Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04338.jsonl.gz/13

Как в Сибири, так и в Швейцарии ушедшие на дно водохранилищ деревни становились мифами и даже источником сюжетов для фильмов ужасов.
- Deutsch Als der Hunger nach Energie ganze Dörfer frass (Оригинал)
- Español Pueblos desaparecidos bajo el agua para producir energía
- Português Quando a produção de energia devora aldeias
- عربي عندما تحل بحيرة اصطناعية محل مناطق مأهولة بالسكان
- Français Un lac là où autrefois il y avait des maisons
- Italiano Un lago dove un tempo c'erano case
Швейцария большую часть своей энергии получает за счет ГЭС, что делает ее менее зависимой от газа и нефти. Однако каждая плотина каждой такой гидроэлектростанции означает удар по природным ландшафтам и даже по целым населенным ареалам. В Швейцарии этот конфликт возник не сегодня, он характерен не только для нее, вспомним только знаменитое «Прощание с Матёрой». Как и в Сибири 1970-х, так и в Швейцарии того же времени на дно водохранилищ отправлялись целые деревни. Некоторые из них в обеих странах стали мифами, легендамиьи даже источником сюжетов для фильмов ужасов.
«Принесенные в жертву Молоху»
«Здесь работал дедушка Сильвио! В детстве я слышал эти слова каждый раз, когда нам приходилось на машине преодолевать перевал Юлиерпасс (Julierpass) и проезжать там, где когда-то располагалась деревня Марморера. Дело в том, что мой дедушка был горным крестьянином с большой семьей. Детей надо было как-то кормить, поэтому, когда в начале 1950-х годов ему предложили подработать на постройке дамбы ГЭС около деревни Марморера, первой большой крупной насыпной плотины в Европе, он немедленно ухватился за это предложение», — рассказывает нам бернский историк Себастьян де Претто (Sebastian De PrettoВнешняя ссылка).
«Начиная со Средних веков для жителей Мармореры, наряду с сельским хозяйством, основным источником дохода был контроль за движением товаров через горный перевал Юлиерпасс. Они обслуживали купцов, давали им ночлег и брали за это деньги. После открытия в 1903 году железнодорожного туннеля „Альбула“ транзитный поток резко сократился», — продолжает Себастьян де Претто. В 1948 году правление общины Марморера подавляющим большинством голосов одобрило строительство водохранилища Lai da Marmorera, запланированное цюрихской энергетической компанией Elektrizitätswerke Zürich (EWZ). Другого выхода у деревни просто не было: старики вымирали, а молодежь массово уезжала в близлежащие крупные города.
В итоге деревня просто продала сама себя. Как говорит историк Себастьян де Претто, «перед голосованием о строительстве дамбы на муниципальном собрании посланцы Цюриха заключили выгодные договоры с большинством землевладельцев Мармореры и таким образом могли рассчитывать на их поддержку». Последние дома в деревне были снесены в 1954 году, после чего на этом месте образовалось водохранилище. Ситуация была, конечно, не такой драматичной, как в великом фильме Элема Климова и Ларисы Шепитько «Прощание с Матёрой» (1981 год). Однако сама по себе мысль об уходе целой деревни под воду и в самом деле могла свести с ума, что и отражено в мало кому известном, но очень стоящем швейцарском фильме режиссера Маркуса Фишера Marmorera.
Недаром его лента начинается в цюрихской психиатрической клинике, в городе, который, как Молох, поглотил далекую деревню ради того, чтобы у финансовой и промышленной столицы страны не было проблем с энергоснабжением. Выше на горном склоне над водохранилищем возникла правда новая Марморера, но многие местные жители покинули этот регион навсегда. А потом возникла легенда о некоем гневном духе, который мстит за утопленную деревню. Эта легенда и легла в основу сценария упомянутого швейцарского фильма.
А вот основы для какого-то мощного протестного движения здесь не было, так как людей в деревне почти не осталось, хотя критические голоса все-таки раздавались, например, из уст местного поэта Александра Лоцца (Alexander Lozza). Будучи родом из Мармореры, он написал такие строки на ретороманском языке, на котором говорят в том регионе: Agl grond Moloch, Turitg, sacrifitgeschas / l’istorgia, igl lungatg, la tradiziun! («Великому Молоху, Цюриху, принесены в жертву история, язык, традиция»).
Марморера была не одна
В послевоенный период страны Европы, включая и тогдашний СССР, вступили в стадию быстрого модернизационного развития. Экономики переживали настоящий бум, им нужна была энергия. В Советском Союзе началась эпоха строительства огромных ГЭС («...и перекрыли Енисей»), то же самое переживала и Швейцария. Поэтому ГЭС, возникшая на месте старой Мармореры, была отнюдь не единственным проектом, ради реализации которого пришлось переселять людей. Пожалуй, самый известный в альпийском регионе проект, связанный с затоплением — это искусственное озеро Лаго ди Резия (Lago di Resia) или Решензее в долине Виншгау, Южный Тироль, Италия.
Изображение Куронской колокольни, торчащей из воды, стало, как бы сейчас сказали, мемом, таким же, каким является изображение примерно такой же Калязинской колокольни на Угличском водохранилище. Как уже упоминалось, страны разные, но проблемы, их решения и итоги были похожими. Строительство водохранилища Решензее было завершено за несколько лет до ухода под воду старой Мармореры — при активном участии швейцарского капитала. В Швейцарии же самой первой ГЭС, ради которой пришлось сносить селения, попадавшие в зону затопления, стала русловая гидроэлектростанция Эглизау-Глаттфельден (Eglisau-Glattfelden) в кантоне Цюрих. После строительства дамбы и повышения уровня воды в Рейне большая часть деревни Оберрит (Oberriet) стала непригодной для проживания.
В период с 1915 по 1920 годы из деревни выехали почти все ее восемь десятков жителей, после чего в 1920 году электростанция была введена в строй. Деревни не стало. В период с 1932 по 1937 год недалеко от монастырского города Айнзидельн в кантоне Швиц был реализован «Проект Зильзее» (Sihlsee-Projekt), в рамках которого возникло крупнейшее по площади водохранилище Швейцарии. Заказчиком проекта выступила компания Etzelwerke AG, пайщиками которой были две железнодорожные компании «Швейцарские федеральные железные дороги» (SBB) и «Северо-восточные швейцарские железные дороги» (NOK). Дорогам нужна была энергия. И так возник этот проект.
Первая концессия в рамках его реализации была выдана еще в конце 19 века, под затопление попадали более 900 гектаров сельскохозяйственных земель и несколько сотен крестьянских хозяйств. Покинуть зону затопления пришлось пяти сотням людей, и лишь малая часть из них вообще осталась жить в регионе. Водохранилище Зильзее было вообще-то построено для целей электрификации железнодорожной сети Швейцарии, но во время Первой мировой войны оно приобрело по-настоящему стратегическое значение.
Федеральный закон «О правовых основах владения и пользования водными ресурсами» (Wasserrechtsgesetz) от 1916 года предоставил федеральному правительству право использовать водный потенциал регионов в общегосударственных целях. Этот закон стал не только причиной затопления обширных регионов страны, но еще и серьезным вмешательством центра в дела суверенных регионов. Но война списала, как говорится, всё! Судьбу деревни Марморера разделили и еще несколько регионов Швейцарии. Например, в кантоне Ури поселок Гёшенеральп (Göscheneralp) пришлось покинуть около 70 человек, после чего в 1962 году он ушел на дно одноименного водохранилища. Это проект был реализован тоже с участием компании SBB.
Сопротивление людей
Многие такие проекты, связанные с переселением людей, часто вызывали общественное недовольство и сопротивление. Не выступая напрямую против строительства новых ГЭС, местные общины настойчиво требовали от федерального центра адекватной компенсации за утраченные не только права региональной автономии, но и ценные земельные угодья и объекты недвижимости. Эмоциональные травмы получали жители не только Матёры, но и швейцарских деревень, обреченных на затопление, и это даже несмотря на компенсационные выплаты и тщательно разработанные (в Швейцарии) программы переселения. Ведь оставить дома, в которых иные семьи жили поколениями на протяжении сотен лет, было очень непросто.
Как говорит историк Себастьян де Претто, такие проекты не могли быть реализованы без давления со стороны федерального центра, у которого было куда больше «административных ресурсов» и который мог ссылаться на форс-мажорные обстоятельства, например, на войну. Ничего не могли изменить в этом даже процедуры правового арбитража. Интересная с исторической точки зрения ситуация сложилась вокруг строительства гидроэлектростанции в долине Урзерен в кантоне Ури. Кто бы мог подумать, но план создания гигантского водохранилища, которое бы заняло всю верхнюю часть долины Урзерен, затопив деревни Реальп, Хоспенталь и Андерматт (Realp, Hospental, Andermatt) впервые начали разрабатывать еще в 1920 году.
Причиной стал процесс локальной урбанизации, который сопровождался резким увеличением объемов потребления электроэнергии и сложностями с поставками угля. Доработан проект был во время Второй мировой войны. Предполагалось создать невиданный по мощности и масштабам энергетический узел, который производил бы в год почти 3 000 гигаватт-часов энергии. Однако в итоге как раз «громадьё таких планов» и стало причиной мощного сопротивления народа. Против проекта водохранилища под лозунгом Wir verhandeln nicht, wir verkaufen nicht, wir gehen nicht («Мы не торгуемся, ничего не продаем и мы не уйдем») выступили все общины и общественные объединения долины Урзерен.
«Это все капиталистическая алчность, это она хочет превратить прекрасную долину Урзерен в водохранилище», — заявляли противники проекта. В итоге после многочисленных дебатов и фактически народного восстания в городе Андерматт, произошедшего в 1946 году, в 1951 году идея водохранилища была окончательно похоронена. Сейчас Андерматт — это модный курорт, а в качестве частичной компенсации провала этого проекта и было построено уже упомянутое водохранилище Гёшенеральп. Из-за сопротивления местных жителей точно такой же проект потерпел крах и в долине Рейнвальд (Rheinwald, кантон Граубюнден).
Обстоятельства места и образа действия
В отличие от СССР, Италии или Франции, где водные ресурсы находятся, по сути, в руках федерального правительства, в Швейцарии все решения, связанные с водопользованием, принимаются кантонами, то есть суверенными субъектами федерации, и общинами. «В кантоне Тичино все соответствующие допуски и разрешения выдаются кантональными властями, у общинных и муниципальных властей некоторое право совещательного голоса имеется, но очень небольшое. В кантоне Граубюнден, наоборот, все решения относительно водных ресурсов принимают муниципальные власти. В кантоне Ури регулирование вопросов, связанных с водными ресурсами, находятся в ведении как кантона, так и общин. В кантоне Швиц решающий голос остается за общинами».
Понятно, что в СССР «дорогие товарищи» не могли даже и пикнуть в ответ, если в далеком Кремле принималось решение построить плотину или повернуть реки Сибири вспять. Варварское отношение к водным ресурсам привело в итоге к уничтожению Аральского моря, восстановить которое сейчас там надеются с помощью Швейцарии. Чуть лучше ситуация была в Тироле, но даже и в Швейцарии, стране классического федерализма, этот самый федерализм порой отступал под напором энергетического голода. Стране нужна была энергия. А так как угля в Швейцарии нет, то эту роль приходилось играть воде.
«Конечно, в каждой конкретной ситуации ситуация могла сильно отличаться», — продолжает Себастьян де Претто. «Если в случае Мармореры проект дамбы одобрили и муниципалитет, и кантон, то в регионе Рейнвальд общины как раз взяли и резко выступили против проекта затопления верхней части долины. В конце концов на их сторону встали и власти кантона Граубюнден. Проект водохранилища в долине Урзерен тоже был отклонен и общинами, и кантоном Ури». А сегодня? Можно ли представить нечто такое в Швейцарии в наши дни? Возможно ли сейчас построить водохранилище и затопить целые города и деревни?
«Маловероятно. Сегодня даже в самых отдаленных регионах страны общественная коммуникация функционирует куда лучше, так что объединиться против такого рода проектов сейчас можно куда быстрее и проще. Кроме того, сейчас на первом плане стоит альпийский регион в качестве экологического ресурса. В 1950-е же годы приоритетными были задачи обеспечения энергией быстро растущей экономики», — резюмирует историк. Так что призраки деревни Марморера могут быть спокойными. Вместо них, правда, могут возмутиться духи воздушного океана, ведь в Швейцарии сейчас активно обсуждаются идеи и проекты в области развития ветровой энергии.
В соответствии со стандартами JTI
Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch