Харчин (Забракованные, Некрасов): "Не спорю, дело честное — Карать и обличать, Но нужно знанье местное — Вот мне так грех не брать! Как черствым хлебом давится Голодная семья, Так бескорыстьем славиться Позор — вот мысль моя!" — Такие рассуждения Отец мой развивал И кожу без зазрения С живых и с мертвых драл. Он за дельца удалого В уезде нашем слыл, Но был чинишка малого И очень бедно жил. "Эх! доля неоплатная, Ты долюшка моя!" — Певал он: необъятная Гнела его семья. По счастию, отличная Жена, детей штук пять, Да теща параличная, Да взбалмошная мать, Да брат с ногой, оторванной Под Данцигом, да дед, Прожорливый, оборванный, Ста двадцати трех лет! Такая уж живучая Порода их была. В отце судьба могучая Кормильца им дала. И он свершал призвание — Безропотно кормил И даже их ворчание, Их злость переносил! Крутенько приходилося: Случалось — хлеба нет, Семья вся притаилася, Разбунтовался дед! "Всех накормлю, родимые!" — Промолвит — и уйдет И вдруг непостижимые Пути изобретет: Глядишь, деньга явилася! Утих задорный дед, Семья одушевилася... Так жил он сорок лет; Не изменял обычая, Кормил и холил нас, Лишь в год до безъязычия Пьян напивался раз. Тут только маску чинную Снимал он наконец: Прибьет жену невинную, Облает нас отец! Рассказ враля досадного О Данциге прервет И мучит деда жадного — Обедать не дает! Помощником родителя Лет с девяти я был: У каждого просителя Особо я просил И матушке грошовые Доходы отдавал... Да, смолоду суровые Картины я видал! К чему о них рассказывать? Но должен я сказать, Что темных дел показывать, В них сына посвящать — Ни малого желания Родитель не питал: "Тебе тут не компания — Иди!" — он замечал, Когда к нему стекалися Сутяги и дельцы. Но от меня старалися Напрасно скрыть концы: Во все их тайны грязные Чутьем я проникал... В проделки безобразные Как сам я не попал, Не сделался воришкою — То знает только мать. Почти еще мальчишкою Я начал понимать Всё, что в семье творилося... Желанье ей помочь В душе моей родилося — Я начал день и ночь Учиться, чтоб отправиться Весною далеко... "Разбогатеть, прославиться Там, дитятко, легко!" — С какой-то верой пламенной Мне говорила мать, Отец до Белокаменной Решился провожать. Пришла в смятенье чудное Вся бедная семья, И вдруг признанье трудное Свершила мать моя: "Возьмите вот, касатики, Скопила два рубля! Смотри, из математики Не получи нуля!" Описывать не для чего, Как мы без денег шли, Способности подьячего Отцу тут помогли: В одном селе прикинулся Лазутчиком; ему, Чтоб только дальше двинулся, Грошей собрали тьму. У Иверской свидетелем Он руку приложил, Что кто-то благодетелем Своим засечен был. Была еще история, Но вспоминать зачем? — И со стыда и с горя я Сгорел тогда совсем... Один в погоду скверную В столицу я вступил И горечь непомерную В ней бедности испил... Питаясь чуть не жестию, Я часто ощущал Такую индижестию, Что умереть желал. А тут ходьба далекая... Я по ночам зубрил; Каморка невысокая, Я в ней курил, курил! Лежали книги кучею Одни передо мной, Да дым носился тучею Над тусклою свечой. Способности усталые Я утром освежал: Без чаю с Охты Малыя На остров пробегал; Как пеший-то по-конному Верст восемь продерешь, Так обаянью сонному С трудом не подпадешь! Тут голова беспутная Начнет ходить кругом, В ней безразличность мутная, И тупость, и содом! Для экстренной оказии Уж съехались туда Учителя гимназии... ...Запнулся — и беда! Стоишь вороной жалкою, А в голове стучит, Как будто сзади скалкою В затылок кто тузит! В глазах снуют видения, В ушах: лю-ли! лю-ли! И нет тебе спасения — Нули! Нули! Нули!.. За строгость не получите Профессорский диплом, Лишь бедняков отучите За сотни верст пешком Идти толпой голодною На берега Невы С надеждой благородною К развитью головы... Придешь домой — от сродников Лежит уж письмецо: "Моли, сынок, угодников, Учись, забудь винцо!" Эх! что вы, мои милые? Какое тут питье! Измаял больно силы я — Вот горюшко мое! Измаял — и решение Свершилось: мой язык, Мой ум пришли в смятение — Увы! я стал в тупик!.. Что толковать с невеждою? Учитель нуль всучил... С угаснувшей надеждою Я вдруг лишился сил. Сказались мне бессонные Четырнадцать ночей И похожденья конные На паре на своей! Смутил аудиторию — Осмелился упасть, И в новую историю Не преминул попасть. Сочли меня за пьяного, В горячке я кричал... У сторожа Иванова Очнулся: смерть я звал — Конец бы одинаковый!.. Но жив я до сих пор, Лишь с шеи крест тумпаковый Стащил какой-то вор.