— 4 —

нин двухъ верстъ: приблизившись къ нимъ противъ вѣтра на 100 или на 150 саженъ, онъ распускаетъ парусъ, но не стрѣляетъ, пока не подкатится такъ близко, чтобы быть въ состояніи ясно разлічить глаза и усы: стрѣляя, охотникъ старается непремѣнно попасть въ голову или въ лопатку, потому что тюлень, не убитый на-повалъ, обыкновенно уходить въ воду. Всѣдъ за выстрѣломъ, охотникъ какъ можно скорѣе бросается въ тюленню, чтобы въ случаѣ надобности отрѣзать дорогу къ водѣ и добрѣе багромѣ; въ этомъ случаѣ времени терять нельзя, потому что тюлень не отходитъ отъ края трещины дальше, какъ на 5-ть или на 6-ть шаговъ, причемъ голова его постоянно обращена къ водѣ. Охота начинается какъ только сойдетъ снѣгъ, обыкновенно около 15-го апреля; если снѣгъ растаетъ позже, когда ледъ уже недовольно крѣпокъ, то въ такой годъ нѣтъ и хорошей охоты. Кромѣ того, успѣхъ ея зависитъ отъ многихъ другихъ случайныхъ условій и потому число добытыхъ тюленей въ разные годы чрезвычайно разлічно. Такъ, напримѣръ, жители небольшой деревни Кул-куть въ 1851 году убили 50 тюленей, въ 1852 году 10-ть, а въ 1853 году только 7-мь.

Охота съ сѣтями производится въ тоже время года. Бурить охотникъ нерѣдко остается на озерѣ въ продолженіи 10-ти дней; онъ отправляется на охоту въ запряженныхъ лошадью саняхъ и беретъ съ собою сѣти, сѣвѣстные принасы, пару собакъ, ящикъ съ линюю или пескомъ, на которомъ разводить огонь, и отъ 20 — 25 жердей длиною въ 1¹/₂ сажені. Отѣхавъ отъ берега верстъ на десять, онъ заставляетъ собакъ искать на краяхъ трещинъ и если онъ нашли свѣдій сѣдъ, то онъ разставляетъ свои сѣти изъ конскаго волоса, черезъ петли которыхъ можетъ пройти голова тюленя. Всѣхъ сѣтей онъ разставляетъ отъ 10 — 20 и у каждойъ вколачиваетъ въ ледъ шестъ съ пучкомъ сѣна на концѣ; къ этому же шесту привязывается и самая сѣть, посредствомъ веревки изъ конскаго волоса. Въ продолженіе дня онъ долженъ нѣ сколько разъ обойти и осмотрѣть всѣ сѣти. Тюлень, попавъ головою въ петлю сѣти, начинаетъ биться и до того запутывается, что дѣ лается вѣрною добычею охотника. Иногда случается, что, при сильныхъ морозахъ, трещины покрываются крѣпкимъ льдомъ, такъ что вышеліе на ледъ тюлені не могутъ спастись отъ приближающагося охотника и тогда ему безъ труда достается нерѣдко отъ 5 — 10 тюленей.

Русскіе охотники снимаютъ съ убитаго тюленя только шкуру и сало, а мясо бросаютъ въ воду подъ ледъ, чтобы не привлечь воронъ и хищныхъ птицъ, которыхъ боятся тюленіи; буряты напротивъ привозятъ домой всего тюленя и мясо его употребляютъ въ пищу.

На половинѣ дороги изъ Лиственничной въ Посольскую, мы дали нѣ сколько отдохнуть лошадямъ, хотя это вовсе не было необходимо; всю эту дорогу (около 90 верстъ) часто проѣзжаютъ въ одну упряжку, на что обыкновенно употребляютъ около 8 часовъ. Вообще, я не разъ, въ продолженіе нашегоъ путешествія, любовался мѣстными лошадьми, небольшими и невзрачными, но крѣпкими, болѣными и выносливыми до невѣроятности. Не дозвзая Посольской, мы выѣхали на почтовую дорогу, ведущую черезъ Байкаль изъ станці Голоустной въ Посольскую, и въ 5 часовъ благополучно приѣхали туда. На льду около самого бегера я замѣтилъ цѣлыя тучи жаворонковъ (Alauda alpestris).

Спасо-Преображенскій Посольскій монастырь построенъ въ 1684 году. Русскій посоль Заболоцкій со своими спутниками на пути въ Монголію былъ убитъ здѣсь монголами или бурятами. Въ память этой кровавой драмы, монастырь и названъ Посольскимъ.

Монастырь и деревня лежать на низкомъ берегу Байкала, состоящемъ изъ наносовъ и

— 5 —

составляющемъ обращенный къ озеру край дельты р. Селенгий. Этотъ низкій берегъ начи-
нается еще въ нѣсколькихъ верстахъ къ югу отъ Посольскаго монастыря и простирается
далеко къ сѣверо-востоку, такъ что высокій берегъ Байкала, лежащій къ сѣверу отъ По-
сольскаго, виденъ оттуда только въ очень ясную погоду и обозначается на горизонѣ только
темно-синей полосою.

Дорога изъ Посольска идетъ по дельтьѣ Селенгий, сперва на сѣверъ, не вдаль едъ отъ берега Байкала, а потому укюлknется къ востоку.

У деревни Чертовкино (въ 12 верстахъ отъ Байкала) Селенг'я дѣлится на два главные
рукава, развѣтвляющиеся въ свою очередьъ по мѣрѣ приближенія къ озеру, такъ что Селенг'я
впадаетъ въ него восемью рукавами; отъ крайняго западнаго устья до крайняго восточнаго
считаютъ 30 версть. Вся эта низменная, то болотистая, то лѣсистая мѣстность образова-
лась изъ наносовъ, гораздо позже, чѣмъ проиншошельъ высокій берегъ Байкала: мѣсто ед, безъ
сомнѣнія, прежде занималъ заливъ самаго озера. Она носить названіе Кударинской степи,
хорошо обработана и считается одной изъ самыхъ плюдоносныхъ мѣстностей этого края.
Многія изъ лежащихъ здѣсь деревень принадлежать Посольскому монастырю, какъ напри-
мѣрѣ и самая деревня Степная.

На лужахъ около дороги я видѣлъ, громѣ вышепопоненаванныхъ, еще нѣсколько видовъ
птиц, вѣтниковъ весны, какъ напримѣръ Anas rufi/a (турпанъ), Anas boschas и неболь-
шія стаи Anser grandis (большой гуменникъ), летящія къ сѣверу. Мы въ этотъ день сдѣлали
еще 24¼ верстъ, до станціи Степной, куда прибыли поздно вечеромъ и гдѣ рѣшились
переночевать, по случаю чрезвычайно дурной дороги.

8-го апрѣля. На другой день, рано утромъ, мы продолжали наитъ путь, при чрезвычай-
но рѣзкомъ и холодномъ западномъ вѣтрѣ, такъ что принуждены были тщательно закутаться
въ наши дахъ *. Въ 25-ти верстахъ отъ Степной, лежитъ станція Кабанская; по мѣрѣ
приближенія къ этой постѣдней, мѣстность постепенно возвышается, дѣлается менѣе лѣсис-
той и болѣе похожей на степь. Дорога идетъ постоянно, то въ большемъ, то въ мѣньшемъ
разстояніи отъ лѣваго берега Селенгий, у пошовы высотъ, образующихъ южный береговой
скатъ ед. долины и составляющихъ продолженіе байкальскихъ береговыхъ горъ. Эти горы
начинаются къ югу отъ Посольскаго и тянутся къ востоку, постепенно приближаясь къ Се-
ленгъ. Точно тякая же цѣнъ высотъ составляетъ и сѣверную границу ед. долины и начи-
нается къ сѣверу отъ Посольскаго. Чѣмъ далѣе къ востоку, тѣмъ болѣе сбираются эти цѣні
и тѣмъ болѣе суживается долина Селенгий.

На этомъ пути мы замѣтили много богатыхъ деревень, полая которыхъ живописно раз-
бросаны по лощинамъ и по волнообразнымъ холмамъ прибрежья.

На дорогѣ отъ егѣдующей станціи Таракановской (въ 248 в. отъ Степной) до станціи Пль-
инской, лежитъ Троицкій монастырь, первое духовное учрежденіе въ Забайкальскомъ краѣ.
Отсюда вышли монахи, основавшіе въ 1681 году Посольскій монастырь **. Дорога продолж-
жаетъ идти по краю берега, а долина все болѣе и болѣе суживается, такъ что въ нѣсколь-
кихъ верстахъ отъ Половинной, Селенг'я уже течетъ въ узкой лощинѣ. Правый, болѣе высокій

* Родъ весна теплой шузы изъ шкуры дикой козы (Cervus capreolus).

** Erman. II p. 99.

— 6 —

ея берегъ, представляетъ отвѣсный обрывъ, спускаюційся прямо въ воду; лѣный же, большею частью также кругой, имѣть у подошвы своей низменное прибрежье пиринюю отъ 3 — 4 саженей, по которому тяется дорога. Заложеніе дороги во многихъ мѣстахъ стоило большихъ трудовъ; со стороны рѣки она имѣть деревянную ограду. Мы, къ сожа-
лѣнію, не могли тщательно изслѣдовать берега въ геогностическомъ отношении, потому что уже начинало смеркаться. Онъ составіе частью изъ красноватаго, частью изъ страго гра-
нита. Станція Половинная и піс Половинная застава, съ нѣсколькими припадлежащими къ ней строеніями, лежить при устьѣ горной рѣчи, на прибрежѣ Селенги; здѣсь въ старину была таможенная застава для торговли съ Китаемъ. Мы прибыли сюда въ 9-ть часовъ вечера и провели здѣсь ночь.

9-го апреля. За Половинной, берега Селенги опять значительно стуживаются, и дорога опять цдеть по самому береговому скату, часто высоко над водою; но потому, долина мало по малу разширяется. На Селенгѣ начинаютъ появляться многочисленные острова и вмѣстѣ съ тѣмъ мѣстность принимаетъ болѣе стенной характеръ и дорога пролегаетъ, то по низ-
менной, широкой прибрежной окрани, то по волнообразнымъ несочанымъ холмамъ. Въ ку-
стахъ около дороги, видны были цѣлыя стаи Emberiza cioides и E. pithyornus, а на по-
лахъ и на лугахъ множество жаворонковъ.

Въ 10-ти верстахъ отъ Верхне-Удинска, мы выѣхали на широкую равнину, окружен-
ную со всѣхъ сторонъ высокими холами; вдали виднѣлись колокольчи к-хъ церквей го-
рода. Въ небольшой деревни, на берегу рѣки, на противоположномъ берегу которой распо-
ложенъ Верхне-Удинскъ, мы принуждены были переложить наши вещи въ маленькія лодки.
Переправа была трудна уже потому, что Селенга дѣлится здѣсь на нѣсколько рукавовъ,
кромѣ того, шелъ спільный ледъ и лодки по малой ихъ вмѣстимости немогли разомъ перевез-
ти всѣ наши вещи; по всѣмъ этимъ причинамъ, наши переправа была довольно опасна и
затруднительна. По прибытии въ городъ, мы приказали отвезти наши вещи въ гостиницу,
а сами отправились туда пѣпикомъ, чтобы во время этой прогулки нѣсколько ознакомиться
съ городомъ.

Верхне-Удинскъ припадлежитъ къ самымъ красивымъ изз малыхъ городовъ Сибири и
замѣчателенъ по своимъ причымъ, широкимъ улицамъ и опрятнымъ домамъ, между которыми
встрѣчается много каменныхъ. По значительному числу лавокъ и по общирности гостинаго
двора, находящагося въ центѣ города, на площади, можно заключить о цвѣтущей, относи-
тельно величины города, торговли. Изъ находящихся въ разныхъ частахъ города к-хъ цер-
квей, одна только деревянная, остальные же три каменные. Около одной изъ послѣд-
нихъ, отличающейся отъ прочихъ изяществомъ архитектуры и красивымъ положеніемъ на
высотѣ, находится кадбюnte.

Намъ оставалось еще закупить икоторыя необходимыя вещи; кромѣ того, мы не мало
устали отъ поздѣки, правда, непродольніятельной, но тѣмъ не менее весла утомительной.
По этому мы рѣшились переночевать въ Верхне-Удинскъ и отправились въ гостиницу,
гдѣ насъ прятно удивили чистыя удобные комнаты и вкусныі обѣдъ.

10-го апреля. Небо было ясно, но дулъ рѣжій холодный квѣтер и погода все еще
стояла суровая. Мы собрались въ путь довольно рано; дорога наша шла черезъ городъ

-7-

на высоту, гдѣ находится кладбище и откуда глазамъ проѣзжающаго открывается очарова-
тельный видъ на Уду и Селенгу и на тянущуюся въ синьущей дали цѣн горъ.

Миновавъ городъ, мы ѣхали въ нѣкоторомъ разстояніи отъ Уды, по волиристой мѣстности, состоящей изъ песчаныхъ холмовъ. Пisz сыпучаго песку часто выглядывали большія глыбы гранита, изъ котораго состоитъ главная масса блезь-лежащихъ горъ. Песчаные холмы облазаны своимъ происхожденіемъ постепенному разрушению этого же гранита.

Широкая долина нижней части Уды состоитъ изъ двухъ, довольно рѣзко отдѣленныхъ одинъ отъ другаго, устуновъ, изъ которыхъ нижней, ближайшій къ рѣкѣ, имѣтъ характеръ холмистой стени, съ хорошими пастищами и нашнями.

Кое-гдѣ разбросаны были бурятскія юрты, а на холмахъ, покрытыхъ короткой прошлой годней травою, бродили большія стада овецъ, добывая себѣ еще весьма скучную пищу. Меня поразило то, что у этихъ овецъ большею частью были совершенно черные головы, тогда какъ на всѣхъ остальныхъ частяхъ тѣла шерсть была бѣлая. Проѣхавъ 34 версты, мы прибыли на станцію Онохоїскую, жители которой состоять изъ русскихъ и буритовъ. Отсюда дорога идетъ около все еще довольно широкой Уды, русло которой усѣано миже-ствомъ низменныхъ острововъ. Рѣка съ нѣкотораго времени уже освободилась ото лѣда, но на берегахъ еще лежали огромныя лѣдины. Число холмовъ, танущихся по обѣимъ сторонамъ Уды, постепенно уменьшается и около сѣдняющей станціи Курбинской они исчезаютъ почти совершенно. Немного не доѣзжая станціи, мы переправились черезъ Курбу, небольшой притокъ Уды, уже нѣсколько дней тому назадъ вскрывшенія, почему мы переправу эту должны были совершить на кӑрбазль *.

Отсюда мы поѣхали сперва по голой холмистой стени, потомъ въѣхали въ сосновый лѣсъ и вечеромъ достигли деревни Тынгыри-Болдойской, гдѣ и рѣшились переночевать; я боялся продолжать путь ночью, не надѣясь на наши тяжело нагруженныя телѣги, а особенно опасаясь за инструменты.

11-го апреля. Мы выѣхали на зорѣ и по отличной дорогѣ быстро мчались впередъ на небольшихъ, но прыткихъ лошадкахъ, которыми правили смуглолицые буриты ямщики, въ шубахъ, надваемыхъ шерстью вверхъ и часто на голое тѣло; у вныхъ изъ этихъ күчеровъ были надѣды мѣховыя шапки, другие ѣхали съ открытыми головами и ихъ длинные, черные, какъ смол, и вслакоченные волосы свободно развѣвались по нѣтру. Часто мы принуждены были кричать ямщикамъ, чтобы они ѣхали тише, но такъ какъ немогіе изъ буритовъ знаютъ нѣсколько русскихъ словъ, то, вслѣдствіе нашихъ криковъ, они большею частію пуще прежняго погоняли и безъ того ретивыхъ лошадей. Мы ѣхали большею частію по волнообразной, холмистой мѣстности около самаго берега Уды, отъ которой насъ только въ нѣкоторыхъ мѣстахъ отдѣлили небольшие, одиноко стоящіе холмы. Послѣ обѣда мы приѣхали въ деревню Онинскую **, лежащую въ 160 верстахъ отъ Верхне-Удинска на р. Онѣ, впадающей въ Уду. Въ устьѣ Они находится островъ, поросшій красивыми тополями. Въ долинѣ Они живутъ хоринскіе буряты.

* Карбазомъ называется въ Сибири плюсодонное судно, употребляемое при переправѣ черезъ рѣки.

** Въ прежіе годы здѣсь была весьма оживленная ярмарка, на которую издалека стекались буряты и русские купцы.

— 8 —

Начиная отсюда, довольно широкая и глубокая Уда становится замѣтно ўже и мельче и границею между ея верхнимъ и среднимъ теченіемъ можно считать то мѣсто, гдѣ она пересѣкаетъ плоскую возвышенность, которая тяется отъ Яблоннаго хребта, постепенно понижаясь къ Байкалу.

До станціи Грядской, мы ўхали сначала по долинѣ, поросшей хвойнымъ лѣсомъ, въ коромъ лишь изрѣдка попадаются голыя, непокрытыя деревьями мѣста. На-одномъ изъ такихъ мѣст расположена деревня, населенная русскими переселенцами.

По мѣрѣ приближенія къ станціи Грядской, лѣсъ постепенно исчезаетъ и недалеко отъ нее мы выхали на голую, кое гдѣ покрытую гужироль* степь, по которой разбросаны нѣсколько бурятскихъ юртъ.

Не смотря на то, что нѣсколько дней стояла довольно теплая погода, намъ лишь изрѣдка случалось видѣть водяныхъ итицъ, на свободныхъ отъ лѣда рѣкахъ. Нѣсколько разъ мы останавливались, чтобы поохотиться за турпанами, по-парно бѣгающими по лѣду еще не вскрывшихся лужъ и озеръ. Но птицы эти были до того осторожны, что намъ ни разу не удалось подкрасться на ружейный выстрѣлъ. Недовѣзная самой станціи Поперечной, мы перѣхали черезъ небольшую рѣчку того же имени, текущую на юго-западѣ и недалеко отъ деревни впадающую въ Уду. Мы пріхали въ Поперечную довольно поздно вечеромъ и рѣшились переночевать на станціи. Толившіеся здѣсь буряты, въ странныхъ для европейца одеждахъ, оригинальные головные уборы женщинъ и пестрая обвѣшанная кораллами и монетами одежда, телѣги на высокихъ колесахъ, запряженныя волами, все это составляю оживленную, живописную картину, въ которой любитель мѣстнаго колорита, могъ бы найти обильную пищу для своей наблюдательности. Я въ первый разъ замѣтилъ здѣсь, что нѣкоторыя изъ бурятскихъ женщинъ носятъ черезъ лѣвое плечо ленту коричневаго цвѣта. Эта лента на правомъ боку завязывается узломъ и концы ея сускаются почти до земли. Мнѣ сообщили, что у бурятовъ-буддистовъ это служитъ признакомъ клятвеннаго объѣта не ўсть конины и мяса павшей скотины. Мужчины носятъ подобный знакъ надъ поясомъ. Этотъ знакъ у мужчинъ и у женщинъ по-бурятски называется оркимдъей.

Г. Герстфельдъ, успѣшній уже въ 1854 году, во время перваго своего путешествія по Забайкальской области, ближе ознакомиться съ бурятами, передалъ мнѣ свои замѣтки объ этомъ народѣ, которые здѣсь и привожу.

Народъ бурятскій, савъ себя называющій *Burjāt* (на западѣ отъ Байкала) или *Burjāt* (по ту сторону Байкала) и называемый русскими буряты или братскіе, занимаетъ большую часть юговосточной Сибири, простирвающуюся отъ Оки, впадающій въ Ангару, до Онона въ Дарурі, и отъ Китайской границы до верховьевъ. Лены, такъ что все занимаемое этимъ народомъ пространство находится между 116° и 137° восточ. долготы и 50° и 55° съвер. щироты.

Буряты, по Риттеру (Asien, I, 445, 446, Н, 115); составляютъ одно изъ трехъ племенъ, на которые народъ монгольскій раздѣлялся еще въ древнійшія времена и которые Риттеръ называетъ: 1) собственно монголами, 2) элётъ (*Oelöth*) (и калмыкамъ) и 3) бурятами.

* Такъ называется здѣсь глуберова соль, окрестныхъ северя на поверхности земл.

— 9 —

Вѣроятно, въ началѣ существовали только два главныхъ племени монголовъ: монголь (Mongol) и элѣтъ (Oelöth), ведшихъ свою родословную отъ двухъ братьевъ, сыновей Бюрте-чино или синяго волка, которого всѣ монголы также считаютъ родоначальникомъ Чингисъ-Хана. Первые т. е. монголы, осталлись въ предѣлахъ родины своихъ предковъ, въ восточной Азии, между собственнымъ Китаемъ и Сибирью; послѣдніе, элеты, удалились оттуда и распространились далеко на западъ (и на сѣверъ).

Элеты, т. е. отдѣлившиеся *, распалились по выходѣ изъ родины (и послѣ отдѣленія отъ нихъ бурятовъ) на 4 племени, которые, какъ составляющія цѣлое племя или какъ четырех-цвѣтные (четыренародные), отшатнулись отъ прочихъ восточныхъ монголовъ, или пятицвѣтныхъ, и назвали себя дойрентъ-ойреты («Сибирскій Вѣстникъ», 1824 года, стр. 22) или дюрбанъ-ойратъ (Ritter, I, 445). Риттеръ, исчисляя эти четыре племени, называетъ ихъ: дунгаръ, тургутъ, хошодъ и турбетъ. Григорій Спасскій, пользовавшійся преимущественно рукописью, Ланганса, въ статьѣ своей о бурятахъ, называетъ эти племена иначе, а именно: елётами (удалившіеся первоначально), барга-бурятами, хойтами и тюмедами (эти три по-слѣдія племени удалились изъ первоначального отечества позже. «Сибирскій Вѣстникъ», 1824 г., стр. 22). По словамъ Спасскаго, изъ этихъ четырехъ племенъ, барга-буряты или братскіе (и кромѣ того и хойты), нѣскоько поздѣе прочихъ удалились на сѣверъ и именно потомки этихъ барга-бурятовъ извѣстны теперь у русскихъ подъ именемъ бурятовъ. Это, однако, мнѣ кажется несправедливымъ, и я полагаю, что теперешніе, такъ называемые, сибирскіе буряты, сами считающіе себя въ родствѣ съ элётами (Миллеръ, «Описание Сибири», 21 и Фишеръ, «Пistorія Сибири», 20), которыхъ и Риттеръ тоже называлъ ойрадъ (т. е. элѣтъ) (сп.пч. І, 512, 599; П, 115), уже давно, и во всякомъ случае до распаденія элётовъ на 4 племени, отдѣлились отъ элётовъ, съ которыми они въ одно и тоже время отдѣлились отъ собственно такъ называемыхъ монголовъ, причемъ четырехцвѣтные элѣты ушли на западъ; буряты же нариacciлись къ сѣверу, къ предъламъ ихъ теперешней страны къ юговостоку отъ Байкала, опять прибылись къ монголамъ и отчасти слились и смѣшались съ ними **.

* Къ элётамъ принадлежать также и калмыки; обо всемъ, касающемся до названія, а также и объ однозначущихъ съ именемъ элѣет названіяхъ: ерадъ, уй-ратъ, урадъ и пр. смот. Ritter, I, 446, Фишеръ, «Сибирская пistorія», 21, и др.

** Смѣшения бурятовъ съ монголами пропасходили, впрочемъ, и въ новейшія времена. Въ «Сибирскомъ Вѣстникъ» за 1824 годъ находилъ, стр. 167—174, статью подъ заглавіемъ: «Россійскіе Монголы», гдѣ сказано, что въ 1689 году семь монгольскихъ ордъ и ли аймаковъ (аймакъ собственно называется семейство) и именно: 1) Цонголъ, 2) Сартолъ, 3) Табанакъ, 4) Хатагонъ, 5) Езенъ, 6) Подгородный и 7) Хоринской, оставили свыльхъ монгольскихъ князей (Саншь-хана и Цецень-хана) и приняли русское подданство; но что число этихъ монголовъ въ теперешнее время нельзя опредѣлить съ точностью, потому что они составляютъ, по крайней мѣрѣ въ глагазахъ русскихъ, одинъ общій съ бурятами народъ, хотя сами эти два племени и отличаютъ себя одно отъ другаго. Также, по Кастрену, племена: Атагань, Тсюголь, Сартаъ и Табангутъ (Табанагутъ), принадлежащія къ селенгицкимъ бурятамъ, переселались изъ Монголіи частью около 1689, частью около 1700 годовъ. (См. Castrén's, Versuch einer buraetischen Sprachlehre, herausgegeben von A. Schiepner, Petersb. 1857, p. 71). Всѣ вышеупомянутыя монгольскія племена бурятовъ живутъ на юговостокъ отъ Байкала. Георги, въ своемъ исчислении братскихъ племенъ (Reise, I, 297) умножаются также о цонгорахъ (очевидно одно и тоже съ Зонголь Палласа, съ Зонгоръ Риттера, и Тсюголь Кастrena) которые однако живутъ, по его словамъ, Пistor. отчетъ.

2

— 10 —

«Барга-бурятъ», которыхъ Спасскій, вмѣстѣ съ русскими, считаетъ бурятами, вѣроятно тожественны съ баргутъ—бурятами, о которыхъ упоминается въ китайской государственной географіи, какъ о живущихъ въ Амурской области между кхалкасами и манджу и которыхъ Риттеръ (I, 116) также не прочь считать потомками древнихъ земледѣльческихъ баргутовъ, нѣ когда имѣвшихъ свое пребываніе около Баргузина (слич. Georgi, Reise, I, 127; Ritter, I, 61). Это то баргутъ-буряты, которые съ нашими бурятами въ родствѣ развѣ только потому, что имѣютъ съ ними общее происхожденіе, вѣроятно позднѣе послѣднихъ, отдѣлились отъ элѣтовъ, отъ запада пошли обратно на востокъ и въ этомъ направленіи оставили за собою свое первоначальное отечество

По преданіямъ, еще до нынѣ существующимъ у бурятовъ, большею частью самыя окрестности Байкала считаются первоначальнымъ отечествомъ этого племени. По одному изъ этихъ преданій, существующему у племенъ, живущихъ къ западу отъ Байкала (слич. «Сибирскій Вѣстникъ», 1824 года, стр. 22), двое дѣтей, одно мужескаго, другое женскаго пола, сопли съ неба на гору близь устья Тункй, впдающей въ Иркутъ; дѣти эти, вскоромленны дикою свиньею (напоминающею римскую волчицу), сдѣлались родоначальниками многочисленнаго народ, пропискшаго далеко на югъ. Здѣсь, говорить тоже преданіе, поссорились два брата, Монголъ и Бурятъ, и послѣдній съ своими приверженцами, называвшись по немъ бурятами, возвратился на сѣверъ къ Байкалу. Отрывокъ этого преданія составляетъ, кажется, сказка, сообщенная Миллеромъ («Описаніе Сибири», 21) и Фишеромъ (Сибирская исторія», 20), по которой два брата Элѣтъ (но не Монголъ) и Бурятъ, поссорились за кобылу, всѣдѣствіе чего Бурятъ былъ принужденъ переселиться на сѣверъ къ Байкалу. Другое преданіе («Сибирскій Вѣстникъ», 1824, стр. 23), которое не заключаетъ никакихъ указаній на пришествіе съ юга, сохранилось у бурятовъ на востокъ отъ Байкала. По этому преданію, двое дѣтей, также разнаго пола, сошли съ неба въ Байкалъ, жили въ водѣ три года, пока старухъ, также посланной съ неба, не удалось приманить ихъ къ берегу, поймать и выростить. Отъ этой пары будто родились восемь сыновей, потомки которыхъ, въ числѣ восьми бурятскихъ племенъ, сначала жили по рѣкѣ Ленѣ, но въ послѣдствіи удались къ Баргузину, гдѣ жили больными людьми до покоренія ихъ русскими. Еще другое бурятское преданіе («Сибирскій Вѣстникъ», 1824, стр. 24) гласитъ про одно племя, жившее когда-то на сѣверъ отъ нынѣшняго мѣстопребыванія бурятъ и удалившееся будто бы къ югу.

Не смотря на всѣ эти преданія, кажется, смѣю можно положить, что буряты прописки въ Прибайкальскій край и къ истокамъ Лены съ юга. Отъ истоковъ Лены они оттѣнчили якутовъ, какъ гласить преданіе этого послѣдняго народ, къ сѣверу по теченію Лены (слич. Миллеръ, «Описаніе Сибири», стр. 26; Фишеръ, «Сибирская Исторія», 67; «Сибирскій Вѣстникъ», 1824 года, стр. 128). Это переселеніе въ Прибайкальскія страны, въ которыхъ русскіе застали бурятовъ распространившимися на сѣверозападъ, далеко за предѣлы занимаемаго ими теперь пространства, безъ сомнѣнія, совершилось въ древнѣйшія времена, ибо Риттеръ разсказываетъ (I, 512—599), основываясь на исторіи монголовъ Санангъ-Сетсень,

въ Балаганскомъ округѣ, саѣдственно на западъ отъ Байкала. Такъ какъ невѣроятно, чтобы часть этого монгольскаго племени изъ Забайкальскаго края прописка такъ далеко на западъ, то можно заключить, что акое вибудь чисто бурятское племя носитъ совершенно одинаковое съ пимъ названіе.

— 11 —

что когда Темучинъ или Чингисъ-Ханъ объявилъ себя ханомъ народа беде, у береговъ Ке-
рулона, то онъ въ 1189 году, отъ жившихъ тогда уже у Байкала ойратъ-бурятовъ, получилъ
орла въ знакъ признанія его верховной властн. Чингисъ-Ханъ соединить всѣ монгольскія
племена подъ одинъ скипетръ, но въ послѣдствіи (во второй половинѣ XIV ст.), при изгнаніи
монгольской династіи Юенгъ изъ Китая, они опять сдѣлались независимыми и у бурятовъ
внутренніе раздоры и распри съ единоплеменниками и сосѣдами продолжались до начала
русскаго владычества.

Первыя извѣстія о бурятахъ русскіе получили въ началѣ XVII столѣтія, и въ Енисейскѣ
тогда же начали заботиться о покореніи этого народа. Послѣ совершенно безуспѣш-
наго похода Василия Алексѣева вверхъ по Тунгускъ, Максимъ Перильевъ, въ 1627 году,
достигъ до такъ называемыхъ Шаманскихъ пороговъ Ангары, около 80 верстъ выше устья
Нима, откуда онъ прошелъ еще дагѣ сухимъ путемъ и ограбилъ бурятовъ, жившихъ въ
сосѣдствѣ съ тунгусами (Фишеръ, 342, 343). Въ слѣдующемъ, 1628, году, Петръ Бекетовъ
прошелъ еще дагѣ вверхъ по Ангарѣ и взялъ въ первый разъ дань отъ бурятовъ, жившихъ
по Окѣ (Фишеръ, 344). Послѣ этого буряты опять возстали и въ 1629 году были побѣждены
при устьѣ рѣки Оки, Яковомъ Хрипуновымъ, посланнымъ въ 1628 году изъ Тобольска, чтобы
развѣдать, откуда буряты получаютъ серебро. По смерти Хрипунова, послѣдовавшей скоро
послѣ его побѣды надъ бурятами на Нимѣ, русскіе надѣялись ласковымъ сбращеніемъ
привлечь ихъ къ себѣ; нимъ возвратили плѣнныхъ, но козаки, сопровождавшіе послѣднихъ,
были убиты, и Максимъ Перильевъ вторично двинулся изъ Енисейска съ двумя пушками,
чтобы построить острогъ у устьевъ Оки, чтō онъ и сдѣлалъ въ 1631 году, получивъ напе-
редъ еще подкрѣпленіе изъ Енисейска. Построенный Перильевымъ острогъ названъ Брат-
скимъ, по живущимъ въ окрестностяхъ его бурятамъ. Несмотря на это укрѣпленіе, буряты
все-таки отказывались платить за себя и за тунгусовъ, прежде ими покоренныхъ, ясąть, со-
стоящій изъ собольихъ шкурокъ; они убили казака Дунаева и 52 его товарищей въ 1635
года *, но въ томъ же году принуждены были опять покориться, когда Николай Радоковскій
пришелъ къ нимъ съ сотнею людей изъ Енисейска.

Въ 1637 году, Василий Черменинъ, изъ Братскаго острога, пошелъ вверхъ по Ангарѣ и
наложилъ дань на живущихъ тамъ бурятовъ, но въ слѣдующемъ же году эти новые поддан-
ные отказались платить ее; однакожь, въ 1639 году, Плья Барловъ миролюбивыми мѣрами
снова склонилъ ихъ къ тому. Съ того времени, владычество русскихъ все болѣе и болѣе
утверждалось въ этихъ странахъ и округъ, подлежащій Братскому острогу, скоро увеличился
до того, что заналѣ по Ангарѣ протяженіе въ 400 верстъ отъ рѣчки Вихоровки до устья
Уды (Фишеръ, 347 — 352).

Въ то же самое время и въ Красноярскъ заботились о покореніи бурятовъ; уже въ 1629
году тамошній воевода Дубенскій послалъ козаковъ на Канъ; однако же они не дошли до
бурятовъ, (Фишеръ 288). Въ 1640 году основанъ былъ Канскъ и въ 1645 году воевода
Петръ Протасьевъ послалъ противъ бурятовъ козачій отрялъ, но эта мѣра немнѣла никакого
успѣха. Мѣры, болѣе мирныя, принесли болѣе пользы. Онъ склонилъ на сторону Россіи бу-

* Дунаевъ, съ отрядомъ изъ 60 человѣкъ, былъ посланъ изъ Енисейска въ Братский острогъ на подкрѣпленіе гарнизона.

— 12 —

рятскаго князя Планко, который не только обязался платить дань, но даже самъ просилъ въ
1647 году о заложеніи русскаго острога въ его владѣніяхъ; по этому случаю, въ 1648 году,
былъ оснecванъ Удинскій острогъ (теперешній городъ Нижне-Удинскъ). Однакожъ, въ 1649 году
буряты убили козаковъ, собиравшихъ дань, и только въ 1652 году приведены опять къ по-
виновенію Бунаковымъ.

Между тѣмъ, русскіе уже проникли изъ Енисейска къ верховьямъ Лены и Галкинъ, въ
1629 году, вблизи этой рѣки, но все еще въ области Ангары, заложилъ Плимскъ, а въ 1631
году и Усть-Кутскъ. Вскорѣ послѣ этого известный ужъ намъ Бекетовъ заступилъ мѣсто Гал-
кина и проникъ отъ Усть-Кутска вверхъ по Ленѣ до устьевъ Куленги *, составлявшей съвер-
ную гранцу страны, обитаемой бурятами. Проникнувъ въ стени этихъ послѣднихъ, Бекетовъ
принялъ дѣлъ удались послѣ неудачнаго боя (Фишеръ, 256). Послѣ того было сдѣлано
еще нѣ сколько неудачныхъ попытокъ принудить бурятовъ на верхней Ленѣ къ платежу
дани; наконецъ, въ 1641 году, изъ Якутска, которого воевода также былъ начальникомъ Плиим-
ска, былъ посланъ для покоренія бурятовъ Васильіи Витязевъ. Буряты и ему сначала отказали
въ платежѣ дани, но однакожъ въ послѣдствіи покорились, когда онъ проникъ до Анги **,
несмотря на храброе сопротивленіе бурятовъ, при которомъ одинъ изъ ихъ князей, Ченчугаї,
сжегъ себя, чтобы непошасть въ руски русскихъ (Фишеръ въ уп. м. 529). Въ томъ же
(1641) году Мартынъ Васильевъ заложилъ на Ленѣ, въ 4-хъ верстахъ къ низу отъ устья
Куленги, Верхоленскъ; этотъ острогъ однакожъ въ 1647 году былъ переведенъ выше по
Ленѣ и помѣщенъ напротивъ устья Куленги. Поводомъ къ этому перемѣщенію было напа-
деніе, с.дѣланное на Верхоленскъ въ 1644 году соединенными силами бурятовъ, жившихъ по
Ленѣ и по Ангарѣ. Въ 1645 году боярскій сынъ Алексій Бедаревъ проникъ изъ Верхоленска
на западъ за Ангару; однакожъ впослѣдствіи понесъ они значительныя потери и буряты, обо-
дренные его несчастіямъ въ 1649 году вторично осадили Верхоленскъ; но Васильіи Нефедьевъ
вскорѣ освободилъ острогъ и снова опустошилъ страну бурятовъ не только по сю, но даже
и по ту сторону Ангары. Съ этого времени владычество русскихъ все болѣе и болѣе укрѣ-
плялось въ этихъ странахъ и большая часть бурятовъ рѣшилась оставить задуманное въ
1655 году намѣреніе переселиться въ Забайкальскій край къ монголамъ (Фишеръ 531).

Однакожъ, буряты, жившіе на Ангарѣ, хотя и побѣжденные, не совершенно охотно покоря-
лись владычеству русскихъ. Когда въ 1648 году Братскій острогъ съ прежняго своего мѣста,
противъ устья Оки, былъ переведенъ на правый берегъ Ангары, то всѣ буряты, жившіе по
Оквѣ, переселились на востокъ, такъ что ясакъ не могъ быть собранъ, покуда Перфильевъ,
въ 1651 году, успѣлъ мышными средствами склонить часть бѣглѣцовъ къ возвращенію;
послѣ этого, Димитрий Фирсовъ, въ 1654 году, перевелъ Братскій острогъ на самую Оку
(Фишеръ, 537). Фирсовъ поднялся по Ангарѣ на югъ и заложилъ тамъ на лѣвомъ ея берегу
Балаганскій острогъ и принудилъ окрестныхъ бурятовъ къ платежу ясака; этотъ платежъ
ясака, однакожъ прекратился, когда буряты, жестокимъ обращеніемъ съ ними Пвана Поха-
бова, управителя Балаганскаго острога, вынуждены были оставить свои паствища и пере-
селиться къ монголамъ.

* Эта рѣка впадаетъ въ Лену съ лѣвой стороны противъ Верхоленска.

** Анга, Амга плачи Осча впадаетъ въ Лену съ правой стороны выше Верхоленска.

— 13 —

Въ 1643 году, Курбатъ Пвановъ покорилъ бурятовъ, живущихъ на островѣ Ольхонѣ (на Байкальѣ), а въ 1644 году Василий Колесниковъ заложилъ острогъ къ югу отъ того мѣста, гдѣ позже былъ заложенъ Балаганскій острогъ, но Колесниковъ скоро былъ принужденъ оставить заложенное пмѣ укрѣпленіе, потому что верхоленскіе начальники, побуждаемые завистью, изъявили притязаніе на всю страну, лежащую между Ангарой и верховьями Лены, и несогласились признать зависимости ее отъ Енисейска, откуда былъ посланъ Колесниковъ. Въ 1645 году Колесниковъ ўздѣлъ по Байкалу, приблизился къ южному его берегу, однакоъ не рѣшился пристать къ нему и, возвратившись на сѣверъ, заложилъ, послѣ нѣскоюхъ стычекъ съ тунгусами, Верхнеангарскій острогъ; здѣсь онъ узналъ, что у монгольскаго князя Турукай-Табунъ, владычествующаго между Баргузинскій и Селенгой есть серебро и съ этимъ извѣстіемъ возвратился въ Енисейскъ въ 1647 году. Оттуда, между тѣмъ, уже въ 1646 году былъ посланъ къ Байкалу Иванъ Похабовѣ; на пути своемъ онъ обложилъ данью бурятовъ, живущихъ по Пркуту и присталъ къ южному берегу Байкала, гдѣ онъ взялъ въ лѣнѣ нѣскою бурятовъ, которыхъ, однакоъ, отдалъ князю Турукаю. Отъ Турукая узналъ онъ, что буряты получали свое серебро отъ монгольскаго хана Цицана (т. е. Сетсечь-Ханъ); доставъ проводниковъ, онъ отправился въ качествѣ миролюбиваго посла отъ лица Турукая въ Ургу къ Цицану. Похабовъ, принятый дружелюбно этимъ ханомъ, убѣдилъ его въ 1648 г. отправить пословъ въ Москву, но при возвращеніи этихъ послѣднихъ, провожавшие ихъ русскіе были убиты на южномъ берегу Байкала въ 1650 году, на томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ въ послѣдствіи (1681) былъ построенъ Спасо-Преображенскій или такъ называемый Посольскій монастырь. Начальникъ Енисейска, встревоженный долгимъ отсутствіемъ Похабова, выдалъ ему на помощь Ивана Галкина. Галкинъ въ 1648 году заложилъ Баргузинскій острогъ, откуда въ продолженіи долгаго времени отправились всѣ экспедиціи, имѣвшія цѣлью покореніе страны, лежащей на юговостокъ отъ Байкала. Галкинъ собиралъ дань отъ Баргузина до Еравинскаго озера. По возвращеніи своемъ изъ Монголіи, Похабовъ въ 1661 году заложилъ Иркутскій острогъ, изъ которого образовался постепенно теперешній городъ Иркутскъ. Этимъ кончилось покореніе бурятовъ, живущихъ по сю сторону Байкала.

Въ 1662 году Петръ Бекетовъ получилъ приказаніе изъ Енисейска проникнуть къ Пренскому озеру, лежащему на водораздѣлѣ между Леною и Селенгою. Онъ поплылъ изъ Братскаго острога, вверхъ по Ангарѣ, усмирялъ враждебно встрѣтившихъ его бурятовъ, достигъ Байкала, переш�илъ его и присталъ къ тому мѣсту, гдѣ находится нынѣ Посольскій монастырь. Здѣсь онъ зимовалъ и въ слѣдующемъ году поплылъ по Селенгѣ до устья Хилока и потомъ по Хилоку къ Пренскому озеру, имѣвшему тогда сообщеніе съ Хилокомъ; на этомъ путі онъ встрѣтился съ Максимовымъ, который ўхалъ изъ Баргузина къ Пренскому озеру по Хилоку и Селенгѣ. У Пренскаго озера Бекетовъ основалъ Пренскій острогъ и браł дань съ жившихъ тамъ Бурятовъ (Фишеръ, 545). Съ этой поры русскіе все чаще и чаще начали посѣщать Забайкальскій край и постепенно тамъ утверждались.

Въ 1666 году возникъ Селенгинскъ, а по мирнымъ договорамъ 1689 и 1727 годовъ менѣду Россіею и Китаемъ, земли, завоеванныя русскими, признаны собственностью Россіи. Въ прежнія времена, какъ видно изъ предъюngаго, буряты занимали пространство, простиравшееся къ сѣверу и къ западу гораздо далѣе страны, нынѣ ими занимаемой: причина этого заключается въ томъ, что буряты, при появлении русскихъ удалисьшь на югъ и нэ юго-

— 47 —

востокъ къ своимъ единоплеменникамъ, вмѣстѣ съ которыми однакоже позднѣе принуждены
были покориться владычеству русскихъ. Самая западная часть занимаемой ими теперь стра-
ны находится при верхней Окѣ и въ окрестностяхъ Нижне Удинска; на нижней Ангарѣ бу-
ряты распространены и за Балаганскъ, но здѣсь они мало по малу исчезаютъ въ возра-
стаюцемъ русскомъ населеніи. Между Ангарой и Леной можно обозначить съверную
границу бурятскаго народа линіею, проведенною отъ Балаганска до мѣста впаденія Ильги въ
Лену. Страны, омываемые съверовосточно частью Байкала, населены тунгусскими племе-
нами, между которыми находится очень мало бурятскихъ семействъ. Далѣе на востокъ, сѣ-
верный водоразъѣдѣ рѣкъ Уды и потомъ Ингоды и Шилки образуетъ съверную границу этого
народа, а къ востоку онъ простирается до Онона и его притоковъ, къ югу же до Китайской
границы, гдѣ соприкасается съ друтими монгольскими племенами (слич. Ritter, I, 1034; II,
1037 etc. Georgi, Reise. I, 69, 122, 129 etc. Гагемейстеръ, «Статистическое Обозрѣніе Си-
бири», Спб. 1854 года, томъ II, стр. 19. Шукинъ, въ «Журналь Министерства Внутреннихъ
Дѣлъ», 1849 года, томъ XXV стр., 423, и такіе Castrén «Buraet. Sprachlehre. p. V»).

Вся занимаемая бурятами страна простирается отъ запада къ востоку на 1000 верстъ
и лежитъ приб.пшепельно между 416° и 137° вост. долг. и между 49° 50′ и 55° сев. шир.
Георги, въ 1772 году (I, 296), опредѣляетъ бывшее бурятское населеніе Сибири до 31,142
душъ мужескаго пола; по ревизіи 1815 года оказалось 58,730 бурятовъ мужескаго пола
(«Сибирскій Вѣтникъ», 1824 г., стр. 81), а въ 4820 году считали 73,000 душъ мужескаго
пола (Ritter, II, 124). По ревизіи 1831 года оказалось около 20,000 бурятовъ въ земляхъ, ле-
жащихъ на западъ отъ Байкала, и 72,000 мужескаго и 80,000 женскаго въ странѣ лежащей
на востокъ отъ него; въ настоящее время все народонаселеніе простирается до 190,000
(слич. Castrén «Buraet. Sprachlehre». p. V).

Буряты, живущіе къ западу отъ Байкала, болѣе или менѣе сблизились съ русскими, ве-
дутъ большею частью осѣдную жизнь и нерѣдко занимаются земледѣліемъ. Буряты же, жи-
вущіе на востокъ отъ Байкала, которыхъ самое густое населеніе находится въ долинахъ Уды,
Селенги и Онона, напротивъ того, недовѣрчивы къ русскимъ и ревностно стараются сохра-
нить свою національность. Въ ламазмѣ, котораго они придерживаются и средоточіе кото-
раго находится въ Тибетѣ, вѣн русскихъ границъ, они имѣютъ такую же нравственную точ-
ку опоры для борьбы съ чуждымъ влѣяніемъ, какъ и въ единоплеменныхъ и единовѣрныхъ
съ ними крахкасахъ, съ которыми они находятся въ постоянныхъ тайныхъ п. и явныхъ сно-
шеніахъ; напротивъ того, буряты, живущіе по эту сторону Байкала, окруженные со всѣхъ
сторонъ русскими, довольно часто мѣняютъ шаманство на христіанство и переняли уже нѣ-
которые изъ русскихъ бычасвъ.

Буряты распадаются на множество мелкихъ родовъ, которыхъ происхождение теряется
во мракѣ древности и изъ которыхъ каждый управляется своимъ особеннымъ, ежегодно вы-
бираемымъ старшиной; нѣкоторые изъ этихъ родовъ составляютъ союзы, изъ которыхъ
каждый находится подъ властью одного родоваго князя (тайна). Буряты по эту сторону
Байкала и въ этомъ отношеніи утратили свою самостоятельность, между тѣмъ какъ соплемен-
ники ихъ за Байкаломъ до сихъ поръ управляются сами во всемъ, что касается ихъ собствен-
ныхъ дѣлъ. Хоринские буряты (на Удѣ и др.) и селенгинские (на Селенгѣ) имѣютъ тайшу, ко-
торый управляется ими вмѣстѣ съ нѣкоторыми выборными, составляющими такъ называемую

— 15 —

думу, по собственнымъ законамъ, собраннымъ въ книгѣ, которая называется Степнымъ Уже-
женемъ (Кудугены-токмольъ). Въ важныхъ случаяхъ, тайша, впрочемъ, обязанъ созывать
народное собрание.

Буряты раздѣляютъ съ монголами коричневый цвѣтъ кожи, широкое, пюское лицо и не-
большой приплюснутый носъ; глаза у нихъ маленькіе, косо-расположенные, большею частію
черные, уши широкія и далеко отстоять отъ головы; ротъ большой, борода рѣдкая; волосы
на головѣ черные, рѣдко темнорусые или рыжеватые; не принадлежащіе къ духовному со-
словію подетригаютъ волосы на передней части головы, а сзали носятъ косу, въ которую
для большей густоты, нерѣдко вплетаютъ конскіе волосы. Росту они средняго или малаго, но
ширококостны и крѣпко сложены.

Обыкновенною верхнеюindaюю служитъ имъ овчинный тулупъ (дыылъ), съ рукавами,
довольно илютно обхватывающими сгъпъ рук у кисти, и съ опушкой, которая часто украше-
на (особенно на груди) дорогими мѣхамп. Многіе, вмѣсто этого тулупа, лѣтомъ, носять каф-
танъ (тыр.тыкъ) такого же покроя, но спитый иззъ кожи и изъ шерстяныхъ пли шелковыхъ
(привозимыхъ изъ Китая) матерій. Тулупъ и кафтанъ стятиваются въ тальѣ кожаннымъ пли
тканымъ поясомъ (бѣхъ), на которомъ висятъ: ножъ, собственнаго издѣлія (хутаіа), коше-
лекъ съ огновомъ (хэмъ), кремнемъ (чакюръ) и трутомъ, (ула) и кисетъ для табаку (кап-
туріа), а иногда кромѣ того и мѣпекъ для лакированной деревянной чайной чашки * и для
прочихъ мелочей; они никогда не разлучаются съ маленькой китайской металлической труб-
кой (лапзіа). Штаны (умудунъ) и сапоги (юдосо) бываютъ кожанные, чулки (оймахънъ или
оймазъ) дѣлаются иззъ тонкаго войлока; рубахи рѣдко употребляются. Шапка илі шляпа
(на.пай) часто украшена красной кистью (цацунъ), сдѣланной иззъ шелку, крашенныхъ кон-
скихъ волосъ илі иззъ перьевъ. Шапки эти у достаточныхъ бурятовъ имѣютъ круглую форму
въ подражаніе китайскимъ.

Женская одежда совершенно походитъ на мужскую, но болѣе украшена. Такъ, напримѣръ,
ту-лупъ и кафтанъ у женщинъ часто имѣютъ цвѣтную оторочку, а на спинѣ вставки крас-
наго цвѣта. Женщины отпускаютъ себѣ волосы какъ можно длинице, пю длиные и густые
волосы у нихъ, какъ и у насъ, считаются красотою; если волосы рѣдки, то женщины приба-
вляютъ къ нимъ фальшивые локоны, часто сдѣланные иззъ концпхъ волосъ. Дѣвушки, однако
же, убираютъ голову иначе чѣмъ змужнія женщины. Первыя заплетаютъ ихъ въ множество
косъ, часто до двадцати, откинутыхъ назадъ и доходящихъ нерѣдко до икръ, и украша-
ютъ ихъ кораллами, серебряными монетами, мѣдными и свинцовыми пластинками, шел-
ковыми кисточками и пр. Голова у дѣвушекъ окружена повязкой, также и украшенной ме-
талическими пластинками, перламутромъ, малахитовыми мароками и красными кораллами.
Замужнія женщины заплетаютъ волосы въ двѣ толстыя косы, которые висятъ по сторонамъ
головы и часто бываютъ соединены одна съ другой металлическими кольцами; самыя косы
спрятаны бываютъ въ чахлахъ (шабиріа) иззъ чернаго бархата, съ украшеніями иззъ мала-

* Эти чашки въ большомъ употреблѣніи у китайцевъ, монголовъ и бурятовъ (Erman, Reise II, 142); въ
Тибетъ они составляютъ необходимый предметъ щелѣства и пхъ тамъ отдѣлываютъ съ особенностью роскошью
(Hue, Voyage, II, 258).

— 16 —

хита, коралла, перламутра, серебра, латуни, раковинъ (Сурраеа) * и пр. Кромѣ того, для украшенія употребляются серги, часто весьма большія и тяжелые, ожерелья и перстни. Женщины, какъ и мужчины, курятъ табакъ и на поясъ всегда имѣютъ кисетъ, трубку и приборъ для добыванія огня.

Жилища (большей части Забайкальскихъ) бурятовъ состоять изъ войлочныхъ юртъ, ка-
кія употребляются и у монголовъ (с. лич. Нис. I, 76). Онъ бываютъ отъ 15 до 25 футовъ въ
діаметрѣ и чаще всего имѣютъ форму конуса или цилиндра, оканчиваящагося вверху ко-
роткимъ конусомъ. Эти юрты дѣлаются изъ жердей, воткнутыхъ въ землю, оконечности кото-
рыхъ вверху сходятся; самыя же жерди обтянуты большею частью двумя слоями войлока.
Наверху находится отверстіе для дыма, которое можетъ быть закрыто крышкой; входъ въ
юрту, представляющій низкую, часто деревянную дверь, всегда обращенъ къ югу. Поль этого
жилища составляетъ очищенная отъ травы земли, на которой стоитъ юрта, и по среди его,
подъ отверстіемъ, сѣдѣаннымъ въ крышѣ, находится очагъ, обыкновенно состоящій изъ
четыреугольнаго деревяннаго ящика, вложенного внутри глиной. По стѣнамъ идетъ возвы-
шеніе, на которомъ сепятъ обитатели юрты и стоять различныя хозяйственные принадлеж-
ности, сундуки и шкафы, служащіе для храненія одежды, украшеній и проч.; тутъ же все-
гда находится небольшой жертвенный столикъ, на которой ставятъ изображенія боговъ, жер-
твенные сосуды, благовонныя свѣчи и проч. Кромѣ того, даже въ самыхъ бѣдныхъ юртахъ,
всегда находится желѣзный котелъ, висящій на шестѣ надъ очагомъ и служащій для приго-
товленія необходимаго для буритовъ кирпичнаго чая и прочей пищи.

Въ этихъ войлочныхъ юртахъ всегда проводятъ лѣто хоринскіе и селенгинскіе буряты,
кочующіе съ своими стадами въ степяхъ и оставляющіе однажды занятыя мѣста только по
недостатку подножнаго корма; покидая мѣста своего жительства, эти буряты разбираютъ
юрты, берутъ съ собой жерди и войлоки и снова ставятъ свои юрты въ еще нетронутыхъ и
потому обильныхъ кормомъ для скота мѣстахъ, съ тѣмъ, чтобы и эти мѣста покинуть по ис-
течению нѣсколькихъ недѣль. Зимой хоринскіе и селенгинскіе буряты живутъ въ такихъ же юр-
тахъ или въ деревянныхъ избахъ, сѣдѣанныхъ изъ легкихъ, тонкихъ, на скоро сложенныхъ бре-
венъ и обложенныхъ снаружи смѣсью изъ глины, навоза и земли. Буряты, по этѣ сторону Баїй-
кала живущіе, напротивъ того, почти всѣ постоянно живутъ въ деревянныхъ избахъ, которыхъ
всѣлій отецъ семейства имѣтъ по двѣ въ разныхъ мѣстахъ, одну для лѣта, другую для зимы.

Пища буритовъ состоятъ изъ мяса вселѣгкого рода, пренумщественно же изъ жирной бара-
нины; у нихъ, какъ и у монголовъ (Нис. I, 101), особенно лакомымъ библиотекъ считается кур-
дюкъ, встрѣчующійся у большей части здѣшнихъ овецъ. Хлѣбъ и мука частоomedpnp
у русскихъ; изъ насѣленій они приготовляютъ родъ тѣста (шунун), которое
Кромѣ того, буряты употребляютъ въ пищу такъ называемый мандръ (вѣдъ Allium), луко-
вицы Lilium Martagon и Hemerocallis flava (по бурятски, мѣлѣгенъ, по русски сарана);
также приготовляютъ они изъ кобыльяго и изъ коровьяго молока родъ водки (араки); кислая
гуща (ареа или арча), остающаяся при перегонѣ этой водки, хранится въ берестянныхъ со-
судахъ и часто употребляется въ пищу. Нитьемъ служить водѣ, бережный сокъ, кислое
кобылье или коровье молоко (хунъ или су) и пренумщественно кирпичный чай (сай), который
варится въ водѣ, съ примѣсью степной соли (по русски жужиръ) или молока.

* Которыя получаютъ чрезъ посредство ламъ изъ Илии.

— 17 —

Единственное богатство бурятовъ составляютъ стада, преимущественно лошадей и овецъ (послѣднія почти всѣ бѣлыя съ черными головами); рѣже попадается у этого народа рогатый скотъ, а еще рѣже верб.поды. Стада, какъ лѣтомъ, такъ и зимой, пасутся по стени; только молодыя животныя во время суроваго времени года остаются въ юртахъ, г.ѣ живутъ почти на равныхъ правахъ съ прочими обитателями. Буряты почти не имѣютъ свиней и домашней птицы, для которыхъ необходимо было бы заготовлять зимніе запасы.

Хоринскіе и селенгинскіе буряты рѣдко занимаются земледѣліемъ, но если имѣютъ не-
большія поля, то орошаютъ ихъ искусственнымъ образомъ; оттого они большею частью по-
лучаютъ хорошіе урожаи, между тѣмъ какъ русскіе, когда лѣто бываетъ сухое, часто жалу-
ются на неурожаи. Буряты по эту сторону Байкала, напротивъ того, много занимаются зе-
мледѣліемъ, и всегда по методамъ русскихъ.

Буряты охотятся съ огнестрѣльнымъ оружіемъ, а иногда съ лукомъ и стрѣлами, но этотъ промыселъ у нихъ распространенъ вообще менѣе, чѣмъ у тунгусовъ. Буряты, какъ и мон-
голы (Нис, І, 102), превосходные наźдники и ихъ празднества часто сопровождаются
сказками и борьбой; по этому въ ихъ языкъ, вообще не слишкомъ богатомъ, есть слова для
выраженія всѣхъ понятій, имѣющихъ отношеніе къ лошадямъ и верховой зѣдѣ. Женщины
занимаются приготовленіемъ войлоковъ, выдѣлываніемъ кожъ, плетеніемъ веревокъ изъ кон-
скихъ воюсъ, дѣляютъ изъ жилъ нитки, кроять и шьютъ всевозможную одежду себѣ и
своимъ мужьямъ и, какъ монголки (Нис, І, 110), искусно вышиваютъ тонкіе узоры на одеждѣ
и обуви. Мужчины присматриваютъ за насупіемъ скотомъ, строятъ юрты и приготовляютъ
хозяйственныя принадлежности, стрѣлы, луки, сѣдла и другія части конской сбруи и проч.
Они искусные кузнецы, самы обѣдываютъ металлы въ маленькихъ ручныхъ печахъ и до-
вольно щегловато выкальчиваютъ конскую сбрую, украшенія и мѣшечки для огнедобыва-
тельнаго прибора серебромъ, получаемымъ отъ русскихъ или отъ китайцевъ (Слич. также
Риттеръ, II, 117,122; Эрманъ, II, 104).

Буряты могутъ жениться на столькихъ женахъ, сколько въ состоянии содержать, и ни лучше сказать, купить; большею частью они однакоже, довольствуются одной и, сколько извѣстно, число женъ, принадлежащихъ одному мужу, непревышаетъ никогда ляти. О брачныхъ обрадахъ (лич. Нис, І, 311; «Сибирскій Вѣстникъ» 1824 г., 57), о воспитаніи дѣтей (лич. Нис, І, 107; «Сибирскій Вѣстникъ», 61) и о церемоніяхъ погребенія (лич. Нис, І, 126; «Сибирскій Вѣстникъ», 63), я здѣсь умолчу, потому что самъ рѣдко имѣлъ служащі наблюдать ихъ (кромѣ вышеупомянутыхъ сочиненій, сличигь Pallas, Mongol. Völkersch., II, 235). При свиданіи, буряты обнимаютъ другъ друга; гость протягиваетъ хозяину правую руку, которую послѣдній сжимаетъ обѣими руками, причемъ, какъ у калмыковъ и монголовъ, взаимно раздается привѣтствіе «эморъ» (т. е. покой, миръ) и «мендонъ» («Сибирскій Вѣстникъ» въ у. м. 51; Нис, въ у. м. І, 75). Достойно замѣчанія, что буряты незнакомы съ цалованіемъ и слѣдовательно для обозначенія этого дѣйствія не имѣютъ никакого выраженія въ своемъ языкѣ. («Сибирскій Вѣстникъ», въ у. м., 50).

Языкъ бурятовъ—монгольскій; онъ въ особенной чистотѣ сохраняется у кхацкасовъ, потому что они менѣе другихъ были въ соприкосновеніи съ чужими народами. Изъ бурятовъ, селенгинскіе и племена, живущія на китайской границѣ, каковы атаганъ, цонголь, сارتъ и табан-<u>Настор. отчетъ.</u>

3

— 18 —

гутъ, лучше и чице прочихъ говорятъ по монгольски. (С. лич. Риттеръ, И, 116; Кастрена, « Versuch einer buraet. Sprachlehre », VII). Менѣе чистъ языкъ хоринскихъ бурятовъ, а ниже-унинскій діалектъ, съ которымъ сходень тункинскій, болѣе всего отступаетъ отъ селенгинскаго (Кастренъ, въ у. м. VI). Буряты, жнвущіе на съверъ отъ Байкала, приняли множество татарскихъ словъ (Кастренъ, въ у. м., XIII) и въ разговорѣ ихъ часто слышны рѣзкіе гортанные звуки.

Что касается нравственныхъ способностей бурятовъ, то они, кажется, въ этомъ не-
уступаютъ прочимъ народамъ. Образчики ихъ поэзіи можно найти въ путешествіи Гмелина,
III, 370, въ «Сибирскомъ Вѣстникѣ» 1824 года § 53, въ «Вѣстникѣ Естественныхъ Наукъ,
изд. Пиператорскимъ Московскимъ Обществомъ Испытателей, природы», 1854 года, № 7 и
въ «Опытъ бурятской грамматики», Кастрена, стр. 240.

12-го апреля. Отъ значительного числа проѣзжающихъ, на станціи оказался недоста-
токъ въ телѣгахъ, чтò и здержало насъ до 8-ми часовъ утра. Погода была пасмурная, но
довольно тенлая, дорога шла по правому берегу Уды, по степной мѣстности, на которой
намъ нѣсколько разъ приходилось переѣзжать черезъ небольшія рѣки, пока мы достигли слѣ-
дующей станціи Погромной.

На здѣшнихъ стенахъ *, намъ въ первый разъ попалась небольшая стая дрохвъ (Otis
tarda) **, весело бѣгшихъ впереди насъ на разстояніи 1/2 версты. Немедленно приняты
были всѣ мѣры и предоставожности, чтобы окружить ихъ, но пугливыя и осторожныя птицы,
къ сожалѣнію, вскорѣ замѣтили одного изъ нашихъ охотниковъ и улетѣли. Туземцы охотятся
за ними верхомъ слѣдующимъ образомъ: они окружаютъ стадо и потомъ всѣ разомъ во всю
прыть кидаются на него; птицы съ испугу не рѣшаются подняться на воздухъ и такимъ об-
разомъ многія изъ нихъ дѣлаются добычею ловкихъ наѣздниковъ. Здѣсь мы также видѣли
Corvus dahuricus; эти птицы, въ сообществѣ съ C. corone, большими стаями и съ дикими
криками, перелетали съ мѣста на мѣсто; онъ держались обыкновенно около овецъ, для добы-
ванія себѣ скудной пини.

Деревня Погромная, населенная большею частью бурятами, извѣстна по кислымъ клю-
чамъ, попадающимся въ ея окрестностяхъ. Самый значительный и чаще другихъ посѣща-
емый бурятами родникъ лежитъ въ 5 верстахъ отъ дороги, но и около самой станціи, близъ
небольшой часовни, находится (во время нашегоъ проѣзда еще покрытый льдомъ) источникъ,
впадающей въ рѣчку Погромную. Ключи открываются въ разныхъ мѣстахъ, но на извѣстной
ограниченной мѣстности и начинаютъ бить въ мартѣ или въ апрѣлѣ. По показаніямъ тузем-
цевъ, на томъ мѣстѣ, гдѣ долженъ образоваться новый родникъ, земля поднимается и раз-
рывается съ пюмомъ. Сильное отѣяніе углекислаго газа ясно показываетъ, что вулкани-
ческая сила еще не совершенно утвасла въ здѣшнемъ краю. Гдѣ, кромѣ базальтовыхъ лавъ,
с еще другія явленія указываютъ на ея презинюю дѣятельность.

* Общирная стель, по которой протекаетъ эта часть Уды, называется Хоринскою

У тамошихъ бурятовъ дрохва называется шобокъ, очевидно, одного прошогоженія съ татарскій
языкомъ aboveak

— 19 —

Отъ станціи Погромной мы продолжали хать по все болѣе и болѣе возвышающейся
степи, ограниченной грядами почти совершенно обнаженныхъ высотъ.

Кое-гдѣ на стени встрѣчаются группы березъ и лиственницъ, образующія часто неболь-
шія рощи. Около одинокихъ разбросанныхъ бурятскихъ юртъ, паслись на голой безплодной
степи многочисленныя стада овецъ, лошадей и рогатаго скота.

Верстахъ въ 20 отъ Погромной, мы проѣхали черезъ село Укырское, съ довольно кра-
сивой каменною церковью, принадлежащее къ самымъ значительнымъ деревнямъ доли-
ны Уды.

Миновавъ находящееся на лѣво отъ дороги Укыръ-норъ (Коровье озеро) и проѣхавъ
еще верстъ 10, мы прибыли на станцію Еравинскую. Деревня эта лежитъ около большаго
озера, до котораго русскіе проникли только послѣ основанія Баргузинскаго острога и гдѣ
они въ 1688 году имѣли кровавую стычку съ монголами.

Укырское и многія другія озера находятся на широкомъ, болотистомъ горномъ хребтѣ,
который составляетъ отрогъ Яблоннаго хребта, тянетесь съ запада на востокъ, образуетъ водо-
раздѣлъ между бассейномъ Уды, видающейся въ Селенгу, и Витима впадающего въ Лену.

Значительные осадки глины и песку, а также и обширность самой степи заставляютъ ду-
мать, что здѣсь въ древнѣйшія времена находился одинъ большой непрерывный водоемъ,
изъ котораго вода внослѣдствіи вытекла черезъ устье Селенги и что теперешнія озера обра-
зовались изъ воды, оставшейся въ углубленныхъ мѣстахъ, дна этого водоема.

Мы продолжали хать по этой высокой степи. около самого берега Еравинскаго озера,
на которомъ стада утокъ, гусей, лебедей и чаекъ плавали въ пестромъ смѣшеніи на свобод-
ныхъ отъ льда мѣстахъ.

До сѣлующей станціи дорога наша шла то по голой стени, то по болотистой мѣстности,
покрытой кустарникомъ или группами березъ и лиственницъ. На половинѣ дороги, мы про-
ѣхали черезъ деревню Домную (Татарское), населенную русскими и бурятами. Рѣчки, че-
резъ которыя намъ приводились перебѣзять, текутъ частью на S. въ Уду, частью на N. въ
Витимъ; около самой станціи мы перебѣхали черезъ главный истокъ Уды.

Въ Вершину-Удинскую, населенную бурятами, мы пріѣхали поздно вечеромъ и поло-
жили здѣсь переночевать. Вечеромъ шелъ небольшой дождь и въ продолжение всей ночи
дулъ сильный сѣверо-восточный вѣтеръ.

13-го апрѣля. Почта изъ Иркутска, проѣхавшая ночью, забрала всѣхъ почтовыхъ лоша-
дей, такъ что утромъ мы принуждены были ждать по крайней мѣрѣ часа три, пока нако-
нецъ буряты привели необходимое число обывательскихъ лошадей.

Отъ станціи Вершину-Удинской дороги идетъ по правому берегу втораго истока Уды
въ направленіи, противоположномъ теченію, по мѣстности, все болѣе и болѣе возвышающейся.
Вся эта мѣстность весьма болотиста, и дорога, и дущая большею частью по гатямъ въ сы-
рое время года, непроходная, теперь была сносна, потому что уже успѣла просохнуть
отъ продолжительныхъ вѣтровъ.

Болѣе высокія и сухія мѣста поросли густымъ хвойнымъ лісомъ, состоящимъ изъ лист-
венницъ и сосенъ, кое-гдѣ смѣшанныхъ съ березами (B. alba) и осинами; низменныя же
мѣста покрыты кустарникомъ или совершенно голы. Трава еще не начинала входить;

*

— 20 —

я даже не наше ль ни одного изъ раннихъ весеннихъ цвѣтковъ. Вездѣ пустыня, въ полномъ
смыслѣ слова: не видно ни одной бурятской юрты и никакого слѣда дѣятельности человѣка.

Мы перехали черезъ малую Конду, соединяющуюся у станціи Вершинно-Кондинской съ
большой Кондою, которая течетъ на NO. и впадаетъ въ Витимъ.

Между станціями Вершинно-Кондинской и Шакшинской, характеръ мѣстности почти не
измѣняется; только лѣсъ начинаетъ рѣдѣть по мѣрѣ приближенія къ деревни, населенной
русскими и бурятами, и мѣсто его заступаетъ почти голая безтравная степь. Кромѣ видѣн-
ныхъ уже прежде жаворонковъ (Alauda pratensis), намъ попадались небольшія стада стрена-
токъ, съ ихъ неразлучною сутственію, пустельгой. Черезъ дорогу изрѣдка перелѣтали коб-
цы (Falcoespertinus) и полевые лунны, высматривающие бѣгающихъ по землѣ мышей.

Въ Шакшинской опять не случилось лошадей, и, волею не волею, мы принуждены были
переночевать здѣсь, хотя пріѣхали на станцію рано и весьма недалеко отъѣхали отъ про-
шедшаго ночлега. Я воспользовался этою остановкой, для опредѣленія барометрическими
наблюденіями абсолютныхъ и относительныхъ высотъ станцій Шакшинской и Домноключев-
ской, а также и вершины Яблоннаго хребта.

Препаранта Фурмана, съ нужными инструментами, я съ вечера отправилъ на слѣдующую
станцію и въ назначенный часъ онъ долженъ былъ заняться барометрическими наблюденіями
у часовни на вершинѣ Яблоннаго хребта, а потомъ отправиться для той же цѣли въ Домно-
ключевскую.

Между тѣмъ я черезъ каждыя четверть часа лѣгалъ наблюдения въ Шакшинской (52° 8',
28" съв. шир. и 130° 18', 40" вост. долг.). Эти наблюдения дали намъ слѣдующіе результаты.

### АБСОЛУТНЫЯ ВЫСОТЫ:

<table><tr><td>Ст. Шакшинская</td><td>3264 англ. фут. надъ уровнемъ моря.</td></tr><tr><td>— Домноключевская</td><td>2880</td></tr><tr><td>Часовня на вершины Яблоннаго хребта</td><td>4010</td></tr></table>

### ОТНОСИТЕЛЬНЫЯ ВЫСОТЫ:

<table><tr><td>Часовня выше Шакшинской на</td><td>647 англ. фут.</td></tr><tr><td>» » Домноключевской на</td><td>1229 » »</td></tr><tr><td>Домноключевская ниже Шакшинской на</td><td>520 » »</td></tr></table>

Гг. Герстфельдъ и Зандгагенъ воспользовались этой задержкой, чтобы похотиться на болотъ и около лужъ. Изъ воданыхъ птицъ они видѣли только пилохвостокъ (Anas acuta) и турпановъ (Anas rutila), а изъ болотныхъ только пигалецъ (Vanellus cristatus); имъ уда- лось убить пару после-днныхъ. Въ продолженіе дня погоца была ясная при довольно силь- номъ сѣверо-восточномъ вѣтрѣ, вечеромъ въ 8 часовъ термометръ показывалъ — 2,4.

14-го апрѣля. Утро было ясно и къ 7-ми часамъ термометръ опять поднялся до + 1,5. Окончивъ барометрическія наблюдения, мы въ 8 часовъ собрались въ путь и похвали по ровной болотистой возвышенной мѣстности, окруженной со всѣхъ сторонъ градами высотъ. Мы еще разъ перехватили черезъ Дюну, черезъ которую уже одинъ разъ переправились, недо- тъзжая станціи Шакшинской, у мѣста первой нашей переправы; эта рѣка течетъ на N., по

— 21 —

здѣсь, повернувъ дуюю сначала на О. и потомъ на S., направляется къ рѣкѣ Хилоку. Дорога шла около большаго Шакшинскаго озера, по самому краю праваго берега; вдали къ NO. отъ этого озера мы могли различить самое большое озеро изъ всѣхъ находящихся на здѣшней болотистой, пюской возвышенности, еще покрытое лѣдомъ. Оно называется Рахлейі; изъ него беретъ свое начало р. Хилокъ. Близъ этого озера находится еще другое, такъ называемое Иванъ-озеро, изъ котораго вытекаетъ одинъ изъ истоковъ Витима.

Продолжаяѣ хать по берегу Шакшинскаго озера, мы переѣхали черезъ р. Хилокъ, вытекающую, какъ уже было сказано, изъ озера Рахлейа. Она протекаетъ сперва черезъ Шакшинское озеро, а потомъ и черезъ Иргенское, лежащее направо отъ дороги. Вирочемъ, туземцы утверждаютъ, что Хилокъ служить стокомъ для Шакшинскаго озера только во время весеннаго половодья. Во всѣхъ этихъ озерахъ водится множество рыбы, особенно щукъ, окуней и чебаковъ, а въ одномъ изъ нихъ, называемомъ туземцами Ундугўнъ, попадаются необыкновенной величины караси.

За этимиʻ широкимъ, болотистымъ, безлѣснымъ и покрытымъ озерами водораздѣломъ, начинается мѣстность болгѣе и болѣе поросшая кустарникомъ, по мѣрѣ приближенія къ Яблонному хребту (Яблени-даба, у бурятовъ), у подошвы котораго, въ 7 верстахъ отъ станціи Шакшинской, лежитъ русская деревня того же имени, т. е. Шакшинская. За деревней, дорога идетъ вверхъ по довольно отлогому склону и начинается лѣсъ, состоящій большею частью изъ ліственницъ, между которыми кое-гдѣ попадаются малорослыя березы. Опрокнутыя деревья, множество сухихъ, върятно, всѣдѣствѣ лѣснаго пожара, безлістныхъ стволовъ производятъ грустное впечатлѣніе. Около дороги стоитъ одинокій, ветхій острогъ, обнененный съ 4-хъ сторонъ высокимъ тыномъ, съ большою, единственною дверью и съ двумя будками для часовыхъ по объьмѣ сторонамъ этой двери. Я невольно задумался при мысли о разнородныхъ сценахъ и чувствахъ, которыхъ свидѣтелями были нѣмыя стѣны этого острога, видѣвшия всѣ оттѣнки душевныхъ движеній, начиная отъ озлобленія зачерствѣвшаго сердца, стремящагося только къ свободѣ и къ новымъ преступленіямъ, до безнадежнаго отчаянія и горькаго раскалянія. Мы хали по правому берегу рѣки съверной Домны (у бурятовъ—Ару-Доньо, т. е. съверная), берущей свое начало изъ Яблоннаго хребта, и, постененно поднимаясь, достигли на разстояніи 8-ми верстъ отъ деревни Шакшинской высшей точки перевала черезъ хребетъ, гдѣ стоить небольшая деревянная, весьма простая часовня. Здѣсь мы остановились на полчаса, и я занялся барометрическими наблюденіями, для опредѣленія относительной высоты часовни надъ станціей Домноключевской, находящейся на юго-западномъ склонѣ. По окончаніи наблюдений, мы начали спускаться къ станціи Домноключевской, лежащей въ 12 верстахъ отъ часовни. Мы хали по лѣному берегу южной Домны (у бурятовъ—Убуръ-Доньо, т. е. южная), * горной рѣчки, впадающей недалеко отъ станціи въ рѣку Ингоду. Дорога, которая шла большею частью около самой рѣчки, была здѣсь замѣтно суше и круче, чѣмъ на съверной сторонѣ: ні сколько разъ мы были принуждены тормозить колеса нашихъ телѣгъ. На южномъ склонѣ растительность значительно роскошнѣе, вездѣ растутъ высокія листенницы, березы и осины, а оврагъ, по дну котораго течетъ южная Домна, порось высокими

* Буряты часто называютъ однимъ изменѣмъ рѣчи, начинающіяся изъ одного мѣста хребта, но текущія по разнымъ склонамъ.

— 22 —

елями, вовсе не попадающимися на съверной сторонѣ водораздѣла. Часто видны различной величины обломки скалъ и осыпи, но нигдѣ не видно значительныхъ скалистыхъ обнаженій: все покрыто непроходимымъ дремучимъ лѣсомъ, въ тѣні высокихъ деревьев растетъ густой кустарникъ и по землѣ ведѣ стелется мохъ.

На станціи Домноключевской, помѣщенной въ довольно большой русской деревѣ того же имени, я засталъ препаратанą Фурмана, тщательно окончившаго порученныя ему барометрическія наблюденій.

Насъ, къ счастію, не задержали долго на станціи. Въ 1¹/₂ верстахъ отъ нея мы въѣхали въ долину уже довольно широкой Ингоды. Меня поразила здѣсь ранняя весна, явленіе, доказывающее несравненно теплѣйшій климатъ; ивы ведѣ были въ полномъ цвѣту, тогда какъ на съверной сторонѣ Яблоннаго хребта я вовсе не встрѣчалъ на нихъ вполѣ развитыхъ сережекъ.

Этотъ водораздѣлъ, не смотря на его незначительную относительную высоту, имѣтъ большое вліяніе на температуру, а чрезъ нея и на естественные произведения раздѣляемыхъ имъ бассейновъ. Это явленіе особенно поразительно въ растительномъ царствѣ; въ странѣ, лежащей на О. отъ водораздѣла и извѣстной подъ именемъ Дауріи, попадаются растенія, не встрѣчающіяся въ той части Сибири, которая простирается отъ Яблоннаго хребта до Урала. Нѣкоторыя изъ этихъ растеній часто попадаются въ Европъ, а нѣкоторыя принадлежатъ къ одинаковымъ съ европейскими видами родамъ Къ первымъ можно причислить *Convallaria majalis* (ландышъ); ко вторымъ: *Quercus mongolica* (видъ дуба), *Corylus heterophylla* (видъ лещины), *Betula dahurica* (видъ березы) и многія другія.

Тоже самое можно сказать и о царствѣ животныхъ; изъ всѣхъ его классовъ попадаются здѣсь виды, принадлежащіе исключительно этому краю или свойственные также и Европѣ, но не встрѣчающіеся въ Сибири между Ураломъ и Яблоннымъ хребтомъ. Такъ, напр., на стеняхъ южной Дауріи водятся джигитай (Equus hemionus) и толай (Lepus Tolai). Изъ класса птицъ, кромѣ многихъ, исключительно принадлежащихъ Дауріи и При-амурскому краю, попадается красивая *Pica cyanea* (роижа), найденная до сихъ поръ только въ южной Испаніи. Въ здѣшнихъ рѣкахъ водится видъ изъ рода сомовъ (*Silurus azotus*), неимѣющего представителей въ остальной Сибири; *Cypripus Labeo* (конь), *Accipenser orientalis* (калуга), а также и карпы и раки не встрѣчаются отъ Урала до Яблоннаго хребта, тогда какъ чебаки и ерши попадаются какъ къ W., такъ и къ О. отъ водораздѣла. Изъ насѣкомыхъ также встрѣчаются здѣсь многія интересныя формы, найденные до сихъ поръ только въ Дауріи.

Отъ деревни Домноключевской до областнаго города Читы намъ оставалось еще 3¼ вер.

Недалеко отъ станціи Домноключевской, лѣсъ исчезаетъ и долина Ингоды становится безлѣсною, несчаною, холмистою степью. Дорога наша ила по лѣвому берегу Ингоды, то въ большемъ, то въ меньшемъ разстояніи отъ русла, которое идетъ у самой подошвы праваго, невысокаго, покрытаго лѣсомъ берегового ската, и въ 15 верстахъ отъ лѣваго. Намъ нѣсколько разъ приходилось несѣтзовать черезъ рѣчки, внахающія въ Имгоду; берега этихъ рѣчекъ, поросшія ивовымъ кустарникомъ, рѣзко обозначались на голой стени и, въ видѣ темныхъ полосъ, тянулись по нацравленію къ лѣсистымъ высотамъ лѣваго берегового ската Имгоды. На этой стени, въ 10 верстахъ отъ г. Читы, лежитъ довольно большое, красивое Кипонское озеро, на съверо-восточномъ берегу котераго расположена довольно значительная деревня, населенная переселенцами.

— 23 —

Степь и здѣсь все еще казалась намъ грустною и безжизненною. Кромѣ вышепомяну-
тыхъ немногихъ водяныхъ птицъ, державшихся на лужахъ и на свободныхъ отъ лѣда мѣ-
стахъ озеръ, я видѣлъ кое-гдѣ весело бѣгающихъ по степени еврашекъ (сусликовъ). Они
принадлежали къ распространенному по всей Сибири виду *Spermophilus Ecersmanni*, ко-
торый здѣшніе буряты называютъ чу.liburà.

Проѣхавъ нѣсколько верстъ по берегу Кинонскаго озера, мы повернули направо и въѣ-
хали въ долину р. Читы, по правому берегу которой и ўхали до самаго города.

Впадающая въ р. Ингоду р. Чита течетъ въ довольно широкой долинѣ; лѣвый берегъ
ея представляетъ довольно высокіе скаты, а самая долина, почва которой состоитъ большею
частью изъ наноснаго песку и валуновъ, покрыта густымъ ивовымъ кустарникомъ, особенно
частымъ около самой рѣки.

Около самаго города, въ томъ мѣстѣ, гдѣ рѣка раздѣляется на нѣсколько рукавовъ, изъ
которыхъ нѣкоторые во время нашегоъ проѣзда еще были покрыты лѣдомъ, а нѣкоторые уже
вскрылись, мы пересѣхали черезъ Читу и поднялись на лѣвый, не слишкомъ кругой и высокій
берегъ; на котором расположенъ городъ. Мы пріѣхали въ 4¹/₂ часа и немедленно отправи-
лись на отведенную намъ мѣстнымъ начальствомъ квартиру, гдѣ ждалъ насъ будущій нашъ
товарищъ г. Кочетовъ, пріѣхавшій сюда съ с.ѣдовавшимъ къ Амуру казеннымъ транспор-
томъ. Мы переночевали здѣсь, потому что на станціи не было лошадей.

15-го апрѣля. Мы намѣревались продолжать наше путешествіе въ Нерчинскъ всѣ вмѣ-
стѣ, но узнавъ, что на дорогѣ туда проѣзжающимъ часто приходится долго оставаться на
станціяхъ по недостатку лошадей, рѣшились раздѣлиться на двѣ партіи: Зандгагенъ и пре-
парантъ Фурманъ должны были ўхать сегодня же, а Герстфельду и мнѣ пришлось оставать-
ся въ Читѣ. Послѣ ихъ отъѣзда, мы отправились погулять, съ намъреніемъ ближе ознакомиться съ городомъ и съ рѣкою.

Городъ Чита (52º 2' с. ш. и 131º 10' восточ. долг.), съ 1851 года, составляетъ мѣстопре-
бываніе Губернатора и всѣхъ присутственныхъ мѣстъ Забацкальской области. Онъ лежитъ,
какъ выше сказано, на лѣвомъ берегу р. Читы, въ 1/2 верстѣ отъ ся устья, и расположенъ
на песчаномъ уступѣ, между лѣсистымъ скатомъ лѣваго берега Читы и низменною его
окраиною, почти везде поросшею ивами и березами.

Береговые скаты рѣкъ Читы и Ингоды большею частью покрыты ліственничнымъ лѣ-
сомъ, въ которомъ мѣстами растутъ березы и групія породы чернолѣсья; въ значительно глу-
бокихъ оврагахъ, на мѣстахъ, покрытыхъ густымъ кустарникомъ, *Rhododendron dahuricum*,
и др., или поросшихъ мохомъ, выглядываетъ сѣрый гранитъ, въ видѣ обломковъ скалъ и осы-
пей. Кое-гдѣ огромныя, смѣло нагроможденныя скалы этого гранита придаютъ мѣстности
дикій и живописный характеръ.

Улицы въ городѣ прямые, широкія, дома, также, какъ и единственная церковь, всѣ
деревянные.

Число жителей не превышаетъ 1000.

Нѣтъ, впрочемъ, никакого сомнѣнія, что по мѣрѣ оживленія торговыхъ сношеній съ Аму-
ромъ, Чита быстро измѣнится въ свою пользу.

16-го апрѣля. Погода была пасмурна и сильный вѣтеръ покрываł городъ цѣлымъ обла-
комъ песку.

— 24 —

Въ 2 часа пополудни, мы оставили Читу и поѣхали по лѣвому берегу Ингоды, по холмистой мѣстности, съ песчаною почвою, лишь изрѣдка показывающею скалистыя обнаженія. Въ хвойныхъ лѣсахъ, почти вездѣ покрывающихъ лѣвый береговый скатъ Ингоды, преобладаетъ ель; лиственница и береза попадаются гораздо рѣже; часто встрѣчались глубокіе овраги и рытвины и въ нѣкоторыхъ изъ нихъ, менѣе подверженныхъ влиянію соленчныхъ лучей, еще виденъ былъ снѣгъ. Почти, часто попадающагося здѣсь, Rhododendron dahuricum были еще закрыты; зато Pulsatilla vulgaris была уже въ полномъ цвѣту и покрывала большія пространства на скалистыхъ обрывахъ и холмахъ. Дорога наша шла то въ большемъ, то въ меньшемъ разстояніи отъ р. Ингоды, покрытой еще льдомъ, въ которомъ однако же во мно гихъ мѣстахъ уже были видны значительныя трещины и полыньи.

Отъѣхавъ 13 верстъ отъ Читы, мы люстегли населенной козаками деревни Атаманки, лежащей близъ Ингоды, на рѣчкѣ Миккишихъ, довольно быстрой и уже свободной отъ льда во время нашегоъ переѣзда черезъ нее.

Здѣсь мы убѣдились на дѣлѣ, что слышанные нами въ Читѣ разказы объ изнуреніи ло шадей, происходящемъ отъ большаго разгона, сираведливы. Наши лошади, несмотря на то, что мы за Атаманкой рѣшались идти пѣшкомъ, едва могли посѣвать за нами. Въ 11-ти верстахъ отъ с.г.ѣдующей станціи Кручинской, около дороги, на лужайкѣ среди лѣса, мы нашли отъ 20—30 больныхъ лошадей, принадлежащихъ содержателю станціи и посланныхъ сюда для укрѣпленія въ силахъ. Мы были принуждены замѣнить ими нашихъ совершенно обезси лившихъ лошадей и такимъ образомъ въ 9 часовъ вечера кое-какъ дотащились по песчаной холмистой мѣстности до деревни Кручинской, населенной семью козачьими семействами. Въ пяти верстахъ отъ станціи, мы переѣхали черезъ небольшую, впадающую въ Ингоду рѣчку Кручину, а около самой станціи опять подъѣхали къ Ингодѣ. Дорога идетъ здѣсь по самой подошвѣ довольно крутаго береговаго ската и такъ узка, что по ней едва можетъ проѣхать одна телѣга.

Въ здѣшнихъ хвойныхъ лѣсахъ намъ попадались большія стан стренатокъ.

17-го апрѣля. Утро было ясное и довольно теплое. Въ трехъ верстахъ отъ Кручинской, долина Ингоды разширяется и здѣсь же впадаетъ въ Ингоду, съ правой стороны, одинъ изъ самыхъ значительныхъ притоковъ этой рѣки, Оленъ-гуй, около устья которого лежитъ боль шая деревня Александрово, населенная переселенцами. Мы должны были переѣзжать черезъ нѣкоторые изъ притоковъ Ингоды, впадающіе въ нее съ лѣвой стороны, между прочимъ черезъ Еравну, а потомъ черезъ Унгуръ. На Еравнѣ лежитъ довольно большая козачья де ревня Маквево.

Недалеко за ней берегъ Ингоды дѣлается весьма крутымъ и въ этомъ мѣстѣ дорога про ложена на значительномъ разстояніи отъ рѣки; если бы дорога шла около самаго русла, то была бы короче, но по причинѣ крутизны берега заложеніе ея потребовало бы большихъ из держекъ

Мыѣ хвали по высокимъ песчанымъ холмамъ, покрытымъ большей частью густымъ лѣсомъ. Дорога вьется по нимъ и между ними по бесвозможнымъ направленіямъ; съ самой высокой то чки ея мы могли обозрѣть на далекое разстояніе ту часть долины Ингоды, которую уже про ѣхали. Красивая, часто сжатая высокими скалами рѣка, то пчезастъ, то вновь показывается, извиваясь между грядами высокихъ холмовъ.

— 25 —

До самой деревни Турино-Поворотной, лежащей на Ингодѣ и состоящей изъ нѣскою-
кихъ козачьихъ пзѣ, дорога идетъ по такой же мѣстности, съ тою только разницею, что хол-
мы становятся постепенно ниже. На всемъ пути до станціи Турино-Поворотной, мы нѣ-
сколько разъ принуждены были перебѣзжать черезъ овраги, въ которыхъ лежалъ снѣгъ и
ледъ, остающіеся тамъ, какъ говорили мнѣ, до слѣдующей зимы. Въ этихъ оврагахъ вездѣ
слышно было журчанье весеннихъ ручевъ воды, прорывшей въ снѣгу, во многихъ мѣстахъ,
глубокія рытвины.

Отъ сильнаго теченія ледъ на Ингодѣ тронулся и огромныя льдины величественно плыли
внизъ по рѣкѣ.

Турино-Поворотинское козаки говорили мнѣ, что у нихъ въ песчаныхъ холмахъ часто
водятся барсукі, а въ лѣсахъ довольно часто попадается ежѣ днинноухій (Erinaceus an-
ritus).

Отъѣхавъ пять верстъ отъ Турино-Поворотной, мы прибыли къ мѣсту, противъ котораго
внадаєтъ въ Ингоду (съ правой стороны) р. Тура; около устья ея лежитъ небольшая деревня,
населенная козаками. Отсюда до слѣдующей станціи Кайдаловской, мѣстность также холма-
ста, но гораздо бѣднѣе лѣсомъ; холмы иногда совершенно голы, иногда же на нихъ видны
небольшія березовыя рощи или одиноко стоящія хвойныя деревья.

На безглъсной холмистой мѣстности, напоминающей степь, въ изобилие цвѣло Tlaspi
cochleariforme, а кое-гдѣ и Potentilla subacaulis.

Лошади, которыхъ намъ дали въ Турино-Поворотной, были, какъ и до сихъ поръ, чрезвы-
чайно плюхи, мы тащились восемь часокъ до отстоящей отсюда на 35 верстъ слѣдующей
станціи Кайдаловской, куда прибыли поздно вечеромъ. Въ Кайдаловской, одной изъ самыхъ
большихъ козачьихъ деревень, лежащихъ на Ингодѣ, находится штабъ 10-го козачьяго бата-
льйона и сюда сбираются въ маѣ всѣ принадлежащіе къ батальйону козаки, для ученій и дру-
гихъ воинскихъ занятій.

18-го апреля. Къ счастію, насъ сегодня не залежали на станціи; мы выѣхали довольно
рано и вскорѣ прибыли на слѣдующую станцію въ деревню Князя-Береговую. Недалеко отъ
этой станціи (въ четырехъ верстахъ) живетъ тунгускій князь Гантимуровъ, состоявшій пре-
жде на служѣ въ россійскихъ войскахъ, теперь же управляющій тамошнимъ тунгусскимъ
племенемъ. Одинъ изъ предковъ его вышелъ изъ Монголіи и за оказанныя Россіи услуги
былъ пожалованъ въ нерчинские дворяне. Кромѣ этого князя, живутъ здѣсь многіе потомки
этого стариннаго рода, называющіе себя дворянами, но ничѣмъ неотличающіеся отъ про-
чихъ тунгусовъ. Охота составляетъ главный промыслѣ Гантимуровыхъ, нѣкоторые изъ нихъ
занимаются и хлѣбопашествомъ. Тотчасъ по приѣздѣ нашемъ на станцію Князя-Береговую, въ
станціонную компату вошелъ рослый, статно сложенный, широкоплечій тунгусъ, въ простой,
но весьма удобной, ли охоты одеждѣ, съ винтовкою и другими охотничьими принадлежно-
стями. Онъ предложилъ мнѣ купить у него только что убитыхъ имъ утокъ и между прочимъ
объяснилъ намъ, что онъ дворянинъ Гантимуровъ.

Между Князя-Береговую и слѣдующуюе станціею, Галкино, мѣстность опять становится
гориста. Дорога наша мѣстами шла по верху береговаго ската, состоящаго изъ сѣраго гранита
и тѣхъ круто спадающаго къ самой рѣкѣ, что совершенно невозможно бы ю провести дорогу.

Истор. отчетъ.

4

— 26 —

по подошви его. Съ этой высоты намъ еще разъ удалось полюбоваться прекраснымъ видомъ
на Ингоду, выящуюся внизу, между крутыми утесами.

Лѣвый береговый скатъ Ингоды, поросшій з,гъсь рѣдкимъ хвойнымъ лѣсомъ и березами,
большею частью бѣднѣе лѣсомъ, чѣмъ правый, хотя по мѣрѣ приближенія къ р. Онону лѣсъ
постепенно рѣдкѣеть и на правомъ береговомъ скатѣ. На зѣвнихъ скапистыхъ высотахъ
нашелъ я малорослый, сучковатый видъ пльма (Lirius pumila, илимовникъ), съ цвѣтовыми
почками, отчасти уже распустившись. Плишовникъ попадается и къ В. отъ Яблоннаго
хребта до Байкала, но не встрѣчается въ остальной Сибири.

Въ шесть часовъ пополудни, сейчасъ по выѣздѣ нашемъ изъ Галкина, поднялась силь-
ная буря, свирпѣствовавшая до самого вечера; въ продолженіи всего пяти до сѣднующей
станціи (Размахningsкой) насѣпъ постоянно окружали густыя облака пыли. Дорога идетъ отъ
Галкина до Размахningsкой по низменному прибрежью Ингоды или въ нѣкоторыхъ мѣстахъ
по невысокимъ холмамъ.

Мы пріхали въ Размахningsкую поздно вечеромъ и рѣшились переночевать на станціи.

19-го апъяля. Мы выхали изъ Размахningsкой на зарѣ, чтобы заблаговременно прибыть
въ Нерчинскъ. На разстояніи первыхъ четырехъ верстъ отъ станціи, дорога идетъ между
Пнгодою и ея лѣвымъ береговымъ скатомъ, большею частью состоящимъ изъ обнаженнаго
гранита, кое-гдѣ только поросшаго одинокими деревьями. З,гъсь подошва ската опять подсту-
паетъ къ самой рѣкѣ; по этому, дорога поворачиваетъ на лѣво и, пройдя черезъ побочныя
долины и овраги, поднимается на высоты, образующія лѣвый берегъ. Съ самой высокой то-
чки этого пути, мы въ третій разъ могли обозрѣть Ингоду, на разстояніи около 10 верстъ.
На высотахъ, особенно на косогорахъ, обращенныхъ къ S., намъ часто попадались норы
тарбагановъ (Arctomys Bobac), составляющихъ весною любимую пищу туземныхъ собакъ.
Мы и теперь уже видѣли голодную, пехудалую собаку, обнюхивавшую норы въ надеждѣ
поймать одного изъ ихъ жителей. Но тарбаганы еще нигдѣ не показывались, потому что
утро было холодное; въ полдень же около деревни Красноярска мы видѣли ихъ во множе-
ствѣ. Весело перебѣгали они изъ норы въ нору или сидѣли на заднихъ лапкахъ передъ
отверстіями норъ.

Охота за тарбаганами довольно трудна: подкрасться къ тарбагану на ружейный выст-
рѣлъ не легко; къ тому же, осторожное животное никогда не отхо,итъ далеко отъ норы, и
если не убито на повалъ, то всегда успѣваетъ туда спрятаться, а въ такомъ случае его ну-
жно выканывать, чтo часто сопряжено съ большимъ трудомъ, потому что норы тарбагана
довольно глубоки.

На восьмой верстѣ отъ станціи, мы опять въхали въ долину Ингоды и переправились
въ бродъ черезъ небольшой притокъ ея, р. Черновку, на которой около дороги лежитъ лес-
ревня Красноярскъ, а далѣе козацкая станція Завита. При низкой водѣ, зѣдятъ до сѣдну-
ющей станціи по прямой дорогѣ, идущей то по песчанымъ островамъ, то по болотистой до-
лины Ингоды, то черезъ неглубокія рукава ея. По причинѣ разлива и тронувшагося льда, мы
не могли воспользоваться этой дорогой и были принуждены оставить долину Ингоды, чтобы
еще разъ подняться на безлѣшенныя высоты, покрытыя цвѣтущую Pulsatilla vulgaris и мо-
лодою травою. Съ этихъ высотъ, съ которыхъ мы увидѣли лежащую внизу слободу Горо-
дищенскую, съ ея бѣюю, каменною церковью, мы спустились въ долину р. Беликты. Въ

— 27 —

четырехъ верстахъ выше Городищенской слободы, Ингода впадаетъ въ р. Ононъ *, которая, начиная отсюда принимаетъ названіе Шилки. Русло Ингоды у впаденія еще съ обѣлхъ сторонъ окою млено крутыми утесами, но вскорѣ мѣстность измѣняется, и Шилка течетъ непосредственно у праваго кругтаго ската, тогда какъ на лѣво лежатъ острова и низменный людскій берегъ.

Правый берегъ Шилки остается крутымъ; лѣвый же, около котораго встрѣчается много острововъ, дѣлается ровнымъ и низменнымъ.

Не лишилѣь считаю сообщить здѣсь нѣскоюлью общихъ замѣчаній о рѣкахъ, о которыхъ сейчасъ упомянуло.

Ингода отличается отъ Онона мѣнѣшею шириною, болѣе гористыми берегами, скалис-тымъ руслѣмъ и попадающімися всѣлѣдствіе этого порогами, дозволяющими судоходство по ней только при значительной высотѣ воды.

Многія причины заставляютъ считать Ононъ главною рѣкою, Ингоду же только притокъ его. Дѣйствительно, первоначальное направленіе Онона не измѣняется по соединеніи его съ Ингодою, и вода въ Шилкѣ начинаетъ прибывать одновременно съ Онономъ, а не съ Ингодою. Кромѣ того, по единогласнымъ показаніямъ туземцевъ, Ингода значительно бѣднѣе Онона рыбою и замѣчательный видъ осетра (Accipenser orientalis; по русски калуга по бурятски толло), часто попадающійся въ Амурѣ и нерѣдко заходящій въ Ононъ, въ ней вовсе не встрѣчается.

Въ 12 часовъ мы оставили станцію Городищенскую слободу и вскорѣ проѣхали чрезъ близлежащую небольшую деревню Казаново; по сторонамъ дороги видѣлись и другія деревни. Дорога до слѣдующей станціи Марсановской большею частью хороша и идетъ по лѣвому, низменному, почти везде голому берегу Шилки; правый береговой скатъ покрытъ льсомъ. Лужи около дороги, пролегающей мѣстами по болюристой мѣстности, были оживлены множествомъ дикихъ утокъ и гусей. Миновавъ станцію Марсановскую, мы вскорѣ оставили людину Шилки; до города Нерчинска намъ оставалось еще 28¹/₂ верстъ. Мы поѣхали по холмистой мѣстности, скучно поросшей одинокими березами, а въ низменностяхъ покрытой нивовымъ кустарникомъ. Въ 4-хъ верстахъ отъ города мы въѣхали въ широкую ограниченную холмами людину Нерчи и до города слѣдовали по ея правому песчаному, низменному берегу, оконченному ивами и илимовникомъ. Издали красивая церковь и видъ города, занимающего значительное пространство, общающіе болѣе, чѣмъ находимъ въ действительности. На большей лодкѣ мы переправились на лѣвый берегъ главнаго рукава Нерчи, потомъ еще переѣхали въ бродъ другой рукавъ ея и въ 6 часовъ пополудни прибыли въ городъ. Снутники наши ожидали насъ на просторной, отведенной намъ квартирѣ.

Городъ Нерчинскъ (51° 58' съв. шир. и 134° 15' вост. до л.) лежитъ на лѣвомъ берегу Нерчи, въ 4¹/₂ верстахъ отъ ея впаденія въ Шилку и находится здѣсь только съ 1812 года, а прежде помѣщался ближе къ устью. Причиною этого перемѣщенія были частыя наводенія, которымъ онъ подвергался. Съверная, болѣе высокая часть города называется туземцами Култукъ, а южная низкая Каштакъ. Нынѣшнее, болѣе выгодное и высо-

* По китайски Ао-нунь («Статистическое Описание Китайской Империи», П, стр. 49)

*

— 28 —

кое, чѣмъ прежде, мѣстоположеніе, не совсемъ избавляетъ городъ отъ наводненій; въ 1840 г. онъ подвергался этому бѣдствію послѣ сильныхъ и продолжительныхъ дождей, при чемъ сильно пострадала нижняя часть города; верхняя же уцѣлѣла почти совершенно. За исключениемъ нѣсколькихъ каменныхъ домовъ и находящейся въ верхней части города церкви, городъ состоитъ большею частью изъ ветхихъ деревянныхъ строеній. На южномъ концѣ города, у подошвы лѣваго, довольно круглаго и скалистаго береговаго ската Нерчи, находится родникъ, снабжающей весь городъ чистою холодною водою. Во да накопляется въ бассейнѣ, надъ которымъ построенъ, украшенный внутри образами, домикъ и оттуда вытекаетъ наружу по желобамъ, имѣющимъ отъ 3—4 сажей длины.

Около этого родника лежитъ острогъ, а на берегу Нерчи госпиталь, съ нѣкоторыми дружими строеніями. Довольно общирный лугъ отдаляетъ эти злания отъ города. По дорогѣ, ведущей изъ верхней части города, поднимаются на довольно нюгій береговой скатъ, на котором находится небольшая церковь и кладбище.

Пзъ числа нерчинскихъ мѣщанъ, простирающагося до 3,000, немногіе занимаются торговлею; большею частью они снискиваютъ себѣ пропитаніе огородничествомъ, земледѣлемъ и скотоводствомъ. Огородныя овощи хорошо урожаются какъ въ городѣ, такъ и въ цѣломъ уѣздѣ. Кромѣ того, жители разводятъ довольно много табаку, дающаго иногда хорошо урожаи и весьма выгодно сбываемаго созидинмъ бурятамъ и тунгусамъ. Земледѣлие даетъ менѣе успешные результаты; говорятъ, что рождаетъ худые урожаи по причинѣ короткаго лѣта и частыхъ засухъ, но мнѣ кажется, что скорѣе должно винить въ этомъ неумѣніе и безопасность самихъ жителей.

Въ Нерчинскѣ мы должны были окончательно запастись всѣмъ необходимымъ для предстоящаго намъ далекаго путешествія и потому разнаго рода приготовленія и покупки задержала насъ здѣсь до 4-го мая. Изъ Пркутска послано было предпринданіе въ Чиндантъ, о поставкѣ въ Нерчинскъ лошадей для экспедиціи, и здѣсь слѣдовало принять ихъ отъ козака, которому онъ принадлежали. Кромѣ того, у жителей города надобно было закупить въ разницу нужное число обыкновенныхъ и вьючныхъ сѣдегъ, со всѣмъ приборомъ, переменными сумами, потниками, уздами и пр. Еще большѣ хлюпотъ надѣлало мнѣ изготовленіе необходимаго числа палатокъ, обитыхъ кожею ящиковъ и многихъ другихъ предметовъ. Спутники мои занимались между тѣмъ охотою.

Въ продолженіе первыхъ дней нашего пребыванія въ Нерчинскъ, имъ попадались на стезахъ стада, *Phileremos alpestris*, *Alauda arvensis*; на берегахъ рѣки *Motacilla alba*, *Aegidites curonicus*, а на мѣстахъ, поросшихъ ивами и кустарниковъ, *Emberiza cioides*, *Emberiza schoeniclus* и *Saxicola oenanthe*. Болота и озера также значительно оживлись и въ теченіи немногихъ дней нашего пребыванія въ Нерчинскѣ на нихъ были убиты *Anser cinereus*, *Anas boschas*, *A. glocitans*, *A. faleata*, *A. penelope*, *Ardea stellaris* и *Fulica atra*.

Мы занимались также, когда позволило время и обстоятельства ловлею рыбы въ Нерчѣ, кромѣ множества раковъ, которыхъ мы обыкновенно ловили руками и которые попадались довольно часто въ неводы и на удочки: *Cyprinus lacustris* (чебакъ), *Salmo fluviatilis* (танмень), *Cottus quadricornus* (бычекъ) и *Esox lucius* (щупка); вмѣстѣ съ ними въ послѣдствіи сталъ еще попадаться (*Cyprinus Labeo*). Главный ловъ *Cyprinus Labeo* въ Нерчѣ начинается, впрочемъ, вмѣстѣ съ цвѣтнѣемъ черемухи. Въ Шалкѣ, близъ Нерчинска, изрѣдко ловится и

— 29 —

*Accipenser orientalis* (калуга); уже в юнъ начинаютъ дія ловли его устраливать верши, конторыя всегда помышаются ближе къ правому берегу (мнѣ сообщили, что рыба, поднимаясь по Шилкѣ никогда не идетъ по лѣвому берегу) и въ первыхъ часикахъ юля начинается ловля.

Долгомъ считаю выразить здѣсь свою благодарность г. майору Дрентельну, за доста-
вленный имъ мнѣ прекрасный экземпляръ калуги. Этотъ экземпляръ находится теперь въ
музеумѣ Академіи Наукъ. Онъ добытъ въ сентябрѣ на Ононѣ, въ 30 верстахъ отъ Чиндинт-
ской станціи, немного ниже устья Борзы. Осень этого года была чрезвычайно счастлива для
смѣлыхъ промышленниковъ козаковъ, по изоблію крупной рыбы. Одна партія, состоявшая
изъ 6 козаковъ, въ продолженіи 10 дней добыла 40 крупныхъ осетровъ, изъ которыхъ ни
одинъ не вѣсилъ менѣе пула, и восемь огромнѣйшихъ калугъ. Подобнаго улова никогда
тамъ не было, по крайней мѣрѣ столѣтніе старики говорили, что имъ не приходилось видѣть
ніего подобнаго. Причиною такого счастья было обмельчніе Онона; рыба, поднявшаяся сюда
по большой весенней водѣ, залегла въ ямахъ и уйти изъ нихъ могла не ранѣе, какъ въ осен-
нее половодье, но половодья этого не было. Вотъ какъ обыкновенно добываютъ крупную
рыбу: въ темныя ночи здѣдатъ съ огнемъ на лодкѣ и высматриваютъ рыбу, которая видна
весьма ясно, потому что держится на глубинѣ около одной сажени отъ поверхности воды.
Ее бьютъ острогою въ спину, но не всегда она достается смѣлому промышленнику безъ
хлопотъ и опасности! иногда очень крупная рыба, получавъ не совсемъмѣ върный ударъ, под-
нимается и однимъ ударомъ хвоста опрокидываетъ лодку. Калуга, привезенная мною, имѣтъ
въ длину, отъ конца носа до хвоста, 4 аршина 2 вершка и вѣсила слишкомъ 16 пудовъ. Пisz
растеній, немногія еще цвѣли во время нашего пребыванія въ Нерчинскѣ; на ступяхъ до-
вольно часто попадались *Thlaspi cochleariforme*, *Draba lutea* и *Plecostigma pauciflorum*;
на скалистыхъ высотахъ цвѣло *Alyssum Lenense*, а на островахъ и прибрежьяхъ — *Populus
tremula*, *Salix capraea*, *Salix praecox* и *Ulmus pumila*.

Сегодня наконецъ намъ дали знать , что плотъ нашъ готовъ и ждетъ насъ на Шилкѣ,
около Баронскаго острова—одного изъ острововъ, образуемыхъ Нерчею при впаденіи ся въ
Шилку. Въ 3 часа пополудни , телѣги, тяжело нагруженныя нашими вещами , тихо потяну-
лись къ устюй Нерчи и мы вскорѣ послѣдовали за ними. Дорога шла по южной сторонѣ го-
рода; здѣсь Нерча раздѣляется на два рукава почти равной величины; впрочемъ, правый, бо-
лѣе глубокій , считается главнымъ. Эти два рукава впадаютъ отѣлььно въ Шилку и обни-
маютъ треугольное пространство, раздѣляемое двумя поперечными рукавами на три ос-
трова. Верхній островъ, Плимка, не населенъ и не обработанъ; на среднемъ расположенъ
былъ прежде такъ называемый Старый городъ, отъ которого осталась только каменная цер-
ковь и незначительное число строеній. На этомъ островѣ мы настигли транспортъ съ нашими
вещами и потому имѣли возможность осмотрѣть находящуюся здѣсь церковь древняго стиля.
Она имѣтъ два этажа; въ нижнемъ помышается лѣтняя, а въ верхнемъ зимняя цер-
ковь; оба этажа соединены деревянною лѣстницею. Пзъ числа многихъ конъ, украшаю-
щихъ церковь, одна на лѣво отъ входа, привезена сюда, какъ говорятъ, изъ Албазина. Бого-
служеніе отправляется только два раза въ годъ. Третій островъ съ одной стороны омываетется
Шилкою и называется Баронскимъ островомъ, потому что на немъ жить баронъ Квебекъ,
одинъ изъ прежнихъ исправниковъ. Здѣсь въ 1658 году былъ заложенъ Нерчинскій остров.

— 30 —

Аванасіємь Пашковымъ, а въ 1689 году графомъ Головинымъ и мандариномъ Со-Санъ под-
писанъ былъ мирный договоръ между Россией и Китаемъ. Кромѣ этихъ трехъ главныхъ
острововъ, въ устьѣ Нерчи есть еще много маленькихъ, числа которыхъ нельзя опредѣлить съ
точностью, такъ какъ оно мѣняется, смотря по высотѣ воды. Замѣчателенъ еще третій постоян-
ный рукавъ, идущій изъ праваго, главнаго рукава въ Шилку; онъ получилъ названіе «Безум-
ной» оттого что направленіе его теченія измѣняется: вода въ немъ течетъ изъ Нерчи въ
Шилку или на оборотъ, смотря потому, въ которой изъ рѣкъ уровень воды выше. Уже начи-
нало смеркаться, когда мы прибыли къ нашему плоту и потому рѣшено было провести ночь
на берегу около того мѣста, где онъ стоялъ, чтобы на другой день пуститься въ путь на
разсвѣтъ.

Мы расположились на песчаномъ берегу Шилки и первая ночь, проведенная нами подъ
открытымъ небомъ, была не совѣмъ пріятна, по случаю подиавшейся бури, сопровождае-
мой проливнымъ дождемъ. Вътеръ не затихъ и къ утру людей нашихъ нягкимъ способомъ
нельзя было уговорить пуститься въ путь на плоту. Все наше общество разбrelось по раз-
нымъ направленіямъ, чтобы въ ожиданіи благопріятной ногоды поохотиться на Баронскомъ
островѣ. Въ мѣстахъ, поросшихъ пивами, Prunus padus и Crataegus sanguinea, довольно часто
встрѣачались Sylva proregulus, Pyrrhula rosea и Parus major. Здѣсь же въ первый разъ уда-
лось мнѣ увидѣть стаю Corvus cyanens (ронжа) и убить одну изъ этихъ красивыхъ птицъ.
По показаніямъ нашихъ проводниковъ, онъ весьма часто попадаются въ окрестностяхъ Нер-
чинска и причинаютъ значительный вредъ звѣрроловамъ, уносяя применку изъ западней и за-
клевывая нойманныхъ животныхъ. Кромѣ нѣкоторыхъ другихъ водяныхъ птицъ, на лужахъ
была убита и Fulica atra. Къ 11 часамъ утра вътеръ утихъ и мы собравшись на плоту, не-
медленно отчалили отъ берега. Передъ нами, на правомъ берегу Шилки, противъ устья
Нерчи, видна была деревня «Успенскій монастырь» съ большою каменною церковью; въ
монастырѣ, впрочемъ, въ настоящее время нѣтъ монаховъ. Мы проѣхали 6¹/₂ верстъ, деркась
ближе къ правому берегу Шилки, до расположенной на ономъ деревни Шивки. Здѣсь опять
поднялась буря и сильная метель; въ нѣсколькихъ шагахъ мы немогли размнить дружъ друга
и принуждены были поспѣшно пристать къ берегу.

Въ 1¹/₂ верстѣ ниже Шивки, мы на маленькомъ острову наши удобное мѣсто для нашихъ
палатокъ, очень пригодившихся намъ въ тотъ день, потому что ночью опять шелъ довольно
большой снѣгъ и не переставалъ дуть сильный нѣтеръ. До поздней ночи мы были заняты
приготовленіемъ чучелъ птицъ, добытыхъ нами на этомъ островѣ.

6-го мая. Къ утру съверо-западный вѣтеръ нѣсколько утихъ и мы въ 9¹/₂ часовъ пустились
въ путь при осмурной и довольно холодной ногодѣ. Вскорѣ мы миновали двѣ лежащія на
Шилкъ деревни, сначала Верхніе, а потомъ Нилкие Ключи, и въ 12 часовъ прибыли въ большое
село Бякино. Оно расположено на правомъ берегу Шилки, имѣетъ двѣ церкви, каменную и
деревянную, значительное число избѣ и нѣсколько большихъ двухъ этажныхъ, безъ всякаго
вкуса построенныхъ домовъ, принадлежащихъ купеческому семейству Кандинскихъ. Эта
деревня построена на очень дурно выбранномъ мѣстѣ: при полуводіи, Шилка часто зато-
пляется и подмываетъ берегъ около самой деревни, даже сван, вбитья въ нѣкоторыхъ мѣ-
стахъ, не предохраняютъ его отъ разрушительного дѣйствія воды.

Какъ эта деревня, такъ и большое пространство земли далѣе внизъ по Шилкѣ, въ преж-

— 31 —

ніе годы принадлежало семейству Кандинскихъ, которые занимались здѣсь х.г.бопашествомъ, скотоводствомъ и коневодствомъ въ обширныхъ размѣрахъ и въ то время пользовались почти неограниченной властью надъ обитателями деревень, расположенныхъ на принадлежащей имъ землѣ. Между прочимъ имъ также принадлежала долина Ареды на лѣвомъ берегу Шилки: эта долина выходить изъ долины Шилки немного ниже Бянкина и отсюда тяется далеко къ съверу. Въ ней находилась главная резиденція * Кандинскихъ и оттуда они обозрѣвали обширное свое хозяйство. Мы съ Герстфельдомъ рѣвили продолжать путешествіе изъ Бянкина до Стрѣтенскаго сухимъ путемъ, а Зандгагенъ съ препаратомъ Фурманомъ, продолжая плыть на плоту, должны были съѣхаться съ нами въ этомъ послѣднемъ мѣстѣ. Въ Бянкинѣ, гдѣ мы провели около двухъ часовъ, мы приказали заложить въ тарантасъ почтовыхъ лошадей и вмѣстѣ съ нимъ переправились чрезъ рѣку и высадились на лѣвый берегъ. Дорога, гдѣ мы высадились, шла по совершенно почти обнаженной степной нѣстности и рѣдко, на нѣкоторыхъ только скатахъ, попадались деревья. Здѣсь на стени, также во многихъ мѣстахъ покрытой гужирnomъ, природа начинала показывать болѣе, чѣмъ прежде, слѣдовъ пробуждающейся жизни; кромѣ прежде ужъ найденныхъ Pulsatilla vulgaris и Draba lutea, на сухихъ песчаныхъ возвышенностяхъ росли также Iris, Eritrichium obovatum и Viola variegata.

Проѣхавъ 16 верстъ, мы наконецъ выѣхали къ рѣкѣ Куингѣ, въ трехъ верстахъ выше ея устья; долина, въ которой течетъ эта рѣчка, имѣетъ характеръ стени; проѣхавъ четыре версты по берегу рѣки, мы достигли довольно обширной козацкой деревни Куинги, далеко тянувшейся по лѣвому берегу; Куинга, черезъ которую мы переправились передъ самой деревней, имѣла тамъ въ ширину отъ 10—12 саженей. На этой же рѣкѣ, ближе къ Шилкѣ, находится еще вторая деревня, Нижняя Куинга. Въ 7 часовъ вечера, мы на двухъ маленькихъ таратайкахъ оставили станцію, выѣхали на степную мѣстность и, проѣхавъ около 10 верстъ по долинѣ маленькаго ручья Кучыртай прибыли къ мѣсту, гдѣ за нѣско-колько лѣтъ тому назадъ дѣлались поиски на золото, а судя по г.убокимъ разрѣзамъ и отваламъ (большія насыпи, составляющіся изъ промытаго песку), производилась и промывка. Въ настоящее время разработка оставлена, по ничтожности содержанія золота. На холмистыхъ степяхъ мы тщательно искали тарбагановъ (байбакъ, Arctomys Bobac), такъ часто встрѣчавшихся намъ на подобной же мѣстности праваго берега Шилки; отъ жителей мы узнали, что на лѣвомъ берегу Шилки, ни здѣсь, ни выше этого мѣста, тарбаганы не встрѣчаются. За то во множествѣ показались дрохвы, бѣгавшія большими стаями по стени, но не подпускавшія насъ къ себѣ на выстрѣлѣ. Уже давно стемнѣло, когда наши проводники, никогда здѣсь не бывшіе, остановились на берегу Курлыча, на которомъ расположена Усть-Курычинская станціонная деревня, лежащая въ 32 верстахъ отъ Куинги; послѣ долгихъ попсковъ, они нашли бродъ. Долго мы бѣгали въ потьмахъ по деревни, пока наконецъ нашли дворъ, для проѣзжающихъ, гдѣ и переночевали.

7-го мая. Выѣхавъ изъ Усть-Курычинской словольно рано, мы опять переправились черезъ рѣчку и сначалаѣ хали вверхъ по ея долинѣ, то по каменнстой, то по болотистой мѣстности; мы опять въѣхали на холмистую степь, которая во многихъ мѣстахъ казалась

* На мѣстѣ, называемомъ Аредовскою падью.

— 32 —

покрытой пестрымъ ковромъ отъ большаго количества *Pulsatilla vulgaris*, встрѣчающейся тамъ въ двухъ свопхъ видонизмѣненіяхъ голубое и бѣлое. Эта степная страна была весьма оживлена стаями стренатокъ пъ жаворонковъ (*Alauda arvensis*) часто высоко при летаніи подымающихся въ воздухъ. Эти птички привлекали множество хищныхъ птицъ, какъ напр. *Falco tinnunculus* и *Buteo*, которые, описывая крути въ воздухъ, высматривали добычу. Здѣсь мы опять наткнулись на дрохвъ, но охотились за ними безъ успѣха. Хотя съ нами и было мало вещей, одинакъно лошади наши скоро устали и мы по этому подвигались очень медленно.

Проѣхавъ 20 верстъ, мы въѣхали въ долину Матакана, вливающейся въ Шилку рѣчки, по котрой мы проѣхали около 2½ верстъ противъ течения. Въ этой части нашего пути рѣчка эта живописно изливается между высокими крутыми скалистыми берегами, которые больше частью покрыты лѣсомъ. Чрезъ мостъ, смѣю построенный, дорога вела на лѣвый ея берегъ. Здѣсь, какъ и на Шилку, обнаженные скалы состоятъ изъ крупно-кристалическаго грязновато-сѣраго гранита, въ которомъ кристалы по юваго шпата часто достигаютъ ве.п.ч.ны нѣсколькихъ доймовъ. Перѣхавъ по смѣю наброшенному мосту на лѣвый берегъ Матакана, мыю тавлию долину этой рѣчки и, перѣхавъ чрезъ невысокій горный хребетъ, достигли лѣваго берега Шилки; этотъ берегъ здѣсь значительно возвышается надъ урочинемъ воды, имѣть почву особенно удобную для земледѣлія и покрыть прекрасными полями. На мостахъ необработанныхъ кое-гдѣ росло и цвѣло *Taraxacum collinum* и во множествѣ попадалась красивая *Androsace villosa*. По маленькому горному уценку, начинающемуся отъ этой высоты, мы достигли самаго русла Шилки и, переправившись чрезъ нее, прибыли въ козацкую деревню *Стрѣтенское*, которая, какъ полагаютъ, получила это названіе отъ того, что на мѣстѣ, на которомъ она построена, русскій отрядъ, шедшій съ Амура, встрѣченъ былъ другимъ отрядомъ, отправлявшимся на Амуръ. Это поселеніе, не смотря на свою каменную церковь, на выстроенныя вновь для козаковъ зданія и на то, что прежде называлось городомъ—нichto иное, какъ незначительная деревня, обитаемая вновь сформированными козаками. Не найдя здѣсь нашего плота, мы были вынуждены искать квартыры, которую и нашли въ домъ штабсъ—капитана Строльмана, принялиаго и угостившаго насъ съ рѣдкимъ радушемъ. Скоро послѣ нашего прибытия, г. Строльманъ, страстный охотникъ, предложилъ намъ поохотиться на озерахъ и лужайкахъ прибрежья, далеко тянуngoся между рѣкой и довольно отдаленнымъ береговымъ скатомъ; мы приняли его предложение, и во время этой охоты довольно часто встрѣчили *Motacilla flava*, *Totanus ochropus*, *Totanus glareola*, *Tringa minuta*, *Scolopax gallinago*. На берегахъ Шилки, заросшихъ пивнякомъ, мы находили *Sylvia aurorea* и нерѣдко *S. proregulus*.

8-го мая. Ночью шелъ снѣгъ съ дождемъ. Къ утру небо прояснилось и мы въ продолжении цѣлаго дня наслаждались хорошей пого, при очень легкомъ сѣверо-восточномъ вѣтрѣ. Въ это утро мы тщательно оглядели прихода нашего плота и въ ожиданіи его занялись опять охотой и рыбною ловлей. Первая доставила намъ добычу немного лучше вчерашней. Наконецъ, въ 4 часа послѣ обѣда, прибылъ напр. плотъ, опоздавшій, какъ я узналъ, отъ того, что дорогого садился нѣсколько разъ на мель, и комь того былъ задерживаемъ сильными противными вѣтрами. Этими замедленіями пользовались неизмѣнный мой помощникъ и страстный охотникъ, Зандгагенъ, чтобы поохотиться: онъ привезъ мнѣ *Anas falcata*, *A. clypeata*,

— 33 —

*A. crecca*, *Totanus glottis*, *T. ochropus*, *Phalaropus cinereus*, *Fulica atra*, *Saxicola rubicola*, которыхъ убить дорогою, и еще *Triton nebulosus*, пойманныхъ имъ на болотистыхъ мѣстахъ берега Шилки.

Мы, не медля по прибытіи плота, отправились въ дальнѣйшій путь при утихшемъ почти совершенно вѣтрѣ, въ 1½ верстъ отъ Стрѣтенска достигли деревни Маркѣла, прекрасно расположенной на берегу впадающего съ лѣвой стороны въ Шилку маленькаго горнаго ручья, того же имени (т. е. Маркѣла). На самой рѣкѣ, какъ и на ея берегахъ, было много водныхъ птицъ, и до нашего ночлега, который мы устроили еще въ сумеркахъ на правомъ берегу противъ деревни Фаркова, собраніе наше обогатилось добытыми нами *Anas glacialis*, *A. glaucans* и нѣсколькими породами куFIGUKUъ. Часто слышенъ былъ крикъ куFIGUKU и надъ утесами, на большой высотѣ, съ немовѣрною быстротою летали стан *Cypselus ciris*, итицы весьма замѣчательной потому что ея никто не наблюдалъ въ Сибри со временѣ ПаFIGласа; къ сожалѣнію, однакожь, мы не достали здѣсь ни одного экземпляра этого вида. При устьи одной маленькой рѣчки, вливавшейся между высокими утесами въ Шилку, мы нашли маленькое, но весьма удобное для нашихъ палатокъ ровное мѣсто; тутъ же былъ маленькой заливъ (заводь), въ который мы ввели нашъ плотъ, дабы обезопасить его отъ теченія и вѣтра.

Вечеромъ мы еще разъ удили рыбу и вытащили прекраснаго крупнаго налима (*Gadas lota*).

9-го мая. Утро было ясное и теплое и мы въ 5 часовъ отправились на нашемъ плоту въ дальнѣйшій путь. За мѣстомъ нашего ночлега, мы видѣли еще нѣсколько деревень; онъ большею частью расположены на лѣвомъ берегу, вѣроятно потому, что правый сливкомъ лѣсистъ и кругъ. Скоро мы доѣхали до расположенныхъ на лѣвомъ берегу деревень: Моло-дыхъ или Ланчакова и Ломы, за которыми слѣдуютъ, сперва на правомъ берегу Шилки, Ерала, а потомъ на лѣвомъ берегу одна за другою: Фирсова, Уктыча и Мангидай. Лѣвый берегъ въ нѣкоторыхъ мѣстахъ почти отвѣсно подымается изъ воды и, какъ напр. въ 5 вер-стахъ выше деревни Мангидай, прорѣзанъ живописными, заросшими лѣсомъ орагами. Нѣ-которые изъ этихъ овраговъ, коихъ скаты состоять изъ гранита, у туземцевъ называются Калтайскими падями. Въ деревни Мангидай я остановился, чтобы запастись нѣкоторыми съѣстными припасами. По случаю праздника въ деревни, въ этотъ день она была болье обыкновеннаго оживлена; мучины и женщины, въ праздничныхъ нарядахъ, гуляли на берегу рѣки, или группами сидѣли и лежали на завалинахъ у домовъ. Рѣзвые мальчики и дѣвочки возиллись на берегу, играя пестрыми камнями или ловя раковъ и бычковъ (*Cottus sp*.), въ это время во множествѣ встрѣчающихся подъ камнями у берега. Другие сидѣли на камаѣ, окруженномъ со всѣхъ сторонъ водой и удили пескарей. Здѣсь я видѣлъ первыя стан *Hirundo riparia*, суетливо работавшихъ надъ своими гнѣздами, которыхъ было множество въ крутыхъ берегахъ. Запаслись всѣмъ нужнымъ на нѣсколько дней, мы отправились дальнѣ-ше, и вскорѣ вдали увидѣли большую, изъ 100 домовъ состоящую, козацкую деревню Боты, принадлежащую 12-му батальону. Деревня эта тянется версты на 1½ вдоль лѣваго берега: она получила свое название отъ рѣчки, противъ нея вливавшейся въ Шилку. До этихъ поръ преобладающею породою по обоимъ берегамъ были граниты, но ниже деревни Боты окою версты, правый и лѣвый берега состоять уже изъ метаморфическаго, со- *Пстор. орцетъ*.

3

— 34 —

держащаго доломитъ известняка, и возвышаются довольно высокими стѣнами, въ которых часто встрѣчаются пещеры. Эти пещеры въ нѣкоторыхъ мѣстахъ значительно развиты, по словамъ жителей содержать горную смолу, особенно часто встрѣчающуся въ 6 верстахъ ниже отсюда на лѣвомъ берегу Шилки. Это мѣсто, куда зимой приходить жители деревни Боты и другихъ близлежащихъ деревень для собиранія горной смолы, называется ими маслной горой. Въ трехъ верстахъ ниже этого мѣста, на правомъ берегу расположена деревня Чал-буча, мы до ней доѣхали передъ захожденіемъ солнца и между этой и слѣдующей деревней Улигічи нашій удобное мѣсто для ночлега. Въ продолженіи цѣлаго дня стояла ясная и тес-пая погода (термометръ около полудня показывалъ + 37° на солнцѣ) и лежавшія кое-гдѣ на берегу лѣдины быстро таяли.

10-го мая. Мѣсто нашего ночлега находилось около 13 верстъ выше Шилкинского завода и въ этотъ день мы опять рано пустились въ путь, чтобы еще заблаговременно прибыть на этотъ заводъ. Прошлѣвъ около пяти верстъ, мы были застигнуты сильнымъ противнымъ вѣтромъ, сопровождаемымъ дождемъ, и у деревни Улигічи были вынуждены пристать къ берегу, по причинѣ сильныхъ волнъ, грозившихъ промочить всѣ наши вещи. Герастѣльдъ и я отправились въ лежащую въ одной верстѣ отъ берега деревню Улигічи, съ намъ ре-ніемъ достать тамъ пару верховыхъ лошадей, чтобы сухимъ путемъ какъ можно скорѣе,跑браться до Шилкинского завода.

Покуда изготовляюсь все нужное для этого путешествія, мы имѣли достаточно времени, чтобы отправиться къ устью рѣчки, при которой лежитъ деревня. Мы успѣли убѣдиться, что и тутъ обнаженія состоять изъ метаморфической известняка. Наконецъ, двѣ лошади съ выючными нашими сумами были къ нашимъ услугамъ и мы пустились въ путь. Мы поднялись на покрытую соснами, лиственницами и рѣдко березами, высоту, которая, по встрѣчающимся здѣсь часто угольнымъ ямамъ давала поводъ предугадывать близость завода. Проѣхавъ еще нѣсколько верстъ, мы въѣхали въ долину Шилки и съ далеко тянулося болотистаго и покрытаго маленькимъ озерами, луга увидѣли впереди насъ, на лѣвомъ берегу лежащій Шилкинскій заводъ. Во время пути въ лѣсу мы встрѣчили *Picus martius* и *Tetrao bonasia*, а на озерахъ во множествѣ плавали чайки. На пути до Шилкинского завода мы чрезвычайно были удивлены внезапнымъ появліемъ дикихъ гусей (*Anser Segetum* и *A. grandis*), безчисленными стаями тянувшихся то высоко, то низко надъ рѣкой по гли-вному направленію къ NO. Девіженіе и людской шумъ на Шилкинскомъ заводѣ привели все это собраніе птицъ въ замѣтное волненіе, обнаруживавшееся неправильнымъ летаніемъ въздѣ и впередъ, круженіемъ въ возлухѣ и страшнымъ крикомъ. Множество встрѣловъ, слѣдующихъ по нимъ, еще увеличили смятеніе бѣдныхъ птицъ и къ вечеру ни одной изъ нихъ не было уже видно надъ Шилкой.

Наконецъ, переправившись на людъ съ праваго на лѣвый берегъ, мы достигли Шилкин-скаго завода. Вътеръ утихъ; вскорѣ послѣ нашегоъ пріѣзда прибылъ нашъ плотъ и мы остав-новились въ нижней части завода, въ отведенномъ намъ домѣ.

11-го мая. Шилкинскій заводъ большего частью тянется двумя родами домовъ по лѣво-му берегу, между самымъ русаломъ и довольно крутымъ береговымъ скатомъ. Онъ раздѣляет-ся на двѣ части: на верхнюю, меньшую, называемую Кокѣемъ, и нижнюю большую: части эти отдѣлены одна отъ другой Чалобучинскою долиной. Въ нижней части находится самые кра-

— 35 —

сивые дома и деревянная церковь, стоящая на открытомъ мѣстѣ. О,накожь, въ бытность на-
шу на заводѣ, верхняя часть была оживлена болѣе нижней, потому что въ верхней части въ
это время строилось большое число судовъ (баръж) для различныхъ экспедицій, отправляе-
мыхъ на Амуръ, и множество людей были заняты день и ночь разнообразными работами.
На львомъ берегу Чалбучи расположенъ плавильный заводъ; здѣсь въ прежнее время добы-
валось серебро и свинецъ, но ужъ и нѣсколько лѣтъ тому назадъ перестали работать какъ на
этомъ, такъ и на нѣкоторыхъ другихъ заводахъ Нерчинскаго горнаго управленія, потому,
что всѣ занялись промываніемъ золота на Карѣ, Газимурѣ и др. р. Но главная причина, по
которой на Шилкинскомъ плавильномъ заводѣ ужъ за 4 года прекратились работы, заклю-
чается въ ничтожномъ содержаніи руды (въ пудѣ не болѣе 72 долей серебра и 1½ фун.
свинцу) и въ томъ, что сюда надо таскать руду изъ Екатерининскаго рудника, находяща-
гося въ 3¼ верстахъ ниже завода. Вблизи плавильнаго завода, на правомъ берегу, нахо-
дится казенный стеклянный заводъ, въ то время бывшей въ арендномъ содержаніи и доста-
влявшій только произведенія дурнаго качества, которые большесю частью употреблялись
лишь жителями окрестныхъ деревень. Вблизи этого стекляннаго завода также находится ко-
жевенный заводъ, въ которомъ тогда много работали; приготовляемая здѣсь кожа не можетъ,
вѣроятно, похвалиться особенной добротой, потому что дубится березовой корой. Во время
пребыванія нашего въ Шилкинскомъ заводѣ, мы получили приказаніе присоединиться къ
третьей въ этомъ году военной экспедиціи внизъ по Амуру, подъ командой г. Полковника Кор-
сакова (нынѣ свиты Е. В. генералъ-майора). Такъ какъ срокомъ отплытія этой экспедиціи были
послѣднія числа мая, то намъ было разрѣшеноѣ хватить однимъ до Албазина, древняго крѣпост-
наго города русскихъ, лежащаго на верхнемъ Амурѣ, съ цѣлью основательно пислѣдовать все
этопространство. При готовленія къ дальнему пути и принятіе четырехмѣсячной провизіи, со-
стоящей изъ черныхъ сухарей, водки, пороха, свинца и пр., задержали насъ здѣсь до 16 мая.

Во время пребыванія нашего въ Шилкинскомъ заводѣ, я каждый день ходилъ поближай-
шімъ окрестностямъ, посвящая то высоты, образующія лѣвый берегъ, то низменности, тяну-
ціяся на нѣсколько верстъ по правому берегу. На высотахъ, березы и лиственницы
уже красовались молодой свѣжей зеленью, также какъ пыль и черемуха, окаймілавшія берега
Шилки и маленькихъ ея притоковъ. На высотахъ кое-гдѣ цвѣла Viola variegata, Papaver
alpium, Alyssum Lenense, Androsace villosa, Potentilla fragarioides, Chrysosplenium alterni-
folium, Saxifraga septentrionalis. На низменностяхъ праваго берега Шилки и въ особенности
въ долинѣ Чалбучи цвѣлия пространства были сплошь покрыты Caltha palustris, Adonis Apen-
nina, var. dahurica, Dentaria tenuifolia. Частые холодные вѣтры и за нѣсколько дней передъ
тѣмъ выпавшій снѣгъ были причиною, что вліяніе весны было еще мало замѣтно.

Многія растенія, которые въ прошломъ году въ это время были уже въ полномъ цвѣту,
теперь едва начали цвѣсти, таковы, напр., Rhododendron dahuricum, котораго красивые цвѣты,
по словамъ г. Герестельѣда, въ прошломъ году въ это время покрывали всѣ утесы, Aquilegia
leptoceras и atropurpurea, растущія на скалахъ, и Iris. Изъ итницъ здѣсь были убиты: Mota-
cilla flava, M. alba, Saxicola rubicola, Emberiza anureola, E. philiornus и друг. Sylvia calliope
S. proregulus, Scolopax gallinago и нѣсколько видахъ изъ рода Tringa.

16-го мал. Еще наканунѣ все было готово къ нашему отъезду; здѣсь, въ Шилкинскомъ заво-
дѣ былъ, приготовленъ большой плотъ и 6 солдатъ былі назначены служить на немъ гребцами.

*

— 36 —

Въ путеводители намъ дали козака, который долженъ быть сопровождать насъ до Горбицы, и Зандгагену поручено было, начиная отъ Шилкинскаго завода, заняться съемкой мѣстности, которую намъ слѣдовало пройти.

Погода была пасмурная, стыряя тучи покрывали небо и около 7 часовъ утра шелъ маленькой дождь. Наконецъ, въ 9 часовъ все было готово къ намему отъѣзду. Вдомъ Шилки за нѣ сколько дней довольно значительно поднялись и сильное течение быстро понесло нашъ плотъ, такъ, что мы скоро потеряли изъ лицу Шилкинскій заводъ. Мы достигли Екатери- нинскаго рудника, расположенного на лѣвомъ берегу горнаго ручья Людикана, впадающаго въ Шилку.

Этотъ рудникъ, заложенный въ 1775 году, очень богатъ желѣзною рудою, которая здѣсь образуетъ жилу въ глинистомъ сланцѣ и содергитъ въ крапленномъ видѣ свинцовый блескъ и бѣ лую свинцовую руду.

До Екатериñинскаго рудника, идущая къ Карийскимъ приспѣшь дорога, шла у подводья ската; отсюда же, она, слѣдавъ поворотъ, идетъ чрезъ горы, потому что ниже устья Люди- кана сканистые береговые скаты во многихъ мѣстахъ отвѣсно спускаются въ воду, такъ, что, особенно при немного высокой водѣ, не остается мѣста для проѣзды.

Немного далѣе мы подъѣхали къ ручейку по названію Тиганъ, ливающемуся съ правой стороны въ Шилку. Немного ниже этого ручья находится точильная гора, откуда жители ли- жайшихъ окрестностей добываютъ себѣ оселки, впрочемъ, довольно посредственного качества. На большей части притоковъ Шилки находятся золотоносыныя розьмины съ различнымъ содер- жаніемъ золота, въ томъ числѣ и на впадающей въ Шилку съ лѣвой стороны рѣчкѣ Багача, на которой въ настоящее время производятся розьмики золотоносенаго песку, подъ наблюдені- емъ г. Горнаго Пишенера Аносова. Уже отъ устья Багача видна была вдали находящаяся на правомъ берегу, такъ называемая Полосатая гора, которая, въ самомъ дѣлѣ, попрочинѣ разно- цвѣтныхъ слоевъ глинистаго сланца, изъ которыхъ она состоитъ, кажется полосатой.

Недоѣзжая устья рѣки Кары находящагося не далеко отъ Полосатой горы, мы миновали два горныхъ ручья, изъ коихъ одинъ, по названію Бырія, впадаетъ въ Шилку справа, а дру- гой, Кулида, слѣтва. Оба они текутъ по прекраснымъ глубокимъ долинамъ, заросшимъ лѣ- сомъ. Здесьъ на островахъ, поросшихъ пнями и черемухой, мы вдругъ услыхали звонкій крикъ ронжи (Pica cyanea) и немедленно поплыли на нашихъ лохкахъ туда, откуда послы- шался крикъ, чтобы настрѣлять этихъ рѣдкихъ птицъ, которыми наша коллекція была еще весьма не богата. Небо между тѣмъ пролечились и погода стояла тихая и довольно теплая, когда мы въ часъ пополудни достигли устья Кары, лѣваго притока Шилки. Здесьъ мы огля въ остановились, чтобы принять несобournое для путешествія количество солонины.

Самые обширные, наиболее доставляющие золота калынныезолотые приспѣи Забайкальскаго края находятся на рѣчкѣ Карѣ. Они расположены въ трехъ мѣстностяхъ: 1) у устья этой рѣ- ки, на разстояніи около 15 верстъ отъ Шилкинскаго завода, 2) на средней Карѣ, въ 15 вер- стахъ отъ ея устья (Екатерино-Николаевской приспѣтъ) и 3) на верхней Карѣ въ 22 верстахъ отъ устья (Верхне-Каринскій). Первые слѣды золота въ этой странѣ были найдены въ 1777 году ниже рѣки Курлыча, напротивъ деревни Ешванова, но, по принчитъ скудной добычи, промывка золота въ томъ мѣстѣ была совершенно оставлена въ 1825 году. Позицийная из- слѣдования Нерчинскаго горнаго вѣдомства, начавшіяся въ 1830 году, показали, что на мно-

— 38 —

Въ 1852 году

<table><thead><tr><th></th><th>пуды.</th><th>фунты.</th><th>золоти.</th></tr></thead><tbody><tr><td>— Нижней Карѣ.</td><td>24</td><td>27</td><td>46</td></tr><tr><td>— средней Карѣ (Екатерино-Ник. царскъ, 1852 г.).</td><td>20</td><td>33</td><td>34</td></tr><tr><td>— верхней Карѣ</td><td>20</td><td>—</td><td>1</td></tr><tr><td>— Лунжанкѣ</td><td>—</td><td>—</td><td>—</td></tr><tr><td>— Култумѣ</td><td>3</td><td>44</td><td>36</td></tr><tr><td>— Шахтамѣ.</td><td>3</td><td>24</td><td>85</td></tr><tr><td>Итого.</td><td>72</td><td>16</td><td>76</td></tr></tbody></table>

У песчанаго прибрежья Шилки я видѣлъ еще нѣ сколько наскоро устроенныхъ землянокъ, въ которыхъ работники жили въ первые годы промысла; многіе изъ нихъ можетъ быть жили и подъ открытымъ небомъ. Дымныя сырыя и жалкія жилища равно какъ и другія лишенія были причиной, что въ первыхъ годахъ работники умирали въ большомъ числен. Теперь же работники пользуются лучшими жилищами и потому число больныхъ значительно уменьшилось; выстроенъ прекрасный госпиталь, при которомъ разведенъ садъ; во время нашего проѣзда этотъ госпиталь стоялъ пустой и, если не ошибаюсь, часть его служила хлѣбнымъ магазиномъ.

Пока перевозили на нашъ плютъ отпущенный намъ запасъ мяса и приготовляли намъ объѣдъ, мы отправились на обширный болотистый лугъ, растилающийся позади построекъ; на этомъ лугу цвѣли въ изобилии виды злаговъ и Carex, и также Viola variegata и красивая Gentiana humilis.

У береговъ Кары, поросшихъ большей частью ивами, мы нерѣдко находили *Emberiza aureola, Motacilla alba, но Jynx torquilla* попадалась ужь гораздо рѣже, чѣмъ прежде.

Въ 3 часа оставили мы Усть-Кару и плывая далѣе, миновали сперва съ права устье маленькой рѣччи Бириканъ, а потомъ съ лѣва устье прежде уже уномянутой рѣчки Лунжанки, извѣстной по недавно найденному на ней золотоносному песку; далѣе мы достигли лежащей на лѣвомъ берегу деревни Половинной, противъ которой рѣчка того же имени впадаетъ въ Шилку. Въ двухъ верстахъ ниже этой деревни, мы ранѣе обыкновенный остановились на ночлегъ и потому имѣли достаточно времени, чтобы по гулять по плюскому, довольно общирному прибрежью, заросшему ивовымъ и дружинъ ку старинкомъ. Весьма часто я находилъ здѣсь то на берегу рѣки, то на краяхъ рытвинъ *Ribes rubrum, var. glandulosa*. Близьмѣста нашего ночлега, довольно высокій и мѣстами обнаженный береговой скатъ былъ покрытъ *Selaginella sanguinolenta*. Единственное здѣсь въ цвѣту найденное растение было *Iris uniflora*. Здѣсь мы застрѣлили *Emberiza spodicephala* и *Sylvia Sibirica, Midd.*

Вечеръ былъ тихій и тенденный, вблизи нашей палатки, разбитой на берегу, мы цвѣлую ночь слышали отватительное кваканье лягушекъ.

— 39 —

17-го мая. Ночью шелъ частый и довольно спильный дождь, отъ котораго, одаконькъ, мы нашли убѣжице въ нашихъ палаткахъ. Къ утру дождь совершенно пересталъ, въ 7 часовъ утра мы уже пустились въ путь и вскорѣ въ трехъ верстахъ отъ мѣста нашего ночлега, дос-
тигли деревни. Большеіе Куларки, лежащей на лѣвомъ берегу и населенной вновь сформи-
рованными козаками; здѣсь, также, какъ и на Шилкинскомъ заводѣ и въ Усть-Карѣ, строи-
лись баржи для Амурской экспедиции нынѣшняго года. Эта станца получила свое названіе
отъ рѣки того же времени, вливающейся ниже ея въ Шилку, такъ же какъ и слобода. Малые
Куларки, лежащая на лѣвомъ берегу, далѣе внизъ по Шилкѣ; послѣдней слободы нельзя было
видѣть съ рѣки.

Далѣе мы миновали, въ 10 часовъ утра, довольно большую рѣку Черную, вливающуюся двумя рукавами въ Шилку съ лѣвой стороны и козачью станицу того же имени, лежащую на той же сторонѣ, немного ниже Черной.

Въ пяти верстахъ ниже, тамъ, гдѣ береговой скатъ, до этого мѣста отѣленный отъ воды прибрежьемъ, опять круто спускается къ самой рѣкѣ, открывается глубокій оврагъ. Лучуйі.
(Смотр. ландшафтъ 1.) Онъ, во время нашего проѣзда, былъ наполненъ снѣгомъ и лѣдомъ, чрезъ который просачивалась узкая полоса воды, вливавшаяся въ Шилку. Отсюда, если смо-
трѣть внизъ по рѣкѣ, представляется прекрасный видъ. Правый береговой скатъ Шилки вездеѣ выше, хотя не такъ крутъ, какъ лѣвый, который вообще ниже и круче, но часто окоюмленъ плоскимъ прибрежьемъ, отъ чего большая часть деревень выстроена на лѣвомъ берегу.

Здѣсь я нашелъ разительную разницу такъ-же и въ лѣсахъ; лѣса, растущіе на скатѣ праваго берега, обращенномъ болѣе къ сѣверу, вообще обильнѣе и содержатъ чаще всего березу и лиственницу, между тѣмъ какъ сскои лѣваго ската, обращеннаго къ полуденному солнцу, большею частью покрыты е ловымъ лѣсомъ.

Острова, довольно часто встрѣчающиеся на Шилкѣ, а также и пюскія прибрежья ея, большею частью локрыты породами *Salix*, *Prunus padus*, *Populus tremula* и *Crataegus san-
 guinea*. Немного ниже Лучуя, вливается въ Шилку съ правой ея стороны маленькая рѣчья
Дакталга, особенно извѣстная тѣмъ, что по ней и идетъ зимняя дорога чрезъ горы къ рѣкѣ
Аргуни.

Въ половинѣ втораго часа пополудни, мы прибыли въ козачью станицу Горбицу, довольно большую деревню съ деревянной церковью; деревня эта выстроена на лѣвомъ берегу Шилки выше устья малой Горбицы.

Частый и продолжительный дождь, начавшийся скоро после нашего приѣзда, заставили насъ переночевать въ Горбицѣ, гдѣ мы нашли пріютъ въ домѣ одного казака, уѣхавшаго на Амуръ.

Въ тотъ день на Шилкѣ мы опять видѣли много воданыхъ птицъ; высоко въ воздухѣ тя-
нулись вереницы гусей, направлявшіе полетъ своей къ сѣверу. — *Nirundo domestica* и *H-
rundo riparia* уже начинала вить свои гнѣзда, *Corvus dahuricus* стаями кружились около
утесовъ, гдѣ на недосягаемыхъ высотахъ помѣщаются ихъ гнѣзда. Безпрестанно слышался
намъ крикъ кукушки.

Не смотря на дождь, мы, вооруженные ружьями, отправились похотиться, но скоро при-
нуждены были, промокши до костей и убивъ весьма мало птицъ вернуться, назадъ.

— 40 —

18-го мая. Дождя не было, но погода была насмурная и довольно холодная, когда мы въ 7¹/₂ часовъ утра пустились въ дальнейшій путь. Береговой дугъ, на котором расположено село Горбица, тянется на нѣкоторое разстояніе внизъ по рѣкѣ, составляя рѣзкій контрастъ съ высокими горами праваго берега прорѣзанными множествомъ долинъ и овраговъ. Непосредственно ниже Горбицы влываются здѣсь въ Шилку сперва Добрйнка, потомъ немного ниже, маленькій горный ручей. Ларги, коего узкое русло, защищенное отъ солнца высокими берегами, было еще покрыто льдомъ и снѣгомъ. По самому берегу ручья идетъ тропинка чрезъ горы къ Газинмуру* и Аргуни; тамошніе козаки зѣдятъ по ней эймой и лѣтомъ, но не иначе, какъ верхомъ. Лѣвый плюскій берегъ, кое-гдѣ покрытый маленькими группами десревьевъ, тянется отъ Горбицы версты на три внизъ по рѣкѣ до самого устья, вливающейся здѣсь рѣки, тогда же имени. Рѣка Горбица, или какъ ее обыкновенно называютъ малая Горбица, вытекаетъ изъ Становаго хребта и составляетъ до сихъ поръ признаваемую обѣми державами границею между Россией и Китаемъ.** На львомъ китайскомъ берегу, эта рѣкка, также, какъ и Шилка, имѣетъ у подножья высокаго, довольно крутаго и близко къ водѣ подступающего береговаго ската узкое низменное прибрежье. Немного ниже рѣки Горбицы на этомъ же самомъ прибрежьи, вливается въ Шилку маленькій горный ручей, начинающейся въ оленьи изъ глубокихъ овраговъ берегового ската; козаки называютъ этотъ ручей Богдойкой***. Здѣсь ежегодно прописывается родъ мѣновой торговли между пограничными козаками съ нѣкоторыми призѣжающими сюда русскими купцами съ одной стороны и манджурами, призѣжающими сюда для поврѣки пограничныхъ столбовъ при рѣчкѣ Горбицѣ, съ другой стороны. На эту ярмарку, которая начинается въ концѣ юля и продолжается три дня, изъ Айгуна, города на Амурѣ, манджуры призѣжаютъ на нѣсколькихъ большихъ лодкахъ, поднимаясь по рѣкѣ бивчевою; они привозятъ бумажныя и шелковыя матеріи китайскаго издѣлія, табакъ, водку, и мѣняютъ эти товары на стеклянную посуду, мыло и прочія, произведенія русской фабричной промышленности, но пренущественно на оленьи рога, (Cervus elaphus, настоящаго оленя), которые они цѣнятъ весьма дорого. За эти оленьи рога, которые какъ у русскихъ такъ и манджуровъ называются панты или панту платятъ по 30 р. сер. за штуку, а если они очень велики, то даютъ и по 60, но только въ такомъ случае, когда рога сняты въ то время, когда кровообращеніе въ нихъ еще не прекратилось и если на нихъ цѣла воююстая тонкая кожа. Я послѣ узналъ въ городѣ Айгунѣ отъ манджуровъ, что эти рога, за которые платятъ такъ дорого, не только употребляются часто какъ лекарство, но распущенные въ водѣ и принимаемые въ весьма маломъ количествѣ, составляютъ очень действительное и часто употребляемое, возбуждающее, средство. Сначаً за Богдойкой берегъ становится высокимъ и остается такимъ на довольно значительномъ протяжении; эта высокая часть берега малолѣсиста, а частью и совершенна безлѣсна; она спускается къ рѣкѣ скалистымъ, крутымъ, а мѣстами и совершенно отвѣснымъ обрыломъ и изрыла и, лицими перпендикулярно и косвенно къ рѣкѣ рытвинами, по которымъ текъ въ рѣку ручьи. Рытвины эти имѣютъ различную глубину и каждая изъ нихъ ограничена двумя плюскими бо-

* Левый притокъ Аргуни.

** Сим. Hydrographie des Russischen, Reiches Stuckenberg. 1844, II Ed. p. 791.

*** Тамошніе козаки называютъ манджуровъ и китайцевъ богдой.

— 41 —

ками, сходящимися въ русѣ ручья. Онъ явственно образовались и теперь еще образуются отъ стремленія весеннихъ потоковъ и постененнаго разрушенія каменныхъ породъ. Миновавъ рѣчки Шевачі (вливающіusa съ лѣвой стороны) и вскорѣ потомъ Шевачиканъ * и Кудиканъ, которая общі въ Шилку, одна противъ другой, съ правой и съ лѣвой стороны, мы пристали наконецъ къ устью ручья Тонтокой, вливающагося въ Шилку съ лѣвой стороны въ 45 верстахъ отъ Горбицы; здѣсь мы принуждены были высушить вещи, замоченные, дождемъ, шедшимъ на канунѣ. Въ этомъ мѣстѣ навершинахъ береговаго ската почти исключительно росли сосны, на склонахъ же ліственница, бѣлая и черная березы (Betula dahurica); кое-тѣ на мѣстахъ, покрытыхъ обломками горныхъ породъ, росли исключенные и малоросныя Sambucus racemosa и Ulmus pumila, Ribes Dikuscha, рѣдко Euphorbia Esula, Cerastium arceense и замѣтная по свопимъ свѣт.юфюлетовымъ цвѣтамъ Viola variegata. Берега Шилки и другихъ болотистыхъ рѣчекъ были окоймены ивами. Здѣсь найдено было нѣсколько уже бывшихъ въ цвѣту экземпляровъ Ranunculus auricomus, Corydalis remota, Senecio campestris, Iris Bloudowii, Carex caespitosa и C. pediformis, var. β pedunculata. Часто слышенъ былъ пронзительный свистъ маленькихъ сѣноставцевъ (Lagomys alpinus), живущихъ въ осыпяхъ береговаго ската; но рѣ, цѣ намъ удались видѣть и еще рѣже убивать этихъ маленькихъ животныхъ, потому что онѣ чрезвычайно быстро перебѣгали изъ одного убѣжища въ другое и даже выглядывали изъ норъ съ большою осторожностью.

Собираніе растеній и охота за попадавшимися здѣсь различными видами птицъ задержали насъ довольно долго; наконецъ мы пустились въ путь и вскорѣ прибыли къ двумъ впадающимъ въ Шилку сѣва ручьямъ, это были сначала Мошендаканъ, а далѣе Мошендада; противъ послѣдняго съ правой стороны вливается въ Шилку горный ручей Киргаль, текущий въ довольно узкой долинѣ. На лѣвомъ берегу Шилки отъ устья Мошендакана начинается опять плоское, заросшее деревьями прибрежье, какого мы уже давно невидали на этомъ берегу: но это прибрежье скоро за Мошендой опять замѣняется подступающимъ къ рѣкѣ болѣе иліи менѣ крутымъ береговымъ скатомъ.

На лѣвомъ берегу, мы часто встрѣчали сѣды людей и лошадей и на нѣкоторыхъ мѣстахъ даже видѣли довольно хорошо утоптаныя тропинки; по этимъ тропинкамъ ходатъ жители Горбицы, приходящіе сюда для сѣнокоса и рубки лѣса.

Въ 5 часовъ вечера, мы пристали къ лѣвому берегу у устья Желтүти, одного изъ главныхъ притоковъ Шилки, впадающихъ въ нес. сѣва; здѣсь мы рѣшились провести ночь.

Береговые скаты, почти исключительно состоящіе изъ гранита, здѣсь довольно высоки и склоны пхъ покрыты различной величины обломками того же гранита. Сейчасъ за устьемъ Желтүти, у подножья береговаго ската, тянется узкое плоское прибрежье, поросшее чернолѣсьемъ; на лугахъ этого прибрежья встрѣчались довольно часто цвѣтуніе Scorzonera austriaca, Iris uniflora и другія растенія уже, и преждевѣ попадавшіяся намъ въ цвѣту. У устья Желтүти мы поставили переметъ и уже къ вечеру поймали молодаго тайменя (Salmo fluvialis); мѣстные козаки называютъ эту рыбу тунгусскимъ именемъ калтучанъ. Въ продолженіе дня была пасмурная погода и поздо вечеромъ съ востока подулъ сильный порывистый

* «Канъ» на тунгусскомъ нарѣчии составляетъ уменьшительное окончаніе.

Пстор. отчетъ.

6

— 42 —

вѣтеръ, опрокинувшій разбитую нами на берегу палатку, въ которой мы только что расположились для ночлега.

19-го мая. Утромъ продолжалъ дуть восточный противный намъ вѣтеръ и хотя дуль съ мѣншею, чѣмъ ночью, сплой, однако былъ такъ еще силенъ, что принудилъ насъ провести все утро у устья Желтүти. Дождь, продолжавшійся еще утромъ и падавшій на окружающія высоты въ видѣ снѣга, принудилъ насъ оставаться въ палатках, которая въ тотъ день были разбиты съ большею, чѣмъ до спіхъ поръ, тщательностью. Когда дождь пересталъ, я предиринялъ экскурсію къ граничному утесу, лежащему непосредственно ниже устья Желтүти и покрытому разцвѣтили уже Papaver nudicarle, Cerastium arvense и кое-гдѣ Vicia multiflumis и Lathyrus humilis; часто встрѣчающаяся здѣсь и въ это время еще не разцвѣтавшая Atragenesibirica Dec. соvonми тонкими вѣтвами обнѣвала близрастоянія деревья. На низменностяхъ около устья Желтүти росли Alnobetula fruticosa, Spiraea sericea и въ большомъ чистѣ Xylosteum coeruleum; послѣ дня еще только начинала цвѣсти; здѣсь же собраны были Eriophorum Chamissonii и Carex Meyeriana. Съ высотъ, на которую я взобрался, глазу представляется прекрасный видъ на извивающуюся подъ ногами наблюдателя Шилку; смотря съ этихъ высотъ, кажется, что Желтуга имѣть черную, прозрачную воду, текущую довольно далеко лѣваго берега Шилки, не смывшаваясь съ мутной, въ то время отъ полуводья, водой послѣдней рѣки.

Въ 4¼ ч. вечеря наконецъ утихъ вѣтеръ; мы оставили мѣсто нашего ночлега и въ 1½ верстахъ оттуда миннованъ устья двухъ маленькихъ ручейковъ 1-го и 2-го Танбекана, вливавшихся близко одинъ послѣ другаго съ лѣвой стороны въ Шилку. Это мѣсто, изобильное рыбой, посвящается козаками изъ Горбицы и жителями другихъ окрестныхъ мѣстъ, напр. береговъ Газимура; особенно, говорятъ, водится здѣсь много калуги (A. orientalis); на берегу, возьмѣ жалкаго шалаша мы нащели оставляемыи здѣсь въ прошломъ году орудія, употребляемыя для рыбной ловли и остатки большихъ вершъ, конди ловятъ калугу. Впослѣдствіи видѣли и русскихъ рыбаковъ и мѣста, гдѣ они ночевали, легко замѣтныя по непогасшимъ еще кострамъ. Острова въ этой части Шилки встрѣчаются весьма рѣдко, ибо русло ея здѣсь на значительное протяженіе съ обьхъ сторонъ съужено высокими береговыми скатами; однако, немного нже устья Танбекана, мы встрѣтили довольно плюсій островъ, зарослый лиственницей, березой и осиной и названный Соболинымъ островомъ, хотя въ настоящее время соболи болѣе на немъ не водятся; скоро послѣ этого острова слѣдуетъ другой, названный Березовымъ островомъ. Въ этомъ мѣстѣ, какъ уже замѣчено было, правый береговый скатъ хотя и не такъ кругъ, но большею частью вышло лѣваго, который весьма кругъ, менѣе высокъ и не рѣдко отдѣленъ отъ рѣки плюскими прибрежьями, которые препмущественно встрѣчаются около устьевъ мелкихъ притоковъ. Лѣса на правомъ скатѣ обыкновенно болѣе густы, чѣмъ на лѣвомъ, и состоять большею частью изъ лиственницъ и рѣдко растущихъ обьныхъ березъ; на лѣвомъ же скатѣ, непротивъ, встрѣчастса, громѣ этихъ деревъ, много высокихъ созенъ, ростущихъ особенно на сухихъ высотахъ, но распространяющихся однако перѣдко и по плюскимъ прибрежьямъ до самой воцы. Причина этого, по всей вѣролицости заключается въ томъ, что покатости лѣваго ската, обращенные къ югу, предотвращаютъ мѣстность, пригодную для собы. Скудность растительности вообще на лѣвомъ скатѣ обнаруживается меньшее густотою лѣса на высотахъ, которые часто даже совершенно обнаружены.

Немного ниже Соболинаго острова, вливались въ Шилку одинъ за другимъ три ручья.

— 43 —

носящіе общее названіе Шайкино. По берегу втораго Шайкино, впахаюцаго въ двухъ верстахъ ниже перваго, недавно проходила дорога къ нынѣ уже несуществующимъ золотымъ цріискамъ общества Кандинскіхъ, Герасимова и Павлінова, на рѣкѣ Бухтѣ, призѣдящей къ Олекминской рѣчной системѣ. Этой дорогой пользовались только зимой, чтобы привозить изъ Горбицы необходимые запасы на промыслы, удаленные оттуда верстъ на 400. По этой зимней дорогѣ съ большимъ грузомъ нужно былоѣхать 12 дней. Льтомъ по ней неѣздили, въ это время годаѣздили верхомъ по тропинкѣ, которая начиналась отъ Шилки нижё втораго Шайкина.

На всемъ пространствѣ, которое мы проѣхали въ этотъ день мы держались болѣе лѣваго берега, къ которому нашъ плотъ былъ прибиваемъ боковымъ вѣтромъ. Высокіе, часто скалистые скаты здѣсь вездѣ были покрыты *Rhododendron dahuricum*, устяпнымъ красивыми цвѣтами. Наѣдѣ крутыми утесами часто вились въ воздухѣ гнѣздающіеся въ нихъ сокола разныхъ породъ: часто сышалась крикъ пустельги (*Falco tinnunculus*), который нельзя смѣшать съ крикомъ никакой другой иттицы.

Рѣка была покрыта разными породами утокъ и крахалей. Кулічки и желтыя трясогузки броили по берегу и ловили улитокъ и насѣкомыхъ.

Миновавъ маленькій, съ правой стороны вливающійся въ Шилку ручей Куйтунъ и слат‐дующій за нимъ ручей третье Шайкино, мы въ 8 часовъ вечера пристали къ лѣвому берегу Шилки, напротивъ устья маленькой рѣчки Шуругіча. Здѣсь между береговымъ скатомъ, и рѣкою тянется по рѣкѣ версты на три довольно широкое пюское прибрежье, большею частью болотистое и порогшее ліственными и хвойными лѣсомъ. Причина болотистаго свойства почвы заключается въ маломъ наклонѣ прибрежья къ рѣкѣ, въ желобообразныхъ и паралельно съ рѣкой лѣдущихъ углубленіяхъ почвы этого прибрежья и въ свойствѣ окружаю-пей его горной породы, гранита. На болотистыхъ низменностяхъ почва была покрыта *Betula palustris Gmelini*, которая росла вмѣстѣ съ неразцѣтшей еще тогда болотоной ивой и съ осокой разныхъ видовъ, между тѣмъ какъ край болота былъ окоймленъ *Rhododendron dahuricum*, *Ledum palustre*, *Vaccinium* и *Pyrola rotundifolia*, росшими между различными мхами. Мы здѣсь наткнулись на нѣсколько тропинокъ, протоптаныхъ кочующими орочона-ми и, можетъ быть, часто здѣсь встрѣчающімися дикими козами и кабаргами,

20-го мая. Ночью нѣсколько разъ шелъ сильный дождь и въ продолженіи цѣлаго дня тогда стояла насмурная и небо было покрыто тучами. Вскорѣ по оставленіи нами въ 8 ч. утра мѣста нашего ночлега, мы проѣхали мимо двухъ рѣчекъ, вливающихся недалеко одна отъ другой съ лѣвой стороны въ Шилку и извѣстныхъ подъ общимъ именемъ Луній; противъ послѣдней изъ нихъ, между довольно высокими береговыми утесами, съ правой стороны, въ Шилку вливается рѣка Банькова. Здѣсь на прибрежномъ лугу я увидалъ составленный изъ жердей остовъ юрты и возгѣ него дымящійся еще костеръ—знакъ, что здѣсь сегодня ночевали орочоны. Немного далѣе въ сторонѣ слышенъ былъ съ берега лай собакъ, убѣжавшихъ при нашемъ приближеніи. Какъ собаки, такъ и вывѣшенный на шестѣ кусокъ бересты часто употребляемый тунгусами для передачи другу другу различныхъ извѣстій, доказывали, что въ близи находились орочоны. По словамъ нашего проводника, въ извѣстное

— 44 —

время сюда пріъзжають козаки изъ.Аргуни, чтобы вымъинивать отъ тунгусовъ мѣха, оленьи рога, выдѣланнѣя шкуры лосей * и съверныхъ оленей, на муку и другіе жизненные припасы.

Вскорѣ мы приблизились къ Часѣовой, лѣтому притоку Шилки; немного выше этого притока и на той же сторонѣ открывается въ долину Шилки другая долина, съ весьма крутыми скатами. По этой посѣдней долинѣ идетъ конноверховая лѣтняя дорога къ Бухтинскимъ золотымъ прійскамъ, къ которымъ отсюда по этой дорогѣ можно проѣхать въ 5 дней.

Миновавъ устья двухъ рѣкъ по названію Дайкыча, а посѣь того маленькую рѣчку Аникино, мы остановились на прибrellюмъ лугу, тянущимся на три вереты и поросшимъ лиственницей и бѣлыми березами, а на мѣстахъ болѣе сухихъ и одиночными соснами. Почва въ сырыхъ лѣсистыхъ мѣстахъ была покрыта *Carex stricta* (?), *Eriophorum vaginatum*, *Vaccinium, Pyrola* и мхами, а въ мѣстахъ болѣе сухихъ во множествѣ росли часто попадавшіеся въ цвѣту *Pulsatilla vulgaris* и *Myosotis sylvestris* β. *alpestris*. Послѣ двухъ часоваго привала, во время которого мы объѣдали, мы въ 2 часа пополудни отправились дѣлѣе и проѣхали маленькую рѣчку первую Серебрянку, — лѣвшій притокъ Шилки, — прибыли къ скалистому, конусообразному береговому выступу; этотъ выступъ по словамъ ограничныхъ козаковъ, находится на половинѣ дороги между Горбицей и Усть-Стрѣлкой. За нимъ справа вливаются въ Шилку 2-я и 3-я Серебрянка, Алгачи, Горѣва, а слѣва Ляпина, Алгачканъ, Икшима и Гришкино, у которой мы пристали въ 7 часовъ вечера, слѣдавъ въ тотъ день 45 верстъ и слѣдовательно проѣхавъ отъ Горбицы 94 версты. Выше рѣки Гришкино, у подножья берегового скала, далеко тянется пюское прибрежье, поросшее около самой воды ивами и чемерухой. Здѣсь мы намѣревались пристать, но сильное течение унесло нашъ неповоротливый лютъ за устье Гришкино, за которымъ мы пристали, впрочемъ, съ большимъ трудомъ, потому что росшія у самаго берега ивы, покрытыя въ то время полюю водой, чрезвычайно затрудняли приближеніе къ берегу. Мы уже издали замѣчали подымавшійся въ этомъ мѣстѣ дымъ и нашъ проводникъ угадалъ, что здѣсь мы встрѣтимъ орочоновъ. Двйствительно, къ вечеру къ нашимъ палаткамъ явились два орочона, которыхъ мы, по причинѣ малорослости и моложавости, сначала приняли за мальчика и дѣвочку, но скоро узнали, что это была молодая чета, съ нѣкотораго времени посѣлившаяся немного выше мѣста нашей стоянки, съ родителями и другими родными и съ нѣсколькими оленями; они жили въ двухъ берегованныхъ юртахъ при рѣкѣ Гришкино, гдѣ снискивали себѣ скучное прошитаніе охотой и рыбной ловлею. Оба супруга имѣли бѣдную, сопитую изъ оленныхъ шелѣръ одежду, доходяцую до колѣнъ; ноги были одѣты въ узкіе кожанные штаны, а обувь состоялі изъ полусапожекъ, копхъ верхняя часть была стянута ремнями. Голова женичины была повязана пыткомъ и въ лѣвомъ ухѣ у нея была составленная изъ нѣсколькихъ серебряныхъ трехгольныхъ пластинокъ серѣга якутской работы. У обоихъ дининные волосы были зашитены сзади въ обывную ремнемъ косу. У орочона была за пысчами винтовка малочулька съ кремненнымъ замкомъ, а въ одной рукѣ такъ называемая пальма, большой ножъ съ дининою рукояткой, употребляемый орочонами вмѣсто топора.

На крутыхъ обрывахъ весьма близкаго къ водѣ ската росли сосны, листенницы, бѣлыя березы и кое-гдѣ осины; на отлогостяхъ попадались также въ нестромъ безпорядкомъ *Papaver*

* Онъ въ мѣновой торговли извѣстны подъ названіемъ половины.

— 45 —

nudicaule, Corydalis remota, Viola variegata и V. discuta, Mühringia lateriflora, Potentilla fragariaoides, Iris uniflora, Iris Bloudowii вмѣстѣ съ кустами Crataegus, Spiraea и Rubus Idaeus. Между этими растеніями порхали разшічные виды Emberiza, какъ на прим. E. spodocephala, E. pithiornus и E. aureola; мы добыли нѣкоторыхъ изъ нихъ. Подъ камнями, у подножья ската, мы нашли богатую добычу насѣкомыхъ, павковъ и тысяченожекъ, между которыми попались и нѣкоторые новые виды.

Г. Зан,дгагенъ, страстный охотнихъ и ревностный собиратель, между прочими интересными естественно-историческими предметами принесъ прекраснаго орла (Aquila naevia); онъ долго гонялся за этой птицей, пока наконецъ убилъ ея, и во время этаго преслѣдования чеднокъ, на которомъ онъ ъхалъ, такъ далеко былъ отнесенъ течениемъ, что онъ долго боролся съ течениемъ, покуда, наконецъ, изнемогая отъ усталости, принылъ къ мѣсту нашего ночлега. Сейчасъ послѣ захожденія солнца и въ продолженіе цѣлой ночи, мы вблизи нашей палатки, въ кустахъ, слышали странный, похожій на стукъ, гоłось какой-то итицы; оказалось, что это былъ козодой, котораго зѣшніе русскіе весьма мѣтко называютъ кузнецомъ, а тунгусы — джебджакўнъ, что тоже значить кузнецъ.

Во время своего путешествія я рѣдко встрѣчался съ орочонами и не живалъ между ними долго, по этому свѣдѣнія мои объ этомъ племени далеко не полны. Тѣмь не менѣе, я считаю не безполезнымъ подѣлиться здѣсь съ читателями тѣмъ, чтò мнѣ удалось узнать объ этомъ народѣ.

Народъ этотъ, живущій здѣсь и при верхнемъ Амурѣ и извѣстный русскимъ подъ именемъ орочоновъ, принадлежитъ къ общарному и въ восточной Азіи весьма распространенному тунгусскому племени. Проположеніе слова орочонъ, также мало приведено въ ласность какъ и названіе тунгусъ, хотя насчетъ того и другаго и высказано много предположеній * Иль-которые производятъ названіе тунгусъ отъ тунгусскаго слова «донке», что будто бы означаетъ народъ. Я не раздѣляю этого мнѣнія, потому что ни когда не слыхалъ слова донке, напротивъ, того, для выраженія понятія «народъ» у большей части тунгусовъ употребляется слово быль, а у забаікальскихъ тунгусовъ также тэгэ **.

Георги утверждаетъ, что слово тунгусъ непозвѣсто, какъ самимъ тунгусамъ, такъ и собѣднимъ монголамъ, и что они сами себя называютъ бойе (правильѣе бойя), т. е. человѣкъ. Это мнѣніе Георги можетъ быть и справедливо относительно забаікальскихъ тунгусовъ, которыхъ почти всѣхъ русскіе называютъ орочонами, — большая же часть тунгусовъ Восточной Сибири, которыхъ я самъ имѣлъ случай видѣть, не только у русскихъ извѣстны подъ именемъ тунгусовъ, но и сами себѣ, по крайней мѣрѣ теперь называютъ тунгусами.

Отецъ Якинфъ *** говорить, что названіе «тунгусъ» происходитъ отъ слова «дунгусъ» чтò значитъ свинья, и что это названіе дано имъ рускими, потому что это животное играетъ важную роль въ шаманскихъ обрядахъ тунгусскаго народа; но это предположеніе мнѣ тоже кажется совершенно неосновательнымъ уже и потому, что можетъ относиться только къ манджурамъ или тунгусамъ нижняго Амура; къ тунгусскимъ же племенамъ другихъ частей Си-

* Ritter III. 405.

** *Castrén Tungus. Sprachl. p. 87.*

*** «Описание Кт. Им.», II ст. 4.

— 46 —

бпри вовсе не прилагается, ибо эти илемена при шаманскихъ своихъ обрядахъ не употребляютъ свиней и многія изъ нихъ даже не знаютъ этого животнаго.

Большую часть тунгусовъ Восточной Сибири русскіе называютъ тунгусами и длишъ нѣкоторымъ племенамъ забайкальскімъ даютъ названіе орочоновъ. Такъ называется именно небольшое число тунгусовъ, кочующихъ на китайской (въ настоящее время уже русской) землѣ, но платящихъ дань Россіи. Происхожденіе слова орочонъ, съ достовѣрностію опредѣлить трудно, хотя его производятъ вообще отъ слова оронъ (олень) предполагая, что слово орочонъ значитъ владѣтель оленей * Здѣсь я долженъ замѣтить, что большая часть тунгусовъ, владѣющихъ оленями, не называются орочонами; между тѣмъ какъ есть, другіе тунгусы, напр. живущіе у Татарскаго пролива, которые даже пезнаютъ употребленія этого животнаго, одинъ себя называютъ орочи Во всякомъ случаѣ, миѣ кажется, что названіе орочонъ дано имъ не русскими, а происходитъ изъ Китая, гдѣ народъ этотъ еще съ давнихъ временъ извѣстны подъ племенъ орочанъ ** и э-лунъ-чунь ***.

За два столѣтія, эти обитатели theseовъ были повлѣвлены владычествовавшему здѣсь князю. Йавкай и его братьямъ. Города этихъ князей состояли изъ маленькихъ, деревянными ограждами и рвами окръеженныхъ домиковъ съ булажными окнами. Такъ ихъ описываетъ Хабаровъ, который видѣлъ ихъ въ 1630 году. Хабаровъ унοмнинаетъ многонихъ такихъ городкахъ, кромѣ тѣхъ, въ которыхъ жили Йавкай и его братья; всѣ эти городки были расположены по Амуру частью выше, частью ниже нынѣшняго Айбазинна, на мѣстѣ котораго такъ же былъ одинъ изъ такихъ городковъ. Живущіе здѣсь въ теперешнее время орочоны и манягры (о которыхъ будетъ упомянуто ниже) суть потомки прежнихъ жителей этихъ городковъ, которые вѣроятно были раззорены русскими, потому что о нихъ послѣ Хабарова нигдѣ не упоминается.

Оленный тунгус легко отличается отъ прочихъ своихъ единоплеменниковъ въ особенности сухимъ тѣю.лющеніемъ. Отличить оленныхъ тунгусовъ по чертамъ лица, гораздо труднѣе и во многихъ случаях совершенно не возможно. Голова у нихъ круглая и у мужчинъ покрыта большей частью черными, длинными, всключенными и падающими до плечь волосами, рѣдко коротко обстриженными или длинными, но заплетенными въ косу. Иlicо отличается смутлымъ цвѣтомъ и болѣе или менѣе выглянимися скулами. Между этими орочонами миѣ не случалось видѣть татуированныхъ лицъ, хотя еще это въ обычахъ у другихъ оленныхъ тунгусовъ, живущихъ при Енисеѣ и правыхъ его притокахъ. Глаза ихъ маленькие, цвѣта темнокоричневаго и чернаго, съ рѣдкими бровями; лобъ низкій, посѣ большего частію маленький и илоскій, ротъ средней величины. Они большего частію не падаютъ бороды; мало случается видѣть орочоновъ даже съ рѣдкими волосами на подбородкѣ. Орочоны роста вое малаго, хотя между ними и встрѣчаются иные люди средняго роста, съ весьма крѣпкимъ тѣю.лющеніемъ. Особенно бросаются въ глаза тонкія ихъ конечности. Языкъ орочоновъ—тотъ самый, который употребляется и у тунгусовъ живущихъ, на отдаленномъ съверѣ, около. Лены, Оленека и Анабара; вирочемъ, въ языкъ орочоновъ встрѣчаются слова запм-

* Ritter IV. 444.

** Тать же.

*** Отецъ йакуша, III 217.

— 47 —

ствованныя изъ русскаго и манджурскаго, какъ какъ орочоны имѣютъ сношенія съ русскими и манджурами; напротивъ, въ языкѣ тунгусовъ живунцами на отдаленномъ съверѣ, около вышепоименованныхъ рѣкъ, попадаются якутскія слова. Что особенно странно при сличеніи того и другаго нарѣчія, это—удареніе, которое у съверныхъ тунгусовъ бываетъ на предшествіи, а у здѣшнихъ, большейю частію на послѣднемъ сlogъ.

Добродушіе и чистосердечіе суть отличительныя черты этихъ обитателей лѣсовъ, но добродѣтели эти уже ослабѣли и можетъ быть еще бѣлѣе ослабѣютъ отъ вінами съ одной стороны аргунскихъ козаковъ, отъ которыхъ орочоны не рѣдко терпятъ угнѣтенія, а съ другой стороны—якутовъ. Орочоны въ особенности отшпаются честностью и услуживостью и почти утвержденно можно сказать, что воровство у нихъ незвѣстно. Нерѣдко случается, что орочонъ, оставивъ въ лѣсу часть своего имущества или провизіи, удаляется на сотни верстъ отъ этого мѣста, съ увѣренностью, что все останется въ цѣлости. Дѣла, касающіяся до всего шлемени орочоновъ, какъ наприм. тяжбы между ними, рѣшаются старшиной, выбраннымъ изъ ихъ среды и обыкновенно имѣющимъ титуль кназя. Старшинъ же предоставлено собраніе леса, который состоялъ въ прежнее время изъ соболей, а теперь изъ бѣличихъ шкуровъ; старшина также долженъ заботиться о томъ, чтобы эти подати къ назначенному времени были доставляемы въ Горбину.

Склонность къ благотворительности у этого народа доказывается вспомощиваніями, которые богатый орочонъ оказываетъ бѣднѣйшему своему единоплеменности, давая ему на время оленей, чѣмъ часто выручаетъ бѣдняка изъ крайности.

Какъ скоро Амуръ освобождается отъ лѣа, то на берега его являются орочоны для рыбной ловли, стараясь каждый годъ располагаться на однихъ и тѣхъ же мѣстахъ. Зимой, они отсюда удаляются къ источникамъ притоковъ Амура и тамъ занимаются премущественно охотой. Ильые притоки Амура: Невирь и Олой, чаще всего ими посѣщаются; у послѣдней рѣки, ежегодно въ декабрѣ мѣсяцѣ, собищаются со всѣхъ сторонъ орочоны для мѣновой торговли (больджоръ) съ прізважающими туда русскими съ р. Аргуні. Изъ правыхъ притоковъ, рѣка Эмыръ (Албазиха) посѣщается чаще ц處тихъ по причинѣ большаго около нея количества бѣлокъ. Изъ сказанного видно, что орочоны встрѣчаются по объимъ сторонамъ Амура, а не только на лѣвомъ берегу, какъ это говорить отецъ Иакинфъ *. Нѣкоторые орочоны забирая, съ собой свои семейства и имущество, предпринимаютъ и бѣлѣ далекія путешествія къ Зеѣ, г.ѣ они сходятся съ приходящими тудаже якутами, а иногда даже перебираются чрезъ горы и доходять до притоковъ. Лены. На верхнемъ Амурѣ я встрѣчалъ даже орочоновъ бывавшихъ въ Удскомъ острогѣ и въ Якутскѣ, отъ чего многіе изъ нихъ знали по якутскі. Изъ всего вышесказанного видно, что орочоны принадлежатъ не къ кочующимъ, но къ бродячимъ менамъ Сибири.

Семейства, всѣдѣствѣ какаго нибудь несчастія лишились всѣхъ или почти всѣхъ своихъ оленей, принуждены бываютъ отказаться отъ бродячей жизни, если не на цѣлый годъ, то на довольно продолжительное время, поселяются близь русскихъ селеній, какъ наприм. около Усть-Стрѣлки. Здѣсь они снискиваютъ себѣ скудны средства къ жизни или занимаясь охотой за пушными звѣрями или работая по немногу на козаковъ. Нищета, а бѣлѣ безлечность

* Иакинфъ. II ст. 1.

— 48 —

этихъ орочонъ, заботящихся только о настоящемъ дѣ, причной, что они разъ задолжавши русскимъ обыкновенно не разечитываются порядочно и дѣ лая постоянно новые долги, никогда не выходить изъ положенія должниковъ.

Покуда рѣка не покрыта льдомъ, рыбная ловля составляетъ, какъ уже было замѣчено, главное занятіе орочоновъ. При этой ловлѣ, они почти всѣ употребляютъ снарядъ общеупотребительный во всей прочей Сибири, равно какъ и на большихъ рѣкахъ въ Европейской России, и которой орочоны безъ сомнѣнія переняли отъ аргунскихъ козаковъ. Объ этомъ снарядъ (умыкă), такъ часто описываемомъ путешественниками, я скажу только нѣ сколько словъ. Онъ состоитъ изъ веревки до 30 и болѣ саженей длиною, сплетенной изъ конскаго волоса (крипкійна); къ этой веревкѣ придѣланы на разстояніи 1¹/₂ аришина одна отъ другой тонкія бичевки (пого, дико), съ привязанными къ нимъ крючками (умыкӑунъ), къ которыя привязаны поплавки изъ сосновой коры (балбирка). Къ одному концу этого снаряда привязываютъ дѣ бичевы; одна на концѣ имѣтъ камень, а другая большой поплавкѣ для указанія мѣста снаряда. На глубокихъ мѣстахъ этотъ конецъ бросаютъ въ воду, чрезъ что весь снарядъ, увѣリченный тесніемъ, принмаетъ положеніе, параллельное поверхности воды, а прикрѣпленные къ нему крючки получаютъ немного паколное положеніе, отчего рыба, идя противъ теченія, легко на нихъ натыкается. Что бы вытанить пойманную рыбу, часто очень крупную, употребляютъ палку съ крючкомъ (дыгӑ). Описаннымъ снарядомъ обыкновенно ловятъ рыбу до конца юня; онъ въ особенности годенъ для ловли осетровъ и калуги. Эту послѣднюю иногда бываютъ острогой, но объ этомъ способѣ, болѣе обыкновенномъ у манягровъ, будетъ говорено въ своемъ мѣстѣ. Прочіе роды рыбъ, особенно желѣзны (Salmo fluviatilis — таймень), саккасунъ (Cyprinus lacustris — чебакъ), сугдěнна (Salmo lenoc — ленокъ), пундӳ (Cyprinus Phoxinus — гальянъ), сюбу (Cyprinus leptocephalus — красноперъ), мєрго (Cyprinus Carpio — сазанъ), хутӳ (Salmo lavaretus — синъ), и проч. ловятся сѣтями, которыя орочоны достаютъ готовыми отъ аргунскихъ козаковъ, ини сами и петутъ изъ конскаго волоса. Маленькая сѣть (адйль), длиною 5—10 саженей, съ петлями отъ 1 — 1¹/₂ вер. въ каждой сторонѣ, употребляется для ловли всѣхъ породъ мелкихъ рыбъ и обыкновенно элкидывается въ типихъ заливахъ и ишъ въ устьяхъ маленькихъ рѣчекъ. Другая, большая сѣть (алгӑ) есть неводъ, большюю частью употребляемый орочонами лѣтомъ и въ позднюю осень. Длина его до 20 и болѣе саженей, а петли имѣютъ отъ 2¹/₂ до 3 вершк, въ сторонѣ; ловля мордами также извѣстна; впрочемъ, этимъ снарядомъ никогда не ловятъ рыбы въ самомъ Амурѣ, а только въ маленькихъ его притокахъ. Для этого, чрезъ всю рѣку устраиваютъ родъ петля, въ которомъ находятся нѣ сколько отверстій, въ которыя и вставляютъ моры. Въ то время, когда рыба большими массами идетъ притянуть теченія, ловля мордами дастъ чрезвычайно хорошій уловъ; однакожъ количество пойманной рыбы рѣко достаточно, чтобы слу- жить запасомъ на зиму и можетъ только прокормить семейства во время самой ловли.

Орочоны чанце другихъ лодокъ употребляютъ такъ называемыя берестяни; дюки эти, длиною въ двѣ сажени, называются дкау или дзау. Устройство этихъ лодокъ орочоновъ такое же, какъ и у другихъ оленныхъ тунгусовъ Восточной Сибири. Берестянка состоитъ изъ легкаго деревянаго остова, покрытаго спаружи спитыми одинъ съ другимъ кусками бересты: мѣста, гдѣ наложены одинъ на другой куски бересты, замазываются семочь. На этихъ легкихъ и слѣдовательно чрезвычайно поворотливыхъ лодкахъ, ловкіе орочоны съ

— 49 —

большою легкостію подвигаются впредь противъ сильнѣйшаго теченія, грѣба однимъ вес-
ломъ, которое представляетъ длинный шестъ съ лохатообразными концами; въ этой лодкѣ,
въ которой рѣко помѣщается болѣе одного человѣка, орочонъ сидитъ посерединъ съ под-
жатыми подъ себя ногами, на кускѣ коры. Иногда у орочоновъ встрѣчаются также лодки, уно-
требляемыя преимущественно шилки скими и аргунскими козаками и называются батами;
каждый такой батъ состоитъ изъ одного выдолбленнаго бревна; эти баты вымѣшивается
орочонами отъ русскихъ. Изъ огнестрѣльного оружія, орочоны употребляютъ маленькія вин-
товки, которые они достаютъ большою частію у козаговъ. Этимъ оружіемъ, извѣстнымъ въ
Сибири вообще подъ названіемъ малопульки, орочоны стрѣляютъ бѣлкѣ, оленей и даже
медвѣдей. Винтовки большаго калибра рѣдко встрѣчаются. Лукъ и стрѣлы попадаются
весьма рѣдко и употребляются лишь въ крайнихъ следаяхъ, когда запасъ пероха и свин-
ца истощится; иногда, впрочемъ, это оружіе встрѣчается у дѣтей, которые изъ него
стрѣлать въ цѣль. Кромѣ винтовки, орочонами употребляется еще копье (гй.ла), состоящіе изъ
длиннаго шеста, на концѣ которого прикрѣпленъ широкій ножъ, называемый пальмой. Это
оружіе орочонъ употребляетъ, когда нападаетъ на медвѣдя въ его берлогѣ, или когда мед-
вѣдѣ, раненныі выстрѣломъ, вступаетъ съ нимъ въ бой. Медвѣдъ силою своею всегда вну-
шаетъ орочону какою-то сусевѣрный страхъ. Никогда онъ его не называетъ настоящимъ име-
немъ и для обозначенія его употребляетъ, и то рѣдко, названія: куті, абай, няннякѣ.

Хотя настоящая охота у орочоновъ начинается лишь тогда, когда замерзнетъ Амуръ, нѣко-
торые начинаютъ ее ранѣе, чтобы охотиться за дикими козами и кабаргами, которыхъ очень
легко приманивать въ августъ и сентябрѣ, потому что онѣ въ это время бѣгаются. Для при-
манки этихъ животныхъ употребляется особенный снарядъ (нечавунъ), совершенно одинако-
вый для козы и для кабарги. Онъ состоитъ изъ трех-угольнаго, перегнутаго пополамъ ку-
сочка бересты. Положивъ этотъ снарядъ подъ языкъ, охотникъ очень искусно подражаетъ
голюсу самца и самки. Какъ скоро прекращается рыбная ловля, сейчасъ приступаютъ къ
заготовленію засѣкъ (по тунгуски томбукъ), для ловли лосей, оленей и дикихъ козъ. Когда
засѣки прошлиаго года сохранились, то ихъ только поправляютъ, а новыхъ не строять; засѣки
обыкновенно дѣгаются между двумя параллельно текущими рѣчками изъ срубленныхъ деревъ
и кустарниковъ; каждая засѣка представляетъ родъ ограды, которая идетъ отъ одной рѣчки до
другой и такимъ образомъ преграждаетъ путь идущимъ между двумя рѣками звѣрямъ. Въ
засѣкахъ, наенныхъ 20 — 30 саженяхъ, оставляется проходъ; въ этихъ проходахъ помѣ-
щаются самострѣлы.

Главная промышленность орочоновъ заключается въ охотѣ за бѣлками, которая имъ даетъ
средства запасаться на цѣлый годъ порошомъ и свинцомъ, удовлетворять другимъ неза-
тѣйшымъ своимъ потребностямъ и удачивать ежегодный лакъ. Эта охота начинается въ
послѣднихъ числахъ октября и продолжается весь ноябрь до начала декабря, когда болѣе или
менѣе глубокій сныгъ и морозы дѣлаютъ ее невозможною. Орочонъ отправляется на охоту
или одинъ или съ товарищемъ и далеко уходитъ отъ покинутаго имъ на время семейства, къ
которому онъ возбуждается лишь по окончаніи охоты.

Такъ какъ здѣшніе орочоны вообще имѣютъ мало оленей и пользуются ими болѣе какъ
вьючными животными, то употребляютъ ихъ въ пищу только въ крайнихъ случаяхъ: во

Псевдо. Onketh.

7

— 50 —

время большаго голода, при праздествамъ, похоронахъ и при совершеніи шаманскихъ об-
рядовъ. Главною пищею для нихъ служатъ лоси, олени, дикія козы и кабарги. Мѣдѣдей,
которые часто попадаются имъ въ руки, они дѣятъ такъ же охотно, совершая предъ употребленіемъ этой пищи смѣшные обряды. Они такъ же стараются оставлять въ цѣлости черепѣ
этого животнаго, который послѣ трапезы тщательно связываютъ берестой и вѣшаютъ на
какомъ нибудь деревѣ, въ жертву злому духу. Въ выборѣ пищи орочоны вообще не брюз-
гливы и часто употребляютъ мясо павшихъ отъ болѣзней животныхъ; однакожь мнѣ не слу-
чалось видѣть, чтобы они, особенно тѣ изъ нихъ, которые часто пмѣли сношенія съ русскими,
когда либо тѣ ли мясо липицъ, волковъ или хорьковъ, чтò часто дѣлаютъ ихъ сөсөди ма-
нягры. Иѣтомъ орочоны большею частію нитаются рыбой и между служащими имъ пищею
рыбами, калуга и друг. осетровыя породы занимаютъ первое мѣсто. Изъ царства раститель-
наго, они употребляютъ ягоды, встрѣчающіяся въ тѣхъ мѣстахъ, какъ-то: брусику (хилмик-
та), смородину (турйди), землянику (ннялукта), рябину (нол.пикта) и черемуху (ингобиз-
кура); послѣднюю они сушать и сберегаютъ на зиму. Кромѣ ягодъ, они употребляютъ въ
пищу еще какія-то травы, которые мѣ попадались только въ сушеномъ видѣ, отчего я не
могъ опредѣлить, къ какому виду растеній онъ относились. Они также охотно дѣдатъ довольно
часто попадающійся въ этихъ странахъ одинъ видъ лука, называемый у нихъ сонейна. Ра-
стущихъ у нихъ разныхъ видовъ грибовъ въ пищу не употребляютъ. Иногда орочоны вымѣ-
ниваютъ муку и масло у аргунскихъ козаковъ и у якутовъ; муку употребляютъ, какъ при-
праву къ мясной похлебкѣ, а также смѣшавъ ее съ водой дѣлаютъ родъ тѣста, изъ котораго
пекутъ хлѣбъ въ горячей золѣ.

Одежда у мужчинъ и женщинъ почти одинакова; она состоитъ изъ верхняго платья, дохо-
дащаго до колѣнъ, а у женщинъ спускающагося обыкновенно ниже. Иѣтняя одежда дѣлается изъ
очиценной отъ щерсти очень тонкой и мягкой кожи съверныхъ оленей или дикихъ козъ; зим-
ная, изъ шкуръ тѣхъ же самыхъ животныхъ, но съ щерстью, обращенною иногда внутрь, ино-
гда наружу. Какъ мужчины, такъ и женщины носятъ родъ очень короткихъ штановъ, доходя-
щихъ внизу до половины ляшекъ; отъ этихъ штановъ спускается по каждой ногѣ, до половины
голени, родъ очень узкаго голенища, прикрѣпленнаго къ штанамъ узенькими ремешками.
Иѣтняя обувь состоитъ изъ короткихъ полусапожекъ съ голенищами не много выше лодыжки,
стянутыхъ ремнями. Зимой носятъ линные сапоги, ешитые изъ кожи ногъ съвернаго или
настоящаго оленя, обращенной мѣхомъ наружу. Иногда встрѣчаются отступленія отъ народ-
наго костюма, чтò происходить отъ сношеній орочонъ съ русскими и частью съ якутами.
Иногда случается видѣть богатыхъ орочонъ въ русской шапкѣ или рубахъ, а женскія
украшенія, какъ-то: серги, колцы и проч. бываютъ большею частію якутекаго издѣлія.

Религія орочоновъ, какъ и многихъ другихъ живущихъ въ Сибри дикарей—шаманская,
получившая название это отъ того, что обряды ея совершаются шаманами. Она основана на
вѣрованіи въ добрыхъ и злыхъ духовъ; послѣднимъ приносятъ въ жертву куски оленей,
шкуры или какія нибудь пестрыя тряпицы; такого рода жертвы часто попадаются на пере-
кресткахъ дорогъ; онъ висятъ или на деревьяхъ или на нарочно для этого натянутыхъ ве-
ревкахъ. По окончаніи какого нибудь пиршества также приносятъ въ жертву рога и кости,
особенно лопатки съѣденнаго животнаго. Божества у орочоновъ обыкновенно вывѣшены
на маленькихъ жердяхъ за каждой юртой и тщательно завернуты въ бересту; орочоны

— 51 —

какъ и монголы называютъ эти божества «бурханъ». Между орочопами, которымъ уже слу-
чалось бывать въ Олекминскъ, Якутскъ, Горбшѣ и въ Усть-Стрѣлѣ, попадаются и креще-
ные; впрочемъ, эти христиане, несмотря на свою новую вѣру, обыкновенно продолжаютъ при-
нимать участіе въ шаманскихъ обрядахъ.

21-го мая. Къ 7 часамъ утра, сильный туманъ разсѣялся и ясное небо обѣщало неко-
нецъ опять хорошую погоду. Передъ самымъ нашимъ отъѣздомъ, къ намъ опять явлись
вчерашніе наши орочоны, съ своимъ отцомъ и двумя младшими братьями мужа и въ свою
очередь подарили намъ двѣ рыбы; обычай этотъ по возможности соблюдается какъ у тунгү-
совъ, такъ и у всѣхъ другихъ здѣшнихъ дикарей. Псхудалыя лапа и бѣдная олежда пришед-
шихъ къ намъ тунгусовъ ясно выказывали ихъ нищету и сильный голоў, который они, по
ихъ словамъ, тогда терпѣли. Старый орочонъ, знавшій, комрѣ своего природнаго языка, еще и
по якутски и немногоъ по русски, могъ съ нами разговаривать. Онъ вошелъ въ нашу палат-
ку и привѣтствовавъ насъ восклицаніемъ: «одинъ народъ, одинъ царь», и потомъ разсказалъ
намъ, что онъ и все семейство его крещены и суть въ рѣноподанные недавно вступившаго на
црестолъ молодаго царя. Получивъ отъ насъ достаточное количество пороху и свинцу, пред-
метовъ, напобѣше цѣнныхъ этими сынами лѣсовъ, они весело возвратились къ своимъ
юртамъ.

Въ 7¹/₂ часовъ утра мы отправились въ дальнѣйшій путь и скоро миновали обѣ въ
Шилку вмѣщающіяся рѣчки, первую и недалеко за ней вторую Ангаи. Около устья Ангаи, у
ската лѣваго берега, на верхушкѣ высокой засохшей лиственницы, мы увидали большое
гнѣздо съ сидящей на яйцахъ скопою (Pandion haliaetos); это обстоятельство заставило насъ
какъ можно скорѣе пристать къ берегу немногоъ ниже этого дерева у устья второй Ангаи.
Занѣггенъ, вмѣстѣ съ козакомъ, отправились къ гнѣзду, но такъ какъ нельзя было влѣсть
на дерево, то они его срубили и достали пробывшее нѣсколько времени подъ насъ, дкой яйцо,
которое при паденіи дерева было разбито: самой птицы имъ убить не удалось. Между тѣмъ
намъ удались застрѣить нѣсколькихъ стренатокъ, Pyrhhula rosea и Sylvia proregulus, на
прибрежьяхъ, окойменномъ деревьями, но тщетно нѣсколько разъ стрѣляли мы по Lagomys,
бѣгавшимъ по осынямъ берегового ската. На этомъ самомъ прибрежьяхъ мы наткнулись на
землянку, вырытую отчасти въ песчаномъ обрыпѣ; въ ней провели зиму русские промыш-
ленники. Ниже этой землянки мы подъѣхали къ устью маленькой рѣчки Никиткино, лѣваго
притока Шилки; здѣсь, правый, противоположный этой рѣчкѣ берегъ довольно высокъ и
лѣвистъ, а береговые скаты въ нѣкоторыхъ мѣстахъ прорѣзаны глубокими оврагами. Въ
этихъ оврагахъ было еще довольно много снѣгу и лѣду, черезъ который пынящіеся ручейки
съ шумомъ бѣжали въ Шилку. Отъ устья Никиткино, внизъ по теченію Шилки, довольно
далеко тяется лѣвистое низменное прибрежье; на немъ мы видѣли одинокую гробницу
какого-то орочона; она состояла изъ четырехъ-угольнаго домика, покрывавшаго, какъ у
якутовъ, то мѣсто, гдѣ лежитъ покойникъ. Около этой могилы нигдѣ не было видно слѣдовъ
прежнихъ юртъ, ибо орочоны сейчасъ послѣ похоронъ покидаютъ то мѣсто, гдѣ похороненъ
какой либо членъ ихъ семейства и никогда бо лѣе тамъ не поселяются. За Джальдой, ма-
ленькимъ притокомъ Шилки, котораго мы достигли къ полудню, лѣвый береговой скатъ по-
степенно становится выше и образуетъ часто обнаженные обрызы, верхи которыхъ покрыты
хвойнымъ лѣсомъ. Здѣсь, на правомъ скатѣ, на котором до сихъ поръ преобладали листвен-

— 52 —

ницы, кое-гдѣ перемшаныя ся бълыми березами, начинаю появляться въ большемъ чи-
сѣ сосны, до этого мѣста попадавшія почти исключительно на лѣвомъ берегу. Однаколь,
на правомъ скатѣ, сосна попадалась только на сухомъ и каменистомъ грѣбнѣ или на выступахъ,
имѣющихъ такого же свойства ночью; нигдѣ она не доходитъ до дна долины, какъ
это часто случалось на лѣвомъ берегу. На довольно значительномъ пространствѣ долины
Шилки, гдѣ до сихъ поръ не было острововъ, непосредственно выше Дажалѣды, находится
островъ, заросший ивами и черемухой.

Около полудня, при сильномъ соленомъ жарѣ, мы достигли мѣста, гдѣ Шилка образуетъ
дугу, обраценную выдающеюся стороною къ югу. У самаго начала этого колѣна, съ лѣвой
стороны, впивается маленький горный потокъ, названный тамошними козаками Перевальная,
потому что чрезъ него здоймъ проходитъ дорога, и луцкая чрезъ горы отъ начала этого изгиба
Шилки къ концу его; по словамъ нашего проводника, длина этого пути не болѣе 6 верстъ,
между тѣмъ какъ дуга тянется на 15 верстъ, отъ начала до устья, Дабана, ручья, впивающагося
съ лѣвой стороны въ Шилку, у нижнейго конца дуги. Немного ниже Перевальной, мы достигли
устья маленькаго текущаго между крутыми утесами горнаго ручья Бонцикова, впивающагося
въ Шилку съ правой стороны (см. ландшафты 2). По этимъ сторонамъ устья
этого ручья, береговые скаты образуютъ крутые, обнаженные и чрезвычайно живописные
выступы, копхъ темные утесы составляютъ красивую противоположность съ окружающейся
зеленью. Разсказываютъ, будто этотъ горный ручей получить свое названіе отъ какого-то
давно жившаго разбойника Бонцикова, который жилъ здѣсь и грабілъ проѣзжающихъ
промышленниковъ, пока у самъ наконецъ не попался въ руки козаковъ. Немного ниже этого
ручья, вшивается въ Шилку второе Бонциково, за которымъ сѣдуетъ рѣчка Дажелінѣда,
образующаяся изъ сливанія двухъ ручьевъ. По берегу ея здѣсь идетъ конноверховая дорога къ
лежащимъ на Аргуніи двумъ козачьимъ караульнымъ постамъ. Эта дорога раздѣляется лагѣе
на двѣ вѣтви: одна ведетъ по берегу лѣваго ручья къ Жегедачинскому посту; другая, по берегу праваго, къ Тыгымырскому. Все протяженіе помянутой дуги, у которойъ правый скатъ большего частію состоитъ изъ отвѣтныхъ обнаженныхъ утесовъ, копхъ верхи покрыты сознами, мы проѣхали очень скоро по причинѣ большой быстроты, особенно у подножья высокаго праваго ската. Въ 5 часовъ мы достигли долины уже у помянутой рѣчки Дабанъ, и хотя еще было довольно рано, пристали къ берегу, чтобы переночевать. Лѣвое прибрежье Дабана у его устья шире праваго и поросло лиственницей, серникомъ и ольхоніи, а на болѣе сухихъ мѣстахъ также *Betula alba* и *Populus tremula*; на береговыхъ же скатахъ, кромѣ того, попадается и сосна. У подножья одного крутаго утеса, стоящаго не-кного ниже устья р. Дабана, на пещаной почвѣ, часто росли *Cerastium arvense*, *Polygonium officinale*, *Plecostigma panceiflorum*, *Melica Gmelini* и различные виды осеки, особенно *Carex pediformis var.* из самой же утеса и особенно къ телпетыхъ оправахъ кое гдѣ росли *Aquilegia atropurpurea*, *Viola dactyloides*, *Spiraea alpina*, а въ целяхъ и трещинахъ *Juniperus davarica*, папоротники и *Selaginella sanguinolenta*.

На росшей около воды черемухѣ (Prunus padus), большейю частно еще не вицно было
распутившихся цвѣтовъ; только на тѣхъ вѣткахъ и кустахъ, которые находились очень
блзко отъ нагрѣваемой солицемъ покровности утеса, были распутившаяся цвѣты. У устья
Дабана, мы исколько разъ забрѣсивали сѣть, по ничего не поймали, зато на удочку часто

— 53 —

попадались чебакъ (*Cyprinus lacustris*), галянъ (*Cyprinus Phoxinus*) и пескарь (*Cyprinus Gobio*). Въ сүмеркі окою нашихъ палатокъ часто кружились летучія мыші; намъ удались убить нѣкоторыхъ: это были *Vespertilio borealis*, *Nilss*.

22-го мая. Уже наканунѣ небо обложилось сѣрыми тучами и съ самаго раннаго утра пошелъ дождь. Въ 9 часовъ утра, когда дождь нѣ сколько уменьшился, мы отправились въ путь, и тогда только замѣтили, что мы провели ночь у одного изъ мѣстъ, въ которыхъ вода имѣлась обратное теченіе; такія части рѣки у мѣстныхъ козаковъ называются «улова». Это странное явленіе можно объяснить тѣмъ, что въ уловахъ значительно возвышенныя части лна круто спускаются въ утрубленія. Нашъ огромный плотъ, попавъ въ улову, сдѣлалъ нѣсКОЛЬКО оборотовъ, прежде, чѣмъ мы, усердно работая веслами, вышли изъ водоворота и поплыли опять по теченію.

Мы скоро достигли устья маленькой рѣчки втораго Дабана, внывающейсѣ въ Шилку съ той же стороны, какъ и первый. На обоихъ берегахъ бока береговыхъ скатовъ были не такъ круты, какъ до сихъ поръ, и нигдѣ не было видно облакеній. На вершинахъ высотъ праваго берега, часто опять попадались сосны, но большее частью здѣсь преобладала лиственница, въ противоположность лѣвомъ берегу, на которомъ преобладалъ сосновый лѣсъ, покрывавшій береговой скатъ и даже самое прибрежье; вирочемъ, мѣстами попадаются на лѣвомъ берегу лиственница и бѣлая береза. Здѣсь мы встрѣтили трехъ козаковъ на выдолбленномъ изъ древесного ствола, чрезвычайно качкомъ челинокъ, который называется у мѣстныхъ жителей батомъ; они тихо и съ большимъ трудомъ пыли противъ теченія не на веслахъ а упираясь въ дно шестами. Они ёхали изъ Усть-Стрѣлки въ Шиллингскій заводъ, откуда дольки были со)||}о||р||о||вождать, въ качествѣ вожатыхъ, от управляемую на Амуръ военную эспиедицію.

За этимъ мѣстомъ мы миновали 1-ю и 2-ю рѣчки: Хулуджиканъ, 1-ю и 2-ю Джиткана и наконецъ 1-ю и 2-ю Джитгія; рѣчки одного названія весьма скоро сѣдятуютъ ожда за другой: всѣ они вlingerются въ Шилку съ левой стороны. Напротивъ 2-й Джитгія видѣлъ на правомъ берегу устье Сонгины, получившей свое названіе отъ вида лука (*Allium*), часто попадающагося по берегамъ ея на ютесахъ. Названіе это тунгускаго пропsjходенія и тамошними козаками употребляется гораздо чаще русскаго названія «рѣччатый лукъ».

Псточники рѣки Сонгины часто посвящаются козаками и орочонами по причинѣ находящихся тамъ солончаковъ, привлекающихъ весною большое число дикихъ козъ, лосей и доставляющихъ цѣнные рога настоящихъ оленей * Немного ниже устья Сонгины, правый берегъ возвышается въ видѣ высокой, круной стены, которая потомъ, удаляясь отъ воды, уступаетъ мѣсто постепенно расширяющемуся пюскому прибрежью, танущемуся до Аргуни. У самаго начала этого прибрежья, мы проѣхали между двумя островами и въ часъ пополудни пристали къ берегу около 1½ версты выше устья Аргуни и находящагося тамъ Усть-Стрѣлчкаго караулa. (53° 19', 45" с. ш. и 121° 30' 7, 5" в. д. отъ Гр.)

Между береговыми скатомъ и берегомъ Шилки находятся нѣ сколько болотистыхъ луговъ, среди которыхъ встрѣчаются и довольно сухія пространства; они покрыты высокими лиственницами, между которыми попадаются бѣлыя березы и осины, образующія маленькія грунты. Здѣсь часто встрѣчались цвѣтущія *Caltha palustris*, *var. α*, *Primula cortusoides* и *Taraxa*.

* Русскіе въ Сибири называютъ это животное изюбромъ.

— 54 —

*cum collinum*, покрывавшія сплошь цѣлыми пространства на сырыхъ лугахъ и на кочковатыхъ берегахъ озеръ; а между этими растеніями были разсѣяны въ неболышимъ числѣ *Viola mirabilis* var. β. subglabra, Ledeb. У подножья ската тянется рядъ маленькихъ болотистыхъ и богатыхъ карасями озеръ, на которыхъ плавали во множествѣ утки и ныцы (*Podiceps cornutus*). Береговой скатъ, который отсюда тянется до Аргуни гдѣ постепенно понижается къ рѣкѣ, имѣтъ довольно крутые обрывы, покрытые обломками горныхъ породъ и поросшіе моромъ: на этихъ обрывахъ растутъ лиственница, бѣлая береза, *Alnobetula fruticosa* и *Rhododendron dahuricum*, почва между которыми покрыта паноротникомъ, особенно *Polystichum fragrans*. Здѣсь, какъ въ лѣсахъ, такъ и на берегахъ Шилки, густо заросшихъ ивами и черемухой, довольно часто встрѣчались *Emberiza aureola*, *E. spodocephala*, *Parus palustris* и кое-гдѣ *Sylvia certhiola*, *Pall*; высоко въ воздухѣ вились *Cypselus apus* и *C. ciris*, *Pall*.

Во время нашего пути, небо немного прояслилось, но сѣва мы вышли на берегъ, съ запада налетѣла гроза, которая разразилась сильнымъ дождемъ, начавшимся къ счастью уже тогда, когда мы были подъ защитой нашихъ палатокъ. По измѣреніямъ г. Зандгагена, все разстояніе отъ Горбицы до Усть-Стрѣлки равняется 155-ти верстамъ, хотя здѣшніе казаки и считаютъ его въ 240 веретъ.

Усть-Стрѣлкинскій караульный пость, состоящій изъ 20 домовъ и обитаемый 31 козакомъ, расположенъ на лѣломъ берегу Аргуни, не далеко отъ устья, на узкомъ пюскомъ прибřежні, тянутся между береговымъ скатомъ и русломъ. Такъ какъ въ окрестности мало нахотной и луговой земли, то охота, рыбная ловля и мѣновая торговля съ орочонами и маняграми составляетъ главное занятіе обитателей. Ежегодно, обыкновенно въ январѣ, какъ эти козаки, такъ и другие, живущіе далѣе вверхъ по Аргуни, сходятся съ орочонами и маняграми, прибывающими изъ разныхъ странъ; торгующіе собираются въ долинѣ какаго нибудь изъ притоковъ Амура, заранѣ дя этой цѣли назначенной. Предметами торговли съ русской стороны бываютъ: порохъ, свинецъ и мука, которые вымѣниваются премъущественно на пушной товаръ и на лосиныя и оленьи кожи, выдѣланныя по тунгусскому способу.

До поздняго вечера мы съ нашими солдатами занимались уженемъ рыбы въ Шилкѣ, кроломъ прежде уже встрѣчавшихся намъ рыбъ, также попадались маргасунѣ и конь-рыба, —поздняя, врочeremъ, рѣдко.

23-го мая. Утро было пасмурное и съ юго-востока вѣялъ легкій вѣтеръ; рано утромъ къ нашимъ палеткамъ явился назначенный намъ путоводитель—здѣшній козакъ, который заступилъ мѣсто взятаго нами изъ Горбицы и оставшагося въ Усть-Стрѣлкѣ проводника; новый проводникъ имѣлъ отъ своего началинка приказанный провожать насъ, погуда мы найдемъ орочиновъ, которые должны замѣнить его. Запаслись кое-какой провизией и дорожнымъ платѣемъ изъ досинныхъ кожъ, называемыхъ половинками, которые здѣсь можно было купить весьма сходно, мы въ половинѣ 9 ч. утра, продолжали наштъ путь. Протѣхавъ между правымъ, пюскимъ и заросшимъ ивами берегомъ Шилки и покрытымъ деревьями островомъ, мы достигли устья Аргуни, находящагося на правомъ берегу. Аргунь (по монгольски *Эргунъ*) *, коей верхняя часть называется Керлонъ (по монгольски *Кэрулынъ*),

* «Стат. Опис. Кит. Имперії», ІІ ч. ст. 49

— 55 —

вытекает изъ Кентайскихъ горъ въ Монголіи, вливается въ Далай-Норъ, и по выходѣ изъ этого озера составляетъ границу между Россией и Китаемъ *, на пространствѣ около 500 верстъ отъ Абагатуевскаго пограничного мѣста до Усть-Стрѣлки. При Усть-Стрѣлкѣ, Шилка, соединясь съ Аргунью, составляетъ Амуръ.

Амуръ, который въ половинѣ 17 столѣтія благодаря, смѣлымъ походамъ Пояркова, Хаброва, Нагиба и другихъ, почти весь попалъ во власть русскихъ, въ 1689 году, Нерчинскимъ мирнымъ договоромъ окончательно уступленъ Китаю и съ того времени оставался совершенно недоступнымъ для путешественниковъ. Болѣе чѣмъ черезъ 1½ столѣтія, въ 1854 году, Генералъ-Губернаторъ Восточной Сибири въ первый разъ проѣхалъ по Амуру отъ Шилкинскаго завода до устья.

Амуръ, по соединеніи съ Аргунью, становится не много шире Шилки и долина его вообще остается узкою, хотя многія ея части шире долины Шилки. Отъ устья Аргуни, около коротаго возвышается довольно длинный утесъ, до устья первой Мукунды, правый берегъ Амура представляетъ мѣстами высокіе крутые береговые скаты, подступающіе больше частію къ самой рѣкѣ, и часто значительно длинные.

На этомъ пространствѣ вливаются въ Амуръ: маленькая рѣчка Богдойка и ниже ея двѣ рѣчки по имени Широка.

Отъ первой Мукунды начинается узкое, поросшее рѣдкими деревьями плоское прибрежье, которое идетъ и за вторую Мукунду, но скоро за ней оканчивается, упираясь въ подходящія къ самой рѣкѣ крутыя скалы.

Напротивъ Богдойки, на лѣвомъ берегу, вливавается маленькая рѣчка Кудиканъ. У устья Кудикана пристаетъ манжурская пограничная стража, которая каждый годъ приплываетъ по Амуру изъ города Айгуна въ Горбицу. Говорятъ, что къ Кудикану обыкновенно прізежаютъ 7 довольно большихъ лодокъ, изъ которыхъ 2 остаются здѣсь, чтобы ожидать возвращенія прочихъ изъ Горбицы.

Отъ устья Кудикана, по лѣвому берегу Амура, далеко тянется береговой лугъ кончающійся въ 1 верстѣ ниже впаденія рѣчки Япанъ, упираясь въ узкій скалистый выступъ лѣваго берегового ската, подходящаго тамъ къ самой рѣкѣ.

Этотъ лугъ, названный по вышеупомятой рѣкѣ Япанскимъ лугомъ, служитъ для усть-стрѣлочныхъ козаковъ пастбищемъ и сѣнокосомъ; при началѣ этого луга, гдѣ онъ еще узокъ, на немъ растутъ больше частью ивы и чемеруха, а далѣе, гдѣ онъ дѣлается шире, встрѣчаются также бѣлая береза, лиственница и сосна; въ широкой его части, у подножья берегового ската, есть нѣ сколько озеръ. Ниже упомянутаго скалистаго выступа, вливается рѣчка 1-й Мангалей и здѣсь начинается второй лугъ, по названію Мангалейскій, посѣщаемый жителями Стрѣлки, для такой же цѣли, какъ и первый; этотъ лугъ тянется версты на 4 довтораго Мангалей и во многихъ мѣстахъ шире Япянскаго. За этимъ лугомъ, мы тѣхали опять около идущаго у самой воды кругаго берегового ската, который, за рѣкой Ингричй, дѣлается болѣе отлогимъ; онъ покрытъ горной осыпью и лишаями, между которыми встрѣчается и оленій мохъ (Cenomyce rangiferina).

Это мѣсто посѣщается орочонами и русскими промышленниками для охоты за часто здѣсь

* Stuckenberg, *Hydrograph*. d. Russ. R. II Bd. p. 792.

— 56 —

встрѣчающеюся кабаргою. Охота за этимъ животнымъ весьма трудна и опасна; прежде, чѣмъ убьетъ его, охотникъ долженъ только за нимъ гоняться по скаламъ и при этомъ ему часто приходится пробираться по самымъ опаснымъ мѣстамъ.

Миновавъ устья обонхъ, одинъ противъ другаго впадающихъ, ручейковъ по названію «Полосатикъ», мы прибыли къ отвѣсному утесу, тянутомуся по лѣвому берегу около версты; его вершина была увѣнчана соснами, придавшими ландшафту мрачный животисный видъ. Этотъ утесъ называется Быркинскимъ, отъ тунгусскаго слова барко (емълый), потому что у подножья его Амуръ течетъ съ неимовѣрной быстротой. Два маленькие ручья, текущіе по правому берегу и вливающіяся въ Амуръ одинъ противъ самаго утеса на плюскомъ прибрежьи, а другой непосредственно ниже утеса, оба называются Бырка, и также получили свое названіе отъ утеса.

Къ полудню мы достигли устьевъ двухъ рѣкъ, по названію «Сапожка», впадающихъ сѣла въ Амуръ въ томъ мѣстѣ, гдѣ лѣвый берегъ онять возвыпается въ видѣ утеса; изъ нихъ первая менѣе второй ниже первой впадающей. Нанскось противъ второй Сапожки, находится на правомъ берегу довольно кругой утесъ, сейчасъ за которымъ, по течению рѣкъ, начинается береговой лутъ; у начала этого лута мы прилетали къ берегу, чтобы положать препаранта Фурмана, отставшаго на лодкѣ. У скалистаго берегового ската, громѣ нѣсколькихъ черныхъ березъ, росли также осень, черемухи и кое-гдѣ узловатыя и сучковатыя деревца даурскаго вяза (Ulmus pumila) уже отцвѣтшія. Въ тѣнныхъ сырыхъ опрагахъ часто встрѣчались Ribes nigrum и нѣкоторые виды Spiraea въ цѣту. На отлогихъ, покрытыхъ тонкимъ слоемъ чернозема откосахъ, я встрѣтилъ Güldenstädtia pauciflora, Vicia multicaulis и Lathyrus humilis, такъ-же Viola dactyloides, Iris uniflora, Paeonia, Geranium, Artemisia, Cotyledon, Majanthemum bifolium и другія растенія, на нѣкоторыхъ были уже полнѣ развитья цѣтовыя почки, другія же только что начинали одѣваться листьями. Когда препаратъ Фурманъ къ намъ присоединился, мы отправились далѣе.

Мы сначала видѣли съ обѣхъ сторонъ довольно отлогіе береговые скаты, которые, однокожь, становятся все круче и круче, по мѣрѣ приблизенія къ рѣкѣ Амаздру, вливавшейся въ Амуръ съ лѣвой стороны. Недовѣзная Амаздра, мы миновали два кустами покрытые острова, лежащіе одинъ за другимъ около средины рѣкъ, ближе къ лѣвому берегу. Сейчасъ за послѣднимъ изъ этихъ острововъ находится устья Амаздра. Эта рѣка, также называемая большюю Горбичей *, говорятъ, та самая, о которойъ упоминается въ Перчинскомъ мирномъ договорѣ (1689) и которая по этому трактату должна бы была составлять настоящую границу между Россией и Китаемъ.

На лѣвомъ береговомъ луту, ниже Амаздра, мы замѣтили двѣ конческія ярты, а у самаго берега увидали нѣсколько орочоновъ, работавшихъ надъ своими берестянками.

За этимъ лугомъ, лѣвый береговой скатъ опять состоитъ изъ скалъ, расположенныхъ очень животисными групнами. Плотъ папъ тихо подавался впередъ по причинѣ необыкновенно слабаго здѣсь теченія. У высокихъ скалистыхъ береговъ, въ большомъ численнѣ, летали замѣчательные Cypselus ciris, но опять безуспѣшно стрѣляли мы по этимъ высокой и чрезвычайно

* По монг. Кэрбчи. Названіе большая Горбца чаще встрѣчается въ древнихъ рюкописяхъ, между тѣмъ какъ названіе Амазаръ теперь употребляется мѣстами гозаками.

— 57 —

быстро летающимъ птицамъ. Немного проѣхавъ мы увидѣли справа устье рѣчки Вяткино, а противъ него, слѣва, устье рѣчки Алгаканъ.

Къ вечеру мы достигли рѣчки Урки, впадающей въ Амуръ слѣва, и хотѣли пристать около са устья, но покуда мы гребли къ берегу сильное теченіе и дувшій отъ берега вътеръ отнесли плотъ нашъ на 2¼ версты далѣе отъ этого мѣста, и намъ пришлось съ большими усилиями причалиль къ сильно подмытому и весьма для этого неудобному берегу.

Береговой лугъ, къ которому мы пристали, тянется вверхъ по Амуру до устья Урки. Онъ во всѣхъ направленийѣ прорѣзанъ болотистыми изменностями и усѣянъ маленькими озерами, между которыми, на мѣстахъ, болѣе сухихъ, встрѣчаются маленькія роши лиственницъ и сосенъ и маленькими группами растутъ листьянные деревья. Вообще, растительность здѣсь была почти такая же, какъ у второй Сапожки и комрѣ найденныхъ тамъ растеній, я здѣсь, на сухихъ и почковатыхъ мѣстахъ, нашелъ только кое-гдѣ *Fragaria vesca*, которая уже цѣла.

На этомъ мѣстѣ въ 1654 году, козакъ Кошинцевъ заложилъ острогъ, но по причинѣ частыхъ нападений дауровъ, скоро оставилъ его, хотя и имѣлъ повелѣніе заняться здѣсь земледѣліемъ, чтобы снабжать провіантомъ прочія, на Амурѣ лежащія поселенія. Нигдѣ не было видно слѣдовъ бывшей здѣсь когда-то дѣятельности.

24-го мая. Пустившись въ путь въ 8¼ часовъ утра, при ясной погодѣ и умѣренномъ сѣверо-западномъ вѣтрѣ, мы, въ 4 верстахъ отъ мѣста нашего ночлега, достигли устье рѣчки Тумача лѣваго притока Амура. Довольно сильно подхватило здѣсь нашъ плотъ и нѣсколько времени несле его около самаго подножья высокаго утеса, подымающагося прямо изъ воды и начинающагося непосредственно ниже устья Тумача. На лѣвомъ берегу, въ нѣкоторыхъ мѣстахъ, береговой скатъ такъ далеко отступаетъ отъ рѣки, что густой лѣсъ, ростущій по берегу, совершенно закрываетъ его, если смотрѣть съ рѣки.

Въ одной верстѣ ниже устья Тумача, мы проѣхали мимо острова, лежащаго около срѣды рѣки ближе, къ лѣвому берегу, и заросшаго большею частью ивами, черемухой и нѣкоторыми дутими деревьями. Нашъ путеводитель еще утромъ сообщилъ намъ, что мы сегодня встрѣтимъ орочоновъ и скоро мы замѣтили стадо домашнихъ оленей, пасшихся на лѣвомъ береговомъ лугу, около того мѣста, гдѣ вливается въ Амуръ незначительная рѣчка Радіоно-ва, которая, говорятъ, вытекаетъ изъ ряда маленькихъ озеръ, находящихся у подножія берегового ската.

Немного пониже упомянутаго острова, въ томъ мѣстѣ, гдѣ лѣвый береговой скатъ отступаетъ отъ берега, а въ Амуръ вливается рѣка Пгнашино, стояли двѣ юрты, покрытыя берестой. Когда мы приблизились къ берегу, чтобы пристать, множество полунагихъ тунгусскихъ ребятитекъ, въ сопровожденіи лаянчихъ собакъ, сбѣжались посмотрѣть на насъ. Мы тотчасъ оставили нашъ плотъ и, провожаемые нѣкоторыми изъ обитателей этого мѣста, составили мѣстами между тѣмъ на берегу, наравлились къ юртамъ, расположеннымъ не далеко отъ того мѣста, гдѣ мы пристали въ тѣни нѣсколькихъ лиственницъ. Сперва мы пришли къ хажинѣ очень бѣдной наружности, составленной изъ жердей и покрытой прутьями и деревесною корюю; въ этой хажинѣ обитали старой отставной козакъ и его жена, пришедшіе сюда изъ Усть-Стрѣлки и жившіе рыбной ловлею. Нѣсколько бѣдныхъ одеждъ, необходимыхъ шая домашняя утарь и принадлежности рыбной ловли, въ безпорядкѣ лежали, въ хажинѣ.

Пстор. отчетъ.

8

— 58 —

Эти бъдные люди принуждены были приняться за тяжелый промыслегъ рыболововъ, потому,
что сынъ ихъ, молодой, здоровый козакъ, единственная ихъ подпора, принужденъ былъ въ
прошломъ году идти къ устью Амура на службу.

Изъ толпъ тѣнниншхся около насъ орочоновъ, вышелъ маленькій, приземистый и ужъ не
молодой человѣкъ и представился намъ какъ глава маленькаго, кочующаго зѣс племени оро-
чоновъ. Этотъ старшина тунгусовъ называется, какъ у русскихъ, такъ и единоплеменниковъ
своихъ Княземъ или князькомъ. При лѣшьмь бѣрѣ у него висѣлъ кортикъ съ серебряной
рукоятью, съ вензелемъ Императрицы Екатерины II; этотъ кортикъ былъ пожалованъ одному
изъ его предковъ, въ награду за вѣрность. На шеѣ у него висѣла на анинской лентѣ сереб-
ряная медаль, съ портретомъ Императора Никола и съ націисью: «за усердіе». Эту ме-
даль пожаловала ему зѣсъ въ 1854 году г. Генеральъ-Губернаторъ Восточной Сибири, во
время первой своей поѣздки на Амуръ.

Отъ хижины козака мы пошли къ юртамъ, расположеннымъ на берегу въ нѣскоюкихъ
шагахъ отъ нея и принадлежавшимъ князю и ближайшимъ его родственникамъ. Эти княжес-
кія жилища, однакожь, ничтѣмъ не отличались отъ жилищъ бѣднѣйшихъ орочоновъ. За каждой
юртой находились жерданья подмостки, на которыхъ лежало имущество хозяина юрты, ую-
женное въ особыхъ вьючныхъ мѣшках (пинкотъ) и тщательно укрытое кожами (хомалянт)
для защиты отъ дожда. Вобши юртъ лежали нѣскоюю оленей, другіе весело бѣгали съ сво-
пими красными оленатами; при каждомъ ихъ шагѣ было слышно громкое цѣланье, проис-
ходящее отъ устройства ихъ кошьтъ. Главное занятіе орочоновъ въ это время года состоитъ
въ рыбной ловѣ и хотя большая калуга уже начинала идти, однакожь, рыболовы вообще
жаловались на неудачный ловъ, чтò принписывали бывшей тогда необыкновенно высокой во-
дѣ. Въ нѣкоторомъ разстояніи отъ юртъ, мы, на томъ же лугу, увидѣли надгробный памятникъ,
устроенный въ видѣ крыши надъ тѣмъ мѣстомъ, гдѣ положенъ покойникъ; лошадиныя голо-
вы, вырѣзанныя на выдающихся оконечностяхъ цицца, напомнили мнѣ старинные гробницы,
часто попадавшіяся мнѣ въ землѣ якутовъ. Послѣ угощенія чаемъ и виномъ, въ которомъ
приняли участіе и старые и молодые, къ намъ явился нашъ проводникъ до Албазина, выбран-
ный самимъ старшиной, и мы въ половинѣ втораго по полудни перебралісь на плотъ и отправи-
лись въ путь. Погода стояла ясная, но сильный съверо-западный вѣтеръ, дувшій въродол-
женіе цѣлаго дня, развель сильное волненіе и безпрестанно прибывающі нашъ плотъ къ право-
му берегу. На 21-й верстѣ отъ орочонскаго селенія лавивается въ Амуръ с.гѣва р. Ауканъ (Ав-
канъ) или Мутная, какъ ее называютъ пограничные козаки. Эта рѣка принадлежитъ къ числу
самыхъ значительныхъ рѣкъ, влывающихъ въ Шилку между устьемъ Аргуни и Албазинымъ.
По словамъ тунгусовъ, она беретъ свое начало съ вершинъ Яблоніяго хребта. Отъ устья Ау-
каназ, черезъ горы, идетъ конноверховая дорога къ притокамъ. Лены и именно къ рѣкѣ Алану;
дорога эта, весьма затруднительная и опасная не только для хоцьбы, была
счастливо пройдена, отъ Удскаго острога до устья Аукана, тошографомъ Карликовымъ, которыйіи
сдѣлалъ при этомъ съемку всего ирой,денаго пространства. Никакъ устья Аукана, оба берега
Амура не высоки и въ самомъ русскомъ попадались острова, покрытые кустарникомъ. Сильное
теченіе и вѣтеръ загнали нашъ плотъ въ очень узкій протокъ между правымъ береговымъ
скатомъ и однимъ изъ острововъ; въ этомъ протокѣ теченіе подъ конецъ сдѣлалось такъ слабо,
что мы едва подвигались впередъ. Изъ иноваго кустарника, до половины покрытаго водой,

— 59 —

стадами вылетали испуганныя нашимъ появленіемъ утки. Надъ нашимъ плотомъ, съ пронзи-
тельнымъ крикомъ, кружились чайки, между которыми чаще всего встрѣчались *Sterna longi-
pennis*, и рѣже *Larus minutus*. Кое-гдѣ также поѣмалась, встревоженный шумомъ, который
мы производили, скопа (*Pandion haliaëtos*). Выбравшись наконецъ опять въ главный рукавъ
мы продолжали путь, держась праваго берега, который здѣсь, какъ и противолежащій лѣвый,
хотя не высокъ, но подымается прямо изъ воды крутымъ утесомъ. Проѣхавъ немного мы
достигли рѣчки Ельничной, впадающей въ Амуръ справа и получившей свое названіе отъ
растущихъ въ долинъ ея елей, которыя на всемъ протяженіи отъ устья Аргуни до Албазина
встрѣчаются только въ этой мѣстности, да еще въ одномъ мѣстѣ, о которомъ я буду говорить
далѣе. Мы пристали къ берегу выше Ельничной; далѣе пытъ мы побоялись, потому что
душьій въ это время сильный вѣтеръ могъ прибить нашъ плютъ къ крутому утесу, начинаю-
щемуся непосредственно ниже этой рѣчки. На болотистомъ прибрежьи, на которомъ мы
тщетно искали удобного мѣста для нашхъ палатокъ, довольно густо росли лиственницы,
между которыми въ нѣкоторыхъ мѣстахъ попадались сосны, бѣлыя березы, ольхи и вязы.
Здѣсь же, въ первый разъ, увидѣли мы одинъ видъ виза (*Ulmus glabra*); мѣстами встрѣчался
довольно густой кустарникъ состоявшій изъ *Cornus sibirica*, *Spiraea chamaedrifolia*, *Rosa
acicularis*, *Ribes rubrum* и *Crataegus sanguinea*. На землѣ, покрытой уже довольно густою
зеленью, кромѣ упомянутыхъ уже растеній, въ тѣнистыхъ сырыхъ мѣстахъ цвѣли *Paris
quadrifolia* β. *obovata*, также какъ и красивая, но рѣдко попадающихся *Calypso borealis*.

У маленькаго заливъ, заросшаго ивами и занесеннаго наноснымъ лѣсомъ, былъ убитъ зи-
мородокъ (*Alcedo ispida*). Когда я показалъ эту итицу своему тунгусу, онъ назвалъ ее джик-
тӑлгунъ, и, съ полнымъ убѣжденіемъ въ истинѣ своихъ словѣ, увѣрлялъ меня, что когда иг-
раютъ въ карты, то эта итица приноситъ счастьѣ въ игрѣ тому, кто имѣетъ ее при себѣ въ
это время.

25-го мая. Не смотря на то, что за немѣніемъ болѣе удобнаго ночлега, намъ пришлось
провести ночь въ болютѣ, мы, довольно усталые отвѣ вчерашнихъ трудовъ, хорошо спали, и
въ 8¹/₂ часовъ утра, при ясной погодѣ, отправились въ путь. Мы хлали около самаго подножья
довольно круглаго утеса, лежащаго немного ниже устья Ельничной. Къ счастью вѣтеръ, утихъ,
и намъ приходилось только бороться съ теченіемъ, однако мы все таки боялись удариться
объ скалу, которую наконецъ благополучно миновали. Версты 1¹/₂ ниже устья Ельничной,
находится, на лѣвомъ берегу, устье Уручей, окруженное плюскимъ лѣсистымъ прибрежьемъ.
Отъ этого незначительнаго притока идетъ дорога, которая, сходясь съ другой, идущей изъ
Авкана, ведетъ къ Зеѣ и, чрезъ водораздѣльный хребетъ, къ Алдану. По словамъ орочоновъ и
манягрѣ, которые въ извѣстное время приходятъ къ Зеѣ, дорога эта довольно уточтана и нѣтъ
сомнѣнія, что это—та самая, которою пользовались козаки во время своихъ походовъ въ XVII
 столѣтіи. Продолжая нашъ путь, мы, по указанію проводника, обратили вниманіе на малень-
кую тунгусскую гробницу, одиноко стоящую на правомъ берегу, и замѣтили два ручья, вли-
вающиеся близъ этого мѣста, которые проводникъ назвалъ Сестрянками. Названія большой
части притоковъ Амура между Стрѣлкой и Албазинымъ, или совершенно русскія, или явно
русскаго происхожденія и относятся кое временамъ Козацкихъ походовъ на Амуръ.

Проѣхавъ еще пространство верстъ около 6-ти длиною, на котором правый берегъ, какъ
уже пр CORPORATION
*

*

— 60 —

регу лежащей конусообразной и лѣспетой горы, называемой, какъ козаками, такъ и орочонами Медвѣйъя Сопка. Говорятъ, что въ этомъ мѣстѣ и въ особенности на самой горѣ, находит-ся множество медвѣдей, для охоты за которыми собираются сюда орочоны, и даже козаки съ Аргуни. Противъ медвѣйшей сопки, впадаетъ рѣчка Кудиканъ, къ которой, въ извѣстное время года, собираются во множествѣ охотники, которые находятъ на встрѣчающихся около нея солончакахъ богатую добычу. Изъ этихъ солончаковъ долины Кудикана, чаще другихъ посѣщаются три: два въ 4, а одинъ въ 20 верстахъ отъ Амура. Здѣсь собирается множество лосей и оленей; за послѣдними орочоны охотятся въ особенности потому, что рога ихъ охотно покупаются русскими и мандкурами.

Здѣсь, а отчасти и выше этого мѣста, долина Амура замѣтно расширяется и въ руслѣ его, непосредственно ниже Кудикана, является болѣе острововъ. Между ряDOMъ этихъ острововъ, расположенныхъ ближе къ правому берегу, и лѣвымъ, круто изъ воды подымающимся береговымъ скатомъ, идетъ главное русло верстъ на 6½, до рѣчки Монастырки, впадающей въ Амуръ слѣва. Эти острова бываютъ отдѣлены одинъ отъ другаго только при полой водѣ; при низкой же водѣ, они составляютъ одинъ большой островъ, который начинается у Кудикана и кончается немного ниже Монастырки. Въ началѣ июня, когда весенняя вода начинаетъ упадать, на этомъ островѣ устранваютъ свои временныя жилища орочоны и нѣкоторые козаки съ Аргуни, которые поселяются здѣсь на время, для того, что бы ловить рыбу близко кѣваго берегового ската, ибо мѣсто это, въ особенности при низкой водѣ, изобилуетъ осетрами (по тунгусски килемма) и калугами (по тунгусски аддинъ). Рыбаки эти обыкновенно остаются здѣсь до Петрова дня. Въ полуверстѣ выше устья Монастырки, вышеупомянутый скалистый береговой скат постепенно становится ниже и, удаляясь отъ воды, уступаетъ мѣсто болотистому прибрежью, покрытому соснами, лиственницам и березами. Мы въ этомъ мѣстѣ пристали къ берегу, что бы замѣнить внезапно сломавшійся руль новымъ; погода стояла удушливо жаркая, несмотря на то, что небо было покрыто кучевыми облаками.

Названіе этой рѣчки происходитъ отъ построеннаго здѣсь въ 1671 году козаками монастыря, во имя Спаса Всемилостиваго. Сколько мнѣ извѣстно, названіе Монастырка нигдѣ не встрѣчается въ древнихъ рукописяхъ *, и вѣроятно дано уже въ позднѣйшее время. Монастырь этотъ, говорятъ, стоялъ вблизи такъ называемаго Брусенаго Утеса, подъ именемъ которого, вѣроятно, разумѣется береговой утесь, составляющей верхіі (относительно течения Амура) берег устья Монастырки потому что козаки того времени, изъ пещаника, изъ которого состоитъ утесь, вѣроятно, выпамывали себѣ бруски. Однакожь, этотъ обнаженный утесь теперь никому изъ мѣстныхъ жителей неизвѣстенъ подъ этимъ названіемъ.

Покуда солдаты наши дѣлали новое рулемое весло, мы пообѣдали, и когда оно было гово-тово, отправились въ дальнѣйшій путь. Близь устья своего, Монастырка течетъ въ довольно открытой долинѣ, которая къ верху отъ устья постепенно суживается; ниже этой рѣчки, версты на 4, тяется по Амуру еще низменное прибрежье, за которымъ оointe с.г.дуетъ подымающійся прямо изъ воды скалистій береговой скатъ. Въ этомъ мѣстѣ, тяну-щійся отъ самаго Кудикана радъ острововъ прекрашается и русло Амура оointe является сплошнымъ, т. е. не раздѣленнымъ на рукава. Немного ниже этого мѣста, мы видѣли, на

* Gen. d'Auvray in Stuckenberg, Hydrogr. d. Russ. R. II. 785.

— 61 —

лѣвомъ береговомъ лугу, покрытомъ деревьями, орочонскую юрту, но къ берегу мы не при-
ставали, хотя жители ея приглашали насъ къ себѣ часто повторяемыми криками. Вскорѣ мы
миновали вливающіяся слѣва въ Амуръ рѣчи: Яръ (такъ названную по причинѣ скалистыхъ
ея береговъ), а потомъ Бургалий, (т. е. островистая рѣчка, отъ тунгускаго слова Буръ, ос-
тровъ). За этой послѣдней, мы, на довольно большомъ, однакожь, отъ насъ разстояніи, опять
видѣли у берега нѣсколько людей, сидѣвшихъ въ берестянкахъ; проводникъ нашъ по ихъ
крику узналъ, что это былъ орочоны и манягры. Первый ихъ вопросъ былъ: не имѣемъ ли
мы водки, но хотя они и получили утвердительный отвѣтъ, однако мы ничѣмъ не могли
убѣдить ихъ прийти на нашъ плотъ.

За упомянутой рѣчкой, лѣвый берегъ остается плоскимъ и, версты 4¹/₂ ниже ея, двумя
устьями вливается въ Амуръ Олдой, значительный шішкій притокъ Амура между Усть-Стрѣл-
кой и Албазинымъ. Въроятно это та самая рѣка, которая въ древнихъ рукописяхъ упоми-
нается подъ названіемъ Олдекона и немного выше устья которой находилось въ XVII столѣ-
ти выстроенное козаками поселеніе, подъ названіемъ Паново. Въ прежніе годы, берега Ол-
дой оживлялись присутствіемъ орочоновъ, которые добывали здѣсь много бѣлокъ, соболей и
другихъ звѣрей. Съ того времени, какъ всѣхъ этихъ звѣрей здѣсь стало меньше, а въ
особенности соболи почти совсемъ вывешились, орочоны уже не прикочевываютъ къ этой рѣкѣ,
хотя и до сихъ поръ посѣщаютъ берега ея охотнице, чѣмъ другія мѣста.

Отъ устья Олдой, по лѣвому берегу Амура, тянется версты на 4 широкій низменный
лугъ, частью лѣсистый, частью болотистый и покрытый маленькими озерами; у нижней oko-
чности этого луга, мы пристали къ берегу въ 5¹/₂ часовъ, проѣхавъ отъ мѣста нашего
ночлега, т. е. отъ Ельничной, 33 версты. Верхняя площадь береговаго ската, близко подхо-
дящаго здѣсь къ водѣ, была покрыта соснами, а кругой склонъ ліственницами и березами.
На склонахъ, покрытыхъ горной осыпью, часто цвѣли: *Papaver nudicaule, Corydalis remota*
и кое гдѣ растущій здѣсь *Erysimum altaicum*. У болотистаго подножья ската, значительныя
пространства были сплошь покрыты *Ribes procumbens* и кустами *Spiraea*, между которыми
часто встрѣчались бывшія тогда въ цвѣту *Chamaedaphne calyculata, Viola acuminata,
Caltha palustris* и *Primula cortusoides*.

Вскорѣ послѣ того, какъ мы пристали къ берегу, къ нашимъ палаткамъ явились два че-
ловѣка верхомъ; одинъ изъ нихъ былъ маняръ съ Невира, другой дауръ изъ города Мер-
гена. Оба цѣхали къ живущимъ выше отсюда орочонамъ, съ цѣлью получить тамъ какой то
прежній долгъ. Маняръ, по своей зажиточности, былъ извѣстенъ всѣмъ своимъ единополе-
менникамъ, а по частымъ торговымъ сношеніямъ былъ также извѣстенъ и большой части
ниженеаргунскихъ козаковъ; тѣ и другие знали его подъ именемъ Челдонъ хотя самого
себя онъ называю Маучанъ. Въ широкомъ лицѣ его, съ сильно выдающимся скулами
и маленькимъ носомъ, рѣзко выражался монгольскій типъ; онъ имѣлъ жесткіе и рѣдкіе
усы и носилъ длинную косу; передняя часть головы и виски были выбриты. Дауръ, уже не
молодыхъ лѣтъ, былъ довольно строенъ; лицо его было овальное, съ правильнымъ носомъ; на
подборокъ онъ имѣлъ довольно длинную бороду. Въ костюмъ онъ также отличался отъ ма-
нягра. Одежда его (т. е. даура) состояла изъ длиннаго халата, спускавшагося ниже колѣнъ
и станутаго поясомъ. Сверхъ халата была надѣта коротенькая куртка безъ рукавовъ, изъ
китайской синяго цвѣта матеріи. На поясъ висѣли: кисетъ съ табакомъ, маленькая китай-

— 62 —

ская трубочка, огнедобывательный приборъ (т. е. кремень и проч.), ножъ и проч. Концы ремней, стягивающих кисетъ, были привязаны къ особеннаго рода грѣчкому орѣху (кортуктă) и пропущены подъ поясъ, такъ, что орѣхъ не позволялъ имъ выскользнуть изъ подъ пояса. Мы были очень удивлены, услышавъ отъ нашихъ посвятителей, что деревья, доста- вляющейся этого рода орѣхи, растутъ на Амурѣ и начинаютъ попадаться на Амурѣ на разсто- яніи 6 дневныхъ переходовъ ниже города Адтуна.

26 мая. Непосредственно ниже мѣста нашего ночлега, Амуръ дѣаетъ крутой поворотъ къ юго-юго-востоку и входитъ въ довольно узкую долину, которая состоитъ изъ трехъ слѣ- дующихъ одной за другою извилинъ. Первая, которую тунгусы называютъ Чарпѣль, образ- щена выдающеюся стороною къ SSO. У праваго берега въ этой извилинѣ идетъ сначала плоское прибрежье, которое постепенно дѣается утеснымъ, но мѣръ того, какъ доли- на загибается къ SO, потомъ къ О. и наконецъ къ N. Въ илущей къ сѣверу части доли- ны, правый берегъ уже весь состоитъ изъ утесовъ, которыхъ подошвы омываются рѣкою. Это мѣсто часто посвящается орочонами и аргускими козаками, потому что здѣсь множе- ство кабарти и ловится въ большомъ количествѣ калута, въ особенности у подножья ската, гдѣ теченіе очень быстро. Слѣдующая за этой, вторая извилина, по названію Дунъонъ, образ- щена выдающеюся стороною на сѣверъ; правый берегъ въ этой извилинѣ везде измененный и лѣбистый, а лѣвый вскорѣ за началомъ ея дѣается утеснымъ и высокимъ. Здѣсь, изъ узкаго ущелья, вытекаетъ рѣчка Асинйчи или ельничный ключъ, какъ ее называютъ русскіе, по причинѣ большаго количества елеї, растущихъ въ ея долинѣ. На всемъ пространствѣ межъ Усть-Стрѣлкой и Албазинымъ (160 верстъ), это мѣсто второе, на которомъ ростетъ это дерево. Наконецъ последняя извилина, которую туземцы называютъ Гонанъ, образ- щена выдающеюся стороною къ SSW; тамъ, гдѣ она круто поворачиваетъ къ SO и по- томъ къ О. берега Амура состоять изъ крутыхъ утесовъ. Далѣе, правый берегъ въ той части дуги, которая направлена къ NO, постепенно понижается и наконецъ дѣается низ- меннымъ, какова и большая часть лѣваго берега. Здѣсь съ правой стороны соединяется съ Амуромъ притокъ, выходящій изъ озера, отдаленного отъ берега почти на 1/2 верстъ и часто посвящаемаго по причинѣ находящихся близъ него солончаковъ. Въ этихъ мѣстахъ много подобныхъ озеръ, сообщающихся съ Амуромъ, особенно во время полоцьья, посредствомъ такихъ протоковъ. У здѣшнихъ тунгусовъ эти протоки вообще обозначаются именемъ сіенъ *, взятымъ изъ якутскаго языка.

На счетѣ происхождения названій этихъ рѣчныхъ дугъ, нашій проводникъ разсказалъ намъ одно преданіе изъ давно прошедшихъ временѣ. Въ то время, когда, при князѣ Лавкаѣ, Албазинъ имѣлѣ еще значеніе городка, нѣсколько манягровъ, во время путешествія изъ Ал- базина къ Олдою, имѣли несчастіе у калкой изъ этихъ дугъ потерять по одной лошади. Отъ того дуги эти, Чарпѣль, Дунъонъ и Гонанъ, названы по именамъ павшихъ тамъ лошадей, изъ которыхъ первая была 3, вторая 4 и третья 5 лѣтъ отъ роду. Ещѣ и теперь названія эти употребительны въ манягрскомъ нарѣчіи, но теперь ими обыкновенно обозначаются жеребята 1, 2 и 3 лѣтъ.

* По тунгуски—амутни-сіенинъ, истокъ озера; по якутеки—Куöl ciänü. Скан. Midd. Sib. R. Bd. III, Th. 2, p. 145.

— 63 —

Къ полудню мы достигли урочища Котомангда, расположенного у нижнего конца дути Гонанъ, на лѣвомъ берегу, прошавъ по всѣмъ изгибамъ рѣки 23 вереты отъ мѣста нашего послѣдняго ночлега. Отъ Котомангды начинается илустая чрезъ горы близкайшая дорога (10 веретъ) въ долину Ленинчи, а оттуда на береговой лугъ, лежащій ниже Оддая; по этой дорогѣ бѣдятъ знойной и лѣтомъ. Урочище это расположено на довольно высокомъ береговомъ лугу и получило свое названіе отъ вливающейся на пижнемъ концѣ этого луга рѣчки. Лѣтомъ, сюда часто приходять орочоны и манягры. Въ Котомангдѣ теперь находится русскій караульный постъ. Послѣ рѣчки Котомангды, передъ устьемъ которой находится маленький, покрытый кустами островъ, слѣдуетъ съ той же стороны рѣчка Бургачй. Здѣсь мы видѣли двухъ манагровъ, ъхавшихъ около берега въ большой берестянкѣ (катука). Они поспѣшно гребли и по нашему зову тотчасъ явились къ намъ на пютъ. Это были два рыбака, выхавшіе съ острогами своими на ловлю калуги. Въ 4 верстахъ ниже устья Бургачй, мы пристали къ лѣвомъ берегу, напротивъ двухъ справа вливающихся рѣчекъ по названію Бургали. На довольно обширномъ здѣсь прибрежьи, у самого края воды, находился маленький лугъ, окой-мленный рощей изъ ліственницъ и сосенъ. На этомъ лугу стояли рядомъ пять юртъ, при-надлежавшія двумъ только что побывавшимъ у насъ манярамъ и близкайшимъ ихъ род-ственникамъ.

Въ нѣкоторомъ отдаленіи, одиноко стояла юрта обѣдаго орочонскаго семейства, которое поселилось здѣсь на время для рыбной ловли. Обрадованные большими уловомъ калуги въ тотъ день и наканунѣ, жители юртъ были больѣе обыкновеннаго ожиданы. Женщины дѣя-тельно занимались чищеніемъ, разрѣзываніемъ и сущеніемъ рыбы и также выниманіемъ вязти, которая составляетъ предметъ торговли съ дурами. Приготовленную для сущенія рыбу, относили на подмостки изъ жердей, расположенные передъ каждой юртой; на этихъ подмосткахъ вьисьли также въ множествѣ оленьи лопатки, пучки конскихъ волосъ и проч., вывѣшенные въ жертву божествамъ. Въ нѣкоторыхъ юртахъ, женщины, окруженныя тошою полунатихъ и голодныхъ дѣтей, приготовляли обѣдъ. Простоявъ здѣсь часа три, мы опять поспѣшили на пютъ, чтобы еще засвѣтъю поспѣть въ Албазинъ. При отъѣздѣ, старые и молодые собрались около насъ и поднесли намъ подарки, состоявшіе большею ча-ствю изъ мяса и рыбы; мы приняли эти подарки и съ своей стороны также сдѣлали подарки обитателямъ юртъ.

За этимъ мѣстомъ, противъ устьевъ Бургали, Амуръ, оставивъ свое прежнее направленіе къ югу, поворачиваетъ больѣ къ востоку и сохраняетъ это направленіе до устья вливающегося въ него съ лѣвой стороны Невира. Невіръ есть одинъ изъ значительныхъ лѣвыхъ при-токовъ Амура: однако, подъ этимъ названіемъ по крайней мѣрѣ, не упоминается ни въ древ-нихъ русскихъ рукописяхъ, ни въ китайскихъ, бывшихъ мнѣ доступными источникахъ. У устья этой рѣки вдается въ Амуръ довольно крувой и узкій скалистый мысъ, откуда можно на довольно большое пространство обозрѣть широкую долину Невира. Амуръ, за этимъ мысомъ принимаетъ направленіе больѣ южное и въ руслѣ его появляются многочисленные острова, а вмѣстѣ съ тѣмъ горы больѣ и больѣ отъ него удаляются, отъ чего долина его дѣлается шире. Эти поросшіе кустарникомъ острова, во многихъ мѣстахъ, такъ близки одинъ къ другому, что часто собою скрывали отъ насъ берегъ и находящіеся на немъ

— 64 —

устья притоковъ Амура. Проѣзжая между этими островами, мы верстахъ въ 2 выше Албазина, приблизились къ правому берегу, опять дѣлающемуся здѣсь скалистымъ.

Тамъ, гдѣ высокій берегъ, понижаясь, переходитъ въ широкій береговой лугъ и кончается лѣсъ, до того покрывавшій высоты, лежатъ остатки древняго крѣпостнаго города Албазина. Здѣсь мы пристали въ 7 часовъ понолѣдни, проѣхавъ по наблюдениямъ Зандгаіена отъ Усть-Стрѣлки 155 верстъ. Небо покрылось тучами, вечеръ былъ тихій и теплый, съ закатомъ солнца началось кваканіе лягушекъ, коихъ было безчисленное множество, особенно въ лужахъ древней крѣпости. Немного спустя, къ нимъ еще присоединились козоионъ (*Caprimulgus Jotaka*), во множествѣ летавшіе по опушкамъ лѣсовъ откуда часто раздавался ихъ примененный крикъ. Ночь мы провели довольно дурно, безпокоимые комарами и мошками (*Bibio sanguinarius*), которые начинали сильно намъ надоѣдать; даже огонь, разводимый съ цѣлью прогонять этихъ насѣкомыхъ дымомъ, не помогалъ.

II.

Плаваніе отъ Албазина до выхода Амура изъ Хинганскаго
хребта.

27 мая. Албазинъ, древній русскій крѣпостный городъ, находился на томъ мѣстѣ, где когда-то стоялъ одинъ изъ трехъ городовъ тунгусскаго князя. Лавкая; названіе свое онъ получилъ отъ какого-то даурскаго князя Албаза, въ немъ жившаго. Хабаровъ, пришепши съ отрядомъ войска въ 1650 году къ Амуру изъ Якутска, черезъ горы, первый изъ русскихъ здѣсь посетился. Первый острогъ былъ заложенъ въ 1651 году, но въ 1658 году китайцы его раззорили и только въ 1665 онъ вновь былъ выстроенъ русскими. Въ 1670 году, Никифоръ Черниговскій, съ маленькой толпой бѣжавшій изъ Киренска къ Амуру, нашелъ этотъ городъ почти въ развалинахъ; Черниговскій, несмотря на то, что шайка его была весьма малочисленна, вновь укрѣпилъ его. Съ этого времени, Албазинъ сдѣлался почти сдинственнымъ вѣткніемъ русскихъ на Амурѣ, и началъ все болѣе и болѣе пріобрѣтать значенія. Когда китайцы заложили городъ Айгунъ на среднемъ Амурѣ, они серьёзно начали заботиться о вытѣсненіи русскихъ изъ Албазина. Въ 1685 году, 4 июня, передъ Албазинымъ явилось китайское войско и 22 того же мѣсяца Толбузинъ, храбрый защитник этого города, былъ вынужденъ къ сдачѣ, послѣ чего Албазинъ былъ раззоренъ китайцами. Послѣ раззоренія, китайцы ушли далѣе внизъ по Амуру; этимъ воспользовались русскіе, и 7 августа того же года, подъ предводительствомъ Толбузина, вернулись назадъ и вновь начали постройку раззореннаго укрѣпленія. Въ июльѣ 1686 года китайцы опять явились съ большею силою; во время упорнѣйшей осады, ознаменованной съ обѣхъ сторонъ подвигами храбрости, Толбузинъ былъ убитъ непріятельскимъ ядромъ и его мѣсто заступилъ Бейтонъ. Китайцы, зимовавшіе подъ Албазинымъ, оставили осаду этого города только въ 1687 году, по случаю начавшихся между Россией и Китасмъ переговоровъ, имѣвшихъ цѣлю опредѣленіе границъ обоихъ государствъ. Послѣ мирнаго договора, заключеннаго въ Нерчинскъ 27 августа 1689 года, Бейтонъ былъ вынужденъ оставить Албазинъ и китайцы, на воззратномъ пути изъ Нерчинска, окончательно его раззорили.

Постер. отчетъ.

ξ

— 66 —

Албазинъ имѣлъ своихъ военноначальниковъ, бывшихъ въ зависимости отъ Нерчинскихъ воеводъ. Гербъ города состоялъ изъ одноголаваго орла, парящаго въ синемъ полѣ, держа въ правой лапѣ лукъ, а въ лѣвой стрѣлу *.

Съ 1689 года русскіе не возобновляли Албазина и не селились въ немъ. Въ 1737 и 38 гг. геодезисты Скобельseinъ и Шетиловъ посѣтили мѣсто, гдѣ быль этотъ городъ, а въ новѣшія времена (1831) тамъ были Лодыженскій и (1833) знаменитый нашъ ботаникъ Турчаниновъ.

Теперь, какъ и тогда, мѣсто, гдѣ находился городъ, у мандриковъ извѣсто подъ именемъ Якса, а у манагровъ также подъ названіемъ Орд. Остатки Албазина (смотрі планъ), видные еще и по нынѣ, состоять изъ идущаго четырех-угольникомъ землянаго вала, коего двѣ палѣльно съ рѣкой идуція стороны имѣютъ въ дину 36, двѣ же другія—40 саженей. Западная сторона города, обращенная къ рѣкѣ, расположена на высокомъ, почти отвѣсномъ обрывѣ; обращенныя къ N. и O. стороны граничатъ съ болотистымъ лѣсомъ, а южная, незамѣтно понижаясь, переходить въ далеко тянутійся прибрежный лугъ. Выкопанные у вѣншей стороны валовъ рвы ясно еще видны. Внутри крѣности замѣтно нѣсколько четырехгольныхъ углубленій, вѣроятно, это тѣ мѣста, гдѣ стояли хлѣбные магазины (жилищъ въ крѣпости не было); также можно отличить ямы, оставшіяся на тѣхъ мѣстахъ, гдѣ стояли башни западнаго вала; теперь всѣ эти углубленія большею частью наeweленны водою. Одна изъ ямъ, вѣроятно, составляетъ остатокъ колодца, который пробовали рыть, но однако не дорыли до воды, при послѣднемъ занятіи города русскими.

Между лежащими повсюду обломками кирпичей нашлись два жернова, судя по величинѣ, вѣроятно, употреблявшіеся въ маленькихъ ручныхъ мельнищахъ; нерѣдко также попадались: обуглившійся хлѣбъ въ зерни, обломки глиняной посуды и стеклянныя бусы. На лугу, который граничитъ съ обращенною къ югу частью города, также встрѣчались возвышенія и углубленія, сѣдѣланныя человѣческими руками, вѣроятно, остатки наружныхъ укрѣпленій. Эхѣсь также видно было нѣсколько четырехгольныхъ углубленій — сѣдѣи землянокъ, въ которыхъ, судя по тому, чтѣ намъ извѣсто изъ древнихъ рукописей, жили защитники Албазина.

Во время нашегоъ плаванія накопилось довольно занятій, отъ чего я провелъ утро въ своей палаткѣ. Послѣ объѣда мы похали чрезъ главный рукавъ Амура (около 1/2 вер. шир.) къ очень л.динному и широкому острову, лежащему противъ Албазина. На прибрежнѣ его, не очень высокомъ, но крутомъ и часто подмытомъ, росли ивовый кустарникъ (Salix de-pressa, β. cinerascens, S. viminalis) и кое-гдѣ только что разцѣтшая черемуха. Верхній, съверный, конецъ острова, довольно густо былъ покрытъ листенницами и соснами, между которыми кое-гдѣ попадались то полны (Populus suaveolens). На самомъ островѣ было много болотъ и узкихъ водоемовъ, въ видѣ каналовъ, гдѣ я наше.гъ огромное количество моллюсковъ

* Подобное описание читатель найдеть:

1) въ «Спайрскомъ Вѣстникѣ».

2) — «Ежемѣсячныхъ Сочиненіяхъ».

3) — «Новѣшихъ Повѣствованіяхъ» Семівскаго.

4) — «Поѣздкъ въ Забайкальскій край», Паршина.

5) — Ritter, Bd. III. и

6) — Stuckenberg Hydrograph.

— 67 —

(Lymnaeus, Physa, Galvata) и разнаго рода піявокъ. (Clepsine complanata, Nephelis vulgaris). Низменности острова были покрыты злаками и о окою, а луга, комрь нѣкоторыхъ большых растеній, особенно украшались цвѣтущими Viola discuta V. Jrcutiana, V. Gmeliniana и V. Patrinii, var. macrantha.

Я осмотрѣлъ гъ остатки китайскаго укрѣпленія, находаціеся близъ берега, напротивъ русской крѣпости; они имѣютъ форму растянутаго четыреугольника. Это то самое мѣсто, гдѣ въ концѣ XVIII-го столѣтія стояло лагеремъ китайское войско, разрушившее Албазинъ. Самое укрѣпленіе (ем. планъ), окруженное землянымъ валомъ, со рвомъ, въ дину имѣетъ 110, а въ ширину 18 саженей. На передней (т. е. обращенной къ Албазину) части вала, на разстояніи около 25 саженей отъ съвернаго конца укрѣпленія, находится возвышеніе въ видѣ полукруга, значительно возвышающееся надъ прочими частями вала. Въ той же части вала, саженъ на 12 къ югу отъ возвышенія, находятся два выступа, между которыми валъ и ровъ превраны. Вѣроятно, здѣсь былъ входъ въ укрѣпленіе. На съверной и южной сторонахъ укрѣпленія находятся выступы вала въ видѣ четыреугольника; въ обращенныхъ къ рѣкѣ углахъ этихъ, четыреугольниковъ едѣланы отверстія, вѣроятно также служившія входами въ укрѣпленіе. Валя, составляющейся заападную сторону укрѣпленія, не имѣетъ никакихъ перерывовъ; къ внутренней его сторонѣ примыкаютъ 4 маленькия укрѣпленія, состоящія каждое изъ вала, образующагося родѣ бастіона. Внутри укрѣпленія находится множество маленькихъ четырехугольныхъ углубленій, идущихъ параллельными рядами и занимающихъ всю площадь укрѣпленія, комрь прямоугольнаго пространства между главнымъ бастіономъ передней части вала и за дією частью вала; вѣроятно, здѣсь стояли жилища или, вѣрнѣе, землянки осаднаго войска.

Послѣ трехчасоваго пребыванія на этомъ остротѣ, мы возвратились къ нашимъ палаткамъ, куда между тѣмъ собралось нѣсколько манягровъ, пришедшихъ на наши выстрѣлы изъ своихъ не вдалѣкъ расположенныхъ юртъ. Это были люди весьма разговорчивые, но мы, незная по тунгуски, мало поняли изъ ихъ разсказовъ. Одинъ изъ нихъ, часто бывавшій въ Усть-Стрѣлкѣ и немного знавшій по русски, сообщилъ намъ, что манягры, въ прошломъ гоу, служившіе проводниками въ Амурской экспедиціи, вскорѣ послѣ того были потребованы въ г. Айгунъ, откуда они болѣе не возврачались. Онъ съ увѣренностью, утверждалъ что эти единолилеменники его были тамъ казнены, и присовокупилъ, что въ нынѣшнемъ году имъ строжайше было запрещено исправлять при русскихъ должность цроводниковъ.

Манягры привезли нѣсколько мѣшковъ сушеной оленины, которую мы у нихъ съ большою для себя выгодою мѣняли на черные сухари; эту мѣну они производили весьма охотно, но еще охотнѣе брали бы они у насъ водку, за которую даже предлагали намъ русскія деньги.

Въ продолженіе цѣлаго дня стояла ясная тихая погода, къ вечеру небо покрылось густыми тучами и ночью поднялся сильный NW, съ сильными порывами, которые опрокинули наши палатки, отъ чего мы провели цѣлую ночь безъ крова, подъ дождемъ, продолжавшемся до самого утра.

28 мая. Въ этотъ день сдѣляли маленькую прогулку къ маняграмъ, юрты которыхъ стояли на лѣвомъ берегу, верстахъ въ двухъ отъ мѣста, гдѣ мы расположились. Дорога шла по ши-

*

— 68 —

рокому лугу, который на нѣсколько верстъ тянеется отъ Албазина внизъ по рѣкѣ. Со стороны, противоположной рѣкѣ, лугъ огоймельъ незначительными возвышениями, покрытыми лѣсомъ; сторона же, обращенная къ рѣкѣ, находится на краю глупино-песчанаго обрыва, вышиною отъ 2 — 3 саженей, спускающаяся въ самое русло. Кое-гдѣ на лугу попадались болотистыя низменности, большею же частью онъ былъ покрытъ прекрасною травою, съ рѣдкими группами деревьевъ и кустовъ.

Пришедши къ юртамъ, стоявшимъ по берегу въ одинъ рядъ, мы были встрѣчены дружо-любно; каждый хозяинъ пригласили насъ войдти въ юрту. Въ юртахъ ведѣ были разостла-ны коврики, сопítые изъ пикрокъ козьихъ ногъ, на которые мы садились, поджавъ подъ себя ноги, около разведеннаго въ юртѣ огня.

По обычая манджуровъ, хозяинъ предложилъ намъ нѣсколько маленькихъ закуренныхъ трубокъ, которая мы, потянувшись изъ нихъ одинъ разъ, передавали другъ другу. Послѣ того, въ каждой юртѣ была подана въ маленькихъ берестяныхъ чашечкахъ готовая пища, состоявшая изъ яденьнейкой каши, съ небольшими кусочками маса, — лакомое купанье тузем-ныхъ жителей. Кромѣ трехъ юртъ, принадлежавшихъ манярамъ, здѣсь стояла еще 4-я юр-та, оной манджура, который сюда прибылъ для рыбной ловли и получения какого-то долга. Мы здѣсь пробыли довольно долго, чтобъ осмотрѣть значительное число неви-данныхъ нами этнографическихъ предметовъ и потомъ ихъ срисовать. Въ одной изъ этихъ юртъ мы нашли довольно большое ядро (¹/₂ фухта въ ноперечникѣ), найденное въ рус-скомъ Албазинѣ. Сдѣлавъ нашимъ хозяевамъ богатые подарки, мы возвратились къ себѣ въ палатку.

Здѣсь я считаю умѣстнымъ сообщить свѣдѣнія о манярахъ, собранныя мною во время краткаго моего пребыванія среди этого народа.

Трудно опредѣлить происхожденіе имени «манягры», подъ которымъ это маленькое тун-гусское племя извѣстно у живущихъ на Аргуни русскихъ, такъ-же какъ и словъ «мангиры», и «минегри» означающихъ этотъ народъ въ нѣкоторыхъ сочиненіяхъ *. Ни подъ одним изъ этихъ именъ онъ неупоминается въ китайской государственной географіи, гдѣ всѣ кочу-ющіе народы верхняго теченія Амура называются «оруцунъ». Конечно, теперь манягры, по крайней мѣрѣ изъ нихъ, которые живутъ по Амуру, и сами себя называютъ манялыръ; но, занимствовали-ли они это имя у русскихъ или уже и прежде такъ себя называли? Этотъ вопросъ я предоставляю рѣшить другимъ. Замѣчу только, что и манджурамъ, которые называютъ этотъ народъ вообще «аванькі», имя «манягеръ», какъ кажется, со-вершенно неизвѣстно.

Манягры, какъ и орочоны, суть потомки лавкасевыхъ тунгусовъ. На верхнемъ Амурѣ, Невиръ, составляетъ западную границу ихъ распространенія, и вмѣстѣ съ тѣмъ отдѣляетъ ихъ отъ орочоновъ, хотя послѣдніе, не имѣя постоянного мѣста жительства, часто пере-ходятъ за эту границу. Вирочемъ, и манягры, которые постоянно селятся на однадцать избранныхъ мѣстахъ, этомъ встрѣчаются на Амурѣ и выше Невира напр. на Котамангдѣ; однако-же они приходятъ сюда только для рыбной ловли и въ концѣ осени всегда возвра-щаются на свои зимнія становища.

* Лакшфъ И стр. 1 и 247.

— 69 —

Манягскія юрты разсѣяны по обоюмъ берегамъ Амура, на всемъ протяженіи его отъ
Невира до мѣстности, въ которой находится устье Кумары; впрочемъ, и здѣсь онъ такъ ма-
лочисленны, что иногда слушается проѣхать по рѣкѣ 50 и болѣе верстъ, невстрѣтивъ ника-
кого жилья. Довольно часто еще удается встрѣчать на этомъ иulti манягровъ весною и лѣ-
томъ, когда всѣ они занимаются рыболовствомъ и потому стараются жить какъ можно ближе
къ рѣкѣ; зимою они менѣе держутся береговъ и углубляются въ лѣса. Это кочующее племя
живетъ такъ же въ долинахъ Зен и Кумары, и по словамъ амурскихъ манягровъ, населеніе
тамъ—особенно на Кумарѣ,—гораздо гуще, чѣмъ въ долнѣ Амура.

Относительно формы лица, манягры представляютъ замѣчательныя противоноложности: у иныхъ лицо широкое, чисто монгольское: маленькій посъ и выдающіяся скулы; у другихъ— и такіе попадаются нерѣдко—лицо овальное, черты благородныя, скулы весьма пропорціональныя, носъ длинаный, примой или немного горбатый. Это разнообразіе физіономій легко объясняется тѣмъ, что манягры, вообще нерѣвливые, часто служиваютъ свои менами манягрыскимъ чиновникамъ, каждый годъ проѣзжающимъ чрезъ ихъ становища. Манягры малорослые, съ тонкими, какъ у орочоновъ, конечностями, составляютъ пекленіе; напротивъ, это — большею частію люди крѣпіе, хорошо зложенные, средняго иши даже довольно высокаго роста. Женщины, особенно старыя, часто бываютъ весьма дурыя. Впрочемъ, и между ними нерѣдко удается встрѣчать миловидныя и правильныя, но нашимъ понятіямъ, лица.

Манягры говорятъ тѣмъ же вообще языкомъ, какъ и тунгусы Восточной Сибири.

Языкъ этотъ отличается богатствомъ словъ, означающихъ различныя видопозвненія зем-
ной поверхности, что конечно происходитъ отъ тѣснаго соприкосновенія съ природой, кото-
рое составляетъ необходимое послѣдствіе кочевой жизни этого племени. Такъ въ языкѣ ма-
нягровъ есть не только слова, означающія хребетъ горъ, гору, холмъ, скать, утесистую стѣ-
ну, но такъ—же особенныя выраженія для различныхъ видопозвненій физіономіи этихъ
формъ земной поверхности; дагѣе, въ этомъ языкѣ есть особенныя названія для рѣки, ручья,
залива, мели, нороговъ и множество другихъ словъ такого-же рода. Всѣ эти выраженія,
skолько я могу судить, весьма хорошо характеризуютъ различныя видопозвненія мѣсто-
сти. Но конечно волшіе изучить всѣ оттѣки манягрскаго языка въ этомъ отношеніи будетъ
въ состояніи только тотъ, кто долго прожетъ съ маняграми, кочуя съ ними въ мѣстностяхъ
различнаго рода.

Что касается словъ, относящихся къ духовной жизни, то ини языкъ манягровъ чрезвы-
чайно объденъ.

Находясь въ постоянныхъ торговыхъ сношеніяхъ съ манджурами и даурами, манягры
заимствовали отъ тѣхъ и другихъ множество словъ. Пэъ словъ этого происхождения особен-
но многочисленны въ языкѣ манягровъ слова, означающія различныя принадлежности оде-
жды, предметы роскоши, такъ же нѣкоторые обычані и обрады, перешедшіе къ маняграмъ
отъ этихъ двухъ племенъ.

Русскія и якутскія слова въ языкѣ манягровъ встрѣчаются гораздо рѣже.

Манягры живутъ рыболовствомъ и охотой. Это народъ кочующій, но небродчій, какъ
орочоны. Двистельно, они хотя и непмѣютъ настоящихъ домовъ, однакоже зимою всегда

— 70 —

живутъ на одинъхъ и тѣхъ же мѣстахъ: весною они уходятъ на берега Амура, гдѣ занимаются исключительно рыболовствомъ.

Зимнія и лѣтнія жилища маняровъ совершенно одинаковы, съ тою только разлицею, что послѣднія строятся не такъ плотно, какъ первыя. Эти жилища — такія же юрты (джу, лжю), въ какихъ живутъ и орочоны. Остовъ каждой юрты состоитъ, смотря по величинѣ семьи, изъ 20 — 40 жердей, расположенныхъ конусомъ. Основу этого остова составляютъ 6 главныхъ жердей, изъ которыхъ 4 (трѣвѣнъ) расположены попарно, такъ, что жерди каждой пары помѣщены довольно близко одна подѣлъ другой и пары супротивны; 2 остальныя изъ главныхъ жердей (сона) стоять одна протинѣ другой и пакрести съ парами. Между жердями одной изъ паръ устраивается дверь. Эти шесть главныхъ жердей бываютъ обычно венно на верхнемъ концѣ развилены и захватываютъ одна другую развилипами, что даетъ устойчивость всей постройкѣ. Остальныя жерди (сёрлангъ) кладутся между шестью главными. Во внутренности юрты находятся 2, параллельныя одна другой, поперечныя перекладины, которые держатся на четырехъ парныхъ жердахъ. Къ этимъ перекладинамъ привѣшивается котель, который всегда виситъ надъ огнемъ, разводимымъ посредни пола юрты. Въ лѣтнихъ юртахъ, вмѣсто этихъ перекладинъ, находится треножникъ (джяку), къ которому привѣшивается котель. Остовъ юрты покрывается, лѣтомъ, большими изластинами, состоящими изъ ешетыхъ нитками, которые приготовляются изъ оленьихъ жилъ (сухожилій), кусковъ бересты, которая вообще играетъ важную роль въ хозяйствѣ тунгусовъ; на зиму низкая часть юрты, вмѣсто этихъ пластины, обкладывается выдѣланными лосинными шкурами (половинки) и обсыпается снѣгомъ. Кожи и пластины кладутся снаружи жердей, такъ что краями и прикрываютъ одна другую и совершенно закрываютъ весь остовъ: остаются только два отверстія: одно на вершинѣ юрты для выхода дыма, и другое съ боку, между жердями одной пары, служащее дверью. Послѣднее завѣшивается полотстью (ургѣптунъ), сдѣланною изъ лосинной шкуры и пси сщитою изъ рыбныхъ кожъ. По срединѣ юрты, какъ уже сказано, находится назначенное для разведения огня мѣсто (улертанъ); вокругъ этого очага, на разстояніи 2 — 3 футовъ отъ него, расположены въ один рядъ мѣста, на которыхъ размѣщаются домашніе и которые со стороны очага обложены деревянными брусочками; онъ выложены травою, перемѣшанною съ тонкими древесными вѣточками, и покрыты мѣховыми ковриками. Пространство между мѣстами и очагомъ называется аранъ. Кажый изъ членовъ семьи имѣетъ свое особенное мѣсто; мѣста, ближайшія къ двери, называются бо; тѣ изъ нихъ, которые находятся на лѣво отъ входа, принадлежатъ хозяину и хозяinkъ, а тѣ, которые помѣщены на право, прочимъ членамъ семьи. Мѣсто, находящееся противъ двери, въ самой глубинѣ юрты, считается почетнымъ, и назначено для гостей: надъ нимъ обыкновенно вѣшается кумиръ. Это мѣсто (малку) могутъ занимать только мужчины; женщины, какъ существа нечистыя, на него непускаются. Внутри же юрты, у самой двери, по объемъ сторонамъ ея, находятся небольшіе низенькие жеряные подставки (дунга), на которые ставится различныя домашнія утвари, находящіяся въ ежедневномъ употребленіи. Почти въ каждой юртѣ можно найти люльку; она бываетъ привѣшена веревками къ особенной жерди, прикрѣпленной къ остову юрты, такъ, что ея на этой жерди можно удобно качать. Самая люлька состоитъ изъ двухъ изогнутыхъ дугою дощечекъ, въ нѣсколько дюймовъ ширишою; объ дощечки соединены концами, такъ, что могутъ одна на другой двигаться. Къ этимъ доскамъ, по краямъ люлки, прикрѣ-

— 71 —

плены ремни, укорочивая или отпуская которые можно, по произволу, сдвигать или раздвинуть концы люльки; дно люльки дѣлается большего частю изъ коли, которая припישывается ремнями къ нижним краямъ обѣихъ досокъ. Всеядные подвылкности досокъ, люкѣ можно давать разные формы, приноравливаясь къ различнымъ положеніямъ дѣятіи, и потому дитя одинаково удобно можетъ и лежать и сидѣть въ ней. Тотъ конецъ люльки, въ которомъ помѣщается голова дѣятіи, бываетъ обыкновенно обѣщанъ различными мелкими предметами, каковы, напримѣръ, копыты косуль, челости и бедряныя кости соболей, монеты и пр. Эти предметы частью служатъ погремушками, частью же, можетъ быть, имѣютъ значеніе амулетовъ. Для сбереженія зимнихъ запасовъ, такъ же какъ и другаго имущества: различныхъ частей одежды и тому подобнаго, манягры устроиваютъ въ лѣсахъ около юртъ особенныя подставки (ёвлантъ, дёлантъ). Каждая такая подставка состоитъ изъ нѣсколькихъ, вырытыхъ въ землю кольцевъ 5 — 7 футовъ вышнилою, на которыхъ сверху укрѣплена полка изъ нонеречныхъ налокъ; на эту-то полку манягръ и кладетъ запасы и пр. предметы. Для защиты отъ неногоды, онъ прикрывасть это имущество берестой; что же касается дихихъ звѣрей, то отъ нападеній ихъ оно достаточно защищено высотою полки надъ поверхностью земли.

Въ одежды манягровъ много запмѣствованнаго отъ манджуровъ; и хотя нѣкоторыя ея части сохраняли чисто тунгусскій характеръ, какъ и у орочоновъ, но во всѣхъ остальныхъ заштѣно преобладаніе манджурскаго элемента. Различныя части одежды или получаются готовыми отъ манджуровъ путемъ торговли, или же приготовляются по манджурскому образцу дома изъ шкуръ и такъ-же изъ получаемыхъ посредствомъ торговли тканей.

Оdedaja мужчинъ состоитъ изъ сепскающагося ниже колѣнъ халата (чямчя) *, который надѣвается прямо на тѣло. Иванъ, иногда, кромѣ этого платья, не носатъ никакого другаго; иногда же надѣваютъ сверхъ чямчи еще короткую куртку (дѣкѣли) безъ рукавовъ, а при свѣлѣніи погодѣ, сверхъ этой куртки, еще доходящій до колѣнъ кафтанъ (голамъ). Зимнею верхнею одеждою служитъ манджурскаго покроя шуба (сюнтъ), спитая изъ обращенныхъ шерстью наружу шкуръ косуль. Чтобы всѣ эти довольно широкія одежды не отставали отъ тѣла, поверхъ ихъ надѣвается сплетенный изъ ремешковъ или конскихъ волосъ поясъ (омуль), который спереди застегивается пряжкой. Нижнее платье состоитъ, какъ и у орочоновъ, изъ короткихъ штановъ (ёркій), покрывающихъ только вершину бедръ и нижнюю часть туловища и изъ двухъ трубчатыхъ влагалищѣ, совершенно отѣзьныхъ одно отъ другаго, которые надѣваются на ноги и прикрѣпляются къ нижнему краюёркій. Эти влагалища называются «арамульсь», когда коротко обстиренная шерсть ихъ обращена внутрь, и «чикульмь», когда она обращена наружу. Зимою сверхъ этого нижняго платья надѣваются еще другие, состоящіе изъ тѣхъ же частей, панталоны (кушіи), спитые изъ жесткаго нестриженаго мѣха, обращеннаго шерстью внутрь; при этихъ панталонѣхъ носять арамульсь.

Обыкновенная обувь, носимая въ юртахъ, а иванъ въ сухую ногоду и внѣ юртъ, состоитъ изъ сапоговъ, которые шьются изъ лосинной кожи или изъ мѣха косуль, и которыхъ носки бываютъ вышиты различными узорами. Эти сапоги иногда надѣваются на босую ногу

* Чамчи, по манджурскіи значить рубашку.

— 72 —

и тогда въ нихъ подкла, дывается слой травы * подъ подошву; иногда же подъ нихъ на, дѣва-
ются еще легкіе сапожки, служащіе вмѣсто чулокъ. Только богатые манягры, и то рѣдко,
носять манджурскіе сапоги (савй), с. дѣ ланные не изъ кожи, а изъ какой нибудь ткани и съ
толстыми картонными подошвами.

Зимою манягры носять сапоги съ голенищами выше колѣнъ; эти сапоги (унтӑ), шьются
изъ шкуры, которая с. дирается съ оленьихъ или лошадиныхъ ногъ; шерсть въ этихъ сапогахъ
бываетъ обращена къ наружи. Вмѣсто теплыхъ рукавицъ (коколо), манягры часто употребляютъ свернутый кусокъ мѣха (этотъ кусокъ называется чикчӑптунъ), къ которому придѣлана петелька; вставивъ налиць въ эту петельку, манягрь втягиваетъ кусокъ мѣха въ рукавъ и закрываетъ ею отверстіе: отъ этого доступъ холода къ рукѣ прекращается. Привязываемый обыкновенно къ рукойкѣ плети лисій хвостъ, употребляется для той-же цѣли. На рукавищахъ, которые привязываются ремнями къ рукавамъ шубы, находится около верхней части ручной кисти, со стороны ладони, отверстіе, въ видѣ поперечной щели, сквозь которое можно просунуть руку, когда ее нужно обить.

Чтобы покрывать голову, мужчины весьма часто употребляютъ полукруглые войлочныя шапочки съраго или чернаго цвѣта, получаемыя отъ манджровъ; иногда употребляются такой же формы шапочки, приготовляемыя самими маняграми изъ мѣха, и украшенныя на макушкѣ пуговкой или кисточкой. Всѣ части одежды, которые служатъ для покрыванія головы, называются вообще «àbунъ», но сверхъ того онъ имѣютъ еще особыя названія, смотря по покрою и такъ-же по матеріалу, изъ которого сдѣланы.

Зимою, манягры но ятъ широкую и высокую шапку, съ лисьымъ околышемъ, которая дѣ-
лается иногда изъ сукна или полубархата, а иногда изъ мѣха и всегда бываетъ подбита мѣ-
хомъ. Къ пуговкѣ, которая находится на ея вершинѣ, прикрѣпляются двѣ широкія, висящія
внизъ, суконныя или шелковыя ленты.

Волосы свои, манягры заплетаютъ въ длинную, висящую за спиною косу, въ которую тѣ,
кто побогачѣ, вплетаютъ еще черные шелковые шнурки, для того, чтобы она казалась длин-
нѣе. Каждый манягрь, по манджурскому обычаю, носитъ на поясѣ мѣшокъ для трубки
(дайрива-тёпку), кисетъ (хаптургӑ), огниво (гӑнгди), ножъ (котò) и пр. Каждая изъ этихъ
вещей привязана къ особенному ремню, къ другому концу которого прикрѣпленъ какой ни-
будь небольшой предметъ (ичиѣ): русская или китайская монета, стеклянная пластинка,
раковинка, украшенный рѣзьбой кусочекъ дерева или рога и т. п. Каждый ремень продѣ-
вается концемъ, на котором находится ичийкъ, подъ поясъ, такъ, что ичийкъ выставляется
сверхъ пояса и такимъ образомъ не позволяетъ ремню, къ которому привязана одна изъ
сейчасъ помянутыхъ венцей, выскользнуть изъ-за пояса.

Весьма немногіе мужчины украшаютъ пальцы свои кольцами (унякӑптунъ); но они ча-
сто носять на запястьяхъ стеклянные или металлические браслеты, такъ же служащіе укра-
шеніемъ и получаемые отъ манджровъ.

Нарядъ женщинъ отнічается отъ мужскаго только тѣмъ, что халаты у нихъ нѣ сколько

* Растеніе, которое для этого употребляется, называется анкта, и принадлежить повидимому къ семейству Ситовниковыхъ (Cyperaceae).

— 73 —

диннѣе, и покрыты на рукавахъ, на спинкѣ и на нижнемъ краю полѣ украшеніями, которые на мужскихъ халатахъ или вовсе не встрѣчаются или если и встрѣчаются, то бываютъ сѣдланы не такъ тщательно. Тоже самое должно сказать объ обуви и головномъ уборѣ женщинъ. Волосы свои онъ раздѣляютъ проборомъ, идущимъ посрединѣ головы, на лѣ приди, заплетаютъ каждую изъ нихъ въ косу, кладутъ обѣ косы вокругъ головы и связываютъ одну съ другою, большею частью, на лбу. Дѣвушки отличаются по наряду отъ замужнихъ женщинъ тѣмъ, что носять на лбу повязку (дѣрбѣкъ) и маленькую шапочку изъ вышитой ткани. Повязка представляетъ довольно широкую ленту, усаженную пуговками, бусами и различными металлическими украшеніями; она окружаетъ косы и завязывается на затылкѣ. Женщины украшаютъ себя только ожерельями (комакчй) изъ стеклянныхъ бусъ раз型чаго цвѣта и величины; пуговками и змѣиными головками (раковины изъ рода *Cyrpraea*), такъ же кольцами, носимыми на пальцахъ, браслетами и бошими уродивыми сергами (сѣканъ). Онъ, такъ же, какъ и мужчины, всегда носять на поясѣ мѣшокъ для трубки и кисетъ; но у женщинъ обѣ эти вещи бываютъ всегда вышиты шолкомъ и вообще болѣ украшены. На поясѣ же, онъ носять подушечку для иголокъ и держать ее въ особенномъ пюскомъ мѣшкѣ, изъ которого ее можно вытаскивать синзу.

Для защиты отъ жара, и такъ же отъ комаровъ и мошекъ, нѣкоторые манягры употребляютъ въеръ (дѣлгу) и опахало (артукъ.—по манджурски арфукъ), другіе же носять для этой цѣли остроконечную шапку (бали), сѣдланную изъ легкой ткани, которая спускается до плечъ и покрываетъ всю голову и шею.

Главное занятіе мужчинъ составляютъ рыбная ловля и охота. Какъ только ледъ на Аму-рѣ прийдетъ, они сейчасъ приступаютъ къ ловѣ большаго осетра или калути (Accipenser orientalis) и нѣкоторыхъ другихъ мѣнѣ крупныхъ видовъ этого же рода. Эта ловля производится иногда, уже прежде описанными (см. стр. 48), переметами, чаще же особеннаго рода острогами или гарпунами, которые у манягровъ называются гидда*. Гарпунъ (см. таб. 5 чпг. 2) состоитъ изъ длиной (до 4-хъ сажень) палки (най), къ нижнему концу которой привязанъ, на короткомъ. но толстомъ шнуркѣ, большой желѣзный крючекъ, съ обращенною назадъ зазубриною около острія: весьма часто такихъ крючковъ бываетъ два, каждый на особенной веревкѣ; каждый крючекъ имѣетъ на концѣ, противоположномъ острю, небольшой выступающей зубчикъ; этимъ концомъ крючекъ вставляется въ прикрытое сверху, желѣнно-образное углубленіе, находящееся въ нижней части палки, и зубчикомъ укрѣпляется въ этомъ углубленіи, такъ, однако же, что держится тамъ весьма с.лабо. Къ нижнему концу палки прикрѣплена довольно длиная веревка (седжімъ), на другомъ концѣ которой находится свернутый въ трубочку кусокъ бересты, служащій поплавкомъ (холбокъ). Употребляется этѣмъ гарпунъ различно, смотря по высотѣ воды. Когда она высока, манягры отправляются на ловлю, обыкновенно вдвоемъ, въ одной берестанкѣ, они юдутъ около берега и какъ только замѣтятъ на поверхности воды легкое волненіе, производимое движеніями большой рыбы, быстро подъезжать къ этому мѣсту и бросаютъ въ рыбу гарпунъ. Палка, ударившись въ рыбу нижнимъ концомъ, сотрясается, и отъ этого крючки выскакиваютъ изъ углубленій, въ

* По тунгусски гидда значить вообще копье.

Цстор. отчетѣ.

10

— 74 —

которыхъ лежали, и глубоко впиваются въ рыбу; рыба, будучи ранена, иногда то юко легко, начинаетъ метаться въ всѣ стороны, и рыбаки пускаются за нею въ погоню. При этой погонѣ, они иногда подвергаются значительной опасности, потому что огромная, иногда до двухъ саженѣ длино, рыба, раздражаемая при томъ ранами, весьма сильно бьетъ хвостомъ и легко можетъ потошить легкую лодку. Берестяный поплавокъ даетъ рыбакамъ возможность слѣдить за всѣми движеніями рыбы, которая постепенно дѣлаются все медленнѣе и медленнѣе, потому что она теряетъ силы; наконецъ они подѣзжаютъ къ ней и добиваются ее.

Когда вода въ рѣкѣ упадаетъ, начинается другаго рода ловля калуги, ловля, которая называется «тынылякъ» (отъ слова тыгыллчимъ—подстерегаю). Для этой ловли устраивается на отмели, если возможно на срединѣ рѣки, подставка (дѣлкенъ) *, состоящая изъ трехъ всаженныхъ въ дно кольевъ, которые около сажени выставляются изъ воды и верхними концами перекрещиваются. На эту подставку садится одинъ изъ рыбоюловъ, тогда какъ другой останавливается под.тѣ него си.ля въ лодкѣ, и держа наготовъ острогу. Первый рыболовъ, находясь на значительной высотѣ, обозрѣваетъ довольно большое пространство. Какъ только онъ замѣтитъ выставляющуюся изъ воды рыбу или даже увидить, что вода въ какомъ нибудь мѣстѣ рябится, знакъ что тамъ есть рыба, сейчасъ кричить своему товарищу: «гиддала-калъ», то есть «бѣй острогой», и показываетъ въ какомъ направленіи видна добыча. Этимъ способомъ манягры ловятъ рыбу весьма ловко: они употребляютъ его въ продолженіе всей весны и всего лѣта.

Рыболовныя сѣти орочоновъ, выше уже описанныя мною, употребляются такъ же, хотя не стоь часто, и маняграми для ловли нѣкоторыхъ породъ рыбы, напр. тайменя (Salmo flui-tilis). Манягры, живущіе въ окрестностяхъ Албазина выше и ниже по Амуру отъ этого го-рода, умѣютъ такъ же лучить рыбу, то есть ловить ее ночью съ огнемъ; они обыкновенно занимаются этимъ способомъ ловли въ притокахъ Амура. Манягры, живущіе на Кумарѣ и на Амурѣ около ея устья, занимаются въ концѣ осени ловлею одной изъ породъ семгн (Salmo lagocephalus), которая по манягрски и по русски называется кетамъ. Эта рыба, стоь важная, особенно для странъ, орошаемыхъ нижнимъ Амуромъ, подымается по Амуру до Ку-мары, поворачиваетъ въ нея и идетъ вверхъ по ней. Въ Кумарѣ, эта рыба, какъ говорятъ, ловится въ большомъ количествѣ. Выше устья Кумары она попадается въ Амурѣ весьма рѣдко, а въ Шилкѣ и Аргуни и вовсе не встрѣчается. Зимою рыболовствомъ занимаются только богатые манягры, которые имѣютъ возможность ставить въ Амурѣ законы. Каждый такой зако.ль состоитъ изъ ряда жердей, съ переплетомъ изъ ивовыхъ вѣтвей между жердя-ми. Заколъ устраивается когда рѣка уже стала; онъ устанавливается на динъ понерегъ рѣ-ки и задерживаетъ ходъ рыбы. Въ немъ оставляются одно и.п. два отверстія и надъ каж-дымъ устраивается на льду небольшая коническая юрта, закрытая со всѣхъ сторонъ шкура-ми и древесными вѣтвями. По срединѣ юрты, прамо надъ отверстіемъ закола, дѣяется про-рубь. Надъ этою-то прорубью сидить рыболовъ, которыйі внимательно смотритъ въ воду; онъ хорошо можетъ видѣть находящуюся ташъ рыбу, потому что въ юртѣ совершенно темно, а дно рѣки освѣщено свѣтомъ проходящимъ сквозь ледъ, окружающий юрту. Рыба, встрѣчая

* Аргунскіе козаки, у которыхъ этотъ способъ ловли такъ-же въ употребленіи, называютъ эту подставку «караганъ».

— 75 —

заколъ, преграждающій ей путь, старается миновать это препятствіе и плыветъ, часто въ
большемъ количествѣ, къ отверстію, гдѣ рыбакъ и бьетъ ее острогою. Кромѣ маленькихъ
берестяныхъ лодочекъ (оморòчинъ), употребляемыхъ и орошонами, манягры имъютъ еще
большія, до 4-хъ саженъ длиною лодки (катукà) такого же устройства, служащія преиму-
щественно для переселеній съ одного мѣста жительства на другое и такъ же для рыбной
ловли. Каждая такая лодка вмѣщаетъ четырехъ и болѣе людей, которые сидятъ на днѣ ея
съ поджатыми подъ себя ногами, и каждый держитъ одно весло съ перьями на обоихъ кон-
цахъ; этими веслами они поперемѣнно загребаютъ по одному разу то съ одной, то съ дру-
гой стороны лодки и такимъ образомъ сообщаютъ ей чрезвычайно быстрое движеніе.

Охота составляетъ послѣ рыбной ловли наибольше любимое занятіе манягровъ; они охотят-
ся большею частью въ тѣ же времяна года и такимъ же образомъ, какъ орочоны.

Огнестрѣльное оружіе (мевсянъ или мевчынь) манягровъ бываетъ двухъ родовъ; теперь у
нихъ уже не очень рѣдки кремневыя винтовки, покупаемыя отъ русскихъ Но большая часть
манягровъ, особенно живущіе ниже по Амуру, употребляютъ исключительно китайскія вин-
товки, (см. таб. 4 фиг. 19) въ которыхъ зарядъ зажигается посредствомъ фитиля, прикрѣплен-
ного къ концу курка (каверёнко). Фитиля приготовляются изъ заболони (молодая часть древев-
сины) чернотальника (Alnobetula fruticosa), который у манягровъ называется коттоканъ. Спо-
собъ ихъ приготовленія весьма простъ: изъ заболони дѣлаютъ крутозавитые шнурки, кипятятъ
ихъ въ продолженіе цѣлаго дня въ водѣ съ толченою корою лиственницы, золою гнилаго де-
рева черной березы (Betula dahurica) и небольшимъ количествомъ пороха, и потомъ сушать.
Чтобы имѣть каждую минуту возможность зажечь фитиль своего ружья, охотникъ носить,
сзади на наясъ, т.ѣюшій кусокъ трута *, надѣтьіи на остріе, прикрѣпленное къ концу осо-
бенной палочки—унёлдйвунъ (см. таб. 4 фиг. 20). Въ большіе зимніе холода, этотъ трутъ часто
употребляется такъ же для того, чтобы обогрѣвать лицо.

Лукъ въ настоящее время почти не употребляется; однако же до сихъ поръ всѣ мужчи-
ны и даже маленькія дѣти носять на большомъ пальцѣ правой руки кольцо (ургоптӳнъ или
юся), для натягиванія тетивы, которое теперь служитъ только знакомъ, что носящій его обяз-
занъ со временемъ стать подъ знамена.

Эти кольца бываютъ или роговыя или металлическія; они довольно велики, около ¾ дюйм.
шириною, и при случающихъся иногда дракахъ составляютъ, какъ говорятъ, страшное
оружіе.

При охотѣ за лосями и настоящими оленями (C. elaphus), въ то время года, когда эти
животныя бѣгаются, манягры употребляютъ тонкій, некруто изогнутый деревянный рогъ
(орӑвунъ), около 1½ арш. длиною; играя на этомъ рогѣ, охотники весьма искусно подра-
жаютъ призывному крику самца и такимъ образомъ подманиваютъ къ себѣ животныхъ сей-
часъ упомянутыхъ породъ (см. таб. 4 фиг. 21).

Засѣки (охоръ) на оленей и лосей устраиваются такимъ же образомъ, какъ и у орошоновъ,
и такъ же въ отверстіяхъ снабжаются самострѣлами. Мнѣ остается сказать здѣсь только
нѣсколько словъ о стрѣлахъ, которые употребляются въ этихъ самострѣлахъ: онѣ часто бы-
ваютъ отравлены гнилымъ жиромъ, съ цѣлью ускорить смерть, и такимъ образомъ облегчить

* Трутъ этотъ есть ни что иное, какъ высущенные безъ всякаго приготовленія трутые грибы.

*

— 76 —

отыскивание раненыхъ животныхъ. Ядъ этотъ, попавъ однажды въ рану, распространяется
по тѣлу такъ быстро, что все мясо скоро получаетъ чрезвычайно противный гнилой запахъ,
который бываетъ весьма сильнѣе даже и въ томъ сучука, когда животное убываютъ прежде, чѣмъ
оно падетъ отъ действія яда. Не смотря на это, весьма небрежливые манягры безъ отвара-
ценія тѣдатъ мясо отравленныхъ такимъ образомъ животныхъ: вреда оно имъ, повидимому,
не приносить.

Манягры не всегда ограничиваются небольшими странствованіями по окрестностямъ
своего мѣста жительства, предпринимаемыми для охоты. Иѣкоторые изъ нихъ совершаютъ
иногда болѣе отдаленныя путешествія, въ которыхъ семейства ихъ несопровождаютъ. Такъ
они предпринимаютъ иногда путешествія на рѣку Юманъ, которой устье находится на лѣ-
вой сторонѣ Амура значительно ниже мѣста ихъ жительства; ихъ привлекаютъ соболи, до-
вольно часто еще встрѣчающиеся въ долинѣ Юмана. Манягры отправляются туда обыкно-
венно небольшими партіями. Они спускаются на плотахъ по Амуру и останавливаются на
пути въ гороѣ дѣ Айгунъ, гдѣ запасаются провизией на зиму.

Окончивъ свою охоту, они возвращаются тою же дорогою назадъ, и на пути опять оста-
навливаются въ Айгунъ, гдѣ покупаютъ лошадей, плята собольими и косульными мѣ хами.
Добывъ лошадей, они легко посищиваютъ на устьѣ Кумары, ко времени мартовской ярмарки и
взноса податей.

Изъ домашнихъ животныхъ, манягры держатъ только лошадей и собакъ. Хотя лошадь и
не играетъ въ быту этого народа такой важной роли, какъ съверный олень въ быту оро-
чоновъ, но тѣмъ не мѣнѣе она необходима каждому манягру для спокойной и пріятной жиз-
ни. Мясо этого животнаго не составляетъ исключительной пищи манягровъ; кожа не слу-
жить имъ единственнымъ одѣяніемъ. Однако же, имѣя много лошадей, они могутъ охотиться
на болѣе обширномъ пространствѣ, чѣмъ охотникъ лишенный этого преимущества; могутъ,
когда рѣка покрыта льдомъ, тѣзить кѣ аргунскимъ козакамъ и на Кумарскую ярмарку, гдѣ
весьма выгодно вымѣниваютъ на добычу своей охоты, какъ предметы роскоши, такъ и все
нужное для хозяйства и для различныхъ промысловъ. Бѣдные манягры, имѣющие только одну,
двѣ или вовсе неимѣющие лошадей, принуждены запасаться на цѣный годъ порохомъ,
свинцомъ, такъ-же какъ и другими, необходимыми въ домашнемъ быту, предметами, у сво-
ихъ болѣе богатыхъ соплеменниковъ или у заходящихъ въ манягрекія становища дауровъ,
при чемъ все обходится имъ дороже.

Лошади манягровъ не очень велики, но ерѣпки. Онѣ прошходатъ, безъ сомнѣнія, отъ
лошадей той породы, которая распространена по всему Забайкальскому краю. Главные при-
знаки манягрескихъ лошадей слѣдующіе: плея короткая, голова средней величины, лобъ ши-
рокій, уши маленькия, грива короткая спутанная, спина правая и переходящая постепенно
въ шею, грудь широкая, брюхо неподжарое, хвостъ довольно длинный, густой, ноги довольно
толстыя, копыты пропорціональныя. Шерсть у этихъ лошадей бываетъ обычно непривы-
кая, мало лоснящаяся, довольно длинная. Особенно бываютъ они косматы зимою, когда, ос-
таваясь постоянно и днемъ и ночью на открытомъ воздухѣ, подвергаются действію всѣхъ
атмосферныхъ явленийъ часто даже значительному холоду. Эти лошади вообще отличаются
силю и баснословною силовіностью.

Когда рѣка всстроется, манягры перебираются на берега ся, гдѣ выбираютъ мѣста, бога-

— 77 —

тыя хорошими лугами: при этихъ переселеніяхъ, имѣющіе много лошадей берутъ съ собою только часть табуна, а имѣющіе мало уводятъ всѣхъ. Богатые на это время обыкновенно угоняютъ слабыхъ лошадей и жерябыхъ кобыль на какой нибудь высокій островъ Амура, и оставляютъ ихъ тамъ, пока рѣка не станетъ. Переселенныя на островъ животныя, гуляя на свободѣ и находя на покрытыхъ высокою травою лугахъ острова обильный кормъ, отлично отъѣдаются и возстановляютъ силы, истощенныя зимними поѣздками.

Само собою разумѣется, что манягры никогда не задаютъ лошадямъ корму какъ это дѣлается у насъ: они даже и сѣномъ и зиму никогда не запасаются. Зимою лошадей выгоняютъ на луга, находящіеся около зимней юрты; такъ какъ лѣтомъ на этихъ лугахъ никакія домашнія животныя не пасутся, то зимою луга эти доставляютъ довольно хорошій кормъ. Въ тѣхъ случаяхъ, когда выпадаетъ очень глубокій снѣгъ, добываніе этой пищи дѣлается, конечно, нѣсколько затруднительнымъ, но лошади манягровъ весьма ловко разгребаютъ снѣгъ передними ногами. Около этого времени, лошади, часто сами собою, подходятъ къ юртамъ и ликутъ съ большимъ удовольствіемъ смоченный уриной снѣгъ—черта нравовъ, замѣчаемая и у сѣверныхъ оленей.

Лошадь идетъ въ зѣлу не ранѣе какъ на 4-мъ году отъ рождения: бѣдятъ манягры почти исключительно верхомъ. Повозки и сань, такъ же какъ и различныя части упряжи, за исключеніемъ дути, имъ хорошо извѣстны, но весьма рѣдко употребляются. Сбираясь зимою въ дальнее путешествіе, манягръ всегда выбираетъ самую сильную и жирную изъ своихъ лошадей, и предварительно подвергаетъ ее особенной выдержкѣ: а именно, онъ держитъ ее въ продолженіе одного дня, а если животное очень жирно то и долѣе, на привязи безъ всякаго корма. Послѣ этого, онъ уже садится на лошадь и отправляется въ дорогу. Во время самого путешествія, онъ принимаетъ такія же предосторожности; сдѣлавъ длинный конецъ, онъ вскій разъ сейчасъ же привязываетъ лошадь и держитъ ее на привязи 5 — 6 часовъ и долѣе, только послѣ этого онъ пускаетъ ее пастьсь. Эти правила обхожденія съ лошадьми извѣстны такъ же и аргунскимъ козакамъ, которые весьма строго имъ слѣдуютъ и называютъ это «давать выстойку». Если лошади не давать такой выстойки, то часто хорошо кормленная здоровая лошадь, въ нѣсколько дней, до того ослабваетъ, что становится совершенно неспособною продолжать путешествіе, при обыкновенныхъ условіяхъ, а иногда даже дѣлается на долгое время или навсегда негодною.

Только по сохранившемуся до сихъ поръ у манягровъ преданію знаемъ мы, что въ прежнія времена мѣсто лошадей у нихъ заступали сѣверные олени и что сѣднотательно это кочующее племя вело тогда другой родъ жизни. Когда именно совершалась эта замѣна однихъ домашнихъ животныхъ другими, опреѣлить съ точностію трудно; во всякомъ случае, она относится ко временамъ давно прошедшимъ. Кажется, нельзя сомнѣваться въ томъ, что манягры, такъ же какъ и манджуры, первоначально получили своихъ лошадей отъ монголовъ; въ этомъ убѣждаетъ то обстоятельство, что большая часть словъ, означающихъ различныя видоизмѣнія цвѣта и различныя свойства лошади, точно такъ-же, какъ и названія всѣхъ частей конской сбруи, монгольскаго прохожденія.

Привожу здѣсь, въ подтвержденіе сказанного, небольшую сравнительную таблицу словъ монгольскихъ, манджурскихъ и манягрскихъ, съ переводомъ на русскій языкъ:

— 78 —

<table><thead><tr><td>Монгольскія.</td><td>Манджурскія.</td><td>Манягрскія.</td><td>Русскія.</td></tr></thead><tbody><tr><td>Сайбуръ.</td><td>Сайбуру.</td><td>Тайвӑръ.</td><td>Переступь.</td></tr><tr><td>Джоро.</td><td>Джороль.</td><td>Джирӑу.</td><td>Ипоходецъ.</td></tr><tr><td>Хатарчй.</td><td>—</td><td>Катарчй</td><td>Рысакъ.</td></tr><tr><td>Бураль.</td><td>Бурулу</td><td>Бурӳль.</td><td>Чальй.</td></tr><tr><td>Цохоръ.</td><td>Чохоро</td><td>Чокӳръ.</td><td>Чубарый.</td></tr><tr><td>Алакъ.</td><td>—</td><td>Алӑръ</td><td>Птгй.</td></tr><tr><td>Дзэрдэ.</td><td>Дзэрдэ.</td><td>Джердӑ.</td><td>Рыжйй.</td></tr><tr><td>Кукӳ-муринъ.</td><td>—</td><td>Кукӳ-муринъ.</td><td>Сивка.</td></tr><tr><td>Эмэль.</td><td>Энгэму</td><td>Эмэгэль.</td><td>Сьдло.</td></tr><tr><td>Хадзаръ.</td><td>Хадала</td><td>Кадаль.</td><td>Узда.</td></tr><tr><td>Хударгӑ.</td><td>Кудараха</td><td>Кодургӑ</td><td>Подхвостникъ.</td></tr><tr><td>Тохэмъ.</td><td>Тохомӑ</td><td>Тохӳ</td><td>Потникъ.</td></tr></tbody></table>

Работы, приходящіяся на долю женщинъ, у манягровъ гораздо многочисленнѣе и тягостнѣе, чѣмъ лежащія на мужчинахъ. Мужчины не знаютъ никакихъ домашнихъ работъ, они только ловятъ рыбу, охотятся, да здятъ, и то недалеко, по торговымъ дѣламъ. Женщины рубятъ и носятъ дрова, устанавливаютъ юрту, изготовляютъ различныя части одежды и конской сбруи и плетутъ сѣти; женщины же очищаютъ отъ шерсти особенными желѣзными скоблилками (кедерӑ) и выдѣльваютъ оленьи и лосинныя шкуры, нужныя для постройки жилицъ и для приготовленія одежды. Далѣе, женщины приготовляютъ берестяныя пластины, употребляемыя для обшивки юртъ и лодокъ; приготовленіе этихъ пластинъ весьма просто: куски бересты сначала развариваются въ кипящей водѣ для приданія имъ надлежащей гибкости, а потомъ сшиваются нитками изъ животныхъ жилъ (сухожилйй). Наконецъ, на попеченіи женщинъ находятся и лошади. Когда манягры отправляются въ какую нибудь поѣздку, женщины должны поймать, осѣдать и навьючить лошадей, а когда они воротятся, разсѣдать, стреножить и пустить на пастбищѣ.

Манягры питаются преимущественно мясомъ четвероногихъ и рыбой и въ отношеніи шищи почти не отличаются отъ орочоновъ. Въ выборъ кушаньевъ, манягры разборчивы еще менѣе, чѣмъ орочоны; они (т. е. манягры) здятъ безъ замѣтнаго отвращенія мясо хорьковъ, лисицъ и волковъ; мясо добытыхъ на охотѣ лосей, настоящихъ оленей и косуль, они рубятъ на мелкіе куски и потомъ высушиваютъ; въ этомъ видѣ оно занимаетъ одно изъ самыхъ важныхъ мѣстъ въ числѣ сберегаемыхъ на зиму припасовъ. Изъ приготовленнаго такимъ образомъ мяса (кукурӑ), съ прибавкою небольшаго количества муки и сушеной черемухи, варится составляющая ежедневную пищу манягровъ похлебка (спляй); приправою этой похлебки обыкновенно служатъ части нѣкоторыхъ растеній, собираемыхъ въ окрестностяхъ юрты; наньолѣе употребляется такимъ образомъ: зелень одного растенія, которое манягры называютъ «кумби», сушеныя листья (кӑнгула), *Aegopodii alpestris* (кангукта) и луковицы растеній, называемыхъ онгукта (*Allii sp?*) и абдахӑ (*Lilii sp?*). Изъ туземныхъ питательныхъ веществъ растительнаго происхожденія самое важное для манягровъ — черемуха, которая употребляется сушеною, или въ видѣ цѣлыхъ ягодъ или истолченная вмѣстѣ съ косточками

— 79 —

въ порошокъ (турйкта). Манягры употребляютъ черемуху въ огромномъ количествѣ, не испытывая отъ этого никакихъ вредныхъ послѣдствій.

У тѣхъ, кто побогаче, постоянно встрѣчается въ хозяїствѣ и соль, которую манягры покупаютъ у дауровъ и называютъ «катахӑнъ» (отъ даурскаго слова «катӑ», которое значитъ соль) или давсунъ (манджурское названіе этого вещества). Эта соль, которая бываетъ весьма дурнаго сорта, добывается изъ соляныхъ озеръ, находящихся въ окрестностяхъ города Мергенъ. Весною и зимою, когда манягры болѣе всего имѣютъ сношеній съ манджурами и даурами, у манягровъ случается находить: просо, муку, особеннаго рода черные бобы (бёрча — съмяна одного изъ видовъ *Dolichos*), стручковый перецъ и т. п.

Амурскіе манягры, болѣе всего сношеній имѣютъ съ одной стороны съ манджурами и даурами, а съ другой съ аргүнскими козаками, и гораздо менѣе — съ приходящими на Зею якутами. Весною, въ становищахъ манягровъ, нерѣдко случается видѣть дауровъ, которые приходить туда, какъ только вскроется Амуръ, для полученія старыхъ долговъ. Дауры продаютъ маняграмъ свои товары большее частью въ кредитъ, при чемъ часто случаются большія з.употребленія со стороны продавцевъ, которые не только сбываютъ покупателямъ по-средственные товары, но и отдаютъ эти товары по цѣнѣ, въ 3 — 4 раза превышающей на-стоящую. Долгъ выплачивается на с.г.дующій годъ, съ большими процентами, и при этомъ манягръ, чтобы получить самое необходимое, часто отдаетъ кредитору всѣ мѣха, которыея добылъ въ цѣлый годъ.

Какъ только Амуръ станетъ, манягры начинаютъ прокладывать для себя удобныя верхоконныя дороги: сначала они прокладываютъ такія пути только къ сосѣднимъ юртамъ своихъ соплеменниковъ; потомъ постепенно ведутъ эти дороги далѣе и далѣе и такимъ образомъ доводятъ ихъ съ одной стороны до Усть-Стрѣлки, а съ другой до устья Кумары. Эти пути сообщенія идутъ большею частью по ледяной корѣ самаго Амура, но въ нѣкоторыхъ мѣстахъ ихъ для сокращенія разстояній проводятъ не по изгибамъ рѣки, а по береговымъ лугамъ и побочнымъ долинамъ.

Въ первыхъ числахъ декабря, нѣкоторые изъ амурскихъ манягровъ отправляются на устьѣ Кумары, куда около этого же времени пріѣзжаютъ и манджурскіе чиновники, которые собираютъ тамъ ясакъ, какъ съ этихъ манягровъ, такъ и съ манягровъ, прибывающихъ съ Кумары и Зеи. Около этого же времени открывается на устьѣ Кумары родъ ярмарки, такъ какъ туда одновременно съ манджурскими чиновниками пріѣзжаютъ и даурскіе купцы съ тяжело нагруженными повозками. Послѣдніе привозятъ китайскія ткани, соль, чай, крупу, просо, табакъ, водку, свинецъ, порохъ, и эти товары мѣняютъ у манягровъ на мѣха, различныя части одежды, приготовляемыя изъ оленьихъ и косульихъ искуръ, зимніе сапоги, шапки, рукавицы и пр. Такъ какъ манягры не всегда имѣютъ достаточно собольихъ мѣховъ для уплаты ясака, то купцы привозятъ на ярмарку также и этотъ товаръ и продаютъ его маняграмъ, которые платятъ по 3 — 4 янгъ * или по 70 бѣлокъ за шкурку средняго достоинства.

Бѣличь шкурки служатъ на этой ярмаркѣ единицею цѣнности и большею частью заступаютъ мѣсто монеты. Такъ напримѣръ здѣсь обыкновенно плятятъ:

* Янгъ—серебряная монета въ 8², золотника русскаго вѣса.

— 80 —

За 1 сажень * табаку 1 и 2 бѣличьихъ шкурокъ.

— 1 чанку водки. 1 бѣличью шкурку.

— 1 фунт** (китайскій) свинцу 6 бѣличьихъ шкурокъ.

— 1 фунтъ (китайскій) пороху 5 — 6 бѣличьихъ шкурокъ.

— 1 мѣру проса. . . . . . 5 — 10 —

На устьѣ же Кумары бываетъ еще другая ярмарка, которая открывается 10-го марта (мартъ мѣсяцъ по манягрески называется жо-бо), но повидимому не такъ значительна, какъ первая. На эту ярмарку, приходить такъ же большая часть возвращающихся съ Нюмана соболиныхъ промышленниковъ, которые, однако же, по смыслу одного манджурскаго закона, могутъ приступить къ продажѣ добытыхъ или соболей даурскимъ купцамъ только тогда, когда весь манягры упилатятъ свой ясакъ. Это правило установлено съ тою цѣлью, чтобы понятные промышленники не захватили въ свои руки монополи соболей торговли, въ которой они имѣютъ большое препушенство надъ маняграми, такъ какъ последніе съ трудомъ достаютъ соболей, потому что эти животныя встрѣчаются теперь въ занимаемой маняграми сторонъ уже весьма рѣдко. Торговыя сношенія манягровъ съ аргунскими козаками производятся различнымъ образомъ: тѣ и другие или посѣщаютъ другъ друга, или же собираются на заранѣе назначенныхъ мѣстахъ, где у нихъ бываютъ сходки (больджоръ). Русскихъ своихъ приятелей по торговѣ, манягры чествѣютъ особеннымъ именемъ андѣ или андѣ-бо; всѣхъ же русскихъ вообще называютъ людъ. Торговля манягровъ съ русскими — такъ-же мѣновая: манягры доставляютъ мѣха и дубленыя лосиныя кожи (половинки), а русскіе—мукъ, огнестрѣльное оружіе (винтовки), желѣзныя вещи, свинецъ и порохъ. Послѣдній несравненно лучше получаемаго отъ китайцевъ и весьма цѣнится маняграми. Отъ русскихъ же получаетъ этотъ кочующій народъ аргунскіе песчанковые бруски, которые манягры предпочитаютъ сланцевытъ ***, добываемымъ изъ скалистыхъ береговъ Амура.

Для измѣрения большихъ разстояній, манягры употребляютъ двѣ весьма неточныя единицы; они опредѣляютъ величину такихъ протяженій, во-первыхъ днями цны, во-вторыхъ мѣрою, которую займѣтовали у дауровъ и до сихъ поръ называютъ даурскимъ именемъ «булӑ»; буха равняется разстою нюю, на которое надо удалиться отъ быка, чтобы сдѣлалось невозможно разлѣчать простыми газами рога на головѣ его.

Словомъ «даръ» (отъ манджурскаго слова «да», которое означаетъ сажень), манягры означаютъ такъ называемую ручную сажень, которая равняется разстоянію между концами кистей рукъ одного человѣка, когда эти концы паньрѣе удалены одинъ отъ другаго. Манягры мѣриютъ такъ же длину: 1) разстояніемъ между возможно болѣе раздвинутыми концами пальцевъ средняго и большаго; эта мѣра называется «тонгоръ»; 2) шириною кулака,—эта мѣра называется джавайка (отъ манджурскаго слова: «дмафакў»), которое значитъ руковятка).

Въ торговыхъ дѣлахъ съ мандажрами и даурами, манягры употребляютъ всегда китай-

* Панизаный на пуркъ истовѣй табакъ продается на этой ярмаркѣ ручными саженіями.

** 1 Китайскій фунтъ (гиль) = 46 лянь.

1 Русскій фунт = 11 —

*** Манягры называютъ русскіе бруски «точилла» (отъ русскаго слова—точно), а сланцевые—лека.

— 81 —

скій вѣсъ; а въ такихъ же дѣлахъ съ русскій—русскіе фунтъ и пудъ, называя первый «путъ» а второй «пуръ».

До 20 года отъ рожденія, манягръ мужескаго пола считается несовершеннолетнимъ (седанъ) и свободенъ отъ податей и отъ воинской повинности. Съ этого возраста онъ начинаетъ платить полушную подать (ясакъ) и дѣлается обязаннымъ становиться подъ знамена по требованию правительства. Подать, которую взносить взрослый манягръ, состоять изъ одной собольей шкурки въ годъ. Эту подать манягры доставляютъ сами или отсылаютъ со своихъ старшинами, на устье Кумары, куда для сбора ея, какъ уже выше было сказано, пріѣзжаютъ, въ декабрѣ и въ мартѣ, манджурскіе чиновники. Шкурка, которую обязанъ представить манягръ, должна быть среднаго достоинства, со всѣми лапками и конечно съ хвостомъ *. Если манягръ доставить отличнаго соболя, то чиновникъ дастъ ему с.дачи 2 — 3 янъ. Манягры неимущіе или съ какими нибудь тѣлесными недостатками совершен- но свободны отъ ясака. Точно такъ же манягры, достигшіе 40—50 летнаго возраста, осво- бождаются отъ подати и отъ воинской повинности и отмѣчаются въ спискахъ какъ отстав- ные (сола).

Манягры имъютъ старшинъ, которыхъ сами выбираютъ изъ среды своей; сверхъ того, у манягровъ есть еще одинъ, назначаемый высшимъ начаљствомъ изъ числа старшинъ, чиновникъ, который живетъ на берегу Кумары, недалеко отъ ея устья, и считается въ чинѣ «джантйнѣ» (онъ носитъ на шапкѣ свѣтло-синій стеклянный шарликъ). При этомъ чиновни- кѣ состоять: иѣсколько старшихъ урядниковъ (бошхо) и одинъ офицеръ (хавангъ), которые помогаютъ ему въ исполненіи служебныхъ обязанностей.

Всѣ манягры безъ исполненія держатся шаманства, котораго основный доматъ заключается въ признаніи бытія добрыхъ и злыхъ духовъ. Манягры особенно уважаютъ и боятся духовъ послѣдняго рода, которые, какъ «духи земли», привадлежатъ къ числу обитателей нашей планеты и живутъ въ дремучихъ лѣсахъ и въ горахъ. Эти то духовъ вмѣшваются вред- нымъ образомъ въ жизнь человѣка, желаютъ ему зла и стараются мѣшать ему во всѣхъ дѣлахъ. Впрочемъ, каждый человѣкъ можетъ до нѣ которой стенени предохранить себя отъ козней этихъ враговъ, посредствомъ жертвоприношеній. Потому то, на охотѣ, на рыбной ловлѣ, передъ путешествіями и даже при различныхъ домашнихъ занятіяхъ, приносятся жертвы злымъ духамъ. Особенно хорошо умѣть управляться съ этими вредоносяными су- ществами тѣ манягры, которые извѣстны подъ именемъ шамановъ (саманъ). Они соверша- ють всѣ религіозные обряды и колдованія, съ помощью которыхъ вызываютъ злыхъ духовъ, узнаютъ ихъ намѣренія и находить средства къ отвращению угрожающихъ людамъ несчастій. Въ шаманы попадаетъ то и яго тотъ, кого сами злые духовъ изберутъ и облекутъ могуществомъ собирать ихъ около себя и производить всѣ священныя дѣйствія.

Обыкновенно выборъ духовъ падаетъ на мужчинъ; иногда, одиножь, и женщины (такъ же, какъ и у якутовъ) получаютъ шаманское знаніе. Я самъ видагъ одну изъ такихъ шама- нокъ. Она долгое время чувствовала призваніе къ этому въ своемъ родѣ священному, сану и

* Хвосты соболей особенно важны для манджровъ потому, что пришиваются у нихъ къ шапкамъ, какъ знакъ военного знанія.

Персп. отчетъ.

11

["— 82 —", "наконецъ понала въ ученькъ къ оцюму опытному шаману (жившему на рѣчкѣ Койкуканъ), который и научилъ ее призывать духомъ и совершать всѣ заклинанія и волшебства. Замѣчательно, что даръ шаманства, вообще столь рѣдкій, передается по наследству: онъ всегда переходитъ отъ отца къ старшимъ сыну.", "При исполненіи всѣхъ обязанностей своего званія, шаманъ употребляетъ такъ называ-\nмый волшебный бубенъ (унтӳрунъ), ко орый играетъ въ нихъ самую важную роль. Шаман-\nскій кафтанъ (шамашки) и шалка стъ двумя желѣзными рожками, къ концамъ которыхъ\nпривѣшены бубенчики, мятѣе необходимы и надѣваются только ири самыхъ торжествен-\nныхъ случаяхъ. Шалка называется бумбоки. Шаманскій кафтанъ походитъ по своему по-\nкрою на широкое пальто, доходящее до котѣти, и увѣнанъ многочисленными желѣзными\nукрашеніями и фигурами животныхъ: въ числе послѣднихъ всегда встрѣчаются изображенія\nгарары (Colybus glacialis).", "Влѣяніе шамановъ на народъ до нихъ порѣ еще весьма велико; всѣ ихъ предсазанія и\nволшебныя штуки принимаются съ безусловною вѣрою. Сами они пользуются особеннымъ\nпочетомъ. Если шаманъ войдетъ въ юрту къ маняграмъ, его сажаютъ на почетное мѣсто и\nкурятъ передъ нимъ какимъ илобудь жиромъ и мозгевельникомъ.", "Падолы (свѣоки, иногда такъ же бурханъ) манягровъ вырѣзываются изъ дерева и пред-\nставляютъ обыкновенно весьма упрощенные изображенія человѣческаго лица или цѣлыя ста-\nтуйки. Падолы перваго рода номщаются обыкновенно внутри юрты, гдѣ привѣшиваются\nнадъ почетнымъ мѣстомъ къ одному изъ шестовъ, составляющихъ остовъ юрты. Каждый та-\nкой идолъ есть ничто иное, какъ овальная дощечка, на которой грубо вырѣзанными углубленіями обозначены очертанія человѣческихъ nosa, рта и глазъ; на нижнемъ краю и по обѣимъ сторонамъ верхняго прикрѣплены къ доскѣ куски мѣха, представляющіе волоса на головѣ\nи бороду. Сзади каждой юрты находится весьма уважаемое маняграми мѣсто, на которое\nдолже женщинамъ не позволяетъ вступать и на котором находится цѣлое собраніе идоловъ.\nЭто собраніе состоитъ изъ маленькихъ деревянныхъ изображеній цѣлаго человѣка, или, рѣ-\nже, различныхъ звѣрей, и изъ деревянныхъ же фигурокъ, въ которыхъ трудно найдти сход-\nства съ тѣмъ или другимъ животнымъ. Всѣ эти божества висятъ на избранномъ для этого\nдеревѣ и покрыты дерестой.", "На платьѣ своемъ, манягры не носятъ (какъ это водится у живущихъ ниже по Амуру\nтунгусовъ) никакихъ идоловъ, хотя въ путешествіи или на охотѣ и имѣютъ ихъ при себѣ —\nодного или нѣсколькихъ.", "Всякий шаманъ не только волшебникъ или фокусникъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ и лекарь. Но,\nне имѣя понятія о медицине, онъ стаRESTeSTeSToTtOккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккккк

— 83 —

стію у людей преклоннаго возраста. Пораженные ею люди часто носять очки, въ которыхъ мѣсто стеколъ заступаютъ сѣточки, сплетенные изъ конскаго волоса. Эти очки у манягровъ называются сарапчій; употребленіе ихъ перешло къ маняграмъ отъ якутовъ (якутское названіе этихъ очковъ — чарапчий).

Накожныя болѣзни (укспінь) замѣчаются бозынею частію у дѣтей; людей же, обезобразенныхъ основою, я вовсе не встрѣчалъ между маняграми. Гораздо чаще страдаютъ манягры болѣзнями брюшными и грудными. Они считаютъ тѣ и другія страданіями сердца, и потому при этихъ болѣзняхъ обыкновенно носатъ на шеѣ, какъ талисманъ, небольшое деревяное сердечко, заговоренное шаманомъ; сердечко это называется «мөйтунъ» (отъ слова «мөвань», которое значить сердце). Зобатые (оўль или уль), между маняграми рѣдки; напротивъ, они чаще встрѣчаются ниже по Амуру, между жителами города Айгуна и лежащихъ близъ этого города селеній. Не очень рѣдко страдаютъ такъ же манягры одною весьма странною нервною болѣзностью, съ которой мы уже основательно знакомы по описаніямъ многихъ путешественниковъ. Эта болѣзнь встрѣчается у большой части ликихъ народовъ Сибрии таң же, какъ и у воспитившихъ тамъ русскихъ. Въ странѣ якутовъ, гдѣ случаи этой болѣзни весьма часты страдающіе ею люди извѣстны и у якутовъ и у русскихъ подъ именемъ эмиорйхъ, здѣсь же (т. е. въ той части Сибрии, гдѣ живутъ манягры) эти больные называются: у манягровъ «олютъ», а у аргунскихъ козаковъ «длганджи». Припадки болѣзни, о которой я здѣсь говорю, заключаются въ томъ, что страдающій ею человѣкъ, будучи разграженъ или испуганъ, подражаетъ, безсознательно и часто безъ малѣшайшаго стыда, всему, чтò передъ нимъ дѣлаютъ. Если такого человѣка слишкомъ раздразнятъ, онъ приходитъ въ бѣшенство, которое выражается тѣмъ, что больной испускаетъ дикіе крики, пестовствуетъ различнымъ образомъ и даже бросается съ ножемъ, или съ чѣмъ нибудь другимъ, чтò только попадется ему подъ руку, на тѣхъ, которые довели его до этого состоянія.

У манягровъ этою болѣзню страдаютъ вообще женщины, особенно весьма старая; впрочемъ, мнѣ извѣстны такъ же примѣры и мужчины, которые были ею одержимы; замѣчательно, что женщины, одержимыя этою болѣзню, несмотря на то были сильны и во всѣхъ другихъ отношеніяхъ пользовались хорошимъ здоровьемъ.

Отъ постоянныхъ сношеній съ мандкурами, манягры утратили много своего народнаго характера, чистоты нравовъ и честности. Во многомъ они стоять, конечно, еще на одной высотѣ съ соплеменниками своими орошонами, но въ честности далеко отстали отъ послѣднихъ.

Воровство у манягровъ случается довольно рѣдко; они, подобно орошонамъ, оставляютъ свое имущество въ лѣсахъ не принимая при этомъ никакихъ предосторожностей отъ воровъ. Случающіяся преступленія, манягры большею частію предоставляютъ суду старшинъ и са-ми исполняютъ приговоры этихъ судей; только въ рѣдкихъ случаяхъ обращаются они съ такого рода дѣлами къ чиновникамъ, тѣмъ бо гѣе, что тяжкія преступленія случаются среди этого илемени не часто. Убійства, однако же, бываютъ, особенно въ пьяномъ видѣ.

Здѣсь же можно упомянуть объ одной чертѣ нравовъ, которая нерѣдко бываетъ причиною споровъ и кровопролитныхъ дракъ. Манягръ ни за что не скажетъ, какъ зовутъ того или другаго изъ его взрослыхъ соплеменниковъ. Если къ нему кто нибудь обратится съ такимъ вопросомъ, онъ отвѣчаетъ «тотъ, о комъ ты спрашиваешь, сынъ, или отецъ или другой родственникъ такого-то»; болѣе точнаго отвѣта отъ него добиться нельзя. Относительно

*

— 84 —

мають тихихъ, это странное правило не соблюдается; имя каждого изъ нихъ всякій манягъ скажетъ безъ магъшаго затрудненія. Собственного своего имени манягъ не произносить. Если манягра спросять, какъ его зовутъ, то онъ или промолчитъ или скажетъ, вмѣсто своего имени, какое нибудь другое.

Когда манягъ вздумаетъ жениться и выберетъ себѣ невѣсту, то долженъ купить свою будущую жену у ея отца — обычай, соблюдаемый почти всѣми сибирскими народами. Плата (тори), въоснаяя при этомъ откуе невѣсты, бываетъ, разумѣется, болѣе или менѣе значительна, смотря по средствамъ платящаго: она состоитъ изъ различного числа лошадей и кромѣ того изъ частей одежды и различныхъ мелочей. Отъ величины этой платы зависимъ обыкновенно и количество приданаго, которое новобрачая приносить съ собою въ домъ своего мужа. Хотя многоженство у манягровъ и не запрещено закономъ, однако я чрезвычайно рѣдко встрѣчалъ между ними такихъ, которые имѣли болѣе одной жены. Весьма часто они женятся на манягътнихъ дѣвочкахъ. Въ этихъ случаяхъ жена, и въ томъ возрастѣ, въ которомъ еще неспособна къ отправленію супружескихъ обязанностей, живетъ въ юртѣ своего мужа, но въ качествѣ служанки, исправляя всѣ домашнія работы. Такая супруга, покуда не сдѣлается настоящей женой, носить на головѣ, служащую знакомъ дѣвчества, повязку (дёрбёки). (См. рис. 17, ф. 2).

29-го мая. Цыльший день небо было ясное; дугъ умѣренный съверный вѣтеръ; въ полдень термометръ показывалъ въ тѣни +15,3° Р.

Послѣ обѣда къ намъ явились почти всѣ жители юртъ, которыхъ мы вчера посѣтили; большая часть мужчины и женщины пріѣхали верхомъ на лошадяхъ, ихъ сопровождали цы- лая толпа дѣтей, бѣжавшихъ имъ во сѣдѣ. Всѣ они расположились въ кружокъ въ нашей палатѣ, и мы ихъ утощали чаемъ. Потомъ, каждому изъ нихъ мы опѣль дали различные подарки, взмѣна огромного количества мяса и рыбы и даже прось, которое они намъ при- везли. Наши посѣтители были въ хорошемъ расположеніи духа и хотѣли намъ многое сообщить; къ сожалѣнію, многое для насъ осталось недоступнымъ, такъ какъ только одинъ ме- жду ними немного зналъ по русски и по якутски. Вообще, виродолеженіе всего нашего- шествія, недостатокъ въ хорошемъ переводчикѣ былъ весьма чувствительъ; но, этому об- стоятельству нельзя было пособить, и потому многое интересное въ туземныхъ разсказахъ отъ насъ усвоюзало, а также и болѣе подробныя изслѣдованія нравовъ, обычаевъ и жизни племенъ, съ которыми мы имѣли случай стащиваться, были крайнѣ затруднительны. Ме- жду нашими гостями нашелся одинъ, который довольно свободно читалъ и писалъ по манд- журски. Онъ прочиталъ на распѣтие манджурскія письмена, которые я имѣлъ съ собой, и каждому изъ насъ написать по нѣсКОЛЬко строчекъ на намять. Вотъ содержаніе этихъ стро- чекъ: «Въ знакъ благодарности за гостеприимство; при чѣлѣ вина было вдоволь. Мы сошлись, — у достопримѣчательнаго памятника (Албазина) и провели съ русскими чино- вниками нѣсколько пріятныхъ часовъ. Полученные отъ нихъ подарки будутъ для насъ са- мымъ драгоцѣннымъ воспоминаніемъ о дняхъ, которые мы съ такимъ удовольствіемъ про- жили вмѣстъ съ ними». Но скоро манягры сдѣлались для насъ въ тягость своимъ ненасыт- нымъ желаніемъ подарковъ и своей навязчивостью; мы были весьма рады, когда они, послѣ неоднократныхъ тщетныхъ просьбъ съ нашей стороны, рѣшились наконецъ возвратиться къ себѣ. При прощаньи, старшій между ними выпросилъ для себя стаканъ водки, и я замѣтилъ,

— 85 —

что прежде, чёмъ его вышлѣ, онъ сдѣлалъ нѣчто въ родѣ возлияния, которое заключалось въ омочении водкой большаго и указательнаго пальцевъ правой рук; послѣ чего, онъ вогругъ себя побрызгалъ на право и на лѣво, въ знакъ жертвоприношенія. При закатѣ солнца, мы замѣтили вдаль человѣческую фигуру на бѣлой лошади, быстро хавшую по напаULEВЕННІЮ КЪ нашей палаткѣ. Мы скоро въ ней узнали одного изъ нашихъ вчерашнихъ манагровъ; онъ прискальъ къ намъ на необѣдланной лошади и съ открытой головой. Едва дыша, онъ могъ только проговорить слѣдующія слова: «Богдой придетъ—бѣда!» Чрезъ нѣсколько времени онъ успокоился и мы могли понять, что вверхъ по рѣкѣ шло нѣсколько судовъ, на которыхъ находились манджурскіе чиновники, отправлявшѣся въ Горбицу. Онъ, неотступно и кланяясь намъ въ ноги, просилъ ничего не говорить новоцрѣзжимъ ни о нашемъ знакомствѣ съ нимъ и другимъ маняграми, ни о покупкахъ, которыя мы у нихъ сдѣлали.

30-го мая. На другой день къ утру, въ 9 часовъ, действительно, прибыли манджурскіе чиновники, о которыхъ намъ вчера говорилъ манягръ. Объ лодки были довольно длинные, съ заостренными носами; къ мачтѣ каждой изъ нихъ была прикрѣплена бичева, съ помощью которой 3 человѣка съ большимъ трудомъ тянули ее вверхъ по рѣкѣ. Чиновники и ихъ свита сидѣли подъ легкимъ навѣсомъ, занимавшимъ болѣе, чѣмъ половину лодки. Онъ былъ сдѣланъ изъ тростниковыхъ цыновокъ и защитилъ отъ дождя и солнечнаго жара.

Знакомые намъ три манягра сопровождали ихъ верхомъ. Остановившись на берегу, чиновники обращались къ намъ то съ дружественнымъ «мендӳ» (родъ привѣствія), то съ русскимъ «дорова». Большая часть изъ нихъ вошли къ намъ въ палатку; въ лодкѣ остался только главный чиновникъ, по свойственной манякурамъ гордости. Оджда чиновника состояла въ одиномъ шолковомъ халатѣ, поверхъ которого была нодѣта куртка съ широкими рукавами, спищая изъ голубой шолковой матеріи; на головѣ была войлочная шанка съ голубымъ шарикомъ и собольимъ хвостомъ. Мы устелихъ съ возможной роскошью и дали имъ подарки, которые они принимали съ предупредительнымъ и милымъ паклоненіемъ головы и выраженнымъ признательности. Три извѣстные намъ манягра стояли вдари, и показывали видъ, будто никогда прежде не насъ не видали. Съ манякурами мы объяснились, какъ могли, знаками. Пхъ особенно занималъ крестъ, поставленный нами на Албазинскомъ валу въ знакъ нашего присутствія, дѣсь и чтобъ дать о себѣ знать военной экспедиціи, которую мы сжеминутно ожидали. Сначала имъ этотъ знакъ казался не совсемъ приличнымъ на чужой землѣ, но они успокоились, когда мы имъ объяснили въ чемъ дѣло. Наконецъ, они собрались въ обратный путь, и потянули свои лодки въ толь образовавшейся, вслѣдствіе сильно спавшей воды, береговой окраины; потомъ, не вдалекъ отъ нашей стоянки, они остановились для объѣда. Чрезъ нѣсколько времени опять къ намъ возвратились три манягра, сопровождавшіе манджурскихъ чиновниковъ и обращались уже съ нами, какъ съ старыми знакомыми.

Когда они отъ насъ уѣхали, мы разошлись по различнымъ направленіямъ для обогащенія нашихъ зоологическихъ и ботаническихъ собраний новыми приобрѣтеніями. Я направилъ куть къ обнаженной скалистой стѣнѣ выше Албазина, съ цѣлью познакомиться съ этимъ мѣстомъ въ геогностическомъ отношеніи.

При солнечномъ закатѣ мы, въ короткое время, поймали удочками значительное количество рыбы; между ней изрѣдка попадались чебаки (Cyprinus lacustris), которые насъ въ особенности тѣмъ интересовали, что на нихъ живутъ чужезадные раки (Cymothoa Ami-

— 86 —

rensis Gerst.) Эти раки живут на груди чебака, по-парно; они скрываются всегда въ открытой
кнаруй полости, которую, повидимому, сами для себя выйдąютъ.

Эта порода раковъ заслуживаетъ внимание еще и потому, что всѣ остальные виды этого
рода живутъ въ различныхъ моряхъ, а не въ прѣсныхъ водахъ. Подъ камнями, лежащими
подъ водой, мы здѣсь встрѣчали также и *Astacus dahuricus*, породу раковъ, такъ часто по-
падающуюся въ рр. Шилкъ и Ингодъ.

Уже съ утра мы замѣчали вдари, выше по Амуру отъ того мѣста, гдѣ мы находились,
столѣь дыма, и сначала приняли его за дымъ отъ огней восенной экспедиціи, но къ вечеру
убѣдились, что онъ былъ слѣдствіемъ пожара въ лесу. Цѣный день небо было пасмурное;
когда солнце сѣло, на западной сторонѣ неба собрались темныя тучи, но скоро, послѣ лег-
кой грозы и непродолжительного дождя, совершенно исчезли.

31-го мая. Въ этотъ день, пользуясь ясной погодой, я могъ взять подуленные высоты, по
которымъ я опредѣлилъ штроту Албазана уِдревняго русскаго крѣпостного города: 53° 22′
52". с. ш. День былъ чрезвычайно жаркій и въ полдень термометръ показывалъ +20,9° Р.
Послѣ полудня, мы отправились въ пограничный съ Албазинской крѣпостью лѣсь, состоящій
преимущественно изъ листенницъ; впрочемъ, между ними встрѣчаются и сосны, осины,
березы; подътсокъ, здѣсь весьма густой, состоялъ изъ кустарниковъ: *Cornus sibirica*, *Spiraea
sericea* и *Prunus Padus*. Здѣсь опять появляются растущіе по Аргуни дубъ (*Quercus mon-
golica*) и лещина (*Corylus heterophylla*), которыхъ кажется вовсе нѣтъ на всемъ протяженіи
Амуру отъ Усть-Стрѣлки до этого мѣста. Дубъ (чахамъ-кура, на языкѣ манягровъ) растетъ
здѣсь въ сухихъ мѣстахъ въ видѣ кустарника коего вышина не превышаетъ 2' — 3'.
Лещина, растущая здѣсь на песчано-глинистыхъ пространствахъ, также представляетъ
кустарникъ, не поднимающейся выше 3' — 4'; ея листья, въ эту пору, еще не успѣли рас-
пуститься. *Atragene platysepala* (буккумъ-отимъ орочоновъ, что въ переводѣ значитъ кубу-
щечья веревка) вилась вокругъ деревьевъ и кустарниковъ, придавая имъ особенную красоту
своими большими синеватыми цѣтами.

Между многими уже упомянутыми растеніями, здѣсь цвѣли въ тѣнистыхъ мѣстахъ: кра-
сивая *Fritillaria Dagana*, *Paris quadrifolia*, *var. obovata*, *Convallaria majalis*, *Aquilegia
parviflora*, *Trientalis europaea* и др. Луговая фiora, въ послѣднее жаркое и дождливое время,
замѣтно развилась. Въ особенности красовались теперь роскошные луга красиво расписан-
ными цвѣтами *Cypripedium guttatum* и *C. macranthum*, *var. ventricosum* (кукушечь са-
пожки). Между ними кое гдѣ росли *Viola acuminata*, *Valeriana officinalis*, *Leontopodium
sibiricum*, *Jxeris versicolor*, *Jris sibirica* и *Hemerocallis graminea*, такъ что цѣлыя простран-
ства были покрыты цѣтами, наподобіе копра. Всѣ собранныя растенія мы показывали ма-
няграмъ, желая узнать ихъ названія на тунгусскомъ языкѣ. При этомъ случаѣ я могъ замѣ-
тить, что языкъ здѣщихъ жителей названій ми растений гораздо бѣднѣе, чѣмъ якутскій, въ
которомъ есть не только имена весьма многихъ растений, но самыя названія весьма удачно
займствованы: или отъ мѣста, гдѣ растутъ растенія, такъ, напр., *Epilobium angustifolium* на-
зывается по якутскі корунгъ-отъ, что значитъ трава лѣшнаго пожарница; или отъ наружнаго
вида, такъ напр. *Nordeum jubatum* L. по якутскі называется кислъ-кутуруха (соболій
хвостъ). Манягры, напротивъ, называли совершенно различныя одинъ отъ другихъ растенія

— 87 —

однимъ именемъ такъ напр. *Iris* и *Cypripedium*, они обозначали однимъ словомъ «глинявчю». Для деревьевъ и кустарниковъ они имѣютъ опредѣленныя названія.

1-го июня. Въ послѣдній разъ мы отправились на нашей маленькой лодкѣ къ знакомымъ намъ маняграмъ. Погода была пасмурная, дулъ сильный вѣтеръ съ востока. Несмотря на противный вѣтеръ, мы довольно скоро подигались впередъ, потому что вода со вчерашняго дня довольно высоко поднялась и ея теченіе, и безъ того, довольно сильное, стало еще быстрѣе. Особенно это было чувствительно на возвратномъ пути, когда двое изъ моихъ людей должны были тащить бичевой лодку вверхъ по рѣкѣ. На берегу и у берега часто попадались скопленнія наносного лѣса и свалышіеся деревья и во многихъ мѣстахъ росли пвы, которые иногда сильно затрупляли наше путешествіе. Въ этихъ мѣстахъ, теченіе воды было такъ сильно, что крѣпко натянутая бичева нѣ сколько разъ рвалась и мою лодку относило далеко назадъ, прежде чѣмъ я успѣвала остановиться схватившись за вѣтки росшихъ около воды деревьевъ. Это повторялось нѣ сколько разъ. Въ это же время небо покрылось сѣрыми тучами и поhelъ мелкій дождь. Наконецъ, послѣ 3-часовой работы (ны проѣхали въ это время разстояніе не болѣе 2 верстъ), измоченные и усталые, мы добрались до нашей палатки. Въ 4 часа пополудни показались вдали 3 большія лодки на полныхъ парусахъ, нацравшія свое плаваніе вверхъ по рѣкѣ къ тому мѣсту, гдѣ мы находились. Это были лодки, отставшія отъ пограничной стражи, за нѣ сколько дней передъ тѣмъ отправившейся въ Горбицу и везшія туда для обмѣны разные товары изъ г. Айгуна; онъ держалась лѣваго берега, но несмотря на сильный благоприятный вѣтеръ, подвигались довольно медленно. Пхъ люди, съ помощью длинныхъ шестовъ, толкали тяжелыя суда, между тѣмъ какъ одинъ изъ людей, стоя на носу судна и измѣряя длиннымъ шестомъ глубину фарватера, сопровождаюْ свое занатіе однообразнымъ пыніемъ и громкимъ голосомъ увѣдомлялъ кормчаго о глубинѣ фарватера. Эти большія суда были отъ 8 — 10 саженей длинной, съ довольно высокими бортами; между послѣдними, на носу, былъ оставленъ промежутокъ для канатовъ и якорей, но бутшитра небыло; корма судовъ была гораздо выше, чѣмъ передняя часть. На переднемъ концѣ каждого судна находились печь съ двумя вмазанными въ нее большими котлами. Въ срединѣ противоположного конца устроена была изъ досокъ порядочной величины кала съ плюской кровлей; на каждой сторонѣ ея было по два большихъ окна, съ бумагой вмѣсто стеколъ. Почти на срединѣ судна, нѣ сколько ближе къ переднему концу, укрѣплена была единственная мачта, довольно толстая внизу и очень высокая. На ней висѣлъ огромный выдававшійся за борты четырехугольный парусъ; онъ былъ растянутъ множествомъ поперечныхъ палокъ, къ одной сторонѣ его было привязано большое число веревокъ; послѣдня всѣ сходились въ одну главную веревку, которою управлялъ одинъ человѣкъ, стоявшій на заднемъ концѣ судна. Внѣ шняя сторона судовъ была краснаго цвѣта; по борту шла довольно широкая полоса, съ различными украшениями: драконовыми головами и змѣями, нарисованными пестрыми красками на черномъ фонѣ. Нѣ сколькими глухими ударами въ металлическій бубенъ, данъ былъ спигналъ приставать къ берегу и суда остановились очень близко отъ нашей стоянки; онъ были привязаны къ берегу двумя толстыми канатами. Едва только это было приведено въ исполненіе, какъ всѣ находившіеся на лодкахъ люди съ любопытствомъ обступили наши палатки. Многіе изъ нихъ принесли намъ табаку, во-дки, краснаго перцу, весьма плохаго чаю, рыбыго клею, и предлагали ихъ намъ съ крикомъ «купи, купи», единственнымъ русскимъ словомъ, которое имъ бы-

— 88 —

ло извѣстно и которое они употребляли въ смыслѣ купли и продажи. Все это дѣлалось съ крайней осторожностью, чтобы не увидало какъ нибудь начальство. Главные предметы, которыхъ они требовали въ обмѣтъ, были стеклянная посуда и мыло. Мы изъ подарки нѣ- сколько стеклянныхъ бутылокъ, которые они съ радостью отъ насъ приняли, но скоро потомъ опять ихъ намъ возрастили, говоря, что ихъ начальникъ непозволястъ имъ что нибудь понимать безъ вознагражденія. Наконецъ, ихъ неотвязчивость сдѣлалась для насъ насноской и я принужденъ быть поставленъ часовыхъ около нашей палаты и барометра, повѣшенаго вблизи ся. Большею частью это были просто-по-дыны, обязанность которыхъ на судахъ заключались въ томъ, что они тянули лодки вверхъ по рѣкѣ; ихъ одежда была весьма бѣдна и сдѣлана изъ весьма грубаго матеріала. Междѣ ними было много маніклерскихъ военныхъ, которые были одѣты въ халаты, достигавшіе до пять, и короткую курту, снускавшуюся до поряса. Сверхъ этого пятья, на многихъ изъ нихъ были надѣты еще особаго рода воротниковъ, отъѣльные отъ одежды и застегнутые спереди на шеѣ; эти воротники были двухъ родовъ: у однихъ маніклоровъ отъ воротника—письль назадъ узкій кусокъ ткани служивый подкладкой для ковы, и спереди два длинные куска, пристегнутые одинъ къ другому и нижними концами засунутые подъ кушакъ; втораго рода воротникъ, по цвѣту котораго, также какъ по цвѣту перваго, различаются полки, состоятъ изъ маленькаго стоячаго воротника, отъ котораго идутъ спереди и сзади по двѣ полосы, пристегнутые одна къ другой подъ мышками. Начальникъ этого отрата былъ престарѣльный чиновникъ, которыйъ въ пребываніе свое здѣсь, съ сопровождениемъ своей небольшой свиты, ходилъ гулять къ остаткамъ Албазинскаго укрѣпленія. Онъ пропадалъ мимо нашей палаты гордо, мѣрными шагами и неудостоверялъ насъ даже взглядомъ. На его фіолетовомъ халатѣ была надъта бархатная курточка темнаго цвѣта (курмӑ); свѣтло-голубая панталоны выставлялись изъ его шолковыхъ высокихъ саногъ.

Во многихъ мѣстахъ образовались небольшія группы, полные жизни и двѣтельности; можно было замѣтить, что онъ занимались торговлею и попойками. Знакомые намъ манягры, также прибывшіе сюда для торговыхъ сдѣлокъ съ маніклурами, были весмَا веселы, всѣдѣ ствіе изпіслянаго употребленія водки. Они нисколько не обращали вниманія на дождь, которыйъ шелъ виродолженіи всего времени послѣ полудня и только когда дождь пошелъ ливѣмَا. они нѣсколько притихли. Одинъ изъ нихъ разложили огонь подъ защитою поставленныхъ со сторонъ въ брата навѣсовъ; другие убирались на лодки, гдѣ искали защиты подъ растянутыми трост-никовыми циновками. Дождь прородился цѣлую ночь при сильномъ юго-западномъ вѣтрѣ.

На другой линіи, 2-го июня, несмотря на дождь, еще не соцѣмъ переставшій, на лодкахъ уже рано утромъ началась живая двѣтельность и всѣ готовились къ отѣзду. Въ котлахъ варились рисъ, прого и чай для людей. Какъ скоро прибыла четвертая большая отеставшая лодка, былъ данъ сигналъ къ приготовленію къ отѣзду. Этотъ сигналъ раздался на второй лодкѣ, гдѣ находился чиновникъ, и заключался къ нѣсколькихъ ударахъ въ металлическій бубенъ, при чемъ на всѣхъ остальныхъ лодкахъ были подняты широкіе и чрезвычайно длинные бѣлые вымѣнцы. Чрезъ нѣсколько времени были даны 2 и 3 сигналы, подобные 1, и при 3 сигналѣ удары въ бубенъ смѣнялись бросаемыми вверхъ маленькими ракетами, которые съ трескомъ лопались въ воздухъ. Послѣдній сигналъ, при которомъ всѣ вымѣнцы были сунуты, служилъ знакомъ къ отѣзду. Послѣ него, вся команда собралась на лодки, за исключеніемъ 6 человѣкъ съ каждой лодки, оставшихся на берегу для того, чтобы начать тянуть

— 89 —

люди. Медленно двигались они по левому берегу вверхъ по рѣкѣ; они надѣялись, по словамъ ихъ, прибыть въ Горбицу не ранѣе трехъ недѣль.

Дождь шелъ цѣлый день, и мы были прикованы къ нашей палаткѣ. Послѣ объѣда мы вдругъ увидѣли большія стан свѣтлокрылыхъ крачекъ (Sterna leucoptera); онъ кружились то надъ поверхностью воды Амура, то высокого подымались въ воздухъ и доставляли намъ возможность въ продолженіе нѣсколькихъ часовъ стрѣлять по нимъ. По причинѣ дурной погоды, манджурскія люди скоро опять остановились, ниже Адбазина, и насъ снова нѣсколько разъ постели уже изъ нѣвѣстные намъ манягры, прозважшіе мимо нашей палатки съ цѣлью побыть у манджуровъ. Въ числѣ манягровъ находился одинъ, котораго мы еще до сихъ поръ не видали; онъ жилъ на Амурѣ немного ниже того мѣста, гдѣ мы находились, и былъ намъ представленъ, какъ одинъ изъ старшинъ. Отъ всѣхъ другихъ манягровъ онъ отличался не только большему опрятностью одежды, хотя послѣдняя, за нежночніемъ мѣховой шанки съ маленькими рожками, была точно такая же, какъ и у всѣхъ другихъ, но и своими пріятными, предупрежденными манерами. Онъ сдѣлалъ намъ нѣсколько незначительныхъ подарковъ, которые, между прочимъ, заключались въ оленьихъ рогахъ, весьма дорого цѣнныхъ тамош-ними жителей, но самъ сначала не хотѣлъ ничего отъ насъ принять въ вознаграждение за эти подарки. Эта черта, говорившая въ пользу нашего гостя, рѣзко противорѣчила замѣченной нами жадности вообще всѣхъ манягровъ. Одинъ изъ нихъ попросилъ позволенія пере-ночевать у насъ, потому что пришелъ къ намъ совершенно босой, и путешествіе ночью мо-го быть крайне-тягостнымъ для него Другіе манягры распощались съ нами пріятельскимъ образомъ и возратились въ свои юрты.

3-го июня. По утру мы замѣтили вдаль лодку, приближавшуюся внизъ по рѣкѣ, къ мѣ-сту нашей стоянки; сначала мы приняли ее за предвозвѣстницу ожидаемой нами сжедне-вно военной экспедиціи. Къ сожалѣнію, мы скоро узнали, что эта лодка состояла изъ двухъ чечоковъ (бать), скрѣпленныхъ одинъ съ другимъ; на ней былъ сдѣланъ наи‐съ изъ березо-вой коры. Нынѣ были два козака и одинъ орочонъ, путившіеся дней за шесть передъ тѣмъ внизъ по рѣкѣ изъ Усть-Стрѣлки, охотиться и ловить рыбу; они извѣстили насъ о пребыва-ніи въ Усть-Стрѣлки уже довольно долгое время большей части баржъ нашей военной экспедиціи. Онъ здѣсь подъходили прибытия нѣсколькихъ баржъ, сѣвшихъ на мель у Горбицы. Дождь въ послѣдніе дни сильно поднялъ воду въ Амурѣ. У самой нашей стоянки, береговая окраина, шириной въ двѣ сажени, вся еще была затоплена сегодня по утру водой, которая поднялась на цѣлый аршинъ вродоюженіи ночи. Все утро окрестность была покрыта гу-стымъ туманомъ и только къ самому полудню прояснилось, но скоро свѣтлые лучи солнца опять смѣнились пасмурными облаками.

4-го июня. Въ 6 часовъ утра часовой разбудилъ насъ и объявилъ, что военная экспедиція приближается къ намъ. Прежде всего мы замѣтили небольшія лодки, но вслѣдъ за ними на-шими глазамъ представилось довольно много большихъ баржъ, быстро приближавшихся къ на-шему мѣстопребыванію. Сильное тенiture воды вслѣдствіе постояннаго лождя въ послѣдніе дни благоприятствовала плаванію баржъ изъ Усть-Стрѣлки и онъ совершили этотъ путь — около 160 верстъ — въ 24 часа.

Такъ какъ предназначенная для насъ баржа не проходила мимо нашей стоянки, а вошла

Пстор. отчетъ.

12

— 90 —

немного недовзжая Албазина, въ одинъ изъ побочныхъ протоковъ Амура и пошла по этому протоку, то мы поспѣшно сняли наши налатки и со всѣми нашими вещами отправились на пляту внизъ по рѣкѣ; мы рѣшились ожидать прибытия баржи въ томъ мѣстѣ, гдѣ протокъ соединяется съ главнымъ рукавомъ рѣки. Узнавши здѣсь, что наша баржа уже давно прошла, мы продолжали далѣе нашъ путь на пляту. Проплывъ мимо множества покрытыхъ кустарниками острововъ, мы доѣхали до того мѣста, гдѣ вливается въ Амуръ сирава Эмыръ * (извѣстная у русскійъ подъ названіемъ Албазихи); устья этой рѣки мы однако невидали ибо оно было скрыто отъ насъ большимъ островомъ. Растительность острововъ состоятъ здѣсь изъ ивъ и черемухи, которая отчасти уже отцѣвѣла, отчасти же стояла еще въ полномъ цѣту, и бѣлые цвѣты ея красиво отдѣлялись отъ свѣжей зелени вязовъ и тополей. Здѣсь часто раздавалось приятное итіе камышевки (Salicaria Acdon); но весьма рѣдко удавалось намъ увидать и застрѣлить этихъ птичекъ. Намъ пришлось еще разъ проѣхать мимо жилѣцкъ нашихъ знакомыхъ маняровъ; они печально стояли на берегу и на прощанье кривчи намъ «мендѣ». Сначала мы держались праваго берега, который во многихъ мѣстахъ представлялся намъ и выше и скалистѣе, между тѣмъ какъ лѣвый береговой скатъ хотя постоянно былъ у насъ передъ глазами, но гораздо далѣе отстоялъ отъ рѣчного русла. Мы старались держаться средины фарватера, но уже скоро поспѣтъ отпилія, не смотря на то, что мы всѣ взялись за весла, замѣтили невозможность бороться на нашемъ неуклюжемъ плюту съ яростнымъ теченіемъ и были увлечены въ протокъ между лѣхъ острововъ, гдѣ и сѣли на мель. Мы такъ крѣпко засѣли, что съ одинъми нашими силами неизя было и думать о скоромъ освобожденіи, ес. п. й вода не приспѣваю все болѣе и болѣе. Наконецъ поспѣлъ 3 часово утомительнаго груда, перенесши наши вещи на островъ для облегченія плота, намъ undo was с. динунъ его съ мели. Въ три часа пополудни мы онять вошли въ главный рукавъ, въ томъ мѣстѣ, гдѣ скалистый лѣвый береговой скатъ снова подходитъ къ водѣ, съ права же, въ самомъ рѣчномъ руслѣ, видно еще довольно много острововъ. Вода покрыла все, и отъ многихъ острововъ виднѣлись только верхнія вѣтви деревьевъ. На одиномъ болѣе высокомъ островѣ мы замѣтили небольшую группу юртъ маняровъ, отъ которыхъ узнали, что за ив- сколько часовъ передъ нашимъ прибытіемъ прошло большое количество баржъ. На мели, на противъ юртъ, сидѣли два манягра, они сторожили калугу, точно также, какъ уже прежде было описано: одинъ изъ нихъ сидѣлъ на треножникъ и глядѣлъ на далекую поверхность воды, стараясь узнать по извѣстной рябѣ на поверхности воды присутствіе большихъ рыбъ; другой сидѣлъ съ острогой въ лодкѣ изъ бересты. Профзякая мимо скатовъ лѣваго берега, мы онять вошли въ ту часть рѣки, которая раздѣлена на множество рукавовъ, и въ 7 часовъ достигли до устья рѣчи Панго **, вливавшейся съ правой стороны въ Амуръ. Это мѣсто принадлежитъ къ числу самыхъ ожиленныхъ во всей сторонѣ, не смотря на то, что въ немъ живетъ не болѣе 10—12 манягрекихъ семействъ. Между ними есть очень зажиг- точные люди. Здѣсь мы пристали у одного порослаго кустарникомъ острова, кругой берегъ которого былъ подмытъ водой, и узнавъ, что наша баржа стоптѣвніке въ двухъ верстахъ от- сюда, немедленно отправились къ ней. Скоро увидали мы въ отдаленіи ивеколько баржъ и

* Эмуръ, но китайскихъ источниковъ

** Банку, но китайскихъ источниковъ.

— 91 —

между ними ту, которая была назначена для насъ. При всемъ нашемъ стараніи и помощи, оказанной намъ стоявшими у берега баржами, намъ не посчастливилось пристать къ берегу въ этомъ мѣстѣ и нашъ плотъ отнесенъ былъ силю течения на полверсты ниже. Видя крайнюю трудность спустить баржу внизъ по рѣкѣ, къ которому намъ сту, при чемъ она легко могла быть слишкомъ далеко увлечена водой, мы рѣшились перегрузить на маленькія лодки всѣ вещи, лежавшія на плоту, и вести его къ баржѣ.

Наступила ночь и снегать къ отплытію былъ данъ. Всѣ остальные баржи уже хали, а потому, намъ нужно было съ помощью людей нагрузить какъ можно скорѣе нашу баржу, и отравиться за другими. Въ продолженіе темной ночи мы тянули 5 лодокъ, нагруженныя нашими вещами, вверхъ по рѣкѣ бичевой, хватаясь за вѣтви растущихъ по берегу пь. Еще прежде, чѣмъ мы прибыли къ нашей баржѣ, насъ измочилъ пропивной дождь, отъ котораго всѣ наши вещи промокли въ самое короткое время, и который крайне затруднялъ переходъ нашъ на баржу, къ которой мы подъѣхали въ часъ ночи. Сильный дождь сопровождался грозой цѣлую ночь, поэтому наша баржа могла тронуться только съ разсвѣтомъ. Пстомленные и измоченные, мы спрятались подъ кормовую покрышку, которая, впрочемъ, мало защищала насъ отъ дождя и кое-какъ улеглись спать.

5-го июня. Вскорѣ послѣ того, какъ мы соединились съ военной экспедией, ученыя дѣйствія сдѣлялись для насъ почти невозможными на нѣкоторое время; причина этого заключалась во многихъ обстоятельствахъ. Съ большой баржі, на которой мы находились и которую несло съ ужасной быстротой внизъ по течению, намъ только рѣдко было можно, и не болѣе, какъ на нѣсколько мгновений, отваживаться зѣдить на берегъ въ маленькой лодкѣ. Здѣсь мы едва успѣвали взять нѣсколько обращиковъ горныхъ породъ и собрать нѣсколько растений, послѣ чего должны были грести изо всѣхъ силъ, чтобы догнать далеко увлеченную баржу. По этому, наши наблюдения здѣсь ограничиваются почти тѣмъ, чтò мы могли видѣть съ нашей баржи. Но, и это даже мы не всегда были въ состоянии дѣлать, потому что наше плаваніе продолжалось до поздняго вечера, не рѣдко цѣлую ночь. Особенно обременительно было такое обстоятельство для г. Занѣдагена, приготовившаго весомą добросовѣстно составленную карту всего видѣннаго имъ пространства; теперь онъ принужденъ былъ оставить въ ней довольно значительные пробѣлы. Мы почти вовсе не могли сдѣлать никакихъ наблюдений надъ млекопитающими и птицами, потому что не имѣли права стрѣлять на всемъ этомъ пространствѣ и намъ почти не приходилось входить въ какія нибудь сношенія съ туземцами, которые, можетъ быть, сообщили намъ бы различныя свѣдѣнія.

При такихъ обстоятельствахъ, мы промчались по Амуру отъ Албазинна до выхода Амура изъ Хинганскаго хребта—пространство, заключающее въ себѣ болѣе 1000 верстъ, ежели считать всѣ изгибы рѣки Амура.

Наше новое помъщеніе, т. е. баржа, на которой мы теперь находились, состояло изъ длиннаго (около 8 саженей въ дину и 3 саженей въ шрину), плюско доннаго, неуклюжаго, на скоро выстроенного судна. Для управленія имъ, кромѣ правильныхъ веселъ, находились на обоихъ его концахъ на каждой боковой сторонѣ, было еще по два весла для ускоренія хода баржи и, главное, для удаленія ея отъ опасныхъ мѣстъ. На переднемъ концѣ поставлена была невысокая мачта, служившая въ особенности для подаванія сигнала: ночью изъ фонарей, а днемъ изъ разноцвѣтныхъ флаговъ. Сверхъ того, на ней подымались иногда и

— 92 —

парусъ. Средина на баржи служила для груза; она теперь была занята привизией и другими запасами, всего около 5 тысячъ пудовъ въсмѣ; отъ дождя ихъ защищалъ навѣсъ изъ со- синовой коры. Не смотря на эту тяжесть, баржа, сидѣвшая въ водѣ около 2-хъ футовъ, дви- галась очень скоро, такъ что намъ трудно бывало, какъ уже выше упомянуто, догонять ее на маленькой лодкѣ.

Цѣлую ночь продолжался болѣе и и менѣе сильный й дождь. Къ сожалѣению нашему, мы были и.люхо защищены отъ него въ занятомъ нами мѣстѣ баржи, потому что въ навѣсѣ было много щелей, сквозь которые дождь безпренятственно липъ на насъ, хотя вынѣшняя сторона навѣса покрыта была войлокомъ и кожами. Всѣ старанія укрыться отъ дождя оказались въ теперешнемъ нашемъ положеніи тщетными и мы чрезвычайно обрадовались, когда, часу въ 11-мъ утра, на небѣ показались свѣтлые пространства и темныя облака совершенно ичезли.

Въ дальнейшій путь мы пустились на разсѣять и, проспушившись въ 7 часовъ утра, замѣ- тили, что уже были въ разстояній около 30 верстъ отъ того мѣста, гдѣ оставили нашъ плотъ. Густой дождь и туманъ крайне затрудняли намъ путепсѣмъ, и кормчій, не имѣя возможно- сти ничего видѣть въдали, заводилъ нашу баржу нѣколько разъ въ побочные рукава, гдѣ никогда встрѣчались такія тѣсныя пространства, что наша искушная баржа лишь съ тру- домъ могла пройти. Нерѣдко мы натыкались на огромные кучи наносныхъ деревьевъ, гро- зившихъ пробить наше судно своими концами; кромѣ того, намъ приходилось имѣть дѣло съ деревьями, вѣтви которыхъ торчали такъ далеко, что даже захоили за край баржи и легко могли столкнуть въ воду различныя вещи и даже нѣкоторыхъ изъ людей, сильно занятыхъ своей работой. Цѣлые острова были затоплены водой до такой степени, что надъ поверх- ностью воды виднѣлись только вѣтви ньвовыхъ кустарниковъ, колеблемыя въ разнообразныхъ направленіяхъ силой теченія воды: теченіе легко переносило насъ чрезъ такіе острова. Нѣ- которымъ другимъ баржамъ не такъ посчастливѣлось: не смотря на всѣ усилія, онъ попада- ли на мель. Всѣ дѣствіе этого, баржи экспедиціи разсѣялись по лабпринту протоковъ, отдѣ- ленныхъ одинъ отъ другаго поросшими лѣсомъ островами. Послѣдніе въ большемъ числѣ встрѣчаются, начиная отъ Албазинъ, въ рѣчномъ русѣ и нерѣдко идутъ въ нѣ сколько ря- довъ, что часто мѣшаетъ видѣть всю ширилу рѣки отъ одного берега до другаго. Утромъ мы держались болѣе праваго берега, на которомъ береговой скатъ такъ же какъ и на лѣвомъ берегу, нерѣдко представляетъ крътые утесы. Верхи обоихъ скатовъ были покрыты почти исключительно соснами. На верхнихъ частяхъ скона скатовъ попадаются лиственницы и сосны, а ближе къ рѣчному руслу растутъ разнаго рода лиственныя деревья: бѣды и чер- ныя брёзы, топонимы и вазы. Подлѣсомъ здѣсь состоялъ изъ *Crataegus, Sambucus, Cornus, Rosa*; въ нѣ сколькихъ мѣстахъ между этими растеніями встрѣчался *Rhododendron dahuricum*, украшавшій своими красными цвѣтами отлогости ската.

Къ полудню мы достигли урочища Койкуканъ, гдѣ на правомъ берегу стояло нѣ сколько берегостаныхъ юртъ, въ которыхъ жили манигры. Потомъ мы миновали устья рѣкъ Чалубутъ (съ лѣвой стороной) и Силилькъ (съ правой) и въ 7 часовъ вечера очутились у урочища Бурйнға * (или Буринда), гдѣ также нашли нѣ сколько манигрескихъ семенѣть, жившихъ

* Это одно и то же съ означеннымъ на картъ Амура г. Попова мѣсточь подъ названіемъ: Эмъный лугъ, и Эмъная гора.

— 93 —

здѣсь на берегу въ своихъ юртахъ. Это мѣсто сѣдѣлось однимъ изъ населеній бѣшнихъ меж-
ду Албазнымъ и устьемъ Кумары по причинѣ богатыхъ травами и далеко при均可щихся
луговъ и прибыльной рыбной ловли въ Амурѣ. Такъ какъ сѣдѣвало дождаться отставшихъ
судовъ, то въ 9¼, часовъ вечера былъ цютрубленъ сигналь приставать къ правому берегу.
Наша баржка съ нѣсколькими другими помѣстилась довольно удобно у берега обширнаго шюс-
каго острова, поросшаго ивами и черемухой. Онъ былъ покрытъ роскошными, далеко тянув-
шимися лугами. Вечеръ былъ ясный, и ни одного обличка на небѣ; было такъ тихо, что листья
на деревьяхъ и трава на лугахъ не шевелились. Однакожь, эта ночная тиньша не рѣдко на-
рушалась голосомъ козодовѣ, летавшихъ вокругъ нашей баржі.

6-го июня. Утро было ясное; съ разсвѣтомъ дня оказалось раздалась сигналь къ от-
пытію. Мы провели безпокойную ночь на нашей баржѣ по причинѣ ужаснаго количества
комаровъ и мошекъ. Солце взошло уже довольно высоко, когда мы оставили мѣсто нашего
ночлега.

Острова, которые вчера казались непрерывной цѣпью въ рѣчномъ руслѣ, теперь видимо
уменьшились и въ числѣ и въ величинѣ; по обоимъ берегамъ тянутся довольно высокіе бе-
реговые скаты, которыхъ склоны мѣстами совершенно обнажены и кое-гдѣ почти отвѣсто
спускаются въ воду; обнаженія состоять изъ сіенита. Амуръ, въ которомъ здѣсь острововъ
не много (и то небольшіе), а во многихъ мѣстахъ вовсе нѣтъ, теперь поразительно умень-
шается въ своей ширинѣ и течетъ весьма извишего. У подошвы береговыхъ скатовъ тянут-
ся то справа, то слѣва пюскія, покрытыя лѣсомъ береговыя окраины, при чемъ скаты поне-
ремѣнно то на одномъ, то на другомъ берегу подступаютъ къ рѣкѣ въ видѣ круглыхъ уте-
сныхъ стѣнъ. Раза два отваживались я оставлять нашу баржу и отправляться въ маłejей
лодкѣ на берегъ, гдѣ я едва имѣлъ довольно времени для собрания нѣсколькихъ растений
и геогностическихъ образчиковъ, послѣ чего долькѣнъ былъ сигншить къ нашей баржѣ. Никл-
нія части береговыхъ скатовъ нерѣдко покрыты,ѣ друхихъ ліственныхъ деревьевъ, ду-
бами, которые еще и здѣсь большею частью являлись въ видѣ маленькихъ деревьевъ и пп.
кустарниковъ, и встрѣчались въ огромномъ количествѣ. Изъ растенийъ въ цвѣту, я нашелъ
здѣсь въ нѣсколькихъ мѣстахъ *Jxeris versicolor, Erysimum altaicum, Polemonium coeruleum,
 и между тѣмъ какъ *Allium angulosum*, еще нераспухшійся, встрѣчался довольно часто на
сырыхъ глинистыхъ мѣстахъ. Въ 12-ть часовъ мы достигли того мѣста, гдѣ на лѣвомъ бер-
регу Амура передъ нами открылась общирная лодина, въ которой течетъ довольно большая
рѣка. Ононъ, впадающая въ Амуръ. Здѣсь жivetъ нѣсколько семействъ маняровъ и между
ними есть весьма зажиточные лодин. Зимою они проживаютъ на Ононѣ въ нѣсколькихъ вер-
стахъ отъ его устья, но теперь, на время рыбной ловли, переселились на Амуръ и постави-
ли свои юрты на одномъ острову, напрiстивъ устья р. Онона, вблизи праваго берега Аму-
ра. Желая получить больѣ точныя свѣдѣния объ этой странѣ и узнать настоящія названія
вншавшихся здѣсь рѣкѣ, мы нѣсколько разъ обращались къ жителямъ юртъ съ тунгусскимъ
«омокель» (т. е. приди сюда). Къ сожалѣнію, намъ не удались применить ни одного изъ нихъ
на нашу баржу, по этому и надежда на получение отъ нихъ свѣжей рыбы также не осу-
ществилась.

Послѣ двухчасоваго плаванія, мы подошли къ тому мѣсту, отстоящему на 12 берестъ отъ
Онона, гдѣ Амуръ опшсываетъ довольно большую дугу и гдѣ его лѣвый береговой скатъ

— 94 —

на пространствѣ одной версты состоитъ изъ значительныхъ толщъ песчаника и у мѣстныхъ жителей извѣстенъ подъ названіемъ Цагайнъ. Сначала я думалъ, что это слово произошло отъ монгольскаго слова «цагайнъ», которое значитъ бѣлый», и что скатъ получѣ это названіе по желтовато-бѣлому цвѣту своей поверхности, издалека замѣтной пливущимъ по Амуру.

Но потомъ я нашелъ въ китайскихъ источникахъ, относящихся до этого мѣста, названіе Ча-ха-янь-хада, которое въ переводѣ, кажется, значитъ «мѣсто пограничной скалы», и, кажется, можно не безъ основанія думать, что Цагайнъ происходитъ отъ этого слова; вирочемъ, это не болѣе какъ предположеніе. Это мѣсто извѣстно жителемъ цѣлой окрестности и даже далѣе внизъ по Амуру до города Айгуна. У здѣшнихъ жителей онъ считается связеннымъ и пользуется великимъ уваженіемъ. Едва-ли кто нибудь проаетъ это мѣсто безъ принесенія хотя малѣйшей жертвы пребывающимъ здѣсь духамъ. Егѣго,но внизъ по рѣкѣ отправляющейся въ Горбицу отрядъ манджуровъ дѣляетъ здѣсь привалъ и потомъ по-импется на высоту, гдѣ въ одномъ мѣстѣ предполагается присутствіе духовъ. Тамъ, съ по-мощію достойной ихъ жертвы, испрашивается у нихъ покровительство для счастливаго совершенія далекаго путешествія. Къ этому мѣсту привязано съ давнихъ временъ религіозное почитаніе, между прочимъ, вѣроятно, и потому, что въ нѣкоторыхъ мѣстахъ, какъ говорятъ, выходить изъ земли дымъ и огонь. Отсюда лѣвый берегъ танется далѣе, оставаясь высокимъ, но вообще становится уже болѣе отlicгимъ, покрывается лѣсомъ и наконецъ переходить въ плюскую береговую окраину, которая сама постепенно превращается въ низменный береговой лугъ. Правый берегъ на этомъ пространствѣ остается постоянно гористымъ. У самаго береговаго ската Цагайнъ, одна изъ баржъ имѣла несчастье попасть на островъ, затопленный водой до верхушекъ деревьевъ, и сѣсть тамъ на мель. По этому, раздался сигналъ приставать къ лѣвому берегу; на баржахъ все засуетились съ цѣлью исполнить это распоряжение. Но сила воды быстро увлекла наши тяжело нагруженныя баржи внизъ по рѣкѣ, и мы пришли къ берегу только 7 верстъ ниже Цагаяна, при чемъ всѣ баржи растянулись въ линию вдоль берега.

Еще было очень рано, но, какъ какъ мы скеминутно ожидали сигнала къ отилытію, то намъ нельзя было далеко отходить отъ нашей баржи; мы занимались собираніемъ травъ и растеній вблизи нашей стоянки и удили рыбу.

7-го июня. Мѣсто, гдѣ мы теперь находились, называется, по имени болотистой рѣки Марджинскъ, видающейся здѣсь въ Амуръ и окоймленной ивами. Береговая окраина въ нѣ-которыхъ мѣстахъ прорѣзана заливами, похожими на рѣчные рукава, которые отчасти находятся въ связи съ Амуромъ, отчасти же обратились уже въ стоячія болота. Эта береговая окраина постепенно возникается къ береговому скату, находящемуся отъ нея въ различныхъ мѣстахъ на различныхъ разстояніяхъ и представляетъ кое-гдѣ болотистые луга, кое-гдѣ возенные пространства, покрытыя лѣсомъ. Послѣдний здѣсь состоитъ изъ листенницъ, сосень (довольно рѣдко), бѣлой и черной березы и вязовь; между ними Quercus mongolica, Cornus sin birica, Corylus heterophylla, Rosa acicularis, Spiraea salicifolia и Sp. sericea составляютъ довольно густой подлѣскъ. Болотистыя мѣста изобилуютъ Betula palustris и нѣсколькими видами Salix. На береговыхъ лугахъ растутъ Thalictrum angustifolium, Clematis angustifolia и Cl. fusca; преимущественно послѣдней здѣсь очень много, она вьется около различныхъ луговыхъ растений, и въ ту пору еще нераспускалась. Далѣе, здѣсь нерѣдко встрѣча-

— 95 —

лись *Trollius asiaticus*, *Viola acuminata*, *Dictamnus albus*, *Myosotis sylvaticus*, *Cypripedium Calceolus*, *C. macranthum* и др. въ полнотъ цвѣту. Въ норосшихъ лѣсомъ частяхъ этой бе-реговой окраины цвѣли *Ledum palustre*, *Majanthenum bifolium*, *Asteranthemum dahuricum* и красивая *Perularia fuscescens*, нерѣдко растущая на тѣнистыхъ отлогостяхъ. По краямъ боло-тистыхъ луговъ цвѣли, кролѣ разныхъ видовъ осоки, *Ranunculus propinquus*, *Myosotis caespitosa* (?) Schmidt, *Iris laerigata* и др.

Скоро однакожъ прошловой дождь и буря заставили насъ прекратить наши занятія, т. е. собраніе растеній, и мы спѣшили на нашу баржу, гдѣ нашли безчисленное множество мошекъ, оводовъ (въ Сибири-паўтъ) и комаровъ, сильно насъ безпокоявшихъ. Мы теперь въ первый разъ надѣли сѣтки для защиты отъ насѣкомыхъ.

Я уже выше имѣлъ служаї говорить о быстромъ увеличеніи воды въ Амурѣ, частію всѣд-ствіе сильныхъ дождей, частію же отъ снѣга, тащаго на высокихъ горахъ. Неменѣ пора-зительно и внезапное уменьшеніе воды; интереснымъ примѣромъ этого можетъ служить сѣвшая вчера на мель баржа. Вскорѣ вода послѣ этого происшествія такъ быстро онала, что баржа стояла на сухой землѣ и была окружена сусѣю на довольно значительное про-странство. Отъ такого обстоятельства, мы остались здѣсь на нѣсколько дней, потому что весь грузъ съ баржи надобно было снести на берегъ. 400 человѣкъ день и ночь работали надъ снискомъ баржи на воду и нагруженіемъ ея вновь.

Во все время нашегоъ здѣсь пребыванія (8 и 9 юня), погода была свѣтлая и теплая, а по-тому мы сѣдали нѣсколько экскурсій въ ближайшія окрестности и побывали на другомъ берегу. Шрина Амура въ этомъ мѣстѣ простиралась до ¾ версты и теченіе его было довольно силь-но, такъ что вода относила нашу лодку довольно далеко внизъ по рѣкѣ, когда мы перѣзжали. Береговой лугъ, покрытый у самаго края рѣкъ и пвами и черемухой, въ этомъ мѣстѣ уже, чѣмъ на лѣтомъ берегу, и границитъ съ болѣе или менѣе крутыми береговыми скатами; они состоять изъ крупнокристаллическаго гранита, выставляющагося кое-гдѣ большими глыба-ми на поверхности ската, покрытой лѣсомъ и густымъ подлѣскомъ; въ другихъ мѣстахъ этотъ гранитъ превратился въ крупную дресву. Хотя общей характеръ растительности боль-шею частію одинъ и тотъ же на обоихъ берегахъ, но я замѣтилъ на правомъ большее разно-образіе растительныхъ формъ и растенія тамъ были болѣе развиты (принимая это слово въ смыслѣ перехода изъ одной эпохи жизни въ другую), обстоятельство, котораго причину дол-жно предположить въ томъ, что правый береговой скатъ обращенъ на SO. Въ раститель-ности и здѣсь преобладаетъ характеръ Дашрской ф.оры; за исключеніемъ немногихъ, здѣсь большею частью тѣже растенія, которые встрѣчаются въ Забайкальскомъ краѣ. Сухіе, изъ крупнаго несколько состоящіе береговые скаты въ нѣкоторыхъ мѣстахъ были покрыты довольно рѣкимъ лѣсомъ и разнообразными цвѣтущими растеніями; изъ нослѣднихъ нѣкоторые виды частью росли особнякомъ, покрывая сюль и пространства, частью же были перемѣшаны одинъ съ другими. Къ первымъ принадлежать: *Eritrichium Maackii* nov. sp. *Maxim.*, и *Ajuga generensis*; послѣдня въ особенности тѣмъ интересна, что будучи европейской формой, невстрѣча-юцейся въ Сибири, онадается здѣсь на Амурѣ. Кромѣ упомянутыхъ, еще найдены были цвѣтущіе: *Geranium eriostemon*, *Lychnis sibirica*, *Rhaponticum uniflorum*, *Trifolium Lupinaster*, *Cynoctenum (Rhodostegia) roseum*, *Lilium tenuifolium*, *Asparagus oligoclonos n. sp. Ma-xim* и другія.

— 96 —

Свѣтная погода позволяла г. Разкову заниматься астрономическим определением мѣста, гдѣ мы находились; онъ опредѣлилъ его долготу въ 126° 22′, а шириоту 52° 14′ 22″.

10-й погона. Намъ уже вчера было извѣстно, что нагрузка баржи скоро окончится п, с.гъ-довательно, сегодня мы снова отправимся въ путь. Множество комаровъ не дали намъ погоха въ эту ночь, и потому мы очень рано поднялись на ноги.

Небо было покрыто тучами, и въ 9 часовъ наступила гроза; вблизи насъ раздалось нѣ- сколько сильныхъ у.ларовъ грома, и потомъ пош�ль. пролиной дождь, часто перемежавшійся градомъ, величшой въ обыкновенный орѣхъ.

Въ 11 часовъ раздались звуки генералъ-марша, съ цѣлью напомнить всѣтъ быть готовъ къ выступлению баржъ; скоро послѣ того былъ поданъ и самый сигналъ къ выступлению. Въ засутились и занялись важнымъ дѣломъ: привести баржи въ дивженіе, а это было не всѣтъ легко, потому что всѣхѣ ствя бboldіваго уменьшения воды, ныяя баржи касались рѣччанаго диа. Мы были очень раны, оointать пуститься въ дальнѣйшій путь, послѣ четырехдневнаго пребыванія на однѣмъ нѣвѣ. Въ близкомъ разстояніи отсюда, рѣка, неимѣющая острововъ и заключенная съ лѣвой стороны въ плюсіе берега, а съ правой въ высокіе и полоскіе лѣсомъ, дѣлаетъ уклоненіе на SO и становится нѣколько пире, при чемъ кое-гдѣ появляются отдѣльные острова. Дальше по облѣмѣ сторонамъ и підъ ровно высокія береговые скаты, которыхъ склоны покрыты листственнымъ лѣсомъ, а верхни листственницей и сосной. Здѣсь, на лѣвомъ берегу, стояли три манагргскіе юрты, жильцы которыхъ поспѣшили къ намъ съ проповеденіями своей охоты и рыбной ловли, желая обмѣнять ихъ на русскіе проповеденія. Они сидѣли по 4 — 5 челювѣкъ въ динныхъ берестянкахъ (по тунгуски катука), и пробирались очень искусно и не безъ опасности между нашими баражами. П къ нашей баржѣ подъѣхала одна изъ этихъ лодокъ, въ которой сидѣла междѣ другими туземцами молоденькая дѣвушка, весьма миловічная, не смотря на монгольскій типъ лица. Замѣчательно, что нѣкоторые изъ манагровъ, не смотря на далекое разстояніе отъ русской границы, знали еще немного по русскі. Они намъ предложили раздічныхъ рыбъ и сухой икры; послѣ дней мы купили, но она оказалась негодною къ употреблению по своей сухости.

Вирочемъ, рѣка скоро опять поворачивается отъ SO къ SW. Здѣсь, по причинѣ сильнаго течения воды, наша баржа имѣла несчастіе стыть на мель, и душію довольно далеко отъ одного изъ острововъ, вверхъ по течению рѣкъ. Это обстоятельство послужило предостереженіемъ большей части прочихъ баражъ, изъ которыхъ только одна сильно ударилась о нашу баржу и сѣла на мель.

У сильные, нѣ сколько часовъ продолжавшіеся труды нашей команды остались тіцетными и потому у насъ былъ поданъ маленький синий флагъ, который, для сѣдновающихъ за нами, дождѣ былъ служить знакомъ, что мы пуждались въ помощі. Мы уже совершеннію потеряли всякую надежду выйти изъ бѣды собственными средствами, какъ в.цргъ вечеру въ довольно позицію пору къ намъ прибыли на двухъ баркасахъ дежурный офицеръ, съ которой челювѣкъ, который постоянно халѣ сзѣдиć всего позіда, съ цѣлью подавать помощь съвѣшеннѣ на мель баржамъ. Часть груза была перечислена на баркасы, а весь экипажъ, раздѣвинѣ, сталъ въ воду, которая была довольно холодна. Наконецъ намъ удалось соединенными силами и нѣ сколько разъ повернули баржу, которую нѣ сколько разъ течение опяти на посідо на мель, въелище наше судно въ фарватеръ.

— 97 —

Мы пристали к лѣвому берегу, не далеко отъ мели, и остались тутъ на ночь; здѣсь за-
нялись мы переноскою на нашу баржу сяпятыхъ съ нея для облегченія вещей. Вечеръ
былъ совершенно тихій, мѣсяцъ свѣтиль ярко, на востокѣ и на западѣ безпрестанно прапали
зорницы, составлявшія великолѣнное зрѣлище.

11-го июня. Сегодняшнюю ночь насъ опять сильно безпокоили комары, налетѣвшіе въ
такомъ множествѣ, какого мы еще никогда не видали. Надо было сильно дымить, чтобы
отгонять ихъ, и если дымъ становился немного рѣже, они сейчасъ опять налетали.
По утру небо было покрыто сѣрыми облаками и густой туманъ стался по рѣкѣ, по-
чему мы и не могли оставить мѣсто нашего ночлега ранѣе 6½ часовъ утра. Рѣка течетъ
здѣсь по направленію къ SW, по довольно широкой долинѣ, между островами, покрытыми
кустарникомъ, и раздѣлена на множество рукавовъ. Здѣсь также мы замѣтили, на берегу,
нѣсколько манярскихъ юртъ, а на рѣкѣ рыбаковъ, ловившихъ калугу описаннымъ уже спо-
собомъ, и намъ не разъ удавалось видѣть не только рабя на поверхности воды, производимую
калугой, но и самыхъ этихъ рыбъ, которые выставляли изз воды половину тѣла и сильно
разбрызгивали вокругъ себя воду.

Мы здѣсь встрѣтили нѣсколько манджурскихъ болышихъ лодокъ; каждая изз нихъ была
покрыта кровлей изз бересты и, какъ намъ казалось, сильно нагружена. Это был манджур-
скіе купцы, которые здѣсь ночевали и теперь ёхали держаться праваго берега; они съ боль-
шинъ трудомъ плыли противъ теченія и вѣроятно съ зависимостью смотрѣли на наше бы-
строе плаваніе внизъ по рѣкѣ.

Чрезъ нѣсколько времени мы замѣтили, что долина начала съуживаться. Лѣвый береговой
скатъ подходить, скоро за тѣмъ къ самой водѣ и образуетъ скалистый выступъ, называемы й
туземцами Плииканъ (мысъ Козакевича—на картѣ г. Понова), склоны которого отчасти покрыты
прекраснымъ лѣсомъ, отчасти совершенно обнажены и представляютъ весьма живописный
видъ.

Береговой скатъ тянется около самой воды еще на небольшое разстояніе за этимъ выступъ, но потомъ отходить отъ рѣки, которая принимаетъ направленіе къ SW. Между тѣмъ, какъ горы отходить все болѣе и болѣе отъ лѣваго берега, на правомъ берегу возникаютъ другія, вплоть подходящія къ водѣ, и образуютъ скалистую стѣну, извѣстную у туземцевъ подъ наз-
ваніемъ Ванганѣ; онъ состоять изъ мицдалевиднаго мелапира.

Отъ этого мѣста Амуръ течетъ въ главномъ направленіи къ SSW, къ самому глав-
ному притоку верхняго Амура — Кумарѣ. Вначалѣ рѣчное русло еще довольно узко; пра-
вый береговой скатъ тянется въ небольшомъ разстояніи отъ воды и почти везде отдѣлень
отъ нея узкими береговыми окраинами. Напротивъ того, лѣвый береговой скатъ значительно
удаленъ отъ рѣки и береговыя луга тянутся по берегу на нѣсколько верстъ въ ширину. Лѣсъ,
растущій на правомъ береговомъ скатѣ (на среднихъ частяхъ склона онъ состоитъ препму-
цѣственно изз лиственныхъ деревьевъ) отличается большимъ числомъ елей — древьевъ, ко-
торыя, какъ мы уже сказали, весьма рѣдко встрѣчаются выше этого мѣста.

Рѣка, чѣмъ ближе подходить къ устью Кумары, тѣмъ становится шире и является
цѣлый лабиринтъ острововъ. Здѣсь мы опять наши нѣсколько берестяныхъ юртъ, прина-
дежавшихъ живущимъ тутъ маняграмъ; ниже устья Кумары, это племя или вовсе не встрѣ-
чается, или встрѣчается чрезвычайно рѣдко.

Истор. отчетг.

13

— 98 —

Къ полудню спустился на землю туманъ, закрывавшій все кругомъ насъ и мы увидѣли ясное небо. Послѣ нѣсколькихъ часовъ плаванія между островами, мы достигли, въ 6 часовъ вечера, устья Кумары.

Здѣсь снова возвышается отвѣсный скалистый выступъ, извѣстный у туземцевъ подъименемъ. «Лонгтюръ»* (а г. Поповымъ названный на его первой картѣ Амура мысомъ Бибикова). Эта скала, состоящая изъ вулканической породы, раздѣлена на отвѣсно стоянія колонообразныя отдѣльности, отдѣленныя, одна отъ другой, распелинами; вершина ея покрыта разсѣянными деревьями; у подошвы ея лежатъ каменныя глыбы, отдѣлившіяся отъ скалы; между ними растутъ пы и черемуха; напротивъ этого мѣста находится довольно большіе острова, лежащіе въ устьѣ р. Кумары, и потому можно думать, что они образопались изъ осадковъ этой рѣки. На одномъ изъ этихъ острововъ, покрытомъ лугами, стояли три концерныя юрты и одна маленькая хижина; онъ въсѣ покрыты были тростинкомъ; въ нихъ жили мандркурскіе чиновники и пебольшой отрядъ войска; последній составляетъ кумарскій караулъ, остаются здѣсь въ продолжении всего времени, пока рѣка стонѣтъ вскрытой; но еда на ней покажется ледъ, стража отправляется на зиму въ г. Айгунъ. Кумары**, какъ мы уже сказали, есть самый большій правый притокъ верхняго Амура, вытекающій изъ горняго хребта И-кэ-гу-ку-да (кэ, по монгольскій, значитъ величій) и течетъ въ Амуръ, на протяженіи около 800 верстъ, въ среднемъ направленіи къ SO.

Изъ козаковъ, живущихъ на Аргуни, едва-ли хотя одинъ достигаетъ въ своихъ ежегодныхъ поѣздкахъ къ манярамъ и промысловыхъ путешествіяхъ, самаго устья Кумары; тѣ козаки, которымъ рѣка извѣстна черезъ маняровъ, называютъ ее «Камаря» или «Камаръ»; настоящее названіе ея есть Кумара или Хумаръ; она и въ китайской государственной географіи извѣстна подъ этимъ именемъ, и манягры точно также называютъ ее Хумаръ-бира. На няйней Кумарѣ, а можетъ быть и на части средней, живетъ тотъ же самый народъ, какъ и на Амурѣ, т. е. манягры, которые, въ нравахъ и образѣ жизни, отличаются линь весьма немного отъ амурскихъ маняровъ; влѣяніе на нихъ манджуровъ и дауровъ тѣмъ замѣтнѣе, чѣмъ выше по Кумарѣ они живутъ. По дошедшімъ до меня свѣдѣніямъ, самое манягрское населеніе на Кумарѣ гуце, чѣмъ на Амурѣ и притомъ на Кумарѣ есть нѣсколько житочныхъ и пользующихся у важеніемъ манягскихъ семействъ. На средней и верхней Кумарѣ живутъ дауры, которые исключительно занимаются

* По манджурамъ этотъ выступъ называется Дао-ши-хада.

** Я изъвѣлѣкъ изъ одной рукописи, которая у мена находится, слѣдующія свѣдѣнія объ этой рѣкѣ: рѣка Кумара, вытекши изъ хребта, течетъ на разстояніи слишкомъ 100 ли (ли—китайская верета равная 267'6, русскихъ саженей), на NW; потомъ принимаетъ притокъ съ SW и, протекании нѣсколько десятковъ ли на N, поворачиваетъ на NO и послѣ 300 ли извѣланаго течения принимаетъ какую-то рѣку съ W, образующуюся изъ двухъ источниковъ. Отсюда Кумара поворачиваетъ на O и, протекши 100 ли, принимаетъ р. Та-ха, притекающую съ сѣвера, изъ горы Иръ-ху-ли и принимающую, въ своемъ течении, одинъ притокъ съ S. Дальѣ Кумара, протекши на NO слишкомъ 400 ли, извилинами, поворачиваетъ на O, а послѣ оказать на NO, и протекши нѣсколько десятковъ ли, принимаетъ рѣчу Ху-цзин-ли, вытекающую изъ горъ, лежащихъ на NW отъ Кумары. За тѣмъ она, протекши нѣсколько десятковъ ли на O, поворачиваетъ на SO и послѣ 400 ли извѣланаго течения, принимаетъ рѣчу, притекающую съ NW. Дальѣ послѣ нѣсколькихъ десятковъ ли ея течения на SO, въ нее впадаетъ р. Удань, при истокѣ называемая Волкъ. Дальѣ рѣка Кумара протекаетъ 400 ли извилинами на SO и впадеть въ Хей-лунъ-дзянь, прямо противъ хребта Дао-ши-хада.

— 99 —

ются скотоводствомъ и х.г.бопашествомъ; нѣкоторые изъ нихъ, весной и лѣтомъ, а иногда п
зимой, спускаются на Амуръ и производятъ торговлю съ маняграми. Мы уже выше упо-
минали о чиновникахъ и купцахъ, пріпѣзающихъ на устье Кумары для собиранія податей.

Всѣдѣствѣ козачьихъ набѣговъ на Амуръ, устье Кумары получило нѣкоторую историче-
скую извѣстность. Здѣсь былъ Хабаровъ, заложивший, осенью 1652 г., на своемъ пути вверхъ
но Амуру, Кумарскій острогъ. Послѣшій составлялъ въ первое время набѣговъ русскихъ ихъ
главнѣйшее укрѣпленіе на Амурѣ; въ послѣдствіи мѣсто его заступилъ Албазинъ; эта ма-
ленькая крѣпость (т. е. Кумарскій острогъ), отъ которой еще до сихъ поръ сохранились нѣ-
которые с.г.ды, лежала на остроту насупротивъ Лонгтіорскаго скалистаго выступа, съ котора-
го нерѣдко была обстрѣливаема китайцами. Изъ числа достопамятнѣйшихъ и кровопролит-
нѣйшихъ битвъ, въ которыхъ участвовали русские, я здѣсь упомяну только о битвѣ, данной
Степановымъ. Онъ съ величайшими усилиями выстроилъ вновь въ 1654 году разрушенный
передъ тѣмъ острогъ и, выдержавши трехнедѣльную осаду китайцевъ, блиستательно отбиллъ
ихъ въ ночь съ 24 на 25 марта. Незвѣстно, какъ долго существовалъ послѣ того этотъ
острогъ, и когда послѣдовала сдача его русскими. Изъ козаковъ того времени послѣдній, какъ
кажется посвѣтилъ Кумару Еейтонъ, посланный Толбузаннымъ. Онъ туда прибылъ 12 марта
1686 г., имѣя приказаніе взять въ п.лѣнъ нѣсколько китайскихъ военныхъ, для того
чтобы отъ нихъ разузнать о непрізненныхъ намъреніяхъ китайскаго войска на счетъ Ал-
базина.

Хотя быстрая поѣздка по рѣкѣ, дото.г. совершенно еще не извѣстной, далеко недостаточ-
на, чтобъ дать в.врное понятіе о распространеніи растеній и животныхъ въ этой странѣ, я
позволяю себѣ, однажожъ, думать, что Кумара, въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ, составляетъ
границу флуры и фауны верхняго Амура. Для нѣкоторыхъ растительныхъ формъ Кумара со-
ставляетъ, какъ кажется, границу. Такъ за устьемъ Кумары, впервые на Амурѣ, встрѣчаемъ
лишу (Tilia cordata), въ которой однако же незамѣтно такого быстраго увеличения размѣ-
ровъ по м.врѣ приближенія къ устью Амура, какое представляетъ дубъ. Липа здѣсь не ра-
стетъ выше 5-6 саженей, а стволъ ея у корня имѣетъ не болѣе 1¹/₂ фута въ диаметрѣ; она,
какъ можно предполагать, принадлежить кумарскому бассейну, изъ которого и переходить въ
Амурскую долину.

Дубъ (Quercus mongolica), встрѣчавшийся намъ сначала въ видѣ кустарника на скло-
нахъ береговыхъ скатовъ, здѣсь и толще и выше и ростетъ деревомъ, но по большей части
съ исковерканнымъ стволомъ. Онъ не составляетъ здѣсь исключительной собственности бе-
реговыхъ скатовъ, но спускается и на береговыя окрашены; ивообще, лиственныя деревья пре-
обладаютъ здѣсь все болѣе и болѣе и оттѣсняютъ хвойныя деревья на вершины береговыхъ
горъ. Что касается распространенія народовъ, то уже выше было замѣчено, что Кумара со-
ставляетъ границу распространенія манягровъ по Амуру

Когда мы приближались къ Кумарскому караул.у, къ намъ оттуда быстро под.ъхала лод-
ка, которой управляли мандкуры. Въ ней сидѣли два ман.джурскихъ чиновника, одинъ
въ голубомъ халатѣ, другой—въ бьломъ. Одинъ изъ нихъ перепрыгнулъ въ нашу баржу съ
привѣстственнымъ крикомъ «мендў», и знаками спрашивать у насъ, сколько еще баражъ идетъ
за нами. Второй ихъ вопросъ заключался въ томъ, нѣтъ-ли у насъ русской ручной гармони-
ки. Случайно, у насъ нашелся одинъ инструментъ, который мы и подарили одному изъ чи-

*

— 100 —

новниковъ; тогда онъ опять перешелъ на свою лодку, и играя на своемъ новопрюбленномъ пиструментѣ и подпивая, возвратился къ себѣ на берегъ.

Отъ Лонгтіона тяется довольно узкая береговая полоса земли, пущая внизъ по Амуру верстъ на 8, до рѣки Билэйнь, текущей по открытой долинѣ въ Амуру. Въ 9 часовъ вечера мы расположились на ночлегъ на правой сторонѣ, на измененномъ береговомъ лугу.

12 июня. Безчисленные комары и мошки налетѣли на насъ, только что мы пристали къ берегу и такъ ужасно меня мучили, что я цѣлую ночь не смывалъ глазъ и встала очень рано. Вокругъ меня все было погружено въ совершенный покой: нашъ экипажъ, утомленный усилиемами трудами предыдущаго дня, крѣпко спалъ, не смотря на жала комаровъ. Солнце уже взошло, а природа, среди которой я оказалъ борьбовалъ, наслаждалась еще ненарушимымъ покоемъ; лишь изрѣдка прерывалъ эту мертвую тишину быстрокрылый зимородокъ (*Alcedo ispida*), со свистомъ пролетавшій надъ нашей баржей.

Въ 5 часовъ покинули мы нашу ночью стоянку и нѣсколько времени плыли, какъ и вчера, къ SW, до того пункта, гдѣ Амуру обращается къ SO. То съ правой, то съ львой стороны довольно близко къ водѣ подходятъ береговые скаты, которые кое-гдѣ представляютъ обнаженія. Здѣсь путешественникъ опять входитъ изъ господствующаго въ Кумарской странѣ вулканническаго элемента въ область плютическихъ формацій, представляемыхъ сіеніемъ и, далѣе, полевошпитовыми порфирами.

Проѣхавши нѣкоторое пространство далѣе, мы добрались до начала замѣтательной извилины, образуемой рѣкой въ этомъ мѣстѣ; она называется здѣсь «Улусу-Модонской извилиной» и по обращенію въ ней рѣки, на весьма небольшемъ пространствѣ, ко всѣмъ сторонамъ горизонта, можетъ быть названа единственною въ своемъ родѣ,—по краиней мѣрѣ на Амурѣ. Амуръ начинаетъ эту излучину, внезапно загибаясь къ W отъ южнаго своего течения; потомъ перемѣняетъ это направленіе на SW и S, и далѣе течетъ все болѣе и болѣе на O наконецъ обращается на NNW и этимъ излучина кончается. Здѣсь рѣка упирается въ скалистый отвѣсный обрывъ лѣваго берегового ската, стоящаго у самой воды и оттѣсняющегося Амуръ почти подъ прямымъ угломъ къ ONO. Въ этомъ мѣстѣ Амуръ такъ близко подходятъ къ началу излучины, отъ которого онъ тутъ отдѣленъ горнымъ хребтомъ, что между обними остается только около 1 версты разстоянія; между тѣмъ излучина имѣетъ около 35 верстъ длины. Здѣсь встрѣтили мы маленькую, сѣдланную изъ выдолбленнаго бревна лодку, на которой два челою-ка подъвзяли съ лѣваго берега къ нашей баржѣ. По ихъ болѣйной одежѣ и ихъ пріемамъ, мы тотчасъ въ нихъ узнали мандаровъ низкаго происхождения; они намъ сказали, что принадлежать къ нíлке по рѣкѣ расположенному мандажурскому караулу и пріхали сюда на рыбуную ловлю. Пробывши у насъ нѣсколько времени, они подарили намъ очень хорошо приготовленный изъ промысленной мукы хлѣбъ.

За обрывомъ лѣваго ската, у которого Амуръ течетъ къ ONO, идетъ по течению рѣк береговой лугъ, довольно высокій. На немъ расположенъ мандажурскій караулъ, называемый Улусу-Модонъ *. Онъ состоитъ изъ небольшаго числа мандажурскихъ солдатъ и изъ одного чиновника, и, подобно кумарскому, на зиму оставляетъ свой постъ.

* Въ китайской государственной географіи это мѣсто названо Урусумденъ и положеніе его означено подъ 34° 21' 36" с. ш. и 124° 23' в. д. отъ Парижа.

— 101 —

На берегу стоять три небольшія строенія, выстроенные по манджурскому обычаю изъ деревяннаго переплета и глины, съ нѣсколькими большими заклеенными бумагой окнами. Вблизи этихъ жилыхъ находится небольшой храмъ, фасадомъ обращенный къ рѣкѣ и обненсенный невысокой оградой. Передъ входомъ его, обращеннымъ къ югу, стоят два шеста, на которыхъ подымаются флаги — обычная принадлежность всѣхъ конфуціанскихъ храмовъ. Это мѣстопребываніе стражи служить и сборнымъ мѣстомъ для пограничныхъ патрулей, обычно здѣсь собирающихся въ срединѣ мая, съ цѣлью подниматься отсюда по Амуру въ Горбицу. Обязанность Улусу-Модонскаго караула заключается въ томъ, чтобъ ловить преступниковъ, которые, въ особенности въ прежнее время, часто убѣгали изъ Нерчинскихъ рудниковъ, а также и въ надзоръ за живущими здѣсь вблизи манджурами и даурами, и наконецъ въ осмотрѣ паспортовъ проѣзжающихъ купцовъ. Занятія эти требуютъ мало времени и потому команда имѣть много времени для охоты и рыболовства.

Во время плаванія по Улусу-Модонской излучинѣ, я нѣсколько разъ выходилъ на берегъ для собранія геогностическихъ обращиковъ. Здѣсь я нашелъ земляную медвѣдку (Myospatax talpinus Pall.). Это интересное животное, судя по множеству слѣдовъ, замѣченныхъ мной у подошвы скалистаго обрыва, должно здѣсь часто встрѣчаться.

Отъ Улусу-Модона, Амуръ сперва течетъ на О, но скоро обращается на SSW и потомъ на SSO. Лѣвый берегъ состоитъ изъ болѣе пли менѣе отвѣсныхъ возвышенностей, покрытыхъ кое-гдѣ невысокой травой, кое-гдѣ деревьями и кустами. Впрочемъ, эти возвышенности не долго тянутся по берегу, онъ вскорѣ удаляются отъ него, уступая мѣсто низменнымъ береговымъ лугамъ. На одномъ изъ этихъ луговъ стояла кончечкая, покрытая соломой юрта, изъ которойъ къ нашей баржѣ подъѣхали 6 человѣкъ на челомъ. Судя по одежѣ и языку, мы въ нихъ признали манагровъ. Это были единственные представители этого племени, встрѣченные нами на Амурѣ ниже устья Кумары; впрочемъ, и они поселились здѣсь только на время, для рыбной ловли.

Правый берегъ, на пространствѣ 18 верстъ отъ Улусу-Модона—мѣстами холистый, мѣстами луговой. На концѣ этой части его, находится довольно грутой скалистый улетѣпъ, за которымъ слѣдуетъ устье вливающегося въ Амуръ сирова притока средней вешчины, окойленное довольно широкими низменными берегами.

Въ концѣ этого берегового пространства, тамъ, гдѣ довольно отлогій береговой скатъ снова приближается къ водѣ, построены двѣ глиняные мазанки въ родѣ тѣхъ, которые мы видѣли на Улусу-Модонѣ; въ нихъ живетъ нѣсколько китайцевъ. Занягіе этихъ людей, равно какъ и нѣкоторыхъ другихъ, живущихъ ниже отсюда, заключается въ заготовленіи строеваго лѣса и дровъ для города Айгуна; жители Айгуна и ближайшихъ къ нему деревень, потребляя очень много лѣса, давно уже почти совсемъ уничтожили подгородные лѣса и теперь получаютъ дрова и деревья для построекъ изъ странъ, болѣе отдаленныхъ.

На берегу были складены въ разныхъ мѣстахъ дрова, саплавляемыя отсюда внизъ по рѣкѣ лѣтомъ и осенью. Это то самое мѣсто, на которомъ на картѣ Восточной Сибири, сдѣланной въ 1855 году, ошибочно показанъ «Китайский караулъ». Когда мы къ нему прибылись, къ нашъ подъѣхала лодка съ тремя китайцами низшаго сословія, одѣтыми въ платѣе изъ самой простой и самой грубой матеріи. Пхъ лодка была совершенно особеннаго устройства. Она состояла изъ двухъ боковыхъ половинъ, изъ которыхъ каждая была выдольбепа

— 102 —

изъ бруса; объ же онъ на своихъ, нѣсколько приподнятыхъ, завостренныхъ и узкихъ концахъ
связаны были одна съ другой крѣпкими веревками. Лодка была плюсодонная и то мѣсто,
гдѣ ея объ половинки межку собой были сплочены, было залито смолой, такъ, что вода въ нее
не могла проникнуть. Весла, которыми гнали лодку, отличались отъ европейскихъ веселъ.
На цервой трети весла, отъ верхняго конца, сдѣлано плюское разширеніе, лежащее горизон-
тально, когда перо вертикально; на срединѣ разширенія находится круглое отверстіе, кото-
рое, когда гребутъ, надѣвается на короткую палочку, вдѣланную въ бортъ лодки.

Люди, вступившие въ нашу баржу, радушно насъ привѣтствовали и, по мандрурскому
обычаю, ставши на одно кольно, сдѣляли намъ глубоко почтительный поклонъ; при чемъ
выставляли нѣсколько впередъ сложенные одна съ другою руки. Они намъ привезли разво-
димого ими табаку; онъ былъ разложенъ въ корзинки разнообразной формы, сплетенные изъ
ивовыхъ прутьевъ. Мы имъ въ свою очередь сдѣляли маленькие подарки, за которые они намъ
были очень благодарны. Проплывшись нѣсколько верстъ далѣе, мы увидали два такихъ же жили-
ща, жители которыхъ, подобно обитателямъ жилищъ сейчасъ описанныхъ, занимались руб-
кой деревьевъ.

Цѣлый день погода была ясная и теплая; въ 9 часовъ вечера, мы пристали къ берегу,
нѣсколько ниже двухъ, только что упомянутыхъ хижинъ.

Здѣсь представилась нашимъ глазамъ простиравшаяся на нѣсколько саженей береговая
окраина, состоявшая изъ наноса валуновъ, глины и песку; за ней тянется обрывистый
со стороны рѣки береговой лугъ, саженей въ 20 ширины, окоймленый съ другой стороны
береговымъ скатомъ, котораго склонъ, довольно крутой, покрытъ осью и густо порось
лиственимъ лѣсомъ. Береговой лугъ былъ покрытъ цвѣтущими кустами таволги, розъ и ле-
щины; между ними мы нашли въ цвѣту очень много такихъ луговыхъ растений, которые
встрѣчались въ другихъ мѣстахъ; нижняя часть берегового ската была покрыта дубовымъ
.лѣсомъ, а выше попадались и бѣлыя и черныя березы. Здѣсь мы нашли нѣсколько такихъ ра-
стений, которыхъ еще нигдѣ не встрѣчали на проѣханномъ нами пути, напр. Sedum
Aizoon, Platanthera chlorantha var. и Platycodon grandiflorum; послѣдній встрѣчался очень
рѣдко и еще не цвѣлъ.

13-го юня. Погода стояла цѣлый день ясная и тихая. Термометръ показывалъ +20° R. въ
тѣни и + 17,5° R. въ водѣ Амура. Въ 4 часа мы снялись съ нашего ночлега, но проѣхавши
три версты, опять пристали къ берегу, встрѣтивши здѣсь значительное число баржъ, ожи-
давшихъ нѣсколько другихъ баржъ, которые отстали.

14-го юня. Сегодня также стояла свѣтлая погода, воздухъ не двигался и солнце свѣти-
ло еще жарче, нежели вчера. Мы провели здѣсь почти цѣлый день и только когда собрался
весь нашъ поездъ, отправились далѣе. Пользуясь временемъ, я здѣсь бродилъ цѣлое утро въ
разныхъ направленийѣхъ; моя экскурсія была крашне утомительна по причинѣ страшного жа-
ра, безчисленного множества комаровъ и мошекъ. На невысокихъ отлючкахъ, здѣсь растутъ
во многихъ мѣстахъ, кромѣ уже упомянутыхъ деревьевъ и кустарниковъ, Crataegus pinna-
tifida и Evonymus Maackii, которыхъ мы выше того мѣста по Амуру нигдѣ не встрѣ-
чали. Послѣдній родъ появляется здѣсь въ первый разъ на всемъ пространствѣ, начиная отъ
Урала. Сверхъ того, на склонахъ берегового ската растутъ: Aquilegia vulgaris var. oxysepala;
Campanula punctata; Alsine laricina; Platanthera chlorantha var. и др. На роскошныхъ лугахъ

— 103 —

и у подошвы берегового ската, растутъ: Clematis fusca; Thalictrum aquilegifolium; Rubia cor-
difolia; Stellera Chamaejasme; Lespedeza bicolor; Spiraea digitata, β tomentosa Led.; Achillea
setacea; Lilium spectabile; Allium angulosum, β majus и др.

Въ ¹/₂в ввечеру, былъ данъ сигналъ къ отъѣзду, и наши баржи двинулись. За мѣстомъ нашей стоянки рѣка удерживаетъ свое прежнее направленіе къ SO, и недалеко за нимъ открывается глазамъ видъ, весьма обширный. Ночью, несмотря на свѣтѣ луны, мы не могли ясно разсмотрѣть ни рѣки, ни береговъ и потому о характерѣ пейзажа, въ тѣхъ мѣстахъ, которыя мы ночь проѣхали, я ничего не могу сказать.

Скоро, темныя облака покрыли мѣсяцъ, но это продолжалось не долго: онъ разсѣялись послѣ грозы, которая разразилась гдѣ-то в, ладѣкѣ отъ насъ. Наши баржи въ порядкѣ тянулись по рѣкѣ и, освѣщенныя фонарями на мачтахъ и огнями, разведенными на носу, представляли великолѣное зрѣлище.

15-го июня. Наше путешествіе, въ сегодняшнюю ночь, было счастливѣе, чѣмъ мы надѣлись. Благодаря ширинѣ рѣки и рѣдкости острововъ на всемъ пространствѣ, которое мы проѣхали въ ночное время, благодаря также свѣту, мѣсяца, ни одна изъ нашихъ баржъ не съла на мель. Въ 6 часовъ утра достигли мы мѣста, называемаго Адунъ-Гиринъ, на которомъ живетъ теперь одинъ старый отставной китайскій солдатъ. Это мѣсто находится на правомъ берегу, около 20 верстъ выше устья Зеи. На довольно обширномъ береговомъ лугу, у самой воды, стояла покрытая тростниковой крышкой, глиняная мазанка, въ стѣнѣ которой на сторонѣ, обращенной къ рѣкѣ, была продѣлана дверь, по бокамъ которой находились два окна, съ бумагою вмѣсто стеколъ. Вблизи этой хижины находилась другая маленькая, также выстроенная изъ глины и покрытая тростникомъ хижина, назначенная для жертвоприношений. Въ ней находились нарисованыя на бумагѣ изображения боговъ и красная доска, на которой было написано, на манджурскомъ языкѣ, что этотъ жертвенный храмъ, три года тому назадъ, построенъ одинъ старымъ китайскимъ войномъ, въ честь одного изъ горныхъ духовъ. Стоявшія на берегу двуколесныя тельги, нѣсколько земледѣльческихъ орудій и не-большое стадо рогатаго скота, которое паслось въ близи хижины, — все это указывало на извѣстную степень благосостоянія ея владѣльца. Нѣсколько подальше, внизъ по рѣкѣ, на берегу, были сложены, въ значительномъ количествѣ, дрова и радомъ съ ними стояли три колническія камышевыя юрты; хозяева ихъ, бѣдные манджуры, подъѣхали къ нашимъ барjamъ на челнокъ. По мѣрѣ большаго удаленія отъ этого мѣста и приближенія къ устью Зеи, берега Амура принимаютъ другой видъ. Лѣвый береговой скатъ постепенно удалется отъ воды и наконецъ совершенно исчезаетъ изъ виду; правый же берегъ понемногу дѣлается ниже, превращаясь наконецъ въ пространный береговой лугъ, который тяется весьма легко и на самомъ горизонѣ оканчивается хребтомъ горъ.

Верстахъ въ четырехъ выше устья Зеи, Амуръ вступаетъ въ огромную луговую страну, ко-
торая простирается по обѣимъ сторонамъ его, почти нигдѣ не прерываясь, по крайней мѣ-
рѣ на лѣвомъ берегу, до самого Хинганскаго горнаго хребта; чтō составляетъ около 300
верстъ протяженія.

Берега этой части рѣки представляютъ совершенно другой характеръ: ландшафта, нежели какой мы замѣча и въ большѣ узкой части Амурской долины, по которойѣ хали до сихъ поръ. Вмѣсто большѣ и ни мѣше крутыхъ и часто покрытыхъ хвойными деревьями береговыхъ скатовъ,

— 404 —

здѣсь представляются взору обширные тучные луга, покрытые въ разныхъ мѣстахъ рощами лиственныхъ деревьевъ.

На этомъ-то пространствѣ находятся, если не единственныя годныя для земледѣлія, то по крайней мѣрѣ единственныя обработываемыя въ большомъ размѣрѣ, земли на всемъ Амурѣ. Двѣствительно, хотя и сейчасъ за Хинганскимъ хребтомъ тянется по Амуру обширная луговая полоса, и хотя въ долниѣ нижняго Амура находятся также не малыя пространства годной для хлѣбопашества земли, однакоже, какъ мы ниже увидимъ, ими до настоящей поры, по крайней мѣрѣ, еще мало пользовались. И по теченію верхняго Амура, въ упомянутой нами выше луговой странѣ отъ устья Зен до Хинганскаго хребта, встрѣчается довольно густое народонаселеніе только на пространствѣ 75 верстъ; оно состоитъ изъ мандкуровъ и дауровъ, занимающихся преимущественно хлѣбопашествомъ и огородничествомъ. Эта населенная часть начинается у деревни Дагыгă (въ 5-ти верстахъ выше устья Зен), расположенная на правомъ берегу, а оканчивается у значительной Даурской деревни Хормольдженгъ, лежащей около 40 верстъ ниже города Айгуна. Въ 9 часовъ утра мы проѣхали мимо д. Дагыгă, заключающейся около 40 мазанокъ, разбросанныхъ между тѣнистыми деревьями; при каждой изъ нихъ былъ огородъ, обесенный изгородью.

Около этой деревни, отъ берега отчаплила лодка; на ней къ намъ подъѣхали одинъ манжурскій чиновникъ, который по порядку входилъ на каждую баржу и считалъ людей, записывая, сколько у насъ было команды.

Плывая дагѣе отсюда, мы проѣхали мимо второй небольшой деревни, лежащей на томъ же берегу и названной подъ названіемъ Сіаўтыга и проѣхали, верстахъ въ трехъ ниже ея, устье Зен *. Это самый большой лѣвый притокъ верхняго Амура. Зея исторически достапамятна потому, что привела на Амуръ первыхъ русскихъ, которые его нашли и начали дѣлать завоеванія на берегахъ его. Въ 1643 году Василий Поярковъ отправился изъ Якутска на Алданъ, поднялся вверхъ по ней и по ея притокамъ Учурѣ и Гонамѣ, п. перебравшись чрезъ водораздѣлѣ, достигъ р. Брэнды, составляющей правый притокъ Зен; въ слѣдующемъ же году, спустившись по Зеѣ, достигъ Амура. И впослѣдствіи, Зея и впадающія въ нее рѣки были нерѣдко посѣщаемы русскими, что и побудило выстроить здѣсь нѣсколько остроговъ, напр. Селимское и Долонское, равно какъ и зимовья для людей, собравшихъ ясакъ; между послѣдними можно назвать Верхозейское и Гилийское.

Однакожь, русскіе держались здѣсь недолго, потому что, начиная съ 1680 г., китайцы все больѣе и болѣе грозили русскими пришельцамъ и наконецъ принудили ихъ оставить вмѣстѣ съ многими другими влаѣніями и часть бассейна Зен. Въ Зейскомъ острогѣ русскіе оставались всего дольѣе, но въ 1683 г. и здѣсь ихъ жилища были разрушены и они всѣ уведены въ п. лѣнъ.

Тогдашнее населеніе по Зеѣ состояло, по извѣстіямъ Пояркова, изъ бродячихъ тунгусовъ, дучеровъ и дауровъ. Первые жили на верхней и средней, дучеры и дауры — на ней Зеѣ и ея устьѣ. И въ настоящую пору по верхнему и среднему теченію р. Зен бродятъ

* Орочоны и манигры называютъ эту рѣку Джи-бира: молджуры и дауры—Чыкырѣ. Въ китайской государственной географіи 1818 года, она названа Джи-күгъ; въ другихъ источникахъ она приводится подъ пшенами Дзинъ-и-ли и Дзинъ-дзи-лд.

ПОЗВОНОЧНЫЯ ЖИВОТНЫЯ.

Въ настоящей статьѣ я сообщаю только свѣдѣнія о географическомъ распространеніи животныхъ этого отѣ. ла и нѣкоторые факты, которые могутъ дать понятіе о зависимостиѣ ихъ отъ климатическихъ условій. Малость времени, даннаго мнѣ на разработку всѣхъ привезенныхъ мною изъ Сибири матеріаловъ, не позволила мнѣ изслѣдовать съ большою подробностью мое собрание позвоночныхъ. Оно передано мною г. Шренку, которыйъ въ настоящее время разработываетъ ихъ вмѣстѣ съ тѣми матеріалами, которые онъ самъ собралъ во время своего пребыванія на Амуръ.

А. МЛЕКОПШТАЮЩЯ.

I. CHIROPTERA. PUKOPKRYLЫЯ.

1. Vespertilio Daubentonii. Leisler. Летучая мышь Добантонова.

Въ окрестностяхъ Пркутска животныя этого вида встрѣчаются довольно часто; въ теплые лѣтніе вечера можно было видѣть ихъ летающими въ большомъ количествѣ надъ Ангагрою. Они попадались и по всему Амуру и, какъ кажется, чаще всѣхъ видовъ.

2. Vespertilio dasycnemus. Boie. (?)

У тунгусовъ, въ бассейнѣ Енисея — кучіду.

На частныхъ золотыхъ промыслахъ Енисейскаго округа на рѣкахъ Енашимо, Вангашѣ и Питѣ, попадалось довольно много летучихъ мышей; привезенныя оттуда принадлежатъ къ этому виду. Въ Сибири, въ послѣдствіи я нигдѣ болѣе не встрѣчалъ его.

3. Vespertilio borealis. Nills. Летучая мышь сѣверная.

У манягровъ — кучіду.

На Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ мнѣ удалось добыть нѣсколько экземпляровъ этого вида.

— 96 —

### 4. Plecotus auritus. L. Ушанъ обыкновенный.

Г. Юренскій сообщилъ мнѣ нѣ сколько экземпляровъ, пойманныхъ въ окрестностяхъ города Нерчинска.

## II. INSECTIVORA. НАСТКОМОЯДНЫЯ.

### 5. Erinaceus auritus (?) S. Gmel. Дзара (монгольское название этого животнаго.)

У гольдіевъ, при устьѣ Уссури — сѣнта, выше Горіна, у скалистаго выступа Маіе — пуцилькă.

Около Пркутска я не видалъ ежа и даже не слыхалъ про него.

Говорятъ, что около города Нерчинска онъ также не попадается, но за то довольно часто встрѣчается въ долинѣ Онона, гдѣ водится то въ горахъ, то въ степяхъ, и тамошними русскими нерѣдко держится въ домахъ.

Амурскіе манагры, сколько я могъ узнать, не знаютъ ежа. Тунгусы, живущіе на нижнемъ Амурѣ, около устья р. Уссури, говорили мнѣ, что у нихъ попадается ежъ: они узнали его на рисункѣ, который я показалъ плѣ.

### 6. Sorex vulgaris. L. Кутора обыкновенная.

Это животное не попадалось мнѣ ни въ долинѣ Вилюя, ни далѣе на сѣверъ къ р. Оленеку; я не находилъ даже сѣднѣхъ его; однако, г. академикъ Миллендорфъ видѣлъ его очень часто на Енисе подъ тѣми же градусами сѣверной широты. Въ окрестностяхъ Пркутска эти куторы попадаются нерѣдко; на Амурѣ я также находилъ ихъ довольно часто. На взводномъ пути, въ сентябрѣ и октябрѣ, я часто находилъ на берегу Амура выброшенные водою мертвые экземпляры.

### 7. Sorex pygmaeus. Pall. Кутора малютка.

Въ восточной Сибири я нигдѣ не находилъ ея; на среднемъ и нижнемъ Амурѣ она попадается, но гораздо рѣже предъидущаго вида.

### 8. Talpa europaea. L. Кротъ обыкновенный.

По тунгуски — пěнити.

Попадается довольно часто около верховьевъ Нижней Тунгуски. Тамошніе тунгусы ловятъ его, а охотники носятъ въ особенной сумкѣ на поясѣ и говорятъ, что это предохраняетъ ихъ отъ нападенія медвѣдя. На самомъ Вилюѣ онъ не встрѣчается, но въ 1854 году показался (въ первый разъ) на Чонѣ, значительномъ правомъ притокѣ Вилюя.

Я не замѣчалъ его ни около Пркутска, ни въ Забайкальской области, ни на Амурѣ.

## III. CARNIVORA. ХИЩНЫЯ.

### 9. Ursus arctos. L. Медвѣдь бурый.

Чаще всего я видѣлъ медвѣдей и сѣднѣи ихъ на нижнемъ Вилюѣ, гдѣ можно было находить ихъ даже на островахъ. На среднемъ Вилюѣ они попадались рѣже, особенно около села Сунтара, гдѣ, впрочемъ, по показаніямъ туземцевъ, еще часто встрѣчались лѣтъ 20 тому

— 97 —

назадъ. Далѣе вверхъ по рѣкѣ, до устья р. Чоны и выше, весьма часто попадаются медвѣди, но число ихъ, съ приближеніемъ къ истоку, постепенно уменьшается, а за устьемъ Ваву-кӑна, они, какъ говорили мои проводники тунгусы, совершенно исчезаютъ.

На пространствѣ между Вилюемъ и Оленекомъ, медвѣди становятся тѣмъ рѣже, чѣмъ болѣе приближаемся къ сѣверу и, какъ говорятъ, уже не попадаются, начиная отъ истоковъ Хаингіи (приблиз. подъ 66° съв. шир.), хотя все разстояніе отъ этихъ истоковъ до Оленека и покрыто дремучими лѣсами. Якуты весною ловятъ ихъ большими западиями. Если случится якутамъ найти медвѣдя въ берлогѣ, то на него пнутъ нѣсколько охотниковъ. Только отважный тунгусъ, вооруженный винтовкой и рогатиной, рѣшается на единоборство съ медвѣдемъ. Мясо и сало употребляется въ пищу; черепа, кости которыхъ никогда не раздробляются, насаживаются на шесты въ лѣсахъ и пли вблизи юрты, какъ жертва лѣсному божеству.

По всему Амуру, не только на берегахъ, но и на островахъ, медвѣди попадались часто, чаще же всего я находилъ ме,ѣжь ся,ѣды около устья р. Уссури и ниже его, около большихъ озеръ, сообщающихся съ Амуромъ.

Живущіе по среднему и нижнему Амуру тунгусскія племена и гиляки считаютъ медвѣда за священное животное: въ ихъ деревняхъ держать медвѣдей въ нарочно-устроенныхъ для этого звѣринцахъ, для того, чтобы имѣть ихъ въ готовности для большихъ празднествъ, когда этихъ медвѣдей приносять въ жертву и съѣдаютъ.

## 10. Meles taxus. Schreb. Обыкновенный барсукъ.

У орочоновъ и маняровъ — ёварё, у гольдіевъ — дорожсӑ.

Барсукъ нерѣдко попадаются въ окрестностяхъ Пркутска и я тамъ довольно часто видѣлъ ихъ норы близъ деревни Малой Еланки и въ песчаныхъ холмахъ на берегахъ Иды, у Бохонскаго улуса. На Ленъ барсукъ также нерѣдко встрѣчается до устья Витйма; далѣе же внизъ по рѣкѣ, онъ, по показаніямъ туземцевъ, не попадается.

Горбпкіе казаки (на Шилкѣ) говорили, что у нихъ никогда не случается видѣть барсуковъ, и что около Усть-Стрѣлки, они встрѣчаются весьма рѣдко. У маняровъ, на верхнемъ Амурѣ, я часто видѣлъ охотничьи сумки изъ шкуры этихъ животныхъ, и узналъ, что они часто убиваютъ барсуковъ въ 50 верстахъ ниже Албазина. На пространствѣ, начинаящемся отъ восточного склона Хинганскаго хребта и кончающемся ниже устья р. Уссури барсукіи попадаются весьма часто, и я нерѣдко находилъ тамъ ся,ѣды ихъ и трошинки, протоптанныя ими. Шкуру туземцы употребляютъ на охотничьи сумки и на одежду.

## 11. Gulo borealis. Nills. Росcomаха съверная.

По якулски, на Вилюй, — сізігѣнъ; по тунгусски — джентаки. У орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — ахильканъ, у маняровъ — кельтефкі.

Якуты и тунгусы, живущіе на Вилюй и его цритокахъ, единогласно утверждали, что у нихъ росcomаха не только попадается вездѣ рѣдко, но даже во многихъ мѣстахъ пчелыла вовсе. Такъ напр. тунгусы, кочующіе по Хаппгіи, говорили мнѣ, что восемь лѣтъ тому назадъ тамъ убита была росcomаха, но что съ тѣхъ поръ никогда болѣе не видали этихъ животныхъ. Говорятъ, что въ прежніе годы, около истоковъ Вилюя, въ горахъ между Вилюемъ.

Обз. животи.

13

— 98 —

и Нижнею Тунгускою, онъ встрѣчались весьма часто, но что теперь уже почти никогда бо-
лѣе не попадаются. На Чонѣ и на верхнемъ Вилюѣ, якуты не видѣли даже слѣда. На сред-
немъ Вилюѣ п на Мархѣ, россомахи были убиты въ послѣдній разъ лѣтъ 40 тому назадъ.

Россомахи чаще попадаются около озера Жессея и на р. Мунѣ, гдѣ онъ весною причи-
няютъ большой вредъ стадамъ дикихъ сѣверныхъ оленей. Тамъ круглымъ числомъ каждый
охотникъ ежегодно убиваетъ одну россомаху.

По Шилкѣ и по верхнему Амуру, до устья Кумары и немного ниже, — не рѣдки.

## 12. Mustela zibellina. L. Соболь.

По якутски, на Вилюѣ, — кись, иногда сарбӑ; у манягровъ — накӑ, у амурскихъ тун-
гусовъ — собо и севӑ.

Всѣмъ извѣстно значительное уменьшеніе числа, а въ нѣкоторыхъ мѣстахъ совершенное
истребленіе соболей, замѣченное уже многими путешественниками. Разительный примѣръ
этого находимъ мы на пространствѣ, заключающемся между 125° и 150° восточн. днг. и
62° и 70° свв. шпр., ограниченномъ къ югу и востоку Леною, а къ западу Нижнею Тунгус-
кою и р. Анабаромъ. На нижнемъ, среднемъ и частью верхнемъ Вилюѣ, соболь никогда не
попадается, и даже старожилы не помнятъ, чтобы когда и гдѣ-нибудь случалось находить
его слѣды. На сѣверныхъ притокахъ Вилюя, на рѣкахъ Тюнѣ, Тюканѣ, Хаингіѣ, Мархѣ и др.
лѣтъ 50 тому назадъ еще довольно часто попадались соболи, такъ что на каждаго охотника
приходилось круглымъ числомъ ежегодно до сорока штукъ, но, по показаніямъ тунгусовъ,
прошло уже 20 лѣтъ, какъ и тамъ соболи исчезли совершенно или по крайней мѣрѣ попа-
даются весьма рѣдко и то только въ горахъ. Тоже самое можно сказать про Оленекъ и про
изобликовавшія въ прежніе годы пушнымъ звѣремъ окрестности озера Жессея, гдѣ каждому
охотнику удавалось убивать ежегодно до 150 соболей. По показаніямъ людей, бывавшихъ
тамъ въ послѣднее время, соболи попадались еще въ 1844 году, но теперь исчезли вовсе.
На всемъ пространствѣ, отъ Оленека до Вилюя, я видѣлъ одинъ только соболій слѣдъ.

## 13. Mustela sibirica. Pall. Колонокъ.

По якутски, на Вилюѣ, — солонидо; у манягровъ, на верхнемъ Амурѣ, — сдолога; у голь-
діевъ, при устьѣ р. Уссури — чоюцоё.

Въ самой долинѣ Вилюя, я находилъ нерѣдко этотъ видъ хорѣгъ, но постепенно терялъ
его изъ виду, по мѣрѣ приближенія къ сѣверу. Тоже самое подтвердили мнѣ кочующіе тамъ
тунгусы, которые сообщили мнѣ, что на сѣверныхъ притокахъ Вилюя, на Тюнѣ, Тюканѣ и
Хаингіѣ, онъ совсемъ не попадается или по крайней мѣрѣ встрѣчается весьма рѣдко. Около
истоковъ Вилюя, во время моего путешествія, я не видѣлъ этихъ животныхъ и только близъ
устья Коны опятіе началъ находить ихъ. Охота начинается съ первымъ снѣгомъ; собаки за-
ставляютъ хорѣка искать убѣжие на деревѣ или въ норѣ, а потомъ охотникъ убиваетъ его
изъ ружья или выкалываетъ его. Въ продолженіе зимы, на колонковъ ставятъ самострѣлы.
За шкуру плутятъ на мѣстѣ по 1 рублю ассигнаціями.

Особенно часто колонокъ попадается на Амурѣ.

— 99 —

## 14. Mustela erminea. L. Горностай.

У якутовъ, на Вилюѣ, — кырнӑсъ и белеляхъ; у тунгусовъ, тамъ же, — джелакй; у гольдіевъ, на Амурѣ, — джели.

Горностай по всему Вилюю встрѣчается чаще всѣхъ прочихъ видовъ этого рода; по показаніямъ якутовъ и тунгусовъ, горностаи вездѣ попадаются часто, однако не каждый годъ въ одинаковомъ количествѣ; особенно обильна была злма 1852—53 годовъ, когда каждый якутъ, поставивший 50 западней, добылъ 70 — 80 штукъ. Охота начинается при первомъ снѣгѣ; около этого времени въ долинахъ небольшихъ рѣкъ, тамъ, гдѣ замѣтно наполъе сѣдовъ, разставляются западни сѣдующимъ образомъ. Снѣгъ сгребается въ небольшія кучки, въ углубленіе такой кучки кладется применка, состоящая изъ кусочка рыбы или мяса и пе-редъ кучкою ставится западня. При ясной погодѣ западни осматриваются по одному разу въ каждыя три или четыре дня, при насмурной же — въ четыре или пять.

Въ сентябрѣ и октябрѣ за горностаемъ охотятся и съ собаками; собаки загоняютъ его на дерево или въ дупло. Въ первомъ случаѣ его просто убиваютъ иззъ ружья; во второмъ же, дупло какъ можно дальше затыкается палкою, къ концу которой прикрѣплено платье и пти тому подобное; потомъ снаружи дерева дѣлается отверстіе, у котораго охотникъ подстерегаетъ горностац.

За шкуру платятъ отъ 25—30 коп. ассиги. Горностай попадается по всему Амуру, но, кажется, рѣже, чѣмъ на сѣверѣ.

## 15. Mustela vulgaris. Erxel. Ласка обыкновенная.

У якутовъ, на Вилюѣ, — мунгуръ; у тунгусовъ, тамъ же, — мунгучай.

Попадается довольно часто по всему Вилюю. Эти животныя нерѣдко, особенно злмою, забѣгаютъ въ юрты (такъ же, какъ и горностаи), гдѣ причинаютъ вредъ хозяйству, особенно если имъ удается пробраться въ амбаръ.

29 сентября, на рѣкѣ Оленекѣ (приблиз. подъ 68° сѣв. шир.), мнѣ удалось убить ласку: на ней уже была бѣлая злмая шерсть.

Ласка довольно часто попадается въ западняхъ, поставленныхъ на горностаевъ; за шкуру платится по 1/2 коп. сер. за штку.

## 16. Lutra vulgaris. Erxl. Выдра рѣчная.

По якутски, на Вилюѣ, — ыты; по тунгусски, тамъ же, — джукунгъ. У орочоновъ и манигровъ, на верхнемъ Амурѣ, — джукунгъ.

Я ничего не могъ узнать про это животное отъ якутовъ, живущихъ на низнемъ и среднемъ Вилюѣ; только нѣкоторые якуты, иззъ окрестностейъ Сунтара, видѣли одинъ разъ сѣды выды на Вилюѣ, въ окрестностяхъ Сунтары. Монъ тунгусскіе проводники, которые ежегодно посѣщаютъ берега притоковъ Вилюя: Тюна, Тюкана, Хангіи и др., также весьма рѣдко выдали тамъ выдру; тоже самое ссобиши мнѣ тунгусы, иззъ окрестностейъ Якіганска, кочующіе ежегодно по Мунѣ и Серкѣ — притокахъ. Лены.

Говорятъ, что выды чаще попадаются на р. Пгеттѣ, лѣвомъ притокѣ Вилюя. Въ лес-кабрѣ я видѣлъ салѣдъ выды на верхнемъ Вилюѣ.

По горнымъ ручьямъ, видающимъ въ Шилку и верхній Амуръ, она попадается нерѣдко.

— 100 —

## 17. Canis lupus. L. Воль.

По якутски — бёрё, по тунгусски — пусько.

Волкъ весьма рѣдко попадается въ долинъ Вилюя, и совершенно невстрѣчается на многихъ большихъ пространствахъ страны, посѣщаемой якутами и тунгусами.

Тунгусы, живущіе у истоковъ Вилюя и около озера Сурюціда, сообщили мнѣ, что тамъ нигдѣ не показываются волки, тогда какъ около Кессейскаго озера, лежащаго оттуда въ 300 вер. къ сѣверу, волки ходятъ стадами, и причинаютъ большой вредъ стадамъ домашнихъ оленей. На средней части Оленека, а въ особенности на Аргрӑ-Сала (западномъ его притокѣ), говорятъ, волки встрѣчаются часто. Жиганскіе тунгусы говорили мнѣ, что на р. Мунѣ, впадающей съ лѣвой стороны въ Лену ниже Икганска, водится много волковъ. Кажется, что на сѣверѣ волки встрѣчаются только тамъ, гдѣ водится дикій сѣверный олень. На верхней части Нижней Тунгуски (Хатугна) волкъ, кажется, попадается чаше и забѣгаетъ оттуда никогда къ лѣвымъ притокамъ Вилюя, вытекающимъ изъ хребта, составляющаго водораздѣлъ между Вилноемъ и Нижней Тунгуской.

На частныхъ золотыхъ промыслахъ Енисейской губерніи, на рѣкахъ Питѣ, Енашимо, Огни и др., волкъ попадается весьма рѣдко.

Лѣтъ шесть тому назадъ, волки составляли рѣдкость на Ленѣ, около станціи Мӑчи, служащей складочнымъ мѣстомъ для олекминскихъ золотопромышленниковъ; теперь же они вοдятся тамъ большойми стадами и зимою часто можно видѣть ихъ на рѣкѣ днемъ. Они причинаютъ большой вредъ стадамъ домашнихъ оленей, припадлежащихъ тамошнимъ золотопромышленникамъ.

Въ пркутскомъ музеумѣ находится красивая шкура чернаго волка, убитаго около истоковъ Лены; шкура эта выполнѣ подходитъ къ описанию Палясса. Въ 1853 году, на р. Ононѣ, около Чинданскаго караула, одинъ изъ мѣстныхъ козаковъ убилъ чернаго волка дубиною.

По всему Амуру, волкъ встрѣчается довольно часто, особенно въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ водятся косули и оленіи. На лошадей манягровъ, волки не нападаютъ, но изобиліе другой шири.

## 18. Canis alpinus. Pall. Красный волкъ.

Встрѣчается на среднемъ и нижнемъ Амуруѣ, но очень рѣдко.

## 19. Canis aureus. L. Шакалъ.

Жители деревни Тунка, также какъ кочуюніе около нея тунгусы, разсказываютъ, что около самой деревни и въ окружающихъ ся горахъ, встрѣчаются животныя, но нэружному виду и издаваемому ими лаю, чрезвычайно похожія на собакъ и часто бѣгающія стадами.

Описаніе, а въ особенности образъ жизни этихъ животныхъ, заставляютъ предполагать, что это шакалы, забѣгающіе такъ далеко на сѣверъ изъ ихъ настоящаго отечества.

## 20. Canis Corsac. L. Корсакъ.

Живетъ въ стенахъ по рѣкамъ Аргуни и Онону. Зимою тамошніе козаки часто добываютъ ихъ, разставляя по тѣмъ мѣстамъ, гдѣ они ходятъ, самострѣлы.

— 101 —

## 21. Canis lagopus. L. Песецъ.

По якутски, на Вилюѣ, — кырсà.

Около озера Жессея, песецъ, какъ говорятъ, попадается довольно часто. На берегу озера онъ часто старается выканывать зарытые туземцами запасы рыбы, и при этомъ попадается въ западни, которые ставятъ около этихъ запасовъ. Такимъ образомъ, каждый охотникъ ежегодно достаетъ до десяти песцовъ. Говорятъ, что они попадаются довольно часто и на р. Мунѣ, лѣвомъ притокѣ. Лены, приблизительно подъ 67° с. ш., и, по словамъ кочевавшаго въ тѣхъ мѣстахъ тунгуса, каждому охотнику ежегодно удается добыть отъ 5—6 песцовъ. Къ крайнему моему изумленію узлагъ я отъ тунгусовъ, кочующихъ на съверныхъ, весьма изобильныхъ лѣсами притокахъ Виляя, что на рѣкахъ Тюнѣ, Тюканѣ и Хайнгіѣ каждый годъ убивается и попадается въ западни, поставленныя на лисицѣ, нѣсколько песцовъ.

Случайное появліеніе ихъ на Вилюѣ, въ окрестностяхъ Сунтара, а также на впадающей въ него съ лѣвой стороны р. Чонѣ, было разсказано мнѣ, какъ большая рѣдкость, живущим шамъ якутами.

Я никогда не повѣрить бы, что песцы забѣгаютъ такъ далеко на югъ, если бы единогласныя показаніе туземцевъ и видѣнныя мною самимъ шкуры убитыхъ тамъ песцовъ не доказывали этого.

## 22. Canis vulpes. L. Лисица.

По якутски, на Вилюѣ, лисица называется — сахыль; сиводушка — керемёсть; черная лисица — харà-сахыль. По тунгусски, на Амурѣ, — суллакй.

На Вилюѣ, лисица попадается еще довольно часто, и чаще всего на средней части его въ окрестностяхъ Сунтара. Здѣсь встрѣчаются нерѣдко и различныя темныя видоизмѣненія ея, также какъ и настоящая черно-бурая лисица. На верхней части Виляя и на Чонѣ, она встрѣчается гораздо рѣже, и, по словамъ живущихъ тамъ якутовъ, особенно рѣдко стала она попадаться въ послѣдніе годы. Черно-бурая лисица тамъ никогда не была убиваема. По всему теченію Амура, лисица встрѣчается довольно часто; черная лисица, какъ кажется, чаще всего попадается на среднемъ и нижнемъ Амурѣ.

## 23. Canis (Nyctireutes) procyonoides. Gray.

У голѣдевъ — яндаку; у манягровъ — элбига.

Во время путешествія моего внизъ по Амуру, ниже устья р. Уссури, я приобрѣлъ у туземцевъ весьма непопую шкуру этого животнаго, которую, по разительному ему сходству съ барсучьей, мы приняли сначала за шкуру барсука. Г. Л. Шренкъ, привезшій съ Амура нѣсколько хорошо сохраненныхъ шкуръ и скелетовъ упомянутаго животнаго, много обязалъ меня, сообщивъ мнѣ, что оно принадлежитъ къ виду изъ рода собакъ, найденному уже Зибольдомъ въ Японіи.

На возвратномъ ц處ти узналъ я отъ туземцовъ, что это животное попадается около устья р. Сунгари и въ горахъ Хинганскаго хребта. Манягры, живущіе выше устья р. Кумары, также знали его, но сообщили мнѣ, что у нихъ оно попадается рѣдко.

— 402 —

## 24. Felis lynx. L. Рысь обыкновенная.

По якутски, около города Якутска, — ись; на Вилюь — бедёрь; по тунгусски, на Вилюь и верхнемъ Амурѣ, — тибджакй; у голыевъ, на среднемъ Амурѣ, — туджа.

На всемъ разстояніи отъ Лены до Вилюя, на съверныхъ притокахъ послѣдняго, а также и на средней части р. Оленека (приблиз. подъ 68° с. ш.), рысь, по показаніямъ мѣстныхъ жителей, якутовъ и тунгусовъ, попадается весьма рѣдко. Туземцы, большею частію знали это животное только по имени и весьма немногіе изъ нихъ видѣли убитыхъ, въ обитаемой ими странѣ, рысей. На Чонь, значительномъ правовомъ притокѣ средняго Вилюя, однажды убита рысь, но послѣ этого тамъ никогда не видѣли и слѣда этого животнаго. Жители села Сунтара говорили мнѣ, что лѣтъ 30 тому назадъ была убита рысь у урочища Алланги. Книзу отъ Янганска, на впадающей въ Лену р. Менкерѣ, за много лѣтъ передъ этимъ, также убита была рысь. Значительное число рысихъ мѣховъ, употребляемое женами якутовъ на ихъ праздничныя шубы, получается съ Лены изъ Якутска и Олекминска.

Рысь довольно часто попадается около Байкала и живунціе тамъ русскіе и тунгусы добываютъ ея петлями или самострѣлами. Всѣ привезенные оттуда экземпляры, какіе я только видѣлъ, принадлежали къ видовѣмѣнію *F. cervaria Temm. et Nilss.* По словамъ туземцовъ, рысь попадается по всему Амуру, но я не досталъ въ той мѣстности ни одной шкуры.

## 25. Felis irbis. Müller. Барсъ.

У голыевъ, при устьѣ р. Уссури, — яріа.

На пространствѣ, начинаящемся у устья р. Сунгари и кончающемся немного выше устья р. Горіна, туземцы, комрѣ тигра, знали еще другой большой видъ изъ рода кошкъ, и, судя по сообщеннымъ ими признакамъ, это, вѣроятно, *F. irbis*.

## 26. Felis tigris. L. Тигръ.

У голыевъ, при устьѣ р. Уссури, — марі; при устьѣ р. Сунгари, — нойонъ; чтò зна-
читъ господинъ.

По мандікурсіи — тасхà.

Уже многіе путешественники упоминали о томъ, что тигръ появлялся и былъ убиваемъ на Артуніи и въ Забайкальской области, въ горахъ Становаго хребта и даже около Якутска; но всѣхъ этихъ тигровъ должно считать случайно забѣжавшими иззъ Монголіи и Мандажуріи. О появліеніи *F. tigris* и *F. irbis* въ Восточной Сибирі, сообщены весьма полныя и интересныя свѣдѣнія г. Сельскімъ (см. «Записки Сибир. Отд. Импер. Русск. Геогр. Общества», Кн. І).

На среднемъ Амурѣ, на пространствѣ, начинаящемся у Хинганскаго хребта и кончающемся немного ниже устья р. Уссури, тигръ попадается нерѣдко и, по показаніямъ туземцовъ, чашце всего около устьевъ рѣкъ Сунгари и Уссури, гдѣ онъ часто нападаетъ на подей и домашнихъ животныхъ, и гдѣ жители весьма боятся и, какъ говорятъ, даже боготворятъ его. Около устья р. Сунгари, на сыромъ несѣ льваго берега Амура, я видѣлъ весьма ясные, свѣжіе, тигровые слѣды. Опытнымъ охотникамъ, иззъ жителей окрестностей устьевъ Сунгари и Уссури, вооруженнымъ лукомъ и стрѣлами, нерѣ,anco удается убывать тигра, равно какъ и предыдущій видъ, котораго здѣсь боятся еще болѣе. Не смотря на то, путешественнику только случайно удается видѣть здѣсь тигровую шкуру, потому что

— 103 —

чиновники караульныхъ постовъ отсылаютъ эти шкуры въ Пекинъ (какъ собственность
казы), немедленно по убіенію каждого тигра.

Около устья р. Горйна, какъ мнѣ говорил, тигры также водятся и можно предположить, что восточная граница распространенія этого выда по Амуру, проходитъ не много ниже устья упомянутой рѣки.

IV. GLIRES. ГРЫЗУНЫ.

27. *Sciurus vulgaris*. *L*. Бѣлка обыкновенная.

По тунгусск. на верхнемъ Амурѣ — улукѣ.

Почти вездѣ, гдѣ мнѣ случалось профзять во время моихъ путешествій, жители жало-
вались на замѣтную убыль бѣлокъ, составляющихъ одинъ изъ главнѣйшихъ и доходнѣйшихъ
промысловъ для туземцевъ и сибирскихъ звѣропромышленниковъ. Живущіе въ долинахъ
Лены и Вилюя якуты, а также и бродящіе по съвернымъ притокамъ послѣдняго тунгусы,
единогласно подтвердили мнѣ, что убыль эта сдѣлалась ощутительна особенно въ послѣдніе
годы. Такъ, напр., жители береговъ Лунхи (притока Лены) сообщили мнѣ, что лѣтѣ 50 тому
назадъ, на каждого охотника приходилось штукъ по 400, тогда какъ нынѣ только самые
пскусные охотники убиваютъ болѣе 30 въ годъ. Они пришлисьвали это неурожаю сосновыхъ
шишекъ и охотники разсказывали, что имъ часто случалось находить бѣлокъ въ ихъ гнѣз-
дахъ умершими, вѣроятно, съ голову.

Говорятъ, что на верхней части Вилюя и на Чонѣ, его значительномъ правомъ притокѣ,
число бѣлокъ замѣтно уменьшилось въ теченіе послѣднихъ десяти лѣтъ, и живущіе тамъ
якуты приписываютъ это переселенію бѣлокъ. Такое переселеніе было замѣчено особенно въ
1851 и 1852 годахъ, когда весною, тотчасъ послѣ вскрытія Вилюя, появилось множество бѣ-
локъ, плывущихъ внизъ по рѣкѣ. Это переселеніе, продолжающееся около десяти дней, во
время которого бѣдныя животныя, безъ сомнѣнія, погибаютъ сотнями, приписывалось не-
урожаю лиственничныхъ шишекъ. Кромѣ того, тамошніе якуты увѣряли, что бѣлки часто
погибаютъ отъ пищи, состоящей исключительно изъ сосновыхъ шишекъ, отъ которыхъ въ
полости рта образуются накопленія смолы, нерѣдко задушающія бѣлокъ. Зимняя шкурка
попадающихъся на Вилюя и Оленекъ бѣлокъ свѣтло-сѣраго цвѣта. Шкурки, привозимыя от-
туда на якутскую ярмарку, извѣстны подъ именемъ вилюйскихъ, и въ торговlj причи-
сляются къ низшимъ сортамъ. Бѣлки, попадающіяся на Шилкѣ, на нижней части Аргуни
и на верхнемъ Амурѣ, большею частью принадлежатъ къ темно-сѣрому видоизмѣненію и
шкурки ихъ, послѣ олекминскихъ и удескихъ, считаются лучшими.

28. *Pteromys volans*. *L*. Летяга обыкновенная.

По якутски, на Вилюѣ, — **маскалӑй**, но гораздо чаще употребляется взятое съ русскаго
имя: нетялы или летягы,

У орочоновъ и маняровъ, на верхнемъ Амурѣ, — улукъ.

Летагу, часто видѣнную мною по всему Вилюю, мнѣ случалось убивать и на р. Оленекѣ
(подъ 68° с. ш.). Отъ моихъ проводниковъ тунгусовъ узналѣ я, что она часто попадается
еще далѣе на съверъ, по этой самой рѣкѣ. Въ долинѣ Вилюя, якуты и тунгусы за летягами

— 104 —

не охотятся; на Ленъ же, въ окрестностяхъ Витимска, жители убиваютъ ихъ въ большомъ количествѣ. Про бѣлое видонэмѣніе, о которомъ упоминаетъ Палласъ*, жители окрестностей Витима говорили мнѣ только, что относящіяся къ нему летяги попадаются у нихъ весьма рѣдко, и были убиваемы на р. Чуѣ и въ нѣкоторыхъ другихъ мѣстахъ.

## 29. Tamias striatus. L. Бурундукъ обыкновенный.

По якутски, на Вилюѣ, — мохотой и муруку; по тунгусски — у.пукй.

У манягровъ, на Амурѣ, — укичанъ; у гольдіевъ, при устьѣ р. Уссури. — улукй.

На Ленъ и въ дольнѣ Вилоя, бурундукъ вездѣ попадался весьма часто; начиная съ 25 августа, на Хайнгівъ (приблиз. подъ 66° с.в. ширр.), я не встрѣчалъ его, потому что подъ этими градусами широты онъ попадается уже рѣже, и притомъ, около этого времени, большая часть бурундуковъ уже впадаетъ въ зимнюю снічку. Во время путешествія моего изъ Якутска къ устью Вилоя, я видѣлъ перваго бурундука 19-го апрѣля, въ 180 верстахъ книзу отъ Якутска, и хотя вездѣ еще лежалъ г.л.бокій снѣгъ, но нѣсколько дней снустя, я видѣлъ этихъ животныхъ нерѣдко весело прыгающими съ дерева на дерево. На Лунхѣ, въ послѣднихъ числахъ апрѣля, я видѣлъ много ихъ: вѣроятно, всѣ они уже проснулись отъ звѣняго сна. На Шилкѣ и на верхней лѣсистой части Амура, бурундукъ попадался мнѣ еще изрѣдко, на среднемъ же Амурѣ я болѣе не видалъ его; одинъ только разъ, мнѣ удалось однакожь замѣтить его немного ниже устья р. Уссури, гдѣ онъ, впрочемъ, должно быть, попадается не очень рѣдко, потому что у туземцовъ видѣлъ я мѣха убитыхъ эдѣсь бурундуковъ.

## 30. Tamias striatus, var nigra (Sciurus Uthensis Pall. [2]). Удскій бурундукъ.

П. П. Седаковъ весьма обязательно удѣлилъ мнѣ одну шкурку этого животнаго, приобрѣтенную имъ отъ бродящихъ въ дольни Витима тунгусовъ.

Отъ якутовъ дольни Вилоя узналъ я, что это черное видонэмѣніе бурундука попадается тамъ весьма рѣдко; напр., въ 4852 году, въ Сунтарскомъ улусѣ 1-го Бордонскаго насѣга, поиманъ въ западную доль черный бурундукъ.

Привезенный мною экземпляръ совершенно черный, за исключениемъ бѣлаго пятна на горлѣ; спинныя полоски вовсе незамѣтны.

## 31. Arctomys Bobac. Pall., var. sibirica. Байбакъ.

По бурятски, около Нерчинска, — тарбаганъ.

Весьма часто попадается въ Дарури, по рѣкамъ Иго'dь, Онону и Нерчѣ, гдѣ живетъ многочисленными обществами въ стенахъ, то ровныхъ, то холмистыхъ. Во время снѣшнаго путешествія моего чрезъ Дарурио, 19-го апрѣля, былъ деревни Красноярска, я въ первый разъ увидалъ тарбагановъ, бѣгающихъ около своихъ норъ. Впрочемъ, они еще въ это время показывались рѣдко и выходили изъ норъ только въ соленые дни. Въ послѣднихъ числахъ того же мѣсяца, они попадались мнѣ въ окрестностяхъ Нерчинска. Гдѣ они часто водятся въ опрагахъ праваго берега Нерчи и въ холмистыхъ стенахъ. На лѣвомъ берегу Нерчи и Шилки тарбаганъ, по показаніямъ туземцовъ, уже болѣе не попадается, хотя тамъ мѣстность во многихъ мѣстахъ стенаная и часто встрѣчаются мѣста, гдѣ тарбаганамъ удобно рыть норы.

* Zoogr. Rossa-Asiatica, T. I. pag. 191.

— 105 —

На Витимѣ, во ста верстахъ отъ устья его, охотники часто убиваютъ байбаковъ неп
вѣстнаго минѣ вида.

На Амурѣ, это животное, какъ кажется, не попадается.

32. Spermophilus Eversmanni. Brandt. Эвермановъ сусликъ.

По русски, въ Сибири — *еврапика*, по якутски, на Ленъ — *сирь-кыла* (земляной звѣрь),
дЖеберё и дЖабраскы, по бурятски, около Пркутска, — *зумаръ*, около Перчинска —
дЖумбурӑ.

16-го апруля, въ большайшихъ мѣстностяхъ Якутска, я нашелъ мертваго суслика этого
вида недалеко отъ норки. Въроятно, бѣдное животное, отъ стоявшей, незадолго передъ тѣмъ,
нѣскоько дней телюй пого,цы проснулись, а потомъ, въ два последніе дня, когда было
весьма холо,дою и дуль рѣзкій съверо-западный вѣтеръ, умерло отъ холода.

На другой день, телаяя погода возстановились и довольно часто можно было видѣть евра-
шекъ, бѣгающихъ по лугамъ. Съверниную границу ихъ распространенія по Ленъ составляетъ
окрестность озеръ Улусыгы и Манкёра, лежащихъ подъ 63° с. ш. (близъ впадающей въ Лену
р. Берё); врочемъ, они появились тамъ въ первый разъ только два года тому назадъ. Въ
окрестностяхъ Якутска и д.алѣе вверхъ по Ленѣ, особенно осенью, ловятъ ихъ, выканывая
изъ норъ или заливая норы водою. Это дѣлается не столько для шкурокъ, сколько для нахо-
дищихся въ норахъ заисовъ луковицъ *Lilium martagon*, любимаго кушанья якутовъ, у ко-
торыхъ луковица эта называется — сардана.

Въ окрестностяхъ Красноярска, по дорогѣ оттуда въ Пркутскъ и около самаго Пркутска,
они ведѣтъ вэрѣчаются весьма часто.

Привезенные изъ окрестностей Нерчинска и попадающіеся тамъ очень часто суслики,
приладежатъ къ этому виду.

На Амурѣ я не находилъ ихъ.

33. Dipus sagitta. Pall. Тарбанчикъ.

По бурятски, на Олонъ, — а.такдӑ.га.

Говорать, что онъ нерѣ,ко попадается на р. Оленекъ, около Молотуйскаго караулымаго
поста. Живутъ тамъ на степяхъ, въ норахъ, изъ которыхъ премунцѣственно выходятъ не-
ресѣ, закатомъ солнца. Ихъ ловятъ, выбоняя изъ норъ водою.

Весною, они просьпаются въ одно время съ А. Bobac.

34. Myospalax talpinus. Pall. Земляная медвѣдка.

Я видѣлъ это животное только на верхнемъ Амурѣ, а именно въ первый разъ немного
ниже устья р. Кумары, прибл. подъ 53° с. ш. Минѣ удалось добыть одинъ только экземпляръ
этого вида, свѣжіе же с.г.ды часто попадались у подошвы сканлетыхъ береговыхъ скатовъ.

35. Mus decumanus. Pall. Пасюкъ.

Около Пркутска, шли изрѣдка я находилъ эту крысу; въ Дархин же, напр. около Нер-
чинска, она попадается весьма часто.

Обл. живот.

11

— 106 —

На Амурѣ, эти крысы тоже много вредят жителям, особенно на нижней его части, около русских поселений, гдѣ въ послѣднее время онъ появились во множествѣ. Не смотря на всевозможныя предосторожности, на возвратномъ пути, крысы эти завелись на моихъ лодкахъ и часто дѣлали намъ много неисправимаго вреда.

### 36. Mus musculus. L. Мышь домовая.

Попадается въ Якутскъ и, безъ сомнѣнія, распространена еще далѣе къ сѣверу.

### 37. Mus minutus. Pall. Мышь малютка.

Я поймалъ одинъ только экземпляръ у деревни Усть-Куда, въ окрестностяхъ Пркутска.

### 38. Arvicola amphibius. L. Крыса водяная.

По русски, на Ленъ, — кротъ, по якутски, на Вилюѣ, — кютёръ.

Ловильно часто я находилъ водяную крысу на Ленъ, Вилюѣ и далѣе къ сѣверу, до рѣки Оленека. Онъ чаще всего встрѣчались на островахъ и низменныхъ берегахъ, которые во многихъ мѣстахъ изрыты ихъ норами.

На Лунхъ, въ первый разъ, экземпляръ этого вида былъ найденъ 27-го апрелья, въ необiltаемой лѣтней юртъ. На этой крысѣ была еще зимняя шерсть, впрочемъ, видно было, что крыса уже давно начала линять. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ, особенно въ окрестностяхъ Сунтара, преслѣдуютъ ихъ весною, во-первыхъ потому, что недостаточные якутыѣдатъ ихъ, во-вторыхъ потому, что мѣхъ ихъ, хотя и не очень теплый, довольно часто употребляется въ домашнемъ обходѣ якутовъ и идетъ у нихъ преимущественно на зимнюю шапки. За шкурии, если онъ темны, платится по 5 коп. ассиги. за штуку.

### 39. Arvicola obscurus. Eversm.

Я часто находилъ этотъ видъ на Вилюѣ и далѣе, до Оленека.

### 40. Arvicola rufocanus. Sundeck.

Пзь всѣхъ видовъ этого рода, попадающихся на Вилюѣ и на пространствѣ между Вилемъ и Оленекомъ, этотъ видъ встрѣчается наиболее рѣдко.

### 41. Arvicola rutilus. Pall. Полевка красная.

По якутски, на Вилюѣ, — чыннырканъ.

Я весьма часто находилъ ихъ въ долинѣ Вилюя и далѣе до р. Оленека; онъ живутъ тамъ на лутахъ и болотахъ, въ сообществѣ съ *Arvicola obscurus*.

Въ ноябрѣ и декабрѣ я еще часто видалъ, въ сильные морозы, бѣгающихъ по одинакѣ, по глубокому снѣту (1 арши.), который, не смотря на свою глубину, перерытъ былъ въ разныхъ мѣстахъ ихъ многочисленными ходами.

На верхнемъ Амурѣ онъ, какается, попадаются рѣže; мнѣ удались поймать одинъ экземпляръ 7-го декабря, при устьѣ р. Койкуканъ, около 200 верстъ ниже Усть-Стрѣли.

— 107 —

42. Myodes gregalis. Pall. Свѣтлая полевка.

Этотъ видъ не попадался мнѣ ни на Вилою, ни на сѣверъ отъ него, по направленію къ
р. Оленеку. За то онъ весьма часто встрѣчается въ близайшихъ окрестностяхъ Пркутска.
Кочковые болотистые берега р. Кай (притокъ р. Пркута) изобилуетъ ихъ нормами.

Свѣтлая полевка также часто попадается на р. Нерчѣ, около города Нерчинска, откуда я
привезъ съ собою экземпляръ этого вида.

43. Castor Fiber. L. Бобръ рѣчной.

Во всѣхъ частяхъ Сибири, гдѣ только я бываю, жители единогласно утверждали, что у
нихъ это животное не водится. Шкуры рѣчного бобра, которые привозятся ежегодно въ
большомъ количествѣ на якутскую ярмарку, происходятъ не изъ Сибири; онъ вымѣниваются
на различные товары отъ чукчей якутскими купцами, которые каждый годъ будатъ въ страну
чукчей. Но, по разскладамъ этихъ купцовъ, и чукчи большею частью получаютъ эти мѣха
отъ жителей острововъ Берингова пролива и съверной части западнаго берега Америки.

По послѣднимъ извѣстіямъ, которые я получилъ уже по возвращеніи изъ путешествія,
бобры встрѣчаются въ рѣкѣ Бъюлой, впадающей слѣва въ Анадырку, и въ другихъ лѣвыхъ
притокахъ Анадырки, вливающихся въ нее на пространствѣ между р. Бъюлой и Анадырской
губой. Это единственная въ восточной Сибири мѣстность, о которой я знаю, что въ ней во-
дятся бобры. Здѣсь бобровъ промышляютъ такъ называемые носовые чукчи.

44. Lepus variabilis. Pall. Бѣлякъ.

По русски, около Пркутска, — ушканъ; по якутски, на Вилою, — кобакъ, табысханъ,
дьелекенъ; по тунгусски — мунуканъ.

Этотъ видъ зайца попадался мнѣ на Ленѣ, Вилою и, хотя рѣже, такъ же и далѣе на сѣ-
веръ, до р. Оленека. За то я вовсе не видалъ его на всемъ пути отъ среднего течения рѣки
Оленека до истоковъ Вилоя. Впрочемъ, по показаніямъ туземцовъ, въ прежніе годы, зайцы
этого вида довольно часто попадались около озера Сюрюндà (околою истоковъ Вилоя).

На Вилою также везде жаловались на замѣтную убыль зайцовъ, сопровождаемую значи-
тельнымъ уменьшеніемъ количества лисицъ.

На зайцахъ, убитыхъ 13-го мая, на Лунхѣ, была еще зимняя шерсть, только въ нѣко-
торыхъ мѣстахъ показывались темныя пятна. Зайцы водятся тамъ пресимущественно на
островахъ, которые они оставляютъ до вскрытия рѣки и уходятъ въ лѣса.

Я привезъ съ Вилою двѣ шкурки чернаго видоизмѣненія, составляюцаго тамъ, впро-
чемъ, какъ кажется, большую рѣдкость, потому что большая часть туземцовъ никогда не
видѣли его.

Осенью, какъ только начнетъ желтѣть трава, ихъ ловятъ тамъ въ сили; при первомъ
снѣгѣ ставятъ на нихъ самострѣлы, а въ мартѣ—западни. За шкурки платятъ отъ 15—20 к.
ассигн. за штуку.

На островахъ устья р. Нерчи, а также на поросшихъ ивами и тополями берегахъ этой
рѣки, мнѣ часто попадались зайцы. На убитомъ тамъ, 27-го апрѣля, экземпляръ, уже была
лѣтняя шерсть.

На всемъ Амурѣ попадался этотъ видъ довольно часто.

*

— 108 —

45. Lepus Tolai. Pall. Толай.

Мнѣ самому этотъ видъ зайца не попадался. Онъ часто встрѣчается на нижнемъ Ононѣ и на р. Аргуни, гдѣ водится въ степяхъ и въ лѣсахъ. По показаніямъ житлей ман-джурскаго города Айгуна, онъ попадается въ луговыхъ степяхъ, лежащихъ къ югу отъ него, на пути къ городу Цицикаръ.

46. Lagomys alpinus. Pall. Сѣноставецъ.

По русскіи, на Аргуни и Шилкѣ, — каменная пищуха; по тунгусскіи, на верхнемъ Аму-рѣ, — чипа.

Понадалѣся нерѣдко на Шилкѣ и въ гористыхъ мѣстахъ на верхнемъ Амурѣ. Чаще всего я видалъ пищухъ около устья р. Аргуни, у русскаго Усть-Стрѣлочнаго караулѣ.

47. Lagomys Ogotona. Pall. Каменный кротъ.

Часто попадается въ стенахъ долины р. Онона и около Мохотуйскаго караульнаго поста. Тамошніе козаки ловятъ ихъ сilikами или выливая ихъ воюю изъ норъ.

Шкурики употребляются за змійя шапки.

48. Lagomys hyperboreus. Pall. Съверная пищуха.

По якутскіи, на Вилю, — чись (по голосу, хая-кутуляхъ, тась-кутуляхъ; по тунгус-скіи — чиптырра.

На нижнемъ и на среднемъ Вилю, до Сунтара, я не видѣлъ этого животнаго; за то по всему остальному протяженію Вилюя, до самыхъ истоковъ, онъ весьма часто попадается въ скалистыхъ береговыхъ скатахъ, состоящихъ изъ базальтовъ. На пути къ р. Оленеку, сѣверная пищуха въ первый разъ попалась мнѣ у урочища Тась, на берегу р. Хангінгі, и начиная отсюда, я часто видѣлъ этихъ животныхъ на покрытыхъ осыпами береговыхъ скатахъ; пирѣдка я находилъ ихъ также въ лѣсахъ, по близости рѣкъ; норы ихъ находились подъ моховыми чочками. Въ сентябрѣ и октябрѣ, я часто видѣлъ ихъ весело переѣгдающими сѣ мѣста на мѣсто, особенно передъ закатомъ солнца; въ послѣдній разъ я замѣтилъ сѣверную пищуху около истоковъ Вилюя, при — 15° и довольно глубокомъ снѣгъ. Мои проводники тунгусы увѣряли, что эти животныя часто выходятъ изъ своихъ норъ даже при самыхъ сильныхъ морозахъ.

V. MULTUNGULA. МНОГОКОПЫТНЫЯ.

49. Sus serofa. L. Кабанъ.

У гольдіевъ, при устьѣ р. Сунгары, — пыкта.

Кабаны часто попадаются въ горахъ около Байкала и водятся тамъ въ болотахъ, гдѣ иногда и убиваютъ ихъ русскіе и бурятскіе охотники. Съ Байкала они пирѣдка забѣгаютъ къ Ленѣ; охотникъ, промышленный по ленѣ, разсказывать мнѣ за большую рѣдкость, что 6-го декабря 1853 года, около деревни Усть-Пльги, показался кабанъ, который былъ убитъ послѣ семицневной погони у деревни Усть-Кути.

На Амурѣ они попадались весьма часто; въ горахъ Хинганскаго хребта я встрѣтилъ

— 109 —

однажды стаю изъ 20 штукъ. На луговыхъ стеняхъ, книзу отъ Хинганскаго хребта, до устья р. Усуси, я часто видалъ во мюножествѣ кабаньи с.г.ды около болотистыхъ озеръ. По мѣрѣ приближенія къ устью р. Горйна, число кабановъ замѣтно уменьшается и можно предполагать, что недалеко за ея устьемъ проходитъ восточная гранща ихъ распространенія по Амуру.

## 50. Rhinoceros tichorhinus.

На Ленъ, на Вилю и на нѣкоторыхъ притокахъ его, въ сляхъ наносныхъ образованій, состоящихъ изъ песку и желтой глины, я находилъ иногда хорошо сохранившіеся, иногда же почти совершенно вывѣтрившіеся черепа носорога, а еще гораздо чаще рога этого животнаго.

Чрезвычайно рѣдко удается находить черепа съ принадлежаниемъ къ нимъ нижними челюстями; одинъ такой, хорошо сохранившійся, черепъ, найденный на Ленъ, я представилъ въ Музей Императорской Академіи Наукъ.

## 51. Elephas primigenius. Blumenb.

По якутски, на Вилю, — селй.

Въ наносныхъ формаціяхъ Сибири, чаще всѣхъ прочихъ остатковъ допотопныхъ животныхъ, попадаются маммутовые, и едва ли существуетъ хоть одна система рѣкъ, особенно на съверѣ, гдѣ бы они не были найдены. Но есть мѣста, напр. при устьѣ Лены, гдѣ остатки маммутовъ встрѣчаются въ особенномъ изобилии. Одно изъ такихъ мѣстъ представляетъ береговой скать, находящійся на правомъ берегу Вилю, немного ниже города Вилюйска, и такъ какъ онъ состоитъ здѣсь изъ красной глины, то якуты и назвали это мѣсто Кыхылъ-хая (Красная гора).

Сильные ложди, и особенно разливы, каждый разъ обнажаютъ въ этомъ скатѣ новые слои и осенью якуты прібѣзжаютъ туда въ большомъ численнія для собиранія ископаемой слоновой кости, чтѣ составляетъ для нихъ весьма выгодный промыслѣ.

Говорятъ, что изъ съверныхъ притоковъ Вилю, рѣки Чинджё и Тюнгъ, а изъ притоковъ Оленска, р. Бириктё, чрезвычайно богаты ископаемыми остатками маммутовъ. Тунгусы зимою привозятъ собранные на пос.г.дней рѣкъ клыки въ Жинганскъ и продаютъ ихъ русскимъ куццамъ, получая отъ 20—30 руб. ассигн. за пудъ.

# VI. RUMINANTIA. ЖВАЧНЫЯ.

## 52. Moschus moschiferus. L. Кабарга мускусная.

По русски, на Ленъ, — сайà, на Енисеѣ и около Байкала — кабарà; по якутски, на Чонъ, — мěкчěкě; у манягровъ, на верхнемъ Амурѣ, — мěкчанъ.

Кабарга нерѣдко попадается на крутыхъ, скалистыхъ береговыхъ скатахъ рѣкъ, впа- дающихъ въ Нижнюю Тунгуску и въ Енисей, въ особенности же на Питѣ и его притокахъ, гдѣ тунгусы охотятся за нею съ собаками. Я также часто находилъ этихъ животныхъ въ Байкальскихъ горахъ, около Култука; ихъ ловятъ тамъ силками, ставятъ на нихъ въ защ-кахъ самострѣлы или охотятся за ними также съ собаками.

Кабарга попадается на Ленъ и встрѣчается на ней еще пѣскольно ниже Олекмиска, но

— 410 —

на самомъ Вилюѣ, туземцы никогда не видали ее. Говорятъ, что она изрѣдка встрѣчается на притокахъ Чоны, видающей съ правой стороны въ Вилюй.

По словамъ моихъ проводниковъ, изрѣдко убиваютъ кабаргу (они называли ее бичью) около истоковъ р. Пкикитъ, притока р. Оленека (приблизительно подъ 70° с. ш. (?)). Въ-роятище, вирочемъ, что мои проводники подразумѣвали въ этомъ случаѣ подъ именемъ бичѣнь дикаго барана). На Шилкѣ и на Амурѣ (особенно на верхнемъ) воится довольно много этихъ животныхъ, впрочемъ и тамъ жаловались, что ихъ дѣлается меньше. Я не знаю, встрѣчается ли кабарга до самого устья Амура: по показаніямъ туземцовъ, она изрѣдко еще попадается въ горахъ около Кизи.

### 53. Cervus alces. L. Лось.

По тунгусски, на Амурѣ, — мооки.

Въ долинѣ Вилюя, лось уже нигдѣ болѣе не попадается, хотя большая часть туземцевъ и знала его. На средней части Вилюя, въ окрестностяхъ Сунтара, лѣть 25 тому назадъ, лосей еще иногда убивали. У кочующихъ около истоковъ Вилюя тунгусовъ сохранилось преданіе о ведущихъся тамъ когда-то лосяхъ, такъ напр., они разсказали мнѣ про тамошнее озеро Ынахъ-Кель (Лосное озеро), что въ давніе годы утонулъ тамъ молодой лось, проложивъ слинкомъ тонкій ледъ. На верхней и отчасти на средней ленѣ, встрѣчаются лоси; впрочемъ, и тамъ охотники уже начали жаловаться на заливную ихъ убыль.

Около Байкала, лось также не принадлежитъ болѣе къ часто попадающимъся животнымъ. На верхнемъ Амурѣ, лось встрѣчается не рѣдко, и по мѣрѣ приблизенія къ устью его, число этихъ животныхъ увеличивается. По показаніямъ туземцовъ, они особенно часто попадаются въ Хинганскихъ горахъ и на нижнемъ Амурѣ, у р. Горйна, куда въ большомъ численсъ сѣзжаются окрестные жители для охоты за лосами.

### 54. Cervus tarandus. L. Съверный олень.

Уже много лѣтъ прошло съ тѣхъ поръ, какъ съверный олень пересталъ водиться на нижней и средней части Вилюя; это обстоятельство туземцы приписываютъ вырубкѣ лѣсовъ. Около Чоны считается за рѣдкость убить съвернаго олени; такъ напр., мнѣ разсказали, что разъ какъ то, во время течки, дикій съверный олень показался тамъ между стадами домашнихъ. Гораздо чаще съверные олени попадаются на верхней части Вилюя, въ особенности около истоковъ его, гдѣ я находилъ ихъ небольшими стадами.

Чаще всего съверные олени попадались мнѣ на водораздѣлѣ между Вилоемъ и Оленекомъ; особенно на его съверномъ склонѣ въ концѣ сентября и въ октябрѣ, я застанą ихъ тамъ бѣгающимися. У самки, убитой 25 сентября, рога были совершенно уже лишены кожи. По показаніямъ моихъ проводниковъ тунгусовъ, съверные олени еще чаще встрѣчаются на р. Оленекѣ до самого устья его, хотя число ихъ въ течении послѣднихъ лѣтъ значительно уменьшилось.

Въ прежніе годы, Оленекъ служилъ сборнымъ мѣстомъ для многихъ охотниковъ, прибѣзжавшихъ туда из-далека для охоты за съверными оленями, во время ихъ прохода въ тундры и обратно. Лѣтъ 30 тому назадъ, эта охота составляла доходный промыслѣ и прилѣека на Оленекъ якутовъ и тунгусовъ. Говорятъ, что тремъ или четыремъ охотникамъ не рѣдко удавалось убивать до 100 штукъ въ одинъ день. Въ послѣднее же время рѣдко случается, что

— 111 —

эти олени бывают убиты самострѣлами, которые ставятся кочующими тунгусами въ засѣ-
кахъ, или эти тунгусы убывают ихъ во время течки иззь винтовки, приманивая ихъ посред-
ствомъ домашняго оленя-самца.

Чаще, чѣмъ въ долинѣ Вилюя, съверные олени попадаются на верховьяхъ Нижней Тун-
гуски и на Ленѣ, ниже Киренска. Охотники деревни Пльинской сообщили мнѣ, что они не-
рѣдко находили въ окрестностяхъ этой деревни стада иззь 20 штукъ.

Отъ жителей верхняго Амура узналь я, что съверные олени часто встрѣчаются въ го-
рахъ Станового хребта, но на нижнемъ склонѣ его, по мѣрѣ приближенія къ Амуру, они
попадаются рѣже; тоже самое должно сказать о горахъ Хинганскаго хребта.

На нижнемъ Амурѣ, окрестности устья р. Горйна составляютъ, какъ калется, южную
границу распространеннія съверныхъ оленей, и, начиная отсюда, они попадаются до самаго
устья Амура. Съверный олень воціится также въ съверной части острова Сахалина.

### 55. Cervus capreolus. L. var. C. pygargus. Pall. Косуля.

По якутски — *туртӑсъ*, по тунгусски, на верхнемъ Амурѣ, — *мичӑнъ*.

По Ленѣ, косуля въ нѣкоторыхъ мѣстахъ попадается довольно часто; выше Олекминска,
около Мачинской резиденціи Олекминскій золотыхъ принковъ, она встрѣчается не рѣдко
небольшими стадами. Далѣе внизъ по Ленѣ она попадается рѣже, а ниже Олекминска исче-
заетъ совершенно. Съ Лены, косули изрѣдко забѣгаютъ на Вилюй, къ селу Сунтаръ; во
всѣхъ другихъ мѣстахъ Вилюй она не была замѣчена.

Въ окрестностяхъ Пркутска, косуля попадается весьма часто; преимущественно въ фе-
вралѣ и мартѣ во время наста, крестьяне близлежащихъ деревень, охотятся за ними съ со-
баками, при чемъ нерѣдко убываютъ ихъ въ большомъ численніи палками.

По всему Амуру, особенно по среднему, косули встрѣчаются весьма часто, но по мѣрѣ
приближенія къ Кизи, число ихъ замѣтно уменьшается, а ниже этого мѣста они попадаются,
какъ говорятъ, весьма рѣдко.

### 56. Cervus elaphus. L. Олень настоящій.

По русски, около Байкала, — *излюбъ*, по тунгуски, на Амурѣ, — *кумака*.

По показаніямъ звѣропромышленниковъ, настоящій олень нерѣдко попадается около
Байкала, особенно на его юго-западномъ берегу. По мѣрѣ приближенія къ стверу, число
этихъ звѣрей замѣтно уменьшается, хотя они, впрочемъ, еще встрѣчаются около истоковъ
Лены; но на верхнемъ ея течении они попадаются уже весьма рѣдко.

На Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ, настоящій олень попадается нерѣдко и мѣстные
козлы и тунгусы добываютъ его на многочисленныхъ въ тѣхъ мѣстахъ солончакахъ. Это одна
изъ самыхъ трудныхъ, но за то и самыхъ выгодныхъ охотъ, потому что за рога, снятые съ
звѣрей, убитыхъ весною, когда они еще мягки и богаты кровеносными сосудами, китайцы
пятятъ отъ 100 — 200 руб. ассигн. за пару.

Чѣмъ далѣе внизъ по Амуру, въ особенности же на пространствѣ этъ Хинганскаго
хребта до устья р. Уссури, и верстъ на 200 ниже его, тѣмъ чаще попадаются слѣды этихъ
животныхъ, водящихся большими стадами въ горахъ, и преимущественно около находа-
щихся по обѣимъ сторонамъ Амура озеръ и заливовъ.

— 112 —

Тысячи с.г.д.ов. покрывали зд.есь г.линистые, поросшіе низкой травою берега, и во время
тески, въ продолженіе всей ночи и утромъ, намъ слышались вызывающіе на бой крики
самцовъ.

Число оленей быстро уменьшается по мѣрѣ приближенія къ устью р. Горйна, и окрест-
ности этого устья можно считать восточною границе ихъ распространенія.

57. *Aegoceros sibiricus*. Ehrenb. Тикъ.

Тикъ понадается на верхней и средней части р. Пркута, на тупкинскихъ гольцахъ;
мѣстные тунгусы и жители деревни Тунки охотятся за нимъ съ собаками.

58. *Aegoceros Argali*. Pall. Каменный баранъ.

Ни на Ленъ, ни на Вилноѣ и его притокахъ, охотники не знали, чтобъ у нихъ во.лились
эти животныя.

Бродящіе на Шилкѣ и Ононѣ тунгусы сообщили мнѣ, что они охотятся съ собаками
за каменными баранами, водящимися въ горахъ небольшими и довольно рѣ.дкими стадами.
На Амурѣ мнѣ не удалось собрать никакихъ свѣ.дѣній про то, понадается ли тамъ каменный
баранъ.

59. *Bos Pallasii*. Dekay.

Пркутскому музеуму принадлежитъ многочисленная колекція допотопныхъ череповъ
этого вида, въ числѣ которыхъ, однако же вѣроятно находятся и черепа другихъ видовъ.
Такъ какъ они занимаютъ чрезвычайно много мѣста, то я, къ сожалѣнію, не могъ привести
ни одного изъ этихъ череповъ, чтобы не.вергнуть его з.д.есь точному изслѣ.дованію и опре-
дѣленію. Черепа эти большею частью были найдены въ до.динѣ Лены.

VII. PINKIPEDIA. ЛАСТОНОГІЯ.

60. *Phoca, sp.*. Тюлень.

Въ восточной Сибири намъ извѣстны только два прѣсеновыхъ озера, въ которыхъ во-
дятся тюлени. Объ нихъ упоминаетъ уже Палясъ; это именно Байкальѣ и находящееся
близь праваго берега Витима. на средней его части, небольшое озеро Оронъ. Я нерѣ.цко ви-
далъ тюленей, какъ на самомъ Байкальѣ, такъ и въ Пркутскѣ, куда изрѣ.цко привозить ихъ.
для продажи. Мнѣ самому не у.далось быть на озерѣ Оронѣ, но бывшіе тамъ нерчинскіе
купцы сообщили мнѣ, что въ немъ водятся тюлени.

Пзъ привезенного мною, находящагося въ Академии Наукъ, но еще не разработанаго
матеріала окажется, принадлежать ли водящіеся въ Байкальѣ тюлени къ новому или, можетъ
быть, уже извѣстному виду.

Б. ПТИЦЫ.

I. RAPACES.

1. Aquila albicilla. Briss. Орланъ бѣлохвостъ.

По якутски, на Вилюѣ. — барытыя.

Единственный видъ изъ. Иннеевскаго рода орловъ, видный мною на съверѣ. На дорогѣ изъ Якутска къ устью. Лунхи, я нерѣдко видѣлъ его уже въ послѣдних числах апреля; на самой Лунхѣ, также какъ и на Вилюѣ, я видалъ его то парящаго высоко подъ облаками, то сидящаго въ гнѣздѣ. Первое гнѣздо, разсмотрѣнное мною 30 мая, на Лунхѣ, нахоилось на весьма высокой лиственницѣ, состояло изъ крѣпкихъ прутьевъ и было выложено внутри мхомъ и сухою травою.

Въ гнѣздѣ, имѣвшемъ болѣе сажени въ поперечникѣ, находились два дѣтеныша, покрытые пухомъ. Замѣчательно, что въ сучьяхъ, изъ которыхъ было сложено это гнѣздо, находилось также маленькое гнѣздышко трясогузки (Motacilla alba), въ которомъ были тогда лица. Всѣ найденные мною гнѣзда орлана бѣлохвоста, большею частію, находились вблизи большихъ рѣкъ и озерѣ; главная пища его состоитъ изъ рыбы и водяныхъ птицъ, въ чемъ можно было убѣдиться по костямъ и другимъ остаткамъ этихъ животныхъ, валявшимся около гнѣзда. Подкрасться къ нему весьма трудно; часто случалось, что я еще не успѣвалъ подойти къ нему на выстрѣлѣ, какъ онъ поднимался съ гнѣзда, омывая нацлъ нимъ по цѣлымъ часамъ круги на значительной вышниѣ.

2. Aquila nobilis. Pall. Орелъ беркутъ.

У бурятовъ окрестностей Пркутска — берхытъ.

Я видалъ этого орла въ окрестностяхъ Пркутска, въ долинѣ Цы и на стени, близъ Аларской Думы.

Буряты боготворятъ его, и ежегодно около его гнѣзда приносятъ въ жертву овцу. Онъ такъ мало дикъ, что въ то время, какъ шаманъ совершаетъ вошебные обряды, тутъ же сидитъ на деревѣ.

3. Aquila naevia. Briss. Орелъ крикунъ.

У орочоновъ, на Шилкѣ. — кирань.

Об. животи.

13

— 114 —

Мы убили его 20-го мая, на Шилкѣ, выше Усть-Стрѣлки; въ послѣдствіи я видалъ его нѣ сколько разъ и на Амурѣ.

### 4. Buteo lagopus. Br. Сарычъ конюхъ.

На Вилюѣ, я нерѣ,цко видалъ его кружившимъ надъ лугами и ловящимъ мышей. Въ первыхъ числахъ сентября я еще нѣ сколько разъ видалъ его на Хайнгіѣ (приблизительно подъ 65° с.в. шир.). Въ окрестностяхъ Пркутска онъ также попадается нерѣ дко; въ Дауріи и на Амурѣ, мнѣ не удалось убить ни одного экземпляра, хотя мнѣ калется, что я часто видалъ его.

### 5. Buteo vulgaris. Bechst. Сарычъ сарнь.

У гольцевъ, при устьѣ р. Уссури, — пічуа.

Я видалъ его только на Амурѣ и убилъ 26 июля, ниже устья р. Уссури.

### 6. Falco peregrinus. Briss. Соколъ сапсанъ.

По якутски, на Вилюѣ, — кыртѣ.

Это одинъ изъ самыхъ обыкновенныхъ соколинныхъ видовъ, попадавшихся на Вилюѣ и его притокахъ, гдѣ я находилъ его и на гнѣ здахъ. Въ послѣ днихъ числахъ августа я нашелъ на Хайнгіѣ цѣ лое семейство гнѣ здарей.

### 7. Falco subbuteo. L. Соколъ чеглокъ.

По якутски, на Вилюѣ, — кырби; по тунгусски, тамъ же, — гэкчанъ.

Я самъ только изрѣ лка видалъ его на Вилюѣ, но, по показаніямъ туземцовъ, по временамъ, онъ тамъ одинъ изъ самыхъ обыкновенныхъ соколинныхъ видовъ.

### 8. Falco candicans. Gm. Соколъ кречетъ.

Проѣ зжая черезъ Нерчинскъ, я получилъ экземпляръ, убитый тамъ въ концѣ марта. Самъ я, во всю бытность мою въ Сибири, видалъ весьма рѣ дко этого сокола, и то только на Шилкѣ и на Амурѣ.

### 9. Falco aesalon. Gm. Соколъ дербникъ.

Я видалъ его, довольно рѣ дко, въ окрестностяхъ Пркутска.

### 10. Falco vespertinus. L. Соколъ кобецъ.

До Вилюя онъ, калется, не залетается; въ окрестностяхъ Пркутска, онъ попадался мнѣ линшь изрѣ лка и всегда по одиначкѣ; въ Дауріи я видѣ лъ его также одинъ только разъ, а именно, 19 апреля, близъ Нерчинска. За то въ окрестностяхъ Красноярска, въ юнѣ и въ юлѣ, я часто видалъ его въ большихъ стадахъ. Они держались тамъ то на стени, то на паро- выхъ поляхъ; нѣ которые сидѣ ли на верстовихъ столбахъ или на стогахъ сѣ на, другіе летали и ловили насѣ комыхъ. Подкрасться къ нимъ довольно легко.

### 11. Falco tinnunculus. L. Соколъ пустельга.

17-го апреля, ниже Якутска, появился и пустельга при самомъ началѣ прилета птицъ;

— 115 —

нѣкоторыхъ я видѣлѣ здѣсь, на лугахъ, гоняющимися за птичками. Нерѣдко я видалѣ пу-
стельгу и на Вилюѣ, гдѣ она вьетъ гнѣзда на скалистыхъ береговыхъ скатахъ, на которые
только съ величайшимъ трудомъ можно было взобраться; въ послѣдній разъ я видѣлѣ ее
на Хайнгіѣ въ половинѣ августа.

24 апрѣля, около Нерчинска, былъ убитъ экземпляръ этого вида. На Амурѣ я видѣлѣ пустельгу только изрѣдка.

12. Pandion haliaëtos. L. Скопа степная.

По якутски, на Вилюѣ, — балыкъ-сытѣ. У орочоновъ и манягровъ, на верхнемъ Аму-
рѣ, — сюху.

Я видалъ ее на Лунхѣ и на Вилюѣ, но она попадалась весьма рѣдко. 21 мая, на Шилкѣ,
не доѣзжая Усть-Стрѣлки, я нашелъ гнѣздо на вершинѣ чрезвычайно высокой, стоящей на
самомъ берегу листенныцы. Въ гнѣздѣ лежали два уже насиженныя ящика.

Въ послѣдствіи, изрѣдка я видалѣ ее и на Амурѣ, но подкрасться къ ней всегда было
весьма трудно.

13. Milvus niger. Briss. Черный коршунъ.

По русски, въ восточной Сибири, — куроцанъ. По якутски, на Вилюѣ, — эльэ, по тун-
гусски, тамъ же, — ча.

Первые появились 17 апрѣля, ниже Якутска; на Вилюѣ, также какъ и на сѣверныхъ его притокахъ, онъ былъ одною иззъ самыхъ обыкновенныхъ хищныхъ птицъ. Еще въ первыхъ числахъ сентября убили его на Хайнгіѣ (подъ 65° сѣв. шир.).

Около Пркутска, гдѣ онъ встрѣчается весьма часто, въ 1852 году прилетѣлъ 25-го, а въ 1853 — 27 марта. Здѣсь онъ чаще всего держится въ самомъ городѣ и въ близлежащихъ деревняхъ, и часто можно видѣть нѣсколькихъ вмѣстѣ вьющихся то высоко на воздухѣ, то надъ самыми крышами. Они охотно вступаютъ въ жаркія драки съ ворономъ (Corvus corax), при чемъ издаютъ извѣстный, далеко слышанный пронзительный крикъ. Пока Ангара и Ушаковка покрыты льдомъ, они обыкновенно ночуютъ на льду, около кучь нечи-
стотъ и падали, лѣтомъ же на ночь улетаютъ въ находящіеся около Пркутска лѣса.

14. Astur palumbarius. L. Ястребъ тетеревятникъ.

Въ окрестностяхъ Пркутска, я часто видалъ его въ послѣднихъ числахъ апрѣля; онъ держился тамъ вблизи деревень и на опушкахъ. Въ самомъ городѣ я также часто видалъ его: онъ смѣло гонялся за голубями, залетая за ними въ самыя голубятни.

15. Astur nisus. L. Ястребъ перепелятникъ.

По якутски — чніахъ-сытѣ.

Попадался изрѣдка на Вилюѣ; въ первый разъ убитъ нами тамъ 3 июня. Я нерѣдко уби-
валъ его и въ окрестностяхъ Пркутска.

16. Circus cyaneus. L. Лунь полевой.

По якутски — кутуыхъ-сытѣ, по бурятски, за Байкаломъ, — холлада.

— 116 —

17-го апръля, въ первый разъ, попался мнѣ полевой лунь ниже Якутска; онъ гонялся за птичками (Fringilla linaria, Alauda alpestris), но подкрасться къ нему было весьма трудно. Потомъ онъ встрѣчался нерѣдко на Вилюѣ, и въ послѣдній разъ, также нерѣдко, въ первыхъ числахъ августа, во время моего пребыванія на Хайнгіѣ. Въ Забаїкальской области я на- шелъ его уже 13 апрѣля, въ долинѣ Пды и довольно часто замѣчалъ его потомъ въ Дауріи, въ долинахъ Пнгоды и Шилки. На Амурѣ онъ попадался мнѣ весьма рѣдко.

17. Circus rufus. L. Лунь каменный.

Единственный экземпляръ этого вида былъ убитъ 9 августа, на Хайнгіѣ.

18. Strix Uralensis. Pall. Сова уральская.

По якутски, на Вилюѣ, — какхӑнъ; по тунгусски, тамъ же, — у.миль.

На Вилюѣ эта сова попадалась не рѣдко; къ съверу, я слѣдилъ за нею до р. Оле- нека. На р. Христили, значительномъ притокѣ Оленека, мнѣ удалось (подъ 67° сѣв. шир.) убить прекрасный экземпляръ этого вида, въ послѣднихъ числахъ сентября.

19. Strix otus. L. Сова ушастая.

Попадается въ окрестностяхъ Пркутска и на Амурѣ, гдѣ она была убита 7-го сентября. Цвѣтъ пятьевъ, на всѣхъ видѣнныхъ мною экземплярахъ, былъ явственно темнѣе, чѣмъ на экземплярахъ изъ южной Россіи.

20. Strix brachyotus. Forst. Сова болотная.

На Вилюѣ я не встрѣчалъ ея; въ окрестностяхъ же Пркутска, въ Дауріи и на Амурѣ, она попадается нерѣдко.

21. Strix nycaea. L. Сиринъ бѣлый.

По якутски — хӑръ-эбэ (снѣжная бабушка); по тунгусски, тамъ же, — тута.

Попадалась въ долинѣ Вилюя и, особенно часто, на пути отъ Вилюя до Оленека.

Изрѣдка она встрѣчается еще въ окрестностяхъ Пркутска. На верхнемъ Амурѣ я видѣлъ, близь р. Койкуканъ, большую бѣлую сову, которую мѣстные жители, манягры, назвали саджка. Былъ ли это сиринъ бѣлый — не знаю.

22. Strix funerea. Lath.

По якутски — лекчергѣ; по тунгусски, на Вилюѣ, — нитки.ыкунъ.

Около Якутска, на Вилюѣ и на Оленекѣ, она попадалась довольно часто. Днемъ можно было видѣть ее сидящую по цѣлымъ часамъ на лиственницахъ; вечеромъ, она летала низко надъ землею.

Я убивалъ эту птицу и на верхнемъ Амурѣ. Добытые здѣсь экземпляры ничѣмъ не отличаются отъ попадающихся на съверѣ.

23. Strix Tengmalmi. Gmel. Сычъ ручной.

Попадался весьма рѣдко въ долинѣ Вилюя; единственный экземпляръ былъ убитъ тамъ

— 117 —

28 декабря у устья р. Кемпендзёя; на Амуръ онъ мнѣ не попадался. Экземпляры изъ С.-Петербургской губерніи, находящіеся въ музеумѣ Академіи, совершенно сходны съ привезенными мною.

## 24. Strix bubo. L. Филинъ пугачъ.

У орочоновъ и манягровъ — у.м.н.гъ.

На Вилю онъ попадается нерѣдко. 7-го июня, близь устья Вилюя, была поймана пара молодыхъ, сидѣвшихъ на скалистомъ берегу. Они, за исключеніемъ крыльевъ, покрыты были рыхлымъ пухомъ. Научные пучки были еще незамѣтны. Около Иркутска онъ попадается часто; по показаніямъ тунгусовъ, встрѣчается на верхнемъ Амурѣ.

На среднемъ Амурѣ я видѣлъ его 12 сентября, ниже Хинганскаго хребта.

# II. SCANSORES.

## 25. Cypselus apus. L. Стрижъ башенный.

Гнѣздились въ скалистыхъ береговыхъ скатахъ Лены и Вилюя.

Въ Дауріи и на верхнемъ Амурѣ, я также видалъ его часто; на Шилкѣ я замѣтилъ его въ первый разъ 7-го мая.

## 26. Cypselus ciris. Pall. Hirundo ciris. Pall. Acanthilis caudata, Lath. Chaetura macroptera. Swains.

У амурскихъ тунгусовъ, при устьѣ Сунгари, — біарунъ.

Въ 1852 году я довольно часто находилъ эту птицу лѣтомъ въ двухъ разныхъ мѣстахъ на частныхъ золотыхъ промыслахъ Енисейской губерніи на Пескинѣ и на Огни.

Она гнѣдилась здѣсь въ скалистыхъ высокихъ берегахъ.

Препарантъ Фурманъ видалъ ихъ на Ленъ у Олекминска, на Пухтѣ, притокѣ Олекмы и на Каѣ у Иркутска.

Въ Дауріи я видѣлъ первую пару 16-го мая, на Шилкѣ, у деревни Половинной; въ послѣдствіи часто по всему Амуру, особенно ниже устья р. Уссури; на возвратномъ пути 7-го сентября ихъ тамъ уже не было видно.

## 27. Caprimulgus europaeus. L. (?). Козодой полуночникъ.

Въ окрестностяхъ Иркутска, около Усть-Куды, я нѣсколько разъ видалъ козодоя; тамъ же я нашелъ гнѣздо съ двумя яйцами; но такъ какъ мнѣ не удались убить его, то я не могу достовѣрно сказать, былъ ли это нашъ европейскій видъ или нѣтъ. Впрочемъ, яйца, найденные мною, ничѣмъ не отличаются отъ яйцъ этого вида.

## 28. Caprimulgus Jotaka. Temm. et Schleg.

У русскихъ, на Шилкѣ, — кузнецъ; у орочоновъ и манягровъ на верхнемъ Амурѣ — джёбджакунъ.

Въ половинѣ мая, я въ первый разъ видѣлъ этого козодоя ниже Шилкинскаго завода.

Въ большомъ количествѣ, я находилъ этихъ итицъ, на верхнемъ Амурѣ близко. Албазина, гдѣ онъ снаривались въ послѣднихъ числахъ мая. На среднемъ Амурѣ онъ попадались рѣже.

— 118 —

29. Cuculus canorus. L. Кукушка вѣщая.

По якутски, на Вилюѣ, — кехà; по тунгусски, тамъ же, — кукта. По тунгусски, у
орочоновъ и манягровъ, на верхнемъ Амурѣ, — куку.

На Лунхѣ, близь устья Вилюя, въ 1854 году, въ первый разъ мы услышали ее 18-го мая.
Въ послѣдствіи, я видалъ ее также въ долниѣ Вилюя и на пути къ р. Оленеку. По показа-
ніямъ тунгусовъ, она попадается и около озера Кессея.

Около Пркутска она въ 1853 году, въ первый разъ, показалась 9-го мая, а на Шилкѣ,
у деревни Срѣтинской, въ 1855 году, 8-го мая; мы часто слышали ее по всему верхнему
Амуру.

30. Cuculus sp.

Попадается на среднемъ Амурѣ; единственный экземпляръ былъ убитъ 2-го августа,
близь р. Язà-бира.

31. Jynp torquilla. L. Вертиголовка тикунъ.

На Шилкѣ (у устья Кары) она въ первый разъ была убита 15-го мая. Попадалась по
одиночкѣ и въ близи жилищъ.

Всѣ привезенные мною экземпляры, по цвѣту третьевъ, ничѣмъ не отличаются отъ экзем-
пляровъ изъ окрестностей С.-Петербурга.

32. Picus martius. L. Дятелъ жёлна.

По якутски, на Вилюѣ, — кириль; по тунгусски, тамъ же, — токтопки; у тунгусовъ,
на верхнемъ Амурѣ, — кырёкта. У гольдіевъ, на среднемъ Амурѣ, — курактà.

На Вилюѣ онъ вездѣ попадается часто, особенно на лѣсныхъ пожарщахъ. Къ сѣверу,
я сѣднілъ за нимъ до р. Оленека (до 68° сѣв. шир.), гдѣ онъ и зимуетъ. На верхнемъ
Амурѣ, онъ встрѣчался нерѣдко, на среднемъ его не находилъ, но на пижнемъ Амурѣ,
выще Кизи, онъ показался снова.

33. Picus leuconotus. Bechst. Дятелъ бѣлоспинный.

Около Иркутска и на Байкальѣ онъ попадался мнѣ, но рѣ, como.

34. Picus major. L. Дятелъ обыкновенный.

У орочоновъ и манягровъ, на верхнемъ Амурѣ, — хелàкта.

На Вилюѣ этотъ видъ дятла попадался рѣже другихъ.

На верхнемъ Амурѣ, я видалъ его часто; 18-го мая, у р. Горбицы, было убито нѣ-
сколько экземпляровъ.

35. Picus minor. L. Дятелъ малый.

Этотъ видъ, нигдѣ не встрѣчавшийся мнѣ въ долниѣ Вилюя, неоднократно попадался по
всему Амуру, особенно часто въ чернолѣсъ и въ хвойныхъ лѣсахъ средняго Амура.

— 119 —

### 36. *Picus tridactylus*. *L*. Дятель трехперстный.

На Вилю́ (подъ 64° съв. шир.) онъ былъ самый обыкновенный изъ попадавшихся тамъ видовъ дятла. На Амурѣ я не находилъ его,

### 37. *Alcedo ispida*. *L*. Зимородокъ голубой.

У орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — джинктӑльгунъ.

Онъ довольно часто попадался мнѣ 31-го августа на Верхней Тунгускѣ (Ангарѣ) между деревнями: Усть-Тунгусской и Стрѣлкой, въ глухихъ мѣстахъ около протоковъ и на поросшихъ ивами берегахъ рѣки. Въ Забайкальской области, я видѣлъ его на Нерчѣ и на Шилкѣ; на Шилкѣ онъ, впрочемъ, по всей вѣроятности, попадается рѣдко, ибо служившій мнѣ проводникомъ туземный тунгусъ говорилъ, что до тѣхъ поръ не видалъ его.

Кажется, что онъ гораздо чаще встрѣчается по всему Амуру. Въ послѣдній разъ я видѣлъ его 28-го августа, ниже устья р. Уссурп.

Въ окрестностяхъ Томска онъ былъ убитъ мною 5-го июля на р. Ушайкѣ. Всѣ привезенные мною экземпляры, не отличаются отъ европейскихъ.

### 38. *Urupa Erys. L*. Удодъ Пустошка.

У бурятовъ окрестностей Пркутска — обѣ.тельджинъ, близъ Нерчинска — бубо.льдже; у русскихъ, въ Нерчинскъ — бобо.льзе.

Попадается довольно рѣдко въ окрестностяхъ Пркутска и былъ убитъ тамъ уже 25-го апрѣля, на дорогѣ къ Байкалу, у станціи Пашковской. Въ Забайкальской области, я въ первый разъ увидалъ его 16-го апрѣля, въ долнѣ р. Ингоды; позднѣе, мы убивали его и около Нерчинска. Нигдѣ я не замѣчалъ его такъ часто, какъ около Нерчинска: нерѣдко можно было видѣть его даже и въ самомъ городѣ.

На Амурѣ онъ попадался мнѣ изрѣдко; ниже устья р. Сунгари я потерялъ его изъ виду.

## III. PASSERINEAE.

### 39. *Alauda alpestris*. *L*. Жаворонокъ снѣжный.

По русски, въ Якутскѣ, — рогатка, по якутски, на Ленѣ и Вилю, — сирѣ-чихахъ (береговая пташка); у бурятовъ, около Нерчинска, — больджомёръ.

Около Якутска первая птицы этого вида появились 9-го апрѣля, а на Лунхѣ показались въ большихъ стадахъ 26-го апрѣля. Но и въ маѣ я еще видѣлъ на Лунхѣ большія стада этого вида, недѣлавшія, впрочемъ, какъ кажется, никакихъ приготовленій, чтобы вить гнѣзда. Въ продолженіи юня и июля, я нигдѣ не замѣчалъ ихъ на Вилю, а 14 августа на Хайнгіѣ (подъ 65° с. ш.) опять увидалъ небольшимъ стадами, летавшихъ надъ болотами и приготовлявшихся къ отлету. Въ послѣдній разъ я видѣлъ ихъ 11 сентября, у истоковъ Хайнгія (подъ 66° съв. шир.). Желудокъ ихъ наполненъ былъ съменами видовъ *Carex*. 7-го апрѣля 1855 года я видѣлъ большія стада ихъ на восточномъ берегу Байкала, у станціи Посольской. Кромѣ того эти жаворонки весьма часто встрѣчались въ долинахъ рѣкъ Уды и Ингоды; 20-го апрѣля я видѣлъ большія стада и на Нерчѣ. На Амурѣ, у устья р. Сунгари, я видѣлъ ихъ 7-го сентября, въ большихъ стадахъ и уже на отлетѣ.

— 120 —

### 40. Alauda arvensis. L. Жаворонокъ полевой.

Оиночныхъ я находилъ около Пркутска уже 12-го марта. 2-го апрѣля я видѣлъ ихъ тамъ на лугахъ въ небольшихъ стадахъ.

Въ Забайкальской области они 10-го апрѣля уже появились въ долинѣ Селенги, близъ Байкала и въ послѣдствіи въ большихъ стаяхъ попадались на стенахъ въ долинахъ Уды и Ингоды.

### 41. Plectrophanes nivalis. L. Пуночка подорожникъ.

По якутски — иршѣ-чичахъ пли тулукъ, по тунгуски, тамъ же, — чэрнѣркинъ.

1-го марта, на всемъ пространствѣ отъ Пркутска до Лечы, я видѣлъ на большой дорогѣ и на стени, большія стада подорожниковъ. Около станціи Журинской, ниже Олекминска, первые показались 17-го марта, а около Якутска передовые появились 27-го марта. 29-го марта я видѣлъ около Якутска большія стада. Во время отлета я видѣлъ ихъ отъ 24—29-го сентября, на Оленскѣ (подъ 68° сѣв. шир.), въ большихъ стадахъ, состоящихъ приблизительно изъ 500 недѣлымыхъ.

На Вилюѣ первые показались 2-го октября, около села Сунтаръ. Въ 1854 году они явились необыкновенно поздно въ сравненіи съ 1853 годомъ, въ которомъ показались уже 24-го сентября въ большихъ стадахъ, въ городѣ Вилонскѣ. На Амурѣ, во время отлета, я впервые замѣтилъ ихъ 3-го октября, выше города Айгуна. Еще 12-го ноября можно было видѣть здѣсь большія стада.

### 42. Plectrophanes lapponica. L. Пуночка лапландская.

На Вилюѣ я совсѣмъ не видалъ этой итицы; вообще, она въ Сибири попадалась мнѣ весьма рѣдко.

Около Пркутска, мнѣ, 13-го мая, удалось видѣть небольшое стадо.

### 43. Emberiza aureola. Pall. Стренатка чернолицая.

Этотъ видъ стренатки, чрезвычайно часто попадающихся въ восточной Сибири, появился на Лунхѣ оиночными недѣлѣными, 14-го мая; 16-го, самцы и самки весьма часто встрѣчались въ лиственничныхъ лесахъ. Первое гнѣздо нашелъ я, 10-го июня, на одномъ изъ остротовъ Вилюя; оно было помѣщено въ травѣ, состояло изъ сухихъ стебельковъ и было выложено внутріе конскимъ волосомъ. Въ гнѣздѣ лежали четыре мало насилиенныхъ яйца. 19-го июня, я нашелъ, также на Вилюѣ, гнѣздо съ итенцами, только что вылушившимися.

По всему Амуру она также попадалась чаще всѣхъ другихъ видовъ этого рода.

### 44. Emberiza rustica. Pall. Стренатка полевая.

Я видѣлъ небольшія стада, 18-го апрѣля, около Пркутска.

### 45. Emberiza pithornus. Pall. Стренатка бѣломапочная.

Въ Дауріи, я впервые видѣлъ эту итицу 16-го апрѣля, въ большихъ стадахъ, въ долинѣ Ингоды, около Читы; потомъ она часто попадалась на Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ, въ продолженіи всего мая.

— 121 —

Около Пркутска, она появляется въ послѣднихъ числахъ марта, вмѣстѣ съ *Emberiza cioides*.

### 46. *Emberiza cioides*. Brandt.

Одинъ изъ самыхъ обыкновенныхъ видовъ стренатки въ окрестностяхъ Пркутска; миѣ
удалось убить ее тамъ уже 21 марта. Въ продолженіи всего лѣта, она часто попадается во
всѣхъ березовыхъ рощахъ.

Около города Нерчинска, эти птицы встрѣчались по одинакѣ, 21 апреля, въ кустар-
никѣ, на берегу Нерчи.

### 47. *Emberiza rutila*. Pall.

Эта птица, въ Дaurіи и на Амурѣ, принадлежитъ къ не часто встрѣчающимся. 19 мая,
я видѣлъ ее во время перелета, въ хвойныхъ лесахъ, на Шилкѣ, вышло Усть-Стрѣлки.

### 48. *Emberiza spodocephala*. Pall.

Появилась на Лунхѣ 13-го мая и тамъ, также какъ и на нижней части Вилюя, попада-
лась нерѣдко. Къ съверу отъ Вилюя, я болѣе не замѣчалъ ея. 2-го июня, на одномъ изъ
острововъ Вилюя, я нашелъ гнѣздо, находившееся въ кустѣ *Spiraea*, на высотѣ двухъ фу-
товъ отъ земли. 19-го июня были уже пtenцы.

На Шилкѣ, она въ первый разъ была убита 7-го мая, выше Усть-Стрѣлки, и потомъ ча-
сто попадалась по всему Амуру; въ послѣдній разъ я видѣлъ ее 3-го сентября, у устья р.
Уссури.

### 49. *Emberiza schoeniclus*. L. Стренатка камышевая.

На Вилюй и на Ленѣ я не замѣчалъ ея; около Пркутска она появляется въ половинѣ
апрѣля.

Въ долнѣ р. Нерчи, около города Нерчинска, эта птица въ первый разъ была убита
21-го апрѣля; она водилась здѣсь небольшими стаями въ кустарникахъ, росшихъ около рѣки.

### 50. *Emberiza pusilla*. Pall.

На Лунхѣ, 7-го мая, я впервые услыхалъ голосъ этого маленькаго подорожника; вно-
се, действіи я часто встрѣчалъ его на Вилюй и въ особенности на съверныхъ притокахъ его.
Летающіе первогодки попадались на Вилюй уже 18-го июня, а 3-го августа, на Хаштій,
* уже собирались въ стада.

На Амурѣ я не находилъ его.

### 51. *Passer montanus*. L. Воробей полевой.

Жители города Вилюйска разсказывали мнѣ, что полевой воробей въ первый разъ показался у нихъ въ 1853 году, вывелъ молодыхъ и вдругъ исчезъ позднею осенью. Во время пребыванія моего тамъ въ 1854 году онъ не появлялся снова и потому нельзя рѣшить, быть ли это действительно полевой или домашній воробей.

Въ селѣ Сунтарр, на среднемъ Вилюй, полевой воробей появился уже съ нѣкотораго

Обз. зд. нат.м.

16

— 122 —

времени; онъ здѣсь выводитъ птенцовъ и зимуетъ. Якуты всѣми силами стараются истребить этихъ птицъ, потому что онъ причиняютъ много вреда ихъ маленькимъ ячменнымъ посѣвамъ.

## 52. Passer domesticus. L. Воробей домашній.

Въ послѣдніе годы нѣкоторые начали зимовать въ Якутскѣ; въ наибольшомъ числѣ они появляются тамъ въ концѣ марта и въ началѣ апреля.

## 53. Pyrrhula vulgaris. Temm. Снигирь обыкновенный.

Я нерѣдко видалъ и убивалъ его на Ленѣ и на Вилюѣ.

## 54. Pyrrhula erythrina. Pall. Снигирь красный.

47-го мая небольшая стая появилась на Лунхѣ; потомъ я убивалъ этого снигиря и на Вилюѣ и 4-го сентября на Мархѣ.

## 55. Pyrrhula rosea. Pall. Снигирь розовый.

Passer roseus. Pall. Zoog. II. p. 23 и 192

Въ половинѣ июня я убилъ его на Мурожнѣ, на частныхъ золотыхъ промыслахъ Енисей- скаго округа. Эти птицы водились тамъ, по одиначкѣ, въ болотистомъ чернолѣсѣ.

## 56. Pyrrhula sibirica. Pall. Снигирь долгохвостый.

Pyrrhula longicauda. Temm. Man. d'Ornit. I. p. 340.

Pyrrhula caudata. Pall. Zoogr. II. p. 10 и 181.

Я видалъ эту птицу только въ Дауріи; самцы и самки довольно часто попадались не- большими стаями, 22-го апреля, въ долинѣ р. Нерчи, около города Нерчинска.

## 57. Fringilla linaria. L. Вьюрокъ чечетка.

По якутски, на Ленѣ и Вилюѣ, — чародѣь.

8-го апреля я видѣлъ ихъ въ большихъ стаяхъ около Якутска и часто встрѣчалъ на всемъ пространствѣ, начиная оттуда, до Лунхи. На Лунхѣ, 18-го мая, нѣкоторые уже сое- динились въ пары. Я видѣлъ ихъ также часто въ большихъ стаяхъ къ сѣверу отъ Вилюя и въ послѣдній разъ замѣтилъ небольшія стаи, 4-го октября, на р. Куангѣ (приблизительно подъ 67° сѣв. шир.).

## 58. Fringilla montifringilla. L. Вьюрокъ настоящій.

По якутски, на Вилюѣ, — умуръ-чичахъ.

Первые появились на Лунхѣ, 8-го мая, и въ послѣдствіи попадались нерѣдко, особенно въ лѣственничныхъ лѣсахъ, гдѣ выводили и итенцовъ. Въ Дауріи, 18-го мая, мнѣ попались небольшія стаи на Шилкѣ, ниже Горбицы; на Амурѣ, въ продолженіи лѣта, они встрѣчались весьма рѣдко.

При отлетѣ, 3-го сентября, они появились большими стаями, близь устья р. Уссури.

— 123 —

59. Fringilla brunneonucha. Brandt.

По русски, въ Якутскъ, — медвѣдка; по якутски, на Ленъ, — эхэ-чицахъ.

Въ 80 верстахъ ниже Якутска, около якутской деревни Туорà-Титъ, 17-го апреля, я видѣлъ большія стан, державшіяся около юртъ и сѣноваловъ.

60. Loxia curvirostra. L. Клестъ еловикъ.

Въ мартѣ попадался мнѣ по одиначкѣ на верхней Ленѣ.

61. Loxia leucoptera. Gm. Клестъ бѣлокрылый.

По якутски, на Ленѣ и Вилюѣ, — ылы; по тунгусски — хйнширъ.

Попадаются часто на Ленѣ, гдѣ можно видѣть ихъ въ продолженіи всей зимы. Я видалъ ихъ и на Вилюѣ и его притокахъ, но они встрѣчаются тамъ гораздо рѣже.

Въ Дауріи я видѣлъ и убилъ его только на Шилкѣ, 18-го мая, ниже Горбицы. На Амурѣ я не находилъ его.

62. Parus caudatus. L. Синица долгохвостая.

Я видѣлъ небольшія стан въ окрестностяхъ Иркутска, около Александровскаго завода, въ послѣднихъ числахъ апрѣля.

63. Parus major. L. Синица кузнечикъ.

Была убита 5-го мая, ниже устья р. Нерчи.

64. Parus cyaneus. Pall. Синица князёкъ.

Я видалъ ее только на Амурѣ, гдѣ въ продолженіи лѣтнихъ мѣсяцевъ она попадалась лишь изрѣдка.

22-го июня, ниже Хинганскаго хребта, я видѣлъ летающихъ первогодковъ.

Въ течении сентября, октября и ноября, я часто видалъ стан этихъ птицъ на среднемъ и верхнемъ Амурѣ.

65. Parus palustris. L. Синица камышевая.

Г. Павловскій, въ концѣ августа, видѣлъ нѣсколько этихъ небольшихъ птицъ на р. Моркокѣ. По одиначкѣ я видалъ ихъ въ Дауріи, на Шилкѣ около Желтуги.

Въ ноябрѣ онъ попадались мнѣ вмѣстѣ съ *Parus cyaneus*, на верхнемъ Амурѣ.

66. Parus ater. L. Синица черная.

Была убита 27-го июня, ниже Хинганскаго хребта.

67. Parus sibiricus. Gm. Синица сибирская.

Этотъ видъ, какъ кажется, чаще всѣхъ другихъ видовъ синицы, попадался мнѣ на Вилотѣ и на пути къ Оленеку. По одиначкѣ я встрѣчалъ ихъ, въ продолженіи всего лѣта, въ лѣсахъ; небольшими стаями онѣ попадались мнѣ въ первой половинѣ сентября, на притокахъ Оленека. Въ Дауріи и на Амурѣ я не находилъ ее.

*

— 124 —

68. Sitta europaea. L. Поползень ямщикъ.

18-го ноября былъ убитъ одинъ экземпляръ на среднемъ Вилюѣ, у села Сунтаръ. Кромѣ этого, я тамъ нигдѣ не встрѣчалъ этой птицы. За то она довольно часто попадалась мнѣ по всему Амуру и еще въ Ноябрѣ я видалъ ее довольно часто въ манджурскомъ городѣ Айгунѣ.

69. Bombycilla garrula. L. Свиристель хохлушка.

25-го апреля, я впервые замѣтилъ ихъ на Лунхѣ, гдѣ можно было видѣть ихъ еще въ первыхъ числахъ малъ. Въ августѣ я онять встрѣтилъ ихъ въ небольшихъ стаяхъ на рѣкахъ Чилии и Ханнгіѣ. Въ октябрѣ и ноябрѣ, онъ нерѣ,то попадаются въ окрестностяхъ Иркут-ска; 10-го ноября я видѣлъ небольшія стаи на Амурѣ, выше устья р. Зёи, и 7-го декабря огромныя стаи на Амурѣ, у устья рѣчки Койкуканѣ.

70. Garrulus infaustus. L.

По русски, въ Якутскѣ, — кукша; по якутски, на Ленѣ и на Вилюѣ, — кукакы; по тунгусски, на Вилюѣ, — кокчинчанъ.

Попадалась нерѣдко на Вилюѣ и его съверныхъ притокахъ. Въ послѣдній разъ я видѣлъ ее, 16-го сентября, на р. Эякитѣ (приблзительно подъ 66° сѣв. шир.), 7-го июня, около устья Вилоя, я видѣлъ взрослыхъ первогодковъ.

71. Garrulus glandarius. L. var. Brandtii. Сойка обыкновенная.

Была убита въ горахъ Хинганскаго хребта. Въ теченіи сентября и октября, она нерѣдко попадалась въ хвойныхъ лѣсахъ верхняго Амура.

72. Nucifraga caryocatactes L. Орѣховка пестрая.

У гольдіевъ, на Амурѣ, — онголѣ.

На Вилюѣ я нигдѣ не видалъ ее. Около южной части Байкала я видѣлъ большія стаи въ то время, когда поспѣваютъ кедровые орѣхи.

На Амурѣ она также попадалась нерѣдко, чаще же всего на средней его части, ниже устья р. Уссури.

73. Pica cyana. Pall.

У бурятовъ, близъ Нерчинска, — китатъ-шаджерец; у русскихъ, тамъ же, — ронжа; у туземцевъ, при устьѣ Сунгари, — тангуха, при устьѣ Уссури — йскха или искго; у маняг-ровъ — саджша.

Въ Даруріи, я въ первый разъ увидѣлъ эту итицу около города Нерчинска, гдѣ она не-рѣдко попадается на островахъ, въ устьѣ р. Перчи. Всегда, въ числѣ她的 она часто встрѣчалась по Шилкѣ и по всему Амуру на островахъ, поросшихъ густымъ ивовымъ кустарникомъ.

28-го июня, при устьѣ р. Сунгари, я въ первый разъ видѣлъ летающихъ первогодковъ въ стаяхъ вмѣстѣ съ старыми.

По показаніямъ туземцевъ, эта итица зимуетъ около Нерчинска и на Амурѣ. Въ послѣд-ній разъ я видѣлъ ее въ большихъ стаяхъ 23 ноября, выше устья р. Кумары. Экземпляры, привезенные мною, ничѣмъ не отличаются отъ экземпляровъ зоологическаго музея Имп. Ака-

— 125 —

деміи Наукъ, вывезенныхъ изъ южной Псапаніи — единственнаго мѣста найдōденія этого
вида въ Европѣ.

74. Pica caudata. L.

По бурятски, около Нерчинска, — шàджерен; у гольдіевъ, при устьѣ р. Уссури, —
саксакй.

По Палласу*, деревня Чечуйскъ** составляетъ восточный предъѣль распространенія этой птицы на Ленъ; мнѣ она въ этой дерев'ѣ не попадалась. Жители Киренска сообщили мнѣ' что въ теченіи послѣднихъ пяти летъ одинъ только разъ появилась у нихъ сорока, видѣнная тогда многими въ первый разъ въ жизни.

Въ Забайкальской области, на пути отъ Байкала до Нерчинска, я часто видѣлъ сороку во всѣхъ деревняхъ и на горогахъ.

На Амурѣ, въ началѣ моего путешествія, я не видѣлъ этой птицы до Хинганскаго хребта (можетъ быть отъ того, что эту часть нашего пути мы пробѣхали весьма скоро и почти безъ остановки). Ниже Хинганскаго хребта, въ первый разъ показалось нѣсколько сорокъ на бегерахъ и на поросшихъ ивовымъ кустарникомъ островахъ; впослѣдствіи она довольно часто попадалась во всѣхъ тунгусскихъ деревняхъ до мѣста, лежащаго выше устья р. Горйна, гдѣ я въ послѣдній разъ видѣлъ ее 2-го августа, въ деревни Кіаури; далѣе внизъ по рѣкѣ я уже не встрѣчалъ ее.

75. *Corvus dauricus. Pall. Галка даурская.*

Въ 1852 году прилетѣла въ окрестности Пиркутска 2-го, а въ 1853 году 4-го марта.

Въ мартѣ, апрѣлѣ и до половины мая весьма часто можно видѣть ее здѣсь большими стаями вблизи деревень, около лужъ и небольших озеръ.

Вьющею гнѣзда я видалъ ее только на скалистыхъ берегахъ Шилки.

На Амурѣ я видѣлъ большія стаи ниже Хинганскаго хребта, 21-го юня, а 25-го сен-
тября, ниже г. Айгуна, видѣлъ ихъ на отлетѣ, летѣвшихъ большими стаями на юго-юго-
западъ.

76. *Corvus cornix* L. Ворона сѣрая.

На пути изъ Петербурга въ Пиркутскъ, въ послѣдній разъ можно видѣть ворону вблизи
Ачинска.

77. *Corvus corone.* L. Ворона черная.

По якутски, на Вилюѣ, — *турӑкъ*.

Появляется около Пиркутска въ первыхъ числахъ марта (въ 1853 году 9-го марта) и ча-
сто вьетъ тамъ гнѣзда. Я уже вездѣ находилъ ее на пути изъ Якутска къ устью Вилюя,
въ половинѣ апрѣлѣ; около озера Манкера (въ 300 верстахъ ниже Якутска) эти птицы по-
явились 12 апрѣля, а отлетаютъ отсюда, какъ мнѣ говорили, около 1-го октября.

* Zoogr. R. A. II. p. 390.

** На Ленъ, кинзу отъ Киренска.

— 126 —

12 июля около Верхне-Вилюйской Управы (подъ 63°45' съв. шир.) я видѣлъ большія, кружаялся на возлухѣ стан, въ которыхъ находился старые первогодки.

На Амурѣ она также попадается часто въ тунгусскихъ деревняхъ, вмѣстѣ съ *Pica caudata*.

## 78. *Corvus corax*. L. Ворона воронъ.

По якутски, на Вилю, — суёръ; по тунгусски, тамъ же, — 6ли; у гольцевъ, на Амурѣ, — гакки.

Рѣдко попадался въ долнѣ Вилю. Къ сѣверу я въ послѣдній разъ видѣлъ его 24-го сентября, на р. Силипрь, притокъ Оленека (приблизительно подъ 67° съв. шир.).

Около петоковъ Вилю, я видѣлъ эту итницу еще 28-го октября, у озера Сюрюнда.

На Ленѣ, около Олекмисска, попалось мнѣ видоизмѣненіе бѣлкаго цвѣта.

На Амурѣ онъ попадается рѣдко.

## 79. *Sturnus vulgaris*. L. Скворецъ обыкновенный.

Въ Пркутскѣ мнѣ не случалось видѣть его. Въ Дашрии и на Амурѣ я также не замѣ- чалъ его.

На возвратномъ пути, на большой почтовой дорогѣ, ведущей изъ Пркутска въ Красно- ярскъ, я въ первый разъ видѣлъ нѣсколько стай скворцовъ на Бирюстѣ; начиная отсюда до Урала, онъ попадается часто.

## 80. *Pastor sturninus*.

*Sturnus dahuricus*. Pall. Zoog. II. p. 422.

Палласъ часто видѣлъ его въ Дашрии, между Опономъ и Аргунью; я нигдѣ не замѣчалъ его, ни на Шилкѣ, ни на Амурѣ до Хинганскаго хребта, но непосредственно ниже послѣднаго мнѣ попалась большія стан этого вида. Онъ жили тамъ, частью въ чернолѣсѣ, частью на берегахъ, поросшихъ пивовымъ кустарникомъ, вмѣстѣ съ *Turdus* sp. № 97 22-го июня уже видны были летающіе первого дни.

На среднемъ Амурѣ, спускаясь по течению, я находилъ его до устья р. Уссури: на возвратномъ пути, 12-го сентября, въ вышеозначенномъ мѣстѣ Хинганскаго хребта, этихъ итницъ болѣе не было.

## 81. *Cinclus Pallasii*. Temm. Аляпка Палласова.

Въ продолженіе всей зимы, она встрѣчается въ окрестностяхъ Пркутска около Усть-Куды.

На Ленѣ я нашелъ ее 2-го марта около Качуси.

Живущіе на Лунхѣ якуты не знали этой итниц.

## 82. *Anthus pratensis*. L. var. japonica. Щеврица луговая.

Изъ Дашрии привезéisъ единственный экземпляръ этого вида, убійный 5-го мая на берегу Шилки, близъ города Нерчинска.

— 127 —

83. **Anthus arboreus. Bechst. Щеврица лёсная.**

Я весьма часто видалъ эту птицу на Вилюѣ, далъе же къ сѣверу она мига не попадалась. На Лунхѣ первыя недѣлимыя появились 9-го мая, но такъ какъ выпалъ мокрый снѣгъ, то трудно было находить ихъ, потому что они прятались отъ него въ глубокомъ мху и кустарникахъ багульника (*Ledum palustre*). 12-го юня я нашелъ нѣсколько гнѣздѣ; они лежали на землѣ и были покрыты сверху сухою травою.

Впрочемъ, я находилъ летающихъ первогодковъ уже 12-го юля.

Въ Дауріи я видѣлъ птицъ этого вида 19-го мая на Шилкѣ.

84. **Motacilla alba. L. Трясогузка бѣлая.**

По якутски — сылы-чичахъ.

Около Якутска первая небольшая стая показалась 10-го апрѣля; 28-го эти трясогузки появились и на Лунхѣ.

27-го мая я нашелъ первое гнѣздо съ 4 маю насиженными яицами, а 11-го юля птенцовъ, покрытыхъ пухомъ.

27-го юля на Тюканѣ (подъ 64° сѣв. шир.) я видѣлъ стаю, летѣвшую довольно высоко по направленію къ сѣверу; впрочемъ, попадались одиночныя птицы этого вида 28-го августа на Хангіѣ (65° сѣв. шир.).

На Мархѣ (подъ 64° сѣв. шир.), г. Павловскій еще 9-го сентября видѣлъ по одинакѣ недѣлимыхъ этого вида.

85. **Motacilla lugubris. Temm. Трясогузка черная.**

Эту птицу я видалъ и убивалъ только на среднемъ и нижнемъ Амурѣ, г.дѣ она заступала мѣсто *Motacilla alba*. Привезенные мною экземпляры согласуются съ рисункомъ Гульда, за исключениемъ черной глазной полюсы, недостающей у моихъ экземпляровъ.

На возвратномъ пути, я еще довольно часто видѣлъ ее въ первыхъ числахъ сентября на среднемъ Амурѣ, въ послѣдній же разъ видѣлъ 17-го сентября въ Хинганскихъ горахъ.

86. **Motacilla citreola. Pall. Трясогузка желтоголовая.**

Въ продолженіе лѣтнихъ мѣсяцевъ, я нерѣдко видалъ и убивалъ эту птицу на частныхъ золотыхъ приискахъ Енисейскаго округа. 30-го августа, на р. Гурӑхтѣ, я видѣлъ большія стаи, въ которыхъ были и совершенно взрослые первогодки.

На Шилкѣ я убилъ ее 20-го мая.

87. **Motacilla campestris. Pall.**

Была убита 20-го мая на Шилкѣ, выше Усть-Стрѣлки.

88. **Motacilla sulphurea. Bechst.**

Этотъ видъ попадался на Вилюѣ, гораздо рѣже бѣлой трясогузки, и показался на Лунхѣ только 14-го мая. 30-го юля я видѣлъ небольшія стаи на Чихли, приготовлявшіяся къ от-лету.

— 128 —

89. Motacilla flava. L. Трясогузка желтая.

Въ первый разъ я видѣлъ ее 7-го мая, на берегу Шилки (выше Срѣтинскаго) и около
небольшихъ озеръ, довольно часто и всегда вмѣстѣ съ Motacilla alba.

23-го июня я находилъ на верхнемъ Амурѣ уже летающихъ первогодковъ.

90. Oriolus galbula. L. Иволга крикливая.

Весьма рѣдко попадается въ окрестностяхъ Пркутска. Кажется, что она чаще встрѣ-
чается въ Западной Сибири, чѣмъ въ Восточной. Около Томска довольно часто можно было
слышать ее въ окрестныхъ лиственныхъ лѣсахъ.

91. Oriolus sinensis. Gmel. Иволга китайская.

Экземпляръ, привезенный мною съ Амура, въ общихъ чертахъ сходствуетъ съ экземпля-
рами музея Ими. Академіи Наукъ, привезенными съ острова Явы. При близайшемъ сравненіи
встрѣчаются однако различія въ опереніи, вирочемъ недостаточныя для образованія нового
вида. При сличеніи мужескихъ экземпляровъ съ Явы и съ Амура, замѣчается слѣдующее:
у нашей итцы, отъ глаза до ноздрей идетъ черная полоса, мѣсто которой, на явскихъ экзем-
плярахъ, занято желтыми Кромѣ того, у амурскихъ экземпляровъ, черный цвѣтъ затылка
занимаетъ болѣе чѣмъ вдвое мѣста, чѣмъ у явскихъ. Дальѣе, два среднихъ правильныхъ
пера у амурскихъ экземпляровъ совершенно черны, у экземпляровъ же съ острова Явы,
нижніе края ихъ на 2 — 3 миллиметра окрашены желтымъ цвѣтомъ. Первую пару этого
вида убили 23-го июня на среднемъ Амурѣ, ниже Хинганскаго хребта въ послѣ, ствѣи я нѣ-
сколько разъ видалъ и слышалъ этихъ итцы на Амурѣ; 21-го июля я еще видѣлъ ее при
устѣ р. Уссури; далѣе внизъ по рѣкѣ она минѣ не попадалась.

92. Turdus iliacus. L. Дроздъ орѣховый.

По якутски, на Вилють, — титъ-черчинныра (лиственничный дроздъ); по тунгусски—хинби.

По показаніямъ якутовъ, живущихъ на Лунхѣ, этотъ дроздъ цилетѣлъ туда 25-го
апрѣля; я видѣлъ его въ первый разъ 30-го апрѣля. Въ продолженіе всего мая часто можно
было ихъ видѣть на Лунхѣ вмѣстѣ съ Turdus pilaris, въ лиственничныхъ лѣсахъ, гдѣ они и
гнѣздились. 4-го мая они начали разбиваться на пары и съ этого дня часто сливно было
приятное пѣніе самца. Послѣ заката солнца онъ или сидѣлъ на вершинѣ высокой листвен-
ницы или вертѣлся около самки. 22-го мая, я нашелъ, на Лунхѣ, первое гнѣздо съ семью,
довольно написенными яйцами. 16-го августа, на Хангіѣ (подъ 65°/² съв. широты), я ви-
дѣлъ большія стан, летѣвшія къ югу.

93. Turdus musicus. L. Дроздъ пѣвчій.

Въ окрестностяхъ Пркутска онъ попадается рѣдко и вьетъ тамъ гнѣзда.

94. Turdus ruficollis. Pall. Дроздъ красногорлый.

На Лунхѣ, въ первый разъ появились небольшія стан этого вида 9-го мая, держались
нѣ сколько дней въ лиственничныхъ лѣсахъ, потомъ только 21 мая минѣ оявились убились
и убить одинъ экземпляръ. Впослѣдствіи я не видалъ его ни здѣсь, ни на Вилю.

— 129 —

Въ Дахъри я въ первый разъ видъ лъ его 17-го апрѣ ля, въ долнѣ р. Иного, гдѣ онъ встрѣ чался по о. диначкѣ.

## 95. Turdus fuscatus. L. Дроздъ чернозобый.

На Вилюѣ я видѣ лъ эту птицу только во время отлета. На Мархѣ ви дны были до 12-го сентября станъ этихъ птицъ, летѣ вшія по направлению къ югу.

На Амурѣ она попадалась не часто.

## 96. Turdus pilaris. L. Дроздъ рябинникъ.

По якутски, на Вилюѣ, — изъ тъ-черчинныра (тальничный дроздь).

На Вилюѣ онъ составляетъ одинъ изъ нанобѣе часто попадаючихъ видовъ дрозда. И на Лунхѣ въ первый разъ появился 2-го мая. На Лунхѣ, онъ часто выводитъ молодыхъ и въ убитой тамъ, 16-го мая, самкѣ было уже вилюѣ развитое яйцо. Въ первомъ найденномъ, 24-го мая, гнѣзда, положенномъ на земѣ, на островѣ, покрытомъ ивовымъ кустарникомъ, лежало шесть малонасжмешныхъ ящъ. Въ концѣ августа, на Хангіѣ, я видѣ лъ большія станъ, летящія къ югу.

## 97. Turdus, sp.

На Амурѣ я въ первый разъ видѣ лъ этихъ птицъ 21-го июня, ниже Хинганскаго хребта. Онъ жили тамъ большими стаями, вмѣстѣ съ *Pastor sturninus*, частью въ чернолѣсьѣ, частью на поросшихъ ивовымъ кустарникомъ берегахъ.

## 98. Accentor montanellus. Pall. Завирушка горная.

Около Иркутска я видѣ лъ первую пару 24-го марта. Вилюѣ дствіи, онъ попадалась тамъ только изрѣ лка.

## 99. Accentor, sp.

Единственный добытый мною экземпляръ этого неопредѣ ленного виду былъ убитъ 16-го сентября, въ горахъ Хинганскаго хребта.

## 100. Saxicola oenanthe. L. Чекканъ попутчикъ.

По якутски, около Якутска, — тась-чичахъ (каменная птица); на Вилюѣ — хону-чичахъ; по тунгуски, тамъ же, — чинтырра.

Въ долнѣ Вилюя онъ попадался нерѣ ко, и на Лунхѣ появился уже 29-го апрѣ ля; 20-го же апрѣ ля я убитъ ее при устьѣ р. Нерчи.

## 101. Saxicola saltatrix. Ménétр. Чекканъ плясунъ.

Единственный экземпляръ былъ убитъ 19-го апрѣ ля, въ долнѣ р. Иного, немного выше устья р. Онона.

## 102. Saxicola rubicola. L. Чекканъ чернохвостый.

18-го мая этотъ видъ чеккана показался на Лунхѣ, и тамъ, также какъ и на Вилюѣ,

Обз. житописи.

17

— 130 —

попадался нерѣдко. На Ханингі (подъ 65° с.в. шир.) я видѣлъ его еще 6-го августа. На Шилкѣ я убылъ его 7-го мая, немного низкъ Нерчинска.

### 103. Salicaria Aëdon. Pall. Камышевка.

Muscicapa Aëdon. Pall. III. app. p. 695. n. 11. Turdus Aëdon. Pall. Zoogr. II. p. 459. n. 100.

На Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ я не видѣлъ ее до Албазина; около послѣдняго мѣста она попадалась весьма часто, но всегда по одиночкѣ, на пороснихъ нивовымъ кустарникомъ прибрежьяхъ. Подкрастьяся къ этимъ пищямъ было довольно легко; присутствіе свое онъ изобличали своимъ медолическимъ пѣніемъ. Внослѣдствіи, продолженіи всего лѣта, по всему Амуру, я убивалъ ее нерѣдко.

### 104. Sylvia kamtschatkensis. Gm. Соловей красношейка.

У большей, при устьѣ р. Уссури, — чокѣ.

48-го мая я въ первый разъ видѣлъ и убылъ эту пищу на Лунхѣ; тогда она была еще рѣдка. Въ концѣ штѣцца она начала попадаться чанце, и водилась преимущественно на островахъ, пороснихъ кустарникомъ, состоявшимъ изъ ильъ и Cornus alba. На самомъ Вилюѣ она также встрѣчалась рѣдко; въ послѣдній разъ я видѣлъ ее на берегу Ханингі (подъ 65°38' с.в. шир.), поросшемъ Betula nana. Первое найденное мною, 6-го июня, гнѣздо было свило весьма искусно въ кучѣ наносного лѣса, у устья Лунхи, въ немъ лежали шесть недѣлъ пробывшихъ подъ насѣдкомъ ящѣ.

Въ Дагуріи эта пищу появилась ранѣе нашего прибытия туда; первую нару я видѣлъ 11-го мая, близъ Шилкинского завода, въ долинѣ р. Чалабучи; по всему Амуру она также попадалась нерѣдко и часто изобличала свое присутствіе своимъ прекраснымъ пѣніемъ. Въ послѣдній разъ я видѣлъ ее 7-го сентября, вышед устья р. Уссури.

### 105. Sylvia suecica. L. Соловей варакушка.

Въ половинѣ мая нѣсколько экземпляровъ были убиты въ окрестностяхъ Прутска.

### 106. Sylvia cyanura. Pall.

Попадался нерѣдко по всему Амуру. Въ послѣдній разъ я убылъ пару 13-го сентября, въ горахъ Хинганскаго хребта. Всѣ экземпляры внолись сходны съ рисунками Темминга и Шлягеля.

### 107. Sylvia Eversmanni. Bonap.

Показался на Лунхѣ въ первыхъ чисткахъ мая и водился, вмѣстѣ съ Sylvia proregulus, на пороснихъ ивовымъ кустарникомъ островахъ Лунхи, Лены и Вилюя, но попадался всегда рѣже послѣдняго вида.

### 108. Sylvia sibirica. Midd.

Въ первый разъ былъ убитъ 16-го мая, на Шилкѣ, низкъ Шилкинского завода; впослѣдствіи нерѣдко попадался по всему Амуру. Привезенные мною экземпляры внолись сходны

— 131 —

съ оригинальнымъ экземпляромъ г-на Мицдендорфа, находящимся въ Музеѣ Пмператорской
Академии Наукъ.

109. Sylvia proregulus. Pall.

По русски, въ Якутскъ, — заринчька; по якутски, на Ленъ и Вилюѣ, — хародъанъ.

На Вилюѣ и на Лунхѣ она попадалась чаще всѣхъ другихъ видовъ этого рода и назви-
лась на Лунхѣ 6-го мая. На Лунхѣ эти иттицы жили на островахъ, густо поросшихъ ивами,
и къ 16-му мая уже раздѣллись на пары. На р. Чилли (подъ 65° съв. шир.), 29-го юля, я
нашегъ летающихъ первого дювъ.

Въ Дaurii, близъ Нерчинска, я видѣлъ ее уже 5-го мая; но здѣсь, какъ и на Амурѣ,
она попадалась не очень часто.

110. Sylvia certhiola. Pall.

Motacilla certhiola. Pall. Zoogr. I. p. 509.

Былъ убитъ 22-го мая, близъ Усть-Стрѣлки; попадался тамъ по одинакѣ въ ивовомъ
кустарникѣ.

111. Sylvia locustella. Penn.

На Вилюѣ я нигдѣ не видѣлъ его.

На пути къ Оленку, мнѣ, на р. Чилли (подъ 65° съв. шир.), попадалась небольшая стая,
державшаяся на болотѣ, поросшемъ Betula nana.

Пэрѣдка онъ попадался и на Амурѣ, гдѣ въ первый разъ я убилъ его 21-го мая, близъ
Усть-Стрѣлки.

112. Sylvia aurorea. Pall.

Былъ убитъ 4-го мая, въ Иркутскѣ.

Изрѣдка попадался также на Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ.

113. Sylvia (Zosterops) chloronotus. Gould.

Я видѣлъ эту красивую иттицу только на среднемъ Амурѣ, немного выше устья р. Го-
рйна, и 27-го юля убилъ тамъ одного самца.

114. Sylvia, sp.

Одинъ только экземпляръ былъ убитъ мною 26-го юня. на среднемъ Амурѣ, немного
выше устья р. Сунгари.

115. Muscicapa parva. Bechst.

17-го мая была убита пара на Лунхѣ; впослѣдствіи же эта иттица не попадалась ни тамъ, ни на Вилюѣ.

Въ Дaurii она была убита 11-го мая, въ дюшѣ р. Чалбучи, около Шилкинскаго завода.

— 432 —

116. **Muscicapa cinereo-alba. Temm. et Schleg.**

Была убита 6-го юля, немного ниже устья р. Сунгари. Привезенный мною экземпляръ сходеньц с рисункомъ Темминга и Шлегеля, за исключениемъ находящихся на концахъ маховыхъ и верхнихъ кроющихъ перьевъ крыла бѣлыхъ пятинъ, которые въ моемъ экземплярѣ не такъ ясны, какъ на этомъ рисункѣ.

117. **Muscicapa narcissina. Temm. et Schleg.**

Эта красивая птица попадалась мнѣ только на среднемъ Амурѣ, и особенно около устья р. Уссури и ниже. Убитые въ первый разъ, 12-го юля, итицы сильно лишили; 16-го юля уже попадались летающіе первогодки.

118. **Muscicapa, sp.**

Я видалъ этихъ птицъ только на среднемъ Амурѣ, между устьями рѣкъ Сунгари и Уссури, гдѣ пара ихъ была убита 6-го юля. Онѣ держались въ чернильѣ.

119. **Lanius major. Pall. Сорокопутъ большой.**

На Лунхѣ мнѣ удалось убить нѣсколько экземпляровъ 25-го анрѣли; онъ попадался тамъ довольно рѣкъ, и по одинакѣ. Нотомъ мнѣ попадалась небольшая стая 29 августа, на Хаингі.

Въ Дауріи и на Амурѣ я не замѣчалъ его.

120. **Lanius phoenicurus. Pall.**

Былъ замѣченъ только въ Дауріи и на Амурѣ. 17-го мая, у устья рѣкъ Горбицы, были убиты первые экземпляры. 27-го юля, немного ниже устья р. Уссури, я нашелъ первогодковъ, только что начавшихъ летать.

121. **Hirundo rustica. L. Ласточка косатка.**

Она встрѣчается и приглѣшаетъ свои гнѣзда къ якутскимъ юртамъ, начиная отъ Якутска до устья Лунхи. Якуты, у устья Лунхи, увѣряли меня, что у нихъ никогда не попадается эта ласточка; однако же 2-го юня я видѣлъ здѣсь летящую нару этого вида.

Въ окрестностяхъ Пркутска она попадается часто; въ 1853 году первыя птицы этого вида прилетѣли сюда 3-го мая; 25-го этих ласточки еще были заниты устройствомъ и починкою гнѣзду.

На Шилкѣ въ первый разъ я видѣлъ ее 9-го мая, около деревни Мангидай.

122. **Hirundo urbica. L. Ласточка стрижокъ.**

По якутски, на Ленѣ, — карандашкѣ, по тунгусски, на Вилюѣ, — вэлика.

Часто попадается на Ленѣ, ниже Якутска, вмѣстѣ съ предыдущимъ видомъ. Въ 1854 году ласточки этого вида прилетѣли въ городъ Вилюйскъ 12-го мая. 6-го юня, около устья Лунхи, я видѣлъ большія стан, занятыя починкою гнѣзду, приглѣшенныхъ къ высокимъ скалистымъ береговымъ скатамъ. 26-го юля я видѣлъ на Тюканѣ птицъ, собирающихся въ стан для отлета. Въ 1856 году, первыя итицы прилетѣли въ Пркутскъ 17-го анрѣля.

На Амурѣ часто попадалась около города Айгуна.

— 133 —

123. Hirundo riparia. L. Ласточка земляная.

У гольцевь, на Амурѣ, — ефарь.

По всему течению. Лены, отъ Якутска до устья р. Вилюя, также и въ нѣкоторыхъ мѣстахъ на самомъ Вилюѣ, въ несананыхъ берегахъ во многествѣ встрѣчались гнѣзда этого вида. На Лунху первая италья прилетѣли 19-го мая, а нѣсколько дней спустя, появились большія стан. Къ съверу отъ Вилюя я ее не видѣлъ.

1-го июля я нашелъ на Вилюѣ только что выпущенныхъ из～енцовъ.

Попадается часто по всему Амуру.

IV. COLUMBINAЕ.

124. Columba gelastes. Temm. et Schleg.

У орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — лопу; у тунгусовъ, при устьѣ р. Сунгари, — кізхунгъ.

25-го мая, въ Даруи, на нижней части Шилки, этотъ голубь попадался мнѣ нерѣ,ко, но чанце всего онъ встрѣчался на среднемъ Амурѣ, въ продолженіе всего. Летающіхъ первогодковъ нашелъ я 25-го июня, а въ послѣдній разъ видѣлъ этого голубя въ первыхъ числахъ сентября.

125. Columba Oenas. Gm. Голубь клиндухъ.

Я видалъ и убивалъ его довольно часто въ июль мѣсяцѣ, на большой дорогѣ изъ Екатеринбурга въ Омскъ.

V. GALLINACEAE.

126. Lagopus albus. Gm. Тетеревъ бѣлый.

По якутски, на Вилюѣ, — крупашки (отъ русскаго слова — куропатка) и хабджы; по тунгуски — халаки.

Всѣ видѣныя мною въ мартѣ мѣсяцѣ на Ленѣ бѣлые куропатки еще были въ зимнемъ опереніи. 23-го апреля, ниже Якутска, мнѣ опять попались большія стан, всѣ самцы когортахъ уже имѣли бурый ошейникъ, тогда какъ у самокъ видны были только рѣдкія бурыя перышки. На пути къ Оленеку, мы, въ продолженіе лѣтнихъ мѣсяцевъ, тоже нерѣ,ко убивали эту италья.

Въ половинѣ октября, я видалъ большія стан на горномъ хребтѣ, образующемъ водораздѣлѣ между Оленекомъ и Вилюемъ.

Я встрѣчалъ этотъ видъ и на Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ, до Албазина.

127. Tetrao urogallus. L. Тетеревъ глухой.

По якутски, на Вилюѣ, — чакырь-уларъ; у орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, самецъ называется хороки, самка ирдинзъ (отъ якутскаго названія слѣдующаго вида).

На нижней и средней частяхъ Вилюя и на южныхъ его притокахъ я видалъ его, хотя и не часто, на дорогѣ же къ Оленеку, гдѣ, по показаніямъ тунгусовъ, онъ прежде водился

— 134 —

часто, я совершенно не встрѣчалъ его. Убитые нами на верхнемъ Амурѣ глухари, всѣ при надлежали къ виду *Tetrao urogallus*.

## 128. Tetrao urogalloides. Midd.

По якутски, на Вилюѣ, самецъ назывется — *харà-у-гаръ* (черный тетеревъ), самка — *ордахӑсъ*. По тунгуски, на Вилюѣ, самецъ — *хорроки*, самка — *инпань*.

Я видалъ его по всему течению Вилюя, однако гораздо рѣже на верхней его части, но и тамъ онъ, по показаніямъ якутовъ, 15 лѣтъ тому назадъ воціяся еще часто. Живунце на средней части Вилюя якуты отличаютъ еще третью породу глухарей и называютъ ее *без-у-гара*, или *безъ-чакирэ* (сосновый глухарь); говорить, что эта порода отличается отъ *Tetrao urogallus* больше свѣтлыми ногами и кновомъ и чернымъ ореніемъ, и рѣдко попадается на Вилюѣ, а чаще на ленѣ.

Въ окрестностяхъ Пркутска я видѣлъ *T. urogalloides* также часто, какъ и предъидущій родъ; на Амурѣ я не замѣчалъ его.

## 129. Tetrao tetrix. L. Тетеревъ черный.

По якутски, на Вилюѣ, — *куртуяхъ*, по тунгуски, тамъ же — *чиннабки*.

Я видалъ его только на нижнемъ и среднемъ Вилюѣ и на южныхъ его притокахъ, и то не часто. На всемъ цути къ Оленеку, также какъ и на верхнемъ Вилюѣ, я не видалъ его.

Эти цищы попадаются весьма часто по всему верхнему Амуру. Жители города Айгуна и близлежащихъ деревень, въ продолженіе осени и зимы, ловятъ ихъ цетлями въ большомъ количествѣ. Хинганскій хребетъ не составляетъ восточной границы распостраненія тетерева по Амуру. На воззратномъ цути, онъ въ первый разъ попался мнѣ ниже устья р. Сунгари и, по мѣрѣ приближенія къ Хинганскому хребту, встрѣчался чаще и чаще.

## 130. Tetrao canadensis. L. var. Franklinii. Dougl. Дикуша.

У орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — *краки*.

Кочующіе на верхнемъ Амурѣ тунгусы сообщили мнѣ, что они видѣли эту цищу около истоковъ р. Олдоя, видающейся въ Амуръ съ лѣвой стороны. На самомъ Амурѣ она попадается начиная отъ Хинганскаго хребта до устья.

## 131. Tetrao bonasia. L. Тетеревъ рабчикъ.

По якутски, — *бѣчюирӑсъ*; у орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — *хинкичанъ*. У гольціевъ — цилему и ленки.

Рабчикъ только изрѣдко попадался мнѣ на самомъ Вилюѣ, на дорогѣ же отъ Хайнгіи къ Оленеку я совсемъ не замѣчалъ его, такаже какъ и на верхней части Вилюя.

Весьма часто попадался онъ въ льсахъ, особенно хвойныхъ, но всему Амуру.

## 132. Phasianus, sp.

У тунгусовъ, при устья р. Сунгари, — *ульгома* (слово манцкурское).

Мнѣ самому не удалось видѣть фазана на Амурѣ, но я узналъ отъ жителей города Айгуна, что въ продолженіе лѣтиныхъ мѣсяцей, онъ водится въ окрестностяхъ этого города

— 135 —

и выводитъ тамъ птенцовъ. При устьѣ р. Сунгари, тунгусы мнѣ также разсказали, что онъ попадается у нихъ въ нѣкоторые года довольно часто, но въ 1855 г. не былъ замѣченъ.

### 133. Perdix (Starna) cinerea. Briss. Куропатка сѣрая.

Водится нерѣдко на стенахъ въ окрестностяхъ Пркутска и Байкала; зимою буряты ло- вять этихъ птицъ сѣтями въ большомъ количествѣ.

## VI. GRALLAE.

### 134. Otis tarda. L. Дрохва Дудокъ.

По русски, въ Забайкалии, — стеннал курица, у бурятовъ — мѣдукъ.

Первыя дрохвы попались мнѣ 12-го апреля въ долнѣ р. Уды около станціи Поперечной; въ послѣдствіи, на пути до Нерчинска, можно было часто видѣть ихъ бѣгающими по стеши, а 20-го апреля, около самаго Нерчинска, я видѣлъ большія стан. По показаніямъ туменныхъ охотниковъ, прилетаютъ снерва самцы, и уже нѣсколько недѣль снустя и самки. Въ окрестностяхъ Пркутска, въ долнѣ р. Пды, ежегодно показываются довольно большія стан, и буряты часто убиваютъ ихъ налѣками и изъ ружей. Лѣтомъ онъ здѣсь не попадаются. Привезенные мною изъ Забайкалья экземпляры совершенно сходны съ южно-россійскими.

### 135. Crex pratensis. Bescht. Коростель Дергачъ.

Попадается на верхней и средней Ленѣ, но около Якутска непозвѣстенъ; на Вилю его нѣтъ. Я часто видалъ и убивалъ его на рѣчкахъ золотыхъ промысловъ Енисейской губерніи (около 59° сѣв. шир.) и на островахъ Енисея, около Красноярска.

На Амурѣ я его не видалъ.

### 136. Fulica atra. L. Лысуха черная.

Попадалась мнѣ изрѣдко около озеръ въ окрестностяхъ Пркутска. Чаще нахо, илѣ я ее въ Дауріи, около озеръ и на берегу Шилки. Около Нерчинска первая лысуха была убита 29-го апреля. Экземпляры, привезенные мною (изъ Нерчинска), совершенно сходны съ экземплярами изъ западной Европы и съ Кавказа.

### 137. Grus leucogeranus. Pall. Журавль бѣлый.

У якутовъ, на Вилюѣ, — кыталыкъ, у тунгусовъ, тамъ же, — гаха; у гольцевъ, на Амурѣ, — iёдані.

Жители долины Вилюя говорили мнѣ, что эта птица ежегодно появляется у нихъ во время перелета и вьетъ гнѣзда около необитаемыхъ, находящихся въ г.луши озеръ. Весною на Вилюѣ я не видалъ ее при перелетѣ, но 1-го августа б.п.зь истоковъ Чилли (около 65° сѣв. шир.), на одномъ озерѣ, мнѣ удалось видѣть самца этого вида. Кочевавшіе въ то время у этого озера тунгусы говорили мнѣ, что подкрасться къ нему весьма трудно и что въ продолженіе трехъ лѣтъ на одномъ и томъ жъ мнѣстѣ, ежегодно, появляется, вѣроятно, одинъ и тотъ же самецъ, съ тѣхъ поръ, какъ у него убили самку.

— 436 —

На Амурѣ я видалъ этихъ итицъ изрѣдко на отмеяхъ и около озеръ, въ продолженіе
летнихъ мѣсяцевъ.

Въ послѣдній разъ я видѣлъ пару ихъ близь устья р. Усусуи, 2-го сентября.

### 138. Grus cinerea. Bescht. Журавль сѣрый.

У якутовъ, на Вилюѣ, — туруп, у тунгусовъ, тамъ же, — караў.

20-го апрѣля, приблизительно въ 240 верстахъ ниже Якутска, по Ленѣ, около озера Кэбй, я замѣтилъ первыхъ журавлей, летѣвшихъ къ сѣверу, при рѣзкомъ сѣверо-восточномъ вѣтрѣ, а 22-го апрѣля я видѣлъ большія стан около небольшаго растаяннаго болотнаго озерка.

На Лунхѣ они появились 30-го апрѣля и попадались во все времяzeitествія довольно часто на самомъ Вилюѣ и около озеръ, гдѣ они и выводятъ птенцовъ.

Въ послѣдній разъ я видѣлъ его 21-го августа, на Хайнгіѣ (подъ 66° сѣв. шир.).

### 139. Vanellus cristatus. Meyer et Wolff. Пигалица Чебесъ.

Въ окрестностяхъ Пркутска эта итица ежегодно появляется въ первыхъ числахъ мая, на берегахъ Ангары и въ долинѣ Кан (притокъ Пркута); но встрѣчается не часто и, какъ кажется, не выводитъ дѣтей. Въ Забайкальской области она попадалась весьма часто, и въ первый разъ убита была 13-го апрѣля, въ долинѣ Уды (на станціи Верхніно-Удинской); она держалась около уже свободныхъ отъ лѣда лужъ и озеръ. Вносимые, я видѣлъ ее довольно часто на Пнгодѣ, Шилкѣ и Амурѣ. 4-го июля, немного выше устья р. Сунгари, были убиты совершенно взрослые первого дѣки.

Всѣ экземпляры, привезенные изъ Ладуріи и съ Амура, волниwere сходны съ экземплярами
изъ окрестностей Петербурга.

### 140. Charadrius pluvialis. L. Ржанка Сивка.

Во время р.ребыванія моего на Лунхѣ и путешествія по долинѣ Вилю, я идѣлъ не замѣчалъ этихъ итицъ. Въ окрестностяхъ Пркутска и около Байкала, въ апрѣлѣ, показывались онѣ большини стаями, держатся въ продолженіи короткаго времени на прошлыхъ жинвахъ и потомъ улетаютъ. И.томъ, я никогда не замѣчалъ тамъ этихъ итицъ. На Амурѣ мнѣ удалось видѣть и убить одну только итицу этого выда, именно 3-го июля, близъ Албазина. Это была большая самка съ однойъ только ногою, не могла улетѣть съ другами. Привезенный изъ Албазина ♂ экземпляр припадежалъ къ географическому видовзмѣнню, названному Шлегемъ и Теммиагомъ *Charadrius pluvialis americanus*.

### 141. Charadrius morinellus. L. Зуекъ глупый.

По русски, около Якутска, — полевой пьишокъ; по якутски, на Ленѣ, ниже Якутска, —
кону-бараха.

Эта итица на Лунхѣ попадается чрезвычайно рѣдко, таможне якуты совѣщать не знали ее. Во все время моего пребыванія тамъ я видѣлъ и убилъ одну только пару Экземпляръ этого выда, съ прошлыминымъ карыломъ, нойманъ былъ 11-го сентября у истоковъ р. Хайнгіи (приблизительно подъ 66° сѣв. шир.). Я не видалъ этой итицы ни около Пркутска, ни на Амурѣ.

— 137 —

### 142. Charadrius mongolicus. Pall.

Эти птицы были замѣчены мною только на среднемъ Амурѣ, гдѣ онъ попадались мнѣ по одинакѣ или небольшими стаями. Самецъ, убитыйі 29-го июня, у устья р. Сӳнгари, совершенно сходенъ съ описаніемъ и изображеніемъ, находящимся въ сочиненіи г. Миндэндорха, за исключеніемъ длины клюва, имѣющего у моего экземпляра 20 миллиметровъ длины (У Минденд. 16 миллим.).

### 143. Charadrius (Aegialites) curonicus. Besecke. Зуёкъ рѣчной.

На Лунхѣ и Кюргѣ эти птицы показались въ первый разъ 20-го мая и съ этого времени часто попадались по берегамъ рѣкъ и озеръ Вилюйскаго бассейна, гдѣ можно было видѣть ихъ бѣгающими бѣтвѣстъ съ Limosa cinerea и Tringa Temminckii; онъ тамъ часто гнѣздятся на песчаныхъ берегахъ рѣкъ. Первое гнѣздо было наїдено 25-го мая, въ немъ было 3 яйца. Оно помѣщались на берегу и выст.лано было небольшимъ количествомъ сухой травы. Эта птица часто попадалась въ Забайкальской области и около Нерчинска, гдѣ въ первій разъ показалась 20-го апреля. Въ послѣдствіи я нерѣдко видалъ ее до конца мая на песчаныхъ берегахъ верхняго Амура.

На среднемъ и нижнемъ Амурѣ, я ее не замѣчалъ.

### 144. Charadrius (Aegialites) hiaticula. L. Зуёкъ Галстушникъ.

Я выдалъ эту птицу тамъ-же, гдѣ и предъидущій видъ, однако рѣже. Гнѣздится на Вилюй и около озеръ Вилюйскаго бассейна; 29-го июня убитъ былъ около озера Мёрёи (около 65° съв. шир.) одинъ экземпляръ, который совершенно сходінъ съ европейскими экземплярами. На Ангарѣ, около Иркутска, нѣсколько стай показались въ послѣднихъ числахъ апрѣля и держались тамъ въ продолженіи всего мая и въ началѣ июня.

### 145. Strepsilas interpres. L. Камнешарка сѣверная.

Въ долинѣ Вилюя попадалась очень рѣдко, первая небольшая стая появилась на Лунхѣ 30-го мая.

### 146. Haematopus ostralegus. L. Кривокъ морской.

У гольцевъ, при устьѣ р. Уссури, — ламкютинё.

На Амурѣ удалось убить только одинъ экземпляръ 8-го июля, немного выше устья р. Уссури. Этотъ экземпляръ, за исключеніемъ дличи клюва (100 миллилим.), совершенно сходенъ съ экземплярами изъ окрестностей Петербурга и изъ Новой Земли. 20-го августа, на нижнемъ Амурѣ, вблизи устья р. Горина я видѣлъ еще небольшую стаю на отлетѣ.

### 147. Totanus glottis. L. Улитъ большой.

У якутовъ, на Вилюй, — лонгутъ-чекчейнё.

На Лунхѣ я въ первый разъ слышалъ эту птицу 10-го мая, но видѣть ее мнѣ не удалось. 12-го мая она появилась въ большемъ числѣ, но нельзя было убить, потому что эти птицы сидѣли на льдинахъ, плывшихъ далеко отъ берега. У самки, убитой 25-го мая, въ яйце-Обз. животи.

18

— 138 —

водахъ были яйца, величиною съ горошину. 25-го юня, на Вилоѣ, близь устья р. Джардна, я нашеłъ только что вылупившихся, покрытыхъ пухомъ птенцовъ. На пути къ Оленку въ послѣдній разъ я видѣлъ эту птицу 29-го июля, на р. Чилли (подъ 65° съв. шир.). Въ Дауріи я нерѣдко видалъ и убивалъ ее на Шилкѣ; на Амурѣ она попадалась рѣже.

### 148. Totanus pulverulentus. Müll.

У якутовъ, на Ленѣ ниже Якутска, — таба-баракъ.

Эта птица, на Лунхѣ, въ первый разъ появилась 15-го мая и послѣ нерѣдко попадалась на берегахъ Вилюя и близь-лежащихъ озеръ. Въ послѣднихъ числахъ мая эти птицы собирались класть яйца. Въ Дауріи и на Амурѣ я этого вида не замѣчалъ.

### 149. Totanus glareola. L. Улитъ болотный.

На Лунхѣ появился 13-го мая, но во время моего пребыванія тамъ попадался миѣ всегда по одиночкѣ и довольно рѣдко. Въ Дауріи я въ первый разъ видѣлъ его 7-го мая на Шилкѣ; въ послѣдствіи онъ въ продолженіи лѣта попадалась по всему Амуру, но всегда по одиночкѣ.

### 150. Totanus ochropus. L. Улитъ травникъ.

У якутовъ, на Вилюѣ, — чёкчёніё.

Первыя птицы этого вида прилетѣли 3-го мая къ устью р. Кюрги (подъ 64° съв. шир.), и вообще эта птица была первая изъ отряда голенастыхъ (исключая Grus cinerea), появившаяся на Лунхѣ. Съ каждымъ днемъ онъ становились чаще, хотя рѣки и озера еще покрыты были лѣдомъ. 10-го мая спариваніе у нихъ было уже въ полномъ развитіи и у самки, убитой 9-го мая, въ яйцеводахъ были яйца величиною съ горошину. Желудокъ ихъ наполненъ былъ раковинами (Valvata obtusa) и мелкими камешками.

На Шилкѣ и на близь-лежащихъ озерахъ и лужахъ 7-го мая я видѣлъ большія стаи этого вида. Привезенные оттуда экземпляры нельзя отличить отъ съверныхъ.

### 151. Actitis hypoleucos. L. Береговикъ сѣрый.

У гольдіевъ, на нижнемъ Амурѣ, — чіучій.

На Лунхѣ первая появилась 14-го мая, и въ послѣдствіи часто попадались тамъ и на Вилюѣ. Послѣдняя птица этого вида была убита 5-го сентября на р. Хангіѣ (подъ 66° съв. шир.).

На Шилкѣ, немного ниже Бянкина, я видѣлъ и убилъ ее въ первый разъ 6-го мая. Въ продолженіи всего лѣта можно было видѣть ее на Амурѣ и на близь-лежащихъ озерахъ Въ послѣдній разъ я видѣлъ этихъ птицъ 14-го августа, на нижнемъ Амурѣ; онъ летали большими стаями, приготовляясь къ отлету.

### 152. Phalaropus cinereus. Briss. Плавунчикъ круглоносый.

20-го мая, на р. Гурахтѣ, принадлежащей къ съверной системѣ Енисейскихъ частныхъ золотыхъ промысловъ, былъ убитъ при прилетѣ Здѣсь, какъ кажется, не гнѣздится.

— 139 —

153. *Phalaropus rufescens*. *Briss*. Плавунчикъ плосконосый.

Не замѣченъ мною ни на Вилюѣ, ни на Амурѣ. 21-го сентября, на р. Орто-Силипрѣ (правый притокъ р. Оленека, приблазительно подъ 67° сѣв. шир.), былъ убитъ одинъ экземпляръ, повидимому больной, отставшій отъ прочихъ.

154. *Limosa cinerea*. *Güldenst*. Сукалень Мородунка.

Появились на Лунхѣ 15-го мая. До 23-го мая можно было уже часто видѣть ихъ большія стаи, летающія и пьгающія по водѣ около рѣки и соѣднихъ озерѣ. Около 23-го мая начался токъ и по берегамъ Лунхи они начали рѣдко попадаться. 6-го юня я нашелъ первое гнѣздо этой птицы при впадении Лунхи въ Лену. Оно было устроено на песчаномъ прибрежьи и внутри выстлано небольшимъ количествомъ сухой травы. Въ гнѣздѣ лежали 4 яйца, не долго пробывшія подъ насѣдкой. Въ гнѣздахъ, въ послѣдствіи мною найденныхъ, число яицъ никогда не превышало 4. 17-го юня на Вилюѣ я нашелъ гнѣздо съ 4-мя только что вылупившимися птенцами. На ствериныхъ притокахъ Вилюя я не встрѣчалъ эту птицу. Къ ней легче можно подкрасться, чѣмъ къ всякой другой болютной птицы. Одинъ экземпляръ этого вида былъ убитъ 25-го сентября на р. Ыгетта (дѣвый притокъ Вилюя).

Въ Дашріи и на Амурѣ я этого вида не видалъ.

155. *Limosa ruła*. *Briss*. Сукалень красный.

На Лунхѣ я не видѣлъ эту птицу во время прилета.

Въ первый разъ я видѣлъ и убилъ нѣсколько этихъ птицъ близь р. Джарона (притокъ Вилюя), и маленькаго озера, гдѣ нашелъ гнѣздо съ покрытыми пухомъ птенцами. Убитый 29-го юня самецъ былъ уже въ лѣтней одежѣ.

156. *Tringa pugnax*. Турухтанъ Пѣтушекъ.

У якутовъ. на Вилюѣ, — эхэ-барахъ (мѣсвѣжій ку-пикъ).

На Лунхѣ я увидалъ первыхъ птицъ этого вида 16-го мая. Потомъ (21-го мая) я еще замѣтилъ тамъ нѣсколько небольшихъ стай, этой птицы, которая однако тамъ не гнѣздится.

13-го юня я видѣлъ большія стаи около озера Мунду-кѣль, близь Вилюя.

157. *Tringa crassirostris*. *Temm. et Schleg.*

17-го августа убили эту птицу на нижнемъ Амурѣ, немного выше Кизи.

158. *Tringa canutus*. *L*. Песочникъ сѣверный.

Въ маѣ водится въ довольно большомъ численнѣ на берегахъ и островахъ Ангары, около Иркутска.

159. *Tringa subarquata*. *Güld*. Песочникъ кривоносный.

На Лунхѣ я только одинъ разъ видѣлъ и убилъ эту птицу. 28-го мая появились тамъ пары, присоединившіяся къ большой стаѣ *Tringa minuta*.

На Амурѣ я не видалъ этого вида.

*

— 140 —

160. Tringa cinclus. L.

10-го мая я видѣлъ стаю, состоящую изъ 15 штукъ, на островѣ р. Ангары, близь Усолья.

161. Tringa Temminckii. Leist. Песочникъ Темминка.

Появился на Лунхѣ 14-го мая и держался по берегамъ ея и близь-лежащихъ озерѣ п
лужъ.

Въ Дауріи и на Амурѣ эта птица встрѣчалась нерѣдко и въ первый разъ была убита
7-го мая, на Шилкѣ, близь деревни Бянкина.

162 Tringa minuta. Leist. Pecosznikъ malky.

У якутовъ, на Вилюѣ, — кирбасъ-баракъ.

Часто попадается ни Вилюѣ, его притокахъ и на близь-лежащихъ озерахъ. На Лунху на-
чали прилетать 30-го мая и въ послѣдствіи ихъ часто можно было видѣть здѣсь бродящими
по мелкимъ мѣстамъ, вмѣстѣ съ Limosa cinerea. 27-го мая появились здѣсь послѣдняя
большая стая. Между привезенными мною экземплярами нѣтъ ни одного, котораго по динѣ
средняго пальца можно было бы причислить къ Tringa subminuta. Midd.

На Амурѣ часто встрѣчается.

163. Scolopax rusticola. L. Бекасъ Слонка.

12-го мая, на Кюргѣ, я нашелъ эту птицу въ сыромъ, ольховомъ льску. Онъ ежегодно показываются въ окрестностяхъ Пркутска, но попадаются тамъ рѣдко. 26-го апрѣля, на пути къ Байкалу, я видѣлъ этихъ птицъ около станціи Посиковской. 7-го мая, на Шилкѣ, у деревни Бянкина я видѣлъ этихъ птицъ на тягѣ.

164. Scolopax major. L. Бекасъ Дуппель.

Въ послѣднихъ числахъ апрѣля ежегодно появляется въ одно время съ слѣдующимъ ви-
домъ, въ окрестностяхъ Пркутска. На частныхъ золотыхъ промыслахъ Енисейской губерніи
(приблзительно подъ 59° сѣв. шир.) я нерѣдко находилъ его въ юнѣ и июнѣ на болотахъ.
На Лунхѣ онъ попадается рѣже, чѣмъ слѣдующій, и показался тамъ 14-го мая.

Кромѣ того, я нашелъ его и на Амурѣ, близь устья р. Нюмана (приблзительно подъ
49° сѣв. шир.).

165. Scolopax gallinago. L. Бекасъ Барашекъ.

По якутски, на Вилюѣ, — инпріз.

Весьма часто встрѣчается въ долинѣ Вилюя на болотистыхъ озерахъ. Первые прилетѣли
на Лунху 5-го мая и съ этого дня начался и токъ. Въ 1853 году, въ окрестностяхъ Пркут-
ска, первые показались 26-го апрѣля.

166. Scolopax gallinula. L. Бекасъ Стучикъ.

Я находилъ его довольно часто на болотахъ окрестностей Пркутска, вмѣстѣ съ предъ-
идущимъ видомъ.

— 141 —

167. **Numenius arquata.** *L. Куликъ Котрусъ.*

У. якутовъ, на Вилюѣ, — джэрэнь; у тунгусовъ, тамъже, — джоғджокунъ; у орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — тувитъ.

На Вилюѣ и притокахъ его я довольно часто встрѣчалъ этого кулика. Въ первый разъ мы замѣтили его 5-го мая около озера Люксюгънъ (близи Вилюя). 16-го мая на Лунхъ я видѣлъ несколько стай еще летѣвшихъ къ сѣверу. Гнѣздающимъ я довольно часто находилъ его на болотахъ и около озеръ; 21-го июня въ гнѣздахъ уже были птенцы, покрытые пухомъ. На Тюканѣ, сѣверомъ притокъ Вилюя (подъ 65° с.в. шир.), я нашелъ 26-го июля первого дня, уже летавшихъ. Въ Дауріи я видѣлъ первую пару 19-го апреля на р. Ингодъ, потомъ изрѣдка замѣчалъ этихъ птицъ на Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ. Еще 26-го мая около Абазина довольно большая стай летѣли къ NNW. 16-го июня около города Айгуна мы видѣли большая стай. Привезенный съ Вилюя экземпляръ по оперенію совершенно сходенъ съ видомъ Темминка и Шлегеля, *Numenius major*, но въ размѣрахъ отличается отъ него. Но длинѣ клова, весьма значительной (у моего экземпляра 7" 6"), онъ приближается къ *Numenius longirostris*, *Willson*, у которого кловъ имѣетъ такую-же дину, но по длинѣ крыла (11") не отличается отъ нашего *Numenius arquata*.

168. **Ardea cinerea.** *L. Чепура Цапля.*

У гольдіевъ, на Амурѣ, — моцаха.

На Амурѣ я въ первый разъ увидѣлъ этотъ видъ цапли близь устья р. Сунгари и начиная оттуда она весьма часто попадалась до Маринскаго поста. Держится преимущественно на покрытыхъ наноснымъ лѣсомъ и поросшихъ ивовымъ кустаринкомъ берегахъ острововъ. Изрѣдка можно было видѣть этихъ птицъ по многу вмѣстѣ на скалѣстыхъ выступахъ берега. Съ 25-го августа я видѣлъ часто на отмелахъ приготовляющимися къ отлету, и съ 7-го сентября уже не было видно ни одной.

169. **Ardea stellaris.** *L. Чепура Вынь.*

У якутовъ, на Вилюѣ, — анырь и у-охуха (водяной быкъ); по тунгусски, тамъ же, — пинушки. У орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — ухукі.

Довольно часто попадается на Ленѣ и въ окрестностяхъ Пркутска 12-го мая вечеромъ я въ первый разъ усыхалъ эту птицу на Лунхъ и въ послѣдствіи часто находилъ ее по всему Вилюю. По показаніямъ Вилюйскихъ тунгусовъ, она водится и у истоковъ Тюкана (подъ 66° с.в. шир.); 25-го апреля была убита около Нерчинска; на Амурѣ же я не видалъ и не слыхалъ ее.

170. **Ardea virescens.** *L.*

На Амурѣ, у гольдіевъ, — надà-карн и пгоцкà.

На мѣстѣ эта птица была принята нами за новый видъ; но при ближайшемъ изслѣдовании оказалось, что ее нельзя отличить отъ находящагося въ здѣшнемъ музеѣ экземпляра *Ardea viresens*, происходящаго съ острова Явы. Я видалъ эту цаплю только на среднемъ Амурѣ, где она держалась то на покрытыхъ наноснымъ лѣсомъ и поросшихъ деревьямъ бе-

— 142 —

регахъ, то около лежащихъ въ г.лухихъ мѣстахъ озеръ. Подкрасться къ ней было весьма трудно.

Въ началѣ сентября мнѣ уже не удавалось видѣть ее на мѣстахъ, гдѣ она нерѣдко по-падалась въ началѣ моего путешествія.

### 171. Ciconia nigra. L. Анстъ черный.

По словамъ туземцевъ, этотъ аистъ водится нерѣдко на верхней и средней части Лены до Якутска; онъ придетъ въ послѣднихъ числахъ апрѣля или послѣднихъ мая и, какъ говорятъ въетъ гнѣзда около находящихся въ г.лухихъ мѣстахъ озеръ. На Лунхѣ туземные якуты не знали этой птицы.

Около Иркутска она была убита въ 1853 году 20-го апрѣля.

На Амурѣ я въ первый разъ увидалъ эту птицу 5-го июня немного ниже Албазина, въ послѣдствіи я замѣчала ее нѣсколько разъ на среднемъ Амурѣ и 21-го июля нашелъ тамъ у одного лежащаго въ г.лухомъ мѣстѣ озера взрослыхъ первогодковъ съ маткою. 3-го сентября, близь устья р. Сунгари, я въ послѣдній разъ видѣлъ небольшую, состоящую изъ 5 штукъ стаю, летѣвшую вверхъ по Амуру.

### 172. Phonicopterus roseus. Pall. Фламинго красный.

10-го октября 1853 года, на островѣ р. Ангары около Иркутска, была убита эта птица. Это была молодая птица, которая, въроятно, выбившись изъ силъ, отстала отъ другихъ при перелетѣ и залетѣла с.лучайно въ страну, гдѣ до сихъ поръ ее не замѣчали. Зобъ ея напол-ненъ былъ мелкими камешками и раковинами, (Planorbis).

## VII. NATATORES.

### 173. Cygnus musicus. Bechst. Лебедь кликунъ.

У якутовъ на Вилю, — куба; у тунгусовъ осовилховъ на Ленъ и на Нижней Тунгускѣ, —
гайе; у тунгусовъ, на верхнемъ Амурѣ, — чалка.

На Ленѣ, въ 120 верстахъ ниже Якутска, первая стая (изъ 19 штукъ) появилась 17-го
апрѣля; потомъ, до 29-го апрѣля, ихъ видѣли на этой части. Лены весьма рѣдко и въ неболь-
шихъ стаяхъ; причиною этого вѣроятно была пасмурная и снѣжная погода; въ проложеніи
этого времени я видѣлъ даже нѣсколько небольшихъ стай, летѣвшихъ назадъ къ S. и къ SW.

29-го апрѣля, на Лунхѣ (близь устья Вилю) появились опять большия стап, ле-
тѣвшія по направленію къ N. Около этого же времени на островахъ и отмелыхъ устья Вилю
они водились тысячами. Гнѣздятся на необитаемыхъ озерахъ близь Вилю и съверныхъ
притоковъ его и мѣстные якуты и тунгусы во время линянія часто травятъ пухъ здѣсь соба-
ками. 15-го июня я нашелъ на Вилю первогодковъ, покрытыхъ пухомъ. При осеннемъ
отлетѣ я не находилъ здѣсь птицъ этого вида.

Около Иркутска онъ появляются со вскрытиемъ Ангары; 6-го апрѣля, я видѣлъ на Ан-
гарѣ у истоковъ множество плавающихъ лебедей этого вида. На Амурѣ, во время нашего
путешествія, я только одинъ разъ видѣлъ небольшую стаю лебедей, бродившихъ, вмѣстѣ съ
другими видами водяныхъ птицъ на отмелѣ рѣки.

— 143 —

### 174. Cygnus Bewickii. Yarr. Лебедь малый.

По русски, въ Якутскъ, — тундренный лебедь.

Появились на устьъ Вилюя за нѣсколько дней до прилета *Cygnus musicus* и попадались здѣсь часто. 10-го июня, на одномъ озерѣ близь нижняго Вилюя, я видѣлъ пару, которая имѣла на этомъ озерѣ гнѣздо.

### 175. Anser Cygnoides. L.

Молодой экземпляръ этого вида былъ убитъ 25-го июля на среднемъ Амурѣ, немного выте устья р. Горина.

### 176. Anser grandis. Gmel.

По русски, въ Якутскъ,—большой гуменникъ; по якутски, на Вилюѣ и Ленѣ,—хонгръ-хаась.

На Ленѣ, въ 130 верстахъ книзу отъ Якутска, 16-го апрѣля я видѣлъ первую пару, низко летѣвшую къ Н. при довольно сильномъ восточномъ вѣтрѣ. На Лунхѣ первые показались 20-го апрѣля и послѣ девяти,невнаго промежутка, 29-го апрѣля, онять появились большія стай; день былъ теплый и ясный и они летѣли низко по направленію къ NW. Самая большая стая, которую я видѣлъ, состояла изъ 20 штукъ. Вьетъ гнѣзда около Вилюя и его притоковъ на удаленныхъ отъ жилья озерахъ и уже 8-го июня найдены были птенцы, покрытые пухомъ. Линяніе обыкновенно продолжается до первыхъ чиселъ августа; 29-го июля я еще находилъ линяющихъ гусей, тогда какъ 4 августа, на Хаингіѣ (подъ 65° с. ш.) нѣкоторыя стай этого вида уже летали. Это наблюденіе вполне согласуется съ показаніями тамошнихъ тунгусовъ, которые проживаютъ здѣсь до этого времени (1-го августа) и травятъ ихъ собаками. 7-го августа на Хаингіѣ была убита самка еще не волиѣ выливавшая и въсившая 8¹/₂ фунтовъ.

Отлетъ этихъ гусей я наблюдалъ на Элкитѣ (притокъ Оленека, приблизительно подъ 67° сѣв. шир.) 13-го сентября. Термометръ ночью показывалъ—0,0; утро было пасмурное и до 11 часовъ утра шелъ поперемѣнно то дождикъ, то снѣгъ. Они летѣли большими стаями, довольно высоко, по направленію къ SW.

Мой спутникъ, г. Павлювскій, съ 15-го до 20-го сентября, видѣлъ большія стай этого вида около озера Гугджӑра (близь Ыгетты, лѣтваго притока Вилюя, около 64° сѣв. шир); онъ летѣли къ S.

Около Байкала я видѣлъ ихъ 7-го апрѣля и во время отлета въ горахъ Хинганскаго хребта (подъ 48° сѣв. шир.) 16-го сентября большими вереницами.

### 177. Anser segetum. Gmel. Гусь пашенный.

24-го апрѣля я видѣлъ первую пару на Ленѣ, въ 430 верстахъ кверху отъ Якутска. Потомъ я видѣлъ большія стай на Лунхѣ (подъ 64° сѣв. шир.) въ продолженіе всего мая, а на Вилюѣ даже и 6-го июня; онъ летѣли по направленію къ NW. На Лунхѣ они никогда не опускались; около-же устья Вилюя, въ послѣднихъ числахъ апрѣля и позже до 10-го мая, можно было видѣть ихъ тысячами на отмеряхъ. Они часто гнѣздатся около удаленныхъ отъ жилья озеръ Вилонскаго бассейна. Линяніе продолжается до 25-го июля; въ этотъ день я

— 144 —

не запѣчалъ болѣе линяющихъ гусей этого вида; на Хайнгіѣ же (подъ 65º 30' сѣв. шир.) я часто видалъ только что кончившихъ линяне пашенныхъ гусей; они кружились и летали во всевозможныхъ направленіяхъ. Отлетъ начался на Хайнгіѣ 19-го августа, и направленъ былъ къ S. и SW.; послѣднія и самыя многочисленныя вереницы отлетающихъ птицъ этого вида я видѣлъ 13-го сентября, на Эякитѣ (подъ 67° с. ш.).

По наблюденіямъ г. Павловскаго, отлетъ ихъ начался 2-го сентября (на Мархѣ при устѣ Хайнгіи, подъ 65º сѣв. шир.). послѣднія большія вереницы отлетающихъ птицъ этого вида онъ видѣлъ 25-го сентября на Ыгеттѣ (подъ 64º сѣв. шир.).

Около города Нерчинска, этотъ гусь былъ убитъ 1-го мая; въ лошни Шилки, у Шилкин-скаго завода, я видѣлъ сотни веренщѣ, летѣвшихъ при небольшомъ дождѣ, то высоке, то низко внизъ надъ рѣкою. Послѣднія станъ я видѣлъ у Шилкинскаго завода 17-го мая, онъ летѣли по направленію къ N и NNW.

### 178. Anser cinereus. Meyer et Wolf. Гусь Гуменникъ.

25-го апреля, была убита на перелетѣ самка этого вида, близъ города Нерчинска.

### 179. Anser albifrons. Penn. Гусь бѣлолобый.

По русск. въ Якутскъ, — кадарка; у якутовъ, на Вилюѣ и Ленѣ, — лыглы.

На Лунхѣ я видѣлъ этихъ птицъ въ первый разъ 5-го мая. Двѣ станъ ихъ, ода изъ 8, другая изъ 14 штукъ, при ясномъ небѣ и легкомъ юго-восточнѣ вѣтрѣ, летѣли, не опускаясь на Лунху, по направленію къ N. Большія станъ этого вида появились здѣсь только 11-го мая; онъ летѣли довольно низко, прямо на N при легкомъ зап. -юго-западномъ вѣтрѣ со снѣгомъ. Послѣднія вереницы я видѣлъ на Лунхѣ 13-го мая. 29-го юля на Чили (подъ 64°30' с. ш.) они еще линяли, 23-го августа на Хайнгіѣ (подъ 65°30' с. ш.) я замѣтилъ первую стаю, летящую на S. и до 4-го сентября я видѣлъ то большія, то маленькія станъ, летѣвшіи по тому же направленію. Послѣ того я ихъ не видалъ до 18-го сентября, когда они опять появились на Эякитѣ (подъ 67° с. ш.) большими стаями, летѣвшими высоко при насурной, снѣжной погодѣ по направленію къ SO.

Г. Павловскій видѣлъ большія вереницы этого вида 27-го августа (при устѣ Хайнгіи); послѣднюю вереницу онъ замѣтилъ 13-го сентября на Мархѣ (подъ 64°15' с. ш.).

### 180. Anser bernicla. Ill. Гусь Немокъ.

У якутовъ, на Ленѣ и Вилюѣ, — хардеръ-хадсъ.

По показаніямъ охотниковъ, эти птицы появляются около Якутскаго со вскрытиемъ Лены и такъ какъ онъ во время перелета, особенно подъ вечеръ, летать весьма низко, то ихъ тогда убиваютъ въ большомъ количествѣ.

На Ленѣ, при устѣ Лунхи, первые вереницы показались 13-го мая; прилетъ пролет-жался около 5 дней. Далѣе вулърь края отъ Лены онѣ понадаются чрезвычайно рѣдко, что мнѣ подтвердили и мѣстные жители якуты. Во время моего пребыванія на Кюргѣ (при впаденіи ея въ Лунху), я видѣлъ одну только нару 28-го мая. Замѣчательно, что около Якут-скага, этихъ птицъ, по словамъ охотниковъ, не бываетъ осенью, скажавательно при ихъ отлетѣ.

На Амурѣ, въ горахъ Хинганскаго хребта (подъ 48° с. ш.), я съ 13—16-го сентября

— 145 —

видѣлъ большія стан этого вида, летѣвшія къ **S.**, и часто замѣчалъ также на отмелѣхъ, гдѣ они проводили ночь.

### 181. Anas rutila. Pall. Утка Карагатка.

По русски, на Байкалѣ, — турпӑнъ.

Эта утка была убита 1-го юля (1854) близь города Вилойска (нодъ 63°45' съв. шир.). Туземцы до этого времени никогда не видали ее. На Ленѣ она еще довольно часто попадается около Качуги и лѣтомъ въ 1850 году въ первый разъ была убита близь Олекминска.

На Байкалѣ этотъ видъ утокъ появляется обыкновенно въ первыхъ числахъ апрѣля, онъ живутъ здѣсь часто по нѣсколько недѣль, пока озеро не очистится отъ лѣда. Въ Забайкальской области, начиная съ 7-го апрѣля, я видѣлъ ихъ довольно часто бѣгающихъ парами по озерамъ и лужамъ, еще покрытымъ лѣдомъ.

### 182. Anas penelope. L. Утка свищъ.

У якутовъ, на Вилюѣ, — мыльякъ; у тунгусовъ, тамъ же, — кюртенъ.

Она появилась на Лунхѣ 1-го мая и 21-го я убилъ самку уже имѣвшую гнѣздо, въ конторомъ было нѣкоько яицъ. 9-го юня я нашелъ матку съ птенцами около озера Кулухунахъ. Эта утка попадалась нерѣдко и на р. Хаингі до 1-го сентября.

30-го апрѣля убилъ я пару близь города Нерчинска.

На Амурѣ я не видалъ ее.

### 183. Anas boschas. L. Утка Кряква.

По русски, на Ленѣ, — селезень; у якутовъ, на Вилюѣ, — кохонѣ. у тунгусовъ, по всему Амуру, — мархи.

На Ленѣ, въ 120 верстахъ книзу отъ Якутска, первая пара появилась 16-го апрѣля. На Лунху первая прилетѣли 21-го апрѣля и какъ тамъ, такъ и на Вилюѣ птицы этого видя никогда не попадались часто.

7-го апрѣля я видѣлъ ихъ въ небольшомъ числѣ въ долинѣ Селенги близь станціи Сте-піной. На Амурѣ эта утка такъ же принадлежитъ къ встрѣчающимся довольно рѣдко видамъ.

### 184. Anas querquedula. L. Утка Чирокъ.

На Шилкѣ близь Сретинскаго была убита 8-го мая.

Въ послѣдствіи попадалась нерѣдко и на Амурѣ.

### 185. Anas crecca. L. Утка Чиранка.

У якутовъ, на Ленѣ, — чиркѣю.

Появилась на Лунхѣ 1-го мая. У убитой тамъ 7-го мая самки, самое большое яйцо имѣло величину орѣха лещины. Онѣ часто выютъ гнѣзда на Лунхѣ и 20-го мая уже перестали тамъ нестись. 22-го юня, на Вилюѣ, я видѣлъ только что вылупившихся, покрытыхъ

Обз. животи.

19

— 46 —

пухомъ птенцовъ. На Моркокѣ (подъ 64°15" съв. шир.) можно было видѣть эту утку еще
9-го сентября.

На Амурѣ она также попадалась, но рѣдо.

### 186. Anas glocitans. Pall. Утка Моклокъ.

По русск. въ Якутскъ, — мородушка, у якутовъ, на Ленъ и Вилю, — мороду, у тун-
гусовъ, на верхнемъ Амурѣ, — сельль.

На Лухъ эти птицы принадлежатъ къ наибольшему часто встрѣчающемуся; онъ появился
тамъ въ первый разъ 1-го мая. 21-го мая на берегу р. Кюрги я нашелъ гнѣздо съ 9 еще
небывшими подъ настѣной шицами; оно находилось подъ можкевеловымъ кустомъ, лежало
на виду, состояло изъ сухихъ листьевъ и внутри было выслано необыкновеннымъ количествомъ
пуха.

На Нерчѣ, около Нерчинска, мы видѣли эту утку 30-го апрѣля. Она попадалась довольно
часто на Шилкѣ.

На Амурѣ она встрѣчалась рѣже.

### 187. Anas falcata. Pall.

У якутовъ, на Ленъ, — унюсь, у тунгусовъ, на верхнемъ Амурѣ, — коккию.

Этотъ видъ принадлежитъ къ числу утокъ, рѣдо встрѣчающихся на Лунхѣ и Вилю.
12-го мая, на Лунхѣ, я видѣлъ быстро пролетѣвшуюся стаю, состоявшуюся изъ 10 штукъ. Въ
послѣдствіи получилъ я экземпляръ, убитый г. Занѣганемъ 6-го мая, на озерѣ, близъ
Вилю.

Близъ Нерчинска, 30-го апрѣля въ первый разъ былъ убитъ самецъ этого вида; въ про-
долженіи лѣтнихъ мѣсяцевъ эти птицы довольно часто попадались по всему Амуру.

### 188. Anas galericulata. L.

Эта утка, попадалась мигъ въ первый разъ немного ниже Хинганскаго хребта, сначала я
принялъ ее за новый видъ. Далѣе внизъ по рѣкѣ мы видѣли ее часто, особенно около
устьевъ Сунгари и Уссури; врочемъ она встрѣчается и до Кизи. Всѣ экземпляры, привезен-
ные мною, были или самки или самцы въ лѣтнемъ опереніи. Мигъ не удались видѣть самца
въ его прекрасномъ весеннемъ опереніи. Въ первыхъ числахъ сентября я болѣе не замѣчалъ
уже этихъ утокъ на Амурѣ.

### 189. Anas acuta. L. Утка шилохвостъ.

У якутовъ, на Ленъ, — мойнохонь (длинношейка); у тунгусовъ, на Вилю, — хитуль,
у тунгусовъ, на верхнемъ Амурѣ, — илемучань.

Около Якутскъ она обычно переносится первою изъ рода утокъ; въ 1854 году пер-
вые показались 12-го апрѣля. На Лухъ эти утки начали прилетать 2-го апрѣля и въ по-
слѣдствіи попадались довольно часто. 6-го ноября при устьѣ Лухи, я нашелъ гнѣздо съ 6 яй-
цами, магло высланное внутри пухомъ.

Эта утка встрѣчалась довольно часто и на Хингі і ее можно было видѣть зѣсь еще

— 147 —

въ первыхъ числахъ сентября. На Марокъ (подъ 64° 15' с.в. шир.) видѣли ихъ еще 6-го сентября. Но всему Амуру онъ попадаются перѣдко.

### 190. Anas clypeata. L. Утка Соксунъ.

У русскихъ, на Ленъ, — сохсѣнъ; у якутовъ, тамъ же, — сохсѣнъ (по гоюсу) и халѣа; у тунгусовъ, на верхнемъ Амурѣ, — калѣа.

Этотъ видъ попадался мнѣ довольно часто на Вилою и на близь-лежанскихъ озерахъ. На Лунхѣ первая прилетѣли 15-го мая, а 19 онѣ уже разбились на пары, и на озерахъ и рѣкѣ можно было видѣть ихъ довольно часто. 7-го юня, ири устьѣ Вилоя, я нашелъ гнѣздо, устроенное на крутомь, поросшемъ ивовымъ кустомъ берегу. Оно состояло изъ сухой тра-вы, было выстлано внутри пухомъ и содержало 11 недолго пробывшихъ подъ насѣдкой яницъ.

25-го юля, на Тюканѣ (подъ 64° 15' с. ш.), нойманы были итсеколько итенцовъ, уже довольно большихъ. Въ послѣдній разъ я видѣлъ эту утку въ концѣ августа.

На Шилѣ я виделъ стап. составившія изъ этого и изъ другихъ видовъ утокъ.

Изрѣдка этотъ видъ попадался и на среднемъ и нижнемъ Амурѣ.

### 191. Anas nigra. L. Нырокъ Синьга.

По руски, въ Якутскѣ, — турнанъ, у якутовъ, на Ленѣ, — анды.

Первые итицы этого вида показались на Лунхѣ 21-го мая; 26-го онѣ появились въ боль-шихъ стаяхъ и до 28-го держались всѣ вмѣстѣ на рѣкѣ. Съ 28-го мая начался здѣсь токъ и вечеромъ, въ укромныхъ мѣстахъ, на заводахъ и окруженныхъ лѣсомъ озерахъ часто можно было видѣть нѣсколькихъ самцовъ, гоняющихся за одною самкою. Днемъ было весьма трудно поддержаться къ этимъ уткамъ, за то вечеромъ это было весьма легко.

Если удавалось убить самку, то безъ труда можно было неребить и всѣхъ самцовъ. 30-го мая я видѣлъ этихъ утокъ, летавшихъ большею частью по парно по рѣкѣ и еще въ тотъ же вечеръ онѣ нечезли всѣ.

Онъ вьютъ гнѣзда у большихъ озера Вилюйскаго бассейна. Въ послѣднихъ числахъ ав-густа я еще довольно часто видѣлъ ихъ на Хайнівѣ.

Я, кажется, видалъ этихъ итицъ и на Амурѣ довольно часто.

### 192. Anas glacialis. L. Нырокъ Морянка.

По руски, въ Якутскѣ, — савка; у якутовъ, на Вилою, — ёнійдѣ.

Понадалась довольно часто на Вилою и въ первый разъ появились на Лунхѣ 6-го мая.

### 193. Anas clangula. L. Нырокъ Гоголь.

У якутовъ, на Вилою, — арыльясъ, у тунгусовъ, тамъ же, — моолурра.

На Лунхѣ первая появились 1-го мая. Эта утка здѣсь, какъ и на Вилою, принадлежитъ къ наибольшѣ часто встрѣчающимся видамъ. Самка, убитая 18-го мая, еще не неслась и самое большое яйцо, въ ея яйцеводахъ, имѣло величину голубинаго. 21-го мая я нашелъ на Лунхѣ первое гнѣздо, устроенное на высокомъ дуплистомъ деревѣ. 23-го юня я находилъ на озерахъ Вилюйскаго бассейна итенцовъ, покрытыхъ пухомъ. 4-го сентября я въ послѣд-

— 148 —

ній разъ видѣлъ эту утку на озерѣ близъ Мархи. Около Пркутска она попадается весьма часто и появляется тамъ со вскрытымъ Ангары (въ 1853 году 30-го марта); вьетъ гнѣзда въ окрестностяхъ, около рѣкъ и озеръ. На Байкалѣ около истока Ангары можно видѣть эту утку въ продолженіе всей зимы.

На Шилкѣ и на верхнемъ Амурѣ встрѣчались стаи этихъ утокъ въ послѣднихъ числахъ мая.

### 194. Anas histrionica. L. Нырокъ Каменушка.

На Вилю я нигдѣ не замѣчалъ его. На Байкалѣ и на видающихъ въ него горныхъ ручьяхъ попадается довольно часто.

На Шилкѣ мы въ первый разъ видѣли его 7-го мая; потомъ довольно часто и на Амурѣ. Въ половинѣ сентября онъ нерѣдко встрѣчался на Амурѣ, въ Хинганскомъ хребтѣ.

### 195. Anas fuligula. L. Нырокъ Чернѣть.

У якутовъ, на Ленѣ, — улѣсѣкъ пли умсѣхъ.

Первая небольшая стая (5 штукъ) появились на Лунхѣ 16-го мая; спарившимися видать я этихъ утокъ 19-го мая на озерахъ; а 2-го июня нашелъ первое гнѣздо съ 4-мя небывшими еще подъ настѣкой яйцами. Подымались по Вилюю, я въ послѣдствіи видать ее довольно часто на всѣхъ озерахъ. На съверныхъ притокахъ Вилюя я видѣлъ ее еще 4-го сентября (подъ 66° с. ш.).

На Шилкѣ она также попадалась довольно часто, въ первый разъ ее видѣли и убили тамъ 9-го мая. На самомъ Амурѣ мы замѣчали ее рѣже.

### 196. Mergus merganser. L. Крахаль большой.

У якутовъ, на Вилюѣ, — тистэкъ-кусъ.

На Лунхѣ въ первый разъ появился 6-го мая; попадался тамъ рѣже, чѣмъ слѣдующій видъ.

### 197. Mergus serrator. L. Крахаль длинноносый.

У якутовъ, на Ленѣ, — улунъ.

Появились на Лунхѣ 7-го мая и въ продолженіи всего мая ихъ тамъ часто убивали и ловили сѣтями. 18-го мая убита самка еще не клавшая въ тотъ годъ яицъ; въ одномъ яйцем-продольѣ у ней было яйцо, величиною съ грецкій орѣхъ. 25-го мая эти птицы уже имѣли гнѣзда, но еще не кончили кладки яицъ. Взрослыхъ но еще не летающихъ, первого-дневъ я видѣлъ 10-го августа на Хинггіѣ (подъ 66° с. ш.). 10-го сентября г. Павловскій видѣлъ стаю этихъ птицъ на Маркокѣ.

6-го мая я видѣлъ пару на Шилкѣ, немного выше Шилкинскаго запова.

### 198. Mergus albellus. L. Крахаль Лутокъ.

У якутовъ, на Вилюѣ, — шача.

Птицы этого вида довольно часто попадались мнѣ на Вилюѣ и его притокахъ, появились на Лунхѣ 1-го мая и вскорѣ послѣ этого начали спариваться. 10-го мая я видѣлъ тамъ на

— 149 —

озерахъ и лужахъ множество самцовъ; самки попадались рѣдко, потому что неслись. 20-го мая убита самка, уже снесшая всѣ яйца. Зобы и желудки убитыхъ утокъ этого вида были наполнены личинками стрекозъ, *Pisidium fontinale* и піявками.

18-го июня на озерѣ близь Вилюя я нашелъ птенцовъ, покрытыхъ пухомъ. 28-го августа я еще видѣлъ ихъ на Хайнгіѣ. На Амурѣ я не замѣтилъ этой птицы.

## 199. *Phalacrocorax carbo.* L. Бакланъ большой.

Па нѣкоторыхъ частяхъ Байкала попадаются весьма часто, особенно на западномъ бе- регу, около такъ называемаго Бакланьяго Камня, гдѣ на кругой скаль можно находить ихъ гнѣзда тысячами. 26-го апрѣля я видѣлъ на Байкалѣ одну пару на льду.

## 200. *Podiceps cornutus.* Lath. Нырецъ рогатый.

Онъ нерѣдко вьетъ гнѣзда на озерахъ около Вилюя. 7-го июля я нашелъ тамъ гнѣздо ко- нической формы, весьма искусно свитое изз сухой травы, съ яйцами, уже долго пробын- шими подъ насѣдкой. Но въ тотъ же день я нашелъ уже и птенцовъ, покрытыхъ пухомъ.

29-го июля на р. Чили я видѣлъ самку съ дѣтенышемъ на спинѣ.

На Амурѣ убитъ 22-го мая близь Усть-Стрѣлки.

## 201. *Podiceps subcristatus.* Jacq.

У якутовъ, на Вилюѣ, — тотам.

Попадалась нерѣдко на лежащихъ въ глухихъ мѣстахъ и притомъ окруженныхъ лѣсомъ озерахъ около Вилюя и Лунхи. 2-го июня одинъ изъ моихъ якутовъ принесъ мицъ живую птицу этого вида. Онъ отправился на озеро ловить рыбу, замѣтилъ ее тамъ и преслѣдовалъ ее въ своемъ берестяномъ челнокѣ до самаго берега, поросшаго высокими соснами. Здѣсь только поднялась она, но ударилась объ деревья и упала на землю.

Въ Забайкальской области близь Нерчинска убили эту птицу 2-го мая, въ послѣдствіи мы видѣли ее также на нѣкоторыхъ озерахъ около Шилки.

## 202. *Columbus glacialis.* L.

У якутовъ, на Вилюѣ, — далѣнѣ-кохасъ; у тунгусовъ, тамъ же, — укӑпъ.

На Лунхѣ я не видѣлъ эту птицу; по показаніямъ якутовъ, она попадается тамъ весьма рѣдко. 9-го августа я видалъ птицу этого вида по одиначкѣ на Хайнгіѣ. Жители береговъ Амура знали ее.

## 203. *Columbus arcticus.* L. Гагара полосатая.

У якутовъ, на Вилюѣ, — нырдай.

На Лунхѣ первая пара появилась 12-го мая; въ послѣдствіи онъ попадались тамъ и на Вилюѣ не рѣдко, но, какъ кажется, не гнѣздятся тамъ. Рѣдко удавалось мнѣ убивать эту весьма осторожную и отлично ныряющую птицу. Она часто попадается въ сѣти, поставленныя для рыбы.

8-го мая мы видѣли ее на Шилкѣ.

— 150 —

204. **Colymbus septentrionalis**. L. Гагара краснозобая.

У якутовъ, на Вилюѣ, — быттӑ когасъ.

13-го мая она появилась на Лунхѣ и начиная съ этого дня мы часто слышали жалобный ея голосъ.

11-го сентября г. Павловскій видѣлъ небольшую стаю на Маркокѣ.

205. **Larus canus**. L. Чайка сизая.

У якутовъ, на Вилюѣ, — канняктырь и хоптоб; у гольціевъ, на среднемъ Амурѣ, — качй и кецй.

На Лунхѣ первая птицы этого вида показались 29-го априлья; въ болѣе многочисленныхъ стаяхъ онъ появились тамъ 1-го мая; въ течении всего лѣта можно было видѣть сизю чайку на всѣхъ рѣкахъ и значительныхъ озерахъ Вилюйскаго бассейна, гдѣ она часто выводитъ птенцовъ. Первое гнѣздо, съ тремя яйцами, нашелъ я 25-го мая на Вилюѣ; это было старое оставленная воронье гнѣздо. 12-го июня я нашелъ гнѣздо съ двумя только что вылупившихся, покрытыми пухомъ птенцами. Въ послѣдній разъ я видѣлъ эту чайку 19-го сентября на Салилипрѣ (подъ 67° с. п.).

На Амурѣ встрѣчается нерѣдко; 25-го августа, немного выше устья р. Горина, я видѣлъ большія стан собравшихся къ отлету птицы.

206. **Larus ridibundus**. L. Чайка обыкновенная.

У якутовъ, на Вилюѣ, — харà-батакъ (черноголовая).

На Лунхѣ появилась въ омно время съ предыдущею и я находилъ ее тамъ также не-рѣдко. 23-го июня, на берегу омного озера близъ Лунхи, я нашелъ выложенное внутри сухими листьями и травою гнѣздо съ 4-мя яйцами. 22-го июня я видѣлъ на Вилюѣ птенцовъ, покрытыхъ пухомъ, а 23-го июля первогодки уже летали.

Въ Ларуши, на Шилкѣ, я въ первый разъ замѣтилъ этотъ видъ 7-го мая; на Амурѣ я его не видѣлъ.

207. **Larus minutus**. Pall. Чайка малая.

У якутовъ, на Вилюѣ, — токобъ (по голосу).

На Лунхѣ эта чайка появилась нозже всѣхъ прочихъ; первая, довольно многочисленная стаи показались 2-го июня. Въ послѣдній я видалъ ее нерѣдко на Ленѣ, на Вилюѣ и на значительныхъ озерахъ около этихъ рѣкъ; на этихъ озерахъ она выводитъ птенцовъ вмѣстѣ съ *Larus canus*, *Larus ridibundus* и *Sterna longipennis*.

На Амурѣ встрѣчается нерѣдко, вмѣстѣ съ *Sterna longipennis*.

208. **Larus cachinnans**, Pall. Чайка Хохутунья.

У якутовъ, на Вилюѣ, — колукъ.

На Лунхѣ въ первый разъ появилась 10-го мая, но появается тамъ весьма рѣдко. По показаніямъ туземцевъ, она гнѣздается на большихъ, удаленныхъ отъ жилья озерахъ.

— 151 —

209. Sterna longipennis. Mus. Berol.

По русски, въ Якутскъ, — мартышка; у якутовъ, на Вилю, — тураки; у орочоновъ, на верхнемъ Амурѣ, — ёмнити; у гольдевъ, на среднемъ Авурѣ, — келтаг.

Весьма часто попадается на Ленъ, на Вилю и на лежащихъ около Вилю, озерахъ. На Лунхъ первая показалась 14-го мая. На пути къ р. Оленку, 4-го августа, я еще видѣлъ только много этихъ птицъ на небольшомъ озерѣ близъ р. Хайнгіи (подъ 66° сѣв. шир.), но далѣе къ сѣверу онъ минѣ уже не попадались.

По всему Амуру попадается часто. Въ первый разъ замѣчена и убита 24-го мая у Усть-Стрѣлки. Въ кощѣ августа на нижнемъ Амурѣ я уже болѣе не видалъ ее.

210. Sterna minuta. L. Крачка малая.

На Лунхъ встрѣчается чрезвычайно рѣдко и показалась въ первый разъ 14-го мая; на Ленъ, около устья р. Вилю, она попадается чаще. Въ последній разъ я видѣлъ ее на озерѣ Таюктахъ, около истоковъ Тюкана (приблизительно подъ 66° сѣв. шир.).

211. Sterna leucoptera. Meiss. et Sch. Крачка свѣтлокрылая.

У тунгусовъ, при устьи р. Сунгаріи, — чиркá; по мандукурски, — пози.

Я видалъ ее только на Амурѣ. Въ первый разъ я замѣтилъ ее близь Албозина, гдѣ онъ появились 2-го июня большими стаими и держались въ продолженіи нѣсколькikh дней. За этими мѣстомъ, я сначала встрѣчалъ ее на Амурѣ рѣдко, а потомъ опять весьма часто около устья р. Сунгаріи, гдѣ эти птицы гнились, вмѣстѣ съ *Sterna longipennis* и *Larus canus*, на островахъ и отмеляхъ. 28-го июня у *S. leucoptera* были уже птенцы, покрытые пухомъ. Далѣе внизъ по рѣкѣ птицы этого виду, казалось, попадались рѣкѣ и на возвратномъ пути (въ августѣ и сентябрѣ) я уже ниştѣ не замѣчалъ ихъ на Амурѣ.

В. ПРЕСМЫКАЮЩИЯСЯ.

1. Zootoca (Lacerta) vivipara. Jacq. Ящерица.

Эта ящерица, встрѣчающаяся по всей Сибири, чаще всего попадалась мнѣ на Ениссѣ и его стѣверныхъ притокахъ, на частныхъ золотыхъ промыслахъ, гдѣ можно было находить ее на отвалахъ, въ разрѣзахъ и даже въ домахъ. Въ окрестностяхъ Иркутска и около Бай-кала я находилъ ее въ 1853 году.

На Ленѣ эта ящерица попадается еще довольно часто, на Вилюѣ же (подъ 64° сѣв. шир.) уже чрезвычайно рѣдко; въ продолженіе всего лѣта я нашелъ здѣсь одинъ только экзем-пляръ.

На Амурѣ она попадалась мнѣ довольно рѣдко; я привезъ экземпляръ изъ окрестностей деревни Полься.

2. Eremias velox. Pall.

У подошвы скалистаго береговаго ската р. Уды въ 2-хъ верстахъ выше Нижне-Удинска, у перевоза, я появлялъ молодой экземпляръ этого вида. Я нарочно съ возможною точностью опредѣляю мѣстонахожденія ея, чтобы другимъ собирателямъ легче было найти эту ящекицу, характеристикскій знакъ которой составляютъ волосы, покрывающіе все тѣло ея.

Въ этомъ же самомъ мѣстѣ я видѣлъ многихъ ящерицъ разночныхъ видовъ, между прочимъ одну, имѣвшую до 6" длины, но, къ сожалѣнию, я не могъ поймать ее.

3. Coelopeltis Dione. Pall. Ужъ.

Мнѣ удалось добыть одинъ только экземпляръ этого вида, въ окрестностяхъ Иркутска.

4. Vipera Berus. L. Гадюкъ обыкновенный.

Этотъ видъ распространенъ по всей Сибири, кромѣ самыхъ стѣверныхъ частей, и попадается тамъ довольно часто; изрѣдка я находилъ его еще подъ 60° с. ш. въ тайгахъ на енисейскихъ частныхъ золотыхъ промыслахъ. Подъ тѣмъ же самымъ градусомъ она попадается еще и на Ленѣ; на Вилюѣ же я уже не видалъ ее.

— 453 —

П на Амурѣ она встрѣчается чаще всѣхъ прочихъ видовъ, змѣй; на скалистыхъ мысахъ я нахо,илъ этотъ видъ змѣй въ большомъ числен; мнѣ часто случалось видѣть ихъ здѣсь свернувшимися по нѣскольку вмѣстѣ въ одинъ клубокъ и грѣющимися на солнцѣ.

### 5. Trigonocephalus Halys. Lichtenst.

Я нахо,илъ ее только на Амурѣ, гдѣ впрочемъ она попадается гораздо рѣже предъидущаго вида. Привезенный мною экземпляръ былъ пойманъ близъ устья р. Уссури.

### 6. Trigonocephalus Blomhoffii. Boie.

Я привезъ изъ Сибири одинъ только экземпляръ этого вида. Змѣя эта до сихъ поръ бывшая неизвѣстною въ Фаунѣ Сибири, была поймана вблизи Николаевскаго чугуноплавильнаго завода въ Иркутской губерніи.

### 7. Trionyx Maackii. Brandt.

У голѣевъ на устьѣ р. Уссури: кхай,лӑ, по ман,куреки, айхолӑ.

Эта черепаха не рѣдко попадается въ рр. Сунгари и Уссури, также въ Амурѣ, между устьями этихъ рѣкъ. Кромѣ того я находилъ ее еще въ 30 верстахъ ниже устья Уссури; въ этой части Амура, по показаніямъ туземцевъ, она особенно часто попадается въ водоворотъ у мыса Бырй, у котораго я часто видалъ на береговомъ пескѣ свѣжіе сливды, а иногда, особенно при закатѣ солнца, и самыхъ животныхъ. Голый, живущіе около устья р. Уссури говорили мнѣ, что она чаще всего встрѣчается въ р. Норѣ, притокѣ р. Уссури.

Описание этого нового вида см. *Bull. de la Cl. Phys.-math. d. l'Acad. d. se. de St-Petersb. T. II. 1857*.

### 8. Bufo vulgaris. Daud. var. japonica. Жаба коровница.

Я рѣдко нахо,илъ эту жабу на Амурѣ, и то только на среднемъ и нижнемъ.

### 9. Bufo variabilis. Pall. var. Amurensis.

Эти жабы весьма часто попадаются по всему Амуру. Я нахо,илъ ихъ тамъ, то по одинкѣ на болотистыхъ лугахъ, то въ лужахъ по многу вмѣстѣ.

### 10. Bufo calamita. Daud.

Я привезъ только одинъ экземпляръ этого вида съ устья р. Уссури.

### 11. Rana esculenta. Linn. var. japonica. Лягушка зеленая (съѣдобная).

На Амурѣ я нашелъ эту лягушку въ одномъ только мѣстѣ, а именно на лѣвомъ берегу нѣсколько ниже Хинганскаго хребта (подъ 47° сѣв. шир). Она живетъ тамъ въ оврагахъ и лѣсныхъ болотахъ вмѣстѣ съ *Bufo vulgaris* и попадается довољно часто.

### 12. Rana temporaria. Linn. Лягушка сѣрая.

По якутски на Вилю, бахӑ.

Видѣ этотъ распространенъ по всей Сибири и попадается вездѣ часто. На лунхѣ и на Объ. животи.

20

— 154 —

Вилоь я находилъ этихъ животныхъ часто; первыя сѣрыя лягушки показались тамъ въ первыхъ числахъ мая. Кромѣ того я привезъ экземпляры съ енисейскихъ золотыхъ промысловъ, съ Олекмы, съ Амура, изъ Пркутска и Томска.

### 13. Rana cruenta. Pall.

Я находилъ ее на Вилоь, однако рѣже предъидущаго вида. Пзъ Дауріи я привезъ экземпляры, пойманные въ окрестностахъ Перчинска, на Амурѣ же миѣ не случалось замѣчать ее.

### 14. Triton pœc. sp. Укола.

Я находилъ этихъ животныхъ у южной оконечности Байкала близъ деревни Култукъ, также и въ Дауріи у Усть-Стрѣлки. Онъ жили въ сырыхъ мѣстахъ, подъ гнілыми деревьями, гдѣ всегда можно было находить ихъ по многу вмѣстѣ.

О классѣ рыбъ, я въ этой книге, ничего сказать не могу, собранныя мною по этой части зоологіи, матерьялы, въ настоящее время еще разрабатываются г-мъ академикомъ Брандтомъ, который приготовляетъ къ изданію въ свѣтѣ большое сочиненіе о русскихъ рыбахъ.

Г. НАСЪКОМЫЯ.

Пзъ всѣхъ насъкомыхъ собранныхъ мною въ Сибири и въ Амурскомъ краѣ, въ эту книгу вошли только чешуекрылыя; остальныя отряды въ настоящее время еще только обрабатываются, и потому я не могу сообщить объ нихъ ни какихъ свѣдѣній. Что же касается до чешуекрылыхъ, то читатели найдутъ здѣсь перечень собранныхъ мною бабочекъ, съ указаніемъ мѣстъ гдѣ они были собираемы, и такъ же діагнозы новыхъ видовъ. Всѣ эти свѣдѣнія извлечены изъ статьи г. Менетріе помѣщенной въ *Bull. de la Classe phys.*—*math*. Т. XVII.

Болѣе подробное описаниеіе новыхъ чешуекрылыхъ найденныхъ въ Сибири и въ Амурскомъ краѣ будутъ помѣщены въ большомъ сочиненіи г. Менетріе которое онъ теперь приготовляетъ къ пзданію въ свѣтъ и въ которое войдутъ всѣ матерьялы собранные г. Шренкомъ и мною.

RHOPALOCERA.

1. Papilio Maackii. Ménéttr.

Alis nigro-brunneis, viridi-irroratis coeruleo-micantibus; ante marginem externum fascia viridi-nitente radiatim interrupta; maris sub angulo interne plaga magna velutino-nigra; posticis dentatis, caudatis, fascia media transversa viridi-nitente vel cyaneo-micante, lunulisque septem in mare viridibus, in fem. violaceo-rubris, instructis.

Встрѣтается на Амурѣ отъ Хинганскаго хребта до устья р. Горина.

2. Papilio Xuthus. Linn.

На среднемъ Амурѣ до устья р. Уссури и ниже.

3. Papilio Machaon. Linn.

4. Parnassius Nomion. Fisch. var.

На среднемъ Амурѣ до устья р. Уссури.

5. Parnassius Tenedius. Eversm.

Найдена на р. Учурѣ и на Олекминскихъ золотыхъ пріискахъ.

*

— 458 —

37. **Pyrameis cardui.** *Linn.*
На Амурѣ.

38. **Neptis aceris.** *Esp.*
На Амурѣ.

39. **Neptis Lucilla.** *W. V.*
На Амурѣ.

40. **Neptis Thisbe.** *Ménétr.*

Alis subdentatis, fuscis; anticis linea longitudinali integra, fascia marginali valde interrupta, posticis fascia media, fulvo-flavis, his fascia submarginali fusco-cinerescente; subtus alis castaneo-flavescentique variegatis. fasciis et margine exteriore dilutioribus.

Въ Хинганскомъ хребтѣ и на среднемъ Амурѣ до устья р. Уссури.

41. **Atyma Cassiope.** *Ménétr.*

Alis subdentatis. fusco-nigris; fasciis duabus communibus, anticarum fascia externa obliterata, posticarum e maculis conicis elongatis, linea longitudinali integra, albis coerulescenti-micantibus; subtus fulvo-virescentibus, anticis basi albis, macula nigra; posticis bifasciatis, fascia externa maculis magnis conicis argenteo-virescentibus.

На Амурѣ близ устья р. Уссури.

42. **Atyma Nycteis.** *Ménétr.*

Alis subdentatis, fusco-nigris; fasciis duabus communibus externa punctis, linea longitudinali integra, albis; subtus alis fusco-virescentibus, anticis basi albis, puncto nigro, macula sub angulo interiore violaceo-nigra, posticis bifasciatis, inter illas 4—6 punctis argenteo-virescentibus.

43. **Limenitis populi.** *Linn.*

На среднемъ Амурѣ.

44. **Limenitis Sydyi Kindm. var. latefasciata.** *Ménétr.*

На среднемъ Амурѣ.

45. **Limenitis Amphyssa.** *Ménétr.*

Alis subdentatis fuscis, subtus, ferrugineis, utrinque fascia alba, posticarum obliqua; maris anticarum basi linea longitudinali interrupta, apice lata cuneata; subtus posticarum basi cinereo-coerulescentibus.

Въ Хинганскомъ хребтѣ, и на среднемъ Амурѣ до устья р. Уссури.

46. **Apatura Jlia.** *Fabr.*

На Амурѣ.

47. **Apatura Jlia.** *Fabr. var. Clytie. W. V.*

На среднемъ Амурѣ.

48. **Pronophila Schrenkii.** *Ménétr.*

Alis ampliatis, valde rotundatis, subdentatis, supra cinereo-fuscis; posticis punctis quinque.

— 159 —

tertio minimo, fusco-nigris; alis subtus flavescente-rufescentibus, lineis tribus marginalibus, alteris
sub disco flexuosis fusis; anticis ocello unico apicali, posticis sex, 1, 3, 5, majoribus, atris, flavo-
cinctis albo-pupillatis.

Въ Хинганских горах и на среднемъ Амурѣ.

49. Erebia discoidalis. Kirby,
Аянъ.

50. Erebia Embla. Thunb.
Аянъ.

51. Erebia Disa. Thunb.
Аянъ.

52. Erebia Parmenio. Boeb.
На среднемъ Амурѣ.

53. Chionobas Jutta. Hübn.
На среднемъ Амурѣ.

54. Chionobas Urda. Eversm.
На среднемъ Амурѣ.

55. Chionobas Nanna. Ménéttr.
Alis pallide-fuscis, fascia lata fulva, singulis quinque nigro-punctatis; subtus dilutioribus ferrugineo-marmoratis et strigulatis, margine anteriore nigro-striolato; anticis punctis quatuor nigris, albo-pupillatis, livido-circumdatis; posticis basi fasciaque valde obliquata fuscis, punctis quinque minutis nigris.
На среднемъ Амурѣ.

56. Arge Halimede. Ménéttr

Alis subdenticulatis, albis, nigro-maculatis; anticis valde rotundatis; margine interiore utrinque nigro; subtus flavescente-setosis; bistriato-marginatis, posticis prope marginem ocellis tribus conspicuis.

Въ Хинганских горах и на среднемъ и нижнемъ Амурѣ.

57. Satyrus Phaedra. Linn.
На Амурѣ.

58. Ypthima Amphithea. Ménéttr.
Alis integris, supra fuscis, singula ocello unico nigro, vix pupillato; subtus cinereo-undatis, anticis ocello bipupillato, posticis ocellis tribus pupillatis, omnibus flavescente-cinctis.
На Амурѣ при устьѣ р. Сунгари.

59. Coenonympha Oedipus. Fabr.
На среднемъ Амурѣ.

60. Coenonympha Demophile. Freyer.
На Вилю.

— 161 —

75. Sphinx ligustri. Linn. var.

На Амурѣ.

76. Deilephila galii. W. V.

На Амурѣ.

77. Smerinthus Caecus. Ménétr.

Catal. de la Coll. de l'Acad. de St.-Pétersb., p. 135. Pl. 13. Fig. 2.

На Амурѣ.

78. Smerinthus Argus. Ménétr.

Catal. de la Coll. de l'Acad. de St.-Pétersb., p. 136. Pl. 13. Fig. 3.

На среднемъ Амурѣ.

79. Lithosia quadra. Linn.

Между устьями рѣкъ Сунгари и Уссури.

80. Gnophria nycticans. Ménétr.

Nigro-fuliginosa; alis anticis lituris sex albis (1-a deest, 2-a, 4-a longitudinalibus fere contiguis
3-a obliqua in cellula discoidali, 5-a obliqua prope marginem anteriorem, 6-a elongata transversa
ad marginem interiorem, 7-a transversa ad apicem); posticis utrinque immaculatis; collo, alarum
anticarum margine basi, ano corporisque lateribus, flavis.

На Вилю.

81. Chelonia flavia. Fuessly.

Б. п. з. Пркутска.

82. Chelonia caja. Linn.

На Вилю.

83. Chelonia Leopardina. Ménétr.

Alis fulvo-albescentibus; disco punctis duabus, subtus C signatis, maculis tribus anticarum angu-
statis, posticarum magis rotundatis, marginalibus fuscis.

На среднемъ Амурѣ.

84. Arctia urticae. Esp.

На Амурѣ.

85. Dionychopus niveus. Ménétr.

Alis candidis, setosis, nervis prominulis exstantibus; corporis dorso subtus a latere maculis alterne minutis nigris, lateribus maculis majoribus 5 vel 6 femoribusque coccineis; subtus alarum disco angulo, nigro-notatto.

На среднемъ Амурѣ.

Обз. животи.

21

— 163 —

99. **Leucania pudorina.** W. V.
На Вилюнь.

100. **Hydroecia nictitans.** Linn. var.
Близь Пркутска.

101. **Mamestra abjecta.** Hübn.
На Амурѣ между устьями рѣк Сунгари и Уссури.

102. **Apamea gemina.** Hübn.
На среднемъ Амурѣ.

103. **Agrotis fennica.** Tausch.
На Амурѣ.

104. **Noctua cissigma.** Ménétr.

Alis anticis cuprescente-fuscis; stigmatibus medianis obliteratis, arcis subcostalibus fuscis: fascia subterminali-flexuosa atque striga mediana crenulata, infra forte recedentibus.
На Вилюнь.

105. **Cerastis serrotina.** Ochsenh.
На Амурѣ.

106. **Aplecta occulta.** Linn.
На среднемъ Амурѣ.

107. **Heliothis camptostigma.** Ménétr.

Alis anticis fuscescente-testaceis; fascia media atque subterminali olivaceo-fuscis; externe flexuosae et flavicante-marginatis; stigmata reniformi deficiente; posticis fuscis, basi dilutioribus, rufo-ciliatis.
На среднемъ Амурѣ.

108. **Anthaecia sigillata.** Ménétr.

Alis sericeo-candidis; anticis utrinque ad apicem macula magna rotundata fusca; posticis flavescente-albidis; immaculatis; subtus disco puncto, anticarum basi, vitta longitudinali, fuscis.
На среднемъ Амурѣ.

109. **Hydrelia unca.** W. V.
На Вилюнь и на Амурѣ.

110. **Plusia macrogamma.** Eeersm.
На Вилюнь.

— 165 —

123. **Phorodesma smaragdaria. Fabr.**

На среднемъ Амурѣ.

124. **Geometra glaucaria. Ménétr.**

Alis laete-viridibus; anticis lineis tribus, posticis duabus transversis albidis, exteriore undulata, corpore subtusque alarum posticarum viridi-lacteis.

На Амурѣ при устьѣ р. Уссури.

125. **Geometra herbacearia. Ménétr.**

Alis thoraceque herbaceo-viridibus, concoloribus; antennis abdomineque setino flavescentibus.

На Амурѣ при устьѣ р. Уссури.

126. **Amphidasis Middendorfii. Ménétr.**

Alis anticis fusco-cinereis, albo adspersis, strigis transversis duabus atris; 1-ma extrabasilari flexuosa, 2-da media lanceolata extus albomarginata; posticis albidis, late nigro-marginatis; corpore toto nigro-lanuginoso-piloso.

На Вилю.

127. **Boarmia rhomboidaria. W. V.**

На среднемъ Амурѣ.

128. **Fidonia atomaria. Linn.**

На Ленѣ и на Амурѣ.

129. **Eupisteria quinquaria. Hübn.**

На Вилю.

130. **Aspilates mundataria. Cram.**

На среднемъ Амурѣ.

131. **Aspilates formosaria. Eversm.**

При устьѣ р. Уссури.

132. **Aspilates gilvaria. W. V.**

На Вилю.

133. **Cidaria** { **ribesiaria. Boisd** | **prunata. Linn.**

На Вилю.

134. **Ypsipetes elutaria. Hübn.**

На Вилю.

ИЗВЛЕНІЕ НЗЪ СТАТЬИ МАГИСТРА ГЕРСТФЕЛЬДА

О НЪКОТОРЫХЪ

П.ЛОСКОТЫЛЫХЪ, КОЛЬЧАТЫХЪ, МНОГОНОПХЪ И РАГООБРАЗНЫХЪ СИБРИ.

Статья магистра Герстфельда, изъ которой я представляю здѣсь краткое извлеченіе и въ которой разработано мое собрание животныхъ изъ названныхъ четырехъ классовъ, напечатана, на нѣмецкомъ языке, въ издаваемыхъ С.-Петербургской Императорской Академіей *Mémoires des Savants étrangers* (Т. VIII). Такъ какъ статья эта написана по системѣ восходящей, то я измѣнилъ принятой въ ней порядокъ большинхъ отдѣленій, дабы принаровить извлеченіе къ нисходящей системѣ, въ которой изложена зоологическая часть москв книги.

Подъ именемъ Сибри, магистръ Герстфельдъ разумѣетъ въ этой статьѣ и тѣ части
Амурскаго края, которые не принадлежать Россіи.

СУСТАВЧАТОНОГІЯ ЖИВОТНЫЯ.

(Classis Insecta, Насѣкомыя, см. стр. 153 — 166.)

CLASSIS MYRIAPODA Leach. МНОГОНОГІЯ.

ORDO CHILOGNATHA. Latr.

Genus Julius. Linn. s. str. Brandt. Кавсякъ.

Divisio: Julius. Squama analis inferior subtriangularis, mutica, i. e. unco destituta (Brandt, Bull. scient. de St.-Pétersb. VIII, 100).

— 168 —

а) Segmentum corporis penultimum, quod alii, cingulum anale pro segmento non habentes, ultimum dicunt *, margine posteriore in mucronem squamas seu valvulas laterales anales plus minusve superantem evolutum (Brandt, Bull. sc. de St.-Pétersb. VIII, 100).

α) Cinguli dorsalis primi (seu collaris) processus lateralis brevis, trigonus, infra subrotundus, abdominis inferiorum partem haud attingens (Brandt, Bull. sc. de St.-Pétersb. VIII, 100).

**1. Spec. 1. Julus terrestris. Linn.**

Koch, Deutschl. Crust. und Arachn., Heft 22, № 11; Brandt, Bull. sc. de St. Pétersb. VIII, 100.
Маггстръ Герстфельдъ имѣлъ въ своемъ распоряженіи два экземпляра этого вида: одинъ найденъ на Шилкѣ, другой — на Амурѣ (не много ниже устья Сунгари). Оба сохранились весьма дурно, однако, повилцмому, совершенно подходятъ къ описанію Коха. Этотъ видъ, водящійся во всей почти Европѣ, ненеключая и Европейской Россіи (Brandt l. c.), вѣроятно, встрѣчается и въ Восточной и въ Западной Сибири; однако же онъ, сколько мнѣ извѣстно, въ послѣднихъ двухъ странахъ не былъ находимъ.

β) Segmentum corporis penultimum margine posteriore rectum, truncatum, subangulatum vel angulatum vel in mucronem brevissimum, squamas laterales non superantem acuminatum (Brandt, Bull. sc. de St. Pétersb. VIII, 105).

**2. Spec. 2. Julus Amurensis, nov. sp. Gerstfeldt.**

Julo londinensis Leach ** similis, sed corpore minore et postice fusiforme, segmentis densior longitudinaliter sulcatis, colore totidem nigro-fusco, extremitate tamen posteriore subrufa, antennis pedibusque pallidioribus.

Единственный экземпляръ имѣетъ 3¼" длины; сегментовъ у него около 35; ногъ 60 паръ. Онъ найденъ около горнаго ручья Хурй-бира (впадающаго въ Амуръ между устьями Уссури и Горина).

**3. Spec. 3. Julus armatus, nov. sp. Gerstfeldt.**

Corpore crasso, terete, postice breviter acuminato; segmentis singulis in dorso carina longitudinali postice in aculeum prolongata et utroque latere tuberculo transverso pectinatim in duos vel tres dentes diviso armatis; colore ferrugineo, supra obscuriore, infra clariore antennis nigricantibus. pedibus longis flavescentibus.

Экземпляръ этого вида имѣетъ 3¼" длины; сегментовъ у него (не считая головы) 27; ногъ 42 пары. Этотъ видъ, вооруженіемъ тѣла, напоминаетъ выды Julus, свойственные острозамъ Индійскаго моря и Австралии, каковы напримѣръ Julus granulatus Gerw. (водится на островахъ: Маврикія и Бурбонъ) и J. Blainvillii le Guilt. (водится на Новой Гвинеѣ).

Единственный экземпляръ этого вида найденъ около Пркутерка.

**Genus Platydesmus. Lucas.**

**4. Spec. 1. Platydesmus Amurensis, nov. sp. Gerstfeldt.**

Corpore supra paulo convexo, duro, infra convexo, molli, laminis lateralibus anterioribus truncatis emarginatis, posterioribus acutis, falciformibus; colore brunneo.

* Г. Герстфельдъ называетъ этотъ сегментъ, по примѣру Коха, задиепроходящимъ кольцомъ.

** Julus londinensis Leach свойственъ средней Европѣ.

— 169 —

Единственный экземпляръ, къ сожалѣнію, попорченный, имѣлъ, вѣроятно, около 1" длины, когда былъ цѣлъ; суставцевъ въ немъ можно насчитать 25, но такъ какъ средина тѣла изломана, то полное ихъ число опредѣлить нельзя.

Кромѣ этого вида, изъ рода *Platydesmus* извѣстенъ одинъ только видъ: *Pl. polydesmoides* *Lucas* (I. с. р. 53, pl. III, № 1), найденный въ Гватемалѣ; послѣдній отличается отъ *Pl. Amurensis*, между прочимъ, тѣмъ, что имѣетъ на спинѣ бугорки.

Экземпляръ *Pl. Amurensis* найденъ на Амурѣ, немного ниже устья Сунгари.

## Genus Craspedosoma. Rawlins.

### 5. Spec. 1. Craspedosoma dahuricum, nov. sp. Gerstfeldt.

Corpore supra convexo, flavo et brunneo transversim vittato, infra plano, flavescente, pedibus brevibus albicantibus, antennis fuscis.

Длина тѣла 3 — 5"; сегментовъ 20 — 45, ногъ на нихъ 30 — 70 паръ.

Этотъ видъ наиболее сходенъ съ *Cr. Rawlinsii Leach*. Онъ былъ находимъ на одномъ изъ острововъ, лежащихъ въ устьѣ Нерчи (такъ называемомъ Баронскомъ островѣ), и на бе-регахъ Шилки, ниже устья Нерчи.

## ORDO CHILOPODA. Latr.

### Genus Arthronomalus. Newp.

### 6. Spec. 1. Arthronomalus longicornis. Leach.

*Geophilus longicornis* Leach (Zool. Misc. III, 45; *Arthronomalus longicornis* Newp. (Linn. Transact. XIX, 430).

Одинъ экземпляръ найденъ на Шилкѣ, около Шилкинскаго завода.

### Genus Lithobius. Leach.

### 7. Spec. 1. Lithobius sibiricus, nov. sp. Gerstfeldt.

Antennis dense pilosis, 18—24-articulatis; labio antice angustato, emarginato utrinque dentibus duobus magnis, nonnullisque minimis armato; pedibus fere nudis; colore brunneo.

Тѣло достигаетъ длины 1 — 4¼". Этотъ видъ напоминаетъ *Lith. castaneus Newp.* (*Ann. and mag. of nat. hist.* 1840, XIII, 96), водящагоса въ Сицилии; онъ приближается также до нѣкоторой степени къ *Lith. Hardwickii Newp.* (*ibid*.), найденному въ Сингапорѣ.

*Lithobius sibiricus* не только встрѣчается во всемъ бассейнѣ Амура (экземпляры его были собираемы около Нерчинска; около Шилкинскаго завода; въ Хинганскомъ хребтѣ; на бере-гахъ Амура, ниже устья Сунгари и ниже устья Уссури и пр), но былъ также находимъ въ долинѣ Вилюя, около Иркутска (наприимѣръ, на рѣчкѣ Ушаковкѣ) и въ окрестностяхъ Томска. Пзъ этого видно, что *Lithobius sibiricus* можно считать свойственнымъ всей Съвер-ной Азіи.

Обл. живот.

22

— 170 —

CLASSIS CRUSTACEA. РАКООБРАЗНЫЯ.

ORDO OSTRACODA Zenker *.

**Genus Cypris.** O. F. Müller s. str. Zenker.

1. Spec. 1. Cypris pubera. O. F. Müller.

(О синонимии этого вида см. Seb. Fischer «Ueber das Genus Cypris» стр. 154 [26] и, особенно, Zenker, Wiegm. Arch. 1854, 1, 63, 70).

Экземпляры этого вида были собраны поздней осенью, во время путешествия на Вилой (1854), въ болотныхъ лужахъ и другихъ стоячихъ водахъ; они сидѣли на раскахъ (Lemna). Кромѣ того, во мху, собранномъ около Пркутска, найдены были скорлунки животныхъ изъ рода Cypris (вѣроятно, эти животные жили въ болотныхъ лужахъ, которые весною были наполнены водой, а лѣтомъ высохші), которые, по всѣмъ признакамъ, должно отнести къ Cypris pubera.

Cypris pubera часто встрѣчается въ средней Европѣ, такъ же, какъ около С.-Петербурга и около Фалія въ Эстляндіи (Fischer l. c.). Судя по приведеннымъ выше фактамъ, можно думать, что это животное встрѣчается также и въ остальныхъ частяхъ Европейской Россиі и въ Западной Сибири.

ORDO CHORISTOPODA. Dana.

**Genus Cymothoa.** Fabr. s. str. Dana. Рыбоѣдъ.

2. Spec. 1. Cymothoa Amurensis, nov. sp. Gerstfeldt.

Antennis primis ad basin paulo remotis; corpore lato; lamellis caudalibus caudae non latioribus; femoribus posteriorum octo pedum latissimis, margine posteriore et inferiore in processum rotundatum productis et inter se conformibus.

Виды, съ которыми С. Amurensis нанбѣре сроденъ, суть: С. oestrum Leach, С. Dufresnii Leach (водящаяся на Антильскихъ островахъ) и др.

Экземпляры этого вида (всѣ женскіе) имѣютъ не болѣе 8—10"" д.пны. Эти экземпляры собраны на Амурѣ: около Албазина и межлу устьями Кумары и Зеи. Они были найдены на Gyprinus lacustris Pall., или, по крайней мѣрѣ, на рыбахъ весьма сходныхъ съ этимъ видомъ.

**Genus Gammarus.** Dana (Fabr.).

§ 1. Г.лаза яйцеобразные, почкообразные или липнейные (M. Edwards, Hist. nat. d. Crust. III, 44).

А. Задній край первыхъ трехъ сегментовъ хвоста прямой и въ средней линіи нѣвытянутъ назадъ въ видѣ шипообразнаго отростка или зубца (M. Edwards, l. c.).

а) Спинная поверхность 4-го и 5-го хвостовыхъ колецъ усажена шипами (M. Edwards, l. c.).

* Въ новомъ своемъ раздѣлѣпіи ракообразныхъ, Мільнь-Эдвардсъ (Ann. d. s. nat. 1852, XVIII, p. 109 sqq.) не отнесіть Ostracoda ии къ одному изъ 4-хъ типовъ ракообразныхъ.

— 171 —

α) Виутренній членникъ ложныхъ ногъ 6-ї пары длиной равенъ наружному или, по крайней мѣрѣ, половинѣ его (Brandt in *Middendorff's Sib.* Reise II, 1, p. 133).

**3. Spec. 1. Gammarus Pulex. De Geer.**

*Gammarus Pulex* Zenker (de Gam. pulicis hist. Fig. C.), Hosius (Wiegm. Arch. 1850, I, 233 sqq. et 246), Brandt (Middend. Sib. Reise II, 1, p. 136); *Squilla Pulex* de Geer (Abhandl. zur Geschichte der Insekten, übers. von Goeze, VII, 193, T. XXXIII).

Экземпляры этого вида найдены въ Ангарѣ, у Пркутска, и около Томска. Позвѣстно также что онъ водится на Уралѣ. Академикъ Миддendorфъ нашемъ его на Пязинѣ (рѣкѣ, впадающей въ Исдовитое море между Енисеемъ и Таймыромъ); *Gammarus* изъ теплаго источника Начикъ, въ Камчаткѣ, упоминаемый академикомъ Брандтомъ (I. e.), вѣроятно, принадлежитъ къ этому же виду. Итакъ, *Gammarus Pulex* встрѣчается не только въ Европѣ, но, вѣроятно, и во всей Сибири.

β) Виутренній членникъ ложныхъ ногъ 6-ї пары длиною меньше п.п., по большей мѣрѣ, равенъ 1/4 наружного, п часто только зачаточный.

**4. Spec. 2. Gammarus verrucosus, nov. sp. Gerstfeldt.**

Corpore lateraliter compresso; thorace et abdomine inermibus, segmentis postabdominalibus praesertim, secundo et tertio, tuberculis numerosis spinosis instructis; ramo stylorum caudalum posticorum externo longissimo, margine longe ciliato.

Тѣло самыхъ большихъ экземпляровъ достигаетъ длины 4—1¼".

Изъ лутихъ видовъ *Gammarus* наболѣе, кажется, сроденъ съ этимъ видомъ видъ *G. atchensis* Brandt (Middend. Sib. Reise II, 1, 138), изъ Охотскаго моря.

Экземпляры найдены въ Ангарѣ, у Пркутска. Животное это тамъ, повидимому, нерѣдко.

**5. Spec. 3. Gammarus Maackii, nov. sp. Gerstfeldt.**

Corpore lateraliter compresso, thorace et anteabdomine inermibus; segmentis postabdominalibus singulis duabus vel quatuor carinis spinosis armatis; ramo stylorum caudalium postricorum externo ongisimo, margine breviter aculeato.

Тѣло достигаетъ длины 5—8"; у самыхъ большихъ экземпляровъ — 1" и даже еще не-много болѣе. Этотъ видъ болѣе всего сроденъ съ *G. ochotensis* Brandt, водящимся въ Охотскомъ морѣ, но имѣть также большое сходство съ *G. verrucosus* и *G. atcheusis* Brandt.

Этотъ видъ встрѣчался въ Ангарѣ, у Пркутска, почти такъ же часто, какъ и *G. verrucosus*.

б) Спинная поверхность 4-го и 5-го хвостовыхъ колецъ не имѣтьъ шиповъ (M. Edwards, Hist. nat. d. Crust. III, 48).

α) Объ пластинки ложныхъ ногъ (Afterfüsse) шестой пары имѣютъ почти одинаковую длину.

**6. Spec. 4. Gammarus Cancellus Pall.**

*Oniscus Cancellus* Pall. (Spicil. zoolog. Fasc. IX, p. 52, T. III, fig. 18).

Corpore lateraliter compresso; segmentis omnibus medio in dorso carina et utroque ejus latere tuberculo, segmentis thoracis et anteabdominis praeterea carinis horizontalibus supra laminas laterales positis instructis; tuberculorum (dorsalium) par quintum maximum, paria ultima obsoleta.

Нѣкоторые экземпляры этого вида найдены въ Байкальѣ, остальные—въ Ангарѣ, у Пркутска. У первыхъ тѣло имѣть до 2" и болѣе длины, у послѣднихъ длина его меньше (3—8").

*

— 172 —

Найленные въ Ангарѣ экземпляры отличаются, сверхъ того, отъ *G. Cancellus Pall.* нѣкоторыми особенностями организаціи. Впрочемъ, ихъ все-таки надо отнести къ этому виду; эти экземпляры, можетъ быть, суть невзрослые недѣлимыя *G. Cancellus*.

Кромѣ Байкала и Нижней Ангары, этотъ видъ часто вstringается также, по словамъ Палласа, въ Ленъ и ея притокахъ.

### 7. Spec. 5. Gammarus cancelloides, nov. sp. Gerstfeldt.

Gammaro Cancello *Pall.* similis, tuberculis tamen dorsalibus minus elevatis, a capite ad caudam crescentibus, neque vero pari quinto, sed paribus octavo et nono maximis; in segmentis thoracis et anteabdominis carinarum laterali loco tuberculis valde prominentibus.

Тѣло длиною въ 1 — 1½".

Этотъ видъ найденъ въ Ангарѣ, у Пркутска.

### 8. Spec. 6. Gammarus latissimus, nov. sp. Gersfeldt.

Corpore latissimo, fere onisciformi; fronte producto et quatuor paribus aculeorum, mediis duobus verrucis impositis, armato; segmentis thoracis et anteabdominis carinatis et tubercula supra laminas laterales sita versus declivibus; segmentis postabdominalibus tuberculis lateraliibus destitutis, anterioribus tribus tuberculis dorsalibus, quorum duo posteriora aculeata, praeditis.

Тѣло длиною до 6""; наибольшая ширина спины почти равняется 1/3 длины тѣла. Этотъ видъ, шириною спины и нѣкоторыми другими признаками (см. діагнозъ), рѣзко отличается отъ всѣхъ другихъ видовъ *Gammarus*.

Былъ находимъ въ Ангарѣ, у Пркутска, но не такъ часто, какъ другіе, живущіе въ этой рѣкѣ, виды *Gammarus*; онъ любить неглубокія мѣста и обыкновенно сидить на камняхъ или подъ камнями; недѣлимыя его часто попадаются свернувшимися въ клубокъ.

Б. Задній край третьяго постабдоминального сегмента и, по большей части, обоихъ предшествующихъ вытянутъ, въ средней линіи, къ зади, въ видѣ зубца или шиши (M. Edw. Hist. nat. d. Crust. III, 50)

### 9. Spec. 7. Gammarus Kürgensis, nov. sp. Gerstfeldt.

Corpore lateraliter compresso, margine posteriore trium anteriorum segmentorum postabdominalium et interdum etiam nonnullorum aut omnium anteabdominis et thoracis in spinam acutam tenuemque segmento sequenti incumbentem producto.

Тѣло длиною въ 2 — 2½"". По отросткамъ первыхъ хвостовыхъ сегментовъ, этотъ видъ наибольѣе приближается къ *G. albidus Dana*, найденному въ Тонгатубу. Небольшое число экземпляровъ этого вида найдены на Кюргѣ, въ болотной лужѣ.

ORDO DECAPODA. M. Edwards.

#### Genus Astacus. Dana.

##### 10. Spec. 1. Astacus davuricus. Pallas.

*Astacus (Cancer) davuricus* Pallas (Spie. zool. fase. IX, p. 81); *Astacus leptorhinus* Fischer v. Waldheim (Bullet. d. l. soc. des naturalistes de Moscou 1836, IX, p. 467, T. V, fig. 1).

Экземпляры этого вида были находилы: въ Нерчѣ, у Нерчинска; въ Шилкѣ, въ томъ мѣстѣ, гдѣ она соединяется съ Аргуны, и наконецъ въ Амурѣ, у Албазина; въ послѣднемъ

— 473 —

мѣстѣ найдено было, въ маѣ 1855 года, много самокъ съ яйцами. Онъ водится также въ Игоѣ, въ Ононѣ, въ Шилкѣ и во многихъ другихъ даурскихъ рѣкахъ; однако же, въ Газимѣрѣ, вливающемся въ Аргунь слѣва, онъ, какъ полагаютъ, не встрѣчается (Georgi, Reise II, 340). Этотъ видъ, вѣроятно, встрѣчается во всемъ верхнемъ Амурѣ, отъ конца Шилка до устья Зеи; такъ можно думать потому, что эта часть Амура имѣть почти такой же характеръ, какъ и Шилка,

ЧЕРВИ.

CLASSIS PLATODES. Leuck. П.ЮСКОТЪЛЫЯ.

ORDO TURBELLARII, Ehrenb. (pro parte), Siebold, Leuck. etc.

Genus Planaria O. F. Müller.

1. Spec. 1. Planaria Angarensis, nov. sp. Gerstfeldt.

Corporis forma, magnitudine, margineque Planariae lacteae Müll. similis; consistentia tamen coriacea, colore supra nigro-fusco, infra albido, capite vitta collari nigra cincto, subrufo et oculis indistinctis satis differens.

Крутоволистыя складки краевъ тѣла, составляющая одинъ изъ признаковъ, общихъ этому виду съ Pl. lactea Müll. (Dendrocoelum lacteum Oerst.), на живыхъ экземплярахъ, вѣроятно, не такъ крутоволисты, какъ на экземплярахъ, положавшихъ въ спиртѣ; последнее, отъ дѣйствія спирта, больѣ и ли менѣе стынулись. Величина сохраненныхъ въ спиртѣ, следовательно, стынувшихся, экземпляровъ: длина около 1", ширина 4"'. Живые должны быть шире и длинѣе.

Часто была находима весною (въ мартѣ и апрѣлѣ) на камняхъ, въ Ангарѣ, у Иркутска.

2. Spec. 2. Planaria torva, O. F. Müller.

Planaria torva (Müller, Zool. Daniae prodr. № 2688 et Zool Daniae III, 48, tab. CIX, fig. 5, 6), Oersted (Plattwürmer, 34), Diesing · Syst. helm. I, 206); Fasciola torva Müller (Verm. terr. et fluv. hist. I, 2. p. 62).

Была находима (въ небольшомъ числѣ экземпляровъ) тамъ же, гдѣ и предъидущей видѣ; найденные экземпляры жили вмѣстѣ съ Pl. Angarensis. Этотъ видъ былъ находимъ почти во всей Европѣ, и, вѣроятно, встрѣчается также въ Западной Сибири.

3. Spec. 3. Planaria guttata, nov. sp. Gerstfeldt.

Ad Planarim torvam Müll. accedens, sed corpore multo planiore, fere foliiformi, supra fusco, 10 (interdum 8 aut 12) maculis albis vel flaveseentibus in duas series longitudinales dispositis notato-to, infra albido, ad oculos maculis albis non divisis (ut in Planaria torva) sed confusis.

Величина и отношеніе длины тѣла въ ширины у этого вида тѣ же, что и у предъидущаго, у экземпляровъ котораго длина тѣла равняется 3—4", а ширина 1½ — 2¾". У нѣкоторыхъ экземпляровъ по верхней поверхности тѣла идетъ долевая свѣтлая полоса.

— 174 —

Этотъ видъ встрѣчается въ Ангарѣ, върхолтно, гораздо чаще, чѣмъ *Pl. torva*; въ самомъ дѣлѣ, оба эти выда были собраны тамъ въ одно время и въ одномъ мѣстѣ съ многочисленными экземплярами *Pl. Angarensis*, но *Pl. torva* нашлось только три экземпляра, а *Pl. guttata* бываетъ 50 экземпляровъ.

## ORDO HIRUDINEI. Leuck, Savigny etc. ПЯВКОВЫЯ.

### Genus Clepsine. Sav.

#### 4. Spec. 1. Clepsine complanata. Sav.

*Clepsine complanata* F. Müller (de hirudin. circa Berolinum, p. 25), Grube (Wiegm. Arch. 1850, I, 361), Diesing (Syst. Helm. I, 452) etc.; *Hirudo sexoculata* Bergmann; *Hirudo complanata* O. F. Müll. (Verm. terr. et Fluv. hist. I, 2, p. 47); *Glossiphonia sexoculata* Moquin Tandon (Monogr. des Hirudinées. édit. 1846, p. 353—358, pl. XII).

*Clepsine complanata* была находима на *Limnaeus, Planorbis, Unio* и проч. Она встрѣчалась на Амурѣ (напримѣръ, въ странѣ, лежащіе около устья Уссури), около Пркутска, на Лунхѣ, на Кюргѣ, на Хапнгіѣ и около Томска. Слѣдовательно, она распространена, начиная съ средней Европы до береговъ Восточнаго океана и къ съверу доходитъ, по крайней мѣрѣ, до 66° с. ш. (Хапнгія).

### Genus Nephelis. Sav.

#### 5. Spec. 1. Nephelis vulgaris. Moq. Tand. По якутски ынахъ-тыла (что значитъ: коровій язык—названіе, выражающее форму животнаго).

*Nephelis vulgaris* Moq. Tand (Mon. d. Hirud. éd. 1827, p. 125, pl. VI, fig. 4 — 8), Grube (Wiegm. Arch. 1850, I, 358), Diesing (Syst. Helm. I, 456); *Nephelis octoculata* Moq. Tand. (Monogr. d. Hirud. éd. 1846, p. 303, pl. III, fig. 1 — 11); *Hirudo octoculata* Bergm. L.; *Hirudo vulgaris* O. F. Müller (Verm. terr. et fluv. hist. I, 2, p. 40).

Большое число экземпляровъ этого выда найдено было въ бассейнахъ Виляя, Лены и Амура и въ окрестностяхъ Пркутска и Томска. Почти всё они отличаются довольно туск-лымъ, сѣро-буроватымъ основнымъ цвѣтомъ. Только часть ихъ, и то въ большинстве слу-чаевъ только приблизительно, можно отнести къ нѣкоторымъ изъ 12 разностей описанныхъ и изображенныхъ *Moquin-Tandon* (Mon. d. Hir. édit. 1846).

а) Разность «*vulgaris*» Moq. Tand. (pl. III f. 1) или «var. fusco-immaculata» O. F. Müller. Къ ней, безъ сомнѣнія, относятся оиноцвѣтные буровато-желтые экземпляры, изъ ко-торыхъ многие собраны въ окрестностяхъ Пркутска, а одинъ найденъ на Амурѣ (недалеко отъ устья Сунгари). Сюда же можно отнести многочисленные экземпляры изъ окрестностей Пркутска и Томска и изъ Хапнгіи, которые, подобно предъюнчимъ, не имѣютъ ни пятенъ, ни другихъ какихъ либо рисунковъ, но которые окрашены гораздо болѣе темнышъ и гораздо менѣе чистымъ сѣровато-бурымъ цвѣтомъ. Пятъ, свѣтлые экземпляры, весьма близкие къ средне-европейскимъ, повидимому, встрѣчаются въ Сибири только на югѣ.

б) Нѣкоторые экземпляры, собранные въ окрестностяхъ Томска и Пркутска, окрашены буровато-сѣрымъ цвѣтомъ; нижняя поверхность у нихъ свѣтлѣе и безъ пятенъ; на верхней находятся двѣ среднія, весьма близко одна къ другой лежащія, полосы, и двѣ боковыя; полосы состоять изъ точекъ или поперечныхъ черточекъ чернаго цвѣта. Эти экземпляры на-

— 175 —

поминают и «var. z. rutila Moq. Tand. (l. c. f. 7), и «var. z. luteo-fusca, linea media nodosa, laterali nigricante, antice intus pinnata O. F. Müller (var. z. Mülleria Moq. Tand.)», но ни къ той ни къ другой не могутъ быть отнесены. Они, можетъ быть, имѣютъ нѣкоторое сходство съ видомъ *Nephelis quadristriata Grube* (Wiegm. Arch. 1850, I, 358), съ которымъ однако же, не могли быть сравниены.

в) **Основной цвѣтъ буровато-сѣрый; вдоль всей спины идетъ довольно широкая полоса основного цвѣта, на которой нѣтъ никакихъ пятенъ; по бокамъ же всей этой полосы разсѣяны черныя точки, которые лежатъ всего гуще около самой полосы, къ краямъ же тѣла становятся постепенно рѣже; отъ этихъ точекъ тѣло животнаго кажется сверху (за исключениемъ спинной полосы) черноватымъ. Заднее сосало имѣетъ сверху, лучшеобразно пДущія, темныя черты на свѣтломъ полѣ. Экземпляры этой разности найдены въ озерахъ около Кюрги и на Хайнгівъ.**

г) **Кольца на спинѣ буровато-сѣрыя, и притомъ окрашены поперемѣнно одно свѣтлое (такого же цвѣта, какъ и не имѣющее пятихъ брюхо) и четыре темнѣе, отчего спина кажется покрытою поперечными свѣтлыми полосами, находящимися въ равныхъ одной отъ другой разстояніхъ. Сверхъ того, темныя, спинныя, части колецъ усѣяны болѣе свѣтлыми точками и квадратиками, и отъ этого пропадитъ, что на спинѣ какъ будто наисовано нѣсколько, одна за другой слѣдующихъ, шахматныхъ досокъ. Верхняя сторона задняго сосала изчерче- на темнымъ радіусами, такъ же, какъ у предъидущей разности. Описанное расположеніе цвѣтовъ замѣчено было только у одного экземпляра, который былъ пойманъ въ окрестностяхъ Томска; экземпляръ этъть, сообразно формѣ находящихся на немъ фигуръ, можно разма- тривать какъ *var. tesselata*.

Кромѣ описанныхъ четырехъ формъ, есть еще много переходовъ отъ одной формы къ дру- гой. Такъ, напримѣръ, боковыя и среднія полосы сливаются между собою, и такимъ образомъ № 2 переходить въ № 3 (изъ Кюрги); точки становятся неявственными (Кюрга, Хайнгія), и такимъ образомъ № 3 переходить въ № 1; всѣ долевые полосы (въ № 2 и 3) сливаются одна съ другой, такъ что вся спина становится покрытою точками, и такимъ образомъ № 2 и 3 переходить въ № 4 (Пркутскъ). У весьма многихъ экземпляровъ заднее сосало, такъ же, какъ и оба боковые края задней части тѣла, усажено короткими, но довольно густыми щетинками.

Это животное было находимо иногда присосавшимся къ укамъ; въ нѣкоторыхъ изъ та- кихъ недѣш.пыхъ я видѣлъ настоящую красную кровь. Оба факта замѣчательны: говорить обыкновенно, что оно не можетъ прорѣзывать кожи позвоночныхъ животныхъ и любить извѣ- таться въ водѣ, прикрывшись къ какому нибудь предмету своимъ заднимъ сосаломъ (срав. Moq. Tand. Mon. d. Hir. édit. 1846, стр. 302).

Изъ вышесказаннаго видно, что *Nephelis vulgaris* свойственна не только Европѣ, но и всей съверной Азіи, и далеко (до 66° с. ш.) идетъ на съверь.

**Genus Aulacostomum (Moq. Tand). Grube. Струеротка.**

6. Spec. 1. Aulacostomum Gulo. Braun.

*Aulacostomum Gulo* Moq. Tand. sec. Grube Wiegm. Arch. 1850, I, 358; *Aulostomum Gulo* Moq. Tand. sec. Diesing (Syst. Helm. I, 461); *Aulastoma Gulo* Moq. Tand. (Hirud. édit. 1846, p. 313, pl. V, fig. 1—6); *Aulastoma nigrescens* Moq. Tand. (Hirud. édit 1827, p. 124, pl. VI, fig. 3):

— 176 —

Hirudo Gulo Braun (Systemat. Bescheib. einiger Egel-Arten, p. 12, Tab. I. fig. 1—7); Hirudo sanguisuga O. F. Müller (Verm. terr. et fluv. hist. I, 2, p. 78).

У большей части недѣлимыхъ спина зеленовато-черная, брюхо и края тѣла свѣтлаѣе, зеленовато-бурые; по брюшной сторонѣ, около каждого края, идетъ долевой рядъ черныхъ точекъ и патнышекъ; мѣстами, между этими двумя рядами, попадаются также отдѣльныя черныя точки. Животныя съ описанною раскраскою довольно часто встрѣчаются около Том- ска, но также были находимы около Пркутска и на Амурѣ; по раскраскѣ, ихъ съ большюю основательностію можно отнести къ нормальной формѣ Aul. Gulo (Moq. Tand. Mon. d. Hir. édit. 1846 pl. V. fig. 1, 2). Крошъ этихъ, доставленъ былъ еще одинъ экземпляръ этого вида, найденный въ окрестностяхъ Томска. Этотъ экземпляръ не принадлежитъ ни къ одной изъ 7 разностей, приводимыхъ Moquin-Tandon (Mon. d. H. édit. 1846 p. 315); подобно выше описаннымъ, онъ окрашенъ зеленовато-чернымъ цвѣтомъ; но брюхо у него только немного свѣтлаѣе спины и покрыто болѣе, чѣмъ обыкновенно, многочисленными свѣтлыми патныш- ками; сверхъ того, на верхней сторонѣ его пѣдъ, по три справа и сѣва, долевыя черныя полосы, которые пересѣчены многочисленными, черными же, поперечными нолосками, от- чего, по обѣимъ сторонамъ средней, не имѣющей пятенъ линіи, проходятъ черные кресты расположенные въ 2 — 3 ряда.

На верхней губѣ большею частію находится небольшой пучекъ щетинокъ; на задней ча- сти тѣла, также иногда встрѣчаются щетинки, сидящія на спинной сторонѣ и на заднемъ сосалѣ.

Встрѣчается во всей Европѣ и во всей Сибири. Исключеніе, можетъ быть, составляется только съперная Сибирь; такъ можно думать потому, что экземпляровъ, которые были бы найдены на Вилюѣ, никогда не попадалось; впрочемъ, въ Сибири это животное встрѣчается, повсюдмому, гораздо рѣже, чѣмъ *Nephelis vulgaris*, Въ Западной Сибири оно попадается го раздо чаще, чемъ въ Восточной.

CLASSIS ANNELIDES. *Leuck. КОЛЬЧАТЫЯ.*

ORDO NEMATODES *Leuck.*

Genus Gordius. O. F. Müller. Волосатикъ.

1. Spec. 1 Gordius Seta. O. F. Müller.

Gordius Seta O. F. Müller (Verm. terr. et fluv. I, 2, p. 30), Diesing (Syst. Heim. II. 83): Gordius aquaticus Gmelin, Cuvier, Berthold, Siebold etc.; *Filaria* auct.

Пять экземпляровъ найдены въ Байкалѣ, въ которомъ этотъ червь встрѣчается иногда въ огромномъ численн. Изъ этихъ пяти экземпляровъ, четыре суть самки и только одинъ—са- мецъ; это весьма замѣчательно потому, что Энобольдъ (Wiegm Arch. 1843, II, 303) гораз- до чаще встрѣчалъ самцовъ, чѣмъ самокъ. Самецъ имѣетъ 2" 2"" длины, самки, нанротивъ, имѣютъ 5—5½"" длины, при ширинѣ въ ¼—1/3"" Цвѣтъ этихъ недѣлимыхъ—однообразно- бѣлый съ желтымъ оттѣнкомъ. Такого же цвѣта и самка, найденная въ окрестностяхъ Пркут- ска (вѣроятно, въ какомъ нибудь ручьи). Въ Европѣ, бурая разность, внѣ тѣла животныхъ,

— 177 —

встрѣчается обыкновенно чаще бѣю. Впрочемъ, магистръ Герстфельдъ часто находилъ первую въ Шилкѣ, и въ этой рѣкѣ, такъ же, какъ и во всѣхъ даурскихъ рѣкахъ, она, по словарямъ Георги (Reisen I, 336), весьма обыкновенна. Палласъ упоминаетъ о волосатикахъ валдайскихъ и о волосатикахъ (Reisen I, 9), встрѣчающихся въ озерахъ, которые лежатъ около верхняго Пртыша, въ сосѣдествѣ съ русско-китайской границей: въ послѣдней мѣстности встрѣчаются, по его словамъ, и свѣтлая и темная разность. Пзъ сказаннаго можно вывести, что Gordius Seta встрѣчается во всей Европѣ и также во всей Сибири (можетъ быть, за исключеніемъ г.убокаго съвера): пишутъ, что онъ водится также и въ Бразиліи, и что, при томъ, форма, встрѣчающаяся тамъ, ничѣмъ не отличается отъ европейской (Diesing, Syst. Helm. II, 83).

ORDO LUMBRICINI. *Leuck. ДОЖДЯНИКОВЫЯ.*

**Genus Lumbricus** *L. s. str.* Grub. **Дождяникъ (Дождевой червь).**

**2. Spec. 1. Lumbricus anatomicus. Dugés.**

*Lumbricus anatomicus* Dugés (Ann. d. sc. nat. 1828, XV. p. 292, № 3), Hoffmeister (de verm. quibusd. ad Lumbr. pert., 23, tab. I, fig. 6 et Wiegm. Arch. 1843, I, 188, T. IX, fig. 3), Grube (Wiegm. Arch. 1850, I, 347); *L. communis* Hoffmeister (Die Arten aus d. Fam. d. Regenw., 23, fig. 3) et *L. comm.*? Grube (Middend. Sibir. Reise, II, 1, p. 19).

Къ этому виду надо, повидимому, отнести многіе экземпляры изъ рода *Lumbricus*, собран- ные около Томска, въ окрестностяхъ Иркутска, на Лунхѣ и Амурѣ (какъ у соединенія Шил- ки съ Аргунью, такъ и далѣе внизъ по Амуру и около устья Сунгари). Если эти опредѣленія справедливы и если найденный на Боганидѣ червь, котораго Грубе относить съ сомнѣніемъ къ *L. anatomicus* (Middend. Sib. Reise, l. с.), действительно, сюда относится, то надо при- нять, что этотъ видъ имѣетъ весьма обширное распостраненіе: что онъ встрѣчается въ сред- ней Европѣ (Франціи и Германіи) и къ востоку отсюда распространенѣ, вѣроятно, по всей Россіи (*) и по всей съверной Азіи.

У помянутыхъ сейчасъ экземпляровъ тѣло цилиндрическое, неуточенное сильно из зад- немъ концѣ; головная лопасть имѣтъ спереди выщерблину. Хорошо сохранившіеся экзем- пляры окрашены однообразно сѣровато-бурымъ цищомъ; красно-бурый пигментъ въ кожѣ спины имѣтьль только худо сохранившіеся экземпляры, которые, можетъ быть, относятся къ другимъ видамъ (*L. agricola* Hoffm. или другимъ). Нѣкоторые экземпляры достигаютъ длины 6".

**3. Spec. 2. Lumbricus brevispinus, nov. sp.** *Gerstfeldt.*

Corpore coriaceo, terete, antice et postice attenuato, annulis distinctis, transversim rugosis; lobo capitali brevi, rotundato, processu postico brevissimo, obtuso; cingulo nullo; setarum gemina- rum seriebus quatuor longitudinalibus, minimarum.

Длина тѣла—2"; толщина, у 20-го кольца (гдѣ оно всего толще), — 1¹/₂", на заднемъ и

(*) По крайней мѣрѣ, магистръ Герстфельдъ памѣлъ его въ Инфлиндіі, около Перну.

*Обл. жиботн.*

23

— 178 —

переднемъ концахъ — только ¹/₂"" Колецъ 83. Этотъ видъ, по своей организаціи, прибли-
жается, съ одной стороны, къ L. multispinus Grube, а другой къ L anatomicus Dugès и L.
agilis Hoffm.

Два экземпляра этого вида найдены: одинъ, довольно хорошо сохранившійся, на Амурѣ,
въ странѣ, лежащей около устъя Сунгари; другой, безъ головнаго и хвостоваго концовъ, въ
окрестностяхъ Иркутска.

### 4. Spec. 3. Lumbricus multispinus? Grube.

*Lumbricus multispinus* Grube (Middend. Sibir. Reise, II, 1, p. 19, tab., II. fig. 4, et Wiegm.
Arch. 1850, I, 348).

Къ этому виду можно, кажется, отнести одинъ экземпляръ изъ рода *Lumbricus*, найден-
ныі на Лунхѣ.

## ЗАГЛЮЧЕНІЕ.

(общій ГЕОРАФИЧЕСКІЙ ОБЗОРъ НАЙДЕНЫХЪ ВЪ СИБИРИ МНОГОНОГИХЪ, РАКООБРАЗНЫХЪ
И ЧЕРВЕЙ.)

### СУСТАВЧАТОНОГІЯ.

#### МНОГОНОГІЯ.

Пзъ семи приведенныхъ видовъ, *Lithobius sibiricus* распространенъ по всей съверной
Азіи; по крайней мѣрѣ, онъ танется отъ Томска, на западѣ, до близкихъ къ устью частей
Амура на востокѣ, а протягиваясь къ съверу, проникаетъ даже въ долину Вилюя. Напро-
тивъ, *Iulus armatus* былъ находимъ только около Иркутска. Остальные пять видовъ встрѣ-
чаются въ бассейнѣ Амура, и, притомъ, три изъ нихъ (*Iulus Amurensis*, *Platydesmus Amuren-
sis* и *Craspedosoma dahuricum*), повидимому, исключительно свойственны этому бассейну, а
два остальные встрѣчаются, кромѣ того, и въ Европѣ, хотя въ собственно такъ называемой
Сибири и не были до сихъ поръ находимы. Итакъ, Амурскій край гораздо богаче много-
ногими, чѣмъ остальная Сибирь (въ первомъ найдено шесть видовъ, во второй только два), и
*Chilognata* имѣютъ въ съверной Азіи болѣе представителей, чѣмъ *Chilopoda*.

#### РАКООБРАЗНЫЯ.

Пзъ 10 приведенныхъ видовъ этого класса, только два свойственны и Европѣ и съверной
Азіи: *Gammarus Pulex*, который, по всей върятности, распространенъ начиная съ средней
Европы до Камчатки, и *Cypris pubera*, которая была находима въ Европѣ и въ Восточной
Сибири (какъ на югѣ, такъ и на съверѣ). Два другие вида были находимы только въ амурскомъ
бассейнѣ. Эти два вида суть: *Astacus davuricus*, встрѣчающийся въ верхнемъ Амурѣ и его
притокахъ и весьма сходный, если не тождественный, съ однимъ лпонскимъ, *Astacus japoni-
cus* (см. Siebold Fauna japonica, *Crustacea elaborante W ge Haan, p. 164, tab. XXXV*, fig.
9); *Cymothoa Amurensis*, замѣчательная твм чѣ, то живетъ, какъ паразитъ, на прѣсоводныхъ

— 179 —

рыбахъ, тогда какъ всѣ другие виды этого рода волятся въ морѣ. Остальные шесть видовъ всѣ
принадлежатъ къ роду Gammarus (изъ котораго мы, такимъ образомъ, находимъ, по край-
ней мѣрѣ, семь видовъ въ прѣсныхъ водахъ Сибири), и всѣ были собираемы только въ Во-
сточной Сибири; изъ нихъ 4 (G. verrucosus, G. Maackii, G. cancelloides и G. latissimus)
живутъ въ Ангарѣ, у Иркутска, и въ другихъ мѣстахъ нигѣ находимы не были; одинъ (G.
Cancellus) встрѣчается въ Ангарѣ, въ Байкальѣ и, по Палласу, также въ Ленѣ; шестой видъ
(G. Kürgensis), повидимому, принадлежитъ глубою мѣверу. Птакъ, Сибирь, за исключе-
ніемъ амурскаго бассейна, вознаграждена, за недостатокъ вида Astacus (*), большимъ богат-
ствомъ видовъ Gammarus. Замѣтимъ еще здѣсь, что г. Миддендорфъ привезъ изъ сѣверной
Сибири 5 формъ низшихъ ракообразныхъ, и всѣ эти 5 формъ признаны были Себ. Фишеромъ
(Middend. Sibir. Reise, II, 1, p. 149 sqq.) за 5 новыхъ видовъ; изъ этихъ пяти видовъ три
найдены только на Таймырѣ и Боганидѣ, одинъ, сверхъ того, въ Лапландіи и одинъ въ
Лапландіи и уральской странѣ. Птакъ, Сибирь, повидимому, весьма богата собственно ей
принадлежащими формами ракообразныхъ.

ЧЕРВП.

Болѣе половины (6) изъ 10 приведенныхъ видовъ общи съверной Азіи съ Европою. Изъ
этихъ европейско-азіатскихъ видовъ, пять (Clepsine complanata, Nephelis vulgaris, Lumbricus
anatomicus, Aulacostomum Gulo и Gordius Sela) танутся, повидимому, черезъ весь материку
отъ Атлантическаго моря до Восточнаго океана и, по крайней мѣрѣ, три первые изъ нихъ,
вдутъ далеко къ сѣверу, проникая даже въ бассейны Вилюя и (по Миддендорфу) Боганиды;
шестой видъ (Planaria torva) былъ находимъ только въ Европѣ и въ южной части Восточной
Сибири (Иркутскъ), хотя, вѣроятно, встрѣчается и въ межълежащихъ странахъ. Остальные
(изъ 10) 4 вида свойственны, сколько до сихъ поръ извѣстно, исключительно Восточной
Сибири; изъ нихъ, 2 планаріи (Planaria Angarensis и Pl. guttata), весьма часто встрѣ-
чаются въ Ангарѣ у Иркутска, тогда какъ помянутая уже выше Planaria torva, живущая
мѣстъ съ ними, попадается здѣсь сравнительно весьма рѣдко; два вида Lumbricus, сходные
между собою во многихъ отношеніяхъ и многими особенностями отличаются отъ другихъ
видовъ этого рода, распредѣлены по Сибири такъ, что одинъ (L. multispinus) принадлежитъ
сѣверу (Лунхъ и, по Миддендорфу, Боганидѣ), а другой (L. brevispinus) югу (Иркут-

* *Astacus fluriatilis* *aust.* въ Европѣ доходить, какъ полагаютъ, на востокъ только до р. Урала и до Камы (*Pallas, Reise*, III, 208), и, говоря точище, простраивается въ бассейнъ этой послѣдней только до Чу- совой и по Чусовой только до устья Утки (*Georgi, Reise*, II, 575); къ востоку отсюда, въ Европейской Росси и во всей Спбри, сцейество *Astacidae* не имѣть представителей до самаго амурскаго бассейна, въ кото- ромъ представителемъ его является *Ast. daturicus* Pall. Какъ ищ кажется это явленіе странилмъ, однако противъ действительности его нельзя привести никакихъ положительныхъ доказательствъ; не только до сихъ поръ незвѣстно ни одного вида *Astacus*, который бы водился въ собственно такъ называемой Сибири, но и въ Алтайской странѣ, которая хорошо изслѣдована въ естественно-историческомъ отношеніи, этотъ родъ, по- видимому, не имѣть представителей. Напротивъ, о ракахъ (*Astacus*), водящихся въ Дaurіи, упоминаютъ уже Мессершиздъ и путешествовавшій вмѣстъ съ нимъ Шталембергъ (или Тобберть, какъ онъ первоначально па- зывался), которые посвѣтля этотъ край около середины прошедшаго столѣтія. Мессершиздъ даже прислалъ тогда въ С.-Петербургскій музеумъ экземпляры дасрскаго рака (см. *Pallas, Spic. zool.*, Fasc. IX, p. 81).

— 180 —

ску и Амуру). Г. Грубе (Middend. Sib. Reise, II, 1, p. 19 и 20) описывает еще 2 сибирские вида (Lumbricus triannularis Grube и Acanthobdella Peledina Grube); но г. Герстфельду эти виды не попадались. Итакъ, Восточная Сибирь обладает нѣсколькими ей исключительно свойственными видами, которые принадлежать частью сѣверному ея пространству, частью южному, частью же всему ея пространству; всѣ остальные водящіеся въ ней виды встрѣчаются и въ Европѣ.

ИЗВЛЮЧЕНІЕ ИЗЪ СТАТЬИ МАГНИСТРА ГЕРСТФЕЛЬДА

О СУХОПУТНЫХ И НРЪСНОВОДНЫХ МЯГКОТЪЛЫХ СИБИРИ И БАССЕЙНА АМУРА.

Статья г. Герстфельда, в которой разработаны привезенные мною изъ-за Урала малакологическая коллекция, в настоящее время печатается в IX томъ «Mémoires des savants etrangers», издаваемых С.–Петербургской Императорской Академіей Наукъ. Извлеченіе изъ этой статьи сдѣлано съ большею подробностью, чѣмъ всѣ другія извлеченія, вошедшія въ составъ моей книги. Къ этому побудило меня, съ одной стороны, то, что мягкотѣлыя, вообще, принадлежать къ числу животныхъ, которыми въ Россіи много занимаются; а съ другой стороны то, что статья г. Герстфельда, въ которой сведены важнѣйшія работы о распространеніи съверно-азіатскихъ молinosковъ, весьма важна по отношенію къ географіи всей съверо-восточной Азіи.

МЯГКОТЪЛЫЯ ЖИВОТНЫЯ.

БРЮХОНОГІЯ.

ORDO PECTINIBRANCHIA.

Genus Paludina. Lamarck. Лужанка.

1 Spec. 1. Paludina Ussuriensis, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa imperforata aut subperforata, conoidea, apice acuta et saepissime integra, tenuis, nitidula, flavescens, virescens vel fusco-viridis, saepe trifasciata, transversim striata et plicata carinisque longitudinalibus notata, interdum superficiem scrobiculato-cicatricosam offerens; anfr. 5 — 6 convexiusculi; sutura mediocris; apertura rotundo-ovata, superne subacute sinuata; perist. acutum, marginibus exteriore productiore, columellari reflexo. Alt. 45 — 60 (1"7",73 — 2"3",64), lat. 32 — 40 mill. (1"2",608 — 1"5",760).

Водится въ озерахъ, разсѣянныхъ по берегамъ средняго и нижняго Амура и сообщающихся сънимъ, и особенно часто встрѣчается въ мелкихъ болотныхъ озерахъ при устьѣ рѣки Уссури.

2. Spec. 2. Paludina praerosa, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa imperforata, ovato-globosa, solida, vertice saepissime praeroso, plicato-striata, aut striata, fere opaca, olivacea; anfr. 3—5, convexiusculi, supra attenuati; sutura laevis; apertura rotundo-ovata, superne subacute sinuata; perist. acutum, margine exteriore productiore. Alt. 23 — 35 (9"',062 — 1"3",790), lat. 19 — 26 mill. (7",486 — 1"0",244).

Водится тамъ же, гдѣ предъидущій видъ; при устьѣ Уссури встрѣчается, повидимому, не чаще, какъ и въ другихъ мѣстахъ.

— 182 —

### 3. Spec. 3. *Paludina baicalensis*, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa imperforata vel subrimata, ovato-ventricosa, vertice praeroso, striatula, nitidula, tenuissima, transparens, flavescens; anfr. 3—4 convexiusculi, ultimus ampliatus: sutura profunda; apertura rotundo-ovata, superne sinuata; perist. rectum, acutum, margine columellari vix reflexiusculo. Alt. 16 (6"', 304), lat. 12 mill. (4"',728).

Этотъ видъ извѣстенъ г. Герстфельду только по изображенію одного (къ сожалѣнію, по-терявшагося) экземпляра, по нѣсколькимъ небольшимъ (въ 6 милл. [2"',364] дл.), невзрос-лымъ еще животнымъ и по свѣдѣніямъ, сообщеннымъ мною.

Найдена въ Байкалье; встрѣчалась рѣдко (*).

### Genus Bythinia. Gray. Болотникъ.

### 4. Spec. 1. Bythinia similis. Drap.

Drapapnaud hist. d. moll. 34, pl. 1, fig. 15 (Cyclostoma similis).

Эти животныя были находимы, въ довольно большомъ численніе, около Томска, на Лунхѣ и на Хангільѣ, такъ же, какъ и почти на всемъ Амуру.

*Bythinia Kickxii Wessend.*, которая доставлена г. Миддендорфу (Sib. Reise, II, 1, 299) изъ Киргизской степи г. Шренкомъ и которой собранные въ окрестностяхъ Петербурга экзем-пляры г. Герстфельдъ пимѣль случай видѣть, не представляетъ никакихъ замѣтныхъ видовыхъ отличій отъ *B. similis Drap*.

### 5. Spec. 2. Bythinia striata. Benson.

Встрѣчается довольно часто по среднему и нижнему Амуру, начиная отъ Хинганскаго хребта, особенно около устья Уссури; весьма нерѣдко живетъ вмѣстѣ съ *Byth. similis Drap*.

### Genus Hydrobia. Hartmann.

### 6. Spec. 1. Hydrobia Angarensis, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa imperforata vel fere subrimata, subturrita, opaca, striata, viridi-vel fusco-cornea: anfr. 3 — 6, sensim accrescentes, convexi, ultimus interdum parum ampliatus; sutura profunda: apertura oblongo-rotundata, superne subsinuata; perist. acutum, rectum, margine columellari interdum vix reflexiusculo. Alt. 7 — 8 (2"",738 — 3"",152), lat. 3,5 — 4 mill. (1"",379 — 1"",576).

Была находима въ Байкалье и въ Ангарѣ, около Пркутска; встрѣчается не очень часто.

### Genus *Melania*. Lamarck. Чернава.

### 7. Spec. 1. *Melania Amurensis*, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa imperforata, ovato-conica vel conico-turrita, spira elevata, vertice semper plus minusve praeroso, viridescens, flavescens aut fusca; sutura mediocris; apertura acute ovata ad basin effusa; perist. simplex, acutum.

*Var. a legitima:* costata vel tuberculato-costata; alt.—45 (1" 7"",73), lat.—16 mill. (6"",304).

*Var. b laerigata:* costis plus minusve vel omnino deficientibus; alt. — 20 (7"",88), lat. — 8 mill. (3"",152).

* *Paludina baicalensis, Hydrobia Angarensis, Valvata baicalensis, Ancylus sibiricus* и *Choanotphalus Maachi* суть единственныя раковны, пайдепныя въ Байкалѣ; изъ пихъ 2-я, 4-я и 5-я водятся также и въ Ангарѣ, а 5-я кромѣ того и около Томска. Въ Байкалѣ всѣ эти виды до сихъ поръ были находныя только мною и притомъ только въ одной мѣстності: у Шаманскаго камня (находящагося на юго-западномъ концѣ озера, около Култука), гдѣ живутъ на глубинѣ двухъ сажень и болѣе, на камняхъ: виды, встрѣчаю-щёся также и въ Ангарѣ (и именно около Иркутска), живутъ въ этой рѣкѣ у береговъ на мелкихъ мѣстахъ съ каменствымъ, но ровнымъ дномъ.

— 483 —

Типические экземпляры разности $\alpha$ им\"ют значительную величину и покрыты большими
ч\"альными или представляющими ряды бугорковъ ребрышками; они р\"эзо отличаются отъ-
гладкихъ, маленькихъ типическихъ экземпляровъ разности $\beta$, такъ что объ разности можно
принять за отд\"альные виды. Но есть также и среднія формы, между которыми встр\"чаются
всевозможные переходы отъ $\alpha$ къ $\beta$, какъ относительно развитія ребрышекъ, такъ и относи-
тельно величины раковины. Величина раковины обыкновенно соответствуетъ развитію ребры-
шекъ: ч\"мъ болѣе развиты послѣднія, тъмъ бываетъ больше и раковина; однако же, слу-
чается часто, что экземпляры болѣе крупные бываютъ менѣе ребристы, ч\"мъ экземпляры
болѣе мелкіе; экземпляры, относящіеся къ разности $\alpha$, бываютъ часто болѣе продолговаты,
ч\"мъ экземпляры разности $\beta$; послѣдніе часто бываютъ вытянутѣе первыхъ и, притомъ,
большею частью им\"ютъ форму менѣе балшенковую, ч\"мъ яйцеобразно-коническую.

Была находима въ среднемъ Амуръ и въ верхней части нижнаго. Около устья Буреи встрѣчались только гладкіе экземпляры; но въ другихъ мѣстахъ, напримѣръ, сейчасъ за Хинганскимъ хребтомъ (по течению Амура), попадались обѣ разности.

Genus *Valvata*. Müller. Затворка.

8. Spec. 1. *Valvata piscinalis*. Müller.

Müller Verm hist., II, 172, № 358 (Nerita pisc.; Draparnaud hist., etc. 13, № 3, pl. 1, fig. 14;
Middend. Sib. Reise, II, 1, 299.

Экземпляры, собранные въ Оленекъ, Вилюѣ и Кюргъ, представляютъ, относительно
очертаній раковины (именно, относительно выпуклости изворотовъ и вышины раковины), до-
вольно большое разнообразіе, такъ что нѣкоторые приближаются даже къ V. *depressa* C. Pfr.;
впрочемъ, то же самое замѣчается и въ европейскихъ животныхъ. Амурские экземпляры со-
ставляютъ, можетъ быть, особенную разность, потому что при средней высотѣ винта им\"ютъ
пупокъ, больше или меньше прикрытый отвороченнымъ внутреннимъ краемъ отверстія, и по-
крыты авственными ребрышками. Впрочемъ, есть и переходы къ совершенно почти гладкой
и им\"ущей довольно открытый пупокъ (европейской) формъ.

9. Spec. 2. *Valvata cristata*. Müller.

Müller Verm. hist., II. 198, № 384; Draparnaud hist., 41, № 2, pl. 1, fig. 34, 35.—V. *planorbis*
Middend. Sib. Reise, II, 1, 299.

Была собираема въ окрестностяхъ Прукутска.

10. Spec. 3. *Valvata baicalensis*, nov. sp. *Gerstfeldt*.

Testa subdiscoidea, supra subplana, spira vix emergente, subtus concava, striatula, opaca, viridi-
vel fuscente-cornea; anfr. 3¼—4, mediocriter accrescentes, subteretes, ultimus ampliatus: sutura
profunda; apertura subcircularis; persist. acutum. Alt. 5 — 8 ('''',970 — 3'''',152); diam. maj. 13
(5'''',122), d. min. 10 mill. (3'''',94).

Была находима неръдко въ Байкалѣ.

ORDO PULMONATA.

Genus Arion. *Férussac. Моложень.*

11. Spec. 1. Arion ater. L.

Linné syst. nat. ed. 12, 1801, № 1 (*Limax* ater); Draparnaud hist., 122, t. 9. fig. 3—5; C.
Pfeiffer Naturgesch. deutsch. L. u S. moll., I, 19 (*Lim. ater*), III, 32 (*Arion empiricorum Fér.*).

— 184 —

Экземпляры, повидимому, относящиеся къ этому виду, были такъ лурно сохранены, что за точность этого определения нельзя выполнѣ ручаться. Если оно справедливо, то изъ числа ихъ многіе амурскіе и вилюйскіе экземпляры относятся къ разности *aterrimus totus*, окрашенной силошь чернымъ цвѣтомъ; другие амурскіе же экземпляры представляютъ уже болѣе свѣтлую окраску: они болѣе буроваты, нога у нихъ оливково-зеленая, но щитокъ еще темно-черный; экземпляры послѣдняго рода составляютъ уже переходъ къ экземплярамъ, найденнымъ около Иркутска; послѣдніе окрашены силошь буровато-желтымъ цвѣтомъ, который на ногѣ нѣ сколько свѣтлѣе, и должны быть отнесены къ разности *totus rufus vel brunneus*.

### Genus Vitrina. Drap. Стеклуша.

#### 12. Spec. 1. Vitrina pellucida. Müll.

Müller Verm. hist. II, 15, № 215 (*Helix pell.*); Draparnaud hist. 119, pl. 8, fig. 34 — 37; Rossmässler Icon. I, 74, t. 1, fig. 28; L. Pfeiffer Mon. Hel. II, 498, № 1, III, 1, № 1; Maack Mélanges biolog. de l'Acad. d. St.-Pétersb. II, 1853, p. 18, № 24.

Было привезено небольшое число амурскихъ экземпляровъ.

### Genus Succinea. Drap.

#### 13. Spec. 1. Succinea putris. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel., I, 3659, № 135 (*Helix putr.*); Draparnaud hist. 58, t. 3, fig. 20 — 23; Rossmässler Icon. I, 91, t. 2, fig. 45 (*S. amphibia*), 92, t. 2, fig. 46 (*S. Pfeifferi*); Pfeiffer mon. Hel. II, 513, № 1, III, 8, № 1 (*S. amph.*), II, 514, № 2, III, 8, № 3 (*S. Pfeiff.*); Siemaschko Bull. phys.-math. d. l'Ac. d. St.-Pétersb. VII, 1849, p. 232; Middendorff Sib. Reise, II, 1, 299, t. 26, fig. 6—9; Maack Mél. biolog. de l'Acad. d. St.-Pétersb. II, 1853, 15, № 17.

Большое число экземпляровъ этого вида привезено изъ окрестностей Томска и Иркутска, со всѣхъ частей Амура, съ Лены (собр. у Киренска), съ Лунхи и съ Вилюя. Это — большейю частью переходныхъ формы отъ *Succ. amphibia Drap.* къ *S. Pfeifferi Rossm.*, чаще приближающіяся къ послѣдней, чѣмъ къ первой. Попадаются, однако же, и типическія формы обоихъ, несправедливо принимавшихся за отдѣльные, видовъ, и, притомъ, какъ между съверными, такъ и между южными экземплярами. Южно-сибирскіе, и амурскіе, экземпляры отличаются отъ съверно-сибирскихъ и европейскихъ меньшею ширинною раковины и болѣе длиннымъ и узкимъ отверстіемъ.

### Genus Helix. L. emend. Улітка.

#### 14. Spec. 1. Helix fulva. Drap.

Draparnaud hist. 81, pl. 7, fig. 12, 13; Rossmässler Icon. VIII, 38, t. 39, fig. 535; Pfeiffer Mon. Hel. I, 30, № 36, III, 32, № 38.

Была находима въ окрестностяхъ Иркутска, на Амурѣ и на Курѣ.

#### 15. Spec. 2. Helix Amurensis, nov. sp. Gertifeldt.

Testa subperforata vel rimata, ovato-turrita, tenuis, corneo-lutescens, sericina, membranaceo-costulata; spira elevata, obtusiuscula; anfr. 4—4½, convexiusculi, celeriter accrescentes; sutura mediocris; apertura rotundato-lunaris; perist. simplex, acutum, margine columellari subreflexo. Alt. 3, 5 (1"", 379), diam. 2 — 2, 5 mill. (0"", 788 — 0"", 985).

Встрѣчается, какъ кажется, по всему нижнему Амуру.

— 185 —

16. Spec. 3. *Helix ravida*. Benson.

Benson in Ann. and. Mag. IX, 486; Pfeiffer Mon. Hel. III, 80, № 310. — *Helix helvacea Phil.*, Icon. II, 9, p. 1, t. 6, fig. 2; Chemnitz Conchyl. Cabinet edit. II, *Helix* № 547, p. 123, t. 87, fig. 25, 26; Pfeiffer Mon. Hel. I, 83, № 188.

Единственный экземпляръ найденъ 8 сентября 1855 г., во время обратного пути вверхъ по Амуру, на береговомъ скатѣ *Минати* (на правомъ берегу между устьями рр. Сунгари и Уссури); отверстіе его раковины было въ то время уже затянуто зимнею перенонкоко бълаго цвѣта. Этотъ экземпляръ внилѣ удовлетворительно подходитъ къ приведеннымъ выше описаннымъ и изображеніямъ; только вышла его слишкомъ велика (*Alt. 20* [7"', 88]; *diam. maj.* 22 [8"', 668], *min.* 18 mill. [7"', 092]). Онъ относится къ нормальной, не имѣющей полосъ, формѣ. До сихъ поръ полагали, что этотъ видъ водится только въ Китай.

17. Spec. 4. *Helix pygmaea*. Drap.

Draparnaud hist. 114, pl. 8, fig. 8 — 10; Rossmässler Icon., VIII, 37, t. 39, fig. 532. Pfeiffer Mon. Hel. I, 97, № 241, III, 91, № 383.

Была находима у Кулкука на берегу Байкала.

18. Spec. 5. *Helix Maackii*, nov. sp. *Gerstfeldt*.

Testa fere aperte vel plus minusve obecte umbilicata, subglobosa, tenuis, solidiuscula, transparens, distincte oblique striata vel interdum fere plicata, parum nitidula, flavescens, rufo-vel fusco-trifasciata; anfr. 6—7, convexiusculi; sutura mediocris; apertura lunato-rotundata; perist. subsimp-lex, reflexiusculum, sublabiatum, margine columellari reflexo. Diam. maj. 30 (1"'4",82), min. 26, 5 (1"'0",441); alt. 24 — 30 mill. (9"'.456 — 1"'4",82).

Верѣчается, довольно часто, на среднемъ Амурѣ, особенно между устьями Сунгари и Уссури.

19. Spec. 6. *Helix ruderata*. Studer.

Studer Verzeichniss, 12: Rossmässler Icon. VII, 13, t. 33, fig. 455; Pfeiffer Mon. Hel. I, 105, № 264, III, 100, № 435; Middend. Sib. Reise, II, 1, 305; Maack Mélanges biolog. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 17, № 20.

Была находима въ окрестностяхъ Томска и Пркутска, также на Вилю и на всемъ Амурѣ. Собранные въ этихъ мѣстностяхъ экземпляры ничѣмь не отличаются отъ (находящихся у г. Гарсельева) петербургскихъ; нѣкоторые имѣютъ, на послѣднемъ изворотѣ, зачатокъ килъа, чего, по Росмеслеру, у *II. ruderata* никого не бываетъ; но, не смотря на то, и эти экземпляры несомнѣнно принадлежать къ сейчасъ названному виду.

20. Spec. 7. *Helix fruticum*. Müller.

Müller Verm. hist. II, 71, № 267; Rossmässler Icon. I, 61, t. 1, fig. 8; Pfeiffer Mon. Hel. I, 135, № 349, III, 119, № 571.

Въ четыре привезенные экземпляра невзрослы, и край отверстія у нихъ еще не внилѣ развить; однако же, ясно видно, что ихъ должно отнести къ *II. fruticum Müller*, а не къ *II. cantiana Mont.* и также не къ *II. carthusiana Müll.*, которая приводится г. Миддendorфомъ (*Sib. Reise*, II, 4, 301), какъ найденная въ окрестностяхъ Пркутска. Конечно, у нихъ пу-

Обр. • вмісник.

24

— 186 —

покъ (котораго величина, впрочемъ, весьма различна и у различныхъ экземпляровъ изъ
окрестностей С.-Петербургга) ўже, чѣмъ онъ обыкновенно бываетъ у *H. fruticum*; однако же,
онъ не болѣе узокъ, чѣмъ у многихъ русскихъ и германскихъ экземпляровъ этого вида. По
шарообразному виду раковины, по высокому и широкому отверстію и по всѣмъ другимъ
признакамъ, 4 экземпляра, о которыхъ здѣсь идетъ рѣчь, совершенно сходны съ нормаль-
ной формою *H. fruticum*.

Экземпляры добыты частью на Амурѣ около устья Сунгари, частью около Лиственичной (при Байкальѣ); всѣ четыре экземпляра относятся къ var. alba concolor.

## 21. Spec. 8. Helix Selskii, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa angustissime subobtecte perforata, subglobosa, tenuis, transparens, confertim striata,
nitidula, flavescens, rufo-trifasciata; spira prominula, acutiuscula; anfr. 3, celeriter accrescentes,
convexiuseculi, ultimus ventricosus, antice vix deflexus apertura ampla, lunato-rotundata; perist.
rectum, acutum, margine columellari dilatato, fornicatim reflexo, umbilicum angustissimum semite-
gente. Diam. maj. 20 (7".88), min. 16 (6".304); alt. 48 mill. (7".092).

Этотъ видъ установленъ по одному не совсемъ взрослому экземпляру, въ которомъ за-
мѣтны признаки, рѣзко отличающіе Н. *Selskii* отъ всѣхъ сибирскихъ и амурскихъ видовъ
и совершенно достаточные для отличенія этой улитки отъ крымской *H. fruticola* Krynicki,
найбѣлѣе съ ней сродной. Сравненіе единственного экземпляра Н. *Selskii* съ невзрослымъ
экземпляромъ *H. fruticola* также показало, что эти виды явственно различны.

Экземпляръ былъ найденъ на среднемъ Амурѣ, между устьями Сунгари и Уссури.

*H. Selskii* названа такъ въ честь г. Сельскаго, завѣдывающаго Сибирскимъ отдѣломъ
Пмператорскаго Русскаго Географическаго Общества, въ Пркутскъ.

## 22. Spec. 9. Helix Schrenkii. Middendorff.

Middendorff Sibirische Reise II, 1, 302, t. 30, fig. 20 — 26: Siemaschko Bull. phys.-math. de
ΓAcad. de St. Pétersb. VII, 1849, 236; Maack in Mélanges biolog. de l'Acad. d. St. Pétersb. II,
1853, 16, № 18; Pfeiffer Mon. Helic. III, 636, № 573 (Helix sibirica Frivaldsky mss).

Экземпляры этого вида были собираемы, въ большомъ числен, по всему теченію Амура.
Всѣ привезенные экземпляры между собою довольно сходны. Впрочемъ, изъ числа ихъ одна
даковина отличается отъ другихъ болѣе сѣрымъ цвѣтомъ, болѣе сильнымъ блескомъ, болѣе
узкимъ, сравнительно, пупкомъ и полосой болѣе широкой и болѣе темной. Ширина и яв-
ственность полосы у различныхъ экземпляровъ весьма различны; одинъ экземпляръ даже во-
се полосы не имѣтъ.

## 23. Spec. 10. Helix strigella. Drap.

Draparnaud hist., 84, t. 7, fig. 12; Rossmässler Iconogr. I, 61, t. 1, fig. 9, VII, 4. t. 31, fig.
438; Pfeiffer Mon. Hel. 1, 442, № 568, III, 121, № 592.

Привезена со среднего Амура.

## 24. Spec. 11. Helix sericea. Drap.

Draparnaud hist. 103, t. 7, fig. 16, 17; Rossmässler Icon. VII, 2, t. 31, fig. 428, 429; Pfeiffer
Mon. Hel. 1, 143, № 376, III, 122, № 603.

Нѣсколько экземпляровъ привезено изъ окрестностей Пркутска.

— 187 —

25. **Spec. 12. Helix hispida. L.**

Linne syst. nat. ed. Gmel. I, VI, 42; Rossmässler Icon. VII, 2. t. 31, fig. 426, 427; Middendorff Sib. Reise II, 1, 305; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St. Pétersb. II, 1853, 17, № 19; Pfeiffer Mon. Hel. I, 148, № 383, III, 124, № 614.

Экземпляры, собранные при устье Уссури, совершенно сходны съ (находящимися у г. Герстфельда) экземплярами, найденными около Петербурга; только пупокъ у первыхъ весьма немного ўже.

26. **Spec. 13. Helix pulchella. Müller (et costata Müll.).**

*Helix pulchella* Müller Verm. hist. II, 30, № 232. Rossmässler Iconogr. VII, 5. t. 31, fig. 404 (Н. pulch. β); Pfeiffer Mon. Hel. I, 363, № 949, III, 236, № 1367; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 18, № 23 (Н. pulch. β). — *Helix costata* Müller Verm. hist. II, 31, № 233; Rossmässler Iconogr. VII, 6, t. 31, fig. 439 (Н. pulch. α); Pfeiffer Mon. Hel. I, 366, № 950, III, 236, № 1368; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II 1853, p. 18, № 23 (Н. pulch. α).

Экземпляры, амурскіе и изъ окрестностей Пркутска, большею частію, суть переходные формы отъ Н. pulchella Müll. къ Н. costata Müll.; впрочемъ, и типические экземпляры гладкой разности (Н. pulchella Müll.) также довольно многочисленны; но изъ ребристыхъ экземпляровъ ни одинъ не имѣть ребрышескъ, выдающихся такъ сильно, какъ у многихъ петербургскихъ и лифянскихъ экземпляровъ, видінныхъ г. Герстфельдомъ.

27. **Spec. 14. Helix Middendorffii, nov. sp. Gerstfeldt.**

Testa aperte, ſere perspective umbilicata, orbiculato-convexa, plus minus ve depressa, tenuis, transparens, confertim et distincte striata, nitidula, lutescens vel lutescente-lactea, ruſo-unifasciata; anfr. 6½—7, convexusculi; sutura mediocris; apertura obliqua, rotundato-lunaris; perist. simplex, reflexusculum, intus sublabiatum. Diam. maj. 24 (9"",456), min. 22(8"",668); Alt. 11 — 15 mill. (4"",334 — 5"",910).

Н. Middendorffii названа такъ въ честь знаменитаго нашегоъ путешественника по Сибири академика Мілідендорфа. Она, повидимому, всего ближе къ *H. cingulata* Studer и сроднымъ съ этимъ послѣднимъ видамъ.

Водится на срелнемъ Амуръ, особенно между устьями Сунгари и Уссури.

Genus Achatina. *Lamarck.*

28. **Spec. 1. Achatina lubrica. Müller.**

Müller Verm. hist. II, 104, № 303 (Helix lubr.); Rossmässler Iconogr. I, 88, t. 2, fig. 43; Middendorff Sib. Reise II, 1, 308; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 18, № 26; Pfeiffer Mon. Hel. II, 272, № 86, III, 504, № 135.

У экземпляровъ, собранныхъ въ окрестностяхъ Пркутска (напримѣръ, на Каф) и на Амурѣ (напримѣръ, около Сунгари), послѣдній изворотъ болѣе вздутъ, чѣмъ у европейскихъ; напротивъ, экземпляры, собранные около Томска, болѣе вытянуты и совершенно сходны съ многими лифянскими экземплярами.

Genus Pupa. *Lamarck. Куколка.*

29. **Spec. 1. Pupa edentula. Drap.**

Draparnaud hist. 59, t. 3, fig. 28, 29; Rossmässler Iconogr. X, 28, t. 49, fig. 646; Pfeiffer Mon. Hel. II, 305, № 13, III, 531, № 18.

Была нахоідима въ окрестностяхъ Пркутска и въ бассейнѣ Амура.

— 188 —

### 30. Spec. 2. Pupa muscorum. L.

Linné syst. nat. ed. X, 767; Rossmässler Iconogr. I, 83, t. 2, fig. 37, V, t. 23, fig. 323; Middendorff Sib. Reise II, 1, 308; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St. Pétersb. 1853, II, p. 18, № 25; Pfeiffer Mon. Hel. II, 311, № 29, III, 536, № 43.

Экзепляры собраны около Иркутска, у Байкала, на Амурѣ и на Вилю.

### Genus Auricula. Lam. Ушатка.

### 31. Spec. 1. Auricula minima. Müller.

Müller Verm. hist. II, 125, № 321 (Carychium min.). Rossmässler Iconogr. X, 36, t. 49, f. 660.

Немногие привезенные съ Амура экземпляры почти совершенно сходны съ европейскими; они весьма малы (ни одинъ изъ нихъ не достигаетъ 2 млл. [0"",788] длины); край отверстія, конечно, не такъ явственно трехвыемчато отвороченъ, какъ у германскихъ недѣлимыхъ Auricula minima Müll., однако же, раковины несомнѣенно принадлежатъ къ помянутому сейчасъ выду. Въ этомъ убѣждаютъ: зубообразный бугорокъ на наружномъ краю ихъ отверстія и 2 зубчика, находяціеся одинъ на внутреннемъ краю его, а другой на внутренней поверхности послѣдняго изворота, у края отверстія.

Всѣтвается, какъ кажется, по всему Амуру.

### Genus Limnaeus. Drap. Озерникъ.

### 32. Spec. 1. Limnaeus stagnalis. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. I, 3657, № 128 (Helix stagn.). Rossmässler Icon. I, 95, t. 5, f. 83—85. Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. 1849, VII, 227, № 5; Middendorff Sib. Reise II, 1, 296; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 13, № 12.

У тѣхъ экземпляровъ, которые собраны въ окрестностяхъ Томска, раковина тонкая, прозвѣчивающая; у одного отверстіе почти четырехгольное, оттого, что наружный край отверстія идет сначала по направленію, весьма значительно отклоненному кнажужи, а потомъ заворачиваетъ подъ тупымъ угломъ кзади; такою формою отверстія этотъ экземпляр очень напоминаетъ var. turgida Menke, къ которой Гартманъ относить (Erd-und Süsswasser-Gastero poden, p. 19, sqq. t. 8) и раковины, изображенные въ «Пконографіи» Росмессера (tab. 5, f. 83—85); остальные экземпляры изъ окрестностей Томска частью составляютъ, по яйцес образной формѣ отверстія, переходъ отъ v. turgida къ var. vulgaris Bach, частью же принадлежать къ послѣдней разности. Экземпляры изъ Нерчи, Шилки и Амура частью принадлежать къ разностямъ: turgida и vulgaris, частью суть промежуточныя формы между этими двумя разностями, частью, наконецъ, относятся къ var. fragilis Menke. Экземпляры изъ окрестностей Минусинска всѣ принадлежатъ къ var. roseolabiata Wolf, и у всѣхъ наружный край отверстія объединъ красновато-бурымъ цвѣтомъ; впрочемъ, формою отверстія нѣкоторые изъ нихъ почти совершенно сходны съ var. turgida.

### 33. Spec. 2. Limnaeus palustris. Müller.

Rossmässler Iconogr. I, 96, t. 2, fig. 51, 52; Middendorff Sib. Reise II, 1, 296, t. 30, fig. 13, 14; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 13, № 13.

Въ окрестностяхъ Иркутска, на Лунхѣ и на Амурѣ (напр., у впаденія Уссури) было необходимо видоизмѣнение этого вида (описанное г-мъ Миддендорфомъ), близкое къ амери-

— 189 —

канской разности *distortus* (Rossmässler *l. c.*, f. 52); та же форма, которая чаще всего встрѣ-
чается въ Европъ, въ числѣ сибирскихъ экземпляровъ этого вида г-мъ Герстфельдомъ не
была найдена.

34. Spec. 3. *Limnaeus truncatulus*. Müller

Müller Verm. hist. II, 130, № 325 (Buccinum tr.); Rossmässler Icon. I, 100, t. 2, fig. 37 (L. minutus Drap.); Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. 1849, VII, 129, № 10; Middendorff Sib. Reise II, 1, 297; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 14, № 14.

Экземпляры собраны въ окрестностяхъ Пркутска (въ Ушаковкъ, Каѣ и др.), на Вилоѣ,
на Лунхъ и также на Амуръ; многіе изъ нихъ достигаютъ такой же величины, какая была
замѣчена въ недѣлимыхъ изъ окрестностей Барнаула (болѣе 11 мили. [4"",334]), и потому,
въ отношеніи величины, превосходятъ европейскіе экземпляры; но большая часть экзем-
пляровъ и въ этомъ отношеніи совершенно сходны съ послѣдними.

35. Spec. 4. *Limnaeus auricularius*. L. (*L. ovatus* Drap. *et vulgaris* C. Pfeiffer).

Linné syst. nat. ed Gmel. I, 3662, № 147 (Helix auric.); Draparnaud hist. 49, t. 2, fig. 28, 29,
32 (L. auric.); 30, t. 2, fig. 30, 31, 33 (L. ovat.); C. Pfeiffer Naturgesch. I, 85, t. 4, fig. 17, 18
(L. auric.), 68, t. 4, fig. 21 (L. ovat.), 89, t. 4, fig: 22 (L. vulg.); Rossmässler Iconogr. I, 98, t. 2.
fig. 33 (L. auric.), 100, t. 2, fig. 36 (L. ovat.), 96, t. 2, fig. 53 (L. vulg.); Stein Schnecken u.
Muscheln d. Umgegend Berlin's 69, t. 2, fig. 12; Middendorff Sib. Reise II, 1, 293 (L. auric.), 294,
t. 30, fig. 4—10 (L ovat. et vulg.); Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. VII,
1849, 228, № 6 (L. auric.), № 7 (L. ovat.); Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II,
1853, 12, № 9 (L. auric.), 13, № 10 (L. ovat.).

*Limnaeus auricularius* L., *L. ovatus* Drap. и *L. vulgaris* C. Pfeiffer переходятъ одинъ
въ другой — какъ это можно наблюдать и на сибирскихъ экземплярахъ — посредствомъ раз-
нообразныхъ промежуточныхъ формъ, такъ постепенно и всесторонне, что видовое разли-
ченіе ихъ совершенно невозможно; ни въ образованіи пупка, ни въ формѣ винта, ни во
всѣхъ другихъ сторонахъ организаціи, на основаніи которыхъ хотѣли различить эти три
предполагаемые вида, нельзя найти хорошихъ, постоянныхъ видовыхъ признаковъ для такого
различенія. Поэтому, согласно мнѣнію, уже выраженному Штейномъ (l. с.), слѣдуетъ соеди-
нить всѣ три вида въ одинъ.

Большинство экземпляровъ составляютъ переходные формы между тремя видами, формы,
между которыми можно найти переходы отъ каждаго изъ трехъ видовъ къ каждому изъ двухъ
остальныхъ. Изъ остальныхъ, впрочемъ, малочисленныхъ, экземпляровъ большая часть со-
вершенно сходны съ нормальными формами *L. ovatus* и *L. vulgaris*; прочіе же экземпляры,
весьма немногочисленные и притомъ только амурские, относятся къ настоящему *L. auric-
cularius* (normalis Rossmässler *l. c.*, f. 56). Остальные экземпляры, которые могутъ быть
отнесены къ *L. auricularius*, привезены не только съ Амуром, но также изъ окрестностей
Пркутска и Томска, съ Вилюя, съ Лунхи и лаже съ Оленека; у большей части этихъ экзем-
пляровъ отверстіе ўже, и предпослѣдній изворотъ менѣе прикрытъ послѣднимъ, чѣмъ у
настоящаго *L. auricularis* (normalis Rossmässler *l. c.*, f. 56), отчего эти экземпляры при-
ближаются, или прямо относятся, къ var. *elongata* Rossmässler. Разность *L. ovatus*
(какъ замѣтилъ уже и г. Мидцендорфъ) чаще встрѣчается на съверѣ (Оленекъ, Ханатка, Мена у
Кирпенска), а разность *L. vulgaris*, которая большею частью отличается болѣе тонкимо рако-

— 120 —

виною, на югъ (Пркутскъ, весь бассейнъ Амура), хотя, впрочемъ, var. *L. oratus* была приходила также и на югъ (напримѣръ, около Пркутска), а *L. vulgaris* — на съверѣ (напримѣръ, на Вилюѣ)..

### 36. Spec. 5. Limnaeus pereger. Müller.

Müller Verm. hist. II, 130, № 324 (Buccinum pereg.): Rossmässler Iconogr. I, 97, t. 2, fig. 54; Middendorff Sib. Reise II, 1, 296; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 13, № 11.

Большое число экземпляровъ собрано было на Амурѣ (устье Ойона), въ окрестностяхъ Пркутска. на Вилюѣ и на Лупхѣ; всѣ или;близко подходятъ къ изображеніямъ Росмеслера, или совершенно съ ними сходны.

### Genus Physa. Drap.

### 37. Spec. 1. Physa fentinalis. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. I, 3427, № 48 (Bulla font.); Draparnaud hist. 54, t. 3, fig. 8, 9; C. Pfeiffer Naturgesch. 94, t. 4, fig. 28.

Находима была на Амурѣ у Албазина); экземпляры совершенно сходны съ европейской формою, именно, съ указанными сейчасъ изображеніями ея въ сочиненіяхъ Draparnaud и C. Pfeiffer; только вещмична ихъ (вышнна 8 [3"',152], поперечникъ 4, 5 млл. [1"',773]) меньше, чтѣмъ вещмична европейской формы.

### 38. Spec. 2. Physa hypnorum. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. I, 4328, № 19 (Bulla hypn.); Middendorff Sib. Reise II, 1, 298, t. 30, fig. 18, 19; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 14, № 15.

Была собираема у Култука (при Байкальѣ), на Вилюѣ (озеро Олбутъ у Верхне-Вилойской управы) и на Кюргъ. Большинство экземпляровъ относится къ var. depressior Middend.; есть также и экземпляры, составляющіе переходъ къ нормальной формѣ, экземпляры, которые притомъ отмечаются отъ европейскихъ большею вышуклостью последняго изворота лаковины; типическихъ экземпляровъ нормальной формы не нашлось. Самый большой изъ экземпляровъ пьетъ 13 млл. (5"',122) длины.

### Genus Planorbis. Müller. Катушка.

### 39. Spec. 1. Planorbis corneus. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. I, 3623, № 35 (Helix corn.); Rossmässler Iconogr. I, t. 5, fig. 86, II, 14, t. 7, fig. 113; Middendorff Sib. Reise II, 1, 289.

Малочисленные экземпляры этого вида катушки привезены изъ окрестностей Томска.

### 40. Spec. 2. Planorbis leucostoma. Michaud.

Michaud Completem. 80, t. 16, fig. 3 — 5: Rossmassler Iconogr. I, 195, t. 2, fig. 62: Middendorff Sib. Reise II, 1, 292; Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. VII, 1849, 231, № 19; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 12, № 7.

Вершчается, повидимому, часто въ окрестностяхъ Томска, откуда привезены экземпляры.

— 191 —

41. Spec. 3. Planorbis carinatus. Müller.

Müller Verm. hist. II, 137, № 344; Rossmässler Iconogr. I, 102, t. 2, fig. 60.

Экземпляры этого види катулки собраны были на Амуръ, около устья рѣки Уссури.

42. Spec. 4. Planorbis Vortex. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. I, 3620, № 30 (Helix Vort.); Rossmässler Iconogr. I, 104, t. 2, fig. 61: Middendorff Sib. Reise II, 1, 291.

Экземпляры собраны въ окрестностяхъ Томска и совершенно сходны съ (находящимися у г. Герстфельда) экземплярами изъ окрестностей С.-Петербургга.

43. Spec. 5. Planorbis nitidus. Müller.

Müller Verm. hist. II, 163, № 349; Rossmässler Iconogr. II, 15 t. 17, fig. 114, 115: Middendorff Sib. Reise II, 1, 292; Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. VII, 1849, 231, № 15.

Эта красивая улитка часто встрѣчается въ окрестностяхъ Иркутска (Ушаковка, Кая, Куда); попадается на Лунхъ и на Амуръ (около устья Уссури). Экземпляры изъ всѣхъ этихъ мѣстностей не отличаются отъ петербургскихъ, находящихся у г. Герстфельда.

44. Spec. 6. Planobris complanatus. Drap.

Drapapnaud hist. 47, t. 2, fig. 20—22; Rossmässler Iconogr. II, 16, t. 7, fig. 116.

Немногіе экземпляры привезены изъ окрестностей Томска. До спхъ поръ этотъ видъ въ Сибири не былъ находимъ; приводимый г-мъ Миддendorфомъ (Sib. Reise II, 1,289), Pl. complanatus L., тождественъ съ Pl. marginatus Drap.

45. Spec. 7. planorbis albus. Müller.

Müller Verm. hist. II, 164, № 350; Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. VII, 1849, 232, № 20: Middendorff Sib. Reise II, 1, 289, t. 30, fig. 30, 31; Maack in Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 11, № 6.

Былъ находимъ въ окрестностяхъ Томска и Иркутска, на Вилюѣ, на Лунхѣ, на Ханнгіѣ и на Амурѣ; встрѣчается вездѣ часто.

46. Spec. 8. Planorbis contortus. Müller.

Müller Verm. hist. II, 162, № 348; Rossmässler Iconogr. II, 16, t. 7, fig. 147: Middendorff Sib. Reise II, 1, 291.

Былъ находимъ въ окрестностяхъ Иркутска (Кая, Пда), на Вилюѣ и на Амурѣ (А.ба-зинъ, устье Уссури).

Genus Ancylus. Geoffr.

47. Spec. 1. Ancylus sibiricus, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa mitraeformis, oblique conoidea, valde convexa, tenuis, transparens, pallide cornea, apice acutiusculo, subhamato vel hamato et oblique marginem sinistrum versus resupinato; apertura oblongo-rotunda. Alt. 4—5 (1"',576 — 1"',970), long. 5—6 (1"',970 — 2"',364), lat. 4—5 mill. (1"',576 — 1"',970).

Сходень до нѣкойотой степени съ Anc. fluriatilis List.

Найдень въ Ангарѣ, въ Байкальѣ (у Культука) и также около Томска (одинъ экзем- плярѣ)

— 192 —

## Genus *Choanomphalus*, nov. gen. Gerstfeldt.

(хозянос. воронка: дурахъ пупокъ).

Testa conave et infundibuliforme umbilicata, umbilico carina plus minusve distincta ab reliquia ultimi anfractus parte diviso; apertura rotundata, inferius subangulata: perist. simplex, subcontinuum, margine exteriore magis producto. — Animal?

Такъ какъ самыя животныя, которымъ принадлежали раковины этого нового рода, немнѣестны, то и нельзя съ точностью сказать, къ какому семейству слѣдуетъ его отнести; можетъ быть, онъ не относится къ *Limnaeacea*. Раковина наноминаетъ нѣ сколько *Valvata*, и потому *Choanomphalus*, можетъ быть, должно отнести къ *Paludinacea*. Надо, однако, замѣтить, что крышечки нельзя было найти ни у одного изъ многочисленныхъ экземпляровъ этого рода.

Единственный видъ этого рода есть:

### 48. *Choanomphalus Maacki*, nov. sp. Gerstfeldt.

Testa subdiscoidea, spira vix emergente, lutescente-aut viridescente-cornea aut fere brunnea parum nitidula (*), oblique striata et interdum longitudinaliter rugosa; anfr. 3¼ — 4, mediocriter accrescentes, ultimus ampliatus; sutura mediocris; apertura intus fuscescens, albido-sublabiata, pariete aperturali tenui callo albido obtecto; perist. simplex margine columellari vix reflexiusculo. Diam. maj. 8 (3"",152), min. 6 (2"",364); alt. 4 — 4,5 mill. (1"",576 — 1"",773).

Цвѣтъ рога, съ зеленоватымъ или желтоватымъ оттѣнкомъ, составляетъ окраску экземпляровъ байкальскихъ, а цвѣтъ почти совершенно бурый — экземпляровъ, собранныхъ въ Ангарѣ у Пркутска.

Пупокъ, у большей части экземпляровъ, кажется закрытымъ посредствомъ особенной крышечки. При внимательномъ разсмотрѣніи, оказывается, однако же, что эта крышечка есть нечто иное, какъ двустворчатая раковинка совершенно другаго живогнаго (нѣвроятно, *Cypris*), которое пригнѣилось здѣсь одною изъ своихъ створокъ; другая створка свободна, такъ что раковинка можетъ закрываться и раскрываться.

Водится въ Байкалье у Шаманскаго камня (см. стр. 482) и также въ Ангарѣ у Пркутска, где была находима довольно часто.

## ORDO PNEUMOPOMA. L. Pfeiffer.

(Ordo Pulmonata, Familia Cyclostomacea auct.).

## Genus *Acicula*. Hartm. (*Acme Hartm.*)

### 49. Spec. 1. *Acicula fusca*. Walker.

Walker Test. min. rar. 12, t. 2, fig. 42; Pfeiffer Monogr. Pneum. 4, 5, № 1, 2 *Bulbus lineatus* Drap: *Carychium lineatum* C. Pfr.; Rossmässler Iconogr. VI, 54, t. 2, fig. 408).

Раковина гладкая, буровато-желтая, не очень блестящая; единственный экземпляр, вайленный на берегу Иды у Бохонскаго улуса (въ окрестности Пркутска, но въ довольно далекомъ отъ него разстояніи), относится къ rar. polita Hartm. (*Pupula acicularis*, polita Hartman Erd-und Süsswasser-Gasteropoden 5, t. 2: *Acicula polita Hartm.* Pfeiffer Mon. Pneum. 5 № 2); онъ имѣтьъ, при длишь къ 3 мили. (1"",182), 7 изворотовъ (Росмеслеръ насчитываетъ ихъ только 5, а Гартманъ и Л. Фейфертъ 3¼ — 6).

* Инача в матовая.

— 193 —

ДВУСТВОРЧАТОРАКОВИННЫЯ.

Genus Cyclas. Brug.

50. Spec. 1. Cyclas cornea. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. 1, 3241, № 76 (Tellina corn.); Draparnaud hist. 128, t. 10, fig. 1—3;
C. Pfeiffer Naturgesch. I, 120, t. 5, fig. 12; Gebler Bull. soc. Moscou 1829, I, 183.

Экземпляры, которые надо отнести к этому виду, собраны в Вилюї и въ Лунхї. Они
такъ рѣзко отличаются отъ описанной г-мъ Миддендорфомъ *Cyclas calyculata* var. *inflata*,
что смѣшать ихъ съ послѣдней една ли возможно, хотя послѣдняя и составляетъ, въ нѣко-
торой стенени, переходъ отъ *C. calyculata* къ *C. cornea*; отличаются же они: болѣе тупыми,
сравнительно, вершинами; сильно вздутою формою; толстою, крѣпкою, не имѣющею ушковъ
раковиною, и пр. Цвѣтъ ихъ скуроватый, какой обыкновенно бываетъ у *C. cornea*; самый
большой изъ этихъ экземпляровъ имѣетъ, при длиѣ 11 мили. (4"",334) и вышинѣ 9 мили
(3"",546), болѣе 8 мили. (3"",152) ширины. Тѣхъ моллюсковъ изъ окрестностей Барнаула,
которыхъ г-нъ Геблеръ считаетъ за *C. cornea*, г-нъ Миддендорфъ относить (Sib. Reise, II,
1, 287) къ *C. calyculata*.

51. Spec. 2. *Cyclas calyculata*. Drap.

Draparnaud hist. 130, t. 10, fig. 13, 14; C. Pfeiffer Naturgesch. I, 122, t. 5, fig. 17, 18; Sie-
maschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. 1849, VII, 239; Middendorff Sib. Reise, II, 1,
287, t. 29, fig. 7—10; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 10, № 13.

Какъ въ окрестностяхъ Томска и въ Амурѣ, такъ и въ Вилюї и въ Лунхѣ находимы
были: 1) типические экземпляры, даже болѣе еще плоские, чѣмъ обыкновенно встрѣчаются
въ Европѣ, и 2) экземпляры, которые г-нъ Миддендорфъ относить къ разностямъ: inflata и
compressa.

Genus Pisidium. C. Pfeiffer. Горошинка.

52. Spec. 1. Pisidium fontinale. C. Pfeiffer.

C. Pfeiffer Naturgesch. I, 125, t. 5, fig. 15, 16; Gebler Bull. soc. Moscou 1829, I, 183; Mid-
dendorff Sib. Reise, II, 1, 288, t. 28, fig. 10, 11; Maack Mél. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853,
11, № 5.

Экземпляры были находимы на Вилює, на Лунхє и также на Амурѣ.

Genus Unio. Retz. Перловица.

53. Spec. 1. Unio dahuricus. Middendorff.

Middendorff Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. IX, 1851, 107, et Sib. Reise II, 1,
275, t. 26, fig. 3 — 5.

Экземпляры этого вида вполне подходятъ къ описанію г. Миддендорфа и совершенно сход-
ны съ экземплярами, которые отъ него получены С. -Петербургскою Академією Наукъ; самый
большой изъ нихъ имѣетъ 140 мили. (5"5", 160) длины; темно-черный цвѣтъ у нихъ превра-
щень, хѣствіемъ царской водки, въ желтовато-бурый (сравн. Rossmässler Icon. XII, 10 sqq.).

Была находима въ Шилкъ и въ верхнемъ Амурѣ, на всемъ протяженіи отъ устья Шилки
до устья Зеи и немного далѣе; но, вѣроятно, встрѣчается и далѣе по течению Амура.

Об. животи.

25

— 194 —

## 54. Spec. 2. Unio pictorum. Lam.

Lamarck hist. nat. des an. s. vert. VI, 1, 77, № 32; Draparnaud hist. 131, t. 11, fig. 1 — 4;
C. Pfeiffer Naturgesch. 1, 115, t. 5, fig. 9, 10, II, t. 8, fig. 8; Rossmässler Iconogr. I, 118, t. 3,
fig. 71 a. b., III, 23, t. 13, fig. 196, 197, 199 et 24, t. 14, fig. 200, VI, 33, t. 29, fig. 409, IX,
19, t. 45, fig. 387 — 390, XI, 13, t. 54, fig. 738 et t. 33, fig. 741, XII, 39, t. 58, fig. 762 — 766
et 33, t. 39, fig. 767, 768 et t. 60, fig. 779 — 780ª; Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de
St.-Pétersb. 1849. VII, 238— Middendorff Sib. Reise II, 1, 276, t. 18, fig. 1 — 3.

Экземпляры изъ Нерчи совершенно подходить къ описаню г-на Миддендорфа и къ изображениямъ росмеслеровей иконографии, на которые онъ указываетъ, — подходятъ именно такъ, какъ говорить г-нъ Миддендорфъ; они, вирочемъ, большею частью, имъютъ болѣе удлиненную форму, чѣмъ фиг. 1 у г-на Миддендорфа; всѣ они темпосвѣтны и у всѣхъ раковина толста. Вирочемъ, послѣ днее замѣтается также и у европейских экземпляровъ var. longirostris Ziegl. (къ которой, долькно отнести и нерчинскую экземпляры, здѣсь описываемые). Нѣкоторые изъ нерчинских экземпляровъ подходятъ, напротивъ, болѣе къ находящемуся въ сочиненіи К. Нфейфера изображенію Unio rostratus (Naturgesch. I, т. 5, f. 8), отличаясь, однако же, отъ этого изображенія большею шириною носка; вирочемъ, Unio rostratus составляетъ одинъ видъ съ Un. pictorum (сравн. Rossmässler Iconogr. I, 118 et 120).

Экземпляры, собранные ниже по течению Амура, и именно найденные около устья Уссури, большею частью, выпуклѣе и короче предъидущихъ; низкый край заворотившись назадъ или направляется болѣе кверху и образуетъ болѣе правильно округленный кончикъ различной ширины, или же, у нѣкоторыхъ немогихъ экземпляровъ, заворачивается у конца своего килзу, отчего происходитъ загнутый внизъ носикъ, который напоминаетъ Un. decurratus Rossm. (Iconogr. II, 22, t. 9, f. 131; V, 21, t. 24, f. 339) или даже Un. plathyrhynchus Rossm. (Iconogr. II, 22, t. 9, f. 130; V, 20, t. 24, f. 338). Также и цвѣт раковины у чогихъ экземпляровъ свѣтлѣе, чѣмъ у экземпляровъ, взятыхъ изъ Нерчи и Шилки, и у нѣкоторыхъ такъ же желто-зеленъ, какъ и у европейских особей Un. pictorum.

Не смотря на указанныя различія, нѣтъ достаточной причины принять даже наблюдѣ
одна отъ другой удаляющіяся изъ описаныхъ формъ за виды, отличные другъ отъ друга и
отъ Unio pictorum, потому что всѣ эти формы соединены одна съ другой почти незамѣтными
переходами.

## Genus Anodonta. Curier Bezuzubikъ.

## 55. Spec. 1. Anodonta herculea. Middendorff.

Middendorff Bull. phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. IX. 1851, 302, et Sib. Reise II.
1, 278. t. 21, fig. 5, t. 22, fig. 1, 2, t. 26, fig. 1, 2; Siemaschko Bull. phys.-math. de l'Acad. de
St.-Pétersb. VII, 1849, 248, № 50.

Къ описаню г-на Миддендорфа можно прибавить только, что упѣшь у различныхъ экзебпляровъ развито въ различной степени: у нѣкоторыхъ оно значительно высоко, у другихъ его почти нѣтъ, отчего экземпляры такого рода имѣютъ овально-яйцевидную форму. Волнистыя складки упѣшь и ближайшей къ нему, верхней, части раковины выражены и у взрослыхъ недѣлиныхъ гораздо явственѣнѣ на тѣхъ экземплярахъ, у которыхъ упѣшь имѣть знамѣчелную величину, чѣмъ на тѣхъ, у которыхъ оно мало развито; однако же, надо замѣтить, что у одной пары створокъ, не смотря на большую вышину упѣшь, складки были весьма малю

— 195 —

запѣтны и. притомъ, валики внутренней поверхности, соотвѣтствующіе же.юбкамъ наружной, на лѣвой створкѣ были мало замѣтны, а на правой и вовсе не видны. Также и рубчики замка бываютъ, въ экземплярахъ одинаковой величины, иногда болѣе, иногда менѣе развиты.

An. *herculea* свойственна не только Онону и Аргуни, но и распостранена, какъ кажется, по всему Амуру; по крайней мѣрѣ, она была находима не только въ верхнемъ и среднемъ Амуру, но также и въ нижнемъ (наир., при устьяхъ Донъ-бира и Хурй-бира).

Самый большой изъ экземпляровъ, сравнительно, малъ: онъ имѣетъ немного болѣе 250
милл. (9"8",5) длины.

56. Spec. 2. Anodonta anatina. L.

Linné syst. nat. ed. Gmel. № 258 (mytilus); Draparnaud hist. 133. t. 12. fig. 2; C. Pfeiffer
Naturgesch. I, 112, t. 6, fig. 2; Rossmässler Iconogr. VI, 57, t. 30, fig. 417—420; Gebler Bull.
soc. d. Moscou I, 1829, 55, 185; Middendorff Sib. Reise, II, 1, 283, t. 21, fig. 4, t. 29. fig. 5, 6;
Maack Mél. biol. de Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 8. № 1 (An. Sedakovii Sienaschko Bull.
phys.-math. de l'Acad. de St.-Pétersb. VII, 1849, 236, fig. 1, a. b. c.; сравн. Middendorff 1. c.).

Три экземпляра этого вида найдены въ Вилю. Самый большой изъ нихъ въ 85 мили.
(3"3",49) длиною и 43 мили. (1"7",73) вышенною (вышняя смѣрена между вершинами), под-
ходящіе довольно хорошо къ росмеселеровой f. 417; однако, носикъ у него длинице, чѣмъ на
этой фигурѣ, даже длинице и уже, чѣмъ на изображеніяхъ, находились въ понименованномъ
выше сочиненіи г-на Милдендорфа; другой экземпляръ, въ 70 мили. (2"7",58) длиною и въ
35 мили. (1"3",79) вышенною, имѣть форму, сравнительно, еще иťсколько болѣе продолжава-
тую; паконецъ, третій экземпляръ, въ 83 мили. (3"2",702) длиною и 43 мили. (1"6"942)
вышенною, напоминасть, своею почти трехгольюю формую и своимъ длишнимъ узкимъ округ-
ленимъ носкомъ, An. rostrata Kok. (Rossmässler Iconogr. t. 20, f. 284. t. 54, f. 737); от-
личается, однако же, отъ послѣдней менѣе вытанутою формую, большую длиною верхняго края,
не пироко усѣченною вершиною носка и пр. *; онъ сходенъ, до иѣкоторой стенени, съ An.
piscinalis Nilsss. (Rossmässler Iconogr. t. 19, f. 281, самая большая фигура), но у него верх-
ній край вышкло изогнуть, а нижній вогнуть, и вершины довольно далеко отодвинуты кне-
реди. Но мышно же Росмеслера, дѣти послѣдней особенности въ формѣ раковины составляютъ,
имѣть съ меньшей величиной, почти единственные признаки, по которымъ можно отличить,
до иѣкоторой стенени върно. An. anatina отъ An. piscinalis (I. с. 58): поэтому то и надо
отнести третій экземпляръ къ An. anatina, хотя величина его и болѣе обыкновенной вели-
чины (по Росмеслеру, 2 — 2¾" длины и 15 — 20" вышли) этого вида.

57. Spec. 3. Anodonta cellensis. Schröt.

Schröter Flasconech. t. 2, fig. 1; C. Pfeiffer Naturgesch. I, 110, t. 6, fig. 1, II, t. 6, fig. 1—6
(An. cellensis et 30, t. 3, fig. 1—6 (An. ventricosa); Gebler Bull. soc. d. Moscou I, 1829, 185; Ros-
mässler Iconogr. IV, 22, t. 19. fig. 280; Middendorff Sib. Reise, II. 1, 284, t. 19, fig. 1—4, t. 28,
fig. 4—7; Maack Mél. biol. de l'Acad. de St.-Pétersb. II, 1853, 10, № 2 (An. Sedakovii; сравн.
прибавление г. Милдендорфа къ этой статьѣ, стр. 21).

* Г-на Милдендорфъ (I. с 284, нашегъ на Пыльку одну Anodonta, которая запамнаетъ средину между An. anatina L. и An. rostrata Kok.: однако же, относить се къ Anod. cellensis Schröt. (Mél. biol., 1853, p. 21).

— 196 —

Единственный, не взрослый экземпляръ, найденный на Вилю, относится, повидимому, къ An. ventricosa Pfeiff., которую г. Миддендорфъ соединяетъ въ одинъ видъ съ An. cellensis Schröt. Наиболѣе этотъ экземпляръ подходить къ пфейферовой фиг. 3 (Bd. II, т. 3), хотя, впрочемъ, верхній край у него, сравнительно съ этой фигурой, прямѣе, и хотя форма экземпляра уклюняется значительно отъ росмеслеровой фиг. 284. Отъ миддендорфовой var. Beringiana онъ отличается преимуществено большею длиною передняго конца и большею еще вздустію брюха раковины. Экземпляръ им'ветъ 37 млл. (1"4",578) длины (въ томъ числѣ 12 млл. [4",728] приходятся на длину передняго конца), 21 млл. (8"",274) вышины межку вершинами и 21 млл. вышины же въ средней части раковины; длина діаметра брюха равняется 22 млл. (8"",668). Пзъ послѣднихъ чиселъ видно, что діаметръ брюха составляетъ не 4/5 высоты раковины, какъ говоритъ Пфейферъ, но что, напротивъ, оба измѣренія почти равны одно другому. Цвѣтъ раковины — свѣтный буровато-зеленый, на вздутой срединѣ свѣтлѣе, а къ краямъ темнѣе; вершины раковины, весьма нѣжной и ломкой, нѣсколько изгрызены.

## ЗАЛЮЧЕНИЕ.

Г. Миддендорфъ (Sib. Reise II, 1, 273 sqq.) насчитываетъ въ Сибири 41 видъ сухопутныхъ и прѣсноводныхъ моллюсковъ; принимая же, что Limnaeus auricularius L. и L. ovatus Drap. суть разности одного и того же вида, эту цифру надо уменьшить до 40. Къ послѣднему числу должно прибавить: 1) нѣсколько видовъ, которые не уномянуты у г. Миддендорфа, но уже прежде напечатанія его работы указаны гг. Геблеромъ (Bull. d. l. soc. d. Nat. d. Moscou 1829, I) и Симашко (Bull. phys-math. d. l'Ac. d. St.-Pétersb. 1849, VII) и 2) виды, внесенные въ число сибирскихъ послѣ изданія въ свѣтъ работы г. Миддендорфа, а именно: а) найденные г. Маакомъ (Mélanges biologiques de l'Ac. de St.-Pétersb. 1853, II) и б) привезенные изъ Сибири г. Киндерманомъ, въ числен которыхъ (т. е. привезенныхъ г. Киндерманомъ) находится нѣсколько новыхъ видовъ, установленныхъ г. Фривальдскимъ (срави. Martens über die Verbreitung der europäischen Land-und Süsswasser-Mollusken, Inaugural-Dissert. Tübingen 1855 p. 80, 81). Со всѣми этими прибавками полное число найденныхъ въ Сибири видовъ сухопутныхъ и прѣсноводныхъ моллюсковъ будетъ 53. Къ этому числу предшествующая статья прибавляетъ еще 26 видовъ, водящихся въ Сибири (со включеніемъ амурскаго бассейна), а именно: а) 12 новыхъ видовъ, изъ которыхъ 7 найдены въ Амурскомъ кратъ, а 5 въ Байкальѣ; изъ числа послѣднихъ нѣкоторые были собираемы также и въ Ангарѣ, а одинъ, сверхъ того, и около Томска; б) 14 видовъ уже извѣстныхъ, но до сихъ поръ несчитавшихъся водящимися въ съверной Азіи; изъ нихъ 12 европейскіе и 2 китайскіе. Въ этомъ «заключеніи» читатели найдутъ обзоръ распространенія всѣхъ найденныхъ до сихъ поръ въ Сибири (со включеніемъ амурскаго бассейна) 79 видовъ; при этомъ надо замѣтить, что за главное основаніе, при составленіи этого обзора, были приняты: прекрасный трудъ г. Миддендорфа: Zoologisch-geographische Folgerungen (Sib. Reise II, 1, p. 389 sqq.) и весьма тщательно обработанная диссертация г. Мартенса (über die Verbreitung der europäischen Land-und Süsswasser-Mollusken, Inaugural-Dissertat., Tübingen 1855).

## Paludina, Bythinia et Hydrobia.

1) *Paludina Ussuriensis* и 2) *Pal. praerosa* включительно свойствены Амуру, и встрѣчаются нерѣдко въ южной части средняго его течения и отчасти въ нижнемъ течении; именно

— 497 —

онъ живутъ въ сообщающихся (въ извѣтное время года) съ Амуромъ озерахъ и озеркахъ болотнаго свойства и также въ рукавахъ Амура, текущихъ медленно или, по крайней мѣрѣ, медленнѣе главнаго потока. Первое изъ этихъ животныхъ напоминаетъ, до нѣкоторой степени, европейскихъ Pal. vivipara L.¹ и P. achatina Lam. ²; второе болѣе походитъ на нѣкоторые американскія формы ³.

3) *Paludina baicalensis* приближается во многихъ отношеніяхъ къ съверо-американской Pal. subcarinata Say; она, можетъ быть, дѣйствительно, встрѣчается только въ Байкалѣ, въ которойъ, кромѣ ея, до сихъ поръ были найдены только 4 вида моллюсковъ.

4) *Bythinia similis*, которую нельзя отдѣлять отъ В. *Kickxii Westend.* ¹, принадлежитъ Европѣ, именно среднимъ ея частямъ, и, какъ кажется, встрѣчается по всему обширному пространству Сибири до самаго Восточнаго оксана; дѣйствительно, она была находима въ Сибири и на югѣ (Киргизская степь, Барнаулъ), и на съверѣ (Лунха и Ханигія), и на западѣ (Томскѣ), и на востокѣ (по всему Амуру).

5) *Bythinia tentaculata L.* (*Middendorff Sib. Reise II*, 1, 289, № 89) распространена почти по всей Европѣ; простираясь на югъ, доходитъ до Португалии и Сицилии; распространяясь на съверѣ, проникаетъ даже, повидимому, въ Гренландію (сравн. *Martens l. c.*, 47). Она была найдена у Барнаула и къ востоку, кажется, не цдѣтъ датѣ Западной Сибири.

6) *Bythinia striata* живетъ вмѣстѣ съ обоими болышими видами *Paludina*, свойственными Амуру.

7) *Hydrobia Angarensis* водится въ Байкалѣ и въ вытекающей изъ него Нижней Ангарѣ (по крайней мѣрѣ, у Пркутска). Можетъ быть, виды, напр. лѣба съ ней сродные, находятся въ съверо-американской фаунѣ; таковъ, напр., видъ Н. (*Amnicola*) *lapidaria Say* ⁵.

## *Melania.*

8) *Melania Amurensis* есть единственный съверо-азіатскій представитель этого рода; она водится въ средней части Амура — новая черта сродства между бассейномъ Амура и, богатой видами *Melania*, съверной Америкой.

¹ Георги (*Bemerkungen einer Reise im russischen Reich* I, 193) говорятъ, что въ окрестностяхъ Байкала водится *Paludina (Helix) vivipara L.*; во это показаніе ничѣмъ вносядѣдіи не подтвердилось.

² Взрослая *P. Ussuriensis* болѣе походитъ на варослую же Pal. achatina Brug. (*fasciata Müll.*), съ которойъ сходствуетъ: пупкомъ, почти совершенно покрытымъ, изворотами невздутыми, швомъ умѣренно глубокимъ и пр. Неварослы недѣлымы и зародышіи первой, напротивъ того, болѣе сходны съ такими же степенями развитія Pal. *vivipara L.*

³ Съверо-американские виды, съ которыми сходна *P. praeosa*, суть: Pal. *ponderosa Say*, Pal. *solida Say* etc. Сходствуетъ же съ ними Pal. *praeosa*, между прочимъ, значительной толщиною своей раковины.

⁴ *Bythinia ventricosa Leach*, которую Мартенсъ (l. с. 76) считаетъ, повидимому, тождественною съ *Byth. Kickxii Westend.*, съѣдовало бы, кажется, скорѣе отнести къ *Byth. tentaculata L.*: въ пользу по-следняго мишня свидѣтельствуетъ, по крайней мѣрѣ, находящійся у г-на Герстфельда экземпляръ *Byth. ventricosa Leach*, падящійlyй около С.-Петербургa.

⁵ Башенковая форма раковины есть признакъ, общій Н. Angarensis и съверо-американской Н. *lapidaria Say*. Изъ другихъ видовъ, на которые походитъ Н. Angarensis, можно упомянуть: *Hydr. (Cyclostoma) acuta Drap.* и *Hydr. (Bulimus) viridis Poir*.

— 198 —

Valvata.

9) *Valvata piscinalis* распространена не только по всей почти Европѣ (не исключая и трехъ южныхъ ея полуострововъ), но также и по всей почти съверной Азии. Дѣйствительно, намъ известно, что это животное есть въ Азіи: и въ Киргизской степи, на югѣ, и около Березова, въ Виловѣ и .Лунхѣ, на съверѣ; на востокъ оно доходитъ до Лены и, комрѣ того, встрѣчается еще почти по всему Амуру.

10) *Valvata depressa C. Pfeiff.* (*Siemaschko, l. e.*, 227). Г. Симашко приводитъ это жиловотное, какъ встрѣчаюцееся около Кіренска на Ленѣ, и считаетъ его разностью V. piscinalis Müll.; *Valv. depressa C. Pfeiff.* есть, можетъ быть, одинъ изъ круго-полюсныхъ видовъ, потому что Менк соединяетъ его съ съверо-американскимъ видомъ *Valv. sincera* Say.

11) *Valvata cristata* (вмѣстѣ съ *var. sibirica Middendorff)*. Въ Европѣ распространеніе ея такое же, какъ и распространеніе V. piscinalis; въ Сибири V. cristata тянется отъ Барнаула и Иркутска къ съверу до Березова, а къ востоку до Камчатки. Г-нъ Милендорфъ (l. e., 408) приписываетъ ее даже за кругополюсный видъ и думаетъ, что она встрѣчается и въ Съверной Америкѣ.

12) *Valvata baicalensis* исключительно принадлежитъ Байкалу; ни разу не была найдена даже въ Илиней Ангарѣ. Она отличается отъ сродныхъ европейскихъ видовъ *свосю огромною величинюю*.

Limax et Arion.

13) *Limax agrestis* L., или другой весьма похожій на этотъ видъ, былъ найденъ г-мъ Милендорфомъ (*Sib. Reise, Н. 1, 42*., *Anm. 1*) въ Становомъ хребтѣ; площадь распространенія *L. agrestis* начинается въ съверной Исландіи и отсюда идетъ черезъ Европу, занимая почти всѣ ея части, до Канарскихъ острововъ, Аликирии и южнаго склона Кавказскаго хребта; въ Кітаіні этотъ видъ былъ находимъ только въ съверной части.

14) *Arion ater*. Если опредѣленіе отнесенныхъ къ этому виду экземпляровъ справедливо, то должно принять, что въ Сибири *Ar. ater* выдерживаетъ климатъ болѣе суровый, болѣе кондиционный, чѣмъ въ Европѣ. Самыя съверные части его европейской площади распространенія находятся въ южной, океанической Исландіи и на Штлангскихъ островахъ; отсюда эта площадь разстилается по всей Европѣ, начинаясь, однако же, на кондиционѣ ея. не такъ unlike къ съверу и пъ распостраненіи свосю ограничивалось иными предлѣгами: страны, въ которой *Arion ater* при этомъ приникаетъ, но дѣлѣ которыхъ не простирается, есть: субалытійскія страны Иреневецъ (онъ былъ еще найденъ на высотѣ 5, 400', въ д. п. *Barèges*, г-мъ *Sauley*) и германскихъ Альюкотъ; верхняя Италия (по г-нъ *Cantraine*) и даже Тоскана и наконецъ, Канарскіе острова. Что касается до распостраненія его въ Сибири, то г-нъ Геретфельдъ имѣетъ экземпляры — по его мнилино — этого вида изъ окрестності Пркутска, съ Амура и даже съ Вилюа **.

* Относительно формы раковины она почти занимаетъ средину между *V. depressa* C. Pfeiff. и *V. cristata* Müll.

** Въ Сибири, быть можетъ, будь найденъ *Arion subfusens* *Drap*, котораго г-нъ Милендорфъ встрѣчалъ въ Фінляндіи до самаго полярнаго круга, а въ русской, ланляндіи до 69° с. *ibid. Reise* Н, 1, 42*, *Anm. 1*), и котораго этотъ учёный получилъ также изъ Храла. Г-нъ Милендорфъ даже склоняется къ тому, чтобы считать этотъ видъ кругополюснымъ (см. сейчасъ иазванное сочиненіе).

— 199 —

Vitrina et Succinea.

15) *Vitrina pellucida*. Г Мидцендорфъ (l. c., 413), хотя самъ и не находил этой раковины въ Сибири, предполагаетъ, однако же, что она принадлежитъ къ числу крупнополосныхъ видовъ. Послѣ г-на Мидцендорфа она была найдена въ южной и съверной частяхъ Восточной Сибири (на Сюлдянкъ, въ прибайкальскихъ краяхъ и въ бассейнъ Енисея) и на Амуръ. Площадь ея европейскаго распространенія начинается на съверѣ въ Псамдіи, на Шестланзскихъ островахъ и въ Ланцанціи и, простираясь оттуда далѣе, прописываетъ даже въ Альны, въ которыхъ этотъ видъ бытъ еще находимъ, профессоромъ Флейперомъ, на высотѣ 6,570', на вершинѣ *Pilatus*. Весьма близки къ этому виду (если даже не тождественны съ пимъ): *Vitrina angelicae Beck* изъ Гренландіи и *Vitr. americana Pfeiffer* — одинъ изъ всѣхъ видовъ этого рода, подапісійся на концентріентъ Америки (въ Верхнемъ озерѣ). Впрочемъ, *Dekay* соединяетъ *V. americana* въ одинъ видъ съ *V. pellucida Müll*.

16) *Succinea putris*. Площадь распространенія этого вида въ Европѣ простирается, начиная съ Псамдіи и береговъ Ледовитаго моря, до Средиземнаго (она вноштъ даже въ Сицилию и Морею) и Чернаго морей; въ Альянзскихъ горахъ она поднимается на значительную высоту (Флейперъ находилъ этотъ видъ еще на высотѣ 5,200', въ Энгалии, около Беренса). Эта раковина встрѣчается также по всей Сибири (начиная Томскомъ, Барнауломъ и Иркутскомъ и кончая Березовымъ, Тунгусской, Вилюемъ и Лунхой) и по всему Амуру. Г-нъ Мидцендорфъ (l. c., 408—409) принимаетъ гренландскую *Succ. groenlandica Beck* за тождественную съ *Succ. putris* и вмѣстѣ съ тѣмъ считаетъ въроятнымъ, что и живунця въ Съверной Америкѣ *Succ. campestris Say*, такъ же, какъ, можетъ быть, и *Succ. ovalis Say* и *Succ. obliqua Say*, принадлежатъ къ *Succ. putris*. Крсемъ того, животное, принимаемое за *Succ. putris*, было находимо не только въ Малой Азіи (Форбесъ), но также и въ южной Алтъикъ (Краусъ), въ Гвайкыльѣ, въ республикѣ Эккудоръ, въ Новой Голландіи, въ Транквебаръ, на Маріанахъ и пр. Но, кажется, сомнительно, чтобы напа европейско-съверно-азіатская *Succ. putris*, Effectivamente, встрѣчалась по всѣхъ этихъ мѣстахъ; только относительно Съверной Америки и Малой Азіи это можно считать въроятнымъ; видовые призвали въ родъ *Succinea* такъ мало бросались въ глаза, что многія жинотныя, въ видовомъ отношеніи отличныя отъ *Succ. putris*, могли до сихъ поръ быть принимаемы за эту послѣднюю.

Helix.

Къ числу 20 видовъ, о которыхъ здѣсь должно упомянуть, можетъ быть, надо бы прибавить еще 2 вида: Мартенсъ (l. c., 81) пригодить, какъ встрѣчающіеса въ Сибири виды, не только *H. fruticum Müll.* и *H. strigella Drap.*, но также (на основаніи непозвѣсто какихъ даныхъ) *H. incarnata Müll.* и *H. personata Lam.*; однако же, о двухъ послѣднихъ видахъ можно умолчать, потому что относительно ихъ иѣть никакихъ данныхъ. Наю еще заявить, что между 20 видами, о которыхъ здѣсь будетъ говориться, находятся 3 доставленные Киндерманомъ вида: *H. helvola Friv.*, *H. bicallosa Friv.* и *H. lanta Lowe*, мѣсто находки которыхъ съ точностью непозвѣсто.

17) *Helix fulva* не только распространена, начиная съ Псамдіи и, на материкъ Европы, по крайней мѣрѣ, съ позириаго груга, до Альповъ (г.д. встрѣчается на значительной высотѣ), Преневсъ и Кавказа, но была находима также на Капарскихъ островахъ и въ гористыхъ

— 200 —

частяхъ Портуталіи и Сицилии. Н. fulva есть видъ кругополюсный: она была найдена въ Сит-хъ: тождественна съ съверо-американской Н. chersina Say и, можетъ быть, съ гренландской II. Fabricii Beck. Н. nana Hutton, весьма сродная съ Н. fulva, водится въ Гималаъ, на вы-сотѣ 10,000'. Н. fulva, безъ, сомнѣнія встрѣчается и въ Западной Сибири, хотя до сихъ поръ была находима только въ Восточной (Прутскъ, бассейнъ Енисея, Кюрга) и на Амурѣ.

18) *H. Amurensis* свойственна, какъ кажется, преимущественно нижнему течению Амура *.

19) *Helix ravida* достигаетъ, какъ можно думать, распространяясь изъ своего отечества Китая, только праваго берега Амура и, притомъ, идетъ на съверъ не далѣе самыхъ южныхъ частей среднаго течения Амура.

20) Н. pura Studer (Middendorff Sib. Reise II, 1, 306, № 98; Maack Mél. biol., l. c., 17, № 22: Н. crystallina Müll.). Въ Европѣ идетъ отъ полярнаго круга до Южной Франціи, до Швейцаріи, до Австріи и Южной Россіи; въ Пиренеяхъ и на южномъ склонѣ Альповѣ не водится, но встрѣчается, какъ кругополюсный видъ, въ Съверной Америкѣ, безъ сомнѣнія, свойственна также и Западной Сибири, хотя до сихъ поръ была находима только въ Восточной (около Удскаго острога, въ бассейнѣ Енисея, и у Байкала).

21) *Helix pygmaea.* 60 °c. ш. не составляетъ полярной границы этого вида, какъ прини-маетъ г-нъ Миддендорфъ; напротивъ, это животное было находимо еще въ Эмтландіи (не южнѣе 63° с. ш.). Отсюда Н. pygmaea тяется по всей Европѣ, проникая даже въ среднія части Портуталіи, Испаніи, Италіи и Турціи. Въ Сибири она была до сихъ поръ находима только около Култука (у южнаго конца Байкала).

22) *Helix Maackii* свойственна, можетъ быть, исключительно, среднему Амуру.

23) *Helix ruderata* къ съверу идетъ, по крайней мѣрѣ, до Полярнаго круга; въ средней Европѣ любить гористыя страны; въ Пиренеяхъ невстрѣчается, но водится на съверномъ склонѣ Альповѣ; въ Южной Россіи идетъ даже въ Волынь и въ Украину. Такъ какъ она, сверхъ того, была находима около Перми, Томска и Иркутска, а равно и на Вилюѣ и по всему Амуру и также въ Камчаткѣ, то должно принять, что она тяется почти черезъ всю Европу и черезъ всю Сибирь до Восточнаго Океана. Этотъ видъ находили еще и на русско-американскомъ островѣ Кадьякѣ; но въ другихъ частяхъ Новаго Свѣта мѣсто его заступаетъ близкая къ нему Н. striatella Anthony. Другой сродный съ Н. ruderata видъ, Н. lyrata Cout-houy, живетъ на Огненной Землѣ.

24) *Helix carthusiana Müller* (Middendorff Sib. Reise, II, 1, 301, № 94). Этотъ видъ, ко-тораго нахождение около Пркутска указалъ г-нъ Миддендорфъ, есть видъ южно-европейскій, распространеный по Малой Азіи, Турціи, Греціи, Италіи, Испаніи и Портуталіи; онъ так-же водится и въ Сицилии, но въ Сардиніи и Корсикѣ, такъ же, какъ и въ Алякири, повид-мому, не встрѣчается; въ своемъ распространеніи къ съверу онъ достигаетъ только Англии, съверной Франціи, средней Германіи и Южной Россіи: поэтому нахождение его около Иркутска представляется фактъ весьма замѣчательный.

25) *Helix fruticum.* Можетъ показаться страннымъ, что этотъ видъ найденъ былъ въ Восточной Сибири и на Амурѣ; но мы знаемъ распространеніе молюсковъ въ Азіи еще такъ

* Она напоминаетъ пѣсколько *H. aculeata Müller* и сходствуетъ, шелковистымъ блескомъ и перепопча-тыми ребрышками, съ *H. lamellata* Jeffreys.