Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04416.jsonl.gz/19

Город Ольтен и швейцарская Национальная стачка 1918 года
Поворотный момент в истории швейцарской демократии произошел в ничем, казалось бы, не примечательном промышленном городе.
- Deutsch Wie ein Streik die Schweizer Demokratie umpflügte (Оригинал)
- Español Una amenaza de huelga dio forma a la democracia suiza
- Português Como uma ameaça de greve reestruturou a democracia suíça
- 中文 罢工的威胁是如何推动瑞士民主的
- Français Comment l’ombre d’une grève chamboule la démocratie suisse
- عربي كيف هـزّ تهديـدٌ بإضراب عام الديمقراطية السويسرية
- English How a strike threat reshaped Swiss democracy
- 日本語 スイスの民主主義を揺さぶったゼネストの衝撃
- Italiano Quella minaccia di sciopero che scosse la democrazia elvetica
«Следующая остановка - Ольтен»: передвигаясь по Швейцарии на поезде, миновать эту станцию практически невозможно. Это крупнейший узел, причем во многих смыслах: и в железнодорожном (здесь пересекаются все важные линии, ведущие с севера на юг и с запада на восток Швейцарии), и в литературном (Ольтен давно стал тайной литературной столицей страны, тут живут такие писатели, как Педро Ленц и Алекс Капю), и в историческом — именно здесь располагалась штаб-квартира «Ольтенского комитета действий».
Этот комитет был мозговым и организационным центром швейцарской общенациональной забастовки, состоявшейся в 1918 году и едва не ставшей настоящей революцией. Саму-то революцию правительство подавило, но Швейцария не была бы Швейцарией, если бы общество и власти страны не сделали из этих событий выводы, которые для швейцарской демократии стали едва ли не важнейшей исторической развилкой, определившей развитие всего швейцарского проекта на десятилетия вперед! Но вернемся в полдень 11 ноября 1918 года.
Первая мировая война завершилась победой Антанты, Вильгельм II, последний кайзер Германской империи, отрекся от престола, а в Швейцарии начались события, историческое значение которых невозможно переоценить: швейцарский пролетариат вышел на общенациональную забастовку, организованную как раз тем самым Ольтенским комитетом, заседавшим в местном Доме культуры (Volkshaus).
Будучи центральным железнодорожным узлом страны, Ольтен, разумеется, наилучшим образом подходил для размещения революционного комитета. Правда, во франкоязычной части страны никто как-то не спешил строить баррикады, там люди просто были рады, что ужасная война наконец-то закончилась. А вот немецкоязычный регион Швейцарии, начиная с Цюриха, буквально пылал, и Ольтенский комитет предпринял попытку организовать настоящую социальную революцию.
С этой целью он выдвинул девять основных требований:
— немедленное переизбрание парламента (точнее, его большой палаты, Национального совета) на основе пропорционального (а не мажоритарного) представительства;
— введение избирательного права для женщин;
— введение принципа «кто не работает, тот не ест»;
— введение 48-часовой трудовой недели;
— реформа армии;
— обеспечение снабжения страны продовольствием;
— введение страхования по старости и инвалидности (AHV);
— введение государственной монополии на внешнюю торговлю;
— введение налога на крупные состояния с целью сокращения размеров государственного долга.
Федеральный совет (кабинет министров Швейцарии) отреагировал немедленно: мобилизовал армию и созвал внеочередную сессию Федерального собрания в составе обеих палат - большой, Национального совета, и малой, Совета кантонов. Никак не ответив на требования забастовщиков, он поставил им ультиматум: прекратить забастовку или будут самые жесткие последствия!
Внешне это выглядело в качестве объявления полноценной гражданской войны! Поэтому рано утром 14 ноября 1918 года Ольтенский комитет и парламентская фракция социал-демократов приняли решение прекратить забастовку, желая избежать дальнейшей эскалации политической напряженности в стране, не говоря уже о кровопролитии.
Клод Лоншан
Принадлежит к числу самых опытных и авторитетных политических аналитиков Швейцарии.
Основатель института изучения общественного мнения gfs.bern, бессменным директором которого он был вплоть до выхода на пенсию.
В настоящий момент является членом правления этого ведущего в Швейцарии НИИ прикладной социологии.
На протяжении последних 30 лет комментировал и анализировал политические события в стране на общественном швейцарском национальном (негосударственном) телевидении Schweizer Fernsehen SRF.End of insertion
Тем не менее совсем без жертв не обошлось — от действий армии пострадал швейцарский промышленный город Гренхен: там три молодых забастовщика были застрелены солдатами уже после официального окончания стачки. С точки зрения многих участников швейцарского рабочего движения, эта забастовка, первая крупная внепарламентская политическая акция в истории страны, закончилась поражением. Но так ли это?
Если еще раз прочитать список требований Ольтенского комитета и оценить, как и когда они исполнялись и претворялись в жизнь, то можно сказать, что ноябрьская стачка скорее положила начало длительному процессу социального реформирования швейцарского общества.
Одно из требований было реализовано достаточно быстро: вместо 59-часовой недели была введена 48-часовая. А вот система пенсионного обеспечения по старости и нетрудоспособности AHV заработала только в 1947 году, женского избирательного права на федеральном уровне пришлось ждать до 1971 года, налога же на состояния как инструмента сокращения масштабов государственного долга в стране нет до сих пор.
Новое избирательное право: как поменялся расклад политических сил
Реформа избирательного права также была реализована оперативно, причем важнейшую роль тут сыграла прямая демократия. В разгар пандемии, но не ковида, а «испанского гриппа», избиратели большинством в 67% голосов на референдуме одобрили соответствующую народную законодательную инициативу.
Теперь большая палата парламента формировалась на основе не мажоритарного, но пропорционального представительства. В пользу такой системы проголосовало, что важно, и большинство суверенных кантонов. Этот референдум одним махом изменил всю структуру политической власти в Швейцарии, а катализатором этого процесса была как раз общенациональная забастовка 1918 года, так что с этой перспективы она отнюдь не завершилась поражением.
Да и потом опять вступила в свои права прямая демократия, Федеральный совет, правительство в Берне, был вынужден уступить, и по итогам еще одного референдума в августе 1919 года принять решение о досрочных выборах как Национального совета, так и кабинета министров: это был первый и последний такой случай в истории Швейцарии. На первых выборах в Национальный совет, прошедших на основе принципа пропорционального представительства осенью 1919 года, тогдашняя партия «Единая Швейцария», а точнее, партия либералов FDP, потеряла монополию на власть, лишившись сразу 43 депутатских мандатов из ранее принадлежащих ей 103 мандатов.
Это было самое крупное политическое поражение в истории страны. Победителем выборов стала консервативная Крестьянская партия BGB (сегодня это Швейцарская народная партия SVP): она сразу увеличила свою фракцию с 3 до 30 депутатов. Социалисты также нарастили свое парламентское представительство с 22 кресел до 41 места, сравнявшись с демохристианами, партией, проигравшей гражданскую войну 1847 года (ныне это партия «Центра»). Такое переформатирование политических рамочных условий значительно укрепило швейцарский исторический государственно-национальный проект. Каким образом?
Во-первых, по состоянию на конец 19 века Швейцария все еще была разделена на языковые и конфессиональные регионы, а мажоритарная система формирования федерального парламента закрепляла и цементировала этот раскол. Переход же к пропорциональному принципу сместил акцент с языка и конфессий на рациональные политические программы и модерное общественное целеполагание.
Во-вторых, по итогам этой реформы в Швейцарии окончательно оформился механизм привлечения всех потенциально оппозиционных сил к правительственной ответственности. В 1891 году первыми стали католики, затем, после 1918 года, социалисты, уже во второй половине 20 века это были «народники» из SVP, а сегодня... Это будут «Зеленые»? Пока нет, но подождем парламентских выборов 2023 года, по итогам которых будет заново избран и кабинет министров. Кстати, что касается Федерального совета...
Новый порядок формирования правительства
Историки сходятся во мнении, что 1918 и 1919 годы стали величайшим поворотным пунктом в политической истории Швейцарии. Это касалось и состава Федерального совета. На самом деле кабинет министров в Швейцарии играет роль, несравнимую с ролью правительства любой другой страны, основанной на принципе концентрации власти в центре, в столице. Берн же так никогда и не получил официального столичного статуса, а министры кабмина в Швейцарии называются даже не министрами, а советниками, потому что изначально их роль была консультировать парламент по текущим политическим делам.
Тем не менее партийно-политический состав кабмина считается в Швейцарии важным зеркалом общественной ситуации: это своего рода увеличительное стекло, которое позволяет не углубляться совсем уже в дебри политики и быстро понять, куда дрейфует страна и какие тренды сейчас превалируют. В этом отношении поэтапное изменение партийного состава Федерального совета после 1891 года может служить наглядной иллюстрацией того, каким образом менялось тогдашнее швейцарское общество.
О том, что в конце 19 века в кабинет был избран первый католик, мы уже говорили. Однако в правительстве все равно доминировали либералы, пусть даже по состоянию на 1928 год кресла в правительстве распределялись уже не так, как это было в 1848 году: четыре кресла министров были у либералов, два — у католиков и одно — у консервативной партии крестьян, нынешней Швейцарской народной партии. А вот во время Второй мировой войны состав кабинета министров действительно поменялся кардинальным образом: в него был избран первый социалист, что стало отдаленным, но непосредственным последствием стачки 1918 года. Так была ли она поражением?
«Основные этапы истории швейцарской демократии»
Эта серия из нескольких материалов на весьма актуальную тему — авторский проект нашего постоянного автора и колумниста Клода Лоншана, глубокого эксперта и знатока швейцарской истории.
Являясь основателем НИИ изучения общественного мнения gfs.bern, Клод Лоншан поднял швейцарскую политологию на новый уровень. В настоящее время он считается самым опытным политическим аналитиком Швейцарии.
Помимо этого, Клод Лоншан — историк. Вот уже много лет в качестве «городского путешественника» (StadtwandererВнешняя ссылка) он с большим успехом проводит общедоступные исторические экскурсии по Берну и другим городам Швейцарии, рассказывая о регионах, сыгравших важную роль в развитии демократии в Швейцарии.
Не чужды ему и самые современные формы коммуникации: в своем блоге ZoonpoliticonВнешняя ссылка он публикует материалы на острые и актуальные политические темы.
Он также регулярно публикует свои материалы в соцсетях FacebookВнешняя ссылка, Instagram Внешняя ссылкаи TwitterВнешняя ссылка.End of insertion
С 1959 года социалисты уже постоянно присутствуют в кабинете, имея два кресла из семи. Именно тогда и родилась знаменитая швейцарская «магическая формула», в соответствии с которой по два места в кабинете получают партии, занявшие по итогам последних парламентских выборов три первых места, и одно место получает партия, пришедшая к финишу четвертой. В своем классическом составе эта формула просуществовала до 2003 года, когда два места в кабинете получили «народники» (SVP), отняв одно кресло у католиков. Так спустя сто с лишним лет замкнулся исторический круг.
От конкурентной демократии к консенсусной
Однако то, какая партия сколько имеет кресел в кабинете, наверное, и не столь важно. Важно, что в период с 1918 по 1959 год в стране произошел переход от англосаксонской формы конкурентной демократии к швейцарской форме консенсусной демократии. В условиях первой системы, да еще в ситуации мажоритарного формирования парламента, либералы (FDP) запросто выигрывали все выборы в обе палаты парламента.
С переходом к пропорциональному принципу и с развитием инструментов прямой демократии (в 1874 году в стране появился референдум, в 1891 году — инструмент народной законодательной инициативы) с одной стороны, возросла роль референдумов, а с другой — тем важнее стало иметь всех потенциальных оппозиционеров в правительстве, поскольку, имея в руках инструменты непосредственного народоправства, они были способны в теории парализовать всю политическую систему. Формат же консенсусной демократии мудрым образом уравновешивал право принимать политические решения и обязанность самому же нести за эти решения всю полноту политической ответственности.
В этой ситуации резко упало и значение рабочего движения, потому что с тех пор у пролетариата был выбор: если невозможно добиться прав как пролетарий, то можно попробовать побороться за эти права как гражданин, в руках у которого есть все народные политические права, в том числе и право на референдум и законодательную инициативу. Важнейшей датой стал в этом отношении 1937 год, когда между рабочими и работодателями было достигнуто фундаментальное соглашение решать все социальные вопросы не на улицах, не забастовками, а в формате консультаций в рамках «треугольника» (профсоюзы, работодатели, местные власти). И это тоже прямое следствие стачки 1918 года.
Но свято место пусто не бывает: если раньше без прав в обществе Швейцарии были рабочие (а ранее католики, а еще раньше — женщины и евреи), то в настоящее время их заменили иностранцы: составляя почти 30% населения страны, они имеют право платить налоги, но голосовать и иметь политическое представительство они право не имеют. Символом же этого исторического процесса может стать судьба того самого Дома культуры, в котором в 1918 году заседал Ольтенский комитет: его снесли, и на этом месте возвели совершенно безликое здание, на фасаде которого красуется его нынешнее название: «Отель Европа».
Предыдущие выпуски:
Комментарии к этой статье были отключены. Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!
Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу <email-pii>.