Справа №1-27/2010 02.10.2010 02.12.2010 02.12.2010 Дело № 1 27/10 г.
02 декабря 2010 года г. Николаев
Апелляционный суд Николаевской области в составе:
председательствующего судьи: Гребенюк В.И.
судьи Фарионовой Е.Н.
народных заседателей: ОСОБА_1
при секретаре: Простякове Е.В.
с участием прокурора: Иванова А.А.
потерпевшей ОСОБА_5
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело по обвинению
ОСОБА_6, ІНФОРМАЦІЯ_1, уроженца ІНФОРМАЦІЯ_2, украинца, гражданина Украины, ІНФОРМАЦІЯ_3, не работающего, состоящего в фактических брачных отношениях, имеющего на иждивении несовершеннолетнего сына ІНФОРМАЦІЯ_4, ранее не судимого, зарегистрированного ІНФОРМАЦІЯ_5, фактически проживающего ІНФОРМАЦІЯ_6; -
в совершении преступления, предусмотренного п. 2 ч. 2 ст. 115 УК Украины;
ОСОБА_6 совершил убийство по неосторожности своей малолетней дочери ОСОБА_7 (ІНФОРМАЦІЯ_7) при следующих обстоятельствах.
С августа 2008 года ОСОБА_6 и ОСОБА_5 стали проживать совместно, сняв в аренду квартиру АДРЕСА_1.
20.10.2008 года у ОСОБА_6 и ОСОБА_5 родился сын - ОСОБА_8, а 29.10.2009 года родилась дочь - ОСОБА_7, которых они совместно воспитывали.
10.12.2009 года в течении дня ОСОБА_5 отсутствовала дома, оставив ОСОБА_6 присматривать за их малолетними детьми - сыном ОСОБА_9 и дочерью ОСОБА_10 по месту их совместного проживания в квартире ІНФОРМАЦІЯ_8.
Около 16.20 часов этого же дня грудной ребенок ОСОБА_7, лежа в детской коляске, стала громко плакать. ОСОБА_6 взял дочь на руки и начал ее укачивать. Затем поднял поцеловать ее и она ударилась головой об его голову.
ОСОБА_6 растерялся и взял ребенка за шею сзади правой рукой. В этот момент дочь начала выскальзывать из его рук и он рефлекторно сдавил на доли секунды шею ребенка правой рукой, чтобы удержать ее. Затем прижал ребенка к груди и начал укачивать дочь. Вскоре она перестала плакать и он положил дочь на диван, а сам пошел на кухню для того, чтобы остудить приготовленную ей ранее кашу.
Вернувшись из кухни, обнаружил, что дочь не дышит. Предпринимал меры для вызова врача и проводил дочери реанимационные мероприятия, которые оказались безрезультатными.
От неосторожных действий ОСОБА_6 наступила смерть его малолетней дочери ОСОБА_7 от механической асфиксии.
Подсудимый ОСОБА_6 в судебном заседании вину в предъявленном ему обвинении в умышленном убийстве своей малолетней дочери не признал, пояснив, что не имел умысла ни на убийство дочери, ни на причинение ей вообще каких либо телесных повреждений, а его действия носили неосторожный характер.
Так, ОСОБА_6 пояснил суду, что работал грузчиком, перегружал мешки с цементом весом по 50 кг. Работа была посезонная с марта по ноябрь декабрь каждого года. С 2008 года стали вместе проживать с ОСОБА_5 в п. Ольшанское. Они имеют сына ОСОБА_9 ІНФОРМАЦІЯ_4, а 29.10.2009 года родился их второй ребенок дочь ОСОБА_11. Дочь была желанным ребенком. За дочерью с ОСОБА_5 ухаживали вместе. Опыт ухода за детьми у него был от сына ОСОБА_9.
10.12.2009 года ОСОБА_5 уехала в г. Новую Одессу за документами о расторжении брака с первым мужем, а он остался дома с детьми. Около 16.00 час на кухне заканчивал готовить дочери кашу. В это время дочь проснулась и начала плакать. Положил дочь на диван, переодел ее и вернулся в кухню. Через некоторое время дочь опять начала плакать. Вернулся в зал, взял дочь на руки и начал ее укачивать. Решил поцеловать дочь в носик, но когда поднимал ее, она ударилась головой об его голову и заплакала. Прижал дочь к своей груди, чтобы успокоить.
После того, как дочь ударилась о его лоб, она начала выскальзывать из его правой руки. Рефлекторно на доли секунды сжал шею дочери находящейся сзади рукой, чтобы не уронить её. Затем ходил по комнате и укачивал дочь на руках. Вскоре она перестала плакать и смотрела на него. Положил дочь на диван и пошел на кухню, чтобы остудить кашу дочери. Кашу не набрал сразу, так как ее надо было остудить. Остужая кашу, заглядывал к дочери, которая лежала с открытыми глазами. Когда вернулся второй раз посмотреть на дочь, ее глаза были уже закрыты. Подумал, что она уснула.
Подойдя ближе, увидел, что дочь не дышит. Сразу послушал сердцебиение дочери и позвонил жене, сказав, что дочь плохо дышит. ОСОБА_5 сказала позвонить ОСОБА_12 и попросить ее вызвать скорую помощь. Номера скорой помощи с мобильного телефона не знал. Позвонил ОСОБА_12 и попросил вызвать скорую помощь, рассказав ей, что случилось с дочкой.
Делал ребенку искусственное дыхание рот в рот и непрямой массаж сердца.
Через 10 - 15 минут пришел врач ОСОБА_13, который спросил, что случилось. Сказал ему, что делал искусственное дыхание. Спустя какое - то время пришел ОСОБА_14, сел в зале в кресло и смотрел, что происходит. Врач ОСОБА_13 осматривал дочь, делал ей искусственное дыхание. Сам же, не зная, что делать, сидел возле дивана и плакал. Потом пришла ОСОБА_12 с какой - то женщиной. Женщина сразу пошла в зал, а ОСОБА_12 осталась стоять в коридоре. Позже она зашла в зал, посмотрела, и сразу вернулась в коридор. Через некоторое время пришла жена ОСОБА_5 и спросила, что случилось. Она зашла, присела. Не могла понять, что произошло. Дочь осматривали врач и медсестра, а потом приехала милиция. Работники милиции начали все осматривать и фотографировать. Их с ОСОБА_5 отвели на кухню, а позже вернулись и сказали собираться и увезли в милицию. С того дня из райотдела его не выпускали.
Показания подсудимого ОСОБА_6 согласуются с показаниями потерпевшей ОСОБА_5 в части их совместного проживания и событий 10.12.2009 года в части их телефонного разговора и после ее возвращения домой.
Так, потерпевшая ОСОБА_5 в судебном заседании пояснила, что с 2007 года встречалась с ОСОБА_6 и забеременела, а с 11.08.2008 года они стали проживать с ОСОБА_6 одной семьей и сняли квартиру. Ее старшая дочь ОСОБА_15 от первого брака, которой сейчас 6 лет, проживала с ними. ОСОБА_6 хорошо относился к старшей дочери, учил ее писать, читать, а она сама стала называть его папой. 20.10.2008 года у них родился сын ОСОБА_9. Жили хорошо, не ругались.
ОСОБА_6 работал грузчиком, грузил цемент в вагоны. 30.11.2009 года у него был последний рабочий день. На этом месте он работал посезонно уже не первый год. Зимы семья жила за счет ранее отложенных денег, заработанных ОСОБА_6
Поскольку при родах сына ей делали кесарево сечение, врачи могли не разрешить ей рожать повторно в течении трех лет. Но когда забеременела, ОСОБА_6 вместе с нею ходил в больницу и просил сохранить ребенка. Он очень хотел дочь. Угрозы здоровью не было и 29.10.2009 года у них родилась дочь ОСОБА_11, которая была желанным ребенком в семье. ОСОБА_6 - хороший отец, он никогда не обижал их детей, не делал разницы между ее дочерью от первого брака и их совместными детьми. Оба воспитывали детей и ухаживали за ними. Наравне с нею ОСОБА_6 кормил и переодевал детей, присматривал, и ухаживал за ними. Когда выходила в магазин, ОСОБА_6 сам оставался с дочерью и сыном. Ни она, ни ОСОБА_6 никогда не били своих детей, в том числе и младшую дочь. ОСОБА_6 не мог бить детей, он их любил.
30.11.2009 года у ОСОБА_6 был последний рабочий день, но он отпросился и был дома с сыном, поскольку в этот же день младшей дочери в больнице делали прививку. В течение нескольких дней после этой прививки дочь стала беспокойной: часто плакала, каждые 40 минут просыпалась и сильно кричала.
Планировали с ОСОБА_6 зарегистрировать брак. Потому 10.12.2009 года поехала в г. Новая Одесса, чтобы получить свидетельство о расторжении первого брака. ОСОБА_6 остался дома с детьми. Около 17.00 час. ОСОБА_6 позвонил ей на мобильный телефон и сообщил, что дочь задыхается. Сказала ему позвонить ОСОБА_12 и попросить ее вызвать скорую помощь.
Около 17.30 час. приехала домой и зашла в квартиру. Там находились доктор ОСОБА_13, ОСОБА_12, ОСОБА_14, медсестры ОСОБА_16 и ОСОБА_17
ОСОБА_6 сидел на диване и держал дочь за руку. Медсестра ОСОБА_17 вызвала милицию. Из мкр. Варваровки приехали работники милиции и эксперт. Их с ОСОБА_6 отвели на кухню и не впускали в зал. ОСОБА_6 сказал, что ничего не делал с дочерью и объяснил, что делал ей искусственное дыхание. ОСОБА_6 был в шоке. Она впервые видела мужа в таком состоянии.
Им практически не позволяли общаться, а потом обоих забрали в милицию. Их сына ОСОБА_9 забрали к себе супруги ОСОБА_14. Ее отпустили на следующий день в обеденное время.
Уверена, что муж не мог сделать это умышленно, что это действительно произошло по неосторожности, нечаянно.
Показания подсудимого ОСОБА_6 и потерпевшей ОСОБА_5 в части вызова скорой помощи и нахождения медработников по месту проживания семьи ОСОБА_6 согласуются с показаниями свидетелей ОСОБА_12, ОСОБА_14
Так, свидетель ОСОБА_12 суду пояснила, что ее одноклассник был первым мужем ОСОБА_5 Так они и познакомились, а затем стала крестной матерью старшей дочери ОСОБА_5 ОСОБА_2. ОСОБА_6 знает лет пять и познакомилась с ним как с постоянным покупателем, когда работала в с. Сапетне в магазине. Отношения у них в семье были хорошие, они не ругались между собой. К своим детям они относились хорошо, не знает чтобы они наказывали детей. Старшая дочь ОСОБА_15 проживала в семье ОСОБА_6 до родов младшей дочери, а потом ее забрала к себе мама ОСОБА_5 , т. к. там был детский сад. ОСОБА_6 очень любил и ОСОБА_2, и сына и свою дочь ОСОБА_11. Детей он никогда не обижал, любил их одинаково.
10.12.2009 года находилась с мужем ОСОБА_14 у своих родителей. Около 16.25 час. ей на мобильный телефон позвонил ОСОБА_6 и попросил вызвать скорую помощь. Он был в истерике, плакал, так как его дочь задыхалась. Вместе с мужем побежали в скорую помощь, но там никого не оказалось. Тогда побежали в больницу. Медсестра по телефону вызвала врача. Муж из больницы отправился домой к ОСОБА_6, а сама осталась ожидать медсестер. Вместе с двумя медсестрами - ОСОБА_16 и ОСОБА_17 - пошли домой к ОСОБА_6 Когда пришли, там уже находился врач ОСОБА_13, ее муж ОСОБА_14, который сидел в кресле с маленьким сыном ОСОБА_6 - ОСОБА_8, и сам ОСОБА_6, который сидел на диване рядом с дочерью. С ОСОБА_6 в квартире не общалась так как он сильно плакал. При осмотре девочки не присутствовала.
Спустя 15 - 20 минут пришла ОСОБА_5 Поддержала ее, чтобы она не упала, поскольку ОСОБА_5 стало плохо, когда медсестра ОСОБА_17 сообщила ей о смерти дочери. Помогла расстегнуть ей пальто. Вместе с ОСОБА_5 в комнату не заходила.
Через 5 - 10 минут после прихода ОСОБА_5 пришел участковый. Когда ОСОБА_6 и ОСОБА_5 увезли в милицию, вместе с мужем забрали их сына ОСОБА_9 к себе.
ОСОБА_5 вернулась на следующий день в обед, а ОСОБА_6 уже не возвращался, так как его оставили в милиции по подозрению в убийстве дочери. ОСОБА_5 говорила, что не верит, что ОСОБА_6 умышленно задушил дочь.
Свидетель ОСОБА_14 суду пояснил, что ОСОБА_6 и ОСОБА_5 знает пять лет. В их семье нормальные отношения, они не ругались, не скандалили. Хорошо относились к своим детям. У ОСОБА_6 с детьми были нормальные отношения: он ухаживал за детьми и у него не было трудностей с уходом за детьми. К сыну и дочерям ОСОБА_6 относился одинаково хорошо.
10.12.2009 года вместе с женой были у ее родителей. На телефон жены позвонил ОСОБА_6 и попросил вызвать скорую помощь. На скорой помощи никого не оказалось и они с женой побежали в больницу. Медсестра ОСОБА_16 по телефону вызвала доктора. Жена осталась в больнице ждать медсестру, а сам побежал к ОСОБА_6 домой. Когда пришел, там уже находился врач, который осматривал ребенка. Врач делал девочке искусственное дыхание, поворачивал голову, нажимал на грудную клетку и на живот ребенка. Видел действия врача, поскольку с сыном ОСОБА_6 ОСОБА_8 сидел в кресле. После пришла его жена ОСОБА_12 с медсестрами.
ОСОБА_6 о случившемся ничего не рассказывал, он только плакал.
Примерно через полчаса после прихода медсестер пришла ОСОБА_5, которая, узнав о смерти ребенка, теряла сознание, была очень расстроена.
Показания подсудимого ОСОБА_6, свидетелей ОСОБА_12 и ОСОБА_14 в части обстоятельств вызова скорой помощи и нахождения медработников по месту проживания семьи ОСОБА_6 согласуются с показаниями свидетелей ОСОБА_16, ОСОБА_17, ОСОБА_13 и эксперта ОСОБА_18
Так, свидетель ОСОБА_16 в судебном заседании пояснила, что работает медсестрой участкового терапевта в Ольшанской городской больнице. 10.12.2009 года находилась на дежурстве. Около 17.00 час. в больницу пришли молодые люди - парень и девушка и сообщили, что им позвонили и сказали, что ребенок не дышит. Позвонила заведующей, а затем и медсестре ОСОБА_17 Последняя сказала, что знает ребенка ОСОБА_7 и что она уже идет. Через время перезвонила заведующая и сказала, что уже вызвала на адрес врача. Молодой человек сразу пошел к ОСОБА_6 на квартиру, а девушка осталась и они вместе пошли к ОСОБА_6 ОСОБА_19 ОСОБА_6 курил на кухне. Ребенок лежал на диване и врач ОСОБА_13 уже заканчивал реанимационные мероприятия с девочкой. Врач ОСОБА_13 осмотрел девочку. Под челюстью девочки были кровоподтеки, на шеи девочки были следы от завязок шапочки.
ОСОБА_6 рассказал, что жена уехала, он покормил ребенка и положил в коляску; под вечер ребенок проснулся и он переложил ее из коляски на диван, после пошел на кухню готовить кашу, а когда вернулся, ребенок уже не дышал.
После осмотра приехала потерпевшая, которой сообщила о смерти ребенка. Поскольку ее помощь, как медсестры, никому не понадобилась, она ушла.
Свидетель ОСОБА_17 суду пояснила, что работает медсестрой детской консультации Ольшанской городской больницы. Последний раз потерпевшая ОСОБА_5 приводила дочь на контрольное взвешивание в больницу 30.11.2009 года и тогда врач ОСОБА_20 осматривала девочку перед прививкой. Во время прививки телесных повреждений на теле ребенка не было.
10.12.2009 года около 17.00 час. ей домой позвонила дежурная медсестра, спрашивала о дочке ОСОБА_6 и сообщила, что девочка задыхается. Знала эту девочку. Быстро собралась и пошла в больницу. По дороге встретила медсестру ОСОБА_16 и ОСОБА_12 Втроем отправились на квартиру ОСОБА_6 ОСОБА_19 уже находились ОСОБА_14 и врач ОСОБА_13 Последний сообщил, что ребенок уже мертв. Затем вместе с врачом проводили осмотр девочки. Сняв одежду, обнаружили на теле девочки кровоподтек в области пупка. Развязав шапочку на голове девочки, обнаружили в височной области с левой стороны гематому; на шее с левой и правой стороны были синячки и следы от шапочки. О результатах осмотра сообщили руководству, которое вызвало милицию.
На их вопросы о случившемся ОСОБА_6 рассказал, что дочь проснулась и ее надо было покормить. Он положил дочь на диван и пошел готовить кашу на кухню. Когда вернулся - увидел, что дочь не дышит. ОСОБА_6 плакал возле тела дочери.
Потерпевшая ОСОБА_5 появилась в квартире уже после них. О смерти ребенка ей в коридоре сообщила медсестра ОСОБА_16
Свидетель ОСОБА_13 в судебном заседании пояснил, что работает врачом - терапевтом в Ольшанской городской больнице. 10.12.2009 года около 17.00 час. ему на мобильный телефон позвонила заведующая отделением ОСОБА_19 и сообщила, что поступил вызов о том, что ребенок не дышит. Сразу побежал по указанному адресу. В квартире увидел в зале бегающего годовалого мальчика и девочку, которая лежала на диване. Сразу проверил ее дыхание. Дыхания и сердцебиения не было, глаза были закрыты, зрачки у девочки были расширены. ОСОБА_6 рассказал, что ребенок спал в коляске, потом проснулся и начал плакать. Он переложил девочку из коляски на диван и отправился на кухню готовить кашу. Когда вернулся в зал, обнаружил, что девочка задыхалась и глаза у нее закатились. Он начал сразу делать ей искусственное дыхание и массаж сердца, но эффекта не было. После рассказа ОСОБА_6 начал делать ребенку искусственное дыхание и закрытый массаж сердца.
В квартире также был ОСОБА_14, который сидел с сыном ОСОБА_6, поскольку малыш во время проведения реанимационных мероприятий хватал его (врача) за руки. Когда закончил, пришли медсестры. Сказал им о безрезультатности реанимационных мероприятий и констатировал смерть ребенка. Приступил к осмотру девочки. Увидел вокруг пупка четыре синячка - четыре гематомы диаметром 3 х 4 мм. Медсестра ОСОБА_17 заметила под челюстью ребенка с правой стороны синячки. На шее ребенка с другой стороны увидел борозду, похожую на нечеткую странгуляционную, которая прерывалась. В области лба слева в области виска были мелкоточечные кровоизлияния. Сообщил об этом по телефону главному врачу, который вызвал милицию. ОСОБА_6 плакал, дотрагивался к девочке и гладил ее.
Эксперт ОСОБА_18 суду пояснил, что принимал участие при осмотре места происшествия и осматривал труп девочки. Подтвердил данные, отраженные в протоколе осмотра места происшествия. Относительно кровоподтека в области грудной клетки пояснил, что был описан только его размер, поскольку аналогичные характеристики носят выше описанные кровоподтеки, но точно локализацию, размер и форму пишет следователь. Что касается утверждений ОСОБА_13 о наличии странгуляционной борозды на шее ребенка, то врач ОСОБА_13 не является экспертом и принял кожную складку в области шеи ребенка за странгуляционную борозду. Возникновение синячка на передней поверхности грудной клетки справа в первом межреберье (это фактически нижняя треть шеи) при реанимационных мероприятиях возможно.
Показания подсудимого ОСОБА_6, потерпевшей ОСОБА_5 и свидетеля ОСОБА_17 в части отсутствия у дочери ОСОБА_6 телесных повреждений на момент проведения осмотра перед прививкой 30.11.2009 года согласуются с проверенными судом показаниями свидетеля ОСОБА_20 на досудебном следствии и в судебном заседании 09.06.2010 года, согласно которых она работает врачом терапевтом в Ольшанской городской больнице и примерно 30.11.2009 года ОСОБА_5 вместе с дочерью была на контрольном осмотре. Ничего особенного не заметила. Нормальный ухоженный спокойный ребенок (т. 1 л. д. 144 - 145, т. 2 л. д. 99).
Показания свидетелей ОСОБА_16, ОСОБА_17, ОСОБА_13 и эксперта ОСОБА_18 в части количества и локализации телесных повреждений на теле ОСОБА_7 - дочери ОСОБА_6 - согласуются с данными протокола осмотра места происшествия от 10.12.2010 года, из которых усматривается, что в квартире АДРЕСА_2 в зале на диване находится труп девочки с ссадинами на боковых поверхностях шеи, точечными кровоизлияниями в области верхних век обоих глаз и височных областях, кровоподтеками по центру лобной области и на передней поверхности живота справа по около - грудинной линии (т. 1 л. д. 6 - 11).
Согласно данным заключения судебно - медицинской экспертизы № 1986 от 20.01.2010 года смерть ребенка ОСОБА_7 наступила от механической асфиксии в результате сдавления органов шеи руками в промежутке между 16.00 и 17.00 часами 10.12.2009 года.
При исследовании трупа обнаружены прижизненные телесные повреждения:
в области головы, шеи:
- полулунные ссадины на боковых поверхностях шеи 1 слева и 4 справа; - экхимозы на веках правого и левого глаза; - кровоподтек в области угла нижней челюсти слева; - кровоизлияния в мягкие покровы головы в лобной и теменной областях; - очаговые субарахноидальные кровоизлияния на боковой поверхности височной и теменной доли слева; - субдуральное кровоизлияние в теменно - затылочной доле слева;
в области туловища: кровоподтек на передней брюшной стенке справа.
Телесные повреждения в области шеи в виде полулунных ссадин, множественных экхимозов на веках обоих глаз, кровоизлияний в мягкие ткани, переломов рожков щитовидного хряща и пластины
образовались от сдавления органов шеи руками и по степени тяжести носят признаки тяжких телесных повреждений, повлекших за собой смерть.
Кровоизлияния в мягкие покровы головы, субарахноидальные кровоизлияния и субдуральная гематома образовались от действия тупых твердых предметов давностью не менее 7-10 суток до наступления смерти и по степени тяжести носят признаки средней степени тяжести по признаку длительности расстройства здоровья, применительно к живым лицам.
Кровоподтек на передней брюшной стенке образовался от действия тупого твердого предмета за несколько суток до наступления смерти и по степени тяжести носит признаки легких телесных повреждений, применительно к живым лицам.
После нанесения телесных повреждений в области шеи, потерпевшая могла жить очень короткий промежуток времени,
исчисляемый несколькими десятками секунд, и могла совершать какие-либо активные действия, в том числе двигаться (т. 1 л. д. 95 - 97).
Судом не принимается во внимание, как недопустимое доказательство, пункт № 11 выводов вышеуказанного заключения эксперта № 1986 от 20.01.2010 года относительно маловероятности образования телесных повреждений, обнаруженных на трупе ОСОБА_7 так, как указывает обвиняемый на дополнительном допросе, поскольку указанный в п. 11 вывод сделан экспертом в нарушение предусмотренной законом процедуры.
Так, эксперт ОСОБА_21 в судебном заседании поддержала свое заключение, а также пояснила, что с протоколом дополнительного допроса обвиняемого ОСОБА_6 от 23.12.2009 года ознакомилась гораздо позже, уже после проведения данной экспертизы, изготовления заключения экспертизы и направления его следователю. А потому данные этого протокола допроса не были предметом исследования данной экспертизы и потому не отражены в исследовательской части заключения.
Кроме того, эксперт пояснила, что не указала в своем экспертном заключении направление полулунных ссадин, обнаруженных на боковых поверхностях шеи ребенка. И потому не может ответить на вопросы, связанные с выводами проведенной ею экспертизы о маловероятности образования телесных повреждений на шее ребенка так, как показывал ОСОБА_6 при его дополнительном допросе как обвиняемого от 23.12.2009 года, так и при его допросе как подозреваемого от 11.12.2009 года.
В судебном заседании 26.10.2010 года эксперт ОСОБА_21 заявила о маловероятности указанного ОСОБА_6 в обоих протоколах допросов механизма образования у девочки телесных повреждений, пояснив, что эти показания противоречат количеству и локализации ссадин на шее ребенка.
Показания эксперта ОСОБА_21 в части изменения ею п. 11 указанной экспертизы согласуются с показаниями свидетеля ОСОБА_22
Так, свидетель ОСОБА_22 суду пояснила, что работает следователем СО Николаевского РО УМВД в Николаевской области и в ее производстве находилось уголовное дело по обвинению ОСОБА_6 по п. 2 ч. 2 ст. 115 УК Украины. Подтвердила, что действительно после получения заключения судебно медицинской экспертизы по данному делу и ознакомления с данным документом обвиняемого ОСОБА_6 и его защитника, обратилась к эксперту ОСОБА_21 за разъяснением п. 11 выводов этого заключения. При этом предоставила эксперту протокол допроса ОСОБА_6 как подозреваемого и протокол дополнительного допроса обвиняемого ОСОБА_6 от 23.12.2009 года. Имела намерение допросить эксперта по данному пункту заключения с учетом данных протокола дополнительного допроса обвиняемого. Эксперт, с учетом этих данных, переписала п. 11 выводов заключения. Однако с этими изменениями в выводах заключения эксперта обвиняемого ОСОБА_6 и его защитника не ознакомила и не известила их об этих изменениях, а при ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами дела на вопросы защитника об изменении данного пункта выводов эксперта, отрицала этот факт.
Указанные действия эксперта ОСОБА_21 и следователя Подбой О.Л. являются грубыми нарушениями норм уголовно процессуального законодательства, которые влекут признание данного доказательства в части п. 11 выводов вышеуказанной судебно медицинской экспертизы недопустимым.
Согласно данных повторной комиссионной судебно - медицинской экспертизы № 60 к от 21.07.2010 года и дополнительной комиссионной судебно - медицинской экспертизы № 104 К от 30.09.2010 года смерть ОСОБА_7 наступила в результате механической асфиксии вследствие сдавления шеи руками, что подтверждается общеасфиктическими признаками: полнокровием внутренних органов, точечными кровоизлияниями на поверхности сердца и легких, точечными кровоизлияниями в кожу век: а также наличием видового признака - полулунных ссадин на боковых поверхностях шеи. Наличие переломов больших рожков щитовидного хряща и кровоизлияний в мягкие ткани шеи не исключают возможности наступления смерти в результате нарастающего отека с закрытием просвета трахеи.
При исследовании трупа ОСОБА_7 обнаружены повреждения в виде кровоподтеков в лобной области, в области угла нижней челюсти справа, на передней поверхности живота; полулунных ссадин на боковых поверхностях шеи - 4 справа и 1 слева; кровоизлияний в мягкие покровы головы теменной и лобной областей; кровоизлияний под оболочки головного мозга; переломов больших рожков щитовидного хряща с кровоизлияниями в прилегающие мягкие ткани. Помимо выше описанных при осмотре места происшествия при наружном осмотре на теле ОСОБА_7 обнаружен кровоподтек на передней поверхности грудной клетки справа.
По степени тяжести повреждения в виде ссадин и кровоподтека в области шеи, перелома больших рожков щитовидного хряща носят признаки тяжких телесных повреждений. Остальные повреждения носят признаки легких телесных повреждений.
Морфологические свойства повреждений (в частности - цвет кровоподтеков, цвет и характер кровоизлияний, клеточные реакции кровоизлияний) свидетельствуют о том, что кровоподтек в области передней поверхности живота и кровоизлияния в мягкие покровы головы и под оболочки головного мозга могли образоваться за несколько дней до смерти.
Повреждения в виде ссадин и кровоподтеков в области шеи, грудной клетки справа и переломов больших рожков щитовидного хряща могли образоваться позже, незадолго до момента смерти.
Судебно - медицинских данных, свидетельствующих о посмертном образовании повреждений - нет.
Обнаруженные при исследовании трупа повреждения в виде кровоизлияний в мягкие покровы головы и под оболочки головного мозга - не могут являться проявлениями родовой травмы (кефалогематомы).
Полулунная форма ссадин на боковых поверхностях шеи свидетельствует о том, что они могли образоваться в результате действия пальцев рук.
Локализация повреждений в области шеи свидетельствует о том, захват шеи руками мог быть совершен при любом взаиморасположении потерпевшей и подсудимого (как сзади, так и спереди).
В случае наступления смерти ОСОБА_7 в результате нарастающего отека мягких тканей шеи - совершение потерпевшей каких - либо активных действий в течение нескольких минут после сдавления шеи - не исключается.
С учетом локализации и характера повреждений:
повреждения в виде ссадин в области шеи и переломов рожков и тела щитовидного хряща могли образоваться в результате, как минимум, одного травматического воздействия (сдавления пальцами рук);
повреждение в виде кровоподтека в области угла нижней челюсти - в результате одного травматического воздействия;
кровоподтека на передней брюшной стенке - от одного травматического воздействия;
кровоподтека в лобной области и кровоизлияния в мягкие ткани лобной области - от одного травматического воздействия;
кровоизлияния в мягкие покровы головы теменной области, кровоизлияний под мягкую и твердую мозговые оболочки - как минимум от одного травматического воздействия.
Достоверно сказать о положении руки (рук) подсудимого на шее ребенка в момент причинения телесных повреждений - не представляется возможным из - за недостаточного описания локализации наружных повреждений в области шеи и отсутствии данных о диаметре шеи потерпевшей.
Однако, образования повреждений в области шеи, приведших к смерти потерпевшей, при обстоятельствах, указанных подсудимым на допросах (11.12.2009 года и 23.12.2009 года) и при ВООС - не исключается (т. 2 л. д. 64 71, 78 - 84).
Согласно данных протокола воспроизведения обстановки и обстоятельств события от 17.06.2010 года с фототаблицами, подсудимый ОСОБА_6 в присутствии эксперта показал, как поднял ОСОБА_7 на руки (фото 1 - 3), как поднял дочь поцеловать (фото 4 - 6) и как дочь ударилась лбом (фото 7). Затем ОСОБА_6 показал, как правой рукой взял дочь за шею, а левой подмышку (фото 8 - 10). Дочь в это время плакала и он растерялся и взял ребенка за шею. Далее он показал, что переместил левую руку в район ягодиц. Ребенок в это время выскользнул, и он сдавил шею ребенка правой рукой чтобы удержать - по времени доли секунды (фото 11 - 12). Дополнил, что сдавил шею ребенка неосторожно. Затем показал, как прижал ребенка к груди (фото 13 - 14), а потом положил ребенка на диван (фото 15) и пошел в кухню. Пояснил, что через несколько минут (2 минуты) вернулся, а ребенок лежал с закрытыми глазами (т. 1 л. д. 235 - 249).
Подсудимый ОСОБА_6 суду подтвердил данные указанного протокола воспроизведения обстановки и обстоятельств события, пояснив, что при всех показаниях как во время досудебного следствия, так и во время судебного заседания он только устно рассказывал о произошедшем и мог ошибиться и перепутать, какой рукой что делал. А кроме того, в тот день он держал дочь и на левой и на правой руке. А при воспроизведении он просто показал, как все произошло.
Эксперт ОСОБА_23 в судебном заседании подтвердила выводы проведенных с ее участием указанных экспертиз и пояснила, что с учетом расположения ссадин на шее ребенка показания подсудимого на воспроизведении обстановки наиболее соответствуют характеристике имеющимся у ребенка повреждениям. В области лба кровоподтек мог образоваться от удара головой об его голову, как он и показывал на воспроизведении обстановки. Наиболее вероятно однократное сдавливание шеи правой рукой сзади, что соответствует показаниям подсудимого при воспроизведении обстановки в том, что он держал ребенка правой рукой сзади. Правая рука там четко лежала сзади, а отсюда - одна ссадина слева, четыре справа. Это все укладывается в ту картину, которая описана при воспроизведении обстановки. Кроме того, отсутствуют судебно - медицинские данные о неоднократных травматических воздействиях на шею ребенка. Так же эксперт пояснила, что подсудимый имеет астеническое телосложение, имеет большую ладонь и длинные пальцы, а тем более, работая грузчиком, он мог просто не рассчитать силу воздействия на шею месячного ребенка.
Согласно данных акта комплексной судебно - психиатрической экспертизы № 941 от 30 декабря 2009 года ОСОБА_6 психическим заболеванием не страдает и в период времени, к которому относится инкриминируемое ему деяние, мог отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими. И в настоящее время может отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими.
В момент совершения противоправных действий ОСОБА_6 не находился в эмоциональном состояние, в том числе и физиологического аффекта, которое существенно повлияло на его сознание и поведение.
В протекании психической деятельности подэкспертного не
обнаруживается таких индивидуальных особенностей, которые затрудняют или видоизменяют его способность правильно воспринимать окружающие события, анализировать, запоминать и воспроизводить при необходимости. Исследование не выявило таких индивидуально -психологических особенностей испытуемого, которые существенно повлияли на характер его показаний по делу, в частности повышенной склонности к фантазированию, отклонений в восприятии и понимании определенных явлений, повышенной внушаемости.
Среди индивидуально - психологических особенностей подэкспертного также не выявлено таких, которые могли бы оказать существенное влияние на его поведение на момент совершения противоправного поступка, в частности повышенной агрессивности, жестокости, повышенной ригидности, личной тревожности.
ОСОБА_6, учитывая его эмоциональное состояние, индивидуально психологические особенности и уровень умственного развития способен понимать характер и фактическое содержание собственных действий, руководить ими и предвидеть их последствия.
Для ОСОБА_6 совершенное преступление носит психотравмирующий характер, он негативно относится к актуализации его обстоятельств, отмечается усиленно защитная тенденция (т. 1 л. д. 81 - 89).
Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что подсудимый совершил убийство своего ребенка по неосторожности и его действия надлежит переквалифицировать с п. 2 ч. 2 ст. 115 УК Украины на ч. 1 ст. 119 УК Украины.
Версия досудебного следствия, поддержанная государственным обвинителем в суде, об умышленном убийстве им малолетнего ребенка, не нашла своего подтверждения в судебном заседании и была опровергнута совокупностью вышеуказанных доказательств, поскольку эта версия основывается на предположениях.
Так, в судебном заседании установлено, что очевидцев убийства не было. А показания подсудимого ОСОБА_6 на досудебном следствии о двукратном сдавливании им шеи дочери двумя пальцами опровергаются данными всех проведенных по делу судебно медицинских экспертиз, согласно которым на шее ребенка обнаружены полулунные ссадины, а именно: одна ссадина по боковой поверхности слева и четыре по боковой поверхности справа, что свидетельствует только об одном сжатии. Полулунная форма ссадин свидетельствует о сдавлении шеи именно пальцами руки, как пояснила эксперт ОСОБА_23 и эксперт ОСОБА_21 Кроме того, эксперт ОСОБА_23 суду пояснила, что именно количество и локализация этих ссадин указывает на то, что было только одно сжатие, поскольку при двукратном сдавлении было бы больше телесных повреждений, то есть отсутствуют судебно медицинские данные о двукратном сжатии шеи ребенка рукой. Также эксперт, с учетом данных о телосложении подсудимого и характере его работы грузчиком, пояснила, что он просто мог не рассчитать силу воздействия.
Указанные показания эксперта ОСОБА_23 согласуются с показаниями подсудимого об однократном неосторожном сдавливании им шеи дочери правой рукой сзади при попытке удержать ее при выскальзывании ребенка.
Доводы стороны обвинения о непоследовательности показаний подсудимого ОСОБА_6 во время досудебного и судебного следствия, несостоятельны, поскольку все его показания имеют общие утверждения, а именно, что при сжатии шеи его рука находилась сзади шеи дочери, и что это произошло по неосторожности.
Что касается утверждений стороны обвинения о неоднократных изменениях подсудимым своих показаний в части того, какой именно рукой он произвел сжатие, то они опровергнуты самим подсудимым, который объяснял это тем, что до проведения с его участием воспроизведения обстановки и обстоятельств события он только устно рассказывал о произошедшем. А при воспроизведении он просто показал как и что тогда произошло. Эти показания подсудимого стороной обвинения не опровергнуты.
Доводы стороны обвинения относительно того, что подсудимый ОСОБА_6 изменял свои показания, подстраиваясь под известные ему данные следствия и стремясь исказить картину произошедшего, также являются несостоятельными.
Так, пояснения подсудимого ОСОБА_6 о том, что он мог ошибиться и перепутать, какой рукой что делал в момент совершения преступления при устной даче показаний суд принимает во внимание как достоверные, поскольку в судебном заседании даже эксперт ОСОБА_21, обладающая специальными познаниями и проводившая первоначальную судебно медицинскую экспертизу № 1986 от 20.01.2010 года, запуталась, пытаясь объяснить суду какой именно рукой правой или левой - наиболее вероятно были причинены обнаруженные на шее девочки телесные повреждения. При этом эксперт ОСОБА_21 указала, что для ответа на этот вопрос целесообразно проведение воспроизведения обстановки и обстоятельств события с участием эксперта, что и было сделано судом.
Ссылки стороны обвинения, как на доказательство вины подсудимого в совершении им умышленного убийства своей дочери, на его пояснения экспертам во время проведения комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 941 от 30 декабря 2009 г. противоречат действующему уголовно процессуальному закону.
Так, они не являются доказательствами в силу ч. 2 ст. 65 УПК Украины, поскольку не являются его показаниями; и, кроме того, добыты из иного источника, не указанного в исчерпывающем списке источников доказательств, предусмотренных ч. 2 ст. 65 УПК Украины.
Кроме того, в противном случае это бы явилось нарушением права на защиту ОСОБА_6, поскольку при проведении указанной экспертизы он не предупреждался о том, что имеет право отказаться от дачи каких - либо пояснений, которые могут быть использованы против него.
А потому пояснения ОСОБА_6 при проведении указанной комплексной психолого - психиатрической экспертизы не могут быть положены в основу обвинительного приговора.
Кроме того, об отсутствии у подсудимого ОСОБА_6 умысла на убийство своей дочери свидетельствует и его поведение как до, так и после совершения преступления.
Так, в деле имеются доказательства того, что дочь ОСОБА_11 была желанным для подсудимого ребенком, которую он очень любил, за которой ухаживал вместе с супругой и самостоятельно по мере необходимости.
В тот день 10.12.2009 года до произошедшего подсудимый готовил дочери кашу, чтобы покормить ее. Не успел остудить приготовленную кашу, так как дочь заплакала и он пошел ее успокаивать. А после указанных им обстоятельств выскальзывания ребенка, когда он положил дочь на диван, он вновь пошел на кухню остудить кашу дочери, чтобы покормить ее.
А когда понял, что с дочерью произошло, сразу начал предпринимать действия для оказания ей помощи самостоятельно проводить реанимационные мероприятия, звонить жене, вызывать медработников.
Об этих обстоятельствах он последовательно пояснял врачу ОСОБА_13 и медсестрам Ольшанской больницы ОСОБА_17 и ОСОБА_16 практически сразу после происшедшего, то есть и до возбуждения уголовного дела, и на досудебном следствии, и в суде.
Кроме того, являются лишь предположениями утверждения стороны обвинения о внезапно возникшем у ОСОБА_6 неприязненном отношении к дочери и его решении совершить ее умышленное убийство, поскольку эти обстоятельства не подтверждаются материалами дела.
Также являются предположениями и утверждения стороны обвинения о том, что подсудимый ОСОБА_6 испытывал в тот момент чувство агрессии к дочери.
Таким образом, версия стороны обвинения об умышленном убийстве подсудимым ОСОБА_6 своего малолетнего ребенка при двукратном сдавливании шеи дочери двумя пальцами опровергается совокупностью вышеуказанных доказательств и отсутствием судебно медицинских данных о таком механизме образования обнаруженных у ребенка телесных повреждениях на шее.
При решении вопроса о виде и размере наказания ОСОБА_6, суд учитывает характер и степень тяжести совершенного им преступления, данные о его личности, а также обстоятельства, влияющие на наказание.
Так, суд учитывает, что подсудимым ОСОБА_6 совершено неосторожное преступление, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, по месту жительства и по месту работы характеризуется положительно; мнение потерпевшей относительно совершения им преступления по неосторожности и о не связанном с лишением свободы наказании; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; а также смягчающие его наказание обстоятельства чистосердечное раскаяние в содеянном, нахождение на его иждивении малолетнего сына и жены, для которых он является единственным кормильцем.
Доводы стороны обвинения о совершении подсудимым преступления в состоянии алкогольного опьянения противоречат как предъявленному подсудимому обвинению, так и материалам дела.
Так, из показаний ОСОБА_6 на досудебном следствии в качестве обвиняемого от 23.12.2009 года следует, что в тот день он выпил бутылку пива 0,5 л. в промежутке между 9 10 часами (т. 1 л. д. 70 - 71).
А преступление совершено им в тот день 10.12.2009 года около 16.20 часов.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания утверждать о совершении подсудимым ОСОБА_6 преступления в состоянии алкогольного опьянения.
Также несостоятельными являются и доводы прокурора о признании как отягчающего его наказание обстоятельства совершение преступления в отношении малолетнего ребенка, поскольку это противоречит положениям ч. 4 ст. 67 УК Украины, согласно которых если какое либо из обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотрено в статье Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, влияющего на его квалификацию, суд не может еще раз учитывать его при назначении наказания в качестве отягчающего его.
А прокурор настаивал на квалификации действий подсудимого по п. 2 ч. 2 ст. 115 УК Украины как умышленное убийство подсудимым малолетнего ребенка, и именно это обстоятельство является квалифицирующим признаком данного состава преступления. При таких обстоятельствах доводы прокурора противоречат закону.
Поскольку суд квалифицировал действия подсудимого как убийство по неосторожности, то нет оснований для признания указанного обстоятельства как отягчающего наказание.
С учетом изложенного суд приходит к выводу об избрании подсудимому ОСОБА_6 наказания в виде ограничения свободы в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 119 УК Украины.
Решая вопрос о мере пресечения до вступления приговора в законную силу, суд на основании ч. 2 ст. 57 Уголовно исполнительного кодекса, с учетом личности осужденного ОСОБА_6 и обстоятельств дела, принял решение направить осужденного к ограничению свободы ОСОБА_6 к месту отбывания наказания в порядке, установленном для лиц, осужденных к лишению свободы. При этом осужденный ОСОБА_6 будет освобожден из - под стражи при прибытии к месту отбывания наказания.
Руководствуясь ст. ст. 323, 324 УПК Украины, суд, -
П Р И Г О В О Р И Л :
ОСОБА_6 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК Украины и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на три года.
Срок отбытия наказания осужденному ОСОБА_6 исчислять с момента задержания, то есть с 10.12.2009 года.
Меру пресечения до вступления приговора в законную силу, осужденному ОСОБА_6 оставить прежнюю содержание под стражей.
Приговор может быть обжалован в Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел через апелляционный суд Николаевской области в месячный срок с момента вручения осужденному копии приговора и с момента провозглашения для других участников процесса.
Председательствующая:
Судья:
Народные заседатели: