Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04485.jsonl.gz/1

Клод Моне: уловить атмосферу и свет, разлитый в ней
Updated: Feb 28
25 апреля 1874 года в газете Le Charivari критик Луи Леруа опубликовал статью «Выставка импрессионистов». В ней Леруа язвительно написал: «...Обои в первоначальной стадии обработки более закончены, чем этот морской пейзаж». О какой же картине так резко высказался критик?
Он имел в виду полотно Клода Моне «Впечатление. Восход солнца», увиденное им на выставке «Анонимного общества живописцев, художников и гравёров».
В полной сарказма статье Луи Леруа назвал «впечатленцами» Моне и других молодых художников, организовавших выставку. Так появился новый термин – импрессионизм (от франц. Impression – впечатление). Название картины Моне дало имя новому направлению в живописи – импрессионизму, а сам Клод стал его «отцом».
Клод Оскар Моне
Клод Оскар Моне (1840 - 1926) родился в Париже, его отец был владельцем бакалейной лавки. Семья перебралась в Гавр, где и прошло детство Клода. Море, гавань, парусники, лодки – эти образы детства появятся на картинах Моне позже. А пока интерес к живописи выразился у мальчика в создании веселых карикатур на учителей и школьных товарищей.
Карикатуры получались у Клода настолько хорошо, что стали пользоваться популярностью у жителей Гавра, и вскоре Клод уже рисовал на заказ и регулярно продавал свои рисунки в местной писчебумажной лавке.
Там карикатуры талантливого подростка увидел местный художник Эжен Буден, который дал ему первые уроки живописи и научил приемам работы на пленэре (от фр. en plein air – «на открытом воздухе»).
Клод писал о своем первом учителе: «Буден установил свой мольберт и принялся за работу. Вдруг словно пелена спала с моих глаз: я понял, почувствовал, что такое живопись; …я понял свое предназначение. Эжену Будену я обязан тем, что стал художником».
Общение с Буденом усилило желание Клода посвятить свою жизнь живописи, и он решил ехать учиться в Париж. Родителям не очень нравилось увлечение сына, но все-таки они согласились отпустить Клода в столицу, надеясь, что богемная жизнь не придётся ему по вкусу. Они ошиблись. Юный Клод, оказавшись в столице, поступил в Академию Сюисса и быстро завел многочисленные знакомства в артистической среде.
Но через год Моне призвали в армию. Он мог бы откупиться, однако отец был согласен помочь, только если Клод бросит занятия живописью и приедет работать в отцовском магазине.
Моне отказался, и ему пришлось служить в Алжире, где он через два года заболел лихорадкой, и вернулся в Гавр. Дома он вновь стал ходить на этюды с Буденом и познакомился с голландским художником Йонгкиндом, который оказал на Клода огромное влияние.
Осенью 1862 года Клод вернулся в Париж и стал учеником Глейра, швейцарского художника, писавшего картины на мифологические и исторические сюжеты. В его мастерской Моне познакомился с Огюстом Ренуаром, Альфредом Сислеем, Фредериком Базилем, и именно в общении и совместной работе с этими молодыми художниками он постепенно сформировал свой собственный творческий стиль. В 1864 году, когда Глейр был вынужден закрыть свою мастерскую из-за проблем со зрением, друзья начали самостоятельно осваивать живопись на пленэре.
Клод был наблюдательным и обладал удивительно чутким зрительным восприятием: он пришел к выводу, что в природе не существует постоянных локальных цветов, что цвет любого предмета постоянно меняется и зависит от освещенности. Моне говорил: «Я хочу уловить мгновенность: атмосферу и свет, разлитый в ней».
Поль Валери в «Триумфе Моне» писал: «Моне – единственный по чувствительности своей сетчатки, высочайший аналитик света…».
Первой картиной, показавшей новый подход к изображению реальности, стал «Завтрак на траве» (1865-1866). Клода Моне вдохновило одноименное полотно Эдуарда Мане, но он хотел показать сюжет иначе – делая акцент не на контуры и линии, а на пятна света и цвета. Клода интересовали эффекты естественного освещения.
Чтобы передать световоздушную среду так, как это сделал Моне, кроме пленэра нужно было по-новому увидеть окружающую действительность, отказаться от академических правил и верить только своему зрению. Работая над «Завтраком», Клод Моне «забыл» законы академического рисунка и плавный переход от света к тени: фигуры людей и пейзаж на его полотне – это пятна и оттенки, цвет которых зависит от освещения.
У фигур и предметов нет четких контуров, они растворяются в окружающей среде под действием легкого ветерка и мерцания солнечного света. Изменилась и фактура живописи: она перестала быть гладкой. Клод стремился передать ничем не искаженное первое впечатление от увиденного, и это привело его к формированию собственной живописной техники – отдельным цветовым мазкам. Так предметы на картинах Моне потеряли плотность, распались на множество цветовых пятен и рефлексов, растворились в пронизанном светом воздухе.
Клод Моне. Камилла. 1866 ©Национальный музей искусств Румынии, Бухарест
Картина «Завтрак на траве», к сожалению, не сохранилась: художник вынужден был оставить холст в счет уплаты за жилье в деревушке Шайи. Позже, когда Клод вернулся, чтобы расплатиться и забрать картину, он обнаружил, что полотно сильно пострадало от сырости. Два фрагмента хранятся сейчас в музее д’Орсе в Париже. Уменьшенная копия полотна – в Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина в Москве.
В 1872 году Клод Моне создал свое знаменитое полотно «Впечатление. Восходящее солнце». На этой картине художник не пытался воспроизвести действительность, он вновь передавал только свое впечатление от увиденного. Для любителей академической живописи техника картины была неряшлива, груба и примитивна. Публика не поняла, что художник ставил перед собой другие цели – он хотел показать взаимосвязь между рассветным солнцем и цветом воды, рефлексы на волнах, туманный воздух и неясные очертания предметов.
Эмиль Верхарн писал о Моне: «Он видел более совершенно, более глубоко, более тонко и поэтому обязательно должен был подвергнуться насмешкам дальтоников от живописи и от критики, закоснелых людей всех возрастов и отсталых воинов всех арьергардов».
Но постепенно успех пришел, и те, кто ругал художника вчера, теперь публиковали восторженные рецензии. В 1883 году в Париже состоялась персональная выставка Клода Моне, и критики отмечали великолепное мастерство художника, его умение передать игру света и цвета.
Доходы Моне выросли, и в 1883 году он купил себе дом в Живерни. В этом доме он прожил до конца своих дней.
Моне хотелось поймать и показать сложную игру световоздушной среды, изменчивые, полные нюансов взаимоотношения между светом и цветом. Это желание художника объясняет, почему с конца 1880-х годов Клод начал создавать серии картин, посвященные какому-то одному мотиву. Циклы картин помогали Моне исследовать то, что он называл «мгновенностью», и передавать этот эффект мимолетных изменений освещенности и цвета на каждом отдельном полотне, выстраивая их в ряд, как кадры кинофильма.
В Живерни Клод Моне написал серию «Стога».
Клод Моне. Тополя на берегу Эпт. Вечерний эффект. 1891 ©Частное собрание
Клод Моне. Тополя в ряд. 1891 ©Частное собрание
Клод Моне. Тополя на берегу Эпт. Осень. 1891 ©Частное собрание
Клод Моне. Тополя на берегу Эпт. Сумерки. 1891 ©Музей изящных искусств, Бостон
В 1892 он создал «Тополя» (1891-1892, 24 картины) и «Руанский собор».
На рубеже XIX-XX вв. появились серии «Лондонские туманы» и «Кувшинки». Поздние работы Моне больше напоминали декоративные панно, чем картины. Многие из этих полотен были созданы, когда художник уже страдал от катаракты.
За счет государства в музее Оранжери в 1920-х гг. были созданы два зала с постоянной экспозицией из восьми больших картин из серии «Кувшинки». Выставку открыли 16 мая 1927 года, через несколько месяцев после смерти Клода Моне.
Искусствовед Жорж Ривьер писал: «Ни одна печальная мысль не омрачает зрителя при взгляде на полотна этого могучего художника. Глядя на них, испытываешь только восхищение, а если и сожалеешь, то лишь о том, что не можешь вечно жить среди той буйной природы, которая пышно расцветает на полотнах Моне».
В Швейцарии картины Клода Моне можно увидеть в Художественном музее Базеля, в Музее истории и искусств в Женеве, в Художественном музее Цюриха, в Собрании фонда Эмиля Бюрле.