xnsmv/rusdracor_speech huggingface dataset:
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Иван Петрович, почем же я знал? Я человек не практический и ничего не понимаю. Ты мог бы сам прибавить себе, сколько угодно.
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Зачем я не крал? Отчего вы все не презираете меня за то, что я не крал? Это было бы справедливо, и теперь я не был бы нищим!
Мария Васильевна (Дядя Ваня, Чехов): Жан!
Телегин (Дядя Ваня, Чехов): Ваня, дружочек, не надо, не надо... я дрожу... Зачем портить хорошие отношения? Не надо.
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Двадцать пять лет я вот с этою матерью, как крот, сидел в четырех стенах... Все наши мысли и чувства принадлежали тебе одному. Днем мы говорили о тебе, о твоих работах, гордились тобою, с благоговением произносили твое имя; ночи мы губили на то, что читали журналы и книги, которые я теперь глубоко презираю!
Телегин (Дядя Ваня, Чехов): Не надо, Ваня, не надо... Не могу...
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Не понимаю, что тебе нужно?
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Ты для нас был существом высшего порядка, а твои статьи мы знали наизусть... Но теперь у меня открылись глаза! Я все вижу! Пишешь ты об искусстве, но ничего не понимаешь в искусстве! Все твои работы, которые я любил, не стоят гроша медного! Ты морочил нас!
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Господа! Да уймите же его, наконец! Я уйду!
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Иван Петрович, я требую, чтобы вы замолчали! Слышите?
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Не замолчу! Постой, я не кончил! Ты погубил мою жизнь! Я не жил, не жил! По твоей милости я истребил, уничтожил лучшие годы своей жизни! Ты мой злейший враг!
Телегин (Дядя Ваня, Чехов): Я не могу... не могу... Я уйду...
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Что ты хочешь от меня? И какое ты имеешь право говорить со мною таким тоном? Ничтожество! Если имение твое, то бери его, я не нуждаюсь в нем!
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Я сию же минуту уезжаю из этого ада! Я не могу дольше выносить!
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Пропала жизнь! Я талантлив, умен, смел... Если бы я жил нормально, то из меня мог бы выйти Шопенгауэр, Достоевский... Я зарапортовался! Я с ума схожу... Матушка, я в отчаянии! Матушка!
Мария Васильевна (Дядя Ваня, Чехов): Слушайся Александра!
Соня (Дядя Ваня, Чехов): Нянечка! Нянечка!
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Матушка! Что мне делать? Не нужно, не говорите! Я сам знаю, что мне делать! Будешь ты меня помнить!
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Господа, что же это такое, наконец? Уберите от меня этого сумасшедшего! Не могу я жить с ним под одною крышей! Живет тут , почти рядом со мною... Пусть перебирается в деревню, во флигель, или я переберусь отсюда, но оставаться с ним в одном доме я не могу...
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Мы сегодня уедем отсюда! Необходимо распорядиться сию же минуту.
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Ничтожнейший человек!
Соня (Дядя Ваня, Чехов): Надо быть милосердным, папа! Я и дядя Ваня так несчастны! Надо быть милосердным! Вспомни, когда ты был помоложе, дядя Ваня и бабушка по ночам переводили для тебя книги, переписывали твои бумаги... все ночи, все ночи! Я и дядя Ваня работали без отдыха, боялись потратить на себя копейку и всё посылали тебе... Мы не ели даром хлеба! Я говорю не то, не то я говорю, но ты должен понять нас, папа. Надо быть милосердным!
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Александр, ради бога, объяснись с ним... Умоляю.
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Хорошо, я объяснюсь с ним... Я ни в чем его не обвиняю, я не сержусь, но, согласитесь, поведение его по меньшей мере странно. Извольте, я пойду к нему.
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Будь с ним помягче, успокой его...
Марина (Дядя Ваня, Чехов): Ничего, деточка. Погогочут гусаки – и перестанут... Погогочут – и перестанут...
Соня (Дядя Ваня, Чехов): Нянечка!
Марина (Дядя Ваня, Чехов): Дрожишь, словно в мороз! Ну, ну, сиротка, бог милостив. Липового чайку или малинки, оно и пройдет... Не горюй, сиротка... Ишь расходились, гусаки, чтоб вам пусто! У, чтоб тебя!
Серебряков (Дядя Ваня, Чехов): Удержите его! Удержите! Он сошел с ума!
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Отдайте! Отдайте, вам говорят!
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): Пустите, Hélène! Пустите меня! Где он? А, вот он! Бац! Не попал? Опять промах?! А, черт, черт... черт бы побрал...
Елена Андреевна (Дядя Ваня, Чехов): Увезите меня отсюда! Увезите, убейте, но... я не могу здесь оставаться, не могу!
Войницкий (Дядя Ваня, Чехов): О, что я делаю! Что я делаю!
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Всё к лучшему идет, теперь я вижу ясно. Но согласится ли?.. Сомнение напрасно: В Миленушку мою он по уши влюблен; И, будучи ее красою ослеплен, Конечно, он на всё со мною согласится, Чтоб только как-нибудь на ней ему жениться. Ага! Правдин! теперь ты в лапки мне попал. Ты много мне и сам всегда надоедал; Теперь и я тебя, голубчика, поддену. Лишь дело сделаю, то в тот же час Милену И в церковь - а ему с поклоном откажу. Как будет весело!.. Уж прямо удружу Правдину! - За это ведь он в протест не вступит И силой за себя дочь выдать не принудит. Теперь мне надобно лишь только смастерить - Сговор Миленушки на время отложить. Да это пустяки! - Мне стоит притвориться Больным на несколько, и тем отговориться, Конечно, я могу - а прочим невдогад... О, выдумка добра! - пойдет теперь на лад. - Провор!
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Тотчас, сударь!
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Беги скорей к Правдину: Проси его ко мне. Постой! - прибью скотину: Не выслушав идешь. - Скажи, что нужда в вас Прекрайняя, дескать, пожалуйте сейчас. Да голову сломя беги!..
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Сейчас слетаю.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ах, если б в том успеть, что сделать я желаю! Так тысяч десять бы ввалилось мне в суму. Кусочек этакой схватить бы хоть кому Не грех! - Но что же я? - Мне должно подвязаться. Теперь могу больным, конечно, показаться; И если бог мне даст окончить это всё, В отставку тот же час. - Желание мое Поместьице купить.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ба!.. зятик нареченный - Желаю здравствовать.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Поклон мой препочтенный Поутру вам еще хотел икскузовать, Да время не имел. - Еще было дневать На съезжей частный мне велел другие сутки, Но тут отделался - пошел - смотрю, у будки Десятские мои дерутся меж собой: Давай я их мирить - и так на мировой, Признаться, нечего, изрядно куликнули, Легли поотдохнуть, да плотно так заснули, Как мертвые - и я теперь лишь только встал. А вследствие сего к вам быть и опоздал: Проступку моему прошу явить прощенье.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): К чему тут лишнее такое извиненье Между приятелей изволишь затевать?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я должен вас отцом моим решпектовать, И с праздником моя долг поутру бы поздравить.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Нельзя ль излишние учтивости оставить? Садись-ко... да скажи, здорово ли живешь?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Всё потихохоньку, вперед-таки ползешь По власти божеской и вкупе командерской. Был, правда, на меня один нахал продерзкой, Однако ж я его кой-как таки спихал. В невинности себя сотнягой оправдал. Да вам что сделалось? что вы так подвязались?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): В гостях я был вчерась; да, знаешь, понабрались Пивца и пуншику, с того и охмелел. Пошел домой пешком, да так переколел, Что с нуждою большой я до дому добрался И эту ноченьку глаз с глазом не смыкался: Колотье страшное, а лом во всех костях; И зубы поднялись...
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да есть в ведомостях, На прошлой, помнится, объявлено седьмице, Что новый дохтур здесь находится в столице. Какой-то он привез из-за моря бульон, Что лечит всяку боль; а жительствует он В Рожественской части, в тринадцатом квартале, От брата, думаю, двора чрез три, не дале; Так не прикажете ль?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ох! нет, я не хочу; Его лекарствами я боль не излечу. Заморски доктора для знатных лишь годятся; В них всё немецкие недуги состоятся; А мне ненадобно. - Спасибо за совет. Мне, право, не совсем наскучил этот свет. Я знаю, каковы все эти шарлатаны! Они лишь набивать умеют здесь карманы; А там хоть уморят, им это ничего - Ведь явочной тогда не брякнешь на него.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Конечно...
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я теперь лишь вот о чем жалею, Что должен твой сговор с Миленушкой моею (Ох, колет как меня!) сегодня отложить. Ох! - знаю это я, что будешь ты тужить; Но, право, не могу - престрашная ломота, То судорога гнет, то сильна потягота.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Что делать мне теперь? Ну как не горевать? По крайней мере я могу ли уповать, Что оздоровевши свершите это дело?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): О!.. в этом на меня уж ты надейся смело! Я всею честностью судейскою божусь: Как скоро от своей болезни свобожусь, Или хоть мало я начну перемогаться, Так это первое, что буду я стараться Без дальнейших чинов скорей вас обвенчать.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Дай бог, чтоб поскорей нам это окончать! Однако ж бы я вам советовал лечиться, Быть может, что болезнь без этого продлится. Коль в страхе вы себя французу поручить, У нас есть будочник - ужасно зол лечить.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): А разве медике ваш будочник учился?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Он прежде в конюхах придворных находился; А там какой-то был из немцев коновал, Всю хиромантию и дохтурство он знал - Так этот круг него всегда почти вертелся И медицинии препропасть насмотрелся: Припарку ли сварить, проносное ли дать, Всё знает. Мне вот он старался помогать.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Что это у тебя?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): За храбрость дали звезду. Третьеводни я был в театре у разъезду, Так кучер там меня нечаянно задел По роже кулаком.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): И ты не возымел Претензий на него?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да где мне с ним тягаться! Тебя же обвинят. - Ну как, дескать, связаться Не стыдно с кучером. - Да это мне пустяк; Случается, что нас колотят и не так.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да, должность такова! - тут нечему дивиться; Зато в другой статье ущерб вознаградится.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Чуть-чуть я новость вам сказать не позабыл. В прошедшем месяце один в театре был Знакомый мне купец, из англичан природных: В кармане у него вещей каких-то модных Случилося тогда на тысячу рублев - Стянули это всё. - Ну где искать воров? Так дело кончено, вещицы все пропали. Случилось, мы в одну беседу с ним попали. Не знавши, чем завесть получше разговор, Спросил я у него: не слышен ли тот вор, Который обокрал вас очень преисправно? В ответ он мне на то: "Я слышал-де недавно, Что вещи у меня Юпитер все покрал; Живет в Олимпе он, но я не отыскал Квартиры-де его". - "Я это всё узнаю, - Сказал ему, - тотчас и вора вам поймаю". Ушел не медливши, но думаю: постой! В Олимпе?.. в городе нет улицы такой; Ошибся точно он, - в Коломне это, верно! Лизнул туда - нашли кой-как разноманерно С квартальным тамошним искавший нами дом; Взошли в него - сидит хозяин за столом, Сапожник-старичок, фамилией он Питер. Конечно, это он! одной лишь нет из литер, - Так это пустяки. - Тотчас его в допрос: "Послушай, немчура! ты мебели унес Недавно у купца в театре из кармана?" - "Ни шнаит это мой". Мы на цепь бусурмана И в съезжий двор, а там давай его тузить. В три дни проклятого не мог я согласить, Что называется по-русски он Юпитер. "Ни шнай мой нишаво, фамилия мой Питер". Ну только и твердит проклятый немчура. "Послушай, говорю, опомнися!.. пора - Зовешься Питер ты?" - "Та!" - "Это по-французски, А быть Юпитером ты следуешь по-русски". Ну бился, бился - так и бросил я его.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Скажи же наконец, что вышло из того?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Купцу я рассказал, как с немцем я простался; Он со смеху часа четыре надрывался, А после плакать стал, когда окончил смех. "Ведь я-де пошутил; ну как тебе не грех: Юпитер и Олимп одни лишь только басни Из острологии". - Забыл я, хоть изгасни; В Исторьи Римской сам я про это читал.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Какие новости?.. и рыло подвязал. Сейчас хотел прийти... Десятский из управы За вами прибежал.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Зачем?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Никак в приставы Хотят вас произвесть.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я? - ничего.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): И впрямь в приставы захотел.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Куда ж ты, зятюшка, бежишь? - и не простился.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Простите вы меня: ей-ей, заторопился; Однако же сейчас опять я к вам приду.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Не знаете, сударь? - ведь он попал в беду.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): В какую?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Эту ночь насквозь они всё пили С командою своей, а там не поделили Чего-то меж собой. Притом излишний хмель В них тотчас произвел кулачную дуэль. Сегодня это всё начальники узнали: Иных батажняком немного покатали; А Крючкострой, имев оффиции титул, Избавлен - послан лишь к тюрьме на караул На месяц, не в зачет. Мне кажется, что строго Весьма наказан он.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ну?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Всё, сударь.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Немного. Ах ты дурак, дурак! - Какая ж тут беда? На месяц-то ведь он поставлен без суда, Так что ж?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): А честь-та тут неужто не страдает?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): И эта бестия о чести помышляет! Ну может ли судить о честности свинья?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Вот в этом-то, сударь, согласен с вами я! Да вам что сделалось?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Тебе какое дело?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Взглянув, сударь, на вас, так сердце закипело. В лакеях также есть чувствительны сердца. Не так, как барина, - люблю вас как отца.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я болен.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Больны вы?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да что же тут за диво?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да вы здоровы...
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Вон!..
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): О!.. слишком неучтиво.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Начало хорошо, потребен лишь конец. Пускай-ка свадебку потерпит молодец. Теперя надобно как можно нам стараться Правдина уломать. - Да как ему не сдаться! Милена повернет точнехонько им так, Как добрый секретарь законами. - Никак, Правдин идет.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ужель прошло ожесточенье?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ты сделал мне, Правдин! несносно огорченье, На старости меня обидел ты до слез, Обиду страшную с бесчестием нанес. И если б захотел по форме я судиться, То худо бы весьма с тобой могло случиться; Но нет, я не таков - я это всё забыл, И вот что в пользу я твою определил: Хотя ты сделал мне обиду пресмертельну, Но поелику дал ты рану неисцельну Миленушке моей... на сердце от любви, И сам ты чувствуешь любовный жар в крови, То вследствие сего имея состраданье, Хочу усовершить я ваше всё желанье И, словом, за тебя Милену отдаю.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Что слышу! - жизнь теперь вы отдали мою! Чувствительности всей нет сил изобразить. Не медлите мое вы счастие свершить.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Осталась мне теперь малейшая кавычка: Есть просьбица к тебе, и очень невеличка, - Исполни мне ее.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Коль станет только сил, Всё сделаю.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ага! не так заговорил. Послушай же, Правдин, ты знаешь это дело, Которое решить Правленье нам велело По тяжбе двух дворян - окончим мы его. Клянусь, что от тебя вовек мой ничего Не стану требовать услуги этой боле. Ты знаешь, что оно теперь ведь в нашей воле, И можем мы его так сделать, как хотим; Лишь только не мешай упрямством ты своим И согласись со мной: мы сделаем решенье, Чтоб всё по оному досталося именье Зловредову.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я вам о том уже сказал, Что правил совести я ввек не нарушал. Вы сами знаете, что иск его подложный, То как вам требовать сей вещи невозможной, Чтоб согласился я, всю точность дела знав, Отдать имение ему без всяких прав?
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Он десять тысяч прав наличных представляет Пренеоспоримых.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Меня всё это удивляет, Что для прибытка вы лишь только своего Хотите приступить защитой быть того, Который собирал грабительством богатство, Для коего ничто и само святотатство, Кто изверг общества и всем наносит вред.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Чужие осуждать пороки нам не след; Мы видим грешников, а кающих не видим. Он часто от людей бывает сам обидим, Но терпит.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Если нам пороков не судить, То можем мы себя в такие ж погрузить. Но только нам судить их должно беспристрастно И сравнивать себя с судимым повсечасно.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да это всё не то! - Как дельце-то свахлять, Об этом надобно как можно помышлять.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я вам уже сказал, что это невозможно. Страшусь подумать я, чтоб сделать так безбожно И у несчастного последнее отнять. Возможно ли!
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Смотри ж, чтоб после не пенять. Когда ж на это ты со мной не согласишься, Так знай, что навсегда Миленушки лишишься.
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Закона своего ничем не преступлю И гнусной сей ценой Милены не куплю. Пускай меня любовь повсюду угнетает, Пускай мне в сердце яд она приготовляет, Но я не отступлю от должности своей.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ну, хочешь ли, я дам две тысячи рублей Из тех, что мне дают?
Правдин (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Прошу, не обижайте! Сей подлостью меня отнюдь не унижайте. Когда любовь меня не может преклонить, За деньги ли могу от правды отступить? Желаю лучше быть несчастливым и бедным, Чем посрамить себя прегнусным и превредным Таким поступком.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Эх! письмо еще писать. Правдин! не можешь ли немножко подождать? Поди к Миленушке, а я тотчас к вам буду, Письмо окончивши.
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Подденет там на уду Миленушка тебя!
Кривосудов (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Каков же мой Правдин? И судит ли из всех приказных хоть один Так глупо и смешно? - Чтит совести упреки И честью дорожит. - Последние, знать, веки! Вот нынеча у нас каки секретари! Как станешь с ними жить? - Пострел их побери! Ну ежели его и дочь не уломает, Что делать мне тогда? - И ум не постигает! Нет, видно, денежек уж этих не видать! Да ништо это мне! Не черт велел принять Его в секретари. - Я сам всё домогался Ученого иметь, - теперь вот и попался Носком в чернильницу. Но мог ли предузнать? Однако ж я пойду Милене помогать: Авось нам вообще поддеть его удастся. Миленушка никак не может догадаться, Что это ей обман. - Гей! Если кто придет, Скажи, что буду вмиг.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Сам черт не разберет, Какие у него пронырства и ухватки! Есть, правда, у меня на всё-таки догадки; Но это для чего? - Никак не доберусь. Ну, нечего сказать, уж подлинно что гусь! Наверно, с хитрости он это подвязался, И что-нибудь да есть. - К Правдину подбивался Он что-то ласково - не мог расслушать я. Дать можно аттестат, что в форме он судья; Без выгоды своей не сделает и шагу, Со свечкой не найдешь подобного сутягу.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Скажи мне, ангел мой, что делается там?
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Я думаю, что быть великим хлопотам. Правдин на просьбы их не хочет согласиться. Милена плачет взрыд, а старый черт бранится. Ну каша сущая.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Помилуй, что за вздор! Правдина просят?
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да. - А разве ты, Провор, Не знаешь этого?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Не знаю.
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Недосужно Теперь рассказывать. - Нам время это нужно. Я с радостью к тебе, Проворушка, пришла.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Вот новое еще! Какую-то нашла Ты радость?
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Может быть, совсем не будет свадьбы. Ну, знаешь ли? ведь к нам приехал из усадьбы Миленин дядюшка.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Неужто Прямиков?
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Да.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Где же он теперь?
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Ты знаешь, он каков: Мундира не надев, не хочет показаться. Пошел к нам в задние покои одеваться. Беги к нему теперь и всё перескажи. Проси о помощи. Пожалуй, услужи; А барышня тебя, конечно, не оставит.
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Приказ твой в точности во всей Провор исправит. Я лясов дядюшке изрядных наточу И дело всё на свой салтык поворочу.
Стрела (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Правдин на честности с ума изволил сбиться. Нет, право, лишнее всё в свете не годится. Всё в меру надобно. - А эта лишня честь Великий может вред обоим им принесть. Теперь последняя надежда остается; Но ежели и та, к несчастью, разорвется - Беда! Но, может быть, к нам бог его послал, Чтоб барышнино он мученье окончал. Пойду и я к нему. Уйтить, прильнет, как клейстер.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Милена! жизнь моя! души полицеймейстер! Клянусь управою, что я тебя люблю; Нет сил экспликовать, что я от ней терплю, Увижу только где прелестной взор Милены - Наружные мои и внутренни все члены Восчувствуют в себе смятение и жар. Идти к ней тороплюсь как словно на пожар; Но, знать, она мою любовь к себе не знает, Увидевши меня, всечасно убегает. Хотя она ко мне сурова и груба, Мой пламень не зальет ни лучшая труба. Но для чего не шел теперя я за нею?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Пренизкий мой поклон представить честь имею.
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Здорово!
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Смею ль вас вопросцем утрудить?
Крючкострой (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): Каким?
Провор (Неслыханное диво, или честный секретарь, Судовщиков): В управу вы изволили ходить?