Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/03997.jsonl.gz/4

Сто лет назад Рада подписала IV Универсал, объявивший Украину независимым государством. Большевики уничтожили его в 1921 году. Второе провозглашение независимости произошло гораздо позже, в 1991 году. Общественное радио SRF поговорило со швейцарским историком Андреасом Капеллером (Andreas Kappeler) об отношениях России и Украины в настоящее время и о возможном характере их связей в будущем.
SRF: В 1991 году, как и другие бывшие республики СССР, Украина сделала выбор в пользу национальной независимости. С какого момента между Россией и Украиной «пробежала черная кошка» и начались трудности?
Андреас Капеллер (Andreas Kappeler): Напряженность присутствовала в самого начала. Первой проблемой стал вопрос принадлежности Крыма, который являлся местом дислокации советского Черноморского флота. После долгих переговоров в 1997 году было выработано компромиссное решение: обе стороны взаимно признавали свои государственные границы, тем самым был признан и факт принадлежности Крыма к Украине.
Второй пункт: российское общество и политика так и не смирились с независимостью Украины. Никто не относится там к украинскому государству серьезно, в Украине никто не видит и по сей день равноценной нации. И вот как раз эта асимметрия, имеющая место с конца 19-го века, и является до сего дня основной проблемой.
SRF: В 2004 году поддерживаемый Россией кандидат Янукович стал по итогам сфальсифицированных выборов президентом Украины. После этого началась «оранжевая революция». Народное движение, выступавшее в пользу Ющенко, другого кандидата (на пост президента), сумело принудить (власти) к повторным выборам. Победу одержал Ющенко и Украина начала переориентацию на Запад, она хотела сближения с ЕС, она стремилась вступить в НАТО. Понятно, что причин для конфликтов тут было более чем достаточно.
Андреас Капеллер: Год 2004-й стал важным водоразделом. «Оранжевая революция» доказала России, что народное движение вполне может выступить против сфальсифицированных выборов и добиться успеха. Для президента России В. Путина все это стало предупреждением, что нечто похожее может произойти и в России, где выборы тоже не всегда протекали корректно.
С точки зрения внутренней политики в тот год в России началась стабилизация, в том числе и положения самого президента В. Путина. Страна укрепилась экономически и стала снова значимым игроком. Но в Украине Ющенко хотел продолжать сближение с Западом. В 2004 году произошел еще и раунд расширения на восток как ЕС, так и НАТО, и за всем этим Россия наблюдала с недоверием и беспокойством.
SRF: Вы утверждаете, что Ющенко и председатель правительства Тимошенко растратили свой политический кредит, занимаясь борьбой за власть вместо того, чтобы взяться за давно назревшие реформы. Выгоду от этого получил путинский фаворит Янукович, который стал президентом в 2010 году. Каким курсом пошла страна затем?
Андреас Капеллер: Избрание Януковича было большим успехом Путина. Украина и Россия начали сближаться. Янукович ориентировался на Россию, управляя страной все более авторитарно. Своих противников он просто устранял. Его главный политический конкурент, Юлия Тимошенко, попала в тюрьму. Однако дверь в Европу (для Украины) все еще была открыта. Переговоры с ЕС (о заключении соглашения об ассоциации) продолжались и при Януковиче.
SRF: Правительство (Украины) намеревалось подписать этот документ в 2013 году, однако Россия тормознула (Януковича), в результате чего на площади Независимости в Киеве начались массовые протесты. Правительство попыталось жестко подавить (выступления), но безуспешно. Президент Янукович бежал в Москву. В марте 2014 года Соглашение об ассоциации между Украиной и Европейским союзом все-таки было подписано. Это значит, что «триггером» для вооруженных конфликтов (начавшихся позже) стал именно «Евро-Майдан»?
Андреас Капеллер: Нет. Вооруженное вмешательство России, то есть оккупацию Крыма и поддержку мятежников на Донбассе, следует анализировать с российского «угла». Разумеется, Майдан создал для этого предпосылки. Однако он стал лично для Путина еще более пугающим предостережением, что даже «оранжевая революция». Речь ведь уже шла не о сближении с Европой, а о свержернии украинского президента. Россия ведь как раз и оккупировала Крым спустя несколько дней после бегства Януковича.
Однако нельзя отрицать того, что усиление западной ориентации Украины сыграло в ходе (принятия Москвой решения о) вмешательстве довольно заметную роль. России была в высшей степени неприятна мысль о том, что, в условиях и без того уже совершавшегося расширения НАТО и ЕС в сторону Балтии и Южной Европы, в процесс «окружения» будет теперь еще интегрирования еще и Украина. Это, разумеется, усилило недоверие и страх Москвы на предмет возможной потери ею статуса и положения великой державы.
SRF: Как, с Вашей точки зрения, могли бы выглядеть украинские перспективы с учетом «зажатости» этой страны между Россией и Западом?
Андреас Капеллер: Война в Европе фундаментально изменила отношение (Запада) как к России, так и к Украине. Отношения с Москвой как Запада, так и Украины потерпели долговременный ущерб. И это не та ситуация, которую мы все должны были бы желать самим себе. Эти отношения должны быть нормализованы. Россия должна признать, что большинство населения Украины высказывается в пользу продолжения сближения с Европой. Она должна, наконец, прекратить рассматривать Украину в качестве своего «подворья» и второстепенной (нации), в качестве своего младшего брата.
Самой же Украине придется пройти еще очень непростой путь. Внутренняя ситуация в стране развивается неудовлетворительно: речь идет об экономических сложностях, о спотыкающихся реформах и о войне (на Донбассе), которая, я боюсь, продлится еще десятилетия. Наименьшим злом был бы переход к формату «замороженного конфликта», войны, поставленной «на паузу». Однако какого-то (окончательного) решения (проблемы войны) в кратко- и среднесрочной перспективе я не вижу.
Андреас Капеллер
Родился в 1943 году в Винтертуре, учился в Цюрихе и Вене, изучал историю, славистику и журналистику, занимал должность профессора Восточноевропейской истории в Университете Кёльна (Германия).
С 1998 года и вплоть до своего выхода на пенсию преподавал в Университете Вены. Заниматься Украиной он начал одним из первых среди немецкоговорящих ученых еще в 1980-е годы.Конец инфобокса
Перевод с немецкого: Игорь Петров