71

Давно хошѣль узрѣшь, безбрежныя озеры,
Великолѣпныя заоблачныя горы,
Сімі школь чисшыя въ румянцѣ небеса,
Богашый здѣшній кряжь, дремучіе лѣса,
Паденье шумныхъ рѣкъ. И міръ сей первобышный
Плѣнялъ мой жадный взоръ и умъ мой любопышный.
И чшожь? Я переплылъ безвѣстныя моря:
Здѣсь ласковый пріемъ просшаго дикаря
Надежду воскресіль въ пришельцахъ угнешенныхъ.
Тогда, какъ мудрый сонмъ злодѣевъ просвѣщенныхъ
Мое наслѣдіе въ Парижѣ пожиралъ,
Честной просшакъ въ лѣсахъ насъ хлѣбомъ надѣлялъ.
Тогда мнѣ въ мысль пришло, на сѣхъ долинахъ шучныхъ,
Какъ нѣкогда ощевѣ въ поляхъ благополучныхъ,
Помѣсшемъ собственнымъ счасшилио обладашь
И Робинзона роль дѣйсшишельно сыграшь.
Какіе могушь бышь шруды на свѣшѣ чужды
Тому, кшо подъ бичемъ мучищельницы—нужды?
Я опышомъ узналъ, какъ пашешъ землю плугъ,
Какъ класы жнушъ серпомъ, косою косяшъ лугъ;
Самъ насадилъ свой садъ, устроилъ земледѣлье,
Въ семѣ домикѣ, мое шы видишь рукодѣлье.
Климашы разные для сада, нивъ и грядъ
Даришъ намъ низкій долъ, горы высокой скашъ.
Сопушствовали намъ чрезъ Океанъ расшѣнья:
Здѣсь двухъ міровъ у насъ расшушъ произведенья.
Прованса фигу, гроздъ Бордосскій я привилъ —
И въ маломъ уголкѣ всю Францію вмѣсшилъ.
Мгновенная мечша! изгналиль насъ на вѣки
Изъ милой родины злодѣи-человѣки?
Но полно! всякая здѣсь умолкаешъ сшрасшь,
Не шягошишъ души забошъ жишейскихъ власшь

72

Работу, первымъ мы богашćeомъ почишаемъ.

И свой, на праздный вѣкъ злашой, не промѣняемъ.

Любя невинносшь въ немъ, я праздносшь не шерплю.

Рабошы съ старымъ симъ служишемъ дѣло:

Изгнанникъ, какъ и я, на нивѣ онъ рабошникъ;

Порою звѣроловъ, порой шполяръ и плошникъ;

Свободой заключенъ въ Европѣ былъ въ шюрьму,

Свобода чесшная извѣсшна здѣсь ему.

Намъ съ нимъ подчинены и поле и лужайка,

Въ дому же полная жена моя хозяйка.

Въ обѣдъ яичницу и крынку молока

Намъ подаетъ ея прекрасная рука;

Плоды и молоко есшь ужинъ нашъ всегдашній;

Но слаще некшара ея просшыя брашны;

Прілшнѣй що, чѣмъ мы обязаны шрудамъ,

Мнѣ вдвое слаще плодъ, кошорый сѣялъ самъ.

Въ досужные часы, изящныя искусства

И здѣсь, по прежнему, илѣняющъ наши чувства.

Богъ—Аполлонъ, пасшухъ Адмешовыхъ овецъ,

Съ Олимпа сосланный, Троянскихъ спѣнъ шворецъ,

Не все игралъ въ свирѣль—и дѣйшевовалъ сѣкирой,

Но иногда плѣнялъ божесшвенною лирой.

Сему изгнаннику сшараясь подражашь,

Искусствами часы умѣемъ сокращашь.

Мы засшунъ, лейку, плугъ по вечерамъ къ даемъ,

И кисшію себя и арфой забавляемъ.

Здѣсь образованныхъ и дикихъ—въ добрый часъ—

Соединяющіся ушѣхи всѣ для насъ.

Теперь шы знаешь все, блаженшь видишъ наше,

Осшанься съ нами, другъ! съ шобой оно намъ краше.

Жизнь вмѣстѣ доживемъ — пустѣ смершь въ послѣдній

чась.

74

Я вкругъ кипучихъ водъ бродилъ
Съ какой-шо скукой безошрадной;
Какой-шо грусши непоняшной
Ошшѣнки мрачныя носилъ
Я на челѣ моемъ суровомъ;
Томился день и ночь, — и словомъ,
Мнѣ не по сердцу былъ Кавказъ:
Не зналъ я васъ!

Теперь я весь перемѣнился;
Просшился съ грусшью и шоской,
Сшалъ веселъ сердцемъ и душой,
И будшо вновь переродился.
Люблю смошрѣшь, какъ облака,
Гонясь другъ за другомъ сшадами,
Главу вѣнчаюшъ Машука;
Какъ сшеляшся они грядами
По каменишному хребту
Гиранша грознаго Бешшу.
Люблю внимашь, какъ сѣрны воды,
По волѣ мудрыя природы
Кашясь кипящею волной,
Клокочушъ съ шумомъ подъ горой.
Люблю смошрѣшь, какъ величавый
Эльбрусъ, свидѣшель Горцевъ славы;
Царь горъ Кавказскихъ и краса,
Покрышый вѣчными снѣгами,
Поддерживаешь небеса
Двумя сребрисшыми главами.
Съ явленьемъ Фебова луча,
У кислосѣрнаго ключа
Люблю глядѣшь я на Прелестныхъ;

75

Ловишь украдкою ихъ взоръ,
Подслушивашь ихъ разговоръ
О шайнахъ имъ однѣмъ извѣсшныхъ;
Улыбку милую всшрѣчашь
На ихъ лицѣ пришворно сшрогомъ,
И глазъ съ ихъ ножекъ не спускашь;
Переродился весь я! — Словомъ,
Теперь по сердцу мнѣ Кавказъ:

Узналъ я васъ!

Уланъ-Поселянинъ.

26 июля 1826 года
Горячеводскъ.

3.

Ел. . . . . ђ.

(Изъ Ламартина.)

Когда шы въ нѣгѣ сладкой
Сжимаешъ руку мнѣ, задумчиво, рукой,
Я счасшливъ, милый другъ! и мигъ блаженсква крашкой
Съ невѣрояшною проходишъ бысшрошой.
Когда обнявъ шебя, въ шѣни вѣшвисшой ивы,
Твой каждый вздохъ усшами я ловлю;
Когда мнѣ сшрасшное: люблю!
Твердишъ швой взоръ краснорѣчивый,
И кляшвы прежнія я повшоряю вновь;
Или, когда въ прохладѣ шѣни,
Какъ дѣва райская, какъ юная любовь
Ты голову мнѣ склонишъ на колѣни,
И взоръ, мой сшрасшный взоръ, прильнешъ къ швоимъ
очамъ,
Какъ въ вѣшній день пчела къ лисшочку розы,
Тогда — признаюсь ли? — Мне грусшно; слезы

76

Украдкою кашлялся по щекамъ;
Я шрепещу, смущаюсь, и блѣднѣю;
И шы, шоской пугаешься мою,
Ты ищешь прочишашь въ глазахъ
Со вздохомъ нѣжнаго учасшья,
Причину сшрашную грозящаго несчасшья.
Ты говоришъ:,, мой другъ, ошкуда сшрахъ?
Какой ударъ, безсмертные, наслали?
Единственный! чисшосердеченъ будь:
Признайся, перелей мнѣ въ грудь
Твою шоску, швои печали."
Не спрашивай меня! Я на груди швоей
Счасшливъ любовью нашей;
Я съ усшъ швоихъ, я съ пламенныхъ очей
Пью наслажденье полной чашей;
Но въ упоеніи любви,
Въ живыхъ восшоргахъ сладосшрасшья,
Предвѣсшникъ близкаго ненасшья,
Какой-шо сшрахъ живешъ въ моей груди.
Я вѣчно слышу голосъ шайной ;
Онъ неумолкно говоришъ,
Что все пройдешъ, какъ сонъ случайной,
Что радосшь сердцу измѣнишь
И вмѣсшѣ съ жизнью скорошечной
Ошь сшрасши догоришь. —
Мнѣ сшрашенъ сей предвѣсшникъ, другъ сердечный!
Всегда, вездѣ, меня смущаешь онъ ;
И я согласенъ: счасшье сонъ
Когда оно не вѣчно.

Ал. Шишковб.

ОТДБЛЕНІЕ ПЕРВОЕ

ВОЕННОЕ.

ОСАДА ИСПАНСКИХЪ КРЪПОСТЕЙ БАДАЮЗА, ЦІУ-
ДАДЪ-РОДРИГО И САНЪ - СЕБАСТІАНА СОЮЗНЫМИ
ВОЙСКАМИ ВЪ 1811-1813 ГОДАХЪ, СЪ ПРИСОВОКУП-
ЛЕНІЕМЪ ЗАМѣЧАНІЙ, ВЪ ОСОБЕННОСТИ О ДѣЛА-
НІИ ПРОЛОМОВЪ, СЪ ДАЛЬНЕЙ ДИСТАНЦІИ.

(Изъ Oestreichisches militärisches Zeitschrift 1826)

Испанская крѣпость Бадаюзь три раза
осаждаема была Англичанами, Испанцами и
Поршугальцами: въ первый разъ въ Апрѣлѣ, во
второй въ Маѣ и Юнѣ 1811, а въ трешій въ
Мартѣ и Апрѣлѣ 1812 года. Крѣпость Ціудадѣ-
Родриго осаждали они въ Январѣ 1812, а Сенѣ-
Себастіанѣ держали въ осадѣ съ Юня до Сен-
шября 1813 года. Всѣ сіи крѣпости находились
въ рукахъ Французовъ. При нападеніи на оныя,
Англичане старались выбрать шакія стороны
крѣпости, въ главномъ валу которыхъ, скорѣе
можно сдѣлать проломъ сѣ дальней дистанціи,
и идти на приступѣ, не приведя въ молчаніе
Артиллеріи осажденныхъ, и даже не открывая
траншей для прикрытія идущихъ колоннѣ. При-
чины, побудившія Англійскаго полководца Гер-
цога Веллингшона избранъ сей родѣ нападенія,
зависѣли болѣе отъ необходимости овладѣть
крѣпостью въ скорѣйшемъ времени, пока не-
пріятельскій предводитель не успѣетъ при-
нять своихъ мѣрѣ; но это признано возмож-
нымъ только въ случаѣ поспѣшнаго действія;

11

84

ибо часто бывало, что нападающая сторона, по недостатку Артиллерии и способов обороны, не могла предпринять правильной осады, и во всякомode случаe должна была производить работы людьми, которые при первой осадe ничего не разумели въ Саперномъ дѣлѣ, и хотя въ послѣдствии прiобрѣли нѣкоторый навыкъ, но все еще были худыми Саперами (*)

Заслуживаетъ ли сей способъ нападенiя подражанiе, усмотрѣно будетъ изъ послѣдствiй. При семъ мы замѣштимъ, какъ научаетъ дѣйствовать въ подобныхъ предпрiятiяхъ опышъ, лучшiй наставникъ въ военномъ дѣлѣ. Одинъ изъ Англiйскихъ военныхъ людей, основываясь на причинахъ сихъ осадъ, въ изданномъ имъ сочиненiи, поставляетъ сей способъ брать города въ образецъ для будущихъ осадъ. Объ этомъ, держась его порядка, мы изложимъ вкращцѣ; но какъ способъ сей, очень рѣдко можетъ употребляться при осадѣ подобныхъ крѣпосшей на твердой землѣ: то мы поставаемся собрать главныя черты для сосставлениa плана на подобные случаи и приведенiя онаго въ дѣйствiе.

Прежде всего, предлагаемъ крашкое описание крѣпости Бадаюза. Она лежитъ на лѣвомѣ

(*) Въ што время въ Англійской арміи, какъ говорятъ, во все не было Саперовъ, и какъ объ Испанскихъ и Поршугальскихъ Саперахъ шакже не упоминаешь: то вѣроятно чщо и ихъ не было. По сему Англійскіе Инженерные Офицеры принуждены были обучать сему дѣлу рядовыхъ изъ линейныхъ войскъ.

85

берегу Гвадіаны. Рѣка сія, имѣющая около
моста болѣе 400 шаговъ ширины, омываемъ
едва ли не чешвершую часть укрѣпленій: отъ
чего они почти неприсутны. Св твердой
земли, укрѣпленіе состоять изъ 8-ми большихъ
хорошо - построенныхъ болверковъ, съ покры-
шымъ путемъ и гласисомъ, но съ недокончан-
ными деми-люнами; всѣ болверки одѣшь, и
эскарпы вышиною болѣе 30 футовъ. Сверхѣ
того, крѣпость защищена съ сей спороны на-
ружными укрѣпленіями, изъ коихъ южное,
называемое Пардалерась, составляется, от-
стоящій на 240 шаговъ отъ покрытаго пути
Кронверкъ; крупные скашы его образующій узкій
ровъ и имѣть слабую защиту съ пыла. Вто-
рое, называемое Пиккурина, есть крѣпкій ре-
дутъ, находящійся въ 480 шагахъ отъ города.

На сѣверо-восточномѣ концѣ города, гдѣ
Ривилла вливается въ Гвадіану, земля возвы-
шается на 120 футовѣ. На семѣ мѣстѣ состоять
старый замокъ, съ слабыми и отчасти худо
защищаемыми фронтами. Оный составляется
часть крѣпости. Внутренняя площадь его
довольно обширна, и уже нѣсколько разъ при-
нимались строить тамъ укрѣпленія; но пред-
пріятіе сіе оставалось безъ исполненія. Спо-
собы обороны онаго находятся въ большомъ
запущеніи, на окопахъ его не болѣе 2 или 3-хъ
орудій находятся въ исправномъ состояніи,
да и тѣ безъ особеннаго прикрытия (безъ па-
рапета). Прошивѣ сего замка, на лѣвомѣ
берегу Гвадіаны, разстояніемѣ въ 600 шагахъ,
лежатъ Крисповальскія горы, почти на равной

*

86

съ нимъ высотъ. Какъ площадь замка идетъ скатомъ къ Гвадіанѣ: то ее почти всю можно видѣть съ Крисповальскихъ горъ. Для сего, на одной изъ нихъ заложена Крисповальская крѣпостца, сосвавляющая почти правильный чешвероугольникъ въ 300 квадратныхъ футовъ, съ хорошо-выложеннымъ эскарпомъ, вышиною въ 20 футовъ. Длинный мостъ, находящійся къ югу отъ сей крѣпостцы, съ Тешъ-де-Понъ, можешьъ быть легко взятъ, или разрушенъ брандерами.

## Первая осада Бадаіоза.

20-го Апреля 1811-го года, Лордъ Веллинг-
шонъ вступилъ въ Португальскую пограничную
крѣпость Эльвасъ, съ намъреніемъ осадить
крѣпость Бадаіозъ, если полько можно будемъ
взять ее въ теченіи 16 дней; м. е. прежде, не-
жели Маршалъ Сульшъ успѣшно принять мѣры
для воспрепятствованія сей осадѣ. Самъ главно-
командующій и Инженеры полагали напасшій на
одинъ изъ южныхъ фроншовъ; но для сего, съ
предварительнымъ взятиемъ кронверка Парда-
леры, при всѣхъ средствахъ, по общему призна-
нію, требовалось 22 дни. Почему, предложень
другой планъ нападенія, одобренный Марша-
ломъ Веллингтономъ; его поручено привесть въ
исполненіе Маршалу Бересфорду.

Нападеніе на замокъ положено произвести
съ равнины. Какъ валы его открыты и, по види-
мому, чрезвычайно слабы: то можно было на-
дѣяться, послѣ трехдневной канонады сдѣлать

87

въ них довольно большой проломъ. Думали, что слабая, безъ всякаго прикрытія, защища замка, скоро разрушился; надлежало только напасть на крѣпоспцу Кристоваль, взять ее и, по занятіи, въ ту же ночь построить въ самой крѣпоспцу, или близь оной, баштерею для произведения пальбы по замку, открывъ къ нему въ то же время траншею съ равнины. На лѣвомъ крыльѣ, где баштереи, должно было удаливъ параллель отъ дѣйствія огня съ бастіоновъ Санта-Тринидадъ и Санъ-Педро, и приблизишь оную къ замку на такое разстояніе, чтобы въ 600 шахтах можно было построить проломную баштерею. Чепырьмя гаубицами, которыя были найдены годными къ употребленію, надѣялись сбить орудія, защищавшія замокъ. Сверьхъ того, для возможнаго скрытія настоящей точки нападенія, положено въ ту же ночь пробиться къ Кристовалю, произвесть ложную аптаку на бастіоны Пардалерасъ и Пиккурину, и продолжать сіе до шѣхъ порѣ, пока сдѣланъ будетъ проломъ въ стѣнахъ Крисштоваля; но, пособѣ, оставая сію аптаку, употребить рабочихъ для траншей на равнинѣ.—Крѣпоссть окружена была съ лѣваго берега 4-го, а съ праваго 8-го Мая.

Состояніе бродовъ чрезъ Ривиллу подъ замкомъ, изслѣдовано было Инженернымъ Офицеромъ. Онъ поднимался по уресу почши до самой подошвы вала, и нашелъ, что броды не испорчены и всходъ незатруднишелѣ.—Шанцовые инструменты и пушки перевезены въ ближніе къ крѣпоспцу магазины. Первые со-

88

стояли изъ 500 лопашь, 2000 мѣшковъ для ношенія песку, 200 шуровь и нѣскольких досокъ. Изъ орудій, было 3 мѣдныхъ 24 фунто-выхъ пушки съ 300, и 2 восьмидюймовыя гаубицы съ 200 высшрѣлами на каждую. Осадный корпусъ составлялъ около 4000 человѣкъ. Инженеръ - Подполковникъ Флешшеръ имѣлъ въ своей командѣ 20 Офицеровъ; сверъехъ того, у него было 100 человѣкъ рядовыхъ для надзора за работами, 48 плотниковъ, 36 минеровъ и 27 ротъ военнорабочихъ.

Ночью на 9-е Мая, опкрышь были траншеи къ тремъ оштѣленнымъ укрѣпленіямъ. Подъ Крисшовалемъ работало 400 человѣкъ на каменистомъ груншь и подъ сильнымъ градомъ пуль и ядеръ. Въ 54 шагахъ, на концѣ рва праваго фланга крѣпостцы, начали строить баттерею для пробитія—виднаго опшуда до подошвы—эскапа сего фланга, имѣющего въ длину шолько 15 фушовъ. Для сего назначены 3 двадцатичешырехъ-фунтовыхъ орудія и 2 восьмидюймовыя гаубицы, особенно же для прошиводѣствія орудіямъ обороняющихся. Днемъ, могли рабошашь подъ прикрытіемъ, при построеніи баттереи шолько 10, а при рытьѣ траншей 30 человѣкъ; 800 человѣкъ конвоя заслонялись высотами. Ночью рабошли 400 человѣкъ; 600 человѣкъ служили прикрытіемъ. Въ 7 часовъ утра непріятель напаль въ числѣ 700 человѣкъ съ 2 пушками, и захвашилъ на баттеревѣ два орудія, прежде, нежели осаждающіе подоспѣли изъ за горѣ и прогнали его. Нѣкошорые изъ Офицеровъ, ко-

89

мандовавших в взводами, въ безразсудномъ
жару, завлекли людей подъ непріятельскіе вы-
стрѣлы съ крѣпостцы и мостоваго укрѣпле-
нія. Безразсудность сія стоила 400 человѣкъ
убишными и ранеными.

Ночью на 11-ое Мая, работало 300 чело-
вѣкъ; баттерея была гошова и пушки постав-
лены. На всякой случай, вдоль моста, въ 840
шагахъ отъ мостоваго укрѣпленія на возвы-
шеніи построена была, съ употребленіемъ
для того 100 человѣкъ, баттерея о трехъ
12 фунтовыхъ орудіяхъ. 11-го числа утромѣ
началась пальба; Поршугальскіе молодые Ар-
тиллеристы стрѣляли худо; за шо Француз-
скіе съ крѣпостцы и изъ баттереи замка
дѣйствовали исправно. У осаждавшихъ, симъ
огнемъ сб什ы были при 24-хъ фунтовыя пуш-
ки и одна гаубица. Сіи, сдѣлавшіяся къ упош-
ребленію негодными, орудія, ночью на 12-е ч.
были свезены. Какъ оставалась одна шолько,
гаубица: шо надлежало нѣсколько орудій, назна-
ченныхъ для бомбардированія замка, употребішь
противъ крѣпостцы; начали строить новую
баттерею для 4 орудій. Трещья баттерея
сосстояла изъ 3-хъ 12 фунтовыхъ орудій и од-
ной гаубицы. — Отводъ на Пардалерась возбу-
дилъ въ непріятель опасенія, по причинѣ без-
прерывной пальбы по сему бастіону.—Ввечеру
10-го числа намѣревались было открыть тран-
шею къ замку; но полученыя о непріятель-
ской арміи изъ всшія заставили отложить сіе
предпripятіе. 11-го все уже перевезено было на
правый берегъ и изготовлено къ оштупу. По

90

извѣстіямъ отъ 12-го числа, можно было по-
лагашь, что непріятель намъренъ только об-
мануть союзниковъ своими движеніями и не
хочетъ предпринять ничего важнаго. По сему,
осадныя работы противъ замка въ ночи двѣ-
сшишельно начашь. 1400 человѣкъ, подъ
прикрытіемъ отряда, состоявшаго изъ 1600
человѣкъ, начали уже копашь землю, какъ въ
полночь вельѣно остановить рабошу и приго-
шовиться къ ошступленію. Получено извѣ-
стіе, что Маршаль Сульшъ дошелъ уже до
Лермы; для удержанія его, Главнокомандующій
союзными войсками, долженъ былъ сосредоточ-
чить всѣ свои силы.

Потеря, при семъ первомъ нападеніи на
Бадаіозъ состояла во 100 человѣкахъ убивыми,
и 150 ранеными, и взятыми въ пѣнѣ. Также
убито 2 Инженерныхъ Офицера и три ранено.

Вторая осада Бадаіоза.

По одержаніи союзною арміею поверхности
надъ непріятельскою, Маршаль Веллингтонъ
19-го Мая вспупилъ опяшь въ Эльвасъ и при-
казалъ скорѣе окончить пригоповленія къ но-
вой осадѣ Бадаіоза. Для сего нужно было не
менѣе 11 дней; ибо Аршиллерійскій обозь на-
ходился въ худомъ сос锦яніи и требовалъ не-
обходимой починки. — Между шбѣм, военные
двѣствія въ полѣ требовали скорыхъ мѣръ.
Почему, 22 Мая положено слѣдовать вообще
послѣднему плану нападенія, исправивъ въ
немъ шолько нѣкоторые недосшатки. Для

91

сего, умножены средства къ нападенію. Пор-
шугальскіе Артиллеристы смѣшаны сЬ ротою
Англійской Артиллеріі. 1, 2 и 4 баттереи на-
значено соединить траншеею, и обѣ аттаки
произвесть вь одно время.

18 Мая, крѣпость сѣ лѣваго берега была уже окружена, а 25-го числа сѣ праваго, и подвезены осадные снаряды. — Вѣ первое отдѣленіе, для нападенія на крѣпостцу Крисштоваль, назначено было 12-ть 24 фунтовыхъ, и 4 шестнадцати-фунтовыхъ пушекъ, 2 восьми и 2 десяти-дюймовыя гаубицы. Во второе отдѣленіе—для нападенія на замокъ, 14 двадцатичесырехъ фунтовыхъ пушекъ, 4 восьми—и 2 десятидюймовыя гаубицы. — Число матеріаловъ: 3500 шанцовыхъ инструментовъ, 60,000 мѣшковъ для ношенія песку, 600 шуровъ, нѣ сколько фашинъ и достаточное количество дерева. Пушки и другие снаряды были Поршугальскіе. Вѣ командѣ Инженер-Подполковника Флетшера и Капитана Сквира находилось 18 Офицеровъ, 169 человѣкъ надсмотрщиковъ, 48 плотниковъ, 48 минеровъ, и 25 ротв военноматочныхъ. Осадный корпусъ подъ крѣпостцею состоялъ изъ 5000, а подъ замкомъ изъ 12,000 человѣкъ.

29 Мая все было изготовлено къ присту-
пу. Въ ночи сдѣланъ ложный приступъ къ
Пардалерасу сѣ 300 работниковъ и повторенъ
на слѣдующій день. Ночью на 31 Мая по-
слѣдовало настоящее открытіе траншей. Съ
помощію 1600 работниковъ, и прикрытія,

92

состоявшаго изъ 1200 человѣкъ, проведены лични сообщенія передъ замкомъ, и параллели, простирающіяся болѣе, нежели на 1300 щиговѣ. Прошивѣ крѣпостцы, подъ прикрышіемъ 800 человѣкъ, упошреблено было 1200 работникивѣ, начавшихъ строить чешыре баттереи и соединеніе оныхъ. Непріятель примѣтилъ нападеніе на замокъ по утру, а на крѣпостцу съ самаго начала, и открылъ огонь. 1-я баттерея изъ 5-ми 24 функовыхъ орудій назначена была действовать прошивѣ защиты замка; 2. Изъ 3-хъ 24 функовыхъ орудій и 2 восьми-дюймовыхъ гаубицѣ, въ 480 шагахъ отъ крѣпостцы для произведенія пролома во флангѣ оной, а гаубицы должны были действовать прошивѣ защишы; 3-я баттерея о 4-хъ 24 функовыхъ орудіяхъ прошивѣ защишы крѣпостцы въ 720 шагахъ, и наконецъ 4-я изъ 4-хъ шестнадцати-функовыхъ орудій и двухъ 10-ти дюймовыхъ гаубицѣ, въ разстояніи 840 шаговѣ отъ мосповаго укрѣпленія, для пальбы по мосшу и прошивѣ вылазокъ. — 31-го довершены работы прошлой ночи. Ночью на 1-е Юня продолжались работы прошивѣ замка; начаша 5-я баттерея о 14-ши 24 функовыхъ орудіяхъ, 4 восьми и 2-хъ десяти-дюймовыхъ гаубицахъ: первыя назначены для громленія стѣнъ замка; а послѣднія прошивѣ защишы. 4-я баттерея подъ крѣпостцѣ была окончانا и поставлены на ней орудія. Днемъ минеры рабошали при 1-й баттерѣ для сравненія утеса и полученія горизонтальной плашформы. Ночью на 2-е Юня, парапетѣ сей бат-

93

тереи, за недостаткомъ земли на камени-
стомъ грунтѣ, доставленѣ изъ мѣшковѣ, на-
битыхъ шерстью. — Ночью на 3-е Юня, на
всѣхъ баттереяхъ стояли пушки и боевые
снаряды были въ гошовности. По упру вѣ
половинѣ 5 часа, открытѣ огонь, и хошя всѣ
орудія стрѣляли очень невѣрно; однако ввечеру
снаружи передняя стѣна замка была осыпа-
на; но какъ она защищалась землянымъ око-
помъ, который оставался почти въ отвѣст-
номъ положеніи: то это было еще препят-
ствіемъ къ сдѣланію пролома. Одна гаубица
со второй баттереи, одна пушка съ трешьей и
мортирная плашформа вѣ четвертой баште-
реѣ, сдѣлались неспособными къ употребленію.
—Ночью на 4 Юня, осадная линія прошивъ зам-
ка растянута вправо и назначено мѣсто для
шестой баттереи. Днемъ, съ оббихъ сторонѣ
продолжался сильный огонь; отвѣсный земля-
ный валъ оставался въ шомѣ же положеніи,
какъ и прежде. Флангъ крѣпостцы Кристоваля
значительно поперѣлъ отвѣ второй баттереи.
Одинъ лафетъ на сей баттереѣ, и одна пушка
на первой испорчены.

Ночь на 5-е Юня, шестая баттерея и соеди-
ніе оной съ пятою, были окончаны и семь ору-
дій съ пятой, взято на шестую. Днемъ,
праншеи передъ замкомъ начашь глубже и сдѣ-
ланы заворошы вѣ баттереяхъ, для избѣжанія
анфилады съ крѣпостцы. Въ 10 часовѣ упра
открытѣ огонь съ шестой баттереи; онъ про-
должался-во весь день довольно успѣшно; зем-
ляной валъ все еще стоялъ отвѣсно. — Про-
шивъ крѣпостцы продолжалась пальба, хошя

94

св малымъ успѣхомъ противъ защишы, но хорошо дѣйствовала на по мѣсто, гдѣ над- лежало быть пролому. На первой батшереѣ одно орудіе сдѣлалось неспособнымъ къ употреб- ленію. Вѣ скоромъ времени ожидали изъ Лис- сабона 7-ми желѣзныхъ пушекъ; почему вѣ ночи на 6-е Юня начала седьмая батшерея. Подъ крѣ- постцею первая батшерея усилена была одною пушкою и двумя гаубицами, а вторая одною пушкою, для сбитія Артиллеріи осажденныхъ, все ещё дѣйствовавшей сѣ одинаковою силою. Гаубицы сѣ чешвертой батшереи были сняты. Трещья батшерея, по причинѣ слабаго дѣйствія, уничтожена, орудія оной присоединены къ 1 и 2 батшереямъ, въ замѣну испорченныхъ. Днемъ, непріятель изъ крѣпостцы двумя пушками и од- ною гаубицею началъ бить по 6 и 7 батшереямъ и причинилъ большой вредъ. Мѣдныя Порту- гальскія пушки не выдержали сильнаго огня. Прошивъ замка не болѣе 12 пушекъ было въ дѣйствіи, изъ которыхъ продолжался огонь безпрерывно, хотя сѣ малымъ успѣхомъ. Проломъ въ крѣпостцѣ осмотрѣнъ Инженер- нымъ Офицеромъ и найденьَا достапочнымъ; почему, ночью на 7-е Юня, отряжено 180 человѣкъ штурмовать оный. Вѣ полночь, передовый отрядъ изъ 25 человѣкъ, пред- водимый Инженеръ-Поручикомъ, подъ при- крышіемъ 1-й батшереи, двинулся къ выдав- шемуся вправѣ углу крѣпостнаго рва. Пали- сады всѣ были сбиты Артиллеріею, и контр- эскарпѣ, имѣвшій въ семъ мѣстѣ полько 4 фула, тѣмѣ менѣе былъ зарудниTELенъ.

95

Почему, передовый отрядъ безъ труда перебрался чрезъ него и подошелъ къ самой подошвѣ пролома; но нашелъ, что не льзя было ввойти на него: ибо непріятель, пользясь шемною ночи, очистилъ мусоръ, отъ чего эскарѣ имѣль почили 7 фушовъ вышины. Послѣ шщетныхъ усилий къ преодолѣнію сего препятствія, передовый отрядъ отсвѣтилъ было; но всшѣтясь во рву сѣ главнымъ своимъ отрядомъ, присоединился къ нему; они покушались ввойти на эскарѣ крѣпостцы вышиною въ 20 фушовъ, съ помощью присланныхъ къ нимъ 12 лѣстницъ вышиною въ 15 фушовъ. Цѣлый часъ проведенъ ими въ безполезныхъ усилияхъ, подъ градомъ, сыпавшихся на нихъ со стѣнъ бомбъ, гранатъ и камней. Наконецъ, въ 1 часу упра, остальные отсвѣтили съ потерею 12 человѣкъ убитыми и 90 раненными. Инженерный Офицеръ, начальствовавшій симъ опрядомъ, при окончаніи сего двѣла смертельно раненъ.

Седьмая баттерея въ сію ночь была изготовлена: для нее временно взято 3 пушки съ пятой баттереи. Въ полдень открыли онъ огонь, для распросраненія фланговаго пролома въ крѣпостѣ. На 1 и 2 баттереяхъ оставалось годныхъ къ употребленію шолько 7 пушекъ и двѣ гаубицы.—Ночью на 8-е юня, непріятели покупались очистившіеся также проломъ въ замкѣ; но остановлены были картечнымъ огнемъ. При наступленіи дня, шри, изъ привезенныхъ желѣзныхъ пушекъ, поставлены на седьмую баттерею. Въ проломѣ замка верхняя чась землянаго вала все

96

еце казалась крутою; но у подошвы онаго на-
копилось много мусору, шакъ что можно было
надѣяться взойти на него. Противъ пролома вѣ
крѣпостцѣ, пальба продолжалась безпрерывно.
Инженерѣ-Капитанѣ, осмашривавшій вѣ ночи
на 9-е Iюня удобность пролома вѣ замкѣ, смер-
шельно раненѣ. Ввечеру, проломѣ сей становил-
ся виднѣе, и казалось возможнымѣ взойти вѣ
него. Проломѣ крѣпостцы шакже увеличился.
Осаждающіе надѣялись, что новый приступѣ
при сихъ обстоящельствахъ, будетъ удаченѣ.
Приказѣ о семѣ отданѣ вѣ потѣ же вечерѣ. На-
значенный для сего 9-шрядѣ сосТОЯЛЬ изѣ 200
человѣкъ съ 25 передовыми. Осаждающіе, научась
изѣ опыша во время перваго приступа, запас-
лись на сей разѣ лѣстницами отѣ 25 до 30
фушовѣ длиною. Но и осажденные не упустили
воспользоваться прежнимѣ опытомѣ. Гарни-
зонѣ крѣпостцы, тогда состоявшій полько
изѣ 75 человѣкъ, и застигнущый вѣ расплохѣ,
шеперь былъ усиленѣ значительно, и каждую
минуту гошовился дать отпорѣ вѣ случаѣ
приступа. Вѣ 9 часовѣ вечера показался пере-
довый отрядѣ. Инженерѣ, предводишельствов-
авшій имѣ, вѣ ту же минуту убивѣ на гла-
сисѣ. Отрядѣ сошелѣ вѣ ровѣ; но вскорѣ за
симѣ лишился другаго Офицера;—что пошомѣ
случилось, неизвѣстно. Нѣкоторые, изѣ возвра-
тившихся сѣ приступа, донесли, что про-
ломѣ очищенѣ и неприсшупенѣ; другие утвер-
ждали, что они нашли на фасѣ праваго, весьма
поврежденнаго полуболверка, кооторый за
шемнопою ночи приняли за проломѣ;—однимѣ

97

словомъ : приступъ со всѣхъ сторонъ былъ
отбитъ множествомъ бомъ, ручныхъ гра-
нать, боченковъ сѣ порохомъ и другихъ горю-
чихъ тѣль. Спустя часъ послѣ того, какъ
осаждающіе, при очевидной невозможности
успѣха, получили приказъ оштупить, у нихъ
было уже 40 человѣкъ убийскихъ и 100 ране-
ныхъ.

Послѣ неудачи сего вторичнаго приступа,
и какъ осшавалось годныхъ кв употребленію
шолько 8 пушекъ и 2 гаубицы противъ крѣ-
постцы, да 12-ть изъ числа орудій, кои перво-
начально назначены были дѣйствовать про-
тивъ замка, Маршаль Веллингтонъ рѣшился
снять осаду. Для подвоза новыхъ орудій и
снарядовъ, для продолженія траншей противъ
Кристоваля шсолько, чпобы обезпечить ими
новый приступъ, недосшавало времени. Сверхъ
того, пронесся слухъ, что Маршалы Мармонъ и
Сульфъ идутъ для освобожденія сего города отъ
осады. И такъ, съ наступленіемъ ночи, орудія
были свезены. Непріятели, еще вѣ ту же ночь
очистили проломъ вѣ замкѣ, но земляной валъ,
не смочря на шо, имѣль ю фушовѣ отвѣсной
вышины. Трудность сдѣлать проломъ сей
удобнымъ, заключалась вѣ самомъстроеніи
замка, защищенаго, вмѣсто искусственнаго
вала, прямою земляною спѣною, образованною
природою, и для прочности, обложенною кир-
пичемъ. Обшивка скоро преврашилась вѣ му-
сорѣ; но естественная преграда сѣ трудомъ
уступала безпрерывному дѣйствію Артиллеріі.

98

Союзники потеряли 9 Офицеровъ и 109 рядовыхъ убищыми, да 25 Офицеровъ и 342 рядовыхъ ранеными и плѣнными.

Боевыхъ снарядовъ издержано:

14.369 зарядовъ сѣ двадцатичетырехъ-фунтовыми ядрами;

641 зарядъ сѣ картечью;

1.134 заряда сѣ шестнадцати - фунтовыми
- ядрами.

702 заряда сѣ десяти-дюймовыми, да 2.079 сѣ восьми-дюймовыми гранатами.

Пороху сожжено до 139.608 фунтовъ.

Неудачу обоихъ приступовъ къ крѣпостцѣ, сами Англичане приписывають недосшапку Саперовъ и матеріаловъ. Ошѣ сего не льзя было овладѣть покрышымъ путемъ и, слѣдшенно, воспрепятствовать ружейнымъ огнемъ очищению пролома; также, какъ и стрѣлять во время приступа по защищавшимъ проломѣ. Слабое дѣйствіе осадныхъ баттерей противъ Артиллеріи осажденныхъ, произошло отѣ худыхъ орудій и боевыхъ снарядовъ, взяхныхъ большею часпію изъ Эльваса.

(Продолженіе впередь.)

100

необученыя, чужды дѣйствія штыка и сабли.
Ваше Сіятельство, какъ прибудете въ Асши,
повидайшесь со мною, и отправьтесь не ме-
для къ Александріи; гдѣ вы маинство побіенія
непріятеля холоднымъ ружьемъ Белегардовымъ
войскамъ опкроеше, и ихъ къ сей побѣдитель-
ной атакѣ прилѣжно направите. Для обученія
всѣхъ частей довольно 2, 3 разъ: и коли время
будемъ—могутъ больше сами учишься; а отв
рестирадѣ отучите. Наблюдите сіе крѣпко
и надъ Россійскими. Скорѣ возвращайтесь къ
своей командѣ. Г. А. Суворовъ-Рымникскій.

МАТЕРІАЛЫ ДЛЯ ИСТОРИИ ВОЙНЫ СЪ ГОР-
ЦАМИ И ПЕРСІЯНАМИ.

Письмо Генералѣ - Лейтенанта Князя Циціа-
нова (*), къ Генералу В. изб Тифлиса, отб
з Ноября 1803 года.

Важная побѣда, одержанная 22-го минувшаго
Октября храбрыми войсками Е. И. В., находив-
шимися подъ предводительствомъ мужеств-
веннаго и искуснаго Г. М. Гулякова, на рѣкѣ
Алазанѣ при урочищѣ Пейкаро, покрыла но-
вымъ блескомъ Россійское оружіе, и умножи-
ло ужасъ вѣроломныхъ нашихъ сосѣдей.

(*) Бывшій Главнокомандующій Россійскими войсками на Кавказской линіи, въ Грузіи и Персіи, управлявшій гражданскою часью Асбраханской, Кавказской и Грузинской Губерніи.

101

Сурхай-Ханъ, Хамбутайскій Владѣлецъ, и
Аварскій старшина Алесканшъ, въ три часа по
полуночи, съ густыми полчищами дикихъ Лез-
гинъ, коихъ, по показанію плѣнныхъ, было до
десяти тысячъ, переправился черезъ Алазань
у деревни Могало, въ 35 верстахъ отъ лагеря,
и напаль на ощядъ Г. М. Гулякова, при уро-
чищѣ Пейкаро расположенный. Сей ощядъ,
состоявшій изъ Кабардинскаго мушкешерскаго
полка и Шефскаго башаліона Тифлискаго муш-
кешерскаго полка, отразилъ отчаянный ударъ
Лезгиноѣ. Г. М. Гуляковъ, бывъ предувѣдом-
ленъ отъ обѣщашельныхъ козачьихъ припи-
новъ, успѣлъ построиться въ боевой порядокъ,
и въ ту жъ минушу, устремившуюся на къре
сө всѣхъ сторонъ съ крикомъ непріятельскую
конницу и пѣхоту, встрѣшилъ жестокимъ ог-
немъ изъ пушекъ и изъ ружей. Сей огонь про-
должался не болѣе часа, принудилъ непріятеля
съ большимъ урономъ уступить храбросши
войскъ Е. И. В. и обращилъ его въ бѣгство.—
Къ сожальнію, храбрый Г. М. Гуляковъ не могъ
за ночной шемною преслѣдовать непріяте-
ля; но дождавшись разсѣша, ощядилъ баша-
ліонъ Кабардинскаго мушкешерскаго полка подъ
командою Маіора Сабасшіани и 200 человѣкъ
стрѣлковъ; а въ слѣдъ за ними пошелъ и самъ
съ остальными войсками. Непріятель, завидя
нашихъ стрѣлковъ, бросился на разныя пере-
правы; но башаліонъ и стрѣлки, подоспѣвъ
скоро къ рѣкѣ Алазани, производили ружейную
пальбу, и Лезгинцы отъ страха бросались въ
воду не разбирая бродовъ, и по полноводію

*

102

рѣки опѣ дождей, много ихъ потонуло, и не мало побито. Непріятельскій уронѣ, комѣ зашопленныхъ въ рѣкѣ, простираешься до 320 человѣкъ убитыми, и въ пляшѣ взятыми трехъ здоровыхъ и двухъ раненыхъ. Число плѣнныхъ шакъ мало помому, что Горцы не токмо раненыхъ, но и убитыхъ не осшавляютъ.

Имѣю честь быть
и пр.

Второе письмо Князя Циціанова кō Генералу
В. отб 9 Декабря 1803, изб подб крѣпости
Ганжи.

Я уже имѣлъ честь предваряшь В. Пр. о
предположенномъ моемъ изъ Тифлиса подб
Ганжинскую крѣпонь походѣ. Войска, Высо-
чайшею довѣренностью Императора, ввѣренныя
моему предводительству, сосредоточены въ
Саганлугѣ, 22 Ноября выступили и въ шеспь
переходовъ достигли до Загаліа, (Шамшадиль-
скаго селенія), гдѣ на распахѣ два башаліона
17 Егерьскаго полка присоединились къ оп-
ряду; а 29 вступили подб Шамхерѣ. Ошсюда
послалѣ я къ Джавашѣ-Хану-Ганжинскому пись-
мо, (св коего списокъ препроводилъ я къ Го-
сударственному Канцлеру) о сдаче крѣпости;
и получа опѣшь неблагопріятный, по ра-
спахѣ 1 Декабря, выступилъ на рѣчку Коч-
корѣ; а на другой день, не имѣя чертежа го-
рода Ганжи и окреснотней, хранящагося въ
Петербургскомъ Депо-каршѣ, принужденнымъ

103

нашелся приступить къ личному обозрѣнію
онаго. Мнѣ хотелось въ то же время, если
возможность представился, занять сады въ
предмѣстіи, окружающемъ крѣпость. Для этого
взялъ я съ собою Генераль-Маіора Поршнягина,
Командира всѣхъ Ташаръ и легкихъ войскъ, съ
однимъ эскадрономъ Нарескаго драгунскаго
полка; Полковника Карягина съ двумя башаліо-
нами 17 Егерьскаго полка; Подполковника Си-
моновича съ Кавказскимъ гренадерскимъ его
имени башаліономъ и всѣ легкія войска съ 7
орудіями. Подѣхавъ къ садамъ и встрѣтия не-
возможность обозрѣть крѣпость, не занявъ
предварительно садовъ, рѣшился я занять
оныя. Построясь въ двѣ колонны, ш. е. одна
изъ Кавказскаго Гренадерскаго башаліона съ
легкими войсками и двумя орудіями, подѣ
предводишельствомъ. Подполковника Симоно-
вича, по большой Тифлисской дорогѣ; другая
съ двумя башаліонами Егерей, эскадрономъ Дра-
гунѣ, 5 орудіями и легкими войсками, отѣ пра-
вой спороны сказанной дороги на Ханской садѣ,
подѣ моимъ личнымъ начальствомъ. Наши вой-
ска встрѣтили опчаянную оборону въ садахъ,
гдѣ высокіе, сбишые изъ глины заборы на вся-
комъ, шакѣ сказашь, шагу соснавляли для
нихъ прикрышія, а Россіянамъ преграды. Не
смочря, однако же, на сильный огонь и не вы-
годное наше положеніе, не болѣе, какъ въ два
часа времени, непобѣдимыя войска наши, не-
знающія пренонъ на пуши, ведущемъ ихъ къ сла-
вѣ, очистили предмѣстіе изъ садовъ соснав-
ленное, разстояніемъ на полторы версты, съ

104

неописанною неустрашимосшію; и опрокинув
непріятеля, вогнали его въ крѣпость сурономъ
вѣ убийских до 250 человѣкъ, большею часшію,
при сраженіи противъ Подполковника Симоно-
вича. Въ шовѣ же день сдались 200 Шамшадиль-
цовъ и 300 Армянъ; о раненыхъ же достовѣрна-
го извѣстія имѣть не можно, поопому что у
нихъ обычай увозить ихъ съ собою. Съ нашей
сшороны почеря сосшoшъ убийными: вѣ двухъ
Гранадерахъ и пяти Егеряхъ, и ного 7 человѣкъ;
раненыхъ: Капишанъ одинъ, уншеръ-офицеровъ
б, Драгунъ одинъ, Гренадеръ 10, Егерей 8, Вол-
щорнисшъ одинъ, Артиллеристовъ 4, и ного:
нижнихъ чиновъ 30 человѣкъ. Въ шовѣ же
еще день успѣли пост广泛ѣть батшереи и при-
крышіе усилено было двумя башаліонами; а на
другой день, осшальные два эскадрона Драгунъ
и башаліонъ, присоединясь, совершенно обло-
жили крѣпость. Бомбардированіе продолжает-
ся довольно успѣшно. Я надъюсь, что Джавашъ
Ханъ, устрашенный пораженіем, сего дня по-
несеннымъ, сдашь крѣпость, и надѣюсь шьмь
болѣе, что ежедневно перебѣгаетъ къ намъ
изъ крѣпости множество людей. Это весьма
ослабляешь гарнизонъ. Опкровенно признаюсь
вамъ, что хотя счастливый приступъ къ Ган-
жинской крѣпости распространилъ бы паниче-
скій страхъ между здѣшними военными людь-
ми и жителями, и весьма бы облегчилъ буду-
щія наши предпріятія, хотя штурмовыя лѣ-
стницы готовы, и хотя позднее время года
не позволешь заниматься долговременною бло-
кадою; но, зная человѣколюбивое сердце Госу-

82

### III.

Вдругъ хлынули свирѣпыя дружины!

Подъ шяжесшью сшѣснившихся полковъ
Сгибающся широкія равнины!

Бѣлѣешъ рядъ безчисленныхъ шашровъ!

И крикъ людей! и шопотъ лошадиный!

Проснулся гулъ вдоль дремлющихъ лѣсовъ!

Надъ Кіевомъ просшерся мракъ боязни,
Уныли всѣ и ждущъ небесной казни.

### IV.

Я вижу вдругъ погибельную сѣчь!

Тамъ бысшрая сшрѣла сквозь воздухъ мчишся!

Тамъ падаетъ, свистя, несышый мечь!

Тамъ палицей шяжелый шлемъ дробился!

Тамъ голова лешишь съ широкихъ плечь!

Тамъ блѣдный шрупъ; въ крови съ коня валишся!

Повсюду страхъ и сшонъ и шрескъ и вой,
И льешся кровь обильною рѣкой.

### V.

Вошъ Муромецъ Илья, Герой могучій,

На удаломъ конѣ своемъ лешишь;

Ни зной, ни мразъ, ни дождь, ни громъ шрескучій —

Ни чшо ему препоны не шворишь;

Чрезъ цьпи горъ, чрезъ спепь, чрезъ лѣсъ дремучій,
За славою безъ страха онъ лешишь;

Тамъ злобныхъ вѣдьмь, шамъ лѣшихъ исшребляешь,

Тамъ яросшныхъ гиганшовъ побѣждаешь.

### VI.

Проснись, проснись, прекрасная Княжна!

Уже близка минуша избавленья!

Напрасна злосшь сѣдаго колдуна,

83

Напрасны всѣ злодѣя покушенья,
И черная наука не сильна
Предъ вишяземъ, любимцемъ Провидѣнья!
Ликуй, Герой! врагъ злобный усмиренъ
И подвигъ швой любовью награжденъ!

## VII.

Уже бѣгушъ полки иноцлеменныхъ,
Какъ сшадо пшицъ предъ грозною зимой,
Умолкнулъ громъ, и послѣ бурь военныхъ
Свѣшлѣешъ миръ надъ Кіевской страной;
И въ гридницѣ чершоговъ позлашенныхъ
Пируешъ Князь съ дружиной удалой,
И громкій звонъ серебреныхъ сшакановъ
Мѣшается съ цѣнницами Баяновъ.

## VIII.

Но что съ шобой, о Муза, удержись!
Куда шебя умчало восхищенье?
Хошь шы друзей не много постыдись!
Ты о себѣ худое дашь имъ мнѣнье;
Они шебя послушашь собрались,
А шы кричишь, какъ дура, въ изшупленьѣ:
Вошь шамъ! вошь здѣсь! я вижу шо и шо!
Но ничего не видишъ здѣсь ни что.

## IX.

Сядь лучше здѣсь на канапе широкомъ,
Чѣмъ лѣзшь на верхъ крушыхъ Парнасскихъ горъ;
Друзья всѣ ждушъ въ молчаніи глубокомъ;
И на шебя вперивши робкій взоръ,
И повесши не смѣющъ даже окомь:
Начнемъ же имъ разсказывашь свой вздоръ ! . . .
Но берегись излишняго болшанья,
Чшобъ ихъ глазамъ не навесши дреманья.

84.

ВТОРЫЕ, ВАРИАНТЫ.

1.

Друзья любезные, и шы, безцѣнный Полъ!
Прекрасный шѣломъ и душою,
Услада горесшей и золъ,
Минушной жизни подъ луною!
Внемлише подвиги Ироя сшарины,
Кошорый родину прославилъ,
И звуки вѣщія Баяновой сшруны
Пошомсшву о себѣ гремѣть засшавилъ.

2.

И шы, душа души моей,
О Кашя, милая подруга!
Послушашь чудеса и были давнихъ дней
Приди сюда въ часы веселаго досуга,
И швой единый взоръ на юнаго пѣвца
Съ невинной низведенный лаской,
Милѣе мнѣ, чѣмъ лавръ Парнасской
И блескъ Монаршаго вѣнца.

3.

Не разбирая здѣсь ни возрасша, ни чина,
И принужденіе гоня,
Садитесь всѣ кругомъ камина
У свѣшлояркаго огня,
И въ мирной шишинѣ, послушайше меня,
А я настроивши цѣвницу,
И въ помощь цриглāся Парнасскую Царицу,
Начну разсказывашь, какъ бабушка моя.

85

4.

Герой, кошораго чудесныя дѣянья
Хочу шеперь повѣсшевошать,
Коль длинныя мои маранья
Васъ не засшавяшь задремашь,
Осшавилъ мирное селеніе родное,
Гдѣ дни его шекли въ весельѣ и покоѣ,
Пусшился по свѣшу блуждашь
И славы съ горемъ добывашь.

5.

Коня лихаго правя къ югу,
Неушомимъ шрудомъ онъ былъ,
И дневный зной, и хладъ, и дождь, и градъ, и вьюгу,
Съ шерпѣньемъ каменнымъ сносиłъ,
Ему посшель—была земля сырая,
А одѣяло — синій сводъ;
На жесшкій щишъ главу склоняя,
До перваго луча дремалъ онъ безъ забошь.

6.

Однажды въѣхалъ онъ подъ сумрачные своды
Деревьевъ, первенцевъ природы!
Кругомъ чернѣешъ дикій лѣсъ,
Вездѣ могильное молчанье!
Лишь изрѣдка, сквозь дичь развѣсистыхъ древесъ,
Мелькаешъ шусклое сіянье
Свѣшила дневнаго съ безоблачныхъ небесъ,
И ворона вдали разносишся сшенанье.

7.

Сначала гладкою шагаешъ конь шропой,
Но скоро узкал дорожка исчезаешъ,
И цѣпкій шернѣ, сплешясь свѣной,

87

## II.

Ходьбой и рубкой ушомленъ;
Рѣшился, наконецъ, остановишься онъ;
Пустилъ пасшись коня, подъ дубомъ расшинулся,
Сперва мечемъ своимъ расчисшивши лужокъ,
И скоро бъ сномъ его орлиный взоръ сомкнулся,
Когда бы съ ужиномъ онъ легъ:
Извѣсшно всѣмъ; что добрый ужинъ
Для доброй ночи очень нуженъ.

## 12.

Но гдѣ въ пусшынѣ сей досшашь онъ пищу могъ?
Такъ въ шомъ нѣшъ мудросни, друзья мои, нимало,
Что мысль объ ужинъ заснушь ему мѣшала,
И хошь онъ вдоль и поперегъ
По дерну жесшкому кашался и возился,
То съ бока на спину ложился,
То со спины опяшь на бокъ,
Но во все глазъ свесши не могъ.

## 13.

Вдругъ видишь онъ, въ дали шуманной,
Сквозь вѣшви часшыя румяный огонекъ
Зардѣлся звѣздочкой,—„Я вижу свѣшъ желанный!
„Конечно кровъ пріюшный не далекъ!
„Конечно ужинъ я добуду,
„И возлѣ шеплаго огня
„Засплю усшалосшь, шрудъ забуду!—“
Вскричалъ Герой — и на коня! . . . .

## 14.

Лешишь подъ мрачнымъ дикимъ сводомъ
Земли ровесниковъ дубовъ,
И сшаи филиновъ и полуночныхъ совъ,

88

Испуганы его приходомъ,
Слешаюшъ съ шумомъ съ шеплыхъ гнѣздъ,
Свисшаяшъ надъ головой широкими крылами,
И крикъ ихъ, обходя до ясныхъ неба звѣздъ,
Вшоришся лѣсомъ и горами.

15.

Проѣхалъ съ верспу вишязь мой,
И видишъ на брегу шумящаго пошока
Соломой крыша, одинока,
Избушка вешкая сшоишъ въ тѣни гусшой.
Въ окошко яркій свѣшъ блишшая,
Въ ручьѣ сшруящемся дрожишѣ,
И на зеленую муравку упадая
Сіянемъ палевымъ окончину чершишѣ.

16.

Вошь богашырь прося ночлега,
Три раза брякнулъ въ дверь кольцомъ;
Скрипя, раскрылась дверь, и съ благосшнымъ лицомъ
И бородой бѣлѣе снѣга,
Выходишъ смаричокъ шрепещущей ногой,
Въ дугу согнувшись надъ клюкой;
Онъ госшия юнаго улыбкой привѣчаешъ,
И съ шихосшью: добро пожаловать! вѣщаешъ.

17.

И пушникъ весело вошелъ
Подъ кровлю скромной дымной кашы,
И сѣлъ у очага, гдѣ корень суковашый,
Трескучимъ огонькомъ горѣлъ.
Межь шѣмъ, хозяинъ хлопошливый
Просшую пищу предложилъ,
И оба сѣли молчаливо;
Но ужинъ ихъ не дологъ былъ!

89

18.

Орѣхи, жолуди сухіе,
Пусшыни дикіе плоды
И чаша чисшыя воды —

Вошь были кушанья пусшынника просшыя.

За эшакимъ столомъ не долго хлопошашь;

Пришомъ, у странника давно ужь гнулась шея,

А добрый шаричокъ два зуба лишь имѣя,

По нуждѣ, кушая, обязанъ былъ молчашь.

19.

Съ молишвою хозяинъ всшалъ насышясь,

И съ ласкою, сказалъ: не погнѣвْсь мой вишязь!

Вошь все, чѣмъ могъ шебѣ служишь Анахорешъ,

Кошорый цѣлыхъ шридцашь лѣшъ,

Провелъ въ глуши уединенья,

Забывши шумный свѣшъ и всѣ его волненья.

Я по пословицѣ шаринной, чѣмъ богашь,

Тѣмъ всякому душевно радъ.

20.

Но извини вопросъ нескромной,

Скажи мнѣ, кшо шы? и за чѣмъ

Одинъ блуждаешь ночью шемной

Въ непроходимомъ борѣ семъ,

Гдѣ не смущали сна ошь вѣка

Охошы звонкіе рога,

И рѣдко, рѣдко человѣка

Блуждаешь робкая нога.,

21.

Такъ говорилъ шарикъ, и вишязь, хошь дремоша,

Какъ камень на него шяжелый налегла,

И прошяженная зѣвоша

90

Ко сну покойному звала;
Но чшобъ не огорчишь ошказомъ доброхоша,
Преодолѣлъ себя! Зѣвнулъ прошяжно разъ
(Ахъ, еслибъ не было, сего, друзья, ошъ васъ!)
И шихо началъ свой разсказъ.

22.

„Въ равнинѣ, съ Муромскимъ ужаснымъ боромъ смежной,—
Со вздохомъ вишязь говорилъ,
И шихая печалъ зашмила образъ нѣжной,—
„Лежишъ селеніе; въ немъ жилъ
Ошецъ мой, старый Воевода;
Ошчизнѣ сорокъ лѣшъ услуги онъ являлъ,
И удивленіе народа
Своею славою сшяжалъ.

23.

„Когда же шаросшь оковала
Его воинсшвенную длань,
Ослабъ могучій духъ и гибельная брань
Сплешашь вѣнцы ему пресшала;
Онъ поселился въ шинѣнъ
Съ его супругой неизмѣнной,
Съ его сопушницей и въ мирѣ и въ войнѣ,
Въ своей деревнѣ удаленной.

24.

„Тамъ жилъ онъ безъ забошь—и къ счасшію его,
Не досшавало одного;
Давно хошѣлъ имѣшь онъ сына,
И Небо каждый день съ горячношью молилъ,
Но, шаросшь ли его была тому причина,
Иль злобный волхвъ ему вредилъ,
Не знаю... Лишь скажу безъ всякихъ разсужденій,
Что пользы не было ни мало ошъ моленій.

13

91

25.

„Однажды онъ сидѣлъ, шоскою ошягченъ,
Съ супругой въ мерему высокомъ,
И оба плакали о жребіи жесшокомъ;
Незапно, звучныхъ сшрунъ раздался сладкій звонъ,
Повсюду раенеслось цвѣшовъ благоуханье,
Раскрылся пошолокъ — и шихо съ высошы
Спусшилась Женщина небесной красошы,
Лучей въ шоржесшвенномъ сіянѣ.

26.

„То Лела, мудрая волшебница была.
Прелесшный сшанъ скрывалъ покровъ искусно шканной,
На коемъ радуги играли непресшанно;
Вѣнокъ изъ бѣлыхъ розъ сіялъ вокругъ чела,
И поясъ золошой игралъ на груди снѣжной.
Она съ улыбкой шихой, нѣжной,
Къ моимъ родишелямъ смущеннымъ подошла,
И сладкимъ голосомъ рекла :

27.

„Исполнился швое желанье,
Почченный, добрый Велесилъ! —
(Хозяинъ! извини, я право позабылъ
Сказашь шебѣ ошца названье.)—
Тебѣ родился сынъ и храбросшью своей
Себя и родину проелавишъ.
Пресшольный градъ ошъ бѣдъ избавишъ,
И въ пѣсняхъ доживешъ до самыхъ дальнíchъ дней.

28.

„Но слушай, лишь одно условье!
Пусшь вѣчно до зари съ посшели онъ всшаешъ,
И не склоняешься челомъ на изголовье,

92

Покуда солнце не зайдешъ, —

Такъ молвила она, и вдругъ, въ одно мгновенье;

Незрима шала для очей,

Ошца и машь мою осшавя въ изумленьѣ,

Что даже не могли сказашь спасибо ей.

29.

„И скоро словъ ея узрѣли исполненье!

Чрезъ нѣсколько недѣль явился въ свѣшѣ я.

Какъ выразишь ошца восшоргъ и упоенье?

Онъ въ радосши не помнилъ самъ себя,

Спократно изъявлялъ благодаренье Лелѣ,

Слезами радосши лицо мое кропилъ,

И ошъ моей спокойной колыбели

На полчаса не ошходилъ.

30.

„Приходскій попъ назвалъ меня Ильею,

Кресшины правились съ великимъ шоржесшвомъ;

Вино и медъ шекли рѣкою,

И звонкій чашъ и кубковъ громъ,

Мѣшаясь съ шумомъ ликованья,

Три дня не умолкалъ въ высокихъ шеремахъ.

И словомъ, до шого ни разу въ шѣхъ сстранахъ,

Не видано шакого пированья. —

31.

Пошомъ разсказывалъ Герой,

Какъ всякій день его до свѣша пробуждали;

Какъ мыли по ушру холодною водой

И по росѣ кашашься засшавляли;

Какъ въ десять лѣшь уже онъ силенъ былъ,

И безъ оружія съ волками чадско бился;

Какъ, наконецъ, родишелей лишился —

И надъ могилой ихъ грушилъ.

93

32.

„И мой насшалъ ужъ годъ двадцашый; — „
Разсказъ свой вишязь продолжалъ:
„Однажды я сидѣлъ въ шѣни горы покашой
И думу грусшную пишалъ;
Вдругъ Лела предъ меня предсшала
И съ милою улыбкою вѣщала:

„Илья! покинь родимый край;
Спѣши сносишь шруды и славу добывай!

33.

„Ужъ шридцашь лѣшъ, какъ пушь широкой,
Ведущія къ Кіеву ошъ Муромскихъ полей
Одержанъ шайкою разбойниковъ жесшокой;
Ее начальникъ Соловей
Единымъ свисшомъ убиваетъ
Безстрашнѣйшихъ богашырей;
Спѣши къ нему; шебя шамъ слава ожидаешь,
И ошъ швоей руки погибнешь сей злодѣй! „—

Заєорскій.

ОТДБЛЕНІЕ ПЕРВОЕ

ВОЕННОЕ.

НБЧТО ОБЪ ИНДИИ И ОБЪ АРМІІ ИНДБЙСКОЙ
КОМПАНІИ. (*)

Все относящееся до Индіи и до Исторіи
сей земли; возбуждало всегда любопытство;—
въ особенности же замѣчательна страна сія
непоколебимостію своихъ поштановленій. Бы-
сшрый рядъ вѣковъ, произвѣль много перемѣнъ
на земномъ шарѣ; но обычаи Индѣйцевъ сквозь
вѣка прошли безъ измѣненія. Индія была всегда
покоряема: нѣшь войска, кооторое бы, пред-
принявъ завладѣть ею, въ томъ не успѣло; но
власть политическая никогда ничего не могла
надъ образованіемъ и нравами жителей; и ча-
сто шсная связь обычаевъ съ обрядами вѣры
была преградою политическимъ перемѣнамъ.
Вѣроисповѣданіе Брамы поржествовало надъ
ужасными жесшокостями Магометансства, и
въ позднія времена устояло прошивѣ благо-
дѣшельнаго вліянія вѣры Хрисповой.

Древніе лѣшописцы сохранили намъ замѣча-
тельнѣйшія черты Индѣйцевъ; тѣ же черты

(*) Изъ Mémoires rélatifs à l'éxpédition anglaise, partie de
Bengale en 1800, pour combattre en Egypte l'armée
d'Orient.—Par le comte de Noé. Paris, 1826.

14

107

отличають и шеперь знаменишый народъ сей.
При Геродотѣ, Индѣйцы пишались расшѣнія-
ми, дѣлились на секты, на касшы, въ коихъ
ремесла переходятъ изъ рода въ родѣ. И те-
перь, начало сіе еще не измѣнилось; все, какъ
было въ самой ождаленной древности: бракъ
совершается. Вѣ шомѣ же возрашѣ; одежда,
обычаи, различныя преимущества, присвоен-
ныя благороднымъ касшамъ, все сущесшвуєшь
и нынѣ. И, между тѣмъ, какъ въ Европѣ, дви-
женію и безпокойству, дають названіе просвѣ-
щенія; въ Индіи постоянную шинину и непод-
вижность называютъ счасшіемъ.

Не болѣе полувѣка, какъ многія Государ-
ства, раздѣляли еще между собою необѣят-
ную землю, тѣ шеперь господствуєшь одна
Англія. Индія заключаетъ собсѣвенно только
пространшство, имѣющее границею Нербудаѣ,
Бенгалію и Богарѣ; но въ Европѣ именующѣ
Индіей все пространшство, ограниченное съ За-
пада, Королевствами Кондагорскимъ и Кабуль-
скимъ; съ Сѣвера, двумя цѣпями горѣ Тибет-
скихъ; съ Востока, Бирманскимъ Государствомъ
и, наконецъ, съ Юга морями Индіи.

Теперешніе обладашели дѣляшѣ Индію на
три президенціи. Первая Бенгальская: заклю-
чаетъ всѣ Сѣверныя провинціи, начиная отѣ
устья Ганга до Инда; съ Сѣвера граничимъ
она съ провинціями Лагорѣ, Серенагурѣ, Неполь
и Бушанѣ; съ Востока служишь ей границей
земля Ариканская, плашящая дань Бирманамъ;
съ Запада Марашская Конфедерація, съ Юга
земля Берарская. Вторая президенція Мадрас-

108

ская: то есть, весь Южный Коромандельской берегъ; границы суть, на Сѣверѣ Берорѣ, на Восшокѣ цѣпь Готская, на Югѣ мысъ Короминской.

Наконецъ, президенція Бомбайская вмѣщаетъ земли: Сурашскую, Камбайскую и весь берегъ Малабарскій, за исключеніемъ Гоа, принадлежащей Поршугалліи и нѣсколькихъ гаваней, принадлежащихъ Марашамъ и Королевѣ Кананорской. Маге, бывшій Французскою конторою и Кошинъ, прежде сего Голландскому Королевству принадлежавшій, теперь входятъ въ сосшавъ Президенства Бомбайскаго.

Въ 1600 году, Королева Елисавеша, по прозвѣбѣ нѣсколькихъ купцовъ, дала имъ харшію на поргѣ съ Индіею, и симъ основала Гигантскую державу, которая увеличила Англію свыше всякой надежды.

Индѣйская Компанія имѣла столько измѣненій до 1783 года, что здѣсь ихъ изслѣдовать невозможно; въ 1783 году пересшала она спирашиться соперническва Французской Компаніи, и могла свободно предпринять и исполнять завоеванія, давно уже ею замышляемыя.

Ошъ 1784 до 1810 года достигла она, наконецъ, вершины своего могущества: двадцать шять лѣтъ прошекли между сими двумя эпохами; они заключающій событія, кошорыя превзошли бы всякое правдоподобіе, еслибъ они не были еще, шакъ сказать, у насъ предъ глазами.

Въ продолженіи сего времени, нѣкоторыя постановленія измѣнили первоначальное обра-

*

109

зованіе Компанії; между прочим, Контроль-
ная Контора учреждена для надсмотра и по-
вїрки надъ полишическими ея дййствіями: но
Компанія нашла способь, изь самых препят-
сшій, извлечь новыя средства кь прираще-
нію своему. — Послѣдшвія были весьма зна-
чимельны для общаго благоденствія, если
пріобрѣшеніе отдаленной земли и ста ми-
ліоновъ подданныхъ и обогащеніе многихъ
частныхъ особъ, ведущъ къ поправленію
запушанности въ финансахъ самой Компаніи,
которая, имѣя столько стихій къ богашствамъ,
имѣшь долги несчетные (*).

Въ 1782 году смершь Гидерб-Али; въ 1783-мь,
миръ съ Франціею, по которому оставлено
сему Государству шолько нѣсколько незначи-
щельныхъ конноръ на полуосшровѣ; на конецъ,
въ 1784-мь, миръ, заключенный съ Типо-Саи-
бомь; вотъ первыя причины блестящаго со-
стоянія Компаніи. Законъ 1784 года воспре-
щаетъ новыя завоеванія, и дозволяетъ воен-
ныя дѣйствія ніолько для собственной защи-
шы, или, когда нужно поддержать права союз-
никовъ; однако же владѣнія Компаніи ежегодно
умножающся: ибо новопріобрѣшаемыя земли,
получая Государей по ея назначенію, шьмъ са-

(*) Индйская Компанія обязана ежегодно предшавлять
Парламеншу подробный ошчешь въ своихъ финансахъ,
различая приходъ и расходъ по дѣламъ управленія и
полишическимъ, ошь собсшвенно. шорговыхъ дѣлѣ;
вмѣшсь съ симъ, обязана она предшавлять и о со-
сшояніи ея долговъ въ Индіи: все сіе печашаешься и
раздаешься Членамъ Парламенша.

110

мымъ остаются въ совершенной ея зависи-
мости.

Теперь всѣ, дѣйствія правленія, шакѣ ска-
зать, сосредоточены въ особѣ Генераль-Губер-
натора. Сей верховивый начальникъ, завѣды-
ваетъ всѣми Англинскими владѣніями на полу-
островѣ ; отъ него получають приказанія
всѣ другие Губернаторы. Гражданскія и Воен-
ныя мѣстца раздаются по назначенію совѣша
Директоровѣ; имъ избираются командующіе
арміями и Губернаторы въ президенціяхъ, и
хотя сіе дѣлается по списку кандидатовѣ,
коихъ выборѣ зависятѣ отѣ Короля; но Совѣтѣ
имѣтѣ право, въ случаѣ неудоволь-
ствія, удалишь отъ должности и даже от-
рѣшить каждаго чиновника.

Молодые люди, посылаемые въ Индію слу-
жить по гражданской части, называются
лисцами. Они начинаютъ изученіемъ языковѣ:
Индостанскаго, Малабарскаго и Персидскаго, и
получаютъ мѣстца шолько тогда, когда зна-
ютъ сіи языки. Тогда имъ даютъ званіе Аген-
шовѣ правленія, изъ коего поднимаются они
и до высшихъ степеней.

То же самое и сѣ тѣми, кои назначающі
себя кѣ воинскому поприщу. Совѣшѣ Дирекшо-
ровѣ опредѣляетѣ ихъ при отправленіи изъ
Европы: иныхъ въ Артиллерію, или по Инженер-
ной части, другихъ въ пѣхоту, или кавалерію.
Для Артиллеріи и Инженернаго искусства за-
ведено въ Англіи спеціальное училище.

Морскіе Офицеры, военнаго и купеческаго
флотовѣ, равнымѣ образомѣ зависятѣ отъ

111

Директоровъ ; все сіе даетъ симъ послѣднимъ
вліяніе и вѣсѣ необыкновенный.

Сухопутныя силы Индійской Компаніи
простираются до двухъ сотѣ пысячье; мор-
скія до двадцати пысячье человѣкъ.

Хартія Компаніи временная, но была уже
нѣсколько разъ возобновлена, и, кажется, не-
возможно когда либо ее уничтожить: ибо
инака, какимъ образомъ управлять сими об-
ширными владѣніями? Чемъ заплашить недви-
жимость неоцѣнимую? Да и кѣ чему перемѣ-
нять образъ управленія? Гдѣ найти другой,
который былъ бы лучше и мирнѣе? Законы
покровишельствующъ уроженцевъ на равнѣ
съ Европейцами; природный жишель живѣшь
спокойно вѣ своемъ помѣстѣ, и, можешь
быть, теперь счастливѣ, чѣмъ былъ при
Набабахъ (*). —

Войска Компаніи обмундированы и обуче-
ны весьма хорошо; онѣ всегда гошовы кѣ вы-
ступленію въ походѣ, и составлены изъ при-

(*) Англинское Правишельшство не дозволяешъ своимъ
подданнымъ поселяться въ Индіи. Тамошніе жишели
не могли бы смошрѣть на шаковыя поселенія безъ
величайшей зависши: и шакъ, изъ осшорожносши и
полишики, Компанія всегда препяшсшуешь новымъ
колоніямъ, и шолько рѣдко онымъ ошводишъ новыя
земли.

Англія находишъ въ Индіи всѣ возможныя пособія
для своего флоша: лучшей добрөшы сшроевой лѣсъ;
пеньку, парусину, мачшы, все сіе шамъ въ изобиліи.
Англія имѣшь шеперь корабли и фрегашы, по-
строенные въ Бомбѣ и Каликушѣ.

112

родныхъ жителей. Армія сія може в равнять-
ся съ каждою Европейскою, въ отношеніи
почноси въ движеніяхъ, храбрости, и хлад-
нокровія въ военныхъ действіяхъ. Къ тому
же, она весьма предана Правительству и其所-
да получаетъ жалованье въ свое время. Всѣ
сіи войска находятся подъ начальствомъ Ев-
ропейскихъ Офицеровъ.

Вотъ краткое начертаніе силъ Компаніи
и соспава Сипайскихъ корпусовъ:

### І. Бенгальская Президенція.

Одинъ Европейскій полкъ, соспавленный
изъ десяти рошъ; 1200 человекъ.—

Двадцать восемь Сипайскихъ пехотныхъ
полковъ, каждый изъ 2400 человекъ.

Двадцать семь Артиллерійскихъ Европей-
скихъ рошъ, и столько же Индѣйскихъ; Евро-
пейская конная Артиллерія.

Восемь Индѣйскихъ конныхъ полковъ, каж-
дый изъ 600 человекъ.

Многочисленный Инженерный корпусъ.

Инвалидный полкъ, для службы гарнизонной.

Таможенный корпусъ и военная полиція.

Сверхъ того, въ военное время, нѣ сколь-
ко волонтерныхъ корпусовъ.

### II. Мадрасская Президенція.

Европейскій полкъ, равносильный Бенгаль-
скому.

Двадцать семь Сипайскихъ полковъ.

Восемь конныхъ Индѣйскихъ полковъ.

Два Артиллерійскихъ Европейскихъ полка;

Національная Артиллерія;

Конно-Артиллерійскій полкъ.

113

Инженерный корпус.

Полкъ Индъйскихъ и полкъ Европейскихъ
инвалидовъ.

Нѣсколько волонтерныхъ корпусовъ.

### ІІІ. Бомбайская Президенція.

Европейскій полкъ.

Два башаліона Европейской Артиллеріі и
гораздо болѣе Индѣйской.

Европейскій конно-Артиллерійской полкъ.

Инженерный корпусъ.

Девять Индъйскихъ пѣхошныхъ полковъ.

Морской Сипайской полкъ.

Индѣйскій инвалидный полкъ.

Бомбайская и Мадрасская Президенціи
имѣющій каждая своего Главнокомандующаго,
подчиненнаго Бенгальскому во всемъ, относя-
щемся до военной часми. Многочисленный
Штабъ окружаетъ всѣхъ сихъ Генераловъ.

Бомбайскій флотъ сосвавленъ изъ 20-ти
военныхъ судовъ отъ 10 до 12 пушекъ; суда
сіи назначены для защиты шорговли отъ раз-
бойниковъ по берегу Малабарскому и въ зали-
вѣ Персидскомъ.

Кромѣ сего, Англинскій Король даетъ
Компаніи 30 тысячъ пѣхошы и конницы, ко-
торыхъ Компанія содержитъ на свой счетъ
точчасъ по прибытии ихъ (*). — Сіи войска
служатъ на равнѣ съ войсками Компаніи; но
во всякомъ случаѣ имѣющі надъ ними спар-

(*) Каждый солдашъ, посылаемый Правищельшвомъ въ Индію, обходится Компаніи въ 100 гиней.—

114

шинство. Англинское Правишельство содержитъ въ Индіи довольно сильный флотъ.

Вотъ составь каждого Сипайскаго полка:

Полковникъ, два Подполковника, два Маюра, десять Капитановъ, двадцать два Порушчика, десять Подпорушчиковъ, два Адъютанша, два Квартирмейстера, один лѣкарь и два подлѣкаря.

Сверхъ сего Штаба, состоящаго изъ Европейцевъ, Сипайскій полкъ имѣть еще:

Двадцать Субидаровъ, или Штабсъ-Капитановъ изъ Индѣйских уроженцевъ.

Сорокъ Емидаровъ или Подпорушчиковъ.

Уншеръ-офицеры всѣ изъ Индѣйцевъ. Кролѣшого, въ каждомъ двухъ-башаліонномъ полку, по два Индѣйских лѣкаря.

Башаліонъ имѣть 1200 человѣкъ.

Число Офицеровъ въ шакой же соразмѣрности и въ Кавалерійских полкахъ. Полкъ конницы соспошить изъ 800 человѣкъ, имѣть: Полковника, Подполковника, двухъ Маіоровъ, четырехъ Капитановъ, восемь Порушчиковъ, шестъ Подпорушчиковъ, одного Адъютанша, одного Квартирмейстера, лѣкаря и двухъ подлѣкарей, восемь Субидаровъ и шестнадцать Емидаровъ (*). — Сипайское обмундированіе

(*) Теперь армія Индѣйской Компаніи гораздо многочисленнѣе:

Въ Бенгальской арміи:

8 полковъ кавалеріи, 2 Европейских пѣшоныхъ полка, 68 полковъ національныхъ; къ сему прибавить должно милицію и волоншеровъ. Аршиллерія и Инженерный корпусь возрасли въ шой же пропорціи.

115

соспоишѣ: вѣ красной куршкѣ сѣ отворота-
ми различнаго цвѣша по полкамѣ, синій поясѣ
и бѣлые узкіе паншалоны, которые не дохо-
дяшѣ до колѣна; ноги босые, или вѣ санда-
ліяхѣ; синяя челма сѣ мѣдными украшенія-
ми. Бенгальскіе Офицеры ходяшѣ вѣ сапо-
гахѣ, Мадрасскіе и Бомбайскіе вѣ сандаліяхѣ.
Странная сія одежда, босыя ноги, черные
ремни, желшый цвѣшѣ и суровый видѣ лица,
все сіе придаетѣ Индѣйскимѣ войскамъ воин-
сшвенную наружность.

Между Сипаями, иные Магомешанскаго,
другіе Индѣйскаго исповѣданія; всѣ носяшѣ
отличищельные знаки касты, кѣ копорой
принадлежашѣ. Различное вѣроисповѣданіе,
причиняющее обыкновенно вражду и междо-
усобіе, не производишѣ здѣсь ни малѣйшаго
безпокойства. Хочя между здѣшними секта-
ми и сущесшвуєть зависѣть, но не буйная, и
она соспавляемѣ опору для законной власши.
Если бы запѣялся какой либо заговорѣ: то

Въ Мадрасской арміи:

8 полковъ кавалеріи, 2 полка пѣхошы, 50 Сипайскихъ
полковъ, 1 инвалидный полкъ, ополченіе и волоншеры.

Въ Бомбайской арміи:

3 полка кавалеріи, 1 полкъ Европейской пѣхошы, 26
полковъ національныхъ.

Офицеры Индѣйской Компаніи могушъ выходишь въ
ошшавку, прослуживъ двадцашь пяшь лѣшь въ дѣй-
сшивѣльной службѣ; тогда получаешь они въ пен-
сіонъ полное жалованье. Въ продолженіи 25 лѣшъ, имѣ-
ющъ они право бышь шри года въ ошпуску.

116

одна изъ сектъ неминуемо опкроетъ его; и
пакъ, различіе въ вѣрѣ порукою за спокой-
спвіе; я могу привесть въ доказательство
тому нѣсколько случаевъ въ бытность мою
въ Индіи.

(Будетъ оконтаніе.)

Третіе письмо Главнокомакдующаго Россій-
скими войсками Князя Циціанова къ Генералу
В., изб крѣпости Ганжи отб 4 Января 1804
го да.

Поздравляю В. П. съ новымъ годомъ и съ
новою побѣдою! Побѣдоносные Россійскіе орлы
парятъ надъ башнями Ганжи и главная мечешь
обращена въ храмъ испинному Богу.

Цѣлый мѣсяцъ держали мы крѣпость сію
въ самой крѣпкой осадѣ, у осажденныхъ не
было ни воды, ни дровъ. Пять разъ требовалъ
я сдачи города, угрожалъ, убѣждалъ, обѣщалъ
Высочайшимъ именемъ премилосердаго Госу-
даря ославить Хана владѣльцемъ и данникомъ
Россіи; но ничто не могло превозмочь упор-
сшва и буйства Джавашѣ - Хана - Ганжинскаго,
кошораго переписку со мною къ вамъ для лю-
бопышства посылаю. Вы усмотрише, что кро-
мѣ шпурма, мнѣ ничего не ославалось дѣлать.

117

Высокомѣріе Хана, позднее время года, умно-
женіе больныхъ и недостатокъ фуража, а
выше всѣхъ бѣдствій, неслыханный для непо-
бѣдимыхъ Россійскихъ войскъ стыдъ—остгу-
пить отѣ крѣпости, не взявъ ее, поставили
меня въ необходимость прибѣгнуть къ един-
ственной и кровавой мѣрѣ: брать крѣпость
приступомъ. Онъ совершенъ съ помощію Все-
вышняго, оружіе Россійское благословляющаго,
сего дня на разсѣшѣ, съ невѣроятнымъ успѣ-
хомъ и малымъ урономъ, въ полшара часа вре-
мени. Крѣпость Ганжинская взята. Наши сол-
дашы дрались какъ львы; Джавашъ-Ханъ и сынъ
его Гуссеинъ-Кули-Агу пали жершвами своего
упорства. Но къ чесши солдашъ, ни одна изъ
8600 женщинъ (свезенныхъ жестокимъ Ханомъ
изъ деревень въ залогъ вѣрности мужей) и ни
одинъ младенецъ не погибли. Человѣколюбіе и
повиновеніе моему приказанію, доселѣ при
штурмахъ неслыханное. Остальные два сына
Ханскихъ въ самомъ началѣ штурма пе-
релезли черезъ стѣну и скрылись. Такая опло-
шность съ нашей спороны, произошла отѣ
малочисленной при моемъ корпусѣ конницы.
Ташарская же, ни къ какой вѣрной службѣ,
кромѣ грабежа неспособна. Ханскіе сыновья
пробрались къ Самухскому владѣльцу Шерим-
беку, зависимому отѣ Ганжи. Я ихъ требую,
вмѣстѣ съ его подданствомъ Россіи.— Мѣст-
ное положеніе Ганжинской крѣпости повелѣ-
ваетъ всемъ Адржибежаномъ. Войвѣ почему сіе
завоеваніе первой важности для Россіи. Чпо
касается до меня: по я еще не пришелъ въ себя

118

отъ трудовъ, ужасной картины кровопролит-
наго боя, радости и славы. Счасшливый
штурмъ есть доказательство морального пре-
восходства Русских надъ Персіянами, и пого
духа увѣренности въ побѣдѣ, кооторый пишашь
и воспламенять въ солдатахъ, счищаю первою
моею цѣлью.

Податель сего везетъ ключи крѣпости
для повершенія къ спопамъ Е. И. В. Добыча
наша соспоишъ въ 12 орудіяхъ и 6 фалконе-
махъ, о калибрахъ кооторыхъ, послана мною
осебая вѣдомосшь; въ одномъ Штандартѣ и 8
знаменахъ, въ 55-ти пудахъ пороху и боль-
шомъ хлѣбномъ запасѣ.

Потеря съ нашей стороны въ убийчыхъ:
Кавказскаго Гренадерскаго полка Маіорѣ Бар-
шеневѣ, 17 Егерскаго полка Капитанѣ Калов-
ской, Нарвскаго Драгунскаго полка Порумчикѣ
Кейпѣ и нижнихъ чиновѣ 35-шь человѣкѣ; да
ранено: легко Штабѣ-Офицерѣ одинъ, Оберѣ-
Офицеровѣ 8, нижнихъ чиновѣ 122, тяжело
Оберѣ-Офицеровѣ 5 и нижнихъ чиновѣ 7 че-
ловѣкѣ. Потеря съ непріятельской стороны
просширается до 1500 мужеска и 8639 женска
пола, о раненыхъ же неизвѣстно. —

Сего дня, пошчась послѣ штурма, на го-
родской площади было оппѣшь Господу силъ
благодарственное молебствіе съ колѣнопрекло-
неніем, а при возглашеніи многолѣшія
Государю и всей Императорской фамилией,
учинень проекрашный залп, какъ изъ завоеван-
ныхъ, такъ и изъ собственныхъ нашихъ ору-
дій. Всѣ общественные зданія и улицы окроп-

119

лены святою водою. Всѣ обозныя телѣги и
фуры наряжены для вывезенія и погребенія
за городомъ тѣлѣ убішныхъ непріятелей; сво-
ихъ предадимъ землѣ, съ подобающею хра-
брымъ, чесшью. Собравъ подробныя и вѣрныя
свѣдѣнія отъ частныхъ Начальниковъ, не пре-
мину представишь Императору обстоя-
тельнѣйшую реляцію.

Полагаю необходимымъ, для увѣренія здѣш-
няго края жишелей въ томъ, что Российскія
войска изъ сего ханства не выйдутъ (какъ
то прежде нѣсколько разъ было), и что сія
земля навсегда присоединена къ Российской
державѣ (*), дать Ганжѣ имя Российское. Я
уже имѣлѣ счастіе испрашивать соизволеніе
Государя украсить сей городъ священнымъ
именемъ Государыни Имперашицы
Елисавешы Алексѣевны: назвать оный Ели-
саветополь.

Вѣдомость

О калибрахъ орудій, въ крѣпости Ганжинской
найденныхъ.

Пушекъ.

$$
\left\{
\begin{array}{ll}
\text{мѣд-} & \text{вѣ} \\
\text{ныхъ} & 42 \text{ фунта} \\
\text{9-шь} & -24 \\
\hline
\text{чугунныхъ} & -18 \\
& -10 \\
& -5 \\
& -2
\end{array}
\right.
\qquad
\left\{
\begin{array}{ll}
\text{имъ} & \text{1.} \\
\text{имя} & \text{1.} \\
\text{имя} & \text{2.} \\
\text{имя} & \text{2.} \\
\text{имя} & \text{3.} \\
\text{имя} & \text{3.}
\end{array}
\right.
$$

(*) Въ силу договоровъ, заключенныхъ съ законными вла-
дѣльцами сей обласши и для обезпеченія нашей юр-
говли и владѣній въ Грузіи. В.

ОТДБЛЕНІЕ ВТОРОЕ.

СЛОВЕСНОСТЬ.

СТАНЦІОННЫЙ СМОТРИТЕЛЬ.

(Повѣсть.)

Синія воды широкой Камы помчали не-
большой паромь, прислонясь кь периламь, я
вь раздумьи смошрѣлѣ на осшавленный берегь;
что-то говорило мнѣ: шы уже не увидишь
юнаго края, то роскошнаго, то пустыннаго,
гдѣ богатая природа все производишь вь боль-
ших размѣрахь, гдѣ поднебесныя горы, ши-
рокія какъ моря рѣки и безбрежныя равни-
ны — то пугаешь, то развлекаешь, то упо-
мляешь взорь и воображеніе. Я прожил два
лучшіе года моей жизни вь спепяхъ Киргиз-
скихъ, дикихъ и молчаливыхъ; Иршыш часто
бушевалъ вь глазахъ моихъ, когда я, увлечен-
ный воспоминаніемъ о далекой Европѣ, бро-
дилъ безъ цѣли по земленому валу Омска. Не
скажу, чтобы весело провелъ тамъ время; не
скажу, чтобы провелъ его скучно; ибо, гдѣ
нѣпь людей образованныхъ по сердцу и уму ?
Такихъ я встрѣшилъ тамъ, узналъ, полю-
билъ и, обь нихъ воспоминая, часто и теперь
лешаю мыслію кь мупному Иршышу и кь бѣ
регамъ быстрой Оби.

97

Через полчаса, паром, ударился о при-
стань, я спрыгнул на берег и пошел по
дороге, поджидая свою бричку. Солнце было
высоко, можно было сдѣлать двѣ станціи до
ночлега, а кого изъ пушешественниковъ не
занимаетъ ночлегъ? Я обратился къ распро-
сами къ моему сопушнику-купцу, (вѣ одно
время со мною выхавшему изъ Перми) и хо-
рошо знавшему, по его словамъ, дорогу. И
пакъ, вы хошире ночевать вѣ О...? ска-
заль онъ, если остановившесь у станціоннаго
Смотришеля, то будете довольны; онъ, право,
пакой человѣкъ, который обратился на себя
ваше внимание, и сверхъ того, у него вы най-
дете все нужное. Я былъ обрадованъ его сло-
вами: какъ грустно шолько мѣнять предме-
шы, на мгновеніе видѣть ихъ и не имѣть до-
суга ни обсудить, ни начувшисвоваться; отъ
того шо вѣ дальней и скорой дорогѣ, чело-
вѣкъ дѣлается особеннаго рода автоматомъ;
но не выигрываемъ отъ превращенія!

Я скакал — и имѣл удовольствіе въ
9-м часу по полудни, остановившись перед
крыльцомъ хваленаго Смотришеля. Не могу
ничего сказать ни о селеніи, ни объ окрест-
ныхъ видахъ; ночь была темная, ненастная.

Не ночь, а свѣша преставление! Я чув-
ствовал большую усталость; всѣ члены мои
были, какъ разбитые. Поспѣшно вошел я въ ком-
нату и увидѣл — женщину, которой не льзя
было дать болѣе 30 лѣмъ, окруженную милыми
дѣтьми. Опрятность видна была въ домашней
ушвари, въ будничныхъ дѣтскихъ плашciesахъ,

98

и какой-то вкусъ выказывался въ одежѣ ма-
шери. „Вы жена Смогришеля?,, Сказалъ я; —
„Такъ-съ!„,— „Гдѣ онъ?„—Сей часъ будетъ, я
уже послала за нимъ.,, —

Я попросилъ чаю; сказалъ, что будучи не здо-
ровъ и чувствуя сильную слабость, рѣшился но-
чевать у нихъ. Хозяйка вышла; я раскурилъ
трубку и отъ нечего дѣлать началъ разсмашри.
вашъ вещи, которые находились въ горницѣ:
здѣсь висѣли два ружья ошличной работы; тушъ
лоснился шкафъ съ посудою; мамъ... но я про-
первъ прежде глаза, мамъ... шакъ! Шкафъ устав-
ленный книгами, читаю сквозь стекла: Исторія
Миллаша, сочиненія Карамзина, Жуковскаго, его
переводы—ниже, романы Жанлись; еще ниже...
но это ужъ вѣрно случайно! Schillers Werke,
Goetes Werke, Mendelsohn, Gerder! Надъ ди-
ваномъ изъ березового дерева (несравненно
опрятнѣйшимъ многихъ дивановъ, на кою-
рыхъ случалось мнѣ сидѣть въ своей жизни)
висѣли хорошей гравировки Саксонскіе виды;
далѣе, два небольшіе портрета: одинъ изобра-
жалъ пожилаго человѣка, довольно непріят-
ной наружности, другой пожилую женщину,
но съ такими чертами, которые всегда нра-
вятся послѣдователю Лафашера; легкое сход-
ство съ хозяйкою дома дало мнѣ замѣстить,
что послѣдній портретъ ей не чужой. Нако-
нецъ, гитара, не краснаго дерева, безъ перла-
мушра и золота, оканчивала убраншво сей за-
лы и вмѣстѣ госчиной.

Странно было бы все это найти даже въ
комнахъ какого нибудь уезднаго засѣдателя;

15

99

и такъ, можете себѣ представишь, какъ я былъ пріятно удивленъ шакою находкою. Признаюсь, я мечташель, скоро вырвался на волю изъ шѣсной комнаты; осѣдалѣ привычное воображеніе и пустился странствовать въ волшебныхъ мірахъ ни мало не сходныхъ съ нашимъ жалкимъ міромѣ: густой табачный дымъ, клубясь и разстилаясь вокругѣ меня, образовываль слои облаковъ, скрывшихъ всѣ предметы отѣ чувственныхъ глазъ моихъ . . . отѣ эшаго, я болѣе и болѣе улешалѣ отѣ земнаго моего пріюша. Вдругъ, ласковый голосъ хозяйки, принесшей чай, разочаровалъ мою мечташельность;,, чай гошовѣ!,,— сказала она.

—,,Скажите мнѣ, чья эшо охопа?,, Началъ я, наливая чай вѣ огромную фаянсовую чашку и, указывая на шкафѣ съ книгами, —,,рѣдкость, вѣ такой глуши найти вещи, мало употребляемыя вѣ самыхъ сполицахъ.,,,—

„Эшо занятіе моего мужа,“ — отвѣчала „она;—,,а иногда и мое; разсмотрѣвѣ, вы увидите, что многія изъ сихъ книгъ назначены нашимъ старшимъ дѣшямъ; ихъ обучаетѣ ощецѣ и они уже хорошо читающі и изрядно пишутъ.,,, —

„Вы болѣе и болѣе меня удивляете; скажите, какъ согласишь склонносшь, или, объяснюсь точнѣе, способносшь вашего мужа къ занятіямъ подобнаго рода, съ должносшью имъ занимаемою?,, —

— — Но я не вижу шутѣ ничего удивительнаго. Человѣкъ образованный, не краснѣя

100

можешь занимать всѣ возможныя должности;
всякая должность, болѣе или менѣе, полезна об-
ществу, слѣдственно, всякая, болѣе или менѣе,
почтенна. Люди по склонности избирають себѣ
родъ службы, мужъ мой по обстоятельствамъ
выбралъ насшоящую, и до сихъ поръ не имѣлъ
причины раскаяваться въ выборѣ. Милости-
вый государь, вѣрьше мнѣ, что огказавшись
отъ честолюбія, отъ разсѣянности большихъ
городовъ и отъ злословія маленькихъ, мно-
гимъ людямъ не достаетъ только рѣшимости
сдѣлаться станціонными Смотришелями...
Вы смѣешесь? Но я повторяю, что сдѣлавѣ
этотъ, по вашему, можешь быть, неблаго-
разумный шагъ, они подружились бы съ челс-
вѣчествомъ, нашли бы покой сердечный, а
внушреннее убѣжденіе, что не смотря на свое-
нравіе случая, они еще полезны другимъ въ
гражданскомъ быту, замѣнило бы имъ всѣ
приманки блестящей извѣстности, всю пре-
лесть власти и всѣ выгоды богатства и хо-
лоднаго общества.,, —

— —, „Вы не родились въ этомъ соспо-
ніи?“ — „Можешь быть, „„ шушъ при-
ходъ Смотришеля перервалъ разговоръ, сдѣ-
лавшійся для меня столько занимашельнымъ.

Во всѣхъ движеніяхъ станціоннаго Смо-
пришеля замѣшно было тонкое приличіе, при-
обрѣшаемое свѣтскою жизнію; онъ говорилъ
пріятно и занимашельно, послѣднее было при-
обрѣшено наукою. — Я съ нимъ скоро познако-
мился; меня влекло любопытство, онъ не
имѣлъ причинъ шаиться отъ меня: это-то

*

101

самое передъ ужиномъ произвело слѣдующій разговоръ:

,,Судя по чершамъ лица, я заключаю, что поршрешъ дамы надъ диваномъ, изображаетъ близкую родственницу вашей жены.,,

,,И если бы вы сказали машери: то ог-
гадали бы. Разсмотрите внимательнѣе это
милое, доброе лицо,—она жила на землѣ, какъ
могли бы здѣсь жить только Ангелы—для од-
ного добра. На устахъ ея часто сіяла улыбка ;
но чаще всего улыбка состраданія. Я любил
ее, какъ прекрасную женщину, какъ добрую
машь, какъ сущесшьо благодѣшельное.

,,Другой поршрешъ изображаетъ отца моей
жены; о немъ можно сказать, что если Богъ
создалъ его человѣкомъ: то будемъ его почи-
шать за человѣка. Онъ не вѣрилъ дружбу, не
понималъ любви, не зналъ состраданія, но при-
личіе заставляешь меня остановиться, хотя
я не отпѣнилъ совершенно его изображенія.

,,Вы умѣли пріобрѣсть мою довѣренность,
продолжалъ онъ, и я охочно познакомлю васъ
короче съ собою.

,,Мой ощецъ былъ богатый Пешербургскій
купецъ. Онъ производилъ большіе торговые
оборошы. Его корабли плавали вдали отъ нашего
съвернаго овечесшва, а счастіе, казалось, зака-
балилось къ нему. Я былъ единственный сынъ
счастливаго, но не долговременнаго брака; машь
моя скончалась, когда я былъ еще ребенкомъ,
и вся нѣжность неушѣшнаго супруга обращи-
лась на меня.

,,Ощецъ мой былъ человѣкъ образованный,

102

онъ почишалъ необходимостью дать мнѣ приличное воспитаніе,—и я, достигнув юношескихъ лѣтъ, посланъ имъ въ Гештингенскій Университетѣ.

,,Возврашивъ въ ощечество, я познакомился черезъ моего Университетскаго товарища съ отцемъ моей жены. Первое посѣщеніе зажгло въ моемъ сердцѣ ту любовь, кошорая никогда не пошухаешь. Я былъ неловокъ, страненъ, застрѣчивъ; однако, не смочря на это, меня приняли, какъ сына миліонщика: ласкали и пригласили зѣздить почаще.

,,Будучи мало занялъ, я посѣщалъ почти чрезъ день Надушова (фамилія моего новаго знакомца) шамъ всшрѣчала меня непринужденная ласковость Лизы и радушный приемъ почтенной ея родительницы. Напыщенный хозяинъ дома мерпѣлъ меня, какъ богача, кошорый всегда могъ ссудить его тысячами: частыя посѣщенія увеличили мою привязанность; я увидѣлъ взаимную склонность ко мнѣ милой Лизы. Я былъ безконечно счаспливъ въ сіи мгновенія пылкихъ надеждъ, счаспливой любви и чистой довѣренности къ людямъ.

,,Въ это время, неблагопріятный для нашей торговли разрывѣ съ Англіею, слѣдствіе несчастныхъ происшествій въ Европѣ, заперѣ ихъ кораблямъ пристани Балтійскаго моря, и Англичане, по невольѣ, обращились въ Америку съ пребованіями пеньки и сала, кошорое

103

прежде получали изъ Россіи. Дешевизна сихъ
шоваровъ, купленныхъ опцемъ моимъ за доро-
гую цѣну, потрясла его благососшояніе: скрѣ-
пя сердце, онъ объявилъ себя банкрошомъ. Домъ нашъ и дача проданы съ молотка. Мы
переселились на Выборгскую сторону, гдѣ огор-
ченный родитель мой вскорѣ впалъ въ неиз-
лѣчимую болѣзнь, кошорая свела его вѣ могилу.

Я привелъ въ порядокъ разстроенныея дѣла
его, собралъ долги, свелъ счеты, удовлетво-
рилъ остальныхъ займодавцевъ—и увидѣлъ, что
отвѣ всего огромнаго, несмѣшнаго сосшоянія,
осталось мнѣ въ наслѣдство не болѣе десяти
шсячь рублей.

Только по окончаніи всѣхъ дѣлъ своихъ,
рѣшился я снова показашься въ домѣ Надушо-
ва. Доброе имя отца моего осталось незапят-
наннымъ, всѣ долги выплачены рубль за рубль,
сполна и съ процентами; и я, съ какою-по
гортосшію, означающею благородную бѣдность,
явился въ домѣ моего давняго знакомаго; но
приемъ хозяина былъ не прежній. Напрасно
мать одобряла меня внимательною привѣшли-
восшію, дочь блишшающею въ глазахъ любовью,
которую уже давно въ нихъ прочиталь я. Онѣ
обѣ очень были огорчены сухимъ обращеніем
со мною Надушова. Сердце мое было недоволь-
но, оно хошьло вырвашься, хошьло раскрыть-
ся, какъ вдругъ хозяинѣ обращилъ ко мнѣ
слова, кошорыя, какъ громовые удары, разрази-
лись надъ моею головою.

—,,Было время, Милосшивый Государь, когда
посѣщенія ваши были мнѣ пріятны: они дѣла-

104

ли мнѣ честь; теперь обстоятельства перенумѣнились. Вы человѣкъ холостой, а я имѣю взрослую дочь; злословіе шрубишь всѣмъ знакомымъ и незнакомымъ, что дочь моя находишь въ васъ партію. По моему образу мыслей, я считаю такой бракъ болѣе, чемъ неприличнымъ, въ немъ шакъ много Комическаго. Вы ничего не имѣете, даже не дворянинъ, а дочь моя воспитана и сѣ малолѣштства готовилась для самаго лучшаго круга; мои сыновья служатъ въ Гвардіи; всѣ мои родственники занимаю почешныя мѣстца въ гражданской службѣ: разсудите сами, пріятно ли послѣ эшаго слышашь, что сынѣ бывшаго купца, молодой человѣкъ, который, вѣроятно, не останется даже и въ купеческомъ званіи, почишается въ публикѣ женихомъ моей дочери. Разсудите сами, не досадно ли мнѣ было слышашь, на пр: какъ знакомый мнѣ бриліянт-щикъ, встрѣшясь со мною, говоришь мнѣ, что у него къ свадьбѣ я могу найти по самой чумѣ-ренной цѣнѣ самыя модныя вещи. На сихъ дняхъ, Madame R. модная порговка, коморая живешь въ шрехъ шагахъ ошь Полицейскаго моста, предложила мнѣ свои услуги и прислала на выбор нѣсколько дюжинъ шалей и шляпокъ. Все это доказываешь, что слухъ о близкой свадьбѣ моей Лизы, распространился по всему городу. Вы меня понимаете?... покорнѣйшій слуга!,,...—

Я не успѣлъ, я не могъ ошвѣчать; пораженный, убитый его словами, я шолько могъ чувствовать, чувствовать всю шажесть безожиданной своей участи. Не знаю, долго ли былъ я въ этомъ безжизненномъ сосстояніи—

105

знаю, что пришел в себя за городом, в рощ; мам гуляли веселые люди, но улыбка их казалась мнѣ холодным эгоизмом, их положеніе было в той безконечной прошивуположности с моим, что оно возраждало во мнѣ неудовольствіе; мам рѣзвыѣ дѣти рвали цвѣты, гонялись за песшрыми бабочками, эпо кололо мнѣ сердце; даже в сих играх, я видѣл геній человѣка, силящійся разрушашь лучшія произведенія природы: я был недоволенъ человѣческим и был несправедлив; ибо, в послѣдствіи, пѣ же люди подарили мнѣ небесное блаженство, они цвѣтами осыпали пушь моей жизни, подружили совѣсть мою с сердцем и умъ с совѣстью. Посмочрите на милую жену мою, на прекрасных ребяшечек: не правда ли, что в этом оmenшеніи, я счастливѣе вельможи? Ими цвѣтится жизнь моя, они оживляют пѣ прекрасныя мечты, которыя мнѣ рисовались в моем дѣтствѣ; если сердце полно любовію к таким прекрасным созданіям: то в немъ нѣтѣ мѣста ни для каких суешливых, или дурных чувствованій. Счастіе семейное прочнѣе всякаго другаго, оно основано на чисшой любви, как любовь основана на добродѣшeli. Васѣ растрогала моя повѣсть, Господин Офицер!,,—

Вы знаете, чишашель, что я воображал остановиться ночевашь у станціоннаго Смочришеля, у комараго, как мнѣ сказали, могъ найти радушный приемъ и сымный ужин; но, могъ ли, смѣл ли я ожидашъ то, что ви-

106

дѣль, что слышалъ? Это было уже слишкомъ неожиданно. . . . Вѣ сердечномъ умиленіи, я протянулъ руки кѣ счастливому отцу семей-ства, обнялъ его... И вѣ эшу минушу, добрая масть и прелесшные дѣшочки образовали около меня испинно-трогательную группу. Ты, пылкій мечтатель, столь счастливо владѣю-щій языкомъ боговѣ! Или, шы, пламенный воспи-танникъ древнихъ, нашѣ сѣверный Корреджій! Для чего не были вы зрителями этой кар-шины? Оно раскрыло бы вамъ испинно изящ-ное: шакъ! это мгновеніе чистой радосши принадлежало живописи и поэзіи!

—,Моя должность, говорилъ мнѣ смочишель, столь ничтожная вѣ гражданскомъ быту, удовлетворяетъ всѣмъ моимъ потребностямъ; она не ошлекаетъ меня отъ моего семей-ства, оставляетъ мнѣ время для обучения дѣпей и освобождаетъ отъ мнѣхъ ушомишель-ныхъ и скучныхъ знакомствъ, кошорыя шакѣ часто отравляютъ жизнь городскую. Моя должность часто знакомитъ меня сѣ новыми людьми; но знакомитъ на часъ; всѣ люди мнѣ кажутся лучшими; ибо пришворствовавшіе для всякаго человѣка легче одинъ часъ, нежели мно-гіе годы. Прекрасная сельская природа, рыбная ловля, охота сѣ ружьемъ, рабоча вѣ огородѣ, должность, весело занимающі меня цѣлый день, а любовь жены и ласка дѣпей очаровывающі мою жизнь и равно досвупны сердцу. Я шакѣ привыкъ кѣ скoєму незапѣливому счастію, что малѣйшая перемѣна на лучшее, какая ни будь новость вѣ моемъ домашнемъ быту, за-ставили бы меня грустить.., —

107

Я просилъ у хозяина позволенія ужинать вмѣстѣ со всѣмъ его семействомъ; онъ на мо охотно согласился. Сполъ былъ накрытъ въ 10 часовѣ, меньшой сынѣ внятно прочиталь Отте нашъ; а привѣшливое приглашеніе хозяйки предшествовало сышному и здоровому сельскому ужину. Конечно, гасшрономъ не былъ бы доволенъ такимъ столомъ, гдѣ послѣ жирныхъ щей подали студень, а шамъ кусокъ, зажареннаго, доморощенаго шеленка, сѣ свѣжепросольными огурцами. Не было ни паштета, ни рагу, ни пудинга; роскошный десертъ и старое Токайское не лакомили вкуса; но за то добрый русскій пѣнникъ, настоенный здоровыми правами, поданный milю хозяйкою передъ ужиномъ, возродилъ во мнѣ такой аппешишѣ, какого я давно не имѣлъ; за то несносный сосѣдъ,—сѣ какими часто скука сажала меня рядомъ за долгими именинными обѣдами!—не усыплялъ меня разсказами оспарыхъ навосшяхъ и не заставлялъ зѣвашь, выдохшимися сужденіями о шеатрѣ; за то, извѣстная охопница до висша и экарте, кошорая до вечерняго стола считаетѣ время числомъ разыгранныхъ ею робертовъ, не губила, не оправляла злорѣчіемъ прекрасныхъ минутъ уполенія голода, и никакой брюзгливый лакей не глядѣлъ мнѣ въ глаза и не заставлялъ сдавать шарелку прежде, чѣмъ мнѣ хочется; мнѣ было просторно, спокойно; хозяинъ, радушный въ пріемѣ, голода дорожнаго, и на сердцѣ, шакѣ весело, шакѣ легко, шакѣ сладко... Ахъ! для чего шакіе ужины рѣдки? — —

108

Всѣ въ домѣ давно спали, только мы съ
сшанціоннымъ Смотришелемъ бодрствовали;
разговорѣ обращился опять къ Исторіи его
жизни, и я просилъ дополнить пустошу въ
его прежнемъ разсказѣ.

—,,Гошовѣ—,,ошвѣчалъ онъ—,,хотя для меня
всегда грустно вспоминать о такомъ времени,
когда я, пылкій и неопытный, зашапилъ въ
сердцѣ ненависть къ людямъ, будучи огор-
ченъ однимъ изъ человѣковъ. Я не былъ
послѣ того ни одного раза у Надушова, но не
вырвалъ изъ груди того чувства, которое
мнѣ дѣлало домъ его драгоцѣннымъ.

,,Въ шяжкомъ состояніи совершеннаго рав-
нодушія, прожилъ я около трехъ мѣсяцевъ; од-
нажды, желая разсѣять свою шоску, я, бродилъ
по волшебнымъ островамъ, которыми шакъ
богатъ нашъ Пешербургъ: гусшыя шѣни падали
полосами на землю, высокія деревья, сіи гор-
дые памятники прошедшихъ столѣтій, сіи
живые свидѣшели построенія столицы, рисо-
вались въ гладкомъ стеклѣ Невы. Я былъ оча-
рованъ: то летучею мечпою слѣдилъ за пѣсня-
ми матросовъ, которые быстро плыли мимо
меня въ шлюбкѣ; эхо разносило ихъ голоса
по заливу и рѣчьякамъ; то прислушивался къ
шумному говору, который шихимъ вѣтромъ
доносился ко мнѣ съ гулянья. Человѣкѣ съ ра-
доспнымъ сердцемъ летить въ общесшво,
чтобъ изъ тщеславія показать шамъ веселое
лицо, лучшій признакъ счаспія; но несчасп-
ливецъ, для кошраго потухла надежда, ко-
шораго забыли люди, и кошорый, (другое не-

109

счастіе!) былъ уже разъ счасшливъ, бѣжитъ людей: и, можеъ быть, также изъ шеслазія, не хочеъ раскрыть гнетущую его тайну передъ хладнокровною полною.

Полнота чувствѣ не скрывается; печаль вырвалась изъ груди моей и слезы полились изъ глазъ, я упалъ на дерновую скамью — вдруг мнѣ спало легче... смотрю кругомъ: какъ прежде вершины деревьевъ наклонялись тихо; ими игралъ легкій вѣтерокъ, вода чешуилась и преломляла прямые лучи жаркаго солнца; но мнѣ было легче, какое-то ушѣшеніе мелькнуло вѣ душѣ моей; оно изгладило на минушу воспоминаніе о прошедшемъ; я чувствовалъ только настоящее... и какое настоящее? — Богашое, роскошное, блаженное. Любовь произвела это очарованіе. Двѣвушка, кооторой вѣ жертву, охочно бы принесъ я всѣ дни моей жизни, всю полношу моихъ чувствъ, прислонясь кѣ дереву, смотрѣла на меня съ нѣмымъ учасціемъ; нѣтъ! Я не вѣ силахъ былъ владѣть собою вѣ такія ми-nушы! Я лежалъ-у ногъ ея, покрывалъ поцѣлуями ея руки, жаркіе слезы мои капали на нихъ крупными каплями. Когда восторгъ неожидан-наго свиданія миновался, шолько тогда я уви-дѣлъ добрую машь ея. Живая радость на лицѣ показывала ея чувства, она понимала любовь нашу и покровительствовала ей. Другъ мой, сказала она обращаясь ко мнѣ, будь всемъ для моей дочери, прими ее руку изъ рукъ моихъ. Я благословляю союзъ вашъ. Но, милая дочь, ты должна знать, что ощецъ твой никогда не согласился на бракъ твой; ты будешь лишена на-

110

слѣдства, а я не могу шебѣ дать многаго. Не смотря на то, какъ мать, я совѣщую шебѣ, слѣдовашь сердечной склонности, ибо знаю по опыту, что не въ раззолоченныхъ комнатахъ живетъ счаспіе; знаю, что любовь супружеская исчезаетъ шамъ, гдѣ тщеславіе и роскошь подстилають персидскіе ковры и разстановливають бронзы. Повторяю, слѣдуй своей сердечной склонности, она не обманешь шебя. Выбирай, или наслажденія большаго свѣта, шумныя увеселенія общества и довольство, кощорое сдѣлаешь людей большаго круга швоими данныками; или шихое семейное счаспіе, посредственное состояніе и безвѣстная доля, украшенная любовію любимаго человѣка! Лиза плацала и ничего не отвѣчала, лицо ея пылало; она шихо подала мнѣ руку; пошомъ бросилась кѣ мачери и скрыла первыя слезы любви на груди своего милаго повѣреннаго.

,,Умалчивая о многомъ, шолько для меня любопытномъ, продолжалъ спанціонной Смочришель, скажу вамъ, что черезъ нѣсколько дней, сельскій Священникъ обвѣнчалъ насъ; все къ тому было устроено доброю родительницею; но женишьба моя заставляла меня орасаться преслѣдованій раздраженнаго отца, она заставила меня, избѣгая его мести, вы браться изъ столицы, и разлучила съ виновницею нашего благополучія . . . .

,,Еще заранѣе, запасся я всѣмъ, что въ глухомъ уединеніи могло разсѣявать единог образіе жизни и пріятно писать вкусъ и умъ человѣка: я не зналъ шолько, на что употре-

111

бить себя в глуши, но чувствовалъ, что не
dолжно оставаться празднымъ; ибо считалъ,
что каждый гражданинъ долженъ быть по-
лезнымъ ощечеству. Добрый мой Универси-
тешетскій поварищъ, поть самый, который
меня познакомилъ съ домомъ моего шестя,
былъ въ настоящемъ случае для меня необ-
ходимъ; онъ отыскалъ два мѣста, равно удо-
влечNorяющія моимъ требованіямъ, и пред-
ложилъ на выборъ: быть деревенскимъ учи-
шелемъ въ помѣстяхъ Графа В., или стан-
ціоннымъ Смотришелемъ въ П—ой Губерніи.

,,Я выбралъ настоящую мою должность.

,,Здѣсь въ шинѣнѣ и радостяхъ, я живу уже
12 лѣшѣ; начальство хорошо расположено ко
мнѣ, сосѣди любятѣ; жена подарила меня ми-
лыми дѣшьми; до сихъ поръ сопушствовала мнѣ
въ дорогѣ жизни, какъ добрый другъ. Только
смерть незабвенной нашей родительницы на-
помнила намъ, что мы живемъ въ цечаль-
номъ мірѣ, въ кошоромъ упрашы шакѣ обык-
новенны. Говоришь ли мнѣ, что устраненіе
жены моей ощѣ наслѣдства, не сдѣлало ника-
кого впечатлѣнія на жену мою, брашья были
слишкомъ человѣческіе люди, чтобы попра-
вить несправедливость ощца, возвращеніемъ
сестрѣ ей принадлежащаго имущества, это,
можетѣ быть, къ счастію, ибо оставило
насъ въ настоящемъ состояніи. Мои дѣти
получатѣ воспитаніе, вѣроятно, лучше мно-
гихъ другихъ; они найдушѣ хлѣбѣ и службу:
ибо я не испорчу ни сердца ихъ, ни ума. Чу-
ждый мрачной, адской философіи, порожденной

112

вольнодумствомъ прошедшаго вѣка и столько пагубной вѣ своихъ послѣдствіяхъ, я посѣялъ вѣ сердца ихъ Христіанскую нравственность. На конецъ, обезпеченный нѣсколько вѣ своемъ содержаніи оставшимися отвѣ опца моего деньгами, я съ семействомъ не опасаюсь нужды. Безкорыстная любовь, веселое настоящее и сладкія надежды вѣ будущемъ дѣлаюсь жизнь нашу раемъ, вѣ кошоромъ не достаетъ шолько вѣчноши.,,—

Когда онъ окончилъ разсказъ, было давно за полночь. Мы распрострелись и я сладко заснулѣ.

Что мнѣ предшавлялось во снѣ, того я почти не смѣю сказать, milaia Aglaia! To мнѣ видѣлось, что прекрасная женщина манила меня вѣ шихое уединеніе, я стремился за нею сѣ мою пламенною страшнію, ко торая заставляешь забывать все, исключая любимый предмѣтъ: всѣ надежды, всѣ требованія честолюбія, всѣ условія свѣта; то я уже видѣлѣ себя вѣ одежѣ мирнаго гражданина: безъ шпаги, безъ эксельбанта, безъ мундира, кошорый люблю страшно и кѣ кошорому привыкъ, какъ черепаха кѣ своему черепу; то снизлось мнѣ, будто я плыву вѣ челнокѣ сѣ мою же красавицею: цвѣтны на берегахъ ласкали взоры наши, далѣе — зеленыя поля, осѣненные рощами; былѣ прекрасный день прекраснаго лѣша, и мы пѣли гимнѣ любви и счастію. Вдругъ пронеслись годы! Долги ли они вѣ дни радосшей?—Прекрасная женщина все была прекрасна; но лѣша наложили важность на милое

113

лицо ея; безпечная улыбка смѣнилась какою-то неизвѣснимо-пріятною спепенностью, кошорая отшѣняетъ шолько лицо счастливой машери: эша красота заключала въ себѣ нѣчто нѣжное, нѣчто гордое, нѣчто не-земное. Лѣша охладили и во мнѣ жарѣ юносши, внимая дѣламъ житейскимъ, даже мнѣ близкимъ, я всегда осшавался равнодушнымъ; но, при видѣ веселыхъ дѣшей, кошорые, какъ Амуры, скрывались за розовыми кустами домашняго сада, сердце во мнѣ билось также, какъ и въ молодосши. Не они ли уже, думалъ я во снѣ, подарили шакую очаровательную прелесть этой прекрасной женщинѣ? — Вотъ, казалось, я уже къ ней ближе и ближе... она оглянулась... и чшо же? Я увидѣлъ... шебя, безцѣнная Аглая!

Это былъ сладкій сонъ!

На другой день рано по ушру я гоповѣ уже былъ къ ошѣзду. Прощаясь, отъ души по-желалъ я продолженія милому семейству, сѣлъ въ бричку; ямщикъ махнулъ кнушомъ и кони понеслись стрѣлою. Я не встрѣчу ничего по-добнаго въ моей дорогѣ, подумалъ я; потомъ еще разъ оглянулся—станціонный Смотришель сшоялъ на крыльѣ и махалъ мнѣ платкомъ въ знакъ прощанія, можешь бышь, вѣтнаго, же-на и дѣти, по прежнему, окружали его. Такъ, я вѣрю шебѣ, счастливый мудрецъ! Безкорыст-ная любовь, веселое настоящее и сладкія на-дежды въ будущемъ превращаютъ грустный міръ въ веселый рай!

Не правда ли, читатель?

В. Карлгофь.

ОТДБЛЕНІЕ ПЕРВОЕ

ВОЕННОЕ.

(Продолженіе.)

Третья осада и взятіе крѣпости Бадаюза.

По взятіи союзниками въ Январѣ 1812 года
крѣпости Ціудадь-Родриго, Маршаль Веллинг-
тонъ рѣшился, какъ скоро приведена будешъ
крѣпость сія въ оборонительное сосТОЯНІЕ,
снова осадишь Бадаюзь. Всѣ пригоповленія кь
сему дѣлались шайно, чтобры непріятель ниче-
го не могъ провѣдать. Подъ ложнымъ предло-
гомъ, въ Лиссабонѣ нагружены были корабли
орудіями и осадными снарядами; но пособѣ
перевезены на мѣлкихъ судахъ въ Алкаеръ-до-
Саль, для удобнѣйшаго доставленія оштуда
сухимъ пушемъ въ Эльвась, гдѣ также приго-
повлены туры и фашины, будто бы назначен-
ные для сей крѣпости; всѣ прочія пригопо-
вленія дѣлались съ шакою же скрытностію.

16 Марша все было гошово, и миляхъ въ че-
тырехъ ниже города, учреждено сообщеніе по-

16

121

средствомѣ понтоннаго моспа. Послѣ сего,
крѣпость окружена безъ всякаго сопропивле-
нія. При осмопрѣ укрѣпленій найдено, что
Французы съ прошлаго года не были въ без-
дѣйсшіи. Вѣ замкѣ они провели внутренніе
окопы и умножили число орудій; вѣ крѣпост-
цѣ Крисшовалѣ устроили надежную защишу
съ шыла, коншрѣ-эскарпѣ и гласисѣ подняли
выше, а пропивѣ того мѣсła, гдѣ была брешѣ-
баттерея, постравили крѣпкій редутѣ. Омѣ
мосстоваго укрѣпленія до крѣпостцы начаło
прикрышное сообщеніе. Съ южной спороны го-
рода окончанѣ новый равелинѣ и починены два
остальные; во многихъ мѣсках рва начашы
также неприспупныя ямы, или кувешы. Пар-
далерасѣ равнымѣ образомѣ былъ укрѣпленѣ,
и подъ тремя, вправо отъ него лежащими, ба-
стіонами подведены подкопы. Кѣ востоку за
Санѣ Рохусомъ чрезъ Ривилласѣ построенѣ
былъ шлюзъ, и на 240 шаговѣ отъ укрѣпленій
сдѣлано искусственное и неудобо-проходимое
наводненіе. По соображеніи всѣхъ сихъ обсто-
ятельствѣ, положено напасть на крѣпостцу
Пиккурину, взять ее, приготовивші въ ней за-
пасы, направить оттуда брешѣ-баттереи
пропивѣ бастіона Ла-Тринададѣ, который
одинъ только былъ приступенѣ и разбить
правый фасѣ его, часть куртины и флангѣ ба-
стіона (болверка) Санта Маріи, съ коего можно
производить пальбу по фасу. Это открывало
возможность расположить назначенные на при-
ступѣ колонны—кѣ югу, за высотами, и дви-
нуть ихъ впередѣ, не встрѣчая преграды со

122

стороны искусственнаго озера. Для произведёнія пальбы со всѣхъ линій, противуположенныхъ высотамъ Пиккурины, назначено проведенную противъ редуша оной траншею протянуть вправо, поставить насупротивъ его баштерею, и какъ скоро она откроется' огонь, начать приступъ.

Снаряды состояли изъ 16 двадцати-четырехъ фунтовыхъ, да 20 восмнадцати-фунтовыхъ пушекъ, и 16 двадцати-четырехъ фунтовыхъ желѣзныхъ гаубицъ;—3000 шанцовыхъ инсрументовъ; 80,000 мѣшковъ для песку; 1200 муръ, 700 фашинъ и нужнаго количества льсу. Инженеровъ, вмѣстѣ съ Подполковникомъ Флешшеромъ находилось 19 Офицеровъ, 120 человѣкъ рядовыхъ, нѣсколько приобученныхъ къ саперной службѣ и 115 человѣкъ военно-рабочихъ. Осадный корпусъ заключалъ въ себѣ 16,000 человѣкъ.

Ночью на 18-е Марта, открыты траншей. Для прикрытия назначено 2000 человѣкъ; число рабочихъ простиралось до 1800 человѣкъ. По близкому разстоянію траншей отъ крѣпостцы, конвой находился не впереди, но въ тылу работающихъ, за высотами: сообщеніе съ параллельною линіею соспавляло 4000 фушовъ; почему нѣкоторые во время бурной и дождевой ночи сбились съ дороги и до параллели достигли шолько 600 человѣкъ. Оспавалось не болѣе 190 шаговъ, до покрытаго пуши редуша, однако осаждающіе уже при наступленіи дня открыты были непріятелемъ, тогда какъ траншея имѣла 3 фуша глубины и 3½ ширины,

*

123

и работу сію можно было докончить во время дня.—Ночью на 19-е, работало 1800 человекъ, а 1500 служили прикрыпіемъ. Бапшереи No 1 и 2 съ своимъ заворотіомъ были начаты. Первая о трехъ осмнадцати-фундіовыхъ пушкахъ и трехъ желѣзныхъ, 5½ дюймовыхъ гаубицахъ;— впорая о чешырехъ двадцати-чешырехъ фундіовыхъ орудіяхъ: обѣимъ назначено двѣйствовавшы прошивъ Пиккурины. Вправо продолжена параллель; прежнія работы довершены. Днемъ рабошало 1400 человекъ. Въ чась по полудни, гарнисонъ сдѣлалъ вылазку въ 1500 человекъ пѣхошы и 40 конницы. Отрядъ сей, не будучи примѣченъ осаждающими, соединился на сообщеніи между люнешта Рохуса и крѣпостцей Пиккуриною, двинулся скорымъ шагомъ впередъ и подошелъ къ шраншеѣ прежде, нежели рабочіе успѣли схвашишь оружіе. Конница обскакала правый флангъ шраншеи и черезъ нѣсколько минутъ очунилась у магазиновъ, расположенныхъ позади рва въ 1800 шахтахъ. Здѣсь она привела рабочихъ въ большое смяшеніе, но шошчась при появлени вооруженныхъ войскъ отсмѣпила назадъ, не причинивъ никакого вреда. Пѣхоша также отбиша, какъ скоро подоспѣло прикрыпіе. Она закидала небольшую часть параллели, и захвастила около 200 шанцовыхъ инструментовъ. Осаждающіе понеряли при семъ случаѣ 150 человекъ убішыми и ранеными; между послѣдними, находился начальникъ Инженеровъ Подполковникъ Флешшеръ.

Въ ночи на 20-ое, параллель вправо и влѣво

124

продолжена болѣе, нежели на 700 шаговѣ. Тамъ,
гдѣ съ правой спороны Талаверская дорога
образуетъ скашѣ на 5 фушовѣ, и гдѣ грунѣтѣ
тверже, осшавалось открышое мѣсто на 24
шага; непріятель изъ покрышаго пуши Люнет-
ша открылѣ по немъ ружейный огонь. Пальба
производилась и карпечью, какъ скоро кто
нибудь появлялся; почему, смѣна упромѣ не
могла пройти мимо сего прохода. Отверстіе
сіе еще до полудня заслонено было мѣшками
съ пескомъ, и по汤ѣ рабочіе разставлены
были во всю длину траншеи. Вѣ ночи на 21
Марша начашь слѣдующіе прямолінѣйныя бат-
шереи: No 4, о 6 двадцати-четырехъ фунтовыхъ
орудіяхъ, на заворошѣ праваго Фаса Болверка
Тринидада; No 5, о четырехъ осмнадцати-фун-
товыхъ орудіяхъ противъ праваго фланга Бол-
верка Санъ-Педро; No 6, о пяти двадцати-четыр-
ехъ-фунтовыхъ желѣзныхъ гаубицахъ про-
тивъ праваго Фаса люнетша Рохуса. Двѣ пер-
выя, по причинѣ рыхлаго грунта, построены
позади траншеи, гдѣ онѣ вѣ большей безопа-
сносли находились и отѣ вылазки изъ ближ-
няго люнетша. Непріятельскіе Офицеры дѣ-
лали наблюденія на правомѣ берегу Гвадіаны;
это возбудило вѣ союзникахъ опасеніе, что
непріятель намѣренѣ съ права анфилировать
траншею; а посому и старались прикрыть
оный отѣ анфилады, посредствомѣ продожен-
ныхъ заворошовѣ; небольшая вылазка отбила.
Вѣ семь часовъ утра, непріятель появился съ
2 полевыми орудіями на правомѣ берегу рѣки,

125

для очищенія грунта, способствующаго напа-
денію; но онъ вскорѣ протягнѣв сшрѣлками.

Ночь на 22 Марша. Нѣсколько дней уже
продолжалась сырая погода; въ одиннадцать ча-
совъ опять пошелъ дождь, и не переставалъ
во всю ночь; почему мало сдѣлано. Бат-
шерея No 6, по причинѣ грунта, имѣла не весь-
ма выгодное положеніе; для сего назначена
батшерея No 3, о 4 осмнадцати-фунновыхъ
орудіяхъ прошивѣ люнешта. Какъ траншеи
въ долинѣ по ушру наполнены были водою: то
старались осушишь ихъ и укласть дно фаши-
нами.

Въ прошлую ночь, непріятель на правомъ
берегу построилъ брустверъ и во весь день
производилъ пальбу по траншеямъ на 1700 ша-
говъ длины, причинѣ большой уронъ. Почему,
осаждающіе принуждены были обложить крѣ-
пость и съ сѣверной стороны. (*) Въ три
часа по полудни шелъ проливной дождь; тран-
шеи наполнились водою; Гвадіана выступила
изъ береговъ, отъ чего сорвало понтонный
мостъ и съ шрудомъ могли держаться живые
мосты. Начали уже опасаться, что должно
будеть отсвупить отъ крѣпости. Въ ночи
на 23-е, вооружены батшереи No 1 и 2; однако,
за непогодою мало сдѣлано. Непріятель съ
большою дѣятельностью занимался построе-

(*) Союзники при обложеніи крѣпосши, вѣроящно, надѣя-
лись, что не послѣдуешь важнаго вреда отъ упуще-
нія сей мѣры; иначе было бы непропѣшительно ожи-
дашь, чшобы принудилъ ихъ къ шому непріятель.

126

ніемъ куртины между Болверкомъ (бастіономъ( Санъ-Педро и полуболверкомъ, и укрѣпленіемъ замка, вѣшомъ предположеніи, что кѣнему снова произведенѣбудеть главный приступъ. По ушру погода была ясная; но послѣ обѣда опять пошелъ сильный дождь; почему вѣночи на 24-е и по ушру, ничего нѣ сдѣлано, пока около полудня погода прояснилась и баштереи могли быть почти гошовы.

25. числа ночью, всѣ баштереи были гошовы кѣдѣствію и снабжены боевыми снарядами. Вѣодиннадцать часовъ упра окрыло гонь сѣ баштерей, и продолжалась во весь день сильная пальба. Положено вѣэто пѣveчерѣштурмовать редутъ Пиккурину и вѣнемъ окопацься. Для сего приступа назначены два отряда, каждый по 200 человекѣ; впереди каждаго отряда шли по 12 человекѣ саперовѣсѣштницами; каждою колонною предводителѣствовалъ Инженерный Офицеръ. Одинъ отрядъ поставленъ на самомъ концѣ лѣваго крыла, а другой при входѣ. По данному знаку, оба отряда должны были выйти изъ параллели. Лѣвому ошряду надлежало обойти укрѣпленіе сѣправаго фланга и напасшь на перешеекъ (Gorge, Kehle). Правый отрядъ назначенъ кѣдѣствовать противъ сообщенія между городомъ и Пиккуриною, осшавя 100 человекъ на дорогѣ, ведущей ошѣлюнетша (Lunette) кѣредушу, для пресѣченія пуши подкрѣпленіямъ осажденныхъ; остальные 100 человекъ, должны были отчасти содѣйствовать штурмующимъ перешеекъ (Kehle); оп-

127

части же старашься острѣзать отступъ гар-
низону. Для подкрѣпленія аштакою сѣ фронта
сихъ двухъ отрядовѣ, вѣ случаѣ, ежели они
встрѣтятъ сильное сопропивленіе, 100 чело-
вѣкъ пошавлены при. No 2, подѣ начальствомъ
Инженерѣ-Капитана, и были гошовы двинушь-
ся впередѣ по первому приказанію.

Вѣ 10 часовѣ вечера поданѣ знакѣ къ
штурму. Оба отряда шотчасѣ выступили.

Лѣвый, не бывѣ примѣченѣ, досигѣ до
перешейка (Горжа) у крѣпости, но когда онѣ
началѣ ломать палисады и переходишь валъ :
шо встрѣченѣ столь сильнымъ ружейнымъ
огнемъ, что принужденѣ былѣ возврашилось.
Часть праваго отряда, приступающая къ гор-
жу укрѣпленія, встрѣчена была столь же силь-
нымъ ружейнымъ огнемъ, шакѣ что послѣ
пщетныхъ усилій перейти палисадѣ, онѣ
обратился къ лѣвому флангу укрѣпленія, гдѣ
выстрѣлы не достигали рва, приставилѣ
шамѣ свои лѣстницы къ эскарпу, шотчасѣ
взошелѣ на брустверѣ и усмотрѣлѣ непріяте-
ля, защищающаго шылѣ редуща. Вѣ одно время
сѣ симѣ отрядомъ, назначенный для нападе-
нія сѣ фронта, взошелѣ на выдавшійся впе-
редѣ уголъ укрѣпленія, и оба совокупными си-
лами вломились вѣ укрѣпленіе; часть гарни-
зона, оказавшая сопропивленіе, побита, ос-
пальная взята вѣ плѣнѣ. У побѣдителей
убишо 4 Офицера и 50 рядовыхъ, да 15 Офи-
церовъ и 250 рядовыхъ ранено. Во время
приступа, вѣ городѣ били вѣ набать, пускали
ракешы, и со всѣхъ укрѣпленій опкрылѣ былъ

128

пушечный и ружейный огонь: ибо приступъ
ожидаемъ былъ на всѣхъ пунктахъ. Вскорѣ
попомъ, барабанный бой въ Сань-Рохусѣ, за-
ставилъ думать, что осажденные сдѣлали
вылазку; пошы, охранявшіе траншею, начали
пальбу, на кошорую сѣ крѣпости опѣчали
сильнѣйшею; она прекрашилась гораздо
послѣ полуночи. Въ занятой крѣпостцѣ,
шотчасъ приготовленѣ ложементѣ и возста-
новлено сообщеніе сѣ параллелью. Днемъ,
чась караула поставлена въ траншеяхъ по
обѣимъ сторонамъ крѣпостцы, а въ укрѣпле-
ніи осшавлены только часовые; ибо сильнымъ
огнемъ сѣ крѣпости разрушенѣ наскоро по-
строенный ложементѣ. Но еще до наступле-
нія вечера, саперы приготовили другой ложе-
ментѣ вдоль внѣшнихъ фасовъ, не имѣющій
боковой обороны (unflankirten). Осадныя баш-
тереи во весь день производили сильную пальбу
по укрѣпленіямъ, но сѣ малымъ успѣхомъ; ибо
непріятельскій огонь чрезъ то не уменьшал-
ся. Баттереи No 1 и 2 принуждены замол-
чать. Вмѣсто пого, ночью на 27, начали
строить слѣдующія баттереи: No 7, о двѣнад-
цати двадцати-четырехѣ фунтовыхъ орудіяхъ
для произведенія пролома въ правомъ фасѣ Бол-
верка Тринидада; No 9, о восьми осьмнадцати-
фунтовыхъ орудіяхъ для пролома лѣваго фланга
баспіона Санша Маріи; No 10, о 4 двадцати-
четырехѣ-фунтовыхъ желѣзныхъ гаубицахъ
для произведенія пальбы по рву передъ глав-
нымъ проломовѣ, чшобы воспрепятствовать
непріятелью поправлять оный. Также проведено

129

сообщеніе отъ батшереи № 1 къ Пикку-
ринѣ. Непріятель, зная уже опкуда произве-
дена аптака, съ большою поспѣшностію ра-
бошалъ въ покрышомъ пуши, передъ болвер-
ками Санто-Маріею и Тринидадомъ, тѣже
въ равелинѣ. По узру, рабошы его были хо-
рошо прикрыты и заняты; днемъ онъ началъ
рабошать въ недокончанномъ передъ Трини-
дадомъ контр-гардѣ.

Какъ люнештъ Санъ - Рохусъ прикрывалъ
плошину, причинившую наводненіе; то надле-
жало принудить непріятеля очистить его,
дабы можно было прорвать плошину и войска
безпрепятственно могли подойти къкрѣпости.
Для сего ночью на 28-е число, траншея протя-
нута вправо; но по причинѣ швердости грунта,
не льзя было перекопать Талаверской дороги.
Днемъ замѣчено, что непріятель снялъ свои
орудія съ люнешта. Въ No 6 двѣ гаубицы сби-
ты дѣйствіемъ Артиллеріи изъ замка и са-
мыя батшереи весьма повреждены; почему
онѣ сняты. Ночью на 29-е проведена траншея
саперами черезъ дорогу, напропивѣ шого, пе-
редъ бойницею сдѣланъ прорѣзь для стрѣл-
ковъ. Въ шо же время, начали строить бат-
шерею № 8, о 6 осмнадцати-фунтовыхъ ору-
діяхъ прошивѣ фаса ла Тринидада. Днемъ
покушались саперную работу минувшей ночи
преврашить въ транщею; но огонь непрія-
тельскихъ орудій воспрепятствовалъ исполненію
сего предпріятія, которое совершено
уже ночью на 30 число. Получено въ подкрѣп-
леніе 6 пушекъ, и какъ брешѣ-батшереи не

130

льзя было увеличить: то построена новая
№ 11, чтобы содѣйствовать прежде къ вы-
пѣсненію непріятеля изъ людешта, а пособѣ
проломить куртину сей стороны. Брешъ-бат-
шерея № 9 и рикошетная батшерея (bestrei-
chunge-batterie) № 10, были вооружены. Днемъ
съ батшереи № 9, открыть огонь для сдѣла-
нія бреши во флангѣ болверка Санта-Маріи,
отъ кошораго находилась она болѣе, нежели
въ 600 шагахъ. Сначала, батшерея сія много
поперѣла отъ непріятельскаго ружейнаго
огня, но стрѣлки, постравленные на прорѣзѣ,
скоро принудили его замолчать. Батшереи
№ 10 и 9, въ одно время начали пальбу, и
вскорѣ два орудія въ оныхъ сдѣлались неспо-
собными къ употребленію. Въ ночи на 31 Мар-
та, вооружены батшереи № 7 и 8. Противъ
людешта, саперы продолжали свои работы.
Днемъ № 7 и 8 открыли огонь для бреши
противъ Фаса Тринидада, въ разстояніи отъ
500 до 600 шаговъ. Непріятель съ 26 числа
четырехъ - фушовый контр-гардъ возвысіль
сшолько, что онъ прикрывалъ на 10 фушовъ
эскарпѣ, вышиною въ 31 футѣ; противъ него
производилась сильная пальба, но стрѣна мало
отъ того пооперпѣла. Въ ночи на 1 Апрѣля, сша-
рались соединить батшереи № 10 съ 11; над-
лежало перемѣнить первоначальное направленіе
по причинѣ ружейнаго огня изъ людешта. Вве-
черу того дня замѣчено, что брешъ батшерея-
ми сдѣланы отверстія въ стрѣнѣ фаса, и что
непріятель работалъ въ шылу пролома, хопя
батшереи били по немъ. Ночью на 2 Апрѣля,

131

саперы открыли зигзагъ. Днемъ, батшереи
продолжали хорошо дѣйствовашь; но контрѣ-
гардѣ Тринидада и контрѣ - форсы во флангѣ
Болверка Санта-Маріи, весьма много препят-
ствовали дѣйствію батшерей. Ночью на 3 число
вооружена батшерея No 11, и пышались съ по-
мощію ящиковъ съ порохомъ взорвать щитъ
вѣ шлюзахъ. Инженерѣ, коему поручено исполь-
нить сіе предпріятіе, успѣлъ подвесить ящики:
но быстрое паденіе воды и внимательность
часовыхъ, замѣшившихъ сіе покушеніе, вос-
препятствовали надлежащему приготовленію
взрыва, отѣ чего дѣйствіе было неудачно. По
утру открытъ огонь съ батшереи No 11, про-
шивъ куртины между бастіономъ Санта-
Маріею и ла Тринададомъ; но послѣ нѣ сколь-
кихъ высшрѣловъ, она направлена прошивъ
праваго фланга. Проломы становились виднѣе.
Вѣ крѣпости рабошали за проломомъ и подъ
контрѣ - эскарпомъ; вѣ замкѣ занимались по-
строеніемъ батшереи для защищенія шыла
главнаго пролома. Почему, вѣ ночи начата
батшерея No 12, о четырнадцаши желѣзныхъ
гаубицахъ, для бросанія на новую батшерею вѣ
замкѣ гранатѣ и каршечь во время приступа.
Ночью на 17 Апрѣля, батшерея сія была гошо-
ва. Защитники производили особенно сильный
огонь съ праваго фланга бастіона Сень-
Педро.'

(Продолженіе впередь.)

132

## НЕЧТО ОБЪ ИНДИИ И ОБЪ АРМІИ ИНДБЙ-СКОЙ КОМПАНІИ.

(Окончаніе).

Въ 1809 году, Мадрасское Правительство признало нужным убавить плату войскамъ. Сія убавка не была пріятна Европейскимъ Офицерамъ, до коихъ она касалась, и они сговорились дѣйствовать прошивъ сей мѣры. Правительство настаивало на своемъ: Европейцы явно взбунтовались и отказались исполнять службу. Тщетно спарались убѣдишь Мадрасскій Европейскій полкъ: онъ продолжалъ ослушаться, и объявилъ, что не хочешь участвовать въ экспедиціи, готовившейся тогда прошивъ Голландскихъ владѣній на Молюкскихъ островахъ. Правительство обратилось къ Сипаямъ; но и ихъ Офицеры были за одно съ Европейскими. Къ счастію, всѣ усилія мятежниковъ, не могли поколебать вѣрно солдашь: они постomanно отказались участвоваться въ заговорѣ, и заблаговременно извѣщали о намѣреніяхъ бунтовщиковъ. Между тѣмъ, послано было за Королевскими войсками: ихъ присутствіе привело бунтовщиковъ вѣ должное повиновеніе. Во многихъ полкахъ, Офицеры Компаніи были аресшованы и замѣнены Королевскими Офицерами. Въ безпорядкахъ сихъ, не участвовалъ ни одинъ Сипайскій солдашь. Мѣры строгошли, скоро засшавили и Офицеровъ обращившись къ должному повиновенію: все ушихло и бунтъ, угрожавшій Правитель-

133

ству уничтоженієм, послужил напротив
шого, къ прочнѣйшему утвержденію онаго.

Ничто не можешь сравнишься съ укрѣпленными Индйскими городами, и съ числом, въ коей содержимы укрѣпленія. Пространныя, прочныя, красивыя крѣпости сіи соединяющів все, что служишь къ защитѣ и способствуешь здоровью солдаша. Особенно Мадрась, можешь служишь образцем: защищенный цѣпью отбѣльных укрѣпленій, он успоитъ прошивъ сильнѣйших армій. Так называемый Черный-городъ, расположенный на морском берегу, верстах въ двухъ отѣ Мадраса, не мало способствуешь къ безопасности крѣпости: многочисленное населеніе онаго возстанешь при первой тревогѣ и приведешь непріятеля въ большое затрудненіе. Сама природа, кажется, пошавила во множествѣ преграды, защищающія Мадрась. Европейскія суда не могут подойти къ бе-регу, ближе версты: на этомъ разстояніи, начинается волна, кошорая поднимаясь, прижды, съ невѣрояшною силою разбиваешься о бе-регѣ. Европейская шлюбка, увлеченная симъ валомъ, неминуемо должна погибнуть: часами и связи оной не имѣют ни довольно силы, ни довольно гибкости, чтобы выдержать шакой удар; здѣшнія же лодки, хотя и слабо сшишь, гнутся и уступають волнѣ не ломаясь. Лодки сіи вмѣщающій отѣ сорока до сорока пяти человѣк; легки и управляемы здѣшними уроженцами съ удивительною ловкостію; къ тому же, простые плоты нахо-

134

дялся всегда въ близости, на случай, если
бы лодку опрокинуло. Первый валъ (иногда
страшной вышины) подхвашиваетъ лодку и
съ неимовѣрною скоростію несетъ ее къ бе-
регу, другой слѣдуешьъ за первымъ, и такъ
далѣе, покуда выбросишь на песокъ: шушъ
ждушъ люди, чтобы вышащиць ее на сухое
мѣсто.

Плошъ сосшавленъ изъ нѣсколькихъ, весь-
ма полстыхъ, крѣпко - связанныхъ вмѣстѣ
досокѣ: одинъ, или два Индѣйца управляющів
имъ. Многіе изъ нихъ носятѣ на шеѣ сереб-
реныя медали на серебреной цѣпи, данные имъ
за спасеніе Европейцевъ. На головѣ у нихъ
шапка изъ пальмовыхъ листьевъ, въ коорую
прячутъ письма, когда куда будь посланы.
Они смѣло ошдаляются ощѣ берега на плохаѣ,
и часшо выходятъ даже въ открытое море.

Мадрасъ населень Европейцами и Армяна-
ми. Также естѣ здѣсь и ларіи, ко торые, какъ
и въ прочихъ странахъ Индіи, находятся въ
презрѣніи и притѣснены своими единозем-
цами.

Окреспности прекрасны, дороги усажены
по обѣимъ сторонамъ деревьями. Близь Мад-
раса живешь Аркошской Набабѣ. Владѣлецъ
сей пользуется власшію только по наружно-
сти. Онъ уступилъ дѣйствительныя права
свои Компаніи, ко торая въ замѣну плашпѣ
ему ежегодно условленную сумму. Однако же,
когда онъ посвящаетъ крѣпость Св. Георгія:
то ему салютующѣ двадцатью однимъ вы-
стрѣломъ.

ОТДБЛЕНІЕ ВТОРОЕ.

СЛОВЕСНОСТЬ.

ЧАСЪ НОЧИ ИЛИ ВИДѣНІЕ.

повѣстъ.

(Извъ Нодье.)

Сердце мое стѣснено было горестію и я
искалѣ уединенія и мрака. Любимая моя про-
гулка проспиралась не далѣе окресшностей
Шаліопа, и я всегда начиналъ ее, по пробитіи
одиннадцати часовъ вечера. Въ сіи минуты,
мысли мои бывали такъ мрачны, воображеніе
питалось такими грустными мечшами, что
я, предаваясь какой-по невольной мечташельно-
сти, кошерая извѣстна душамъ страждущим,ча-
сто принужденъ бывалъ сражаться съ приз-
раками, коихъ стыдился самъ въ минуты раз-
судка. Однажды, вышедъ позже обыкновенна-
го, и обманутый ли мракомъ ночи, или, можетъ
быть, болѣе, нежели когда нибудь, увлеченный
безпорядочным, своевольным развивіем
идей, я сбился съ дороги, попалъ на неизвѣстную
мнѣ тропинку и очнулся тогда молько, когда
ударилъ часъ на колокольѣ сельской церкви.
Удвоивъ шаги, я направилъ ихъ въ ту сторону,
откуда слышалъ звукъ колокола; вдругъ, на
поворотѣ узкой дорожки, поднялась передо

17

115

мною шѣнь, и вѣ то же мгновеніе исчезла вѣ
частомъ изгородѣ. Я остановился, содрогаясь
отвѣ ужаса; у ногѣ моихъ лежалъ гробовый ка-
мень; раздался тяжкій спонѣ, и листья деревѣ
запрепешали.

На другой день, занятый симъ страннымъ при-
ключеніемъ, я ровно вѣ часъ по полуночи, при-
шелъ на може мѣсто; и что же? Опятьявился
призракъ, искользнувъ мимо меня, коснулся моей
одежды. Звукъ шаговъ его отдался на камнѣ,
изсохшая трава шуршала подвѣ его ногами, и онѣ,
удаляясь быстро, подобно темному облаку: то
исчезалъ, то появлялся опять между окрест-
ныхъ ивѣ и на изворотахъ шропинки. Я поб-
жалъ по скорымъ и невѣрнымъ слѣдамъ его, и
очушился вѣ монастырѣ Св. Маріи; но шамѣ,
блуждая по развалинамъ, почерялъ его извѣ виду.

Разрушенный монастырь Св. Маріи,
представляешь разипельное зрѣлище для
мыслящаго человѣка. Нѣсколько, шамѣ и сямѣ
разбросанныхъ большихъ пиластровѣ, на ко-
ихъ сохранились обломки кровли, вошь все, что
осталось отвѣ великолѣпнаго храма. Когда луна
льетъ томные лучи свои на уединенные сіи
колонны, и крики совы раздаются сѣ ихъ кор-
низовѣ; когда, взошедъ на высоту терасы, про-
бираешься по стѣнамъ монастыря, ежечасно
оступаясь вѣ глубокія шрещины, исходя пошомъ
по вешхимъ ступенямъ, заростшимъ колючимъ
терніемъ, досигнешь до совершенно разру-
шившихся келій, гдѣ однѣ грозящія паденіемъ
стѣны поддерживаются почти невѣроящымъ
образомъ;—когда, на конецъ, зашедъ нечаянно

116

вѣ темную алею, ведущую по кремнистому скату, кѣ мрачной обители смерти, и подвѣ сводомъ сплетшихся вѣтвей, сойдешь вѣ древнее подземелье, гдѣ при мерцаніи гаснущихъ лампадѣ, читаешь на камняхъ имена цѣло-мудренныхъ дѣвѣ, которыхъ бренные остатки преданы здѣсь землѣ: тогда, никакой умѣ человѣческій не можешь противустоять впечатлѣнію предметовѣ сихъ на душу. Они такъ овладѣли мною, что я на ту минушу, совершенно забылѣ странную цѣль моихъ поисковѣ, и только на другой день, почувствовалъ опять желаніе проникнуть вѣ тайну непонятнаго существа, которое, казалось, избрало сію обширную могилу, шаиншвеннымъ своимъ жиличемъ.

Пробилѣ часъ по полуночи, и я, удерживая дыханіе, подошелѣ шихими шагами кѣ гробни-цѣ—и увидѣлъ на ней сидящее привидѣніе. Гла-за его были устремлены неподвижно на небо:—то былъ молодой человѣкъ, худой, блѣдный, покрытый рубищемъ. Поднявшіеся дыбомъ во-лосы его, частію упадали густыми кудрями на плеча; отверстый рошѣ, вышнянущая шея, опу-стившіяся руки, все положеніе его шѣла, озна-чавшее сильное напряженіе вниманія, доказы-вали, что какое-то глубокое наблюденіе зани-мало его вѣ сію минушу. Тяжкій вздохъ выр-вался извѣ его груди, и я понялѣ, что ожида-ніе его осталось штетнымъ. Тушѣ онѣ уви-дѣлѣ меня, вскочилѣ и хопѣлѣ бѣжать, но вдругъ оспановился, и взглянувѣ на меня сѣ кро-шостію, сказалѣ: „чего ты хочешь?—„Узнать

*

117

,,тебя, и...можешь быть ушёшить.,, Отвѣчал я.—,,Ты человѣкъ, возразил онъ, твое сердце, „подобно ихъ сердцу. ... Я не люблю васъ !..... ,,Правда; въ молодосши моей были люди, которые жалѣли ближняго; они имѣли благородную, „душу и Богъ любил ихъ...а шеперь...шеперь, „совсемъ иное!,,—Тутъ онъ покачалъ головою и отеръ слезу.—,,Есть люди и шеперь, продол-„жалъ я, не отвращай сердца ошъ братій.,,—, „У меня нѣтъ братій! Несчасшные ихъ не „знають! ... Взгляни на меня; смотри какъ, „изсохъ я, какъ блѣденъ, какое на мнѣ рубище! „Днемъ томлюсь голодомъ, ночью сплю на сы-„рой землѣ; Господь послалъ мнѣ тяжкій „крестъ!... Иногда свѣтъ темнѣшь въ гла-„захъ моихъ, зубы скрежещутъ; грудь моя по-„дымается, всѣ жилки трепещутъ, какъ стру-„ны; капли слезъ заштывающі не выкашившись, „и смертный холодъ пробѣгаешь въ крови. „Говорятъ, что это падучая болѣзнь, что я „сумасшедшій, и съ улыбкою презрѣнія прохо-„дятъ мимо !,,...—Тутъ онъ сѣлъ опять на гробницу; я пакже—и очень кѣ нему близко, и прижалъ его кѣ своей труди. „Я могу разска-„зать, — промолвил онъ скоро; — вѣдь она „ужь не придетъ нынѣшнею ночью! ... Ви-„дишь-ли чорный куполъ? Тамъ, тамъ, далеко, на небесной лазури. ... (то былъ купол Валь-„де-Граса): видишь ли звѣзду, сіяющую надъ „нимъ и—какъ бы плавающую въ свѣшломъ эфи-„рѣ?—Она тамъ!—Да, конечно тамъ! Она сама „сказала мнѣ; но она ужь не сходилъ больше „оштуда! ... — Я былъ не бѣднѣе Окшавіи,

118

,,но наслѣдникъ знамной фамиліи—просилъ руки
„ея, и гордые ея родищели меня опивергли. За
,,два дни до ея свадьбы, я ходилъ по тѣни-
,,стымъ алеямъ Луксамбурга, и съ наслажде-
„ніемъ предавался моей горесши. Какія мечшы
„не приходили мнѣ въ голову! — Явлюся съ ост-
„рымъ кинжаломъ, посреди пирующихъ, ду-
„маль я, пронжу сердце любезной и потомѣ
„свое! .. Нѣшь, лучше вбѣгу вѣ церьковь, на-
„веду ужасъ на предстоящихъ, и вѣ шумѣ об-
„щаго смятенія увезу Окпавію . . . Нѣшь! —
„Всего лучше освѣтить страшнымъ пожаромѣ
„приготовленія брачнаго ея празднества, и
„живую, или мершвую, спасши отѣ преступ-
„ной измѣны.... Вдругъ, она сама прошла мимо
„меня; ашласное платье ея зашумѣло; я весь
„затрепешалѣ, красное облако покрыло глаза
„мой, вся кровь приступила къ сердцу. Она
„узнала меня, моя Окпавія! Она меня узнала,
„и сказала окружавшимѣ ее: я опять приду
„сюда, скоро приду; тишина ночи здѣсь—такъ
„прелестна! Я приду, можешь быть, завтра!
„И скрылась! Ахъ! Слова милой, подобны ши-
„хой мелодіи! Онѣ долго, долго, отдающеся вѣ
„сердцѣ! Всѣ чувства исполняются ими, душа
„присвояешь ихъ себѣ, и, кажешься, что унося
„послѣднюю мысль любезной, уносишь и ее съ
„собою! ее! — Можешь быть, завтра! сказала
„она, однако не пришла! Билъ часѣ ночи, и вскорѣ
„за нимъ раздался погребальный колоколъ, и
„ударая чрезъ долгіе промежушки, наполнялъ
„воздухъ печальною гармоніею. Не могу извѣ
„яснишь тебѣ, что сдѣлалось тогда со мною!

119

„Казалось, что какое-то небесное предвѣща-
„ніе шаилось для меня въ сихъ ужасныхъ зву-
„кахъ. Непреодолимое стремленіе воли, въ ко-
„торомъ не могъ я дать себѣ отчеша, увлек-
„ло меня къ дому. Окпавіи. . . Продравшись
„сквозь толпу служителей, я остановился у
„дверей ея спальни; окна были отворены, вез-
„дѣ мелькали зажженные факелы, и какіе-то
„глухіе стоны неслись извѣ комнаты. — Она
„умерла! Закричалъ я.... Нѣтъ! Сказалъ ощецѣ
„ея, схвативъ руку мою сѣ судорожнымъ дви-
„женіемъ, она спитѣ... Окпавія лежала на
„богатой постелѣ, подъ штофнымъ алымъ бал-
„дахиномѣ; восковая свѣча горѣла на столикѣ;
„книга лежала у ногъ ея; священникѣ стоялъ
„вѣ молчаніи у изголовья; машъ упала безв-
„чувствѣ на полѣ; Эйлалія горько плакала, и
„какой—то незнакомецъ, въ черномѣ фракѣ,
„говорилъ сѣ звѣрскимѣ хладнокровіемъ: „ Все
„кончилось! — Я зналъ что она невы здоровѣ етѣ! ,,
„—Я забылъ весь годъ, прошекшій за сімь
„страшнымъ вечеромъ. Говоряшѣ, что я тогда
„былъ болѣнѣ, и что болѣзнь моя производила
„отвращеніе и ужасъ. Послѣ смерти Окпавіи,
„никто уже не любилъ меня !,, —

„На другой годъ, въ самый день ея кончи-
„ны, я шелъ по Турнонской улицѣ при свѣтѣ
„моржественныхъ огней, и продирался сквозь
„молпу народа, умножавшаго поску мою своею
„веселостію. Вдругъ ударилъ часъ ночи, и
„еслибъ ударъ сей разсыпался на моемъ серд-
„цѣ, онъ бы не могъ сразуить меня болѣе. Ахъ!
„для чего этоцѣ часъ, послѣдніе звуки коего,

120

,,заглушкили предсмертное ея рыданіе, для чего
,,эшотъ ужасный часъ, не изключенъ изъ
,,числа прочихъ! ... Внезапно, юноша не-
,,обычайной красоты является передо мною,
,,обращаетъ на меня свѣшлый, омоченный сле-
,,зами взоръ, и скрывается вѣ полпѣ, указы-
,,вая на Луксамбургъ. Я колебался, но онъ явил-
,,ся опять: слеза кашилась по его лицу и упа-
,,дала, блишшая. Вѣ смущеніи, пришелъ я вѣ
,,садъ;—никогда не зналъ я страха, но вѣ эшу
,,минуту и свѣпѣ луны, проницавшій сквозь
,,вѣшви деревъ, и ошдаленный шумѣ народа,
,,возвращавшагося вѣ домы, и самая пыль, по-
,,дымавшаяся ощѣ ногъ моихъ, все приводило
,,меня вѣ трепетѣ. Наконецъ, она явилась, вѣ
,,бѣлой одежѣ, вѣ бѣломъ покрывалѣ, точно
,,такъ, какъ вѣ шотѣ незабвенный вечерѣ,
,,когда мы вмѣстѣ гуляли по берегамъ Сены.
,,Тонкое свѣшлое облако облекало ее; я упаль
,,безъ чувствѣ на землю, но Окшавія не уда-
,,лилась; она стояла, наклонясь надо мною; пла-
,,менное ея дыханіе согрѣвало грудь мою; ея
,,руки, поддерживая меня, шихо качали вѣ
,,эфирѣ, исполненномъ благоуханія и свѣша;
,,какое—то неизвѣснимое ощущеніе блажен-
,,шва, какъ бы ощягчало все существо мое.
,,Когда же, наконецъ, успокоившіяся мои чув-
,,шва, начали полнѣ наслаждались симѣ чуд-
,,нымъ упоеніемъ: тогда глаза мои обращились
,,на Окшавію, но она уже скрылась, и молько
,,блѣдный, трепещущій лучь, просиравшійся
,,до шой звѣзды, указалъ мнѣ слѣдѣ ея, и ис-
,,чезъ постепенно. Не знаю, для чего она болѣ

121

,,не приходитъ; но если не придетъ: то я
,,пойду!... Думаю, что пойду!" прибавил
онъ въ полголоса.

Вошь повѣсть моего несчастливца. Послѣ
того я уже не встрѣчалъ его. Долго навѣды-
вался объ его имени, состояніи, прежней
жизни; но шщетно: никто не зналъ его.—На-
конецъ, я уже со всемъ потерялъ надежду
его увидѣть, какъ однажды, совершенно не-
чаянно, услышалъ, что сходный съ моимъ опи-
саніемъ человѣкъ, лежитъ въ Бисетрской боль-
ницѣ. Немедленно бросился я туда, и велѣлъ
проводить себя къ его постелѣ; но вмѣсто
его, увидѣлъ обезображенный, — покрытый
смертною блѣдностію трупъ.—Глубоко впалые
глаза его, сохранившіе еще нѣкоторыя искры
прежняго огня, быстро обращались въ чер-
ныхъ кругахъ своихъ; взоры ихъ раздирали
душу. Взглянувъ на меня, онъ пребылъ нѣ-
сколько минутъ въ садумчивости, какъ бы
стараясь собрать разсѣянныя воспоминанія;
наконецъ, горькая, судорожная улыбка, пробѣ-
жала по измѣнившимся черкамъ, и онъ, накло-
нясь ласково ко мнѣ, сказалъ прерывающимся
голосомъ: „Я говорилъ шебѣ, что пойду!..
„Надѣюсь, что пойду завтра; Окпавія уже
„приходила звать меня, и ославила залогъ
„будущаго нашего соединенія; и кшожъ,
„кромѣ Окпавіи, ежечасно просшираєшь комнѣ
„руку? Вить это не страшная черная рѣка
„мертвеца, въ гробу окостенѣвшая; нѣтъ,
„это нѣжная, прекрасная рука Ангела! Прав-
„да, я не могъ еще до нее дотронуться, но

122

„когда настанешь минута обрученія: тогда
„рука Октавіи, схвашившь мою, увлечешь меня
„за предѣлы міра!“ При сих словах, онъ въ
„изSECTIONЛЕНІУ СМОТРѣЛЬ НА ЖЕСТКОЕ ВСОЕ ИЗ-
„ГОЛОВЬЕ, И ВДРУГЪ ЗАКРИЧАЛЬ: — „ВОШЬ, ВОШЬ
„ОНА! ВОШЬ ЗОЛОТОЕ КОЛЬЦО ОКТАВІИ СЪ ПРО-
„ДОЛГОВАШЫМЬ ОНИКСОМЬ! НО Я не прежде,
„КАКВЬ ЗАВТРА ПОЙДУ КЪ НЕЙ!“,—ПРИБАВИЛЬ ОНЪ
СЪ ТЯЖКИМЬ ВЗДОХОМЬ.

Странно дѣйствіе легковѣрнаго воображе-
нія! И мнѣ казалось, будто соломенная подуш-
ка, покрытая юлстрою наволокою, на кошо-
рой покоилась голова: несчастнаго: шо поды-
малась, шо опускалась подъ рукою Окшавіи, и
сохраняла легкій отпечатокъ ея формы. Бѣд-
ный страдалецъ, думалъ я, люди называющій
тебя сумасшедшимъ, но кто знаешь?...можешь
быть, мнимая болѣзнь швоя, есть признакъ
величайшаго усовершенствованія организаціи,
и той чрезмѣрной ущонченности умствен-
ныхъ способностей, которыми душа швоя,
здѣсь еще, познаешь сокровенное, и видишь
невидимое.

Мысль сія сильно еще меня занимала, ког-
да я пришелъ на другой день въ больницу. Длин-
ный, бѣлый покровъ былъ наброшенъ на шѣло
усопшаго; восковая свѣча теплилась въ голо-
вахъ; все прочее осталось по прежнему.

Когда сгустился мракъ ночи, я пошелъ
туда, гдѣ прежде встрѣчалъ его, и сѣль на лю-
бимомъ его камнѣ. Пробилъ часъ, и по моему
расчету, въ эшу минуту исполнилось ровно
два года по кончинѣ его любезной. Небо было

124

Ему покой всего дороже,
Съ весельемъ шумнымъ незнакомъ,
Онъ незнакомъ со скукой шо же.
Заснешъ онъ ночью крѣпкимъ сномъ,
Едва глаза свои зажмуришъ;
По ушру всшанешъ молодцемъ,
День цѣлый послѣ балагуришъ.
Въ любви причудливой своей
Къ Макару, часшо нешерпимой
Была Телема. Милымъ ей
Хошѣлось бышь боговворимой;
Однажды, чѣмъ шо оскорбясь,
Увлекшись живосшью сердечной,
Въ упрекахъ горькихъ излилась
Предъ нимъ она. Макаръ безпечной
Покинулъ бѣдную смѣясь!
Безъ друга, въ горесши и скукѣ
Тянулись дни. Изъ края въ край
За нимъ бѣжашь она давай,
Жишь не умѣя съ нимъ въ разлукѣ.

Приходишъ въ Княжескій чершогъ:
„Не здѣсь ли милый мой дружокъ?
Макара нѣшь ли дорогова?,,
Ниқшо безъ хохоша не могъ
Услышашь имени шакова !
„Какой Макаръ шобой любимъ ?
Какъ разлучилася шы съ нимъ?
Чшо онъ, голубушка, за диво?“ —
„Нѣшь лучше друга моего;
Разуменъ онъ, добросердеченъ,
Всегда шушливъ, всегда безпеченъ,

125

Всѣ любяшь искренно его.
Не ненавидя никого,
Онъ самъ никѣмъ не ненавидимъ.” —
„Сшупай!,” ошвѣшствовали ей,
Здѣсь нѣшъ его; шакихъ людей
Мы при Дворѣ совсѣмъ не видимъ. "

Рѣшилась далѣе идти
Моя бѣдняжка молодая,
Зашла въ обишель по пуши,
Макара мирнаго найти
Въ сей мирной пристани мечшая.
Игуменъ ей: „признашься вамъ,
Мы съ нимъ увидѣшься желали,
Но, на бѣду, по пусшякамъ;
Посшы, раздоръ и скуку намъ
Въ замѣну сшѣны наши дали!“ —
Но блѣдный и сухой чернецъ,
Сказалъ вершушкѣ наконецъ:
„Охоша по міру шашашься!
Найдешьсяль полно вашъ бѣглецъ?
На шомъ онъ свѣшѣ можешь спашься!“

Телему сей живой—мершвецъ
Чушь не взбѣсилъ шакимъ привѣшомъ;
„Его найду я, мой ощецъ,
Не безпокойшеся объ этомъ!
Нѣшь! о Макарѣ дорогомъ
Не по напрасну я шоскую,
Одна я жизнь ему дарую,
Не можешь бышь онъ въ мірѣ шомѣ,
Когда я въ этомъ сущесшвую!“
„Но гдѣ же вспрѣчу друга я?...

126

Мечтаешъ странница моя,
„Въ столицѣ? — Что же? Не чудесно!
Между пѣвцами вѣрно онъ,
Кошорыми изображенъ
Онъ шоль искусно и прелесшно.” —
Одинъ изъ нихъ сказалъ ей шакъ:
„Вы обманулися никакъ!
Не появлялся, къ сожалѣнью,
И между нами вашъ чудакъ;
О немъ мы пишемъ кое—какъ,
По одному воображенью.”
Вошъ Магисшрашъ: она предъ нимъ
Глаза зажмурила и далѣ...
„О нѣшъ! Съ возлюбленнымъ моимъ,
Не всшрѣчусь я въ судебной залѣ.
Тамъ нѣшъ его! Не спорю въ шомъ
Прельсшишься могъ бы онъ Дворомъ,
Дворъ полонъ чуднаго угара;
Но за присушшвеннымъ столомъ
Вѣкъ не увижу я Макара! ” —
Надѣясь друга повсшрѣчашь,
Телема шала посѣщашъ
Гулянья, зрѣлища столицы.
Ко всѣмъ заглядывала въ лица
По пусшякамъ! Приглашена
Въ дома блесшящіе она,
Гдѣ шѣ счасшливцы предсѣдаюшъ,
Кошорыхъ свѣшскимъ языкомъ,
Людьми съ ушонченнымъ умомъ,
Людьми со вкусомъ называюшъ.
Они прибѣшливы лицомъ,
Рѣчами веселы, свободны,

129

Въ пуши забошливо объемлешъ
Моя рука швой сшройный сшанъ,
Твоимъ обѣшамъ слухъ мой внемлешъ,
Душѣ ошвѣшшвушешъ душа,
И вошь—другъ сшранниковъ приемлешъ
Просшая кровля шалаша.
Пріюшенъ кровъ госшепріимный!
И полны нѣжносшью взаимной,
Мы возлегаемъ на шросшникъ.
Главой усшалой я приникъ
Къ шебѣ, прекрасная подруга!
Ищу во шьмѣ руки швоей —
И долго, шопошомъ рѣчей
Дремошу прерываю друга.
Когдажь въ хранишельную сѣнь
Проникнешъ въ щели легкій день
И роща оглашашься будешъ,
Чешу влюбленную пробудишъ
Волшебный голосъ соловья!
Видъ непорочный! Безъ защишы
Ты почиваешъ близь меня:
Полуошкрыша грудь швоя,
Твои уста полуошкрышы...
Но вскорѣ чисшая спруя
Омыла очи и ланишы;
Рѣзясь, подходишь шы ко мнѣ,
Съ улыбкой рѣчи зачинаешь,
И другу въ дальней сшоронѣ,
Одна, всѣ блага замѣняешь...

*

*

Но быстро пролешлѣ неумолимый мигъ
Очарованія, забвенья;

ОТДЪЛЕНІЕ ПЕРВОЕ.

ВОЕННОЕ.

О ВОЕННЫХЪ ОРДЕНАХЪ ВЪ РАЗНЫХЪ ГО-
СУДАРСТВАХЪ И ВЪ ОСОБЕННОСТИ О РОС-
СІЙСКО - ИМ ПЕРАТОРСКОМЪ ВОЕННОМЪ
ОРДЕНѣ СВ. ГЕОРГІЯ (*).

I. Орденъ Св. Лудовика, утрежденный во
Франціи для военныхъ людей.

Орденъ Св. Лудовика имѣетъ бѣлый Крестъ
на алой лентѣ; старѣйшій изъ всѣхъ военныхъ
знаковъ отличія. Онъ учрежденъ въ 1693 году
Лудовикомъ XIV, съ надписью: *Bellicae Virtutis*
(Военной Доблести); не смотря на то, онъ
раздавался и гражданскимъ Чиновникамъ.

Нѣкоторые Кавалеры для отличія, кромѣ
обыкновенныхъ Орденскихъ знаковъ носящіе на
правой сторонѣ вышишый серебряный Крестъ,
называющіся Кавалерами большаго Креста
и получающі е ежегодно омъ 3 до 4,000 лив-
ровъ пенсіона; Кавалеру меньшаго Креста поло-
жено омъ 800 до 2,000 ливровъ. Но по причинѣ
великаго числа Кавалеровъ, шолько немногіе изъ
шѣхъ и другихъ получающі такой пенсіонѣ,
хочя ежегодно назначается для того изъ Госу-
дарственныхъ доходовъ вообще 450,000 ливровъ.

(*) Въ Хронологическомъ порядкѣ Издашелемъ Берлин-
скаго военнаго Журнала изложенное извѣстіе, и Рус-
кимъ Переводчикомъ дополненное. В.

18

137

Кромѣ Ордена Св. Лудовика, установленъ былъ въ 1759 году Королемъ Лудовикомъ XV Орденъ Военной Заслуги (du merite melitaire) для Офицеровъ Прошесшаншскаго исповѣданія. Вѣ 1785 году опредѣлено ежегодно на сей Орденъ 32,000 ливровъ, изъ коихъ 2 Кавалерамъ большаго Креста положено каждому по 4,000, и 4 Командорамъ, каждому по 3,000 ливровъ вѣ годѣ. Остальные 10,000 ливровъ распредѣлялись между старшими Кавалерами, они получали отвъ 200 до 800 ливровъ.

Орденъ Св. Лудовика, равно какъ и Орденъ Военной Заслуги, назначались за отличіе въ военной службѣ и за храбростъ; но правило сіе вовсе не наблюдалось и Орденъ сей раздавался по случаю. По досповѣрному исчисленію, во Франціи въ 1792 году находилось до 15,000 Кавалеровъ Ордена Св. Лудовика, изъ коихъ только 450 получали пенсіонъ. Орденъ сей сдѣлался столь обыкновеннымъ, что даже не было списка Кавалерамъ; но дабы не всякой могъ носить его, въ 1786 году Королевскимъ повелѣніемъ запрещено было золошыхъ дѣлъ масшерамъ дѣлать Кресты безъ свидѣшельства отвъ Военного Министра. —

Орденъ Почетнаго Легіона, учрежденный Наполеономъ, не естъ собственно военный.

## II. Прусскій военный Орденъ за заслугу (pour le mérite.)

Сей Орденъ имѣшѣ Крестъ голубой, коморый носятѣ на шеѣ на черной лентѣ,

138

съ узкими по краямъ серебряными полосками; онъ успановленъ Королемъ Прусскимъ Фридрихомъ II въ 1740 году, и дается только военнымъ. Сначала, онъ былъ пожалованъ Вольшеру и нѣкошорымъ гражданскимъ Чиновникамъ, но послѣ получали его одни только военные Офицеры. Съ симъ Орденомъ не сопряжено никакой пенсіи. Король жалуешь онымъ за отличіе по военной службѣ или за храбрость.

Въ 1787 году, какъ видно изъ сочиненія: Zustand der Königl. Franz. Armee, Breslau 1787, имѣли сей Орденъ всего 182 Офицера, изъ ко- ихъ 51 получили его при смотрахъ, 59 во время войны 1778 года, и 72 Офицера въ семилѣш- нюю войну.

При смотрахъ, Орденъ сей раздавался въ награду ревності къ службѣ и усердія въ обу- ченіи полковѣ; почему, при сихъ случаяхъ, по большей чассти, получали его только полко- вые и башаліонные командиры.

Прежде войны 1778 года, никто изъ Ар- тиллерисповѣ и Инженеровѣ не имѣлъ его, а во время сей войны, изъ сихъ Корпусовѣ по- лучилъ его одинъ только Маіорѣ Ангальшѣ.

Капитанъ Фрейтагѣ былъ пожалованъ Ка- валеромъ сего Ордена за изобрѣшеніе кониче- ской зашравки для пѣхошныхъ ружей.

Изъ Русскихъ, первый получилъ сей Орденъ Маіоръ Бридель въ 1794 году. Въ походахъ 1813 и 1814 годовъ, весьма многіе Рускіе Генералы и Офицеры были имъ украшены; шакже какъ Пруссаки Россійско-Императорскимъ военнымъ Орденомъ.

*