xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Кн Василий Шуйский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Князь-дядюшка — не в гнев тебе сказать — Не скоро ль ты решился? Вспомни только — Сего утра еще ты не хотел Дойти до этого!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я был дурак! Пред кем хотел я уличить Бориса? Перед царем? Нет на Руси царя!
Кн Василий Шуйский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Обдумай, князь —
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я все обдумал. Голубь! Я виноват перед тобой — ты прав! Как малого мальчишку тот татарин Меня провел — он лучше знал царя! Как удалось тебе уйти?
Голубь (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Дорогой, Князь-батюшка, веревки перетёр, А на плоту, на Красной переправе, Сшиб двух стрельцов, с повозки прыгнул в воду И вплавь утек!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты вовремя вернулся! Сегодня же с Красильниковым ты, И с этими другими молодцами, Торговых вы подымете людей!
Красильников (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Уж положись на нас, князь-государь! Все поголовно встанем на Бориса!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Лишь смеркнется, готовы будьте все; Когда ж раздастся выстрел из царь-пушки — Входите в Кремль! Федюк, подай стопу! Во здравье всем!
Купцы (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Князь-батюшка! Ты нам Родной отец! Тобою лишь стоим! Дай Господи тебе сломить Бориса — И да живет Димитрий царь!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Аминь!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты, князь, сейчас же выбери надежных Пять сот жильцов. Пусть крест они целуют Царю Димитрию; когда ж стемнеет, Веди их в Кремль. Я с князь Васильем вместе Меж тем схвачу Бориса на дому.
Кн Василий Шуйский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Эй, дядюшка! Ты знаешь, я не трус, Опасного я не боюся дела — Но все ж подумай лучше!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Много думать — От дела отказаться. Нам теперь Уж нечего раскидывать умами — И ясен путь открылся перед нами!
Годунов (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я отрешен! Сам Федор словно нудит Меня свершить чего б я не хотел! Нагие ждут давно моей опалы, И весть о ней им дерзости придаст. Они теперь на все решатся. Дмитрий Им словно стяг, вкруг коего сбирают Они врагов и царских и моих. Того и жди: из Углича пожаром Мятеж и смуты вспыхнут. Битяговский — Мне на него рассчитывать нельзя — Меня продаст он, если не приставлю За ним смотреть еще кого нибудь. Я принужден — я не могу иначе — Меня теснят — Ты хорошо ли знаешь Ту женщину?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): На все пригодна руки! Гадальщица, лекарка, сваха, сводня, Усердна к Богу, с чертом не в разладе — Единым словом: баба хоть куда! Она уж здесь. Звать, что ль, к тебе?
Годунов (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не нужно. Ты скажешь ей, чтобы она блюла Царевича, а паче примечала б Что говорят Нагие. — Как царя Оставил ты?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Над кипой тех бумаг, Которые отнесть ему велел ты; То лоб потрет, то за ухом почешет, И ничего, сердечный, не поймет!
Годунов (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не выдержит. Мне все на ум приходит Что в оный день, когда царя Ивана Постигла смерть, предсказано мне было. Оно теперь свершается: помеха Моя во всем, вредитель мой и враг — Он в Угличе — Скажи ей, чтоб она Блюла царевича!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): А посмотреть Ее не хочешь, батюшка?
Годунов (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не нужно! «Слаб, но могуч — безвинен, но виновен — «Сам и не сам — потом — убит!» Скажи ей, Чтобы она царевича блюла!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Чтобы блюла! Гм! Нешто я не знаю, Чего б хотелось милости твоей? Пожалуй—что ж! Грех на душу возьму! Я не брюзглив — не белоручка я! Пока он жив, от Шуйских и Нагих Не будет нам покоя. Вишь, как крылья Подрезали! Не ждал я этой рыси От Федора Иваныча! Конечно, Не выдержит — а если, между тем, Случится что? Сударыня, войди!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Благослови, Владычица святая! Поклон тебе, боярин, принесла От Трех Святителей, просвирку вот Там вынула во здравие твое!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Садись сюда, голубушка, спасибо! Тебе сказали, для чего послал Я за тобой?
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Сказали, государь, Сказали, свет: боярин Годунов Сменяет, мол, царевичеву мамку, Меня ж к нему приставить указал. Уж будь спокоен! Пуще ока стану Его беречь; и ночи не досплю, И куса не доем, а уж дитятю Я соблюду!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Бывала в мамках ты?
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Лгать не хочу, боярин, не бывала, А уж куда охоча до детей! Ребеночек ведь тот же ангел Божий! Сама сынка вскормила своего, Двадцатый вот пошел ему годок, Все при себе, под крылышком, держала До морового года; лишь в тот год Поопасалась вместе жить.
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Что так, Голубушка!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): А в этакую пору Не долго до греха: как раз подсыплет Чего нибудь, отпел, похоронил, Наследство взял — и поминай как звали! Кому в такое время разбирать!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты свахою, голубушка, теперь?
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Бываю в свахах, батюшка-боярин, Хвалиться грех, а без меня не много Играется и свадеб на Москве!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Какую же последнюю ты свадьбу Устроила?
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): А Шаховского князя С Мстиславскою княжною, государь.
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не с тою ли, которую вчера Ты, при живой царице, за царя Хотела сватать?
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Боже упаси! Какой тебе разбойник то сказал? Какой собака, вор и клеветник? Чтоб у него язык распух! Чтоб очи Полопались!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Молчи, старуха! Цыц! Мы знаем все! Покойный государь, Блаженной памяти Иван Васильич, На медленном огне тебя бы, ведьму, Изволил сжечь! Но жалостлив боярин Борис Феодорович Годунов: Он вместо казни, даст тебе награду, Когда свою исполнить службу ты Сумеешь при царевиче.
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Сумею! Сумею, батюшка! Сумею, свет! Уж положися на меня! И мухе Я на дитятю сесть не дам! Уж будет И здрав, и сыт, и цел и невредим!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Но если б что не по твоей вине Случилось с ним —
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Помилуй, уж чему При мне случиться!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Он тебе того В вину бы не поставил! Слушай, баба: Никто не властен в животе и смерти — А у него падучая болезнь!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Так как же это, батюшка? — Так — что же? В толк не возьму?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Бери, старуха, в толк!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да, да, да, да! Так, так, боярин, так! Все в Божьей воле! Без моей вины Случиться может всякое, конечно! Мы все под Богом ходим, государь!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ступай, карга! С тобой перед отъездом Увижусь я — но помни: денег вдоволь — Или тюрьма!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Помилуй, государь, Зачем тюрьма! Уж ты не поскупись, Ведь наше дело вдовье. Да дозволь уж Сынка забрать!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты в том вольна; ступай!
Волохова (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Прости же, государь; уж будешь нами Доволен! Так! Конечно так, конечно! Час не ровен, случиться может всяко! Один лишь Бог силён и всемогущ, Один Господь, а наше дело вдовье!
Слуга (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Федюк Старков!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Зови его сюда!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты отдохнул бы, Федор.
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ничего Понять нельая! Борис нарочно мне Дела такие подобрал! Один лишь Толковый лист попался: наш гонец Из Вены пишет: цесарь-де готовит Подарок мне: шесть обезьян мне шлет. Аринушка, я их отправлю к Мите!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Так ты его не выпишешь?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Вот видишь, Аринушка, когда бы согласился Борис остаться —
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): На его ты место Еще не выбрал никого?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ведь ты же, Ты ж говорила: лучше подождать. Ты думала, он сам придет мириться, А он прислал мне этот ворох дел! Уж я над ним измучился, и вот Еще беда: за Шуйским я послал, За князь Иваном, чтоб помог он мне Все разобрать, а он велел ответить, Что нездоров; упрямится должно быть. Л вновь послал: челом-де бью ему, Такое-де есть дело, о котором Не знает он! А, это ты, Петрович! Откуда ты?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): От хворого.
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Откуда?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): От хворого от твоего слуги, От Годунова.
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Разве он хворает?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): А как же не хворать ему, когда Его, за все заслуги, словно пса, Ты выгнал вон! Здорово, мол, живешь!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Помилуй, я…
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да что тут говорить! Ты, батюшка, был от младых ногтей Суров и крут, и сердцем непреклонен. Когда себе что положил на мысль, Так уж поставишь на своем, хоть там Весь свет трещи!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я знаю сам, Петрович, Что я суров…
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Весь в батюшку пошел!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я знаю сам — но неужель Борис Не помирится, если я скажу, Что виноват?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Он столького не просит. Лишь прикажи мне приложить печать Вот к этому листу о взятьи Шуйских Немедленно под стражу — и он снова Тебе слуга!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Как? Он не перестал Подозревать?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царь! Тут не подозренье, Тут полная улика на лицо! Старков, дворецкий князь Ивана нам Сейчас донес, что князь Иван сегодня Решил признать царенка государем, Тебя ж решил с престола до утра Согнать долой. Ты, батюшка, Старкова Хоть сам спроси!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Уж эти мне доносы! Я в первый раз Старкова имя слышу, А Шуйского звучит повсюду имя, Как колокол. Ужели хочешь ты, Чтоб я какому-то Старкову боле, Чем Шуйскому поверил?
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Верь, не верь, Я говорю тебе: когда их всех Ты не велишь сейчас же…
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Как? Он сам?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Пришел! Пришел, Аринушка!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Вели его Под стражу взять!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Стыдись, стыдись, Петрович! Пускай войдет! Я при тебе его Сейчас спрошу. Здорово, князь Иван! Вообрази: есть на тебя донос — Но я ему не верю. Я хочу, Чтоб ты мне сам сказал, что предо мною Ты чист теперь, как ты пред целым светом Всегда был чист, и слова твоего С меня довольно.
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Государь —
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты, князь, Меня пойми: ведь я не сомневаюсь, Я лишь хочу —
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Нет, батюшка, позволь! Уж коль на то пошло, дай лучше мне Его спросить: Князь-государь! Ты можешь Поцеловать царю вон ту икону, Что изменить не думал ты ему?
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Допрашивать меня не признаю Я права за тобой.
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Князь, то не он, — То я прошу тебя!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Вот я икону Сейчас сыму —
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не нужно тут иконы. Скажи по чести мне, по чести только! Ну, князь!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Уволь меня!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Свет-государь, Зачем таким вопросом оскорблять Того, чья доблесть всем давно известна? Не спрашивай его — потребуй только, Чтоб он тебе святое слово дал, И впредь остаться верным, как он верен Доселе был!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Нет, я хочу, Арина, Вот этого порядком пристыдить. Скажи мне, князь, по чести мне скажи: Задумал ты что-либо надо мною? Да говори ж!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): По чести! Слышишь, князь? А по иконе было бы вернее!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Свет-государь —
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ну, князь?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Нет, не уволю!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты, чай, трусишь, князь?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Какое трусит? Он упрям и крут, Да я его и круче и упрямей! Нашла коса на камень, и пока Он мне не даст ответа, я его Не выпущу отсель!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Так знай же все!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Что? Что ты хочешь?...
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да! Ты слышал правду — Я на тебя встал мятежом!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Помилуй —
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты слабостью своею истощил Терпенье наше! Царство отдал ты В чужие руки — ты давно не царь — И вырвать Русь из рук у Годунова Решился я!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Тс! Тише! Не при нем! Не говори при нем — Борису он Расскажет все!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да продолжай же, князь!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Молчи, молчи! Глаз на глаз скажешь мне!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царь ждет ответа!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не тебя, но брата Я твоего признал царем!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Петрович — Не верь ему! Не верь ему, Арина!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Теперь тебя о милости единой За прежние заслуги я прошу: Один лишь я виновен! Не вели Сторонников моих казнить — не будут Они тебе опасны без меня!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Что ты несешь? Что ты городишь? Ты Не знаешь сам, какую небылицу Ты путаешь!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не вздумай, государь, Меня простить. Я на тебя бы снова Тогда пошел. Царить не можешь ты — А под рукою Годунова быть Я не могу!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Вишь, княжеская честь! И подгонять не надо!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Князь, послушай: Лишь потерпи немного — Мите только Дай подрости — и я с престола сам Тогда сойду, с охотою сойду, Вот те Христос!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Прихлопнуть, что ль, приказ?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Какой приказ? Ты ничего не понял! Я Митю сам велел царем поставить! Я так велел — я царь! Но я раздумал; Не надо боле; я раздумал, князь!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да ты в уме ль?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ступай! Да ну, ступай же! Все на себя беру я, на себя! Да ну, иди ж, иди!
Кн Иван Петрович (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Нет, он святой! Бог не велит подняться на него — Бог не велит! Я вижу, простота Твоя от Бога, Федор Иоанныч — Я не могу подняться на тебя!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Иди, иди! Разделай что ты сделал!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царь-батюшка, вели скрепить приказ! Не дай ему собрать войска! Царица — Скажи ему, что участь государства В приказе сем!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): В нем нет уже нужды! Гроза прошла, не враг нам боле Шуйский!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Петрович, слышишь? Слышал ты, Петрович? Аринушка, ты ангел! От тебя Ничто не скроется, ты все заметишь И все поймешь! Да, Шуйский нам не враг!
Сенная девушка (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царица, спрячься! Схоронись! Какой-то Вломился в терем сумасшедший!
Голос Шаховского (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Прочь! Прочь! Не держите! Я хочу к царице!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Прости меня, прости меня, царица! Напрасно я от самого утра К тебе прошусь!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да это Шаховской!
Слуги (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Хватайте вора!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Тише, тише, люди! Здесь вора нет! Скажи мне, растолкуй, Чего ты хочешь?
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царь! Казни меня — Казни меня, но выслушай! Тебя Хотят с твоей царицей развести!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты бредишь, князь!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Так вот оно в чем дело! Царь, выслушай его!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Мою невесту Они хотят посватать за тебя!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Кто? Кто они?
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Дядья моей невесты, Княжны Мстиславской, Шуйские князья!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да ты и впрямь помешан, князь!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Вот, вот Их челобитня! Матушка-царица! Вели невесту мне отдать! Вели, Царь-государь, сегодня же — сейчас же Нас обвенчать!
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Об этой челобитне Слыхали мы. Позволь-ка поглядеть! Вот, батюшка, ты говорил сейчас, Твоя царица знает князь Ивана — А на поверку вышло, что не знает! Ее, сердечную, ее, голубку, Ее, которая сейчас, как ангел, Стояла за него — ее он хочет, Как грешную, преступную жену, Как блудницу, с тобою развести, Тебе ж свою племянницу посватать! Не веришь, батюшка? Смотри, читай!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): «Ты новый брак прийми, великий царь, «Мстиславскую возьми себе в царицы.... «Ирину ж Годунову отпусти «Во иноческий чин....
Клешнин (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ты руку знаешь Иван Петровича? Читай же подпись!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): «И в том тебе соборне бьем челом «И руки прилагаем: Дионисий «Митрополит всея Руси.... Крутицкий «Архиепископ Варлаам.... Князь....» Что? «Князь.... Князь Иван.... Иван Петрович Шуйский!» Его рука! Он также подписался! Аринушка — он подписался!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Федор —
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Он! Он! Пускай бы кто другой, но он! Нас разлучить с тобой!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Опомнись, Федор!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Тебя сослать!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Мой царь и господин! Не ведаю сама, что это значит — Но ты подумай: если князь Иван Сейчас хотел свести тебя с престола, Он мог ли мыслить выдать за тебя Мстиславскую?
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Тебя — мою Ирину — Тебя постричь!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ведь этого не будет!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Не будет! Нет! Не дам тебя в обиду! Пускай прийдут! Пусть с пушками прийдут! Пусть попытаются!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Свет-государь, Напрасно ты тревожишься. Кто может Нас разлучить? Ты царь ведь!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Да, я царь! Они забыли, что я царь! Петрович — Где тот приказ? На! На! Отдай Борису!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Что сделал ты —
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Под стражу их! В тюрьму!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Мой господин! Мой царь! Не торопись!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): В тюрьму! В тюрьму!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Царь-государь, помилуй! Я не того просил! Я о невесте Тебя просил!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Борис вас разберет!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Он изведет их! Он погубит Шуйских!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Всех разберет он!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Я палач им буду! Царь, смилуйся!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): В тюрьму! В тюрьму их!
Шаховской (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Боже! Что сделал я!
Ирина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Свет-государь, послушай — Верни его! Верни ты Клешнина! Не торопись! Не посылай ты Шуйских в тюрьму, , когда они Обвинены в измене!
Федор (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Ни, ни, ни, Аринушка! И не проси меня! Ты этого не разумеешь! Если Я подожду, я их прощу, пожалуй — Я их прощу — а им нужна наука! Пусть посидят! Пусть ведают, что значит Нас разлучать! Пусть посидят в тюрьме!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Стой здесь, парень, налаживай гусли, а как соберется народ, зачинай песню про князь Иван Петровича! Господи, благослови! Господи, помоги! Вот до чего дожить довелось! Ишь, старый приятель! От самого от блаженной памяти от Василь Иваныча не сымал тебя со стены, аж всего ржавчина съела. А вот сегодня еще послужишь. Ну, перебирай лады, парень, вона народ подходит!
Посадский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Доброго здоровья дедушке Богдану Семенычу! Что это у тебя за бердыш?
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Внучий бердыш, батюшка, внучий бердыш! Татары, слышно, оказались. Внуку-то, вишь, некогда, так я-то вот и взялся его бердыш на справку снести, да вот парня послушать остановился.
Посадский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — А близко, нешто, татары?
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Близко, слышно.
Другой посадский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — А кого на встречу пошлют?
Третий посадский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Чай, опять князь Иван Петровича?
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Годунова пошлют!
Первый (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Что ты, помилуй, Богдан Семеныч!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — А что? Чем Годунов вам не воевода?
Третий (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Где ж ему супротив Иван Петровича?
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ой ли? Ну, что ж песня-то? Песня?
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Копил король, копил силушку, Подходил он под Опсков-город, Подошедши, похваляется: «Уж собью город, собью турами, Воеводу, князя Шуйского, По рукам и по ногам скую, Царство русское насквозь пройду!»
Один из народа (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Царство русское насквозь пройду! Ха, ха! Малого захотел!
Другой (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Иван Петровича скую! Да, скуешь его! Попробуй!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ну, парень!
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): То не Божий гром над Опсковом гремит, Бьют о стены то ломы железные, Ядра то каленые сыплются!
Женщина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Пресвятая Богородица, какие страхи!
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): А не млад-то светёл месяц зарождается, Государь-то Иван Петрович князь На стене городской проявляется. Он идет по стене, не сторонится, Ядрам сустречь глядит, не морщится.
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Да, этот не морщился!
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Целовали мы крест сидеть до смерти — Не сдадим по смерть Опскова-города!
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — И не сдали Пскова, не сдали!
Другой (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Святые угодники боронили его!
Женщина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Матерь Божия покрывала!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — А кто сидел-то в нем, православные? Кто сидел-то в нем?
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Одно слово: Иван Петрович!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — То-то!
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): И пять месяцов король облегает Псков, На шестой повесил голову. А тем часом князь сделать вылазку И побил всю силу литовскую, Насилу король сам-третей убежал. Бегучи, он, собака, заклинается: «Не дай Боже мне на Руси бывать, Ни детям моим, ни внучатам, Ни внучатам, ни правнучатам!»
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — И по делом ему! Знай наших! Знай князь Иван Петровича!
Гусляр (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): Слава на небе солнцу высокому! Слава на земле Иван Петровичу! Слава всему народу христианскому!
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Слава, во истину слава! Вот утешил, добрый человек!
Другой (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Воздал честь кому честь подобает! тебе, добрый человек!
Все (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Прими ж и от нас! И от меня! И от меня!
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Братцы, смотри, кто это сюда скачет?
Другой (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ишь как плетью жарит коня! Должно быть, гонец!
Гонец (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Место! Место! Раздайтесь на мосту!
Посадский (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Эй, друг, откуда? С чем едешь?
Гонец (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — От Тешлова! Татары Оку перешли, на Москву идут! Место! Место!
Один (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ишь, притча ваная! Чай скоро подступят!
Женщина (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ой, Господи-светы! Ой, батюшки мои! Опять выжгут наши слободы!
Третий (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Ну, расхныкалась! Нешто мы не видывали их! А князь-то Иван Петрович на что?
Четвертый (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Король-то, небось, почище татар, а и тот от Иван Петровича, поджамши хвост, убежал!
Третий (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Не родился еще тот, кто бы сломил Иван Петровича!
Курюков (Царь Фёдор Иоаннович, Толстой): — Родился, православные, родился! Родился он окаянный! Сломил он Иван Петровича! Сковал его, света нашего! По рукам и по ногам сковал!