Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04965.jsonl.gz/2

Доля иностранцев в населении Швейцарии составляет 25%, эти люди работают, платят налоги и взносы в фонды социального страхования, и тем не менее права голосовать, избирать и быть избранным они не имеют — и это в стране с развитой прямой демократией! Что и как можно было бы изменить в этой области? Об этом общественные и политические деятели из Германии и Швейцарии дискутировали недавно в городе Аарау в рамках проводимых там уже в 8-й раз «Дней демократии». Интересных идей было высказано немало, но найти какой-то общий знаменатель участникам этой научно-практической конференции так и не удалось.
«Швейцарцы, проживающие за рубежом, тоже являются иностранцами в стране, их приютившей. Зачастую у них есть свое особое мнение о Швейцарии, но в то же самое время они активно участвуют в политической жизни страны их проживания». Такой фразой Вальтер Ляймгрубер (Walter Leimgruber), президент Федеральной комиссии по вопросам миграции, начал 8-ю Коференцию «Дни демократии» в Арау, которую в этом году её организатор «Центр за демократию Арау» посвятил теме «Политические права для иностранцев?»
Иностранцы и их политические права в Швейцарии
На федеральном уровне граждане Швейцарии имеют право голосовать, избирать и быть избранными с 18-ти лет.
С политическими правами иностранцев в Конфедерации все обстоит гораздо сложнее и многое зависит от кантонального законодательства. Так, в двух кантонах франкоязычной Швейцарии (Юра и Невшатель) иностранцы имеют право голосовать и избирать, однако быть избранными они не могут. Впрочем, недавно парламент кантона Невшатель принял законопроект о предоставлении иностранцам права быть избранными на кантональном уровне, и теперь одобрить его должен народ кантона.
Кроме того, в кантоне Невшатель с 2001 года действует правило, в соответствии с которым голосовать и избирать на кантональном уровне имеют право иностранцы, имеющие легальные основания для пребывания в Швейцарии (например, вид на жительство) и прожившие в кантоне по меньшей мере 5 лет.
В кантоне Юра право голосовать и избирать получают иностранцы, которые проживают в Швейцарии по меньшей мере 10 лет, и из них по меньшей мере один год — собственно в кантоне Юра. Это правило действует с 1979 года. Исключение составляют поправки в конституцию кантона. Из голосований по таким изменениям кантонального основного закона иностранцы исключены.
В немецкоязычной Швейцарии правом предоставлять иностранцам возможность голосовать обладают только общины кантонов Аппенцелль-Внешний, Граубюнден и Базель-городской. Как, когда и в каком случае иностранцы могут получить такое «факультативное» право, общины решают в каждом конкретном случае.
Кроме того, некоторые общины «немецкой» Швейцарии уже разработали и ввели у себя своего рода «суррогатные» формы участия иностранцев в политической жизни. Таков, например, город Берн, который с недавних пор предоставил иностранным гражданам право обращаться к властям с петициями. Нечто похожее на коммунальном/общинном уровне существует и в кантоне Женева.
Существующие между немецкой и французской частями Швейцарии различия в традициях и формах участия иностранцев в политической жизни Седрик Вермут (Cédric Wermuth), депутат Национального совета, большой палаты федерального парламента Швейцарии, от партии социал-демократов (SP), мать которого сама родом из западной франкоязычной Швейцарии, объясняет «историко-культурными» обстоятельствами.
По его словам, законодательство западных кантонов Швейцарии, определяющее порядок предоставления гражданства, испытало в свое время сильное влияние со стороны французских республиканских традиций.
Так, например, указывает С. Вермут, в кантоне Невшатель (который был в свое время прусским владением — прим. ред.) иностранцы имеют право голосовать, начиная с 1849 года (современная Швейцария была основана в 1848 году. — прим. ред.). А вот в немецкой Швейцарии всегда было сильно влияние более консервативных традиций предоставления гражданства, характерных для немецкоязычной Европы.
Основная мысль, которую Вальтер Ляймгрубер хотел донести до участников конференции, была такова: «Швейцарцы за рубежом являются гражданами двух государств, они демонстрируют, что быть политически активным в нескольких странах — вполне реально. Таким образом, они служат хорошим примером того, как иностранцы могут приобретать возможность политического участия в стране их проживания независимо от их гражданства», — считает он.
В связи с растущей глобальной экономической взаимозависимостью, а также в ситуации, когда доля межнациональных браков в Швейцарии уже приблизилась к 50%, «мы должны по-новому взглянуть на то, что такое политические права», – убежден В. Ляймгрубер, профессор культурологии Базельского университета.
Его подход таков: необходимо упразднение ситуации, когда избирательное право и право голоса даются лишь тем, у кого есть гражданство. И вместо этого нужно создать новые формы, предоставляющие политические прав тем, кто проживает в Швейцарии долгое время, работает здесь, платит налоги и взносы в фонды социального страхования. Такие люди имеют право участвовать в принятии политических решений.
Хотя, признает В. Ляймгрубер, в Швейцарии общество уже сейчас дает иностранцам довольно многочисленные возможности участия в политических и общественных делах, например, в формате совместных проектов в разного рода объединениях, школьных или общественных комитетах, и т.д. Однако на практике используются эти права не везде и не часто, в том числе и потому, что власти зачастую не представляют никакой соответствующей информации. Поэтому иностранцам приходится самим ходить и спрашивать, какие политические права у них есть, и как бы они могли участвовать в жизни общины или кантона.
Право гражданства как «награда»
Объединения по интересам, социальные сети, консультации: это те области, в которых, по мнению Томаса Бургхерра (Thomas Burgherr), иностранцы могут и должны вносить свой вклад в общее дело. Но никакого особого интереса с их стороны он не видит. Томас Бургхерр – представитель право-консервативной Швейцарской народной партии (SVP) и член парламента Швейцарии от кантона Аргау. Например, в оргкомитете Фестиваля йодля Северо-восточной Швейцарии, президентом которого является Т. Бургхерр, до сих пор нет ни одного иностранца.
В ходе пленарной дискуссии Т. Бургхерр достаточно ясно изложил свою позицию. «Человек не может просто так взять и стать швейцарским избираталем – этого можно добиться, только имея какие-то достижения. Только так и происходит натурализация». При этом, добавляет Т. Бургхерр, упреки в неприятии швейцарцами иностранцев просто смешны. «Я сам в ЮАР веду персональное шефство над местным ребенком, то есть поддерживаю его в финансовом отношении. А на моем лесостроительном предприятии работает множество иностранных сотрудников», – рассказывает он.
Роберт Хан (Robert Hahn) и Йенс Вебер (Йенс Вебер) говорят об их собственном политическом опыте, который, возможно, привел бы Т. Бургхерра к пересмотру его взглядов. Р. Хан, глава администрации немецкого города Ройтлинген, города-побратима Арау, высказался весьма лаконично. «На основании наличия гражданства ЕС у нас 100 тыс. иностранцев могут вместе с нами принимать политические решения. Никто никогда об этом не думал, и вот с 1992 года это просто стало реальностью, и никаких отрицательных последствий это за собой не повлекло».
Интересным опытом располагает и Йенс Вебер. Он был представителем муниципальной исполнительной власти в общине Троген кантона Аппенцелль-Внешний, теперь он является депутатом в кантональном парламенте. И это при том, что он является гражданином США, потомком немецких эмигрантов и социал-демократом. «Факт того, что я иностранец, ни разу не становился помехой для моей политической деятельности в Трогене», – говорит он.
Право голоса для иностранцев – «огромный подарок»?
«Это был один из лучших дней в моей жизни, когда я в 2006-м году приехал в Троген и смог сказать „ну вот теперь и я могу голосовать“», – вспоминает Й. Вебер, не только политик, но и учитель гимназии. Введение в том году права голоса для иностранцев сегодня он называет «огромным подарком». Из своего опыта работы в исполнительной власти Йенс Вебер сделал прагматичный вывод о том, что «многие законодательные инициативы, выносящиеся, например, на референдум затрагивают всех, кто проживает в Швейцарии, будь он иностранец или гражданин Конфедерации».
Но истории из личного опыта Хана и Вебера практически не впечатлили ни Т. Бургхерра, ни Титуса Майера (Titus Meier), либерала, историка и представителя кантонального парламента Аргау. «Откуда возьмется у иностранца стимул натурализоваться, если мы доверим ему политическое участие уже на местном уровне?», – говорит он.
Законодательство, регулирующее вопросы предоставления иностранцам прав гражданства, в Швейцарии в основном было сформировано в конце 19 века, причем базировалось оно на нерушимом принципе единого и одновременного применения этого законодательства на всех трех уровнях системы швейцарского федерализма: общинном, кантональном и федеральном. Но сейчас ситуация изменилась и историк не исключает введения системы, допускавшей бы наличие права голоса у иностранцев на уровне суверенных общин, имеющих в Швейцарии широкие права автономии. Такое решение, по мнению Т. Майера, и в самом деле можно было бы обсуждить.
Представитель партии социал-демократов Седрик Вермут (Cédric Wermuth), как и ожидалось, критически относится к буржуазно-либеральному принципу тесной увязки права голоса одновремепнно к федеральному, кантональному и муниципальному праву. «Понятие „демократия“ исключает дискриминацию какой-либо общественной группы», – говорит он. Однако недавний пример «Усилительной инициативы» показывает, по его мнению, что иностранцы по сравнению со швейцарцами в его стране подвергаются «очевидной дискриминации».
«Усилительную инициативу» выдвигала партия, представители которой точно никак не пострадали бы в случае, если бы народ эту инициативу одобрил. И наоборот, группа, которая гарантированно бы пострадала, не могла никак повлиять на исход голосования». Заметим, что этот левый политик имеет кроме швейцарского паспорта еще и итальянский – итальянкой была его бабушка по отцовской линии.
Перевод с немецкого и адаптация: Надежда Капоне, swissinfo.ch