Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04286.jsonl.gz/6

Пережив послеродовую депрессию, экс-руководитель фармацевтической компании поняла, насколько мало внимания уделяют лечению этого заболевания в Швейцарии и во всем мире. Она оставила работу и отправилась на поиски единственно верного решения этой проблемы.Этот контент был опубликован 30 апреля 2021 года - 07:00
Русскоязычную версию материала подготовила Надежда Капоне.
«В Соединенных Штатах после рождения своих близнецов я ни с того ни с сего погрузилась в тяжелую послеродовую депрессию (ПРД). Я выпала из поля зрения врачей, потому что не обращалась за профессиональной помощью, стараясь, как и многие, быть „идеальной матерью“», − говорит Сонали Моханти Квантиус (Sonali Mohanty Quantius), экс-руководитель фармацевтической компании. Она является создателем HaplomindВнешняя ссылка — медицинской онлайн-платформы для диагностики, тактики ведения и терапии послеродовых депрессий.
Депрессия, возникающая после родов, сопровождается резкими перепадами настроения, частым плачем, слезливостью, нарушениями сна, повышенной раздражительностью и приступами гнева. Лечение получают около 12% из 50 миллионов женщин, у которых ежегодно диагностируют это заболевание. Сонали Квантиус четыре года страдала от тяжелой депрессии и, наконец, самостоятельно преодолела болезнь благодаря интенсивным занятиям бегом.
Материнская хандра и депрессивное расстройство
Депрессия, возникающая после родов, включает в себя как депрессивный эпизод во время беременности (дородовая депрессия), так и депрессию, которая начинается после рождения ребенка (послеродовая депрессия).
Термин «материнская хандраВнешняя ссылка» используют для описания некоторой нестабильности настроения, беспокойства, сильной усталости, которые могут испытывать многие женщины в течение первых двух недель после рождения ребенка, что является нормальным явлением.
Если эмоциональная нестабильность, чувство тревоги или неудовлетворенности не проходят, а нарастают или длятся более двух недель, это может быть признаком развития у женщины послеродовой депрессии. Как правило, самочувствие женщин с послеродовой депрессией не улучшается, если они не получают лечения.
Дополнительную информацию об особенностях симптоматики материнской «хандры» в дородовой и послеродовой периоды можно найти на веб-сайтах Национального института психического здоровья США (National Institute of Mental Health, NIMHВнешняя ссылка) и американского некоммерческого академического медицинского центра Mayo Clinic.End of insertion
Она поняла, что её никогда не обследовали и не лечили от этого заболевания, несмотря на то, что в Соединенных Штатах, где она жила, существуют четкие рекомендации в отношении скрининговой диагностики депрессивных симптомов и идентификации женщин с факторами риска развития ПРД после многоплодных родов. В Англии с этой целью используют специальный диагностический вопросник — Эдинбургская шкала ПРД (EPDS), разработанный в центрах здоровья Ливингстона и Эдинбурга.
Дважды или трижды в течение первых 6–8 месяцев после родов его последовательно применяют самые разные медицинские специалисты. В США и Австралии плановое обследование с использованием EPDS рекомендуют проходить и беременным женщинам. Однако, широкое использование EPDS для скрининга становится возможным благодаря подготовке профессионалов для работы с этим вопросником, а также наличию четких критериев валидизации результатов теста и назначения возможной терапии.
Нераспознанные и нелеченые ПРД
Страдая от депрессии, Сонали Моханти Квантиус занялась поиском информации о скрининговой диагностике, тактике ведения и терапии психических расстройств у женщин, связанных с серьезными жизненными переменами. Ранее у нее был накоплен богатый опыт в области вычислительной биологии, в разработке лекарственных препаратов и оптимизации схем лечения. «Только после проведения неофициального онлайн-опроса в социальных сетях я смогла в полной мере осознать, насколько этот вопрос замалчивают и незаслуженно обходят стороной», − говорит она.
Опрошенные женщины из разных регионов мира рассказали ей о своих случаях нераспознанной и нелеченой послеродовой депрессии. Она узнала, что нераспознанная послеродовая депрессия в долгосрочной перспективе может представлять существенный риск совершения суицидальной попытки или даже детоубийства. Также она отметила значительные пробелы в доступе к скрининговой диагностике у населения стран с низким и средним уровнем доходов, таких как ее родная Индия.
По оценкам, 22% женщин страдают там послеродовыми расстройствами настроения при том, что не существует никаких специальных нормативных документов, касающихся охраны психического здоровья матерей. Но даже в странах с высоким уровнем доходов, таких как Швейцария, не всегда удается своевременно выявить это заболевание. Переехав в Конфедерацию, Сонали Квантиус поняла, что фактически диагностика здесь, как и в США, оставляет желать лучшего. Швейцария сильно отстает от других западных стран, когда дело касается рутинного скрининга и своевременной терапии этого заболевания.
Андреа Борзатта (Andrea Borzatta), глава ассоциации, выступающей в защиту интересов женщин с послеродовой депрессией в Швейцарии (Postpartale Depression Schweiz), считает, что проблема заключается в нехватке профессионалов и отсутствии знаний и опыта в этом вопросе. По ее словам, эта проблема особенно остро стоит во франкофонной и немецкоязычной частях Швейцарии, где есть лишь несколько высококвалифицированных специалистов в этой области и практически отсутствует информационное взаимодействие — пробел, устранением которого занимается её организация.
«Наши онлайн-курсы для профессионалов в Швейцарии демонстрирует, что многие специалисты в области здравоохранения не имеют соответствующих навыков ведения пациенток с послеродовой депрессией. Они боятся усугубить депрессивное состояние пациенток или напугать их». «Некоторые специалисты также склонны недооценивать депрессивные состояния молодых мам», — говорит Андреа Борзатта. «Те или иные виды симптомов сильной физической усталости наблюдаются у всех молодых родителей. Многие специалисты просто не в состоянии отличить так называемую «материнскую хандру» — нормальное эмоциональное состояние — от тяжелого депрессивного эпизода», — добавляет швейцарский психотерапевт Клодин Хаус (Claudine Haus).
Анке Бергер (Anke Berger), преподаватель Бернской Высшей школы прикладных наук (Berner Fachhochschule), которая занимается изучением послеродовых психических расстройств в Швейцарии, отмечает, что в настоящее время ПРД болеют около 13 000 женщин в год, но этот показатель был бы значительно выше, если бы не низкий уровень распознавания послеродовой депрессии. «До сих пор вопросом послеродовой депрессии не занимаются последовательно, уделяя ему достаточно времени во всех перинатальных центрах страны. Кроме того, и после родов не проводят постоянных и повторных скрининговых обследований всех отцов и матерей для выявления послеродовых психических расстройств», − говорит А. Борзатта.
Устранение пробела
Так как же женщины могут проанализировать свое состояние и куда им обратиться за помощью в случае необходимости? В настоящее время в Интернете существует множество тестов самодиагностики послеродовой депрессии. Но они не заменяют процедуру клинической диагностики, которую должны проводить врачи или специалисты-психиатры.
Методы скрининговой самодиагностики послеродовой депрессии
Эдинбургская шкала послеродовой депрессии (EPDS) состоит из 10 уровней/факторов, которые могут указать на наличие распространенной у женщин депрессивной симптоматики во время беременности и в течение года после рождения ребенка.
EPDS не является диагностическим инструментом. Это скорее скрининговый инструмент для выявления женщин, которым может быть полезна последующая медицинская помощь, такая как психиатрическое освидетельствование, после которого на основе существующих диагностических критериев может быть поставлен диагноз.
Преимущества: опросник EPDS очень удобен в использовании. На его заполнение уходит не больше 5 минут. Он переведен на множество языков.
Недостатки: опросник может быть использован неправильно. Например, слишком рано (указывая на симптоматику, соответствующую «материнской хандре», но не депрессии). Или полученные результаты теста могут принять за поставленный диагноз.
Ещё один возможный недостаток заключается в том, что EPDS имеет дело с классическими эмоциональными и когнитивными симптомами послеродовой депрессии.
Однако существуют и другие психические расстройства, возникающие в послеродовой период, такие как невроз навязчивых состояний, тревожное расстройство, расстройство привязанности, посттравматическое стрессовое расстройство. Использование EPDS в качестве скринингового инструмента этих заболеваний оказалось малоэффективно.
Швейцарская ассоциация Postpartale Depression Schweiz предлагает пройти онлайн самодиагностику на основе Эдинбургской шкалы послеродовой депрессии, переведенной на 17 языков.
Прочие инструменты самодиагностики для оценки потенциального риска наличия послеродовой депрессии включают «Скрининговую шкалу послеродовой депрессии» (The Postpartum Depression Screening Scale — PDSS), «Шкалу оценки здоровья пациента» (Patient Health Questionnaire − PHQ-9), «Шкалу депрессии Бека» — II (BDI-II), «Шкалу депрессии, тревоги и стресса в послеродовой период» (Depressions-Angst-Stress-Skala für die Peripartalzeit, DASS- P), «Шкалу оценки психического здоровья» (Mental Health Inventory − MHI).
Источник: Андреа Борзатта, ассоциация Postpartale Depression SchweizEnd of insertion
Многие женщины с ПРД также не хотят проходить индивидуальную консультацию со специалистом. «Они молча страдают, потому что стыдятся своих чувств и не хотят, чтобы их считали неблагодарными за заботу и внимание врачей и акушерок», − говорит А. Борзатта. По этой причине Сонали Квантиус хочет найти еще один способ для скрининга послеродовой депрессии, который бы предусматривал оказание «более комплексной послеродовой помощи, основанной на фактических данных».
Воодушевленная этой перспективой она ушла с поста руководителя направления вычислительной биологии в фармацевтической отрасли и устроилась на работу в Швейцарскую Высшую техническую школу Цюриха (ETHZ) на должность старшего научного сотрудника для разработки инструмента цифровой диагностики Haplomind. Используя анализ данных, цифровое фенотипирование и машинное обучение этот инструмент позволяет определить и оказать помощь женщинам, страдающим от депрессивных или тревожных состояний, в любое время после наступления беременности и до конца первого года после рождения ребенка.
Женщины во время беременности и в послеродовой период могут использовать Haplomind вместе со своими гинекологами, акушерами и родовспомогательным персоналом. Его цель — обеспечить женщинам возможность создания собственной цифровой базы данных для прохождения дальнейшего лечения по собственному усмотрению. Женщины могут делать записи о своем самочувствии во время беременности и в послеродовой период, а также о своем самочувствии после приема лекарств или терапии.
Сонали Квантиус надеется, что данные Haplomind помогут улучшить персонифицированную скрининговую диагностику системы здравоохранения и создать базу данных для индивидуально подобранной терапии. Изучая собранные данные, специалистов обучают диагностике послеродовой депрессии и подбору оптимальной терапии — индивидуальной, групповой, в форме оказания медицинской помощи или используя альтернативные методы лечения.
Конфиденциальность личных медицинских данных
Многие пользователи веб-приложений, в особенности медицинских веб-приложений, обеспокоены вопросом сохранности персональных данных и использованием предоставленной ими информации. Если женщинам неудобно обсуждать ПРД, общаясь со специалистом тет-а-тет, едва ли можно рассчитывать, что они раскроют свои секреты технологическим платформам, которые, как известно, собирают и обрабатывают пользовательские данные.
Сонали Квантиус отметила важное значение конфиденциальности и защиты данных о здоровье пользователей, когда они используют Haplomind и другие веб-приложения медицинской тематики. «Женщины смогут преодолеть социальную стигматизацию психическими расстройствами и обсудить вопросы психического здоровья со специалистами только при условии создания нами легкодоступного, безопасного и надежного пространства», — говорит она. Haplomind ведет совместную работу с профессором Высшей технической школы Цюриха Эрнстом Хафеном (Ernst Hafen), соучредителем кооперативной модели MIDATAВнешняя ссылка по хранению персональных данных граждан. MIDATA гарантирует, что только пользователи могут предоставлять третьим сторонам (например, медицинским научно-исследовательским проектам) доступ к своим наборам данных.
В настоящее время Haplomind занимается тестированием практических возможностей прототипа веб-приложения в рамках пилотного исследования с индийским «Национальным институтом психического здоровья и неврологии» (Indian National Institute of Mental Health & Neurosciences − NIMHANS) в Бангалоре при поддержке гранта на развитие ETH for Development. Сонали Квантиус также планирует проверить возможность использования этого веб-приложения в сотрудничестве с Университетской клиникой Цюриха в Швейцарии, а также сотрудничает с исследователями в Канаде и Новой Зеландии для внедрения этого нового цифрового решения в их странах.
Свою основную задачу она видит в содействии проведению своевременного скрининга ПРД у молодых матерей и беременных женщин, мобилизации долгосрочных ресурсов для женщин с депрессивными и тревожными состояниями во время или после беременности, а также в создании «базы данных послеродового периода», которая расширит возможности женщин ухаживать за своим здоровьем, а также поможет специалистам в области здравоохранения подобрать индивидуальную тактику лечения для каждого пациента.
«ПРД не должна стать клеймом, которое мешает женщинам своевременно обратиться за помощью, и заболевание не является отражением того, какая вы мать на самом деле. Тестирование и лечение ПРД должно быть таким же обычным явлением, как и рутинные медосмотры во время беременности и после родов», — говорит Сонали Квантиус.