Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04129.jsonl.gz/5

Швейцарию постоянно упрекают за отсутствие прозрачности в области финансирования партий и политических кампаний. «О деньгах не говори, о них всё сказано»: именно таким принципом и предпочитают руководствоваться в Конфедерации. Но применимо ли к политической сфере то, что вполне годится для частной жизни? Ведь тот, кто платит, тот, как известно, и заказывает «музыку»? Мнение швейцарского полит-блогера Сандро Люшера.
Опубликованная в январе 2015 году в самой большой экономической газете Швейцарии «HandelszeitungВнешняя ссылка», эта статья наделала тогда большого шума. Дело в том, что в этом материале впервые в истории страны были опубликованные данные опроса, проведенного среди крупных швейцарских фирм и концернов по вопросу о финансировании ими политических партий.
Применительно к этой статье вполне можно было говорить даже о значительной «цезуре», о рубежном событии, с учетом того, что швейцарские «капитаны экономики» традиционно предпочитали отмалчиваться всякий раз, когда им задавали вопрос на предмет того, как, в каком объеме и на основании каких критериев осуществляют они финансирование и поддержку политических партий и движений.
И вот выяснилось, что на поддержку партий швейцарские концерны тратят миллионы франков ежегодно. Некоторые из них, например, пищевой гигант Nestlé или банк UBS, увязывают помощь с политическими требованиями, то есть они деньги дают только партиям, проводящим и отстаивающим либеральный экономический курс. Другие, например, банк Credit Suisse, поддерживают партии в зависимости от их величины и общественной релевантности.
Нужна ли «прозрачность»?
Иными словами, возникает вопрос: могут ли фирмы и компании с солидными финансовыми ресурсами, заинтересованные в создании и поддержании выгодных для себя рамочных условий, практически без ограничений финансировать игроков, действующих на национальной политической арене? Да, могут! Без ограничений поддерживать своими деньгами партии, движения, общественные организации и инициативные комитеты в Швейцарии могут и отдельные лица, имеющие соответствующий денежный потенциал.
Более того, в настоящее время швейцарское законодательство не требует от получателей пожертвований раскрывать источники поступления денег. Ограничения, предусмотренные законодательством, действуют только в отношении органов власти. Им, в частности, запрещено при помощи общественных бюджетных средств вести политические кампании или поддерживать таковые. Это все, конечно, интересно, но возникает вопрос — а нужна ли в политической сфере вообще какая-то «прозрачность»?
Что нам вообще способно дать понимание маршрутов, которыми протекают денежные потоки? Нужно ли нам знать, кто, кого и на каких условиях поддерживает? Сторонники установления прозрачного режима финансирования политической деятельности отвечают на этот вопрос позитивно и приводят два основных довода.
1. Деньги как фактор формирования общественного мнения
Первым доводом для них является живая культура прямой демократии в Швейцарии. Как правило, в этой стране референдумы по разным поводам проводятся четыре раза в год. На народное голосование могут выносится вопросы самой разной степени сложности, начиная от проблемы сохранения рогов у коров и заканчивая тонкостями налогообложения иностранных компаний холдингового типа.
Разумеется, в Швейцарии как физические, так и юридические лица имеют полное право участвовать в политических кампаниях, особенно если вопросы, о которых идет речь в рамках этих кампаний, касаются их напрямую. Никто в этом не видит ничего предосудительного. С другой стороны, научно доказано, что крупные вложения в предвыборные кампании могут набирать относительно заметный вес — особенно если результат голосования по данному вопросу заранее предсказать невозможно.
При неясном исходе референдума правильно инвестированная даже минимальная сумма может оказать большое кумулятивное воздействие и склонить чашу весов в ту или иную сторону. Конечно, говорить о прямом подкупе избирателей тут нельзя, с другой стороны, совершенно очевидно — активно, настойчиво и энергично ведущиеся политические кампании способны в заметной степени влиять на общественное мнение.
Следует исходить из того, что такого рода механизмы действуют и в Швейцарии, хотя, как раз здесь мы находимся в ситуации довольно значительной неопределенности, что связано, в силу отсутствия соответствующего законодательства, с невозможностью опереться на достаточное количество соответствующих эмпирических данных. Опросы, результаты которого были опубликованы в упомянутой статье, в Швейцарии остаются более чем редким явлением.
2. Демократическое право знать
Второй довод: в государстве, организованном в соответствии с республиканскими принципами и ценностями, граждане имеют право знать, кто, при помощи каких средств и в каком направлении пытаются воздействовать на политику, каковая в таком государстве является открытым форумом, доступным для общественности, с учетом того, что решения, принимаемые на таком форуме в открытом формате в интересах общественного блага (res publica), обычно касаются как всех, так и каждого в отдельности.
Отсюда и право всех и каждого знать, кто дергает за веревочки политического процесса и почему принимаются именно такие решения, а не какие-то другие. По всей видимости, крупный банк если и будет поддерживать ту или иную партию своими деньгами, то вряд ли из чисто благотворительных соображений. И если такие пожертвования никак не регулируются в законодательном порядке, то уж как минимум народу следует «огласить весь список».
Конечно, большая часть населения ничем таким не интересуется в принципе, но это опять-таки не означает, что в обществе не найдется ни одного критически настроенного гражданина, которому не захочется доподлинно выяснить, кто пытается оказать на него влияние накануне выборов или референдума, и добавить затем в общую копилку общественных дебатов свое собственное «особое мнение».
Смутные сомнения
С другой стороны, как отметила недавно швейцарский политолог из Люцерна Мартина Карони (Martina Caroni) вот в этой статьеВнешняя ссылка, опубликованной в газете «Нойе Цюрхер Цайтунг», на самом деле «сами же швейцарские политики в долгосрочной перспективе должны быть кровно заинтересованы в качественном повышении степени транспарентности отечественных политических механизмов, потому что даже если никто и не может с цифрами в руках доказать факт политических подкупа и коррупции, все равно, как говорится, от соприкосновения со всей этой материей остается «нехороший привкус» и любого сознательного гражданина начинает «терзать смутные сомнения» на предмет возможной продажности демократии как таковой».
Пока же швейцарский парламент регулярно и жестко отвергает все предложения относительно реального «повышении степени транспарентности отечественных политических механизмов». И такой курс, в самом деле, способен укрепить в людях убежденность в том, что дыма без огня не бывает и что чем дальше в лес, тем более обоснованными становятся подозрения в продажности национального политического класса.
Именно такого рода «смутные сомнения» и произвели, в конечном итоге, на свет народную законодательную инициативу «За большую прозрачность в области финансирования политических партий и движений», цель которой, если коротко, как раз и состоит в том, чтобы заставить наконец швейцарцев начать прилюдно говорить о деньгах. Для начала в области политики.
Инициатива «За большую прозрачность в области финансирования политических партий и движений»
Новая законодательная инициатива социалистов, «зеленых» и Бюргерско-демократической партии (BDP) предлагает обязать партии и политические объединения раскрывать свои бюджеты, а также источники финансирования в случае, если в сумме пожертвования превышают 10 тыс. франков.
Всего под народной законодательной инициативой «Für mehr Transparenz in der PolitikfinanzierungВнешняя ссылка» свои подписи поставили более 120 тыс. человек.
По мнению экспертов, однако, такого рода инициатива, даже ели она будет одобрена на референдуме, вряд ли окажет какое-то критические влияние на ход швейцарских политических кампаний и на результаты выборов и голосований.Конец инфобокса
Перевод с немецкого: Игорь Петров