Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/03825.jsonl.gz/6

Первая Мировая война серьезно обострила противоречия между регионами Швейцарии, говорящими на немецком и французском языках, но, тем не менее, страна смогла сохранить свое единство.
Во франкоговорящей Швейцарии многие были на стороне «Антанты», жестко критикуя, например, тот факт, что федеральное правительство в Берне не протестовало против нарушения Германией в 1914 году бельгийского нейтралитета. Одновременно Швейцария имела прочные и глубокие культурные и экономические связи с Германией. Многие высокопоставленные военные и гражданские деятели открыто симпатизировали Берлину.
В их числе был и главнокомандующий швейцарской армии, генерал Ульрих Вилле (Ulrich Wille, 1848 — 1925), который многое сделал в плане реформирования швейцарской армии по самым передовым тогда, то есть прусским, образцам. Напомним, что в Швейцарии главнокомандующий избирается парламентом только в условиях непосредственной военной угрозы.
Противоречия между регионами Швейцарии, говорящими на немецком и французском языках, лучше всего иллюстрируются таким понятием как «Рёштиграбен», или «картофельный ров». Имеется в виду, что эта граница отделяет («немецкие») регионы, где едят это швейцарское народное блюдо из картофеля, от («французских») регионов, где данное блюдо не столь распространено.
Несмотря на все сложности, Швейцарии, тем не менее, удалось сохранить свое национальное единство, прежде всего, за счет эффективной и гибкой системы федерализма, а также на основании того, что Швейцария была нацией не «культурно-языковой», но «политической». Разногласия между языковыми регионами отступали на задний план перед лицом важности единых политических идеалов, на которых строится федеральное здание из 26-ти швейцарских кантонов, которые в культурном плане порой не имеют ничего общего.
(RTS Geopolitis/swissinfo.ch)
Перевод, подготовка и озвучание: Надежда Капоне и Игорь Петров, swissinfo.ch.