Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04186.jsonl.gz/15

Политическая партия «Ан-Нахда» («Движение Возрождения») никоим образом не намерена ставить под вопрос свободу слова – при условии соблюдения закона. Это утверждает Бадреддин Абделькефи, член Национальной учредительной ассамблеи (парламента) Туниса, в ответ на обвинения его партии в мракобесии.
Запрещенная в период до революции умеренно-исламистская партия «Ан-Нахда» («Ennahda», «Движение Возрождения») на парламентских выборах в октябре 2011 года набрала 37% голосов и стала ведущей силой в Национальной учредительной ассамблее.
Объединившись с партиями «Конгресс за республику» (CPR) и «Демократический форум за работу и свободу» («Ettakatol»), она образовала правящую «тройку», управляющую сегодня Тунисом. Именно ей предстоит провести страну через переходный постреволюционный период.
По мнению светской оппозиции, эта исламистская партия под руководством Рашида Ганнуши (Rached Gannouchi) предала идеи революции и пытается навязать стране отсталый ислам в противовес либеральной модели общества.
Ответственный за взаимоотношения с гражданским обществом заместитель вице-президента Национальной учредительной ассамблеи Бадреддин Абделькефи (Badreddine Abdelkefi) из партии «Ан-Нахда» утверждает, что его соратники «верят в толерантный и открытый к диалогу ислам».
swissinfo.ch: Перечислите, пожалуйста, проблемы Туниса, искать ответы на которые нужно было бы в первую очередь?
Бадреддин Абделькефи: В нынешний переходный период главными проблемами можно назвать две. Первая касается безопасности, вторая – государственного устройства. Я думаю, что все остальные проблемы являются производными от этих двух.
Многим людям сейчас живется крайне тяжело. Поэтому необходимо срочно найти какое-то решение, дабы не дать распространиться убеждению, что революция, мол, не принесла ничего положительного. Проблема безопасности стоит очень остро и должна быть решена, чтобы позволить населению работать в мире и спокойствии. Сегодня у нас много свобод, все могут высказывать то, что думают. Но порой это выходит за рамки закона.
Затем необходимо дать время новому правительству собраться с силами. У него будет пять лет для того, чтобы сформулировать свои приоритеты и построить новый Тунис. Сейчас мы шаг за шагом создаем демократическое государство, которое должно уважать права человека и нашу историю, и быть в состоянии поделиться своим новым опытом со всем арабским миром.
swissinfo.ch: Вы говорите о свободе слова. Нужно ли ее ограничивать?
Б.А.: Нет, необходимо лишь следовать закону. Это не ставит под удар свободу слова или право народа на забастовку.
Но мы не хотим снова иметь на улицах баррикады и насилие, из-за которого вынуждены закрываться предприятия. Это больше для нас неприемлемо. Закон создан для того, чтобы его уважали, каковы бы не были политические предпочтения людей, начинающих подобные акции.
swissinfo.ch: Что бы Вы ответили тем, кто утверждает, что «Ан-Нахда» хочет создать ретроградное общество?
Б.А.: Это распространенная, но несправедливая критика. Мы верим в толерантный ислам, открытый к диалогу. Проблемы места женщины в обществе, к примеру, для нас не существует.
В противовес многим исламистским партиям мы не стремимся запереть женщину дома. Мы выступаем за избирательное право, предусматривающее равенство мужчин и женщин. Что касается остального, почти половина депутатов в нашей парламентской группе – это женщины.
Двойная игра
Политическое «Движение Возрождения» («Ennahda») появилось под именем «Исламское действие» в 1981 году, вскоре после исламской революции в Иране. Его основной лидер Рашид Ганнуши жил в Лондоне начиная с 1990-х годов вплоть до тунисской революции в январе 2011 года.
Движение было под запретом при президенте Бен Али, а его участники пережили серьезные репрессии. Бадреддин Абделькефи 11 лет провел в тюрьмах Туниса.
Сегодня партия «Ан-Нахда» занимает 89 из 217 мест в Национальной учредительной ассамблее, избранной девять месяцев спустя после революции, в октябре 2011 года.
Светская оппозиция обвиняет партию «Ан-Нахда» в том, то она ведет двойную игру: на камеры она изображает себя умеренной и открытой организацией, но стоит прессе исчезнуть, как становится заметным ее ультраконсервативный характер.
Несколько месяцев назад, к примеру, было распространено видео, где Рашид Ганнуши призывал салафитов создать радиостанцию, телевидение, школы и ассоциации, чтобы шаг за шагом, в малых дозах распространять ислам и ввести шариат (исламское право). В свою защиту Ганнуши заявил, что видео было поддельным.Конец инфобокса
swissinfo.ch: Многие партии опасаются, что страна опять может увязнуть в насилии. А каков Ваш прогноз?
Б.А.: После убийства Шокри Белаида (Chokri Belaïd), лидера Народного фронта, погибшего в результате покушения 6 февраля 2013 года, многие левые политики поспешно начали обвинять партию «Ан-Нахда» в том, что она стоит за этим покушением. Но логично ли было бы со стороны правительственной партии желать дестабилизации страны?
После этой кровавой расправы некоторые из наших офисов были подожжены. Мы обратились к нашим сторонникам с тем, чтобы они не реагировали на провокации. «Ан-Нахда» не верит в пользу насилия, и я думаю, мы в состоянии помешать стране погрузиться в хаос. Да, мы можем и должны повышать голос, но мы не перейдем к насилию.
Я надеюсь, что убийство Шокри Белаида – лишь один эпизод, и мы сможем его преодолеть. Вслед за каждой революцией следует переходный период. Мы хотим обратить внимание на тот факт, что мы все – тунисцы, и что нам необходимы демократические выборы, результат которых будет уважаем и признан всеми.
Увы, есть люди, которые верят в то, что насилие необходимо для ослабления партии «Ан-Нахда» и изменения политической жизни страны. К счастью, большинство тунисских политиков до сих пор проявляли мудрость.
swissinfo.ch: Наиболее распространенной экономической практикой режима Бен Али было привлечение в страну иностранных предприятий и освобождение их от налогов. Какова Ваша позиция по этому вопросу?
Б.А.: Ответ на него должно дать будущее правительство. Я убежден, что Тунис не может жить так, словно он остров. Мы открыты в культурном и экономическом плане, при условии, что наше законодательство и национальные особенности будут уважаться. Для того, чтобы иметь надежную экономику, мы должны дать шанс тунисским и иностранным инвесторам.
swissinfo.ch: После революции на сцене появились новые иностранные инвесторы, в особенности – Катар. Можно ли сказать, что Тунис отдаляется от средиземноморского региона?
Б.А.: История нашей страны тесно переплетается с историей Средиземноморья. У нас нет намерений ослаблять наши связи с Европой. Но они и не мешают нам внимательно смотреть по сторонам, налаживая связи с другими странами, например, с арабскими или государствами американского континента.
swissinfo.ch: Следующий большой шаг в Тунисе – это разработка и принятие новой конституции. Как далеко продвинулась эта работа?
Б.A.: Новую Конституцию мы представим 27 апреля. Две недели спустя начнется ее обсуждение. Дискуссии должны завершиться самое позднее 8 июля, перед принятием текста в первом чтении. В случае необходимости будет выделен один дополнительный месяц. Если согласие не будет достигнуто, придется прибегнуть к референдуму.
Но мы практически уверены, что до референдума дело не дойдет, потому что нам удалось достичь почти полного консенсуса. Остается урегулировать лишь небольшие разногласия. Пока не хватает единства мнений относительно формата будущего политического режима – будет ли государство президентским или парламентским – и размеров полномочий президента.
Я полагаю, что большая часть членов Национальной учредительной ассамблеи согласна с тем, что нам как можно скорее необходима новая Конституция. Нельзя долго работать в переходном режиме.
Перевод с французского и адаптация: Людмила Клот., swissinfo.ch