Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04979.jsonl.gz/6

Почему швейцарский монах принял участие в процессе насильственного «цивилизирования» коренного населения США?Этот контент был опубликован 25 июля 2021 года - 07:00
- Deutsch Handlanger des amerikanischen Ethnozids (Оригинал)
- Español Un suizo, cómplice del etnocidio estadounidense
- Português O bispo suíço que participou do etnocídio americano
- 中文 瑞士僧侣成为美国印第安种族文化灭绝的帮凶
- Français Le sbire suisse de l’ethnocide américain
- عربي اليدُ الطولى السويسرية للإبادة العرقية الأمريكية
- English The Swiss henchman of America’s ethnocide
- 日本語 米先住民の文化抹殺に協力したスイス人宣教師
- Italiano Lo scagnozzo svizzero dell'etnocidio americano
Перевод на русский: Игорь Петров.
Мартин Марти (Martin Marty) хотел спасти индейцев племени сиу от адского пламени. Он даже осмелился попытаться обратить в католичество легендарного Татанка Ийотаке, или Сидящего Быка (Sitting Bull, 1831–1890), вождя индейского племени хункпапа, входившего в народ лакота из группы индейских народов сиу. Как и почему швейцарский монах-бенедиктинец согласился от имени американского государства принять участие в процессе насильственного «цивилизирования» коренного населения США?
Мемориальная часовня епископа Марти в Янктоне, Ю. Дакота (Bishop Marty Memorial Chapel in YanktonВнешняя ссылка) была построена после Второй мировой войны как «памятник Святому Епископу, проложившему бенедиктинцам путь на земли Дакоты». Здесь швейцарский монах-бенедиктинец Мартин Марти прославился как «апостол индейцев сиу», и в его честь названы несколько школ и небольшой поселок городского типа.
В его памятной часовне есть витраж, посвященный неудачной попытке М. Марти организовать и возглавить миссию по обращению в христианство самого знаменитого Сидящего Быка. На витраже М. Марти изображен благоговейно и почтительно взирающим на великого вождя, а на заднем плане можно видеть, как женщины из числа коренного населения с христианскими песенниками в руках возглашают священные хоралы.
Швейцарский историк Мануэль Менрат (Manuel MenrathВнешняя ссылка), тщательно исследовавший историю М. Марти и его роль в процессе «цивилизации» индейцев сиу, всегда считал это витражное изображение раздражающе лицемерным. «На витраже мы видим М. Марти, благоговейно поющего псалмы и хоралы вместе с индейцами, головы которых украшены классическими уборами, на небесах им такие прически, так уж и быть, сошли с рук. Но в интернатах, которыми в реальности руководил М. Марти, все было совсем по-другому: такие украшения и прически считались там языческим проявлением дьявольской натуры индейцев».
Многие индейцы сиу и сегодня являются католиками, и это тоже наследие М. Марти. Его школы-интернаты играли ведущую роль в попытке превратить детей коренного населения Америки в благочестивых американцев, причем не просто в американцев, но прежде всего в добрых католиков. История М. Марти есть яркий пример того, как религиозные цели становились одним из элементов общей теории и практики глобального колониализма. Но как в 19-м веке монах из центральной Швейцарии оказался в США?
«Тысяча способов попасть на Дикий Запад»
Марти был сыном пономаря, и он практически вырос в церкви; все три его брата тоже стали священниками. С пяти лет он учился у иезуитов, вдохновившись их деятельностью в качестве странствующих защитников веры. В детстве примером для подражания стал для него один из основателей Ордена Иисуса Святой Франциск Ксаверий (1506–1552), который в 16-м веке активно миссионерствовал в Японии, Мозамбике и Индии. Хотя Франциск Ксаверий никогда не посещал Америку, в центральной Швейцарии его почитали как «индейского миссионера».
Но в Швейцарии стать иезуитом Марти не мог. Представители Ордена считались врагами либерального государства, и их призвание в Швейцарию в 1830-е годы стало поводом для раскола страны и одной из основных причин гражданской войны 1847 года. Католики эту войну проиграли, и понятно, почему в новой Швейцарии их орден был запрещен. Поэтому Марти стал вместо этого бенедиктинским монахом, будучи пострижен в возрасте 16 лет и получив при этом имя Мартин. В новой Швейцарии католики оказались в сложной ситуации. В политической структуре страны доминировали протестантские кантоны и элиты, в нескольких кантонах католические монастыри и семинарии были закрыты.
Монастырю Айнзидельн, к братии которого принадлежал Марти, угрожала похожая судьба. Чтобы избежать самого неблагоприятного развития ситуации, несколько монахов-бенедиктинцев были отправлены в США, где в 1854 году они в штате Индиана недалеко от города Телль-Сити (Tell City) основали аббатство Святого Мейнрада (Abtei St. Meinrad). Затем в 1850-х годах в этом регионе поселилось довольно много швейцарских переселенцев. Мануэль Менрат считает, что «они не просто искали убежища за океаном, но они специально следовали туда, где сосредотачивались общины именно эмигрантов-католиков. Они ведь боялись, что на чужбине им придется стать протестантами».
Аббатство Святого Мейнрада управлялось довольно скверно, и так в 1860 году 26-летний М. Марти был отправлен за океан «разобраться, в чем там дело». В целом ему удалось навести порядок, более того, он основал там школу для детей поселенцев, вокруг которой скоро вырос небольшой городок. В 1870 году аббатство Сент-Мейнрад стало монастырем, а Марти был назначен его настоятелем – заметное повышение по службе. Но оседлая монашеская жизнь его не устраивала, он видел себя миссионером – героем фронтира. Он хотел донести «католическую истину до язычников, находящихся во тьме и тени смертной». Приехав в США в качестве канцелярского сотрудника, он стал в итоге «индийским миссионером», оказавшись «в правильное время в правильном месте».
«Цивилизация вместо уничтожения»
Ведь после Гражданской войны США находились в состоянии усталости и фрустрации. Воевать, в том числе и с коренным населением, никто не хотел. Гуманисты и представители церкви требовали более мягкого подхода к индейскому населению. По мнению тогдашнего министра внутренних дел США, «теперь нашей целью является обучение беспомощной и заблудшей расы коренных американцев в соответствии с догматами нашей высшей христианской цивилизации». Ни о каком установления равенства, считает М. Менрат, речи не шло: «В конце концов, никому не нужна была элита, нужна была прислуга, рабочие на фабриках, добрые христиане».
Именно тут на первом плане оказались церкви всех направлений. Резервации, в которые кавалерия под угрозой расстрела загоняла индейские племена, были переданы «под управление» различным миссионерским организациям. «Важно отметить, что такая политика умиротворения вовсе не была отказом от политики уничтожения коренных народов. Американское государство использовало церковь с целью стирания языка, культуры, духовности индейских племен. Сегодня мы бы назвали это "этноцидом"». Такие программы, говорит М. Менрат, были типичны для колониализма в той форме, в которой он реализовывался в Австралии и Новой Зеландии.
Россия, еще одна великая колониальная держава, действовала иначе, но с не менее кровавыми последствиями, о чем можно почитать вот в этой недавно вышедшей на русском языке монографииВнешняя ссылка. Но вернемся в США. Сначала там все выглядит идиллически — поселенцы из Европы отправляются в какой-то отдельный регион, им нужна земля, коренные жители уходят, а они начинают обживать «территорию фронтира». В какой-то момент потребность в земле у колонистов резко увеличивается — и они сталкиваются с коренным населением. И тут есть два варианта: уничтожение или перевоспитание. При этом поселенцы вовсе не обязательно должны быть той же национальности, что и сама колониальная держава.
Довольно много возможностей появляется у людей любой национальности — при условии, что они считают себя принадлежащими к высшей расе. Все это позволило М. Марти сыграть в этой истории очень важную роль. Тем не менее М. Менрат предостерегает от одностороннего осуждения того, что происходило совсем в ином историческом и социальном контексте: «Не следует поспешно критиковать только церковь. В первую очередь такие программы инициировались самим государством. Представители же клира искренне полагали, что они делают благое дело, «спасая» темных людей от ввержения в геенну огненную».
«Лагеря перевоспитания»
Когда основанное в 1874 году Бюро католических миссий для индейцев (Bureau of Catholic Indian Missions) обратилось к М. Марти с просьбой подыскать им подходящих миссионеров, тот понял, что настал его момент и что вот теперь ему представился реальный шанс наконец-то пойти тем путем, о котором он давно мечтал. В 1876 году он покинул монастырь в Сент-Майнраде, чтобы посвятить себя миссионерской деятельности среди индейцев сиу в резервации «Стэндинг-Рок» (Standing Rock). Сам М. Марти регулярно выступал против жестокой государственной политики в отношении индейцев. Он сознавал, что именно стратегия Соединенных Штатов превратила сиу, с которыми он сталкивался, в тех самых «бездельников, лентяев и нищих».
Но он все равно считал их культуру отсталой и вряд ли заслуживающей какой-то защиты. Поэтому сначала он думал разделить землю на участки-парцеллы, с тем чтобы превратить коренное население в еще одних «европейских фермеров». Однако он довольно рано понял, что основную свою работу ему следует сосредоточить на детях, ведь они казались ему «глиной» в его руках, куда легче, чем взрослые, поддающейся процессу цивилизирования. Но для этого их нужно было разлучить с родителями, ведь «нет смысла обучать детей коренного населения, если им позволяется регулярно возвращаться в свой аморальный семейный круг, где существующие пороки все еще существовали и не были исправлены».
Дети, как предполагалось, должны были быть изолированы от своей культуры вплоть до совершеннолетия, и вот тогда, уже будучи «добрыми католиками», они смогут создавать свои собственные семьи. В 1876 г. он построил школу-интернат для индейцев сиу, позволив им, как провокационно указывает М. Менрат, «копать могилу для своей собственной культуры». При этом многие взрослые индейцы добровольно доверяли своих детей Марти и его помощникам — в основном для того, чтобы избавить их от помещения в детские военные училища за пределами резерваций, где вероятность их гибели была чрезвычайно высока.
И все равно многие из них погибали, даже будучи под опекой не военных, но церкви, вирусам и бактериям было все равно, где распространяться, так что почти в каждом интернате возникло в итоге свое кладбище. Только в интернате в Карлайле (Boarding-School in Carlisle) было похоронено 190 умерших детей. В католических школах-интернатах под руководством М. Марти условия были несколько менее суровыми, детям даже разрешалось говорить на своем родном языке, но это было связано не столько с уважением к культуре, сколько с миссионерской эффективностью: считалось, что на родном языке Евангелие получит более легкий доступ к душам новообращенных.
Но и здесь их длинные волосы отрезали сразу после прибытия, а традиционную одежду заменяли на белые одежды послушников. Обучение в закрытом учебном заведении радикально меняло жизнь и судьбу детей. По словам Мануэля Менрата, детей забирали из мира, в котором ориентирами для них служили природные циклы, а также солнце и звезды, и помещали в среду, где доминировал образ прямоугольника. Прямоугольные парты, кровати, двери и упорядоченный сад с прямоугольными грядками заменяли собой магическую природную силу реликтового леса. Это уже граничило с настоящим изнасилованием индейской души».
Избиения и унижения
Обращение с индейскими детьми в католических интернатах строилось на распространенных тогда и считавшихся единственно правильными методологических и педагогических основах. «Все, что противоречило буржуазной концепции общества, должно было быть исправлено и спрямлено», — считает М. Менрат. Строгая дисциплина была в порядке вещей, детей запирали в темные комнаты, били, унижали. «В христианских школах все это считалось законным, потому что говорилось, что тот, кто получает наказание в этом мире, уже раскаивается для потустороннего мира будущего. Наказание тела избавляло душу от мучений в чистилище». Перед обязательными школьными уроками, проводившимися на основе государственной программы обучения, устраивались молитвенные собрания, основанные на католической литургии. Поэтому учебный день а таких заведения начинался очень рано.
«Убей индейца и спаси человека» — таков был новый девиз «политики мира» в отношениях с коренным населением. Но иногда вместе с «индейцем» погибал и «человек». Болезни были в католических школах-интернатах едва ли не самой распространенной проблемой. Нередко дети просто умирали. Показателен с этой точки зрения случай, произошедший в Резервации Роузбад (Rosebud Reservat) примерно в 1890 году: отец-индеец, оплакивая смерть своего сына, ворвался на территорию Интерната Миссии Святого Франциска (Internat der St. Francis Mission) и отнес его тело домой, чтобы похоронить в соответствии с традиционными обычаями. С точки же зрения монахинь это был возмутительный случай, ведь тем самым католическая душа ребенка оказывалась потерянной. В итоге отца задержали, тело мертвого ребенка конфисковали и похоронили все-таки по католическому обряду.
Когда в 1896 году М. Марти умер, католиками стали уже около 6 000 сиу: он считался одним из самых успешных миссионеров в США. Но была ли его политика успешной? Мануэль Менрат сомневается: «Конечно, сегодня большая часть членов племени лакота, так называемые равнинные сиу — католики и вполне „цивилизованные“ люди. Государственные католические школы, объединив детей «разных народов», создали основу для возникновения едва ли не паниндейского движения. Грамотность позволила им укрепить свою культуру и превратить «резервации» в Homelands или в «настоящую родину». Но цель искоренения всего автохтонного в этом народе — языка, духовности, украшений из перьев, священной «трубки мира» — достигнута не была. Этноцид не удался».
Монография Мануэля Менрата (Manuel Menrath) Mission Sitting Bull, Die Geschichte der katholischen Sioux («Миссия «Сидящий Бык», или История католиков из племени сиу») была издана в 2016 году. В 2020 году под заголовком Unter dem Nordlicht: Indianer aus Kanada erzählen von ihrem Land («Под северным сиянием: индейцы из Канады рассказывают о своей земле») была издана вторая его монография, посвященная истории коренных народов Северной Америки и созданная методом oral history. Итак, в США и Канаде идет процесс переосмысления истории коренных народов. А как обстоит с этим делом в России? Читайте в интервью ниже свидетельства из первых рук.