Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04165.jsonl.gz/19

Святой защитник и покровитель Швейцарии Никлаус (или Клаус) из Флюе отмечает свое 600-летие. Неграмотный крестьянин, в возрасте пятидесяти лет услышавший призыв Бога, стал аскетом-отшельником, мистиком, философом, миротворцем, автором идеи швейцарского нейтралитета и даже поэтом.
Никлаус фон Флюе (Niklaus von Flüe, Nikolaus von der Flühe или Bruder Klaus) родился в самом центре Швейцарии в деревне Флюели-Ранфт (Flüeli-Ranft) на территории нынешней общины Заксельн (Sachseln, кантон Обвальден) в состоятельной и уважаемой крестьянской семье 600 лет назад 21 марта 1417 года. Никлаус четыре года, с 1440 по 1444, был солдатом на так называемой Старой Цюрихской войне (нем. Alter Zürichkrieg), которая шла с 1440 по 1446 годы между кантоном Цюрих и семью другими кантонами Старой Конфедерации за обладание графством Тоггенбург.
Затем он вернулся домой, выстроил дом, женился на 17-летней Доротее Висс, у них родилось десять детей, пять дочерей и пятеро сыновей. Позже Клаус стал местным политиком и авторитетным судьёй. В октябре 1467 года, когда самому младшему из его детей не было еще и года, а старшему уже исполнилось 20, а потому он уже был способен сам добывать пропитание и себе и своей семье, Клаус, что очень важно, с согласия жены, неожиданно покинул семью и деревню, чтобы стать монахом-отшельником. Очень похоже на уход из семьи Толстого — только тот ушел, уже будучи пророком и философом, а Клаусу еще только предстояло им стать.
Пережив, согласно легенде, недалеко от города Листаль священное Откровение, он вернулся после своих странствий на родину и поселился рядом с ущельем Ранфт, где посвящал все свое время посту и молитве во славу и в память Страстей Христовых.
Впрочем, этим его деятельность не ограничивалась: активно выступая посредником в военных и политических спорах между швейцарскими кантонами, он заслужил репутацию миротворца и, как бы сейчас сказали, «кризисного посредника». В 1947 году он был причислен к Лику Святых, став первым святым Швейцарии, канонизированным в современную эпоху.
В гостях у швейцарского святого
Наш путь начинается в 09.00 утра из деревни Флюэли, что в кантоне Обвальден, примерно в 70-ти километрах от Люцерна. Поначалу вокруг было очень много туристов и паломников, ведь через Флюэли проходит один из этапов Пути Святого Иакова, паломнической дороги к предполагаемой могиле апостола Иакова в испанском городе Сантьяго-де-Компостела.
Но потом суета как будто растворилась, и деревня эта опять стала тем, чем она и является — мирным и ничем не приметным селением. Ну, или почти ничем не приметным, ведь именно тут до сих пор стоит деревенский дом, где родился святой Никлаус. В отличие от апостола Иакова, он является совершенно реальной исторической фигурой, и народная тропа к его дому не зарастает вот уже несколько сотен лет.
Как мы уже упоминали, ощутив потребность в монашеском служении, брат Клаус оставил свою семью, и в этом нет ничего удивительного. Однако потом, и вот тут уже начинается область чудес, как утверждают источники, он двадцать лет вообще обходился без пищи.
«Брат Клаус — не самый обычный святой. Понять его мотивы, ощутить его величие, проникнуться духом его подвига — это довольно сложно. Можно, конечно, подойти к его фигуре в романтическом ключе, но это вряд ли продвинет нас вперед по пути познания того, что он совершил», — предусмотрительно указано в информационном буклете, в котором содержатся, кроме того, основные вехи его жизни.
От депрессии к Откровению
Осознание своей избранности далось Никлаусу очень тяжело. Наверное, он, как и многие до него, задавал себе и окружающим самый главный вопрос: «Почему именно я?» «Современными словами мы бы сказали, что он впал в глубокую депрессию. Он искал помощи у священника, разговаривал с женой, они вместе долго были в поисках ответа на вопрос, что же делать, и в конце концов Доротея согласилась с тем, что ее муж должен стать монахом», — рассказывает протоиерей Йозеф Банц (Josef Banz), бывший духовный хранитель места, где жил и молился отшельник Брат Клаус.
Облаченный во власяницу, он направился пешком в Базель. Недалеко от Листаля, во время ночевки под открытым небом, ему было Видение: вначале этот городок показался ему огненно-красным, а потом с неба упал луч света, коснувшись его так, что ему показалось, что это не и свет вовсе, а лезвие ножа. Никлаус истолковал это как знак, после чего принял решение вернуться в родные края, найдя себе там убежище для молитвенной и отшельнической жизни.
Именно туда мы и направляемся, от деревни Флюэли на берег небольшой, но стремительной горной речки, грохочущей по камням на дне ущелья Ранфт. Первую свою монашескую зиму Никлаус провел в нищете и холоде, а на следующий год земляки построили ему избушку и часовню. В маленькой деревянной каморке едва хватает места, чтобы встать в полный рост, а ведь здесь отшельник провел целых 20 лет своей жизни, до самой смерти.
«Бог весть»
Соотечественникам поначалу было непросто понять выбор Никлауса. Они не понимали, как можно пренебречь своей ответственностью перед семьей, оставить жену и детей и стать монахом? Не удивительно, что весть о том, что он обходится без пищи с той ночи, когда вернулся из Базеля, тоже была встречена скептически. Сам он насчет поста сдержанно отвечал: «Бог весть».
Говорят, что он питался он одним святым причастием, а потому Епископ Санкт-Галленский направил своего официального представителя, который должен был сыграть роль «адвоката дьявола» и уличить Никлауса во лжи. Посланник же Епископа, прибыв на место, удостоверился, что все так и есть, и что, наверное, мы и в самом деле имеем дело с чудом, так что в итоге репутация брата Клауса только укрепилась, о нем заговорили по всей стране.
Несмотря на добровольную изоляцию, отшельник остался тесно связан с окружающим миром, и здесь мы сталкиваемся с феноменом мирского монашества, с образом жизни, который и в самом деле трудно понять до конца, ведь как можно уйдя от людей, быть «хорошо осведомленным обо всем, что происходит в мире». А ведь именно такую оценку мы находим в письме посла Бернардо Империалли к Герцогу Миланскому, написанном в 1483 году, и это притом, что ни читать, ни писать брат Никлаус не умел.
Когда запахло порохом
Наиболее ярким примером такого «активного монашества» стала миротворческая и посредническая деятельность Никлауса фон Флюэ Вспомним, что эпоха конца 15-го века была отмечена небывалым всплеском швейцарского национального самосознания. Только что отгремели так называемые Бургундские войны (1474 — 1477 гг.), в ходе которых швейцарцы, а точнее могущественный кантон Берн и его союзники, нанесли поражение Карлу Смелому Бургундскому (1433 — 1477) и вышли к Женевскому озеру, своей естественной границе.
Однако примерно к 1481 году Швейцария сама оказалась на грани гражданской войны между четырьмя основными сельскими кантонами и четырьмя ведущими городскими кантонами. Причинами назревавшего конфликта были порядок распределения трофеев, завоеванных в ходе Бургундских войн, а также политические противоречия между сельскими кантонами с сильными традициями самоуправления и городскими кантонами, в которых властью единолично распоряжались (как это было особенно заметно в Берне) знатные семьи патрициев.
Наконец, давала о себе знать и «неформальная молодежь» из сельских кантонов Центральной Швейцарии, которая поначалу два раза опустошила регион нынешнего кантона Тургау (в 1458 и в 1460 гг.), а потом устроила дословно «Поход под знаменем свиньи» («Saubannerzug») и разграбила в 1477 году на правах победителей Женеву. Городские кантоны были очень недовольны таким произволом. Вместе с Золотурном и Фрибуром они организовали оборонительный союз («ewiges Burgrecht») и потребовали принять себя в Конфедерацию, против чего сельские кантоны, что понятно, протестовали весьма активно.
Запахло порохом, с учетом того, что война казалась тогда, особенно после победоносной Бургундской кампании, единственным эффективным средством разрешения конфликтов. Заседавший в городе Штанс (Stans) швейцарский национальный Собор (прото-парламент или Tagsatzung) найти выхода из сложившейся ситуации не смог. И тогда 21/22 декабря 1481 года, накануне Рождества, священник Хаймо Амгрунд (Heimo Amgrund) отправился в Ранфт, чтобы испросить совета у Брата Никлауса.
Миротворец, мистик, практик
То, что конкретно посоветовал Никлаус рассорившимся кантонам, так и осталось тайной, однако факт остается фактом, пусть на первый взгляд он и выглядит настоящим чудом: конфедераты взялись за ум и заключили так называемое «Соглашение в Штансе» («Stanser Verkommnis», так же: «Stanser Verträge»), в центре которого стояло решение принять Золотурн и Фрибур в Конфедерацию, но не в качестве членов союза («ewiges Burgrecht»), а как самостоятельных субъектов. Кроме того, в рамках этих соглашений, уже на новом историческом этапе, еще раз был озвучен и закреплен принцип, который мы уже встречали в «Союзной грамоте» (подробнее о ней, включая единственный достоверный перевод на русский язык этого важнейшего для истории Швейцарии документа можно прочитать здесь).
Речь идет, в частности, о принципе взаимопомощи кантонов, о запрете неспровоцированных военных акций одних кантонов против других, а также о принципе, по которому каждый кантон, даже будучи участником Конфедерации, имеет право управляться так, как ему нравится. Решен был вопрос и добычи, завоеванной в войнах с бургундами: распределять ее предполагалось пропорционально числу жителей данного кантона. Конфедерация была спасена от развала, в основе же этого политического чуда лежала миротворческая философия Никлауса фон Флюэе, возникшая на основе его личного политического, судебного и семейного опыта, обогащенного своеобразно истолкованной христианской миротворческой этикой.
Как рассказывает протоиерей Йозеф Банц, здесь мы сталкиваемся, если коротко, с тремя источниками, тремя составными частями учения Брата Никлауса: практической, мистической и религиозно-миротворческой. Никлаус-практик учит, что как мы послушны Богу (gehorsam), так мы должны быть послушны друг-другу (gehorchen), причем на первом месте здесь у него оказывается понятие «слушать» (hören). Военные противники должны «слышать» и «слушать» друг друга, только в этом случае возможен мир. Очень актуально, не так ли?
Никлаус-мистик предлагает вернуться к Таинству Троицы и посмотреть, как Триединый Бог буквально «распускается» (sich enfaltet) в этой троичности, сохраняя при этом центр своего Единства. Так и государства: они «распускаются» («falten sich auseinander»), но зачастую «распадаются» («fallen auseinander»), не будучи в состоянии вернуться обратно в свое мистическое единство. Говоря иными, современными словами, государства оказываются в опасности тогда, когда принцип «единства в многообразии» оказывается нарушенным. Об этом и предостерегал Брат Клаус, и завет его не остался забытым: швейцарский федерализм является сегодня идеальным образцом «единства в многообразии».
Наконец, его религиозно-миротворческая этика исходила из известного Евангельского принципа: «Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, ... А Я говорю вам: любите врагов ваших, ...» (Мф. 5:44). Находясь в ситуации господства военной средневековой этики, Брат Никлаус предлагает перевернуть свое представление о том, как надо разрешать конфликты, предлагая создать «вместо мира сжатых кулаков мир протянутой руки», превратив страну в единую семью, в которой царит не конфронтация, но диалог, и вместо готовности нанести удар — склонность лучше остаться в стороне, подумать и лишний раз не вмешиваться в драку.
«Женщина, достойная святого»
Брат Клаус скончался в своей келье в Ранфте 21 марта 1487 года и был похоронен по соседству в городке Заксельн. Усыпальница его и многочисленные реликвии, включая монашескую одежду, сработанную его женой, можно и сегодня увидеть в приходской церкви, которая была выстроена в его честь (см. фото ниже). Не осталась недооцененной и роль супруги Клауса Доротеи (в переводе «Дар Божий»), многие считают, что ее следовало бы канонизировать вместе с мужем. Именно в ее адрес предлагается молиться за супружеские пары, которые в силу обстоятельств живут в разлуке.
Папа Римский Иоанн Павел Второй, посетив эти края в 1984 году, назвал ее «женщиной, достойной святого». А на церковном кладбище здесь установлена статуя современной работы, которая изображает Доротею в окружении детей. По оценкам Й. Банца, который сейчас занимается организацией паломнических визитов, сюда каждый год поклониться швейцарскому миротворцу приезжают более 150 тыс. человек, причем среди них находятся не только паломники, а еще и дальние потомки тех, кто когда-то жил в регионе Флюели-Ранфт, но которых судьба разбросала по всему миру, вплоть до Австралии.
Слова поэтической мудрости
Святой Брат Никлаус сочинил свою личную молитву, которая на немецком звучит очень поэтично:
Mein Herr und mein Gott,
nimm alles von mir
was mich hindert zu Dir.
Mein Herr und mein Gott
gib alles mir
was mich fördert zu Dir.
Mein Herr und mein Gott,
nimm mich mir
und gib mich ganz zu einen Dir.
«Мой Господь, и мой Бог, избави меня от всего, что мешает найти Тебя. Мой Господь, и мой Бог, дай мне всё то, что поможет найти Тебя. Мой Господь, и мой Бог, избави меня от меня же и ниспошли единство с Тобой».Конец инфобокса
Перевод с английского и подготовка: Людмила Клот, научная редакция: Игорь Петров