Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04460.jsonl.gz/7

Спустя 35 лет после основания самого молодого швейцарского кантона страсти заметно поутихли. И пусть заклятые друзья по обеим сторонам бернско-юрской границы снова ведут взаимный диалог — серьезно в создание «большого кантона Юра» не верит сейчас никто.
С чего начинается родина, а точнее — регион Юра? Для меня он начинается с города Мутье (Moutier), куда я попадаю в обычный октябрьский вторник. Половина первого дня, а центр города словно вымер. Серый промозглый день, наверное, не очень располагает к прогулкам по улицам этого небольшого промышленного города с населением в 7 тысяч человек.
О предстоящем референдуме здесь напоминают только несколько агитационных плакатов, единственное зримое напоминание гражданам о необходимости подумать на тему объединения нынешнего кантона Юра и общин Бернской Юры в единый кантон. Но особого волнения перед референдумом здесь не заметно.
Мутье, географически являющийся частью Бернской Юры, входит в состав кантона Берн. В 1970-е гг. жителям этого города три раза пришлось отвечать на референдумах на вопрос о том, хотят ли они перейти в состав кантона Юра. И трижды горожане высказывались отрицательно, пусть в последний раз перевес противников перехода к Юре был микроскопическим. Так случилось, что Мутье был и остается узлом, в котором пересекаются и сплетаются все проблемы, связанные с юрассийским вопросом.
С 1982 г. большая часть руководства здешнего муниципалитета принадлежит к сторонникам сепаратистов. Зато мэр города Максим Цубер (Maxime Zuber), который работает на этом посту уже 19 лет - член «Социалистической автономной партии» («PSA»), отделившейся от социалистов кантона Юры. Он сохранил верность кантону Берн.
1998 г., во время очередного консультативного референдума, жители Мутье вновь отказались, с разницей в 48 голосов, от присоединения к кантону Юра. В случае, если 24 ноября 2013 г. жители Бернской Юры скажут более или менее дружное «нет» переходу под юрисдикцию кантона Юра — а именно такой сценарий и предсказывают эксперты — то отдельные коммуны будут все-таки иметь право потребовать для себя отделения от одного кантона и присоединения к другому.
Эту процедуру некоторые уже прозвали «Lex Moutier» («Закон Мутье»). Многие аналитики считают, что такой алгоритм идеально подходит к тому, чтобы поставить, наконец, финальную точку в вопросе юрассийского урегулирования.
Отсутствие интереса
В районе вокзала, через который проходит маршрут прямого экспресса, курсирующего между Базелем и Женевой, я нахожу некоторые признаки городской жизни. Например, тут расположен настоящий бастион юрских сепаратистов, гостиница, которая логично называется «Привокзальная» («Hôtel de la Gare»). Посетители гостиничного бара дружно проголосуют 24 ноября «за» переход в кантон Юра.
А вот в кафе напротив вокзала 35-летняя Софи Мертена (Sophie Mertenat) уже не питает никаких иллюзий. «Мои родители активно участвовали в решении юрассийского вопроса. Поэтому он важен и для меня. Но сегодня кантон Юра больше не является для населения каким-то маяком или светочем, той убежденности, как раньше, он не внушает, да и молодежь совершенно не интересуется этим референдумом».
В следующей скромной закусочной ее владелец, пожелавший остаться анонимным, также не скрывает скептицизма. «Теоретически у нас могло бы быть в составе кантона Юра больше прав. Тем не менее, здесь многие, в том числе даже и убежденные сепаратисты, опасаются, не лишится ли город своего регионального суда и собственной больницы, если отвернется от Берна. И эти факторы, без сомнения, определят ход голосования».
Поутихшие страсти
На смену революционным идеалам, которые в 1979 году привели к созданию кантона Юра, пришли прагматические соображения, сожалеют наиболее активные сторонники «единой Юры». Однако один из них, 60-летний Марсиаль Швайцер (Martial Schweizer), приветствует возврат к здравому смыслу. «Уже прошло двадцать лет с тех пор, как была засыпана пропасть, и люди из противоборствующих лагерей начали хотя бы разговаривать друг с другом».
Когда-то он был убежденным сепаратистом, сегодня же просто немного тоскует по былым временам. «Раньше у сторонников каждого лагеря были свои магазины, рестораны и ассоциации по интересам. Встретив активиста из противоположного стана, они переходили на другую сторону улицы. Рушились семьи, атмосфера была удушающей». Сегодня же все едины в том, что диалог стал куда более спокойным.
Марсиаль Швайцер, г. Мутье
Уже прошло двадцать лет с тех пор, как засыпана эта пропасть, люди начали хотя бы разговаривать друг с другом
«Страсти поутихли с момента учреждения в 1994 г. „Межюрассийского собрания“ („Assemblée interjurassienne“), сумевшего успокоить умы и убедить вчерашних противников начать все-таки взаимные разговоры и дискуссии. Это стремление к миру объясняется и тем, что данная тема больше не зажигает сердца так, как это было раньше», — считает Реми Шетела (Rémy Chételat), главный редактор газеты «Quotidien jurassien».
Конечно, люди до сих помнят о том, что было и опасаются бередить старые раны. «Но волнений таких, как в 1970-е гг., в Мутье больше точно не будет. Мы бы хотели, наконец, скорее проголосовать и заняться более неотложными делами», — подчеркивает сорокалетний прохожий. Генеральный секретарь «Межюрассийского собрания» Эмманюэль Конья (Emanuel Gogniat) так же констатирует, что между большей частью населения, которая вовсе не интересуется темой голосования, и активистами-сепаратистами, «которые сражаются как в последнем бою, защищая прежние крайне эмоциональные и жесткие позиции», сегодня существует «дистанция огромного размера».
Почти как в Северной Ирландии
В бернском местечке Бовилар (Bévilard), в десятке километров к юго-западу от Мутье, Марк-Ален Аффольтер (Marc-Alain Affolter) тоже говорит мне о своей «глубокой приверженности» кантону Берн. Владелец частного предприятия «Affolter Group», производящего шестеренки для часов и прочие механизмы, подчеркивает преимущества, которые проистекают как из факта нахождения региона Бернской Юры в составе крупного кантона, имеющего солидный вес на национальном уровне, так из особого статуса, который Берн предоставил этому региону. «Мы очень хорошо чувствуем себя в кантоне Берн, кто же захочет покидать его?»
Однако через пару сотен метров можно услышать и совсем другие голоса. Венсан Шарпийо (Vincent Charpilloz), глава семейной компании «Helios SA», специализирующейся на производстве комплектующих деталей для часовой, автомобильной и медицинской промышленности, не скрывает своих проюрассийских позиций. «Власть, которая была бы ближе к нам, могла бы лучше представлять наши интересы, тем более, что кантон Юра и расположенная к югу от него Бернская Юра очень тесно связаны экономически», — утверждает он.
Вопреки кризисам, регулярно потрясающим экономику этого региона, крайне зависимую от ситуации на внешних рынках, Бернская Юра за последние десятилетия значительно увеличила свою деловую и экономическую привлекательность. Марк-Ален Аффольтер уверен: «В эпоху важных референдумов (в 1970-е гг. – прим. ред.) было практически невозможно привлечь квалифицированных работников со стороны. Бернская Юра была тогда практически таким же чумным бараком, как и Северная Ирландия. К счастью, это больше не так. Сегодня молодых квалифицированных людей весьма привлекает перспектива работать на фирмы, которые являются лидерами процесса глобализации».
Осваивая регион
Мы едем на север, в сторону столицы кантона Юра города Делемон, он же Дельсберг. Большая часть автомобильного движения в регионе приходится на автобан под неофициальным названием «Трансъюран» («Transjurane»). Эта трасса соединяет город Биль на юге с городом Бонкур (Boncourt) на севере, почти у самой границы с Францией.
Дорога еще до конца не достроена, последний участок трассы должен войти в строй в 2016 г., и тогда долины, взгорья и дороги, вьющиеся серпантином по склонам юрассийских холмов, навсегда останутся для вечно торопящихся автолюбителей в прошлом. Инфраструктурная изоляция региона, которая в прошлом во многом и подпитывала юрассийский сепаратизм, сегодня не играет уже никакой роли, на исход голосования 24 ноября будут влиять совсем иные факторы.
Эмманюэль Конья
Языковой аргумент сегодня наиболее активно используют противники сепаратизма. Именно они указывают на то, как важно, мол, быть частью большого двуязычного кантона, играющего роль моста между франко- и германо-говорящими регионами страны.
Такая же ситуация наблюдается в настоящее время в языковой и религиозной областях. Эти факторы были важным мотивом, приведшим к образованию кантона Юра. Конечно, настроенные про-бернски ветераны время от времени еще начинают ворчать, протестуя против присоединения Бернской Юры к кантону на севере, в котором всем заправляет, де, «партия отъявленных клерикалов» (имеется в виду католическая партия демохристиан – «CVP»). Однако на практике партийные дебаты давно уже носят только практический характер, религиозные вопросы никого всерьез уже не интересуют.
Улетучилось из региона и вездесущее желание во что бы то ни стало сохранить и укрепить позиции французского языка в его противостоянии с немецким языком, да еще и в его швейцарско-диалектном изводе.
«Языковой аргумент, как ни странно, сегодня наиболее активно используют как раз противники сепаратизма», - говорит Эмманюэль Конья. «Именно они теперь указывают на то, как важно, мол, быть частью большого двуязычного кантона, играющего роль моста между франко- и германо-говорящими регионами страны».
Берн и франкоговорящие
Официально двуязычный, Берн остается кантоном, для подавляющего большинства жителей которого родным является немецкий язык. На французском здесь говорят около 8% жителей (80 тыс. человек).
В кантональном парламенте Берна 16 мест из 160 заняты представителями франкоязычного населения.
С 2011 г., после того, как в парламент Швейцарии не был переизбран Жан-Пьер Грабер, у Бернской Юры больше нет своего представителя в федеральном органе законодательной власти.
Население кантона Юра насчитывает чуть более
70 тыс. человек. Кантон представлен в федеральном парламенте двумя депутатами Совета кантонов (малой палаты) и двумя депутатами Национального совета (большой палаты парламента).
В кантоне Юра больше уже никто не воротит нос от немецкого языка. Регион наладил плодотворные контакты с богатейшей немецкоязычной культурой и экономикой кантона Базель-городской. В вузах Юры давно уже предлагают учебные планы сразу на двух языках. Так что примирение совершилось и в данной области тоже.
Надежды на объединение исчезающе малы
Сегодня на севере региона Юра все, или почти все, выступают за объединение с Югом. Элизабет Бауме-Шнайдер (Elisabeth Baume-Schneider), министр кантона Юра по делам образования, культуры и спорта, неоднократно агитировала в газете «Journal du Jura» за «единое географическое и социально-экономическое пространство», указывая на «ландшафты, которые цементируют юрассийскую идентичность, на достижения в области микротехники, на, зачастую, одинаковые политические убеждения, проявляющиеся в ходе федеральных референдумов, и, наконец, на факт существования порядка 70-ти ассоциаций и союзов, объединяющих кантон Юра и общины Бернской Юры».
На улице, впрочем, никто не питает чрезмерных надежд. «Более крупный кантон имел бы больше административных ресурсов. Но в регионе Бернской Юры еще слишком много предрассудков относительно кантона Юра. Мы не сможем их развеять»,- подводит итог владелец магазина, пожелавший остаться неизвестным. Похожий скептицизм заметен в Делемоне и на Площади им. Ролана Бегелена (Roland Béguelin), названной так по имени отца-основателя кантона Юра. «Здешние жители не чувствуют в полной мере, что это голосование касается конкретно их. Исход голосования будет решаться по ту сторону границы, в Бернской Юре, а там люди давно уже свое мнение сформировали».
Сложная процедура
24 ноября 2013 г. гражданам кантона Юра и региона Бернской Юры предстоит высказаться на референдуме, но НЕ по вопросу создания нового кантона, но о возможности и целесообразности начать процедуру, которая могла бы к этому привести.
В случае положительного исхода плебисцита потребуется еще несколько дополнительных референдумов, прежде, чем два региона смогут образовать единый «Большой кантон Юра».
В случае же, если большинство граждан кантона Юра выскажется «за» такую перспективу, а большинство граждан Бернской Юры «против», — а такой исход многими рассматривается в качестве самого вероятного, — юрассийский вопрос будет считаться решенным раз и на всегда, идея нового кантона будет похоронена окончательно.
При этом правительства кантонов Берн и Юра договорились, что общины региона Бернская Юра смогут присоединиться к кантону Юра в индивидуальном порядке. Им будут даны два года для того, чтобы собрать необходимое большинство подписей в поддержку этой идеи.
Эта возможность будет односторонней, она коснется только Бернской Юры, поскольку очевидно, что ни одна община из состава кантона Юра не пожелает присоединиться к кантону Берн.
Перевод с французского и адаптация: Людмила Клот и Игорь Петров, swissinfo.ch