Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04705.jsonl.gz/18

Война в Украине и угрозы энергетической безопасности вынуждают многие страны пересмотреть свою политику и меры в этой области. Волна докатилась и до Швейцарии, которая уже занимается пересмотром объемов поставок газа на предстоящую зиму.
- Deutsch Was Russlands Angriffskrieg gegen die Ukraine für die Schweizer Energiepolitik bedeutet
- Español ¿Cómo incide la guerra de Ucrania en la política energética suiza?
- Português O que a guerra da Ucrânia significa para a política energética da Suíça
- 中文 俄乌战争对瑞士的能源政策影响几何？
- عربي ما الذي قد تعنيه حرب أوكرانيا بالنسبة لسياسة الطاقة في سويسرا
- Français Comment la guerre en Ukraine impacte la politique énergétique en Suisse
- English What the Ukraine war means for Switzerland’s energy policy (Оригинал)
- 日本語 対ロシア制裁、スイスのエネルギー政策に与える影響は？
- Italiano Le conseguenze della guerra in Ucraina per la politica energetica svizzera
Будучи крупнейшим мировым экспортером нефти и газа, Россия является важным участником глобального рынка энергоресурсов. Вторжение России в Украину и последовавшие за этим санкции Запада уже оказали влияние на выбор источников и маршрутов снабжения нефтью и природным газом в будущем. США объявили о запрете импорта нефти из России. Тем временем Европейская комиссия представила план по сокращению зависимости стран ЕС от поставок российского газа на две трети до конца этого года. Швейцария тоже задается вопросом о надежности и будущем собственной энергетической инфраструктуры.
«Россия является крупным поставщиком природного газа и урана в Швейцарию и другие европейские страны. Поэтому вторжение России в Украину и последовавшие незамедлительные санкции всего мира, включая Швейцарию, привели к дестабилизации энергетического рынка», − говорит Ая Качи (Aya Kachi), профессор Базельского университета, который изучает проблемы энергетической политики.
Природный газ составляет около 15% от общего объема конечного потребления энергии в Швейцарии, и в основном его используют для отопления и приготовления пищи. Около половины этого объема приходится на поставки из России, несмотря на отсутствие прямых договоров с российскими компаниями. Швейцарские газоснабжающие компании закупают газ в основном у государств-членов ЕС, например Германии и Франции.
Согласно сделанному ранее в этом месяце заявлению, Федеральный совет активизировал усилия по поставке газа, созданию хранилищ для его запасов, а также импорту сжиженного природного газа (СПГ) для подготовки к зимнему сезону 2022-2023 гг. Швейцарское правительство также отказалось от ограничений антимонопольного законодательства, разрешив газовым компаниям заключать совместные соглашения о хранении и поставках этого углеводородного энергоносителя.
В заявлении правительства об обеспечении стабильного газоснабжения этой зимой также говорится, что Швейцария может ощутить нехватку газа, что является «остаточным риском». В настоящее время у Швейцарии нет ни крупных газохранилищ, ни собственных запасов природного газа. Это означает, что любые серьезные перебои в поставках природного газа, вызванные, например, прекращением его транзита в Европу из России, приведут к вынужденному сокращению газопотребления.
«Потребуются решительные и согласованные усилия, чтобы обеспечить доступность энергоносителей, необходимых для бытового и промышленного использования», - говорит Беат Руфф (Beat Ruff), заместитель председателя Ассоциации работодателей Швейцарии economiesuisse, курирующий вопросы инфраструктуры, энергетики и окружающей среды.
Энергетический переход
Доля природного газа в энергетическом балансе Швейцарии относительно невелика − и это лишь одна из составляющих её современной стратегии. В настоящее время Швейцария приступает к реализации амбициозного плана по энергетическому переходу, получившего название «Энергетическая стратегия − 2050» (Energy Strategy 2050). Поводом тому стала авария на АЭС Фукусима в Японии в 2011 году. Основными целями этой стратегии являются обеспечение надежного энергоснабжения, поэтапный отказ от ядерной энергетики и сокращение выбросов парниковых газов.
Продолжающаяся война в Украине оживляет дискуссии на тему энергоперехода и заставляет Швейцарию заниматься разработкой новой долгосрочной энергетической стратегии. «Повышение надежности поставок энергоносителей становится еще более актуальным», - говорит Патрик Дюммлер (Patrick Dümmler), старший научный сотрудник аналитического центра Avenir Suisse. «Учитывая необходимость замены ископаемых энергоносителей в области энергосберегающего отопления, а также в области мобильности и транспорта, нам необходимо наращивать потенциал для производства электроэнергии».
Такую безотлагательную необходимость перемен упоминали на прошлой неделе и в швейцарском парламенте в ходе длительных дебатов о политике правительства и возможных последствиях войны в Украине.
«Мы должны прилагать все усилия для расширения применения возобновляемых источников энергии и ускорения этого процесса. Нам также нужно продолжать наращивать энергоэффективность», − заявила министр транспорта, энергетики и коммуникаций Швейцарии Симонетта Соммаруга (Simonetta Sommaruga).
«Троица энергетической политики»
В краткосрочной перспективе это означает дальнейшие инвестиции Швейцарии в инфраструктуру, в частности увеличение объемов хранения газа, а также формирование диверсифицированного энергетического баланса и портфеля поставщиков. По словам П. Дюммлера, это может включать в себя меры по развитию гидроэнергетики и замену российского газа на СПГ из США.
В этой ситуации Швейцарии, не имеющей выхода к морю, придется решать проблемы с инфраструктурой для транспортировки СПГ. Последний получают из природного газа путём сжатия с последующим охлаждением. При сжижении природный газ уменьшается в объёме примерно в 600 раз, чтобы его можно было легко транспортировать морскими танкерами-газовозами. После нагревания СПГ возвращается в газообразное состояние (регазификация) и поступает в газораспределительные сети. Но, по данным Reuters, регазификационные терминалы СПГ в Европе, необходимые для этого процесса, уже исчерпали свой ресурс.
В долгосрочной перспективе одним из вариантов оптимизации энергетического баланса может стать увеличение производства возобновляемого газа, также известного как биометан (очищенный биогаз, который получают из органических отходов, таких как навоз или пищевые отходы. - прим. ред.). Задача заключается в том, чтобы в конечном итоге перевести всю систему газоснабжения на возобновляемые и низкоуглеродные источники энергии. Эксперты сходятся во мнении, что при любом сценарии энергоперехода необходимо учитывать определенную зависимость от импорта, поскольку полная энергетическая независимость Швейцарии обошлась бы ей слишком дорого.
По данным Швейцарского энергетического фонда, 74,6% конечного потребления энергии Швейцарии зависит от поставок энергоносителей из других стран. С 2001 г. этот показатель снизился лишь на 5%. Он может снизиться еще больше, если Швейцария будет строго придерживаться своей энергетической стратегии до 2050 года и продолжит инвестиции в собственные экологически чистые источники энергии (например, в солнечную энергию) для использования в домашних хозяйствах. Но зависимость так всегда и останется высокой.
Здесь все упирается в баланс между энергетической безопасностью, устойчивым развитием и суверенитетом. Филипп Талер (Philipp Thaler), преподаватель по направлению «Управление энергетикой» в университете Санкт-Галлена, называет этот баланс «недостижимой троицей энергетической политики». «В любом случае одна из частей этого уравнения оказывается лишней», - говорит он. С его точки зрения, для достижения такого равновесия Швейцарии пришлось бы пойти на компромиссы, такие как, утрата энергетического суверенитета или потери в области устойчивого развития.
Профессор Ая Качи полагает, что обеспечение баланса между безопасностью и устойчивостью возможно лишь при рассмотрении всех энергетических ресурсов. «Например, если правительство предлагает создавать новые газовые электростанции, экологические и геополитические риски такого предприятия необходимо сопоставить с рисками использования атомной энергетики, гидроэнергетики и новых возобновляемых источников энергии - всех приемлемых вариантов. Это трудная задача, решить которую мы так и не смогли».
Всеобщее внимание приковано к Европе
В конечном счете энергоснабжение Швейцарии будет зависеть от тесного сотрудничества с Европой. Транзит и транспортировка всех энергоносителей в Швейцарию осуществляются через европейские объекты энергетической инфраструктуры.
«Принимая во внимание, что все топливо идет по европейским магистральным трубопроводам, решающее значение приобретает координация этого процесса с Евросоюзом», - говорит Ханнес Вайгт (Hannes Weigt), профессор Базельского университета, который изучает экономические вопросы в области энергетики. «Так как ЕС в настоящее время занимается активным поиском решений в создавшейся сложной ситуации с поставками энергоносителей, развитие энергетической отрасли Швейцарии находится в непосредственной зависимости от этих решений».
Россия остается крупнейшим экспортером нефти, природного газа и угля в ЕС, обеспечивающим примерно 40% газа и 25% сырой нефти. Эта зависимость удерживала Европу от прямого запрета на импорт российских энергоносителей, который был введен её американскими и британскими партнерами. Несмотря на это, ЕС продолжает предпринимать шаги по увеличению поставок СПГ и ускорению внедрения возобновляемых источников газа.
Для Швейцарии, не имеющей выхода к морю, критически важным становится её взаимодействие с соседями. «Это маленькая страна в самом сердце Западной Европы, которая не входит в Европейский Союз и не имеет энергосоглашений со своими соседями», - говорит Ф. Талер. «Что произойдет в случае дефицита электроэнергии или газа? Не захотят ли соседи первым делом урезать поставки в Швейцарию?».
В 2021 году Швейцария решила прекратить переговоры о разработке единого рамочного соглашения с ЕС и отодвинула перспективы достижения соглашения по электроэнергетике с краткосрочного на среднесрочный период. Это означает, что в настоящее время она исключена из соглашений о солидарности - взаимной поддержке для обеспечения поставок газа в случае чрезвычайных ситуаций. Учитывая неудачный исход предыдущих переговоров Швейцарии и ЕС, А. Качи задается вопросом, есть ли у Швейцарии возможность «достичь сотрудничества или заручиться необходимой поддержкой со стороны ЕС, если в будущем возникнет необходимость проведения многосторонних переговоров о поставках энергоресурсов».
Кризис цен на энергоносители
Современная геополитическая обстановка и сохраняющаяся неопределенность привели к глобальному росту цен на энергоносители. По состоянию на пятницу, 18 марта, цена нефти марки Brent составила 106 долларов (99 швейцарских франков) за баррель, а до этого она достигала почти 130 долларов. «В среднесрочной перспективе рынки отреагируют снижением спроса из-за роста цен, отказом потребителей от традиционных углеродоёмких технологий и сокращением импорта ископаемого топлива из России», − говорит П. Дюммлер. Он добавляет, что рост цен на энергоносители в Швейцарии не окажет значительного влияния на инфляцию, поскольку «рост швейцарского франка сдерживает рост цен на импортируемые энергоресурсы». Недавно швейцарский франк достиг паритета по отношению к евро и сегодня его стоимость составляет 0,97 евро.
Тем не менее швейцарские домохозяйства продолжают ощущать на себе последствия негативных изменений в мировом энергетическом балансе. Согласно официальной статистике, цены на топочный мазут в феврале выросли на 8,5% – скачок более чем на 48% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Стоимость бензина также взлетела на целых 5,3% в период только с января по февраль этого года.
В соответствии со стандартами JTI
Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch