Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/03928.jsonl.gz/0

Швейцария состоит из 26-ти суверенных кантонов/штатов, в стране существуют четыре национальных языка, с конфессиональной и культурной точек зрения это вообще не страна, а лоскутное одеяло. Тогда почему Швейцария до сих пор не распалась на составные части? Газета «NZZ» анализирует каталонский вопрос с позиций Швейцарии — почти идеальной федерации. К каким выводам она приходит? Главный вывод: хотите предотвратить сепаратизм — сделайте его официально возможным.
Газета «NZZ» анализирует каталонский вопрос с позиций Швейцарии, почти идеальной федерации, и задает семь вопросов в стиле «всё, что вы хотели знать о сепаратизме, но боялись спросить».
1. Что должен делать кантон (субъект федерации), если он захочет покинуть Швейцарию?
Процедура выхода кантона из Швейцарии в теории состояла бы из трех этапов. Во-первых, такой кантон обязан будет обратиться к парламенту, точнее, одновременно к двум палатам, образующим Федеральное собрание, с ходатайством об изменении конституции, по итогам которого народ и кантоны должны будут провести, вторым шагом, референдум относительно согласия с выходом одного из кантонов из состава Швейцарии. Положительным может быть итог такого референдума только в случае «двойного большинства», то есть с выходом одного из кантонов должно будет согласиться как численное большинство избирателей, так и кантонов. Третьим шагом уходящий кантон должен будет создать с остальной федерацией новую систему отношений, базирующихся теперь уже на международном праве, итогом чего должно быть правовое признание нового государств международным сообществом, то есть другими странами, организациями многосторонней дипломатии (ВТО, ВОЗ и т.д.) и ООН.
2. А не лучше ли было дать кантонам право самим решать, где им быть и в каком статусе?
Произвольная, нескоординированная и враждебно окрашенная попытка одного кантона выйти из состава Швейцарии привела бы только к тому, что остальные 25 кантонов тоже перешли бы на враждебные позиции по отношению к сепаратистскому региону. Тем самым фактически уход одного кантона из Швейцарии возможен только при согласии остальных субъектов федерации. Формально-правовая кодификация сецессионного права, то есть правовых актов, рисующих возможный выход одного субъекта федерации из ее состава, является во многом жестом символическим, но в определенных ситуациях — очень важным.
3. А кстати, существуют ли конституции, официально предусматривающие опцию сецессии?
Конституция небольшого Княжества Лихтенштейн, находящегося в состоянии унии со Швейцарией, во многом идет именно в этом направлении. В соответствии со Ст. 4. Конституции Княжества, одна из общин, составляющих Княжество, может запустить процесс выхода из состава государства. Затем ландтаг, парламент, должен разработать закон о порядке выхода данной общины из состава Княжества. Этот закон, в частности, должен заложить основы будущих отношений данной общины с остальными общинами Княжества и с государством в целом. Затем эта община должна провести референдум, в центре которого должен находится этот закон, а также опция присоединения общины к Австрии или Швейцарии. Такая процедура, разумеется, не является идеальной — но она, так или иначе, является упорядоченным форматом с элементами политической деэскалации. Пока ни одна из общин Лихтенштейна этой возможностью не воспользовалась.
4. А разве закрепленный в Уставе ООН принцип самоопределения наций для Швейцарии не указ?
В теории — указ! Но только в теории. Уже Устав ООН противопоставляет этому принципу принцип территориальной целостности. Кроме того, международное право не решает окончательно, что есть «народ». Конечно, швейцарские культурно-языковые ареалы можно было бы тоже рассматривать в качестве «народа». Теоретически это возможно, но, все равно, с очень и очень большой натяжкой. В какой-то степени здесь возможны параллели с канадской франкоязычной провинцией Квебек — но только параллели.
5. А не могла бы Швейцария стать посредником между Барселоной и Мадридом?
Отвечая на этот вопрос, газета подчеркивает, что в рамках швейцарской помощи развитию передача опыта, накопленного в Конфедерации в области федерализма, занимает едва ли не ведущую позицию. Такая помощь происходит на основе кооперации федерального центра и Института вопросов федерализма при Университете Фрибура (Institut für Föderalismus der Universität FreiburgВнешняя ссылка). Однако реальным опытом сецессии этот институт никогда вплотную не занимался. Напротив, швейцарская история позднего Средневековья характеризуется захватами и аннексиями территорий (как была устроена Старая Конфедерация — об этом подробнее здесь). Некоторые из этих территорий Швейцария затем теряла снова — но отнюдь не в рамках четко прописанной демократической процедуры. Начиная с 1815 года, то есть с момента проведения Венского конгресса, внешние границы Швейцарии больше не менялись. Конфликт вокруг кантона Юра на внешние границы Конфедерации изначально не покушался.
6. Можно ли использовать в Каталонии опыт решения Юрассийского конфликта?
По мнению газеты, Каталония является областью, гомогенной с точки зрения языка и культуры. Кроме того, она опережает остальную Испанию в плане своего экономического развития. Она является регионом-донором, а поэтому стремление Каталонии оказаться как можно дальше от Мадрида вполне можно логически объяснить. Регион Юры не был гомогенным (на его территории говорили на разных языках), не говоря уже о том, что в Швейцарии он принадлежал к числу наименее развитых регионов. Таким образом, сравнения тут возможны, но очень отдаленные.
7. Так как же сохранить мир в такой сложной области? Что говорит швейцарский опыт?
По мнению газеты, здесь следует сделать три вывода:
— Стабильный мир возможен только в условиях постоянного общественно-политического диалога в формате референдумов на всех уровнях — множественное число является тут решающим фактором.
— Следует учитывать, что конфликты часто переходят в «горячую фазу» в результате порой пустяковых и просто смехотворных, — на первый взгляд, — поводов. В 1947 году в юрассийском городе Делемон/Дельсберг (Delsberg) прошла первая манифестация под сепаратистскими лозунгами по причине того, что, избирая нового министра капитального строительства кантона Берн, парламент обошел франкоязычного кандидата, в большей степени, по мнению демонстрантов, подходившего для того, чтобы занять данный пост.
— Последняя, завершающая фаза решения Юрассийской проблемы, — имеется в виду голосование в городе Мутье, — протекала на основе кантонального законодательства, причем городу Мутье была предоставлена полная свобода самому решать вопрос своей территориальной принадлежности.
Главный вывод из опыта Швейцарии по версии газеты «NZZ»: хотите предотвратить сепаратизм — сделайте его официально возможным! Оригинал материала на немецком языке находится здесьВнешняя ссылка.Конец инфобокса
Редакция SWI Swissinfo не обязана разделять мнение цитируемых ею СМИ и экспертов.Конец инфобокса
Подготовил: Игорь Петров