Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04402.jsonl.gz/7

В 1918 году, в ситуации всеобщей политической нестабильности, связанной с событиями так называемой Генеральной стачки, народ Швейцарии принял историческое решение о переходе к пропорциональной избирательной системе. Как произошел этот переход, почему швейцарцы были убеждены в том, что избрание парламента на основе принципа пропорционального представительства является более справедливым, и как новая система уничтожила доминирование партии либералов (FDP): об этом в нашем историческом очерке.
Гражданская война в Швейцарии завершилась в 1847 году победой протестантских кантонов и установлением в стране политической гегемонии либеральных сил (Freisinn). Возникшая в 1848 году на основе новой Конституции современная Швейцария также характеризовалась доминированием либералов. Их курс на ускоренное социально-экономическое развитие страны в условиях возникшего единого национального рынка быстро вывел страну в число самых развитых стран Европы. Была, однако, у этого рывка и негативная сторона.
Речь идет о слиянии политики и экономики и о возникновении олигархической по своему характеру «системе Эшера», о которой можно прочитать подробно здесь. В рамках этой системы происходило «взаимовыгодное» слияние либеральной политической и новой промышленной элиты. «Система Эшера» воспринималась в народе в качестве в высшей степени несправедливого явления. Возникшее на кантональном уровне народное либеральное движение привело в 1874 году к первому общему пересмотру принятой в 1848 году конституции.
В результате народ получил право выносить уже принятые и одобренные парламентом законы на референдум. Из-под олигархической «системы Эшера» было выбито ее главное основание, а именно, возможность промышленной элиты неограниченно влиять на формирование федерального законодательства. Самая большая несправедливость была устранена. Однако в обществе созревало осознание необходимости изменить ещё и сам характер формирования парламента, прежде всего его большой палаты, Национального совета.
На тот момент он формировался на основе мажоритарного принципа, в соответствии с которым избранными считаются кандидаты, получившие большинство голосов избирателей в своём избирательном округе. Избирательными округами в Швейцарии являются кантоны. Такой принцип был выгоден, прежде всего, кантональным элитам, очень быстро накопившим в ходе стремительного экономического развития в 1840-1880-е годы значительные материальные и административные ресурсы.
Поиски справедливой системы
Все расчеты показывали, что мажоритарная система не в состоянии адекватно отражать реальный расклад политических сил в обществе. Результаты парламентских выборов 1890 года подтвердили эти выводы. Мажоритарная система выборов и ее несправедливость стала одной из самых актуальных тем того времени в Швейцарии. Особенно жесткие атаки против этой системы предпринимали социалисты. Но столь радикальный пересмотр избирательной системы не мог быть реализован без согласия самого народа.
На референдуме 4 ноября 1900 года большинством голосов соответствующая законодательная инициатива (Proporzinitiative) была отвергнута. Неудачу это предложение потерпело и на референдуме 23 октября 1910 года. За переход к пропорциональному принципу проголосовало тогда большинство кантонов (субъектов федерации), но списочного большинства избирателей инициатива обеспечить не смогла. И только на референдуме 13 октября 1918 года народ Швейцарии большинством в 66,8% голосов эту инициативу одобрил. Что же изменилось?
Запрос на перемены
В прошлом противники введения пропорционального порядка выборов в парламент аргументировали отрицательное к ней свое отношения факторами защиты политической морали. По их мнению, пропорциональная система есть «иностранный сорняк» («fremdländisches Gewächs»), который ведет к расколу парламента и к уничтожению традиционных партий. Без ясного большинства в парламенте стране грозят «растерянность и анархия» («Verwirrung und Anarchie»).
«Proporz heisst Gerechtigkeit», — отвечали им их оппоненты, в основном из лево-католического лагеря («Пропорциональные выборы означают справедливость»). Такого рода дискуссии в Швейцарии могут длиться десятками лет. Всё изменила Первая мировая война. Нейтральная Швейцария в ней не участвовала, однако социально-экономическое положение Конфедерации было близко к критическому. Для года, в котором народу предстояло избрать себе новый парламент, были характерны нехватка продовольствия и обостряющиеся социальные проблемы.
Как это всегда бывает в такие времена, в народе созрел спрос на политические перемены. Однако по итогам парламентских выборов 28-го октября 1917 года абсолютное большинство мест в большой палате парламента (103 из 189) опять получили либералы. Все надежды на какие-либо реформы были перечеркнуты. Таким образом, референдум 13-го октября 1918 года прошел в атмосфере резкого обострения социально-политической обстановки в стране.
Швейцария на грани революции
В условиях совершенно неудовлетворительного для них исхода парламентских выборов 1917 года, левые силы наращивали попытки повлиять на ситуацию в стране. Правые, буржуазные силы упрекали левых в том, что, во-первых, они нарушают политический мир, который был заключен в Швейцарии после начала войны, а во-вторых, в том, что они являются проводниками влияния большевиков. В адрес правительства, Федерального совета, звучали требования применить войска для стабилизации положения в Швейцарии.
Конфликт правых и левых грозил похоронить единство нации в условиях войны. У правительства было два пути: сделать ставку на реформы в пользу левых, или же пойти по пути репрессий. Выбор был сделан в пользу подавления левой агитации силой. На передний план вышло военное руководство страны, которое грозило «задушить лево-большевистскую агитацию» при помощи войск.
В ответ левые грозили прибегнуть к методам всеобщей забастовки, хотя умеренные лидеры социалистов и профсоюзов и рассматривали Стачку в качестве последнего, самого крайнего метода борьбы. Насколько левая агитация действительно грозила революцией в Швейцарии? Было ли задействование войск излишне жесткой мерой? Споры на этот счет не прекращаются и сейчас. Так или иначе, в условиях войны, а также совершившегося в России большевистского переворота, атмосфера в стране была накалена до предела.
1 октября 1918 года в Цюрихе, при поддержке левых профсоюзов, начали бастовать банковские служащие. Для правых сил эта забастовка стала более чем тревожным признаком возможного перехода на сторону левых даже части буржуазных слоев общества. Выражением этих страхов стала статья выдающегося швейцарского юриста и правоведа Фрица Фляйнера (Fritz Fleiner, 1867-1937), опубликованная в газете NZZ, в которой он указывал, что забастовка банкиров стала «генеральной репетицией большевизации Швейцарии».
Спасительная прямая демократия?
В этих условиях на референдум 13-го октября 1918 года мало кто обратил внимания. А между тем за внесение изменений в порядок избрания Национального совета и за переход к пропорциональному избранию депутатов большой палаты федерального парламента проголосовали 66,8% граждан. Сегодня это голосование всеми рассматривается в качестве едва ли не самой значительной вехи в истории Швейцарии 20-го века. Но в тот момент на повестке дня стояли совсем иные проблемы.
25 октября 1918 года Фриц Фляйнер обратился к правительству с прямым требованием покончить с левой пропагандой в Швейцарии, с учетом того, что большевики имеют в Швейцарии своих шпионов, и прежде всего в лице тогдашнего полпреда Советской России Яна Берзина (Jan Bersin, 1881-1938). 31 октября 1918 года правительство получило официальный запрос от кантона Цюрих с просьбой ввести войска. Федеральный совет не спешил с ответом, поскольку кульминация уличной активности ожидалась только 10 ноября, в день, когда в Швейцарии левые собирались отметить первую годовщину революции в России.
Военное руководство рассматривало такую позицию правительства как предательство. Также считал и посол Франции в Швейцарии, который обратился к правительству с письмом, в котором критиковал нежелание Швейцарии предпринять меры против «большевизации страны». Вмешательство посла стало решающим фактором и 6 ноября 1918 года Федеральный совет принял решение применить армию. Вечером того же дня она взяла под свой контроль Цюрих. Одновременно стало известно, что Федеральный совет официально разорвал отношения с Советской Россией.
В этих условиях цюрихские профсоюзы потребовали от лидеров левых сил, образовавших «Ольтенский комитет действий» (Oltener Aktionskomitee), немедленного начала Всеобщей стачки (Generalstreik). В ответ тот решил начать бастовать в 19-ти городах, но центром забастовки стал Цюрих. Утром в воскресенье 10 ноября в городе произошли столкновения демонстрантов, отмечающих годовщину революции в России, с войсками. Прозвучали выстрелы, один военнослужащий был убит, трое демонстрантов ранены. Что должен был предпринять «Ольтенский комитет действий»?
Призывать к эскалации насилия вплоть до вооруженного восстания? Но тогда левых наверняка обвинят в работе на Москву. Ничего не делать? Но это явилось бы предательством по отношению к бастующим. Выход нашел один из лидеров «Комитета» видный социалист Роберт Гримм (Robert Grimm, 1881-1958). Буквально «на коленке» он составил каталог требований к правительству, среди которых фигурировали предоставление женщинам права голоса, так, как это уже имело место в России, и... выборы в Национальный совет на основе пропорционального принципа, тем более что народ, накануне на референдуме, уже принял соответствующее решение.
Историческое решение
Чтобы подтвердить серьезность своих намерений 11-го ноября 1918 года «Ольтенский комитет» начал Всеобщую забастовку. 12 ноября в Берне на внеочередную сессию собрались парламентарии, участие в которой принял и Роберт Гримм. Федеральный президент Швейцарии Феликс Калондер (Felix Calonder, 1863-1952) в своем выступлении пообещал учесть интересы социал-демократов и предоставить им большую долю правительственной ответственности. После него, но уже на площади перед Федеральным дворцом, выступил и Роберт Гримм.
Он еще раз озвучил каталог своих требований, дав понять, что социалисты готовы добиваться своих целей легальными методами, и что они намерены поддержать реформы, о которых говорил Ф. Калондер. Между тем буржуазное большинство в парламенте 120-тью голосами против 14 отвергло предложение перейти к пропорциональному избранию парламента. Правительство было вынуждено отказаться от переговоров с «Ольтенским комитетом», демонстративно при этом, в тот же день 12 ноября, выслав из Швейцарии все советское посольство во главе с Я. Берзиным. К этом моменту по всей стране армия взяла ситуацию под контроль. В ночь с 13 на 14 ноября 1918 года «Ольтенский комитет» принял решение прекратить забастовку.
Тем самым был открыт путь к перевыборам Национального совета, уже на принципах пропорционального представительства. Выборы состоялись год спустя 26 октября 1919 года. Либералы (сегодня это партия FDP.Die Liberalen) сразу потеряли едва ли не половину своих кресел (было 103, стало 60), победителями же оказались социалисты (SP, было — 20 кресел, стало 41) и Партия крестьян, ремесленников и бюргеров (сегодня Швейцарская народная партия — SVP, было 4 места, стало 29 из всего 189-ти мандатов). Тем самым левые силы смогли значительно нарастить свое влияние, что позволило им в 1943 году провести в состав правительства страны, впервые в истории Швейцарии, своего представителя Эрнста Нобса (1886 — 1957).
Пропорциональная и мажоритарная системы
Пропорциональная избирательная система — одна из разновидностей избирательных систем, применяемых на выборах в представительные органы.
При проведении выборов по пропорциональной системе депутатские мандаты распределяются между списками кандидатов пропорционально голосам, поданным за списки кандидатов.
Мажоритарная избирательная система — система выборов в коллегиальный орган (парламент), при которой избранными считаются кандидаты, получившие большинство голосов избирателей в своём избирательном округе.Конец инфобокса