Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04493.jsonl.gz/9

Казацкая станица на берегах Красного моря
Архимандрит Паисий
Новая Москва
Наконец, 6 января 1889 года «Амфитрида» вошла в Таджурский залив. Таджура, небольшое поселение на побережье нынешнего Джибути, находилась под протекторатом Франции.
Формальным правителем там был султан Мохаммед Сабех, с которым Ашинов успел сдружиться во время предыдущего посещения этих мест.
Россиян, не бывавших до этого в Африке, поразил вид его «дворца»: четыре шалаша из тонких прутьев, «что-то среднее между малоросской избой и куренем».
В Таджуре экспедицию встретили четверо казаков, которых Ашинов оставил для охраны багажа и припасов в свой предыдущий приезд, а также абиссинские священники, тоже ждавшие прибытия экспедиции.
Их и тех абиссинских монахов, которых Ашинов забрал из Порт-Саида, направили в глубинные районы Абиссинии с посланиями негусу Иоанну, Рас-Алуле и правителю области Шоа Менелику.
Караван должен был вернуться обратно не раньше, чем через два месяца. Поэтому Ашинову следовало найти пристанище для отряда. В сорока километрах к юго-западу от Таджуры находился старый заброшенный египетский форт Сагалло, расположенный на землях, которые принадлежали знакомому атамана, данакильскому вождю Мохаммеду Лейта.
Его русские сразу прозвали «Пушкиным» из-за внешнего сходства с поэтом... 14 января казаки разместились в Сагалло, провозгласив создание Hовой Москвы; над фортом, где была устроена походная парусиновая церковь во имя св. Николая, подняли торговый флаг и флаг религиозной миссии.
Для строительства ашиновцы привезли с собой лес; на земельных участках посадили саженцы из России и пятнадцать тысяч черенков винограда лучших крымских сортов. Прекрасно привились вишни и черешни. В Александрии были закуплены около ста масличных, лимонных и апельсиновых деревьев. На огородах высадили огурцы, дыни, помидоры, арбузы...
Разведка местности в окрестностях Сагалло обнаружила наличие соли, железной руды, каменного угля, а также горячий серный источник. В общем, жизнь в Новой Москве, или как ее еще называли, станице Московской, стала постепенно налаживаться.
Однако, несколько человек из состава экспедиции бежали в Обок, французскую факторию на побережье неподалеку от Таджуры. То ли дезертирам не нравилась довольно жесткая дисциплина и единоначалие, то ли условия жизни показались не из легких, — но, как позже выяснилось, именно от этих беглецов исходила та скандальная информация об экспедиции, которая и сыграла в дальнейшем свою роковую роль.
Так, от кого-то из них пошли гулять слухи, якобы Ашинов собирался грабить караваны. А «Одесский листок» позже приводил слова Ашинова, который при поднятии российского флага над Сагалло будто бы заявил: «Пятьдесят верст по берегу и сто вглубь — русская земля...»
А над Новой Москвой стали уже сгущаться тучи. Как-то Ашинов заметил невдалеке французскую канонерку «Метеор». Как выяснилось позже, именно дезертиры, бежавшие в Обок, и дали указания французам, где находится русский лагерь.
Через неделю после основания Новой Москвы появилось еще одно французское судно. Прибывший с него офицер Люи передал требование французского коменданта Обока очистить Сагалло и сдать «лишнее оружие».
Но Ашинов, сославшись на отсутствие Мохаммеда Лейты, который в это время был на войне с сомалийцами и оставил за себя племянника Абдуллу, отказался обсуждать что-либо. А 30 января появились уже три французских судна, потребовавших поднять над русским лагерем флаг Франции...
Казацкий поселок не на шутку встревожил Францию, которая претендовала на районы, прилегающие к Джибути, и уже создала там свои опорные пункты.
Французы вполне справедливо решили, что если казаки сумеют обосноваться там, то в конечном счете, русский царь возьмет это поселение под свое покровительство, и тогда у Франции возникнет могущественный соперник в столь важном стратегическом пункте...
Раздавались обвинения в адрес русских, — что те якобы занимаются тайными поставками оружия в Абиссинию. Забеспокоились и Англия, и Германия...
Чтобы успокоить иностранцев, особенно немцев, имевших сильное влияние в России, правительство решило принести русскую миссию в жертву — и поспешило ответить, что не имеет к Ашинову никакого отношения, что экспедицию тот затеял на свой страх и риск...
И тогда Париж начал действовать решительно; в поддержку французскому губернатору Обока в Таджурский залив был направлен адмирал Ольри во главе нескольких военных кораблей.
Возможно, как свидетельствуют некоторые источники, российские власти и хотели послать Ашинову депешу с приказом императора немедленно подчиниться требованиям французов, но было уже поздно...
В воскресенье 5 февраля, после обычной церковной службы, казаки заметили французскую эскадру в составе крейсера и трех канонерок. Посыльный передал Ашинову письмо, которое содержало ультиматум. Однако Ашинов, из-за слабого знания французского, не разобрался в его содержании и отправил приветствие адмиралу, не предполагая ничего дурного со стороны державы, дружественной России.
Более того, он даже приглашал адмирала в гости! София Ивановна, хорошо знавшая французский, прочла письмо и сообщила: в ультимативной форме французы требовали разоружить всех казаков и сдать оружие французским властям в Обоке.
На размышление давался всего час времени... Словом, вместо дружеской встречи в три часа дня начался артиллерийский обстрел Сагалло. Казаки решили, что Россия находится в состоянии войны с Францией. На самом же деле, просто сработала пружина политических интриг...
Было убито несколько человек, в том числе четверо детей и две женщины, которых завалило обломками казармы. Шесть человек было ранено. Французские снаряды уничтожили все сады.
- Категории
- Без категории