Document ID: /fineweb-2-swissfilter-quality_10-filterrobots/filtered/04747.jsonl.gz/6

Агитационная кампания, предшествующая назначенным на 18 октября 2015 года выборам в федеральный парламент, обещает стать одной из самых дорогих в истории Конфедерации. Политические партии в этой стране не обязаны раскрывать источники своего финансирования, оглашать имена спонсоров и публиковать бюджетные отчеты. За такую непрозрачность Швейцарии постоянно достается от критиков за рубежом.
Политическая борьба в Швейцарии превратилась за последние годы в по-настоящему дорогое удовольствие. Роль финансовых ресурсов в сфере политики выросла весьма заметно, особенно по сравнению с агитационной кампанией, предшествовавшей выборам 2011-го года. Однако официально почти все ведущие партии сообщают, что их предвыборные бюджеты хотя и выросли, но очень незначительно. По крайней мере, таковы результаты импровизированного опроса, проведенного порталом swissinfo.ch.
Бюджеты партий
Швейцарская народная партия (SVP/UDC): нет информации;
Социал-демократическая партия (SP/PS): 1,4 млн франков, такой же бюджет, как и в 2011 году;
Либеральная партия (FDP/PLR): 3 млн. франков, тот же бюджет, что и в 2011 году;
Христианско-демократическая народная партия (CVP/PDC): 2 млн. франков, включая расходы на кампанию по продвижению законодательной инициативы в пользу освобождения от налогов пособий на детей, тот же уровень расходов, что и в 2011 году;
«Зелёные» (GPS/PES): 200 тыс. франков, как и в 2011 году;
Бюргерско-демократическая партия (BDP/PBD): 500 тыс. франков, рост по сравнению с 2011 годом;
Зелёно-либеральная партия (GLP/PVL): 300 тыс. франков, в 2011 году — 200 тыс. франков.
Сообщить нам о своих финансах не пожелала только правоконсервативная Швейцарская народная партия (SVP/UDC). Все остальные были готовы примерно очертить свои предстоящие расходы, хотя всем ясно — данная информация отражает только то, что умещается на самой верхушке айсберга. Реальные затраты на проведение завершающей, самой важной, фазы политической предвыборной борьбы будут куда больше.
«В Швейцарии сейчас наметилась тенденция целевым образом поддерживать конкретные кандидатуры и финансировать индивидуальные предвыборные кампании в кантонах (субъектах федерации, которые, напомним, являются в Швейцарии еще и избирательными округами - прим. ред). Спонсоры надеются таким образом более эффективно влиять на процессы принятия политических решений. Сами же партии, особенно на федеральном уровне, во многом утратили свое былое влияние и значение».
Об этом нам рассказал Хильмар Гернет (Hilmar Gernet), глава департамента по связям с общественностью и СМИ банка Raiffeisen, третьего по размерам банка Швейцарии, признанный эксперт в области финансирования политических партий и автор монографии на данную тему (вышла в свет в 2011 году).
По его словам, предвыборная кампания 2015 года станет наиболее дорогой из всех имевших место в швейцарской истории. Партии и кандидаты, желающие успешно преодолеть этот марафон, должны инвестировать, соответственно, от 150 до 170 миллионов франков, и только в этом случае они могут иметь более или менее обоснованные надежды на завоевание желаемого числа депутатских мандатов.
Если данные цифры соответствуют действительности, то это означает, что, по сравнению с выборами 2011 года, стоимость проведения эффективной предвыборной кампании возросла на сумму от 50 до 70 млн. франков. По словам Хильмара Гернета, начиная с 1999 года расходы на агитационные кампании удваивались практически с каждыми новыми выборами в парламент, которые в Конфедерации проходят раз в четыре года.
Свободно формировать свое мнение
В Швейцарии вся политическая жизнь разворачивается на уровне кантонов, субъектов федерации. Многие решения, которые невозможно «пробить» на федеральном уровне, можно реализовать на уровне кантональном. Так было с идеей введения минимального размера оплаты труда: на федеральном уровне ее отвергли, но кантоны имели право ввести МРОТ у себя, и некоторые субъекты федерации этим правом воспользовались. Тоже самое касается и вопроса финансирования партий.
«Швейцария вместе со Швецией остается единственной страной в составе Совета Европы, в которой не существует национального законодательства, регулирующего порядок финансирования партий и избирательных кампаний».
Эрик Мартин, Transparency International
На федеральном уровне в Швейцарии не существует законодательства, регулирующего порядок раскрытия информации относительно финансирования политических партий и движений, но некоторые кантоны решили реализовать этот принцип сами. Так что теперь граждане «латинских» кантонов Тичино, Женева и Невшатель имеют полное право ознакомиться с размерами и происхождением средств, которые получают себе «на выборы» местные отделения ведущих политических партий страны.
Во всех остальных 23-х кантонах сделать это до сих пор невозможно. «Швейцария вместе со Швецией остается единственной страной в составе Совета Европы, в которой не существует национального законодательства, регулирующего порядок финансирования партий», — говорит Эрик Мартин (Eric Martin), председатель швейцарского отделения международной антикоррупционной организации Transparency International.
Он убежден, что Швейцария, которая так любит позиционировать себя перед всем миром в качестве образцовой демократии, несомненно только выиграла бы, обеспечив в этой области качественно иной уровень прозрачности. Более того, это укрепило бы авторитет и привлекательность ее политической системы и по-настоящему обеспечило бы для граждан возможность сознательно и свободно формировать свое мнение по важным вопросам общественной повестки дня.
Критика из Страсбурга
Однако время идет, качественных сдвигов в этой области не происходит, поэтому Швейцария регулярно попадает под огонь критики со стороны, в частности, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и действующей под эгидой Совета Европы Группы государств по борьбе с коррупцией («Group of States Against Corruption», GRECO). Предупреждения множатся, но эффекта они пока не возымели.
«Совет Европы не может наложить на Швейцарию каких-либо санкций. Максимум, что он может сделать, это заявить о несоблюдении ею общепринятых стандартов, однако исключить какую-либо страну из своих рядов СЕ не может, у него на это нет полномочий», — отмечает Эрик Мартин. В самом деле, Федеральный совет, правительство Швейцарии, регулярно получает от GRECO разного рода предписания, но выполнять их он не торопится.
Скоро грядет новый отчетно-аналитический доклад этой структуры, в котором Швейцария опять предстанет не в лучшем свете, однако «в настоящий момент не предполагается предпринимать на федеральном уровне каких-либо шагов в этой сфере», — подтвердил нам Жан-Кристоф Гайзер (Jean-Christophe Geiser) из Федерального ведомства юстиции.
При этом нельзя сказать, что в Швейцарии нет сил, заинтересованных в том. чтобы изменить ситуацию. Этого, например, причем довольно давно, добиваются в парламенте левые силы, однако пока все их попытки оканчиваются ничем. «Если Швейцария хочет избежать превращения в демократию по-американски, где миллиардеры способны «покупать» партии и прямо влиять на политику, то ей срочно необходимо создать систему, которая гарантировала бы партиям определенное минимальное финансирование из общественных источников», — убежден Михаэль Зорг (Michael Sorg), пресс-секретарь партии швейцарских социал-демократов.
Сколько стоит избраться в парламент?
В 2011 году, накануне прошлых парламентских выборов, кандидаты из франкоговорящих кантонов (Во, Женева, Вале) должны были заложить в свой бюджет как минимум по 50-60 тыс. франков.
Только в этом случае они могли рассчитывать на проведение агитационной кампании, позволявшей им более или менее уверенно рассчитывать на избрание в состав федерального парламента.
К такому выводу пришла в ходе журналистского расследования швейцарская газета Le Temps. В меньших по размерам кантонах хватало и более скромных сумм (10 тыс. франков). В кантоне же Цюрих «ценник» сразу начинался от 200 тыс. франков.
Основная часть этих средств уходит, в Швейцарии, как правило, на рекламу в СМИ, на заказ агитационных плакатов и организацию встреч с избирателями.
В 2011 году на места в Национальном совете, большой палате федерального парламента, претендовали 3 458 кандидатов, и почти все они финансировали свою избирательную кампанию из личного кармана или при поддержке частных спонсоров.
Избрание парламентариев в малую, сенаторскую палату Совет кантонов проходит, как правило, по мажоритарному принципу, а потому здесь расходы могут быть существенно выше.
Предприниматель и сенатор из Шаффхаузена Томас Миндер (Thomas Minder), являясь сам выходцем из «бюргерского лагеря», в 2013 году уже выдвигал похожую парламентскую инициативу. Он требовала, в частности, чтобы все финансовые взносы и платежи, совершаемые в пользу политических партий предприятиями и фирмами, котирующимися бирже, открыто публиковались в ежегодных отчетах компаний. Увы, парламент зарубил эту инициативу на корню!
Загадочная швейцарская душа
Следует признать, что в нашу эпоху вольного, а часто и невольного раскрытия любой информации и срывания всех и всяческих масок такая архаичная закрытость выглядит настоящим рудиментом каменного века. Волшебное слово «транспарентность» определяет сейчас во многом ситуацию в сфере как политики, так и предпринимательства.
Однако очень многие в Швейцарии полагают, что «эти европейцы» просто не в состоянии понять «загадочную швейцарскую душу» и несколько странноватые политические традиции Конфедерации. Одна из таких традиций связана со структурными особенностями организации партийно-политической жизни в стране.
Как уже говорилось выше, всё самое главное в Швейцарии обычно происходит в общинах и кантонах. Касается это и партий. На федеральном уровне их как таковых по сути не существует. Есть только президент партии, его небольшой аппарат и общий медийный «бренд». Вся же основная партийная жизнь происходит в первичных организациях на уровне кантонов и общин, то есть там, где, порой, все знают друг друга в лицо, а дистанция между народом и политиками минимальна.
В этой ситуации анонимность источников финансирования, как ни парадоксально, может выступать даже в качестве гаранта независимости от внешних влияний как для партии, так и для отдельных граждан, решивших поддержать ту или иную политическую силу. Сокрытие источников партийных денег собственно и возникло в деревенской Швейцарии в качестве меры, способствующей развитию современных практик политической деятельности.
По словам Орели Энни (Aurélie Haenni), пресс-секретаря партии либералов (FDP/PLR), требования изменить исторически сложившийся порядок финансирования приведут к дополнительным бюрократическим сложностям, к ослаблению позиций партий и даже к ограничению фундаментальных прав человека, ведь «участие индивидуума в политической жизни является исключительно его личным делом».
«Давайте раскроем источники партийного финансирования — и граждане просто перестанут поддерживать своими деньгами партии и движения», — утверждает Томас Яух (Thomas Jauch), глава пресс-службы центристской партии демохристиан (CVP/PDС). Что же касается Швейцарской народной партии (SVP/UDC), то там считают, что если партиям придется раскрывать источники своего финансирования, это приведет, в конечном итоге, к тому, что «задачу финансирования возьмет на себя государство, а это полностью противоречит ценностям нашей народной демократии».
Прозрачные банки и компании
С учетом этих тонкостей весьма парадоксально выглядит положение, сложившееся там, где, собственно, и концентрируются финансы, а именно, в банковском секторе, а также там, где эти финансы зарабатываются, то есть в сфере промышленного производства.
Государство в стороне
В Швейцарии политические партии не получают финансирования из госбюджета.
Государство в лице федерального центра гарантирует им, в частности, равенство в доступе к такой важной услуге, как печать и распространение предвыборных агитационных материалов - но не более.
В информационном досье швейцарской Федеральной канцелярии (аппарат правительства и парламента) все партии также учтены в одинаковой степени.
Три крупнейших банка страны (UBS, Credit Suisse и Raiffeisen), производитель продуктов питания Nestlé, страховая компания AXA Winterthur и швейцарский национальный авиаперевозчик Swiss решили недавно добровольно раскрыть всю информацию о том, как и в каком объеме они финансируют швейцарские партии.
«Мы поддерживаем политическую систему страны в целом, независимо от позиций каждой отдельной организации. Для нас важнее общий принцип „милиционности“, то есть близости партий и политиков к народу», — пояснил, в частности, Жан-Поль Дарбелле (Jean-Paul Darbellay), пресс-секретарь банка Credit Suisse.
Этот второй по размерам банк страны ежегодно выделяет «конверт с деньгами» в размере одного миллиона франков, распределяя деньги пропорционально числу депутатов парламента от каждой партии на национальном и кантональном уровнях. Единственное условие: данная партия должна иметь не меньше пяти мест в федеральном парламенте.
Ранее банк финансировал исключительно партии, считавшиеся близкими к экономическим кругам. Такой подход подвергался резкой общественной критике, поэтому три года назад Credit Suisse сменил свою тактику, перейдя на позиции «равноудаленности».
Принципиален до конца
И, между прочим, никто не вынуждает брать эти деньги! Хочешь быть до конца принципиальным — будь им! «Мы, например, швейцарские «Зелёные», решили отказаться от финансовой помощи банков UBS и Credit Suisse по этическим соображениям», — указывает Бальтазар Глеттли (Balthasar Glättli), руководитель парламентской фракции этой партии. Социалисты, со своей стороны, деньги берут, но не более 400 тыс. франков в год.
Не все представители швейцарского бизнеса, однако, готовы перейти на рельсы прозрачности. Речь идет, прежде всего, о фармацевтической индустрии, лидеры которой, как показало расследование еженедельной швейцарской экономической газеты Handelszeitung, опубликованное в начале 2015 года, упорно отказываются раскрывать свои связи с миром политики.
«Изменение политической культуры неизбежно», — считает, тем не менее, Хильмар Гернет. «Этот процесс коснется вначале крупных фирм и концернов, которым необходимо будет как-то оправдывать эти расходы перед акционерами, а затем рикошетом он вернется и к самим политическим партиям, что, в конечном итоге, будет только способствовать авторитету и привлекательности швейцарский модели демократии».
Откуда деньги у «народников»?
Наблюдавшийся в последние десятилетия рост влияния правоконсервативной Швейцарской народной партии, являющейся по итогам выборов 2011 года самой сильной партией в стране, стал причиной постоянно возникающих общественных дебатов на тему финансов и политики.
«Финансирование политической деятельности является ключевым вопросом, по важности он превосходит все другие. Партия миллиардера Блохера, Швейцарская народная партия, в отличие от других организаций и движений, имеет практически неограниченные финансовые средства, что позволяет ей регулярно выступать с дорогостоящими законодательными инициативами».
Об этом заявила недавно депутат Национального совета от социал-демократов и глава Парламентского комитета по правовой политике и государственному строительству Чесла Амарелль (Cesla Amarelle).
В самом деле, за последние годы «народники» успешно провели через референдум сразу несколько резонансных инициатив, выключая законопроекты о запрете строительства новых минаретов, об экстрадиции иностранных граждан, нарушивших законы Швейцарии и об ограничении трудовой иммиграции из стран ЕС.
Как отметила Сильвия Бэр (Silvia Bär), заместитель Генерального секретаря партии «народников», пресса «несправедливо относится к нам, не предоставляя равных возможностей для изложения наших идей и основных положений партийной программы. Это обстоятельство нам приходится компенсировать покупкой рекламных площадей, что, разумеется, вынуждает партию увеличивать бюджет, выделяемый на агитацию».
Перевод на русский и адаптация: Людмила Клот, swissinfo.ch