Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04483.jsonl.gz/6

Любая страна имеет столицу. Любая? Ровно 170 лет назад Берн получил статус политического центра новой федеративной Швейцарии. Но столицей он от этого вовсе не стал. Так что не верьте экскурсоводам, которые будут вам рассказывать обратное. Лучше прочитайте наш материал.
Приезжая в Швейцарию, многие иностранные туристы удивляются, что политическим центром страны является Берн, небольшой город на излучине реки Ааре, с населением, не достигающим и полумиллиона человек. С их точки зрения, «столицей» страны всегда должен быть большой и мощный промышленный, общественный и культурный центр.
В Швейцарии тоже есть такие города, например финансовый и экономический центр Цюрих. Женева, дипломатический город Кальвина, тоже могла бы подойти на роль «столицы». Однако в Швейцарии все происходит немного не так и чуть-чуть иначе, нежели во всём остальном мире. Так почему правительство Швейцарии сидит в Берне и почему, несмотря на это, этот город нельзя называть столицей, в лучшем случае - «политическим центром»?
Для этого надо немного заглянуть в историю. В 1847 году в Швейцарии завершилась гражданская война протестантских кантонов против католических. Кульминацией войны стал месяц ноябрь, однако по сути гражданский и политический конфликт в Швейцарии с применением вооружённой силы, с полноценными битвами и человеческими жертвами продолжался по меньшей мере с 1830 года, о чём можно почитать в нашем большом двухчастном материале к 170-летию гражданской войны чуть ниже. По итогам этой войны в 1848 году была создана современная федеративная Швейцария, существующая практически в неизменной форме и по сей день. И, разумеется, после того, как союз кантонов/государств/штатов превратился в единое союзное государство, тут же возник вопрос о том, где разместить столицу страны.
Точнее, так вопрос стоял бы в любой другой стране, где столица является политическим центром, в котором расположены власть имущие, диктующие свою волю всему остальному сообществу. В Швейцарии же традиций централизованной власти никогда не было, а потому такого рода мышление для нее было нехарактерно. Отцы-основатели новой федеративной страны думали совсем иначе. Главным для них был вопрос реального создания страны, решение об учреждении которой тогда существовало пока только на бумаге, а также поиск такой системы функционирования этой страны, в рамках которой нашлось бы место как победителям гражданской войны, так и проигравшим.
Вопрос этот был нетривиальным, с учетом вековых традиций региональной автономии швейцарских провинций. Как мотивировать людей и, главное, политические элиты, еще и «огорчённые» проигрышем в войне, остаться в составе общего государства? Решение было найдено: чем больше в рамках данного государства свобод и автономии у провинций, тем больше выражена у них мотивация остаться в его составе. Парадоксальный механизм универсального характера, немыслимый с точки зрения любого убеждённого «имперца». Но как же быть со столицей?
В Швейцарии «Старого режима» (о том, что это такое, можно прочитать ниже) общей столицы не было, потому что наличие такого города означало бы очевидное доминирование какого-то одного региона. В Швейцарии же все регионы доминировали одинаково сильно — или слабо! Поэтому «столицей» считался город, в котором заседал Общешвейцарский собор, или Tagsatzung ─ некий протопарламент с минимальными функциями.
Переезжал собор — переезжала и «столица», которая даже так и не называлась. Вместо этого город на время пребывания в нём Собора носил название Vorort, и часто таким городом был, например, Баден, и понятно почему: там были, как уже видно из названия, бани и термы со всеми причитающимися к ним развлечениями. Кроме Бадена Собор заседал еще попеременно в Цюрихе, Люцерне, Фрауэнфельде и даже в Констанце, который вообще не входил никогда в состав Швейцарии.
Попытка централизации
После вторжения в Швейцарию войск Наполеона в 1798 году в стране была провозглашена Гельветическая республика (1798-1803), построенная на принципе вертикали власти. Понятно, что долго такое государственное образование просуществовать не могло, зато в Швейцарии впервые появилась действительно в прямом смысле столица ─ город Аарау, то есть столицей стало то место, где 12 апреля 1798 года Гельветическая республика и была провозглашена, как и положено, с балкона главного здания в центре города.
После кончины унитарной Гельветической республики (при всей «вертикальности» власти ее постоянно сотрясали государственные перевороты, общим числом в пять, и не случайно, что этот период истории швейцарцы из своего общественного сознательного и бессознательного очень успешно вытеснили) Швейцария вернулась к старому механизму «блуждающей столицы». После заключения в 1815 году нового межкантонального соглашения о превращении Швейцарии в свободный союз суверенных кантонов Общешвейцарский собор в порядке ежегодной ротации постоянно работал в таких городах, как Фрибур, Золотурн, Люцерн, Берн, Цюрих и Базель, затем этот список сократился до трёх городов: Берн, Цюрих и Люцерн. Какая еще страна мира имеет сразу несколько политических центров?
Избрание «федерального города»
Итак, в 1848 году в стране завершился период гражданско-политических конфликтов. Католические кантоны проиграли, и понятно, что их столица, город Люцерн, на роль общешвейцарского политического центра не годилась. Решение на предмет того, где должны быть размещены федеральные органы управления вновь созданного федеративного государства, было принято ровно 170 лет назад, 28 ноября 1848 года, на заседании вновь созданного федерального парламента. Выбор депутатов пал на город Берн.
Цюрих очень активно лоббировал себя в качестве политического центра, но голосование он проиграл, не оставшись, впрочем, без утешительного приза в лице позже созданной Высшей технической школы (ETH). Изначально этот вуз планировался на роль федерального университета, но из этого проекта ничего не вышло ─ федерального вуза университетского статуса в Швейцарии нет до сих пор, зато есть ETH, к которой потом прибавился филиал в Лозанне.
При этом о «столице» никто даже и не говорил, потому что с этим понятием всегда тесно связаны механизмы политического доминирования, а для новой, только что пережившей гражданскую войну страны такой подход был бы просто смертелен. Поэтому, выбирая Берн в качестве места, где будут работать парламент и федеральные департаменты (среди которых был и — о ужас! — Государственный департамент, а короче — Госдеп, то есть нынешний МИД), парламентарии исходили из того, что речь будет идти о «городе федерального значения» (Bundesstadt), играющем роль места расположения федеральных органов исполнительной и законодательной власти (Bundessitz).
Центр — но не столица
Понятно, что в любой другой стране весь этот, как сейчас принято говорить, «функционал» был бы железным основанием называть данный город столицей — но только не в Швейцарии! Кроме того, выбор Берна был обусловлен еще и его географическим расположением в центре страны, на границе с франкоязычными кантонами. Да и в самом кантоне Берн есть значительные регионы с преобладанием французского, поэтому, до сих пор будучи официально двуязычным, Берн как бы являл собой важнейшую историческую «скрепу», а именно союз немецко- и франкоговорящих кантонов, среди которых, в лице Берна и Женевы, ведущую роль играл политический протестантизм, помноженный на идеологию либерализма (Freisinn).
Итак, Берн оказался очень удачным выбором в качестве места расположения федеральных органов власти. В начале 20 века высокий берег реки Аре был украшен импозантным Федеральным дворцом, в котором и по сей день работают обе палаты парламента, правительство и семь федеральных министерств. Но при этом каких-то особых «столичных» привилегий или «административных ресурсов» Берн не получил. В конституции страны столичного статуса Берна не закреплено, что и понятно, если оглянуться еще раз на историю. Тот факт, что Берн — это город, играющий роль места расположения федеральных органов власти (Bundessitz), упоминается только в двух законодательных актах.
Во-первых, в Ст. 32 Закона «О Федеральном собрании / Парламентский закон» (Gesetz über die Bundesversammlung / ParlamentsgesetzВнешняя ссылка) и в Ст. 58 Федерального Закона «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти Швейцарской Конфедерации» (Regierungs- und VerwaltungsorganisationsgesetzВнешняя ссылка). Понятно, что в город, где расположено правительство, потянулись и иностранные посольства, а потом и первые международные организации, например Всемирный почтовый союз. Поэтому Берн до сих пор остается политическим центром страны — но не её столицей с юридической точки зрения.
Перевод на русский, научная редакция и адаптация: Игорь Петров