Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04379.jsonl.gz/5

Этот фильм не агитирует ни за, ни против Кристофа Блохера. Скорее он является попыткой запечатлеть фрагмент современной швейцарской истории при помощи тонкого анализа сложной личности такого неоднозначного политика, каким является Кристоф Блохер. Впрочем, никаких серьезных тайн «мадридского двора» фильм не вскрывает — и делает он это совершенно сознательно.
Как сделать портрет человека, методы и убеждения которого ты, как минимум, не разделяешь? Человека, который раскалывает общественное мнение страны, как никто другой? Человека, которого одни называют «спасителем», а другие — «угрозой для демократии»? Человека, которого, как ни крути, просто невозможно выкинуть из песни швейцарской политики последних лет?
Жан-Штефан Брон
Родился в 1969 году, учился в лозаннской «Кантональной школе искусств» («École cantonale d’art de Lausanne» — «ECAL»).
После документальных фильмов «Connu de nos services» («Наш навязчивый сервис») и «La bonne conduite» («Примерное поведение») ему удалось добиться национальной известности фильмом 2003-го года «Mais im Bundeshuus» («Болтовня в Федеральном дворце»), в котором он, смело комбинируя документальные кадры с постановочными сценами, рассказывает от работе швейцарских парламентариев так, как это до него не делал ни один режиссер.
Фильм «Mais im Bundeshuus» получил большое число наград и премий, включая премию «Original Vision» газеты «New York Times», и считается на данный момент самым успешным документальным фильмом, сделанным в Швейцарии.
Его четвертый фильм «Cleveland versus Wall Street», посвященный теме финансового кризиса, был представлен в 2010 году в Каннах в рамках программы «Две недели режиссеров». Во Франции фильм был номинирован на премию «Сезар», получив затем награду в качестве лучшего швейцарского документального фильма года.Конец инфобокса
Наверное, для начала надо быть режиссером-документалистом Жаном-Штефаном Броном (Jean-Stéphane Bron). Кроме того, надо иметь достаточный запас смелости, амбиций и творческой энергии для того, чтобы снять фильм с анализом политической карьеры сына протестантского пастора, человека, происходящего из семьи, игравшей в немецкой части страны заметную роль уже в 19-ом веке, личности, которая вообще-то хотела быть агрономом, но которую потом занесло на самый политический Олимп Швейцарской Конфедерации.
В итоге фильм «L’expérience Blocher» («Опыт Блохера») стал не только попыткой бросить взгляд на личность самого неоднозначного политика страны последних 20-ти лет, но и тонкой рефлексией на тему современной Швейцарии, погоду в которой начиная с 1992 года все активнее формируют националистические ветры и консервативные циклоны.
Почти два десятка лет назад Кристоф Блохер фактически в одиночку выступил против членства Швейцарии в Европейском экономическом пространстве (EWR), сумев, в итоге, перетянуть на свою сторону большинство общественного мнения. И именно тогда и начался политический взлет как его лично, так и консервативной «Швейцарской народной партии» («SVP»), которая стала его едва ли не приватным политическим инструментом и оружием.
Евроскепсис навсегда останется одной из несущих опор всей политической философии и практики К. Блохера. Сравниться с ней, наверное, может только тема миграции, борьбу которой Блохер и иже с ним объявили одной из своих главных задач. Он выступает на консервативно истолкованную идею национального суверенитета, которая превращается у него почти в самоценный объект поклонения, в священный Грааль, который нужно защитить во что бы то ни стало.
Все эти аргументы и идеи превратили в итоге «Швейцарскую народную партию» в сильнейшую и самую влиятельную политическую силу в стране.
Старикам тут место
Кто ожидал от фильма скандалов и разоблачений, тот, скорее всего, был разочарован. Фильм — с содержанием которого сам Блохер согласился полностью, не требуя никаких корректур — не является политической документальной лентой.
«Я не преследовал цели описать политическую „систему Блохера“, я, скорее, хотел показать в фильме „L’Expérience Blocher“ отношение этого человека к своей стране, причем красной линией через весь нарратив фильма должна была проходить демократия так, как ее толкует сам Блохер», — заявил режиссер, который прославился такими документальными фильмами, как «Болтовня в Федеральном дворце» («Mais im Bundeshuus», о политической системе Швейцарии) и «Cleveland versus Wall Street» (о финансовом кризисе).
«Кристофа Блохера фотографировали, снимали и расспрашивали обо всем на свете уже миллион раз. Я попытался разобраться с тем, что зачастую оставалось в тени, что порой окружало его незаметно даже для него самого, то, что долгое время оставалось без движения где-то в общественном подсознании. Рассказывая его историю, я ограничился всем известными фактами. Я хотел сделать Блохера не то что чтобы человечнее, но как-то... сложнее, я хотел извлечь его из окружающей его героической ауры».
В самом деле, многие сцены фильма были сняты прямиком в салоне служебной машины Блохера, в период перед парламентскими выборами и выборами состава Федерального совета осенью 2011 года. Это было время, когда Блохер, изгнанный четырьмя годами ранее из состава федерального кабинета министров, готовил свой политический реванш. Действительность, однако, оказалась совсем иной. Поражение потерпели тогда как он, так и его партия.
Используя архивные кадры, режиссер дает слово и политическим противникам Блохера. Он показывает основные вехи блохеровской политической карьеры, не избегая темных пятен на ней, но и не зацикливаясь на них. Речь идет, в данном случае, о его противоречивых и неоднозначных деловых контактах с режимом апартеида в Южной Африке, или о его роли в отставке два года назад председателя швейцарского ЦБ Филиппа Хильдебранда (Philipp Hildebrand).
При этом сам режиссер решил не оставаться в стороне и стать своего рода интегрирующим демиургом собственной ленты. Прибегая к методу закадровой «информации к размышлению», он дает возможность зрителю почувствовать свои те самые «мильон тезнаний», которыми сопровождалась работа над картиной («Я чувствую себя в роли соучастника...»). В итоге Блохер, прожженный делец и мастер политической интриги, оставаясь в кадре, так и не дает разоблачить себя и заглянуть себе в карты. Впрочем, такую цель режиссер перед собой, как мы помним, и не ставил.
Кристоф Блохер
Родился 11 октября 1940 года в кантоне Шаффхаузен. Женат, четверо детей. Изучал сельское хозяйство и агрономию, затем учился на юриста в Университетах Цюриха, Монпелье и Парижа.
Его политическая карьера началась в 1970-х гг., когда он был избран в кантональный парламент Цюриха (1979-2003 гг.) и стал председателем кантональной организации правоконсервативной «Швейцарской народной партии» («SVP»), оставаясь на этом посту до 2003 года.
Резкий политический взлет и «SVP» и Блохера лично начался в 1992 году на волне политической борьбы накануне общешвейцарского референдума по вопросу присоединения Швейцарии к европейскому экономическому пространству («EWR»).
Резко выступая против, Блохер и его партия не только оказались в итоге на стороне победителей референдума (он завершился отрицательным вотумом населения), но они фактически организовали и возглавили вообще все антиевропейское движение в Швейцарии. Скептическое и прямо отрицательное отношение к Евросоюзу является одной из базовых политических идей К. Блохера и «SVP».
В 2003 году К. Блохер был избран в Федеральный совет, правительство страны, однако четыре года спустя парламент отказался переутвердить его в должности федерального советника, что в истории Швейцарии случалось всего несколько раз начиная с 1848 года. Причиной стала фактически роль системного оппозиционера, которую Блохер играл в правительстве, при том, что традиции требуют от членов кабинета министров быть «выше партий» и культивировать единый политический курс.
Освободившееся место в правительстве заняла его более умеренная соратница по партии Эвелинн Видмер-Шлумпф (Eveline Widmer-Schlumpf). В результате она была изгнана из партии, а сама партия раскололась, следствием чело стало возникновение в Швейцарии новой «Бюргерско-демократической партии» («BDP»).
Свою промышленную империю К. Блохер построил в сфере химии, став важнейшим акционером и председателем правления компании «EMS-Chemie». Находясь в предбанкротном состоянии, при Блохере данная фирма стала важнейшим и одним из самых успешных концернов страны. К. Блохер является членом правления и ряда других компаний, имея в собственности компанию «Robinvest AG».
Одновременно он является акционером газеты «Basler Zeitung». Близкие к блохеровским национально-консервативные ценности отстаивает и швейцарский еженедельный журнал «Weltwoche» (главный редактор: Роджер Кёппель). С 2011 года К. Блохер вновь является депутатом Национального совета, большой палаты швейцарского федерального парламента.Конец инфобокса
Блохер и немножко нежно...
Еще до показа на локарнской площади «Piazza Grande» картина «L’Experience Blocher» вызвала у некоторых политиков левого толка острый приступ идиосинкразии. Они нашли возмутительным тот факт, что на производство фильма о таком неоднозначном политике, как Блохер, были, мол, потрачены деньги налогоплательщиков. Не случайно, кстати, что на фестивале в Локарно в этом году было аккредитовано столько корреспондентов, обычно освещающих только бернскую политтусовку.
«Речь идет об очень интересном документальном фильме, который посвящен сюжету из современной истории Швейцарии, показанному на примере одной из самых заметных политических фигур нашей страны последних двух десятков лет», — заявил, например, Маркус Хэфлигер (Markus Häfliger), аккредитованный при бернском «Федеральном дворце» корреспондент газеты «Neue Zürcher Zeitung».
«Ни один фильм ранее не приближался настолько вплотную к швейцарскому политику такого ранга, не проникал в святая святых его приватной жизни. Политическая звезда приобретает на экране почти что интимное измерение. Мы видим Блохера в качестве человека со своими сильными и слабыми сторонами, мы наблюдаем за его поражениями и провалами, за его эмоциями в самые черные дни. И в этом-то и заключается одна из самых сильных сторон ленты», — подчеркивает этот журналист.
Жан-Штефан Брон, режиссер картины, попадает, например, в дом, где родился будущий федеральный министр. И там он выясняет, например, что кладбища оказывают на сознание неистового политика успокаивающее и утешающее воздействие. Режиссер снимает Блохера поющим оперную арию. Он наблюдает за ним в бассейне и в спальной комнате, где престарелый политик борется с бессонницей — нежно, почти незаметно, отмечая камерой постоянное присутствие рядом с ним его супруги Сильвии.
Рето Цеши (Reto Ceschi), бернский политический корреспондент швейцарского италоязычного радио («RSI») особенно отметил именно эти почти интимные моменты из жизни политика. «Я не ожидал критического памфлета. Я хотел познакомиться с личностью Блохера. И мне совершенно понятно, что если кто-то открыл перед тобой двери своего дома, то ты вольно или невольно теряешь в какой-то степени долю критичности в восприятии этого человека».
Аполитичное кино?
С политической точки зрения, — считает Маркус Хэфлигер, — фильм остается на поверхности, и поэтому тут его можно считать малоудачным. «Одной из целей этой работы режиссера было вскрыть глубоко спрятанные мотивы тех или иных поступков Кристофа Блохера. Однако взломать фасад автору не удалось. Этот документальный фильм нельзя считать политическим фильмом. Остается только задать себе вопрос, было ли это так задумано режиссером, или ему просто пришлось на ходу приспосабливаться к внешним обстоятельствам».
Сам режиссер заявил на пресс-конференции, что ни о каком внутреннем цензоре и речи быть не может, но при этом, с другой стороны, отбор материала для окончательной версии фильма он проводил очень тщательно и взвешенно. С этим можно и согласиться. Картина представляет собой прекрасно рассказанную историю. Однако «волшебства» не получается, «каменный цветок» не выходит, а все потому, что в фильме слишком мало места оставлено для воображения и для интеллекта зрителя.
Так что же, фильм получился излишне аполитичным? По мнению Штефана Гоббо (Stéphane Gobbo), пишущего для швейцарского франкоязычного журнала «L’Hebdo», целью фильма вовсе не было стремление «сорвать все и всяческие маски». «Речь идет о персональном портрете Блохера, нарисованного камерой Жана-Штефана Брона. Будучи человеком с левыми убеждениями, он мог бы снять критический фильм. Однако на протяжении всей ленты режиссер остается нейтральным и тактичным».
Ясно одно, о фильме «L’Expérience Blocher», равно как и о самом Кристофе Блохере, будет еще немало написано и позитивного и негативного, пусть даже картина в целом напоминает своего рода кинематографический эпилог большой и насыщенной политической карьеры. Трудно сказать, почему возникает такое впечатление: может быть из-за появляющегося в фильме образа старого одинокого человека, может быть из-за драматической музыки, а может быть, из-за финальной сцены, напоминающей великий фильм «Гражданин Кейн» и завершающейся словом «Конец».
Перевод с немецкого и адаптация: Игорь Петров., swissinfo.ch