xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Семен (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Идет.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чтоб не услышал кто.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Уведомь князя.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет, огня нигде не видно.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Свиданье! ночью!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Тс-с! уж место занято.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чтоб тетушка...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да, здесь вам нечего бояться.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Однако...
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Слушайте.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Подслушивать?
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как быть, А надо.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Никогда!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чтоб после не грустить.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Эй, Саша!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Можете здесь смело объясняться.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Хоть Пронский вам и брат...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Однако же чудак, Педант и Дон-Кишот, не так ли?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Право, так. Мой братец произвесть хотел его в Катоны, А он, бедняк, идет с охотой в Селадоны. Его задумали на Оленьке женить, А патриотке – как героя не любить.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вас любят.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И она вздыханьем задушенным, Кокетством скромненьким, читаньем русских книг Героя сделала в себя полувлюбленным. Он таять начал...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вы приехали – и вмиг С любовью Оленька исчезла.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Отгадали.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я был любим!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Одни вы этого не знали.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Отсюда вижу я, как витязь мой сперва Приметил кое-как надежду в ваших взорах, А после кое-что в невинных разговорах До сердца добралось, а там и голова От самолюбия порядком закружилась, И наконец герой – в аркадских пастушках! Я знаю по себе, со мною то ж случилось, И точно так я был от вас же в дураках.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Он искренен.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И прав.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! вы меня смешите Своими сказками; но, граф, я знаю вас! Не мы ужасны вам, ужасны вы для нас, И с Пронским наряду напрасно стать хотите; Противу женщин он ни в чем не виноват, Как рыцарь Амадис привязан к ним душою, За добродетель их он драться даже рад.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ты, Пронский, спишь теперь, и этой похвалою Не восхищаешься.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет, к счастью, он не спит.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да вы разбудите!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! я вскричал невольно От братской нежности.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я слышал уж довольно.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Постойте крошечку.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Болтун меня страшит.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какая ж Пронскому готовится награда За весь прекрасный пол?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Божусь, для женщин он Бесценный человек, и, кажется, рожден Нарочно...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Для чего?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Не знаете? я рада! И что я вздумала, то мне самой смешно
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Постойте, угадал... в мужья? Так, в самом деле, Он добр, ума его не может быть тяжеле, Догадки вовсе нет. – Графиня, решено: Пусть выйдет он за вас.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет силы...
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Подождите Ответа.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Знаю всё: смиренницы хотят Вас с свету сжить за то, что вы сердца плените; Ваш дом расстроился, а братец мой богат, Так кредиторов с ним вам нечего страшиться, И замужем ловчей с ханжами помириться.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Но мужа не любить, по чести, я стыжусь.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Тем лучше, не любя скорее можно в руки Влюбленного прибрать.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! я умру от скуки!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как Пронского кузен уж я заране льщусь, Что вы позволите мне быть у вас всечасно, То скуки, кажется, боитеся напрасно.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Он добр, не правда ль?
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да, я слышал всё!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вам быть Роднёю, милый граф, я признаюсь, мне лестно.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какое заведем мы общество прелестно! Лишь только муж плати – и дом ваш будет рай!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вы замки строите на воздухе.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нимало; Вы милы, он влюблен – за чем же дело стало!
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Кто здесь?
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я вижу всех, кто будет к вам на чай Вседневно приглашен.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как вам мечтать охота, И время ль?..
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Игорев к вам, верно, прикатит?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): При имени его берет меня зевота.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Однако ж у людей имеет он кредит И праздники дает.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): На то, чтоб подслужиться Ко всем, кто в случае; не надо мне его.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Семен... Ба, люди здесь!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Тс-с!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): А дядю моего Вы примете?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Приму, хоть он и очень скучен, Распудрен, как зима, и раскрахмален весь; Всех мучит фразами, подагрой сам замучен, – Ну точно мой барон.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! если б был он здесь.
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Неужли я? – О нет...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Барон! какой?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Тот самый, Кого вы давеча прогнали эпиграммой.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Прескучный!
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Это я.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И будет ездить к вам Князь Блескин?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Что за тон; затянут весь в шнуровки, Подкрашен, грудь вперед и меры нет усам. Нет, для меня, божусь, все хваты слишком ловки, Стучат, бренчат, кричат, всё счастье видят в том, Чтоб пристяжная их свивалася кольцом, И здесь мне надоел Угаров.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Поздравляю.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Злодейка!
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Где-то он?
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Графиня, я не знаю, Как вы умеете шутя людей пленять.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет, шутит не смешно.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нельзя не хохотать.
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Здесь Пронского найду.
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Тс-с, тише!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Скоро время Расстаться нам, но вас быть скромным я прошу При Пронском.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я любви на жертву приношу Его и с Оленькой.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как милы!
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Злое семя!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И братец мой, Катон, не будет страшен мне.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): А новый ваш кузен суровости ль одне За жертву должен ждать?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Мне счастья нет в кузенях Один педант, другой язвителен.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Клянусь Быть Пронского добрей.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Не верю.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): На коленях Просить прощения готов я.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! страшусь И вспомнить всё, что вы...
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я виноват.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Обидно Так можно ли шутить над другом?
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Здесь не видно, Так я у ваших ног.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вот наше торжество!
Фиалкин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет силы больше ждать!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Что это?
Фиалкин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Колдовство!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Все здесь!
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Кто дал сигнал?
Семен (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Поэт.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какое чудо!
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Не смею глаз поднять.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ну, каково?
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Не худо.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Что значит этот свет?
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах, батюшки, пожар!
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Уж всё потушено.
Фиалкин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Где я?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какой удар! Но твердость здесь нужна.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да кто кого дурачит?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вы лучше знаете!
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да что всё это значит? Я не могу понять.
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я дал сюрприз.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И он Чертовски удался.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Так это вы, барон?..
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да, я; и вы могли так нагло, так бесстыдно Злословить...
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Никому чтоб не было завидно, Красавица нас всех отделала путем.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ты сердишься?
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): О! нет.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я рад.
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да дело в чем, Кто растолкует мне?
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я, если вам угодно.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Позвольте честь отдать.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как это благородно Подслушивать, сударь. Я не ждала от вас...
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ты виноват, барон.
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Меня же обвиняют. Неблагодарная! вокруг себя взгляни, Чьим пламенем горят потешные огни!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да видите ль, барон, они не утешают Графиню.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я, сударь, сюрпризов не люблю. Но вашу искренность, конечно, оскорблю, Когда подумаю, что вместе с графом были Вы в заговоре.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет, но, признаюсь, я рад, Что вы без дружества мне искренней открыли, Чего б я знать не мог; а ежели мой брат Здесь в заговоре был, то, верно, не со мною.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Но с кем? Так я была обманута тобою?
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чтоб вы увидели в науке вашей прок, Я заплатила вам уроком за урок.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Как я унижена!
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): За все твои проказы Мне должно б от тебя бежать, как от заразы; Но помню я, что дочь ты брата моего, И для того скажу: эй, сжалься над собою, Уймись кокетствовать, быть общества чумою И, муча, мучиться; не забывай того, Что с красотой придет когда-нибудь проститься Как больше нравиться не будешь никому, Что станешь делать ты тогда, скажи?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Браниться! И это, тетушка, у вас же перейму; Но чтоб теперь со мной вы даром не трудились, Уеду в Петербург я завтра ж поутру. А вам, сударь, мою смиренную сестру Осмелюсь поручить; вы, кажется, родились На то, чтоб с нею ввек супружески зевать. Прощайте!
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): С вами я могу ль к друзьям писать О здешних новостях?
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я письма все доставлю; Когда ж позволите, и от себя прибавлю, Что на коленях вас мужчины лучше нет.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Графиня, прибавлять вы всё на свете властны; Но ехать в Петербург я б не дал вам совет. Ваш ум и прелести так сделались опасны, Что заперты для них все домы и сердца; Там с мужем, может быть, вам было б веселее.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Злословью вашему нет меры, ни конца, Язык пустых людей всего на свете злее, – Но еду в Петербург. Так, я имею там Друзей, которые мне, верно, знают цену.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да вас и здесь ценят.
Фиалкин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах! дороги вы нам.
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Мне много стоило, чтоб осветить ту сцену, Где нам открылись вы.
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Не должно дух терять. Любезны вы, барон, однако же прельщать Без малого сто лет – не слишком ли уж много? Ах! сжальтесь над собой, подагра и любовь Равно опасны вам. Прошу вас, ради бога, Гомера не влюблять, не мучить мертвецов И не смешить живых плаксивыми стихами. Желаю вам всегда довольным быть собой, Вступить в законный брак с цыганкой удалой И хватски славиться лихими бегунами.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): А мне...
Графиня (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И ты!.. Нет сил, с досады я умру!
Барон (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Гасите все огни! они меня сжигают.
Фиалкин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Природа, ужаснись! Ах! моему перу Теперь я волю дам, и все ее узнают.
Угаров (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Отмсти за нас, поэт. – Цыгане! по домам. Сегодня с носом я, счастливей завтра буду. Нам всё безделица.
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Нет, вечно не забуду Я этой наглости. Ну, матушка мадам, Племянницу мою добру ж ты обучала: Своим бесстыдством мне она закрыла рот.
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Всё это удальство чужой науки плод. Кокетства в старину святая Русь не знала, И слова этого по-русски перевесть Не можно, я и рад; пускай названья честь Изобретателям останется.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я должен Признаться, что она уж чересчур ловка.
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вот до чего язык нововведенный ложен. Бесстыдство ловкостью зовут они слегка, Но ловкости такой, я в этом, граф, уверен, Не захотите вы найти в своей жене.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): И для того-то я жениться не намерен. А знаете ли что? понравилася мне Ужасно мысль ее.
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какая, знать желаю?
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чтоб Оленьку отдать за брата моего.
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): А, эта!..
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ты молчишь!
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Я счастия того Достойным быть теперь надежду всю теряю.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Да если людям тем, которых хитрый взгляд Немного закружил, не надобно жениться, Так скоро целый свет в пустыню превратится.' Графине, милый мой, твоя женитьба яд.
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Какой же генерал не проиграл сраженья?
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ах, князь!..
Князь (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Сестра к тебе имеет уваженье... Но утро вечера, ты знаешь, мудреней, Прощай до завтрего.
Княжна (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Прости, племянник милый! Графине мат пришел, тем лучше, ништо ей.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Всё кончено, мой друг, оставь свой вид унылый.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Твой друг!.. а давеча? Но я себя виню. Сердиться ж на тебя не должно.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Вот прелестно! Сердиться на меня, как я его женю.
Пронский (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Чем я обязан вам, мне это всё известно.
Ольгин (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Малютка, ты мила, но свадьбе б не бывать, Когда б не я.
Семен (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): Ну, Саша, исполать Досужству твоему! тебе и честь и слава! Дай ручку.
Саша (Урок кокеткам, или липецкие воды, Шаховской): На, возьми. Ты видишь ли, мой свет, Что правда быть должна всегда пред кривдой права И что кокетствовать добра нимало нет.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Как все это быстро сделалось.
Машенька (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я сама не понимаю. Тут или самая тонкая интрига, или...
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Чудо, вы думаете?
Машенька (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я ничего не думаю; я просто голову потеряла.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я его знаю давно и ничего особенного в нем не замечал; кажется, человек хороший.
Машенька (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Он явился каким-то неотразимым. Все за него. Все знакомые тетушки рекомендуют прямо его, приживалки во сне его видят каждую ночь, станут на картах гадать — выходит он, гадальщицы указывают на него, странницы тоже: наконец Манефа, которую тетушка считает чуть не за святую, никогда не видав его, описала наружность и предсказала минуту, когда мы его увидим. Какие же тут могут быть возражения? Судьба моя в руках тетушки, а она им совершенно очарована.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Значит, отдадут ему вас, отдадут деньги — добродетель награждается, порок наказан. С вашей стороны возражений нет, а про меня и говорить нечего: я должен в молчании удалиться. Еще с кем другим я бы поспорил, а перед добродетельным человеком я пас; я никогда этим не занимался.
Машенька (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Тише! Они идут.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Когда я почувствовал призвание к семейной жизни, я взглянул на это дело серьезно. Жениться для того, чтобы взять деньги, это не в моих правилах — это была бы торговая сделка, а не брак — установление священное! Жениться по любви... но ведь любовь чувство преходящее, плотское! Я понял, что в выборе подруги на всю жизнь должно быть нечто особое, нечто роковое для того, чтобы брак был крепок. Мне нужно было найти кроткое женское сердце, связать его с своим неразрывными узами; я говорю: судьба, укажи мне это сердце, и я покорюсь твоим велениям. Я вам признаюсь, я ждал чего-то чудесного! Чудесного много на свете, только мы не хотим заметить его.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я сама то же говорю, но не все верят.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я ждал чуда и дождался чуда.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Скажите! Дождались. Это чрезвычайно любопытно.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я поехал к одной благочестивой женщине.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Не к Манефе ли?
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Нет, к другой. Я Манефы не знаю. Только я вошел, не успел промолвить слова, она, даже не видя лица моего — она сидела ко мне задом, — заговорила: "Не ты невест ищешь, они тебя ищут. Ступай зажмурившись и найдешь". Куда идти, говорю, укажите мне! "Как войдешь, говорит, в первый незнакомый дом, где ты ни разу не бывал, там и ищи, там тебя знают!" Я, знаете ли, сначала удивился и как будто не совсем поверил. Поутру она мне это сказала, вечером дядюшка привез меня к вам. Тут есть невеста, и тут меня знают.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Да, много чудесного, но мало избранных...
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): У нас тоже, когда мы стояли в Малороссии, был случай с одним евреем.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Вы бы пошли по саду погуляли.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Не ясно ли тут предопределение! Я даже не успел еще хорошенько осведомиться о чувствах моей невесты... Извините, Марья Ивановна! Я довольствовался только ее согласием.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Ничего больше и не нужно.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Если я, может быть, не совсем нравлюсь теперь, так понравлюсь после. Такой брак должен быть счастлив и благополучен.
Курчаев (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Непременно.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): В этом браке нет людского произвола; следовательно, нет и ошибки.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Вот правила! Вот у кого надо учиться, как жить.
Григорий (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Иван Иваныч Городулин.
Турусина (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я пойду, оденусь потеплее, здесь, сыро становится.
Машенька (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Пойдемте в сад.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Здравствуйте! Сколько вы денег берете?
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Кажется, двести тысяч.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Как же вы это сделали?
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Да ведь вы же сами меня рекомендовали; мне Софья Игнатьевна сказывала.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Когда же? Да, да, помню! Да как же вы поладили с Турусиной; ведь вы вольнодумец.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Я с ней не спорю.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): А если она вздор говорит?
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Ее исправить невозможно. К чему же трудиться?
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Да, так вы вот как! Это хорошо. Вы теперь будете иметь состояние. Я вас в клуб запишу.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): На днях будет напечатан трактат Крутицкого.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Неужели? Вот бы его отделать хорошенько!
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Это очень легко.
Городулин (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Еще бы, с вашими способностями. Но вам неловко, вы еще очень молодой человек, можете себе повредить. Вас надо будет выгородить. Вы напишите, а уж я, так и быть, пожертвую собой, выдам за свое. Надо их, старых, хорошенько.
Глумов (На всякого мудреца довольно простоты, Островский): Надо, надо. Ведь только посмотрите, что пишут.