xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Марья Дм (Странный человек, Лермонтов): Нет! нет! — я соберу последние силы... Владимир! ты должен узнать все и судить твоих родителей! — подойди. — Я умираю. — Отдаю душу правосудному богу и хочу, чтоб ты, мой единственный друг, не обвинял меня по чужим словам..... Я сама произнесу свой приговор. Я виновна: молодость была моей виною. Я имела пылкую душу: твой отец холодно со мной обращался. Я прежде любила другого: если б мой муж хотел, я забыла бы прежнее. Несколько лет старалась я побеждать эту любовь, и одна минута решила мою участь.... Не смотри на меня так. О! упрекай лучше самыми жестокими словами: я твоя злодейка! — мой поступок заставляет тебя презирать меня, и не одну меня.......... Долгим раскаяньем я загладила свой проступок. — Слушай: он был тайною. Но я не хотела, не могла заглушить совесть — и сама открыла всё твоему отцу. С горькими слезами, с унижением я упала к ногам его... я надеялась, что он великодушно простит мне.... но он выгнал меня из дому; и я должна была оставить тебя, ребенка, и молча, подавленная тягостью собственной вины, переносить насмешки света... он жестоко со мною поступил!..... я умираю.... Если он мне не простил еще, то бог его накажет... Владимир? ты осуждаешь мать свою? — ты не смотришь на меня?
Владимир (Странный человек, Лермонтов): 223 Вижу! Вижу! природа вооружается против меня; я ношу в себе семя зла; я создан, чтоб разрушать естественный порядок. — Боже! боже! — здесь умирающая мать — и на языке моем нет ни одного утешительного слова, — ни одного! — Неужели мое сердце так сухо, что нет даже ни одной слезы? — горе! горе тому, кто иссушил это сердце. Он мне заплотит: я сделался через него преступником; — с этой минуты: прочь сожаленье! — День и ночь буду я напевать отцу моему страшную песню, до тех пор, пока у него не встанут дыбом волосы и раскаяние начнет грызть его душу! — Ангел! ангел! не умирай так скоро: еще несколько часов....
Аннушка (Странный человек, Лермонтов): Владимир Павлович! — Прости господи её душу! — Как тихо скончалась-то, родимая моя! что буду я теперь? —
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Для такой души, для такой смерти слезы ничего не значат.... у меня их нет! нет! — но я отомщу, жестоко отомщу. — Пойду, принесу отцу моему весть о её кончине, и заставлю, принужу его плакать, — и когда он будет плакать...... буду смеяться! —
Аннушка (Странный человек, Лермонтов): И сын родной её оставляет! — теперь все, что я могу захватить — мое! — что же? тут по мне нету греха; лучше чтобы мне досталось, чем кому другому — а Владимиру Павловичу не нужно! — Зеркало гладко! — последнее дыханье улетело! — как бледна! —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): А я вас сегодня совсем не ожидала! — Милости просим! прошу садиться! — как ваше здоровье, Марфа Ивановна?
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Эх! мать моя! что у меня за здоровье? всё рифматизмы да флюс. Только нынче развязала щеку. — Как мы съехались, Катерина Дмитревна! я только что на двор и вы за мной, как будто сговорились навестить Анну Николаевну.
2 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Я слышала, что вы были больны?
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Да... благодарю, что навестили... теперь получше. А что нового не слыхать ли чего-нибудь? —
2 Старуха (Странный человек, Лермонтов): У меня, вы знаете, Егорушка в Петербурге; так он пишет, что турок в пух разбили наши; взяли пашу! —
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Дай-то бог! — А я слышала, что Горинкин женился. Да на ком! — Знавали вы Болотину? — так на ее дочери. Славная партия..... ведь сколько женихов за нею гонялось! так нет. — Кому счастье.
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): А я слышала: граф Свитской умер. — Ведь жена, дети —
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Да! какая жалость... а что рассказывают! — слышали вы? —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Что такое?
2 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Что такое? — странно! я не слыхала! —
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Говорят, что покойник — прости его господи — почти все свое имение продал и побочным детям отдал деньги. — Есть же люди! и говорят также, будто бы в духовной он написал, чтобы его похороны не стоили больше 100 рублей.
2 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Нечего сказать, как в колыбельке, так и в могилку! всегда был чудак покойник! царство ему небесное! — что ж? исполнили его завещание? —
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Как можно? — пожалуй, он бы написал, чтоб его в овраг кинули! — Нет, матушка, 5000 стоили похороны; в Донском монастыре, да два архиерея было. —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Стало-быть, очень пышно было! —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Будто не все равно.
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Как-так? — разве можно графа похоронить как нищего? —
2 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Анна Николавна! вы меня извините! я ведь только на минуточку к вам заехала! спешу к золовке на крестины. Прощайте! —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Если так, то не смею вас удерживать! — прощайте. До свиданья, матушка.
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Какова? — Как разрядилась наша Мавра Петровна! пунцовые ленты на чепце! ну кстати ли? ведь сама насилу ноги таскает! — а который ей год, Анна Николавна, как вы думаете? —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Да лет 50 есть! — она так говорит.
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Крадет с десяток! Я замуж выходила, а у нее уж дети бегали.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Я думаю: потому что она замуж вышла 30 лет.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Охота тебе их слушать, Наташа?
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Помилуй! Это очень весело! —
Слуга (Странный человек, Лермонтов): Дмитрий Василич Белинской приехал.
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Что это значит? — Проси в гостиную. Пойдемте со мной, матушка; я угадываю, зачем он приехал! мне уж говорили. — Он сам не так богат; но дядя при смерти, а у дяди 1,500 душ.
1 Старуха (Странный человек, Лермонтов): Понимаю. Посмотрим, что за Белинской! О! плутовка.
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Отчего ты так покраснела?
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Я? —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Ну ж! ничего не слышит и не видит! — Наташа! твои щеки пылают, ты дрожишь, ты вне себя. — Что такое значит? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Так! это ничего! кто сказал, что я дрожу? — Ах! знаешь ли! — Я отгадываю, зачем он приехал. Теперь все решится! не правда ли? —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Что решится? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Какие глупые вопросы, кузина! — вчера была у нас княгиня, и...
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Я тебя понимаю! — ты влюблена в Белинского. — Ну что ж. Это очень натурально.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Послушай! как он мил! как он любезен! —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Бедный Арбенин! —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Чем же бедный?
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Он тебя так любит! — Белинской свататься приехал: ты наверное ему не откажешь; так ли? — А я знаю, что Арбенин тебя очень, очень любит.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Разлюбит поневоле. — Впрочем, он очень умел притворяться прежде с другими, почему же не притворялся он со мной? кто может поручиться? — Правда, он мне сначала немного нравился. В нем что-то необыкновенное... а зато какой несносный характер, какой злой ум и какое печальное всегда воображенье. Боже мой! да такой человек в одну неделю тоску нагонит. Есть многие, которые не меньше его чувствуют, а веселы.
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Ты хотела бы все смеяться! Однажды в сумерки приехал к нам Арбенин. — Сел за фортепьяно и с полчаса фантазировал. Я заслушалась. Вдруг он вскочил и подошел ко мне. Слезы были у него на глазах. «Что с вами?» спросила я. «Припадок!» отвечал он с горькой улыбкой; «музыка приводит мне на мысли Италию! — Во всей ледяной России нет сердца, которое отвечало бы моему! — все, что я люблю, убегает меня. Прошу сожаленья? — Нет! — я похож на чумного! все, что меня любит, то заражается этой болезнью несчастия, которую я принужден называть жизнию! — » Тут Арбенин посмотрел на меня пристально, как будто ожидая ответа.... я догадалась.... но ты не слышишь? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): 227 Оставь меня. Какая мне нужда до твоего Арбенина; делай с ним что хочешь; клянусь тебе, не стану ревновать! — Слышишь... вот..... кажется, кто-то сюда идёт.... кажется, маменька! —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Небо прекрасно исполняет мои желанья! судьба мстит за меня. — Хорошо! он почувствует всю тягость любви безнадежной, обманутой. — Я не даром старалась охладить к нему Наташу: это меня радует. Однако что мне пользы? — я отомстила. — За что? — он не знает, что я его так люблю! но узнает! Я ему докажу, что есть женщины....
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Наташа! — подойди ко мне! — я хочу говорить с тобой о важном деле, которое решит судьбу твоей жизни. Выйти замуж, не порог перешагнуть. Все будущее твое зависит от одной минуты. Твое сердце должно бросить жребий, но рассудок также не должен молчать. — Подумай: Белинской предлагает тебе свою руку. Согласна ты или нет? — нравится ли он тебе? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Я... не знаю...
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Как не знаю! — помилуй! — Он ждет в той комнате. Кому же знать? — решись поскорее: по крайней мере, дать ли ему надежду. — Что ты молчишь? — Он молодой человек превоспитанный, честный, состояние есть, а ты знаешь, как наше расстроено. — Белинской ожидает богатое наследство, подумай. 1,500 душ! — рассуди! — ты уж в летах, скоро стукнет 19. Теперь не пойдешь замуж, так, может быть, никогда не удастся. — Сиди в девках! — плохо теперь: женихов в Москве нет! — Молодые, богатые не хотят жениться; мотают себе в волю; — а старые? — что в них? — глупы или бедны! — Решись, Наташа. Ведь он там ждет. — Ну скажи по совести: ведь он тебе нравится? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Нравится...
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Так ты согласна.... я пойду...
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Maman! подождите..... так скоро!...... ей-богу! — я всё это вижу как во сне.... как можно в одну минуту. — Я не могу! — разве непременно сейчас? —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): 228 Успокойся, друг мой. — О чем ты плачешь? — разве не сама сказала, что он тебе нравится. Посмотри, как сердце бьется. Это нездорово! Ты слишком встревожилась; я опрометчиво поступила; однако сама посуди: ведь он ждет! не надо упускать жениха!..... Ведь я тебя не выдаю насильно, а только спрашиваю. Ты согласна? — и я тотчас ему скажу! — нет? так нет! — беда не велика...
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Он мне нравится! — только.... дайте ему надежду, пускай он ездит в дом, пускай будет как жених.... только! — я сама не знаю.... вы так скоро мне сказали... я не знаю.... мне стыдно плакать о глупостях. — Maman! вы сами сумеете как ему сказать....., я наперед на все согласна.
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Ну, и давно бы так..... об чем же плакать, мой ангел? Христос с тобой! в добрый час! —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Ах! —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Ты побледнела, кузина! — поздравляю тебя! — невеста! —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Как скоро все это сделалось! —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Правда. Когда мы чего-нибудь желаем и желание наше исполнится, то нам всегда кажется, что оно исполнилось слишком скоро. — Мы лучше любим видеть радость в будущем, нежели в минувшем. Она счастлива.... а я? — зачем раскаиваться? люди не виновны, если судьба нечаянно исполняет их дурные желанья: стало быть они справедливы; стало быть мое сердце должно быть покойно, — должно бы было быть покойно! —
1 (Странный человек, Лермонтов): — Он чай был не в своем уме: от вчерашнего еще не опомнился.
2 (Странный человек, Лермонтов): — Как сказал ему барин? —
3 (Странный человек, Лермонтов): — Проклинаю тебя, сказал он ему.
2 (Странный человек, Лермонтов): — Владимир Павлович не заслужил этого.
1 (Странный человек, Лермонтов): — А где старый барин?
3 (Странный человек, Лермонтов): — Уехал в гости. —
2 (Странный человек, Лермонтов): — Был он встревожен, когда ты ему подавал одеваться?
3 (Странный человек, Лермонтов): — Ни мало. — Ни разу меня не ударил. Проклясть сына, ехать в гости, эти две вещи для него так близки между собою, как выпить стакан вина и стакан воды. —
1 (Странный человек, Лермонтов): — А крепко поговорил молодой барин своему батюшке; тот сначала и не опомнился.
2 (Странный человек, Лермонтов): — Оно все так; а только жалко, ей-богу жалко. Отцовское проклятие не шутка. Лучше жернов положить себе на сердце. —
3 (Странный человек, Лермонтов): — Ивану не велено от него отходить; вот отец! ведь проклял, а все боится, чтоб сын на себя рук не наложил.
2 (Странный человек, Лермонтов): — Кровь говорит.
3 (Странный человек, Лермонтов): — А по-моему так лучше убить, чем проклясть. —
Иван (Странный человек, Лермонтов): Здоровы ли вы, сударь? —
Владимир (Странный человек, Лермонтов): На что тебе?
Иван (Странный человек, Лермонтов): Вы бледны.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Я бледен? — когда-нибудь буду еще бледнее.
Иван (Странный человек, Лермонтов): Ваш батюшка только погорячился: он скоро вас простит.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Поди, добрый человек, это до тебя не касается.
Иван (Странный человек, Лермонтов): Мне не велено от вас отходить.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Ты лжешь! — здесь нет никого, кто бы занимался мною. — Оставь меня: я здоров.
Иван (Странный человек, Лермонтов): Напрасно, сударь, хотите меня уверить в том. Ваш расстроенный вид, бродящие глаза, дрожащий голос показывают совсем противное.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Я слышал, что деньги делают из людей — все! — Возьми — и ступай отсюда: здесь тридцать червонцев.
Иван (Странный человек, Лермонтов): За тридцать серебренников продал Иуда нашего спасителя; а это еще золото. — Нет, барин, я не такой человек; хотя я раб, а не решусь от вас взять денег за такую услугу. —
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Так пусть кто-нибудь подымет! —
Иван (Странный человек, Лермонтов): Что это, сударь, с вами делается! утешьтесь — не все горе....
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Однако ж....
Иван (Странный человек, Лермонтов): Бог пошлет вам счастье, хотя б за то только, что меня облагодетельствовали. Никогда я, видит бог, от вас сердитого слова не слыхал. —
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Точно?
Иван (Странный человек, Лермонтов): Я всегда велю жене и детям за вас богу молиться.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Так у тебя есть жена и дети?
Иван (Странный человек, Лермонтов): Да еще какие. Будто с неба.... добрая жена.... а малютки! сердце радуется глядя на них.
Владимир (Странный человек, Лермонтов): Если я тебе сделал добро, исполни мою единственную просьбу.
Иван (Странный человек, Лермонтов): И телом и душой готов, батюшка, на вашу службу....
Владимир (Странный человек, Лермонтов): У тебя есть дети.... не проклинай их никогда! — она А он, он, мой отец меня проклял, и в такой миг, когда я бы мог умереть от слов его! — Но я сделал должное: меня оправдает перед лицом всевышнего! — Теперь испытаю последнее на земле: женскую любовь! — Боже, как мало ты мне оставил! — последняя нить, привязывающая меня к жизни, оборвется, и я буду с тобой; ты сотворил мое сердце для себя, проклятие человека не имеет влияния на гнев твой. Ты милосерд — иначе я бы не мог родиться! — Как эта луна, эти звезды стараются меня уверить, что жизнь ничего не значит! — где мои исполинские замыслы? к чему служила эта жажда к великому? — Все прошло! — Я это вижу. Так точно вечернее облако, покуда солнце не коснулось до небосклона, принимает вид небесного города, блестит золотыми краями и обещает чудеса воображению — но солнце закатилось, дунул ветер — и облако растянулось, померкло, — и наконец упадает росою на землю! —
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Тетушка! мы с Наташей сейчас приехали из рядов, и купили все, что надобно: не знаю, понравится ли вам; по мне хорошо! — только блонды дорого. —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Теперь некогда, Сонюшка: после посмотрю! Ах! здравствуйте, Сергей Сергеич! — Как ваше здоровье! я вас совсем не ожидала: вы такие стали спесивые, и знать нас не хотите....
Гость 1 (Странный человек, Лермонтов): Помилуйте! — я узнал, что Наталья Федоровна ваша помолвлена; и приехал поздравить и пожелать ей всякого счастья! —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Покорно вас благодарю! дай-то бог! человек, кажется, хороший!
Гость 1 (Странный человек, Лермонтов): И, я слышал, с прекрасным состоянием.
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Как же-с! — да вы, я думаю, знаете г-на Белинского? —
Гость 1 (Странный человек, Лермонтов): Видал-с. Прелестнейший молодой человек! —
Анна Ник (Странный человек, Лермонтов): Милости просим в гостиную, Сергей Сергеич!
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Все идет по-моему. Отчего же я беспокоюсь? Разве у меня два сердца, что одна и та же вещь меня радует и огорчает? как согласить внутреннее самодовольствие с исполнением желаний? — Нет, главная моя цель еще далёко. Я желала бы знать, как все это подействует на Владимира. — Боже! как мне душно в этой толпе людей, которые с таким жаром рассуждают о пустяках — и не замечают, что каждая минута отнимает у меня по надежде, и приносит мне какое-нибудь новое мученье! — Где несчастливцы? на всех лицах я встречаю только улыбки! одна я страдаю, одна я плачу, одна утираю слезы...... если б он их увидал, то стал бы меня любить. — Он бы не устоял! невозможно, невозможно ему быть совершенно равнодушну!...
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Ха! ха! ха! ха! ха! — ma cousine, послушай: если б ты была там, то насмеялась бы до-сыта. Ха! ха! ха! — Боже мой! — ах! — я удерживалась до тех пор, что чуть-чуть не захохотала ему в глаза.
Кн Софья (Странный человек, Лермонтов): Кому? —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): 232 Насилу я вырвалась. Сергей Сергеич подошел меня поздравлять, смешался, заикнулся, забормотал,.... я ничего не поняла — он сам, я думаю, не знал, что говорил — умора! — Так мы остались друг против друга... ха! ха! ха! —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Как ты весела! — где Белинской? —
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Слава богу! я опять с вами! — меня осадил весь очаковский век. Добрые люди, только нестерпимо скучны. Они всё толкуют о прошедшем — а я в настоящем так счастлив! —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Это видно по вашему лицу.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Mon cher ami! оставим ее: — она не в духе. — Сядем, поговорим.
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Теперь я имею право вызывать завистников.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Этот человек думает, говорит о счастьи, отняв последнее у своего друга.... отчего же я, хотя менее виновна, должна чувствовать раскаянье? — о как бы я заменила Владимиру эту потерю, если б.... если б только.....
Гость (Странный человек, Лермонтов): Здорова ли княгиня, ваша матушка? —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Нет. Она очень больна.
Гость (Странный человек, Лермонтов): Вы, верно, знаете Владимира Арбенина.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Он к нам ездит. —
Гость (Странный человек, Лермонтов): Вы не приметили: сумасшедший он? —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Я всегда замечала, что он очень умен. Не могу догадаться, к чему такие вопросы? —
Гость (Странный человек, Лермонтов): 233 Нет, я в самом деле не шучу. Несколько дней тому назад я был у его отца; вдруг дверь с шумом отворяется, и вбегает Владимир. Я испугался. — Лицо его было бледно, глаза мутны, волосы в беспорядке; я не знаю, на кого он был похож. Отец его остолбенел, и ни слова не мог выговорить. «Убийца!» воскликнул Владимир, «ты мне не верил, — поди же, поцелуй ее мертвую руку!» и с вынужденным хохотом упал без чувств на землю. Слуги вбежали, его подняли. Отец не говорил ни слова, но дрожал, хотя показывал или старался показывать, что не был встревожен.... я поскорее взял шляпу и ушел; потом я узнал, что Павел Григорич его ужасно бранил и даже проклял, говорят, но я не верю....
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Проклял, говорите вы.... он упал... но ему ничего не сделалось? — вы не знаете, что значили слова его? — нет! это не сумасшествие... что-нибудь ужасное с ним случилось....
Гость (Странный человек, Лермонтов): Я не ожидал, чтобы вы приняли такое большое участие....
К Софья (Странный человек, Лермонтов): В самом деле? Боже! нельзя показать сожаленья! —
Гость (Странный человек, Лермонтов): Наконец я узнал, что в этот самый день умерла у Владимира мать, которая с отцом была в разводе — но такое бешенство, такие угрозы показывают совершенное сумасшествие!.... это в самом деле очень жалко: он имел способности, ум, познания...
К Софья (Странный человек, Лермонтов): По словам, которые вы мне повторили, отец его был виноват в чем-нибудь... он не заметил вас: и если только в этом состоит сумасшествие....
Гость (Странный человек, Лермонтов): О нет, совсем нет! я не хотел этого сказать. Но вы сами судите..... мне стало жалко его; вот для чего я спросил...
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Вы видите, что я не могу вам дать положительного ответа.
Гость (Странный человек, Лермонтов): Вы поедете завтра в концерт, княжна? — Славная музыканьша будет на арфе играть... вы не слыхали еще? — она из Парижа... это очень любопытно! — Если угодно, я билет....
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Я не любопытна, я не имею этого порока! —
Гость (Странный человек, Лермонтов): Извините. Я желал вам услужить...
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Вы очень милостивы! —
Гость (Странный человек, Лермонтов): Прошу вас поверить, что если я что-нибудь неприятное сказал вам, то мое намерение было совсем не таково...
К Софья (Странный человек, Лермонтов): 234 Чуть-чуть он не сказал, что хотел меня обрадовать этими новостями! — Придти нарочно, простоять четверть часа здесь для того только, чтобы сказать зло про одного человека и опечалить другого! — Что ждет меня? Ужасно темнеет предо мной будущность как бездна, которая хочет поглотить все, что во мне радуется жизнию! — Владимир потерял мать, любовь отца, и должен лишиться Наташи....... но первые два несчастья помогут ему перенести последнее с твердостию; несколько печалей не так опасны, как одна глубокая, к которой прикованы все думы, которая отравляет все чувства одинаковым ядом. — Да, он мужчина, он крепок духом! — а там,... там.... я могу еще надеяться; я примечала несколько раз, что глаза его пылали, когда он со мной говорил: может быть.........
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Что он тебе рассказывал? —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Про Арбенина.
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Что такое про Арбенина?
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Не бойтесь!
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Чего же мне бояться? —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Вы лучше знать должны.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Разве он проведал, что я выхожу замуж? — ...
К Софья (Странный человек, Лермонтов): За его друга? — нет! Арбенин потерял мать, и от этого он в отчаяньи; его приняли за сумасшедшего..... не знаю, вынесет ли он второй удар....
Белинской (Странный человек, Лермонтов): О, поверьте, что он кажется гораздо чувствительнее, чем в самом деле есть.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Разумеется: вы это должны знать лучше нас; вы были его другом.
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Я дружбу принес в жертву любви.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Это очень хорошо — для вас.
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Впрочем, не думайте, что я с Арбениным очень дружен был. Приятели в наш век — две струны, которые по воле музыканта издают согласные звуки; но содержат в себе столько же противных; —
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Прошу не прогневаться, кузина; а я скажу, что ты его любила; для жениха ты не должна иметь тайны; и, верно, господин Белинской со мной согласен! —
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Да, это правда: Арбенин мне сначала нравился и очень занимал воображение, но этот сон, как все печальные сны, прошел. Я тебя прошу, Софья, не напоминай мне более об нем.
К Софья (Странный человек, Лермонтов): Я не совсем что-то верю твоему пробуждению.
Наташа (Странный человек, Лермонтов): Кузина, к чему это? —
Белинской (Странный человек, Лермонтов): Может-быть, один сон сменился другим.