Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04521.jsonl.gz/19

Несмотря на заключение перемирия в 1918 году, для Международного комитета Красного Креста война продолжалась. Заниматься репатриацией военнопленных МККК пришлось вплоть до середины 1922 года. Из-за мирового вооружённого конфликта скромная организация, созданная Анри Дюнаном, превратилась в структуру едва ли не планетарного масштаба.
Проведя в плену в Германии два с половиной года после пленения во время Верденского сражения, капитан Шарль Де Голль был освобождён вскоре после заключения перемирия 11 ноября 1918 года. Сто лет спустя в конце ноября 2018 года его следы отыскались в швейцарском городе Романсхорн (Romanshorn) на берегу Боденского озера. Именно здесь Ш. Де Голль сел на поезд до Женевы, взяв в долг 5 франков 80 сантимов, чтобы путешествовать в надлежащих условиях: не мог же офицер его ранга, без пяти минут генерал, ехать третьим классом!
Из Женевы 1 декабря 1918 года он добрался до Лиона, откуда написал своему командиру: «К огромной радости, которую я испытываю вместе с вами от происходящих событий, примешивается, должен признать, неимоверно горькое сожаление от того, что я не смог принять в них участие подобающим образом [...] Что я не смог отпраздновать Победу с оружием в руках. И это сожаление останется со мной на всю жизнь».
Литература
La Victoire endeuilléeВнешняя ссылка, par Bruno Cabanes. Editions du Seuil (Бруно Кабан, Омрачённая победа, издательство Seuil).
La Première guerre de Charles de Gaulle,Внешняя ссылка par Frédérique Neau-Dufour. Editions Tallandier (Фредерик Но-Дюфур, Первая война Шарля Де Голля, издательство Tallandier).
L'Entente internationale anticommuniste de Théodore Aubert Внешняя ссылка(1924-1950), par Michel Caillat. Editions de la Société d’histoire de la Suisse romande (Мишель Кайа, Международный антикоммунистический союз Теодора Обера (1924-1950), издательство Исторического общества франкоязычной Швейцарии).Конец инфобокса
Международный Комитет Красного Креста (МККК) бережно сохранил в своих архивах среди личных дел примерно двух с половиной миллионов военнопленных времён Первой мировой войны не только регистрационную карточку будущего французского президента. Здесь есть еще и признание сотрудника Международного агентства по делам военнопленных, основанного МККК в августе 1914 года.
Кратким телеграфным стилем этот чиновник признаёт ошибку в написании фамилии французского капитана: «Avions fait erreur et avions demandé pour un de Goutle au lieu de de Gaulle / Мы допустили ошибку и составили запрос на имя Де Гутля, а не Де Голля». Из этих пронумерованных карточек, недавно выложенных МККК в свободный доступ, мы узнаем, что Ш. де Голль регулярно писал письма и содержался в лагере военнопленных в немецком городе Оснабрюк (Osnabrück).
Организация глобального масштаба и значения
Миллионам военнопленных повезло гораздо меньше, чем этому французу, для которого перемирие означало практически немедленное освобождение. Пленным из числа побеждённых пришлось для репатриации ждать ещё заключения официального мирного договора. Военнопленным же из стран-победителей было разрешено вернуться немедленно, но в конце декабря 1918 года в Германии всё еще оставались примерно 200 000 французов (до перемирия их количество составляло 475 000) и почти миллион русских.
По Франции «ходили очень тревожные слухи об обращении с французскими пленными», — отмечает историк Бруно Кабан (Bruno Cabanes) в своей монографии «Омраченная победа» (La Victoire endeuillée). Поэтому французское правительство принимает решение обратиться в МККК с просьбой отправить в Германию медицинскую миссию, с тем чтобы провести расследование и оценку ситуации на месте. Международный комитет Красного Креста со штаб-квартирой в Женеве накопил уже большой опыт в проведении такого рода миссий. Кроме того, за четыре года войны МККК претерпел радикальные изменения, превратившись в организацию едва ли не глобального масштаба и значения.
Как указывает Даниэль Пальмьери (Daniel Palmieri), руководитель отдела исторических исследований МККК, «благотворительное объединение локального значения, без значительного опыта и, что особенно важно, очень скромных размеров (по состоянию на август 1914 года его членами состояли всего 10 человек), превратилось в очень важную организацию: в одном только Агентстве по делам военнопленных во время Первой мировой войны были заняты 3 000 сотрудников».
Удар эпидемии «испанского гриппа»
Пятнадцать делегатов МККК, отправленных в Германию, вернулись оттуда в состоянии шока. «Вместо основанного на железной дисциплине немецкого порядка там воцарились произвол и самоуправство. Офицеры прекратили выполнять свои функции, их терпят только в том случае, если они подчиняются требованиям солдатских советов». Ситуацию назревающей в Германии революции швейцарцы оценивают весьма негативно, отмечая «отсутствующую в лагерях гигиену и чрезмерное количество солдат, опущенных на Рождество в увольнение».
Затем начинается эпидемия «испанского гриппа». Делегаты сообщают с тревогой, что «смертность среди интернированных военнопленных достигает местами 90%». Среди многих пленных, еще недавно работавших на строительстве рокадной железной дороги в непосредственной близости от линии фронта, то есть районах, которые делегаты МККК не могли посетить из-за отсутствия у них допуска, наблюдаются симптомы «голодного отёка».
Немецкая сторона также обеспокоена условиями жизни своих военнопленных, число которых достигает 300 тыс. человек которых после перемирия в основном использовали на работах по восстановлению наиболее пострадавших от войны регионов северной и восточной Франции. Туда весной 1919 года МККК и отправил двух своих лучших инспекторов, Теодора Обера (Théodore Aubert) и Эдуарда Бордье (Edouard Bordier).
«Малая кругосветка»
Этим двум сотрудникам МККК пришлось совершить самую настоящую «малую кругосветку» протяжённостью в 2 600 км, маршрут которой прошел по бывшим театрам военных действий от Компьена до Арментьера, от Мо до Вердена. «Компании по прокату автомобилей отнюдь не горели желанием сдавать нам машины, зная, что нам придётся ехать в регионы, опустошённые войной», — свидетельствуют эти два женевца. Кроме того, им предстояло еще познать «радости» ночёвки под открытым небом, «поскольку дорогу, по которой мы поехали, пересекал глубокий окоп, а возвращение в темноте не представлялось возможным из-за многочисленных воронок от мин».
По итогам поездки T. Обер и Э. Бордье пришли к выводу, что условия содержания немецких военнопленных были в целом удовлетворительными. Делегаты также отметили, что «градус ненависти французских военных-победителей к своим недавним врагам несколько снизился». По их, возможно, слишком оптимистичному мнению, работа военнопленных на свежем воздухе теперь не столь тяжела, как раньше — когда захваченных вражеских солдат заставляли работать на рудниках, в портах или на заводах.
Однако проходили месяцы, а положение немецких военнопленных не менялось, и теперь понятно почему: председатель правительства Франции Жорж Клемансо (Georges Clemenceau) использовал фактор пленных в качестве средства давления в рамках торга, который предшествовал заключению Версальского мирного договора, документа, задуманного и ставшего актом «наказания» Германии за ее «вину» в развязывании войны. Затем это обстоятельство стало одним из источников Второй мировой войны.
Ну а тогда немецким военнопленным пришлось ждать освобождения до самого января 1920 года. Репатриация осуществлялась тогда за счёт Вооружённых сил Германии. Но для МККК война не закончилась даже и тогда. Австрийские и немецкие военнопленные, удерживаемые в недавно появившейся Советской России, и русские солдаты, находившиеся в плену Центральных держав, были «брошены на произвол судьбы на фоне политического хаоса, воцарившегося в Центральной Европе и в России», — отмечает Даниэль Пальмьери. Комитету МККК по военнопленным понадобилось более трёх лет для осуществления репатриации 500 тыс. военнопленных через Японию, Финляндию или черноморские порты.
МККК и Женевский протокол
Еще во время войны, 8 февраля 1918 года, МККК обратился к воюющим сторонам с официальным призывом отказаться от использования «удушающих и ядовитых газов». Безуспешно: все воюющие стороны возлагали ответственность за использование химического оружия на своих противников.
После войны МККК в сотрудничестве с Лигой наций продолжил деятельность, направленную на достижение полного запрета на применение и производство боевых отравляющих веществ.
Усилия МККК непосредственно способствовали разработке Женевского протокола о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств — основного международного документа, юридически запрещающего применение химического, биологического и токсичного оружия. Документ подписан 17 июня 1925 года представителями 37 государств.
Источник: МККККонец инфобокса
Русскоязычная версия текста: Евгений Мамонтов.