Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04304.jsonl.gz/12

Эта картинка хорошо знакома: зал заседаний пуст, одинокий парламентарий ходит по рядам и нажимает кнопки за отсутствующих коллег-депутатов. В Швейцарии тоже порой случается нечто подобное: недавно, например, швейцарский парламентарий, а также издатель правоконсервативного журнала «Вельтвохе» Роджер Кёппель предпочел пропустить важное голосование в парламенте и отправиться на празднование столетнего юбилея легенды мирового кино Кирка Дагласа. Скандал? Нет, в Швейцарии это совершенно нормальное дело, на качество демократии в стране это никак не влияет.
Политическая система Швейцарии отличается сложностью, противоречивостью и высокой степенью непрозрачности. Разобраться в ней порой сложно даже тем, кто родился и всю жизнь прожил в этой стране. Тем не менее, мы все-таки попробуем сделать эта и ответить на вопрос о том, насколько дисциплинированы швейцарские парламентарии и играет ли вообще этот фактор какую-либо роль в плане качества государственного управления? Для начала напомним, что с точки зрения политологической науки Швейцария построила у себя комбинированную систему, сочетающую в себе элементы как прямой, так и представительской демократии.
Многие называют поэтому такую систему «полупрямой», хотя с таким же успехом ее можно было бы назвать «полупредставительской». В любом случае, важно понимать, что в Швейцарии, во-первых, партийно-парламентская демократия не является единственным форматом доведения до «верхов» мнения «низов» и не единственной формой организации политической жизни, и что, во-вторых, народ страны может поставить под сомнение любой принятый парламентом закон и вынести его на референдум.
В последнее время элементы прямой демократии в Швейцарии нередко подвергаются критике. Не слишком ли часто ходим мы голосовать? Не слишком ли сложны вопросы, выносимые на референдумы? Не следует ли усложнить процедуру запуска народных законодательных инициатив? И, тем не менее, интуитивно швейцарцы прекрасно понимают, сколь ценным инструментом они обладают в лице народных политических прав, с учетом того, что традиционная парламентская демократия имеет одну, но очень существенную слабость: гражданин избирает парламентария, не имея потом никаких гарантий!
Гражданин не в состоянии оценить качество его работы, он не может помешать ему вдруг поменять свои убеждения на прямо противоположные, он даже не знает, ходит ли парламентарий вообще на заседания палат парламента. Единственное, что он может — это дождаться следующих выборов и не избирать больше разочаровавшего его «слугу народа». И вот недавно главная бульварная газета Швейцарии «BlickВнешняя ссылка» опубликовала на первой странице материал под сенсационным заголовком: «А знаете, почему депутат от Швейцарской народной партии не присутствовал в парламенте на голосовании? Он отмечал в США 100-летие Кирка Дагласа» («Darum fehlte der SVP-Nationalrat im Parlament: Köppel feierte mit Kirk Douglas»).
Ради справедливости нужно отметить, что поездка Роджера Кёппеля за океан не была, как это попытался намекнуть таблоид «Блик», исключительно частным развлечением. Руководимый Роджером Кёппелем правоконсервативный журнал «Вельтвохе» обожает «сильных мужчин» в политике и в искусстве. Кумирами журнала являются Дональд Трамп, Владимир Путин, Виктор Орбан и другие «личности» такого рода. В этой ситуации, разумеется, журналист не мог пропустить столь важный повод и не откликнуться на безусловно уникальный 100-летний юбилей такой легенды мирового кино, как Кирк «Спартак» Даглас. «Я по основной своей профессии издатель, главный редактор и журналист», — отметил Р. Кёппель на запрос портала swissinfo. «Такое событие я, конечно же, просто не мог пропустить и не написать потом о нём в нашем журналеВнешняя ссылка».
Напомним также, что в Швейцарии парламент формально является «милиционным». Вокруг этого понятия накопилось уже много ошибок и разночтений, поэтому здесь еще раз хотелось бы привести правильный ответ на вопрос о том, что это означает. Итак, «милиционным» парламент в Швейцарии называется потому, что в этой стране депутаты, избравшись либо в большую (Национальный совет), либо малую (Совет кантонов) палату парламента (вместе эти палаты образуют Федеральное собрание, слово «ассамблея» является неверным) не перестают работать по своей основной профессии.
Собираясь четыре раза в год на сессии парламента, в остальное время депутаты кто пасет коров, кто работает в клинике (отсюда знаменитый ленинский тезис о «кухарке»), кто ведет отель, а кто, как Роджер Кёппель, издает журнал. И именно поэтому очень часто такие депутаты просто отсутствуют в зале палат парламента, но не потому, что они пропивают свои капитали в Куршевеле, а потому что они должны еще успевать заниматься своим бизнесом (фермой, фирмой или иной формой трудовой деятельности), ведь, — удивительно, но факт, — особых доходов депутатская деятельность в Швейцарии не приносит.
«Понятно, что многие парламентарии, активно занимаясь бизнесом, в качестве основного приоритета рассматривают именно свое дело, а не политику. Но такова особенность милиционного парламентаризма по-швейцарски. Даже Кристоф Блохер (главный стратег партии ШНП/SVP и крупный предприниматель — прим. ред.), уж на что политик до мозга костей, и тот часто „блистал своим отсутствием“ в парламенте», — говорит политолог Сара Бютикофер (Sarah BütikoferВнешняя ссылка) из Цюрихского университета.
Лоббизм вместо голосования
Роджер Кёппель отнюдь не единственный парламентарий, регулярно «прогуливающий» голосования в парламенте. Именно поэтому в Швейцарии регулярно начинаются общественные дебаты на тему о том, насколько добросовестно работают депутаты обеих палат парламента и не следовало бы их как-то принуждать ходить на заседания в период парламентских сессий?
И в самом деле, очень часто депутаты не принимают участия в работе парламента даже находясь в его здании. Просто нередко в момент голосования они могут разговаривать с журналистами или беседовать со «своими людьми» из мира бизнеса, дипломатии, гражданского общества. Для них поддержка таких связей порой выглядит важнее формального голосования по закону десятой степени важности. В связи с этим интернет-платформа PolitznetzВнешняя ссылка недавно проанализировала статистику посещаемости заседаний парламента за период с 2011 по 2016 годы.
Результаты получились интересными и одинаковыми как в отношении большой палаты парламента (Национального совета), так и малой палаты (Совета кантонов). Всего в этих палатах за указанный период прошло соответственно 5 655 и 692 голосования, и в среднем в обеих палатах квота отсутствия депутатов составила 7%. Некоторые депутаты правда отличились особенно «выдающимся» личным зачетом, «прогуляв» от 40 и даже до 80-100% голосований (особенно, когда приходилось созывать внеочередные экстренные сессии).
В рамках же конкретно зимней парламентской сессии 2016 года депутаты большой палаты парламента Швейцарии прогуляли в среднем 3% из 126 голосований. Среди лидеров: Майа Ингольд (Maja Ingold, Евангельская народная партия / EVP), которая прогуляла 63% голосований, Фредерик Борло (Frédéric Borloz, партия Либералов / FDP), прогулявший 27% голосований и Андреас Эби (Andreas Aebi, Швейцарская Народная партия /SVP), пропустивший 22% важных голосований.
Депутаты малой палаты парламента Швейцарии прогуляли в среднем 6% из 54 голосований. В списке самых «злостных прогульщиков» находятся Конрад Грабер (Konrad Graber, партия демохристиан / CVP), пропустивший 28% голосований, Йозеф Диттли (Josef Dittli, партия либералов / FDP), не явившийся на 24% важных голосований и социалистка Анита Фетц (Anita Fetz, SP), у которой квота прогулов находится на уровне также 24%.
Депутаты — как ленивые школьники
Депутаты-прогульщики встречаются не только в Швейцарии. Есть такие даже в дисциплинированной Германии, а уж российские думцыВнешняя ссылка давно уже стали легендой в плане своего законотворческого «рвения». Однако сравнивать напрямую посещаемость депутатов в разных странах очень трудно, если вообще возможно. По мнению Сары Бютикофер, здесь следует «учитывать, что швейцарский парламент работает только четыре раза в год по три недели, в то время как парламенты других стран работают в гораздо более плотном режиме. Во-вторых, необходимо отличать «рабочие» парламенты от парламентов, которые являются «местами для дискуссий».
В парламентах первого типа (к ним, кроме швейцарского, относятся германский Бундестаг, Конгресс США и Европарламент) все основные документы, включая тексты законопроектов, разрабатываются в профильных подготовительных комитетах и комиссиях, а собственно парламентские дебаты по ним играют чисто информационную роль и дают партиям и фракциям возможность лишний раз позиционировать себя в глазах избирателей. В парламентах второго типа (к нему относится Палата общин в Великобритании) как раз ведутся дебаты по основным положениям законопроектов, а потому такие дискуссии, а значит и присутствие на них депутатов, куда более важны для общества.
Швейцарский парламент, таким образом, является «рабочим». Дебаты в подготовительных комиссиях и комитетах являются куда более важными, нежели дискуссии «на пленуме». Поэтому парламентарии в Швейцарии всегда точно знают, когда в палатах будут проходить действительно важные дебаты, а когда речь идет о формальных дискуссиях по вопросам, давно решенным в профильных комитетах. Но бывает и наоборот: депутатов нет, а потому, казалось бы, уже решенное дело, вдруг проваливается в парламенте. Так случилось недавно с фракциями Швейцарской народной партии (SVP) и партии либералов (FDP), которым не хватило пяти депутатов для того, чтобы заблокировать Закон «О защите населения от воздействия электрического поля, создаваемого воздушными линиями электропередачи переменного тока промышленной частоты» («Schutz vor Gefährdungen durch nichtionisierende Strahlung und Schall»). Одним из них был как раз Роджер Кёппель.
Как говорит швейцарский политолог Михаэль Херманн, ситуация с депутатской посещаемостью в последнее время стала заметно улучшаться, а все потому, что теперь график фактического присутствия депутатов на своих рабочих местах находится в интернете в свободном доступе. В этом смысле швейцарские депутаты — как школьники: стоит учителю начать регулярно информировать родителей о школьной посещаемости, как у их чад резко сокращается количество жалоб на повышенную температуру и боли в животе. Ну, наконец, не забудем, что в Швейцарии есть еще и народ, который любой закон, принятый парламентом, может вынести на референдум. И если такое случается, то тогда в парламенте раздается сигнал тревоги: депутаты явно где-то недоработали. Находясь, поэтому, под постоянным дамокловым мечом референдума, швейцарские депутаты, как правило, очень четко понимают, какие дебаты для них важны, а какие нет! А их отсутствие не сказывается так уж негативно на качестве законодательных актов. Ведь всегда есть народ, который, если надо, подскажет, как надо принимать законы!
А как в Вашей стране ведут себя депутаты? Нам интересно Ваше мнение!
Перевод с немецкого и адаптация: Игорь Петров, swissinfo.ch