а тамъ, гдѣ эта почва дѣлается мештою, красивый мытникъ (Pedicularis sp.) сплошь заливаетъ небольшія площадки своими розовыми цвѣтами. Въ самыхъ лѣсахъ и по лѣснымъ лужайкамъ разсыпаны: пюны (Paeonia sp.), бузульникъ (Ligularia sp.), валеріана (Valeriana sp.), васiliстникъ (Thalictrum sp.), герань (Geranium sp.), водосборъ (Aquilegia sp.), грушевка (Pyrola rotundifolia), черемшиа (Allium Victoriais), кровохлебка (Sanguisorba officinalis), Rubia javana?, Prenanthes sp., Pleurospcum sp.; юмоносъ (Clematis sp.) вьется по кустарникамъ, а кипрей или Нванъ-чай (Epilobium angustitolium) мѣстами сплошь покрываетъ свои розовыми цвѣтами луговые горные скаты. Нѣсколько позднѣе, во второй половинѣ лѣта, въ тѣхъ же лѣсахъ являются: прикрытъ (Aconitum Lycocctonum, A. volubile), живокость (Delphinium sp.), пижма (Tanacetum sp.), чина (Orobus lathyroides), поповникъ (Pyrethrum sinense), девицѣ (Inula Britanica), вонючка (Cimicifuga foetida); папоронникъ (Polypodium vulgare, Adiantum pedatum, Asplenium sp.) также въ изобліпѣ встрѣчаются въ описываемыхъ лѣсахъ.

По открытымъ скопамъ горъ лѣснаго ноября растутъ: виды камнешлемьки (Saxifraga), краснаго милія (Lilium tenuifolium), змѣвюловникъ (Dracocephalum Ruyschiana), Senecio pratensis, Schultzia sp., Allium sp., Gentiana sp., Ajuga sp.

Въ открытыхъ горныхъ долинахъ лѣсной области весною во множествѣ цвѣтетъ касатникъ (Iris sp.), а за тѣмъ лѣтомъ здѣсь встрѣчаются: астра (Aster tataricus), щавель (Rumex acetosa), кисленъ (Polygonum polymorphum), первоцветъ (Primula sibirica), незабудка (Myosotis sp.), володушка (Bupleurum sp.), Gentiana sp., Anemone sp., Artemisia sp., Melica sp., Elymus sp., Spodiopogon sp., Lolium sp.; виды Ranunculus, Oxytropis и Potentilla.

Одинъ изъ видовъ послѣдняго рода, именно наша обыкновенная гусиная трава (Potentilla anserina), извѣстная здѣсь подъ именемъ джума, доставляетъ съѣдобный корешекъ, который осенью или весною во множествѣ выкапывается кипайцами и тангутами. Вынутыя изъ земли корешки сначала моютъ и сушатъ, а затѣмъ отвариваютъ

— 235 —

въ водѣ и ёдятъ съ масломъ или рисомъ; вкусомъ они походить
на фасоль, или орѣхи.

Злакъ Lolium sp., встрѣчающійся также и въ Ала-шапьскомъ
хребтѣ, извѣстень какъ ядовитая трава (хоро-убусу по монголь-
ски) для всякаго скота и въ особенности для верблюдовъ; мѣстныя
животныя знаютъ подобное свойство этой травы и не ёдятъ ея.

Но самымъ замѣчательнымъ растеніемъ лѣсной области служить
екарстовѣный ревень (Rheum palmatum), называемый монголами
шара-мото¹) а тангутами Жемуши. Я разскажу о немъ нѣskоль-
ко подробнѣе, такъ какъ это растеніе, сколько кажется, еще не
изслѣдовалось до сихъ поръ европейцами на мѣстѣ своей родины.

Описываемый ревень имѣетъ у корня отъ 3—4 большихъ, тем-
нозеленыхъ, лопастныхъ листьевъ ²) изъ средины которыхъ вырос-
таетъ цвѣточный стебель, отъ 7—10 фут. вышины, при толщинѣ,
у корня, въ полтора дюйма ³). У старыхъ экземпляровъ число кор-
невыхъ листьевъ иногда восходитъ до десяти и даже болѣе, но,
въ такомъ случае, у нихъ всегда бываетъ и нѣсколько цвѣточныхъ
стеблей, такъ что собственно на каждый такой стебель приходится
не болѣе трехъ или четырехъ листьевъ. Черешокъ листа въ раз-
рѣзѣ овальной формы и толщиною въ палецъ; онъ имѣетъ иногда
до 26 дюймовъ длины; снизу зеленоватый, сверху красноватаго
цѣта, и весь покрылъ тонкими красноватыми черточками, длиною
1—2 линій. Цвѣточный стебель на своихъ узлахъ пускаетъ неболь-
шіе листья, а мелкіе бѣлые цвѣтынъ пасажены на вторичныхъ (съ бо-
ковыми отпрысками) стебелькахъ, которые отходять, подъ острымъ
угломъ, отъ главнаго ствола, приблизительно съ ²/³ его высоты.

Самый корень имѣетъ продолговатую, округленную форму и
пускаетъ отъ себя множество длинныхъ, тонкихъ отпрысковъ ⁴);
длина этихъ отпрысковъ, равно какъ величина главнаго корня за-
висятъ отъ возраста растенія. У выполнѣ взрослаго экземпляра ко-
рень достигаетъ фута длины, почти при такой же толщинѣ ⁵);
сна-
ружи онъ покрытъ бурою, шероховатою корою, которую срѣзыва-
ютъ пожемъ при сушкѣ растенія.

¹) Т. е. Желтое дерево.

²) Нанбольшій ревенный листъ, вами видѣный, имѣлъ въ длину, т. е. по главной своей жилѣ, 2 фута, а въ ширину, т. е. между вершинами боковыхъ лопастей, — 3 фута.

³) Это размѣры вполне взрослаго экземпляра.

⁴) Число боковыхъ отпрысковъ у стараго корня иногда простирается до двад-
цати нять; напрѣшіе изъ нихъ имѣютъ, у основанія, 1¼ дюйма въ діаметрѣ,
при длиѣ около 21 дюйма.

⁵) Впрочемъ, какъ исключеніе, бываютъ корни еще большихъ размѣровт.

— 236 —

Главное время цвѣтенія ревеня бываетъ въ концѣ юня и въ на-
чалѣ юля; впрочемъ, нѣкоторые экземпляры цвѣтутъ раньше, а
другіе позже этого срока; сѣмина поспѣваютъ во второй половинѣ
августа.

По словамъ мѣстныхъ жителей, корень хорошъ на лекарство
веспою и осенью; въ периодъ же цвѣтенія онъ дѣластся поздрава-
тымъ, хотя мы не замѣтили этого на экземплярахъ, добытыхъ въ сре-
динѣ лѣта. Главный сборъ ревенна-го корня производится тангу-
тами, и частію китайцами, въ сентябрѣ и октябрѣ. Со времени
дунганскаго возстанія этотъ промыселъ много уменьшился, а въ нѣ-
которыхъ мѣстахъ даже вовсе прекратились. Прежде онъ произво-
дился такъ дѣятельно, что только трудно-доступность горныхъ лѣ-
совъ гарантировала описываемое растеніе отъ полнаго истреблѣнія.
Впрочемъ, въ горахъ, вблизи кумирни Чертынтонъ, лекарственный
ревень встрѣчается довольно рѣдко, по, по словамъ тангутовъ, его
очень много далѣе къ западу, въ верховьяхъ рѣкъ Тэтупа и Эц-
зинэ. Здѣсь и прежде производилась панбольшая добыча ревеняаго
корня, который затѣмъ сознѣлся, да и теперь свозится, въ Си-
нинъ — главный пунктъ ревенной торговли. Во время нашего пре-
быванія въ Гань-су, въ Сининѣ ревень продавался, среднимъ чис-
ломъ, по десяти гиновъ на ланъ серебра, т. с. по 21 копьей за
гинъ на нашу звонкую монету.

Изъ Синина ревень отправляется зимою сухопутно, а весною на бар-
кахъ по Хуанъ-хэ, въ Пекинъ, Тянь-дзинъ и др. китайскіе порты, гдѣ
сбываются европейцамъ. Здѣсь цѣна его уже увеличивается отъ 6—10
разъ противъ сининской стоимости ¹). Прежде большая масса ревеня
направлялась изъ Синина въ Кахту, по теперь эта доставка прекра-
тилась, вслѣдствіе разбоселъ дунганъ. Возобновить такую торговлю
въ пастоящее время не особенно затруднительно; слѣдуетъ только
снарядить изъ Кахты въ Сининъ, или хотя въ Нинь-ся, караванъ,
который могъ бы закупить партію ревеня. Для охраны такого ка-
равана въ дорогѣ необходимо имѣть стѣ десятокъ вооруженныхъ
людей.

При сушкѣ ревеняаго корня, отъ него сначала отрѣзаютъ всѣ
боковые открыски и потомъ очищаютъ пожемъ наружную кору;
далѣе, толстый корень разрѣзаютъ на части, панизываютъ ихъ па-
бичевки и вѣшаютъ для просушки въ тѣнь, обыкновенно подъ кры-
шами фанзъ, на свободномъ доступѣ воздуха. Послѣднее условіе

¹) Во время моего посѣщенія Тянь-дзина ревень продавался здѣсь отъ 60—90 лань за сго гиновъ; у насъ стоимость ревеня простирается отъ 3 — 5 рублен и даже болѣе за фунтъ.

— 237 —

необходимо и ревень, высущенный на солнцѣ, какъ говорятъ, пор-
тится; съ толстыхъ боковыхъ открысковъ также очищаютъ кожу и
сушать ихъ вмѣстѣ съ большими корнями.

Въ горахъ Гань-су лекарственный ревень растетъ отъ подопвы глубокихъ долинъ до предѣла лѣсной растительности, т. с. при- близительно до 10 тысячъ фут. надъ морскимъ уровнемъ. Какъ исключеніе, онъ встрѣчается и выще этой границы, но всегда вы- бираетъ для себя ущелья съ влажною черноземною почвою и при томъ, почти исключительно, на сѣверныхъ склонахъ горъ. Только изрѣдка это растеніе попадается въ ущельяхъ, обращенныхъ къ югу и, еще рѣже, на безлѣсныхъ горныхъ скатахъ.

Въ мѣстностяхъ нами излѣдованныхъ, тангуты сѣютъ ревень въ огородахъ, возлѣ своихъ жилищъ; для посѣва они употребляютъ сѣмяна и молодые экземпляры, найденные въ лѣсу. Сѣять сѣмянами можно осенью и раннею весною, но для успешнаго развитія расте- нія необходимо, чтобы земля была мелкій, чистый, рыхлый и при- томъ влажный черноземъ. По словамъ тангутовъ, на третій годъ послѣ посѣва сѣманами, корень выростаетъ величиною въ кулакъ, но настоящихъ размѣровъ онъ достигаетъ лишь по прошествіи восьми, десяти и даже болѣе лѣтъ. Тангуты сѣютъ ревень въ весьма маломъ количествѣ, собственно для домашнаго употребленія, такъ какъ этимъ корнемъ они лечатъ не только самихъ сѣбы, но даже и свой скотъ. Не знаю существуетъ ли культура ревеня въ боль- шихъ размѣрахъ въ другихъ частяхъ Гань-су; впрочемъ, мѣстные жители увѣряли насъ, что много ревеня нигдѣ не сѣютъ. Если это правда, то подобное явленіе можно объяснить лишь обиліемъ, въ здѣшнихъ мѣстностяхъ, дикаго ревеня.

 Подробное изученіе физическихъ условій, при которыхъ растетъ лекарственный ревень, приводитъ меня къ тому убѣжденію, что его культура возможна въ нашихъ предѣлахъ во многихъ мѣстахъ, какъ напр. въ Амурскомъ краѣ, въ Байкальскихъ горахъ, на Уралѣ и на Калказѣ. Для опыта, я собралъ достаточно сѣмянъ, ко- торыя передалъ въ Императорскій Ботаническій садъ.

Кромѣ горъ Гань-су, лежащихъ къ сѣверу отъ оз. Куку-нора, лекарственный ревень растетъ, по разсказамъ мѣстныхъ жителей, въ горахъ на южной сторонѣ того же озера, а также въ снѣго- выхъ грядахъ къ югу отъ Синпна и въ хребетѣ Ёграй-ула, близъ истоковъ Желтой рѣки. Распространяется ли отсюда описываемое растеніе въ сосѣднюю гористую область провинціи Сы-чуань, мил не могли узнать положительно, но лекарственнаго ревеня нѣтъ въ безлѣсныхъ горахъ Сѣвернаго Тибета. Такимъ образомъ, область

— 238 —

распространенія этого растенія, по собраннымъ нами свѣдѣніямъ, ограничивается альпійскою страною озера Куку-нора и верховьевъ Келтой рѣки.

Кромѣ лекарственнаго ревеня, въ горахъ Гань-су встрѣчается еще другой видъ — Rheum spiciforme, который растетъ, исключительно, въ альпійской области, имѣтъ тонкій вѣтвистый корень, иногда д.шною въ четыре фута, но на лекарство не годенъ ¹). Вышепазванный видъ растетъ также на Гималаѣ и въ Тань-Шаньѣ; его сухія листья мы часто встрѣчали зпмою въ пустыняхъ Сѣвернаго Тибета.

Лѣспая область въ горахъ Гань-су поднимается, какъ сказано выше, приблизительно до 10 тысячъ футъ надъ уровнемъ моря; далѣе, вверхъ, она замѣняется областью альпійскихъ кустарниковъ и луговъ. Здѣсь уже не видно высокихъ деревьевъ ²), но взамѣнъ ихъ является сплошная масса густыхъ кустарниковъ, среди которыхъ преобладаютъ рододенды. Послѣднихъ мы нашли здѣсь четыре вида и, по опредѣленію ботаника Максимовича, всѣ они оказались новыми. Въ особенности замѣчателенъ одинъ видъ, который поднимается могучимъ кустомъ; иногда до 12 фут. выпины, имѣтъ большие, кожистые, неопадающие зпмою, листья и пахучіе, обѣлые цвѣты. Но количеству, этотъ рододендръ преобладаетъ между своими собральями и заходитъ изъ альпійской области довольно низко въ полѣе лѣсовъ.

Характерными кустарниками альпійской области, кромѣ рододендровъ, служать: *Карагана* (Caragana jubata), также самая, что и въ Ала-шаньскомъ хребтѣ, желтый курилскій чай (Potentilla tenuifolia), *табола* (Spiraea sp., S. altaica) и *верба* (Salix sp.). Почва этихъ кустарныхъ заростей сплошь выстлана мгомъ (Hypnum sp.), который начинаетъ преобладать уже и въ верхнемъ поясѣ лѣсовъ. Въ области альпійскихъ кустарниковъ также можно замѣтить, что кустарная растительность всего лучше развивается по скатамъ горъ, обращеннымъ къ сѣверу.

Луга альпійской области, то разбросанные небольшими площадками среди кустарниковъ, то одѣвающиеся сплошь верхніе склоны горъ, представляютъ такое богатство и разнообразіе травяной растительности, какое невозможно описать въ сжатомъ очersкѣ, тѣмъ болѣе, что среди растеній горъ Гань-су встрѣчается много соверш

¹) Тангуты называютъ этотъ видъ заречномъ и монтолы курма-шара-мото.

²) За исключениемъ липші древовиднаго можжевельника, который восходитъ на высоту до 12 тѣс. фут.

— 239 —

шенно новыхъ видовъ. Характерными растеніями описываемыхъ луговъ являются: различные виды мака (Papaver), мышника (Pedicularis), живо-
кости (Delphinium), камнеломки (Saxifraga), генціаны (Gentiana), лю-
тика (Ranunculus), лапчатки (Potentilla), лука (Allium), сибирская
астра (Aster sibiricus), Erigeron sp., Saussurea graminifolia, Leontopo-
dium alpinum, Antennaria sp., Polygonum sp., Trollius sp., Parnas-
sia sp., Androsace sp. По скаламъ и между ними растутъ: различ-
ные виды первоцвета (Primula), сухоребрицы (Draba), хохлатки
(Corydalis), селезенникъ (Chrysosplenium sp.), очитокъ (Sedum sp.),
Isopyrum sp., Arenaria sp., а по каменствымъ розсыпямъ —
прикрытъ (Aconitum sp.), бузульникъ (Ligularia sp.), Saussurea
bovollata и др.

Всѣ эти травы, равно какъ и кустарники альпійской области, во второй половинѣ юня, являются въ полномѣ цвѣту, такъ что здѣшніе горные скаты въ это время бываютъ залиты, то ярко-желтымъ цвѣтомъ курильскаго чая, то бѣлымъ, краснымъ или лиловымъ цвѣтами рододендровъ и Caragana jubata; между этими главными колерами рисуются яркія краски другихъ цвѣтовъ, то въ одиночку, то небольшими группами. Но не долговѣчна бываетъ здѣсь столь роскошная жизнь! Въ началѣ юля уже отцвѣтаютъ рододендры и Caragana, а въ первой половинѣ августа утренніе морозы дѣлаются на столько значительны, что и травянисты породы гибнутъ одна за другою.

Альпійскіе луга роскошны, приблизительно, до высоты въ 12 тыс. фут. надъ морскимъ уровнемъ. Выше этого поднятія температура дѣлается уже слишкомъ холодна, вѣтры и непогоды господствуютъ слишкомъ часто и не даютъ, какъ слѣдуетъ, развиться даже луго-вой растительности. Сначала то та, то другая травка, поднимая-щіяся внизу на два, три фута вышины, являются здѣсь карликами, ростомъ лишь въ нѣсколько дюймовъ, наконецъ—и онѣ исчезаютъ. Мохъ, лишан и кой-гдѣ пріютившийся цвѣтокъ, разбросаны ключ-ками на оголенной почвѣ и по каменнымъ розсыпямъ, лежащимъ у подножія скалъ, увѣнчивающихъ собою почти всѣ выдающіяся вершины. Такія розсыпи — продуктъ вывѣтриванія и разложенія тѣхъ же самыхъ скалъ, вблизи своихъ родныхъ твердынь состоять изъ крупныхъ осколковъ, но чѣмъ далѣе внизъ, тѣмъ эти камни мельчаютъ все болѣе и болѣе, словно разбиты рукою человѣка. Все-сокрушающая сила времени являетъ здѣсь свою работу самымъ напляднымъ образомъ. Твердыя горныя породы не могутъ устоять противъ атмосферныхъ вліяній, которыя подтачиваютъ частичку за частичкою и, мало-по-малу, сокрушаютъ гигантскія скалы.

— 240 —

Въ розсыпахъ обыкновенно зарождаются горные ключи, которые затѣмъ бѣгутъ въ ущелья и долины. Володи своего истока, струйка воды едва слышно журчитъ подъ камнями, и не показывается наружу. Скатившись немного далѣе, она уже вьется узкою лентою, а затѣмъ, соединившись съ нѣсколькими такими же источниками, образуетъ быстрый ручей, который, съ шумомъ и водопадами, стремится внизъ по каменному ложу.

Фауна горъ Гань-су всего богаче пищами; млекопитающихъ мы нами здѣсь 18 видовъ; земноводныхъ и рыбъ очень мало; насѣкомыхъ также немного. Такое явление, т. е. бѣдность насѣкомыхъ и почти полное отсутствие земноводныхъ, вѣроятно, обусловливается неблагоприятными условиями суроваго и неностоянаго горнаго климата.

Млекопитающія, найденные нами въ Гань-су, въ дикомъ со-
стоянии, принадлежать только къ тремъ отрядамъ: хищныхъ, грызу-
новъ и жвачныхъ; даже изъ насѣкомоядныхъ и рукокрылыхъ мы не
встрѣтили здѣсь ни одногоъ вида. Крупная животная вообще рѣдки
въ горахъ Гань-су, потому что сильно преслѣдуются охотниками тан-
гутами; кромѣ того, при значительномъ населеніи въ описываемыхъ
горахъ, звѣри не имѣютъ возможности свободно размножаться. Впро-
чемъ, кабарна (Moschus moschiferus?) встрѣчается здѣсь очень часто;
изъ другихъ жвачныхъ въ горахъ Гань-су, живутъ: луку-яманъ
(Ovis sp.), олень (Cervus sp.) и косуля (Cervus pygargus?). Эта по-
слѣдняя, найденная нами на Муни-ула, вовсе не встрѣчается въ про-
межуточномъ Ала-шаньскомъ хребтѣ ¹).

Между грызунами, особаго вниманія заслуживаютъ сурки (Arctomys robustus?), везде встрѣчаются въ горахъ до высоты болѣе 12 тыс. футовъ ²). Маленькая пищуха (Lagomys thibetanus?), въ гро- мадномъ количествѣ, населяетъ болѣе открытия мѣстности, тогда какъ другой видъ этого рода живетъ исключительно, и при томъ въ небольшомъ числѣ, въ скалахъ и розсыпахъ верхняго пояса аль- пійской области. С. пілъцип (Siphacus sp.) также весьма многочисленны по открытымъ долинамъ и луговымъ скатамъ пляняго пояса горъ. Здѣсь же часто встрѣчается маленькая полевка (Arvicola sp.), въ не- большомъ числѣ заявљ (Lepus sp.), а въ горныхъ лѣсахъ изрѣдка попадается летяна (Pteromys sp.), отличная отъ сибирской.

¹) Къ сожалѣнію, мы не убили въ горахъ Гань-су пи одной косулі, чтобы рѣшить навѣрное, составляетъ ли здѣшнее животное видъ Cervus pygargus, об- щий сѣверо-восточной Азіп.

2) Въ Сѣверномъ Тибетѣ мы видали норы сурковъ на высотѣ 15 тыс. ф. надъ уровнемъ моря.

— 241 —

Вотъ и всѣ представители отрядовъ жвачныхъ и грызуновъ; остаются теперь хищныя. Среди этихъ послѣднихъ, изъ кошачьяго семейства въ горахъ Гань-су живетъ одна дикая кошка (Felis sp.), но тигровъ и барсовъ вовсе нѣтъ. Далѣе, въ небольшомъ числѣ здѣсь обитаетъ одинъ видъ медвѣдя (Ursus sp.), а затѣмъ хорекъ (Mustula sp.), барсукъ (Meles sp.), лисца (Canis vulpes) и два вида болка: одинъ обыкновенный (Canis lupus), а другой, меньше его ростомъ и красноватаго цѣта¹).

Гораздо болѣе, нежели млекопитающими, горы Гань-су обильны птицами, которыхъ мы нашли здѣсь 106 осѣдлыхъ, или гнѣздящихъ и 18 пролетныхъ видовъ. Первая цифра довольно значительна, если принять во вниманіе, что она почти вся падаетъ только на пять отрядовъ: хищныхъ, кричащихъ, пѣвчихъ, голубиныхъ и куриныхъ; изъ водяныхъ и голенастыхъ въ горахъ Гань-су гнѣздится только одинъ видъ. Затѣмъ и вышеупомянутые пять отрядовъ распредѣлены крайне неравномѣрно: громадный перевѣсъ надъ всѣми остальными стоять на сторонѣ пѣвчихъ птицъ; далѣе слѣдуютъ хищныя, куриныя, кричащія и голубицы ²).

Сравнивая списокъ птицъ Гань-су съ таковымъ же спискомъ пернатыхъ видовъ, свойственныхъ Монголіи, можно видѣть, что эти страны, не смотря на свое близкое сосѣдство, характеризуются различными орнитологическими фаунами. Такое явленіе, подобно тому, какъ и въ области растеній, обусловливается, конечно, крайне нею противоположностію физическихъ условій той и другой страны. Не вдаваясь въ подробности, скажу здѣсь только, что въ Гань-су мы нашли 43 новыхъ, противъ Монголіи, видовъ птицъ. Это число еще болѣе увеличится, если изъ списка Монгольскихъ видовъ исключить встрѣченныя на горахъ Муни-ула и Ала-шаньскихъ. Въ общемъ,

¹) Этого волка намъ не удалось видѣть, поѣстные жители знаютъ его хорошо.

²) Слѣдующая табличка нагляднѣе покажетъ распредѣленіе птицъ Гань-су отрядамъ:

<table><thead><tr><th></th><th>Гнѣздящіе<br>и осѣдлія.</th><th>Пролетныя</th><th>Всего.</th></tr></thead><tbody><tr><td>1) Хищныя (Rapaces).</td><td>12</td><td>2</td><td>14</td></tr><tr><td>2) Кричащія (Scansores).</td><td>7</td><td>0</td><td>7</td></tr><tr><td>3) Пѣвчія (Oscines).</td><td>74</td><td>5</td><td>79</td></tr><tr><td>4) Голубиныя (Columbae)</td><td>3</td><td>0</td><td>3</td></tr><tr><td>5) Куриныя (Gallinaceae)</td><td>9</td><td>0</td><td>9</td></tr><tr><td>6) Голенастыя (Grallatores).</td><td>1</td><td>7</td><td>8</td></tr><tr><td>7) Водяныя (Natatortes).</td><td>0</td><td>4</td><td>4</td></tr></tbody><tfoot><tr><td></td><td>106</td><td>18</td><td>124</td></tr></tfoot></table>

При специальной обработке орнитологического отдѣла моего путешествія, эти цифры могутъ, конечно, незначительно измѣниться; теперь онъ показаны такъ, какъ записаны на мѣстѣ.

16

— 242 —

среди птиц Гань-су встречаются представители Сибирской, Китайской, Гималайской и Тян-Шаньской фауны.

Изъ отряда хищныхъ здѣсь на первомъ планѣ являются грифы трехъ видовъ: снѣжный (Gyps nivicola), черный (Vultur monachus?) и ллянятник (Gyraëtos barbatus); послѣдній, какъ извѣстно, водится и въ Европѣ, а два первые, исключительно, свойственны Азіи. Въ особенности замѣчателенъ снѣжный грифъ, могучая птица чалаго цвѣта, до десяти футовъ въ размахѣ крыльевъ. Другихъ хищниковъ въ горахъ Гань-су вообще немного, но грифы обитаютъ здѣсь въ такомъ количествѣ, какого намъ нигдѣ не привелось болѣе видѣть.

Въ отрядѣ кричащихъ нѣтъ особенно замѣчателныхъ видовъ. Стрижни (Cypselus leucоруда) во множествѣ гнѣздятся по скаламъ нижняго пояса горъ, а въ лѣсахъ кукушь (Cuculus sp.) и стучать дят.ы (Picus sp., Picus Martius). Замѣчательно, что японскій казадой (Caprymulgus Jotaca), столь распространеный во всей восточной Азіи, уже не встрѣчается западнѣе Муви-улы, такъ что его нѣтъ ни въ Ала-шаньскомъ хребтѣ, ни въ горахъ Гань-су.

Далѣе с.г.дуетъ, самый обильный видами, отрядъ пѣвчихъ птицъ, которыми богата какъ лѣсная, такъ и альпийская область описывающихъ горъ. Изъ наиболее характерныхъ породъ, горнымъ лѣсамъ свойственны: большая биологическая горихвостка (Phoënicura leucosphala), которая держится исключительно по берегамъ горныхъ ручьевъ вмѣстѣ съ проворною олапкою (Cinclus kaschemiriensis), камчатскій соловей (Calliope kamtschatkensis), маленькій сниирь (Pyrrhula sp.) съ ранжевою грудью, красный сниирь (Pyrrhula erythrina), красный аюрокъ (Carpodacus sp.), крошечный королёкъ (Troglodytes nipalensis), нѣсколько видовъ Phyllopomnste, губан сорока (Pica cyana). Близко сродные дроздамъ Pterorhinus Davidii и Trochalopteron sp. оживляютъ своими голосами густыя кустарныя зарости по берегамъ горныхъ ручьевъ; въ особенности замѣчательны два послѣдніе вида своимъ подвижнымъ характеромъ и превосходнымъ звонкимъ свистомъ.

Высокому лѣсу свойственны три вида дроздовъ (Turdus sp.), изъ которыхъ два, кажется, будутъ новыми; всѣ они превосходные пѣвуны; четыре вида синичъ (Parus sp.), завирушка (Accentor multistriatus) и большой дубоносъ (Hesperiphona speculigera). Послѣдній, впрочемъ, держится исключительно по можжевеловымъ деревьямъ, ягодами которыхъ онъ и питается.

Въ альпийской области мы встрѣчаемъ: красиокрылаго стьнолаза (Tichodroma muraria) который безпрестанно лазитъ и порхаетъ по скаламъ. Здѣсь же живутъ: большой Carpodacus sp.—отличный пѣ-

— 243 —

вунъ, два вида альпийской камушцы (Fregilus alpinus, F. graculus), ласточка (Chelidon sp.), бархатно-голубой каменный дрозд (Grandala coelicolor), горная цеврица (Anthus rosaceus?) и два вида завитушки (Accentor nipalensis, A. rubeculoides) изъ которыхъ первая великая мастерца пѣнія. Нѣсколько ниже въ кустарникахъ держатся: красивая металлически-фіолетоваго цвѣта синика (Leptopoeile Sophiae), красновато-розовой *Carpedaeus rubicilla*, *Calliope рetcoralis*, стренатка (Schoenicola sp.), съ длиннымъ розовымъ хвостомъ, а въ болѣе открытыхъ долинахъ — четырка (Linota brevirostris), *Montifringilla Adamsi* и *Montifringilla sp*.

Изъ голубиныхъ и куриныхъ альпийской области припадлежать: каменный голубь (Columba rupestris), обыкновенный и въ нижнемъ поясеѣ горъ; другой видъ горнаго голубя — осторожный *Columba leoconota*, держится въ самыхъ дикихъ и неприступныхъ скалахъ верхняго пояса горъ. Здѣсь же, на каменныхъ розсыпяхъ, обитаетъ большая, неугомонно-крикливая скалистая куропатка (Megaloperdix thibetanus), называемая тангутами кунмо, а монголами — хайлыкъ. Радомъ съ нею, въ заростахъ рододендровъ и караганы живетъ кундыкъ (Tetraophasis obscurus) и куропатка (Perdix sp.) отличная отъ монголской. Пониже, въ лѣсной области, представителями куриныхъ служатъ: новый видъ рабичка (Bonasia sp.) больше нашего величиною и темнаго цвѣта, рѣдкій *Itaginis Geoffroyi*, фазанъ (Phasianus élegans?) и другой его собрать, уже встрѣченный въ Ала-шаньскомъ хребтѣ — ушастый фазанъ (Crossoptilon auritum) велико-пѣная птица свинцово-голубаго цвѣта.

Изъ водяныхъ птицъ въ горной области Гань-су не гнѣздится ни одногоъ вида, да и пролетныя бываютъ какъ рѣдкость, а изъ голенастыхъ здѣсь обитаетъ только одинъ куликъ (Ibidorhyncha Struthersii), который держится по горнымъ рѣчкамъ, изоблочищимъ галькою.

Отправившись изъ Чебсена обратно въ горы, окрестныя ку-
мирны Чертынтонъ, мы вели здѣсь свои изслѣдованія, пере-
двигаясь съ мѣста на мѣсто и выбирая наиболѣе благопріятные
пункты, въ которыхъ останавливались столько времени, сколько
это нужно было для научныхъ работъ. Ежедневные дожди и чрез-
вычайная сырость служили намъ все время великою помѣхою, такъ
какъ ни растенія, ни чучела птицъ не просыхали какъ слѣдуетъ;
только урывками могли мы пользоваться ясною погодою и сущили
въ это время собранныя коллекціи. Въ альпійской области горъ
къ постояннымъ дождямъ часто присоединялся снѣгъ и ночные
морозы; при томъ же, теперь почти всѣ птицы находились въ силѣ-

16*

— 244 —

номъ линяніи, такъ что изъ десяти убитыхъ экземпляровъ, иногда только одинъ и.п два годились для препарированія. Но за то растенія, по - крайней-мѣрѣ въ юлѣ, были въ полномъ цвѣту и доставили намъ 324 вида, въ числѣ около трехъ тысячъ экземпляровъ; между тѣмъ птицъ мы собрали не болѣе двухъ сотъ штукъ. Насѣкомыхъ было очень мало, не только въ альпійской области, но даже и въ нижнемъ поясѣ горъ. Правда, это отыпалось весьма невыгодно на нашей энтомологической коллекціи, но за то, въ похвалу горамъ Гань-су, слѣдуетъ сказать, что здѣсь нѣтъ вовсе пи комаровъ, ни мошекъ. Я лично могъ вполне оцѣнить такую благогодать, испытавъ великія муки отъ этихъ кровопійцъ, во время своихъ странствований по лѣсамъ Амура.

Охотою на крупныхъ звѣрей мы почти не занимались, такъ какъ пхъ въ горахъ вообще мало, да при томъ мы не имѣли для этого времени, будучи заняты исключительно собираніемъ коллекцій. За все время пребыванія въ горахъ, я убѣлъ только двухъ куку-ямановъ, такъ что для продовольствія мы купили у тангутовъ двухъ небольшихъ яковъ.

Всего несноспѣе было то время, когда дождь лилъ, не переставая, по нѣсколько сутокъ. Тогда мы принуждены были сидѣть, сложа руки, въ мокрой палаткѣ, не видя даже окрестныхъ горъ, такъ какъ облака обыкновенно покрывали весь альпійскій поясъ. Случалось, что мы попадали въ средину грозовой тучи, такъ что молнія сверкала справа, слѣва и ниже насъ. Мокрота и сырость въ нашей палаткѣ стояли невообразныя ¹); оружіе чистилось каждый день, а патроны на штуцера Снейдера такъ отсырѣли, что давали на половину осѣчекъ. Только въ самомъ нижнемъ поясѣ горъ и въ долинѣ Тэтунгъ-гола мы находили лучшую погоду; здѣсь изрѣдка выпадали даже жаркіе дни. Однако вода въ горныхъ рѣчкахъ и въ самомъ Тэтунгѣ была настолько холодна, что мы ни разу не купались въ теченіи цѣлаго лѣта.

Первоначально мы провели нѣсколько дней въ южной окранинѣ южнаго хребта, а затѣмъ, переваливъ черезъ этотъ хребетъ, устроили свою стоянку вблизи горы Соди-Соруксумъ, которая считается высшего точкою этой части горъ. Пользуясь ясною погодою, я отправился на вершину Соди-Соруксума, чтобы опредѣлить ея высоту точкою кипѣнія воды. Поднявшись тысячи на три футъ выше нашей стоянки, я взобрался на желанную вершину, откуда передъ мною раскрылась дивная

¹) Сырость была такъ велика, что мы купили у тангутовъ ручной раздувальный мѣхъ, безъ которого нельзя было развести огня; такіе мѣха во всеобщемъ употребленіи у жителей горной области Гань-су.

— 245 —

панорама. Долина Тэтунга, узкія ущелья, прихотливо сбѣгавшія къ
ней со всѣхъ сторонъ, сѣверный хребетъ и его снѣговыя вершины
далеко на западѣ,— все это явилось въ такой чудной картинѣ, какую
невозможно передать словами. Я первый разъ въ жизни находился
на подобной высотѣ, впервые видѣлъ подъ своими ногами гигант-
скія горы, то изборожденныя дикими скалами, то оттѣненные мягкою
зеленью лѣсовъ, по которымъ, блестящими лентами, извивались горныя
рѣчки. Сила впечатлѣнія была такъ велика, что я долго не могъ
оторваться отъ чуднаго зрѣлища, долго стоялъ, словно очарованый,
и сохранилъ въ памяти этотъ день, какъ одинъ изъ счастливѣй-
шихъ въ цѣлой жизни....

Но, торопясь сборами въ палаткѣ, я позабылъ взять съ собою зажи-
гательныхъ спичектѣ ¹) и никакъ не могъ добыть огня выстрѣлами
изъ штуцера, такъ что долженъ былъ отложить свое измѣреніе до дру-
гаго раза. Черезъ день я опять взошелъ на Соди-Соруксумъ, на этотъ
разъ уже со всѣми принадлежностями кипѣнія. «Ну, гора, сейчасъ
твоя тайна будетъ открыта», сказалъ я, устроивъ свой кипятиль-
никъ — и черезъ нѣсколько минутъ зналъ, что Соди-Соруксумъ
вздымается на 13,600 фут. надъ уровнемъ моря. Однако, такая вы-
сота еще не захватываетъ здѣсь снѣговой линіи, и я видѣлъ ма-
ленькіе кусочки льдистаго снѣга лишь подъ скалами, въ мѣстахъ,
укрытыхъ отъ солнечныхъ лучей.

Проведя юль въ горахъ по южную сторону Тэтунгъ-гола, мы
перешли, въ первыхъ числахъ августа, въ сѣверный хребетъ и
поставили свою палатку на высотѣ 12 тысячъ футъ у подножія
исполинской вершины горы Гаджуръ. Здѣсь мы пробыли около
двухъ недѣль; все это время дожди шли почти не переставая, а 7 и 9
августа были такія матели, что земля совершенно покрылась снѣгомъ
и мѣстами намело порадочные сугробы. Понятно, что при такихъ
условіяхъ, научная добыча не могла быть велика. Притомъ же, время
цвѣтенія, не только альпійской, но и вообще горной флоры, стано-
вилось уже на исходѣ, такъ что изъ общаго числа растеній, добы-
тыхъ нами въ теченіи лѣта, на весь августъ приходится только
40 видовъ.

Вершина Гаджура состоитъ изъ громадныхъ недоступныхъ скалъ,
внутри которыхъ лежитъ небольшое озерко Демчукъ ²). Оно имѣтьь

¹) Замѣчательно, что эти спички, вѣпской фабрикации, продаются кипят-
цами, даже въ Ала-шаискомъ городѣ Дынь-юань-инь, куда онъ попадаютъ
черезъ Пеки тъ.

²) Собѣ енно здѣсь два озерка, но первое гораздо менѣе Демчука и лежить
немного ниже его.

— 246 —

сажень сто длины и около тридцати пяти ширины; доступъ сюда возможенъ только съ одной стороны, сквозь узкое воротообразное ущелье. Само озерко считается у тангутовъ святымъ, такъ что здѣсь часто совершаются моленія, какъ простыми вѣрующими, такъ и ламами изъ кумирни Чертынтонъ. Настоятель этой послѣдней, нашъ пріятель-гыгенъ, прожилъ въ пещерѣ, на берегу Демчука, цѣлыхъ семь лѣтъ и увѣряетъ, что видѣлъ однажды, какъ со дна озера поднялась большая сивая корова, поплавала пѣсколько времени на поверхности воды и снова опустилась въ глубину. Съ тѣхъ поръ озеро приобрѣло еще большее почитаніе отъ всего мѣстнаго тангутскаго населенія.

Абсолютная высота Демчука 13,100 фут. и положеніе этого озерка действительно замѣчательно. Узкая ложбина, тихія, свѣтлыя волны, со всѣхъ сторонъ громадией шія скалы, сквозь которые едва виднѣется небольшая полоса неба, наконецъ, могильная тишина, лишь церкѣда нарушаемая стукомъ обвалившагося камня – все это особеннымъ, торжественнымъ образомъ настраняется душу человѣка. Но крайней мѣрѣ, я провелъ здѣсь подъ такимъ впечатлѣніемъ болѣе часа и, уходя, вѣрилъ въ возможность, для перазвитаго ума, облечь въ таиственную святость этотъ тихій уголокъ.

Другое подобное озерко, по имени Косинъ, также образованное горными ключами, я видѣлъ б. изъ вершины Соди-Соруксума, но тамъ оно лежитъ на открытой площади, а не въ такой таиственной обстановкѣ, какъ на Гадкурѣ. Впрочемъ и Косинъ считается святымъ, съ тѣхъ поръ, какъ однажды духъ (злой или добрый, не знаю) выгналъ отсюда охотника-тангута, бросившись на него въ видѣ сиваго яка ¹); вслѣдствіе этого охота на Соди-Соруксумѣ, равно какъ и на другихъ святыхъ горахъ (амнэ), строго запрещена.

Еще одно тангутское преданіе про Гадкурѣ гласитъ, что эта гора прислана сюда какимъ-то Далай-ламою изъ Тибета, на показъ мѣстнымъ жителямъ, какія громады имѣются въ святой странѣ.

Недоступныя скалы Гаджура, состоящія изъ фельзита, известняка и глинистаго сланца, поднимаются падъ уровнемъ оз. Демчукъ приблизительно (на глазѣ) футовъ на тысячу, такъ что эта гора не много выше Соди-Соруксума. Однако и здѣсь, только въ ущельяхъ съверной стороны, укрытыхъ отъ солнца, я видѣлъ небольшія пласти ²) льдистаго снѣга, нерасталвающаго во время лѣта.

Въ горахъ по южную сторону Тэтунгъ-гола, тангутское насе-

¹) Замѣчательно, что въ сказочныхъ преданіяхъ тангутовъ, какъ и у насъ, играютъ рои «сивыя» коровы, якъ и пр.

²) Отъ 100–150 фут. длины, 10–15 ширины и 2–4 фут. толщины.

— 247 —

леніе довольно значительно, хотя оно и разбросано здѣсь спорадически, соображаясь съ тѣмъ, какія мѣстности болѣе или менѣе подвергаются пабѣгамъ дунганскихъ шаекъ. Вблизи кумпрни Чертынтонъ, какъ упомянуто выше, тангуты скучились всего болѣе ¹), но зато далѣе въ сѣверномъ хребтѣ, какъ напримѣръ возлѣ Гаджура, не было уже рѣшительно ни души. Здѣсь часто шлялись разбойничьи партіи, отправлялись изъ города Тэтунгъ ²) на грабежъ въ восточную часть Гань-су. Страхъ этъ этихъ разбойниковъ былъ такъ великъ, что нашъ монголъ, панятый въ Чейбсенѣ, ни за что не хотѣлъ идти на Гаджуръ, отговариваясь пезпаніемъ мѣстности. Онъ успокоился лишь тогда, когда мы наняли въ проводники еще одного тангута, близко знакомаго со всѣми здѣшними горами. Оба они, монголъ и тангутъ, переговорили о чемъ-то по тангутски и согласились идти. Мнѣ кажется, что наши проводники напередъ условились между собою дать вмѣстѣ тагу, если на насъ нападутъ разбойники. Впрочемъ, подобное рѣшеніе для насъ имѣло мало значенія, такъ какъ мы и безъ того не могли разсчитывать на вооруженное содѣйствіе своихъ вожатыхъ. Несравненно важнѣе были разпесшіеся слухи, о нашемъ удивительномъ искусствѣ стрѣлать и о необыкновенныхъ ружьяхъ; наконецъ, вездѣ охотно вѣрили тому, что я колдунъ или святой, являющий обо всемъ напередъ и что меня не можетъ убить пула. Такое мнѣніе тангуты не разъ высказывали намъ въ глаза и я, пользуясь случаемъ, приказалъ своимъ казакамъ передавать, будто по секрету, что все это дѣйствительно правда. Тѣмъ не менѣе, мы постоянно были насторожѣ, и поочередно караулили ночью въ опасныхъ мѣстахъ. Всѣ сношенія съ мѣстными жителами прекращались съ наступленіемъ сумерекъ, во избѣжаніе того случая, что, подъ видомъ друзей, къ намъ могутъ прийти ночью и врати. Однако постѣдіе не явилось ни разу, хотя во время нашегоъ пребыванія на Гаджурѣ, вблизи этой горы прошло пѣсколько разбойничьихъ партій, по всему вѣроятію, знавшихъ о нашемъ мѣстожительствѣ.

Со второй половины августа растительная и животная жизнь въ горахъ начали умолкать очень быстро, такъ что, къ концу этого мѣсяца, здѣсь наступила совершенная осень. На деревьяхъ вездѣ показались жгутые листья, а поспѣшнія кисти красной или бѣлой раконы, и въ особенности барбариса, много украшали собою кустарныя

¹) Верстахъ въ 12 пяне кум. Чертынтонъ, по долинѣ Тэтунга, живутъ кинайцам, занимающіеся земледѣліемъ; мѣстность эта уцѣлѣла отъ дунганскаго разоренія.

²) Тотъ городъ лежить на р. Тэтунгъ-голъ, верстахъ въ 100 выше кум. Чертынтонъ.

— 248 —

зарости ущелей. Въ альпийской области горъ, въ это время трава уже почти совсем посохла и только кой - гдѣ можно было встрѣтить запоздавшій цвѣтокъ. Веселыя пташки изчезали отсюда одна за другою; онѣ летѣли на югъ, или спускались въ болѣе теплый и болѣе обильный пищею, нижній поясъ горъ.

Научная добыча стала слишком незначительна, а потому мы рѣшили вернуться въ Чейбсенъ и попытать пробраться отсюда на оз. Куку-норъ. По пути мы захватили своихъ верблюдовъ, которые паслись возлѣ кумирни Чертынтонъ и сильно исхудали въ теченіи лѣта на непривычномъ для нихъ кормѣ. Кромѣ того, отъ постоянной сырости у всѣхъ верблюдовъ открылся кашель, а на тѣлѣ начали появляться какие-то гнойные струпья. Словомъ, наши животныя испортились настолько, что едва едва годились, хотя бы на непродолжительный путь.

1-го септября, мы явились въ Чейбсенъ, гдѣ, въ наше отсутствіе, грабежи дунганъ усилились до крайней степени. Пѣшіе, почти безоружные милиціонеры, защищавшіе кумирню и собранные теперь здѣсь въ числѣ до двухъ тысячъ человѣкъ, ничего не могли сдѣлать коннымъ разбойникамъ. Эти послѣдніе подзѣзжали къ самой стѣнѣ Чейбсена и,顯ая, что насъ тамъ нѣтъ, кричали: «гдѣ же ваши защитники - русскіе съ своими хорошими ружьями? мы пришли драться съ ними». Въ отвѣтъ на это, милиціонеры посылали иногда выстрѣлы, но пули фитильныхъ ружей не понадали въ цѣль. Наши пріятели-дониры, бывшіе главными распорядителями въ кумирнѣ, ждали нашего возвращенія, какъ манны небсной и, смѣшно даже сказать, присылали къ намъ въ горы просить, поскорѣе прийти въ Чейбсенъ, защищать его отъ дунганъ. «Ну», думали мы, когда возвратились изъ горъ, «теперь намъ навѣрное придется вѣдаться съ разбойниками», среди которыхъ въ особенности отличался одинъ богатырь, заколдованный отъ смерти, но увѣренію Чейбсенскихъ воиновъ. Мы просили ихъ разсказать примѣты этого богатыря, всегда ёздившаго на пѣгой лошади, и рѣшили, прежде другихъ, угостить именно его пулями Спейдера и Бердана.

Тѣмъ не менѣе, положеніе наше было очень опасное, такъ какъ мы не могли помѣститься теперь съ своими верблюдами въ кумирнѣ, биткомъ набитой народомъ, но должны были разбить налатку, въ одной верстѣ отсюда на открытой луговой равнинѣ. Здѣсь мы прежде всего организовали защиту на случай нападенія. Всѣ ящики съ коллекціями, сумы съ различными пожитками и запасами, равно какъ верблюжья сѣдла, были сложены квадратомъ, такъ что образовали каре, внутри котораго должны были мы помѣщаться при

— 249 —

появленіи разбойниковъ. Здѣсь стояли наши штуцера съ примкну-
тыми штыками и кучами патроновъ, а возлѣ нихъ лежало десять
револьверовъ. На ночь, всѣ верблюды укладывались и привязыва-
лись вокругъ нашего импровизованнаго укрѣпленія и своими не-
уклюжими тѣлами еще болѣе затрудняли подступъ, въ особенности
верховымъ людямъ. Наконецъ, чтобы не пускать пуль даромъ, мы
отмѣрили во всѣ стороны разстоянія и замѣтили ихъ кучами
камней.

Наступила первая ночь.... Все заперлось въ кумирнѣ, а мы
остались одни-одинешеньки, лицомъ къ лицу съ разбойниками, ко-
торые могли явиться сотнями, даже тысячами, и задавить насъ чи-
ломъ.... Погода была ясная и мы долго сидѣли при свѣтѣ луны,
разсуждая о прошломъ, о далекой родинѣ, о родныхъ и друзьяхъ,
такъ давно покинутыхъ. Около полуночи трое изъ насъ легли спать,
конечно не раздѣваясь, а одинъ остался на караулѣ, который мы
держали поочередно до утра. Совершенно спокойно прошелъ и слѣ-
дующій день. Разбойники канули, словно въ воду; не показывался
даже и заколдованный богатырь. На третью сутки повторилось тоже
самое, такъ что ободренные обитатели Чейбсена пригнали изъ ку-
мирни свое стадо, и начали пасти его возлѣ нашей палатки.

Такова обаятельная сила европейца, среди нравственно растлѣв-
шаго азіятскаго люда! Не мы лично являлись виновниками того
страха, который внушали разбойникамъ дунганамъ. Нѣтъ! это была
побѣда европейскаго духа, его энергіи и отваги, всемогущихъ даже
и въ такихъ дѣлахъ, успѣхъ которыхъ является въ какомъ-то ска-
зочномъ образѣ....

Шесть сутокъ простоали мы у Чейбсена, и далеко не нарочно
подвергали себя подобной опасности; своею рискованною стоянкою,
мы покупали возможность пробраться на оз. Куку-норъ.

Прямой путь къ послѣднему, отъ Чейбсена, лежитъ на города
(Сэнз-гуань¹) и Донкыръ, направляясь черезъ которые можно достиг-
нуть береговъ озера въ пять сутокъ. Но такъ какъ Сэнз-гуань въ это
время былъ занятъ дунганами, то намъ, конечно, нечего было и
думать пройдти по этой дорогѣ. Нужно было поискать другаго пути
и онъ дѣйствительно нашелся, благодаря нашему великому счастію.

Именно, на третій день нашей стоянки возлѣ Чейбсена, сюда
пришли, съ верховьевъ Тэтунга, изъ хошуна Муръ-засакъ, три мон-
гола, которые, пробираясь ночью по горнымъ тропинкамъ, пригпали,
на продажу, стадо барановъ. Черезъ пѣсколько времени, эти монголы

¹) У мѣстныхъ жителей этотъ городъ извѣстенъ болѣе подъ монгольскимъ именемъ «Му-байшинна».

— 250 —

должны были возвращаться обратно и могли служить для насъ препо-
следными проводниками — нужно только было уговорить ихъ взяться
за это дѣло. Для ващаго успѣха, я обратился къ своему пріятелю
Чейбсенскому допиру и сдѣлалъ ему хорошій подарокъ. Подкуп-
ленный этимъ, дониръ уговорилъ пришедшихъ монголовъ провести
насъ въ ихъ хошунъ, т. е. въ Муръ-засакъ, съ платою тридцати
ланъ за разстояніе, не превышавшее 135 верстъ.

Главное препятствіе, ставившее въ тупикъ нашихъ будущихъ во-
жатыхъ, заключалось въ томъ, что мы, съ своими вьючными верблю-
дами, не имѣли возможности идти ночью, по горнымъ тропинкамъ;
слѣдуя же днемъ, очень легко могли встрѣтить дунганъ, которые по-
стоянноѣ’dятъ черезъ горы изъ Сэнъ-гуаня въ г. Тэтунгъ. Вотъ тутъ-
то и помогла намъ рискованная стоянка возлѣ Чейбсена. «Съ этими
людьми вы не бойтесь разбойниковъ», говорилъ дониръ вожатымъ
монголамъ; «посмотрите, мы съ двумя тысячами человѣкъ запни-
раемся въ своей кумирнѣ, а они въ четверомъ стоять въ полѣ и
никто не смѣстъ ихъ тронуть. Подумайте сами, развѣ простые люди
могутъ это сдѣлать. Нѣтъ, русскіе напередъ все знаютъ, и ихъ па-
чальникъ непремѣнно великій колдунъ, или великій святой». Такая
аргументація, приложенная къ соблазнительной цифрѣ тридцати
ланъ, окончательно победила нерѣшительность Муръ-засакскихъ
монголовъ. Они объявили, что готовы вести насъ, но только про-
сатъ погадать при нихъ же о томъ, въ какой день лучше отпра-
выться въ путь. Миѣ, кстати, нужно было сдѣлать опредѣленіе пи-
роты Чейбсена, и я досталъ свой универсальный инструментъ, ко-
торымъ опредѣлилъ высоту солнца, а потомъ сдѣлалъ магнитное
наблюденіе. Наши будущіе спутники смотрѣли на все это съ выта-
раценными глазами, а затѣмъ принялись гадать по своему.

Когда наблюдения были окончены, я объявилъ, что отправленіемъ
въ путь слѣдуетъ обождать. Такая отсрочка для насъ была необхо-
дима для того, чтобы свезти всѣ коллекціи въ кумирню Чертыптонъ,
и оставить ихъ тамъ на храненіе съ большею безопасностію, не-
жели въ Чейбсенѣ, который могли взять дунганы. Но гаданію
монголовъ, также выходило, что слѣдуетъ не торопиться выхо-
домъ и, кромѣ того, необходимо было дать подмерзнуть горнымъ
болотамъ. Посовѣтовавшись, мы рѣшили назначить свое выступ-
леніе на 23 сентября, а до тѣхъ поръ хранить все это въ таймѣ.
Получивъ въ задатокъ десять ланъ, наши вожатые ушли въ Чейб-
сенѣ, а мы, не желая болѣе торчать подъ носомъ у дунганъ, от-
правились обратно въ горы и расположились въ южной окраниѣ
южнаго хребта. Отсюда мой товарищъ съѣздилъ въ кумирню Чер-

— 251 —

тынтонъ и сдагъ тамошнему гыгену на храненіе ящики съ коллекціями, которые невозможно было тащить съ собою на Куку-норъ.

Двѣпадцати-дневная наша стоянка въ южномъ хребтѣ прошла почти даромъ для научныхъ изслѣдованій, такъ какъ лѣсовъ, на южномъ склонѣ этихъ горъ, нѣтъ вовсе, а альпийскал область тесперь совѣмь опустѣла и многія горныя вершины уже покрылись снегомъ. При томъ дожди и матели продолжались по прежнему, почти каждый день. Валовой пролетъ межихъ иташекъ происходилъ всю первую половину сентября, а 16 числа этого мѣсяца, множество журавлей, чуть видно въ облакахъ, тянули къ югу.

Между тѣмъ подъ Сининомъ начались военные дѣйствія противъ душланъ, со сторонъ китайскихъ войскъ, которые, въ числѣ двадцати пяти тысячъ, пришли, въ югѣ нынѣшняго года, въ Гань-су и расположились въ городахъ Нимъ-би и Уямъ-бу. Въ слѣдующей главѣ я разскажу о доблестныхъ подвигахъ китайцевъ подъ Сининомъ, теперь же упомяну только, что ради продовольствія этихъ войскъ, вездѣ было запрещено продавать съѣстные продукты и мы, съ большимъ трудомъ, при пособіи Чейбсенскаго донира, могли сдѣлать необходимые запасы продовольствія. А между тѣмъ нужно было закупить провіанта на цѣлую зиму, такъ какъ на Куку-порѣ, по общему увѣренію, нельзя достать рѣшительно ничего ¹). Впрочемъ, наши запасы, при крайней ограниченности въ деньгахъ, не могли быть особенно разнообразны; притомъ достать можно было только дзамбу, да плохую пшеничную муку. Той и другой мы купили около двадцати пудовъ; комѣ того, у насъ еще оставалось почти четыре пуда риса и проса, привезенныхъ изъ Аляшаня. Всѣ эти запасы составляли вьюкъ на четырехъ верб. подовъ.

За пѣсколько дней до нашего выхода на Куку-норъ, тангут-скій караванъ, пришедшій съ нами въ Чейбсентъ, вновь отправился въ Некипѣ. Нользясь этимъ случаемъ, мы послали съ нимъ письма и офиціяльныя допесенія. Въ нихъ я увѣдомлялъ, что отправляюсь на Куку-норъ и, быть можетъ, попаду туда, но что пройти отсюда до яссы въ Тибетѣ намъ невозможно, по непмѣнію денегъ.

Накопецъ наступилъ келамный день нашего отправленія и 23 сентября, послѣ полудня, мы вышли изъ Чейбсена. Какъ сказано выше, путь нашъ долженъ быть лежать по горнымъ тропинкамъ, ведущимъ въ срединѣ между двумя дунганскими городами: Сэнъ-

¹) Внослѣдствіи это оказалось вздоромъ, и мы покупали дзамбу въ ставкѣ Куку-норскаго вана.

— 252 —

гуань и Тэтунгъ¹). Исхудалымъ и полубольнымъ верблюдамъ путь по горамъ былъ слишкомъ труденъ, а потому мы разложили свою кладь на всѣхъ вьючныхъ животныхъ, да кромѣ того взяли одного мула, изъ числа пріобрѣтенныхъ для лѣтнихъ экскурсій ²).

Первый небольшой переходъ прошелъ благополучно, но на другой день утромъ, невдалекѣ кумирни Алтынъ, случилась исторія. Проводники заранѣе говорили намъ, что здѣсь опасно, такъ какъ китайскіе солдаты караулять тропинку и грабятъ всѣхъ проходящихъ, будь то свои, или дунганы. На это мы отвѣчали, что и для насъ рѣшительно все равно, кто бы ни были нападающіе грабители, и что мы встрѣтимъ пулями китайцевъ, также какъ и дунганъ. Дѣйствительно, лишь только мы показались въ виду кумирни Алтынъ, какъ изъ лощины, въ разстояніи версты отъ насъ, выскочили человѣкъ тридцать конныхъ, которые сдѣлали нѣсколько выстрѣловъ на воздухъ и съ крикомъ бросились къ нашему каравану. Когда всадники подскакали шаговъ на пятьсотъ, я приказалъ своимъ проводникамъ machать имъ и кричать, что мы не дунганы, но русскіе, и что если на насъ сдѣлаютъ нападеніе, то мы станемъ сами стрѣлять. Вѣроятно не разынавшавъ такихъ вразумлений, китайцы продолжали скакать и приблизились шаговъ на двѣсти, такъ что мы чуть чуть не открыли пальбу. Къ счастію, дѣло уладилось благополучно. Видя, что мы стоимъ съ ружьями въ рукахъ и не пугаемся криковъ, китайцы остались, стѣзли стъ лошадей и пришли къ намъ увѣрая, что они ошиблись, принявъ насъ за дунганъ. Конечно, это была одна отговорка, такъ какъ разбойники никогда не здѣятъ на верблюдахъ; китайскіе солдаты имѣли въ виду ограбить нашъ караванъ, въ служаѣ, если бы мы струсили ихъ криковъ и убѣжали отъ своихъ вьючныхъ животныхъ. Черезъ нѣсколько верстъ повторилась также самая исторія, отъ другой партіи, засѣвшей на тропинку, но и здѣсь китайцы ушли, ничѣмъ не поживившись.

На третій день пути, предстоялъ самый опасный переходъ, че-
резъ двѣ большія дунганскія дороги изъ Сонъ-гуаня въ г. Тэтунгъ.
Первую изъ этихъ дорогъ мы минули благополучно, но съ вершины
перевала, ведущаго на другой путь, мы увидали, въ разстояніи двухъ
верстъ отъ себя кучу конныхъ дунганъ, быть можетъ, человѣкъ около
сотни. Впереди ихъ гнали большое стадо барановъ и эти кавале-
ристы были, по всему вѣроятію, конвой. Замѣтивъ нашъ караванъ
конные сдѣлали нѣсколько выстрѣловъ и столпились при выходѣ
изъ ущелья, по которому мы шли. Нужно было видѣть, что дѣла-

1) Разстояніе между этими городами около 70 верстъ.

2) Остальныхъ трехъ муловъ мы продали.

— 253 —

лось въ это время съ нашими проводниками. Полумертвые отъ страха, они дрожащимъ голосомъ читали молитвы и умоляли насъ уходить обратно въ Чейбсенъ; но мы хорошо знали, что отступление только ободритъ дунганъ, которые на лошадяхъ все-таки легко могутъ догналь нашъ караванъ и потому рѣшли идти на проломъ. Маленькою кучкою изъ четырехъ человѣкъ, со штуцерами въ рѣкахъ, съ револьверами за поясомъ, двинулись мы впереди нашихъ верблюдовъ, которыхъ вели проводники-монголы, чуть было не убѣжавшіе, при нашемъ рѣшеніи идти впередъ. Однако, когда я объявилъ, что въ случаѣ бѣгства мы будемъ стрѣлять въ нихъ прежде, чѣмъ въ дунганей, то наши сотоварищи, волею неволею, должны были слѣдовать за нами. Положеніе наше, дѣйствительно, было весьма опаснымъ, но инаго перехода не предстояло—вся наша надежда заключалась въ превосходномъ вооруженіи и извѣстной трусости дунганей.

Разсчетъ оказался вѣрнѣ. Видя что мы идемъ впередъ, дунганы сдѣлали еще нѣсколько выстрѣловъ и, наконецъ, подпустили насъ не ближе какъ на версту, (такъ что мы еще не начали стрѣлять изъ штуцеровъ), бросились на уходъ, въ обѣ стороны большой поперечной дороги. Тогда мы свободно вышли изъ ущелья, перешли большую дорогу и стали подниматься на слѣдующій очень крупой и высокій перевалъ. Къ довершенію трудностей, наступилъ вечеръ пі поднялась сильнѣйшая мятель, такъ что наши верблюды, едва едва могли взобраться по тропинкѣ. Спускъ былъ еще хуже, сдѣлалось совершенно темно и мы ощупью полѣзли внизъ, безпрестанно спотыкаясь и падая. Наконецъ, послѣ часа подобной ходьбы, мы остановились въ такомъ узкомъ ущельи и густыхъ кустарникахъ, что едва нашли мѣсто для палатки и, только послѣ большихъ усилий, могли развести огонь, чтобы отогрѣть на немъ окоченѣвшіе члены.

Слѣдующіе пять дней пути прошли безъ всякихъ приключеній, и мы благополучно достигли ставки Муръ-засака, который имѣлъ свое мѣстопребываніе на берегу Тэтунгъ-гола, всего въ двѣнадцати верстахъ отъ дунганскаго города Ю-нань-чень ¹). Тѣмъ не менѣе начальникъ этого Монгольскаго засака, принадлежащаго въ административномъ отношеніи уже къ Куку-нору, жилъ постоянно въ великой дружбѣ съ дунганами, которые покупали у него скотъ и привозили на продажу свои товары.

Благодаря письму Чейбсенскаго донира къ Муръ-засаку, въ ко-

¹) Монгольское названіе этого города — Шадынь-хото.

— 254 —

торомъ онъ отрекомендовалъ меня, чуть ли не родственникомъ самого богдохана, мы получили двухъ проводниковъ, до слѣдующаго тангутскаго стойбища, почти на самыхъ верховьяхъ Тэтунга. Конечно, при этомъ не обошлось безъ подарковъ самому Муръ-засаку; проводникамъ же я платилъ теперь каждому по два цина въ сутки и давалъ продовольствіе.

Дорога отъ Муръ-засака къ тангутской стоянкѣ все время пила по лѣвой сторонѣ Тэтунга и была гораздо лучше той, которую мы имѣли отъ Чейбсена. Путь нашъ затруднялся только каждодневнымъ снѣгомъ, растаивавшимъ на солнцѣ и разводившимъ сильную грязь, въ которой безпрестанно падали наши чуть живые верблюды. Къ удивленію, тангутскій зангинъ, до котораго отъ Муръ-засака было 55 верстъ, оказался очень хорошимъ, услужливымъ человѣкомъ и, получивъ отъ насъ въ подарокъ пять аршинъ плису, да тысячу голокъ, прислалъ въ отвѣтъ барана и фунтовъ десять сарлочьяго масла. У тангутовъ мы пробыли сутки; получивъ затѣмъ новыхъ проводниковъ, мы оставили долину Тэтунга ¹) и повернули на югъ, прямо къ озеру Куку-нору.

Пройденный нами бассейнъ верхняго течения Тэтунгъ-гола несется вполнѣ гористый характеръ, большею частію такой же дикій, какъ и возлѣ кумирни Чертынтонъ. Какъ тамъ, такъ и здѣсь, два главныхъ хребта—одинъ съ сѣвера, другой съ юга—сопровождаютъ течение описываемой рѣки, пуская отъ себя боковыя отрасли, которые, въ южномъ хребтѣ, служатъ раздѣломъ притоковъ самаго Тэтунга, и другихъ рѣчекъ, текущихъ то въ Силинъ-голѣ ²), то въ Куку-нору. Самая большая изъ этихъ рѣчекъ встроенная нами на пути, была Буцкъ-голѣ; она составляетъ притокъ Силинѣ-гола и течетъ въ превосходной, чрезвычайно живописной долинѣ. На лѣвой сторонѣ Тэтунга, сѣверный хребетъ, вблизи города Ю-папѣ-чень, круто поворачиваетъ къ сѣверу, къ истокамъ р. Эцзинэ. Въ тоже время эти горы дѣлаются еще выше, скалистѣ и выдвигаютъ изъ себя вѣчно снѣговую вершину Конклъз, одну изъ священныхъ горъ тангутской земли.

Южный хребетъ, въ пространствѣ отъ Чейбсена до Муръ-засака, вездѣ покрытъ на своихъ сѣверныхъ склонахъ кустарниками, къ которымъ, въ долинѣ Бугукъ-гола, присоединяется, въ небольшомъ количествѣ, еловый лѣсъ; скаты же обращенные на югъ, по прежнему представляютъ превосходныя пастбища. Далѣе, за Муръ-

¹) Отсюда до петковокъ Тэтунга, по словамъ тангутовъ, не более 60—70 верстъ.

²) Силинѣ-голѣ составляетъ одинъ изъ правыхъ притоковъ верхняго течения Келтой рѣки; на пемъ лежитъ большей городъ Силинъ.

— 255 —

засакомъ, къ верховьямъ Тэтунга и, въ особенности, за невысокимъ переваломъ черезъ водораздѣлъ, между бассейномъ этой рѣки и Кукуноромъ, характеръ горъ измѣняется: онъ мельчаютъ въ своихъ размѣрахъ (за исключеніемъ лишь главнаго хребта), мало имѣютъ скалъ, вездѣ представляютъ пологіе скаты, обыкновенно занятые кочковатыми болотами, которые преобладаютъ вездѣ и по долинамъ. Кустарники совсемъмъ исчезаютъ, за исключеніемъ лишь желтаго курильскаго чая. Мѣстами сплошь покрывающего большія площади. Словомъ, все возьмется близость степей Куку-нора, въ равнину котораго мы вышли 12-го октября, а черезъ день разбили свою палатку на самомъ берегу озера.

Мечта моей жизни исполнилась! Завѣтная цѣль экспедиціи была достигнута! То, о чемъ недавно еще только мечталось, теперь превратилось уже въ осуществленный фактъ! Правда, такой успѣхъ былъ купленъ цѣною многихъ тажкихъ испытаній, но теперь всѣ пережитыя невзгоды были забыты и, въ полномъ восторгѣ, стояли мы съ товарищемъ на берегу великаго озера, любуясь на его чудныя, темно-голубыя волны......

## ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.

### Тангуты и дунганы.

Наружность, языкъ, одежда и жилþще тангутовъ.—Пхъ занятія, пища и характеръ.—
Магометанское возстановіе въ западномъ Китайъ.—Дѣйствія инсургентовъ въ Гань-су.—
Мѣры китайцевъ.—Деморализація киптайскихъ войскъ.—Взятіе ими г. Синина.

Тангуты, или какъ ихъ называютъ китайцы Си-фань, одноплеменны тибетцамъ'). Они занимаютъ гористую область Гань-су, Кукуноръ, восточную часть Цайдама, по всего болѣе бассейпъ верхняго теченія Хуанъ-хэ, распространяясь отсюда къ югу до Голубой рѣки, а можетъ быть и далѣе. За исключеніемъ Куку-нора и Цайдама, вышеназванныя мѣстности у тангутовъ носятъ общее имя Амдо и считаются ихъ территорію, хотя описываемое племя живетъ, больше частію, смѣшанно съ китайцами и отчасти съ монголами.

По своему паружному типу, тангуты рѣзко отличаются какъ отъ тѣхъ, такъ и отъ другихъ, по, какъ упомянуто въ предыдущей главѣ, отчасти напоминаютъ цыганъ. Общій ростъ ихъ средній, частію даже большой, сложеніе коренастое, плечи широкія. Волосы, брови, усы и борода у всѣхъ, безъ исключения, черныя; глаза черные, обыкновенно большіе, или средней величины, по не узко-прорѣзанные, какъ у монголовъ. Носъ прямой, иногда (не особенно рѣдко) орлиный, или вздернутый къ верху; губы большія и довольно часто отвороченныя. Скулы хотя отчасти и выдаются, но не рѣзко, какъ у монголовъ; лицо вообще продолгованное, но не плоское; черепъ круглый; зубы отличныя, бѣлыя. Общій цвѣтъ кожи и лица смуглый, у женщинъ иногда матовый; кромѣ того, женщины вообще меньше ростомъ, нежели мужчины.

Въ противоположность монголамъ и китайцамъ, у тангутовъ сильно растутъ усы и борода, но они всегда ихъ брѣютъ. Волосы

') Предки нынѣшнихъ тибетцевъ были тангуты, пришедшие въ Тибетъ изъ Куку-нора въ IV вѣкѣ до Р. Х. Статистическое описавіе Китая. Юакипфа. Ч. II, стр. 145.

— 257 —

на головѣ также брѣютъ, оставляя косу на затылѣ; ламы же, какъ и у монголовъ, брѣютъ всю голову.

Женщины носятъ длинные волосы, раздѣляя ихъ по срединѣ и сплетая, по бокамъ головы, въ мелкія косички отъ 15—20 на каж-дой сторонѣ; въ эти косички щеголихи вплетаютъ бусы, ленты и т. п. украшенія. Кромѣ того, женщины румянятъ себѣ лицо, упо-требляя для этой цѣли китайскія румяна, а лѣтомъ землянику, ко-торая въ изобили растетъ по горнымъ лѣсамъ. Впрочемъ, обычай румяниться мы замѣтили только въ Гань-су; на Куку-норѣ и въ Цайдамѣ его нѣтъ, быть можетъ потому, что здѣсь трудно доста-вать снадобья, необходимыя для этой цѣли.

Таковы, по наружности, тангуты, обитающіе въ Гань-су. Дру-гая вѣтвь этого народа, такъ называемые хара-тангуты ¹), живу-щіе въ бассейнѣ Куку-нора, въ восточной части Цайдама и на вер-ховьяхъ Келтой рѣки, отличаются отъ своихъ собратій, большимъ ростомъ, болѣе чернымъ цвѣтомъ кожи, а всего рѣзче разбойничьимъ характеромъ; кромѣ того, хара-тангуты не носятъ косъ и брѣютъ всю голову.

Изследованіе тангутскаго языка представляло для насъ огром-ныя трудности, разъ по неимѣнію переводчика, а во вторыхъ, по крайней подозрительности самихъ тангутовъ. Записать какое-либо слово въ виду разсказчика — это значило навсегда закрыть себѣ возможность разузнать о чемъ бы то ни было, такъ какъ подобный случай мигомъ бы разнесся по всей окрестной странѣ и подозрѣніямъ не было бы конца. Затѣмъ, такъ какъ мой ка-закъ переводчикъ, и безъ того крайне плохой драгоманъ, вовсе не зналъ по тангутски, то мы могли объясняться черезъ него лишь ст. тѣми тангутами, которые знали монгольскій языкъ, что встрѣчается очень рѣдко ²). Несравненно скорѣ можно было найти монгола, знающего тангутскій языкъ, какого мы дѣйствительно имѣли во время своего лѣтнаго пребыванія въ горахъ Гань-су. Но и въ такомъ случае, для разговора съ тангутомъ, необходимо было каждую фразу выслушивать и переводить черезъ два лица къ третьему, что, конечно, крайнѣ утомительно и неудобно. Обыкно-венно я говорилъ своему казаку по русски, онъ передавалъ по монголыски монголу, а этотъ послѣдній уже по тангутски перево-дилъ тангуту. Если прибавить сюда умственную ограниченность на-шего казака переводчика, безтолковость монгола и подозрительность

¹) Т. е. черные тангуты.

²) По китайски же говорятъ почти всѣ тангуты живущіе въ Гань-су.

17

— 258 —

тангута, то можно сеbъ представити, на сколько удобно было для
насъ пропозводить лингвистическія изслѣдованія въ тангутской странѣ.
Только при удобныхъ случаяхъ, и при томъ урывками, между кучею
другихъ занятій, удавалось мнѣ иногда поговорить съ тангутомъ и
украдкою записать нѣсколько словъ. Понятно, что, при такихъ усло-
віяхъ, можно было подмѣтить очень немногое въ языкѣ, совершенно
чуждомъ для европейца.

Рѣчъ тангутовъ вѣста идѣтъ скоротою корюю и ихъ языкъ, сколько
кается, характеризуется слѣдующими особенностями:

Обиліемъ односложныхъ, отрывисто произносныхъ словъ; напр.
тوكъ (молнія), часъ (вода), рша (трава), хія (волосы).

(Сочетаніемъ иногда значительного числа согласныхъ: мдзунъ
(пальцы), нӑмпіца (годъ), рэзбоваа (мѣсяцъ), лӑмртопъ-лама (рай).

Гласныя въ концѣ словъ часто произносятся протяжно: пачи
(мулъ), шаа (масо), дзяя (чай), ҫиҫ (мужъ), сяя (шляпа); иногда
гласныя выговариваются протяжно и въ срединѣ словъ: саданю
(земля), дооа (табакъ)

Окончаніе «нъ» въ концѣ словъ выговаривается протяжно и
притомъ въ носъ, какъ французское «п»: пинъ (вѣтеръ), шанъ
(лѣсъ), сюбченъ (ручей); окончаніе же словъ на мъ- произносится
отрывисто: ламъ (дорога), онъмъ (громт.).

«Г» въ началѣ словъ произносится какъ латинское «h»: гома
(молоко); «к» — иногда съ придыханіемъ, будто «кх»: кхіка (хре-
бетъ), дюджъ (кисетъ); «ч» иногда выговаривается какъ «цч»:
шчъ (собака); «р» въ началѣ словъ, при сочетаніи съ одною или
нѣсколькими гласными, произносится едва словно: рианму (жена),
рмцхаа (обака).

Вотъ перечень тангутскихъ словъ, которые мнѣ удалось записать:

<table><tr><td>Гора</td><td>Раш</td><td>Облака</td><td>Рмцхаа.</td></tr><tr><td>Хребетъ</td><td>Кгъка.</td><td>Дождь</td><td>Цслръ.</td></tr><tr><td>Рѣка</td><td>Чсю-шнъ.</td><td>Снѣгъ.</td><td>Кынъ.</td></tr><tr><td>Ручей</td><td>Сюб-ченъ.</td><td>Громъ</td><td>Онъмъ.</td></tr><tr><td>Озеро</td><td>Цоо.</td><td>Молнія</td><td>Токъ.</td></tr><tr><td>Вода</td><td>Чсю.</td><td>Морозъ.</td><td>Хабсá.</td></tr><tr><td>Трава</td><td>Рша.</td><td>Жаръ.</td><td>Дзапштэ.</td></tr><tr><td>Лѣсъ</td><td>Шанъ.</td><td>Вѣтеръ.</td><td>Лунъ.</td></tr><tr><td>Дерево</td><td>Шанъ-кыръ.</td><td>Дорога</td><td>Ламъ.</td></tr><tr><td>Дрова</td><td>Ман-шанъ.</td><td>Чай.</td><td>Дзяя.</td></tr><tr><td>Огонь</td><td>Маш.</td><td>Юрта.</td><td>Кырръ.</td></tr></table>

¹) Гласныя, выговариваемыя протяжно, написаны двойными буквами.

— 261 —

Одежда тангутовъ дѣлается изъ сукна, или изъ бараньихъ шкуръ, что, обусловливается мѣстнымъ климатомъ, чрезвычайно сырымъ лѣтомъ и холоднымъ зимою. Лѣтняя одежда какъ мужчинъ, такъ и женщинъ, состоитъ изъ сѣраго суконнаго халата, который достаетъ только до колѣнъ, китайскихъ, или собственнаго произведенія, сапоговъ и войлочной, обыкновенно сѣрой, низкой шляпы съ широкими полями. Рубашекъ и панталонъ тангуты никогда не носятъ, такъ что даже зимою шубы падѣваются прямо на голое тѣло; верхнія части ногъ обыкновенно остаются непокрытыми исподнимъ платьемъ. Богатые надѣваютъ халаты изъ синей китайской дабы, что уже считается щегольствомъ, а ламы, также какъ и у монголовъ, носятъ красную, рѣже желтую, одежду.

Вообще одѣяніе тангутовъ далеко бѣднѣе нежели у монголовъ, такъ что шелковый халатъ, сплошь и къ ряду попадающійся въ Халхѣ, въ тангутской странѣ можно встрѣтить только какъ исключительную рѣдкость. Но какова-бы ни была одежда и время года, тангутъ постоянно спускаетъ свой правый рукавъ, такъ что рука и часть груди этой стороны остаются голыми; подобная привычка не покидается даже въ дорогѣ, конечно, если тому благопріятствуетъ состояніе погоды.

Многіе щеголи дѣлаютъ оторочку своей одежды барсовыми шкурами, получаемыми изъ Тпѣста и, сверхъ того, въ лѣвомъ ухѣ носить большую серебряную серьгу, съ вставленною въ нее красною гранатою. Затѣмъ, огниво и пожикъ за поясомъ на спинѣ, кисетъ и трубка на лѣвомъ боку — необходимыя принадлежности костюма каждого тангута. Кромѣ того, на Куку-норѣ и въ Цайдамѣ всѣ они, равно какъ и монголы, носятъ за поясомъ длинныя широкія Тпѣстскія сабли. Якѣзо на этихъ сабляхъ крайне плохо, хотя цѣна ихъ очень высока: по три или по четыре лана за самый простой клинокъ и до пятнадцати ланъ за клинокъ съ лучшею огдѣкою.

Женщины, какъ упомянуто выше, носятъ туже самую одежду, какъ и мужчины; только при парадномъ одѣяніи онѣ навѣшиваютъ черезъ плечи широкія полотенца, украшенныя бѣлыми кружками, около дюйма въ діаметрѣ. Эти кружки дѣлаются изъ раковинъ и насаживаются, одинъ отъ другаго, дюйма на два разстоянія. Кромѣ того красныя бусы, подобно тому, какъ и у монголовъ, составляютъ самую существенную сторону щегольства богатыхъ женщинъ.

Универсальное жилище тангута составляетъ черная палатка, сдѣланная изъ грубой и рѣдкой какъ сито шерстяной ткани ¹). Палатка

¹) Такая ткань приготовляется изъ шерсти яковъ.

— 262 —

прикрѣпляется къ четыремъ колъямъ по угламъ, а бока ея притя-
гиваются на петляхъ къ земѣ; въ срединѣ почти плюской верхунки
находится продольный разрѣзъ, шириною около фута, для выхода
дыму; этотъ прорѣзъ закрывается во время дождя и на ночь.
Внутри палатки, по срединѣ ея, сдѣланъ изъ глины очагъ, на
сторонѣ противоположной входу стоять бурханы и сложенъ разный
домашній скарбъ, а по бокамъ устроены логовища самихъ обшта-
телей. Эти логовища часто состоять изъ охапки хвороста,
брошенного прямо на землю, размокшую въ грязь отъ дождя и
сырости.

Только въ богатой лѣсами гористой области Гань-су черная палатка замѣняется иногда деревянною избою, или фанзою, тамъ гдѣ тангуты живутъ вмѣстѣ съ китайцами и, подобно имъ, занимаются хлѣбопашествомъ. По своему наружному виду тангутскія деревянныя избы сильно напоминаютъ папи курныя облорусскія, по постройка этихъ избъ еще хуже. Въ нихъ вовсе иѣть деревяннаго пола и даже самыя стѣны сдѣланы безъ сруба, прямо изъ неотесанныхъ бревенъ, положенныхъ одно на другое. Промежутки между бревнами замазываются глиною, а плоская крыша состоитъ изъ палатника, смерху которого насыпана земля; въ срединѣ такой крыши устроено, въ родѣ окна, отверстіе для выхода дыма.

Но и подобное жилище слишкомъ комфортно, въ сравненіи съ
черною палаткою. Здѣсь, по крайней мѣрѣ, тангутъ защищеннѣ отъ
непогоды, между тѣмъ какъ въ черномъ шатрѣ его то мочить глет-
ній дождь, то морозить зимній холодъ. Безъ преувінченія можно
сказать, что нора сурка, живущаго радомъ съ тангутомъ, едся-
теро комфортнѣе обиталища этого человѣка Тамъ, по крайней мѣрѣ,
звѣрь имѣть мягкое логово; тангутъ же, въ своей грязной палаткѣ
довольствуется, для ночлега, охабкою хвороста, или гнилыми войло-
ками, наброшенными на сырую, часто мокрую землю.

Главное занятіе тангутовъ — скотоводство, которое доставляетъ
все необходимое для ихъ незатѣливой жизни. Изъ домашнаго скота
тангуты разводятъ всего бѣде яковъ и барановъ (не курдочныхъ);
въ меньшемъ числѣ держатъ лошадей и коровъ. Богатство скота
вообще весьма велико, что конечно обусловливается обилиемъ пре-
восходныхъ пастбищъ по горамъ Гань-су и въ степяхъ озера Куку-
нора; тамъ и здѣсь намъ нерѣдко случалось видѣть стала сарюковъ
въ нѣсколько сотъ, а барановъ даже въ нѣсколько тысячѣ головъ,
принадлежащихъ одному хозяину. Но владѣтели подобныхъ стадѣ
все-таки живутъ въ грязныхъ черныхъ палаткахъ, какъ и самые
бѣдные изъ ихъ собратій. Много, много, если богатый тангутъ на-

— 263 —

дѣнетъ дабовый халатъ, вмѣсто простаго суконнаго, да съѣстъ лиш-
ній кусокъ мяса; —во всемъ жизни этого человѣка ничѣмъ не отли-
чается отъ жизни его прислуhi. Онъ также нечистоплотенъ и никогда
не мается; платье его также киншить паразитами, истребленіемъ
которыхъ тангуты, подобно монголамъ, занимаются открыто, не стѣ-
сняясь ни чьимъ присутствіемъ.

Характернымъ животнымъ тангутской земли и неразлучнымъ спут-
никомъ тангута является длинношерстый якъ. Это животное разво-
дится также въ Ала-шаньскихъ горахъ и, въ большомъ числѣ, со-
держится монголами съверной части Халхи, обильной горами, во-
дою и привольными пастбищами. Все это составляетъ необходимое
условіе для яка, который живетъ хорошо исключительно въ мѣст-
ностяхъ гористыхъ и при томъ значительно поднятыхъ надъ уров-
немъ моря. Вода составляетъ необходимую потребность для яковъ;
они очень любятъ купаться и такъ ловко плаваютъ, что на на-
шихъ глахахъ не разъ переплывали быстрый Тэтунгъ-голъ, даже
со выюкомъ на спинѣ. По величинѣ, домашніе яки равняются на-
шему обыкновенному рогатому скоту, а по окраскѣ шерсти, бываютъ
черные или пестрые, т. с. черные съ облыми пятнами; совершенно
облые яки встрѣчаются лишь изрѣдка.

Не смотри на свое вѣковое рабство, якъ достаточно сохранил
буйный нравъ дикаго животнаго; движенія его быстры и ловки; въ
раздраженномъ составліи онъ дѣлается опаснымъ для человѣка
свою свирѣностію.

Какъ домашнее животное, якъ въ высшей степени полезенъ.
Онъ не только доставляетъ шерсть, превосходное молоко и мясо,
но употребляется и для перевозки тяжестей. Правда, чтобы завью-
чить яка нужно большое искусство и терпѣніе, но за то онъ,
съ кладью въ пять или шесть пудовъ, отлично идетъ по высокимъ
и крутымъ горамъ, иногда самыми опасными тропинками. Вѣр-
ность и твердость шага описываемаго животнаго изумительны; якъ
пѣшится иногда по такимъ карнизамъ, гдѣ едва бы могъ про-
браться козелъ или дикій баранъ. Въ тангутской землѣ, гдѣ мало
верблюдовъ, яки служать, почти исключительно, вьючными животными
и на нихъ отравляются большіе караваны изъ Куку-пора въ Лассу.

Въ горахъ Гань-су стада яковъ пасутся почти безъ всякаго при-
смотра; цѣый день они бродятъ на пастбищахъ, а на ночь при-
гоняются къ палаткамъ своихъ хозяевъ.

Молоко, доставляемое коровами яковъ, превосходнаго вкуса и
густо какъ сливки; масло, изъ него приготовляемое, всегда желтаго
цѣтка и по качеству далеко выше масла коровьяго. Словомъ, якъ

— 264 —

ко всѣхъ отпошеніяхъ чрезвычайно полезное созданье и нельзя не пожелать, чтобы это животное распространилось у насъ въ Сибири и въ тѣхъ мѣстахъ Европейской Россіи, которые могутъ доставить ему привольную жизнь, какъ напр. на Уральскихъ горахъ и на Кавказѣ. Тѣмъ болѣе, что подобная акклиматизация не представитъ особенныхъ затрудненій. Въ Ургѣ можно купить сколько угодно яковъ, заплативъ отъ 20—30 рублей за штуку; доставка же ихъ лѣтомъ въ Европейскую Россію обойдется не слишкомъ дорого.

Тангуты йздатъ на якахъ даже верхомъ. Для управления животнымъ, какъ при верховой йздѣ, такъ и при вьючной, яку продѣваютъ сквозь ноздри большое и толстое деревянное кольцо, за которое привязана веревка, замѣняющая узду.

Яки охотно скрещиваются съ домашними коровами и быки отъ такой помѣси, называемые монголами и тангутами хайныкъ, гораздо сильнѣе и выносчивѣе для вьючной йзды, а потому цѣнятся несравненно дороже.

Небольшая часть изъ видѣнныхъ нами тангутовъ, живущихъ вмѣстѣ съ китайцами въ окрестностяхъ Чейбсена, занимается земледѣліемъ, но осѣдлая жизнь видимо не понутру ихъ подвижной натурѣ. Осѣдные тангуты всегда завидуютъ кочевымъ собратьямъ, которые съ своими стадами бродятъ съ пастбища на пастбище; при томъ пастушеская жизнь, конечно, всего менѣе представляетъ заботъ лѣнивому характеру этого народа.

На своихъ кочевяхъ тангуты всегда располагаются по нѣсколько юртъ вмѣстѣ, и очень рѣдко живутъ въ одиночку, что, сплошь и къ ряду, дѣлаютъ монголы. Вообще, характеръ и привычки обоихъ этихъ народовъ совершенно противоположны. Въ то время, какъ монголъ привязанъ исключительно къ сухой, безплодной пустынѣ, и боится сырости, болѣе чѣмъ всѣхъ другихъ невзгодъ своей родины, тангутъ, обитающій въ странѣ, лежащей рядомъ съ Монголіею, но прямо противоположной ей по своему физическому характеру, сдѣлался человѣкомъ совсемъ инымъ закала. Влажность кимата, горы, роскошныя пастбища, вотъ что манитъ къ себѣ тангута, который ненавидитъ пустыню и боится ея, какъ смертельнаго врага. Таковы же и характерныя животныя каждогоъ изъ описываемыхъ кочевниковъ: верблюдъ монгола, по своимъ качествамъ, представляетъ четвероногій портретъ своего хозяина, а тангутскій якъ, въ не меньшей степени, заключаетъ въ себѣ преобладающія склонности самихъ тангутовъ.

Въ лѣсныхъ горахъ Гань-су, нѣкоторые тангуты, только очень немногіе, занимаются точеніемъ деревянной посуды — чашекъ для

— 265 —

Ђды и для сохраненія масла; впрочемъ, послѣднее сберегается, главнымъ образомъ, въ сарлочьихъ или бараньихъ брюшинахъ.

Болѣе другихъ развитое, можно сказать даже единственное, занятіе между тангутами, это сученіе сарлочьей (рѣже бараньей) шерсти для сукна, изъ которого дѣлается вся мѣстная одежда. Сученіе производится какъ дома, такъ и походя, на длинной (3—4 футъ) палкѣ, къ вершинѣ которой придѣлана рогулька, для висячаго веретена. Однако тангуты сами не ткутъ сукна изъ приготовляемыхъ нитокъ, но отдаютъ эту работу китайцамъ. Замѣчательно, что въ Гань-су мѣреніе сукна при покупкѣ (по крайней мѣрѣ у тангутовъ) производится размахомъ рукъ, такъ что величина мѣры и, сообразно тому, плата за нее зависятъ отъ роста покупателя.

Уходъ за скотомъ составляетъ единственное занятіе тангута, отрывающее этого человѣка, хотя немного, отъ той абсолютной лѣни, которой онъ предается въ теченіи всей своей жизни. По цѣлымъ часамъ сидятъ взрослые и малые возлѣ очага палатки, ничего ровно не дѣлая и только попивая чай, который составляетъ такую же необходимость для тангутовъ, какъ и для монголовъ. Только въ тангутской странѣ, гдѣ кирпичный чай, по случаю дунганскихъ смутъ, очень дорогъ, его замѣняютъ сушеными головками желтаго луку, въ изобиліи растущаго по горамъ, и еще какою-то травою, которую сушатъ и прессуютъ на подобіе табаку. Главная фабрикація такого чая происходитъ въ г. Донкырь ¹), а потому онъ и извѣстенъ подъ именемъ «донкырскаго». Отвратительный настой этой травы тангуты приправляютъ молокомъ и пьютъ въ невѣроятномъ количествѣ. Подобно тому какъ и у монголовъ, котелъ съ чаемъ цѣлый день не сходитъ съ очага и чаетіе производится, навѣрное, около десяти разъ въ день; каждый гость непремѣнно угощается чаемъ.

Необходимую принадлежность чая составляетъ дзамба, горсть которой выплется въ чашку, до половины наполненную чаемъ, и затѣмъ разминается здѣсь руками въ крутое тѣсто, къ которому, для вкуса, подбавляется масло и сушенный творогъ (чурма). Впрочемъ, подобныя добавленія встрѣчаются только у зажиточныхъ; бѣдные же довольствуются одною дзамбою съ чаемъ. Это отвратительное мѣсиво составляетъ главную пищу тангутовъ ²), которые вообще малоѣдятъ мяса. Даже богатый тангутъ, владѣющій нѣсколькими тысячами головъ скота, рѣдко убьетъ для себя барана или сарлока. Скупость и жадность къ деньгамъ этого человѣка такъ велики, что

¹) Этотъ городъ лежитъ въ 20 верстахъ къ зап.-сѣв.-западу отъ Синина.

²) Равно какъ и монголовъ, живущихъ въ Гань-су, Куку-норѣ и Цайдамѣ.

— 266 —

онъ отказываетъ съебъ въ кускѣ мяса, только бы пріобрѣтъ лип-
пій ланъ серебра; за то тангуты, подобно монголамъ, не брежаютъ
издохшею скотиною и съ наслажденіемъ обжираются падалью.

Послѣ чаю и дамы тангуты ёдятъ всего болѣе тарыкъ, т. е.
вскоченое скипеся с молоко, съ котораго, предварительно, сняты
сливки для масла. Тарыкъ самая любимая молочная пища тангутовъ
и его можно найдти въ каждой палаткѣ; сверхъ того, богатые при-
готовляютъ изъ творогу съ масломъ особый сыръ, но это уже счи-
тается великою роскошью.

Нечистоплотность тангутовъ какъ въ пищѣ, такъ и во всемъ
остальномъ, переходитъ всякия границы. Посуда, въ которой при-
готовляется ёда, никогда не моется; толькоʻ однѣ чашки вылиз-
ваются и прячутся за пазуху, гдѣ ползаютъ размічные насѣкомыя.
Истребляя этихъ посібдняхъ, тангутъ тѣми же самыми неумытыми
руками начинаетъ мѣсить свою дзамбу. При досені коровъ выма-
никогда не моется; молоко сливается въ непообразимо грязную посуду,
а для сбиванія масла служитъ, прикрѣпленный на палкѣ, кусокъ
сырой бараньей шкуры, неочищенной отъ шерести, и извалявшійся
въ грязи.

Такъ какъ тангуты, за весьма малыми исключеніями, сами не
занимаются земледѣліемъ, то для покупки дамы, равно какъ и
прочаго необходимаго, они ёдятъ въ г. Донкыръ, составляющій
самое важное торговое мѣсто описываемаго народа. Сюда тан-
гуты гонятъ скотъ, везутъ шкуры, шерсть и мѣняютъ все это
на дамбу, табакъ, дабу, китайскіе сапоги и пр., такъ что торговля
въ Донкырѣ главнымъ образомъ мѣновая. На Куку-порѣ и въ Цай-
дамѣ даже цѣна вещей опредѣлется не деньгами, но количествомъ
барановъ, пѣдущихъ за нее въ обмѣпъ.

Подобно своему наружному типу, тангуты много отличаются отъ
монголовъ и по характеру, въ которомъ замѣтно болѣе смѣлости и
энергіи; кромѣ того, тангуты смышленѣе монголовъ, въ особенности
Куку-норскихъ и Цайдамскихъ. Но у описываемаго народа далеко
нѣтъ того госепріимства, которое вѣрчается такъ широко у всѣхъ
чистокровныхъ монголовъ. Взамѣнъ того, между тангутами, въ осо-
бенности живущими радомъ съ китайцами, въ высшей степени раз-
вито плутовство и страсть къ торговашеству; самую ничтожную услугу
тангутъ никогда не сдѣлаетъ даромъ, но всегда старается стянуть
возможно больше, хотя бы даже съ своего собрата.

Привѣтствіе при встрѣчѣ у тангутовъ составѣ въ томъ, что
они вытягиваютъ горизонтально обѣ руки и говорятъ «Ака-таму—,
т. е. здравствуй. Слово «Ака», подобно тому, какъ у монголовъ

— 267 —

«похоръ», выражаетъ здѣсь тоже, что наше «господинъ», или «ми-
лостивый государь», и часто употребляется въ разговорахъ. При пер-
вомъ знакомствѣ и вообще при посѣщеніи кого-либо, въ особен-
ности важнаго лица, тангуты всегда дарятъ шелковый хадакъ; ка-
чествомъ хадаковъ, до пѣкойотой степени, опредѣляется взаимное
расположеніе гостя и хозяина.

Женъ у тангутовъ бываетъ по одной, но, сверхъ того, они дер-
жатъ наложницъ. На женщинахъ лежать всѣ домашнія работы и
онѣ, сколько калется, равноправны съ мужчинами въ домашней
жизни. Замѣчательно, что у тангутовъ существуетъ обычай воровать
чужихъ женъ, конечно съ тайнаго согласія этихъ послѣднихъ. Въ
подобномъ случаѣ уворованная женщина принадлежитъ уже похи-
тителю, который платитъ за нея прежнему супругу выкупъ, иногда
весьма значительный. Калъ женщины, такъ и мужчины въ тангутской
земѣ считаютъ свои года со дня зачатія, такъ что къ общему числу
прожитыхъ лѣтъ всегда прикладывается годъ, проведенный въ ут-
робѣ матери.

Подобно монголамъ, тангуты чрезвычайно усердные буддисты и
при томъ страшные суевѣры. Различное колдовство и гаданіе, ря-
домъ съ процессіями религіознаго культа, встрѣчаются у описы-
ваемаго народа на каждомъ шагу. Усердствующіе богомольцы сеже-
годно отправляются въ Лассу. Ламы у тангутовъ во всеобщемъ
почитаніи и вліяне ихъ на народъ безгранчично. Только кумирни
въ тангутской землѣ встрѣчаются рѣже, нежели въ Монголіи, такъ
что гыгены, которыхъ здѣсь также довольно много, иногда живутъ
въ черныхъ налаткахъ, вмѣстѣ съ простыми смертными Послѣдніе,
по окончаніи жизни, не зарываются въ землю, но выбрасываются
въ лѣсъ или въ степь, на съѣдnenіе грифамъ и волкамъ.

Всѣ тангуты управляются собственными чиновниками, подвѣдом-
ственными китайскому правителю Гань-су. Послѣдній имѣлъ свое
мѣстопребываніе въ Сипинѣ, но, по занятіи этого города инурген-
тами, перебрался въ Дзунъ-лишь; послѣ же взятія Сипина китайскими
войсками, осенью 1872 года, Гань-суйскій амбань вновь занялъ свою
прежнюю резиденцію.

Магометское возстаніе охватившее собою, въ началѣ прошлаго
десетилѣтія, всѣ западныя владѣнія Китая и имѣвшее сначала, по-
видимому, всѣ шансы на успѣхъ въ борьбѣ съ манчжурскою вла-
стію, въ настоящее время находится въ полномъ упадкѣ. Достиг-
нувъ съ перваго раза своей главной цѣли—освобожденія изъ подъ

— 268 —

ненавистной китайской власти, на громадномъ пространствѣ земель, лежащихъ къ западу отъ Великой стѣны и верховьевъ Келтой рѣки, инсургенты, или какъ мы ихъ называемъ дунаны¹), а китайцы — хой-хой, остановили свои наступательныя дѣйствія и ограничились только мелкими грабежами въ сосѣднихъ мѣстностяхъ Китая и Монголіи. Разореніе Ордоса и Ала-шаня на востокѣ, Улясутая, Кобдо и Бу-лунь-тохоя на западѣ — были послѣдними крупными подвигами хой-хоевъ, которые вслѣдъ за тѣмъ начали терпѣть пораженія отъ китайцевъ, предпринявшихъ наконецъ рѣшительныя наступательныя дѣйствія къ востоку отъ верхняго теченія Хуант-хэ. Здѣсь мы были личными свидѣтелями борьбы инсургентовъ и китайскихъ войскъ, а потому нижеслѣдующій разсказъ будетъ касаться только дѣйствій обѣхъ сторонъ въ провинціи Гань-су.

Здѣсь магометанское возстаніе началось въ 1862 году, и первоначально также ознаменовалось важными успѣхами инсургентовъ. Три большихъ города—Сининъ, Тэтунгъ и Су-чжеу вскорѣ очутились въ ихъ власти; китайскіе гарнизоны были вырѣзаны, или приняли магометанство и перешли на сторону мятежниковъ. Однако родомъ съ этими освободившись городами, китайцы продолжали держать гарнизоны во многихъ другихъ городахъ (Джунъ-линъ, Са-янь-чинъ, Даджинъ, Ланъ-чжеу, Гань-чжеу), оставшихся за ними, такъ что Гань-су не была совершенно потеряна для Китая. Земли хой-хоевъ и китайцевъ лежали здѣсь не только въ самомъ близкомъ сосѣдествѣ, но иногда даже въ черезполосномъ владѣніи, и ни та, ни другая сторона не предпринимала какихъ либо энергическихъ дѣйствій.

При такомъ положеніи дѣлъ мелкіе разбои и грабежи сдѣлались вскорѣ главною цѣлію освободившихся хой-хоевъ и, замѣнивъ всякия другія стремленія, повели дѣло магометанскаго возстанія къ упадку прежде, нежели оно достигло прочныхъ политическихъ результатовъ. Вмѣсто того, чтобы дружною кучею двинуться за Келтую рѣку прямо къ Некину, и подъ его стѣнами рѣшить вопросъ о самостоятельномъ существованіи магометанскаго государства на востокѣ Азіи, дунганы начали дѣйствовать врозь, небольшими партиями, для которыхъ добыча грабежа служила главною приманкою.

Между тѣмъ, въ случаѣ энергическихъ наступательныхъ дѣйствій противъ Китая, инсургенты имѣли большіе шансы на успѣхъ.

¹) Такое имя совершенно позывѣсто ни китайцамъ, ни самимъ магометанамъ тѣхъ мѣстностей, которая былин нами посѣщены во время путешествія. Китайцы называютъ именемъ хой-хои всѣхъ вообще магометанъ, живущихъ въ предѣлахъ Китая. Эти магометане — Суниты, но распадаются на пѣсколько толковъ.

— 269 —

Не говоря уже про извѣстную трусость и деморализацію китайскихъ войскъ, хой-хои тотчасъ же нашли бы себѣ громадную поддержку, въ собственныхъ провинціяхъ Небесной имперіи, со стороны магометанскаго населенія, одушевленнаго полною ненавистію къ манчжурскому владычеству и готоваго, при первомъ появлениі своихъ защадныхъ собратій, поднять знамя возстанія. Если же при этомъ знать, что магометанъ въ Собственномъ Китаѣ считается отъ трехъ до четырехъ миллионовъ ¹), и что, по сравненію съ китайцами, они отличаются болѣе энергичнымъ характеромъ, да при томъ свизаны въ одно цѣлое религіозными узами, то станетъ понятно: на сколько смѣлое наступленіе дунганъ грозило гибелью, если не самому существованію Небесной имперіи, то, во всякомъ случаѣ, манчжурскому владычеству. Тѣмъ болѣе, что въ это время на югѣ Китая шло возстаніе тайпинговъ и мусульманъ, не имѣвшихъ впрочемъ ничего общаго съ дѣломъ дунганъ. Съ двухъ сторонъ — юга и запада бѣда великая грозила Пекинскому правительству, но ни тѣ ни другіе инсургенты не съумѣли воспользоваться своими первоначальными удачами, дали возможность Китаю оправиться отъ первыхъ ударовъ и потомъ перейдти въ наступательное положеніе.

Другою важною ошибкою со стороны хой-хоевъ было то, что они не поняли какую громадную выгоду въ борьбѣ съ Китаемъ могли бы извлечь, расположивъ въ свою пользу монголовъ, также страшно ненавидящихъ китайцевъ. Одинаковое стремленіе къ освобожденію изъ подъ тяжелаго китайскаго ига сблизило бы номадовъ съ дунганами и оба эти народа, хотя совершенно чуждые другъ другу по вѣрѣ и характеру, могли, рука объ руку, идти къ достиженію одной и той же цѣли. Между тѣмъ дунганы, съ самаго начала своего возстанія, начали звѣрствовать съ монголами также какъ съ китайцами, и тѣмъ самымъ, конечно, возстановили противъ себя номадовъ.

Всѣ вышензложенные шансы борьбы магометанскихъ инсургентовъ съ Китаемъ могли имѣть мѣсто, только при условіи общаго руководителя возстанія. Этого то и не доставало дунганамъ. Каждый большой городъ, съ извѣстнымъ округомъ, дѣйствовалъ по собственному усмотрѣнію и имѣлъ собственныхъ независимыхъ начальниковъ—ахуновъ или ходжей ²). Насколько же была бы легка борьба съ Китаемъ видно изъ того, что дунганы, даже при полной разроз-

¹) По приблизительному опредѣленію нашегоъ Пекинскаго синолога архимандрита Палладіи. Труды членовъ Пекинской духовной миссіи 1866 г. Т. IV стр. 450.

²) Такъ въ Гавь-су—Синипъ, Тэтуптъ и Су-чжеу, съ своими округами, были совершенно независимы другъ отъ друга.

-- 270 --

ненпости своихъ дѣйствій, успѣли въ 1869 году разорить Ордосъ
и Ала-шань, не смотря на 70 тысячное китайское войско, расположенное по среднему теченію Хуанъ-хэ. Въ слѣдующемъ году ин-
сургенты разграбили Улясутай, а еще черезъ годъ Кобдо — главные
пункты западной Монголіи ¹). Въ обоихъ этихъ городахъ находились
китайскіе гарнизоны, но они спрятались при появліи инсурген-
товъ и не оказали имъ несколько сопротивленія.

Однако изъ этого не слѣдуетъ выводить миѣнія о храбрости
самихъ хой-хоевъ ²). Въ сущности это такіе же трусы, какъ и всѣ
вообще китайцы; они нахальны только тамъ гдѣ знаютъ, что не
встрѣтятъ серьезнаго сопротивленія. Всѣ пхъ разбон и война съ
китайцами основаны исключительно на томъ, что трусъ старается
перехитрить труса; разъ же онъ достигнулъ своей цѣли, то дѣлается
звѣремъ съ побѣжденнымъ врагомъ. Очевидцы разсказывали намъ, что
хой-хои не только убивали китайскихъ женщинъ, но иногда бросали
въ глубокіе колодцы цѣлыша сотни мальчиковъ и дѣвчекъ, да еще сами
любовались сверху на предмертную агонію несчастныхъ жертвъ
Тѣмъ же самымъ платятъ имъ и китайцы. Побѣда той, или другой
стороны, часто ведетъ за собою поголовное истребленіе побѣжден-
ныхъ; плѣнныхъ здѣсь не бываетъ, равно какъ и помилованныхъ ³).

Шайки дунганъ, занимающіяся грабежомъ какъ въ Гань-су,
такъ равно и въ предѣлахъ Монголіи, составлены и:ъ всевозможн-
аго сбора, иногда на половину безоружнаго; остальные имѣютъ
пики, или сабли и, въ небольшомъ количествѣ, фитиличныя ружья.
При отрядахъ часто слѣдуютъ старики и женщины, чтобы собирать
награбленное и везти его домой подъ прикрытіемъ остальной части
партіи.

Чтобы дать истинное понятіе о всемъ безобразіи военныхъ дѣй-
ствій дунганъ, я расскажу объ осадѣ ими кумирни Чейбсепт, про-
исходившей за три года до прибытія нашегоъ въ Гань-су. Разказъ
этотъ переданъ намъ нѣсколькими защитниками названной кумирни.

Эта послѣдняя обнесена квадратною глишаною стѣною, футовъ.

¹) Булунь-тохой былъ разоренъ въ 1873 году.

2) Я говорю здѣсь только о хой-хояхъ Гань-су; магометане бывшаго китайскаго Туркестана и при-Тянь-шаньскіе, быть можетъ, ишаго закала.

3) Во всѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ всныхнуло магометанское возстание, манчжурскіе чиновники и китайскія войска обыкновенно истреблялись до единаго человека; изрѣдка солдаты получали помилованіе подъ условіемъ припять магометанство. Изъ мирнаго китайскаго наслѣдіи, жившаго въ дунганскихъ земляхъ, тѣ, которые принимали магометанство, дѣлались равноправными съ дунгалами остальные обращались въ работниковъ; оттѣ женщины не требовалось перемѣны, розитіи.

— 271 —

20 вылины, при длине боковъ около 40 сажень. Въ среднемъ этихъ фасовъ, равно какъ и по угламъ ограды, устроены небольшія башни, въ которыхъ могутъ помѣщаться защитники, въ числѣ отъ 15—20 человекъ на каждую башню. Сама стѣна покрыта деревянною крышеною, покатою на обѣ стороны. Вокругъ главной ограды разбосано около сотни фанзъ, также обесенныхъ небольшою глиняною стѣною. Внутри кумирни вовсе нѣтъ колодца, а вода добывается изъ ключа, протекающаго впѣ построекъ.

Вِтомъ 1868 года, нѣсколько тысячъ дунганъ пришли къ Чейбоссепу, съ намѣреніемъ взять и уничтожить эту кумирню. Защитники ся — китайцы, монголы и тангуты, въ числѣ тысячи человѣкъ, заперлись въ главной оградѣ. Инсургенты безъ труда зачили наружныя фанзы, а за тѣмъ приступили къ атакѣ главной стѣны. Однако, не смотря на всю свою хилость, она оказалась довольно твердою для простыхъ ломовъ, употреблявшихся дунганами, вмѣсто всякихъ другихъ стѣнобитныхъ орудій, такъ что первый приступъ былъ неудаченъ. Между тѣмъ наступило время пить чай— а занятіе это счтается въ Китай пастолько важнымъ, что даже не пропускается во время сраженія—и дунганы отошли въ свой лагеры, расположенный въ одной верстѣ отъ Чейбосена. Осажденные, тѣмъ временемъ, выбѣжали изъ кумирни, на глазахъ своихъ враговъ набрали воды изъ ручья, и также принялись пить чай. На слѣдующій день повторилось тоже самое: дунганы вновь аттаковали кумирню и вновь отошли въ полдень къ своимъ палаткамъ для чаепитія. Такъ происходило шесть сутокъ; наконецъ хой-хоп, видя невозможность взять новую Сарагоссу, ушли во свояси и Чейбосепъ уцѣлѣлъ.

Трудно бы было повѣрить подобному разсказу, если бы мы много разъ собственными глазами не убѣждались, до какой нравственной гнилости дожилъ Китай съ подвластными ему народами. Всѣ они «одного поля ягоды», и только полное невѣденіе европейцевъ объ этихъ странахъ можетъ приписывать имъ какую бы то ни было долю славы и могущества.

Однако, не смотря на страшную вражду хой-хоевъ къ китайцамъ и наоборотъ, тѣ и другіе не отказываются входить между собою въ различныя торговыя сѣлки. Въ Гань-су, гдѣ, какъ скажано выше, владѣнія дунганъ лежатъ въ близкомъ сосѣдествѣ съ китайскими землями, сплошь и къ ряду можно слышать, что хой-хоп такого-то мѣста дружны съ такою-то кумирнею, или мѣстечкомъ и ведутъ тамъ торговлю. Такъ напр., дунганы изъ города Тэгунгъ слыли заклятими врагами кумирни Чейбосенъ и ея окрестностей, между тѣмъ какъ они были въ большой дружбѣ съ гыгеномъ

— 272 —

кумирни Симни, лежащей на р. Тэтунгъ, верстахъ въ 60 къ сѣверу отъ Чейбсена. Въ Симни тэтунгскіе хой-хои постоянно торговали и никого не грабили. Точно также, на верховьяхъ Тэтунгъ - гола, начальникъ одного изъ куку-норскихъ хошуновъ, именно Муръ-засака, какъ уже сказано въ предъидущей главѣ, отъ самаго начала магометанскаго возстанія, ни разу не ссорился съ дунгавами города Ю-нань-чень и былъ для нихъ поставщикомъ скота съ озера Кукунора.

Подобные порядки могутъ существовать, конечно, только въ Китаѣ, къ разбору оборонительныхъ дѣйствій котораго, противъ хойхоевъ въ Гань-су, мы теперь и перейдемъ.

Потерявъ въ теченіи нѣсколькихъ лѣтъ весь восточный Туркестанъ, при-Тянь-шаньскія земли и большую часть провинціи Гань-су, китайское правительство поняло страшную опасность, которая ему грозитъ со стороны западно-магометанскаго возстанія и рѣшило употребить всѣ средства, чтобы не дать инсуррекціи прорваться въ сѣперыя провинціи Собственнаго Китая. Съ этой цѣлію устроена была оборонительная линія на естественномъ рубежѣ, именно по среднему и верхнему теченію Хуанъ-хэ. Здѣсь расположилось 70-тысячное китайское войско, частію занявшее гарнизоны въ городахъ: Куку-хото, Бауту, Дынъ-ху, Нинъ-сэ, Лапъ-чекэу и др., частію же распартированное небольшими отрядами въ промежуточныхъ деревняхъ. Сверхъ того усилены были гарнизоны въ тѣхъ городахъ Гань-су, которые еще остались во власти китайцевъ. На первый разъ тѣмъ все и кончилось. Дунганы, удовольствовавшись своими успѣхами, главнымъ же образомъ, освобожденіемъ изъ подъ китайской власти, прекратили наступательныя дѣйствія и занялись спеціально грабежомъ, а китайскіе гарнизоны, запершись въ своихъ глиняныхъ стѣнахъ, оставались спокойными зрителями окопчательнаго разоренія страны.

Китайскія войска, расположенные по Хуанъ-хэ и въ Гань-су, приведены сюда изъ южныхъ провинцій Китая и слывутъ у мѣстныхъ жителей подъ именемъ «хотановъ»; въ небольшомъ числѣ здѣсь есть также солоны изъ Манчжуріи. Всѣ они вооружены саблями, фитильными и частію европейскими гладкоствольными ружьями, купленными китайскимъ правительствомъ у англичанъ. У хотановъ изрѣдка встрѣчаются двухствольные англійскіе пистолеты, а у солоновъ тульскія двустволи, которыми они запаслись, вѣроятно, на Амурѣ. Кавалеристы и нѣкоторые изъ пѣхотинцевъ имѣютъ длинныя бамбуковыя пики, украшенныя большимъ краснымъ флагомъ, съ изображеніемъ дракона.

— 273 —

Нравственные качества китайских войскъ представляютъ такое полное безобразіе во всѣхъ отношеніяхъ, что европейцу трудно по-вѣрить, возможно ли существованіе подобной арміи, тѣмъ болѣе на театрѣ военныхъ дѣйствій. Начать съ того, что какъ офицеры, такъ и солдаты, почти безъ исключенія, преданы куренію опіума, и не могутъ пробыть безъ него даже одного дня. Не только въ казар-махъ, но и во время похода, хотя бы подъ самымъ носомъ у не-приятеля, китайскіе воины не покидаютъ своей пагубной привычки, и каждодпевно накуриваются до безчувствія одуряющего зелья. Ре-зультатомъ этого является разслабленіе, какъ физическое, такъ и нравственное, и рѣшительная неспособность солдатъ переносить труды и лишенія военнаго времени.

Дѣйствительно, китайскія войска, помимо всѣхъ другихъ своихъ качествъ, уже тѣмъ представляютъ вѣрную жертву смѣлому энер-гичному непріятелю, что не могутъ быть сполна на сторожѣ, хотя бы въ теченіи нѣсколькихъ сутокъ. Каждый день часть солдатъ и офицеровъ непремѣнно накурится опіума и будетъ спать мертвецкимъ сномъ. Аванпостной службы и рекогносци-ровокъ здѣсь не существуетъ; всѣ свѣдѣнія о непріятелѣ полу-чаются только черезъ шпіоновъ. Но столько же неспособны ки-тайскіе солдаты и къ трудностямъ физическимъ. Въ дождь и не-погоду, да еще ночью, каждый изъ этихъ вопновъ выйдетъ изъ фаны, или изъ палатки, развѣ только подъ страхомъ смертной казни. Походомъ, всѣ пѣхотинцы йдутъ или верхомъ, или на под-водахъ; пѣшкомъ, китайскій солдатъ, ни за что въ свѣтѣ, не сдѣ-лаетъ и нѣсколькихъ переходовъ. Ему трудно даже нести на себѣ оружіе, и онъ часто кладетъ свое ружье и пику на подводу, или на верблюда. а самъ йдетъ совершенно свободно, словно на про-гулкѣ.

По приходѣ на мѣсто ночлега солдаты тотчасть же разсыпаются грабить и воровать у жителей что попало. Одинъ тащить курицу, другой поросенка, третій мѣшокъ муки, четвертый кормъ для своей лошади, словомъ, фуражировка идетъ какъ будто въ непріятельскомъ городѣ, отданномъ на разграбленіе. Офицеры также дѣятельно уча-ствуютъ въ подобной операціи, съ тою лишь разницею, что полу-чаютъ награбленное отъ солдатъ, но не сами ходятъ грабить и во-ровать. Жалобъ никакихъ не принимается, да и небываетъ; жители рады, чтобы только ихъ самихъ не трогали.

Подобное шествіе защитниковъ отечества до того знакомо мѣ-стному населенію, что монголы, услыхавъ о прохожденіи китай-скихъ войскъ, укочевываютъ отъ дороги на цѣлыя сотни верстъ,

18

— 274 —

или прячутся въ горныхъ ущельяхъ вмѣстѣ съ своими стадами; караваны же избираютъ нарочно окольный путь, чтобы только не встрѣтиться съ проходящими солдатами.

Грабежи производятся и въ мѣстахъ постояннаго расквартир-
рованія войскъ. Здѣсь солдаты, ограбивші первоначально ближай-
шія окрестности, собираются небольшими партіями, и отправля-
ются на фуражировку, иногда на нѣсколько дней, въ мѣста болѣе
удаленные. Часть привезенной добычи получаетъ начальникъ и все
проходитъ благополучно. Сами начальники, начальная отъ простаго
унтеръ-офицера до командира корпуса, воруютъ отъ казны рѣши-
тельно все, что только возможно. Главную же доходную ихъ статью
составляютъ умершіе и дезертиры, на которыхъ обыкновенно еще
долго получается все содержаніе. Дезертирство здѣсь развито до та-
кихъ страшныхъ размѣровъ, что у многихъ командировъ вмѣсто
тысячъ солдатъ, остались только сотни и, вообще, говорятъ, что
70-тысячное войско на Хуанъ-ха, на дѣлѣ, заключаетъ въ себя
не болѣе 30 тысячъ человѣкъ. Отъ Некинскаго правительства все
это скрывается, разъ изъ боязни отвѣтственности, а во вторыхъ,
для того, чтобы получить содержаніе по списочному составу, ко-
тораго, въ дѣйствительности, не существуетъ и половины.

Подобныя преступленія и вообще нравственная распущенность
китайскихъ войскъ нисколько не исправляются жестокими наказа-
піями. Не говоря уже про бамбуковыя палки, которыми виновныхъ
дуютъ по няткамъ за малый проступокъ, дезертирство, неповино-
веніе, а иногда и грабежъ, здѣсь наказываются смертію. Но стро-
гость закона оказывается безепільною тамъ, гдѣ преступленія соста-
кляютъ не единичное явленіе, а общій порокъ цѣлой массы. На
мѣсто казненного грабителя является другой такой же мародеръ,
всѣдѣ за повѣшеннымъ дезертиромъ бѣгутъ еще цѣлые десятки, и
деморализація войскъ растетъ съ каждымъ годомъ.

Всѣ вышеизложенные доблести защитниковъ Небесной имперіі
представляютъ еще не полную картину внутреннихъ качествъ ки-
тайскихъ войскъ. Самою характерною и крупною ихъ чертою яв-
ляется безконечная трусость, столь прирожденная всѣмъ вообще
китайцамъ. Подобный порокъ здѣсь не считается даже безчестіемъ.
и бѣгство отъ непріятеля признается часто благоразуміемъ. Вся
тактика боя разсчитана на то, чтобы запугать врага, но отнюдь не
рѣшить дѣло смѣлымъ и дружнымъ натискомъ. Система построенія
войскъ въ видѣ дуги, для охватыванія непріятеля одновременно съ
фронта и съ фланговъ, пальба съ разстояній, часто въ десятеро
превышающихъ дальность полета китайской пули, непстовые крики

— 275 —

послѣ выстрѣловъ и прочія хитрости китайской тактики—все это такія дѣтскія проявленія военнаго искусства, которые могутъ быть примѣнимы развѣ только въ борьбѣ съ врагомъ китайскаго же закала. Смѣлый непріятель, съ европейскимъ вооруженіемъ, можетъ двинуться въ любую часть Срединнаго государства, и заранѣе разсчитывать на вѣрную побѣду. О количествѣ защитниковъ Небесной имперіи ему нечего много заботиться: одинъ волнѣ заставляетъ бѣжать тысячное стадо барановъ, и такимъ волнкомъ явится каждый европейскій солдатъ, относительно китайскаго воинства.

Магометанское возстаніе въ Гань-су, въ теченіи цѣлыхъ десяти лѣтъ, находилось въ одномъ и томъ же положеніи. Китайскія войска занимали гарнизоны въ городахъ, оставшихся во власти Небесной имперіи, а рядомъ съ ними жили освободившиеся хой-хоп. Тѣ и другіе грабили другъ друга, но о какихъ либо военныхъ предпріятіяхъ не было и помину. Китайскій правитель Гань-су жилъ въ городѣ Джунъ-линъ, а въ бывшей его резиденціи — Сининѣ властовывалъ дунганскій ахунъ ¹).

Наконецъ въ Пекинѣ рѣшили прибѣгнуть къ энергическимъ воен-
нымъ дѣйствіямъ противъ инсургентовъ въ Гань-су, и отправили
сюда новое 25-тысячное войско. Главною цѣлю китайцевъ было
овладѣніе городомъ Сининомъ, важнымъ по своему большому на-
селенію и, въ особенности, по торговѣ. Подвигаясь крайне мед-
ленно, небольшими эшелонами, китайскія войска прибыли нако-
нецъ, въ іонѣ 1872 года, въ Гань-су и расположились въ двухъ
городахъ — Нимъ-би и Уямъ-бу — лежащихъ верстахъ въ 40 или
50 отъ Синина. Здѣсь воины Небесной имперіи провели цѣлыхъ
два мѣсяца въ полномъ бездѣйствіи, занимаясь только грабе-
жемъ окрестностей, и дали возможность инсургентамъ собрать въ
Сининъ до 70-тысячъ человѣкъ. Наконецъ, въ сентябрѣ, ки-
тайцы двинулись къ названному городу и расположились подъ его
стѣнами, въ которыхъ, по обыкновенію, заперлись всѣ защитники.
Главнымъ страшилищемъ этихъ послѣднихъ были четыре европей-
скія пушки, привезенные китайскими войсками изъ Пекина. Эти
орудія, по всему вѣроятію гладкоствольныя, взлись каждое шестью
мулами, были обернуты въ красную шелковую матерію и къ нимъ,
подъ страхомъ смертной казни, не смѣлъ близко подходить и одинъ
изъ жителей. При пушкахъ находились ядра и даже гранаты, ока-
завшія величайшую услугу китайскому войску. Именно, когда на-
чалось сраженіе, т. е. китайцы аттаковали Сининъ и бросили въ

¹) Говорятъ, что о потерѣ Синяна не допоняли въ Пекинъ цѣлыхъ три года.

18*

— 276 —

него нѣсколько гранатъ, разорвавшихся на улицахъ, то дунганы совѣмъ растерялись отъ ужаса. Къ довершенію своего несчастія, они подняли одну нелопнившую гранату и, собравшись большою кучею, разсмотрѣть такую диковинку, вздумали добыть изъ нея порохъ. Во время этой операціи, отъ неосторожнаго обращенія, гранату разорвало, убило нѣсколько присутствующихъ, а главное, надоło на остальныхъ такой паническій страхъ, что успѣхъ китайскихъ войскъ былъ много обезпеченъ подобнымъ ничтожнымъ служаемъ. Впрочемъ, драка продолжалась еще нѣсколько дней и наконецъ китайцы овладѣли частію стѣны, а дунганы заперлись въ каломъ то другомъ укрѣпленіи.

Въ это время получено было извѣстіе о бракосочетаніи Пекинскаго богдохана. Въ китайскомъ лагерѣ тотчасъ же прекратились военные дѣйствія и солдаты устроили театръ, въ ознаменованіе такаго радостнаго событія. Цѣную недѣлю сряду продолжались театральныя представленія, фейерверки и тому подобныя увеселенія, при чемъ, конечно, большая часть солдатъ и офицеровъ были пьяны, или накуривались до безчувствія опіуму. И это произошло бокъ о бокъ съ непобѣжденнымъ еще врагомъ! Будь у дунганъ хотя одна сотня смѣлыхъ людей, то они могли, въ ночномъ нападеніи, вырѣзать тысячи китайскихъ солдатъ и разогнать остальныхъ. Но даже горсти смѣльчаковъ не нашлось среди поголовныхъ трусовъ, каковы были защитники Синина. Они хорошо знали, что, послѣ окончательнаго взятія города китайцами, для нихъ не будетъ пощады, но все-таки не могли побороть своей трусости и не воспользовались чрезвычайно благопріятнымъ для себя времемъ.

Въ томъ то и состоять нравственное растлѣніе востока, что тамошній человѣкъ не можетъ преодолѣть животнаго инстинкта самосохраненія и является невообразимымъ трусомъ вездѣ, гдѣ онъ предоставленъ себѣ самому; но разъ тотъ же самый трусъ попадаетъ въ безисходное положеніе, онъ дѣлается совершенно апатиченъ къ смерти и идетъ на висѣлицу спокойно, какъ безпонятное животное!

Отраздновавъ свадьбу богдохана, китайскія войска возобновили военные дѣйствія и вскорѣ овладѣли всѣмъ Сининомъ. Тогда началось поголовное истребленіе побѣжденныхъ. Очевидцы рассказывали намъ, что китайскіе солдаты, утомившись убивать оружиемъ, собирали дунганъ большими кучами, безъ различія пола и возраста, гнали ихъ въ горы и сталкивали тамъ въ пропасти; такъ истреблено было, какъ говорятъ, до 10 тысячъ человѣкъ.

— 277 —

По взятіи Синина, китайцы перевели туда вновь правителя Гань-су и, въ теченіи зимы, овладѣли тремя другими дунганскими городами: Сэнъ-гуань, Ю-нань-чень и Тэтунгъ. Здѣсь помилованіе получали только тѣ инсургенты, которые соглашались отречься отъ магометанства и принять буддизмъ. Множество дунганъ ушлю на западъ къ своимъ единовѣрцамъ.

Получивъ за тѣмъ новыя подлѣпленія изъ Пекина, китайскія войска продолжали наступленіе къ западу и, лѣтомъ 1873 года, овладѣли важнымъ пунктомъ инсургентовъ — городомъ Су-чжеу ¹). О дальнѣйшихъ дѣйствіяхъ китайцевъ пока еще нѣтъ точныхъ свѣдѣній. Во всякомъ случае, имъ предстоитъ теперь дѣло болѣе трудное борьба съ кашгарскимъ Якубъ-бекомъ.

¹) По слухамъ, всѣ жители этого города были поголовно истреблены.

## ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ.

### Куку-норъ и Цайдамъ.

Описание озера Куку-нора. — Легенда о его происхожденіи — Окрестныя степени. — Ди кій оцелъ или хуланъ. — Местные монголы и хара-тангуты. — Административное раз дѣленіе Куку-нора. — Наше свиданіе съ тибетскімъ посланникомъ. — Разсказы о ку мирнѣ Гумбумъ. — Рѣка Бухайнъ-голъ. — Ж�но-куку-норскій хребетъ. — Соляное озеро Далай-дабасу. — Мени принимаютъ за святаго и доктора. — Страна Цайдамъ. — Свѣднія о дикихъ верблюдахъ и лошадяхъ. — Переходъ до границы Тибета.

Озеро Куку-норъ, называемое тангутами Цокъ-цумбумъ, а китай цами — Цинъ-хай ¹), лежитъ къ западу отъ г. Синина, на высотѣ 10,500 фут. надъ уровнемъ мори. По своей формѣ оно представ ляетъ эллипсисъ, вытянутый, большою осью, отъ запада къ востоку. Окружность описываемаго озера простирается отъ 300—350 верстъ; точной мѣры узнать было невозможно, но мѣстные жители гово рили намъ, что нужно двѣ недѣли для обхода озера пѣшкомъ, и отъ 7 — 8 дней для объѣзда его на верховой лошади.

Верега Куку-нора непозванные и очень мелки; вода соленая, негодная для питья. Но эта соленость придаетъ поверхности опи сываемаго озера превосходный темно-голубой цвѣтъ, на который обращаютъ вниманіе даже монголы и удачно сравниваютъ его съ цвѣтомъ голубаго шелка. Вообще, видъ Куку-нора чрезвычайно кра спивъ; въ особенности, какъ мы застали это озеро позднею осенью, когда окрестныя горы, уже покрытыя снѣгомъ, стояли обѣлою рам кою широкихъ, бархатно-голубыхъ водъ, убѣгавшихъ къ востоку отъ нашей стоянки за горизонтъ.

Съ береговыхъ горъ въ Куку-норъ течетъ много небольшихъ рѣ чекъ, но болѣе значительныхъ притоковъ считается восемь; изъ нихъ самый большой Бухайнъ-голъ, впадающий въ юго-западный уголъ описываемаго озера.

¹) Монгольское имя означаетъ «Голубое озеро», китайское — «Синсе море»; переводъ же тангутскаго названія Куку-нора мы не могли узнать достовѣрно. У мѣстныхъ и, вообще, у южныхъ монголовъ, описываемое озеро называется Хуку-норъ, т. е. твердая буква «К» передѣлывается въ болѣе мягкій звукъ «Х».

— 279 —

Какъ и на другихъ большихъ озерахъ, даже слабый вѣтеръ разводить здѣсь сильное волненіе ¹), такъ что Куку-норъ рѣдко бываетъ спокоенъ и то лишь на самое короткое время. Сильные вѣтры, по словамъ жителей, господствуютъ здѣсь въ периодъ замерзанія озера, что происходитъ около половины ноября; вскрывается же оно въ концѣ марта, слѣдовательно, бываетъ покрыто льдомъ ¼ ¹/² мѣсяца.

Въ западной части Куку-нора, верстахъ въ двадцати отъ его южнаго берега, лежитъ скалистый островъ ²), имѣющий въ окружности отъ 8—10 верстъ. Здѣсь построена небольшая кумиря, въ которой живутъ десять ламъ. Лѣтомъ, сообщеніе ихъ съ берегомъ прервано, такъ какъ на всемъ Куку-норѣ нѣтъ ни одной лодки и никто изъ жителей не занимается плаваніемъ по озеру. Зимою, къ отшельникамъ-ламамъ приходить, по лыду, богомольцы и приносятъ въ даръ масло или дзамбу; въ это время сами ламы также отправляются на берегъ собирать для себя подаяніе.

Куку-норъ обиленъ рыбою, но рыболовствомъ занимаются здѣсь лишь нѣсколько десятковъ монголовъ, которые возятъ свою добычу на продажу въ городъ Донкыръ. Снарядами для рыбной ловли служатъ небольшія сѣти; ини ловятъ преимущественно въ береговыхъ рѣчкахъ. Рыба, которую намъ случалось видѣть у монголовъ, или ловить самимъ, вся принадлежала къ одному только виду, именно: *Schizoprygopsis nov. sp.*. Однако рыбаки увѣряли насъ, что въ озерѣ водятся нѣсколко другихъ породъ рыбъ, но они рѣдко ихъ ловятъ своими жалкими снарядами.

О происхожденіи Куку-нора у мѣстныхъ жителей существуетъ легенда, который гласитъ, что нынѣшнее озеро нѣ когда находилось подъ землѣю въ Тибетѣ, тамъ гдѣ теперь стоитъ Ласса, и уже за вѣдомо для людей перешло на свое настоящее мѣсто ³). Такое событіе свершилось слѣдующимъ образомъ.

Во времена очень древнія, когда еще не существовало нынѣшней резиденціи далай-ламы, одинъ изъ тибетскихъ царей вздалѣмъ пострить великолѣпный храмъ въ честь Будды и, выбравъ для

¹) Миссіонеръ Гюкъ увѣряетъ, (Souvenir d'un voyage dans la Tartarie et le Thibet. Т. II, р. 189), что въ Куку-норѣ замѣтенъ приливъ и отливъ. Я нарочно вбивалъ вѣхъ въ озеро и убѣдился, что правильнаго периодическаго повышенія и ноппженія воды здѣсь нѣтъ. Вообще описавія Гюка, начівая отъ Куку-нора, поразительно невѣры, о чемъ мы будемъ не разъ говорить впереди.

²) По словамъ мѣстныхъ жителей на Куку-норѣ только одинъ островъ

³) Эта легенда разсказана и у Гюка. Souvenir d'un voyage dans la Tartarie et le Thibet. Т. II, р. 193 — 199. Въ своемъ разсказѣ я могъ только прибавить о происхожденіи острова на Куку-норѣ.

— 280 —

этиого мѣсто, приказалъ начать работу. Нѣсколько тысячъ людей трудились цѣлый годъ, но когда зданіе было почти готово, оно вдругъ разрушилось само-собою. Работу начали снова и опять, лишь только довели до конца, храмъ рухнулъ, отъ неизвѣстной причины; тоже самое повторилось и въ третій разъ. Тогда удивленный и устрашенный царь обратился къ одному изъ гыгеновъ, для разъясненія причины подобнаго явленія. Однако пророкъ не могъ дать удовлетворительнаго отвѣта, но объявилъ своему повелителю, что въ далѣкихъ странахъ востока есть святой, который, одинъ изъ всѣхъ смертныхъ, знаетъ желаемую тайну, и что если удастся выпытать ее у него, тогда постройка храма будетъ окончена благополучно. Получивъ подобный отвѣтъ, тибетскій царь выбралъ заслуженнаго ламу и послалъ его пскать вышеупомянутаго святаго.

Въ теченіи нѣсколькихъ лѣтъ, посланный лама объѣздилъ почти всѣ буддайскія земли, посѣтилъ знаменитыя кумирни, видѣлся и говорилъ съ различными гыгенами, но нигдѣ не могъ найти чело- вѣка, указаннаго тибетскимъ пророкомъ. Огорченный неудачею своей миссіи, посланникъ рѣшился возвратиться домой и, на этомъ обрат- номъ пути, проѣзжалъ. общирныя стени на границѣ Тибета съ Кит- аемъ. Вдѣсь однажды у него сломалась пряжка у подпруги сѣдла, и путникъ, чтобы починить ее, зашелъ въ одинокую обѣдную юрту, виднѣвшуюся невдалекѣ. Въ этой юртѣ онъ увидѣлъ слѣпаго ста- рика, который былъ занятъ молитвою, но привѣтствовалъ своего госта и предложилъ ему взять повую пряжку отъ собственнаго сѣдла. Затѣмъ старикъ пригласилъ ламу пить чай и сталъ распрашивать, откуда онъ, и куда йѣзли. Не желая, безъ нужды, разглашать цѣль своего путешествія, посланецъ отвѣчалъ, что онъ родомъ съ востока, и йѣздить теперь молиться по разнымъ кумирнямъ. «Да, мы счастливы», сказалъ старикъ, «что имѣемъ много прекрасныхъ хра- мовъ, какихъ нѣтъ въ Тибетѣ. Тамъ напрасно принимаются строить большую кумирню; это зданіе никогда не устоитъ, потому что въ томъ мѣстѣ, гдѣ его хотятъ воздвигнуть, находится подземное озеро, которое колеблетъ почву. Только тѣ долянѣ хранить этотъ секретъ въ тайнѣ, потому что если кто нибудь изъ тибетскихъ ламъ его узнаетъ, тогда воды подземнаго озера придутъ сюда и погубятъ насъ».

Лишь только старикъ окончилъ свою рѣчь, какъ путникъ вско- чилъ съ мѣста, объявилъ, что онъ именно есть тибетскій лама, ко- торому нужно было узнать секретъ, сѣлъ на свою лошадь и уска- калъ. Отчаяніе и страхъ овладѣли старикомъ. Онъ началъ громко звать о помощи, и когда, наконецъ, пришелъ одинъ изъ его сы-

— 281 —

новей, пасшій невдалекъ стадо, то старикъ велѣлъ ему тотчась
осѣдлать коня, догнать ламу, и отнять у него «языкъ». Подъ этимъ
словомъ святой разумѣлъ свою тайну и, отдавая приказаніе сыну
отнять ее, тѣмъ самымъ уполномочивалъ его убить путника. Но
слово «хылэ» по монгольски означаетъ языкъ у человека, или жи-
вотныхъ и также язычекъ въ пряжкѣ подпруги. Поэтому, когда по-
сланный догналъ ламу и объяснилъ ему, что его отецъ требуетъ
возвратить «хылэ», тотъ отстегнулъ взятую у старика пряжку и
безпрекословно ее отдалъ. Получивъ такой «хылэ», сынъ возвра-
тился къ своему отцу и, когда послѣдній узналъ, что привезена
пяжка отъ подпруги, а самъ лама уѣхалъ далѣе, то воскликнулъ:
«такова вѣроятно воля Божія, теперь все кончено, мы погибли».
Дѣйствительно, въ туже ночь раздался страшный подземный гулъ,
земля разскрылась, и изъ нея полилась вода, которая вскорѣ зато-
пила обширную равнину. Множество стадъ и людей погибло, въ
томъ числѣ и проболтавшійся старикъ. Наконецъ Богъ сжалился
надъ грѣшниками. По его велѣнію явилась чудовищная птица, взяла
въ свои лапы огромную скалу въ горахъ Нанъ-шань и бросила ее
на то отверстіе, откуда изливалась вода. Прибыль послѣдней была
остановлена, но затопленная равнина осталась озеромъ; спаситель-
ная же скала явилась на немъ островомъ, который существуетъ и
донынѣ.

Съверный и южный берега Куку-нора близко окаймлены горами,
которыя, на восточной и западной сторонѣ озера, нѣсколько ото-
двинуты отъ него. Въ узкомъ пространствѣ, оставляемомъ окрай-
ними горами, разстилаются превосходныя стени, несущія ха-
рактеръ лучшихъ частей Гоби, и отличающіяся отъ нея только
обиліемъ воды ¹). Контрастъ климата, флоры и фауны этихъ степей
съ сосѣдними горами Гань-су, удивительный. Постоянные дожди,
снѣга и чрезвычайная сырость, преслѣдовавшія насъ во все время
пребыванія въ горахъ, замѣнились теперь прекрасною осеннею
погодою, стоявшею изо дня въ день. Но въ тоже время, вмѣсто
альпійскихъ луговъ, лѣсовъ и влажной черноземной почвы, передъ
пами раскинулись глинисто-соленыя равнины, покрытыя превосход-
ною степною травою и высокимъ дырисуномъ. Явились также всег-

¹) На съверной сторонѣ Куку-нора, только половина разстоянія между берегомъ озера и горами занята гладкою равниной; далѣе слѣдуютъ пологіе и высокіе холмы, которые часто обрываются къ сторонѣ озера отвѣсными стѣнами отъ 6 – 10 сажень вышиною. Эти обрывистыя стѣны пнутъ параллельно нынѣшнему берегу Куку-нора и, по всему вѣроятію, составляли пѣкогда также его берега.

— 282 —

дашнє обитатeli монгольскoй степени: дзерены и пищухи, вмѣстѣ съ
жаворонками и пустынниками. Какъ среди пищцъ, такъ и среди
млекопитающихъ, мы встрѣтили въ степяхъ Куку-нора новые, не-
знамые еще виды, свойственные уже тибетскимъ пустынямъ.

Между пищами, прежде другихъ, здѣсь бросается въ глаза
огромный жаворонок (Melanocorypha maxima), ростомъ больше
скворца; онъ держится по кочковатымъ болотамъ и отлично постъ.
Далѣе, очень часто встрѣчаются два вида Montifringilla? и Podoces
huntilis, которые живутъ исключительно въ норахъ, выкапываемыхъ
пищухами. Монгольскiи пустынники (Syrrhaptes paradoxus) попа-
дается въ описываемыхъ степяхъ гораздо рѣже, нежелан его со-
братъ пустынниковъ тибетскiя (Syrrhaptes thibetanus), который
больше ростомъ и отличается совершенно другимъ голосомъ. Го-
ленастыхъ пищцъ мы уже не застали на Куку-норѣ, а изъ водя-
ныхъ видѣнъ въ небольшомъ количествѣ: гусей (Anser cinereus),
утокъ (Anas Boschas, A. rutila, A. Crecca, Fuligula cristata), бак-
лановъ (Phalacrocorax Carbo) и часкъ (Larus Ichtyaeitus, L. ridi-
bundus). На этотъ разъ мы предполагали, что осеннiй пролетъ
уже окончился, но весеннiя наблюдения въ слѣдующемъ году по-
казали, что озеро Куку-норъ очень бѣдно водными и голенастыми
пищами.

Пзь хищныхъ — гриды и зиятники ежедневно прилетаютъ на
берега Куку-нора за поживою, а въ самыхъ степяхъ встрѣчается
множество старшекъ (Buteo ferox), соколовъ (Falco sp.) и орловъ (Aquila
sp.), которые, по всему вѣротію, здѣсь зимуютъ, питаясь безчис-
ленными пищугами (Lagomys sp.).

Этотъ звѣрекъ, по наружности, величинѣ и голосу, близко под-
ходающий къ монгольскому Оготопо, населаетъ степени Куку-нора, равно
какъ и луговыя окранные сосѣднихъ горъ, въ безчисленномъ коли-
чествѣ. Часто на нѣсколько квадратныхъ верстъ почва до того из-
рыта норами, что невозможно бхать рысью на лошади. Сотни, ты-
сачи пищухъ въ хорошую погоду снуютъ во всѣхъ направленіяхъ,
торопливо перебѣга отъ одной норы къ другой, или сидятъ не-
подвижно, грѣясь на солнцѣ. Орлы, сарычи и соколы, а также
волки, лисицы и корсаки, ежедневно истребляютъ многое мно-
жество этихъ грызуновъ, но ихъ плодовитость вознаграждаетъ всѣ
потери.

Самымъ замѣчательнымъ животнымъ Куку-норскихъ степей мо-
жетъ считаться дикій оселъ, или хуцанъ, называемый тангутами
джанъ (Equus Kiang). Этотъ звѣрь, по величинѣ и наружности
много походитъ на мула; цвѣтъ его шерсти сверху тѣла свѣтло-

— 283 —

коричневый, снизу чисто-бѣлый ¹). Хуланъ встрѣченъ былъ нами въ первый разъ на верховьяхъ Тэтунгъ-гола, тамъ гдѣ горы Гань-су дѣлаются беззѣсными и принимаютъ луговой характеръ. Начиная отсюда, дикій оселъ распространяется черезъ Куку-норъ и Цайдамъ въ сѣверный Тибетъ, но въ самомъ большомъ количествѣ живетъ на привольныхъ лугахъ озера Куку-нора.

Впрочемъ, стени не составляютъ исключительнаго мѣстопребыванія описываемаго животнаго; оно не избѣгаетъ и горѣ, если только въ нихъ имѣются пастбища и хорошая вода. Въ сѣверномъ Тибетѣ мы встрѣчали иногда хулановъ въ высокихъ горахъ, гдѣ они паслись вмѣстѣ съ куку-яманами.

Хуланы обыкновенно держатся стадами отъ 10—50 головъ; табуны въ нѣсколько сотъ экземпляровъ встрѣтились намъ лишь въ степяхъ Куку-нора. Впрочемъ и здѣсь такія стада, вѣроятно, образуются случайно пы не разъ видали, какъ онъ разбивались на нѣсколько партій, уходившихъ въ разныя стороны.

Каждое отдѣльное стадо состоитъ изъ кобылъ, которыми руководительствуетъ жеребецъ. Смотря по возрасту, силѣ и смѣлости послѣдняго, число кобылъ бываетъ больше или меньше, такъ какъ первымъ условіемъ вербовки подобнаго гарема, по всему вѣролію, служатъ личныя качества вожака. Старые, опытные самцы собираютъ въ одинъ косякъ иногда до полусотни наложницъ, тогда какъ молодые жеребцы довольствуются пятью или десятью кобылами. Очень молодые, или особенно несчастливые жеребцы, бродатъ въ одиночку и только издали могутъ завидовать благополучію болѣе взрослыхъ и счастливыхъ соперниковъ. Послѣдніе неусыпно наблюдаютъ за подобными подозрительными личностями и, ни въ какомъ случае, не позволяютъ имъ приближаться къ своимъ гаремамъ.

¹) Вотъ болѣе подробная діагноза взрослаго самца хулала:

Туловище плотное, округленное, спина вогнутая; шея средней длины и толщины; голова большая, лобъ выпуклый; уши большія, прямостоячія; ноздри большія, широкія и вкось поставленныя; ноги спльныя, тонкія; копыта малыя, ступковидныя; хвостъ длинный, маловолосостый; грива короткая, прямостоячая; глаза большіе коричневые.

Голова, верхняя часть шеи, спина и бока свѣтло-коричневыя; шереть на туловищѣ не плотно прилегаетъ къ тѣлу, но космата и расположена вихрами: грива черноватая; такого же цвѣта узкая полоса тянется отъ нея по хребту спины и переходить па хвостъ, на котором длинные волоса, совершенно черные. Передъ и пизь морды, горло, грудь, пижняя часть боковъ, задъ, весь пизь тѣла и ноги чисто-бѣлаго цвѣта; наружная сторона переднихъ ногъ свѣтло-бланжевая; уши снаружи свѣтло-коричневыя, внутри бѣлыя; верхніе пхъ концы черные.

Вышина въ стоячемъ положеніи, т. е. отъ земли до вершины лба, 5 ф. 4 д.; у защелька — 4 ф. 7,5 д.; длина тѣла, мѣрля отъ вершины носа по изгибу шеи до основанія хвоста, — 4 ф. 0,5 д.; въсъ отъ 10—12 пудовъ.

— 284 —

Когда косвый жеребец замѣтит другаго, безко подходящаго къ стаду, то бросается на встрѣчу своему сопернику, бьетъ его копытами, кусаетъ и всѣми силами старается прогнать подальше. Подобныя драки бываютъ особенно сильны въ периодъ течки, которагу по словамъ монголовъ, пропасходитъ въ сентябрѣ и продолжается съ мѣсяцъ. Въ это время самцы, какъ и у многихъ другихъ животныхъ, дѣлаются чрезвычайно ревнивыми и задорными, такъ что сами нарочно отыскиваютъ противниковъ; время рождения молодыхъ пропасходитъ, какъ говорятъ, въ маѣ. Керебята, вѣроятно, часто погибаютъ отъ различныхъ причинъ, такъ какъ въ самыхъ большихъ стадахъ мы видали обыкновенно лишь нѣсколько жеребенковъ, которые неотлучно слѣдовали за своими матерями.

Внѣшнія чувства хулана развиты превосходно: онъ видитъ, и чуетъ удивительно. Убить это животное очень трудно, въ особенности въ равнинной мѣстности. Здѣсь самое лучшее идти прямо къ стаду, которое подпускаетъ охотника шаговъ на пятьсотъ и, въ рѣдкихъ случаяхъ, даже на четыреста. Но на такое разстояніе даже изъ превосходнаго штуцера нельзя разсчитывать на вѣрный выстрѣлъ, тѣмъ болѣе, что хуланъ удивительно крѣпокъ на рану. При подходѣ на открытой мѣстности, никогда не слѣдуетъ спускаться во встрѣчные рвы, или вообще въ углубленія почвы, такъ какъ хуланы, въ подобномъ случае, тотчасъ подозрѣваютъ засаду и пускаются на уходъ. Изрѣдка, на пересеченной мѣстности, удается подкрасться къ описываемому звѣрю шаговъ на двѣсти или ближе, но и въ такомъ случае хуланъ не будетъ убить наповалъ, если пуля не попадетъ въ мозгъ, сердце или позвоночный столобъ. Даже съ перебитою ного онъ еще ухитряется бѣжать, но вскорѣ залегаетъ гдѣ нибудь во рву, или въ ямѣ. Всего удобнѣе подкарауливать хулановъ на водопоѣ, какъ-то и дѣлаютъ мѣстные жители, которые весьма цѣнятъ мясо этого животнаго, въ особенности осенью, когда оно бываетъ очень жирно.

Пспуганный хуланъ пускается бѣжать всегда подъ вѣтеръ, поднавъ вверхъ свою большую, безобразную голову и оттоныривъ тонкій, маловоюсистый хвостъ. Во время бѣга стадо слѣдуетъ за во-жакомъ, обыкновенно вытянувшись въ одну линію. Отбѣжавъ пѣсколько сотъ шаговъ, оно останавливается, толпится въ кучу и, повернувшись къ предмету испуга, смотритъ сюда въ теченіи нѣскольхъ минутъ; при этомъ жеребецъ выходитъ впередъ и становится разузнать въ чемъ дѣло. Если охотникъ продолжаетъ наступать, то хуланы опять бросаются на уходъ и бѣгутъ на этотъ разъ уже гораздо дальше. Но въ обще описываемый звѣрь далеко

— 285 —

не такъ остороженъ, какъ то можетъ казаться при первомъ съ
нимъ знакомствѣ. Голосъ хулана я слышалъ только два раза: одна-
жди, когда жеребецъ загонялъ отопшихся отъ стада самокъ, а
въ другой разъ, когда онъ дрался съ другимъ самцомъ. Эготъ го-
лосъ состоитъ изъ глухаго, но довольно громкаго и отрывистаго
рявканья, соединеннаго съ храпѣніемъ.

Населеніе Куку-нора и сопредѣльной ему страны Цайдамъ составляютъ монголы и хара-тангуты. Куку-норскіе монголы, подобно Ала-шаньцамъ, принадлежать къ олютамъ; изъ другихъ монгольскихъ поколѣній здѣсь живутъ въ небольшомъ числѣ: тургуты, халхасцы и хошты ¹). Находясь подъ сильнымъ гнетомъ тангутовъ, монголы Куку-нора составляютъ худшихъ выродковъ изъ всего монгольскаго племени. По своей физіономіи, они отчасти даже походятъ на тангутовъ, но имѣютъ общее выраженіе лица крайне глупое; глаза тусклые, безсмысленные, характеръ мрачный, меланхолическій. Въ немъ нѣтъ ни энергіи, ни желаній, а какое-то скотское равнодушие ко всему на свѣтѣ, за исключеніемъ ёды. Самъ Куку-норскій ванъ, человѣкъ довольно умный, разсказывая намъ о своихъ подданныхъ, откровенно говорилъ, что они только по образу походятъ на людей, во всемъ же остальномъ рѣшительные скоты. «Только выбить въ верхней челюсти передніе зубы, да поставить на четыре ноги такъ и выйдетъ настоящая корова», говорилъ намъ князь про своихъ подчиненныхъ.

Отъ тангутовъ Куку-норскіе монголы переняли самый образъ жизни и иногда помѣщаются также въ черныхъ палаткахъ; впрочемъ, далѣе отъ береговъ озера къ Цайдаму, палатка снова замѣняется войлочною юртою.

Въ большемъ числѣ, нежели монголы, на Куку-норѣ, живутъ хара-тангуты, которые распространяются отсюда въ Цайдамъ, но всего болѣе скучены на верховьяхъ Желтой рѣки. Здѣсь они называются салырами ²), исповѣдуютъ магометанство и находятся въ возстаніи противъ Китая. Куку-норскіе хара-тангуты только номинально подчинены Китайскому правителю Гань-су; они считаютъ своимъ законнымъ государемъ Тибетскаго далай-ламу и управляются собственными чиновниками, не подчиняясь начальникамъ монгольскихъ хошуповъ, въ которыхъ живутъ.

Спеціальное занятіе хара-тангутовъ, обитающихъ на Куку-норѣ
и въ Цайдамѣ, составляютъ разбой и грабежи, которымъ под-

¹) Стат. опс. Китая. Яккифа ч. II, стр. 90.

²) Кромѣ того далѣе къ югу, на верхнемъ теченіи Голубой рѣки, живутъ тан-
гуты—голыкъ.

— 286 —

вергаются всего большей мѣстные монголы. Тангуты не только уго-
няютъ у нихъ скотъ, но даже убиваютъ людей, или уводятъ ихъ
къ себѣ въ неволю. Несчастные монголы, страшные трусы по са-
мой своей природѣ, не могутъ защищаться противъ грабителей во-
оруженною рукою еще потому, что, по установленному тангутамъ
же закону, монголъ, убившій разбойника-тангута, долженъ заплатить
его семейству огромный выкупной штрафъ; если виновный въ убій-
ствѣ обѣдень, то за него платить весь хошунь. Въ случаѣ отказа
въ платѣ, тангуты собираются партіею въ нѣсколько сотъ человѣкъ
и идутъ открытою войною. Благодаря такимъ безнаказаннымъ раз-
боямъ, число монголовъ на Куку-норѣ уменьшается изъ года въ годъ,
и въ недалекомъ будущемъ ихъ ждетъ полное уничтоженіе, если
только китайское правительство не приметъ какія либо охранитель-
ныя мѣры.

Не довольствуясь грабежемъ олижайшихъ окрестностей, хара-
тангуты отправляются на свой промыселъ въ отдаленныея мѣстности,
какъ напр., въ западный Цайдамъ. Разбойники обыкновенно снаря-
жаются небольшими партіями, человѣкъ въ десять, и каждый изъ
нихъ ведеть въ поводу запасную лошадь, или даже двѣ, на случай,
если верховая издохнетъ въ дорогѣ. Вьючные верблюды взутъ про-
довольствіе для партіи, которая иногда промышляетъ два, три мѣ-
сяца. По возвращеніи домой, вмѣстѣ съ награбленною добычею,
разбойники, какъ люди религіозные, спѣшать заслужить передъ Бо-
гомъ прощеніе совершенныхъ грѣховъ. Для этого они отправляются
на берегъ Куку-нора, где нѣсколько десятковъ монголовъ промы-
шляютъ рыболовствомъ, покупаютъ, а иногда и прямо отнимаютъ,
у рыбаковъ пойманную рыбу и снова отпускаютъ ее въ озеро.

Разбой хара-тангутовъ въ Куку-норской и Цайдамской странѣ
начались, по словамъ монголовъ, лѣтъ восемьдесятъ тому назадъ,
и съ тѣхъ поръ продолжаются непрерывно. Китайскіе правители
Гань-су смотрѣли и смотрятъ на это дѣло сквозь пальцы, такъ
какъ получаютъ отъ разбойниковъ большія взятки. Всѣ жалобы мон-
головъ остаются втунѣ, и хара-тангуты грабятъ безнаказанно по
всей монгольской странѣ.

О происхожденіи хара - тангутовъ, равно какъ Куку-норскихъ монголовъ - олютовъ, мѣстная монгольская легенда гласитъ слѣ-
дующее.

Нѣсколько сотъ лѣтъ тому назадъ, на Куку-норѣ жилъ народъ
тангутскаго племени, называвшійся ўцуры¹); онъ исповѣдывалъ, буд-

¹) Не уйгуры ли? только уйгуры не тангутскаго, но монгольскаго племени.

— 287 —

дизмъ и принадлежалъ къ красношапочной сектѣ ¹). Вышеупомя-
нутые ёгуры постоянно грабили караваны богомольцевъ, направляв-
шихся изъ Монголіи въ Тибетъ, а потому олютскій владѣтель Гуши-
ханъ, властвовавшій на сѣверо-западѣ Монголіи, прислалъ на Куку-
норъ свое войско для усмиренія разбойниковъ. Дѣйствительно, ёгуры
были частію истреблены, частію ушли на сѣверо-западъ нынѣшней
Гань-су и смѣшались тамъ съ прочимъ населеніемъ.

По усмиреніі ёгуровъ, часть олютскихъ войскъ ушла обратно
на сѣверъ, а другая осталась на постоянное жительство въ Куку-
норскихъ земляхъ, и образовала здѣсь большую часть нынѣшняго
монгольскаго населенія. Сверхъ того, нѣсколько сотъ олютовъ от-
правились въ Тибетъ, гдѣ въ настоящее время ихъ потомки раз-
множились до 800 юртъ, раздѣленныхъ на восемь хошуновъ. Эти
монголы живутъ въ шести дняхъ пути къ югу-западу отъ деревни
Напчу ²), занимаются земледѣліемъ и, по имени рѣчки Дамсукъ.
на которой они основали свою осѣдлость, называются дамсукъ-
монюлы.

Изъ числа истребленныхъ олютами ёгуровъ, по тому же мон-
гольскому преданію, спаслась одна старуха съ тремя беременными
дочерьми и ушла съ ними на правую сторону верхней Хуанъ-хэ.
Здѣсь ея дочери родили трехъ сыновей, отъ которыхъ и произошли
хара-тангуты, или, какъ они сами себя называютъ, баныкъ-коксумъ.
Эти послѣдніе, переселившись, много лѣтъ спустя, вновь на Куку-
норъ, подвергались сначала нападеніямъ со стороны монголовъ, но
потомъ, размножившись, сами принялись за грабежи.

«Если бы убили тогда этихъ проклятихъ дѣвокъ», говорили намъ
разскащики монголы, «то теперь не было бы хара-тангутовъ и мы
жили былъ спокойно». По словамъ тѣхъ же монголовъ, со времени
прибытія олютовъ на Куку-норъ, смѣнилось уже восемь поколѣній.

Въ административномъ отношеніи, страна Куку-норъ далеко не-
реходитъ за предѣлы бассейна самого озера. Къ ней относятся на
сѣверъ верховья Тэтунгъ-гола, на югъ все пространство до Тибета,
т. е. область истоковъ и самаго верхняго теченія Хуанъ-хэ, и страна
Цайдамъ, далеко протянувшаяся въ сѣверо-западномъ направленіп.
Все это раздѣляется на 29 хошуновъ, изъ которыхъ пять лежатъ на
правой (т. е. западной) сторонѣ верхней Хуанъ-хэ, пять составляютъ

¹) Въ Тибетѣ буддизмъ распадается на двѣ секты: красношапочную и жел-
тосшапочную. Коренное различіе этихъ сектъ состоитъ въ томъ, что первая до-
пускаетъ женитьбу ламъ, а послѣдняя обязываетъ ихъ вести безбрачную жизнь.

2) Деревня Напчу лежитъ близъ южной подошвы хребта Тань-ха, въ 12 дняхъ
пути отъ Лассы, на дорогѣ, по которой слѣдуютъ въ Тибетъ богомольцы съ сѣвера.

— 288 —

Цайдамъ, а остальныя девятнадцать находятся въ бассейнѣ Куку-
нора и на верховьяхъ Тэтунгъ-гола. За исключеніемъ пяти хошуновъ,
лекащихъ на правой сторонѣ верхней Хуанъ-хэ и находящихся
въ прямомъ вѣденіи спининскаго амбана ¹), всѣ остальныя мини-
стративныя части Куку-норской страны подчинены двумъ цзюнь-ва-
намъ: Цинъ-гай-вану и Мурѣ-вану. Каждый изъ нихъ завѣдуетъ двѣ-
надцатью хошунами; первый владѣетъ большею западною частію
страны, а послѣдній меньшею восточною половиной.

По выходѣ изъ горъ Гань-су, наши верблюди, истомленные трудною горною дорогою, сдѣлались окончательно негодными къ дальнѣйшему пути. По счастію, на Куку-норѣ было много верблю-
довъ, такъ что мы, безъ труда и очень дешево, промѣняли своихъ
усталыхъ животныхъ, приплативъ среднимъ числомъ отъ 10—12
ланъ за каждаго. Теперь мы снова владѣли одиннадцатью свѣжими
верблюдами, но увы! въ карманѣ у насъ осталось менѣе ста ланъ
денегъ. Съ такою ничтожною суммою нечего было и думать, до-
браться до Лассы, хотя обстоятельства этому выполниł благопріят-
ствовали. Именно, черезъ нѣсколько дней по прибытіи нашемъ на
Куку-норъ, къ намъ пріѣхалъ тибетскій посланникъ, который от-
правленъ былъ, въ 1862 году, далай-ламою съ подарками къ богдо-
хану, но попалъ сюда какъ разъ въ то время, когда началось дун-
ганское возстание въ Гань-су и Сининъ былъ занятъ инсургентами.
Съ тѣхъ поръ, т. е. цѣлыхъ десять лѣтъ, этотъ посланникъ
килъ на Куку-норѣ, п. и въ городѣ Донкырѣ, не имѣя возможности
пробраться въ Некинъ и не смѣя ворочаться назадъ въ Лассу.
Услыхавъ, что четверо русскихъ прошли черезъ ту страну, кото-
рую онъ не рѣшается пройти съ сотнями своихъ конвойныхъ, ти-
бетскій посланникъ пріѣхалъ «посмотрѣть на такихъ людей, какъ
онъ самъ выразился.

Этотъ посланникъ, по имени Камбы-нансу, оказался очень лю-
безнымъ, предупредительнымъ человѣкомъ и предлагалъ намъ свои
услуги въ Лассѣ. Въ то же время онъ увѣрялъ, что далай-лама
будетъ очень радъ видѣть у себя русскихъ, и что мы встрѣтимъ
самый радушный пріемъ въ столицѣ тибетскаго владыки. Съ гру-
стю слушали мы такие разсказы, зная, что только одинъ недоста-
токъ матеріальныхъ средствъ мѣшаетъ намъ пробраться въ глубь
Тибета. А скоро ли выпадетъ такой благопріятный случай для
другаго путешественника? Да и сколько затратъ потребуется вновь
для достижения цѣл. которая могла бы быть теперь выполнена,

¹) По словамъ монголовъ, населеніе этихъ хошуновъ состоитъ почти исключительно изъ тангутовъ.

— 289 —

сравнительно небольшими средствами. Имѣй мы на Куку-норѣ тысячу ланъ денегъ, то навѣрное дошли бы до Лассы, а оттуда могли предпринять путь на озеро. Лобъ-норъ, или въ какія либо другія мѣстности.

Такимъ образомъ, вынужденные отказаться отъ намѣренія пройти до столицы Тибета, мы тѣмъ не менѣе рѣшили идти впередъ до крайней возможности, зная, на сколько цѣнно для науки изслѣдованіе каждого лишняго шага въ этомъ невѣдомомъ уголѣ Азіи.

Проводниковъ мы брали по прежнему по два и получали ихъ отъ монгольскихъ, а иногда и отъ тангутскихъ нойновъ (чипновниковъ) частію за подарки, частію опираясь на письмо чейбсенскаго донира къ муръ-засаку и на свой пекинской паспортъ, въ которомъ говорилось, что при насъ находятся въ услуженіи два человѣка изъ подданныхъ Небесной Имперіи. Это было прописано въ паспортѣ на тотъ случай, если мы наймемъ къ себѣ монголовъ или китайцевъ; мы же, по совѣту чейбсенскаго донира, выдали такое обстоятельство за приказаніе давать намъ проводниковъ и, дѣйственно, получали ихъ на Куку-норѣ и въ Цайдамѣ.

Одинъ изъ проводниковъ, взятыхъ нами на Куку-норѣ, былъ нѣкогда штатнымъ ламою въ кумирнѣ Гумбумѣ, находящейся въ тридцати верстахъ къ югу отъ г. Синина. Эта кумирня, одна изъ знаменитѣйшихъ во всемъ Ламайскомъ мірѣ, выстроена на мѣстѣ рожденія реформатора буддайской религіи Дзонъ-кава. По увѣренію Буддистовъ, различныя чудеса ознаменовали великую святость этого человѣка. Такъ изъ родильной рубашки, зарытой въ землю, выросло дерево, листья котораго испещрены тибетскими буквами. Дерево это цѣло до сихъ поръ, помѣщается на особомъ дворѣ и составляетъ главную святыню Гумбума. Монголы называютъ его «занда-мото», но тоже самое имя они даютъ древовидному можжевельнику и вообще всякому хорошему дереву. Такъ напримѣръ, вида орѣховые приклады нашихъ ружей, или дубовый ящикъ, они всегда говорили, что это «занда-мото». По словамъ проводника-ламы, листья на святомъ деревѣ величиною и формою напоминаютъ листья нашей липы. Изображенія на нихъ тибетской азбуки, конечно, или дѣлаются ламами, или дополняются воображеніемъ усердныхъ вѣрующихъ. Да и дерево, по всему вѣроятію, принадлежитъ къ калокому небудь изъ видовъ свойственныхъ Гань-су, такъ какъ оно растетъ на открытомъ воздухѣ, слѣдовательно, можетъ выносить здѣшній суровый климатъ. Если же оно почитается всѣми буддистами святымъ и единственнымъ въ своемъ родѣ, то это еще не

19

— 290 —

служить доказательством его оригинальности. Мало ли какія по-
читанія и вѣрованія мы видимъ даже и въ Европѣ! ¹).

Гумбумъ славится также своему медицинскою школою, въ которой обучаются молодые ламы, промышляющие впослѣдствіи лечениемъ больныхъ. Лѣтомъ ученики отправляются въ окрестныя горы и собираютъ тамъ травы, на цѣлительныхъ свойствахъ которыхъ, главнымъ образомъ, основана вся тибетская медицина. Конечно, въ этой послѣдней множество шарлатанства и невѣжества, но, по всему вѣроятію, есть и такія открытія, сдѣланныя случайно, пустемъ опыта, которые неизвѣстны европейской наукѣ. Мнѣ кажется, что человѣкъ, спеціально знакомый съ медициною, могъ бы сдѣлать дорогія пріобрѣтенія, если бы изслѣдовалъ серъёзно средства леченія, употребляемыя тибетскими и монгольскими докторами.

Въ прежнія времена въ Гумбумѣ считалось до семи тысячъ ламъ, но теперь число ихъ уменьшилось на нѣсколько сотъ послѣ того, какъ эта кумирня потерпѣла разореніе отъ дунганъ, которые пощадили только главный храмъ и святое дерево. Однако слава этого мѣста такъ велика, что безъ сомнѣнія, все разоренное вскорѣ будетъ опять возобновлено.

Отъ выхода на Куку-норъ въ сѣверо-западной его части, путь нашъ лежалъ сначала по сѣверному, а потомъ по западному берегу озера. Минуя нѣсколько небольших рѣчекъ, мы встрѣтили наконецъ самый большой изъ всѣхъ притоковъ Куку-нора — *Бухайнъ-голъ*, который вытекаетъ изъ горъ Нань-шань и, по словамъ монголовъ, имѣетъ въ длину около 400 верстъ. Въ своемъ низовьи, т. е. тамъ, гдѣ проходитъ тибетская дорога, описываемая рѣка имѣетъ около пятинадцати сажень ширины и почти вездѣ проходима въ бродъ; глубина на подобныхъ мѣстахъ не болѣе двухъ футовъ. Вообще Бухайнъ-голъ представляетъ собою рѣку самыхъ скромныхъ размѣровъ и, тѣмъ съ большимъ удивленіемъ, читали мы, на берегу же Бухайнъ-гола, написаніе миссіонера Гюка про страшную переправу тибетскаго каравана, съ которымъ онъ слѣдовалъ въ Лассу, черезъ двинадцать рукавовъ этой рѣки. По словамъ патера, его спутники считали свой переходъ черезъ Бухайнъ-голъ весьма удачнымъ, такъ какъ изъ всего каравана только одинъ человѣкъ сломалъ ногу, да утонули два яка. Между тѣмъ у Бухайнъ-гола, тамъ

¹) Но если монголамъ простительно вѣровать въ чудесное дерево, то, мнѣ кажется, не совсѣмъ удобно разсказывать про тибетскую азбуку на его листяхъ миссіонеру Гюку, который увѣряетъ, что видѣлъ такое чудо собственными глазами и хотя сначала подозрѣвалъ обманъ ламъ, но потомъ убѣдился въ действительности этого сверхъестественнаго явленія. Нис. souvenir d'un voyage dans la Tartarie et le Thibet. Т. II, p. 116.

— 291 —

гдѣ его переходит тибетская дорога, всего одинъ рукавъ, да п
тамъ бываетъ вода лишь въ периодъ дождей; сама же рѣка такъ
мелка, что въ ней можетъ утонуть развѣ заяцъ, а не такое силь-
ное и绝лично плавающее животное какъ сарлокъ. Въ мартѣ слѣ-
дующаго года, мы прожили цѣлый мѣсяцъ на низовѣ Бухайнъ-
гола и, бродя ежедневно по берегу его за пищами, часто съ това-
рищемъ вспоминали Гюковское описаніе страшной рѣки, черезъ
которую намъ приходилось переходить, по нѣсколько десятковъ разъ,
въ теченіи одной охоты ¹).

Долина Бухайнъ-гола имѣтъ верстъ двѣнадцать или пятнадцать ширины и за нею тотчасъ же стоитъ высокій хребетъ, который идетъ по южную сторону Куку-нора, а затѣмъ тянется къ западу верстъ на пятьсотъ, по словамъ мѣстныхъ жителей. Этотъ хребетъ, за неимѣніемъ для него мѣстнаго имени, я буду называть *Южно-куку-норскимъ* ²), въ отличіе отъ сѣверно-куку-норскихъ, т. е. Гань-суйскихъ горъ, съ которыми онъ, вѣроятно, сливается при своемъ западномъ продолженіи.

Подобно тому, какъ горы на сѣверной сторонѣ Куку-нора
отдѣляютъ его бассейнъ отъ гористой, влажной и лѣсистой об-
ласти Гань-су, такъ и южно-куку-норскій хребетъ служить рѣз-

¹) Вотъ подлинны слова Гюка: «Шесть дней спустя послашъ нашего отхода, пришлось переходить Пухайнъ-голъ, рѣку, которая имѣтъ свои источники у по-дошвы горъ. Нань-шань и впадаетъ въ Голубое море. Ея воды не очень глубоки, но будучи раздѣлены на двѣнадцать рукавовъ, весьма близкихъ одинъ къ друг-гому, занимаютъ пространство болѣе одного лье (4,16 нашей версты) въ ширину. Мы имѣли несчастіе прибыть къ первому рукаву Пухайнъ-гола за долго до раз-свѣта; вода была покрыта льдомъ, но не настолько твердымъ, чтобы они могъ замѣпить мостъ. Лошади, прибывшія первыми, испугались и не смѣли двигаться впередъ; они остановились на берегу и дали время подойти вьючнымъ якамъ. Векорѣ весь караванъ собрался на одномъ пункте; невозможно выразить без-порядка и смятенія, которые царствовали среди этого громаднаго сборника, окру-женнаго мракомъ ночи. Наконецъ пѣсколько всадниковъ погнали своихъ лошадей, и проломали ледъ во многихъ мѣстахъ. Тогда караванъ вошелъ какъ ни появло въ рѣку; животныя толкались и брызгали водою со всѣхъ сторонъ, ледъ трещалъ, людь и ричачали; суматоха была ужасная. Перебравшись черезъ первый рукавъ, не-обходяako было начинать тотъ же самый маневръ на второмъ, потомъ на третьемъ, и на слѣдующихъ. Когда наступилъ день, святое посольство еще барахталось въ водѣ. Наконецъ, послѣ большаго утомленія физическаго и нравственнаго, мы имѣли счастіе оставить позади себя двѣнадцать развѣтвленій Пухайнъ-гола и вышли на сухую землю; но всѣ наши поэтическія идей исчезли, и мы начали находить такой способъ путешествія крайне неотвратительнымъ. Однако же, казалось, всѣ были весели. Говорили, что переходѣ черезъ Пухайнъ-голъ совершился удиви-тельно благополучно. Только одинъ человѣкъ сломалъ ногу, и утонули два яка. Нис. Souvenir d'un voyage dans la Tartarie et le Thibet. Т. II, р. 203.

2) Странно, почему Гюкъ ни одинимъ словомъ не упоминаетъ объ этомъ огром-
номъ хребтѣ.

19"

— 292 —

кою границею плодородныхъ степей Голубаго озера, отъ тѣхъ пустынь, которыя идутъ далѣе по Цайдаму и Тибету. Дѣйствительно, сѣверный склонъ описываемаго хребта еще во всемъ напоминаетъ горы Гань-су и, большею частію, покрыть кустарниками или мелкимъ лѣсомъ, обиленъ водою и превосходными лугами; между тѣмъ южная сторона тѣхъ же самыхъ горъ несетъ совершенно монгольскій характеръ. Глинистые скаты здѣсь большею частію голены, или только кой гдѣ покрыты древовиднымъ можжевельникомъ, сухія русла рѣкъ лишены годы, роскошныхъ луговъ нѣтъ и помину. Все это служитъ преддверіемъ той пустынной равнины, которая раскинулась по южную сторону описываемыхъ горъ и совершенно напоминаетъ собою Ала-шань. На глинисто-соленой почвѣ здѣсь растутъ только дырисунъ, бударгана и хармыкъ; являются хара-сульты и холо-джоро, всегда рекомендующіе своимъ присутствіемъ самую дикую пустыню. Здѣсь же находится соленое озеро Джаратай-дабасу, имѣющее въ окружности около 40 верстъ. Превосходная осадочная соль лежитъ въ этомъ озерѣ пластомъ до фута толщины; у береговъ же такой слой не толще дюйма. Отсюда соль возвать въ г. Донкыръ; для надзора за разработкою ея, на берегу Джаратай-дабасу живетъ особый монгольскій чиновник¹).

Пустынная равнина, на которой находится вышеописанное соленое озеро, имѣтъ въ ширину верстъ тридцать и-далеко тянется къ востоку, будучи окаймлепа съ сѣвера южно-куку-норскими горами, а съ юга другимъ хребтомъ, имъ параллельнымъ; къ западу отъ Джаратай-дабасу оба эти хребта вскорѣ соединяются между собою.

Немного далѣе этого соединенія, при выходѣ изъ узкой долины, образованной рѣчкою Дуланъ-голъ, лежитъ урочище Дуланъ-китъ²), гдѣ находится мѣстопребываніе Цинъ-хай-вана, т. е. правителя наднной части куку-норской земли. Прежде этотъ князь имѣлъ свою ставку на берегу Куку-пора, на постоянные грабежи тангутовъ принудили его перебраться въ болѣе удалепное мѣсто. На сколько же серьезны эти грабежи, можно видѣть изъ того, что разбойники у этого же самого вана отняли, въ теченіи трехъ лѣтъ, 1,700 лошадей.

¹) Замѣчательно, что на мѣстѣ платятъ за соль отъ каждогоъ вьючного верблюда по двѣ пачки (около ¹/₄ фунта) чумяна (родъ вермишли, приготовляемой китайцами изъ тѣста); впрочемъ на Куку-норѣ ходячей монетою служитъ также и масло.

²) Слово «кить» означаетъ церковь и, дѣйствительно, здѣсь есть небольшая кумирня.

— 293 —

Самъ куку-норскій ванъ умеръ за годъ до нашего прихода ¹); наслѣдникомъ его остался старшій сынъ, двадцати-мѣтній юноша, который еще не былъ утвержденъ въ своемъ званіи китайскими властями ²) и правилъ подъ опскою своей матери, довольно молодой и энсгричной женщины. Какъ ее, такъ и молодаго князя, мы встрѣтили возлѣ озера Джаратай-дабасу; они ёхали въ г. Донкыръ по какимъ-то дѣламъ. Молодой князь только смотрѣлъ на насъ съ тупымъ любопытствомъ; княгина же потребовала паспортъ и, считавъ его, сказала своимъ приближеннымъ: «эти люди, быть можетъ, посланы нашимъ царемъ посмотрѣть, что дѣлается здѣсь и донести ему объ этомъ». За тѣмъ она велѣла дать намъ проводниковъ и мы разстались послѣ свиданія, продолжавшагося менѣе получаса.

Но радушный пріемъ мы встрѣтили въ самой ставкѣ Цинъ-хай-вана отъ его дяди, который помогаетъ своему племяннику въ дѣлахъ управленія. Этотъ дядя, гыгенъ по профессіи, имѣлъ нѣкогда свою собственную кумирню, но ее разорили дунганы. Гыгенъ нѣ сколько разъ бывалъ въ Пекинѣ и Ургѣ, гдѣ видалъ русскихъ. Вообще онъ оказался очень хорошимъ человѣкомъ и, получивъ отъ насъ подарки, прислалъ въ отвѣтъ небольшую юрту, которая впослѣдствіи сильно пригодилась намъ въ Тибетѣ. Но всего пріятнѣе для насъ было то, что гыгенъ запретилъ своимъ поддан-нымъ ходить безъ дѣла въ нашу палатку, такъ что мы, единственный разъ въ теченіе экспедиціи, могли спокойно стоять, вблизи жи-лаго мѣста.

Дѣйствительно, назойливость мѣстнаго люда была самымъ тяжелымъ временемъ во все время нашегоъ путешествія, начиная съ перваго до послѣдняго шага. Вездѣ лѣзли смотрѣть на наст, какъ на какое нибудь диво, и хотя мы обыкновенно употребляли крутыя мѣры, относительно непрошенныхъ гостей, но все - таки не могли избавиться отъ того, чтобы не принимать различныхъ мѣстныхъ чиновниковъ, какъ монгольскихъ, такъ и тангутскихъ. Въ особенности часты сдѣлались подобныя посѣщенія съ выходомъ на Куку-норъ, когда вездѣ разнесся слухъ, что появились четверо какихъ-то невиданныхъ людей и между ними одинъ великій святой запада, который идетъ въ Лассу, чтобы познакомиться съ далай-

¹) Цинъ-хай-ванъ умеръ въ 1871 году. За его поминки заплачено было въ нѣсколько кумирень до тысячи головъ разнаго скота, въ томъ числа около трехъ сотъ сарлоковъ; сверхъ того послано въ Тибетъ, для той же цѣли, нѣсколько сотъ ланъ денегъ.

²) Оба куку-норскіе вана подчинены синьинскому амбаню, т. е. губернатору Гань-су.

— 294 —

ламою — великимъ святымъ востока. Поводомъ къ такому производ-
ству меня въ полу-боги служили преждевер всего наши хожденія по
Гань-су, биткомъ набитой разбойниками. Затѣмъ пальба изъ неви-
данныхъ ружей, охоты за звѣрями, которыхъ мы били иногда на
большія разстоянія, стрѣльба въ летъ птицъ, препарировка ихъ
шкуръ, накопецъ, неразгаданная цѣль нашей поѣздки — все это
вмѣстѣ заставляло мѣстный людъ, смотрѣть на насъ какъ на осо-
бенныхъ, тайнственныхъ людей. Когда же къ намъ приѣзжали раз-
личные гигены и даже самъ тибетскій посланникъ, то населеніе
видѣло въ этомъ полное подтвержденіе своихъ догадокъ, и оконча-
тельно уѣдилось въ томъ мѣніи, что я великій хубиланъ, т. е. свя-
той. Такое обстоятельство намъ было отчасти выгодно, такъ какъ
слава святаго облегчала нашъ путь и гарантировала, до извѣст-
ной степени, отъ различныхъ непріятностей; но съ другой сторо-
ны, я не могъ отдѣлаться отъ разныхъ благословеній, предсказа-
ній и т. п. нелѣпостей. Тапгуты и монголы приходили иногда тол-
нами, чтобы помолиться не только намъ, но даже нашимъ ружьямъ,
а мѣстные князья нѣсколько разъ привозили своихъ дѣтей, прося
меня паложить на ихъ руку и этимъ знаменіемъ благословить на
цѣлую жизнь. При нашемъ приходѣ въ Дуланъ-китъ, собралась
толна, человѣкъ въ двѣсти, которые молились намъ, стоя на колѣ-
нахъ по сторонамъ дороги.

Отъ желающихъ предсказаній не было отбоя. Кому приходили
узнавать не только о судьбѣ дальнейшей жизни, но также о про-
павшей скотинѣ, потерянной трубкѣ и т. п.; одинъ тангутскій кня-
закъ серьезно добивался узнать средство, черезъ которое можно за-
ставить его безподобную жену имѣть хотя пѣсколькихъ дѣтей. Хара-
тангуты, постоянно разбойничающіе на Куку-норѣ, не только не-
рѣшались напасть на нашъ караванъ, но даже переставали гра-
бить въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ мы проходили. Монгольскіе князья, на-
чальники хошуновъ, не одинъ разъ являлись къ намъ съ просьбою,
защитить ихъ отъ хара-тангутовъ и приказать послѣднимъ возвра-
тить награбленный скотъ.

Обаяніе нашего имени превосходило всякое вѣропітіе. Такъ, идя
въ Тибетъ, мы оставили въ Цайдамѣ лишній мѣшокъ съ дзамбою
и мѣстный князь, принимая его на храненіе, съ радостію гово-
рилъ намъ, что этотъ мѣшокъ будетъ теперь стеречь весь его хо-
шунъ отъ разбойниковъ-тангутовъ. Дѣйствительно, когда спустя три
мѣсяца, мы возвратились къ тому же самому князю, онъ тотчасъ
подарилъ намъ двухъ барановъ, въ благодарность за то, что въ
теченіи всего этого времени, въ его хошунѣ не показывался ни

— 295 —

одинъ грабитель, изъ болзни украсть вещи, оставленныя русскими. Наши проводники, а иногда и другіе монголы, собирали негодные листки старой книги, которые мы бросали въ извѣстныхъ случаях, и тщательно прятали ихъ говоря, что при появлініи разбойниковъ они будутъ показывать эти листки, какъ охранныя граммоты полученныя отъ русскихъ.

Нелѣпѣйшимъ разсказамъ про наше всемогущество не было конца. Такъ, вездѣ шла молва, что хотя насъ только четверо, по, въ случаѣ нападенія, по одному моему слову, является цѣлая тысяча людей и сражается за меня; при томъ вездѣ увѣряли, что я могу по произволу располагать стихіями, пускать болѣзни на скотъ, или на людей и пр. и пр. И я увѣренъ, что пройдетъ немного лѣтъ, какъ преданіе о нашемъ путешествіи въ этихъ странахъ превратится въ легенду, изукрашенную различными вымыслами фантазіи.

Рядомъ съ званіемъ святаго, мнѣ навязана была профессія доктора, титулъ котораго я получилъ еще съ первыхъ мѣсяцевъ нашей экспедиціи. Поводомъ къ такому мнѣнію послужило собираніе растеній; кромѣ того, нѣсколько удачныхъ леченій отъ лихорадки хининомъ, окончательно убѣдили монголовъ въ моихъ докторскихъ способностяхъ. Затѣмъ, слава искуснаго врача прошла со мною черезъ всю Монголію, Гань-су, Куку-норъ и Цайдамъ. Въ двухъ послѣднихъ странахъ въ особенности много являлось къ намъ различныхъ больныхъ и преимущественно женщинъ.

Не зная вовсе медицины, располагая самымъ незначительнымъ запасомъ лекарствъ, наконецъ не имѣя ни времени, ни охоты воззиться съ приходившими паціентами, я обыкновенно пускалъ въ дѣло самую шарлатанскую вещь, когда либо являвшуюся въ медицинскомъ мірѣ, именно Баумшейтизмусъ, который, какъ извѣстно, проповѣдуетъ леченіе всѣхъ болѣзней, уколомъ кожи кучею иголокъ, насаженныхъ на пружинѣ, и затѣмъ смазываньемъ этого мѣста какимъ-то особеннымъ масломъ. Словно предчувствовалъ я, насколько будетъ полезенъ намъ подобный инструментъ и захватилъ его съ собою въ экспедицію. И если докторъ Баумшейтъ, изобрѣтатель столь волшебнаго способа леченія, еще живъ, то онъ можетъ гордиться тѣмъ, что его открытіе приводило въ восторгъ обитателей Куку-нора, которые смотрѣли на пружинку съ иголками, какъ на святую вещь, вышедшую чуть ли не изъ рукъ самаго Будды. Въ послѣдствіи, на обратномъ пути, я подарилъ этотъ волшебный инструментъ одному монгольскому кназю, который сейчасъ же началъ упражняться имъ, дѣлая операціи кровопусканія своимъ совершенно здоровымъ адъютантамъ.

— 296 —

Между болѣзнями, среди монголовъ, всего болѣе распространены: сифлисы, различныя накожныя сыпь, засореніе желудка, ушибы и ломота костей. Курьезнымъ разсказамъ, при объясненіи этихъ болѣзней, не было конца. Такъ напр., больной сифлисомъ на столько, что у него прогнилъ пось, увѣрилъ, что здѣсь завелся какой то червякъ, котораго необходимо извести; женщина, испортившая излишнимъ обжорствомъ дзамбы, свой желудокъ, говорила, что у у ней растетъ тамъ какая то шишка; больной глазами полагалъ, что его сглазили и т. п.

Однако больные большею частію не довольствоваллись одною операціею Баумшейтизмуса, но всегда просили дать имъ лекарствъ внутрь. Тогда пускалась въ дѣло англійская соль, матныя капли и содовые порошки; иногда, чтобы только отвязаться, случалось давать магнезію отъ бѣльма на глазѣ. Впрочемъ, такие внутренніе приемы впослѣдствіи окончились съ истощеніемъ нашихъ аптечныхъ запасовъ, и только одинъ Баумшейтизмусъ служилъ со славою, почти до самаго конца экспедиціи.

Въ разстояніи двухъ дней пути отъ ставки Цинъ-хай-вана, оканчивается горная страна, наполненная отрогами южно-кукунорскаго хрсѣта и дѣлѣ разстилаются, гладкія какъ полъ, равнины Цайдама ¹). Эти равнины рѣзко ограничены съ сѣвера западнымъ продолженіемъ южно-куку-норскихъ горъ, на югѣ—Тибетскимъ хрсѣтомъ Бурханъ-Будда, а съ востока—горными грядами, служащими связью между двумя этими хребтами; на западѣ же равнины Цайдама уходить, безграничною гладью, за горизонтъ и тянутся, по словамъ мѣстныхъ жителей, до самаго озера. Любѣ-нора.

Цайдамскія равнины, бывшія, по всему вѣроятію, въ недавнюю геологическую эпоху, дномъ огромнаго озера, представляютъ сплошное болото, почва котораго на столько пропитана солью, что эта соль мѣстами лежитъ толстою (¹/₂ - 1 дюйма) корою на подобіе льда. Затѣмъ, здѣсь довольно часто встрѣчаются топи, небольшія рѣчки и озерки, а въ западной части описываемой страны ²) находится болѣшное озеро Хара-норѣ. Изъ рѣкъ самая большая Баянъ-голѣ, которая, въ томъ мѣстѣ гдѣ мы ее переходили (по льду), имѣетъ 230 сажень ширины, но незначительную глубину, всего фута три и топкое, иловатое дно. По словамъ монголовъ, Баянъ-голѣ выставляетъ изъ озера Тосо-норѣ, на восточной окраинѣ горъ Бурханъ-

¹) Адміністративный гранпца Цайдама проходитъ въ двадцати пяти верстахъ на юго-западъ отъ Дуланъ-кита.

²) Въ Хошунѣ Курьыкъ.

— 297 —

Будда и, пробѣжавъ верстъ около 300, теряется въ болотахъ запад-
наго Цайдама.

Глинисто-соленая почва этой страны, конечно, не способна
производить разнообразной растительности. За исключениемъ лишь
нѣсколькихъ видовъ болотныхъ травъ, мѣстами образовавшихъ пло-
щади въ родѣ луговъ, все остальное пространство покрыто трост-
никомъ, вышиною отъ 4—6 футовъ ¹). Сверхъ того, на мѣстахъ, гдѣ
посуше, является въ изобиліи хармыкъ (Nitraria Schoberi), найден-
ный нами уже въ Ордосѣ и Ала-шанѣ, но достигающій здѣсь раз-
мѣровъ саженного куста. Его сладко-соленыя ягоды, обыкновенно
всегда очень урожайныя, составляютъ, подобно Ала-шаньскому
сульхиру, главную пищу какъ людей, такъ и животныхъ Цайдама.
Мѣстные жители, монголы и тангуты, позднею осенью собираютъ
подсохшія на вѣткахъ ягоды хармыка и дѣлаютъ изъ нихъ запасъ
на цѣлый годъ. Эти ягоды варятъ въ водѣ иѣдатъ смѣшавъ съ
дзамбою; кромѣ того пьютъ сладко-соленый отваръ.

Ягодами хармыка питаются почти всѣ птицы и звѣри Цайдама,
не исключая даже волковъ и лисицъ; верблюды также очень лю-
бятъ подобное лакомство. Впрочемъ, въ Цайдамѣ звѣрей мало, чему
причиною вѣроятно соленая почва, которая сильно портитъ подош-
вы лапъ и кошыта животныхъ. Лишь изрѣдка здѣсь можно встрѣ-
тить хара-сульту, или хулана и, нѣсколько чаще, волка, лисицу,
или зайца. Малое количество звѣрей обусловливается, вѣроятно, еще
тѣмъ обстоятельствомъ, что лѣтомъ болота Цайдама киншать мирі-
адами комаровъ, мошекъ и оводовъ, такъ что даже мѣстные жители
откочевываютъ, на это время, въ горы съ своими стадами ²).

Изъ птицъ въ Цайдамѣ всего болѣе водяныхъ и голенастыхъ,
но такъ какъ мы были здѣсь позднею осенью и, возвращались обратно,

¹) Между тѣмъ Гюкъ описываетъ Цайдамъ слѣдующимъ образомъ: «15 Ноября мы оставили вěлкокѣнныя равнины Куку-гора и прибыли къ монголамъ Цайдама (О южно-куку-горскомъ хребтѣ ни слова не упоминается). Лишь только мы перешли рѣку того же имени (вѣроятно дѣло идеть о Баянъ-голѣ, который въ пятнадцать разъ шире столь подробно описанного патеромъ Бухайнъ-гола), какъ страна рѣзко измѣняется свой видъ. Природа дѣлается печальною и дикою; почва, безплодная и каменистая (между тѣмъ какъ тамъ сплошныя болота, на которыхъ нѣтъ ни одного камня), кажется, съ трудомъ производить нѣсколько высушенныхъ и пропитанныхъ селитрою кустарниковъ... Каменная соль и буро-кислый натръ изобилуютъ на этой почвѣ, безплодной и почти совершенно лишенной хорошихъ пастбищъ. Нис. Souvenir d'un voyage dans la Tartarie et le Thibet. Т. II, p. 213.

²) Замѣчательно, какъ невыгодно дѣйствуетъ на скотѣ обилие насѣкомыхъ; въ Цайдамѣ, лѣтомъ, бараны и другія домашнія животныя, бываютъ гораздо менѣе жирны, нежели здою, на гораздо худшемъ кормѣ, но за то безъ докучливыхъ мошекъ и комаровъ.

— 298 —

раннею весною, то очень мало видѣл тѣхъ и другихъ; за то мы нашли въ изоблѣпіи особый видъ фазана (Phasianus sp.) отличный отъ монгольскаго и отъ гань-суйскаго. Кромѣ того, мы встрѣтили здѣсь нѣсколько зипмующихъ птицъ, какъ - то: *Ruticilla erythrogastra*, *Carpodacus rubicilla*, *Buteo ferox*, *Falco sp.*, *Circus sp.*, *Anthus pratensis?*, *Anas Boschas*, *Rallus aquaticus*.

Населеніе Цайдама составляютъ тѣже самые монголы, что на Кукунорѣ и хара-тангуты; впрочемъ, послѣдніе обитаютъ только въ восточной части описываемой страны. Въ административномъ отношеніи Цайдамъ относится къ Куку-нору и раздѣляется на пять хошуновъ: *Курлыкъ*, *Барунъ*, *Дзунъ*, *Куку-бэйлэ* и *Тайджи*. По словамъ одного изъ мѣстныхъ князей, все населеніе въ Цайдамѣ составляетъ около тысячъ юртъ, слѣдовательно, простирается отъ 5—6 тысячъ чело-вѣкъ, полагая, среднимъ числомъ, отъ 5—6 душъ на каждую юр-ту, или тангутскую палатку.

Монголы сообщали намъ, что болота Цайдама тянутся къ западо-сѣверо-западу дней на патнадцать пути, отъ того мѣста по короторому мы шли; далѣе, на протяженіи нѣсколькихъ дней ходу, заполегаетъ голая глина, за которую находится степное и частію холмистое мѣсто *Гастъ*, обильное водою и пастбищами. Однако здѣсь никто не живетъ, но водится множество хулановъ; за ними пріѣзждаютъ охотники съ озера. *Иобъ-нора*, до котораго отъ Гаста всего семь дней пути. Вообще изъ восточнаго Цайдама, тамъ гдѣ мы были, до озера *Иобъ-нора*, по увѣренію мѣстныхъ жителей, около мѣсяца пути, слѣдовательно 750—900 верстъ, полагая на каждый дневной переходъ 25—30 верстъ. За хорошую плату въ Цайдамѣ можно пайдти проводника по крайней мѣрѣ до Гаста, откуда уже не трудно попасть и на *Иобъ-норъ*.

Такой путь, кромѣ громадной важности географическихъ из-сѣдованій, представилъ бы возможность рѣшить въ высшей степени интересный вопросъ о дикихъ верблюдахъ и дикихъ лошад-дахъ. Въ существованіи тѣхъ и другихъ насъ единогласно увѣрали монголы Цайдама, и подробно описывали каждое животное.

По словамъ разскащиковъ, дикіе верблюды обитаютъ въ доста-точномъ числѣ въ сѣверо-западномъ Цайдамѣ ¹), гдѣ мѣстность представляетъ совершенную пустыню, съ сухою глинистою почвою, поросшею бударганою. Вода здѣсь встрѣчается чрезвычайно рѣдко,

¹) Въ хошунѣ *Курлыкъ*, въ мѣстностяхъ *Куку-сай* и *Сыртынъ-махай*, до которыхъ отъ Дулаňъ-кита около 15 дней пути. Въ *Сыртынъ-махаѣ* живутъ монголы — до шестидесяти юртъ.

— 299 —

но верблюды не стѣсняются этимъ и ходятъ на водопой за цѣлую
сотню верстъ, а зимою довольствуются снѣгомъ.

Дикіе верблюды живутъ небольшими обществами отъ 5—10,
рѣдко до 20 экземпляровъ; въ большія стада никогда не соединя-
ются. Но своей наружности они мало отличаются отъ домашнихъ
верблюдовъ; только у дикихъ туловище тоньше и морда острѣе;
кромѣ того, у нихъ шерсть имѣетъ сѣроватый цвѣтъ.

Монголы западнаго Цайдама охотятся за дикими верблюдами и
бьютъ ихъ для ѣды, преимущественно позднею осенью, когда эти
животныя бываютъ очень жирны. Отправляясь на такую охоту, про-
мышленники берутъ съ собою большой запасъ льду, чтобы не по-
гибнуть отъ безводія тѣхъ мѣстностей, въ которыхъ водятся дикіе
верблюды. Послѣдніе, вѣроятно, не особенно осторожны, если ихъ
можно бить изъ фитильныхъ ружей. Монголы говорили намъ, что
дикій верблюдъ отлично обоняетъ и видитъ вдаль, по на близкомъ
разстояніи зрѣніе его гораздо хуже. Въ февралѣ, въ періодѣ течки,
самцы дѣлаются чрезвычайно смѣлы и иногда прибѣгаютъ къ ка-
раванамъ, которые слѣдуютъ изъ Цайдама въ городъ Ань-си-чжеу.
Случается, что караванные верблюды уходятъ тогда вмѣстѣ съ ди-
кими и уже болѣе не возвращаются.

Кромѣ Цайдама, мы и прежде слышали разсказы монголовъ
о дикихъ верблюдахъ, которые водятся въ землѣ тургутовъ и
въ пустыняхъ отъ оз. Лобъ-нора къ Тибету. Объ этихъ живот-
ныхъ слышалъ также Шау во время своего путешествія изъ Индіи
въ Яркендъ, и объ нихъ упоминается въ китайскихъ источникахъ.
Но какіе это верблюды? Прямые ли потомки дикихъ родичей, или
ушедшіе въ пустыню, одичавшіе и размножившіеся на волѣ? Такой
вопросъ, конечно, невозможно рѣшить по монгольскимъ разсказамъ,
но въ пользу перваго положенія говоритъ то обстоятельство, что
домашніе верблюды не могутъ совокупляться, а слѣдовательно и
плодиться безъ помощи человѣка ¹).

Дикія лошади, которыхъ монголы называютъ дзерликъ-аду ²),
весьма рѣдко встрѣчаются въ западномъ Цайдамѣ, но въ большомъ
количествѣ водятся въ стенахъ оз. Лобъ-нора. По словамъ разска-
щиковъ, эти лошади держатся обыкновенно большими стадами и
чрезвычайно осторожны, такъ что, будучи испуганы человѣкомъ,
обѣгутъ безъ оглядки нѣсколько дней и возвращаются на прежнее
мѣсто лишь черезъ годъ, или два. Дикія лошади цвѣтомъ всѣ гнѣ-

¹) Но не пріобрѣтаютъ ли домашніе верблюды такой способности на волѣ, послѣ нѣсколькихъ лѣтъ свободной жизни?

²) Т. е. «дикій табунъ».

— 300 —

дыя, но имѣютъ черный хвостъ и гриву, которая у взрослыхъ же-
ребцовъ бынется такъ велика, что свѣнивается почти до земли.
Убить это животное чрезвычайно трудно и цайдамскіе монголы ни-
когда за нимъ не охотятся.

Равнины Цайдама ниже степей Куку-нора на 1,700 футовъ, а потому и климатъ здѣсь сравнительно теплѣе, тѣмъ болѣе, что въ Цайдамѣ нѣтъ охлаждающего вліяніа поверхности огромнаго озера.

Съ выходомъ нашимъ изъ горъ Гань-су, т. е. съ половины октября и весь ноябрь, стояла отличная осенняя погода, большею частію ясная. Хотя ночные морозы были постоянно большіе (до —23,6° С. въ октябрѣ и до —25,2° С. въ ноябрѣ), но днемъ всегда стояло тепло ¹), если только солнце не пряталось за облака, или не дулъ спільный вѣтеръ. Послѣднее случалось довольно рѣдко, такъ что мы какъ нельзя болѣе наслаждались прекрасною сухою погодою, послѣ непрерывныхъ дождей и спѣговъ Гань-су. Въ половинѣ ок-табри озеро Куку-норъ было еще свободно отъ льда, который по-крывалъ только кой-гдѣ мелкіе заливы; рѣчки же, и въ томъ числѣ Ваянъ-голъ, замерзли окончательно къ половинѣ ноября. Снѣгу вовсе не было; если онъ изрѣдка и выпадалъ ²), то сдувался вѣтромъ, или таллъ на солнцѣ. Впрочемъ, мѣстные жители говорили намъ, что въ Цайдамѣ и на Куку-норѣ, даже зимою, снѣгу бываетъ очень мало; не особенно много идетъ его тогда и въ горахъ Гань-су, гдѣ въ зимній периодѣ, большейю частію, стоитъ ясная погода.

Покинувъ ставку Цинъ-хай-вана, мы перешли, черезъ безплод-
ную солонцоватую равнину, на которой лежать два соленыхъ озера
Сыры-норъ и Дули-норъ, а потомъ перевалили черезъ несвысокій
горный кражъ, составляющій отрогъ южно-куку-норскаго хребта.
Здѣсь передъ нами раскинулись, необразною гладью, равнины Цай-
дама, за которыми вздымался стѣною хребетъ Бурханъ-Будда. Не
смотря на то, что до этихъ горъ лежало еще болѣе 120 верстъ,
онъ видѣлись совершенно ясно простымъ глазомъ, а въ бинокль
можно было различить чуть не каждую скалу. До того прозраченъ
осенній воздухъ этихъ пустынь!

Прежде, нежели вступить въ соляныя болота, мы прошли не-
широкую волнистую равнину, которая служитъ переходомъ отъ
болотъ, къ горамъ ихъ окаймляющимъ. Почва этой равнины гли-

¹) При наблюденіяхъ въ 1 часъ пополудни, термометръ въ первый разъ показалъ ниже нуля только 28-го октября.

2) Снѣгъ, выпадающій здѣсь, равно какъ и въ Гань-су, такъ сильно блеститъ, что мѣстные жители, за неимѣніемъ очковъ, завязываютъ глаза пучкомъ черныхъ волосъ изъ хвоста яка.

— 301 —

нистая и хрящеватая; мѣстами же залегают сыпучіе пески, на которых тотчасъ является и Ала-маньскій закъ. Глинистыя площади, большею частію, безплодны; на нихъ растетъ только хармыкъ и кой-гдѣ тамарискъ. Какъ исключительная рѣдкость, здѣсь встрѣтились намъ въ нѣсколькихъ мѣстахъ маленькие площадки (2 — 3 десятинъ) обработанной земли, на которой мѣстные монголы засѣваютъ ячмень и пшеницу. Болѣе обширное поле, быть можетъ около восьми или десяти десятинъ, мы видѣли только неподалеку ставки Цинъ - хай-вана, которому оно и принадлежить. Земледѣлие въ Цайдамѣ началось очень недавно, именно съ тѣхъ поръ, какъ, по случаю дунганскаго возстанія, сдѣлалось затруднительнымъ сообщеніе съ городомъ Донкыромъ, и мѣстные жители не могли оттуда получать достаточно дзамбы, составляющей ихъ исключительную нищу.

Намъ пришлось идти поперегъ соляныхъ болотъ только 60 верстъ; тропинки здѣсь нѣтъ вовсе, такъ что мы двигались на прямикъ, то по голой соляной корѣ, то по замершей глини. Для животныхъ идти было чрезвычайно трудно; нѣкоторые верблюды начали хромать, а собаки едва могли ступать израненными въ кровь лапами.

18 ноября мы достигли ставки начальника хошуна Дзунъ-засакъ, откуда, по приказанію Куку-норскаго гыгена, должны были дать намъ проводника до Лассы. Мы все еще скрывали, что не попадемъ туда, чтобы не возбудить подозрѣнія Хочунный князецъ долго затруднялся, кого съ нами отправить и дѣло затянулось на цѣлыхъ три дня. Наконецъ, къ намъ явился монголъ по имени Чутунъ-дзамба, который девять разъ ходилъ въ Лассу, проводningsкомъ каравановъ. Послѣ долгихъ переговоровъ и обычнаго чаепитія, мы наняли этого старика очень дешево, именно по семи ланъ въ мѣсяцъ, при нашемъ продовольствіи и верховомъ верблюдѣ. Сверхъ того, мы общали Чутунъ-дзамбѣ награду, за усердное исполненіе своихъ обязанностей и на слѣдующій день отправились въ Тибетъ, намѣреваясь пройти по этой невѣдомой странѣ, хотя до верховьевъ Голубой рѣки.

## ГЛАВА ДВЬНАДЦАТАЯ.

### Съверный Тибетъ.

Горные хребты Бурханъ-Будда, Шуга и Баянъ-хара-ула. — Характеръ пустынь съвернаго Тибета. — Обычный путь каравановъ. — Баснословное обиліе звѣрей: дикій якъ, бѣлгардый аргали, антилопы Оронго и Ада. водкъ и корсакъ. — Бѣдность истицъ. — Наша зимняя жизнь. — Пыльные бури. — Монголъ Чутунь-дзамба, нашъ переводникъ. — Рѣка Муръ-усу. — Возвращеніе въ Цайдамъ.

Южною границею болотистыхъ равнинъ Цайдама служитъ хребетъ Бурганъ-Будда, который, въ тоже время, окаймляетъ собою высокое нагорье съвернаго Тибета. Этотъ хребетъ тянется отъ востока къ западу и имѣтъ въ длину, по словамъ мѣстныхъ жителей, около 200 верстъ. Восточный край Бурханъ-Будда лежитъ недалеко отъ горъ Ёрай-ула и его рѣзко ограничиваетъ озеро Тосо-поръ ¹); западною же границею описываемаго хребта служитъ р. Номогунъ-го.г, которая течетъ у южной подошвы Бурханъ-Будда, огибаетъ эти горы съ запада и, выйдя въ равнины Цайдама, впадаетъ въ Баянъ-голъ ²).

Такимъ образомъ Бурханъ-Будда стоитъ рѣзко очерченною поло-сою, какъ съ востока, такъ и съ запада, а всего болѣе съ сѣвера, гдѣ онъ вздимается вдругъ на совершенно гладкихъ равнинахъ Цайдама. На всемъ своемъ протяженіи описываемыя горы не имѣютъ особенно выдающихся точекъ, но стоять однимъ непрерывнымъ гребнемъ.

По словамъ монголовъ, Бурханъ-Будда получилъ свое имя ³),

¹) Горы Ёрай-ула лежатъ недалеко отъ истоковъ Желтой рѣки; по словамъ монголовъ, онъ не имѣютъ вѣчныхъ спѣговъ, по покрыты лѣсами. Озеро Тосо-поръ довольно узко, по въ длину имѣетъ два дня пути, т. е. отъ 50—60 верстъ; пзъ него вытекаетъ р. Баянт-голъ.

²) Рѣка Номогунь-голъ вытекаетъ пзъ горъ Шуга и имѣетъ лпшь пѣсколько сажень ширины; при впаденіи этой рѣки въ Баянъ-голъ находятся, по словамъ монголовъ, развалины стариннаго города, гдѣ, въ давнія времена, жили китайскія войска.

³) Это имя въ переводѣ означаетъ «Богъ Будда».

— 303 —

нѣсколько сотъ лѣтъ тому назадъ, отъ одного гыгена, возвращавшагося изъ Тибета въ Монголію. Испытавъ всѣ ужасы Тибетскихъ пустынь, и спустившись наконецъ въ болѣе теплые равнины Цайдама, святой окрестилъ, именемъ самого Будды, тотъ хребетъ, который стоитъ исполніскимъ стражемъ высокаго, холоднаго и пустыннаго нагорья сѣвернаго Тибета.

Дѣйствительно, Бурханъ-Будда составляетъ рѣзкую физическую границу странъ, лежащихъ по сѣверную и южную его сторону. Съ этой послѣдней, т. е. съ южной стороны, за описываемыми горами мѣстность поднимается на страшную абсолютную высоту отъ 13 15 тысячъ футовъ ¹). Столь высокое плато мы нашли на всемъ пространствѣ отъ Бурханъ-Будда до верховьевъ Голубой рѣки, но оно тянется гораздо далѣе, именно до хребта Танг-ла и, по всему вѣроятію, повышается здѣсь еще болѣе.

Если, отъ равнинъ Цайдама, подниматься на Бурханъ-Будда, то отъ подошвы до гребня этихъ горъ около 30 верстъ ²). Подъемъ довольно пологій и дѣлается крутымъ лишь у самаго перевала, абсолютная высота которого 15,300 фут. Ближайшая же къ нему вершина, называемая также Бурханъ-Будда и высшая, по словамъ монголовъ, 'во всемъ хребтѣ ³), поднимается на 16,300 фут. надъ уровнемъ моря и на 7,500 фут. надъ равнинами Цайдама.

Однако, не смотря на свою огромную высоту, Бурханъ-Будда нигдѣ не достигаетъ снѣжной линіи. Даже въ концѣ ноября, когда мы переходили черезъ описываемыя горы, снѣгу на нихъ было чрезвычайно мало; онъ покрывалъ, на нѣсколько дюймовъ, лишь сѣверные склоны высшихъ точекъ и самого гребня хребта. Весною, именно въ февралѣ, на обратномъ пути, мы нашли тоже самое; нерастаивающаго прошлогодняго снѣга не было видно здѣсь даже въ ущельяхъ, укрытыхъ отъ солнца.

Причина такого явленія, вѣроятно, заключается во первыхъ въ томъ, что описываемый хребетъ, имѣя большую абсолютную высоту, не поднимается много надъ своею подошвою съ южной стороны; обширныя пустыни, здѣсь раскинувшіяся, лѣтомъ нагрѣваются довольно сильно и теплый воздухъ гонитъ снѣгъ съ самыхъ высокихъ вершинъ. Во вторыхъ, зимою здѣсь выпадаетъ обыкно-

¹) Только одна глубокая и узкая долина Номохунь-гола врѣзана въ это плоскогорье на 11,300 фут. абсолютной высоты.

²) Между подошвою горъ и солеными болотами Цайдама лежитъ промежуточная полоса, ширинною верстъ 15. Эта полоса представляетъ покатую отъ горѣ, совершенно безплодную хрящеватую равнину, усѣянную валунами.

³) Это едва ли вѣрно; мнѣ кажется, что другія точки превосходятъ измѣренную вершину, но не болѣе какъ на нѣсколько сотъ футовъ.

— 304 —

венно немного снѣга ¹), который цдеть гораздо обильнѣе весною,
но тогда скоро таетъ отъ солнца и не можетъ образовать массы,
которая устояла бы въ теченіи цѣлаго лѣта.

Общій характеръ хребта Бурханъ-Будда заключается въ его край-
немъ безпленіи. Горные склоны состоять здѣсь изъ глины, галешника,
розыпсей, или обнаженныхъ скалъ глинистаго и кремнистаго слан-
цевъ, сіенита и сіенитового порфира; эти скалы всего рѣзче вы-
ступаютъ на окранныхъ хребтах, частію же и на самомъ его гребнѣ.
Растительности почти пѣтъ вовсе, за исключеніемъ рѣдкихъ урод-
ливыхъ кустовъ бударганы, да желтаго курильскаго чая; звѣрей и
птицъ также немного.

Южный склонъ описываемыхъ горъ, въ общемъ, нѣсколько пло-
дороднѣе сѣвернаго; здѣсь чаще встрѣчаются ручьи и возлѣ нихъ
что то похожее на луга. Трава на такихъ мѣстахъ обыкновенно
вся выдѣдена звѣрями или монгольскимъ скотомъ, который пасется
здѣсь лѣтомъ, во избѣжаніе безчисленныхъ насѣкомыхъ, тучами на-
селяющихъ въ это время болота Цайдама.

Не смотря на пологое повышение, подтемъ на Бурханъ-Будда
чрезвычайно труденъ, вслѣдствіе огромной высоты мѣстности и раз-
рѣшенія черезъ то воздуха. Силы измѣняютъ здѣсь какъ вьючнымъ
животнымъ, такъ и человѣку: чувствуется сильная слабость, дѣ-
лается одышка, голова болитъ и кружится. Зачастую верблюды
падаютъ мертвыми; изъ нашего каравана одинъ издохъ мгновенно,
а остальные едва едва взошли на перевалъ ²).

¹) Монголы говорили намъ, что спѣгъ на плоскогорыи сѣвернаго Тибета
вынадаетъ неравномѣрно: въ одну зиму его бываетъ довольно много, въ другую
паоборотъ.

2) Описывая горы Бурханъ-Будда, Гюкъ (Souvenir d'un voyage dans la
Tartarie et le Thibet. T. I, p. 214—217), увѣряетъ, что этотъ хребетъ замѣча-
теленъ присутствіемъ на его сѣверной и восточной сторонѣ заразительныхъ
углекислыхъ газовъ. Далѣе слѣдуетъ разсказъ, какъ самъ Гюкъ и его спутники
страдали отъ этихъ газовъ при восхожденіи на хребетъ. Точно также въ пере-
водѣ китайскаго дорожника отъ Сианна до Лассы (въ Назвѣстіяхъ Ими. рус-
скаго географ. общества 1873 г. Т. ІХ, стр. 298—305) говорится, что на этомъ
пути въ 23 мѣстахъ встрѣчаются «Чанан-чи», т. е. вредныя писаренія. Мы про-
были на плоскогорыи сѣвернаго Тибета 80 дней, и нигдѣ не встрѣчали ни «вред-
ныхъ писареній», ни «углекислыхъ газовъ». Трудности же подлема на горы, равно
какъ и вообще хожденія даже на ровныхъ мѣстахъ сѣв. Тибетскаго плоскогорыя,
олышка и усталось, доходящія до головокруженія, объясняются громаднымъ аб-
сольнымъ поднятіемъ мѣстности и спѣльнымъ разрѣшеніемъ воздуха на подобной
высотѣ. По этой же причинѣ аргалъ въ тибетскихъ пустыняхъ горитъ крайне
плохо. Наконецъ, если бы дѣйствительно существовали углекислые или какіе-
лѣбо другие вредные газы, то какимъ образомъ на Бурханъ-Будда могли жить
лѣтомъ монголы съ спомиць стадами, а далѣе въ пустыняхъ, -частіе огромнѣйшія
стада дикихъ животныхъ?

— 305 —

Спускъ съ Бурханъ-Будда гораздо положе нежели подъемъ, и идетъ на протяженіи 23 верстъ до рѣчки Номохунъ-голъ, узкая долина которой имѣетъ 11,300 фут. абс. высоты; это было самое низкое мѣсто, найденное нами на всемъ плоскогорьи сѣв. Тибета. Отъ Номохунъ-гола мѣстность начинаетъ снова повышаться къ другому горному хребту Шуга, который тянется параллельно Бурханъ-Будда, и также рѣзко оканчивается на западѣ, упираясь въ равнины Цайдама ¹).

Хребетъ Шуга немного длиннѣе, чѣмъ Бурханъ-Будда. Онъ возникаетъ на востокѣ отъ горъ Урундунши, изъ которыхъ также вытекаетъ рѣка Шуга-голъ, окаймляющая описываемый хребетъ съ юга. Эта рѣка, въ томъ мѣстѣ гдѣ мы ее перешли, имѣла сажень 40 ширины ²), но вообще мелководна. Она течетъ, по словамъ монголовъ, верстъ 300 и теряется въ болотистыхъ равнинахъ западнаго Цайдама. Долина описываемой рѣки, подобно долинѣ Номохунъ-гола, часто покрыта хорошею травою и является довольно пленородною, сравнительно съ безплодіемъ окрестныхъ горъ.

По своему характеру, хребетъ Шуга совершенно походить на Бурханъ-Будда: здѣсь также мертвенность, тѣже голые скаты, отливающие то краснымъ, то бурымъ, то синеватымъ или желтоватымъ цвѣтами голой глины, каменныхъ розсыпей и оголенныхъ горныхъ породъ. На гребнѣ хребта громоздятся огромнѣйшія скалы известняка и эпидозита, но какъ спускъ, такъ и въ особенности подъемъ, по тибетскому пути, чрезвычайно пологи, хотя абсолютная высота перевала здѣсь немного болѣе, нежели на Бурханъ-Будда ³). Отдѣльныя точки хребта Шуга также выше и, въ средней части этихъ горъ, пять вершинъ достигаютъ предѣловъ вѣчнаго снѣга ⁴).

Описываемый хребетъ составляетъ политическую границу Монголіи (т. е. Цайдама) и Тибета; однако эта граница не опредѣлена съ точностію и тибетцы называютъ ею горы Бурханъ-Будда. Вывечемъ, изъ такой неопредѣленности особыхъ споровъ быть не можетъ, такъ какъ, начиная отъ Бурханъ-Будда, по тибетскому пути, вплоть до южнаго спуска съ горъ Тань-ла, слѣдовательно на протяженіи

¹) По всему вѣроятію, Бурханъ-Будда и Шуга на западной окраинѣ имѣютъ между собою связь, и общею массою упираются въ цайдамскія равнины.

²) Такую ширину имѣли зимою накопи льда; сама рѣчка, вѣроятно, гораздо ўже.

³) Перевалъ черезъ хребетъ Шуга имѣетъ 15,500 фут. абс. высоты.

⁴) Эти пять вершинъ лежали верстахъ въ семи къ востоку отъ нашего пути; на глазъ, онъ подвимаются тысячи на двѣ футъ выше перевала; снѣгъ на нихъ лежалъ (въ началѣ декабря и въ началѣ февраля) обильно на сѣверныхъ склонахъ и неширокимъ пластомъ, только близъ самыхъ вершинъ, на южной сторонѣ.

20

— 306 —

почти 800 верстъ, вовсе нѣтъ населенія ¹). Монголы называютъ это
мѣсто «гуресу-гадзырь», т. е. звѣриная страна, по чрезвычайному
обилію здѣсь дикихъ животныхъ, о чемъ будетъ разсказано нѣ-
сколько ниже.

Вышеупомянутый хребетъ Урундуши, отъ котораго отдѣляются
горы Шуга и вытекаетъ р. Шуга-голъ, стоитъ на сѣверной сто-
ронѣ степени Одонь-тала ²), изобплюющей ключами и извѣстной у ки-
тайцевъ подъ именемъ Синъ-су-хай, т. е. «Звѣзднаго моря». Здѣсь
находятся истоки знаменитой Желтой рѣки. Мѣсто это, отъ того
пункта, гдѣ мы перешли черезъ р. Шуга, лежитъ въ семи дняхъ
пути къ востоку, но, къ сожалѣнію, нашъ проводникъ не зналъ туда
дороги. Изъ Цайдама ежегодно, въ августѣ, отправляются на Одонь-
тала монголы для моленія и принесенія жертвы Богу. Эта жертва
состоять изъ семи бѣлыхъ животныхъ (одинъ якъ, одна лошадь и
пять барановъ), которымъ привязываютъ на шею красныя ленты и
отпускаютъ въ сосѣднія горы. Что дѣлается потомъ съ этими по-
священными животными, богомольцы не знаютъ; вѣроятно, ихъ уби-
ваютъ тангуты, или съѣдаютъ волки.

Въ разстояніи около 100 верстъ къ югу отъ горъ Шуга, сто-
итъ третій хребетъ, называемый монголами Баянъ-хара-ула ³), а
тангутами — *Ёрай-вола-дакы*. Эти горы расположены на лѣвомъ
берегу верхняго теченія Голубой рѣки, именуемой здѣсь монголами
Муръ-усу и служатъ раздѣломъ ея бассейна отъ истоковъ Хуанъ-хэ.

Имѣя въ общемъ направленіе съ востока на западъ, описывае-
мый хребетъ въ различныхъ, своихъ частяхъ несетъ различныя на-
званія. Такъ западная его вѣтвь до р. Напчитай-уланъ-мурень ⁴),
называется Куку-шили; средина—собственно Баянъ-хара-ула; да-
лѣе слѣдуютъ горы Дакіцы и, наконецъ, самая восточная часть на-
зывается Солома. Всѣ эти горы, по словамъ монголовъ, нигдѣ не
достигаютъ предѣловъ вѣчнаго снѣга. Куку-шили занимаетъ въ дли-
ну около 250 верстъ; остальные же три части тянутся болѣе чѣмъ
на 400 верстъ, такъ что весь описываемый хребетъ имѣетъ въ длину

¹) Только на верховьяхъ Муръ-усу (Голубой рѣки), въ шести дняхъ пути вверхъ отъ устья р. Напчитай-уланъ-мурень жлутъ, какъ сообщали намъ мон-голы, около 500 человѣкъ тангутовъ.

²) Эта степь имѣетъ въ длину два дня пути; на югѣ ея лежатъ горы Солома, составляющія восточную часть хребта Баянъ-хара-ула.

³) Что значитъ въ переводѣ: «богатыя черныя горы».

⁴) Эта рѣка вытекаетъ изъ снѣговыхъ горъ Даганъ-кирь и, пройдя верстъ около 400, видаетъ въ Муръ-усу. Въ своемъ низовьѣ Напчитай-уланъ-мурень имѣетъ (зимою) отъ 30-40 сажень ширины; замѣчательно, что вода въ этой рѣкѣ соленоватая на вкусь.

— 307 —

около 700 верстъ. Среднею своею частію онъ сопровождаетъ верх-
нее теченіе Голубой рѣки, но восточныя и западныя его окраины
отходить отъ этой рѣки въ стороны.

Отъ горъ Бурханъ-Будда и Шуга, хребетъ Баянъ-хара-ула от-
личается своимъ мягкимъ характеромъ и меньшею относительною
высотою. Съ сѣверной стороны онъ едва ли возвышается (по край-
ней мѣрѣ тамъ, гдѣ мы видѣли эти горы) болѣе тысячи футовъ
надъ своею подошвою; на южномъ же склонѣ, т. е. къ долинѣ
Муръ-усу, гдѣ мѣстность понижается до 13,100 фут. абс. выс.,
Баянъ-хара-ула стоитъ болѣе крутою стѣною. Изъ горныхъ породъ
здѣсь преобладаютъ глинистый сланецъ и фельзитовый порфиръ.

Въ общемъ, описываемый хребетъ характеризуется: во первыхъ,
своимъ мягкимъ характеромъ; скаты здѣсь вездѣ пологи, скалъ, въ
особенности на сѣверной сторонѣ, почти нѣтъ; во вторыхъ, какъ
сѣверный, такъ и въ особенности, южный склоны, богаты водою и,
наконецъ, въ третьихъ, южная сторона Баянъ-хара-ула несравненно
плодороднѣе всѣхъ видѣнныхъ нами мѣстностей сѣвернаго Тибета.
Почва здѣсь дѣлается песчаною и, благодаря значительному ороше-
нію, покрыта сравнительно хорошею травою по долинамъ, а частію
также и по горнымъ склонамъ.

Пространство между хребтами Шуга и Баянъ-хара-ула пред-
ставляетъ собою страшную пустыню, поднятую до 14,500 футъ
надъ уровнемъ моря ¹). Въ общемъ, вся эта площадь представляетъ
собою волнистое плато, на которомъ, то тамъ, то сямъ, разбросаны
невысокія группы горъ, или, правильнѣе, холмовъ, едва ли возвы-
шающихся болѣе тысячи футовъ надъ окрестною мѣстностію.

Только въ сѣверо-западной части описываемаго плато вздыма-
ются громадныя вѣчно-снѣговыя горы *Гурбу-найджи* (по тангутски
*Ачюнгъ-гончикъ*) ²), составляющія восточное начало великой си-
стемы Кузень-люня. Такими, по крайней мѣрѣ, считаются пхъ цай-
дамскіе монголы, которые говорить, что отсюда далеко къ западу
тянется непрерывная цѣнѣ горъ, то поднимающихся выше снѣго-
вой линіи, то опускающихся ниже ея. Въ восточной части этой
системы, вѣчно-снѣговыя вершины, кромѣ *Гурбу-найджи*, находятся
въ группахъ *Юсунгъ-обо* и *Цапангъ-нирѣ*.

Высокое плато между хребтами Шуга и Баянъ-хара-ула пред-
ставляетъ собою общій типъ пустынь сѣвернаго Тибета. Климатъ

¹) Озеро Буха-норъ имѣетъ 14,400 фут., а болото Хуйтунъ-ширикъ у сѣверной
подошвы Баянъ-хара-ула—14,900 фут. абс. высоты.

²) Эти горы оставались, верстахъ въ шестидесяти къ западу отъ нашего пути.

20*

— 308 —

и природа несутъ здѣсь ужасный характеръ. Почва состоитъ изъ глины, съ примѣсью песка, или гальки и почти вовсе лишена растительности. Только кой гдѣ торчитъ кустикъ травы, въ нѣсколько дюймовъ вышины, да изрѣдка желто-сѣрый лишай прикроетъ собою. на футъ или два, оголенную почву. Эта послѣдняя, мѣстами, покрыта, словно снѣгомъ, обѣлымъ налетомъ соли и вездѣ изрыта бороздами, или ямами, выдутыми постоянными бурями. Только въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ текутъ ключи, или образуются кочковатыя болота, травянистая растительность встрѣчается въ большемъ обиліи и является что то похожее на луга. Но даже и въ подобныхъ оазисахъ вездѣ видна мертвая печать пустыни. Луговой покровъ состоитъ почти исключительно изъ одного вида злака ¹), вышиною въ ¹, ² фута, твердаго какъ проволока и до того высушеннаго вѣтромъ, что подъ ногами онъ хруститъ, какъ хворостъ, и разсыпается пылью ²).

Абсолютная высота мѣстности и разрѣженіе, вслѣдствіе того, воздуха здѣсь такъ велики, что небольшой переходъ, или восхожденіе на незначительную горку, уже сильно утомляютъ даже крѣпкаго человѣка; во всемъ организмѣ чувствуется разслабленіе, дохдающее по временамъ до головокруженія; ноги и руки трясутся, дѣлается рвота. Развести огонь очень трудно и аргалъ горить крайне плохо, вслѣдствіе малаго количества кислорода въ разрѣженномъ воздухѣ; вода закинаетъ на двѣнадцать градусовъ Reomur'а скорѣе, нежели на уровнѣ моря.

Въ климатическомъ отношеніи, вышеописанное плато, подобно всѣмъ вообще пустынямъ сѣвернаго Тибета, гармонируетъ съ своею дикою природою. Страшные холода и бури господствуютъ здѣсь всю зиму; весна характеризуется также бурями и сильными мятелями; лѣто — постоянными дождями, часто съ крупнымъ градомъ, и только осенью погода стоитъ ясная, тихая и довольно теплая. Въ это время обыкновенно направляются въ Лассу караваны богомольцевъ изъ Монголіи ³). Сборнымъ пунктомъ такихъ каравановъ служить озеро Куку-норъ, на привольныхъ пастищахъ которого откармливаются пришедшие съ сѣвера верблюды, для новаго, болѣе труднаго пути.

¹) Изрѣдка попадаются и сложно-цвѣтныя.

²) Лучшею рекомендуемо, на сколько мягокъ дернъ на луговыхъ площадяхъ тибетскихъ пустынь, можетъ служить то обстоятельство, что наши верблюды часто накалывали здѣсь до крови толстѣйшія подошвы своихъ лапъ.

³) Дунганское возстаніе прекратило, въ течении 11 лѣтъ, подобныя пилигримства изъ сѣверной Монголіи. Въ это время караваны ходили только съ Куку-нора и изъ Цайдама, да и то не каждый годъ.

— 309 —

Къ монгольскимъ пилигримамъ присоединяются на Куку-норъ и мѣстные, частію на верблюдахъ, частію же на якахъ. Съ пер- выми можно двигаться скорѣе, а потому на проходъ отъ г. Дон- кыра до Лассы, гдѣ разстояніе отъ 1500—1600 верстъ, потребно почти два мѣсяца, дѣлая ежедневно около 30 верстъ ¹); вьючные же яки идутъ гораздо тише, и на проходъ съ ними того же разстоянія необходимо до четырехъ мѣсяцевъ.

Собственно дороги въ тибетскихъ пустыняхъ нигдѣ нѣтъ, хотя вездѣ множество тропинокъ, протоптанныхъ звѣрями. Караваны ходятъ здѣсь на прямикъ, по извѣстнымъ примѣтамъ мѣстности. Подробно путь располагается слѣдующимъ образомъ: отъ Донкыра по сѣверному берегу Куку-нора и черезъ Цайдамъ до хребта Бур- ханъ-Будда отъ 15—16 дней пути; отсюда до Муръ-усу—10 дней; далѣе, вверхъ по этой рѣкѣ идутъ также 10 дней; потомъ черезъ хребетъ Танъ-ла до тибетской деревни Напчу — 5 дней и нако- нецъ, отсюда до Лассы еще 12 дней пути. Въ Напчу караваны оставляютъ своихъ верблюдовъ и идутъ далѣе на якахъ, такъ какъ мѣстность дѣлается очень гористою. Впрочемъ, монголы говорили намъ, что на верблюдахъ можно пройти до самой Мунху-дзу (Лассы), но богомольцы оставляютъ этихъ животныхъ въ Напчу потому, что далѣе нѣтъ для нихъ хорошихъ пастбищъ.

Изъ Куку-нора, или изъ Донкыра, караваны отправляются всегда въ началѣ сентября ²), такъ что приходятъ въ Лассу въ началѣ ноября. Здѣсь они проводятъ два, три мѣсяца и въ февралѣ пускаются въ обратный путь. Тогда къ нимъ присоединяются тибетские купцы, которые везутъ въ Донкыръ и Сининъ сукно, мерлушки и разные мелкие товары. Кромѣ того, въ прежнія времена, однажды въ три года, отправлялся въ Пекинъ посланникъ отъ Далай-ламы съ по- дарками къ богдохану, но, со времени дунганскаго возстанія, эти посольства прекратились.

Какъ осеннее, такъ и въ особенности весеннее путешествіе ка- равановъ черезъ сѣверный Тибетъ никогда не обходится благопо- лучно. Много людей, а въ особенности верблюдовъ и яковъ, гиб- нетъ въ этихъ страшныхъ пустыняхъ. Подобныя потери здѣсь такъ обыкновенны, что караваны всегда берутъ въ запасъ ¹/₄, а иногда даже ¹/₃ наличнаго числа вьючныхъ животныхъ. Иногда случается,

¹) Дневокъ полагается только двѣ: одна въ Цайдамъ у подошвы Бурханъ-Будда, а другая на берегу Муръ-усу.

²) Зимою или лѣтомъ ходить только въ исключительныхъ случаяхъ, такъ какъ зимою въ тибетскихъ пустыняхъ иногда выпадаетъ большой снѣгъ, а лѣтомъ нѣтъ топлива; весь аргалъ дѣлается сырымъ отъ постоянныхъ дождей.

— 310 —

что люди бросают всё вещи и думают только о собственномъ спасении. Такъ, караванъ, вышедшій въ февралѣ 1870 года изъ Лассы и состоявшій изъ трехъ сотъ человѣкъ, съ тысячею вьючныхъ верблюдовъ и яковъ, потерялъ, вслѣдствіи глубоко-выпавшаго снѣга и наступившихъ затѣмъ холодовъ, всѣхъ вьючныхъ животныхъ и около пятидесятъ людей. Одинъ изъ участниковъ этого пустешествія разсказывалъ намъ, что когда началі ежедневно дохнуть отъ безкормицы, цѣлыми десятками, вьючные верблюды и якп, то люди принуждены были бросить всё товары и лишнія вещи; потомъ по немногу бросали продовољственные запасы, затѣмъ сами пошли пѣшкомъ и, напослѣдокъ, должны были нести на себѣ продовольствіе, такъ какъ, въ концѣ-концевъ, осталлись живыми только три верблюда, да и то потому, что пхъ кормили дзамбою. Весь аргалъ занесло глубокимъ снѣгомъ, такъ что отыскивать его было очень трудно, а для растопки путники употребляли собственную одежду, которую поочередно рвали на себѣ кусками. Почти каждый день кто нибудь умиралъ отъ истощенія силъ, а больные, еще живыми, всё были брошены на дорогѣ и также погибли.

Но не смотря на все свое безплодіе и неблагопріятныя климатические условия, пустыни сѣв. Тпбета чрезвычайно богаты животною жизнію. Не видавши собственными глазами, не возможно повѣрить, чтобы въ этихъ, обнѣженныхъ природою, мѣстностяхъ, могло существовать такое громадное количество звѣрей, скопляющихся иногда въ тысячныя стада. Только броя съ мѣста на мѣсто, эти сборища могутъ находить достаточно для себя корма на скучныхъ пастрищахъ пустыни. За то звѣри не знаютъ здѣсь своего главнаго врага—человѣка и, вдали отъ его кровожадныхъ преслѣдованій, живутъ свободно и привольно ¹).

Характерныя и напоблѣе многочисленныя млекопитающія тибетскихъ пустынь суть: дикій якъ (Poëphagus grunniens), бь.гюрульй аралі (Ovis Polii), куку-яманъ (Ovis sp.), антилопы Оронго и Ада (Antilope Hodgsonii, Antilope sp.), хуланъ (Equus Kiang) и жесто-ватобь.ый во.къ (Canis sp.). Кромѣ того здѣсь живутъ: медвѣдь (Ursus sp.), мануль (Felis Manul?) ²), лисица (Canis vulpes), корсакъ (Canis

¹) Разрѣженность воздуха, какъ видно, не имѣетъ вліянія на тибетскихъ животныхъ, родившихся и выросшихъ подъ малымъ давленіемъ атмосферы.

²) Мануля и медвѣдя мы лично не видали въ Тибетѣ, но объ нихъ разсказывали намъ охотники въ Цайдамѣ; кромѣ того, я однажды видѣлъ на свѣту слѣдъ, принадлежавшій манулю, по уврѣнію нашего проводника. Медвѣди зимою были въ спячкѣ; они, по словамъ монголовъ, въ большомъ числѣ живутъ въ хребтахъ Бурханъ-Будда и Шуга. Судя по разсказамъ, здѣшній медвѣдь тотъ же самый, который обитаетъ и въ горахъ Гань-су.

— 311 —

Corsac), заягъ (Lepus Tolai), сурокъ (Actomys sp.) и два вида пищухи (Lagomys sp.).

Часть этихъ животныхъ была уже встрѣчена нами въ Гань-су и на Куку-норѣ, такъ что здѣсь я разскажу подробно только о собственно тибетскихъ видахъ, среди которыхъ на первомъ планѣ, несомнѣнно, долженѣ стоять дикій якъ или длинношерстый быкъ.

Это великолѣпное животное, дѣйствительно, поражаетъ своюю громадностію и красотою. Старый самецъ достигаетъ почти 11 футовъ длины безъ хвоста¹), на который, вмѣстѣ съ густыми волнистыми и длинными волосами, его украшающими, приходится еще 3 фута; выпина животнаго у горба 6 футовъ; окружность туловища по срединѣ 11 фут., а вѣсъ приблизительно отъ 35—40 пудовъ. Голова яка украшена огромными рогами, длиною въ 2 ф. 9 дюймовъ ²) и толщиною у корня 1 фут. 4 дюйма въ окружности. Тѣло описываемаго животнаго покрыто густою и грубою черною шерстью, которая у старыхъ самцовъ принимаетъ коричневый оттѣнокъ на спинѣ п верхней части боковъ. Низъ тѣла, подобно хвосту, снабженѣ длинными черными волосами, свѣшивающимися въ видѣ широкой бахромы. Шерсть на мордѣ съ просѣдью, которая у молодыхъ экземпляровъ является на всей верхней части тѣла; вдоль спины у нихъ тянется узкая серебристая полоса. Кромѣ того, у молодыхъ яковъ шерсть гораздо мягче и не имѣтъ коричневаго оттѣнка, но совершенно черная. Молодые самцы, хотя уже и взрослые, много меньше старыхъ ³), но за то рога у нихъ гораздо краивѣе и загибаются концами назадъ; между тѣмъ у старыхъ быковъ рога загнуты концами болѣе внутрь, а при основаніи всегда покрыты морщинистымъ сѣровато-бурымъ наростомъ.

Самки несравненно меньше самцовъ ⁴) и далеко не такъ красивы, какъ эти послѣдніе. Рога у нихъ коротки и тонкие; горбъ очень малъ; волоса въ хвостѣ и на бокахъ туловища далеко не такъ роскошны какъ у быковъ.

Чтобы имѣть полное понятіе о дикомъ якѣ, нужно видѣть это животное въ его родныхъ пустыняхъ. Какъ сказано выше, это обширныя плоскогорія, поднятыя отъ 13—15,000 фут. абс. высоты.

¹) 10 ф. 10 дюйм., мѣряя отъ вершины носа, по горбу вдоль спины, до основанія хвоста.

²) Мѣряя по наружному изгибу.

³) Такъ напр., самецъ шести лѣтъ имѣтъ въ длину, безъ хвоста, только 9½ фут. и всѣ размѣры далеко не столь массивные, какъ у стараго животнаго.

⁴) Старая самка имѣетъ въ длину, безъ хвоста, 7 ф. 3 дюйма; выпина у горба 4 ф. 9 д.; окружность туловища по срединѣ 7 фут.; вѣсъ ея раза въ два, или даже въ три, меньше нежели самца.

— 312 —

Онъ прорѣзаны громадными хребтами горъ, дикими и безплод-
ными, какъ вся вообще природа этихъ странъ. Оголенная почва
только кой-гдѣ прикрыта здѣсь скудною травою, да и той не-
возможно, какъ слѣдуетъ, развиться, при постоянныхъ холодахъ
и буряхъ, господствующихъ большую часть года. Въ такихъ не-
гостепріимныхъ мѣстностяхъ, среди самой унылой природы, но
за то вдали отъ безпощаднаго человѣка, живетъ на свободѣ знаме-
нитый длинношерстый быкъ, извѣстный еще древнимъ, подъ име-
немъ «Поэфагусъ».

Впрочемъ, этотъ характерный звѣрь тибетскаго нагорья распро-
страняется къ сѣверу далѣе границы Тибета. Онъ встрѣчается и,
какъ говорятъ, въ значительномъ числѣ, на горахъ Гань-су, въ вер-
ховьяхъ рѣкъ Тэтунга и Эцзинэ, гдѣ въ тоже время проходитъ
сѣверная граница географическаго распространенія описываемаго
животнаго. Но въ Гань-су дикій якъ, изъ года въ годъ, умень-
шается въ числѣ, будучи сильно преслѣдуемъ мѣстными жителями.

Физическія качества яка далеско не такъ совершенны, какъ у
другихъ дикихъ животныхъ. Правда, этотъ звѣрь обладаетъ громад-
ною силою и превосходнымъ обоняниемъ, но за то зрѣніе и слухъ
развиты у него довольно слабо. Даже на ровной мѣстности и
въ ясный день, якъ едва ли различитъ на тысячу шаговъ человѣка
отъ другихъ предметовъ; въ сумрачную же погоду онъ замѣчаетъ
охотника лишь на половинное разстояніе. Точно также шорохъ
шаговъ, или какой-либо другой шумъ, возбуждаютъ вниманіе опи-
сываемаго звѣря лишь тогда, когда достигнутъ крайней степени;
за то якъ одаренъ превосходнымъ обоняниемъ и, по вѣтру, чуетъ
человѣка за полверсты, если не болѣе.

Умственныя способности яка, подобно тому, какъ и у другихъ
быковъ, стоять на весьма низкой степени; объ этомъ можно судить
по чрезвычайно малому количеству головнаго мозга у описываемаго
животнаго.

За исключеніемъ періода течки, старые быки ¹) бродятъ въ оди-
ночку, или небольшими обществами отъ 3—5 экземпляровъ. Болѣе
молодые, но вполнѣ взрослые самцы (приблизительно 6—10 лѣт-
няго возраста) иногда присоединяются къ обществу стариковъ,
чаще же составляютъ особыя партіи въ 10 или 12 головъ; иногда
въ такомъ обществѣ бываетъ одинъ, два или нѣсколько старыхъ
животныхъ. Затѣмъ самки, молодые самцы и телята скопляются
въ огромныя стада по нѣсколько сотъ, иногда даже до тысячи

¹) По словамъ монголовъ, дикій якъ живетъ около 25 лѣтъ.

— 313 —

экземпляровъ ¹) Подобнымъ скопищамъ, правда, трудно кормиться на плохихъ пастищахъ пустыни, но за то въ такой массѣ моло- дые неопытные телята гарантированы отъ нападеній волковъ.

На покормкѣ, стадо яковъ обыкновенно ходитъ немного въ раз- сыпную, но отдыхаетъ, лежа плотною кучею ²). Въ подобную же кучу оно собирается, замѣтивъ опасность, при чемъ телята становятся внутри, а нѣ сколько взрослыхъ самцовъ и самокъ выходятъ впередъ и стараются разузнать въ чемъ дѣло. Если тревога произошла недаромъ и охот- никъ подходитъ ближе, а въ особенности если онъ сдѣлаетъ выс- трѣлъ, то вся столпившаяся громада пускается опрометью на уходъ, частію рысью, частію же галопомъ. При послѣднемъ бѣгѣ, многія животныя наклоняютъ головы къ низу, хвосты загибаютъ на спину и мчатся впередъ безъ оглядки; пыль поднимается густымъ стол- бомъ, топотъ копытъ слышенъ очень далеко.

Впрочемъ, такая бѣшеная скачка обыкновенно продолжается не- далеко—рѣдко версту, часто же и того менѣе. Затѣмъ испуганное стадо начинаетъ бѣжать тихою рысью и вскорѣ останавливается въ прежнемъ порядкѣ, т. е. молодые внутри кучи, а взрослые по ея наружной окраинѣ. Если охотникъ снова приближается, то повто- ряется прежняя исторія и, вообще, однажды напуганное стадо ухо- дитъ далеко.

Бѣгъ одиночнаго яка рысистый; вскачь онъ бросается только нѣ сколько шаговъ съ мѣста, да и то лишь тогда, когда бы- ваетъ напуганъ. На лошади всегда легко догнать описываемаго звѣря, какъ бы онъ ни бѣжалъ. По горамъ самымъ высокимъ и скалистымъ якъ лазяетъ превосходно; мы видали этихъ звѣрей на такихъ крутизнахъ, куда взобраться было въ пору лишь куку- яману.

Большія стада яковъ зимою обыкновенно держатся въ мѣ- стахъ, обильныхъ пастищами, тогда какъ отдѣльные самцы, пли ихъ небольшія общества, встрѣчаются вездѣ и всюду. Въ пройден- ной нами сѣверной части Тибета, яки-быки начали попадаться тот- часъ же за хребтомъ Бурханъ-Будда, тогда какъ стада этихъ жи- вотныхъ явились лишь возлѣ Баянъ-хара-ула, а въ особенности на южномъ склонѣ этихъ горъ и по берегамъ Муръ-усу; до тѣхъ поръ только два раза мы встрѣтили небольшія стада возлѣ р. Шуга.

Монголы говорятъ, что лѣтомъ, когда ростетъ молодая трава, большія стада также доходятъ до Бурханъ-Будда, кочуя съ мѣста на

¹) Большихъ, по численности, стадъ мы не видали; въ общемъ стадѣ бываютъ часто и взрослые (но не старые) самцы.

²) Во время сильной бури стада и одиничные самцы обыкновенно лежать.

— 314 —

мѣсто, но на зиму онѣ всегда возвращаются къ берегамъ Муръ-
усу; старые же самцы, которымъ не нравятся дальніе переходы,
остаются на прежнихъ мѣстахъ и зимою.

Самую крупную черту характера дикаго яка составляетъ лѣнь.
У тромъ и передъ вечеромъ описываемый звѣрь підѣть на пастбище,
а остальную часть дня проводитъ въ ненарушимомъ покой, которому
предается лежа, или иногда даже стоя. Одно пережевываніе жвачки
свидѣтельствуетъ въ это время, что якъ живъ; во всемъ остальномъ
онъ походитъ на истуканъ; даже голова остается въ одномъ и томъ
же положеніи по цѣлымъ часамъ.

Для лежища, якъ выбираетъ всего чаще сѣверный склонъ горы,
или какой нибудь обрывъ, чтобы избѣтнуть солнечныхъ лучей, такъ
какъ онъ вообще не любить тепла. Даже въ тѣні этотъ звѣрь всего
охотнѣе ложится на снѣгъ, а если его нѣтъ, то на голую землю и
въ пыль, нарочно разрывая для этого копытами глинистую почву;
впрочемъ, довольно часто можно видѣть отдыхающихъ яковъ тамъ
же, где они и паслись.

Мѣста пастбищъ и отдыха описываемыхъ животныхъ всегда
силошь покрыты пометомъ, который составляетъ единственное топ-
ливо въ здѣшнихъ пустыняхъ. Монголы даже благодарятъ Бога за
то, что онъ далъ яку такое широкое задне-проходное отверстіе, что
этотъ звѣрь сразу можетъ положить полъ пуда помета. Дѣйствительно,
если бы не имѣлось этого послѣдняго, то путешествіе по тибет-
скимъ пустынямъ было невозможно по недостатку топлива, такъ
какъ здѣсь нигдѣ нѣтъ даже маленькаго кустика.

Вода составляетъ необходимое условіе для жизни дикаго яка.
Безчисленное множество слѣдовъ и помета возлѣ не замерзающихъ
ключей, свидѣтельствовали намъ, что эти мѣста усердно посѣщаются
описываемыми животными; за непмѣніемъ незамерзшей воды онѣ
довольствуются снѣгомъ. Впрочемъ, лѣтомъ яку, относительно питья,
полное приволье, такъ какъ въ тибетскихъ пустыняхъ, независимо
отъ значительнаго количества рѣчекъ и ключей, вездѣ множество
небольшихъ лужъ, образовавшихся въ периодѣ дождей. Возлѣ такихъ
мѣстъ обыкновенно лучше растетъ трава, такъ что неприхотливый
вкусъ яка находитъ себѣ полное удоветвореніе и эти звѣри, исху-
давшіе въ теченіи дѣлой зимы, къ осени дѣлаются снова жирными,
въ особенности молодые самцы и холостыя самки.

Время течки, которая происходитъ въ сентябрѣ и продолжается
цѣлый мѣсяцъ, совершенно перемѣняетъ характеръ лѣниваго яка.
Тогда самцы дни и ночи рыщутъ по пустынѣ, отыскивая самокъ
и вступая въ отчаянныя драки съ своими соперниками. Подобные

— 315 —

турниры, по всему вѣроятію, бываютъ весьма серьезны, такъ какъ, почти у всѣхъ самцовъ, убитыхъ нами зимою, находились на тѣлѣ знаки любовныхъ дуэлей, въ видѣ ссадинъ, иногда очень большихъ. Мало того, у одного убитаго мною яка, лѣвый рогъ былъ совсемъ отломанъ у корня, такъ что звѣрь ходилъ только съ однимъ рогомъ. Каковъ же былъ толчечъ, который могъ сломать громадный и чрезвычайно крѣпкій рогъ этого животнаго? Каковы были и головки, изъ которыхъ одна могла нанести, а другая выдержать подобный ударъ!

Монголы говорили намъ, что въ периодѣ течки, самцы постоянно издаютъ голосъ, въ родѣ хрюканья. Это весьма вѣроятно, такъ какъ голосъ домашняго яка совершенно походить на хрюканье свиньи, только гораздо громче и нѣсколько протяжнѣе. Самому мнѣ и ему товарищу ни разу не случилось услыхать голосъ дикаго яка, который, за исключеніемъ времени половаго возбужденія, хрюкаетъ чрезвычайно рѣдко.

По словамъ монголовъ, самки родятъ телять въ юнѣ, п при томъ одна и также корова приноситъ дѣтей только черезъ годъ.

Одаренный громадною физическойю силою, якъ, въ своихъ родныхъ пустыняхъ, вдали отъ человѣка, не имѣть опасныхъ враговъ, такъ что большая часть этихъ животныхъ умираетъ отъ старости. Впрочемъ, дикіе яки подвержены болѣзни, называемой монголами «хомунъ», которая состоитъ въ томъ, что все тѣло звѣря, мало-помалу, покрывается коростою и шерсть на такихъ мѣстахъ вылѣзаетъ. Не знаю, влечетъ ли подобная болѣзнь за собою смерть, или якъ со временемъ выздоровливаетъ, но только мнѣ самому случилось убить два старыхъ экземпляра, у которыхъ большая часть тѣла была лишена волосъ и покрыта чесоткою.

Охота за дикимъ якомъ на сколько заманчива, на столько же и опасна, такъ какъ раненный звѣрь, въ особенности старый самецъ, часто бросается на охотника. И тѣмъ страшнѣе становится это животное, что нельзя разсчитывать убить его навѣрное, даже при самомъ полномъ искусствѣ и хладнокровіи стрѣлка. Пуля изъ превосходнаго штуцера не пробиваетъ кости черепа, если только не попадетъ прямо надъ мозгомъ, количество котораго ничтожно, въ сравненіи съ громадною головою; выстрѣлъ же, направленный въ туловище звѣря, только въ самомъ рѣдкомъ случаѣ, можетъ убить его на повалѣ ¹) Понятно, что при такихъ условіяхъ охотнику невозможно разсчитывать на вѣрный выстрѣлъ, хотя бы даже въ

¹) Мнѣ только однажды удалось убить и то молодаго яка одною пулею, которая перебила ему позвоночный столбъ.

— 316 —

упоръ, а слѣдовательно, нельзя и ручаться за благополучный ис-
ходъ борьбы съ гигалтомъ Тибетских пустынь. Стрѣлка выру-
чаетъ только одна г.лупость и нерѣшительность яка, чувствую-
щаго, не смотря на свою свирѣпость, непреодолимый страхъ пе-
редъ смѣлымъ человѣкомъ. Но будь якъ немного поумнѣе, то онъ
былъ бы для охотника страшнѣе тигра, такъ какъ, повторяю, убить
этого звѣря сразу, навѣрняка, возможно лишь въ самыхъ рѣдкихъ
случаяхъ. Однимъ только числомъ выстрѣловъ можно одолѣть яка,
а потому для охоты за нимъ необходимо имѣть скорострѣльный
штуцеръ. Конечно, здѣсь дѣло идетъ о старыхъ самцахъ; коровы же
и вообще стада этихъ животныхъ бѣгутъ безъ оглядки при пер-
вомъ въ стрѣлѣ.

Впрочемъ и старые яки не всегда бросаются на охотника, но часто также уходить, будучи даже ранеными. Въ такомъ случаѣ, ихъ всего лучше преслѣдовать собаками, которые догоняютъ звѣря, хватаютъ его за хвостъ и принуждаютъ остановиться. Разсвирѣ- пѣвшій якъ бросается тогда то на одну, то на другую собаку и не обращаетъ вниманія на охотника. Еще удобнѣе и безопаснѣе преслѣдовать яка, и.п. даже цѣлое стадо, верхомъ на хорошей ло- шади, которая безъ труда догоняетъ тяжелаго звѣря. Къ сожалѣ- нію, обѣ наши лошади, при безкормицѣ пустыни, едва волочили ноги, а потому мы ни разу не могли испытать удовольствія вер- ховой охоты.

За то съ какимъ увлеченіемъ предавались мы съ товарищемъ пѣ-
шеходнымъ охотамъ за яками, въ особенности сначала, когда впер-
ые встрѣтили этихъ животныхъ. Вооруженные скорострѣльными
штуцерами, мы выходили раннимъ утромъ изъ своей юрты и от-
правлялись на поиски за желаннымъ звѣремъ. Замѣтить его не
трудно простымъ глазомъ на разстояніи нѣсколько верстъ; въ би-
нокль же эту черную громаду видно очень далеко, хотя иногда
случается обманываться, принимая большой черный камень за ле-
жащаго яка. Впрочемъ, начиная отъ р. Шуга, вѣ особенности
на Баянъ-хара-ула и по берегамъ Муръ-усу, этихъ звѣрей вездѣ
было такое множество, что въ окрестностяхъ нашей юрты, обыкно-
венно, всегда виднѣлись пасущіеся, и.п. отдыхающіе одиночки и даже
цѣлыя стада.

Подкрасться къ дикому яку на выстрѣлѣ очень не трудно, легче
чѣмъ ко всякому другому звѣрю. Благодаря плохому зрѣнію и слуху
описываемаго животнаго, къ нему, даже на открытомъ мѣстѣ, почти
всегда можно подойти шаговъ на триста; на такое разстояніе быки
(только не стадо) подпускаютъ къ себѣ охотника, даже замѣтивъ

— 317 —

его издали. Не испытавъ преслѣдованія со стороны человѣка и бу-
дучи увѣренъ въ своей силѣ. звѣрь не страшится приближающагося
охотника и только пристально смотритъ на него, махая, по време-
намъ, свопмъ огромнымъ хвостомъ, или закидывая его на спину.
Такое маханіе хвостомъ у яка, какъ домашняго, такъ и дикаго,
служитъ признакомъ раздраженнаго состоянія: звѣрь начинаетъ сер-
диться, видя что хотятъ нарушить его покой.

Когда охотникъ продолжаетъ наступать, все ближе и ближе,
то якъ убѣгаетъ, пэрѣдка останавливаясь и посматривая въ сторону
человѣка; если же при этомъ онъ испуганъ выстрѣломъ, или раненъ,
то бѣжитъ много часовъ сряду.

Въ горахъ иногда удается подойти къ яку на полсотни шаговъ,
если только вѣтеръ не отъ охотника. Когда же якъ находился на
мѣстности открытой и я желалъ подойти къ нему поближе, то
употреблялъ для этой цѣли особенный способъ. Именно, прибли-
зившись къ звѣрю шаговъ на триста, я ползъ далѣе на колѣняхъ,
поднявъ надъ головою свой штуцеръ, съ придѣланными къ нему,
для мѣткости стрѣльбы, сошками ¹), такимъ образомъ, что эти сошки
образовали подобіе роговъ. При этомъ на охотѣ я былъ всегда
одѣтъ въ сибирскую кухлянку, сдѣланную изъ молодыхъ оленьихъ
шкуръ, шерстью вверхъ, такъ что подобное одѣяніе также много
обманывало близорукаго звѣра и онъ всегда подпускалъ шаговъ на
двѣсти, или даже на полтораста.

Приблизившись на такое разстояніе, я ставилъ свой штуцеръ на
сошки, поспѣшно доставалъ патроны, клалъ ихъ возлѣ себя на сня-
тую фуражку и, стоя на колѣняхъ, начиналъ стрѣлять. Случалось,
что послѣ первой же пули звѣрь пускался на уходъ, тогда я про-
вожалъ его выстрѣлами шаговъ до шестисотъ, иногда даже далѣе.
Если же якъ былъ старый самецъ, то, гораздо чаще, вмѣсто ухода,
онъ бросался въ мою сторону, нагнувъ впередъ рога и забросивъ
хвостъ на спину. При подобномъ нападеніи, всего сильнѣе обнару-
живалась глупость описываемаго животнаго. Вмѣсто того, чтобы
выбирать одно изъ двухъ: или уходить или смѣло нападать, якъ,
сдѣлавъ нѣсколько шаговъ въ сторону выстрѣла, останавливался
въ нерѣшимости, вертѣлъ хвостомъ и тотчасъ же получалъ новую
пулю. Тогда онъ вновь бросался впередъ и снова повторялась

¹) Общее во всей Сибирь, да и въ Монголіп, правило придѣлывать къ ружью сошки для стрѣльбы пулею. Вовсе не такъ безполезно, какъ то кажется съ перваго раза. Наоборотъ, такое приспособленіе крайне необходимо, такъ какъ послѣ сильной и долгой ходьбы по горамъ, или лѣсамъ, нѣтъ возможности вѣрно прицѣлиться прямо съ руки, даже самому искусному стрѣлку.

— 318 —

прежняя исторія, такъ что, въ концѣ-концевъ, звѣрь падалъ мерт-
вымъ, получивъ съ десятокъ, иногда даже болѣе, пуль и все-таки
не добѣжавъ до меня еще цѣлую сотню шаговъ. Случалось также,
что послѣ двухъ, трехъ выстрѣловъ, якъ пускался на уходъ, но,
получивъ еще пулю въ догонку, онъ вновь поворачивалъ ко мнѣ
и опять напрашивался на выстрѣлѣ. Вообще изъ всѣхъ убитыхъ,
или раненыхъ нами яковъ, только двое подбѣжали на сорокъ шаговъ
и, вѣроятно, подошли бы еще ближе, если бы не были убиты; но,
сколько можно было замѣтить, чѣмъ болѣе прибывается напа-
дающий звѣрь къ охотнику, тѣмъ трусливѣе и неохотнѣе онъ наступ-
паетъ впередъ.

Чтобы еще болѣе дать понятіе о подобныхъ охотахъ, я разскажу
какимъ образомъ былъ убитъ якъ, шкура котораго находится въ нашей
коллекціи ¹).

Однажды, передъ вечеромъ, мы замѣтили трехъ яковъ, пас-
шихся въ горной долинѣ, недалеко отъ нашей юрты. Я тотчасъ
отправился къ звѣрямъ п, приблизившись шаговъ на двѣсти, выстрѣ-
лилъ въ самаго большаго изъ нихъ. Послѣ выстрѣла яки пустились
на уходъ ²), но отбѣжавъ съ полъ версты, остановились. Я опять
подкрался къ нимъ на триста шаговъ и снова выстрѣлилъ въ преж-
няго звѣря. Оба его товарища бросились бѣжать, но дважды ране-
ный великанъ остался на мѣстѣ и потихоньку шелъ въ мою сто-
рону. Со мною былъ скорострѣльный штуцеръ Бердана. Изъ него
я пускалъ въ яка пулю за пулею — онѣ били какъ въ мишень,
даже видно было, какъ летѣла пыль изъ того мѣста шкуры, куда по-
падала пуля; но звѣрь все-таки то шелъ ко мнѣ, то отбѣгалъ назадъ,
получивъ черезъ чуръ чувствительный ударъ. Онъ находился еще
шагахъ въ полутораста, когда я разстрѣлялъ всѣ бывшія со мною
тринадцать пусть и, оставивъ одну въ ружѣ на 'всякій случай,
бѣгомъ пустился въ свою юрту за новыми зарядами. Здѣсь я при-
гласилъ своего товарища, взялъ одного изъ казаковъ и мы, втроемъ,
отправились добивать могучаго звѣря. Между тѣмъ наступили
сумерки, что для насъ было очень невыгодно, такъ какъ мѣткій
прицѣлъ былъ уже невозможенъ.

Когда мы пришли къ тому мѣсту, гдѣ остался якъ, то нашли
его лежащимъ на земѣ; только поднятая голова съ огромными

¹) Мы привезли изъ Тпбета двѣ шкуры яковъ самцовъ. Обѣ эти шкуры, будучи высушенными, вѣспли съ рогами 7¼ пудовъ; сырая же шкура описываемаго звѣря пмѣетъ на головѣ и шеѣ ¼ дюйма толщины и вѣситъ (съ рогами) болѣе 10 пудовъ.

²) Будучи въ обществѣ нѣсколькихъ сотоварницей, дикій якъ гораздо рѣже бросается на охотника, нежели одиночный.

— 319 —

рогами свидѣтельствовала, что звѣрь еще живъ. Мы приблизились къ нему шаговъ на сто и выстрѣлили залпомъ; въ тоже мгновеніе якъ вскочили и бросился къ намъ. Тогда мы начали сыпать въ него пулями изъ трехъ скорострѣльныхъ штуцеровъ, но звѣрь все-таки приближался къ намъ и наконецъ подошелъ на сорокъ шаговъ. Еще залипъ — и якъ, взмахнувъ хвостомъ, пустился на уходъ, но отбѣжавъ съ сотню шаговъ, остановился. Между тѣмъ, стало совершенно темно, такъ что я рѣшилъ прекратить пальбу, тѣмъ болѣе можно было ручаться, что звѣрь издохнетъ ночью отъ полученныхъ ранъ. Дѣйствительно, на завтра утромъ мы нашли его уже мертвымъ. Въ туловищѣ яка мы насчитали пятнадцать пуль и три въ головѣ; изъ послѣднихъ ни одна не пробила толстой кости черепа ¹), прикрытаго кожею въ полѣ-дойма толщиною.

Въ другой разъ, бродя по горамъ, я вдругъ увидѣлъ трехъ лежащихъ яковъ, которые не замѣчали меня за крутимъ скатомъ и спокойно отдыхали. Не думая долго, я прицѣлился и выстрѣлилъ; тогда всѣ три звѣря вскочили, но, не зная въ чемъ дѣло, не убѣгали. Вторая пуля въ того же самаго яка попала такъ ловко, что убила звѣря на повалѣ; два другие его товарища продолжали стоять и, по обыкновенію, махали хвостами. Третій мой выстрѣлъ былъ также очень удаченъ: онъ перебилъ второму яку ногу и тотъ, по неволѣ, долженъ былъ остаться на мѣстѣ. Тогда я направилъ свой огонь въ третьяго звѣря, но не такъ скоро покончилъ съ нимъ, какъ съ двумя его товарищами. Послѣ первой же пули этотъ якъ бросился ко мнѣ, но, пробѣжавъ съ десятокъ шаговъ, остановился. Еще я посадилъ въ него пулю — и опять якъ немного подвинулся въ мою сторону; наконецъ, звѣрь приблизился уже на сорокъ шаговъ, когда, послѣ седьмой пули, кровь хлынула у него ручьемъ изъ горла и великанъ рухнулся на землю. Затѣмъ я безъ труда дострѣлилъ третьяго яка, съ перебитою ногою и, такимъ образомъ, въ нѣсколько минутъ, не сходя съ мѣста, убилъ трехъ огромныхъ звѣрей. Подойдя къ нимъ, я увидѣлъ, что у того яка, который бросался ко мнѣ, всѣ семь пуль Бердана сидѣли въ груди рядомъ, словно пуговицы. Нужно знать страшную силу штуцерной пули, чтобы понять, на сколько былъ крѣпокъ звѣрь, который могъ выдержать семь подобныхъ ударовъ чуть не въ упоръ.

Послѣ многихъ опытовъ, я убѣдился, что всего лучше стрѣлать яка подъ лопатку и, если возможно, то въ лѣвый бокъ; тогда штуцерная пуля, даже на двѣсти шаговъ, пробиваетъ звѣря

¹) Одна изъ пуль Бердана попала въ лѣвый глазъ яка, выбила этотъ глазъ и, пройдя около дойма по кости черепа, разбилась на мелкіе кусочки.

— 320 —

насквозь (останавливаясь всегда подъ кожею противоположной стороны) и всего скорѣе можетъ задѣть сердце, или легкія. Впрочемъ, малокалиберная пуля, какова у ружья Бердана, даже пронизавъ сердце, не сразу убиваетъ стараго яка, который послѣ такой раны еще бѣгаетъ нѣсколько минутъ. Выстрѣлъ же описываемому звѣрю въ голову, хотя бы въ упоръ, самый невѣрный: если пуля даже большаго калибра ¹), попадетъ здѣсь не прямо противъ мозга, но хотя немного наискось, то она не пробиваетъ костей черепа. Мнѣ всегда приходило на мысль, въ случае если якъ бросится рѣшительно, стрѣлять его въ упоръ въ ногу, перебивъ которую сразу можно обезоружить звѣря.

Коровы и молодые самцы также чрезвычайно выносчивы на рану, а потому убить самку яка очень трудно, такъ какъ онъ ходятъ стадомъ и нѣтъ возможности направить огонь въ одно и тоже животное. При томъ стадо всегда гораздо осторожнѣе и подкрасться къ нему на мѣткій выстрѣлъ гораздо труднѣе, чѣмъ къ одиночному самцу. Въ продолженіи своего зимняго пребыванія въ Тибетѣ, мы съ товарищемъ убили 32 яка (не считая ушедшихъ раненыхъ), но изъ нихъ только три были коровы.

Монголы страшно боятся дикаго яка, и намъ разсказывали, что караваны богомольцевъ, встрѣтивъ въ узкомъ ущельи лежащаго звѣря, останавливаются и ждутъ, пока онъ уйдетъ въ сторону. Впрочемъ, цайдамскіе монголы довольно часто охотятся за якомъ. Главною приманкою такой охоты служить громадное количество мяса, получаемаго съ одного животнаго, такъ что прелесть обжорства пересиливаетъ трусость. Охотники собираются партіею, человѣкъ въ десять, и Єдутъ за хребетъ Бурханъ-Будда, или далѣе на р. Шуга. Не рѣшаясь вступить съ звѣремъ въ открытый бой, монголы стараются подкрасться къ яку изъ-за какого-нибудь прикрытия, стрѣляютъ за поломъ и сами прячутся, въ ожиданіи, что будетъ далѣе. Обыкновенно, раненый якъ, не видя никого, уходитъ; тогда охотники преслѣдуютъ его издали и, если пули попали хорошо, то на завтра, а иногда черезъ день или два, находятъ звѣря мертвымъ. При подобной охотѣ, конечно, убивается рѣдкій якъ, такъ какъ его стрѣляютъ изъ фитильныхъ ружей, пуля которыхъ дѣйствуетъ несравненно слабѣе штуцерной. Иногда случается, что раненый монголами звѣрь, убѣжавъ отъ мѣста стрѣльбы, встрѣчаетъ стреноженныхъ лошадей охотниковъ и убиваетъ ихъ своими могучими рогами. Кромѣ мяса, монголы берутъ сердце и кровь яка, ко-

¹) Какъ наир. штуцера Ланкастера калибръ № 16; такой штуцеръ былъ у меня въ экспедиціи.

— 321 —

торыя они считают лекарствомъ отъ внутреннихъ болѣзней; шкуры возятъ на продажу въ г. Донкыръ, а изъ длинныхъ волосъ хвоста и боковъ туловища вьютъ веревки.

Мясо дикаго яка, въ особенности жирнаго молодаго самца, или яловой коровы, очень вкусно, но все таки хуже, чѣмъ говядина домашняго сарлока; старые же самцы имѣютъ очень твердое мясо.

Большую часть убийтыхъ яковъ мы бросали, не взявъ съ нихъ ни куска мяса, такъ какъ этого послѣдняго въ Тибетѣ намъ некуда было дѣвать. Такой нетронутый якъ, обыкновенно, замерзалъ цѣ-ликомъ и его толстая шкура дѣлалась недоступною ни для грифовъ, ни для волковъ. Возвращаясь обратно съ береговъ Голубой рѣки, мы часто видали своихъ «крестниковъ» въ томъ же самомъ положеніи, въ какомъ оставили ихъ на мѣстѣ охоты.

Другой, не менѣе замѣчательный звѣрь, встрѣченный нами въ Сѣверномъ Тибетѣ, былъ българский аргали (Ovis Polii), который по величинѣ равняется своему монгольскому собрату, но отличается отъ него измѣнными рогами и бѣлою грудью, покрытою удлиненными волосами, образующими подобіе манишки. Мы нашли описываемое животное въ первый разъ въ Сѣверномъ Тибетѣ, тотчасъ за хреботомъ Бурханъ-Будда; далѣе бѣлгарский аргали встрѣчался на горахъ Шуга и Баянъ-хара-ула, но вездѣ довольно рѣдокъ. Монголы сообщали намъ, что аргали водятся также въ Южно-куку-норскомъ хребетѣ и даже въ горахъ Гань-су, близь истоковъ р. Эпзинэ, но мы не могли узнать бѣлгарские они, или нѣтъ. Мнѣ кажется, что первое предположеніе будетъ вѣроятнѣе и что Гань-суйскимъ горамъ, вмѣстѣ съ Куку-норскими, свойственъ уже тибетскій видъ.

Этотъ послѣдній, по образу жизни, совершенно походитъ на монгольскаго аргали, и хотя обитаетъ на гораздо высшихъ плоскогорьяхъ, по избѣгаетъ высокихъ, или слишкомъ скалистыхъ горъ, а держится всего болѣе на ихъ окраинахъ, и даже въ невысокихъ холмахъ. Въ сѣверномъ Тибетѣ часто можно видѣть бѣлгардыхъ аргали, пасущихся въ горныхъ долинахъ, вмѣстѣ съ хуланами и антилопами.

Внѣшнія чувства описываемаго животнаго развиты превосходно и аргали, противоположно другимъ тибетскимъ звѣрямъ, очень остроженъ, не смотря на то, что почти вовсе не преслѣдуется человѣкомъ. Монголы убиваютъ его въ самыхъ рѣдкихъ случаяхъ, да и то лишь самокъ, а самцовъ даже не стрѣляютъ, зная, что пуля фитильнаго ружья не убьетъ этого звѣря на повалъ.

Вѣлгарские аргали держатся небольшими обществами отъ 5—15 экземпляровъ и рѣдко скучиваются въ стада изъ 25 или 30 головъ.

21

— 322 —

Въ каждомъ стадѣ находятся одинъ или, чаще, два, три самца, которые водятъ и охраняютъ самокъ. Послѣднія безусловно вѣрять бдительности своего предводителя и лишь только вожакъ, зачуя опасность, пускается бѣжать, какъ все стадо опрометью бросается за нимъ. Самецъ обыкновенно бѣжитъ впереди и, сдѣлавъ нѣсколько сотъ шаговъ, останавливается, а за нимъ и все стадо. Столпившись густою кучею, оно смотритъ въ ту сторону, откуда явилась опасность; самецъ въ это время часто взбирается на ближайшій холмъ. или на скалу, чтобы лучше разсмотрѣть въ чемъ дѣло. Чудно красивъ въ такой постъ этотъ звѣрь, котораго стройный станъ рѣзко обрисовывается на вершинѣ скалы, а грудь блеститъ на солнцѣ снѣжною бѣлизною.

Я нѣсколько разъ задавалъ себѣ вопросъ, кто краспѣве: якъ или бѣлогрудый аргали? и лучшаго отвѣта дать не могъ, что каждый изъ этихъ звѣрей хорошъ по своему. Мощное туловище яка, громадные рога, длинная бахрома волюсъ, свѣшивающихся почти до земли, густой хвостъ, наконецъ, черная окраска звѣря — безспорно дѣлаютъ его весьма красивымъ; но, съ другой стороны, стройный аргали, съ большими круто-изогнутыми рогами, ярко-бѣлою грудью и гордою походкою, имѣтъ также полное право считаться великолѣпнымъ животнымъ Тибетскихъ пустынь.

Утромъ аргали пасутся по горамъ, или въ долинахъ, но лишь только солнце поднимется выше, какъ звѣри идутъ отдыхать, избирая для этого подвѣтренный пологій скать горы, откуда можно бы было видѣть далеко во всѣ стороны. Здѣсь аргали разгребаютъ сначала копытами глинистую почву, ложатся въ пыль ¹) и проводятъ на одномъ мѣстѣ нѣсколько часовъ сряду. Если отдыхаетъ цѣлое стадо, то самцы укладываются немного въ сторонѣ, чтобы удобнѣе было сторожить. Когда же общество состоитъ изъ однихъ самцовъ безъ самокъ ²), то они ложатся вмѣстѣ, но обыкновенно головами въ разныя стороны. Словомъ, описываемый звѣрь никогда не забываетъ осторожности и застать его въ расплохъ очень трудно. На охотѣ, самое лучшее замѣтить аргали издали и, опредѣливъ направленіе вѣтра, стараться подкрасться къ животному съ противоположной стороны; но и тогда необходимъ превосходный штуцеръ, такъ какъ стрѣлять приходится рѣдко даже на двѣсти шаговъ. За все время своихъ тибетскихъ охотъ, мы убили только 8 бѣлогрудыхъ аргали, изъ которыхъ трое были взрослые самцы.

¹) Разгребаніе почвы, сколько можно было замѣтить, производится обыкновенно лишь самцами.

²) Въ такое общество соединяются три или четыре самца — не ботѣ.

— 323 —

Періодъ течки у описываемыхъ звѣрей бываетъ, по словамъ монголовъ, позднею осенью; въ концѣ ноября, когда мы пришли въ Тибетъ, течка уже окончилась и самцы вели себя дружелюбно. Между тѣмъ въ періодъ любви они затѣваютъ серьезныя драки, слѣды которыхъ остаются на изломанныхъ концахъ и ссадинахъ роговъ. Молодые, по словамъ монголовъ, родятся въ юнѣ ¹). Кромѣ того, монголы сообщали намъ, что у очень старыхъ самцовъ, рога иньгда до того выступаютъ своими концами впереди морды, что животное не можетъ щипать траву и погибаетъ съ голода. Не знаю, насколько это справедливо, но въ съверномъ Тибетѣ лишь изрѣдка можно встрѣтить черепъ бѣлогрудаго аргали.

Рядомъ съ этимъ послѣднимъ и якомъ, характернымъ животнымъ высокихъ нагорій съвернаго Тибета, является антилопа, называемая монголами и тангутами ороню (Antilope Hodgsonii). Самецъ этого вида чрезвычайно красивое животное. Ростомъ онъ больше дзерена и имѣетъ статное туловище, на высокихъ тонкихъ ногахъ; голова украшена большими (23 дюйма длиною), тонкими, спереди рубчутыми, немного изогнутыми и вертикально стоящими черными рогами. Въ зимней шерсти верхъ и бока морды, бока груди и переднія стороны ногъ чернаго цвѣта; горло, средина груди, животъ и задъ бѣлыя; спина бланжево-бурая ²). Въ общемъ звѣрь издали кажется совершенно бѣлымъ; самка гораздо меньше самца, не имѣетъ роговъ и черной окраски на тѣлѣ ³).

Оронго встрѣченъ былъ нами тотчасъ за хребтомъ Бурханъ-Будда и распространяется отсюда, по словамъ монголовъ, на югъ до горъ Танъ-ла. Мѣстомъ своего жительства описываемый звѣрь выбираетъ горныя долины и волнистыя степени, по количеству, составляетъ, послѣ яка, преобладающий видъ въ пустыняхъ съвернаго Тибета. Вода для оронго также необходима, какъ для яка и хулана,

¹) Между тѣмъ какъ у монгольскаго аргали періодъ течки бываетъ въ августѣ, а молодые родятся въ мартѣ.

²) 1-томъ, по словамъ монголовъ, оронго имѣетъ красноватую шерсть, какт. дзеренъ.

³) Вотъ дополнительная діагноза стараго самца. Ростомъ на 7 дюймовъ длине и на столько же выше нежели Antilope gutturosa. Тѣло равномѣрно толстое; шея средней длины, прямая и сравнительно толстая. Морда тупая, широкая, въ особенности возлѣ нозрей, гдѣ съ боковъ находятся утолщенные, внутри пустые бугры, довольно большіе; нозри большия и поставлены горизонтально. Ноги тонкія, длинныя; хвостъ небольшой (9,5 д. съ волосами). Въ пахахъ заднихъ ногъ у самцовъ и самокъ большія желѣзы; въ пахахъ же передвихъ ногъ желѣзы не велики; пучковъ шерсти на колѣняхъ и зоба нѣтъ Вѣсъ самца (невыпотрошеннаго) около 3 пудовъ, самки — отъ 1¹ ²—2 пудовъ.

21*

— 324 —

а потому описываемыя антилиопы держатся исключительно въ тѣхъ
мѣстахъ пустыни, гдѣ есть рѣчки и пли ключи.

Оронго живетъ небольшими обществами отъ 5—20 или до 40 эк-
земпляровъ, и только въ рѣдкихъ случаяхъ (напр. на особенно хоро-
шихъ паствищахъ) скопляется въ стада по нѣсколько сотъ головъ.
Въ каждомъ стадѣ обыкновенно встрѣчается нѣсколько старыхъ
самцовъ, болѣе опытныхъ и осторожныхъ, нежели самки; впрочемъ
оронго вообще мало остороженъ. При обѣгствѣ стада самцы всегда
слѣдуютъ позади словно прикрывая отступленіе; тогда какъ у дру-
гихъ антилиопъ, напр. дзереновъ и хара-сультъ, это бываетъ на-
оборотъ. Во время спокойнаго хода, или даже на быстромъ бѣгу,
самецъ постоянно держитъ рога вертикально, что чрезвычайно кра-
сптъ это граціозное животное. При томъ бѣгъ у него всегда рыси-
стый и до того быстрый, что издали невозможно замѣтить, какъ
мелькаютъ ноги. Такою рысью самецъ уходитъ даже отъ преслѣ-
дованія собакъ или волковъ, и далеко оставляетъ ихъ позади себя.

Прида въ Тпбетъ, мы какъ разъ застану у описываемыхъ анти-
лиопъ периодъ течки, которая продолжается, съ половины ноября,
до половины декабря. Въ это время каждый взрослый самецъ ¹) на-
ходится въ самомъ возбужденномъ состояніи. Онъ мало ёстъ, такъ
что запасенный лѣтомъ жиръ быстро спадаетъ и, собравъ вокругъ
себя гаремъ изъ 10 или 20 самокъ, строго блюдетъ, чтобы кото-
рая либо изъ нихъ не соблазнилась инымъ кавалеромъ. Ради этого,
завидѣвъ другаго самца, законный владѣтель стада бросается къ нему
на встрѣчу, наклонивъ впередъ рога и издавая глухой отрывистый
ревъ. А'ю часто доходитъ до серьезной драки, въ которой острые
и длинные рога служатъ страшнымъ оружіемъ, такъ что против-
ники сильно, а иногда, вѣроятно, и смертельно, ранятъ другъ друга.
Когда одинъ изъ самцовъ чувствуетъ себя слабѣе, то пускается на
уходъ; противникъ его преслѣдуетъ и сели уходящій видить. чтобъ
его нагоняютъ, то въ одно мгновеніе поворачивается назадъ и на-
клоненными рогами встрѣчаетъ ударъ соперника. Задоръ разгоря-
ченныхъ звѣрей бываетъ такъ великъ, что однажды самецъ, про-
бытый мною пулею во время драки, все-таки продолжалъ нѣсколько
минутъ драться, пока не издохъ почти на мѣстѣ.

Если во время течки какая-нибудь самка отдѣлится отъ стада,
то самецъ тотчасъ же бросается за нею, реветъ и старается при-

¹) Молодые самцы, которые пьютъ небольшіе рога и совершенно похожи
въ лѣтомъ шерсти на самокъ. Какъ кажется, не участвуютъ въ супружеской жизни;
по крайней мѣрѣ, въ периодъ течки, они ходить, по нѣсколько, въ одномъ стадѣ
съ самцами и не дерутся.

— 325 —

гнать обратно. Но иногда случается, что въ это время убѣгаютъ
другія самки; самецъ пускается то за одной, то за другой изъ нихъ
и часто теряетъ весь свой гаремъ. Тогда, оставшись одинъ, онъ
начинаетъ сердито опять копытами въ землю, загибаетъ крючкомъ
хвостъ, наклоняетъ рога, реветъ и вызываетъ на бой противниковъ.
Такія исторіи повторяются безпрестанно съ утра до вечера, и во-
обще не существуетъ прочной связи между владѣителемъ стада и
его самками; сегодня онѣ у одного самца, завтра у другаго.

По окончаніи течки, самцы оронго, по прежнему, живутъ между
собою въ мирѣ и согласіи. Въ это время они иногда составляютъ
отдѣльныя общества; самки также часто соединяются тогда въ осо-
быя стада. Такъ напр., въ долинѣ р. Шуга мы видѣли, въ концѣ
января, стадо приблізительно до трехъ сотъ экземпляровъ, состояв-
шее изъ однѣхъ только самокъ; послѣднія, по словамъ монголовъ,
родятъ молодыхъ въ юлѣ.

Какъ упомянуто выше, оронго мало остороженъ; даже на от-
крытой мѣстности, онъ подпускаетъ охотника шаговъ на триста,
или на двѣсти, а иногда и того ближе. Трескъ выстрѣла и свистъ
пролетѣвшей мимо пули, часто вовсе не пугаютъ этого звѣря; онъ
только удивляется такому явленію и тихо отходитъ, безпрестанно
останавливаясь и посматривая на охотника. Подобно другимъ анти-
лопамъ, оронго очень выносчивъ на рану, и даже пробитый пулемъ
насквозь, часто уходитъ далеко ¹).

Охота за описываемою антилопою очень легка, такъ какъ звѣрь,
кромѣ своей смѣлости, держится главнымъ образомомъ въ горныхъ
долинахъ, обыкновенно изрѣзанныхъ оврагами. Мѣстами, какъ напр.
въ долинѣ р. Шуга, оронго такъ много, что въ продолженіи дня
по нимъ можно сдѣлать сотни полторы, или даже двѣ, выстрѣловъ
изъ скорострѣльнаго штуцера. Много ли будетъ убитыхъ — это во-
просъ, такъ какъ, при стрѣльбѣ звѣрей пулями на большія разстоя-
нія, удача выстрѣла зависитъ и отъ счастія.

Монголы и тангуты считаютъ оронго святымъ животнымъ и
ламы не йдятъ его мяса, которое, кстати сказать, чрезвычайно
вкусно, въ особенности осенью, когда звѣрь бываетъ очень жир-
нымъ. Кровь оронго считается лекарствомъ, а рога употребляются
для различныхъ шарлатанствъ. По рубцамъ на нихъ монголы га-
даютъ о своей судьбѣ, или объ успѣхѣ какого-либо дѣла. Этими
же рогами очерчиваютъ мѣсто могилы при закапываніи въ землю

¹) Замѣчательно, что у всѣхъ убитыхъ нами оронго, подъ кожею задней части спины, мы находили множество крупныхъ личинокъ оводовъ, чего не встрѣчали болѣе ни у одного звѣря съвернаго Тибета.

— 326 —

мертвыхъ ламъ; если же такой мертвецъ, подобно тому какъ и большая часть монголовъ, прямо выбрасывается въ поле, то рогами оронго все-таки очерчивают мѣсто вокругъ покойника. Для подобной цѣли, эти рога приносятся въ Халху богомольцами, возвращающимися изъ Тибета и продаются очень дорого. Кромѣ того, монголы увѣряютъ, что если изъ рога оронго сѣдѣлать ручку на плеть и ею погонять верховую лошадь, то она не скоро устанетъ.

Наконецъ, между всѣми сѣверными монголами распространено мнѣніе, что оронго имѣетъ только одинъ рогъ, поставленный вертикально въ срединѣ лба. Ближе къ Тибету, въ Гань-су и на Кукунорѣ, жители уже говорили намъ, что однорогіе экземпляры попадаются очень рѣдко — одинъ или два на тысячу. Наконецъ въ Цайдамѣ, монголы, безako знакомые съ оронго, единогласно отвергали существованіе однорогой антилопы, но въ тоже время увѣряли, что подобный звѣрь водится въ юго-западномъ Тибетѣ. Тамъ, въ роятно, сказали бы, что однорогое животное обитаетъ въ Индіи и, такимъ образомъ, можно дойти до действительно однорогаго носорога.

Другая антилопа, свойственная сѣверному Тибету, отличается своимъ небольшимъ ростомъ и потому называется монголами дэверенъ, т. е. «малотка-дзеренъ» (Antilope sp.) Самецъ этого вида имѣетъ лишь 3 ф. 4 д. длины (мѣрая по изгубу шеи), 2 ф. 10 д. вышины и вѣситъ не болѣе пуда; рога у него довольно большіе, легка изогнутые, немного откинуты назадъ и спереди покрыты мелкими частыми рубцами. Преобладающий цвѣтъ мѣха несчаносѣрый, на задѣ и животѣ обѣлый; ярко-обѣлый задъ окруженъ сверху и съ боковъ не широкою, свѣтло-ранжевою каймою ¹).

Описываемая антилопа была найдена нами ранѣе Тибета, имен-

¹) Вотъ болѣе подробная діагноза самца: ростъ мальний, тѣло тонкое, стройное: голова средней величины, морда тупая, толстая; рога довольно большіе (1 ф. 1 дюймъ по изгубу), слабо изогнутые, немного откинутые назадъ; рубцы на нихъ мелкіе, частые; уши сравнительно большія.

Цвѣтъ мѣха (зимою): Верхъ тѣла, шея и бока несчано-сѣраго цвѣта; горло и грудь бѣловатые, животъ и задѣ бѣлые. Въ особенности ярко бѣлы удлинение волоса зада, образующіе зеркало, въ срединѣ котораго помѣщень небольшой черный хвостъ; сверху и съ боковъ бѣлое зеркало окружено не широкою, свѣтлоранжевою каймою. Ноги немного свѣтлѣе тѣла и сперели (на переднихъ ногахъ) принимаютъ желтоватый оттѣнокъ. Темя и лобъ — бѣлые, сзади роговъ, возлѣ ушей шерсть желтоватая, на переносицѣ и носѣ — темно-бурая, а остальныя части морды бѣловато-сѣрыя. Шерсть очень густая, длинная, въ особенности на бѣломъ, заднемъ зеркальѣ п на задней части головы (возлѣ ушей).

Имѣетъ небольшой зобъ, какъ у дзерена, но паховыхъ желѣзъ и пучковъ шерсти на колѣяхъ нѣть. Только у самца при оконечности дѣтороднаго члена, находится небольшой мѣшечекъ въ родѣ желѣзы. Самка не имѣетъ роговъ и по величинѣ почти равняется самцу.

— 327 —

но на верховьях Тэтунгъ-гола и, какъ кажется, этотъ же видъ мы встрѣтили, поднявшись на нагорье Гань-су, въ холмистой степени, раскинувшейся тотчасъ за окрайнимъ хребтомъ ¹).

Любимымъ мѣстопребываніемъ áды, подобно тому какъ и оронго, служатъ холмистыя высокія степени и еще болѣе горныя долины, изобилующія водою. Однако, хотя оба вида часто держатся вмѣстѣ, но, по своему характеру áда много отличается отъ оронго, и если эта послѣдняя самая граціозная, то áда, безспорно, самая быстрая изъ всѣхъ антилопъ, свойственныхъ Монголіи и съверному Тибету. Описываемый видъ обыкновенно держится лишь небольшими обществами отъ 5—7 и изрѣдка до 20 экземпляровъ; самцы же часто встрѣчаются и въ одиночку.

Противоположно оронго, áда очень осторожна, въ особенности тамъ, гдѣ знаетъ человѣка: только на пустынныхъ берегахъ Голубой рѣки этотъ звѣрь нѣсколько смѣлѣе. Бѣгъ описываемой антилопы чрезвычайно быстрый; онъ состоитъ изъ частыхъ и высокихъ скачковъ, такъ что животное напоминаетъ собою въ это время резинковый мячикъ; когда антилопа испугана, то она несется, какъ птица.

Въ периодъ течки, которая начинается въ концѣ декабря и продолжается съ мѣсяцъ, самцы áда гоняютъ другъ друга отъ своего стада, но такихъ дракъ какъ у оронго мы ни разу не замѣчали; все мщеніе ревнивыхъ кавалеровъ заключается только въ гонкѣ ²). При этомъ самцы не издаютъ никакого голоса, котораго мы не слыхали у нихъ и въ другое время. Только иногда áды (самцы и самки), подобно хара-сультамъ, чихаютъ, въ особенности замѣтивъ человѣка: кромѣ того, самки, будучи чѣмъ ннбудь испуганы, изрѣдка издаютъ довольно громкій, отрывистый пискъ, много похожій на голосъ молодой косули.

Описываемые антилопы часто выкапываютъ въ стени продолговатыя ямы, иногда футъ глубиною, въ которыхъ, вѣроятно, лежать ночью (а можетъ быть и днемъ), такъ какъ здѣсь бываетъ много помета. Впрочемъ, быть можетъ, такія ямы выкапываются самцами-мальть во время течки, слѣдовательно, въ возбужденномъ состоянии.

Охота за маленькою антилопою гораздо труднѣе, нежели за оронго, тѣмъ болѣе что она и встрѣчается несравненно рѣже; при томъ áда также очень крѣпка на рану. Пепельно-сѣрый цѣтъ ея мѣха совершенно походитъ на цвѣтъ почвы, такъ что звѣря трудно

¹) На Куку-поръ и въ Цайдамѣ описываемой антилопы нѣтъ вовсе.

²) Замѣчательно, что въ периодъ течки самцы áда очень часто мотатся, при- сѣдая для этого на заднія ноги, какъ собак.

— 328 —

замѣтить издали; его часто выдаетъ только ярко-бѣлый задъ или чиханье. Въ сумерки ӑда, потому какъ и оронго, плохо видить и подпускаетъ тогда охотника очень близко. Въ заключеніе след- дуетъ сказать, что оба видаnihчли вѣгаютъ по гладкому льду.

Пзъ хищныхъ звѣрей въ сѣверномъ Тибетѣ мы встрѣтили очень
много лишь волковъ и отчасти корсаковъ.

Тибетскій волкъ (Canis sp.) по величинѣ не меньше обыкновен-
наго и отличается отъ него желтовато-бѣлымъ цвѣтомъ своего мѣха ¹).
По всему вѣроятію, къ этому виду принадлежить и тотъ волкъ,
о которомъ мнѣ разсказывали въ Гань-су и котораго монголы на-
зываютъ пюбърь. Однако тамъ онъ довольно рѣдокъ, но въ сѣвер-
номъ Тибетѣ встрѣчается очень часто. Пустынность страны и оби-
ліе въ ней различныхъ животныхъ, конечно, обусловливаютъ при-
вольную жизнь описываемаго звѣря. Пзъ безчисленнаго множества
дикихъ яковъ, ежегодно погибаетъ достаточное число естественною
смертію, да кромѣ того волки, соединившись въ небольшія партіи,
ловятъ другихъ звѣрей, всего чаще оронго.

По своему характеру, тибетскій волкъ много трусливѣе своего
сѣраго собрата и обладаетъ гораздо меньше силаю. Двѣ наши
монгольскія собаки, по ночамъ, часто вступаютъ въ драку съ описы-
ваемыми волками и обыкновенно оставались побѣдительницами.

Рядомъ съ трусостію, тибетскій волкъ обладаетъ величайшего
наглостію и назойливостію. Рѣшительно каждую ночь эти звѣри по
нѣсколько разъ приходили къ нашей юртѣ, чтобы поживиться
чѣмъ нибудь въ расплохъ: кромѣ того, невозможно было оставить
въ полѣ, хотя бы на самое короткое время, ни одного убитаго
звѣря (исключая яка), чтобы волки его не съѣли, или по крайней
мѣрѣ не испортили. Однажды мой товарищъ убилъ, не далѣе трехъ
верстъ отъ нашей стоянки, четырехъ самцовъ оронго и пока схо-
дилъ въ юрту, чтобы взять вьючнаго верблюда, всѣ антилопы были
до чиста съѣдены волками. Въ одномъ мѣстѣ на р. Шуга мы за-
рыли въ каменной розсыпи нѣсколько фунтовъ масла, намѣреваясь
взять его на обратномъ пути, но проклатые звѣри зачуяли это масло,
разворотили большіе камни, которыми оно было заложено и съѣли
лакомый кусокъ, вмѣстѣ съ холщевою оберткою. Однажды я оста-
вили въ горахъ свое гладкоствольное ружье съ нѣсколькими жес-
тяными патронами, въ которыхъ помѣщались заряды и, прия на
другой день на это мѣсто, не нашелъ ни ружья, ни патроновъ,—
то и другое утащили волки. Однако ружье отыскалось неподалеку,

¹ Сѣрыхъ волковъ вовсе нѣтъ въ Тибетѣ, хотя и много въ Цайдамѣ.

— 329 —

но одинъ его стволъ оказался выстрѣлившимъ въ то время, когда звѣрь тащилъ, вѣроятно по землѣ, свою находку и зацѣпилъ курсомъ за камень; патроны же пропали безвозвратно.

Однако при всемъ своемъ нахальствѣ, описываемый волкъ на столько остороженъ, что очень далеко не подпускаетъ къ себѣ человѣка п убить его днемъ, безъ засадки, крайне трудно; тѣмъ болѣе, что звѣрь весьма крѣпокъ на рану. Вообще мы потратили не мало времени, чтобы добыть шкуру тибетскаго волка и я убилъ его лишь изъ засадки, устроенной возлѣ мертваго хулана.

Нѣсколько разъ мы пробовали настораживать ночь заряженное ружье на убитомъ якѣ, и хотя оно выстрѣливало, но ни разу не убивало волковъ. Всего лучше бы было отравливать ихъ стрихниномъ, или ловить въ капканы, но у насъ не было ни того, ни другаго; между тѣмъ, именно этими способами, въ Тибетѣ можно было добыть множество описываемыхъ звѣрей.

Течка тибетскихъ волковъ происходитъ въ январѣ; однако въ это время они все таки не скопляются въ стада больше 10 или 15 головъ. Голосъ описываемаго вида очень много походитъ на частое, отрывистое и тонкое лаяніе собаки, соединенное, обыкновенно, съ воемъ.

Лисица рѣдко встречается въ сѣверномъ Тибетѣ, но несравненно чаще попадается здѣсь ея близкій родственник корсака (Canis Corsac), или правильне карса, какъ называютъ его монголы.

Этотъ хитрый звѣрь водится также во всей Монголіи, Гань-су, Куку-норѣ и въ Цайдамѣ; всего же чаще онъ попадается въ степяхъ оз. Куку-нора, гдѣ множество пищухъ, доставляющихъ кярсѣ главную пищу.

Самъ я мало могъ изучить образъ жизни описываемаго животнаго, которое всегда ведетъ себя очень осторожно относительно человѣка. Завидѣвъ его издали, кярса или пускается на уходъ, или припадаетъ къ землѣ. Послѣдній маневръ звѣри дѣлаютъ и на бѣгу даже тогда, когда находятся въ небольшомъ стадѣ (отъ 8—10 экз.), какъ то бываетъ въ периодъ течки, которая происходитъ съ положины января до половины февраля. Тогда ночью и по утрамъ часто можно слышать отвратительный крикъ самцовъ, много напоминающий голосъ совы. Для жительства, кярса устраиваетъ себѣ норы, возлѣ которыхъ ловятъ его монголы и тангуты. При входѣ въ нору, промышленники складываютъ кучу камней или аргала и ставятъ петли. Кярса, который подобно собакамъ, имѣетъ привычку мочиться на новый предметъ, замѣтивъ сложенную кучу возлѣ своей норы, не преминетъ помочиться на нее п попадаетъ въ ловушку.

— 330 —

Если отъ мекопитающихъ обратимся къ птицамъ, то увидимъ, что высокое нагорье Сѣвернаго Тибета вообще бѣдно пернатыми обитателями. Правда, мы здѣсь были глубокою зимою, с.лѣдовательно, когда лѣтнія птицы находились въ отлетѣ, но все таки, при однообразіи и невыгодности физическихъ условій описываемыхъ мѣстностей, едва ли можно встрѣтить въ нихъ разнообразную орнитологическую фауну. Въ теченіи двухъ съ половинною мѣсяцевъ, проведенныхъ нами въ Сѣверномъ Тибетѣ, мы нашли лишь 29 видовъ птицъ, и пзъ нихъ только одинъ (Cinclus sp.). не былъ замѣченъ до сихъ поръ; остальные же большею частію свойственны Гань-су и отчасти Куку-нору. При томъ даже тѣ виды, которые найдены были на Тибетскомъ нагорьѣ, чаще, а иногда и исключительно, встрѣчаются въ самой сѣверной его окраинѣ, т. е. до р. Шуга; далѣе, на высокомъ плято, которое идетъ отсюда къ Мурьусу, птицъ было чрезвычайно мало.

Нзъ пернатыхъ Сѣвернаго Тибета въ большемъ численнѣ, противъ другихъ, здѣсь обитаютъ: *рифы* (Vultur monachus?; Gyps nivicolus), *янятники* (Gyraetus barbatus) и *бююны* (Corvus corax), которые тотчасъ же являются на всякаго убистаго звѣря: *кушечки* (Fregillus graculus) собирающіяся зимою огромными стадами; *пустынники* (*Syrrhaptes thibetanus*), *жаборонки* (*Melanocorypha maxima*, *Mlauda albigula*), *чечетки* (*Linota brevirostris*); послѣднія вѣроятно, здѣсь только зимуютъ; *Podoces humilis* и *Montifringilla? sp.*, встрѣченная во множествѣ на Куку-норѣ.

Разказъ о животныхъ Сѣв. Тибета застанцѣ меня надолго прервать повѣстваніе о самомъ путешествіи. Теперь возвратимся къ нему.

Какъ упомянуто въ концѣ предъидущей главы, мы наняли въ Цайдамѣ проводника и отправились съ нимъ за хребетъ Бурханъ-Будда. Чтобы возможно болѣе облегчить верблюдовъ, которымъ на высокихъ Тибетскихъ плоскогорьяхъ тяжело нести самый малый вьюкъ, мы оставили часть своихъ запасовъ (дзамбы и муки) въ Цайдамѣ, а лишьъ патроны и дробь закопали въ розсыпяхъ вблизи перевала черезъ Бурханъ-Будда. При всемъ томъ наши вьюки, пополняемые препарированными шкурами звѣрей, были достаточно тяжелы, такъ что впослѣдствіи мы принуждены были также закопать въ песокъ двѣ шкуры яковъ, пріобрѣтенныя для коллекціи и зяли ихъ уже на обратномъ пути.

Два съ половинною мѣсяца ¹), проведенные нами въ пустыняхъ

¹) Собственно 80 дней—съ 23 ноября 1872 г. по 10 февраля 1873 г.

— 331 —

С'в. Тибета, были однимъ изъ самыхъ трудныхъ периодовъ во всей экспедиціи. Глубокая зима съ сильными морозами и бурями, полное лишеніе всего, даже самаго необходимаго, наконецъ, различныя другія трудности — все это, день въ день, изнуряло наши силы. Жизнь наша была въ полномъ смыслѣ «борьба за существованіе», и только сознаніе научной важности предпринятаго дѣла давало намъ энергію и силы для успѣшнаго выполненія своей задачи.

Для большей защиты отъ зимнихъ холодовъ высокаго тибетскаго нагорья, мы запаслись юртою, которую намъ подарилъ дядя куку-норскаго вана. Правда, возня съ этой юртою, при ея установкѣ на мѣстѣ или укладѣ на вьюкъ, прибавляла не мало работы, но за то въ своемъ новомъ жилищѣ, мы несравненно лучше были укрыты отъ бурь и морозовъ, нежели въ лѣтней палаткѣ.

Юрта наша имѣла 11 фут. въ діаметрѣ основанія и 9 фут. до верхняго отверстія, замѣнявшаго окно и трубу для дыма. Трехъ-футовая дверь служила лазейкою въ это жилище, остовъ котораго обтягивался тремя войлоками съ боковъ и двумя сверху; комрѣ того, для большаго тепла, мы, впослѣдствіи, обкладывали боковые войлоки шкурами оронго.

Внутреннее убранство нашего обиталища не отличалось комфортомъ. Два походныхъ сундука (съ записными книгами, инструментами и другими необходимыми вещами), войлоки и другія принадлежности для спанья, оружіе и пр. размѣщались по бокамъ юрты, въ срединѣ которой устанавливался желѣзный таганъ и въ немъ зажигался аргалъ. Послѣдній, за исключеніемъ ночи, горѣлъ постовянно, какъ для приготовленія чая или обѣда, такъ равно и для теплоты. Мало-по-малу, за деревянныя клѣтки боковъ и подъ колья крыши подсовывалось то то, то другое, такъ что къ вечеру, въ особенности послѣ раздѣванья на ночь, весь потолокъ юрты увѣшивался сапогами, чулками, подвертками и тому подобными украшениями.

Въ такомъ жилищѣ мы проводили трудные дни нашего зимняго путешествія въ Тибетѣ.

Утромъ, часа за два до разсвѣта, мы вставали, зажигали аргалъ и варили на немъ кирпичный чай, который вмѣстѣ съ дзамбою служилъ завтракомъ. Для разнообразія, иногда приготовляли затуранъ ¹) или пекли въ горячей аргальной (т. е. навозной) золѣ пшеничныя

¹) «Затуранъ», одно изъ самыхъ любимыхъ кушаній забайкальскихъ и амурскихъ казаковъ. Онъ варится изъ кирпичнаго чая, въ который кладутъ нѣ сколько горстей подгаренной на маслѣ муки съ солью; вкусомъ подобный напитокъ скорѣе всего похожъ на супъ.

— 332 —

лепешки. Затѣмъ, на разсвѣтѣ начинались сборы въ дальнѣйшій путь, для чего юрта разбиралась и вьючилась, вмѣстѣ съ другими вещами, на верблюдовъ. Все это занимало часа полтора времени, такъ что въ дорогу мы выходили уже порядочно уставши. А между тѣмъ морозъ стоитъ трескучій, да, въ добавокъ къ нему, прямо встрѣчу дуетъ сильный вѣтеръ. Сидѣть на лошади невозможно отъ холода, идти пѣшкомъ также тяжело, тѣмъ болѣе неся на себѣ ружье, сумку и патронташъ, что все вмѣстѣ составляетъ вьюкъ около двадцати фунтовъ. На высокомъ же нагорѣѣ, въ разрѣженномъ воздухѣ, каждый лішній фунтъ тяжести убавляетъ не мало силь; малѣйшій подъемъ кажется очень труднымъ, чувствуется одышка, сердце бьется очень сильно, руки и ноги трясутся; повременамъ начинается головокруженіе и рвота.

Ко всему этому слѣдуеُтъ прибавить, что наше теплое одѣяніе, за два года предшествовавшихъ странствованій, такъ износилось, что все было покрыто заплатами и не могло достаточно защищать отъ холода. Но лучшаго взять было негдѣ и мы, волею не волею, должны были довольствоваться дырявыми полушубками или кухлянками и такими же теплыми панталонами; сапоговъ не стало вовсе, такъ что мы подшивали къ старымъ голенищамъ куски шкуры съ убитыхъ яковъ, и щеголяли въ подобныхъ ботинкахъ на самыхъ сильныхъ морозахъ.

Очень часто случалось, что къ полудню поднималась сильная буря, которая наполняла воздухъ тучами ныли и песка; тогда идти уже было невозможно и мы останавливались, сдѣлавъ иногда переходъ верстъ въ десять, или того менѣе. Но даже въ благопріятномъ случае, т. е. когда погода была хороша, и тогда переходъ въ двадцать верстъ утомляетъ на высокомъ нагорѣѣ. Тибета сильнѣе, нежели вдвое больше разстояніе въ мѣстностяхъ съ меньшимъ абсолютнымъ поднятіемъ.

На мѣстѣ остановки необходимо развьючить верблюдовъ и поставить юрту; эта процедура опять занимаетъ почти часъ времени. Затѣмъ нужно идти собирать аргалъ, рубить ледъ для воды и усталому, голодному, ждать пока, наконецъ, сварится чай. Съ жадностью ſшь тогда отвратительное мѣсново изъ дзамбы съ масломъ и радѣ радехонекъ, что хотя подобнымъ кушаньемъ можно утолить свой голодъ.

Послѣ такого завтрака мы съ товарищемъ обыкновенно идемъ на охоту, если только позволитѣ состояніе погоды; или я пишу свои замѣтки, а казаки приговляютъ обѣдъ, для чего снова рубится ледъ и замерзшее камнемъ мясо. То и другое кладется въ чашу,

— 333 —

въ которой предварительно залѣпляются дырки кусочками сырой шкуры и смоченною дзамбоко. Наша единственная посуда—чаша и чайникъ, отъ времени издырявились въ нѣсколькихъ мѣстахъ, такъ что ежедневно приходилось заклеивать эти дырки; впослѣдствіи мы починили ихъ болѣе прочнымъ образомъ, употребивъ для такой цѣли нѣсколько мѣдныхъ гильзъ отъ патроновъ Бердана.

Обѣдъ обыкновенно поспѣвалъ къ часамъ шести, или семи вечера и былъ самою роскошною трапезою, такъ какъ теперь мы могли ѣсть вдоволь мяса. Правда, этого послѣдняго мы столько добывали охотою, что имѣли возможность прокормить нѣсколько сотъ людей ¹), но для самихъ себя не всегда могли зажарить и пис сварить, такъ какъ мясо обыкновенно спльно замерзало и нужно было довольно долго тань его и ледъ для супу. Притомъ же, вслѣдствіе разрѣженія воздуха, аргалъ на тибетскомъ нагорьи горитъ очень плохо и даетъ весьма мало жару; вода же закипаетъ при +68° R., а потому мясо трудно сварить какъ слѣдуетъ.

Послѣ обѣда, который вмѣстѣ съ тѣмъ служилъ и ужиномъ, являлась новая работа. Такъ какъ всѣ мужи и ручьи, за весьма рѣдкими исключеніями, были промерзши до дна, а снѣгу также не имѣлось, то приходилось ежедневно тань два ведра воды для двухъ нашихъ верховыхъ лошадей ²). Затѣмъ наступало самое тяжелое для насъ время — это долгая зимняя ночь. Казалось, что послѣ всѣхъ дневныхъ трудовъ, ее можно бы было провести спокойно и хорошоенько отдохнуть, но далеко не такъ выходило на дѣлѣ. Наша усталость обыкновенно переходила границы и являлась истомленіемъ всего организма; при такомъ полу-болѣзненномъ состояніи спокойный отдыхъ невозможенъ. При томъ же, вслѣдствіе спльнаго разрѣженія и сухости воздуха, во время сна всегда являлось удушье ³), въ родѣ тяжелаго кошмара, а ротъ и губы очень сохли. Присавьте къ этому, что наша постель состояла изъ одного войлока, на сквозь пропитаннаго пылью и постланнаго прямо на мерзлую землю. На такомъ то логовицѣ, и при сильномъ холодѣ безъ огня въ юртѣ, мы должны были ва-

¹) Всего мы убили въ Тибетѣ 76 крупныхъ звѣрей (не считая по крайней мѣрѣ вдвое большаго числа раненныхъ), изъ которыхъ одинъ яковъ было 32. Полагая послѣднихъ кругомъ по 25 пудовъ, а остальныхъ звѣрей по 2 пуда. выходитъ, что мы въ теченіи двухъ съ половиной мѣсяцевъ, добыли около 900 пудовъ мяса.

²) Для верблюдовъ же мы изрѣдка мелко рубили ледъ, который они ѣли вмѣсто снѣга.

³) На нагорьи сѣв. Тибета снать возможно только съ самымъ высокимъ изголовьемъ, или въ полусиляjemъ положеніи.

— 334 —

ляться по десяти часовъ сряду, не имѣя возможности спокойно
заснуть и, хотя на это время, позабыть всю трудпость своего поло-
женія.

Дни, которые посвящались охотѣ, проходили болѣе отраднымъ
образомъ, но, къ сожалѣнію, морозы и частыя бури сильно затруд-
няли эти охоты, а иногда дѣлали ихъ совершенно невозможными.
Даже въ томъ случаѣ, когда вѣтеръ не превращался въ бурю, но
достигалъ лишь средней силы — а это происходило рѣшительно
каждый день — то и тогда онъ служилъ великою помѣхою. Не го-
воря про холодъ, заставлявшій охотиться въ наушникахъ, рукави-
цахъ, кухлянкахъ, или полушубкахъ, сильно затруднявшихъ свобод-
ное движение, отъ дѣйствія вѣрѣчного вѣтра ¹) глаза постоянно
были полны слезъ, что, конечно, чрезвычайно портило мѣткость и
быстроту выстрѣла. При томъ руки иногда такъ мерзли, что даже
въ скорострѣлный штуцеръ трудно было вложить патронъ, не
отогрѣвъ предварительно окоченѣвшихъ пальцевъ. Да, наконецъ,
на сильномъ морозѣ, каморы штуцеровъ такъ сжимались, что
послѣ выстрѣла очень трудно было достать пустую гильзу и при-
ходилось выбивать ее пошpolомъ. Подобная история часто случа-
лась у штуцеровъ Снейдера, но у ружья Бердана этого не было;
за то у послѣдняго, отъ мороза и пыли, набившейся въ механизмъ,
очень часто происходили осѣчки и патронъ выстрѣливалъ только
послѣ вторичного удара боевой пружины.

Другое важное обстоятельство, сильно затруднявшее наши охоты,
была чрезвычайная разрѣженность воздуха высокихъ нагорій сѣвер-
наго Тибета, вслѣдствіе чего усталость являлась здѣсь очень скоро.
Впрочемъ, звѣрей было такое множество, что рѣдко приходилось
далеко ходить за ними; часто мы охотились не далѣе одной или
двухъ верстъ отъ своей юрты. Но иногда, увлечшись преслѣдова-
ніемъ, мы возвращались къ стоянкѣ лишь поздно вечеромъ, и мой
товарищъ, во время одной изъ такихъ охотъ, до того простудилъ
ноги, что не могъ ходить болѣе недѣли.

Въ к.пиматическомъ отношеніи два зимнихъ мѣсяца (декабрь и
январь), проведенные нами на нагориц сѣвернаго Тибета, харак-
теризовались: сильными морозами, безснѣжіемъ и пыльными бурами.

Не смотря на то, что описываемыя мѣстности лежатъ южнѣе
самыхъ теплыхъ странъ Европы, холодъ здѣсь часто напоминалъ
далекій сѣверъ. По ночамъ морозы стояли безъ перерыва, достигая

¹) На охотѣ падти всегда приходилось противъ вѣтра, чтобы не почуяли звѣри.

— 8 —

закругленные грудные плавники достают до пятой, или небольшо
далее пятой спинной колочки и длина их содержится в динь
всего тѣла отъ 7 до 8 разъ. Задняя часть брюшнаго щитика имѣетъ
форму очень удлиненнаго, узкаго третугольника, котораго вершина
далеко не достаетъ до задняго прохода. Возвышенный шовъ, кото-
рымъ соединяются двѣ половинки брюшнаго щитика, спереди, между
брюшными колочками, представляетъ весьма длинные, узенькіе,
поперечные зубчики. Восходящіе отростки брюшнаго щитка кверху
весьма значительно расширяются, но далеко не доходятъ до боковой
лини. Самыя брюшныя колочки значительно длинѣе спинныхъ
колючекъ, но примѣтно не хватаютъ до вершины брюшнаго щитка.

Съ каждой стороны тѣла, по динь боковой линіи, тянется рядъ
небольшихъ костяныхъ пластины, изъ которыхъ каждая снабжена
возвышеннымъ, слегка зазубреннымъ, продольнымъ ребрышкомъ,
всѣдствіе чего все тѣло является какъ бы опоясаннымъ двумя ко-
стянными гребешками. На хвостѣ отдѣльныя ребрышки дѣлаются
болѣе высокими и плотнѣе между собою смѣляются, такъ что изъ
нихъ составляются два почти сплошные, довольно широкіе, костяные
гребешка и хвостъ на концѣ дѣлается какъ бы сильно приплющен-
нымъ. Въ промежуткѣ между затылкомъ и первою спинною колюч-
кою находятся два или три очень узенькіе, мало примѣтные, костя-
ные брусочки, а также основаніе спиннаго плавника и основаніе
подхвостнаго плавника съ каждаго бока опоясано рядомъ узенькихъ,
костяныхъ брусочковъ.

Цвѣтъ тѣла, на лежаныхъ въ спирѣ экземплярахъ, сверху буро-
ватый или черноватый, съ боковъ и снизу болѣе и піс менѣе бѣло-
ватый, частью совершенно серебристый. Всѣ плавники бѣдно-жел-
товатые.

Доставлены г. Пржевальскимъ 8 экземпляровъ, длиною отъ 53
до 64 мм., изъ оз. Далай-нора.

Въ 1869 году Гишино описалъ, въ *Nonv. Archives du Muséum d'Hist. nat.*, одинъ китайскій видъ рода *Gasterosteus*, по экземпля-
рамъ, привезеннымъ аббатомъ Давидомъ, и назвалъ его *Gaster. sinensis*. Какъ описаніе этого вида, такъ и изображеніе его весьма неудовле-
творительны, но тѣмъ не менѣе можно видѣть по нимъ, что сказан-
ный видъ долженъ быть отличенъ отъ нашего *Gaster. stenurus*. Между
прочимъ у *Gaster. sinensis* на спинѣ находится только 7 колючекъ
и притомъ колочки эти тоньше и длиннѣе, нежели у *Gaster. sten-
urus*; а комь того у *Gaster. sinensis* нижняя челюсть, даже при
закрытомъ ртѣ, сильно выдается предъ верхнею челюстью, чего не
бываетъ у *Gaster. stenurus*.

- 9 -

Примычаніе. Въ зоологическомъ музеѣ академіи наукъ имѣется 12 штукъ колюшекъ съ западнаго берега Камчатки, нѣ когда привезенныхъ покойнымъ И. Г. Вознесенскимъ, которые очень сходны съ далай-норскими, но все-таки, повидимому, принадлежать къ другому, еще неописанному виду. Предлагаю назвать этотъ видъ, въ память г. Вознесенскаго, *Gasterosteus Wossnesjenskyi*. Вотъ отличительные признаки этого вида:

Гр. 10. Бр. 1|1. Сп. 9—12|11. Пд. 1|10. Хв. 12. Бок. лин. 33—34.

Ниабольшая вышина тѣла, составляющая нѣ сколько больше ²/₃ длины головы, содержится въ длинѣ всего тѣла около 6¼ разъ; діаметръ глаза составляетъ около ¹/₄ длины головы или немного больше; съ каждой стороны тѣла по длинѣ боковой линіи, тянется рядъ небольшыхъ костяныхъ пластинокъ, изъ которыхъ каждая снабжена продольнымъ ребрышкомъ; случается, что рядъ пластинокъ бываетъ неполный, прерывчатый, или что пластинки, числомъ отъ 12 до 16, сохраняются только на хвоотѣ, тѣбѣ онѣ всегда образуютъ (съ каждаго бока) почти сплошной, довольно широкій гребешокъ.

Отъ вида *Gaster. stenurus* видъ *Gaster. Wossnesjenskyi* отличается еще слѣдующими особенностями: 1) у него ротъ примѣтно больше, такъ, что задніе углы его приходятся подъ заднимъ краемъ носовыхъ отверстій (причемъ губы бываютъ менѣе толсты, нежели у *Gaster. stenurus*); 2) брюшной щиткъ при основаніи нѣ сколько шире, а зубчики шва, посредствомъ которого соединяются двѣ поло- винки щитка, примѣтно короче, нежели у *Gaster. stenurus*; 3) восходящіе отростки брюшнаго щитика сильнѣе развиты, ближе подходить къ боковой линіи, нежели у *Gaster. stenurus*.

Притомъ же *Gaster. Wossnessenskyi* достигаетъ, повидимому, бboldě значитель-
ной величины: нѣкоторые экземпляры его доходятъ длиною до 88 мм.

Съ другой стороны, *Gaster. Wossnessenskyi* составляетъ, можно сказать, форму промежуточную между *Gaster. stenurus* и *Gaster. pungitius*. Экземпляры, у которыхъ боковой рядъ костяныхъ пластинокъ прерывается, трудно отличимы отъ экземпляровъ *Gaster. pungitius*. Притомъ же *Gaster. pungitius* имѣтьвесьма обширное распространеніе; нѣкоторыя разности его доходятъ до Камчатки и даже до западнаго берега Съверной Америки.

Второе семейство.

Сомовыя. Siluridae.

Родъ II. Silurus L.

Видъ 2. *Silurus asotus* L.

Гр. 1,14. Бр. 1|11. Сп. 5. Пд. 88. Хв. 2 17/1.

Привезенъ г. Пржевальскимъ только одинъ небольшой экземпляръ,
длиною въ 126 мм., изъ рѣки Хуанъ-хэ. У него верхнечелюстные
усики вдвое длиннѣе головы и достаютъ до начала подхвостнаго плав-
ника, а низнечелюстные усики въ 4 рата короче верхнечелюстныхъ.
Полоска зубовъ, находящаяся на совокидной кости, по серединѣ
прерывается замѣтнымъ промежуткомъ.

Въ музеѣ академіи наукъ имѣется три экземпляра вида *Silurus*

— 10 —

*asotus*, длиною отъ 265 до 472 мм., изъ которыхъ два привезены г. Базилевскимъ изъ съвернаго Китая, а третій г. Бунге изъ Пекинга. Судя по нимъ, надобно думать, что у этого сома длина усінковъ подлежитъ весьма значительнымъ измѣненіямъ, а также ширина зубной полоски. находящейся на соховидной кости. Я даже склоняюсь къ мнѣнію, что *Silurus dauricus Pall.* составляетъ только разность вида *Silurus asotus*.

Третье семейство.

Карповыя. Cyprinidae.

Родъ III. Cyprinus L.

Видъ 3. *Cyprinus carpio* L.

Гр. 1/16. Бр. 1.8. Сп. 4 18. Пд. 3.5. Хв. 19. Бок. лин. 375.

Г. Пржевальскимъ привезенъ одинъ только небольшой каршъ, длиною въ 139 мм., изъ рѣк Хуанъ-хэ. При самомъ тщательномъ сличеніи его съ ўравновеликими съ нимъ карпами Каспійскаго моря оказалось, что онъ чрезвычайно сходенъ съ этими послѣдними, несомнѣно принадлежитъ къ тому же виду *Cyprinus carpio* L., развѣ только составляетъ особую климатическую разность. Незначительныя особенности, которыми отличается хуанхэнскій каршъ отъ каспійскаго, именно следующія:

1) Спинной хребетъ, начиная отъ затылка, поднимается до начала спинного плавника нѣсколько болѣе крутою дуюю и самая вышина тѣла нѣсколько значительнѣе у перваго карпа, нежели у послѣдняго. Надобно замѣтить однако, что и между европейскими карпами встрѣчаются разности, которые по образованію спины и по вышинѣ тѣла в полнѣ сходны съ хуанхэнскою разностью, какъ напримѣръ *Cyprinus regina Bonaparte*.

2) У хуанхэнскаго карпа рыло нѣсколько короче, нежели у каспійскаго: у перваго разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза не совсемъмъ равнается двумъ діаметрамъ глаза, а у послѣдняго нѣсколько болѣе двойнаго тлазнаго діаметра.

3) У хуанхэнскаго карпа парные плавники нѣсколько длиннѣе, нежели у каспійскаго; у перваго грудные плавники почти достаютъ до основанія брюшныхъ, и длина ихъ содержится въ длине всего тѣла една болѣе 6 разъ, а у послѣдняго грудные плавники замѣтно не хватаютъ до основанія брюшныхъ, и длина ихъ содержится въ длине всего тѣла почти 7 разъ.

4) У хуанхэнскаго карпа на основной части чешуекъ находится очень мало или почти совсемъмъ нѣтъ питментныхъ крапинокъ, тогда

— 11 —

какъ у каспійскаго карпа основная часть чешуекъ бываетъ густо усѣяна чернобурыми крапинками. Вообще хуанхенскій карпъ при- мѣтно свѣтлѣе, какъ бы желтѣе, нежели каспійскій.

Очень вѣроятно. вирочемъ, что въ китайскихъ водахъ, подобно какъ въ европейскихъ, встрѣчается нѣсколько разностей карпа. Такъ, напримѣръ. описанный Базилевскимъ *Cyprinus chinensis*, котораго экземпляръ имѣется въ музеѣ академіи наукъ, замѣтно отличается отъ хуанхэнскаго карпа и ближе подходитъ къ европейской разности *Cyprinus hungaricus Heckel*, тогда какъ *Cyprinus obesus* Базилев- скаго близко подходитъ къ *Cyprinus acuminatus Heckel*.

## Родъ IV. Carassius Nilss.

### Видъ 4. *Carassius Langsdorfii Cuv.*

Гр. 1|16. Бр. 1|8. Сп. 4|17. Пд. 3|5. Хв. 19. Бок. лин. 29§.

Г. Пржевальскимъ привезенъ одинъ небольшой карасикъ. динюю въ 98 мм., изъ рѣки Хуанъ-ха. Онъ относится къ виду, который описанъ въ сочиненіи Кювье и Валансьена подъ названіемъ *Carassius Langsdorfii* и отъ котораго, по всей вѣроятности, пропизшелъ до- машній карась, *Carassius auratus L*.

Карась, который живетъ на свободѣ въ водахъ Китая и Японіи, подлежиться, подобно европейскому. многимъ измѣненіямъ, почему и былъ описанъ подъ разными названіями. Такъ, напримѣръ, *Carassius pekinensis*, *Carassius coeruleus* и *Carassius discolor*, описан- ные Базилевскимъ, очевидно составляютъ лишь разности одного и того же вида. Въ музеѣ академіи наукъ имѣется нѣсколько экземпляровъ *C. pekinensis* (привезенныхъ изъ Китая г. Бунге), которые отличаются отъ хуанхэнскаго карася только тѣмъ, что у нихъ глаза сравни- тельно нѣсколько больше и жаберныя крышки нѣсколько шерохо- ватѣе, нежели у этого послѣдняго. Вообще же китайскій карась при- мѣтно продольватѣе европейскаго, чрезвычайно походитъ, по тѣлосло- женію, на широкую разность карпа (*Cyprinus regina Bonap*.), только отличается отъ него уже на первый взглядъ отсутствіемъ усиковъ.

### Родъ V. Schizopygopsis Steind.

#### Видъ 5. *Schizopygopsis Przewalskii*, *nov. sp.*

Гр. 1|19. Бр. 1|8. Сп. 27. Пд. 35. Хв. 9|188. Бок. лин. 100 (15+85).

*Омлічительные признаки.* Длина головы содержится въ динѣ всего тѣла около 4¼ разъ, а продольный диаметръ глаза, который примѣтно болѣе посеречнаго, въ динѣ головы около 6¼ разъ; раз- стояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника почти рав-

— 12 —

няется разстоянію отъ начала спиннаго плавника до основанія хво-
стоваго; брюшной жолобокъ начинается непосредственно позади осно-
ванія брюшныхъ плавниковъ.

Описаніе. Тѣло удлиненное, толстоватое, нѣсколько сутуловатое. Напольшая выпиши его, которая немного меньше дшины головы, приходится близко позади затылка, насупротивъ грудныхъ плавни-ковъ, и больше наименьшей выпины тѣла, предъ основаніемъ хво-стоваго плавника, почти въ 3 раза. Оно почти совершенно голо, только позади лопатки находится, съ каждой стороны, два ряда че-шукъ на передней части боковой линіи, на протяженіи 14—15 первыхъ трубочекъ, изъ которыхъ составляется боковая линія. Сверхъ того двѣ удлиненные чешуйки сидятъ надъ основаніемъ брюшныхъ плавниковъ и два ряда пластинковидныхъ чешуекъ по краямъ брюш-наго жолобка, который простирается отъ самаго основанія брюшныхъ плавниковъ почти до задняго конца подхвостнаго плавника. Разстоя-ніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника почти рав-няется разстоянію отъ начала спиннаго плавника до основанія хво-стоваго, а разстояніе отъ вершины рыла до заднепроходнаго отвер-стія въ 3 раза болѣе, нежели разстояніе отъ задняго прохода до основанія хвостоваго плавника.

Длина выпукло-конической, спереди закругленной головы содер-
жится въ длину всего тѣла нѣсколько болѣе 4¼ разъ, а выпиши
головы, которая составляетъ 5/3 ея длины, примѣтно больше ея ши-
рины. Сильно закругленный ротъ почти занимаетъ вершину головы,
очень немного только обращенъ книзу; разстояніе между задними
углами его, которые приходятся почти противъ заднихъ носовыхъ
отверстій, приблизительно равняется 1/2 ширины головы. Верхняя
человѣсть кругомъ опоясана мясистою губою, которая переходитъ и
на боковыя части нижней человѣсти. Усиковъ нѣтъ. Довольно широ-
кія носовыя отверстія лежатъ въ двухъ впадинахъ, которая отдѣ-
ляются отъ орбитъ довольно узкимъ промежуткомъ. Продольный диа-
метръ глаза, который примѣтно больше поперечнаго, содержится въ
длину головы около 6¼ разъ. Разстояніе отъ вершины рыла до
передняго края глаза почти вдвое болѣе глазнаго діаметра, но сши-
комъ въ два раза меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза
до верхняго края жаберной щели. Ширина между глазнаго проме-
жутка слишкомъ въ 2 раза больше глазнаго діаметра; притомъ же
промежутокъ этотъ по серединѣ разграниченъ на двѣ половины до-
вольно примѣтнымъ, продольнымъ ребрышкомъ. Каждая ложная жабра
содержитъ около 16 пластинокъ и на каждой передней жаберной
дугѣ стоять около 24 не высокихъ, парныхъ тычинокъ, изъ кото-

— 13 —

рыхъ 18 приходятся на нижнюю часть дуги. Нижнеглоточныхъ зу-
бовъ находится 4·3 — 3·4; они при вершинѣ примѣтно сплющены
и почти жолобообразно выдолблены.

Довольно значительно заостренные грудные плавники далеко не
достают до основанія брюшныхъ плавниковъ, которые, въ свою
очередь, далеко не хватаютъ до задняго прохода и которыхъ осно-
ваніе приходится насупротивъ втораго вѣтвистаго луча спиннаго
плавника. Длина грудныхъ плавниковъ составляетъ едва 3/4 длины
головы и содержится въ динѣ всего тѣла около 6 2/3 разъ; брюшные
плавники примѣтно короче грудныхъ. Спинной плавникъ сверху
косо срѣзанъ, къ заднему концу слегка закрутленъ; второй лучт.
его, очень толстый, костяной (только при самой верхушкѣ мяткій и
губкій) снабженъ съ задней стороны 30 парами крупныхъ, острыхъ
зубчиковъ; вышина его, равная динѣ брюшныхъ плавниковъ, со-
ставляетъ едва больше 5/8 длины головы. Подхвостный плавникъ при
вершинѣ закругленъ и немного ниже спиннаго плавника. Длина
основанія спиннаго плавника составляетъ нѣсколько меньше 1/2 длины
головы, но примѣтно больше длины основанія подхвостнаго плавника
и почти равняется динѣ хвостоваго стебля. Хвостовый плавникъ
довольно глубокою выемкою раздѣленъ на двѣ лопасти, изъ кото-
рыхъ нижняя нѣсколько шире и длиннѣе верхней.

Боковая линія тянется почти по серединѣ тѣла, но немного не
доходитъ до основанія хвостоваго плавника. Въ ней содержится около
100 трубочекъ, изъ которыхъ первыя 14—15 подпираются чешуй-
ками. Въ каждомъ брюшномъ ряду содержатся 29 чешуевидныхъ
пластинокъ.

Брюшная плева черная. Кишечный каналъ очень длинный и до-
вольно широкій.

Цвѣтъ тѣла, на спиртовомъ экземплярѣ, зеленовато-сѣрый; брюхо
бѣловатое. Всѣ плавники бѣловатые, спинной—сѣроватый.

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только экземплярѣ, длиною
въ 382 мм., изъ Куку-нора. По словамъ г. Пржевальскаго, рыба эта
водится въ Куку-норѣ въ множествѣ и ходить большими табунами.
Привезенный имъ экземпляръ самый малый, какой только ему уда-
лось добыть. Кишечный каналъ у него былъ набитъ остатками рач-
ковъ, принадлежащихъ, повидимому, къ семейству Gammaridae.

## Видъ 6. Schizopygopsis Pylzori var. sp.

Гр. 1|19. Бр. 1|9. Сп. 2·8. Пд. 3|5. Хв. 19.

Отличительные признаки. Длина головы содержится въ динѣ
всего тѣла около 5 1/2 разъ, а продольный діаметръ глаза, который

— 14 —

едва больше поперечнаго, — въ длинѣ головы почти 5 разъ; разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника немного меньше, нежели разстояніе отъ начала спиннаго плавника до основанія хвостоваго.

Описаніе. Тѣло удлиненно-веретенообразое, толстоватое; наибольшая вышина его, которая приходится немного спереди отъ спиннаго плавника и которая немного меньше длины головы, больше наименьшей вышины его, предъ основаніемъ хвостоваго плавника, въ 2½ раза. Оно почти совершенно гою, только позади лопатки и на передней части боковой линіи, съ каждой стороны находится нѣсколько чешуекъ, да сверхъ того брюшной жолобокъ опоясанъ съ боковъ пластинковидными чешуйками. Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника немного меньше, нежели разстояніе отъ начала спиннаго плавника до основанія хвостоваго, а разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода въ 3½ разъ больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до основанія хвостоваго плавника.

Длина небольшой, тупоконической, закругленной головы содержится въ длине всего тѣла около 5½ разъ, а вышина головы, которая составляетъ около 2½ ея длины, очень немного больше ея ширины. Ротъ приходится на нижней сторонѣ выпуклаго рыла и имѣть форму довольно плоской, широкой дуги, снабженной двумя, направленными взадъ, колѣнами, доходящими почти до передняго края глазъ; разстояніе между задними углами рта составляетъ не менее ½ ширины головы. Передній край нижней челюсти весьма острый, рѣжущій. Успиковъ нѣтъ. Продольный діаметръ глаза, который едва больше поперечнаго, содержится въ длине головы почти 5 разъ. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза почти въ 1½ раза больше діаметра глаза, но почти въ 2 раза меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза до верхняго края жаберной щели. Ширина междуглазнаго промежутка въ 1½ раза больше глазнаго діаметра.

Жаберныя тычинки очень коротки, но многочисленны; на передней жаберной дугѣ находится ихъ больше 20 паръ. Нижеглоточныхъ зубовъ находится 4|3—3|4; они при вершинѣ сплющены и слегка выдолбены.

Закругленные при вершинѣ грудные плавники примѣтно не доставать до основанія брюшныхъ плавниковъ, которые, въ свою очередь, далеко не хватаютъ до задняго прохода. Длина грудныхъ плавниковъ составляетъ около ¾ длины головы и содержится въ длине всего тѣла почти ровно 7 разъ; брюшные плавники примѣтно ко-

— 15 —

роче ихъ. Спинной плавникъ, сверху косо срѣзанный, слегка выем-
чатый, нѣсколько ниже закругленаго подхвостнаго плавника; вы-
шина его, равная длинѣ брюшныхъ плавниковъ, составляетъ около
²/з длины головы; второй костяной лучъ его не бываетъ примѣтно утол-
щенъ, но тѣмъ не менѣе, съ задней стороны снабженъ 15 парами не-
большихъ, острыхъ зубчиковъ. Длина основанія спиннаго плавника
равняется его вышинѣ и значительно больше длины основанія под-
хвостнаго плавника. Хвостовый плавникъ глубокою выемкою раз-
дѣленъ на двѣ заостренныя лопасти, почти одинаковой длины.

Боковая линія на передней полювинѣ тѣла примѣтно загнута
книзу, параллельно профили брюха, и содержитъ болѣе 60 трубо-
чекъ, изъ которыхъ переднія 5—6 подпираются чешуйками. Другой
неправильный рядъ трубочекъ замѣчается, съ каждаго бока, на хво-
стѣ, ближе въ спинной сторонѣ тѣла. По длинѣ передней части
тѣла, повыше боковой линіи, проходить узенькая, междуускульная
бороздка, которая на хвостѣ сливается съ боковою линіею.

На спиртовомъ экземплярѣ спинная сторона тѣла сѣроватоголу-
бая, испещренная многочисленными, неправильными темносѣрыми
пятнышками; брюшная сторона бѣловатая. На плавникахъ спинномъ
и хвостовомъ замѣчаются слѣды темныхъ пятнышекъ или полосокъ.

Брюшная плева черная. Кипчечный каналъ длинный, широкій.

Единственный экземпляръ этого вида добытъ г. Пржевальскимъ
въ Гань-су и имѣетъ въ длину 120 мм. Къ сожалѣнію, онъ нахо-
дится въ такой дурной сохранности, что даже нельзя было снять
съ него рисунка.

Примычаніе. Родъ *Schizopygopsis* установленъ г. Штейндахеромъ только въ 1866 году, на основаніи одного вида, добытаго въ Тибетѣ (*Schizop. Stolickae*). Однимъ изъ отличительныхъ признаковъ рода признается имъ роговой чехоль, которымъ у сказаннаго вида всегда покрыта нижняя челюсть. У двухъ нашихъ видовъ рода *Schizopygopsis*, судя по доставленнымъ г. Пржевальскимъ экземплярамъ, недостаетъ, какъ кажется, роговаго чехла на нижней челюсти. Но надобно замѣтить, съ одной стороны, что роговой чехоль легко спадаетъ на спиртовыхъ экземплярахъ, а съ другой стороны, что роговой чехоль по моимъ наблюденіямъ вообще не имѣетъ особо важнаго значенія, такъ какъ въ нѣкоторыхъ другихъ родахъ встрѣчаются виды съ роговымъ чехломъ на нижней челюсти и виды безъ подобнаго роговаго чехла. Полагаю поэтому, что два наши новые вида во всякомъ случаѣ принадлежать къ роду *Schizopygopsis Steind.*, не требуютъ установленія еще и новаго рода для нихъ.

Родъ VI. Megagobio, nov. gen.

Тѣло очень удлиненное, назади примѣтно сжатое съ боковъ,
покрытое нѣсколько крупноватою чешуею. Заостренная кпереди го-
лова своимъ мясистымъ рыломъ далеко выдается предъ ртомъ, кото-
рый такимъ образомъ приходится на нижней сторонѣ головы и,

— 16 —

будучи закрытымъ, представляетъ форму широкаго, немного приплю-
щеннаго подулунія. Но упламъ его спидятъ два успіка Обѣ челости
снабжены роговымъ влагалищемъ; верхняя, кромѣ того, опоясана
довольно толстою, мясистою губою, которая съ боковъ переходитъ и
на нижнюю челость, но далеко не доходитъ до середины ея. Перед-
няя подглазная косточка, узкая, удлиненная, доходитъ до орбиты.
Жаберная щель спизу припѣтно не доходитъ до задняго края пред-
жаберной кости. Все горло голое. Заднепроходное отверстіе отстоять
на одинаковое разстояніе отъ основанія брюшныхъ плавниковъ и
отъ начала подхвостнаго плавника. Короткій спинной плавникъ
начинается при концѣ передней трети тѣла и приходится спереди
отъ брюшныхъ плавниковъ; въ немъ нѣтъ костянаго луча. Подхво-
стный плавникъ очень короткій. Нижнеглоточныя кости стоять въ
два рада, 5½—2½5, и на вершинѣ крючкообразно загнуты.

[Corpus elongatum, compressum, squamis mediocribus vestitum.
Caput acutum rostro carnoso longe ante os prominente. Cirri duo,
supramaxillares. Rictus inferus latus ore clausa plane semilunaris.
Maxilla superior nec non inferior plana integumento corneo praedita.
Labium inferius breve longe a symphysi desinens. Os suborbitale
anterius anguste-elongatum orbitam attingens. Apertura branchialis
infra non usque ad præciperulum producta. Regio gularis alepidota.
Anus a basi pinnarum centralium et ab initio pinnæ analis aeque
distans. Pinna dorsalis in tertia corporis parte incipiens ante ven-
trales sita, brevis, anacantha; analis brevis. Dentes pharyngeales
biseriati, 5½—2½5, raptatorii].

Этотъ новый родъ въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ довольно близко
подходитъ къ роду *Rhinogobio Bleeker*, но въ другихъ отношеніяхъ
значительно отъ него отличается и большѣе подходитъ къ родамъ
*Gobio Cuv.* и *Saurogobio Bleeker*. Самое родовое описание составлено
мною по образцу описаній родовъ *Rhinogobio* и *Saurogobio* Блекера,
для удобнѣйшаго сравненія этихъ описаній между собою.

## Видъ 7. *Mayagobio nasutus*, nov. sp.

Гр. 1 | 16. Бр. 1 | 7. Си. 3 7. Пд. 2 | 6. Хв. 19. Бок. лин. 50

Отличительные признаки. Длина головы содержится въ длинѣ
всего тѣла нѣсколько болѣе 5¼ разъ, а діаметръ глаза въ длинѣ
головы 8¼ разъ: мясистое рыло далеко выдается предъ полулуннымъ
ртомъ; обѣ челости, и:ъ которыхъ верхняя окружена очень мяси-
стою губою, покрыты роговымъ влагалищемъ: усики далеко не до-
стаютъ до нижняго края глазъ.

Описание. Тѣло очень удлиненное, почти веретенообразное, при

— 17 —

переднемъ концѣ примѣтно утолщенное, покрытое, за исключеніемъ головы, довольно нѣжною чешуею средней величины. Напольшая вышина его, приходящаяся при началѣ спиннаго плавника и равняющейся 4/5 длины головы, содержится въ полной длине его, съ включеніемъ хвостоваго плавника, немного болѣе 6¹/₂ разъ, а напольшая вышина его, при основаніи хвостоваго плавника, составляетъ едва больше 1/2 напольшей вышины. Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника примѣтно меньше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго, а разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода какъ разъ равняется разстоянію отъ задняго прохода до вершины хвостоваго плавника. Разстояніе отъ задняго прохода до основанія брюшныхъ плавниковъ нѣсколько болѣе, нежели разстояніе отъ задняго прохода до начала подхвостнаго плавника. Длина хвостоваго стебля составляетъ около 1/6 длины всего тѣла. Отдѣльные чешуйки на боковыхъ частяхъ тѣла имѣютъ форму полу-элиптической и продольный діаметръ самыхъ крупныхъ изъ нихъ примѣтно больше діаметра глаза. Чешуйки, покрывающія снизу грудь, примѣтно мельче всѣхъ другихъ. Все горло совершенно голое. Очень длинная, мягкая чешуевидная пластинка сидитъ съ каждаго бока надъ основаніемъ груднаго плавника и три удлиненные чешуйки сидятъ съ каждой стороны надъ основаніемъ брюшнаго плавника.

Голова, покрытая съ верхней стороны очень нѣжною кожицею, имѣетъ форму сверху немного выпуклаго, снизу приплющеннаго, при вершинѣ остро-закругленнаго и вертикально-усѣченнаго конуса; длина ея содержится въ длине всего тѣла нѣсколько болѣе 5¹/₂ разъ, а вышина ея, которая составляетъ 3/5 ея длины, немного меньше ея ширины. Очень мясистый и примѣтно наклоненный книзу носъ при вершинѣ сильно сжатъ съ боковъ, какъ бы вертикально усѣченъ и значительно выдается впередъ, такъ что ротъ приходится совершенно на нижней сторонѣ головы. Ротъ имѣетъ форму довольно широкой, посрединѣ притупленной дуги и разстояніе между боковыми углами его, приходящимися подъ задними носовыми отверстіями, равняется ширинѣ междуглазнаго промежутка. Верхняя челюсть на всемъ своемъ протяженіи окружена очень мясистою губою, а нижняя челюсть только съ боковъ опоясана двумя губовидными складками, далеко не доходящими до середины ея. Объ челости, сверхъ того, посерединѣ покрыты очень плотными пластинками эпителия, снабжены какъ бы роговыми влагалищами. При углахъ рта находятся два мясистые усика, которые однако довольно коротки, далеко не достаютъ до нижнего края глазъ. Носовыя отверстія каждого бока очень

отд. IV.

2

— 18 —

близкины между собою и только разделяются выдающеюся кожистою лопастинкой; передняя имѣютъ овальную форму, а задняя поперечнолюдуновидную; разстояніе отъ вершины рыла до передняго носоваго отверстія примѣтно болѣе, нежели разстояніе отъ задняго носоваго отверстія до передняго края глаза. Глаза нѣсколько продолговаты и очень малы, такъ что продольный діаметръ глаза содержится въ длиѣ головы около 8¹/₂ разъ и почти 3 раза въ ширинѣ междуглазнаго промежутка: разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза почти равняется разстоянію отъ задняго края глаза до жабернаго отверстія. Подглазныя косточки длины и узки. Нижній край подкрытічной кости примѣтно вогнутъ. Жаберныя щели сравнительно не широки, такъ что нижній конецъ ихъ приходится немного позади задняго края предгаберной кости (praeopercalum).

Спинной и подхвостный плавники при вершинѣ слегка выемчаты, а хвостовый плавникъ довольно глубоко вырѣзанъ. Вышина спиннаго плавника нѣсколько больше вышины тѣла, а вышина подхвостнаго плавника составляетъ около ³/₄ вышины перваго. Изъ двухъ лопастей хвостового плавника верхняя нѣсколько длиннѣе нижней и длина хвостового плавника составляетъ около ⁴/₅ длины головы. Грудные плавники при вершинѣ слегка закруглены и только немного не достаютъ до основанія брюшныхъ плавниковъ; длина ихъ содержится въ длиѣ всего тѣла едва болѣе 6 разъ. Брюшные плавники, которыхъ основаніе приходится противъ середины основанія спиннаго плавника, примѣтно короче брюшныхъ, но все таки хватаютъ до задняго прохода. Этотъ послѣдній довольно широкимъ промежуткомъ, на которомъ умѣщается до 5 чешуекъ, отдѣляется отъ начала подхвостнаго плавника.

Между жаберными отверстіями поперегрѣ горла проходитъ примѣтная кожистая складка, которою голая нижняя сторона головы отдѣляется отъ покрытаго чешуею брюха. Самыя жаберныя отверстія сравнительно не широки, а жаберныя лучи коротковаты. Нахожятся ложныя жабры, изъ которыхъ каждая состоитъ изъ 6 листочковъ. На каждой передней жаберной дугѣ находится 12 паръ очень коротенькихъ и далеко раздвинутыхъ одна отъ другой тычинокъ. Нижнеглоточныхъ зубовъ находится 5|2—2 5 и они при вершинѣ сильно, крючкообразно загнуты. Пищеварительный каналъ довольно широкъ, но коротокъ; длина его составляетъ едва ⁴/₅ длины тѣла. Плавательный пузырь очень нѣжный.

Сколько можно видѣтъ на спиртовомъ экземплярѣ, цвѣтъ тѣла буроватосѣрый, снизу желтоватый. Спинной и хвостовый плавники сѣроватые, а парные плавники и подхвостный б.ѣдножелтоватые.

— 19 —

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только экземпляръ, длиною въ 246 мм., изъ рѣки Хуанъ-хэ. У него весь пищепріемный ка- налъ былъ наполненъ остатками насѣкомыхъ и въ особенности ли- чинокъ.

## Родъ VII. Squaliobarbus Günther.

### Видъ 8. *Squaliobarbus curriculus* Richards., var.

Leuciscus curriculus. Richardson, in Report of 15 h. meet. Brit. Assoc. p. 229.
Leuciscus teretiusculus. Basilewsky, Ichthyol. Chin. bor. in Nouv. Mém. Soc. nat. de Moscou. X. p. 232. Tab. 4, fig. 1.

Rasbora curricula. Bleeker. Ichthyol. Archip. Ind. Prodr. Cypr. p. 286.

Sarcocheilichthys teretiusculus. Kner, Zool. Novara. Fische. p. 356.

Squaliobarbus curriculus. Günther, Catalogue Fish. Brit. Mus. VII. p. 297.—
Bleeker, Cyprinoides de Chine in Verhandl. Akad. Wettensch. Amsterdam. 1871
p. 48. Tab. XIII. fig. 3.

Гр. 1|16. Ер. 1|8. Сп. 3|7. Пд. 3|7. Хв. 19. Бок. лин. 46 7/3.

**Отличительные признаки.** Длина головы содержится въ длинѣ всего тѣла немного болѣе 5 разъ, а діаметръ глаза въ длинѣ головы нѣсколько менѣе 5 разъ; разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника весьма немного меньше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго; задніе углы рта не доходятъ до линіи, проведенной чрезъ передніе края глазт; всѣ чешуйки въ боковой линіи и также въ рядахъ, находящихся поверхъ боковой линіи, обложены въ основной своей части темнымъ пигмен-томъ, вслѣдствіе чего тѣло является испещреннымъ, съ каждаго бока, семью или восемью рядами черноватыхъ пятнышекъ.

**Описаніе.** Тѣло имѣетъ форму удлиненно-веретенообразную и примѣтно сжато съ боковъ. Наибольшая вышина его, которая приходится предъ началомъ спиннаго плавника, примѣтно меньше длины головы и содержится въ длинѣ всего тѣла почти 6 разъ, а наи-меньшая вышина тѣла, предъ основаніемъ хвостоваго плавника, еще вдвое меньше. Разстояніе отъ вершины головы до начала спиннаго плавника примѣтно больше, нежели разстояніе отъ начала спиннаго плавника до основанія хвостоваго, а разстояніе отъ затылка до на-чала спиннаго плавника очень немного меньше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго. Разстояніе отъ вершины головы до задняго прохода почти на 1/3 больше, не-жели разстояніе отъ задняго прохода до вершины хвостоваго плав-ника. Длина хвостоваго стебля составляетъ почти 1/10 длины всего тѣла. Все тѣло, за исключеніемъ головы, покрыто довольно плотною чешуею средней величины; отдѣльныя чешуйки имѣютъ форму почти полувылищическую и продольный діаметръ самыхъ крупныхъ изъ

2*

- 20 -

нихъ почти равняется діаметру глаза. Надъ основною частью каж-
даго брюшнаго плавника сидитъ очень удлиненная, треугольная,
чешуевидная пластинка. Боковая линія отъ верхняго края жабер-
наго отверстія дугообразно опускается книзу и потомъ направляется
взадъ вдоль нижней половины тѣла, почти совершенно параллельно
нижнему краю брюха.

Голова имѣетъ форму небольшаго, спереди закругленнаго клина.
Длина ея содержится въ длине всего тѣла едва только болѣе 5 разъ.
а вышина ея, составляющая около ⅔ ея длины, едва больше ея
ширины. Ротъ занимаетъ самую вершину головы, нѣсколько обра-
щенъ кверху и не великъ, такъ что задніе углы его приходятся въ
одной поперечной линіи съ носовыми отверстіями. Обѣ челюсти опоя-
саны узкими, кожистыми губами и нижняя при вершинѣ образуетъ
маленькій, едва примѣтный бугорокъ, которому соответствуетъ ма-
ленькая впадинка въ верхней челюсти. При заднемъ концѣ верхней
челюсти сидить, съ каждой стороны, небольшой, едва примѣтный
кожистый усикъ. Носовыя отверстія каждого бока очень сближены
между собою и отстоять примѣтно далѣе отъ вершины рыла, нежели
отъ передняго края глаза. Кругловатые глаза довольно велики, такъ
что діаметръ ихъ содержится въ длине головы нѣсколько меѣе 5
разъ, но въ тоже время почти 2 раза въ ширинѣ междуглазнаго
промежутка. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза
только на ¼ меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза до
верхняго края жабернаго отверстія. Задній край преджаберной кости
очень правильною дугою переходитъ въ нижній край.

Косо-усѣченный спинной плавникъ вышиною едва уступаетъ вы-
шинѣ тѣла и значительно выше слегка-выемчатаго подхвостнаго
плавника. Хвостовый плавникъ довольно глубокою вырѣзкою раздѣ-
ленъ на двѣ почти равныя лопасти и длина его содержится въ
длине всего тѣла только немного болѣе 5 разъ. Грудные плавники
примѣтно заострены и далеко не достаютъ до основанія брюшныхъ
плавниковъ; длина ихъ равняется вышинѣ спиннаго плавника. Брюш-
ные плавники примѣтно короче грудныхъ и далеко не хватаютъ до
задняго прохода, придвинутаго очень близко къ началу подхвостнаго
плавника; основаніе брюшныхъ плавниковъ приходится почти про-
тивъ середины спиннаго плавника.

На каждой передней жаберной дугѣ имѣется 14 паръ тычинокъ,
изъ которыхъ 10 приходится на нижнюю часть дуги; онѣ не очень
длинны, но довольно сближены между собою. Въ каждой ложной
жабрѣ находится около 10 листочковъ. Нижнеглоточные зубы рас-

— 21 —

положены въ три ряда, 5¼.2—2¼.4. Пищеварительный каналъ длинне тѣла почти въ 2¼ разъ. Брюшная плева чернаго цвѣта.

Цвѣтъ тѣла сѣровато-бурый, снизу обѣвоватый. Всѣ чешуйки, снящія въ боковой линіи и поверхъ боковой линіи, бываютъ при основаніи покрыты густымъ, темнымъ питментомъ, вслѣдствіе чего тѣло является какъ бы украшеннымъ съ каждой стороны семью или восемью правильными рядами черноватыхъ пятнышекъ. Спинной и хвостовый плавники блѣдно-смѣрые, всѣ другие блѣдно-желтоватые.

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только мужской экземпляръ, длиною въ 185 мм., изъ притоковъ рѣки Хуанъ-хэ. У него весь пищеварительный каналъ былъ набитъ глинистымъ иломъ, въ котором заключались разнообразныя органическія волокна.

Я нарочно представилъ довольно обстоятельное описание нашей рыбки, такъ какъ она нѣсколько отступаетъ отъ описанія и отъ рисунка вида *Squaliobarbus curriculus* въ сочиненіи Блекера. Такъ, напримѣръ, у нашей рыбки при вершинѣ нижней челюсти замѣчается небольшой бугорокъ, тогда какъ Блекеръ говоритъ, что при вершинѣ нижней челюсти не бываетъ никакого бугорка. Далѣе, у нашей рыбки задній край преджаберный кости дугообразно загибается впередъ, тамъ гдѣ переходитъ въ нижній край, а на рисункѣ Блекера задній и нижній края преджаберной кости сходятся между собою почти подъ прямымъ угломъ. Наконецъ, у нашей рыбки длина головы содержится въ длине всего тѣла едва только болѣе 5 разъ, тогда какъ по показаніямъ Блекера длина головы содержатся въ длине всего тѣла не менѣе 6 разъ. Что касается до усіковъ, которыхъ по показанію Гюнтера бываетъ четыре у *Squaliobarbus curriculus*, то уже Блекеръ замѣтилъ, что переднихъ усіковъ иногда совсѣмъ недостаетъ. Во всякомъ случае однако наша рыбка, если и не отдѣлять ее отъ вида *Squaliobarbus curriculus*, служить, повидимому, представительницею нѣсколько обособленной климатической разности.

Еще считаю нужнымъ замѣтить, что рыбы вида *Squaliobarbus curriculus* достигаютъ. какъ кажется, довольно значительной величины. Блекеръ имѣлъ экземпляры длиною въ 318 и въ 404 мм.

## Родъ VIII. Squalius Bonap.

### Видъ 9. *Squalius mongolicus*, nov. sp.

Гр. 1:17. Бр. 1'9. Сп. 3'7. Пд. 3'10. Хв. 21. Бок. лин. 54¼.

Отечественные признаки. Напобольшая вышина тѣла едва только больше длины головы и содержится въ длине всего тѣла почти 5

-- 22 --

разъ; діаметръ глаза содержится въ длинѣ головы 5¹/₂ разъ; нижняя челюсть весьма сильно заворочена кверху и задніе углы рта приходятся противъ заднихъ носовыхъ отверстій; спинной плавникъ нѣ сколько выемчатъ, а еще болѣе подхвостный; всѣ отдѣльныя чешуйки при основаніи усѣяны буроватыми пигментными точками

Описание. Тѣло удлиненное, спереди толстоватое, къ заднему концу значительно сжатое съ боковъ. Наибольшая вышина его, которая приходится при началѣ спиннаго плавника, нѣ сколько больше длины головы и содержится въ длинѣ всего тѣла, съ включеніемъ хвостоваго плавника, почти 5 разъ. Наименьшая вышина тѣла, предъ основаніемъ хвостоваго плавника, составляетъ около ²/₅ наибольшей вышины. Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника очень немного больше, нежели разстояніе отъ начала спиннаго плавника до основанія хвостоваго, а разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника равняется разстоянію отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго. Разстояніе отъ вершины головы до задняго прохода привлізительно на ¹/₅ больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до вершины хвостоваго плавника. Длина хвостоваго стебля составляетъ едва ¹/₇ длины всего тѣла. Все тѣло, за исключеніемъ головы, покрыто довольно плотною чешуею средней величины; отдѣльныя чешуйки имѣютъ форму полулаптическую, при чемъ продольный діаметръ ихъ едва больше поперечнаго и значительно меньше (самыхъ крупныхъ изъ нихъ) діаметра глаза. Открытая часть основанія каждой чешуйки усѣяна буроватыми пигментными точками и отъ того бока тѣла, которые въ сущности золотисто-желтоватаго цвѣта, бываютъ какъ-бы испещрены сѣроватыми пятнышками. Очень удлиненная треугольная чешуйка сидить, съ каждой стороны, надъ основаніемъ брюшнаго плавника. Боковая линія отъ верхняго края жабернаго отверстія опускается книзу очень пологою дугою и потомъ направляется взадъ, къ основанію хвостоваго плавника, вдоль нижней трети тѣла, почти параллельно нижнему краю брюха. Спинной хребетъ, замѣтно закругленный, отъ затылка поднимается вверхъ въ косомъ направленіи до линіи, проходящей позади основанія грудныхъ плавниковъ, а потомъ остается почти совершенно прямымъ, горизонтальнымъ, до начала спиннаго плавника, откуда опять начинаетъ постепенно понижаться.

Голова пмѣетъ форму продолговатаго, спереди остро-закруглен-
наго конуса, съ верхней стороны очень замѣтно приплющеннаго,
между глазами даже слегка вдавленнаго. Длина ея содержится въ
длинѣ всего тѣла нѣ сколько больше 4¹/₂ разъ, а вышина ея, кото-
рая составляетъ около ²/₃ ея длины, прямѣтно больше ея ширины.

— 23 —

Ротъ занимаетъ самую вершину головы и нижняя челюсть очень значительно заворочена кверху, хотя и не выдается предъ верхнею челюстью. Обѣ челюсти опоясаны довольно узкими, кожистыми губами и задніе углы рта приходятся противъ заднихъ носовыхъ отверстій. Носовыя отверстія каждаго бока, расположенные на одномъ уровнѣ съ верхнимъ краемъ глазъ, раздѣляются между собою только узенькою кожистою перегородкою, при чемъ заднее отверстіе на подобіе полукольца окружаетъ переднее. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго носоваго отверстія примѣтно больше, нежели разстояніе отъ задняго носоваго отверстія до передняго края глаза. Глаза почти совершенно круглые и діаметръ ихъ содержится въ длинѣ головы 5¹/₂ разъ, въ ширинѣ междуглазнаго промежутка слишкомъ 1¹/₂ раза. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза почти въ 2 раза меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза до верхняго края жабернаго отверстія. На каждой передней жаберной дугѣ находится 11 паръ небольшихъ тычнокъ, изъ которыхъ 8 приходится на нижнюю часть дуги. Каждая ложная жабра сохранить до 12 листочковъ. Нижнеглоточные зубы, числомъ 5|2—2|5, имѣютъ нормальную форму.

Вышина косо-усѣченнаго, слегка выемчатаго спиннаго плавника составляетъ около ²/₃ вышины тѣла, но значительно больше вышины примѣтно-выемчатаго подхвостнаго плавника. Немного закругленные грудные плавники длиною почти равняются вышинѣ спиннаго плавника, но далеко не достаютъ до основанія брюшныхъ плавниковъ, которое приходится немного спереди отъ начала спиннаго плавника. Спинной и хвостовый плавники сѣрые, всѣ другие красноватые или желтоватые.

Привезенъ г. Пржевальскимъ только одинъ экземпляръ, мужской, длиною въ 245 мм., изъ Далай-нора. По всей вѣроятности, онъ пойманъ близко къ времени нереста, такъ какъ у него почти всѣ отдѣльныя чешуйки, около свободнаго, задняго края ихъ, унизаны рядомъ мелкихъ бородавочекъ, да и голова съ верхней стороны и съ боковъ усѣяна бородавочками, хотя и мало примѣтными. Къ крайнему сожалѣнію, экземпляръ нѣсколько поврежденъ, сошла съ него часть чешуй и хвостовый плавникъ поломанъ.

### Видъ 10. *Squalius chuanchicus*, nov. sp.

Гр. 1:16. Бр. 1:9. Сп. 3:7. Пх. 3:9. Хв. 19. Бок. лин. 54 9/5.

Видъ этотъ чрезвычайно близко подходить къ предшествующему, но все таки, какъ кажется, долженъ быть отъ него отличаемъ. Не

— 24 —

говоря уже о томъ, что у него находится меньше лучей въ хвостовомъ и подхвостномъ плавникахъ и одинъ длинній рядъ чешуекъ снизу, въ промежуткѣ между боковою линіею и основаніемъ брюшнаго плавника, онъ представляетъ еще слѣдующія особенности:

1) Чешуя болѣе тонка и пмѣетъ блескъ серебристый, а не золотистый, какъ у *Squ. mongolicus*; притомъ же совсѣмъ недостаетъ пигментныхъ точекъ при основаніи отдѣльныхъ чешуекъ.

2) Спинной хребетъ, начальная отъ затылка, поднимается очень пологою дуюю почти до самаго начала спиннаго плавника и бываетъ окаймленъ двумя узкимп, бѣдножелтоватыми полосками, которыхъ совершенно не замѣчается у *Squ. mongolicus*.

3) Голова, въ промежуткѣ между глазами, не бываетъ такъ вдавлена, какъ у *Squ. mongolicus*.

4) Грудные плавники сравнительно нѣсколько длиннѣе, нежели у *Squ. mongolicus*; длина ихъ содержится въ длинѣ всего тѣла только 6 разъ (у *Squ. mongolicus* 6¹/₂ разъ).

5) Подхвостный плавникъ почти косо-усѣченный, весьма мало выемчатый, тогда какъ тотъ же плавникъ у *Squ. mongolicus* представляетъ очень примѣтную выемку.

Привезенъ г. Пржевальскимъ также одинъ только экземпляръ этого вида, длиною въ 151 мм., изъ рѣки Хуанъ-хэ. По мѣстонахожденію и дано ему мною названіе *Squalius chuančicus*.

## Четвертое семейство.

### Вьюновидные. Cobiidae.

#### Родъ IX. Diplophysa Kessl.

##### Видъ 11. *Diplophysa dalaica* nov. sp.

Гр. 1|11. Бр. 1|8. Сп. 3|7. Пд. 3|5. Хв. 18. Бок. лин. 75-80.

*Отличительные признаки. Найбѣльшая вышина тѣла содержится въ длинѣ всего тѣла отъ 8 до 8¹/₂ разъ и составляетъ около ²/₃ длины головы, которая содержится въ длинѣ всего тѣла отъ 5¹'7 до 5³/7 разъ; продольный діаметръ глаза содержится въ длинѣ головы около 6 разъ и около 1³/₄ разъ въ ширинѣ междуглазнаго промежутка; носовыя отверстія каждаго бока очень сближены между собою и переднія изъ нихъ вытянуты въ короткія полутрубочки; верхняя губа на краю надрѣзана на мелкіе зубчики, а двураздѣльная низняя губа содержитъ бородавковидныя складочки; почти вся верхняя сторона тѣла на желтоватомъ грунтѣ испещрена тем-

— 25 —

добурыми крапинками и пятнышками, особенно по динѣ боковой линіи и по бокамъ спины.

Описание. Довольно удлиненное тѣло при переднемъ концѣ почти совершенно круглое и только къ концу хвоста значительно сжатое съ боковъ. Наибольшая вышина тѣла, которая приходится почти по серединѣ между затылкомъ и началомъ спиннаго плавника, содержится въ полной длине тѣла, съ включеніемъ хвостоваго плавника, отъ 8 до 8¹/₂ разъ, а наименьшая вышина его, предъ основаніемъ хвостоваго плавника, составляетъ около ²/₃ нанбольшей вышины. Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника примѣтно больше, нежели разстояніе отъ начала спиннаго плавника до основанія хвостоваго, а разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника едва больше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго. Разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода на ¹/₃ больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до конца хвостоваго плавника. Все тѣло совершенно голое и въ боковой линіи содержится отъ 75 до 80 трубочекъ.

Длина тупоконической, спереди закругленной головы содержится въ длине всего тѣла отъ 5¹/₇ до 5³/₇ разъ, а вышина ея, которая составляетъ около ¹/₂ ея длины, немного меньше ея ширины. Ротъ имѣтъ форму плоской дуги и замѣтно подвинутъ на нижнюю сторону головы; задніе углы его приходятся немного спереди отъ переднихъ носовыхъ отверстій. Обѣ челюсти опоясаны широкими, мятистыми губами, при чемъ верхняя губа бываетъ на свободномъ краю надрѣзана на мелкіе зубчики, а двураздѣльная нижняя губа усажена тупыми, складковидными бородавками. Сверхъ того, верхняя челюсть окружена шестью кожистыми усиками, изъ которыхъ четыре стоять надъ среднею частью верхней губы: а два по угламъ рта, въ томъ мѣстѣ, гдѣ верхняя губа переходитъ въ нижнюю. Самые средніе усіки примѣтно короче другихъ, въ особенности угловыхъ, которые достаютъ до глазъ. Носовыя отверстія каждого бока очень сближены между собою и отстоять примѣтно дальше отъ вершины рыла, нежели отъ передняго края глазъ; переднія носовыя отверстія вытянуты въ кожистыя полутрубочки, а заднія пмѣютъ форму продолговато-овальную. Продольный діаметръ глазъ примѣтно больше поперечнаго и содержится въ длине головы около 6 разъ. Ширина междуглазнаго промежутка составляетъ около 1³/₄ глазныхъ діаметра, а разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза, почти равное разстоянію отъ задняго края глаза до верхняго края жаберной щели, составляетъ около 2¹/₂ глазныхъ діаметровъ.

— 26 —

Подглазныя косточки не содержатъ подвижнаго шипа и совершенно покрыты мускулами и кожею.

Вышина примѣтно закругленнаго спиннаго плавника, равная вы-
шинѣ тѣла, составляет около 2/3 длины головы. Подхвостный плав-
никъ, также при вершинѣ закругленный, немного ниже спиннаго и
далеко не достаетъ до основанія хвостоваго, плоско-выемчатаго.
Д. пина основанія спиннаго плавника въ 1¹/₂ раза больше длины ос-
нованія подхвостнаго плавника, но въ 1¹/₂ раза меньше вышины
спиннаго плавника. Д. пина сильно закругленныхъ грудныхъ плавни-
ковъ (въ нихъ 6-ой лучъ самый длинный), очень далеко не достаю-
щихъ до основанія брюшныхъ, содержится въ длинѣ всего тѣла отъ
6 до 6²/₅ разъ и значительно больше вышины спиннаго плавника.
Брюшные плавники примѣтно короче грудныхъ, но хватаютъ до зад-
няго прохода; длина ихъ содержится въ длинѣ всего тѣла отъ 8
до 8¹/₂ разъ и основаніе пхъ приходится почти противъ спиннаго
плавника. Д. пина хвостоваго стебля содержится въ длинѣ всего тѣла
почти ровно 7 разъ. Оконечная часть хвоста, на которой укрѣ-
пляется хвостовый плавникъ, небольшою выемкою раздѣлена на двѣ
не совѣмъ симметрическія доли, изъ которыхъ нижняя нѣсколько
закругленѣе и короче верхней.

По длинѣ спиннаго хребта, отъ затылка до начала спиннаго
плавника, проходитъ тупой валикъ, ограниченной двумя бороздками,
а отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго тяется-
очень плюскій, едва примѣтный жолобокъ. Небольшой жолобокъ на-
ходится также на брюхѣ, позади основанія брюшныхъ плавниковъ.
Заднепроходное отверстіе окружено возвышеннымъ, мускулистымъ
кольцомъ, содержащимъ многочисленныя складки.

Вся верхняя сторона тѣла, на сѣро-желѣтоватомъ грунтѣ, усѣяна
темнобурыми крапинками и пятнышками, изъ которыхъ наиболее
выдѣляются тѣ, которыя расположены по бокамъ спиннаго хребта
и по длинѣ боковой линіи; по самому спинному хребту проходитъ
темнобурая полоска отъ конца спиннаго плавника до основанія хво-
стоваго. Вся брюшная сторона тѣла бѣдножелтоватая. Изъ плав-
никовъ спинной и хвостовый испещрены рядами темныхъ пятны-
шекъ, а остальные бѣдножелтые, только грудные съ верхней сто-
роны темносѣрые.

Привезены г. Пржевальскимъ два экземпляра, изъ Далай-нора,
одинъ женскій, д. ліною въ 155 мм., другой мужской, д. ліною въ
97 мм. У мужскаго недѣлимаго верхніе пять лучей грудныхъ плав-
никовъ примѣтно утолщены и болѣе жестки, нежели другіе. Кромѣ
того, два доставленные г. Пржевальскимъ экземпляра различаются

— 27 —

между собою также нѣсколько по цвѣту и по нѣкоторымъ другимъ признакамъ, составляютъ какъ бы двѣ отдѣльныя разности.

## Видъ 12. *Diplophysa nasalis*, nov. sp.

Гр. 1|11. Бр. 1|7. Сп. 2|7. Пд. 2|5. Хв. 17. Бок. лин. 70.

### Отличительные признаки.
Набољшая вышина тѣла содержится въ длинѣ всего тѣла около 8 разъ и составляетъ около 5/8 длины головы, которая содержится въ длинѣ всего тѣла едва 5 разъ; продольный діаметръ глаза содержится въ длинѣ головы нѣсколько бољѣе 6 разъ и около 13/4 разъ въ ширинѣ между глазнаго промежутка; носовыя отверстія каждаго бока раздѣляются между собою примѣтнымъ промежуткамъ и переднія изъ нихъ вытянуты въ длинныя, почти усиковидныя полутрубочки; верхняя губа имѣетъ край почти совѣтмъ гладкій, а нижняя, съ боковъ складчатая, разсѣкается среднею, очень глубокою бороздкою на двѣ половины. Вся верхняя сторона тѣла, на блѣдножелтоватомъ грунтѣ, испещрена темнобурыми полосками и пятнышками.

Видъ этотъ довольно близко подходитъ къ предшествующему, но въ тоже время представляетъ много признаковъ, по которымъ легко можетъ быть отличимъ отъ него. Укажу здѣсь только на главнѣйшіе изъ нихъ:

1) Все тѣло сильнѣе сжато съ боковъ, особенно при переднемъ концѣ, менѣе кругловато, нежели у *Dipl. dalaica*.

2) Голова примѣтно продолговатѣе и вышина ея при затылѣ едва уступаетъ ея шириń.

3) Глаза еще болѣе продолговаты, нежели у *Dipl. dalaica*.

4) Носовыя отверстія каждаго бока раздѣляются между собою очень примѣтнымъ промежуткомъ; два переднія изъ нихъ вытянуты въ длинныя, почти усиковидныя полутрубочки, а заднія, очень небольшія, имѣютъ форму продолговато-овальную.

5) Свободный нижній край верхней губы почти совершенно гладкій, а нижняя губа, съ боковъ сложенная въ складочки, очень глубокою среднею бороздкою разсѣкается на двѣ половинки.

6) Спинной плавникъ при вершинѣ менѣе закругленъ и нѣсколько дальше подвинутъ взадъ, такъ что разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника примѣтно больше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго.

7) Грудные плавники примѣтно болѣе заострены и самые длинные лучи ихъ, второй и третій, почти равны между собою; длина грудныхъ плавниковъ содержится въ длинѣ всего тѣла 52/3 разъ.

- 28 -

8. Основаніе брюшныхъ плавниковъ приходится противъ начала спиннаго плавника; они несовѣмъ достаютъ до задняго прохода и длина пхъ содержится въ динѣ всего тѣла почти 8 разъ.

9) Цвѣтъ тѣла почти такой же, какъ у *Dipl. dalaica*, но пониже темной полоски, происходящей отъ пятныхекъ, окаймляющихъ боковую линію, находится еще рядъ темнобурыхъ, продолговатыхъ пятныхекъ, которыхъ недостаетъ у *Dipl. dalaica*.

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только экземпляръ, изъ Даний-нора, длиною въ 80 мм. Экземпляръ этотъ мужской и у него верхніе лучи грудныхъ плавниковъ утолщены точно такимъ же образомъ, какъ у мужскаго экземпляра вида *Dipl. dalaica*.

### Видъ 13. *Diplophysa intermedia*, nor. sp.

Гр. 1'11. Бр. 1.7. Сп. 2'8. Пд. 2'5. Хв. 17. Бок. лин. 80.

*Отличительные признаки. Набольшая вышина тѣла содержится въ динѣ всего тѣла 8¹/₂ разъ и составляетъ едва ²/₃ динны головы, которая содержится въ динѣ всего тѣла нѣсколько болѣе 5¹/₂ разъ; продольный діаметръ глаза содержится въ динѣ головы почти 6 разъ и около 1²/₃ разъ въ ширинѣ между глазнымъ промежутка: носовыя отверстія каждого бока очень сближены между собою и переднія изъ нихъ полутрубчаты, а заднія, довольно большія, имѣютъ форму поперечно-овальную: верхняя губа на краю зубчато надрѣзана, а двулопастная нижняя губа съ боковъ сложена въ складочки. Вся верхняя сторона тѣла на обѣдносѣроватомъ грунѣ испещрена темнобурыми крапинками и пятнышками, которые достигаютъ наибольшей величины по динѣ боковой линіи.*

Видъ этотъ занимаетъ какъ бы середину между двумя предшествующими, *Dipl. dalaica* и *Dipl. nasalis*: по тѣлосложенію и образованію губъ очень близко подходитъ къ первому изъ нихъ, а по положенію брюшныхъ плавниковъ болѣе къ второму. Отъ обоихъ отличается образованіемъ носовыхъ отверстій; главнѣйшія особенности его вообще сглѣдующія:

1) Носовыя отверстія каждого бока сильно между собою сближены, и вмѣстѣ съ тѣмъ переднія носовыя отверстія вытянуты въ короткія, кожистыя полутрубочки, а заднія, довольно широкія, на подобіе полуколецъ, прилегаютъ къ переднимъ, окружая ихъ съ задней стороны.

2) Спинной плавникъ сверху косо-усѣченный, только спереди нѣсколько закругленъ. Разстояніе отъ затылка до начала спиннаго

— 29 —

плавника немного больше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго.

3) Грудные плавники менѣе закруглены, нежели у Dipl. dalaica но болѣе закруглены, нежели у Dipl. nasalis; самые длинные лучи въ нихъ четвертый п пятый, почти равные между собою. Длина ихъ содержится въ длиѣ всего тѣла едва 6 разъ.

4) Основаніе брюшныхъ плавниковъ приходится какъ разъ противъ начала спиннаго плавника; они хватаютъ до начала подхвостнаго плавника и длина ихъ содержится въ длиѣ всего тѣла нѣ сколько болѣе 7 разъ.

5) Хвостовый плавникъ нѣ сколько глубже вырѣзанъ, нежели у Dipl. dalaica и Dipl. nasalis.

Верхняя сторона тѣла испещрена почти такими же темнобурыми крапинками и пятнышками, какъ у Dipl. dalaica, но пятнышки, унизывающія боковую линію, болѣе широки и рѣзче разграничены между собою. Очень бросается въ глаза также двухлопастное, темнобурое пятнышко, находящееся при основаніи хвостоваго плавника. Изъ плавниковъ не только спинной и хвостовый испещрены рядами темныхъ пятнышекъ, но также грудные и брюшные, по крайней мѣрѣ съ верхней стороны. Нижняя сторона тѣла желтоватая, съ сильнымъ краснымъ оттѣнкомъ, особенно на хвостѣ.

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только мужской экземпляръ, длиною въ 69 мм., изъ Данай-нора. У него верхніе лучи грудныхъ плавниковъ примѣтно утолщены, подобно какъ у мужскихъ экземпляровъ двухъ предшествующихъ видовъ.

### Видъ 14. Diplophysa costata, nov. sp.

Гр. 1|11. Бр. 1|6. Сп. 2|7. Пд. 2|5. Хв. 17.

**Отличительные признаки.** Наибольшая вышина тѣла содержится въ длиѣ всего тѣла почти 10 разъ и составляетъ едва болѣе 1/2 длины головы, которая содержится въ длиѣ всего тѣла немного болѣе 5 разъ: діаметръ кругловатаго глаза содержится въ длиѣ головы около 6 разъ и слишкомъ 2 раза въ ширинѣ междуглазнаго промежутка. Носовыя отверстія каждого бока далеко раздвинуты одно отъ другаго и позади каждого передняго носоваго отверстія стоить тонкій кожистый усикъ, длиною едва уступающій верхне-губнымъ усикамъ; обѣ губы почти совершенно кожисты и двѣ половинки нижней губы по серединѣ не раздѣляются бороздкою; съ каждой стороны тѣла, по длиѣ боковой линіи тянется темная полоска, отъ которой кверху и книзу, по направленію сильно выраженныхъ между-мускуль-

— 30 —

ныхъ бороздокъ, расходятся параллельныя собою темныя черточки.

Видъ этотъ представляетъ столько особенностей, что для него
с.ѣдовало-бы, можетъ быть, установить отдельный новый родъ, но
не рѣшаюсь это сдѣлать по двумъ причинам: съ одной стороны,
весьма затруднительно, имѣя одинъ только небольшой экземпляръ
рыбки, долженствующей служить типомъ новаго рода, опредѣлить
съ точностью ея родовые признаки, а съ другой стороны, у нея пла-
вательный пузырь совершенно такой же, какъ въ родѣ Diplophysa,
и видъ Dipl. nasalis въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ составляетъ какъ
бы форму переходную отъ нормальныхъ видовъ рода Diplophysa къ
виду Dipl. costata. Представляю по возможности подробное описа-
ніе интересной рыбки.

Тѣло очень удлиненное, значительно сжатое съ боковъ, покры-
тое кругловатыми, разрозненными чешуйками, едва примѣтными для
невооруженного глаза; только къ концу хвоста чешуйки болѣе сгу-
щены и легче примѣтны. Наибольшая вышина тѣла, приходящаяся
самѣтно спереди отъ спиннаго плавника, немного только больше
наименьшей вышина хвоста, предъ основаніемъ хвостоваго плавника, и
содержится въ мѣсѣсего тѣла, съ включеніемъ хвостоваго плавника,
почти ровно 10 разъ; въ тоже время она составляетъ очень немного
только больше ¹,² длины головы. Съ каждой стороны тѣла по длинѣ
боковой линіи тянется жолобокъ, въ которомъ однако трудно бы-
ваетъ отличать отдельныя отверстія подкожнаго канала. Кверху и
книзу отъ боковой линіи, въ косомъ направленіи взадъ, расходятся
очень примѣтныя, параллельныя между собою, междуускульныя
бороздки, числомъ около 36: только къ концу хвоста онѣ дѣлаются
постепенно малопримѣтными и даже совсѣмъ теряются. По длинѣ
спиннаго хребта, отъ затылка до начала спиннаго плавника, тя-
нется валикъ, спереди частью двураздѣльный, окаймленный двумя
парами довольно глубокихъ, параллельныхъ между собою бороздокъ.
Отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго проходитъ
по хребту возвышенная кожистая складка. Разстояніе отъ вершины
рыла до начала спиннаго плавника почти равняется разстоянію отъ
начала спиннаго плавника до вершины хвостоваго плавника, а раз-
стояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника значительно больше,
нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хво-
стоваго. Разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода слишкомъ на ¹,³ больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до вер-
шины хвостоваго плавника.

Голова нѣсколько приплющена и спереди тупо-закруглена. Длина
ея содержится въ длинѣ всего тѣла едва болѣе 5 разъ, а вышина

— 31 —

ея, которая составляет меньше 1/2 ея длины, примѣтно меньше ея ширины. Небольшой дуговидный ротъ нѣсколько подвинутъ къ нижней сторонѣ головы и опоясанъ кожистыми губами, при чемъ двѣ половинки нижней губы по серединѣ раздѣляются примѣтнымъ промежуткомъ. Изъ шести усиковъ, окружающихъ верхнюю губу, средніе очень немного короче боковыхъ, сидящихъ при углахъ рта. Носовыя отверстія калѣдаго бока раздѣляются между собою очень широкимъ промежуткомъ. Небольшія переднія носовыя отверстія приходятся противъ заднихъ угловъ губъ и непосредственно позади ихъ стоять два усика, которые совершенно сходны съ верхнегубными успиками и даже длиною почти не уступаютъ среднимъ верхнегубнымъ усикамъ. Заднія носовыя отверстія имѣютъ форму поперечновальную и придвинуты близко къ верхнему краю глазъ. Самые глаза почти совершенно круглые и діаметръ ихъ содержится въ длинѣ головы нѣсколько болѣе 6 разъ. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза въ 2 раза больше глазнаго діаметра, но въ 1½ раза меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза до жабернаго отверстія. Ширина междуглазнаго промежутка также слишкомъ въ 2 раза больше глазнаго діаметра. Весьма многочисленны на головѣ дырочки подкожныхъ трубокъ; онѣ образуютъ съ каждаго боку двѣ полоски, обгибающія сверху и снизу глаза и носовыя отверстія и сливающіяся потомъ между собою въ одну поперечную, предносовую полоску.

Спинной и подхвостный плавники при вершинѣ сильно закруглены и вообще имѣютъ почти одинаковую форму, только первый примѣтно выше втораго (вышиною не уступаетъ вышинѣ тѣла). Хвостовый плавникъ также на вершинѣ примѣтно закругленъ. Грудные и брюшные плавники примѣтно заострены, хотя въ первыхъ самый длинный лучъ есть шестой. Длина грудныхъ плавниковъ содержится въ длинѣ всего тѣла нѣсколько больше 8 разъ, а длина брюшныхъ плавниковъ почти 9¹/2 разъ. Длина промежутка, раздѣляющего основаніе грудныхъ плавниковъ отъ основанія брюшныхъ, почти въ 2¹/2 раза больше длины грудныхъ плавниковъ. Брюшные плавники примѣтно не достаютъ до задняго прохода и основаніе ихъ приходится противъ начала или даже нѣсколько спереди отъ начала спиннаго плавника.

Вся верхняя сторона тѣла на бѣднобуроватымъ грунтѣ испещрена темнобурыми полосками; съ каждаго бока наиболее бросаются въ глаза продольная полоска, сопутствующая боковой линіи, и рядъ параллельныхъ между собою, поперечныхъ полосокъ, занимающихъ междумускульныя бороздки. Вся верхняя сторона головы и всѣ

— 32 —

усики темносѣраго цвѣта: брюхо обѣловатое. Спинной и хвостовый плавники сѣрые, испещренные рядами черноватыхъ пятнышекъ, а плавники грудные, брюшные и подхвостный свѣтлосѣрые, частью также испещренные черноватыми пятнышками.

Доставленъ г. Пржевальскимъ одинъ только экземпляръ, длиною въ 65.5 мм., пзъ Далай-нора. Озеро Далай-норъ вообще. какъ кажется. отмечается богатствомъ рыбъ изъ рода *Diplophysa*.

## Родъ X. Nemachilus Van Hasselt.

### Видъ 15. *Nemachilus robustus*, nov. sp.

Гр. 1.11. Бр. 1|8. Сп. 2|8. Пд. 2|5. Хв. 19.

*Отличительные признаки.* Все тѣло совершенно голое; глаза очень примѣтно обращены кверху; разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника только не много меньше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до вершины хвостового; длина головы содержится въ длинѣ всего тѣла 5³/₄ разъ; верхняя, закругленная лопасть примѣтно-выемчатаго хвостового плавника едва только короче нижней лопасти.

*Описаніе.* Тѣло плотное, кругловатое, только къ самому концу хвоста значительно сжатое съ боковъ, совершенно голое; наибольшая вышина его, которая приходится по серединѣ между затылкомъ и началомъ спиннаго плавника, содержится въ длинѣ всего тѣла около 9 разъ и составляетъ около 2/3 длины головы; наименьшая вышина хвоста, предъ основаніемъ хвостового плавника, почти вдвое меньше. Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника очень немного меньше, нежели разстояніе отъ задняго конца спиннаго плавника до вершины хвостового, а разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника нѣсколько меньше, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостового. Разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода на 1/4 больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до вершины хвостового плавника. Длина хвостового стебля составляетъ около 2/11 длины всего тѣла. Въ прямой боковой линіи нѣтъ возможности сосчитать число отѣсныхъ трубочковъ. Такъ какъ трубочки эти къ заднему концу очень утончаются и болѣе или менѣе между собою сливаются.

Голова къ переднему концу примѣтно приплющена и спереди закруглена; длина ея содержится въ длинѣ всего тѣла 5³/₄ разъ, а вышина ея, равная 1/2 длины, нѣсколько меньше ея ширины. Ротъ совершенно подвинутъ на нижнюю сторону головы и имѣетъ форму весьма плюской дуги, съ двумя небольшими, направленными взадъ

— 33 —

колѣнами: онъ опоясанъ довольно толстыми губами, изъ которыхъ
нижняя очень примѣтнымъ среднимъ жолобкомъ раздѣлена на двѣ
половинки. Изъ шести толстыхъ усиковъ, окружающихъ верхнюю
губу, самые задніе, угловые, почти достаютъ до нижняго края глазъ.
Носовыя отверстія каждаго бока очень сближены между собою и
придвинуты близко къ глазамъ; переднія носовыя отверстія выта-
нуты въ короткія, кожистыя трубочки, а заднія кругловаты. Круг-
ловатые глаза очень примѣтно обращены кверху; діаметръ ихъ со-
держится въ длинѣ головы нѣсколько больше 6 разъ и почти 1¹/2 раза
въ ширинѣ междуглазнаго промежутка. Разстояніе отъ вершины
рыла до передняго края глаза почти равняется разстоянію отъ зад-
няго края глаза до жабернаго отверстія.

Плавники спинной и подхвостный на вершинѣ едва примѣтно
вымчаты, а хвостовый очень примѣтно вымчатъ. Спинной плав-
никъ немного выше подхвостнаго, котораго вышина почти равняется
вышинѣ тѣла. Длина хвостового плавника, котораго верхняя лопасть
нѣсколько круглѣе и короче нижней лопасти, содержится въ длинѣ
всего тѣла около 7¹/2 разъ. Грудные и брюшные плавники на вер-
шинѣ тупо закруглены и первые, которыхъ длина содержится въ
длинѣ всего тѣла немного болѣе 6¹/2 разъ, примѣтно длиннѣе
послѣднихъ, не достающихъ до задняго прохода. Длина промежутка.
раздѣляющего основаніе грудныхъ плавниковъ отъ основанія брюш-
ныхъ, въ 2 раза больше длины грудныхъ плавниковъ. Заднепроходное
отверстіе помѣщается на небольшой бородавкѣ и довольно толстый
край его лопастинчато надрѣзанъ.

Цвѣтъ верхней стороны тѣла, по видимому, буроватосѣрый, съ
шир Sokimii, темносѣрыми поперечными полосками, а цвѣтъ нижней
сторони тѣла съ роватобѣлый. Спинной плавникъ блѣдносѣроватый
съ слѣдами болѣе темныхъ пятнышекъ, хвостовый желѣтоватосѣрый
съ двумя темносѣрыми пятнами при основаніи и съ двумя темно-
сѣрыми, поперечными полосками, изъ которыхъ одна проходитъ
почти чрезъ середину его, а другая окаймляетъ его вершину; плав-
ники грудные, брюшные и подхвостный блѣдно-желѣтоватые.

Привезенъ г. Пржевальскимъ одинъ только мужской экземпляръ,
длиною въ 138 мм., изъ Ганьсу. По всей вѣроятности онъ былъ
пойманъ около времени нереста, такъ какъ вся верхняя сторона
головы усѣяна мелкими бородавочками, а также покрыты съ верх-
ней стороны мельчайшими бородавочками верхніе шесть лучей груд-
ныхъ плавниковъ, значительно утолщенные.

отд. IV.

3

— 34 —

## Видъ 16. *Nemachilus zaidamensis*, nov. sp.

Гр. 1/11. Бр. 17. Сп. 1/5. Пд. 1/5. Хв. 16.

Между рыбами, привезенными г. Пржевальскимъ, были двѣ очень небольшія, одна длиною въ 68 мм., другая въ 40 мм., изъ ключа въ области Цайдамъ, которые также относились къ роду *Nemachilus* и именно къ виду, довольно близко подходящему къ виду *Nem. robustus*, но находились въ такой дурной сохранности, что не представлялось никакой возможности ближе ихъ изъстѣдовать и составить надлежащее описание ихъ. Могу только сообщить следующія отрывковыя замѣтки относительно ихъ:

1) Длина головы содержится въ длиѣ всего тѣла около 5¼ разъ.

2) Носовыя отверстія каждого бока очень соложены между собою и заднія изъ нихъ, на подобіе подухолецъ, окружаютъ переднія, которые вытянуты въ широкія колистыя трубочки; вмѣстѣ съ тѣмъ посовыя отверстія придвинуты довольно близко къ глазамъ.

3) Діаметръ немного продолговатыхъ глазъ содержится въ длиѣ головы около 5 разъ.

4) Разстояніе отъ вершины рыла до начала спиннаго плавника равняется разстоянію отъ конца спиннаго плавника до середины хвостоваго.

5) Спинной плавникъ, который содержитъ, повидимому, всего только 6 лучей, изъ которыхъ первый, простой, при основаніи примѣтно утолщень, на вершинѣ закругленѣ; вышина его почти равняется длиѣ головы.

6) Основаніе брюшныхъ плавниковъ, достающихъ до задняго прохода, приходится почти противъ середины спиннаго плавника.

7) Всѣ плавники украшены двумя или тремя радами черноватыхъ пятнышекъ, которые особенно рѣзко отмѣчены на спинномъ и хвостовомъ плавникахъ.

8) Вся верхняя сторона тѣла испещрена чернобурыми пятнышками, изъ которыхъ самыя крупныя, продолговатыя, образуютъ правильный рядъ по длиѣ боковой линіи.

## Родъ ХІ. *Misgurnus Lacér.*

### Видъ 17. *Misgurnus cestoides*, nov. sp.

Гр. 10. Бр. 6. Сп. 2/6. Пд. 2/5. Хв. 18.

Отличительные признаки. Набольшая вышина тѣла содержится въ длиѣ всего тѣла почти 12 разъ и составляетъ около 3/5 длины головы, которая содержится въ длиѣ всего тѣла около 6 3/4 разъ.

— 35 —

діаметръ глаза содержится въ длинѣ головы нѣсколько болѣе 6 разъ и около 2¹/₃ разъ въ ширинѣ между глазнымо промежутка; ротъ окружаютъ 12 усиками, изъ которыхъ 6 сидятъ на нижней челюсти.

**Описание.** Тѣло очень удлиненное, сильно сжатое съ боковъ. почти лентовидное, густо покрытое нѣжными, мелкими чешуйками. Нанебольшая вышина его, которая приходится предъ началомъ спиннаго плавника и составляетъ около 3/5 длины головы, почти 12 разъ содержится въ длинѣ всего тѣла и сѣда въ 1¹/₂ раза болѣе наименьшей вышины хвоста, предъ основаніемъ хвостоваго плавника. Разстояніе отъ вершины рыла до пачача спиннаго плавника почти равняется разстоянію отъ начала спиннаго плавника до вершины хвостоваго, а разстояніе отъ затылка до начала спиннаго плавника нѣсколько болѣе, нежели разстояніе отъ конца спиннаго плавника до основанія хвостоваго. Разстояніе отъ вершины рыла до задняго прохода на 1/4 больше, нежели разстояніе отъ задняго прохода до вершины хвостоваго плавника. По длинѣ спиннаго хребта, отъ затылка до спиннаго плавника, проходить возвышенная кожистая складочка и другая подобная складочка находится предъ основаніемъ хвостоваго плавника. По длинѣ брюха, отъ грудныхъ плавниковъ до основанія брюшныхъ, проходить узенькая бороздка.

Голова значительно сжата съ боковъ и спереди сильно закруглена; длина ея содержится въ длинѣ всего тѣла около 6³/₄ разъ, а вышина ея, которая составляетъ почти 3/5 ея длины, почти въ 1¹/₂ раза больше ея ширины. Небольшой, дуговидный ротъ обращенъ книзу и окруженъ 12 усиками, изъ которыхъ 6 приходятся на верхнюю челюсть и 6 на нижнюю челюсть; верхнечелюстные усики, особенно задніе изъ нихъ, примѣтно длиннѣе нижнечелюстныхъ, изъ которыхъ самые передніе почти совсѣмъ зачаточны; всѣ усики усѣяны мельчайшими, но все таки удобопримѣтными бородавочками. Носовыя отверстія довольно близко придвинуты къ глазамъ, въ особенности заднія, немного продолговатыя; переднія вытянуты въ кожистыя трубочки. Глаза немного продолговатыя; продольный діаметръ ихъ содержится немного болѣе 6 разъ въ длинѣ головы и составляетъ около 2/3 ширины между глазнымо промежутка. Разстояніе отъ вершины рыла до передняго края глаза равняется 2¹/₂ глазнымъ діаметрамъ, но немного меньше, нежели разстояніе отъ задняго края глаза до жабернаго отверстія.

Всѣ плавники, какъ парные, такъ и пепарные, при вершинѣ примѣтно закруглены. Плавники спинной и подхвостный имѣютъ почти одинаковую форму, по первый, выпишило почти равный вышинѣ тѣла, нѣсколько выше втораго. Длина хвостоваго плавника

— 36 —

содержится въ длинѣ всего тѣла почти 7 разъ. Нарные плавники очень малы. Длина промежутка раздѣляющего основаніе грудныхъ плавниковъ отъ основанія брюшныхъ, почти въ 3½ раза больше длины грудныхъ плавниковъ, которая содержится въ длинѣ всего тѣла почти 12 разъ (т. е. равняется вышинѣ тѣла и вышинѣ спиннаго плавника). Брюшные плавники еще гораздо короче грудныхъ и далеко не достаютъ до задняго прохода; основаніе ихъ приходится нѣсколько позади начала спиннаго плавника.

Все тѣло сверху буровато-сѣрое, съ слѣдами болѣе темныхъ пятны-шекъ, снизу обѣдносѣрое. При основаніи хвостоваго плавника на-ходится обѣловатая поперечная полоска и съ верхней стороны, позади полоски, кругловатое черное пятнышко. Хвостовый плавникъ испещ-ренъ многочисленным, перемежающимися поперечными полосками, сѣятыми и темными, всѣ же другіе плавники сѣроватые и только при вершинѣ украшены темною касмкою. Всѣ усіки при вершинѣ черноваты.

Привесень г. Приссальскимъ только одинъ экземпляръ этого вьюнчика, длиною въ 58,5 мм., изъ окрестностей Далай-пора.

— 11 —

<table><thead><tr><th>Стран.</th><th>Строка.</th><th>Напечатано.</th><th>Сыдует читат.</th></tr></thead><tbody><tr><td>142</td><td>17 снізу</td><td>Pyrrhula sp.</td><td>Pyrrhula erythacus</td></tr><tr><td>243</td><td>2 »</td><td>Chelidon sp.</td><td>Chelidon cashmiriensis</td></tr><tr><td>—</td><td>7 »</td><td>Carpodacus rubicilla</td><td>Carpodacus rubicilloides n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Calliope pectoralis</td><td>Calliope Tschebaiewi, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>8 »</td><td>Shoenicola sp.</td><td>Urocynchramus Pylzowi, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>10 »</td><td>Montifringilla sp.</td><td>Onychospiza Taczanowski n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>19 »</td><td>Perdix sp.</td><td>Perdix sifanica, nov. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>21 »</td><td>Bonasia sp.</td><td>Tetrastes Sewerzowi, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>32 »</td><td>Phasianus elegans?</td><td>Phasianus Strauchi n. sp.</td></tr><tr><td>279</td><td>23 сверху</td><td>Schizopygopsis nov. sp.</td><td>Schizopygopsis Przewalskii n. sp.</td></tr><tr><td>282</td><td>8 »</td><td>Montifringilla?</td><td>Onychospiza Taczanowskii</td></tr><tr><td>—</td><td>17 »</td><td>L. ridibundus</td><td>Pyrgilauda ruficollis</td></tr><tr><td>—</td><td>24 »</td><td>Buteo ferox</td><td>L. brunneicephalus.</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Falco sp.</td><td>Buteo hemilasius.</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Aquila sp.</td><td>Falco Hendersoni</td></tr><tr><td>298</td><td>2 »</td><td>Phasianus sp.</td><td>Aquila bifasciata</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Buteo ferox</td><td>Phasianus Vlangalii, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Falco sp.</td><td>Buteo hemilasius</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Circus sp.</td><td>Falco Hendersoni</td></tr><tr><td>310</td><td>2 снізу</td><td>Canis sp.</td><td>Circus cyaneus.</td></tr><tr><td>—</td><td>3 »</td><td>Antilope sp.</td><td>Canis chanco.</td></tr><tr><td>—</td><td>4 »</td><td>Ovis sp.</td><td>Antilope picticauda</td></tr><tr><td>326</td><td>20 сверху</td><td>Antilope sp.</td><td>Ovis Nahoor</td></tr><tr><td>328</td><td>7 »</td><td>Canis sp.</td><td>Antilope picticauda</td></tr><tr><td>330</td><td>9 »</td><td>Cinclus sp.</td><td>Canis chanco.</td></tr><tr><td>—</td><td>22 »</td><td>Alauda albigala</td><td>Cinclus sordidus</td></tr><tr><td>—</td><td>23 »</td><td>Montifringilla? sp.</td><td>Alauda kukunoorensis? n. sp.</td></tr><tr><td>343</td><td>3 снізу въ прим.</td><td>Grus sp.</td><td>Onychospiza Taczanowskii, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Eudromias sp.</td><td>Grus nigricollis, n. sp.</td></tr><tr><td>—</td><td>5 »</td><td>Numenius sp.</td><td>Aegialites cantianus</td></tr><tr><td>—</td><td>7 »</td><td>L. ridibundus</td><td>Numenius major</td></tr><tr><td>—</td><td>8 »</td><td>Cignus olor</td><td>L. brunneicephalus</td></tr><tr><td>366</td><td>16 »</td><td>Ruticilla erythronota</td><td>Cygnus olor?</td></tr><tr><td>—</td><td>— »</td><td>Emberiza sp.</td><td>Ruticilla alaschanica</td></tr><tr><td>—</td><td>17 »</td><td>Hirundo sp.</td><td>Emberiza ciopsis</td></tr><tr><td>375</td><td>25 сверху</td><td>Passer sp.</td><td>Chelidon cashmiriensis</td></tr><tr><td></td><td></td><td></td><td>Passer ammodendri</td></tr></tbody></table>

— IV —

III. Пресмыкающаяся и земноводныя.

<table><thead><tr><th>Стрнн.</th><th>Строки.</th><th>Напечатано.</th><th>С. Indуетъ читать.</th></tr></thead><tbody><tr><td>8</td><td>4 снизу</td><td>не многіе</td><td>немногіе</td></tr><tr><td>14</td><td>10 сверху</td><td>предыдущему</td><td>предъидущему</td></tr><tr><td>»</td><td>20 »</td><td>предыдущему</td><td>предъидущему</td></tr><tr><td>15</td><td>6 »</td><td>предыдущему</td><td>предъидущему</td></tr><tr><td>22</td><td>17 »</td><td>съ весьма также</td><td>съ также весьма</td></tr><tr><td>28</td><td>2 »</td><td>Табл. VI.</td><td>Табл. IV.</td></tr><tr><td>47</td><td>6 снизу</td><td>между носовыми</td><td>междуносовые и</td></tr></tbody></table>

Отдѣлъ IV. Рыбы.

<table><tbody><tr><td>9</td><td>5 сверху</td><td>Wossnsejenskyi</td><td>Wosnessenskii</td></tr><tr><td>»</td><td>16 »</td><td>Wossnesjenskyi</td><td>Wosnessenskii</td></tr><tr><td>»</td><td>24 »</td><td>Wossnessenskyi</td><td>Wosnessenskii</td></tr><tr><td>»</td><td>26 »</td><td>Wossnessenskyi</td><td>Wosnessenskii</td></tr><tr><td>16</td><td>17 »</td><td>clausa</td><td>clauso</td></tr><tr><td>»</td><td>9 снизу</td><td>Magagobio</td><td>Mcgagobio</td></tr><tr><td>19</td><td>7 сверху</td><td>Basilewsky</td><td>Basilewski</td></tr></tbody></table>

ОБЪЯСНЕНИЕ РИСУНКОВЪ.

Всѣ рисунки, приложенные къ настоящей книге, исполнены съ чучелѣ и, спротовыхъ экземпляровъ, привезенной намъ коллекціи ¹). Изъ млекопитающихъ, оставшихся пока необработанными, сдѣланы изображенія наболѣе характерны хъ видовъ, свойственныхъ Монголіи и сѣв. Тибету.

Млекопитающія и птицы.

Таб. I. Фиг. 1. *Антилопа Дзеренъ* (Procapra gutturosa, Pall, самецъ); объ этомъ видѣ говорится въ 1-мъ томъ на стр. 18—21.
Фиг. 2. *Антилопа Хара-султа* (Gazella subgutturosa, Güld., самецъ); о ней см. въ 1-мъ томъ стр. 141—143.

Таб. II. *Антилопа Ада* (Procapra picticauda, Hodg., самецъ и самка); см. 1-й томъ стр. 326—328.

Таб. III. *Антилопа Оропо* (Pantholops Hodgsoni, Gray, самецъ); о немъ см. И-й томъ стр. 323—326.

Таб. IV. Фиг. 2. *Самка предъидущаго вида*.
Фиг. 1. *Куку-яманъ* изъ Тибета (Pseudois Nahoor, Hodgs., самецъ).

Таб. V. *Куку-яманъ* изъ *Ала-шаня* (Pseudois Burrhel, Blyth., самецъ и самка) весьма пширокъ къ предъидущему виду; о немъ см. И-й томъ стр. 174—179.

Таб. VI. *Былгарудый аралли* (Ovis Polii, Blyth, самецъ среднего возраста); объ этомъ видѣ см. I томъ стр. 321—323.

Таб. VII. *Старая самка* того же вида; окраска шерсті сдѣлана спишкомъ темною.

Таб. VIII. *Дикій якъ* (Poéphagus grunniens, Pall. ferus). Отличается отъ домашняго; а) гораздо большимъ ростомъ; б) постоянною черною окраскою, которая у старыхъ экземпляровъ дѣлается темно-коричневою на бокахъ и на спинѣ); с) тѣю покрыто короткою шерстью и только внизу туловища находится бахрома длинныхъ волосъ; д) рога гораздо длинѣе и тонше; е) хвостъ болѣе коротокъ и обрубистъ. Объ образѣ жизни см. І-й томъ стр. 311—321.

Слѣдующія одиннадцать таблицъ заключаютъ въ себѣ рисунки новыхъ видовъ птицъ; на таблицѣ XX изображены яйца наболѣе рѣдкихъ видовъ.

¹) Насколько затруднительно и дорого у насъ изготовленіе спеціальныхъ, въ особенности хромолитографированныхъ, рисунковъ можно видѣть изъ того, что 20 таблицъ млекопитающихъ и птицъ, приложенныхъ къ настоящей книге, работались цѣлый годъ, столѣтъ, въ количествѣ 500 экземпляровъ, 3,414 рублейъ и все таки исполнены большейю частію неудовлетворительно.