xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Голоса из трактира (Закат, Бабель): — Форсовито гуляет!.. — Ничего не форсовито... Обыкновенно гуляет. — Обыкновенно так не бывает. Помер у него кто-нибудь? — Никто у него не помер... Обыкновенно гуляет. — А причина какая, по какой причине гуляет?
Рябцов (Закат, Бабель): Поди разбери причину. У одного деньги есть — он от денег гуляет, у другого денег нет — он от бедности гуляет. Человек ото всего гуляет...
UNKNOWN (Закат, Бабель): Шилка и Нерчинск не страшны теперь, Горная стража меня не поймала. В дебрях не тронул прожорливый зверь, Пуля стрелка миновала...
Потаповна (Закат, Бабель): Мендель, мама моя, выпейте со мной! Выпьем за нашу ясочку!
Пятирубель (Закат, Бабель): Шел я и ночью и средь бела дня, Вкруг городов озирался я зорко. Хлебом кормили крестьянки меня, Парни снабжали махоркой...
Мендель (Закат, Бабель): Согни мне спину, Нехама, налей жидовский суп в мои жилы!..
Голоса из трактира (Закат, Бабель): — Чисто слон! — Я видел — и слоны плачут... — Врёшь, слоны не плачут... — Говорю тебе, слезами плакал... — В зверинце я слона одного задражнил...
Урусов (Закат, Бабель): Рано.
UNKNOWN (Закат, Бабель): Славное море — священный Байкал, Славный мой парус — кафтан дыроватый, Эй, баргузин, пошевеливай вал, Слышатся грома раскаты...
Митя (Закат, Бабель): И всё?
Запевала (Закат, Бабель): Хватит.
Мендель (Закат, Бабель): Военное мне дай! Жизнь, музыкант, дай!
Митя (Закат, Бабель): Фомину взойти или рано?
Урусов (Закат, Бабель): Самое время.
Фомин (Закат, Бабель): С приятным заседанием!
Урусов (Закат, Бабель): Теперь, дорогой, оно у нас так будет — потехе время, делу час. Читать, что ли?
Фомин (Закат, Бабель): Если вам нежелательно, скажем, плясать, то можно читать.
Урусов (Закат, Бабель): Сумму, что ли, читать?
Фомин (Закат, Бабель): Согласен на такое ваше предложение.
Мендель (Закат, Бабель): Я песни приказывал...
Фомин (Закат, Бабель): И петь будем и гулять будем, а придётся помирать — помирать будем.
Урусов (Закат, Бабель): «...Согласно каковым пунктам, уступаю в полную собственность Фомину Василию Елисеевичу извозопромышленное заведение моё в составе, как поименованно...»
Пятирубель (Закат, Бабель): Фомин, ты понимай, паяц, каких коней забираешь! Кони эти миллион пшеницы отвезли, они полмира угля перетаскали. Ты от нас всю Одессу с этими конями забираешь...
Урусов (Закат, Бабель): «...А всего за сумму двенадцать тысяч рублей, из коих треть при подписании сего, а остальные...»
Мендель (Закат, Бабель): Вон человек сидит, обсуждает меня.
Пятирубель (Закат, Бабель): Верно, обсуждает... А ну, стукнитесь! Ей-богу, сейчас человека убьёт.
Фомин (Закат, Бабель): Авось не убьёт.
Рябцов (Закат, Бабель): Дуришь дурак! Гость этот — турок, святой человек.
Потаповна (Закат, Бабель): Папочкина дочка!
Фомин (Закат, Бабель): Вот, дорогой, тут и распишись.
Потаповна (Закат, Бабель): Здеся у него, у Васьки, деньги, здеся они!
Мендель (Закат, Бабель): Расписаться, говоришь?.. И что я, дорогой человек, девок поимел на моём веку, и что я счастья видел, и дом поставил, и сынов выходил — цена этому, дорогой человек, двенадцать тысяч. А потом крышка — помирай!
Фомин (Закат, Бабель): Значит, Янкеля со мной вертеть?
Потаповна (Закат, Бабель): Продаст он, Василий Елисеевич, убиться мне, если не продаст!
Мендель (Закат, Бабель): Скука какая!
Митя (Закат, Бабель): Вот те и скука — платить надо.
Мендель (Закат, Бабель): Уйди!
Митя (Закат, Бабель): Врёшь, уплатишь!
Мендель (Закат, Бабель): Убью!
Митя (Закат, Бабель): Ответишь.
Мендель (Закат, Бабель): Уйди, я спать буду...
Митя (Закат, Бабель): Не платишь? Ох, старички, убивать буду!
Пятирубель (Закат, Бабель): Погоди убивать. Ты сколько с него за полбутылки гребёшь?
Митя (Закат, Бабель): Я мальчик злой, я покусаю!
Фомин (Закат, Бабель): Суёшься попередь батьки... Стучишь языком, как собака бегает... Всю музыку испортила!
Потаповна (Закат, Бабель): Василий Елисеевич, я дочку жалею.
Фомин (Закат, Бабель): Жалеть умеючи надо.
Потаповна (Закат, Бабель): Жиды, как воши, обсели.
Фомин (Закат, Бабель): Жид умному не помеха.
Потаповна (Закат, Бабель): Продаст он, Василий Елисеевич, покуражится и продаст.
Фомин (Закат, Бабель): А не продаст, так богом Иисусом Христом, богом нашим вседержителем божусь тебе, старая, домой придём — я со спины у тебя ремни резать буду!
Голос соседки (Закат, Бабель): Погордиться бы пришла, покрасоваться перед нами.
Потаповна (Закат, Бабель): Да приду к вам, проведаю...
Голос соседки (Закат, Бабель): А то в одном ряду на птичьей двенадцать лет торговали, и хвать — нет её, Потаповны.
Потаповна (Закат, Бабель): Да авось я не присуждённая к курям к этим. Видно, не век мне маяться...
Голос соседки (Закат, Бабель): Видно, что не век.
Потаповна (Закат, Бабель): У людей-то небось на Потаповну глаза разбегаются?
Голос соседки (Закат, Бабель): Каково разбегаются-то! Счастья-то каждому подай. Испеки да подай...
Потаповна (Закат, Бабель): Девка-то, вишь, не у всякого есть.
Голос соседки (Закат, Бабель): Девка-то, говорят, худая.
Потаповна (Закат, Бабель): У кости, милая, мясо слаще.
Голос соседки (Закат, Бабель): Сыны, слышь, против вас копают...
Потаповна (Закат, Бабель): Девка сынов перетянет.
Голос соседки (Закат, Бабель): И я говорю — перетянет.
Потаповна (Закат, Бабель): Старик небось девку не бросает.
Голос соседки (Закат, Бабель): Да ничего не говорят, только гавкают. Кто их разберёт?
Потаповна (Закат, Бабель): Разберём. Я разберу... Про полотно-то чего толкуют?
Голос соседки (Закат, Бабель): Толкуют, старик вам двадцать аршин справил.
Потаповна (Закат, Бабель): Пятьдесят!
Голос соседки (Закат, Бабель): Башмаков пару...
Потаповна (Закат, Бабель): Три!
Голос соседки (Закат, Бабель): Очень смертно любят старики.
Потаповна (Закат, Бабель): Видно, к курям-то мы не присуждённые...
Голос соседки (Закат, Бабель): Видно, не присуждённые... Покрасоваться бы пришла, погордиться перед нами.
Потаповна (Закат, Бабель): Приду. Проведаю вас... Прощай, милая!
Голос соседки (Закат, Бабель): Прощай, милая!
Маруся (Закат, Бабель): Птичка-то наша куда взгромоздилась! Сбегайте к Мойсейке, мама.
Потаповна (Закат, Бабель): А чего купить?
Маруся (Закат, Бабель): Кавуны купите, бутылку вина, копчёной скумбрии полдесятка... Дай ей рубль.
Потаповна (Закат, Бабель): Не хватит рубля.
Маруся (Закат, Бабель): Арапа не заправляйте! Хватит, ещё сдачи будет.
Потаповна (Закат, Бабель): Не хватит мне рубля.
Маруся (Закат, Бабель): Хватит! Придёте через час.
Голос Потаповны (Закат, Бабель): Я за воротами посижу, надо будет — покличешь.
Маруся (Закат, Бабель): Ладно. ...Пришли на кладбище, глядим — первый час. Все похороны отошли, народу никакого, только в кустах целуются. У крестного могилка хорошенькая — чудо!.. Я кутью разложила, мадеру, что ты мне дал, две бутылки, побежала за отцом Иоанном. Отец Иоанн старенький, с голубенькими глазами, ты его знать должен... Батюшка панихиду отслужил, я ему рюмку мадеры налила, рюмку полотенцем вытерла, он выпил, я ему вторую... Ксенька, та, как будто не у отца на могиле, надулась, как мышь на крупу, вся накрашенная, намазанная, жениха глазами ест. А Сергей Иваныч, тот мне всё бутерброды мажет... Я Ксеньке в пику и говорю... Что вы, говорю, Сергей Иваныч, Ксении Матвеевне, невесте вашей, внимание не уделяете?.. Сказала, и проехало. Мадеру мы твою дочиста выпили... Крёстная всё плакала, а потом стала розовая, как барышня, хорошенькая — чудо! Я тоже выпила — и Сергею Иванычу : айда, Сергей Иваныч, на Ланжерон купаться! Он: айда! А у Ксеньки-то спина небось полна прыщей, и ноги три года не мыла... Она на меня тут язык свой спустила : ты, мол, фасон давишь, ты интересантка, ты то, ты сё, на стариковы деньги позарилась, ну, тебя отошьют от этих денег... А я ей: знаешь что, Ксенька, — это я ей, — не дразни ты, Ксенька, моих собак... Сергей Иваныч слушает нас, помирает со смеху!.. Ну, иди сюда, скажи — Марусичка...
Мендель (Закат, Бабель): Марусичка!
Маруся (Закат, Бабель): Скажи — Марусичка, солнышко моё... Ах ты, рыло!
Кантор (Закат, Бабель): Лху нранно ладонай норийо ицур ишейну! Арбоим шоно окут бдойр вооймар... Арье-Лейб, крысы!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Ширу ладонай шир ходош. Ой, пойте господу новую песню... Как стоит сено?
Еврей (Закат, Бабель): Поднялось.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): На много?
Еврей (Закат, Бабель): Пятьдесят две копейки.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Доживём, будет шестьдесят.
Кантор (Закат, Бабель): Лифней адонай ки во мишпойт гоорец... Арье-Лейб, крысы!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Довольно кричать, буян.
Кантор (Закат, Бабель): Я увижу ещё одну крысу — я сделаю несчастье.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Лифней адонай ки во, ки во... Ой, стою, ой, стою перед господом... Как овёс?..
Второй еврей (Закат, Бабель): Рупь четыре, рупь четыре...
Арье-Лейб (Закат, Бабель): С ума сойти!
Второй еврей (Закат, Бабель): Будет рупь десять, будет рупь десять...
Арье-Лейб (Закат, Бабель): С ума сойти! Лифней адонай — ки во, ки во...
Беня (Закат, Бабель): Ну?
Сенька (Закат, Бабель): Есть дело.
Беня (Закат, Бабель): Мы не сделали дела.
Сенька (Закат, Бабель): Оптовое дело.
Беня (Закат, Бабель): Что можно взять?
Сенька (Закат, Бабель): Сукно.
Беня (Закат, Бабель): Много сукна?
Сенька (Закат, Бабель): Много.
Беня (Закат, Бабель): Какой городовой?
Сенька (Закат, Бабель): Городового не будет.
Беня (Закат, Бабель): Ночной сторож?
Сенька (Закат, Бабель): Ночной сторож в доле.
Беня (Закат, Бабель): Соседи?
Сенька (Закат, Бабель): Соседи согласны спать.
Беня (Закат, Бабель): Что ты хочешь с этого дела?
Сенька (Закат, Бабель): Половину.
Сенька (Закат, Бабель): Докладываешь батькино наследство?
Беня (Закат, Бабель): Докладываю батькино наследство.
Сенька (Закат, Бабель): Что ты даёшь?
Толстяк с пушистыми щёками (Закат, Бабель): Цвибак, это босяцкая выходка!
Кантор (Закат, Бабель): Я договаривался молиться в синагоге, а не в кладовке с крысами.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Ай, босяк, ай, хам!
Кантор (Закат, Бабель): Смотрите на эту крысу, евреи, позовите людей. Пусть люди скажут, что это не корова...
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Босяк, босяк, босяк!..
Кантор (Закат, Бабель): Конец этим крысам.
Первый еврей (Закат, Бабель): Гоняешься целый день за копейкой, приходишь в синагогу получить удовольствие и — на тебе!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Евреи, это шарлатанство! Евреи, вы не знаете, что здесь происходит! Молочники дают этому босяку на десять рублей больше... Иди к молочникам, босяк, целуй молочников туда, куда ты их должен целовать!
Сенька (Закат, Бабель): Пусть будет тихо! Нашли себе толчок!
Кантор (Закат, Бабель): Мизмойр лдовид!
Сенька (Закат, Бабель): Есть люди.
Беня (Закат, Бабель): Какие люди?
Сенька (Закат, Бабель): Грузины.
Беня (Закат, Бабель): Имеют оружие?
Сенька (Закат, Бабель): Имеют оружие.
Беня (Закат, Бабель): Откуда они взялись?
Сенька (Закат, Бабель): Живут рядом с вашим покупателем.
Беня (Закат, Бабель): С каким покупателем?
Сенька (Закат, Бабель): Который ваше дело покупает.
Беня (Закат, Бабель): Какое дело?
Сенька (Закат, Бабель): Ваше дело — площадки, дом, весь извоз.
Беня (Закат, Бабель): Сказился?
Сенька (Закат, Бабель): Сам говорил.
Беня (Закат, Бабель): Кто говорил?
Сенька (Закат, Бабель): Мендель говорил, отец... Едет с Маруськой в Бессарабию сады покупать.
Беня (Закат, Бабель): Сказился.
Сенька (Закат, Бабель): Все люди знают.
Беня (Закат, Бабель): Божись!
Сенька (Закат, Бабель): Пусть мне счастья не видеть!
Беня (Закат, Бабель): Матерью божись!
Сенька (Закат, Бабель): Пусть я мать живую не застану!
Беня (Закат, Бабель): Ещё божись, стерва!
Сенька (Закат, Бабель): Дурак ты!
Кантор (Закат, Бабель): Борух ато адонай...
Беня (Закат, Бабель): Время идёт. Дай времени дорогу!
Лёвка (Закат, Бабель): Зарезать ко всем свиньям!
Беня (Закат, Бабель): Время идёт. Посторонись, Лёвка! Дай времени дорогу!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): foot Рашэ — комментатор Священного писания и Талмуда. «Песня песней» учит нас — ночью на ложе моём искала я того, кого люблю... Что же говорит нам Рашэ?
Никифор (Закат, Бабель): Вон выставились коло конюшни, как дубы.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Вот что говорит нам Рашэ: ночью — это значит днём и ночью. Искала я на ложе моём... Кто искал? — спрашивает Рашэ. Израиль искал, народ Израиля. Того, кого люблю... Кого же любит Израиль? — спрашивает Рашэ. Израиль любит Тору, Тору любит Израиль.
Никифор (Закат, Бабель): Я спрашиваю, зачем без дела коло конюшни стоять?
Беня (Закат, Бабель): Кричи больше.
Никифор (Закат, Бабель): Я своё знаю... У меня хомуты пропадают. Кого хочу, того подозревать буду.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Старый человек учит ребёнка закону, а ты мешаешь ему, Никифор...
Никифор (Закат, Бабель): Зачем они коло конюшни выставились, как дубы паршивые?
Беня (Закат, Бабель): Замечаю я, Никифор, что ты очень растревожился.
Никифор (Закат, Бабель): Я хомутам вашим не присягал! У меня, если хотите знать, брат на деревне живёт, ещё при силах! Меня, если хотите знать, брат с дорогой душой возьмёт...
Беня (Закат, Бабель): Кричи, кричи перед смертью.
Никифор (Закат, Бабель): Старик, скажи, зачем они так делают?
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Один человек учит закон, а другой кричит, как корова. Разве так оно должно быть на свете?
Никифор (Закат, Бабель): Ты смотришь, старик, а чего ты видишь?
Беня (Закат, Бабель): Растревожился наш Никифор.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Ночью искала я на ложе моём. Кого искала? — учит нас Рашэ.
Мальчик (Закат, Бабель): Рашэ учит нас — искала Тору.
Беня (Закат, Бабель): Время идёт. Посторонись, Лёвка, дай времени дорогу!
Бобринец (Закат, Бабель): Если не ты, Мендель, отвезёшь в гавань мою пшеницу, так кто же отвезёт? Если не к тебе, Мендель, я пойду, так к кому же мне прийти?
Мендель (Закат, Бабель): Есть на свете люди, кроме Менделя. Есть на свете извоз, кроме моего извоза.
Бобринец (Закат, Бабель): Нет в Одессе извоза, кроме твоего... Или ты пошлёшь меня к Буцису с его клячами на трёх ногах, к Журавлёнке с его побитыми лоханками?..
Мендель (Закат, Бабель): Люди крутятся около моей конюшни.
Никифор (Закат, Бабель): Выставились, как дубы паршивые.
Бобринец (Закат, Бабель): Запряжёшь мне завтра десять пар, Мендель, отвезёшь пшеницу, получишь деньги, пропустишь шкалик, споёшь песню... Ай, Мендель!
Пятирубель (Закат, Бабель): Ай, Мендель!
Мендель (Закат, Бабель): Зачем люди крутятся около моей конюшни?
Никифор (Закат, Бабель): Хозяин, за-ради бога!..
Мендель (Закат, Бабель): Ну?
Никифор (Закат, Бабель): Тикай со двора, хозяин, бо сыны твои...
Мендель (Закат, Бабель): Что сыны мои?
Никифор (Закат, Бабель): Сыны твои хочут лупцовать тебя.
Беня (Закат, Бабель): Пришлось мне слышать от чужих людей, мне и брату моему Лёвке, что вы продаёте, папаша, дело, в котором есть золотник и нашего пота...
Мендель (Закат, Бабель): Люди, хозяева...
Беня (Закат, Бабель): Правильно ли мы слышали, я и брат мой Лёвка?
Мендель (Закат, Бабель): Люди и хозяева, вот смотрите на мою кровь , на мою кровь, которая заносит на меня руку.
Мендель (Закат, Бабель): Ой, не возьмёте!..
Лёвка (Закат, Бабель): Ой, возьмём.
Никифор (Закат, Бабель): Ох, грех...
Бобринец (Закат, Бабель): Лёвка, отца?!
Беня (Закат, Бабель): Никишка, счастьем тебе клянусь, он коней, дом, жизнь — всё девке под ноги бросил!
Пятирубель (Закат, Бабель): Убью, кто разнимет! Чур, не разнимать. Не уродился ещё на земле человек против Менделя.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Иди со двора, Иван.
Пятирубель (Закат, Бабель): Я ста рублями отвечу...
Мендель (Закат, Бабель): Не возьмёшь!
Пятирубель (Закат, Бабель): Ста рублями любому отвечу...
Беня (Закат, Бабель): Ой, возьмём!
Никифор (Закат, Бабель): Теперь убили.
Пятирубель (Закат, Бабель): Миш?..
Лёвка (Закат, Бабель): Он под низ живота меня бил, сука!
Пятирубель (Закат, Бабель): Миш!..
Беня (Закат, Бабель): Что вы здесь забыли?
Пятирубель (Закат, Бабель): А я говорю — ещё не вечер. Ещё тыща вёрст до вечера.
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Ай, русский человек, зачем шуметь, что ещё не вечер, когда ты видишь, что перед нами уже нет человека?
Пятирубель (Закат, Бабель): Двое — на одного.
Пятирубель (Закат, Бабель): Двое — на одного... Стыд, стыд на всю Молдаву!
Нехама (Закат, Бабель): Не молчи, Мендель.
Бобринец (Закат, Бабель): Довольно строить штуки, старый шутник!
Нехама (Закат, Бабель): Кричи что-нибудь, Мендель!
Бобринец (Закат, Бабель): Вставай, старый ломовик, прополощи глотку, пропусти шкалик...
Беня (Закат, Бабель): Ну-ка, назад!
Семён (Закат, Бабель): Я ничего не знаю... Мне штоб деньги были...
Беня (Закат, Бабель): Грубо говоришь, Семён.
Семён (Закат, Бабель): Мне штоб деньги были... Я глотку вырву!
Беня (Закат, Бабель): Добрый человек, я на тебя плевать хочу!
Семён (Закат, Бабель): Ты куда старика дел?
Беня (Закат, Бабель): Старик больной.
Семён (Закат, Бабель): Вон тута на стенке он писал, сколько за овёс следует, сколько за сено — всё чисто. И платил. Двадцать годов ему возил, худого не видел.
Беня (Закат, Бабель): Ты ему возил, а мне не будешь, он на стенке писал, а я не буду писать, он платил тебе, а я, может, и не заплачу, потому что...
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Человек, когда он дурак — это очень паскудно.
Беня (Закат, Бабель): ...потому что ты можешь у меня помереть, не поужинав, добрый человек.
Семён (Закат, Бабель): Мне штоб деньги были!
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Я не философка, мосье Крик, но я вижу, что на свете живут люди, которые совсем не должны жить на свете.
Беня (Закат, Бабель): Никифор!
Никифор (Закат, Бабель): Я Никифор.
Беня (Закат, Бабель): Рассчитаешь Семёна и возьмёшь у Грошева.
Никифор (Закат, Бабель): Там поденные пришли, спрашивают, кто с ними уговариваться будет.
Беня (Закат, Бабель): Я буду уговариваться.
Никифор (Закат, Бабель): Стряпка там шурует. У ней самовар хозяин в заклад брал. У кого, спрашивает, самовар выкупать?
Беня (Закат, Бабель): У меня выкупать... Семёна рассчитаешь вчистую. Возьмёшь у Грошева сена пятьсот пудов...
Семён (Закат, Бабель): Пятьсот?! Двадцать годов возил...
Мадам Попятник (Закат, Бабель): За свои деньги можно достать и сено, и овёс, и вещи получше сена.
Беня (Закат, Бабель): Овса — двести.
Семён (Закат, Бабель): Я возить не отказываюсь.
Беня (Закат, Бабель): Потеряй мой адрес, Семён.
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Один паскудный мужик и так разволновал вас... Боже мой, если бы люди захотели вспомнить, кто им остался должен! Ещё сегодня я говорю моему Майору: муж, миленький муж, Мендель Крик заслужил у вас эти несчастные два рубля...
Майор (Закат, Бабель): Рубль девяносто пять.
Беня (Закат, Бабель): Какие два рубля?
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Не о чем говорить, ей-богу, не о чем говорить!.. В прошлый четверг у мосье Крика было дивное настроение, он заказал военное... Сколько раз военное, Майор?
Майор (Закат, Бабель): Военное — девять раз.
Мадам Попятник (Закат, Бабель): И потом танцы...
Майор (Закат, Бабель): Двадцать один танец.
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Вышло рубль девяносто пять. Боже мой, заплатить музыканту — это было у мосье Крика на первом плане...
Никифор (Закат, Бабель): Потаповна пришла.
Беня (Закат, Бабель): Зачем мне знать, что кто-то пришёл?
Никифор (Закат, Бабель): Грозится.
Беня (Закат, Бабель): Зачем мне знать...
Потаповна (Закат, Бабель): Цари наши...
Беня (Закат, Бабель): В чём суть, мадам Холоденко?
Никифор (Закат, Бабель): Пошла дурить!
Потаповна (Закат, Бабель): Д-ж-ж, жидовские шарики жужжат... Прыгают в голове шарики — д-ж-ж-ж...
Потаповна (Закат, Бабель): Правильно, правильно! Нехай умный панует, а свинья в монопольку...
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Интеллигентная дама!
Потаповна (Закат, Бабель): Вот сорок копеек заработала... Встала, света не было, мужиков на Балтской дороге поджидала... Теперь сколько часов будет? Три будет?
Потаповна (Закат, Бабель): Д-ж-ж-ж, пустил шарики...
Никифор (Закат, Бабель): Ну?
Потаповна (Закат, Бабель): Девочка-то наша занеслась, Никита!
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Интрига, ай, какая интрига!
Беня (Закат, Бабель): Что вы потеряли здесь, мадам Попятник, и что вы хотите здесь найти?
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Я иду... я иду... Дай бог свидеться в счастье, в удовольствии, в добрый час, в счастливую минуту!..
Потаповна (Закат, Бабель): Ночью я к ней подобралась, грудь тронула, а у ней уже налилось, в руке не помещается.
Беня (Закат, Бабель): Какой месяц?
Потаповна (Закат, Бабель): Четвёртый.
Беня (Закат, Бабель): Врёшь!
Потаповна (Закат, Бабель): Ну, третий.
Беня (Закат, Бабель): Чего тебе от нас надо?
Потаповна (Закат, Бабель): Д-ж-ж, пустил шарики...
Беня (Закат, Бабель): Чего тебе надо?
Потаповна (Закат, Бабель): Вычистка сто рублей стоит.
Беня (Закат, Бабель): Двадцать пять!
Потаповна (Закат, Бабель): Портовых наведу.
Беня (Закат, Бабель): Портовых наведёшь?.. Никифор!
Никифор (Закат, Бабель): Я — Никифор.
Беня (Закат, Бабель): Взойди к папаше и спроси его, приказывает он давать двадцать пять...
Потаповна (Закат, Бабель): Сто!
Беня (Закат, Бабель): ...двадцать пять рублей на вычистку или не приказывает?
Никифор (Закат, Бабель): Не взойду я.
Беня (Закат, Бабель): Не взойдёшь?!
Никифор (Закат, Бабель): Парень, я бога не боюсь... Я бога видел и не испугался... Я убью и не испугаюсь...
Мендель (Закат, Бабель): Отоприте.
Потаповна (Закат, Бабель): Ай, страшно!
Никифор (Закат, Бабель): Хозяин!
Беня (Закат, Бабель): Взойдите в помещение к вашей супруге, папаша.
Мендель (Закат, Бабель): Ты отопрёшь мне ворота, Никифор, сердце моё...
Никифор (Закат, Бабель): Великодушно прошу вас, хозяин, не страмитесь передо мной, простым человеком!
Мендель (Закат, Бабель): Почему ты не хочешь отпереть ворота, Никифор? Почему ты не хочешь выпустить меня из двора, в котором я отбыл мою жизнь? Он видел меня, этот двор, отцом моих детей, мужем моей жены, хозяином над моими конями. Он видел силу мою, и двадцать моих жеребцов, и двенадцать площадок, окованных железом. Он видел ноги мои, большие, как столбы, и руки мои, злые руки мои... А теперь отоприте мне, дорогие сыны, пусть будет сегодня так, как я хочу. Пусть я уйду из этого двора, который видел слишком много...
Беня (Закат, Бабель): Взойдите в помещение к вашей супруге, папаша!
Мендель (Закат, Бабель): Не бей меня, Бенчик.
Лёвка (Закат, Бабель): Не бей его.
Беня (Закат, Бабель): Низкие люди!.. Как могли вы... Как могли вы сказать то, что вы только что сказали?
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Отчего вы не видите, люди, что вам надо уйти отсюда?
Беня (Закат, Бабель): Звери, о звери!..
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Мы отдохнём, Мендель, мы заснём...
Потаповна (Закат, Бабель): Убили сокола!..
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Мы заснём, Мендель...
Потаповна (Закат, Бабель): Сыночек мой, любочка моя!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): В старинные времена жил человек Давид. Он был пастухом и потом был царь, царь над Израилем, над войсками Израиля и над мудрецами его...
Потаповна (Закат, Бабель): Сыночек мой!
Арье-Лейб (Закат, Бабель): Богатство испытал Давид и славу, но не узнал сытости. Сила жаждет, и только печаль утоляет сердце. Состарившись, увидел Давид-царь на крышах Иерусалима, под небом Иерусалима Вирсавию, жену Урии-военачальника. Грудь Вирсавии была красива, ноги её были красивы, веселье её было велико. И был послан Урия-военачальник в битву, и царь соединился с Вирсавией, с женой мужа, ещё не умерщвлённого. Грудь её была красива, веселье её было велико...
Лёвка (Закат, Бабель): Всадники, други, вперёд! Рысью вперёд! По временам коням Освежайте рот.
Клаша (Закат, Бабель): Ой, живот! Ой, выкину!..
Лёвка (Закат, Бабель): Левый шинкель приложи и направо поверни!
Клаша (Закат, Бабель): Ой, уморил!..
Боярский (Закат, Бабель): Мамзель Крик, на чёрное я не скажу, что оно белое, и на белое не позволю себе сказать, что оно чёрное. С тремя тысячами мы ставим конфексион на Дерибасовской и венчаемся в добрый час.
Двойра (Закат, Бабель): Но почему сразу все три тысячи?
Боярский (Закат, Бабель): Потому что мы имеем сегодня июль на дворе, а июль — это же не сентябрь. Демисезонный товар работает у меня июль, а сентябрь у меня саки... Что вы имеете после сентября? Ничего. Сентяб, октяб, нояб, декаб... На ночь я не скажу, что это день, и на день не позволю себе сказать, что это ночь...
Беня (Закат, Бабель): У вас готово, мадам Попятник?
Мадам Попятник (Закат, Бабель): Николаю Второму не стыдно сесть за такой стол!
Бобринец (Закат, Бабель): Вырази мне твою мысль, Беня.
Беня (Закат, Бабель): Моя мысль: еврей не первой молодости, еврей, отходивший всю свою жизнь голый, и босой, и замазанный, как ссыльнопоселенец с острова Сахалина... И теперь, когда он, благодаря бога, вошёл в свои пожилые годы, надо сделать конец этой бессрочной каторге, надо сделать, чтобы суббота была субботой...
Боярский (Закат, Бабель): Сентяб, октяб, нояб, декаб...
Двойра (Закат, Бабель): И потом, я хочу, чтобы вы меня немножко любили, Боярский.