xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Батюшки! Неужели Алешенька? Как же это он? Да это не он.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): А кто же? Не кошка съела.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Авдотьюшка, что же это будет? Батюшки, вот грех-то!
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вы бы побольше его баловали; не до этого доживете – убьет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да полно тебе, полно. Ты у меня нишкни, Александру Егорычу и не заикайся.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Узнает. Без муки-то не просидишь.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Без денег возьмем.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не отпустят. Чай, слышали, что сам-то приказал?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Батюшки, как же это быть-то, Авдотьюшка? Грех-то, грех какой! Алешенька-то что сделал!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Клавдинька, беда-то какая!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): У вас каждый день беда. Павлика как расстроили... У него желчь может разлиться.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Алешенька-то что сделал! Грех-то какой!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вы все со своим Алешенькой – до других вам и дела нет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Деньги ведь взял... шестьдесят рублей! Отец на муку оставил. Как быть-то, Клавдинька? Ума не приложу.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Как же он смел? Негодный мальчишка!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Боюсь, чтоб отец не узнал... беда будет.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): А вы больше покрывайте – он и не то украдет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Молчи ты! Выручай, Клавдинька... Дай... Уж я как-нибудь сколочу, тебе отдам.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да где же я их возьму вам? Как это вы странно, мамаша...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): В копилке-то у тебя, быть может, найдется?
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Это детские деньги,-- сами знаете, разве их можно взять?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): А вы у старшего сынка попросите.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не даст. Да у него, чай, у самого-то нет. Боюсь я ему сказать... Клавдинька, как же быть?
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вы мать, а боитесь... Погодите, он вас еще не так в руки заберет. Вот папаше наговаривает, чтобы нам месячные деньги не выдавать. А еще брат! Павлика не любит... а Павлик прав, он всегда прав. Он имеет право требовать, это я всем в глаза скажу,-- у нас дети...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да погоди ты! Кажется, идет... Греха с тобой наживешь.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Постоянно хлев! Прилично дома нельзя напиться чаю; ни сыру, ни масла...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Купим сегодня. Расходы, Костенька, большие.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вот в этом-то и горе!.. Расходы большие, а в каждой чиновнической семье приличнее, чем у нас. Что вам здесь нужно? Идите! У нас кучера и кухарки скоро будут вместе за стол садиться.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Она ведь нянька, сестер вынянчила.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Как это глупо!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да уж где нам!
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Муж опять приходил, егозил перед отцом. Удивительно, как людям не стыдно!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не твое дело. Павлик имеет право.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Это скучно... Вечно одно и то же! Ваше право – палка о двух концах. С утра отравляют день!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Костенька...
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что такое? Что вам еще нужно?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Грех-то у меня какой случился! Деньги папаша на базар оставил, а их кто-то взял.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну так что же? Мне-то что за дело? Вы скоро самих себя потеряете.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да как же мне быть? Папаше нельзя сказать, сам знаешь.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Кто же их взял – Акулина или Авдотья!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет-нет, Костенька, не они... боюсь, что не Алешенька ли, тут он был.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Подлец!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что же ты мне ничего не скажешь?
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что же сказать? Не хочу я даже вмешиваться в эту историю. Сами виноваты.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет ли у тебя?
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ах оставьте!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Сынок – нечего говорить! Не дай бог, умрет папаша, как липок отделает; ни жалости, ни любви в нем – каменный какой-то...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): И не говори... Как же, Клавдинька, дашь, что ли? Накоплю я... полотна, скажу самому-то, купила,-- вот тебе двадцать пять рублей и будет.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Восемьдесят пять отдадите?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Сто отдам, только дай.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я все-таки спрошу Павлика. А сейчас пока немного купите муки.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Надо так сделать. Хочешь чаю, что ли?
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Выпью чашечку.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): На Распоповой хочется отцу-то женить Костеньку. Велел узнать, сколько за ней денег. Она барышня ничего... у обедни каждое воскресенье бывает, так смиренно стоит...
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не женится он на ней... содержанку-то куда денет?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты не болтай вздор!
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Павлик еще не то про него знает.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не болтай! Он и так говорит, что муж твой все про него выдумывает,-- поругаются они. А Распопова барышня ему подходящая.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Он ей только и нравится, а другие-то все терпеть его не могут. Он разговаривать с барышнями не умеет, все фыркает.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну вот тебе – такой королевич, да не умеет! Гимназию кончил.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Матушка, Арина Ивановна, дочка вернулась.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Людмилочка?.. Зачем это она?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): С вокзала сейчас.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Господи! Что это с ней? Не писала ничего.
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я сейчас уеду... Я думала, что это легче...
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что с тобой?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не могу... я уеду!.. Мамаша, он видел, как я подъехала... стоял у магазина... сейчас придет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Людмилочка, зачем ты приехала?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не могу я с ним жить – не человек он... Если бы вы знали...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Муж ведь он тебе...
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): С ним нельзя жить.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Сам...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Зачем ты?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не гоните меня. Я к вам приехала.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Постой... Что ты, обезумела? Расскажи все толком.
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я бросила мужа... тихонько убежала. Он запер меня, бил. Я не могла...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): За что же? Как он смел?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Тогда... после свадьбы... как поезд отошел, пришли мы в вагон, и он стал требовать денег... Я сказала, что вы мне ничего не дали... только на карманные расходы двадцать пять рублей... Ушел, не приходил всю ночь и целую неделю мучил меня и издевался.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Здесь что-то не так... Я ему русским языком говорил, что денег за тобой нет... Как же он смел?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Пьяница он: и ночью и днем пьет; ничего не понимает. Папаша, зачем вы хвалили его? Отдали меня? Кому же я могла верить, как не вам?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не то, не то тут. Людмила, говори правду!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Александр Егорович...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Говори! Не станет он ни с того ни с сего обижать – не такой парень... Все равно узнаю... Правда, что ли?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я уйду... Нет у вас жалости... Ведь от ваших взглядов да попреков за первого встречного выскочила. Вас же хотела облегчить, от себя избавить. Ах, да что говорить!..
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Людмилочка, куда ты? Что ты с дочерью-то делаешь, Александр Егорович?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Постой... Живи пока. Только на глаза мне реже показывайся. Опозорила, осрамила старика! Старуха, до какого сраму мы с тобой дожили. Неделю тому назад дочку обвенчали, а она – на тебе! Детки, детки! Этого ли я ждал от вас? За людьми лез, дураков слушал – учил... научил на свою голову. Да еще говорит, во мне жалости нет! Да кабы я знал, что ты такая, кухаркой бы сделал, а замуж не выдал, не опозорил бы себя. Как я теперь по улице-то пойду, на людей смотреть буду? Как мне теперь на людей-то смотреть? Скажи мне!
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Уйду я, да и все... куда глаза глядят уйду...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не дело... Слушай! В гости ко мне ты приехала... и сиди, на улицу не показывайся, а там, может быть, как-нибудь... Не ждал я, Людмила, от тебя, не ждал.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Клавдинька, пойдем за ним. Уж больно он расстроился. Одна-то я боюсь.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Пойдемте.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ничего... Это ли бывает... Снимайте шубку-то. То ли еще бывает. Обойдется. Я виды-то видала. Опять в девичьей комнате с Леночкой поживете. Раньше двенадцати она у нас после вас и не встает... барышню разыгрывает.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Папаша дома, что ли? Нигде не найдешь. Людмила Александровна! Вы здесь?
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да, здесь.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не верю глазам.
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Поверьте. Спасибо вам!
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Объясните...
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Смотреть на вас не могу.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Неужели прогнал? Мерзавец! Замоскворецкий дикарь! Не ждал...
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не ждал?
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ждал, но не такого скандала. Я предупреждал, что придется пережить очень неприятные минуты...
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): А вам все как с гуся вода...
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Но, Людмила... разве был другой выход? Мало ль мы думали? Скажите...
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ты зачем?
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): За папашей. В управе нужен; голова просил его хоть на минуту приехать.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Он в кабинете.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Авось вытащу.
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Иди скорее наверх. Да советую тебе дня два не показываться отцу. Скорее, а то встретитесь...
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Лучше не встречаться. Опять вверх... Опять этот гроб!..
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Иди скорее. Кажется, идут... Никогда и ничего, сестра, не проходит даром.
Людмила (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ты все знаешь?
Клавдия (Дети Ванюшина, Найдёнов): Седая стала.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Опять звук той же высоты... Свет пропадает в пятой лампе... Почему нет света? Ничего не понимаю. Проверим. А два, а три... угол между направлениями положительных осей... Я ничего не понимаю. Косинус, косинус... Верно! Мне надоел Иоанн с колоколами! И, кроме того, я отвинтил бы голову тому, кто ставит такой приемник. Ведь я же говорил ему, чтобы он снял, что я поправлю! У меня нету времени! На чем я остановился?.. Косинус... Да нет, управдом! Ульяна Андреевна! Где ваш драгоценный супруг? Не слышу! Ульяна Андреевна, ведь я же просил, чтобы он убрал рупор! Не слышу. Чтобы он убрал рупор! Скажите ему, чтобы он потерпел, я ему поставлю приемник! Австралию он будет принимать! Скажите, что он меня замучил со своим Иоанном Грозным! И потом, ведь он же хрипит! Да рупор хрипит! У меня нет времени! У меня колокола в голове играют. Не слышу! Ну, ладно. На чем я остановился?.. Косинус... У меня висок болит... Где же Зина? Чаю бы выпить сейчас. Какой странный человек... в черных перчатках... Чего ему надо? Нет, еще раз попробую. Косинус и колокола... Косинус и колокола... и колокола... то есть косинус... Звенит, хрипит... вот музыкальный управдом...
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Дома. Я начинаю серьезно бояться, что он сойдет с ума с этим аппаратом. Бедняга!.. А тут его еще ждет такой удар... Три раза я разводилась... ну да, три, Зузина я не считаю... Но никогда еще я не испытывала такого волнения. Воображаю, что будет сейчас! Только бы не скандал! Они так утомляют, эти скандалы... Ну, вперед! Лучше сразу развязать гордиев узел... Кока, открой!
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): А, черт возьми!.. Кто там еще?
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Это я, Кока. Кока, ты так и не ложился? Кока, твой аппарат тебя погубит. Ведь нельзя же так! И ты меня прости, Кока, мои знакомые утверждают, что увидеть прошлое и будущее невозможно. Это просто безумная идея, Кокочка. Утопия.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Я не уверен, Зиночка, что твои знакомые хорошо разбираются в этих вопросах. Для этого нужно быть специалистом.
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Прости, Кока, среди них есть изумительные специалисты.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Пойми, что где-то есть маленькая ошибка, малюсенькая! Я чувствую ее, ощущаю, она вот тут где-то... вот она бродит! И я ее поймаю.
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Нет, он святой! Ты прости, что я тебе мешаю, но я должна сообщить тебе ужасное известие... Нет, не решаюсь... У меня сегодня в кафе свистнули перчатки. Так курьезно! Я их положила на столик и... я полюбила другого. Кока... Нет, не могу... Я подозреваю, что это с соседнего столика... Ты понимаешь меня?
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Нет... Какой столик?
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Ах, боже мой, ты совсем отупел с этой машиной!
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Ну, перчатки... Что перчатки?
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Да не перчатки, а я полюбила другого. Свершилось!.. Только не возражай мне... и не нужно сцен. Почему люди должны расстаться непременно с драмой? Ведь согласись, Кока, что это необязательно. Это настоящее чувство, а все остальное в моей жизни было заблуждением... Ты спрашиваешь, кто он? И, конечно, думаешь, что это Молчановский? Нет, приготовься: он кинорежиссер, очень талантлив... Не будем больше играть в прятки, это Якин.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Так...
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Однако, это странно! Это в первый раз в жизни со мной. Ему сообщают, что жена ему изменила, ибо я действительно тебе изменила, а он – так! Даже как-то невежливо!
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Он... этого... как его.. блондин, высокий?
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Ну, уж это безобразие! До такой степени не интересоваться женой! Блондин Молчановский, запомни это! А Якин – он очень талантлив! Ты спрашиваешь, где мы будем жить? В пять часов я уезжаю с ним в Гагры выбирать место для съемки, а когда мы вернемся, ему должны дать квартиру в новом доме, если, конечно, он не врет...
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Наверно, врет.
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Как это глупо, из ревности оскорблять человека! Не может же он каждую минуту врать. Я долго размышляла во время последних бессонных ночей и пришла к заключению, что мы не подходим друг к другу. Я вся в кино... в искусстве, а ты с этим аппаратом... Однако я все-таки поражаюсь твоему спокойствию! И даже как-то тянет устроить сцену. Ну, что же... Я уже уложилась, чтобы не терзать тебя. Дай мне, пожалуйста, денег на дорогу, я тебе верну с Кавказа.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Вот сто сорок... сто пятьдесят три рубля... больше нет.
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): А ты посмотри в кармане пиджака.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): В пиджаке нет.
Зинаида (Иван Васильевич, Булгаков): Ну, поцелуй меня. Прощай, Кока. Все-таки как-то грустно... Ведь мы прожили с тобой целых одиннадцать месяцев!.. Поражаюсь, решительно поражаюсь! Но ты пока не выписывай меня все-таки. Мало ли что может случиться. Впрочем, ты такой подлости никогда не сделаешь.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Один... Как же я так женился? На ком? Зачем? Что это за женщина? Один... А впрочем, я ее не осуждаю. Действительно, как можно жить со мной? Ну что же, один так один! Никто не мешает зато... Пятнадцать... шестнадцать... Ну как можно работать в таких условиях!..
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Здравствуйте, товарищ Тимофеев. Иван Васильевич к вам не заходил?
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Нет.
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Передайте Зинаиде Михайловне, что Марья Степановна говорила: Анне Ивановне маникюрша заграничную материю предлагает, так если Зинаида...
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Я ничего не могу передать Зинаиде Михайловне, потому что она уехала.
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Куда уехала?
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): С любовником на Кавказ, а потом они будут жить в новом доме, если он не врет, конечно...
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Как с любовником?! Вот так так! И вы спокойно об этом говорите! Оригинальный вы человек!
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Ульяна Андреевна, вы мне мешаете.
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Ах, простите! Однако у вас характер, товарищ Тимофеев! Будь я на месте Зинаиды Михайловны, я бы тоже уехала.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Если бы вы были на месте Зинаиды Михайловны, я бы повесился.
Ульяна (Иван Васильевич, Булгаков): Вы не смеете под носом у дамы дверь захлопывать, грубиян!
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Чертова кукла!
Милославский (Иван Васильевич, Булгаков): Весь мир на службе, а этот дома. Патефон починяет. Шпак Антон Семенович. Ну что же, зайдем к Шпаку... Какой замок комичный. Мне что-то давно такой не попадался. Ах нет, у вдовы на Мясницкой такой был. Его надо брать шестым номером. Наверно, сидит в учреждении и думает: ах, какой чудный замок я повесил на свою дверь! Но на самом деле замок служит только для одной цели: показать, что хозяина дома нет... Э, какая прекрасная обстановка!.. Это я удачно зашел... Э, да у него и телефон отдельный. Большое удобство! И какой аккуратный, даже свой служебный номер записал. А раз записал, первым долгом нужно ему позвонить, чтобы не было никаких недоразумений. Отдел междугородних перевозок. Мерси. Добавочный пятьсот один. Мерси. Товарища Шпака. Мерси. Товарищ Шпак? Бонжур. Товарищ Шпак, вы до самого конца сегодня на службе будете?.. Говорит одна артистка... Нет, не знакома, но безумно хочу познакомиться. Так вы до четырех будете? Я вам еще позвоню, я очень настойчивая... Нет, блондинка. Контральто. Ну, пока. Страшно удивился. Ну-с, начнем... Шевиот... О!.. Как на меня шит... За три года, что я не был в Москве, как они все вещами пообзавелись! Приятно работать. Прекрасный патефон... И шляпа... Мой номер. Приятный день!.. Фу, устал! На чем это он водку настаивает? Прелестная водка!.. Нет, это не полынь... А уютно у него в комнате... Он и почитать любит... "Без отдыха пирует с дружиной удалой Иван Васильич Грозный под матушкой Москвой... Ковшами золотыми столов блистает ряд, разгульные за ними опричники сидят..." Славное стихотворение! Красивое стихотворение!.. "Да здравствуют тиуны, опричники мои! Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи..." Мне нравится это стихотворение. Отдел междугородних перевозок. Мерси. Добавочный пятьсот один... Мерси. Товарища Шпака. Мерси. Товарищ Шпак? Это я опять... Скажите, на чем вы водку настаиваете?.. Моя фамилия таинственная... Из Большого театра... А какой вам сюрприз сегодня выйдет!.. "Без отдыха пирует с дружиной удалой Иван Васильич Грозный под матушкой Москвой..." Страшно удивляется. "Ковшами золотыми столов блистает ряд..."
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Светится. Светится! Это иное дело...
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Неимоверные усилия я затрачиваю на то, чтобы вносить культуру в наш дом. Я его радиофицировал, но они упорно не пользуются радио. Антракт.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): А, кто там, войдите... чтоб вам провалиться!.. Этого не хватало!..
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Это я, Николай Иванович.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Я вижу, Иван Васильевич. Удивляюсь я вам, Иван Васильевич! В ваши годы вам бы дома сидеть, внуков нянчить, а вы целый день бродите по дому с засаленной книгой... Я занят, Иван Васильевич, простите.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Это домовая книга. У меня нет внуков. И если я перестану ходить, то произойдет ужас.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Государство рухнет?
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Рухнет, если за квартиру не будут платить. У нас в доме думают, что можно не платить, а на самом деле нельзя. Вообще наш дом удивительный. Я по двору прохожу и содрогаюсь. Все окна раскрыты, все на подоконниках лежат и рассказывают такую ерунду, которую рассказывать неудобно.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Ей-богу, я ничего не понимаю! Вам лечиться надо, князь!
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Николай Иванович, вы не называйте меня князем, я уж доказал путем представления документов, что за год до моего рождения мой папа уехал за границу, и таким образом очевидно, что я сын нашего кучера Пантелея. Я и похож на Пантелея.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Ну, если вы сын кучера, тем лучше. Но у меня нет денег, Иван Пантелеевич.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Нет, вы меня называйте согласно документам – Иваном Васильевичем.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Хорошо, хорошо.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Заклинаю вас, заплатите за квартиру.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Я вам говорю, нет сейчас денег... Меня жена бросила, а вы меня истязаете.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Позвольте, что же вы мне не заявили?
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): А вам-то что за дело.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Такое дело, что я должен ее немедленно выписать.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Она просила не выписывать.
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Все равно, я должен отметить в книге это событие. Я присяду.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Да незачем вам присаживаться. Как вам объяснить, что меня нельзя тревожить во время этой работы?
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Нет, вы объясните. Я передовой человек. Вчера была лекция для управдомов, и я колоссальную пользу получил. Почти все понял. Про стратосферу. Вообще наша жизнь очень интересная и полезная, но у нас в доме этого не понимают.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Когда вы говорите, Иван Васильевич, впечатление такое, что вы бредите!
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Наш дом вообще очень странный. Шпак все время красное дерево покупает, но за квартиру платит туго. А вы неизвестную машину сделали.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Вот мученье, честное слово!
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Я умоляю вас, Николай Иванович, вы насчет своей машины заявите. Ее зарегистрировать надо, а то во флигеле дамы уже говорят, что вы такой аппарат строите, что весь наш дом рухнет. А это знаете... и вы погибнете, и я с вами за компанию.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Какая же сволочь эту ерунду говорила?
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Я извиняюсь, это моя жена Ульяна Андреевна говорила.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Виноват! Почему эти дамы болтают чепуху? Я знаю, это вы виноваты. Вы, старый зуда, слоняетесь по всему дому, подглядываете, ябедничаете и, главное, врете!
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): После этих кровных оскорблений я покидаю квартиру и направляюсь в милицию. Я – лицо, занимающее ответственный пост управдома, и обязан наблюдать.
Тимофеев (Иван Васильевич, Булгаков): Стойте!.. Извините меня, я погорячился. Ну хорошо, идите сюда. Просто-напросто я делаю опыты над проникновением во время... Да, впрочем, как я вам объясню, что такое время? Ведь вы же не знаете, что такое четырехмерное пространство, движение... И вообще... словом, поймите, что это не только не взорвется, но принесет стране неслыханную пользу... Ну, как бы вам попроще... я, например, хочу пронизать сейчас пространство и пойти в прошлое...
Бунша (Иван Васильевич, Булгаков): Пронизать пространство? Такой опыт можно сделать только с разрешения милиции. У меня, как у управдома, чувство тревоги от таких опытов во вверенном мне доме. Стоит таинственная машина, запертая на ключ...