xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Боже мой! Алжирцы всё шалят! Алжирцы! - Это стыд; их надобно унять. Но между тем мое представьте положенье: Я, например, лечу в ужасном нетерпенье Из Крыма в Петербург для самых важных дел; Но только выехать оттуда я успел, Как вдруг болезнь моя все планы разрушает: Три месяца меня из рук не выпускает, И в это время я не слышу ни о чем! Но бывши тверд, идя решительным путем, Опять я наконец к моей стремлюся цели. Быть может, тьму вещей наделать уж успели, Но я никак, нигде не мог об них узнать,
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Так потрудитеся газеты прочитать, Их два раза ко мне в неделю присылают,
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ах, с радостью, меня газеты восхищают!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Как всё обдумано!.. Что, Саша, каково?
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): О, мастерски, но мы уж проведем его.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Я примечаю в вас большое нетерпенье Увидеть Петербург.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Опять за сочиненье! - Послушаем.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Скажу чистосердечно вам, Чтоб путь себе открыть и к славе и к чинам, С ребячества служить решился я во флоте. Окончив курс наук, по собственной охоте На Черном море мне хотелось послужить; Но, признаюся вам, с летами, может быть, Мне море Черное страх показалось тесно! В два года всё кругом мне сделалось известно, А с турками никак до дела не дойдет! Куда ни поплывешь - всё знаешь наперед! И из Кафы весь путь не дальше Дарданеллов! Мой гений требовал обширнейших пределов! Вдруг слышу наконец, что снова уж хотят Вкруг света, славы в путь, отправить наш фрегат: Хвала ревнителям полезных предприятий! И я, чтоб ускорить плоды моих занятий И экспедицию собою подкрепить, Решаюся над ней начальство испросить. Я жду скорейшего на это разрешенья И в Петербург лечу на крыльях восхищенья!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Об этом, кажется, слух носится давно.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Да, с полгода, - но что ж? ведь это всё равно; Не подождать меня - уж это невозможно.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): О! я уверена, и согласиться должно, Что эдакий вояж ужасно может льстить; Но, послужа, ведь вы устанете служить, И наконец, когда вы лавры все пожнете, В отставку вышедши, что ж делать вы начнете?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Тогда б... я кем-нибудь был также побежден, Ах, признаюсь, я раз ужасно был влюблен!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Неужли не шутя?
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): А-а, проговорился!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Но чем же кончилось?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Другой на ней женился; А я утешился и - воротился в Крым.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Но хладнокровием, клянуся вам, таким Сам ангел - так и тот нас всех перепугает.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Что ж делать? иначе всё служба потеряет. Мы, флотские, - всегда от женщин далеки.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Его сиятельство вас сердит мастерски!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Я слушать этого не в силах равнодушно!.. Но если вам самим с женою будет скучно, Так скоро и жене такой наскучит муж.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Сомнительно; но вам, однако, почему ж Так заключать? На всё есть в обществах законы: Без нас, для нас везде женатых миллионы! Но сами гении не терпят брачных уз. Колумб и Робинзон, и Кук, и Лаперуз, Они, я думаю, все не были женаты.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Я радуюсь, а то мы были б виноваты. Но лучше этот нам оставить разговор, А то у вас со мной престрашный выйдет спор: Я рассержусь и всё нарочно изурочу И даже, может быть, назло вам напророчу, Что вам на этот раз не ехать воевать.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Не ехать? почему ж, позвольте мне узнать?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Да так, предчувствие мне что-то говорило, Что вы...
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Предчувствие! вот это очень мило!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): И сон...
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): И сон! а что ж вы видели во сне?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Да множество вещей.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Чего же больше мне? Одно свидание - и так влюбиться страстно!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Да полноте, а то уж будет слишком ясно, И лучше погодить наш открывать секрет; Он догадается.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Да почему ж? о, нет! Но знаете, мне жаль, мы время здесь теряем. Пойдемте лучше в сад; я напою вас чаем, И это, верно, нас с приятностью займет.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ах, с радостью! Но мне позвольте наперед Здесь моему слуге отдать лишь приказанья.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): А я вас жду. Теперь прощайте, до свиданья. Я влюблена!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Итак, всё случай довершил; Каков же я! пришел, увидел, победил! Вот, господа, кружить как головы им должно. Но этим вздором мне прельщаться невозможно: Судя по всем вещам, я твердо убежден, Что я к чему-нибудь чудесному рожден! Не помню я.., читал я анекдот прекрасный: Что кто-то из морских в час бури преужасной Пристал к земле, дошел не знаемый никем... Он поселился там - и кончилося тем, Что вскоре жители решили меж собою Республики своей избрать его главою.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Он мудро управлял, и, в честь ему, потом Народа общий глас избрал его царем! Что, если б?.. почему ж! На счастье нет закона: Да чем же, боже мой, я хуже Робинзона? И я могу открыть прелестный островок. Там сделавшись царем... построю городок, Займусь прожектами, народными делами; Устрою гавани, наполню их судами - И, тут-то я до вас, алжирцы, доберусь! Смиритеся! - Не то... пойду, вооружусь, И вы познаете воителя десницу! Решивши бой, лечу с трофеями в столицу: Я встречен в гавани народною толпой, Иду... прохода нет! все ниц передо мной! Какой восторг! везде одни лишь слышны клики: "Да здравствует наш царь! да здравствует великий!.."
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Монарх!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Что хочешь ты?.. Надейся и вещай!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Великий государь! вас просят - кушать чай.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ах, Виктор, это ты! я в прелестях мечтанья Блаженствовал! мои свершилися желанья - И ты, злодей, и ты - всего меня лишил!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): И царство, и ваш флот я на мель посадил!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ведь надобно ж, когда мы якорь лишь спускаем..
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Мечтания никак не напоят вас чаем; И, право, лучше вам, чтоб время не терять, Пойти к хозяюшке, заняться, погулять И, распростившися, пуститься в путь счастливо!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ты судишь иногда довольно справедливо. Пойду.
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Ну, барин мой проказит не путем: Он хочет сделаться, безделица, царем! Вот место славное для мичмана в отставке! Тогда б не грех царя... просить мне о прибавке Сотняги лишней в год? - Но что ни говори, А, верно, не прыгнешь из мичманов в цари. Как в голову войдет дурачество такое? Вот я так, например, оно совсем другое: Я лотерейный взял дорогою билет; И как не взять, когда увидел из газет, Что скоро разыграть хотят часы с лихими Курантами, ну так, что не расстался б с ними! Рискнул - и за билет взнес кровных пять рублей. В сто тысяч выигрыш! да кто ж себе злодей? Сто тысяч! боже мой! в твоей всё это воле! Пусть барин мой себе храбрится на престоле, Да сто-то тысяч ты пошли его слуге. А подлинно б, они пришлись мне по руке. Что, если б мне... хоть часть досталася на долю... Что сделаю... тотчас я выкуплюсь на волю, Тут в службу, выслужусь, и через год как раз Вдруг Виктор наш махнет в четырнадцатый класс! О честолюбие, оставь меня в покое. Нет, Виктор; нет, мой друг, затеял ты пустое: Из службы не всегда ты выйдешь с барышом. Так лучше... решено; я делаюсь купцом, Хоть третьей гильдии, чтобы поменьше сумму С имения платить мне в Городскую думу. Тут я, благословясь, пущусь тотчас в торги; По лавочкам мои все заплачу долги; Потом куплю себе я домик презатейный, Сперва в полку, а там, пожалуй, на Литейной. Обзаведусь и - сам женюся наконец... И Саша мне жена! И Виктор уж отец! И вот вокруг меня цыпляточки, малютки, Я стану говорить им сказки, прибаутки И в счастьи проживу, конечно, до ста лет!.. Однако ж посмотреть, здоров ли мой билет? Где ж он? кой черт! не то всё в руки попадает! Билет! билет! - меня по коже подирает! Ах, боже мой!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Сейчас вас барин приказал Позвать к себе.
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Я всё билета не сыскал... Без вас со мной удар убийственный случился!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Да что же сделалось?
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Супруг ваш разорился! Что будет с нашими несчастными детьми!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Постойте! да куда ж?.. ушел... тьфу, черт возьми! Что сделалось? о чем он так расхлопотался? Он разорен? да чем?.. неужли проигрался? Нет, пустяки! меня он хочет испытать. Всё хитрости! итак, мне надобно послать Ипата воротить - да, кстати, вот и наши, И что-то веселы...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Оставьте шутки ваши! Прожект ваш всякого, ей-богу, рассмешит.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Вы счастливы, и вас всё в свете веселит; Но в этом, кажется, нет ничего смешного.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): И, полноте!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Да что ж тут странного такого? Ведь надобно ж, служа, открыть себе карьер.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Конечно, - съездивши вкруг света, например?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Вот женский ум - во всем находит затрудненье!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Всё это хитрости, но ваше обращенье Мне ясно говорит, что вы не мичман, граф.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Я вас благодарю! А Виктор, точно, прав: Всё граф да граф! - оно, однако ж, очень странно.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Сейчас, сударыня, ни думанно, ни жданно, Из Петербурга вам наш сельский эстафет - Разодолжил - привез два нумера газет. Извольте.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Брось на стол.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Газеты! Ради бога Подай!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Хорошего тут, верно, очень много.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Газеты!.. Наконец узнаю обо всем. А-а, Санкт-Петербург... что ж нового, прочтем.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Уж про себя... меня хоть этим одолжите.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Возможно ли!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): А что?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Злодеи! подождите! Несчастный! боже мой! свершилось! я убит!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Что сделалось?
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Ваш граф, мне кажется, шалит; Но вот...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Подай, прочтем известье роковое. Боюсь, расхохочусь... Ах, Саша!..
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Что ж такое?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Представь! ведь наш фрегат изволил улететь.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Неужели? да когда ж?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Как сделать это сметь! Уж я же им!.. Итак, теперь вы всё узнали...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Они уехали и вас не подождали!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Они раскаются! но поздно... это вздор! И если уж у нас пошло наперекор - Я не служу и - их в морях постигнет бедство! Но мне утешиться еще осталось средство: Женюсь и, счастливый прелестною женой, В свободе, в тишине, блаженствуя душой, В деревню удалюсь; в деревне всё приятно! И сельские луга, и воздух ароматный... Всё это нас займет...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): В деревню! навсегда? В деревню? шутите! Что это за мечта? Женившись по любви, вы, верно, захотите Повеселить жену. Вы волю ей дадите Пожить, пощеголять, принять к себе гостей. Столица нас живит приятностью своей! И кто богат, тому грешно не веселиться.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): На это бы для вас уж можно согласиться.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Ну, кажется, теперь всё слажено у них!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Карета, лошади готовы будут вмиг, И я...
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Беги, вели откладывать скорее. Я здесь женюсь... но будь покуда поскромнее.
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Вот радость-то! Я всё распоряжу сейчас.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Теперь, сударыня, зависит всё от вас. Клянуся вам, что вы меня обворожили, В одно свидание - судьбу мою решили! Вы торжествуете и - целый флот забыт! Но страсть мою одна взаимность наградит. Не дайте испытать мне страшных двух ударов.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Признайтесь же, что вы - не мичман, Альнаскаров!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Но кто бы ни был я - что нужды в этом вам? И если выбирать мужей не по чинам, Поверьте, прапорщик милее генерала.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): А кстати, вот Ипат!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Теперь я вас поймала! Вот тетушкин слуга. Ну, что же ты, Ипат, Да кланяйся - вот граф... Граф Лестов...
Ипат (Воздушные замки, Хмельницкий): Виноват. Их знать, сударыня, я чести не имею.
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Возможно ли!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Ай, ай!
Ипат (Воздушные замки, Хмельницкий): Я побожиться смею, Что этот господин - не граф.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Он точно прав; Но, может быть... служа, я также буду граф. И вы...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Ах, боже мой! как эдак ошибиться!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): И мичмана слуга хотел на мне жениться!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Я удивляюся! тогда как отзыв ваш...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Я думаю, что их готов уж экипаж. Узнай.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Возможно ли? - Но ваше снисхожденье, Любовь моя...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Любовь! какое одолженье! Но ваш фрегат...
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Да где ж его теперь мне взять?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Что ж за беда? его вы можете догнать.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Догнать? возможно ли? Нет, это уж ужасно! Я не стерплю...
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Итак - что ж мешкать вам напрасно
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Помилуйте! но так перемениться вдруг! Скажите - отчего?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Мне, право, недосуг: Здесь тетушкин слуга ждет моего ответа.
Ипат (Воздушные замки, Хмельницкий): Уж их сейчас в сарай поставлена карета. Так как прикажете?
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): В сарай! да кто ж велел?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): В сарай! вот хорошо! кто сделать это смел? Не надобно, и прочь карету из сарая, Я еду!
Аглаева (Воздушные замки, Хмельницкий): Поскорей. А я, вас оставляя, Желаю вам, сударь, счастливого пути. Прощайте!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Боже мой! как это всё снести? Вот женщины! - но в них нельзя не ошибиться.
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Прошу вас Виктору от Саши поклониться.
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Да растолкуй мне, чем я рассердил ее?
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Мы думали, что вы граф Лестов - вот и всё.
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Помилуйте, вы здесь, я слышу, накутили! Что сделалось?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Они - нам обе изменили!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Возможно ли? но нет, не верю я никак, Что Сашенька...
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Пошел, не тронь меня, дурак!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Дурак!.. Изменница, теперь я понимаю: Ты думала, что я билет мой затеряю, Что разорюсь, лишусь стотысячных часов? Так нет; нашел, смотри, с печатью!.. - Что, каков?
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Пожалуй, жди себе... уж эта лотерея Давным-давно...
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Ну что? - дорезывай скорее!
Саша (Воздушные замки, Хмельницкий): Давно разыграна - и ты кругом банкрут!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Разыграна! поддел меня какой-то плут!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ну, Виктор, радуйся! мы победим природу! Решись...
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Готов на всё: с отчаянья - хоть в воду!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Поверь, мой друг, судьба располагает всем! Поедем в Индию!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Помилуйте, зачем?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Поищем счастия по сухопутной части.
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): И ехать, и служить, всё это в вашей власти; Но я уж в Индию, конечно, не ездок. Но ваш фрегат и ваш прелестный островок... Забыто всё!
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Ах, их уж воротить не можно! Фрегат наш улетел!
Виктор (Воздушные замки, Хмельницкий): Вот это уж безбожно! Флотилия, престол, невеста, мой билет - Пропало всё, и нам ни в чем удачи нет! Ах, боже мой, за что я погибаю с вами?
Альнаскаров (Воздушные замки, Хмельницкий): Утешься! Индия осталася за нами.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Ступай отвори дверь! звонят!
Петр (Лакейская, Гоголь): Да ты что сидишь? На ногах у тебя пузыри, что ли? встать не можешь?
Иван (Лакейская, Гоголь): Ну, уж я пойду, так и быть, отворю! Это Андрюшка!
Григорий (Лакейская, Гоголь): А, московская ворона! Откуда тебя принесло?
Чужой слуга (Лакейская, Гоголь): Ах ты, чухонский сын! Побегал бы ты с мое. Вот к цветочнице велела снесть, что на Петербургской. Небось четвертака на извозчика не даст. Да и к вашему тож. Что, спит?
Григорий (Лакейская, Гоголь): Кто? медведь? Нет, еще не рычал из берлоги.
Петр (Лакейская, Гоголь): Правда ли, что барыня ваша дает вам чулки штопать?
Григорий (Лакейская, Гоголь): Ну, уж ты, брат, будь теперь штопальница. Уж мы так и звать тебя будем.
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Врешь, а вот же и не штопал никогда.
Петр (Лакейская, Гоголь): Да ведь у вас известно: дворовый человек до обеда повар, а после обеда уж он кучер, или лакей, или башмаки шьет.
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ну так что ж, ремесло другому не помешает. Не сидеть же без дела. Конечно, я и лакей, да и женский портной вместе. И на барыню шью, и на других тоже — копейку добываю. А вы что, ведь вот ничего ж не делаете.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Нет, брат, у хорошего барина лакея не займут работой, на то есть мастеровой. Вон у графа Булкина — тридцать, брат, человек слуг одних; и уж там, брат, нельзя так: «Эй, Петрушка, сходи-ка туды». — «Нет, мол, скажет, это не мое дело; извольте-с приказать Ивану». Вон оно как! Вот оно что значит, если барин хочет жить как барин. А вон ваша пигалица из Москвы приехала — коляска-то орех раскушенный, веревками хвосты лошадям позавязаны.
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ну ты, смехун, смехун! Что ж из того, что лежишь весь день? Ведь за то ж ни копейки за душой у тебя нет.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да на что ж мне твоя копейка? а барин-то зачем? Ведь жалованье-то уж он мне выдаст, хоть я работай или не работай. А копить мне на старость зачем? Что ж за барин, коли уж пенсиона слуге не выдаст за службу?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Что? говорят, ребята бал затеяли?
Петр (Лакейская, Гоголь): Да. А ты будешь?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Да ведь что ж этот бал! только, чай, слава, что бал.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Нет, брат, бал будет на всю руку. По целковому жертвуют и больше. Княжой повар дал пять рублей и сам берется стол готовить. Угощенье будет не то что орехи: уж полпуда конфект купили, мороженого тоже...
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ступай, звонит барин.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Подождет... Лиминацию тоже зажгут. Музыку торговали, только не сошлись — баса нет, а то уж было...
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ступай! ступай! звонит.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Подождет. Ну, ты сколько даешь?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Да ведь что ж этот бал, ведь это всё так.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Ну, развязывай мошну, ты, штопальница! Вон смотри, Петрушка, на него, какой он...
Барин (Лакейская, Гоголь): Что вы, бездельники? Три человека — и хоть бы один поднялся с своего места? Я звоню что есть мочи, чуть тесьмы не оборвал.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да ничего не было слышно, сударь.
Барин (Лакейская, Гоголь): Врешь!
Григорий (Лакейская, Гоголь): Ей-Богу! Что ж мне лгать? Вот Петрушка тоже сидел. Уж это такой колокольчик, судырь, никуды не годится: никогда ничего не слыхать. Нужно будет слесаря позвать.
Барин (Лакейская, Гоголь): Ну, так позвать слесаря.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да я уж сказывал дворецкому. Да ведь что ж? Ему говоришь, а ведь он еще и выбранит за это.
Барин (Лакейская, Гоголь): Это что за человек?
Григорий (Лакейская, Гоголь): Это-с человек от Анны Петровны, зачем-то пришел к вам.
Барин (Лакейская, Гоголь): Что скажешь, брат?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Барыня приказала кланяться и доложить, что будут сегодня к вам.
Барин (Лакейская, Гоголь): Зачем, не знаешь?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Не могу знать. Они только сказали: «Скажи Федору Федоровичу, что я приказала кланяться и буду к ним».
Барин (Лакейская, Гоголь): Да когда, в котором часу?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Не могу знать, в котором часу. Они сказали только, что доложи-де, говорит, Федору Федоровичу, что я, говорит, к ним сама-де буду у них-с...
Барин (Лакейская, Гоголь): Хорошо. Петрушка, дай мне поскорей одеться: я иду со двора. А вы — не принимать никого! Слышишь, всем говорить, что меня нет дома!
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ну видишь, ведь вот и досталось.
Григорий (Лакейская, Гоголь): А! уж служба такая! как ни старайся — всё выбранят. Вот опять какой-то черт лезет. Ступай отворяй, что ж ты зеваешь?
Господин в шубе (Лакейская, Гоголь): Федор Федорович дома?
Григорий (Лакейская, Гоголь): Никак нет.
Господин (Лакейская, Гоголь): Досадно. Не знаешь, куда уехал?
Григорий (Лакейская, Гоголь): Неизвестно. Должно быть, в департамент. А как об вас доложить?
Господин (Лакейская, Гоголь): Скажи, что был Невелещагин. Очень, мол, жалел, что не застал дома. Слышишь? не позабудешь? Невелещагин.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Лентягин-с.
Господин (Лакейская, Гоголь): Невелещагин.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да вы немец?
Господин (Лакейская, Гоголь): Какой немец! просто русский: Не-ве-ле-ща-гин.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Слышь, Иван, не позабудь; Ердащагин!
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Прощайте, братцы, пора уж и мне.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да что ж — на бал будешь, что ли?
Чужой лакей (Лакейская, Гоголь): Ну, да уж там посмотрю после. Прощай, Иван!
Иван (Лакейская, Гоголь): Прощай!
Григорий (Лакейская, Гоголь): Куды, куды! удостойте взглядом!
Девушка (Лакейская, Гоголь): Нельзя, нельзя, Григорий Павлович! не держите меня, совсем-с некогда.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Вот она, как поплелась! Хе, хе, хе!
Иван (Лакейская, Гоголь): Хи, хи, хи!
Григорий (Лакейская, Гоголь): Ведь вот свободное время. Барин ушел, чего бы, кажется, лучше, — нет, сейчас привалит этот черт, брюхач-дворецкий. Вон уж, пошел кричать толстобрюхий.
Пузатый дворецкий (Лакейская, Гоголь): Побоялись бы хоть совести своей, коли Бога не боитесь. Ведь ковры до сих пор не выколочены. Вы бы, Григорий Павлович, пример другим должны бы дать, а вы спите ровно от утра до вечера; ведь глаза-то у вас совсем заплыли от сна, ей-Богу! Ведь вы совсем подлец после этого, Григорий Павлович.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Да что ж? нешто я не человек, что уж и заснуть нельзя?
Дворецкий (Лакейская, Гоголь): Да кто ж против этого и слово говорит? Почему ж не заснуть? Но ведь не весь же день спать. Ну, вот хоть бы и ты, Петр Иванович! ведь ты, не говоря дурного слова, на свинью похож, ей-Богу! Ведь что тебе работы? всего два, три каких-нибудь подсвечника вычистить. Ну, зачем ты тут баишься? А тебе, Ванька, просто толчка в затылок следует.
Григорий (Лакейская, Гоголь): Эх ты, житье, житье! вставши да за вытье!