xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я во здешний дом досталась по наследству после покойной Викуловой сестры. Выросла я в Москве, а ныне должна я, донашивая оставшее свое платье, жить по-деревенски и слышати только о сене, о жнитве, о умолоте, о курах, о утках, о гусях, о баранах и, заедая свой век, должно еще ожидати такого жениха, который будет говорить: чаво табе, сердецус-ко, издать? байста со мной -- и другие подобные этому крестьянские речи. Да и сами-то мелкие дворяне несносны. Я не о всех говорю; есть довольно и хороших между ими людей. А по некоторой части дуются, как лягушки, и думают только о своем благородстве, которое им по одному имени известно, и чают о своих крестьянах то, что они от бога господам на поругание себе созданы. Нет несноснее той твари, которая одной тенью благородного имени величается и которая, сидя возле квашни, окружена служителями в лаптях и кушаках и служительницами босыми и в сарафанах, боярским возносится титлом.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да какую ты имеешь надежду выйти из этого дома?
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Присланный егерь от графа Касандра в меня влюбился.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Как тебе, Ниса, не стыдно! Какою ты слабою надеждою увеселяешься!
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Не отнимай ее у меня; пускай она меня хоть пустым повеселит.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): А я надежды и во сновидении не вижу.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Фу, батька! Как ты Бога не боишься? Какие тебе на старости пришли мысли; как это сказати людям, так они нахохочутся! кстати ли ты это вздумал.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Как того не опасаться, что с другими бывает людьми.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я уже баба не молодая, так чего табе опасаться.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да есть пословица, что гром-ат гремит не всегда из небесной тучи, да иногда и из навозной кучи.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Типун бы табе на язык; какая навозная у табя я куча?
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Что это, сударыня, такое?
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Жена, держи это про себя.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Чаво про себя? Это стыд да сором.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Не болтай же, мое сокровище, алмазной мой камышек.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да это нехорошо, вишневая моя ягодка.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Жена, перестань же.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Поцелуй же меня, сильный могучий богатырь.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Поцелуемся, подсолнечная моя звездочка.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Будь же повеселее и так светел, как новый месяц; да не ревнуй же.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Жена, кто говорит о ревности.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Что это меня прорвало! Да полно, конь о четырех ногах, да и тот спотыкается, а я баба безграмотная, так как не промолвиться.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да ты не в слове, да в деле промолвилася.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я батька, деревенская, и не знаю, что слово, что дело.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Дело больше, а слово меньше.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): А я думала, что слово больше, а дело меньше. Мне это подьячий сказывал, бывший лет пятьдесят во сыскном приказе.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Не то ты поешь и только бредишь.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я впредь о твоей к сабе ревности ко графу Касандру не скажу ни полуслова.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Дурища, с ума ты сошла: кто тебе о графе Касандре говорит?
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Ты баешь... ахти! Вить я и вправду заболталась. Викул. Теперь уже что хочешь, то ври.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Под лета ли уже, сударь, ей любиться с другими, а вам ревновати к ней.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Любовь лет не исчисляет.
Дворецкий (Рогоносец по воображению, Сумароков): Его высокорейсграфское сиятельство, высокопочтеннейший и высокопревосходительнейший граф ехать изволит.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Выйдем мы к воротам.
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Довольно и с крыльца сойти. Едаков ей граф-ат!
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): У тебя, Ниса, ушки смеются.
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Не таюся, правда ваша.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): А как гости-то поедут, так ушки твои плакать станут.
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Либо дело будет и не так.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я желаю, чтобы твоя надежда тебя не обманула; ты ведаешь, как я тебя люблю и что я во здешний дом больше ради тебя приезжаю.
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): А я бы в Москве тебя, матушка, сватати стала.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Для меня на свете нет ни счастья, ни жениха.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Не соблаговолите ли, ваше высокорейсграфское сиятельство, чарочку выкушать водочки?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Покорно благодарствую, матушка, жарко и без водки.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да водочка та, ваша высокорейсграфская светлость, самая знатная и богатая.
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Благодарствую, сударыня.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Так не соизволите ли, ваше высокорейсграфское превосходительство, хотя рюмочку рейнского или церковного?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Нет, сударыня, благодарствую.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Ин медку или бражки?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Нет, сударыня.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Так чем же такого дорогого гостя потчевать?
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Сердечушко, не утруждай его сиятельства. Повеселилися ли, милостивый государь, на охоте?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Изрядно, сударь. А ехав уже сюда, добыли мы медведя, да чуть было я ему в лапы не попался: бросился на меня и чуть я от него увернулся.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Статное ли это дело?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): А для чего не статное, сударыня?
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да как он смеет бросаться на ваше сиятельство?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да вить они, сударыня, в лесах родятся и в лесах вырастают: так они не знают никакого учтивства.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Так бы ты, мой красавец, лучше изволил потравить ручного медведя, а из них иные и нас, деревенских дворян, учтивее, потому что не только политично кланяться, да и танцевать умеют.
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): А бедного моего егеря он с лошади...
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Ах! Боже мой.
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Девушка-то, видно, очень боязлива или очень жалостлива... Не пужайся. Он ни его не повредил, ни лошади, потому что он его так сильно по лбу треснул пулею, что он опрокинулся.
Хавронья (Рогоносец по воображению, Сумароков): Да где его милость теперь? Не занемог ли он от страха?
Касандр (Рогоносец по воображению, Сумароков): Здоров, сударыня. А я его за некоторою нуждою в Москву послал.
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): О, льстивая надежда! О, несчастная Ниса!
Дворецкий (Рогоносец по воображению, Сумароков): Уже студеное на стол, сударь, поставили.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Я тебе этого не приказывала.
Дворецкий (Рогоносец по воображению, Сумароков): Как же без этого?
Викул (Рогоносец по воображению, Сумароков): Милости просим, высокосиятельнейший граф, отведать нашей хлеба-соли.
Флориза (Рогоносец по воображению, Сумароков): Выметена ли у нас горница?
Дворецкий (Рогоносец по воображению, Сумароков): И хоромы, сударыня, все выметены, и двери подмазаны, и паутины сняты.
Ниса (Рогоносец по воображению, Сумароков): Прошел мой сладкий сон, и миновалася моя надежда. Я чаяла, что сей мне день, день моей радости, а он самое горестнейшее время жизни моей. Страдай теперь: сладчайшая твоя надежда в горчайшее отчаяние превратилася. Плачь, Ниса, плачь и рыдай, отчаянная Ниса!
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Опять заперла?
Акулина (Дети Ванюшина, Найдёнов): Мамаша велела. Заметили.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты не могла отпереть потом? Дура!
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Где шатался?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): У товарища был.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Смотри, Алексей, не доживем мы с тобой до добра. Молоко на губах не обсохло, а ночи шатаешься!
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я, папаша, у товарища был. Что тут такого?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Врешь! Дери тебя горой! В гимназии сегодня не был. Директор присылал за мной. Пожалел бы отца-то позорить! Постой! Ведь ночь из-за тебя не сплю... Выгонят – что будешь делать? Бочки с сахаром заставлю откупоривать, хуже рабочего сделаю! На что ты, дурак, рассчитываешь? Чего ждешь? Скажи мне на милость.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что говорить... Вы это не поймете.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да уж где понять! Ах ты, леший, леший! Отца ты глупее себя считаешь. Ты поживи, сколько я пожил, поработай... Ступай с глаз долой! Кто это?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Александр Егорович, спал бы пока... вторую ночь не спишь. Разве так можно?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не до сна тут, старуха!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Расходы будем сокращать.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нельзя этого. Иди молись.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Зачем второго дворника нанял? Не надо бы нанимать.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не толкуй.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Чаю попил бы. Велеть, что ли, поставить? Акуля! Чай, спит еще. Акуля! Самовар. Сегодня бабушке Лукерье память... два года прошло... Обедню заказать надо.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что нам с тобой с детьми-то делать? Все врозь...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Дети... Ну что же дети? У всех дети. Алешенька вот худой уж больно стает.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Выдрать его, так пополнеет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Полно уж ты, Александр Егорович!
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Встали уж? Удивляюсь, что за охота так рано вставать? У нас во всем доме не найдешь спичек!
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Бока пролежишь, если будешь по-твоему вставать. Буди ты его. Спит до обеда, позднее всех выходит в магазин; стыдно, как по улице идет... Все замечают.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Читает он долго; часа в три-четыре ложится. Как глаза-то только видят.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Смотрит он в книгу, да видит фигу. Ума-то не много. Не того я ждал от него – серьезный был мальчишка, а дельца в нем сейчас не видно. Не помощник он...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): На тебя не угодишь; и тот не хорош и этот... а другим хорош... Вон, говорят, барышня Распопова – спит и видит за него замуж выйти.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): А сколько за ней?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Шестьдесят тысяч, Прасковья глухая сказывала.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Чай, врет твоя глухая.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну вот, зачем ей врать! У самой-то Распопихи Прасковьюшка первый человек, каждый день бывает.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Узнай про это лучше.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вы, папаша, видели кассовую книгу? Я вчера в гостиной на столе оставил, думал – увидите.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): В руки не мог отдать? Забрался с девяти часов в свою комнату, не выходил...
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Предоставьте мне свободу распоряжаться самим собой хоть в мелочах – про серьезное я уж не говорю,-- спать, гулять и есть, когда я хочу.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Порядку в доме не будет.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ах оставьте это! Подсчитайте лучше книгу.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты что сам-то не подсчитываешь? Смотри, зачитаешься – в кармане не досчитаешься.
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Будет вам! Вечно одно и то же... В этом месяце торговали лучше сравнительно с прошлым годом, наверно не знаю на сколько.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Правда ли?
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): С одной фабрики Спиридонова получили тысячу шестьсот рублей по счету. Подсчитайте, это очень интересно.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Если так, корабля ли надо! Где книга-то, ты говоришь?
Константин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Тсс... Лена!.. Живо...
Лена (Дети Ванюшина, Найдёнов): Смотри вечером будь дома! Тетя...
Лена (Дети Ванюшина, Найдёнов): А я, тетя, к вам. Нет ли у вас капель? Всю ночь не спала, живот болел.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не знаю, Леночка, есть ли. Вот какой-то пузырек.
Лена (Дети Ванюшина, Найдёнов): Это гофманские.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну их и прими – помогают. А вот Акулина подаст самовар, я бутылку с горячей водой пришлю к тебе наверх. Положи на живот: согреется – пройдет.
Лена (Дети Ванюшина, Найдёнов): Спасибо, тетя.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Достань-ка бутылку с буфета. У Леночки живот болит. Когда Алешенька пришел?
Акулина (Дети Ванюшина, Найдёнов): Утром, недавно.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не пьяный?
Акулина (Дети Ванюшина, Найдёнов): Кажется, навеселе.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): На вот, отнеси. Скажи, чтоб полотенцем обернула, да и приложила.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что это за бутылка?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): У Леночки живот болит.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ест много дарового хлеба. Отправить к сестре надо.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вот балбес-то!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Кого это ты ругаешь?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Сынка старшего.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): За что?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не выйдет из него проку... ничего не знает, ничем не интересуется. "Лучше торговали"! Все бы так лучше – с сумой пойдешь.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да полно тебе сокрушаться! Болезнь ведь от этого бывает.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Тридцать лет ждал сына. Вырос, и... Детки! Что им отец? Учились, да ничему, кроме фу-ты да ну-ты, не выучились. Учить-то не стоило...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Говорила я тебе...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ступай, старуха, молись.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты и лба по утрам не перекрестишь! Только торговля на уме-то... Бога забыл...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): А кормить-то вас кто будет?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Бог прежде всего; без его и дела плохи.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Долго спишь, экономка.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Авдотья. Спится, так что не спать! Что выдавать-то?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Поросята там есть.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Четыре осталось.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ведь я двадцать штук купил?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Молодцам три раза жарили.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Поросятами их не накормишь. Жирно будет.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Сами сказали, чтобы жарить им.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Один раз сказал, а не три.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): На вас не угодишь! Все попреки.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Муки-то нет у нас, Александр Егорович,
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Как – муки нет? Да что вы, лошадям, что ли, муку-то засыпаете?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): По двору вместо песка рассыпаем. Пятьдесят ртов приказчичьих... каждому по два фунта в день – мало ли на них одних надо? Уж больно жрать горазды!
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты не давай. Принеси-ка сюртук из спальни. На книжку ни-ни-ни, не смейте брать! Вчера девятьсот заплатил... Купите да храните хорошенько.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что уж больно много, Александр Егорович? Лучше бы поменьше.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нельзя этого, старуха: меньше никогда не покупали, все знают на рынке.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Само собой не идет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ужотка пошлем.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Гнедого в телегу за мукой ехать чтоб заложил... Надо прыть-то ему сбить.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Знаю.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Пойти домолиться. Все мешают.
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да нет же!
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что вы, стрекозы, сегодня рано?
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): У нас первый – русский язык, сочинение подавать.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Чай, уж вы и сочинили! Так зачем же рано идти? Сочинение раньше начала урока не подают. Что же вы молчите? Фартук-то у тебя в чернилах.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): Где, папаша?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не видишь? Ослепла? Писака! Учить-то вас, черт знает, к чему! Перевод денег.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я у него денег просить не стану на книгу. Ты проси.
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я просила на той неделе – твоя очередь.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ни за что! Он на Костю сердится.
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет, на Алешу.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): А что Алеша сделал?
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не знаю. Директор вызывал папашу.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): Он влюблен. По ночам стихи пишет. Вот узнать бы, в кого он влюблен.
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Надо у него карточку из кармана вытащить, посмотреть.
Аня (Дети Ванюшина, Найдёнов): Он тебе задаст.
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не узнает... Интересно!
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Папаша не ушел?
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет. Кажется, одевается.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Папаша, вы скоро? С добрым утром, мамаша.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Надо, что ли, на завтрак?
Катя (Дети Ванюшина, Найдёнов): Понятно, надо.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Уж и не знаю, что делается с ним.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): С кем?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): С отцом. Ночи не спит... Посоветовали бы ему к доктору съездить.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я ему прежде всего посоветую быть аккуратнее по отношению близких... Вы ему не говорили о деньгах?
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Клавдинька просила вас... Каждый месяц одно и то же. Это скучно! Удивляюсь, как вы стали забывчивы.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я скажу.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет уж, я сам скажу! Но только знайте, что это в последний раз,-- больше я не намерен попрошайничать. Держите вы слово, нечего сказать! Если бы не я, ваша дочь до сих пор мозолила бы вам глаза. Этого не следует вам забывать.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Уж полно! Клавдиньку за что же вы?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что ты тут петушишься?
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): С добрым утром. Я к вам... сегодня восьмое число.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну что же, что восьмое?
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Больше недели прошло после первого. Вы коммерческий человек, должны понимать, что значат для маленького человека вовремя деньги.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Как не понимать! Понимаю. Извините, Павел Сергеевич, не приготовили, сделайте милость.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): У вас никогда нет. Странно.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): С квартиры вытурю! Зазнался, дери тебя горой!
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну это вы пожалуйста! Все знают, что квартиру в доме и пятьдесят рублей в месяц вы обязались платить мне, и все будут знать, как вы держите свое слово. Я не из тех зятьев, которых можно дурачить, прошу это заметить. В управе и то все удивляются...
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты не смей болтать! Получаешь ведь – чего надо?
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Как нищий каждый раз выпрашиваешь.
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Будет! Возьми в магазине. Эй ты, гулена, в гимназию иди! Гони Алешку-то!
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): В управе сегодня будете?
Ванюшин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Может быть, не приду. Скажи голове, что заболел, мол.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): И зачем вы его расстраиваете? Пожалели бы.
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Дудки! Один месяц спусти, другой, а потом и забудется. Это я знаю.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Полно вам. Вон Клавдия зовет. Ступайте!
Щеткин (Дети Ванюшина, Найдёнов): Должно быть, пирожки готовы. Прощайте.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): А, нянюшка, попались!
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ключи затерялись.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Так вы на дне четверти их ищете? Постой... я тебя научу... Отец замечает, что ты водку пьешь... так ты вот как... выпьешь – и ставь ярлыком бутылку к стене,-- он всегда так ставит, и я так делаю.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Хитрый... Где ночь-то сегодня шатался? Все, чай, по девочкам?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): С твоей легкой руки.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): А ты старое-то не вспоминай... нехорошо... старуха я совсем стала.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Учительница!
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не вспоминай... Ишь у тебя волосики-то как стали виться...
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Солнышко, радость нежданная, Моя дорогая, желанная, Вижу тебя наяву – Вот ты предо мной воплощаешься, Мягкой улыбкой ты мне улыбаешься, – Вместе с тобой я живу!..
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): И не зайдешь к матери поздороваться.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Простите, мамаша... я зашел бы после.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Алеша, что мне делать-то с тобой? Отец-то как убивается... Зачем ты так-то?..
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ничего я вам не могу сказать.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вот сегодня опять ночь-то прогулял.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну что же из этого? И буду... хочу... Оставьте!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): И в кого ты такой? Все у нас тихие и смиренные...
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): При отце... а за пазухой ножи у всех... Противно дома жить.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Бог с тобой, Алешенька, что ты матери как говоришь?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): А вы оставьте. Мамаша, мне нужны деньги.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Опять деньги? Как же это так, Алешенька? Где я возьму? Сам знаешь, три рубля вчера у Авдотьи заняла, тебе дала.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Мне не три рубля надо... двадцать пять рублей надо.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Господи! На что это тебе?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нужно, очень нужно... Если вы не найдете, я, может быть... Вы меня простите, я знаю, что я подлец, но если бы вы могли понять...
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Да где взять-то? Клавдинька не даст... У ней есть в копилке...
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ну вот и возьмите их.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Не даст. Господи, что же это такое? Ты хоть богу помолился бы... Мысли у тебя не того... Ты подумай о себе-то, подумай.
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Я много думал.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Чего же тебе недостает?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Жизни... Все мне опротивело – и здесь и в гимназии!
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Вот есть у меня пять рублей, на златоусты приготовленные. Дать, что ли?
Алексей (Дети Ванюшина, Найдёнов): Дайте.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Заложили... на базар посылать пора.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): А Алешенька где?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ушел уж сынок ненаглядный.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Ушел... Что же он так скоро? На завтрак пятачок хотела ему дать.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Чай, уж и пятачок! Давайте, что ли, деньги на базар.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Где же это они? Под скатерть положила. Ты не брала?
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Нет.
Арина Ивановна (Дети Ванюшина, Найдёнов): Что же это такое? Господи! Акулину надо спросить.
Авдотья (Дети Ванюшина, Найдёнов): Она белье катает, в комнаты не входила.