xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Царица (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Так это правда? Правда? Меня с Димитрием ты бросить хочешь? С Димитрием моим? Ты хочешь…
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Тише! Я бабьих слез и криков не люблю!
Царица (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Нет, господин мой,— я не плачу – нет – Ты видишь, я не плачу – но скажи, Как развестись со мною хочешь ты? Что скажешь ты святителям? Какую На мне вину найдешь ты?
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Это что? Ты, кажется, меня к допросу ставишь? Кто ты? Какого ты владыки дочь? Кому ответ держать мне о тебе? Иль ты других пригожее и краше, Чтоб мне тебя, как клад какой, беречь? Иль я уж в доме у себя не властен? Иль ты царица по себе?
Царица (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Прости, Мой господин! Прости! Я не ропщу – Я не молю о милости – на все Готова я – но бедный мой Димитрий Чем виноват?
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): О нем не хлопочи. Мой сын в удел получит город Углич. Вины твоей не нужно мне. Тебя Постричь велю я – вот и весь развод. Святителей же, слава Богу, я Не приучил в мой обиход вступаться И требовать отчета от меня!
Захарьин (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Царь-государь! Дозволь мне слово молвить!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Старик, я вижу, что сказать ты хочешь! Что б я ни сделал, все не по тебе! Я знаю вас!
Захарьин (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Великий государь…
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Я знаю вас! Вы рады бы мне руки Опять связать, как при попе Сильвестре Да при Адашеве! Ты был им друг! Когда на них опалу положил я, Каких уж бед ты не пророчил мне! Тебя послушать – царство распадалось! И что ж? С тех пор минуло двадцать лет – Где твой Адашев? Где Сильвестер твой? А мы меж тем благословеньем Божьим Не уменьшили наших государств! Без ваших наставлений, помаленьку, Таки живем себе умишком нашим, И руководства твоего, старик, Не просим мы!
Захарьин (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Великий государь! Что мы мечом завоевали, то Мечом же можно и отнять у нас. Все в Божьей воле, государь; но Бог Лишь добрые дела благословляет, Ты ж, государь, недоброе затеял! Твоя царица пред тобой чиста, Чиста как день! Грешно тебе царицу Хотеть менять на новую жену! Чем с Англией искать тебе союза, Взгляни на Русь! Каков ее удел? Ты, государь,— скажу тебе открыто,— Ты, в юных днях испуганный крамолой, Всю жизнь свою боялся мнимых смут И подавил измученную землю. Ты сокрушил в ней все, что было сильно, Ты в ней попрал все, что имело разум, Ты бессловесных сделал из людей – И сам теперь, как дуб во чистом поле, Стоишь один, и ни на что не можешь Ты опереться. Если – Бог избави – Тебя оставит счастие твое, Ты пред несчастьем будешь наг и беден. Несчастье ж недалеко, государь! Не радуйся победе над Батуром – Есть на Руси другие тесноты! Орда и швед грозят нам, а внутри Неправосудье, неустройство, голод! Их английским союзом не избыть! Я стар, великий государь, и близок Уже ко гробу. Незачем мне даром Тебе перечить! Да и сам-то ты Уж немолод, великий государь. В твои лета о новом браке думать Грешно, да и негоже. Бога б ты Благодарил за добрую царицу, А не искал себе другой!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Микита! Я дал тебе домолвить до конца. Ко гробу ближе ты, чем мыслишь. Мне Наскучило тебя щадить. Легко б я Мог отвечать на болтовню твою, Но мой ответ: я так хочу! Довольно! Ни слова боле! Время нам принять Батурова посла. Ступай за мной. Ты ж будь готова в монастырь идти!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Впустить посла! Но почестей ему Не надо никаких. Я баловать Уже Батура боле не намерен! Не в первый раз тебя я вижу, пан Гарабурда, перед моим престолом. По смерти Жигимонта-короля Ты с поручением ко мне от сейма Был прислан?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Так, великий государь.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Мне помнится, что польские паны Корону предлагали мне?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Так есть.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Но учиниться вашим королем, Не сделав власть мою наследной властью, За благо мне не рассудилось. Вы же Условья не изволили принять.
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Великий царь, не можно было нам Республики нарушить привилегий: У нас закон, чтоб всякий раз король От сейма выбран был.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Хорош закон! Достойного он в Генрике владыку Доставил вам!
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): А бес его возьми! То был совсем дрянной король! Когда От нас утек он, мы рукой махнули И выбрали другого.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Да! Батура, Того, который дань платил султану, Когда был князем Седмиградским. Ну, Чего он хочет? С чем тебя прислал он?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Пресветлый мой великий господин, Король на Польше, Седмиградский князь, Великий князь Литовский…
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Погоди-ка! Ты православной веры? Мне сказали, Что ты ходил к обедне в наш собор?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Так, государь.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Зачем же господином Схисматика латинского зовешь ты?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): А потому, великий царь, что он Все вольности Украины утвердил, Святую церковь нашу чтит и нам Ксендзов проклятых дал повыгонять.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Все веры для него равны, я слышал; И басурманов также он честит. Ну, говори, какое челобитье Он нам прислал? О чем просить изволит Сосед Степан?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Он просит наперед, Чтоб ты, пан царь, не звал его соседом, А воздавал и письменно и устно Ему ту честь, названия, и титул, И почести, которые его Пресветлому довлеют маестату!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Ах, он шутник! Теперь? В тот самый час, Когда домой бежал он из-под Пскова? Недурно! Дальше!
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Дале от тебя Он требует, чтоб из земли Ливонской Немедля вывел ты свои полки И навсегда б короне польской отдал Смоленск и Полоцк, Новгород и Псков. На этом мир с тобою заключить Согласен он.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Посол! Ты много ль выпил Ковшей вина? Как смел ты предо мною Явиться пьяный? Кто из вас дерзнул Нетрезвого впустить в мои палаты?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Коли же милости твоей, пан царь, Условия такие не смакуют, Король Степан велит тебе сказать: «Чем даром лить нам кровь народов наших, Воссядем на коней и друг со другом Смертельный бой на саблях учиним, Как рыцарям прилично благородным!» И с тем король тебе перчатку шлет.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Из вас обоих кто сошел с ума? Ты иль король? К чему перчатка эта? Не для того ль, чтоб ею мне тебя Бить по лицу? Да ты забыл, собака, Что пред тобой не избранный король? Помазанника Божья смеешь ты На поле звать? Я поле дам тебе! Зашитого тебя в медвежью шкуру Велю я в поле псами затравить!
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Ни, этого, пан царь, не можно.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Что? Да он не шутит ли со мной? Бояре, Ужель забавным я кажусь?
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Ни,ни! Посла никак зашить не можно в шкуру.
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Вон с глаз моих! Плетьми его отсюда! Плетьми прогнать обратно к королю! Вон из палаты! Вон, собака! Вон!
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Поторопился ж ты, пан царь. Ты, видно, И не слыхал еще того, пан царь, Что из Варшавы прибыл с новым войском Король Степан? Что на границе он Уж в пух и прах разбил твои полки? Ты, видно, не слыхал, что швед уже Нарову взял и вместе с королем Готовится на Новгород идти? Дрянные ж воеводы у тебя, Что не дали и знать тебе об этом!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Ты лжешь, злодей!
Гарабурда (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): А, ей-же-богу, так. Зачем мне лгать? Нет, лгать нехорошо. Коли ж, пан царь, ты выехать не хочешь На честный бой с пресветлым королем, К тебе король, пожалуй, на Москву Приедет сам. Теперь же будь здоров!
Годунов (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Великий государь! Что сделал ты? Ты оскорбил Батурова посла?
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Он лжет как пес!
Годунов (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Нет, государь! Все правда! Сейчас гонцы от войска прискакали – Я видел их – Нарову взяли шведы – Полки разбиты наши!
Иоанн (Смерть Иоанна Грозного, Толстой): Лгут гонцы! Повесить их! Смерть всякому, кто скажет, Что я разбит! Не могут быть разбиты Мои полки! Весть о моей победе Должна прийти! И ныне же молебны Победные служить по всем церквам!
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Какая же ехидна это говорила?
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Да что ж ехидна! Люди болтают. Народ, говорят, ходит в квартиру.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Уважаемый лорд-мэр, как же им не ходить, ежели у нас мастерская.
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Фокс-троты по ночам. В мое положение тоже нужно входить.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Кстати о положении. Зоя Денисовна, кажется, вам осталась должна за электричество два червонца?
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Три.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Два с половиной.
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Нет, три.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Ну, три так три. Прошу.
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Квитанцию я вам завтра пришлю.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): К черту этот бюрократизм и волокиту. Не беспокойтесь. Ик! А, чтоб тебя!
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Что, икается все? Поминает вас кто-то.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Только вот не знаю кто!
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Так уж вы, пожалуйста, Александр Тарасович, потише с фокс-тротами, а то долго ли до беды. У вас что, сегодня гости опять будут?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Да, легонькие именины.
Аллилуя (Зойкина квартира, Булгаков): Ну, прощенья просим.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Рукопожатия отменяются. Хи-хи. Шучу-с. Ревуар! Видал я взяточников на своем веку, но этот Аллилуя экстраординарное явление в нашей жизни. Ик! А, черт тебя возьми! Селедки я, что ли, переложил за обедом? Ик! Пардон. Херувим, телефон.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Слусаю. Да, да. Тебе Гусь зовет.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Товарищ Гусь? Здравия желаю, Борис Семенович. В добром ли здоровье? В делах, в делах все. Как же, обязательно, сегодня ждем. День, можно сказать, такой выдающийся. Часикам... Ик! Пардон!.. К десяти... Вспоминали вас, вспоминали вас, вспоминали. Когда же, говорит, я увижу этот ассирийский профиль. Хи-хи. Секрет, секрет. Сюрприз есть. Ждем, ждем. Честь имею кланяться. Ик!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Удивительно вульгарный человек этот Гусь. Вы не находите?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Да, не нахожу. Человек, получающий двести червонцев в месяц, не может быть вульгарным. Ик! Какому черту я понадобился? Уважаю Гуся. Кто пешком по Москве таскается - вы!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Простите, месье Аметистов. Я хожу, а не таскаюсь.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Да не обижайтесь вы, вот человек! Ну, ходите. Вы ходите, а он в машине ездит. Вы в одной комнате сидите, пардон-пардон,-может быть, выражение "сидите" неприлично в высшем обществе,-так восседаете, а Гусь в семи! Вы в месяц наколотите, пардон-пардон, наиграете на вашем фортепиано десять червяков, а Гусь две сотни. Кто играет-вы, а Гусь танцует!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Потому что эта власть создала такие условия жизни, при которых порядочному человеку существовать невозможно.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Пардон-пардон. Порядочному человеку при всяких условиях существовать возможно. Я - порядочный, однако же существую. Я, извините за выражение, в Москву без штанов приехал. У вас же, папаша, пришлось брючки позаимствовать. Помните, в клеточку, а теперь я во фраке.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Простите, но какой я вам папаша?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Да не будьте вы такой недотрогой! Что за пустяки между дворянами? Ик!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Простите меня. Вы действительно дворянин?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Мне нравится этот вопрос! Да вы сами не видите, что ли?
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Ваша фамилия мне, видите ли, никогда не встречалась.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Мало ли что не встречалась! Известная пензенская фамилия. Эх, синьор, да если бы вы знали, что я вынес от большевиков, у вас бы волосы стали дыбом. Имение разграбили, дом сожгли.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): У вас в каком уезде было имение?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): У меня-то? Вы говорите, у меня, которое...
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Ну да, которое сожгли.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Ах, это... В этом... Не хочу даже вспоминать, потому что мне тяжело. foot Un. deux. trois, vier, fiinf. sechx...-Один. два, три (фр.), четыре, пять, шесть... (нем..) Белые колонны, как сейчас помню... Эн, де, труа, фир, фюнф, зехс... Семь колонн, одна красивее другой. Эх! Да что говорить! А племенной скот, а кирпичный завод!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): У моей тетки был превосходный конский, у Варвары Николаевны Барятниковой.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Что Барятникова, тетка. У меня лично был, да какой! Да что вы так приуныли? Приободритесь, отец.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Многое вспомнилось. У меня была лошадь Фараон. Я вам очень сочувствую.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Да как же не сочувствовать. Злодей и тот посочувствует.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): У меня тоска.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Вообразите, у меня тоже. Почему - неизвестно. Предчувствия какие-то. От тоски карты помогают хорошо.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Я не люблю карт, я люблю лошадей. Фараон. В тринадцатом году в Петербурге он взял гран-при. Напоминают мне они...
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Камзол красный, рукава желтые, черная перевязь - Фараон.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Я любил заложить фараон. Пойдет партнер углами гнуть, вы, батюшка, холодным потом обольетесь, но уж как срежете ему карточку на полном ходу, и ляжет она, как подкошенная! Хлоп, как серпом! Аллилуя, что ли, меня расстроил... Эх, убраться бы из Москвы поскорей!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Да, поскорей. Я не могу здесь больше жить.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Эх! Бросьте раскисать, братишка! Три месяца еще, и мы уедем в Ниццу. Вы бывали в Ницце, граф?
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Бывал много раз.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Я тоже, конечно, бывал, но только в глубоком детстве. Моя покойная матушка, помешица, возила меня. Две гувернантки с нами ездили, нянька. Я, знаете ли, с кудрями. Интересно, бывают ли шулера в Монте-Карло? Наверное, бывают.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Я не знаю. Ах, я не знаю.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Схватило. Вот черт! Экзотическое растение. Граф, коллега! Знаете что, времени у нас вагон, до прихода гостей прошвырнемся в "Баварию". Пиво при тоске прямо врачами прописано.
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): О, мой бог! Вы меня совершенно ошеломляете вашими словами. В пивных грязь и гадость.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Вы, стало быть, не видели раков, которых вчера привезли в "Баварию". Хорошенькая гадость! Каждый рак величиной... ну, с чем бы вам сравнить, чтоб не соврать... с гитару... Ползем, папаня!
Обольянинов (Зойкина квартира, Булгаков): Хорошо, идем.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Вот это правильно. Херувим!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Сто?
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): Если Зоя Денисовна вернется раньше нас, скажи, чтобы не беспокоилась. Скоро придем Понял?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Мало-мало понял.
Аметистов (Зойкина квартира, Булгаков): foot AIlez-vous en.-Пошли вон (фр.). По глазам вижу, что ничего не понял. Одним словом, через двадцать минут придем. Первое - шампанское поставить в ледник и водку тож, а красное наоборот, в теплое место в кухню. Второе... Одним словом, дорогой мажордом желтой расы, поручаю тебе квартиру и ответственность возлагаю на тебя. Граф! Алле ву зан. Во-раки!..
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Мануска... Усли!
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Чем ты мне понравился, в толк не возьму. Желтый ты, как апельсин, но вот понравился! Вы, китайцы, лютеране?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Лютеране, белье мало-мало стираем. Стой, Мануска. Я тебе сецяс вазный дела говорить буду. Ми скоро уехать будем, будем, Мануска! Я тебе беру Санхай.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): В Шанхай? Не поеду я.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Поедиси.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Да не поеду я.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Поедиси. Казу-едиси.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Фу-ты какой. Ишь, что ты командуешь? Что я тебе, жена, что ли?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Я тебе зеню, Мануска, Санхай. Красной Санхай.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Меня нужно спросить, пойду я за тебя или нет. Что я тебе, контракт подписывала, что ли? Ишь косой.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): А! Ты Газолини зенить хотеси?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): А хотя бы и за Газолина. Я девушка свободная. Ты, если ухаживаешь, ухаживай вежливо, чтобы я согласилась. Ишь буркалы шанхайские выпятил. Крикун, я тебя не боюсь.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Газолини?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Нечего, нечего...
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Газолини?!
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Что ты, что ты...
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ап! Я тебе сичас резать буду.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ты кази, Газолини целовала?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): У... У... пусти глотку, ангелок.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Газолини целовала?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Судьбинушка моя горькая. Помяни, господи рабу Марию во царствии твоем.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Целовала?!
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Херувимчик, хрустальный... Один разок. Не режь сиротку, пожалей ты мою юную жизнь.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Зенить будешь на Газолини?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Нет, нет, нет.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Кем будешь зити мало-мало?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Зарекусь, ни с кем не буду.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Со мною зить будеси?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Нет, нет... буду, буду. Что ж это такое, товарищи, он делает?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Я тебе предлозение делал.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Вот так предложение. Ай, предложение шанхайское! Ай, женишок с ножичком!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Я тебе люблен. Осень люблен. Мы с тобой дело имеит Санхай. Опиум торговать будем. Весело. Ты будесь родить ребенки китайски мало-мало, много ребенки, сесть, восемь, десять.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Десять, да я удавлюсь.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ниет, ниет. Тут каздый скучный Москве, давится, в Санхае китайский зивет веселый.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ты меня бить будешь.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ниет, ниет. Никто бить. Я тебе, если циловать чузой китайцы будесь, горло только буду резать.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Спасибо.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Пожалуйста. Ты силюсай теперь. Мы скоро ехать будем. Я думал денг доставать, много сирвонси.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Где?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Молци.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ой, Херувимка, что-то ты затеваешь?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Затеваисси...
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Катись на кухню. Ой, господи боже мой!
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Здрасьте, Мануска.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ой, уйди. Газолин!
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Нет, я зачем уйди? Я не уйди. Ты одна, Мануска? Я к тебе пришел предложение делать.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Что, предложение?
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Воскресенье. Прачесный закрыт.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Газолинушка, куда ты лезешь? Уйди, уйди.
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Нет, зацем уйди? А, Мануска. Ты мне сто говорила, а? Говорила, любиси. Обманула Газолини.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Что врешь, ничего я тебе не говорила! Уходи, сейчас же уходи. Что ты нахальничаешь. Вот я кликну Зою Денисовну.
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Ты вресь. Никого дома нет. Ты, Мануска много вресь. Каждый день мал мало вресь, а я тебе люблен.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ты с ножом? Ты говори, если с ножом, я прямо буду караул кричать.
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Я с ножом. Предложение делать.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Кто предложение?
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): А-а-а... Вот он, помосники, а помосники. Ах ты, сукин сын!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ты иди с квартиры, иди! Это моя квартира Зойкина, моя.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ой, что это будет!
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Твоя? Бандить! Захватил квартиру Зойкину -Я тебя подобраль, ты как собака был, а ты... Не месай. Я предложение буду делать Мануське!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Я узе делал. Она моя зена. Со мною зивет.
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Врешь, со мною зивет.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Врет, врет, врет! Херувимчик, голубчик бриллиантовый, раз поцеловались.
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Врес! Уходи из моей квартиры.
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Ты уходи! Я милиции все расскажу, какой ты китайский тип!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Милиции расскази?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Зайчики, миленькие! Только не режьтесь, дьяволы!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Ап.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Караул, караул, караул!
Газолин (Зойкина квартира, Булгаков): Караул!
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Слава тебе господи! Брось ножик, черт окаянный! На каторгу тебя заберут! Позвонили, дурак! Беги в кухню!
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Я его потом дорежу!
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ох ты, господи, господи! Вам кого, товарищ?
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Это не у вас, товарищ, караул кричали?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Что вы, что вы, какой караул. Это я пела.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Хороший голос у вас, товарищ.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): А вам кого, товарищ?
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): Мы, товарищ, комиссия из Наркомпроса. Покажите-ка нам мастерскую.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Заведующей сейчас нету, сегодня воскресенье, занятиев нет.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): А вы кто ж такая сами будете?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Я ученица-модельщица.
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): Ну вот, вы и покажите, а то нам времени нету.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Ну, тогда пожалуйста.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Здесь что же помещается?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): А это примерочная.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Хорошая комнатка. Вы что же, только на дам шьете?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Зачем только на дам, и на женщин шьем, прозодежду для пролетариата.
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): Покажите-ка нам прозодежду.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Пожалте.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Вот так прозодежда! Китаец.
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Это из прачечной к нам ходит, юбки гладит.
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): А, юбки.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Ты что же, ходя, сдельные получаешь?
Херувим (Зойкина квартира, Булгаков): Сидельни.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Ну, гладь, гладь, мы тебе не будем мешать.
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): Тэкс, брекекекс. Здесь кто живет при самой мастерской?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Пельц, заведующая, а потом администратор Александр Тарасович Аметистов.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): Красивая фамилия. А еще кто?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): А еще я.
Пеструхин (Зойкина квартира, Булгаков): Вы сами кто будете, товарищ, по происхождению?
Манюшка (Зойкина квартира, Булгаков): Мой папаша крестьяне были.
Толстяк (Зойкина квартира, Булгаков): А теперь они кто?