xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Серафима (Бег, Булгаков): Вот один только человек и нашелся в дороге... Ах, Крапилин, красноречивый человек, что же ты не заступишься?..
Крапилин (Бег, Булгаков): Точно так. Как в книгах написано: шакал! Только одними удавками войны не выиграешь! За что ты, мировой зверь, порезал солдат на Перекопе? Попался тебе, впрочем, один человек, женщина. Пожалела удавленных, только и всего. Но мимо тебя не проскочишь, не проскочишь! Сейчас ты человека — цап и в мешок! Стервятиной питаешься?
Тихий (Бег, Булгаков): Позвольте убрать его, ваше превосходительство?
Хлудов (Бег, Булгаков): Нет. В его речи проскальзывают здравые мысли насчет войны. Поговори, солдат, поговори.
Тихий (Бег, Булгаков): Доску.
Хлудов (Бег, Булгаков): Как твоя фамилия, солдат?
Крапилин (Бег, Булгаков): Да что фамилия? Фамилия у меня неизвестная — Крапилин-вестовой! А ты пропадешь, шакал, пропадешь, оголтелый зверь, в канаве! Вот только подожди здесь на своей табуретке! Да нет, убежишь, убежишь в Константинополь! Храбер ты только женщин вешать да слесарей!
Хлудов (Бег, Булгаков): Ты ошибаешься, солдат, я на Чонгарскую Гать ходил с музыкой и на Гати два раза ранен.
Крапилин (Бег, Булгаков): Все губернии плюют на твою музыку! Ваше высокопревосходительство, смилуйтесь над Крапилиным! Я был в забытьи!
Хлудов (Бег, Булгаков): Нет! Плохой солдат! Ты хорошо начал, а кончил скверно. Валяешься в ногах? Повесить его! Я не могу на него смотреть!
Голован (Бег, Булгаков): Приказание вашего превосходительства исполнено. Летчики вылетели.
Хлудов (Бег, Булгаков): Всем в поезд, господа! Готовь, есаул, мне конвой и вагон! Командующий фронтом говорит. На бронепоезд «Офицер» передать, чтобы прошел, сколько может, по линии, и огонь, огонь! По Таганашу огонь, огонь! Пусть в землю втопчет на прощанье! Потом пусть рвет за собою путь и уходит в Севастополь! Чем я болен? Болен ли я? Я болен, я болен. Только не знаю, чем.
Начальник станции (Бег, Булгаков): Дура, дура Николаевна... Олька, Олька-то где? Олечка, Оля, куда же ты, дурочка, куда ты? Иди на руки, на руки к отцу... А туда не смотри...
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Престанете ль, княжна, крушиться столько вы И молодость губить?
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Увы! увы!! увы!!!
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Ах! сжальтесь над собой! и так уж вы, как спичка, И с горя в неглиже, одеты, как чумичка: Не умываетесь, я чаю, дней вы шесть, Не чешетесь, ни пить не просите, ни есть. Склонитесь, наконец, меня, княжна, послушать: Извольте вы хотя телячью ножку скушать.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Чернавка милая! петиту нет совсем; Ну, что за прибыль есть, коль я без вкуса ем? Сегодня поутру, и то совсем без смаку, Насилу съесть могла с сигом я кулебяку. Ах! в горести моей до пищи ль мне теперь! Ломает грусть меня, как агнца лютый зверь.
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Лишь надо меру знать. Увы! и я не спорю, Что много есть для вас причин законных к горю С тех пор, как Трумф, немчин, красой твоей пленясь, Проклятых свах заслал и, за отказ взбесясь, А более за то, что любишь ты Слюняя, Вошел войною к нам, все грабя и пленяя; Премудрый твой отец Вакула, светлый царь, В сенате будучи, спускал тогда кубарь, Когда о близкой толь беде ему сказали. Все меры приняты: указом приказали, Чтоб шить на армию фуфайки, сапоги И чтоб пекли скорей к походу пироги. По лавкам в тот же час за тактикой послали, Намазали тупей, подкоски подвязали, Из старых скатертей наделали знамен, И целый был постав блинами завален. Но ах! уж поздно все! Трумф под город пробрался, Как вихрь, в полях взвился и в город он ворвался. Ах! сколько видела тогда я с нами бед! У нас из-под носу сожрал он наш обед, Повыбил окна все; из наших генералов Поделал он себе конюших да капралов, По бешеным домам министров рассадил, Всем графам да князьям затылки подобрил, И ах! как не пришиб его святой Никола! Он бедного царя пинком спихнул с престола! Что делать в крайности и гибели такой? Вакула, наконец, спастись хотел тобой, И немцу вдруг твою он руку предлагает. Любовь и зверские сердца превозмогает! Согласен Трумф за то корону возвратить, И к свадьбе пиво он скорей велел варить.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): А бедный князь Слюняй, с его жестокой страстью, Колико поражен такою стал напастью! Увы! из детских я к нему привыкла лет, И с ним заветного у нас друг другу нет! Как вспомнить я могу без слез его все ласки, Щипки, пинки, рывки и самые потаски! Делили все мы с ним забавы меж собой: Катанья в масляну, качели о святой, Друг без друга, увы! мы в жмурки не играли И вместе огурцы по огородам крали... А ныне, ах! за весь его любовный жар Готовится ему несносный столь удар!
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Не спорю, что его опасно то здоровью: Как резом в животе, он мучится любовью, Но если спасть должна ты царство и отца, Княжна! поступком сим ты все пленишь сердца, И скажут все, что ты героев всех не ниже!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Да, да, расказывай: рубашка к телу ближе!
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Княжна! родительский узнай к тебе приказ, И будь готова ты венчаться через час. Сейчас лишь каплуна я сам купил на рынке, И нанял на вечер гудок да две волынки.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Что слышу!.. ой, умру!.. ой, тошно!.. ой, живот!..
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Страшусь! она себя с печали надорвет!
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Я знаю всей ее великой жертвы цену! Понюхать бы дала царевне ты хоть хрену!
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): О бедная княжна! злосчастная любовь! Хотя б роже́чную скорей пустить ей кровь.
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Смотри: копна копной, не можно с места сдвинуть! Не лучше ль на живот горшка ей два накинуть?
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Где я?.. Скажите мне: теперя ночь иль день?
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Царевна! что у вас?
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Вапёры да мигрень.
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Скрепитесь, о княжна! и давши Трумфу руку...
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Нет, нет! не вытерплю такую злую муку! Зарежусь, утоплюсь...
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Опомнитесь, княжна! Ну, если вподлинну утопится она?
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Царь все предвидел то и, страхом отчим движим, Велел ей пузыри носить на место фижем, Чтоб, если кинется в реку, наверх ей всплыть; А за столом велел лишь жеваным кормить, Да чтоб, спустя чулки, ходила без подвязок... Но пропадайте вы! мне с вами не до сказок! Мне ныне случай есть явить весь разум мой: Кухарка, чай, давно в стряпушьей ждет за мной, А чтоб гофмаршальский мой сан достойно справить, На кухню каплуна я сам бегу доставить!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Не сон ли это все? — Не брежу ль я?..
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Ах, нет! Но укрепись, княжна! се твой жених грядет!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): О царский сан! ты мне противней горькой редьки! Почто, увы! не дочь конюшего я Федьки!
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Старофа ль, анкель мой! прелесна мой княшон! Для плапалушна шас, кохта мой пудешь шон, Мой ноши весь не спит, и серса польна сшотся; Прелесна тфой фикур на мой туша шифется. Курит ли трупка мой — из трупка тфой пихтишь. Или мой кафе пил, — тфой в шашешка сидишь; Фезте мой фидит тфой — на поля и на пушка, И кочет auf ein mal уфидеть на патушка, Корона, скиптра, трон и слафа растелить, И фместе на слатей из пушешка палить.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Конечно, государь, мне много б было славы; Но вспомни, что у нас совсем различны нравы: Ты любишь устрицы, а я их не терплю; Противны сочни вам, а я их смерть люблю. Привык ты на войне сносить и жар и холод, И к пище всякой там тебя привадит голод; А я лишь выборный везде люблю кусок: Петушьи гребешки, у курочки пупок. Ты всяку дрянь рад есть, находишь вкус в лягушках, А я у матушки взросла лишь на ватрушках; Ты храбр, но с нежностью и вкусом не знаком, И за версту, о князь, воняешь табаком! Помысли к, каково мне быть твоей женою! Подумай, государь, и сжалься надо мною!
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Фай! што тут шалиться? нам путет шить утешна, Кохта на цепки нас амур сафяшет фешна: Из крушешка отна мы путем пифа пиль, Из трупошка отна тапах с тапой куриль; Не путет мала твой ни домик, ни палатка, Ни платьиса пахат, ни санка, ни лошатка: Все это путит тфой! Не тушь, mein herz, не тушь! Шесна пароль тепе: мой путет топра мушь.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Нет, нет, о государь! не льсти себя напрасно! Боюсь, с тобою мне супружество ужасно!
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Паись, со мной? кафо? — На всех стреляй фелит! Не пось! не там тепе, красафис мой, ф опит; На карпафаль к тепе подсунься лишь тетинка, Мой псарь тотшась тафай он фухтеля на спинка. Мой стелай, штоп нихто на твой не смел клядить, И в спальна сарска наш нихто не смей кадить: Ни графа, ни министр, ни сама генерала, Отна фельдфебель мой, унд два иль три капрала.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Я музыку люблю.
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): О мусык слафна наш! На кларинет тепе икрай я путит марш; Тва тонка флейтошка, та тольста тва тимпана, Симфонья на опет нам стелай с парапана!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): До танцев страстна я.
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Мой путет бал тафал, И станет пил тафо, кто не буль тансофал, Мой люпит фесел шить: скакать, плясать, ресфиться, И палькой на дворца сконяит феселиться, Фикляра, фокуса тепе, на кашта шас, Каметья, кукла, фсе, фсе путет пиль у нас!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Я не люблю тебя, мне вид противен твой!
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Не люпишь?.. Этофа стерпель не мошна мой! Протифна Трумф?.. Фай, фай! такая поруканья Тастойна саслушить тешола накасанья. Некотна тефка! твой протифен мой фикур, Кохта светлейша ей принцеса телай кур! Мой снает фсе: Слюняй тфои так мысли латит: Но мерска сей рифаль я вмик на кол посатит. Смотри, я не шути, кохта пуфай сертит. Люпи мене, коль пиль не хошешь польна пит! Рукаться на мене!.. Не там тепе поташка; Коль пиль не хочешь шон, так мой ты путешь прашка!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Тиран! не устрашишь ты сердце тем мое: В моем несчастьи мне сноснее мыть белье, Когда бы только князь Слюняй носил мне воду, Чем быть супругою столь скверному уроду.
Трумф (Подщипа или Трумф, Крылов): Der teufel! Я урот? Стерпел нет польше мош! Ну, фот саплат са фесь моя люповь!.. Карош! Мольши! на корот стесь не путет шиф ни мушка, Сейшас пошел фелеть на фсех стреляй из пушка.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Ступай, тиран! твоих я ядер не боюсь, О князе бедном лишь своем слезами льюсь.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Князна! усой и он? Ну, бьят, какой сейдитой! Он съядит хоть бы с кем, хоть с куцейем Никитой! Пьеесная! как я бояйся за тебя! Уз так за двейью там ёзом я сзяй себя, Ну, так и думаю, убьет ее до смейти. Насию побьяи его отсюда цейти!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Что б сделал ты, мой князь?
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Ну, так бы и завый! Без миенькой князны куда б я годен бый?
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Ужели б сим мечом ты не сразил злодея? Скажи, любезный князь, утешь меня скорее!
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Да, да! подсунься-ка к его ты паясу: Ведь деевянную я спагу-то носу!
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Возможно ль, государь!
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): А как бы ты хотея? Мне матуска носить зеезной не веея.
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Но если, князь, на вас напасть дерзнул бы кто...
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Скажи, чем спасся б ты?
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): А ноги-то на сто? Небось, как дам стьецка, так поминай, как зваи!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Увы, любезный князь, с тобою мы пропали!
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Ой! как мне быть, как ты с дьюгим пойдесь к венцу! Я так юбью тебя... ну пусце еденцу. Ты знаесь, мияя, моей веикость стьясти; Подумай, как бы нам спастися от напасти, Кой выйдесь за него, не быть со мной добью.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): От мажинации одной лишь я умру. Чернавка, милая! беги, беги скорее — Сказать родителю, что жизнь мне смерти злее, Когда с Слюняем я любезным разлучусь, Что вечно Трумфовой я быть не соглашусь; Скажи родителю, чтоб он со мной скоряе Увиделся сейчас тихонько, хоть в сарае, Чтоб нам придумать, как немчина обмануть И голову ему, как петуху, свернуть! Беги, лети к нему!
Чернавка (Подщипа или Трумф, Крылов): Бегу, но все напрасно!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Так, так! напрасно все! и я то вижу ясно. Но есть еще одно прибежище у нас, И смерть от хищника спасет нас сей же час. Скажи, мой князь, в любви ты мне не лицемеришь?
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Хоть пьисягнуть готов! Узьи ты мне не веишь?
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Готов ли вместе ты со мною умереть?
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Позяюй!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Вместе нам приятна будет смерть. Пойдем же, бросимся сейчас стремглав в окошко, И сломим головы.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Постой, постой немносько! Отсей вить высоко. Позяюй, бьёсюсь я, Но тойко, знаесь сто: из низнего зийя.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Я вижу смерти род такой тебе ужасен. Но менее ль, скажи, злодей для нас опасен? Вить умирать же нам, а, может, нас убьют. Пойдем же, бросимся с тобою вместе в пруд, И Трумфу нашему тем досадим злодею.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Позяюй... — тойко я вить пьявать не умею!
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Жестокий! робостью ты бед моих не множь! Ну, хочешь ли... вот я украла в кухне нож: Зарежемся!.. мы тем от бед себя избавим. И наши имена навек с тобой прославим.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Извой.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Начни ж.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Гьяди.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): Увы! я вся дрожу!
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Князна! заезься ты, я пьезде погьяжу.
Подщипа (Подщипа или Трумф, Крылов): О варвар! так-то ты в любви своей мне клялся? Где нежность вся твоя, где пламень твой девался? Прочь, прочь! я более тебя уж не люблю, И виду твоего, Слюнявый, не терплю! Прощай... быть нежным ввек ты счастия не вкусишь! Прямой Слюняй, когда зарезаться ты трусишь.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Да, видись, бьят! насья, небось, ты дуяка! Заезься-ка сама, кои юка ехка; И я не пьёмах вить, меня ты не обманесь! Цейкнуться дойго-и, а посье и не встанесь! Нет, сто не говои, я смейти не юбью, Хотя от миенькой и гнев за то тейпью; Но посье помиюсь, пьивьюся, пьияскаюсь. И сто я зить хоцу — ей истинно пьизнаюсь. Ну, пьяво, как она ни спой себе со мной, А все-таки вить я — утеснее зивой!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): А слышь ты, господа! Мы стол велим поставить, Чтоб царский мой совет, как надобно, исправить. Да, слышь, подумаем.
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Скорей внесите стол. Боюсь лишь, чтоб немчин нас не всадил на кол!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Нет, в рынок он пошел теперь за башмаками, Чтоб, слышь ты, танцовать ужо на бале с нами; А у меня меж тем подкуплен уж звонарь...
Паж (Подщипа или Трумф, Крылов): Велите ли себе спустить теперь кубарь?
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Тотчас, слышь, погоди! Ну, слышь, чтоб с колокольни Звонарь, как сыч, смотрел на все места окольни, И дал бы знать, когда воротится немчин. Молчи: мы, слышь, ему сготовим добрый блин! Садитесь же. Ну, вот, бояре, в чем все дело: Нас семя вражье здесь немчинско одолело; Ведь, слышь, сказать — так стыд, а утаить — так грех: Я, царь, и вы, вся знать, — мы курам стали в смех. Нам, слышь, по улицам ребята все смеются; Везде за нами гвалт — бес знает, где берутся! Частехонько — ну страм! — немчина веселя, Под царский, слышь ты, зад дают мне киселя! Сам Трумф, ругаться вам став заражен повадкой, Слышь, всем велит носить кафтаны вверх подкладкой. И уж задумал, слышь, содрать с вас парики, Чтоб лошадям своим свалять их в потники. Так, знать, нельзя ль самим содрать с него нам кожу, Иль, слышь, хоть, отманя к сторонке, треснуть в рожу, Да вон и с челядью отсель его прогнать. Ну, так ли, господа? — Так, слышь, сберем мы рать!..
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Надезя-госудай! вить я в совет не нузен?
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Ты зелен еще, князь! Ступай и будь на ужин. Подщипа, слышь ты, мне теперь сказала все...
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Пьяпай я!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Я с тобой уж помирил ее. Небось, лишь погоди, я с басурманом слажу.
Слюняй (Подщипа или Трумф, Крылов): Езон! Так я пойду на гоюбятню сьязю!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Ну, что ж придумал ты, мой дорогой совет? А, слышь, и в помощи нам недостатка нет! Прочти, какую нам сосед дает помогу! Не без кумов-то вить и я здесь, слава богу! Ну что ж? прочел ли ты?
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Он слеп, о государь!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Так, слышь ты, не прочтет?..
Паж (Подщипа или Трумф, Крылов): Прикажете ль кубарь?
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Тотчас, слышь. Ну так ты скажи свое, слышь, мненье. И докажи свое и знанье и уменье: С чего бы заговор нам лучше свой начать, Умненько произвесть и славно окончать? Ну, что ж ты думаешь? Скажи хотя мне слово.
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Он нем, о государь!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Ну, вот тебе здорово! Скажи же ты хотя, как горю пособить, А я, ну право, слышь, не знаю, как мне быть! Эх, слышь! Ну что ж ты стал?
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Он, государь, не слышит!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Хоть ты!
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): За старостью, о царь, едва он дышит!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Ну, брат, слышь...
Паж (Подщипа или Трумф, Крылов): А у меня кубарь готов, навит совсем!
Вакула (Подщипа или Трумф, Крылов): Ну, ладно же, так мы в столовую пойдем. Вы, слышь-те, вздумайте, да не сходя со стула, А я, знашь, подмахну вам тотчас: царь Вакула.
Дурдуран (Подщипа или Трумф, Крылов): Молчите ж, ни гу-гу! И думать мы начнем; А что придумаем, царю-то донесем.
UNKNOWN (Женитьба, Гоголь): Вот как начнешь эдак один на досуге подумывать, так видишь, что наконец точно нужно жениться. Что, в самом деле? Живешь, живешь, да такая наконец скверность становится. Вот опять пропустил мясоед. А ведь, кажется, все готово, и сваха вот уж три месяца ходит. Право, самому как-то становится совестно. Эй, Степан!
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Не приходила сваха?
Степан (Женитьба, Гоголь): Никак нет.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А у портного был?
Степан (Женитьба, Гоголь): Был.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ж он, шьет фрак?
Степан (Женитьба, Гоголь): Шьет.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): И много уже нашил?
Степан (Женитьба, Гоголь): Да, уж довольно. Начал уж петли метать.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ты говоришь?
Степан (Женитьба, Гоголь): Говорю: начал уж петли метать.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А не спрашивал он, на что, мол, нужен барину фрак?
Степан (Женитьба, Гоголь): Нет, не спрашивал.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Может быть, он говорил, не хочет ли барин жениться?
Степан (Женитьба, Гоголь): Нет, ничего не говорил.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Ты видел, однако ж, у него и другие фраки? Ведь он и для других тоже шьет?
Степан (Женитьба, Гоголь): Да, фраков у него много висит.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Однако ж ведь сукно-то на них будет, чай, похуже, чем на моем?
Степан (Женитьба, Гоголь): Да, это будет поприглядистее, что на вашем.
Степан (Женитьба, Гоголь): Говорю: это поприглядистее, что на вашем.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Хорошо. Ну, а не спрашивал: для чего, мол, барин из такого тонкого сукна шьет себе фрак?
Степан (Женитьба, Гоголь): Нет.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Не говорил ничего о том, что не хочет ли, дискать, жениться?
Степан (Женитьба, Гоголь): Нет, об этом не заговаривал.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Ты, однако же, сказал, какой на мне чин и где служу?
Степан (Женитьба, Гоголь): Сказывал.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ж он на это?
Степан (Женитьба, Гоголь): Говорит: буду стараться.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Хорошо. Теперь ступай.
UNKNOWN (Женитьба, Гоголь): Я того мнения, что черный фрак как-то солиднее. Цветные больше идут секретарям, титулярным и прочей мелюзге, молокососно что-то. Те, которые чином повыше, должны больше наблюдать, как говорится, этого... вот позабыл слово! и хорошее слово, да позабыл. Да, батюшка, уж как ты там себе ни переворачивай, а надворный советник тот же полковник, только разве что мундир без эполет. Эй, Степан!
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А ваксу купил?
Степан (Женитьба, Гоголь): Купил.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Где купил? В той лавочке, про которую я тебе говорил, что на Вознесенском проспекте?
Степан (Женитьба, Гоголь): Да-с, в той самой.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ж, хороша вакса?
Степан (Женитьба, Гоголь): Хороша.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Ты пробовал чистить ею сапоги?
Степан (Женитьба, Гоголь): Пробовал.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ж, блестит?
Степан (Женитьба, Гоголь): Блестеть-то она блестит хорошо.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А когда он отпускал тебе ваксу, не спрашивал, для чего, мол, барину нужна такая вакса?
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Может быть, не говорил ли: не затевает ли, дискать, барин жениться?
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Ну, хорошо, ступай себе.
UNKNOWN (Женитьба, Гоголь): Кажется, пустая вещь сапоги, а ведь, однако же, если дурно сшиты да рыжая вакса, уж в хорошем обществе и не будет такого уважения. Всё как-то не того... Вот еще гадко, если мозоли. Готов вытерпеть Бог знает что, только бы не мозоли. Эй, Степан!
Степан (Женитьба, Гоголь): Чего изволите?
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Ты говорил сапожнику, чтоб не было мозолей?
Степан (Женитьба, Гоголь): Говорил.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Что ж он говорит?
Степан (Женитьба, Гоголь): Говорит, хорошо.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А ведь хлопотливая, черт возьми, вещь женитьба! То, да се, да это. Чтобы то да это было исправно, — нет, черт побери, это не так легко, как говорят. Эй, Степан! Я хотел тебе еще сказать...
Степан (Женитьба, Гоголь): Старуха пришла.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А, пришла; зови ее сюда. Да, это вещь... вещь не того... трудная вещь.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А, здравствуй, здравствуй, Фекла Ивановна. Ну что? как? Возьми стул, садись, да и рассказывай. Ну, так как же, как? Как, бишь, ее: Меланья?..
Фекла (Женитьба, Гоголь): Агафья Тихоновна.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Да, да, Агафья Тихоновна. И верно, какая-нибудь сорокалетняя дева?
Фекла (Женитьба, Гоголь): Уж вот нет так нет. То есть, как женитесь, так каждый день станете похваливать да благодарить.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Да ты врешь, Фекла Ивановна.
Фекла (Женитьба, Гоголь): Устарела я, отец мой, чтобы врать; пес врет.
Подколесин (Женитьба, Гоголь): А приданое-то, приданое? Расскажи-ка вновь.
Фекла (Женитьба, Гоголь): А приданое: каменный дом в Московской части, о двух елтажах, уж такой прибыточный, что истинно удовольствие. Один лабазник платит семьсот за лавочку. Пивной погреб тоже большое общество привлекает. Два деревянных хлигеря: один хлигерь совсем деревянный, другой на каменном фундаменте; каждый рублев по четыреста приносит доходу. Огород есть еще на Выборгской стороне: третьего года купец нанимал под капусту; и такой купец трезвый, совсем не берет хмельного в рот, и трех сыновей имеет: двух уж поженил, «а третий, говорит, еще молодой, пусть посидит в лавке, чтобы торговлю было полегче отправлять. Я уж, говорит, стар, так пусть сын посидит в лавке, чтобы торговля шла полегче».
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Да собой-то, какова собой?
Фекла (Женитьба, Гоголь): Как рефинат! Белая, румяная, как кровь с молоком, сладость такая, что и рассказать нельзя. Уж будете вот по этих пор довольны то есть и приятелю и неприятелю скажете: «Ай да Фекла Ивановна, спасибо!»
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Да ведь она, однако ж, не штаб-офицерка?
Фекла (Женитьба, Гоголь): Купца третьей гильдии дочь. Да уж такая, что и генералу обиды не нанесет. О купце и слышать не хочет. «Мне, говорит, какой бы ни был муж, хоть и собой-то невзрачен, да был бы дворянин». Да, такой великатес! А к воскресному-то как наденет шелковое платье — так вот те Христос, так и шумит. Княгиня просто!
Подколесин (Женитьба, Гоголь): Да ведь я-то потому тебя спрашивал, что я надворный советник, так мне, понимаешь...