xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Пирамидалов (Богатые невесты, Островский): Ваше превосходительство, вы всегда были моим отцом, не откажите мне и теперь в вашем расположении, в вашей милости!
Гневышов (Богатые невесты, Островский): Просите, я сегодня в хорошем расположении духа.
Пирамидалов (Богатые невесты, Островский): Ваше превосходительство, я женюсь на Антонине Власьевне Бедонеговой, позвольте мне просить вас быть моим посаженым отцом. И для меня эта честь выше всякой меры, да и по купечеству, вы знаете, ваше превосходительство, как важно...
Гневышов (Богатые невесты, Островский): Когда генерал на свадьбе... знаю, знаю! Ну, изволь, мой милый, я сделаю для тебя это удовольствие...
Цыплунов (Богатые невесты, Островский): Маменька, я думал о том, что мы должны сделать для Валентины Васильевны.
Цыплунова (Богатые невесты, Островский): Погоди, мой друг! С тобой мы поговорить успеем. Хотя нам всегда приятно слушать тебя, но теперь у нас важное дело, которое надо кончить поскорей. Валентина оставляет эту дачу, вы можете сдать ее довольно выгодно, желающих много, лето еще только начинается.
Гневышов (Богатые невесты, Островский): Пирамидалов, устройте это дело! Но я не понимаю, зачем это?
Цыплунова (Богатые невесты, Островский): Эта дача велика и дорога для Валентины... Впрочем, говори ты сама!
Белесова (Богатые невесты, Островский): Маменька обещала мне найти по соседству с ними одну или две комнаты, больше мне не нужно. Завтра же я велю продать мебель и все свои лишние вещи; я возьму только цветы. Мы теперь идем смотреть новую квартиру.
Цыплунов (Богатые невесты, Островский): Маменька, как я вам благодарен! Мы весело будем жить на даче. Мне кажется, я могу сказать, что рай, о котором я мечтал, открывается для меня. Так ли это? Вы согласны со мной?
Цыплунова (Богатые невесты, Островский): Думай сам о себе! Я знаю только одно, что я нашла то, чего мне недоставало и чего я так желала, -- я нашла дочь себе.
Цыплунов (Богатые невесты, Островский): Об чем же мне думать! И я нашел то, чего искал. В этих прекрасных чертах опять я вижу детскую чистоту и ясность и то же ангельское выражение... Это она, наша прежняя Валентина.
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Пожалуйте, она сейчас к вам выйдет.
Незнакомый (Нелюдимка, Ростопчина): Так ей угодно видеться со мною Наедине!..
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Угодно было ей Вас пригласить к себе, кормилец мой, И более не ведаю. Садитесь И обождите... Мне же дело есть Там по хозяйству, так прошу прощенья! Ох! страшно что-то с ним, помилуй боже! Ведь, говорят, он возится с нечистым! А наша-то! охота ей пришла Водиться с ним, безбожником! И даже Ее и страх-то не берет!.. Святая Владычица, храни ее, помилуй Головушку победную мою!
UNKNOWN (Нелюдимка, Ростопчина): Так я ее увижу!.. Наконец!.. Как долго ждал, как долго звал я тайно Свиданье роковое!.. Как давно, Порог желанный, ты меня манил И грезились вы мне, немые стены! Как жадно, как ревниво от меня Таили вы ее, мою надежду, Мою мечту!.. Как хитро вы умели Внимать и заглушить в тиши своей Звук голоса и шум шагов ее!..
Незнакомый (Нелюдимка, Ростопчина): Вы приказали мне предстать пред вами: Конечно, вам угодно продолжать Наш прерванный вчерашний разговор?
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Оставим это!.. Не в гаданье дело! Нет, вам не удался обман ваш пошлый,- Я вас узнала! Вы сказали мне Такие тайны, что известны в мире Лишь только - мне и еще другому: Вы тот - вы сами, вы...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Да... это я!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): В наряде шутовском... Искателем нелепых приключений... Самолюбивый, гордый, мудрый Юрий! Хоть знаю, вижу, слышу, а поверить Я не хочу!
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Но иначе до вас Не мог достигнуть я... Я приезжал, Я к вам писал... другие за меня Просили вас... все тщетно оставалось! Меня к вам не пустили... Я ответа Не получал на письма... В старину Легко бывало рыцарям брать в приступ И города, и крепости, и замки, Где дамы их живали взаперти: Достигнет иль погибнет, вот и все! Но нынче, но в наш век, когда свободных Не запирают женщин, как невольниц, Наперекор хозяйской воле чинной В боярский дом, доступный всем,- Бродяге, нищему, лишь не ему, Ему, приговоренному к изгнанью, Поклоннику, отринутому ей... Я потерял надежду, я справлялся, Узнал о вашем странном роде жизни, Узнал, что нет мне к вам дороги; сам Лазутчиком преследовал вас тайно, И наконец, от вас однажды слышал О вашей прихоти пытать судьбу При помощи гадальщика... К кузине Я поскакал, молил ее - она Мне помогла в ваш скит, запретный всем, Войти без спроса вашего... Простите, Поймите!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Так недаром вашей речью Сомнение во мне пробуждено!.. Я угадала вас. Теперь скажите, Зачем вы здесь?..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): С повинной головою, С изнывшим сердцем... я, у ваших ног, Как кающийся грешник пред судьбой, Как богомолец робкий пред святыней, К которой он достиг чрез трудный путь, И долгий и далекий... Это я! И жду... жду слова вашего иль взора... Что скажете вы мне в свиданья час, За столько лет мучительной разлуки?
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Чего вам ждать?.. Вам, от меня?!. И что, Что вам сказать могла бы я?!
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): О Зоя! Вы мстительны?.. Как будто б не стояли Вы всякой мести выше...
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Я не мщу. Но я уже не знаю больше вас!.. Вы мне чужой... вы стали посторонним... Мне странно видеть вас...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): И до сих пор Вы не простили мне измены мнимой?..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Простить могу, забыть я не умею!.. Добро и зло равно живут во мне Воспоминаньем светлым или мрачным; Обидчику презренье! Но обида Язвительной стрелой в душе моей Останется... навек!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Вина моя Была, вы сами знаете, невольна! Не изменил я, не забыл я вас, Я удалился, покорясь судьбе... Но сердце было вечно полно вами, Одною вами... Много я страдал, Скитался по безрадостному свету, И вот, свободный, я пришел, я здесь, Я вас люблю... а вы?.. Вы как врага Встречаете меня!
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Вы мне не враг, Но и не друг!.. Давно мы разошлись, И жребии разрознилися наши... От вас отвыкла я... при встрече с вами Как будто льдом сковало грудь мою, Как будто смерть повеяла на душу...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): И прошлое,- оно совсем забыто, Оно вам ненавистно?..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Heт, оно Прошло!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Но если вы меня любили, Но если вы когда-то нарекли Меня достойным вас,- о! Зоя, Зоя! Взгляните, я тот самый Юрий ваш, Я лучше, я достойнее теперь. Испытанный и горем и борьбою... И я люблю вас, пламенней, нежнее. Моя судьба, и жизнь моя, и сам я, Все, все у вас в руках... теперь, вовек И навсегда!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Так это вы!.. Вы, Юрий, По-прежнему у ног моих... И что же?.. Глядите мне в глаза: мой дух спокоен, Как взор моих давно уснувших предков... Подайте вашу руку! Посмотрите: Мое недвижно сердце,- или бьется И медленно и ровно, как тогда, Когда свои цветы я поливаю Или кормлю любимых птиц ручных... Что? Какова я?.. Видите, меня Такою сделали вы сами, граф, Вы, жизнь и свет!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Смотрю на вас - и вижу, Лицом не изменились вы,- все та же И красота и свежесть, то же пламя И та же дума во взоре чудных глаз, Как будто бы вчера я вас оставил; А между тем где Зоя прежних лет? Что сталось с ней? где сердце? где душа?..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Я говорю вам, все убили вы! Вы первый познакомили меня С обманом, с недоверчивостью, с горем...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): О Зоя! виноватым я казался, Но не был виноват! - Отец велел, Отец призвал меня; предубежденье Его вооружило против вас; На наш союз он не давал согласья: Что было делать мне?.. И мог ли я Отвергнуть власть родительскую?
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Полно, О, полно вам бесстыдно призывать В защиту, в оправдание измены Родительскую власть!.. Зачем о ней, О этой власти, столь для вас священной, Помина не было, когда заря Любви взаимной вместе нам блеснула?.. Зачем, когда младую жизнь мою, Спокойствие мое вы возмутили, Когда моей любви искали вы, О ней молили, плакали, грозили Себя сгубить, зачем, зачем тогда Отцовской воли не спросились вы?.. Чтоб женщину завлечь, чтоб быть любимым, Вам все возможно, все пути прекрасны; Все в жертву ей готовы бросить вы, Лишь бы достичь запретный счастья сон! Все узы прочие забыты вами, Расторгнуты, и вот достигли вы! Она, исполнив свято чудный смысл Святого слова, кинет и разлюбит Отца и мать, и братьев, и сестер, И дом родной, и все, что было мило,- Она полюбит вас взамен всего И всех,- она предастся вам всей силой Души и воли, разума и сердца, И торжество покажется вам счастьем!.. И гордость назовете страстью вы! И вы вполне довольны, вы блаженны, Покуда вам не надоест блаженство!.. Покуда новой цели, новых мыслей Жизнь не представит вам с приманкой новой! Тогда, как призрак грозный и зловещий, Как привиденье, между ей и вами Вдруг встанет воля старого отца, Сыновний долг, родительская власть!.. И вам тогда все кажется легко Оконченным, решенным!.. Все в порядке, По светскому закону! Вы разбили Чужую жизнь, чужое сердце,- вы... Вы хуже, чем убийца,- душегубец. И вы пошли себе своей дорогой Спокойно, без оглядки, и ни в чем Не упрекнет вас совесть, и для вас Все это эпизод воспоминании, Быль в роде сказки... шалость... милый сон!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Нет, Зоя, нет, вы знать должны,- меж нами Иначе было: строгий мой отец Чтил, как закон, святыню убеждений И мнений вековых... Он вас не знал, Ему молва оклеветала вас. Балованная дочь, вы детской воле Свободно предавались; странной блажью И резкой откровенностью своей Вы раздразнили зависти змею, Вы нарекли гостиных нареканья, Вас свет чернил, стоустные рассказы Дошли до старика... Любя меня, Он вас боялся... он хотел, он думал Спасти от вас опутанного сына... И долго я боролся!.. Долго дни Болезненно тянулись в доме нашем, Меж споров, заклинаний, даже ссор... И наконец, отец мой одолел, Я отказался...
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Да! Когда весь свет, Весь этот свет лжемудрых фарисеев, На женщину восстал,- вы отступились; Вы отреклись от обвиненной И, как Иуда, предали се!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Когда бы знали вы, каким страданьем Я слабость роковую искупил!.. Когда бы вы могли, когда б хотели Прочесть в моих полуугасших взорах И на челе, изборожденном рано Следами скорби, повесть дней моих, Испепеленных в зное лихорадки, Погубленных в холодном отвращенье От всех и от всего, что заменить Старалось вас!.. Без Зои и без счастья, И без любви я прожил, я истратил Невозвратимо лучшие года Моей ненужной жизни. Тщетно я Искал везде рассеянья иль страсти; Напрасно жаждал я покоя забытья, Хотя покоя... Нет! Ваш светлый образ За мной бродил, как призрак гробовой, И память счастья прошлого была Мне вечно тяготеющим проклятьем...
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Зато сыновний долг исполнен вами!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): О! более, чем самая судьба, Неумолимы вы!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Зачем пришли вы?.. Зачем возобновлять былого горечь?.. Давно я истребить в себе успела Несносный говор памяти упрямой; Я даже - полюбить хотела вновь, Надеялась привязанностью новой Любви минувшей голос заглушить... Не удалось!.. Но я была покойна; Я примирилась с долею земною; Молитвой и мечтой, в уединенье, Уврачевала я больное сердце; И, видит бог! ни злобы, ни упрека Уж не было во мне: но вы явились, Но с давней раны сняли вы повязку, И снова кровь живая заструилась... И снова больно, душно, тяжко мне!.. Уйдите, ради бога!.. Я молю вас, Уйдите; граф!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Постойте!.. День еще Пробыть мне дайте с вами!.. Успокойтесь!
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Я слишком вас любила, чтоб теперь Мне как чужого вас встречать и видеть! Мы слишком были близки, чтобы нам, Теперь едва знакомым, посторонним, Сходиться равнодушно! Друг для друга Мы умерли! Зачем же мертвецов Нам воскрешать и тени их тревожить?..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Пусть время вас приучит понемногу Сперва ко мне... потом к любви моей!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): А там?.. Нет, не могу!.. Когда хотите, Чтоб видеть вас могла без гнева я,- Забыть меня заставьте!.. Истребите И мысль и память заодно во мне!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Что делать мне, чем заслужить пред вами Прощение и мир? Чем доказать, Как пламенно, как искренно люблю я?
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Вы любите?.. я верю вам!.. но я,- Я не могу любить!.. Теперь уж поздно!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): О Зоя! вы так молоды, так пылки! Так много лет еще осталось вам Прожить, прочувствовать: еще, быть может, Пора любви для вас не миновала, Возможность счастья не прошла для вас!..
Зоя (Нелюдимка, Ростопчина): Но счастье,- уж не вы... Теперь довольно! И голова и сердце,- все в волненье; Былого демон над душой моей Парит, как хищный ворон; он твердит мне О страшных испытаниях, о пытке, О всем, мной пережитом... Надо мне Заговорить враждующую силу В спасительной тиши уединенья!
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Ах! Господи! прости мне прегрешенье! Да что же сталось с ней? Она уходит, Заплаканы глаза, сама дрожит, Бледна как полотно... Ахти!.. Творец мой! Заступница святая! Что я вижу? Граф наш! Батюшка! Родимый! Мой сокол ясный!.. Ты ли это вправду?.. Пришлось опять нам свидеться с тобою! Благослови господь тебя, приезд твой!.. Ах! радость, радость-то какая нам!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Да, няня, это я!.. но не на радость! А чтоб проститься вновь и навсегда!
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): И, что ты, ненаглядный! Как проститься! Зачем проститься?.. Ты жених, ты барин, Ты свет желанный наш!..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Нет, няня, нет! Жених я - без невесты... Зоя гонит Меня отсюда... Зоя ненавидит Теперь меня... О прежнем нашем счастьи Ни думать, ни гадать не должен я...
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Да как же так, сиятельный красавец Ты мой? Как можно ей так поступать С твоею милостью? Ведь сам покойник Тебя любил и жаловал; ведь ты Еще при нем был нареченный ей! Все эти пустяки, весь этот вздор Она тебе сказала так, для шутки... Ты испугал ее!.. Она сама От радости, я чай, души не слышит, Что возвратился ты...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Нет, няня, нет! Она не рада мне; она признать Не хочет прав давнишних, устаревших... Да ты сама, ты знать должна всю правду: Что думает она?.. как про меня В разлуке и размолвке говорила?.. Что было с ней, когда мы с ней расстались?..
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Ведь без меня все это приключилось, Я ничего не знаю по сей день. С тех пор, как Зоя здесь, она ни разу Не намекнула даже о тебе; Про прошлые года и ни словечка!.. А в мысли что у ней или на сердце, Того никто не видит!.. Мудрена И недотрога, бог с ней! Много, много В ней перемен... Ах! много, много горя Перенесла я, глядя на нее...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Она меня не любит больше! Нет, Обманывать себя не стану я! Но, может быть, она другого любит?.. Кто этот гость, что так давно уж здесь? Зачем он не уедет!.. С ним у ней Какие отношенья?..
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Напомнил мне ты, батюшка,- письмо Несла я к Зое, от него, от гостя... Да с радости, с испугу, как тебя Я взвидела,- так все из рук упало, И я про все забыла...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Что? письмо? Зачем письмо, когда он говорить С ней может ежечасно?..
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Вот оно! Что тут он пишет, бог весть! Но отдать Я все-таки должна ей,- и отдам!
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Ты мне не отвечаешь: он зачем Здесь зажился?.. Он нравится ли Зое?
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Уж это нет! Наверное скажу! Она над ним смеется целый день И так его дразнит и бесит, Что иногда он вскочит, как безумный, Да бросится от ней куда попало, То в сад уйдет, то в рощу убежит... Да ненадолго, правда! Скоро, смотришь, Сойдутся, помирятся и толкуют, Как будто ничего и не бывало.
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Все это признаки - не отвращенья, А разве благосклонности!.. Быть может, Она хитрит... свои скрывает чувства, Чтоб испытать его!.. Он, по рожденью, По самому себе, почти ей пара... Я опоздал!.. О! мог ли я подумать? О, Зоя, Зоя!.. Сколько лет я ждал Моей свободы... как тепло я верил, Что вновь найду и обрету тебя!.. Кто б предсказал такую мне развязку?..
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Где барыня?.. Ты, няня, отдала Мое письмо?..
Няня (Нелюдимка, Ростопчина): Я не нашла ее... Сейчас пойду...
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Скорее, ради бога!
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Какая прыть!.. Заботливость какая!.. Хозяйка не должна без позволенья От глаз укрыться...
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Это вы?.. Что вижу?.. Такая перемена... Ба! ба! ба! Вот бесподобно!.. Мудрый наш колдун Вдруг превратился... джентельменом стал... Ну, поздравляю!.. И точно приключенье Из старого романа мисс Радклиф!.. Таинственный приезд, чужое имя, Названье и искусство колдуна,- Тут все, все принадлежности, припасы Таинственной развязки...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Может быть, Развязка не замедлит... Но мы двое Разыгрываем здесь плохой роман; Когда не ошибаюсь, есть и встречи, Устроенные в рощах удалыми Охотниками до невест богатых... Есть и пари - и очень дорогие, Об ловеласовских успехах... Есть Приятели-наперсники... есть средства Упасть удачно с лошади, хромать И быть больным под нежным попеченьем Сиятельной сиделки сердобольной...
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Тогда, чтоб довершить роман забавный, Найдутся и шпионы, чтоб следить За похождением героя...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): О! Герой-то тут лишь смотрит Дон-Кихотом...
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Послушайте, вы, кажется, хотите Со мною объясненья? - Я согласен; Но прежде знать хочу и вправе знать, Кто вы?.. О мне самом, я вижу, вам Подробно все известно... Но, про вас, Иное дело!.. Кто себя скрывает Под именем чужим, тот подозренью Все поводы представил...
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Я - граф Юрий!
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): А, если так,- прекрасно! Очень рад Противника достойного я видеть. Граф Юрий!.. Это имя объяснило Мне все, чего понять не мог я вдруг... Когда ж и где?..
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Сейчас! Здесь парк обширен, Удобное легко отыщем место.
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): Нет, не сейчас, а завтра, завтра утром: Мне нужно секунданта предварить, Соседа, друга. Вам, надеюсь, любо, Чтоб он свидетель был для нас обоих, Чтоб избежать огласки?
Граф (Нелюдимка, Ростопчина): Как угодно! Так завтра мы стреляемся,- сегодня Мы - добрые знакомые, друзья, Два гостя у радушливой хозяйки! Пойдемте ж к ней! Ни словом и ни взглядом, Надеюсь, не изменим мы себе?
Валентин (Нелюдимка, Ростопчина): О! можете спокойны быть! пойдемте!
Эсаул (Война и мир, Булгаков): Едет кто-то... Офицер...
Петя (Война и мир, Булгаков): От генерала. Извините, что не содеем сухо... Вот говорили все, что опасно, опасно... Впрочем, у меня два пистолета...
Денисов (Война и мир, Булгаков): Ростов! Петя! Да как же ты не сказал, кто ты? Михаил Феоклитыч! Ведь это опять от немца, он при нем состоит. Ежели мы его сейчас не возьмем, он у нас из-под носа выг'вет!..
Эсаул (Война и мир, Булгаков): Гм..
Петя (Война и мир, Булгаков): Будет какое приказание от вашего высокоблагородия?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Пг'иказания?.. Да ты можешь ли остаться до завтг'ашнего дня?
Петя (Война и мир, Булгаков): Ах, пожалуйста... Можно мне при вас остаться?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Да как тебе велено от генерала?
Петя (Война и мир, Булгаков): Да он ничего не велел, я думаю, можно?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Ну, ладно.
Петя (Война и мир, Булгаков): Только вы пустите меня в самую главную!.. Василий Федорович! Пожалуйста!
Денисов (Война и мир, Булгаков): В самую главную?.. Пг'ошу слушаться и никуда не соваться...
Петя (Война и мир, Булгаков): Ах, вам ножик? Возьмите, пожалуйста, себе. У меня много таких. Я у нашего маркитанта купил. Очень честный. Это главное... Это кто?
Эсаул (Война и мир, Булгаков): Пленный барабанщик. Венсон Босс зовут.
Петя (Война и мир, Булгаков): А можно дать ему чего-нибудь поесть?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Можно.
Петя (Война и мир, Булгаков): Позвольте вас поцеловать, голубчик. Bosse! Vincent! foot Хотите есть? Не бойтесь, вам ничего не сделают. Voulez-vous manger? N'ayez pas peur, on ne vous fera pas de mal.
Босс (Война и мир, Булгаков): foot Благодарю. Merci, monsieur!
Долохов (Война и мир, Булгаков): Давно у тебя молодчик этот?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Нынче взяли, да ничего не знает.
Долохов (Война и мир, Булгаков): Ну, а остальных ты куда деваешь?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Как куда? Отсылаю под г'асписки! И смело скажу, что на моей совести нет ни одного человека!
Долохов (Война и мир, Булгаков): Вот молоденькому графчику в шестнадцать лет говорить эти любезности прилично, а тебе-то уж это оставить пора!
Петя (Война и мир, Булгаков): Что ж, я ничего не говорю...
Долохов (Война и мир, Булгаков): Ну этого ты зачем взял к себе? Затем что тебе его жалко? Ведь мы знаем эти твои расписки. Ты пошлешь их, а они помрут с голоду или их побьют. Так не все ли равно их не брать?
Денисов (Война и мир, Булгаков): Помг'ут? Только бы не от меня...
Тихон (Война и мир, Булгаков): Французы! В гору выдираются. Вот они!
Денисов (Война и мир, Булгаков): Бг'ать?
Петя (Война и мир, Булгаков): Брать, брать!..
Эсаул (Война и мир, Булгаков): Место удобное.
Денисов (Война и мир, Булгаков): Бг'ать! Пехоту низом болотами... Вы заедете с казаками оттуда...
Эсаул (Война и мир, Булгаков): Лощиной нельзя будет, трясина. Коней увязишь, надо объезжать полевее... Денисов . Беги, давай сигнал!
Петя (Война и мир, Булгаков): Василий Федорович, вы мне поручите что-нибудь? Ради Бога!..
Денисов (Война и мир, Булгаков): Слушаться меня и никуда не соваться. Лежать в шалаше. Сигнал!
Петя (Война и мир, Булгаков): Пехоту обождать... Ура-аа!..
Долохов (Война и мир, Булгаков): Готов.
Денисов (Война и мир, Булгаков): Убит?
Графиня (Война и мир, Булгаков): Соня... Соня... Последние несчастные обстоятельства... Ведь мы потеряли все имущество в Москве... Одно спасение, чтобы Николай женился на Болконской... Разорви свои связи с Николаем, напиши ему! Соня, ты напишешь Николеньке!
Соня (Война и мир, Булгаков): Мне слишком тяжело думать, что я могу быть причиной горя или раздора в семействе, которое меня облагодетельствовало. Я сделаю все, я на все готова, я напишу Nicolas, чтобы он считал себя свободным!
Графиня (Война и мир, Булгаков): Соня, Сонечка!
Дуняша (Война и мир, Булгаков): Несчастье, о Петре Ильиче письмо.
Граф (Война и мир, Булгаков): Петя... Пе... Петя...
Графиня (Война и мир, Булгаков): Наташу, Наташу! Неправда! Он лжет! Наташу! Подите все прочь, неправда! Убили! Неправда!
Граф (Война и мир, Булгаков): Графинюшка!
Наташа (Война и мир, Булгаков): Друг мой! Маменька!
Графиня (Война и мир, Булгаков): Как я рада, что ты приехал. Ты похорошел и возмужал!
Наташа (Война и мир, Булгаков): Маменька, что вы говорите!
Графиня (Война и мир, Булгаков): Наташа! Его нет больше!
Соня (Война и мир, Булгаков): Я жертвую, жертвую. Я привыкла жертвовать собой! Но прежде, жертвуя собой, я становилась более достойна Nicolas! A теперь, теперь жертва в том чтобы отказаться от того, что составляло всю награду жертвы, весь смысл жизни! Я горечь чувствую к вам! Горечь! Вы меня облагодетельствовали, чтобы больнее замучить. Ну что же, я жертвую!
Чтец (Война и мир, Булгаков): О той партии пленных, в которой был Пьер, во время всего движения от Москвы, не было от французского начальства никакого распоряжения. Партия эта 22 октября находилась уже не с теми войсками и обозами, с которыми она вышла из Москвы. Из 330 человек, вышедших из Москвы, теперь оставалось меньше ста. Пленные еще больше, чем седла кавалерийского депо и чем обоз Жюно, тяготили конвоирующих солдат. Седла и ложки Жюно, они понимали, что могли на что-нибудь пригодиться, но для чего было голодным и холодным солдатам стоять на карауле и стеречь таких же холодных и голодных русских, которые мерзли и отставали дорогой, которых велено было пристреливать, это было не только непонятно, но и противно. И конвойные, как бы боясь в том горестном положении, в котором они сами находились, не отдаться бывшему в них чувству жалости к пленным и тем ухудшить свое положение, особенно мрачно и строго обращались с ними.
Каратаев (Война и мир, Булгаков): И вот, братец ты мой... И вот, братец ты мой...
Пьер (Война и мир, Булгаков): Каратаев! А, Каратаев!.. Что? Как твое здоровье?