rhasspy/piper-checkpoints huggingface dataset:
Поэтому, приехав домой, он решил изменить облик и изменил его на удивление.
А Иван Василич мне не нравился.
Кретины бежали через окно, прыгая, как обезьяны, в кусты.
Теперь что? да, наволочки.
За ним шла Августа Авдевна с клетчатым пледом в руках.
Поспешно удалившись, я стал обдумывать меры, могущие успокоить Хонса.
Уж знаю.
Постояв с минуту, я прошёл к себе, взял револьвер и снова подкрался к двери.
Это царь, он живёт один.
Женщин не было, вероятно, они, так же как и кретины, удалились через окно.
Где он сел?
Я взял его под мышки и поставил наноги.
Сегодня ел борщ красный с мясом.
Объявили имена, и председатель предложил слово желающему, и конечно, выступил наш красавец Ванькин.
Но глаза мои бегали.
Наконец, химия оказывает огромную помощь хозяйству в борьбе с вредителями.
Вот это был пожаров, так знаменитый пожаров, чистой воды Геркулес, наш брандмейстер храбрый.
Что мясоед, что страстная неделя - всё одно жрёт.
Я долго, как зачарованный, глядел на чудно исполненные снимки.
Фамилию мою Капорцев не ставьте, а прямо напечатайте подпись "Магнит", поязвительнее сделайте его.
Очень густой зной вливался в просветы между вагонами, и я напился из крана на пути.
Наконец Майеру удалось левой рукой оттянуть назад голову врага, а правой ухватиться за револьвер.
Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью.
Адам делает успехи.
Сидор Иваныч поднял доску и с треском бросил её оземь.
Фельдшера звали Демьян Лукич, акушерок - Пелагея Иванна и Анна Николавна.
- Кто ходит? - встрепенулась женщина.
- Нет денег, - упав духом, вполголоса сказал Пыжиков и сконфузился так сильно, что задрожали руки.
И женат на Софье Андревне.
В густо набитом пасажирами третьем класе не было видно ни одной сидящей фигуры; в кухне на столе храпел повар.
Что вы, Лев Иваныч?
Можно ли после этого сказать, что труд химика тяжел?
В лице замечалась такая сдержанность, то есть уменье владеть собою, не давать лицу быть зеркалом души.
Пошел к зеркалу.
Роль была смешная, и сам Патрикеев играл необыкновенно смешно и с каждым днём всё лучше.
Дверь в отдельную камеру отворилась, и вошел доктор в сопровождении фельдшера и двух сторожей.
Завод работает в три смены по пяти часов - от семи утра до десяти ночи.
Может быть, ваша помощь мне будет нужна.
Зрачки меня могут предать лишь вечером, а вечером я никогда не сталкиваюсь с ним.
Коней же теперь заменили автомобили и тракторы.
Он стоял против меня, покачиваясь, с опухшим, бледным лицом.
- Он очень симпатичный, - сказала девушка.
- Леопольд Леопольдыч выписал, - с гордостью доложила Пелагея Иванна.
- Нет, - сказала женщина и хихикнула глухим, хитрым смешком.
Я сидел, и как зачарованный, глядел на третье достижение легендарного Леопольда: шкаф был битком набит книгами.
Одних руководств по хирургии на руском и немецком языках я насчитал бегло около тридцати томов.
И как такого труса земля терпит?
Пётр Иваныч день ото дня становился довольнее своим племянником.
На Западе кончилась великая война великих народов.
Стукнула дверь в столовой, затем на веранде, выходящей во двор.
Левым глазом он при этом мигал фельдшеру, а правым сторожам.
- Сами написали? - недоверчиво спросил владелец теплушки.
Мой старый друг, нервный и раздражительный человек, был очень испуган и рассержен этой выходкой.
Погасли весёлые огни в барах, закрылись кинематограф и танцевальные залы, угрюмо молчало пустое здание казино.
Нет, зрачки, только зрачки опасны, и поэтому поставлю себе за правило: вечером с людьми не сталкиваться.
Если бы здесь географию учили так, как учат в Европе, - советским школьникам пришлось бы туго.
Счастья, конечно, гордого, чистого, нежного счастья.
- Что же такое страшное могло мне присниться? - с наивной доверчивостью, свойственной многим сумасшедшим, сказал он.
- Ну и слезу, - зло сказал Пыжиков, - а тебе что?
А скажите, вы не монархист?
На другой день в половине четвёртого я был уже на аэродроме.
Я же предупреждал еще в том большом городе, что хочу идти вторым врачом.
Ступай к нему завтра, часов в семь вечера: там он уж приготовил еще статью.
Ибо нет страны, которая не имела бы героев, и преступно думать, что родина умерла.
Я не представлял себе, чтобы это можно было сыграть хоть крошечку лучше, чем сыграл Патрикеев.
Вы первый ударили?
- Вздор, голубчик, - ответил доктор, - это у нас часто случается.
Еще Гензулаев.
Дальше в дневнике шло описание уже известных Клотильде событий: похождения Адама на улицах Парижа.
Теперь не до извинений.
Ежели не придут двое, тогда, может быть, возьму.
Реклама тотчас ввела меня в интересы сегодняшнего дня Южхима.
Где были ваши глаза?
Ему смертельно хотелось спать, но он пересиливал себя и притворялся погружённым в изучение воинской премудрости.
Ночные происшествия сделали его трусом ещё больше, чем был он им до скверного эпизода с женщиной.
- Семь раз, - ответил я, теряясь.
Недавно попалась мне в одном библиотечном архиве старинная детская хрестоматия, - начал Брызгалов, - Прочитал я там одно стихотворение.
А если грыжу привезут?
Я понял, что мне не следует с ним спорить, я восхищённо лежал у его ног.
- Как? - крикнул один Коротков, а остальные, пыхтя, навалились на касира.
- Разве я такой дурак, - забурчал я, - что мне нельзя и рта открыть?
Николай Петрович без всякой видимой причины потопал ногами.
Я ей: бабушка, вы ж померли?
Стрельбу и переворот я пережил еще в лечебнице.
На языке Адама это означало "не буду".
Он смотрел на професора, и вдруг хитрый огонёк вспыхнул в глазах Ганса.
Фельетон - моя специальность.
Нет, они встречаются и разговаривают с вами, как товарищ с товарищем.
- Я слышала, - сказала девушка, - что лебеди умирают очень поэтически.
Алёхин был солдат, стоявший в это время на часах.
Я сообщаю вам это, потому что люблю вас и возлагаю на вас большие надежды.
Кто бы узнал нашего провинциала в этом молодом человеке с изящными манерами, в щёгольском костюме?
Теперь там - цветущие нивы и рисовые поля.
Когда трахеотомия показана?
В полночь у входа на проклятый мост.
Или февраль?
Товарищ Коротков, идите жалованье получать.
Он без шапки, в растёгнутом полушубке, со свалявшейся бородкой, с безумными глазами.
Уйди, говорю, ведьма.
Но мысль бросить это лечение воровски созрела у меня еще до боя на улицах Москвы.
Тут Демьян Лукич резким, как бы злобным движением от края доверху разорвал юбку и сразу ее обнажил.
А противоядие он обещал в обмен за тесто.
Степанов не придет, сукин сын, - басом сказали ноги, - я пущу товарища фельетониста.
Все улицы и общественные здания были переименованы в особом списке, и против каждого названия виднелась кнопка.
Почему это им приятно, а ему всё равно?
Вот ты эдак, расщеперившись, стоишь.
Джен, я видел эти три тысячи среди небывалого радужного пейзажа.
Пётр Иваныч здоров ли?
Теперь давно уж в комуне живу.
Федосья Николавна не совсем здоровы, прийти не могут; приказали вас спросить, вам самим угодно разлить чай или прислать Дуняшу?
Но дальше - сеть переулков кривых и черных.
Читал, Мишенька, я ваш роман в журнале "Страна".
- И вам церковное? - изумилась Александра Федоровна.
Клотильда, бледная поднялась, и в изнеможении вновь опустилась в кресло.
Чем же вы занимались там с детьми?
Никакая стрельба мне не страшна.
Я зажал его торзионным пинцетом и двинулся дальше.
Остальные были настроены уже враждебно.
- Ну пусти, - растерянно сказал Федор с бородой.
Можно нанять такси или сесть в автобус.
Он ждал вопроса.
- Машка, расщеперившись, стоит, - с трудом сказал он сквозь смех.
Милая Джен, Ледан талантливее меня, но есть две причины, почему он не получит премии.
Их печатали, потому что они были недурны, местами не без энэргии и все проникнуты пылким чувством; написаны гладко.
И вот я, как Марья, жалею теперь только о том, что годы напрасно потеряны для тебя и для меня.
Бакалейников тупо посмотрел в зеркало и улыбнулся криво, дернул щекой.
В течение года я наводил справки о родных или близких Сергея Леонтьевича.
Принесли утреннюю почту.
В мутной мгле еще секунд пять ему мерещилось, что шар тут, возле постели, и очень сильно пахнет серой.
Я вошел, и человек маленького роста с бородавкой, в куртке с зелёными петлицами, немедленно преградил мне дорогу.
Ведь он - психиатр и должен понимать, что я не всегда владею собой.
Торзионные пинцеты висели гроздьями.
Настроение толпы вновь резко изменилось.
А какой фельетон вы напишете?
Площадку окружали мастерски сделанные статуи вождей мирового пролетариата и несколько груп.
Вы любитель покушать?
Позавчера в газетах писали, будто Банников наш к ротному ночевать ходит.
Генисон съел обед, продолжая толковать с Джен о том что они сделают, получив деньги.
Утро взглянуло сквозь ситцевые занавески и разбудило лавошника.
А фамилия его Барышников Иван Фёдорыч.
Проснувшись, он стал припоминать вкус съеденного им во сне лебедя и машинально сплюнул: горький был.
Следующая желает поступить в детский дом.
Он не представлял себе, что песнь Дэздэмоны могут петь другие так точно, как будто это поёт она сама.
Но а потом всё это пропало; поворочавшись, Коротков заснул и уже не просыпался.
- Мне нужно видеть режисёра Ильчина, - сказал я, стараясь, чтобы голос мой звучал надменно.
Вам, голубчик, в сущности, и практиковать нельзя, и пожалуй, преступно не предупредить ваше место службы.
В руках у Демьяна Лукича осталось то, что было девичьей ногой.
Малокровные и худосочные поправились в короткий срок.
Огромный чудный вечер сменяет во Владикавказе жгучий день.
Всё ж таки у вас есть центр?
Верно, он завёз маменьку в экипаже от Марьи Иванны, от дождя.
Банников смотрел в стену и конфузливо улыбался, ожидая, когда кончится у Цапли прилив весёлости.
Против воли Генисона беспокоила мысль, в которой он не мог признаться даже себе.
Бакалейников обвёл глазами тихую столовую, остановил мутный взгляд на самоваре, несколько секунд вглядывался в свое искажённое изображение в блестящей грани.
Вдоль прудов - обводные каналы, соединённые с прудами таким образом, что каждый пруд можно спускать отдельно через особое приспособление.
Ну, а об руских ученых вы, вероятно, не имеете столь лестного понятия?
Сидор Иваныч раздражённо сплюнул, вспомнив тех господчиков, и повернулся к жене.
Какие цели ставит себе детский дом?
- Товарищ Пантелеймон, - заговорил беспокойно Коротков.
Ян, товарищ мой, приговорённый к смерти, сосредоточенно шагал, смотря прямо перед собой.
Я прочитал ваш роман.
Ключ в шкафу торчал.
- Еще минуточку проживет, - одними губами, без звука в ухо сказал мне фельдшер.
Весна принесла Гансу огорчение: от него ушла экономка, вышедшая замуж за рыбака соседней деревни.
Погонщик, увидав господ, захотел показать свое усердие.
На этом барабане стоит молодая девушка в спортивном костюме и подпрыгивает.
Она шла потупя голову.
Цинь - это маленькая дочь Чунь.
Он взглянул на часы - было почти семь - и встал.
- Да, - наконец выдавил он из себя бессмысленно.
Но теперь Чунь и этого не может сделать.
- Очень скоро, - сказал Генисон, надевая пальто и беря шляпу.
Говорит с акцентом.
Адам развил бешеную скорость и прорвал цепь полицейских, которые принялись стрелять им вслед, метя в шины автомобиля.
Пантелеймон и Коротков расступились; дверь распахнулась, и по коридору понесся Кальсонэр в фуражке и с портфелем под мышкой.
Ян криво усмехнулся, и расставив ноги, остановился у лотка с апельсинами.
Кальсонэр выбежал в вестибюль, где помещался на площадке огромный брошенный орган "Альпийской розы".
А? по совести?
И у всех - и у Демьяна Лукича и у Пелагеи Иванны - заметил в глазах уважение и удивление.
Игра состоит в том чтобы подпрыгнув, опуститься наноги и не упасть, вновь подпрыгнуть и вновь опуститься.
- То что для меня дороже всех сокровищ в мире, - сказал Александр.
С каждым днём они становились толще, ели меньше, за еду брали дороже.
Но как же нам Аркадий Николаич сейчас сказывал, что вы не признаёте никаких авторитетов?
Но все рыбаки твёрдо стояли на том что Фриц действовал как должно, что этот случай послужит уроком для других.
Да ты скажи, что ты у них делал.
- Неужто всем нам погибать? - спросила молодая женщина.
Я никому не скажу, вы тоже не скажете ни одной душе, таким образом это дело пройдёт безвредно.
Скоро на поверхности воды показалась мокрая Джипси, фыркая от попавшей в нос воды, а вслед за собакой и Адам.
Какой состав учеников был там у вас в школе?
Не находите ли вы, что белый цвет бумаги режет глаза?
Ваш взгляд на работу руководительницы детского дома?
О Международном дне работницы слышали?
Старушонка не бежит, а именно летит, не касаясь земли.
Придется жертвовать частью лекций.
Теперь мне это непонятно.
- Ну, так что? - спросил Цапля.
Александр всё еще сидел, опершись головой наруки.
- Кашицу долго не несут, - зевнул Банников.
Солдат по уставу безо всякой кашицы должен обойтись.
Семейные обязанности - вот ее заботы: но разве можно исполнять их без любви?
Фриц задумчиво смотрел на море.
Если б это чувствовали одни художники, так некому было бы понимать их.
"Но я отвергаю такое обидное подозрение на ваш счёт", - продолжал он робко и тихо.
Адам нёс двух кроликов, и прикрывая полою, куски сухого дерева.
Потянулись счастливые дни вольной, бродячей жизни.
Как будто дразня и весело насмехаясь, извозчики вокруг наперерыв предлагали свои услуги.
И эту помощь я нашел.
Пойдёмте бульваром, дружище.
Дымчатый тощий зверь был заинтересован в том, чтобы ничего не случилось.
Читал во время воздержания учебник психиатрии, и он произвёл на меня ужасающее впечатление.
В самом деле, кто же будет кормить эту старую кошку?
Каждую букву на листе можно было разглядеть без всякой лампы.
И распространился запах эфира.
В один вечер я прочитал примерно четверть моего романа.
Скажите, Максудов, а ваш роман пропустят?
Товарищ Бекирова на работе.
Они слушали его внимательно, потом все вновь громко заговорили и ушли за ворота, оставив у дома только несколько человек.
Ледан тоже не изумил выдумкой.
Так это ты всё хитрила с ним?
Ведь это всё равно, что поймать луч.
Мера оказалась действительной, - Кальсонэр ускользнул, словно на роликах скатился с лестницы и выскочил в парадную дверь.
Почему весной хотите устраивать экскурсии?
Трамвай в ту же минуту поравнялся с "Альпийской розой".
Покрывая полы мокрыми пятнами, десятки людей шли навстречу Короткову или обгоняли его.
Здесь нужно быть осторожным - здесь фельдшер и две акушерки.
- Что это? - спросила она, - сфинкс?
Нужно быть очень внимательным, чтобы не выдать себя.
Что ты шепчешь, мама?
Они предупреждены, что я уезжаю в феврале в отпуск в Москву лечиться.
Она хотела поиграть с ними, но мать строго приказала чтобы Цинь стояла на месте.
Не в языке дело.
Чунь решила: на полученные деньги она купит рису, свинины, курицу и всё отдаст Цинь.
Слуга отсчитал Чунь пять франков и взял девочку заруку.
Она совсем теперь переменилась ко мне.
Изобретатель взял со стола небольшой чемодан, в сенях захватил весло, две удочки и вышел на пыльную улицу.
Хуже блохи.
Переведите ваш гимн на француский язык.
Вагнэр, как гигантская блоха, огромными прыжками быстро удалялся от меня.
Я залез в нору еще глубже и неожиданно столкнулся там с довольно большим раком, который жил недалеко от меня.
Кальсонэр поднимался со странной, неестественной скоростью, и у Короткова сжималось сердце при мысли, что он упустит его.
Наконец мне удалось освободить глаза и сяжки.
А у вас здесь, я вижу, перемена, - прибавил он, бросив вокруг быстрый взгляд, который скользнул и по лицу Фенечки.
Я вновь видел.
Итак, теперь я вновь видел, слышал и управлял своими движениями.
Вон Банников за кипятком сбегает.
Надо было только собрать воедино эти сверкающие всеми цветами радуги хлопья - и научное бессмертие Морэля обеспечено.
Бабочка легко вспорхнула и перелетела бурелом.
Товарищ Бекирова на дальних прудах.
Раскинув широко руки, Морэль лежал на спине, давая отдых своему измученному телу.
К счастью для Морэля, у паука были дела поважнее.
За несколько минут Генисон прожил вторую жизнь, после чего вывод и решение могли принять только одну, свойственную ему, форму.
И не мудрено, что Морэль развил такую скорость, какой даже не подозревал в себе.
Ну как их истолковать?
Пауку уже трудно было справляться с течением.
Наконец Морэль решился выйти из ручья.
В окне сиял один из первых зимних дней.
Воздух, освещённый солнцем, светился всеми цветами радуги, как калейдоскоп.
Он поднялся, махнул на них сачком и зашагал в глубь леса.
Мне он ненавистен.
Пума улеглась рядом с ним и широко зевнула, как бы располагаясь на ночлег вместе с ним.
До сих пор Морэль жил, как лесной зверь: день бродил в поисках добычи и засыпал там, где заставала его ночь.
Наживёшь себе неприятности, и придется нам, твоим друзьям, страдать при мысли о твоих мучениях.
Когда дождь мешал ему заниматься устройством плота, Морэль лежал у себя на дереве и переносился мыслью в Париж.
Две армии с "пушками и танками" движутся по обеим сторонам канала.
Ему не приходилось даже искать и собирать бамбук: каждый день река выбрасывала на берег огромное количество бамбуковых палок.
На скамейках сидели одинокие фигуры гуляющих.
Огромный конец дерева вынырнул из воды и ударил в плот с такой силой, что тот едва не перевернулся.
Он лежал на столе и весело смеялся в телефон.
Он еще раз выругал себя ослом, однако это не помогало делу.
Морэль решил отдаться на волю течения, надеясь что оно, совершив круг, вынесет его из заводи.
Белые полотнища газет колышутся в руках.
Наконец перед ним открылось огромное пространство, залитое водою.
Но, чтобы лучше отдохнуть, надо устроиться с большими удобствами, чем он это делал до сих пор.
В руках нападающих были зажжённые фонари.
Хина, какао, чай - чего еще больше?
Но странное дело, с тех пор как Морэль решил надолго обосноваться в лесу, у него как будто прибавилось энэргии.
Трое дюжих полицейских набросились на Адама.
Но ему ни разу не пришла мысль об эксплуатации находящихся здесь богатств.
- Здесь мы не найдём красных ибисов, - сказал Джон своему спутнику.
Сидит в ветвях, видите?
Но Фесор бросился на помощь Джону и начал сбрасывать с его рук и лица маленьких белых муравьев.
Джон был видимо польщён.
Вдруг Фесор поднялся и побежал с такою быстротой, словно за ним гнался ягуар.
- Товарищ Кальсонэр, - прокричал Коротков и окоченел.
Я их искренне поздравляю, что они не пришли в Киев.
- Вам здесь лучше, чем в прежнем флигельке? - спросил Павел Петрович вежливо, но без малейшей улыбки.
Поздно, товарищ, в пятницу.
А самым последним тронулся он - Павел Иваныч Чичиков в знаменитой своей бричке.
- А не зря ли мы Машку послали? - как бы рассуждая сам с собой, продолжал Цапля.
У вас, товарищ, порок сердца?
В моём положении не следует быть особенно заносчивым с людьми.
- Нет, ох нет, товарищ, - выговорил ошеломлённый Коротков и шагнул к сетке, - не задерживайте меня.
Исполню ли ее?
Я бы говорит не прочь жениться, если б она умела привязать меня к себе.
Потому что он не психиатр, потому что молод и товарищ по университету.
Я не психиатр, с уверенностью не могу сказать, поучительны ли, нужны ли?
Без щипцов на это надежда была плоха.
Со всех сторон ее окружают здания, которые построены так что уступами спускаются к площади этаж за этажом.
Нет никаких сомнений, что их выкинули бы вон.
Небольшая, низенькая комнатка, в которой он находился, была очень чиста и уютна.
Благодаря такому устройству получается один грандиозный амфитеатр, который может вместить почти всё население города.
Да еще хорошо, как только выкинут, а то еще, храни бог, на лубянке насидишься.
Картины, скульптуры, рамы, книги в изумительно красивых переплётах, вазы, статуи, резная мебель, шляпы, перчатки, обувь, ткани.
- Ой, придёт, чует моя печёнка, - продолжал Цапля.
- Давайте сделаем общий обзор города, - предложил он.
Перед этой сложнейшей задачей была бессильна даже "королева наук" - высшая математика, и на помощь теории приходила практика, опыт.
Было только семь часов вечера.
Однакож прошла зима, настало лето, а любовь не кончалась.
- Какую же мебель хотите вы в кабинет? - спросила она.
Восхищённый, я щелкнул пальцами и обернулся, проводив красавицу долгим, слюнявым взглядом.
После он пожалуй начнёт просить прощенья, предлагает ехать, но когда же опять делать туалет, закладывать карету?
С улицы доносился до них смешанный шум голосов, езды экипажей.
Никто из жителей окрестностей Зурбагана не мог бы указать происхождения этой статуи, никто также не мог объяснить, кого изображает она.
Рекорд побил знаменитый бугалтер, впоследствии служащий союза городов Семен Василич Петлюра.
Узнав, что барин ее зовет, Фенечка очень перетрусилась, однако пошла за матерью.
Конец его фразы покрыл гул голосов и грохот рукоплесканий.
Тот первым долгом сообщил, что уже продал и цепочку и часы.
Соскучились, ребятишки?
Мимо нее проскочил гражданин без шапки и с пустыми бутылками в руке.
Я зажег керосинку на полу в углу.
Мне из его четвёртой роты сказывали.
Однако подожду выхода Мефистофеля.
Дверь распахнулась, и я окоченел на полу от ужаса.
Но Левшинка еще обгонит.
Машины жнут пшеницу быстрее, чем движутся остатки полчищ саранчи.
Беру на себя смелость решить это утвердительно.
Сегодня у них выходной день, и они решили провести утро на море.
Тогда он потянул сильнее, наконец рванул изо всех сил.
Глаза и губы Фесора улыбались.
И при этом на свой счёт.
В этот момент лёгкий скрип дерева привлёк их внимание.
Среди тишины ночи послышался короткий смешок Фесора.
О виновности речь впереди.
Помните божью коровку, содержащую синюю жидкость?
Когда утром Фесор вернулся, он уже не был похож на кусочек звёздного неба.
На самом же деле он никого не видел, да и глубокий мрак, висевший за окном, не позволял ничего видеть.
Все поспешили к хижине.
Сабатье и Джон последовали за ним и увидели, что ветхий домик Фесора разрушен бурями и ливнями последних дней.
Вы очень расшиблись?
Он перевёл дух, и мы снова прислушались.
Религия оказывалась бессильна там, где преследовались высшие государственные цели.
Шилер, Гётэ, Байрон являли ему мрачную сторону человечества - светлой он не замечал: ему было не до нее.
Пользуясь счастливым случаем, я вернулся за ней, поднял, и бросил внимательный взгляд в глубину алеи.
Как будто шевелятся тени, как будто шорох из земли.
Я сел рядом с ним и прислонил свой пакет с черносливом к мешочку с апельсинами.
- Видишь, - говорит, - автомобиль в ворота с сапогами едет?
Я совершенно спокоен и уверен в успехе.
Ваш гостинец я немедленно отнесу к себе, а вы идите домой, и позовите пожалуйста, Евгению с братом.
Так что ж есть?
- Не пущу его, - сказал он, держа руку у крючка, - твоего Цимермана.
Тридцать две копейки?
Ты что ж, очумел, какая же ситец закуска?
Он шарлатан, никогда даже на морской службе не служил.
От таких его слов мне захотелось сельтерской воды.
Стрельцов погас, потом вновь вспыхнул.
Во второй день он вытащил огромного окуня.
Абрам увидел кровь на своих руках, ногу в стремени и чёрное острое дуло из деревянной кобуры.
Он показал окуня.
В беседке сидела Фенечка с Дуняшей и Митей.
Жаль, что думают не об этом, а то бы с их счастьем мы никогда с пустыми руками не уходили.
- Отчего это ваш товарищ такой угрюмый? - спросила Лиза тихо у Костикова.
- Скажите мне, - прервал защитника Бройер, - но почему именно обвиняют меня?
Он замирал от ужаса и не верил самому себе; наконец решился не быть завтра - и явился ранее назначенного часа.
Разводящий заторопился, снимая крючок, сообразив, что Банников в самом деле не мог вернуться так скоро.
Все страдания, вся скорбь души человеческой слышались в них.
Там были бронзовые серьги.
Стыжусь вспомнить, как я, воображая себя страдальцем, проклинал свой жребий, жизнь.
Но разве румянец, блеск глаз и огонь движений - отличительные признаки наших красавиц?
Он приносит мне до сорока тысяч чистого барыша, без всяких хлопот.
Смеркалось, когда старый рудокоп Энох вышел за границу степи, окружающей Зурбаган.
В рудниках Западной Пирамиды Энох заработал около двух тысяч рублей.
Здесь зеленые боевые могилки.
Рукой Абрам вытер липкую густую кровь с губ, причём огненная боль прошла по левой щеке в грудь и сердце.
Но она необходима в круговороте жизни.
Высокий огонь на станции ослабел, а желтоватый, низенький, был неизменен.
Лучше и экономичнее предупреждать болезни, чем лечить их - вот наш лозунг.
Они горели, и цыганские скулы еще резче выступали на бледном лице.
И мы повернули свои велосипеды и покатили в противоположный конец города.
Воздушная струя не очень сильна, а он - парень дюжий.
Неужели ему придется здесь погибнуть?
Или не бороться больше?
Мотор не работает, ветер не свистит, вентилятор не жужжит.
Пожалуй, ты теперь возненавидишь свою акулу?
Как они прорвались через цепь солдат?
Посреди площади, между Розасом и столбами, лицом к привязанным людям - цепь стрелков с ружьями наготове.
Остался только железный остов, по которому, рискуя своей драгоценной жизнью, мальчики пробираются ползком и цепляясь.
Мне нравится в ней то, что она не слишком конфузится?
По точному свидетельству туземцев, дело произошло так.
"Ара" - солнце, вокруг которого, как земля, ходит Киев.
Всё что по эту сторону улицы - всё его.
Нужно сказать, что в Киеве целая пропасть старушек и пожилых дам, оставшихся ни при чём.
В конце концов пришлось плюнуть и не разуверять.
Затем Ян зевнул и задумался.
Если же догадка моя справедлива, могу им посоветовать не тратить сил.
Смысл лекций прост - виноват во всей тройной кутерьме - сатана.
Ходю небо окончательно пристукнуло по лохматой шапке.
Последнее старый хитрый китай особенно подчеркнул.
Старые китайские глаза при этом совершенно прятались в раскосые щели, и огни из печки не могли пробить их таинственную глубину.
Отнимал убийца, негодяй - Настькин сволочь.
При взгляде на багровый шрам глаза старого китая затуманились, сухая шея потемнела.
Хороший китаец смирно сиди.
Женщины бежали от нее, а мужчины поступали очень различно: то давали хлеба, то наоборот, порывались бить.
Раздалось энэргичное ругательство, дверь с силой распахнулась настежь, и взбешённый офицер быстрыми шагами вошёл в помещение.
Месяц прошел, на небе не было ни одного маленького облачка, и жаркое солнце сидело над самой головой.
Словом произвёл чудеса.
И тут справа, вдали из земли выросли темные полосы, и столбы пыли встали над ними.
Гул закачал землю до самого ходи, и темные полосы стали приближаться с чудовищной быстротой.
Вот и редакция.
Ходя встал, усилием воли задавил в себе боль в груди и ту зловещую тревогу, что вдруг стеснила сердце.
Но я не очень верил, сказать по правде, в силу его подписи.
Ты старший, и я знаю, что ты любишь его.
Ты притворяешься, что так нужно.
Шпиц заворчал.
Его первым увидал Абрам, приподняв веки, и очень долго, как прикованный, смотрел на него.
Она, я уверена, и не слыхивала об эмбриологии, а в наше время - как вы хотите без этого?
Цимерман был невысок, сутуловат, с длинной шеей и брюзгливым, птичьим лицом.
А другой половиной мозга - что с ним бывает очень редко - он думает о самом себе.
Когда дверь затворилась, разводящий стоял ещё некоторое время на прежнем месте, уныло смотря вниз.
У буфетчика выпросил, он уже запираться хотел.
Я грёб, Ян сидел у руля, лицом к берегу и медленно, задумчиво мигал, слушая песню.
- А теперь женишься, да любовь не даётся, - прибавил дядя, и оба они засмеялись.
- Юмористический? - спросил редактор, сдвигая брови.
Девушка обвила косу вокруг шеи, и от темных волос еще резче выделялась белизна ее небольшого, тонкого лица.
Куда же мы теперь пойдём?
Глаза ее были задумчивы и печальны, как у всех, отмеченных печатью тёмного, неизвестного будущего.
Лифт остановился, выплюнул человека с портфелем, закрылся сеткой и опять ушел вниз.
- Пора ехать домой, господа почтенные, - сонно заявила Евгения, жалобно морщась и зябко пожимая плечами.
Огонь был неизменен, но веки Абрама то открывались, то закрывались, и поэтому чудилось, что тот огонь мигает и щурится.
Я передал ему вёсла, и он, вытянув длинные ноги, быстро подался вперед и сильно повёл руками в противоположные стороны.
Вы заступаетесь за этих бабёнок?
Когда ему сняли повязку с глаз, первое лицо, которое он увидел, был старый знакомый Браудэ - его неизменный тюремщик.
Задумалась публика, и как искра побежала крылатая молния.
Банников не шевелился, и острая неприязнь к молодому солдату снова шевельнулась в груди ефрейтора.
Короче говоря, передо мною стоял Мефистофель.
Ну уж что, кажется, во мне за краса, и какой я супруг?
Цапля принял эти слова на свой счёт и вспыхнул.
- Юмористический, - ответил я, утопая.
Что я сахару твоего не видал, что ли?
Для него было очевидно, что эта их любовь кончится еще не скоро, неизвестно когда.
Несколько дождевых капель упало на руки и лицо Эноха, и рудокоп поднял голову.
Вы уж послушайте меня, старичка, бросьте.
В театрах этих что хорошего?
Худощав или жалок на вид?
Кирил насмешливо потянул носом.
На груди большая золотая цепь с брелоками, на мизинце мелькает крошечными яркими звёздочками брильянтовый перстень.
Однако при его опытах присутствовал молодой, но очень знающий и талантливый профессор Шмит, сам работавший в этой области.
Все знали, что Ноздрёв лгун, что Ноздрёву нельзя верить ни в одном слове.
Но ведь снаружи сейчас нет воздуха?
Тут я разглядел, что он в пальто и блестящих глубоких калошах, а под мышкою держит портфель.
Любил ее и Селифан, и поэтому при самом въезде на лубянку пришлось ему выбирать между трамваем и зеркальным окном магазина.
Затем он вынул великолепный золотой брегет и самодовольно улыбнулся.
Брился каждый день на необитаемом острове.
Но мозги никакого участия ни в чём не принимали.
Он через каждые пять шагов присаживался на землю и с проклятиями рвал левый сапог: у него отскочила подметка.
Энох сморщился и прибавил шагу.
Что ж вы путаете меня?
И переехать что за штука?
Он кивнул сидевшему и опёрся плечом о квадратное колено изваяния.
Кальсонэра выкинули?
Я теперь решительно никаких не имею занятий.
Мальчишка посмотрел исподлобья и вдруг заревел басом.
Раскольникову давно уже хотелось уйти; помочь же ему он и сам думал.
Вагнэр и экономка проследовали в той же позе по ступеням на веранду и скрылись извиду.
- Рудольфи, - сказал злой дух тенором, а не басом.
Из лохмотьев ее он выдрал тесьму, в вершок шириной и вершков в восемь длиной.
Летишь вперед, всё вперед, и кажется, будто в самом деле ты оседлал ветер.
Железная же пластинка прибавлена была для весу, чтобы старуха хоть в первую минуту не догадалась, что "вещь" деревянная.
Он бил ногой в землю, как яростный рысак.
Они померли - мои мозги, вследствие писания расказов, и больше не проснутся.
В какой благословенный уголок земли перенёс нас сон Обломова?
А вы это серьёзно?
Эта мысль меня насмешила, я сделал глоток.
- Поздравь меня, - воскликнул вдруг Базаров, - сегодня двадцать второе июня, день моего ангела.
- Дерзкий гений человека, - говорил он с горящими глазами, - срывает последние покровы с тайн природы.
Он выбежал на улицу, пробежал ее до конца, свернул в переулок и очутился у подъезда небольшого здания неприятной архитектуры.
Изучение строения атома почти раскрыло нам "вещь в себе".
Все кресла были заняты больными, многие из которых носили темные очки или повязки на глазах.
Глаза его сузились, круглые, мясистые щёки запрыгали, как в лихорадке.
- А нельзя ли зажечь лампу? - спросил Рудольфи.
Поверьте мне, для вас это будет лучший способ защиты.
Лицо его попеременно вспыхивало красными и белыми пятнами.
А в том моя добрая воля батюшка, терпеть или вещь вашу теперь же продать.
Он хотел говорить, но неведомое чувство сжимало ему горло.
- Не дошла, не дошла, - торопливо говорила Пелагея Иванна, и сама, простоволосая, похожая на ведьму, разматывала свёрток.
Возня наверху усиливалась.
Сидевший внимательно осмотрел Эноха и кивнул головой.
Пять вёрст говорит всего, дойдёшь.
А теперь сядем.
Теперь же, надолго расставаясь с ним, я предлагаю на его прочтение повесть Камышева.
Так я же, товарищ, Коротков.
- Я стою исключительно на почве физических наук, - уклончиво сказал он.
Доббель расплатился с шофёром, поднялся на лестницу, тронул дверь - она была не закрыта - и вошел в прохладный вестибюль.
- Вы написали роман? - строго осведомился наконец Рудольфи.
Кто подсказал ему выкинуть такую весёлую штуку, которая спасла жизнь хозяину?
Не по этому ли поводу вы и оказались моим помощником в тюремной лаборатории?
Надо сказать, что Рудольфи был замечательным редактором и попасть к нему в журнал считалось приятным и почётным.
Не таков мирный уголок, где вдруг очутился наш герой.
Разумихин был один из его прежних товарищей по университету.
Я любовался зайцем, в жилах моих бежала пенистая пивная кровь.
Белая пыль штукатурки, отделяясь от потолка, кружилась в воздухе.
- Работал, - неохотно ответил Энох и замолчал.
У многих, очень многих есть воспоминания, связанные с Владимиром Ильичём, и у меня есть одно.
Вы хотели дать мне несколько уроков химии.
Два дня я походил по Москве и представьте, нашел место.
С усиками?
- Но скажите, уважаемый професор, - вновь спросил Браудэ, - сколько же милионов лет должно пройти, пока образуется ваша солнечная система?
У вас теперь по крайней мере есть цель жизни.
Неужели вы предполагаете, что и здесь, в этом мире, на микроскопических планетах появится человечество?
Никак Алёхин свистит.
И они вновь замолчали, погрузившись в созерцание.
Пора было подумать о ночлеге.
Весь уголок вёрст на пятнадцать или на двадцать вокруг представлял ряд живописных этюдов, весёлых, улыбающихся пейзажей.
Раскольников не был у него уже четыре месяца, а Разумихин и не знал даже его квартиры.
Он сделал, и не только несмотря на это, а вопреки этому - уцелел.
- Пойду пожалуй, - сказал Энох, - небо проясняется.
А Разумихин хоть и заметил, но прошел мимо, не желая тревожить приятеля.
Как поживает твой умнейший Иван Демьяныч?
Без всякого сожаления я оставлял рыжую крупу в мешке и ноябрьское жалованье, которое мне должны были выдавать в феврале.
Отец меня ждёт; нельзя мне больше мешкать.
Но Родэншток и Кригман тоже на свободе?
Я очень тихий.
Он сидел в кресле за письменным столом в круге света от лампы и смотрел на меня.
- Скоро вместо старых электрических ламп в наших комнатах будут гореть настоящие солнца, - сказал Шмит после паузы.
Дать ему ордер на совместное жительство с его приятелем.
Все хохотали утром на службе, увидев лист, писанный ночью при восковых свечах.
И он сразу уснул крепким сном здорового человека, который проскакал весь день.
Это частью делалось по привычке, частью из экономии.
Ян отстранил меня легко, как ребенка, плавным движением руки, и подойдя к столу, сел.
Сказав это, Энох крепко сжал в кармане револьвер и шагнул в степь.
Оказалось, что Филип Матвеич просит прислать ему рецепт пива, которое особенно хорошо варили в Обломовке.
Разумихин с удивлением поглядел ему вслед.
Неизвестно, дождался ли Филип Матвеич рецепта.
А зачем же ты, чёртов сын, кровь отмывал, ежели у тебя совесть чистая?
И ему казалось, что этот крепкий, солёный морской ветер делает его вновь бодрым и сильным.
Пешком, так как деньги все были украдены, Коротков добрался до Спимата и, пройдя вестибюль, прямо направил свои стопы в канцелярию.
В эту же минуту дверь спела визгливо, и Кальсонэр вернулся в своей бороде.
Меня должно было радовать то обстоятельство, что редактор появился у меня хотя бы даже и в виде Мефистофеля.
А Вагнэр хохотал, откинув голову назад.
- Вы не дойдёте до него, голубчик, - сочувственно сказал мне заведующий.
Я Эдуард Ганэ.
Лошадь многозначительно фыркнула.
Нельзя сказать, чтобы он был очень бледен.
Незнакомец заговорил и с первых же слов приковал внимание Ганэ и Иоганна к тому о чём он говорил.
А добрился я в девять вечера.
Скоро ли провалишься к своему немцу?
Но о чём бишь беседовали мы вчера с вами?
Иной раз казалось ему, что он уже с месяц лежит; в другой раз - что всё тот же день идёт.
А откуда на твоей поддёвке взялась кровь?
"А где серьги взял?"
Дверь бокового хода за органом со звоном захлопнулась за Кальсонэром.
Вам трудно разобраться, потому что вы еще не приспособились регулировать апарат и не можете выделять токи различной силы.
В дверь давно стучались, но ни Браудэ, ни Шмит не могли пошевелиться.
На Пречистенский бульвар я не пойду.
Убедившись, что всё благополучно, он вскинул винтовку на плечо и стал ходить взад и вперёд по узкой тропинке, проложенной часовыми.
Через мгновение за его спиной стукнул выстрел, и пуля, выскочив меж лопаток сквозь грудь, разорвала сердце.
Виэнто успел отдохнуть и теперь бежал с такою же бодростью, как и вчера.
От зари до зари смотрит как поднимается на два метра и вновь падает острый конец бурильной свечи.
Но если не ошибаюсь, вы назвали себя представителем фирмы "Вестингауз".
Кто это Иван Герасимыч?
Жаль лишь, что некому было полюбоваться на меня.
Предложение Мичеля было заманчиво, Эдуард Ганэ боялся всяких новшеств.
Зачем же ты меня беспокоил, если не хочешь говорить?
Фриц так задумался, что не успел вовремя повернуть руль.
Горькое совпадение, больше ничего.
Ведь в каждой клетке нашего организма происходят сложные химические процесы, сопровождаемые электрическими явлениями.
Наконец дверь тихо приоткрылась, и в нее осторожно заглянул Таубе.
Друг Иван Иваныч взял книгу и скребя пером, стал выписывать ордерок в гробовом молчании.
Энох упал около статуи.
К счастью, я не ошибся.
Теперь не убежать.
Нефть теперь так и не видит солнечного света.
Люди бегали по освещённым комнатам, пропадали во тьме темных лестниц и появлялись вновь в свете других комнат.
Берите у меня диплом, недостоин я его, дорогие колеги, посылайте меня на Сахалин.
Или вы, может быть, ничего подобного не ощущаете?
Монтэр подошел к метле, открыл дверцу ящика, повозился несколько минут, и метла была вновь в полной исправности.
Думал я, что это сторож ходит и возится, а хрипенье принял за храп, а то бы я поднял шум.
- С тех пор прошло уже восемь лет, - начал он после некоторого молчания, - и восемь лет носил я в себе тайну.
Нас ищут.
Но сердце и мозг - это настоящие генераторы.
Вышел этот костюм ослепительным, и очень возможно, что серые полоски на конторских штанах решили судьбу несчастного человека.
Когда это было решено им в пользу одного из кабаков Зурбагана, Бартон встал и вышел под дождь.
Алёхин между тем долго и основательно ругался, узнав, что ужин не принесли и что кипятку в чайнике почти не осталось.
- Ну как лов? - спросил он, потирая жилистые руки с крючковатыми пальцами.
Но все они уже сильно истощены.
Гравюры все изображают семейные сцены.
Муж первый увидел Вагнэра и, открыв рот, попытался подняться и раскланяться.
Он мигал, таял, вспыхивал и опять пропадал и манил к себе.
Вы довольны ими?
Знаете, я бы очень желала знать, о чём вы думаете?
Все восемь лет я чувствовал себя мучеником.
Как ни быстро это делается, а "ровно в полночь" всех не поздравишь.
На какого чёрта этот глупец Ситников пожаловал?
Для Доббеля вновь началась трудовая жизнь.
Арифметика - жестокая наука.
Тучи, отдав земле всю бешеную влагу, скрылись, и над ночной степью показались тихие звёзды.
Унтер меланхолично расказал ему о посещении караульного офицера и своём несчастии.
Фриц быстро налил масло, зажег фонарь.
Поднятые вверх руки статуи обозначались особенно ясно.
Зачем так крепко жмут друг другу руки?
Он без приключений добрался до Мюнхена.
Затем кровь хлынула изо рта солдата так, что я замер.
И потом, что, если эти слуги взбесятся, как взбесилась ваша механическая метла?
И я очень рад.
Увидев нас, она звонко захохотала, и, подпрыгивая, подскочила к Урбенину и обняла его колено.
Семь утра.
Она ахнула, пошатнулась и наверное бы упала, если бы Базаров не поддержал ее.
Ликёр очень мил.
Пятьсот минут - восемь часов двадцать минут.
По мере того как море усыхает, базы опускаются, трубы укорачиваются, пока наконец вся установка не оказывается на осушенном дне.
С солдата спрашивают, а чтобы куб поставить в караулке, так этого нет.
Где наш хозяин?
Если ты съешь половину этого теста, то будешь сыт весь день.
- Знаешь что, Илья? - сказал Штольц.
- Ну и что же? - спросил старик дипломат с лицом Мефистофеля, кривя рот в иронической улыбке.
Наконец кровь утихла, и я вымазал яму в челюсти йодом.
Это была самая беспокойная ночь за всю долгую совместную жизнь Иоганна и его хозяина.
- Итак, - сладко продолжал хозяин, - чем же вы нас порадуете?
Я теперь вижу все вещи и вас, господа.
Никогда не бейся об заклад.
Послышалось шлёпание туфель, и снова появился Василий Иваныч.
А который теперь час?
Внезапно замолкли звуки, погас экран, вспыхнули будничные лампы.
После бессонной, неуютно проведённой ночи это доставляло некоторое развлечение.
- Никаких гимнов больше не будет, ваше превосходительство, - спокойно ответил Сашка.
Все вновь начали обсуждать это необычайное событие, завидуя счастливому Гансу.
Ну хорошо; что ж бы ты стал делать?
Было тихо: глубокая научная мысль любит глубокую тишину.
Фриц первый решился испробовать тесто и удостоверил, что оно очень вкусно и сытно.
Было восемь часов вечера.
Теперь здесь шло беспрерывное заседание.
Но, представьте, счастье.
Каждый этот день и каждая ночь длились по моим часам - всего по шести часов.
На сем месте я люблю философствовать, глядя на захождение солнца: оно приличествует пустыннику.
- Ты какой роман теперь читаешь? - спросил я его.
Это была дочь мирового Калинина, Надежда Николавна.
- Семь тысяч пятьсот рублей, - протяжно сосчитал Максим Фёдорыч.
Никаких гимнов.
Неловко вторгаться в чужие тайны, но мне ужасно хотелось узнать, кому и чьи это деньги посылал в Петербург чернобровый поляк?
Зачем же хлопочут строить везде железные дороги, пароходы, если идеал жизни - сидеть на месте?
Судя по обстановке, я имею честь видеть професора?
И без нас много; мало ли управляющих, приказчиков, купцов, чиновников, праздных путешественников, у которых нет угла?
- В наших университетах, - не без горечи говорил он своим друзьям, - можно работать только по шаблону.
Он встал с постели, прошёлся раза три по комнате, заглянул в гостиную: Штольц сидит и пишет.
Илья, готовь комплимент.
Она шла, потупя голову и нюхая цветы.
Иногда дипломат небрежно выслушает совет жены, пожмёт плечами - и втихомолку напишет по ее совету.
Люди все добрые, все наслаждаются; у всех счастье на лице.
Михея Андреича, что ли?
Грудь дышала ровно и глубоко, а руки, сложенные вместе, лежали под щекой на белой кружевной наволочке высокой пышной подушки.
Неделю жил я как в тумане, исхудал и захирел.
Из толпы высились ветхие хоругви и темный крест, предшествовавшие крестному ходу.
Пробираясь сквозь густую толпу, я оглянулся и поглядел на дочь мирового.
Дидэрихс был в замешательстве: нужно ли поддерживать разговор с галюцинацией?
Доббель желчно рассмеялся.
Кэмбел проверил расчёты.
И неожиданно в руках этого старика оказалось богатство, которое может осчастливить всех.
Я ездил к Фёдору Василичу, и тот наконец убрал его.
Ну будет он жить в белой избе, а из меня лопух расти будет; ну а дальше?
Тут, братец ты мой, разница в несколько суток.
Этот чудовищный голос был слышен больше чем за тридцать километров.
Потом он должен был с неделю ездить по магазинам, отыскивать гравюры с лучших картин.
Что она девушка, Костров решил сразу и перестал думать об этом.
Ему уже не до Керенского.
Внезапно прибегает ко мне дежурный, этот самый, значит, Пискун, и докладывает: "Так и так, господин фельдфебель, в роте неблагополучно".
Урбенин выпил стакан хересу.
В ученом заговорил экспериментатор.
И он вышел, хлопнув дверью.
Что это, мистификация?
Если только этот хлеб действительно обладает такими свойствами, как уверяет Ганс.
На чём я, позвольте узнать, буду писать?
Зиночка, а ты не поможешь ли мне закопать тушу моего павшего мерина?
Бос вновь залаял.
Но рабочие химического завода не справляются и просят помощи.
Восемь тысяч.
Недели через три, через месяц было бы поздно, трудно: любовь делает неимоверные успехи, это душевный антонов огонь.
Жена его - вот эта самая девушка; она тихо спит, счастливая близостью любимого человека.
Он каждый день рвёт штук по пяти, а я раз в две недели по одному.
Наконец денщик впустил обоих татар.
Из ее глаз лились слёзы, как из губки, когда ее жмут.
Какие же изменения может внести ваше изобретение в жизнь людей?
Кэмбел просидел без смены всю ночь.
Отчего мне нравится химия?
А притяжение Земли?
- Какое бюро? - глухо спросил Коротков.
Сейчас наши химики работают, делают анализы, хотят понять в чём дело, но пока не понимают.
На заводе всю ночь шла лихорадочная работа.
- Ах, да эти претэнзии или как их там, - с досадой сказал хозяин.
- Теперь всё понятно, - прошептал Коротков и тихонько рассмеялся, - ага, понял.
Недавно Штольц также прислал письмо и к нему и к ней, спрашивает: "Что он делает?"
Осенняя ночь бежала, цепляясь за вагоны, дрожала в окнах чёрным лицом и блестела таинственными, мелькающими огнями.
А трахеотомия.
Козловскому стало очень жаль этого ребенка в большой солдатской шинели.
Какой добрый гений занёс тебя в мою берлогу?
Я делал опыты над животными, вот над этими собаками и морскими свинками.
Развестись ведь с ним нельзя?
Они, мои преследователи, думают что я должен иметь особые изоляторы на подошвах, чтобы не провалиться сквозь землю.
Аркадий приказал ямщику остановить расскакавшихся лошадей, выпрыгнул из экипажа и подошел к ней.
Мои опыты вполне успешно закончены две недели тому назад.
Ты слыхал, даже химики еще ничего не понимают.
Разве здесь могут обойтись без красного?
Народ, доктор и фельдшер, офицеры его полка бежали к нему.
Только ты уж меня, пожалуйста, оставь в покое.
Ты хотел бы этим путём искать счастья на счёт моего спокойствия, потери уважения?
Но щипцы, повороты - сколько хотите.
И тридцать семь копеек украл?
Наутро Кэмбел подал начальству рапорт, прося отпуск по болезни.
Но как же Пшехоцкий с каретой?
И убедившись в полной безвредности, решил произвести опыт над Гансом.
У него нашли нервное расстройство на почве переутомления.
"Так тебя холодом и обдаст", - жаловалась Фенечка Дуняше, а та в ответ ей вздыхала и думала о другом "бесчувственном" человеке.
Быть может, он сболтнул глупую фразу со сна?
Так, как паук, в тиши ткёт свою паутину мысли Великий Ум.
Поэтому приходится допустить, что причиною уничтожения бактэрий были не химические воздействия, а физические.
И сделав это, испуганно оглянулся; но все спали.
Я знаю весь ход его мышления, но без него я не могу окончить работу.
- Ты не носишь шляпу, вот у тебя фуражка, - сказал он, взяв шляпу Обломова и примеривая ее.
А роковой конец всё приближался.
- Ну уж об философии ты оставь, - сказал он.
А через два дня младенец был мною забыт.
Уж не задумал ли Шахов самовольно совершить кругосветный полёт?
Да и впрямь ли ее оскорбили?
- Нашлись же умные люди, - сказал Фриц.
А на улицах Москвы можно теперь видеть матросов почти всех стран.
Теперь я уже не дуэлист, а доктор и прежде всего должен осмотреть вашу рану.
Для начала, если вы не называете своей цены, я могу предложить вам двадцать тысяч доларов.
Кот ты или не кот, с бородой или без бороды, - ты сам по себе, я сам по себе.
Круговорот веществ был нарушен.
И теперь Гайдн несколько удивлённо поднял на Лэйта глаза.
Тридцать семь копеек украл.
- Вы оба не правы, - ответил Великий Ум.
О том ли он мечтал в тихие тёплые летние ночи на заброшенной нефтяной вышке, делая опыты искуственного дождевания?
- Право? - сказал он, вспыхнув, и тотчас же, чтобы переменить разговор, сказал: - Так прислать вам двух коров?
Продайте нам ваше изобретение, чтобы мы могли эксплуатировать его.
И, потом, зачем в таком случае ему было посылать сигналы бедствия?
Я не собираюсь продавать его для эксплуатации.
Словно вся степь превратилась вдруг в сплошной гигантский завод.
Высота падения - тридцать семь метров.
А теперь на гектар приходится семьдесят тысяч ведер воды в год, что равняется как бы тысяче двумстам милиметров атмосферных осадков.
Он перевёл дух.
На камне сидит человек, а около него вертится черный как смоль живой комочек.
Смерть как бы безвозвратно уносила часть жизни, и эта жизнь лежала мёртвой, связанной навеки, как связаны химические соединения в камнях.
Она была очень бела и полна в лице, так что румянец, кажется не мог пробиться сквозь щеки.
- А Михей Андреич часто бывает у вас? - спросил Обломов.
Кто ж у них печёт?
- Скажите пожалуйста, - произнес он своим, по обыкновению вежливым и немного робким тоном, - вы изволили слышать сегодняшние разговоры?
Хотели, чтоб он расхохотался?
По правде сказать, я больше всего боюсь маленьких зелёных лягушек.
Очевидно, стратоплан уже в тропосфере.
- Я очень занят и могу уделить вам не более пяти минут, - сухо ответил професор.
- Послушайте, - промолвил Павел Петрович и подёргал свои усы, - я давно хотел у вас спросить: как будто вы меня боитесь?
И претэнзий на тебя никаких подавать не буду.
Неподалёку были каменоломни - гранитные ломки.
Клэйтон искал экзотики и не находил.
И на мёртвых рыб больше не обращали внимания.
Вокруг экватора около сорока тысяч километров.
С конфетами?
Бумага была вновь переписана, наконец засвидетельствована и отослана на почту.
- Да куда я пойду семь вёрст киселя есть? - отговаривался Захар.
И всё же Лэйт волновался вновь перед опытами.
Возле меня сидела Наденька, дочь мирового.
Обеспечить законным образом существование ребенка?
Професор Вагнэр решил нанести визит своим ученым колегам.
Но все они шли неверным путём, пытаясь решить вопрос исключительно силами одной химии.
Он хищный, а мы с вами ручные.
- Хи, - сказал старичок, - здорово.
Ей было двадцать, а ему двадцать пять лет.
Наконец, оба изучали строение атома и старались осуществить давнишнюю мечту человечества о превращении элементов.
Но шутка эта повторялась так часто, что Анни, улыбаясь, без замешательства сервировала на два прибора.
Холодная вода в такой день лучше всего.