Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04221.jsonl.gz/7

Архивные документы показывают, что во время Второй мировой войны многие швейцарские политики и власти были настроены крайне антисемитски. В то же время, есть исторические свидетельства, говорящие о том, что население с сочувствием относилось к отчаявшимся евреям, которых «разворачивали» на границах нейтральной Швейцарии.
Ровно 75 лет назад, 26 сентября 1942 года, в городе Монтрё состоялась конференция кантональных министров, курирующих вопросы миграции и предоставления статуса беженца. На повестке дня стояли действия Швейцарии в ситуации быстро растущего количества беженцев, пытавшихся перейти швейцарскую границу. Особенно это касалось евреев, искавших в Швейцарии спасения от нацистов. Читать эти архивные документы сегодня порой просто невыносимо.
«Здесь и в других регионах (Швейцарии) нежелательно, чтобы еврейское население превышало определенную пропорцию в населении. Швейцария не потерпит, чтобы ею управляли все равно кто, евреи или же другие иностранцы. Еврей, не забудем это, всегда с трудом ассимилируется... Нельзя забывать и о том, что многие из них представляют опасность для наших (политических) структур и институтов. Они предпочитают условия (по смыслу — такие, как в Швейцарии, — уточнение ред.), в которых рамках которых их деловой еврейский инстинкт имеет тенденцию вырываться на свободу».
Швейцарский «деловой рай»
Автор этих слов — Хайнрих Ротмунд (Heinrich RothmundВнешняя ссылка, 1888 — 1961). В период с 1919 по 1955 годы он был шефом швейцарской Федеральной иммиграционной службы (Eidgenössische Fremdenpolizei), а 25 и 26 сентября 1942 года он принимал активное участие в упомянутой конференции в Монтрё. Полностью речь Х. Ротмунда приводится в конце 19-й страницы данного документа на французском языке, который является одним из документов, содержащихся в «Систематическом собрании источников по дипломатической истории Швейцарии» («Diplomatische Dokumente der SchweizВнешняя ссылка»):
Не исключено, что в качестве источника для таких утверждений Х. Ротмунда послужило письмо, которое за 10 дней до конференции он получил от шефа полиции Женевы Даниэля Одье (Daniel Odier). Это письмо упоминалось в докладе Независимой экспертной комиссии под руководством Жана-Франсуа Бержье (Jean-Francois Bergier) «Швейцария и беженцы в эпоху национал-социализма» («Die Schweiz und die Flüchtlinge zur Zeit des NationalsozialismusВнешняя ссылка»).
Так, в своем письме Д. Одье, в частности, писал: «Многие приехавшие в Швейцарию иудеи хотят тотчас же открыть свое частное дело и заняться торговлей. В своей переписке они сообщают друзьям и знакомым, чтобы те вслед за ними приезжали в швейцарский деловой рай, а прием Швейцарией одного единственного (еврея) дает возможность десяти другим последовать за ним и задержаться у нас. Их пребывание в Швейцарии крайне проблематично и длится, как правило, очень долго... Эти беженцы мало дисциплинированы, и зачастую нужно принимать решительные меры с тем, чтобы те выполняли свои обязательства, соблюдать которые они официально обещали при въезде».
Закрытая граница
За полтора месяца до этого, 13 августа 1942 года, швейцарское правительство закрыло для евреев границы. При этом было решено, что подлежать высылке из страны не будут «политические беженцы, т.е. иностранцы, которые на самом первом собеседовании не только сами так себя охарактеризовали, но и смогли убедительно доказать (наличие политических причин их бегства). Лица, пытающиеся въехать в страну и получить статус беженца исключительно на основании своей расовой принадлежности, например, евреи, политическими беженцами не считаются».
Это было указано в одном из правительственных циркуляров, адресованном всем гражданским и военным властям. Согласно данным, приведенным в докладе Бержье, в период с января 1940 г. по май 1945 г. на границе было отправлено обратно ровно 24 500 евреев. Новейшие исследования, правда, показали, что эта цифра может быть сильно завышенной. Далее в докладе Бержье говорится: «Начиная самое позднее с лета 1942 года власти (Швейцарии) точно уже знали, что непредоставление евреям права попасть в страну ведет к угрозе депортации и уничтожения в лагерях смерти».
Решение (от 13 августа) о закрытии границ для евреев вызвало волну протестов в обществе Швейцарии, а также со стороны некоторых левых политиков и благотворительных организаций. 30 августа 1942 года тогдашний министр юстиции Эдуард фон Штайгер (Eduard von Steiger, 1881-1962) произнес в Орликоне, пригороде Цюриха, речь перед собравшимися членами религиозной протестантской организации «Молодая Церковь» («Junge Kirche»). И именно он впервые употребил тогда выражение, которому суждено было войти в историю Швейцарии: «Лодка заполнена до предела» («Das Boot ist voll»).
«Тот, кто хочет управлять маленькой, уже „под завязку“ заполненной спасательной лодкой с ограниченным объемом и такими же ограниченными запасами, в то время как тысячи жертв кораблекрушения взывают о помощи, может показаться жестоким человеком в случае, если он не может взять на борт всех. И все-таки он проявляет человеческие качества, когда заранее предупреждает о напрасных надеждах и пытается спасти хотя бы тех, кого взял», — сказал он. Архивные документы свидетельcтвуют также и о том, насколько спорной была в то время политика швейцарского правительства в области беженцев, и что закрытие границы для евреев вызывало одобрение далеко не у всех в обществе.
Письма школьников вождям
Так, 7 сентября 1942 года в адрес правительства Швейцарии пришло письмо из города Роршах (Rorschach), что на северо-востоке Швейцарии. Его авторы, девочки-старшеклассницы, писали, что они «абсолютно шокированы» тем, что беженцев «бессердечно обрекают на бедственное положение». Они призывали Швейцарию быть более щедрой и открытой. Цифровая копия письма приводится ниже:
Неделей позже другая швейцарская школьница, тоже разочарованная позицией Швейцарии в вопросе приема еврейских беженцев и тоже написавшая письмо в адрес правительства, получила от министра юстиции Эдуарда фон Штайгера развернутое ответное письмо. «Когда гнев твой пройдет, тогда, возможно, наберешься ты парой минут терпения, дабы поразмышлять серьезно о некоторых вещах», — написал в поучающем тоне министр, добавив затем почти десяток вопросов, каждый из которых начинался фразой: «А знаешь ли ты, что?».
Так, например, он спрашивал школьницу, знает ли она, сколько беженцев уже приняла Швейцария, и сколько человек из этого количества были разоблачены в качестве иностранных шпионов? «Была ли у тебя возможность получить эту информацию, или доступ у тебя к ней был закрыт»? Заканчивается же письмо министра юстиции следующими словами: «Убежден в том, что если бы ты была лучше информирована на предмет трудностей, возникающих перед страной в связи с беженцами и если бы ты имела больше сведений относительно беззаветных и проникнутых любовью усилий, предпринимаемых людьми с тем, чтобы помочь им, то ты бы постыдилась адресовать в адрес властей такого рода обвинения».
На конференции в Монтрё 26-го сентября 1942 года Х. Ротмунд решительно настаивал на том, что решение закрыть границу для еврейских беженцев было абсолютно правильным шагом. «Да, швейцарское население выразило свой протест против такого рода мер, но не столько из-за симпатий к евреям, сколько из-за антипатий к их гонителям. Это вполне здоровая реакция. Она показывает, что наша страна до сих пор смогла успешно избежать заражения бациллой антисемитизма».
И еще один аспект. Во время Второй мировой войны Швейцарская информационная коротковолновая служба («Kurzwellendienst» — «KWDВнешняя ссылка», наследником ее является наш портал SWI Swissinfo) была единственным источником информации для швейцарцев, проживающих за рубежом. Взгляд в наши архивы, однако, говорит о том, что вопросы, связанные с беженцами и с Конференцией в Монтрё, в новостных блоках «KWD» отсутствуют. Доминирующей же темой на тот момент была битва за Сталинград:
Перевод на русский: Юлия Немченко и Игорь Петров