Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04332.jsonl.gz/10

Общественная Глобальная комиссия по вопросам наркополитики (Global Commission on Drug Policy, GCDP) была создана в 2011 году в качестве центра формирования передовых идей, на основе которых можно было бы все-таки выиграть глобальную войну с наркоманией. Комиссия считает, что жёсткие ограничения и карательные санкции не дали в последние десятилетия никаких результатов, более того, такой курс ведет к неконтролируемой эскалации насилия.
В качестве альтернативы КомиссияВнешняя ссылкапредлагаетВнешняя ссылка пойти по пути декриминализации употребления наркотиков для тех, кто не причиняет вреда окружающим, а фактически, речь идет о глобальной имплементации опыта, накопленного в этой области Швейцарией. Не случайно, поэтому, что с 2016 года руководителем Глобальной комиссии по вопросам наркополитики является бывший президент Швейцарской Конфедерации Рут Дрейфус (Ruth DreifussВнешняя ссылка).
Пять приоритетов Глобальной комиссии по вопросам наркополитики
С целью дальнейшего совершенствования режима контроля за потреблением и оборотом наркотиков GCDPВнешняя ссылка предлагает обратить внимание на следующее:
— Темы здоровья и безопасности должны стать приоритетными;
— Следует разрабатывать программы целевой профилактики, ограничения ущерба и лечения наркозависимости;
— Наркозависимым необходимо обеспечить гарантированный доступ к жизненно необходимым лекарствам и обезболивающим препаратам двойного действия, таким, как морфин;
— Отказаться от сознательной криминализации людей, употребляющих наркотики;
— Переориентировать действия правоохранительных органов на борьбу с лидерами организованной преступности, возникающей вокруг рынка наркотиков;
— Ввести новый порядок регулирования рынка наркотиков и наркотических веществ, передав контроль над ним национальным правительствам, как это уже сделано в области табачной и алкогольной продукции и медикаментов.Конец инфобокса
По ее мнению, мировая «война с наркотиками» завершилась полным провалом, объемы глобального наркотрафика все время растут, наркозависимых людей по всему миру становится все больше. Только что Рут Дрейфус вернулась из ознакомительной поездки по Таиланду и Мьянме (Бирме), результаты которой только подтвердили для нее вывод, сделанный ею еще раньше: мир без наркотиков — это иллюзия, преодолеть же это зло насилием невозможно.
swissinfo.ch: Таиланд и Мьянма расположены в зоне «Золотого треугольника», то есть в печально известном регионе, где в середине 20-го века возникла сложная система производства и торговли наркотиками (опиумом), опирающаяся на связь преступных синдикатов с местными и мировыми элитами. Сегодня эти государства решили кардинально пересмотреть свой курс в области борьбы с наркоманией. Не могли бы Вы уточнить, что конкретно сделали эти страны и каковы перспективы такой политики?
Рут Дрейфус: Начнем с того, что в последние годы эти государства столкнулись с настоящей эпидемией ВИЧ/СПИД и гепатита С, разразившейся в среде тех, кто постоянно потребляет наркотики внутривенным способом. Возникла необходимость соответствующим образом реформировать сектор общественного здравоохранения с опорой на более гуманные и эффективные подходы, основанные на научных данных, принципах общественного здравоохранения и правах человека.
Особое внимание уделяется в рамках этой стратегии профилактическим мерам, включая предоставление в распоряжение зависимых людей стерильного материала для инъекций и обустройство безопасных мест, где лица, употребляющие наркотики, могли бы встречаться с себе подобными, и где им могут быть предоставлена помощь в плане реабилитации и общественной реинтеграции.
Все активнее там используется заместительная терапия с применением метадона. Но на что я особо хочу обратить внимание, так это на факт, что в этих странах решили, наконец, отказаться от принудительного лечения наркомании через абстиненцию и «ломку», то есть от методами, не только признанных неэффективными, но и еще, что не менее важно, унижающих человеческое достоинство.
Не применяется больше здесь и смертная казнь, хотя об ее отмене официально пока не говорится, но по факту «высшая мера» исключена из каталога «антинаркотических». Здесь также намерены серьезно сократить список деликтов, наказываемых лишением жизни. Берется в расчет и тот очевидный факт, что переполненные тюрьмы превращаются в свою противоположность, то есть они становятся не исправительным учреждением, а фактически школой молодого преступника.
Чтобы реализовать все эти широкомасштабные меры, и Таиланд, и Мьянма проводят широкомасштабные общественные консультации, включая реализацию специализированных информационных кампаний среди населения, которое не слишком пока хорошо осознает факт кардинального изменения политики государства в области борьбы с наркоманией, что, с другой стороны, не удивительно после полувековой политики репрессий.
Напомним, что Таиланд вел в 2001-2006 году настоящую «войну против наркотиков», подобную той, что в данный момент идет на Филиппинах. Жертвами внесудебных расправ стали тут тысячи человек. В итоге же властям пришлось констатировать, что репрессии не только не позволяют сократить наркотрафик и объемы потребления наркотиков, но, наоборот, они ведут к увеличению данных показателей.
swissinfo.ch: Насколько такой путь походит другим странам региона, например, образующим Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН)?
Р.Д.: Для начала мы должны задать самый, на мой взгляд, главный вопрос: а можно ли вообще добиться создания общества без наркотиков? В Швейцарии, например, эта цель до сих пор закреплена в Федеральном законе «О наркотических веществах». И целью стран АСЕАН по-прежнему остается превращение в зону, свободную от наркотиков. И вот теперь мы должны с просить себя, насколько ее реально достичь?
Страны, которые я посетила в ходе своей последней поездки, при всех этих постоянно звучавших «вероятно», «возможно» и «скорее всего», все-таки в конечном итоге осознали, что общество без наркотиков — это иллюзия. Человечество всегда привлекали психоактивные субстанции. Какое у нас есть право наказывать людей, которые употребляют вещества, меняющие их настроение, облегчающие боль или трансформирующие их ощущения и мировосприятие?
Некоторые вещества, кстати, почему-то получили статус признанных и приемлемых и даже стали явлением культуры. Я имею в виду алкоголь, табак, шоколад, кофе и медикаменты. Все эти продукты создаются ведь на основе субстанций, оказывающих психоактивное воздействие на сознание и организм человека. Зачем же пытаться при помощи государственного насилия пытаться и дальше поддерживать иллюзорное представление о том, что человечество однажды сможет полностью обходиться без этих субстанций? Почему мы разрешаем одни наркотики и запрещаем другие?
Международные конвенции, регламентирующие вопрос контроля за оборотом незаконных наркотических веществ и препаратов, уже сейчас предоставляют странам-участникам этих документов возможность найти решения, точно подходящие только для них и учитывающие местную специфику. Каждое государство в силе отказаться от репрессий и начать развивать меры в рамках общественного здравоохранения, в том числе и те, что позволяют заметно сократить риски, связанные с употреблением наркотиков, особенно приобретенных из сомнительных источников на черном рынке. Но при этом данные конвенции не позволяют государствам, ратифицировавшим их, контролировать производство и сбыт наркотиков, как это делается с легальными психоактивными веществами. И это, с моей точки зрения, серьезная проблема.
swissinfo.ch: Значит ли все это, что мир в целом начинает менять свой подход к проблеме наркомании?
Р.Д.: По большому счету да. Даже такие страны, как Китай и Иран, уже перешли к разработке программ заместительной терапии и реализовывают меры, ведущие к снижению рисков, существующих в среде наркозависимых. Но при этом мы имеем дело и с совершенно иным подходом, характерным для Филиппин, Японии или России.
Особо отмечу ситуацию в России, стране, где запреты и репрессии приводят к ужасным последствиям для населения. Не случайно Россия — это единственная страна, где продолжает расти заболеваемость СПИД/ВИЧ. Кроме того, резистентный к антибиотикам туберкулез давно является как в тюрьмах страны, так и за их пределами, очень широко распространенным явлением. Своей репрессивной политикой Россия толкает наркозависимых в подполье, что является исключительно опасной тенденцией.
swissinfo.ch: Швейцария долгое время сама была лидером среди стран, практикующих строго репрессивную политику в области борьбы с наркоманией. Что и почему изменилось?
Своей репрессивной политикой Россия толкает наркозависимых на исключительно опасный преступный путь.Конец цитаты
Р.Д.: Действительно, Швейцария модернизировала свой курс в этой сфере, столкнувшись с эпидемией СПИДа и увеличением числа смертей от передозировки наркотиков. С тех пор страна начала постепенный переход на совсем иные рельсы, проводя курс, доказавший в итоге свою эффективность. Но предстоит сделать еще многое, чтобы все имеющиеся на данный момент программы и способы борьбы с наркоманией и ее последствиями стали доступными буквально для всех, кто в них нуждается. Нельзя забывать и «модные» синтетические наркотики, требующие совершенно иного подхода.
При всех достижениях Швейцария еще отстает, в частности, она еще не модернизировала в необходимой мере правовые основы контроля за оборотом и потреблением наркотических веществ. Не реализована до своего логического завершения и программа отказа от репрессий в отношении наркоманов. Наказание за потребление наркотиков в виде наложения денежного штрафа — это очевидная полумера. Необходимо помнить, что во всем мире, в том числе и в Швейцарии, политика репрессий всегда вырождается в произвол, а ее жертвами становятся социально уязвимые слои общества, а также разного рода меньшинства. А когда закон превращается в оправдание произвола, то тогда становится очевидно, что настала пора менять закон.
В какой-то степени Швейцарии удалось снизить степень остроты проблемы путем совершенствования национальной системы здравоохранения и укрепления законности в плане последовательной реализации принципа пропорциональности уголовных и административных наказаний. Политическое давление в пользу более радикальных изменений здесь тоже практически исчезло, учитывая, что вопрос о том, какую роль в обществе должны играть не легализованные «легкие» наркотики уже несколько раз в разных форматах выносился на референдумы и каждый раз народ на предложение узаконить ту же марихуану давал отрицательный ответ.
Отсюда и у политических партий нет какого-то особенного стимула еще раз браться за это досье, коль скоро особого политического капитала на нем не заработать. И все равно, вопрос остается открытым, заинтересованность граждан страны перейти к новому порядку регулирования оборота и потребления марихуаны находится на высоком уровне. А теперь скажите мне сами, что еще можно сделать в ситуации, когда всем стало окончательно ясно, что запрет марихуаны не является ни эффективным, ни полезным?
Перевод с французского и адаптация: Людмила Клот.