Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04472.jsonl.gz/9

На востоке Украины назревает война, даже несмотря на то, что в 2015 году было достигнуто соглашение о начале процесса мирного урегулирования конфликта. Швейцарский дипломат Хайди Тальявини была в то время одним из участников тогдашних мирных консультаций. В интервью швейцарскому телеканалу SRF она рассказывает о тупиковой ситуации, в которой оказался процесс мирного урегулирования вокруг Украины.
Перевод на русский: Игорь Петров.
Хайди Тальявини (Heidi Tagliavini) родилась в Базеле в 1950 году, изучала русский язык в Женеве и Москве, с 1982 году занимала должности в Федеральном департаменте / Министерстве иностранных дел Швейцарии (ФДИД / EDA). Выступала посредником в конфликтах на Кавказе и в Чечне, среди прочих, была специальным представителем ООН в Грузии, а также главой Международной комиссии по расследованию причин войны 2008 года в Грузии. С 2014 по 2015 год занимала должность специального докладчика по Украине в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).
SRF News: Второе минское соглашение было подписано почти семь лет назад. Какое значение это соглашение имеет сегодня для разрешения конфликта вокруг Украины?
Хайди Тальявини: Соглашение это значимо и сегодня потому, что на сегодняшний день это единственный документ, который содержит все ключевые вопросы, важные для мирного разрешения конфликта на востоке Украины. И я бы не согласилась с призывами к новым переговорам по данному соглашению. Дело не в документе. Дело в отсутствии политической воли для его реализации.
Недостаток политической воли есть, по Вашему мнению, у всех сторон?
Не Украина начинала эту войну. Теперь она-де замедляет реализацию Минских соглашений, по крайней мере, её частно обвиняют в этом. Украина, со своей стороны, обвиняет Россию в том, что она сама не протягивает руки для решения проблемы. Но до сих пор нет единого понимания того, что было бы решением, пригодным и приемлемым для всех. Чтобы это произошло, всем пришлось бы идти на компромиссы. Желание делать это невелико, а взаимное недоверие огромно.
Есть ли у Вас впечатление, что люди в Донецке и Луганске оказались просто забыты?
В ходе конфликтов о простых людях действительно часто забывают. Мой опыт, накопленный в рамках других конфликтов, показывает, что обычно стороны конфликта делают вид, что хотят что-то сделать для людей, но только если это соответствует их максимальным требованиям, удовлетворения которых они хотят обеспечить по итогам конфликта.
Что говорят спецслужбы?
Согласно оценкам американских разведывательных служб, подготовка России к возможному вторжению в Украину уже идет полным ходом. Об этом информируют и швейцарские СМИ. Около 70 процентов войск, необходимых России для «крупномасштабного вторжения», уже готовы к действию. Об этом сообщают американские СМИ со ссылкой на разведслужбы. В случае такого вторжения правительство США ожидает появления многочисленных жертв среди гражданского населения и военнослужащих.
Если российские войска вторгнутся в Украину, только среди мирного населения Украины могут погибнуть от 25 000 до 50 000 человек. Об этом сообщают американские СМИ, включая New York Times, ссылаясь на неназванных высокопоставленных чиновников правительства США. По их оценкам, украинским военным придется оплакивать 25 000 погибших, российской стороне — от 10 000. Кроме того, вторжение российских войск в соседнюю страну вызовет новую волну беженцев численностью до пяти миллионов человек.
В настоящее время, по мнению экспертов, возможным временем для вторжения могла бы стать вторая половина февраля — после окончания зимних Олимпийских игр в Пекине. Это было бы самое оптимальное время с учетом того, что почва окончательно на тот момент затвердеет от морозов. Однако, по сообщениям СМИ, американские спецслужбы также подчеркнули, что Владимир Путин еще не принял решение о наступлении.End of insertion
Если в каком-то соглашении в явном виде названы не все стороны конфликта — в данном случае Россия — то не считаете ли Вы, что это обстоятельство замедляет продвижение к разрешению этого конфликта?
Я думаю, что да. За сторонами конфликта часто стоят более крупные державы. Поэтому протянуть свою руку помощи для разрешения конфликта должны не только локальные (действующие лица), но и региональные и даже трансатлантические (глобальные) державы. Мы находимся в ситуации, когда очередная глобальная конфронтация оказывает очень сильное влияние (на состояние локального конфликта). В случае с Восточной Украиной речь идет о противостоянии между Востоком и Западом.
В соответствии с Минским соглашением Луганская и Донецкая области имеют право на получение автономного статуса в составе Украины. Реализуем ли этот формат на данный момент?
Решение прописывать такой автономный статус в подобного рода документах всегда является этаким неловким решением для проформы, потому что такой статус обычно очень трудно реализовывать, кроме того он является бомбой замедленного действия. Потому что рано или поздно, особенно если надежды не оправдаются, конфликт вспыхнет снова, и будет либо новая война, либо произойдет уже полный разрыв.
Неужели сегодня регионы восточной Украины уже настолько сильно интегрированы в Россию, что это этот процесс уже невозможно будет обратить вспять?
Интересный вопрос, ответ на которой не спешит давать ни одна их сторон. Идет процесс создания фактов. Россия создает такие факты с помощью раздачи своих паспортов, путем материальной и военной поддержки на местах. Другая сторона тоже создает факты физическим отделением (этих регионов) от остальной Украины. Конфликт длится уже так долго, что трудно себе представить, что люди там снова смогут жить вместе, не испытывая страха.
Интервью провела Луция Чирки, оригинал на немецком языке по этой ссылкеВнешняя ссылка.
В соответствии со стандартами JTI
Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch