1527/1-1060/11
22.12.2014 года г. Одесса
Суворовский районный суд г. Одессы в составе:
председательствующего - судьи ОСОБА_1 ,
секретарей - ОСОБА_2 , ОСОБА_3 ,
с участием прокуроров - ОСОБА_4 , ОСОБА_5 ,
ОСОБА_6 , ОСОБА_7 ,
адвокатов - ОСОБА_8 , ОСОБА_9 , ОСОБА_10 ,
представителей потерпевших - ОСОБА_11 , ОСОБА_12 ,
потерпевших - ОСОБА_13 , ОСОБА_14 ,
ОСОБА_15 , ОСОБА_16 ,
законного представителя потерпевшего - ОСОБА_15 ,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в г. Одесса уголовное дело по обвинению
ОСОБА_17 , 09 ноября 1987 года рождения, уроженца г.Одессы, гражданина Украины, украинца, имеющего высшее образование, холостого, официально не работающего, проживающего по адресу: АДРЕСА_1 , ранее не судимого,
в совершении преступления, предусмотренного ст.187 ч.4 УК Украины,
ОСОБА_18 , ІНФОРМАЦІЯ_1 , уроженца г.Одессы, гражданина Украины, украинца, имеющего среднее образование, холостого, субъекта предпринимательской деятельности «Армашов», зарегистрированного и проживающего по адресу: АДРЕСА_2 , в силу ст.89 УК Украины не имеющего судимостей,
в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.187 ч.4, 286 ч.2 УК Украины,
УСТАНОВИЛ:
Органами досудебного следствия ОСОБА_17 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.187 ч.4 УК Украины, ОСОБА_18 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.187 ч.4, 286 ч.2 УК Украины.
Постановлением Суворовского районного суда г.Одессы от 22.12.2014 года уголовное дело по обвинению ОСОБА_17 и ОСОБА_18 в совершении преступления, предусмотренного ст.187 ч.4 УК Украины, по эпизоду разбойного нападения на семью Постриган, возвращено прокурору Суворовского района г.Одессы для проведения дополнительного досудебного следствия, выделив в отдельное производство.
В ходе проведения судебного следствия судом были исследованы все доказательства, положенные органами досудебного следствия в основу обвинения, и процессуальные документы, содержащиеся в материалах уголовного дела, подтверждающие, по мнению органа досудебного следствия, вину подсудимых ОСОБА_17 и ОСОБА_18 в инкриминируемом им преступном деянии, предусмотренном ст.187 ч.4 УК Украины, однако судом установлены существенные нарушения норм уголовно-процессуального законодательства.
Согласно обвинительного заключения, составленного 16.12.2009 года старшим следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 , утвержденного 18.12.2009 года заместителем прокурора Суворовского района города Одессы ОСОБА_20 , органами досудебного следствия ОСОБА_17 и ОСОБА_18 обвиняются в том, что 17.09.2009 года в 11 часов 00 минут ОСОБА_17 , находясь по адресу АДРЕСА_1 , вступил в преступный сговор, с ОСОБА_18 направленным на совершение разбойного нападения на дом АДРЕСА_3 , где проживает семья Постриган.
18.09.2009 года, около в 04.00 часов ночи ОСОБА_17 , ОСОБА_18 и неустановленные следствием 3 лица по имени Александр, ОСОБА_21 и ОСОБА_22 по предварительному сговору группой лиц, с целью совершения разбойного нападения направленного на завладение имущества в особо крупных размерах, прибыли к дому АДРЕСА_3 на а/м «Lехus 470» г/н НОМЕР_1 , принадлежащем ОСОБА_18 .. Распределив перед совершением преступления между собой роли, где ОСОБА_18 была отведена роль водителя, а ОСОБА_17 и трем парням по имени Александр, ОСОБА_21 и Андрей исполнителей. ОСОБА_17 и три неустановленных следствием лица по АДРЕСА_4 , ОСОБА_21 и Андрей, одев маски и перчатки, через окно с фасадной стороны дома АДРЕСА_3 , которое вскрыли неустановленным следствием предметом, проникли в дом, где с помощью шнуров от электроприборов которые находились в данном доме, связали ОСОБА_14 , ОСОБА_15 и ее малолетнего сына ОСОБА_16 , при этом один из них угрожал ОСОБА_14 ножом. После чего ОСОБА_17 и три парня по имени Александр, Дмитрий и Андрей, завладели:
- имуществом ОСОБА_15 , а именно: 200 долларов США, 165 гривен, духами «Эйвон» стоимостью 130 гривен, на общую суму согласно Национального банка Украины от 18.09.2009 года официальный курс гривны к иностранным валютам 100 долларов США - 800 гривен 65 копеек, - 1896 гривен 30 копеек;
- имуществом ОСОБА_14 , а именно: золотой цепочкой весом 15 грамм, стоимостью 3000 гривен.
После чего, с похищенным имуществом с места совершения преступления скрылись, распорядившись им по своему усмотрению.
Органом досудебного следствия вышеперечисленные действия ОСОБА_17 и ОСОБА_18 квалифицированы пост.187 ч.4 УК Украины по квалифицирующим признакам: нападение с целью завладения чужим имуществом, соединенное с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, лица подвергшегося нападению, совершенное по предварительному сговору группой лиц, соединенное с проникновением в жилище, направленное на завладение чужим имуществом в особо крупном размере (разбой).
Так, будучи допрошенным в процессе судебного следствия подсудимый ОСОБА_17 , отрицал свою причастность к инкриминируемому ему преступлению, предусмотренному ст.187 ч.4 УК Украины, ссылаясь на недоказанность его вины, и противоречия в добытых доказательствах, которые так и не были устранены ни в ходе досудебного следствия, ни в ходе судебного разбирательства по делу, настаивая на том, что никакого преступления в отношении потерпевших ОСОБА_14 , ОСОБА_15 , ОСОБА_16 , он не совершал, ни в каком разбойном нападении участия не принимал, никакого имущества не похищал, о чем неоднократно пояснял следователю, проводившим досудебное расследование по данному уголовному делу, что принято во внимание им так и не было. А первичные показания, данные им в ходе досудебного следствия он давал под принуждением сотрудников правоохранительных органов, которые применяли к нему меры физического и психологического воздействия, что, по его мнению, подтверждается неоднократными вызовами скорой помощи в изолятор временного содержания. После чего вследствие применения к нему пыток, он написал явку с повинной, в которой якобы сознавался в совершенном им преступлении. Однако, как в последующем ему стало известно в материалах уголовного дела вышеуказанная явка все же отсутствует. В связи с чем он неоднократно обращался из соответствующими жалобами и заявлениями в органы внутренних дел, в прокуратуру, и в иные инстанции, но надлежащего реагирования осуществлено так и не было.
Кроме того заметил, что он самостоятельно приехал в отделение милиции с целью подать заявление на действия ОСОБА_13 , от которого в его адрес поступали угрозы. Однако, в отделении милиции заявления у него так и не приняли, а он сразу же был задержан следователем ОСОБА_19 по подозрению в совершении преступления.
Также пояснил, что при его задержании у него были изъяты его личные вещи, в том числе золотые изделия, но никакого протокола с описью изъятого никто не составлял.
Более того заметил, что с материалами уголовного дела в полном объеме ознакомлен так и не был, поскольку следователь ему дал ознакомиться только с первым томом.
Также, в судебном заседании подсудимый ОСОБА_17 не отрицал своего нахождения с 23.30 часов 17.09.2009 года до 03.30 часов 18.09.2009 года с ОСОБА_23 , с которым совместно пили пиво и посещали «Макдональдс». Кроме того, указывал, что он просил следователя, чтобы изъяли видео с «Макдональдса», подтверждающее его местонахождение там, однако следователем ему было отказано.
Так, будучи допрошенным в процессе судебного следствия подсудимый ОСОБА_18 пояснил, что не причастен к инкриминируемому ему преступлению, предусмотренному ст.187 ч.4 УК Украины, и ссылался на недоказанность его вины, и противоречия в добытых доказательствах, которые так и не были устранены ни в ходе досудебного следствия, ни в ходе судебного разбирательства по делу, настаивая на том, что никакого разбойного нападения 18.09.2009 года в доме семьи Постриган он не совершал, их имущества не похищал.
При этом подсудимый показал, что еще изначально он пояснял следователю, что в момент инкриминируемого ему преступления, а именно с вечера 17 сентября на 18 сентября 2009 года до самого вечера он находился у своей девушки ОСОБА_24 , в связи с чем виновным себя не признавал. Однако, в последующем в ходе проведения досудебного следствия по данному уголовному делу, сотрудники милиции стали применять к нему запрещенные меры физического и психологического воздействия, а именно привязывали скотчем к стулу, подключали провода и пропускали через него электрический ток, принуждая при этом сознаться в совершенном якобы им преступлении. После чего к нему допускали ОСОБА_13 и ОСОБА_25 , которые выражали в его адрес угрозы, интересуясь при этом не передумал ли переписать свой бизнес. А в последующем вследствие применения к нему пыток, он вынужден был подписывать все, что давал ему следователь, проводивший досудебное следствие по данному уголовному делу. При этом неоднократные его обращения в соответствующие органы из жалобами и заявления о нарушениях его прав, надлежащего результата так и не дали, проверки проведены так и небыли.
Кроме того, подсудимый заметил, что его задержание было осуществлено не 19.09.2009 года, как указано в материалах уголовного дела, а 18.09.2009 года, в связи с чем его мать неоднократно обращалась в прокуратуру из соответствующими жалобами. Более того, указал, что с 21.09.2009 года, со дня когда судом ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, на протяжении еще 2 недель его содержали в изоляторе временного содержания, и в ОСИ не переводили.
Исследовав материалы уголовного дела, судом установлено, что согласно протокола допроса обвиняемого от 28.10.2009 года (т.2 л.д.177-179) ОСОБА_17 в предъявленном ему обвинении, изложенном в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого (без отображения даты составления процессуального документа) признал себя полностью, согласно протокола допроса обвиняемого от 29.10.2009 года (т.2 л.д.187-188, т.3 л.д.96-98) ОСОБА_18 в предъявленном ему обвинении, изложенном в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого (без отображения даты составления процессуального документа) признал себя частично, в которых рассказывали об обстоятельствах совершенного преступления.
Однако, как следует из материалов уголовного дела, а также было установлено в ходе судебного разбирательства по делу, составление данных процессуальных документов не было добровольным, так как утверждали ОСОБА_17 и ОСОБА_18 еще в ходе проведения досудебного следствия, а также подтвердили и в ходе проведения судебного разбирательства по делу, они были задержаны сотрудниками милиции, которые применяли к ним запрещенные меры физического и психологического воздействия, заставляя при этом сознаться в совершении преступления, которого они не совершали.
Касаемо данных утверждений ОСОБА_17 и ОСОБА_18 у суда не возникает сомнений, поскольку вышеизложенное подтверждается материалами уголовного дела, боле подробно о которых будет изложено ниже. Более того, ОСОБА_17 и ОСОБА_18 называют конкретных работников милиции, которые применяли к ним пытки, в подробностях описывали их действия, и неоднократно обращались в различные инстанции из соответствующими жалобами и заявления на действия сотрудников правоохранительных органов.
Кроме того, обстоятельства совершения преступления изложенные обвиняемыми, согласно вышеуказанных протоколов допросов, являются противоречивыми.
Так, ОСОБА_17 (т.2 л.д.177-179) утверждал о том, что на место совершения преступления они подъехали на автомобиле марки «ВАЗ 2108» синего цвета, за рулем которого сидел товарищ по имени Михаил, на пассажирском сидении сидел ОСОБА_18 , а сзади сидел парень по имени ОСОБА_26 , и еще какой-то человек, лица которых он не запомнил, так как в машине было темно. Ему дали одеть штаны темного цвета и куртку (за маску при этом ничего не указывает). После того как перелезли через забор, он отдал его одному из парней, точно не помнит кому, так как все были в масках и одинаково одеты. Далее ОСОБА_18 открыл окно, однако каким способом он не видел, и они залезли в дом. Какие драгоценные вещи были похищены он не знает, только указал, что со слов ОСОБА_18 они похитили около 25 тысяч долларов США. Также отметив, что преступление ими было совершено по предложению ОСОБА_18 .
ОСОБА_18 в свою очередь (т.2 л.д.187-189) утверждал о том, что преступление им было совершено совместно парнями по имени Александр, Дима, Андрей и ОСОБА_17 , по предложению последнего. Указывая, что ехали на машине, однако, не конкретизируя ни ее марки, ни цвета, ни принадлежности. Также, отмечено, что он находился в автомобиле, а вышеуказанные парни зашли в дом АДРЕСА_3 , а около 05.30 часов 18.09.2009 года вышли, и у руках одного из них была черная спортивная сумка.
В последующем, ОСОБА_17 в предъявленном ему обвинении виновным себя не признавал (т.3 л.д.105).
Такие разногласия и противоречия являются существенными и свидетельствуют о том, что подсудимые обстоятельств, при которых было совершено преступление против семьи Постриган не знали.
Кроме того, обосновывая вину ОСОБА_17 и ОСОБА_18 в совершении преступления, орган досудебного расследования неоднократно ссылался на их показания, но не уделил должного внимания тому обстоятельству, что ОСОБА_17 и ОСОБА_18 изначально утверждали о не совершении ими какого-либо преступления, объяснив это тем, что они давали свои показания под давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов.
Согласно ст.73 УПК Украины (в редакции 1960 года) признание подозреваемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении этого признания совокупностью доказательств, имеющихся в деле.
В соответствии ч.2 ст.74 УПК Украины (в редакции 1960 года) показания обвиняемого, в том числе и такие, в которых он признает себя виновным, подлежат проверке.
Как усматривается из материалов дела и проведенного судебного следствия, ОСОБА_17 , ОСОБА_18 и их защитники неоднократно обращались в различные инстанции с жалобами касаемо незаконного задержания, применения к ним запрещенных методов физического и психического воздействия, а также дачи своих признательных показаний вследствие применения к ним пыток, ссылаясь при этом на ответы с ОСИ, подтверждающие применения к ним насилия, в том числе, с подключением электрического тока.
Органы досудебного следствия должны были тщательно исследовать показания ОСОБА_17 и ОСОБА_18 , данные ими во время проведения досудебного следствия, в которых они давали признательные показания в совершении преступления, сопоставить их с последующими заявлениями о их непричастности к разбойному нападению, а также о даче признательных показаний в результате применения к ним недозволенных методов досудебного расследования работниками правоохранительных органов и выяснить, полученные имеющиеся в деле доказательства процессуальным путем и соответствуют ли они требованиям допустимости.
Однако, заключения органа досудебного следствия доводах ОСОБА_17 и ОСОБА_18 , а также их защитников о незаконных методах следствия, которые подробно описывали все обстоятельства примененных к ним недозволенных мер, с подробным описанием лиц, совершивших данные запрещенные действия, сводятся к результатам служебной проверки, проведенной помощником прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 , согласно которой в ходе проведения проверки были опрошены сотрудники АДРЕСА_5 , ОСОБА_28 , ОСОБА_29 , ОСОБА_30 и другие факт применения к ОСОБА_17 недозволенных методов дознания и следствия категорически отрицали, и принятия решения в виде вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.12.2009 года по факту применения к обвиняемому ОСОБА_17 следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 и сотрудниками Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области недозволенных методов дознания и следствия по ст.364 ч.3 и ст.365 УК Украины отказано по ст.6 п.2 УПК Украины.
Однако, заместитель прокурора Суворовского района г.Одессы советник юстиции ОСОБА_31 , изучив в порядке надзора материал об отказе в возбуждении уголовного дела №1-528пр/09 по заявлению следственно-арестованного ОСОБА_17 о противоправных действиях сотрудников Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, пришел к выводу, что материалы доследственной проверки подлежат возвращению для проведения дополнительной проверки, так как не установлен факт наличия либо отсутствия у следственно-арестованного ОСОБА_17 телесных повреждений, которые бы могли быть ему причинены сотрудниками Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, в связи с чем 13.01.2010 года вынес постановление об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное 18.12.2009 года помощником прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 .
После чего, 01.04.2010 года помощник прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 , опять же рассмотрев в порядке ст.97 УПК Украины материалы доследственной проверки по жалобам следственно-арестованных ОСОБА_17 и ОСОБА_18 , ссылаясь на то, что согласно актам судебно-медицинского освидетельствования №763 от 30.03.2010 года и №760 от 31.03.2010 года каких-либо телесных повреждений у ОСОБА_17 и ОСОБА_18 не обнаружено, снова вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту применения к обвиняемому ОСОБА_17 (по ОСОБА_18 принятого решения так и не усматривается) следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 и сотрудниками Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области недозволенных методов дознания и следствия по ст.364 ч.3 и ст.365 УК Украины по ст.6 п.2 УПК Украины.
Однако, 17.09.2010 года старшим прокурором отдела прокуратуры Одесской области советником юстиции ОСОБА_32 , рассмотрев в порядке надзора материалы доследственной проверки, проведенной прокуратурой Суворовского района г.Одессы по заявлениям ОСОБА_17 и ОСОБА_18 , установил, что проведение основной и дополнительной проверок вышеуказанных обращений в порядке ст.97 УПК Украины помощником прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 осуществлено поверхностно, некачественно и не объективно. Поскольку помощник прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 по согласию руководства прокуратуры района приобщил к материалам проверки ряд жалоб как ОСОБА_17 , так и ОСОБА_18 , однако решение принял только по жалобе ОСОБА_17 . Кроме того, в некоторых приобщенных к материалам проверки обращениях ОСОБА_17 и ОСОБА_18 сообщают о ненадлежащем расследовании следователем ОСОБА_19 уголовного дела, а именно о пропаже изъятых у ОСОБА_17 после его задержания личных вещей и драгоценностей, о ненадлежащем ознакомлении ОСОБА_18 и ОСОБА_17 с материалами уголовного дела, о получении уведомления о направлении уголовного дела в суд за подписью начальника СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_33 и др. вопросов. Но не приняв решение по существу по указанным обращениям, помощник прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 всего лишь приобщил жалобы по вышеуказанным обстоятельствам к материалам проверки и не дал на них ответа заявителям. Кроме того, помощник прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 при наличии противоречий в пояснениях работников милиции и в обращениях ОСОБА_17 и ОСОБА_18 не принял мер к их устранению, не опросил заявителей, не предупредил их об уголовной ответственности за заведомо неправдивое сообщение о совершенном преступлении, и принял решение только на основании материалов, собранных во время служебного расследования. Также, помощником прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 не установлено похождение установленной в ОСИ № НОМЕР_2 у ОСОБА_17 закрытой черепно-мозговой травмы. В связи с чем, старшим прокурором отдела прокуратуры Одесской области советником юстиции ОСОБА_32 вынесено постановление об отмене постановления помощника прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 от 01.04.2010 года об отказе в возбуждении уголовного дела, и направления материалов прокурору Суворовского района г.Одессы для организации дополнительной проверки с четким указанием необходимости проведения определенных действий по доследственной проверке.
Однако, не исполнив надлежащим образом вышеуказанных требований, 05.11.2010 года помощником прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 снова вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области Назаренко, Табунщика, Юрченко, Андросова и следователя СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 по факту применения ими к ОСОБА_17 и ОСОБА_18 недозволенных методов дознания и следствия, похищения их вещей по ст.ст.185, 191, 364 ч.3 и 365 УК Украины на основании ст.6 п.2 УПК Украины.
В соответствии с информацией, адресованной помощнику прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 с Одесского городского управления ГУМВД Украины в Одесской области, за подписью начальника ІНФОРМАЦІЯ_2 (исх.№31/3вх-559 от 29.03.2010 года на №1-43пр/10 от 15.03.2010 года) согласно учетно-регистрационной документации:
- ОСОБА_18 содержался в ИВС ОГУ в период с 19.09.2009 года по 01.10.2009 года и с 22.10.2009 года по 10.11.2009 года;
- ОСОБА_17 содержался в ИВС ОГУ в период с 21.09.2009 года по 23.09.2009 года, и с 20.10.2009 года по 10.11.2009 года.
Также отмечено, что согласно Журнала оказания медицинской помощи лицам, которые содержатся в ИВС ОГУ ОСОБА_17 вызывалась скорая медицинская помощь в связи с жалобами на боли в сердце: 03.11.2009 года в 12:15; 04.11.2009 года в 15:27; 05.11.2009 года в 14:50.
Согласно информации поступившей в адрес Суворовского районного суда г.Одессы по запросу с Одесского следственного изолятора Управления государственной пенитенциарной службы Украины в Одесской области, за подписью и.о.начальника ОСИ подполковника внутренней службы ОСОБА_34 , за исх. №5/17-4862 от 31.03.2014 года, извещено, что ОСОБА_18 прибыл в ОСИ 01.10.2009 года, ОСОБА_17 прибыл в ОСИ 23.09.2009 года, а освобождены 17.08.2011 года из зала Суворовского районного суда г.Одессы.
Согласно информации Одесского следственного изолятора Управления государственной пенитенциарной службы Украины в АДРЕСА_5 , за подписью начальника ОСИ подполковника внутренней службы АДРЕСА_4 , за исх. №5/12-906 от 20.01.2010 года (т.4 л.д.95), уведомляют, что ОСОБА_18 прибыл в Одесский следственный изолятор 01.10.2009 года; по прибытию осмотрен дежурным медицинским работником, обследован серологично; периодически жаловался на слабость, диффузную головную боль, головокружения, оказывалась симптоматическая помощь. 27.11.2009 года появились жалобы на рвоту, головокружение, головная боль, в связи с чем ОСОБА_18 был переведен в медицинскую часть для дообследования. Установлен диагноз: последствия перенесенной закрытой черепно-мозговой травмы в виде эктрапирамидальных расстройств.
В соответствии информации Одесского следственного изолятора Управления государственной пенитенциарной службы Украины в АДРЕСА_5 , за подписью начальника ОСИ подполковника внутренней службы АДРЕСА_4 , за исх. №5/12-918 от 20.01.2010 года (т.5 л.д.34), уведомляют, что 11.11.2009 года ОСОБА_17 вернулся в ОСИ-21 с ИВС ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, куда к нему вызывалась медицинская помощь 03.11., 04.11 и 05.11.2009 года в связи с ухудшением состояния его здоровья, которое было вызвано по словам ОСОБА_17 , в связи с применением к нему сотрудниками АДРЕСА_5 в Одесской области физических и психологических действий, который выражались в его побоях, пытках электрическим током, с целью получения от него признания в совершении преступления. По прибытию в ОСИ-21 ОСОБА_17 был осмотрен врачом, в ходе которого он жаловался на интенсивную головную боль, головокружение, рвоту, а также на его руках были обнаружены остаточные следы применения к нему электрического тока и ему был установлен диагноз: гипертоническая болезнь 1 ст, неполная блокада правой ножки пучка Гиса, хронический панкреатит, болезненная форма, обострение, ЖКГ, хронический калькулезный холицестит в стадии стойкой ремиссии, язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки в стадии обострения. В обозначенное время ОСОБА_17 по факту применения к нему пыток и получения им физических повреждений, в связи с чем поступило ухудшение его состояния здоровья несколько раз писал жалобы и заявления в прокуратуру Суворовского района г.Одессы, Суворовского районного суда г.Одессы.
Согласно исследовательской части акта судебно медицинского обследования № 763 от 30.03.2010 года:
- абзац 3 по данным карт выезда СМП от 03.11.2009 года, 04.11.2009 года, 05.11.2009 года на ОСОБА_17 следует, что он обращался за медицинской помощью по диагнозу: «Артериальная гипертензия; ревматизм, не активная фаза; митрально-аортальный порок сердца; вегетососудистая дистония по гипертоническому типу». Однако, в медицинских картах выезда СМП, наличие видимых телесных повреждений ОСОБА_17 не указано.
- абзац 5 согласно ответа главного врача КУ ОГ ССМП ОСОБА_35 за №148 от 24.03.2009 года на запрос помощника прокурора Суворовского района г.Одессы ОСОБА_27 следует, что «что в условиях ИВС ОГУ ГУМВС Украины в Одесской области арестованному ОСОБА_17 оказывалась медицинская помощь бригадой скорой помощи»;
- абзац 7, 8, 9, 10 по данным медицинской карты №615 на ОСОБА_17 (карта заведена 24.09.2009 года) следует, что он 13.11.2009 года осматривался врачом медицинской части ОСИ, при осмотре предъявлял жалобы на слабость, выраженные головные боли, тошноту, рвоту, боли в эпигастральной области, снижение аппетита. Объективно: видимые слизистые обычной окраски, на четвертом пальце правой руки след от ожога. С 16.11.2009 года по 30.11.2009 года (медицинская карта стационарного больного №232) проходил лечение в медицинской части ОСИ по диагнозу «ГБ 1 степени; неполная блокада правой ножки пучка АДРЕСА_6 . ЗЧМЗ; хронический панкреатит, ремиссия; ЖБК; хронический калькулезный холецестит, ремиссия»;
- абзац 13 16.01.2010 года повторно госпитализирован в медицинскую часть ОСИ (медицинская карта стационарного больного №380), предъявлял жалобы на дискомфорт в области правого подреберья, давящие боли за грудиной, головную боль, сообщив, что в ноябре получил травму головы;
- абзац 17 25.01.2010 года выписан по диагнозу: «ГБ 1 степени; неполная блокада правой ножки пучка Гисса; ЗЧМЗ; хронический панкреатит, ремиссия; ЖБК; хронический калькулезный холецестит, ремиссия».
Согласно акта судебно медицинского освидетельствования №760 от 31.03.2010 года, на момент освидетельствования 16.03.2010 года ОСОБА_18 имеется рубец в области пятого пальца левой кисти, который сформировался в результате заживления раны. Определить по морфологическим свойствам рубца характер раны, механизм причинения и степень тяжести не представилось возможным.
Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд считает неэффективным расследованием жалоб ОСОБА_17 , ОСОБА_18 и их защитников о применении к следственно-арестованным недозволенных методов следствия.
Анализ всех приведенных органом досудебного следствия доказательств вины подсудимых ОСОБА_17 и ОСОБА_18 , в их совокупности, дает основание суду прийти к однозначному выводу о том, что в ходе досудебного следствия допущены существенные нарушения норм уголовно-процесуального законодательства.
Также, как доказательство вины подсудимых ОСОБА_17 и ОСОБА_18 в инкриминируемом им преступлении, предусмотренном ст.187 ч.4 УК Украины, судом не может быть принято во внимание добытые в ходе досудебного следствия показания потерпевшего ОСОБА_16 , которые отобраны с существенными нарушениями норм уголовного-процессуального законодательства Украины. А именно согласно протокола допроса потерпевшего от 19.09.2009 года (т.1 л.д.93-95) (с имеющимися исправлениями в дате составления процессуального документа) следователь проводивший досудебное следствие по данному уголовному делу, в нарушение требований ст.171, 167, 168 УПК Украины (в редакции 1960 года) провел допрос ОСОБА_16 , ІНФОРМАЦІЯ_3 , который по состоянию на то время являлся малолетним ребенком, в отсутствие педагога, участие которого является обязательным при допросе лиц в возрасте до 14 лет (а при необходимости и врача). Причем участие педагога, врача при допросе не исключает одновременного участия в допросе и родителей или других законных представителей несовершеннолетнего.
Более того, в нарушение действующего законодательства следователь не имел права предупреждать 10-летнего ребенка ( ОСОБА_16 ) об уголовной ответственности за дачу ложных показаний по ст.384 УК Украины, поскольку потерпевшие возрастом до 16 лет об ответственности за дачу ложных показаний не предупреждаются, однако им разъясняется их гражданская обязанность и обязанность правдиво рассказать известные им обстоятельства по делу.
Кроме того, усматриваются нарушения ст.173 УПК Украины (в редакции 1960 года) при проведении очной ставки (т.2 л.д.21-22) между ОСОБА_17 и ОСОБА_16 , так как лица вызванные на очную ставку должны самостоятельно поочередно давать свои показания о тех обстоятельствах дела, для выяснения которых была назначена очная ставка; также следователем нарушены права стороны защиты задавать вопросы, и получить на них ответы, не внеся их в протокол данного процессуального действия.
Согласно обвинительного заключения вина подсудимых ОСОБА_17 и ОСОБА_18 якобы подтверждается протоколом предъявления фотоснимков для опознания от 19.09.2009 года (т.1 л.д.105), однако он не может быть принят судом во внимание как доказательство вины подсудимых, поскольку вышеуказанный протокол, составлен с грубыми нарушениями ст.174 УПК Украины (в редакции 1960 года).
Согласно вышеуказанного протокола, старшим следователем Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 принимая во внимание необходимость предъявления лица для опознания потерпевшему ОСОБА_16 , ІНФОРМАЦІЯ_3 , изначально не допросил потерпевшего о внешнем виде и приметах этого лица, которые должен был отобразить в протоколе допроса.
Кроме того, выполняя следственное действие, следователем, в нарушение ст.174 ч.2 УПК Украины (в редакции 1960 года), предъявлены не надлежащие фотоснимки, поскольку лица на фотографиях видны не четко (в том числе ОСОБА_17 ), более того имеют кардинально резкие различия во внешности и одежде. К тому же фотоснимки прошиты и скреплены печатями не надлежащим образом.
Опять же в нарушение действующего законодательства следователь провел процессуальные действия без участия педагога, более того в данном протоколе следователем не отображено и участие законного представителя потерпевшего, поскольку графа «с участием» осталась не заполненной, никакие данные не внесены, хотя фактически подпись с указанием «мать» и присутствует.
К тому же, следователь опять же не имел права предупреждать малолетнего ОСОБА_16 об уголовной ответственности за дачу ложных показаний по ст.384 УК Украины.
В свою очередь, отвечая на вопрос следователя малолетний потерпевший ОСОБА_16 указал, что «опознает лицо, которое ночью около 04.00 часов находилось в доме АДРЕСА_3 », фотография которого якобы находилось под №3, так как хорошо его запомнил по чертам лица.
Однако, следователем при предъявлении фотоснимков для опознания, был поставлен не четкий вопрос, не отображающий полным образом даты, обстоятельств при которых могло быть замечено лицо совершившее преступление, а указано всего лишь нахождение лица в доме АДРЕСА_3 в неизвестный период времени.
К тому же, при проведении вышеуказанного следственного действия следователь не уточнил у потерпевшего ОСОБА_16 по каким именно признакам последний узнал лицо находящееся на фотографии №3, (не указано ни возраста, ни телосложения, ни черт лица, ни других признаков внешнего вида, индивидуальных особенностей либо одежды последнего), хотя согласно ст.174 ч.3 УПК Украины (в редакции 1960 года) опознающему предлагается указать лицо, которое он должен опознать, и объяснить, по каким признакам он его опознал.
Предъявления для опознания это следственное действие, в ходе которого опознающему предъявляется объект (лицо) с целью установления тождества или расхождения с объектом, который наблюдался ранее. Процесс опознания состоит в сравнении предъявленного объекта из сохраненным в памяти опознающего лица образом, который он видел, наблюдал при тех или иных обстоятельствах, связанных с событием преступления. Опознания, либо наоборот не опознание лица и составляет доказательную силу этого следственного действия.
Протокол предъявления для опознания должен составляться с четким соблюдением как общих, так и дополнительных требований, предусмотренных ст.176 УПК Украины (в редакции 1960 года). Во вступительной части вышеуказанного протокола должно отображаться: наименование документа, место, дата, время его составления и проведения его опознания; данные о понятых и о других лицах, которые принимали участие в проведении следственных действий. В протоколах должны быть указаны данные о лицах, предъявленных для опознания (кого опознают и статистов): их фамилия, имя и отчество, год рождения, приметы: рост, телосложение, цвет волос, другие признаки, одежда и т.д.
В описательной части протокола должны фиксироваться содержание и последовательность проведенных действий, их результаты. Четко и ясно излагаются показания опознающего, характер опознания, признаки и приметы, по которым он опознал опознающий предмет.
Кроме того, предъявление для опознания по фотографиям должно проводиться только в том случае, если невозможно предъявить для опознания само лицо.
Также суд обращает внимание и на то факт, что при составлении вышеуказанного процессуального документа допущены исправления с использованием корректирующих средств.
Таким образом, принимая во внимание все вышеизложенное, установленные нарушения ст.ст.174, 176 УПК Украины (в редакции 1960 года), не соблюдение порядка получения и закрепления процессуальных действий, судом не может быть принято во внимание как надлежащее и допустимое доказательство вины подсудимого ОСОБА_17 протокол предъявление фотоснимков для опознания от 19.09.2009 года, содержащийся на л.д.105-107 т.1 материалов уголовного дела.
Аналогичные нарушения также усматриваются и в протоколе предъявления фотоснимков для опознания от 19.09.2009 года ОСОБА_16 (т.1 л.д.108-110), и в протоколе предъявления лиц для опознания от 19.09.2009 года ОСОБА_15 (т.1 л.д.111-113), которые также не могут быть приняты судом во внимание как надлежащее и допустимое доказательство вины подсудимых по аналогичным основаниям, которые указаны выше.
Кроме того, потерпевшая ОСОБА_15 в судебном заседании пояснила, что при проведении опознания им с сыном ( ОСОБА_16 ) дали много фото и сын просто указал, что видел этого человека. А в ходе проведения опознания, когда участвовала уже она, то во время опознания она находилась за стеклом. В это время у лиц, которые были предъявлены для опознания, были листы с номерами, а у ОСОБА_18 был перевернутый номер, а именно №2.
Более того, суд обращает внимание на существенные нарушения норм ст.ст.177, 183 УПК Украины (в редакции 1960 года) допущенные при производстве обысков.
А именно, обыск 20.09.2009 года в служебном помещении офиса такси «Минутка» по адресу: АДРЕСА_7 , проведен незаконно. Поскольку, первым юридическим основанием для проведения обыска является мотивированное постановление следователя, санкционированное прокурором либо его заместителем, за исключением обыска жилья или иного владения (ст.177 ч.3 УПК Украины (в редакции 1960 года).
Однако, в нарушение норм действующего законодательства, а именно ст.177 ч.3 УПК Украины (в редакции 1960 года), 20.09.2009 года обыск в вышеуказанном помещении проведен на основании постановления следователя ОСОБА_19 (т.1 л.д.118), вынесенного без санкции прокурора либо его заместителя, так как соответствующей резолюции на постановлении с датой и подписью, заверенными печатью прокуратуры отсутствуют.
Уголовно-процессуальным законодательством, а именно ст.177 ч.4 УПК Украины (в редакции 1960 года) предусмотрено, что в неотложных случаях обыск, за исключением обыска жилища или иного владения лица, может быть проведен без санкции прокурора, но с последующим уведомлением прокурора в суточный срок о проведенном обыске и его результатах. К числу случаев, при которых обыск является неотложным следственным действием, относится:
- когда фактические основания к его проведению возникли при его проведении осмотра и выемки;
- неотложность обусловлена обстановкой только что совершенного преступления;
- его проведение необходимо для пресечения дальнейшей преступной деятельности либо промедления с обыском позволит подозреваемому скрыться;
- появилась реальная угроза уничтожения либо укрытия разыскиваемых объектов, а следователь который вынес постановление, находится на значительном расстоянии от прокуратуры.
Однако, указанный в мотивировочной части вышеупомянутого постановления (т.1 л.д.118) неотложный случай, а именно так называемое «преследование лица, которое подозревается в совершении преступления» не соответствует действительности, поскольку по состоянию на 20.09.2009 года преследование ОСОБА_18 было невозможно, так как он 19.09.2009 года в 01 час 30 минут уже был задержан (т.1 л.д.56).
Кроме того, при вынесении постановления о производстве обыска от 20.09.2009 года (т.1 л.д.118) следователем в мотивировочной части данного процессуального документа неверно отображена дата совершения преступления, а именно 18.08.2009 года, вместо 18.09.2009 года, а также указано о совершении преступления неустановленными лицами, в то время как по состоянию на указанную дату, а именно 19.09.2009 года уголовное дело уже было возбуждено не по факту, а в отношении конкретных лиц - ОСОБА_18 и ОСОБА_17 (т.1 л.д.2).
Более того, у суда вызывают сомнения в надлежащем извещении прокурора в предусмотренный суточный срок о проведении обыска и его результатов, сообщение о котором якобы имеется на л.д.121 т.1, так как в сообщении адресованному прокурору Суворовского района г.Одессы за исх.№31/24-7464 от 21.09.2009 года (т.1 л.д.121) следователем указано, что обыск в служебном помещении такси «Минуточка» по адресу: АДРЕСА_7 был проведен старшим следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области старшим лейтенантом милиции ОСОБА_36 , в то время как вышеуказанный обыск согласно протоколу (т.1 л.д.119-120) был проведен следователем ОСОБА_19 . Кроме того, в вышеуказанном сообщении следователь по неизвестным суду причинам ссылается на то, что обыск был произведен на основании ст.177 ч.6 УПК Украины (в редакции 1960 года), хотя данной статьей разъясняется возможность проведения обыска именно жилища или другого владения лица в неотложных случаях без постановления судьи.
Суд обращает внимание и на тот факт, что обыск в жилище ОСОБА_17 по адресу: АДРЕСА_1 , произведен также незаконно. Так как, в случае необходимости проведения обыска жилища или другого владения лица юридическим основанием для проведения данного следственного действия есть наличие мотивированного постановления судьи.
Однако, в нарушение норм действующего законодательства, а именно ст.177 ч.5 УПК Украины (в редакции 1960 года), 20.09.2009 года обыск в вышеуказанном жилище проведен на основании постановления следователя ОСОБА_19 (т.1 л.д.122), а не мотивированного постановления судьи.
Уголовно-процессуальным законодательством, а именно ст.177 ч.6 УПК Украины (в редакции 1960 года) предусмотрено, что в неотложных случаях обыск может быть проведен и в жилище или ином владении лица без постановления судьи, но такой обыск возможен только в двух случаях: - когда неотложность связана со спасением жизни и имущества; - либо когда связана непосредственным преследованием лиц, подозреваемых в совершении преступления. При этом в протоколе указываются причины, которые обусловили проведение обыска без постановления судьи. В течение суток с момента проведения этого действия следователь направляет копию протокола обыска прокурору.
Однако, опять же указанный в мотивировочной части вышеупомянутого постановления (т.1 л.д.122) неотложный случай, а именно так называемое «преследование лица, которое подозревается в совершении преступления» не соответствует действительности, поскольку по состоянию на 20.09.2009 года преследование ОСОБА_17 было невозможно, так как он 19.09.2009 года в 20 час 56 минут уже был задержан (т.1 л.д.67).
Кроме того, при вынесении постановления о производстве обыска от 20.09.2009 года (т.1 л.д.122) следователем в мотивировочной части данного процессуального документа снова неверно отображена дата совершения преступления, а именно 18.08.2009 года, вместо 18.09.2009 года, а также указано о совершении преступления неустановленными лицами, в то время как по состоянию на указанную дату, а именно 19.09.2009 года уголовное дело уже было возбуждено не по факту, а в отношении конкретных лиц - ОСОБА_18 и ОСОБА_17 (т.1 л.д.2).
Более того, у суда вызывают сомнения в надлежащем извещении прокурора в предусмотренный суточный срок о проведении обыска и его результатов, сообщение о котором якобы имеется на л.д.125 т.1, так как в сообщении адресованному прокурору Суворовского района г.Одессы под тем же исх.№31/24-7464 от 21.09.2009 года (т.1 л.д.121), что и предыдущее, следователем указано, что обыск по месту проживания ОСОБА_17 был проведен старшим следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области старшим лейтенантом милиции ОСОБА_36 , в то время как вышеуказанный обыск согласно протоколу (т.1 л.д.123-124) был проведен следователем ОСОБА_19 .
По аналогичным основаниям суд также считает незаконным проведение обыска и по месту жительства ОСОБА_18 по адресу: АДРЕСА_2 (т.1 л.д.126-130). Кроме того, в данном протоколе обыска прослеживается не логичное его составление, а именно записи отображенные на л.д.128 т.1, к тому же имеет неоднократные его исправления.
Более того, принимая решение о проведении обыска по месту проживания ОСОБА_17 и ОСОБА_18 органами досудебного следствия не был установлен вопрос касаемо законных владельцев вышеуказанных жилищ.
Таким образом, с учетом вышеизложенного суд считает, что проведение вышеуказанных обысков без санкции прокурора в случае, когда не было каких-либо препятствий для предварительного получения такой санкции, а также без постановления судьи в случае обыска жилища или другого владения лица являются противозаконными, соответственно как и факт изъятия обнаруженных предметов и вещей.
Кроме того, усматриваются нарушения при назначении экспертиз.
Так, 24.09.2009 года следователем вынесено постановление о назначении трассологической экспертизы (т.1 л.д.165-166), с которым ОСОБА_17 согласно протоколу об ознакомлении обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы и разъяснения ему в связи с этим процессуальных прав был ознакомлен всего лишь 28.10.2009 года (в то время когда экспертиза уже была проведена) (т.1 л.д.168).
Вышеизложенное свидетельствует о существенных нарушениях права ОСОБА_17 на защиту, а именно его прав, предусмотренных ст. 197 УПК Украины (в редакции 1960 года), согласно которой при назначении и производстве экспертизы обвиняемый имеет право:
заявлять отвод эксперту;
2) просить о назначении эксперта из числа указанных им лиц;
3) просить о постановке перед экспертизой дополнительных вопросов;
4) давать объяснения эксперту;
5) предъявлять дополнительные документы;
6) знакомиться с материалами экспертизы и заключением эксперта по окончании экспертизы;
7) заявлять ходатайства о назначении новой или дополнительной экспертизы.
Обвиняемому по его ходатайству следователь может разрешить присутствовать при производстве экспертом отдельных исследований и давать объяснения. Следователь обязан ознакомить обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы и разъяснить ему его права, установленные ст. 197 УПК Украины (в редакции 1960 года), о чем составляется протокол с соблюдением требований ст.85 УПК Украины (в редакции 1960 года).
Таким образом, составляя 28 октября 2009 года протокол об ознакомлении ОСОБА_17 с постановлением о назначении экспертизы и разъяснения ему в связи с этим процессуальных прав, в то время, когда заключение эксперта уже было составлено следователь лишил ОСОБА_17 фактической возможности реализации предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством прав обвиняемого на осуществление своей защиты.
Аналогичные нарушения также усматриваются и при проведении дактилоскопической экспертизы (т.1 л.д.173-174, 175а).
Кроме того, суд также обращает внимание на тот факт, что из материалов уголовного дела и показаний участников процесса усматриваются значительные расхождение касаемо вышеуказанного признанного вещественным доказательством металлического сейфа, а именно согласно материалам уголовного дела указано, что сейфимеет 2 двери, однако, давая свои показания потерпевший ОСОБА_13 указал, что сейф имел одну большую дверь, а внутри находилась еще одна маленькая дверь, навесных замков на сейфе не было, был маленький внутренний замочек на двух шпильках. Далее указал, что это был обыкновенный канцелярский сейф, он маленький, для хранения бумаг, который можно было открыть обыкновенной отверткой.
Согласно же протокола осмотра (т.3 л.д.55), 30.11.2009 года был проведен осмотр металлического сейфа, размерами 130 см высоты, 60 см ширины, который в соответствии с постановлением о приобщении к делу вещественных доказательств от 30.11.2009 года определено приобщить к материалам уголовного дела и поместить в камеру хранения Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области.
Согласно же справке от 30.11.2009 года (т.3 л.д.59) указано, что вещественные доказательства по уголовному делу, в том числе металлический сейф, временно находятся на хранении в кабинете №4 Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области.
В соответствии же с заключением эксперта № 219 от 15.10.2009 года (т.2 л.д.150-155) (исследовательская часть) на экспертизу был предоставлен сейф прямоугольной формы, размерами 400х500х1310 (мм), толщиной стенок 4 мм, изготовлен из серого метала обладающего магнитными свойствами и покрыт эмалью белого цвета, имеет два отделения с дверками; какое-либо маркированное обозначения на сейфе отсутствуют; способ изготовления сейфа кустарный с применением заводского оборудования.
Согласно ст.79 УПК Украины (в редакции 1960 года) вещественные доказательства должны быть внимательно осмотрены, по возможности сфотографированы, подробно описаны в протоколе осмотра и приобщены к делу постановлением лица, производящего дознание, следователя, прокурора или определением суда. Вещественные доказательства хранятся при деле, за исключением громоздких предметов, которые хранятся в органах дознания, досудебного следствия и в суде или же передаются на хранение соответствующему предприятию, учреждению или организации.
В соответствии с п.11 Инструкции о порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и другого имущества органами дознания, досудебного следствия и суда, утвержденной совместным приказом №51/401/649/471/23/125 от 27.08.2010 года Генеральной прокуратуры Украины, Министерства внутренних дел Украины, Государственной налоговой администрации Украины, Службы безопасности Украины, Верховного Суда Украины, Государственной судебной администрации Украины изъятые предметы, документы, ценности, которые являются вещественными доказательствами, должны быть осмотрены (в необходимых случаях с участием специалиста), подробно описаны в протоколе осмотра. В протоколе отражаются количественные и качественные характеристики предметов, все другие индивидуализируемые признаки, которые позволяют отличить объект от подобных ему, а также те, которые обусловливают его доказательственное значение. После осмотра вещественные доказательства приобщаются к делу постановлением работника органа дознания, следователя, прокурора, определением суда или постановлением судьи.
Такое нарушение норм уголовно - процессуального законодательства дает основания сомневаться в идентичности признанного вещественным доказательством металлического сейфа.
Более того, судом не может быть воспринято как надлежащее доказательство проведенные воспроизведение обстановки и обстоятельств события, которые проведены из нарушениями норм действующего законодательства.
Как усматривается из материалов уголовного дела, 22.10.2009 года проведены воспроизведение обстановки и обстоятельств события с участием потерпевшей ОСОБА_15 (т.2 л.д.70-79), воспроизведение обстановки и обстоятельств события с участием потерпевшего ОСОБА_16 (т.2 л.д.80-88), воспроизведение обстановки и обстоятельств события с участием потерпевшей ОСОБА_14 (т.2 л.д.89-94), однако проведенные процессуальные действия были проведены при условиях, которые не соответствуют реальной обстановке совершенного преступления. Поскольку согласно предъявленного обвинения разбойное нападение было совершено в ночной период времени около 04 часов 00 минут, в комнатах на 3-м и на 2-м этаже, где находились потерпевшие ОСОБА_15 , ОСОБА_16 , а также ОСОБА_14 свет был выключен, освещение лестниц было только на 1-м и 2-м этаже, более того потерпевшая ОСОБА_15 поясняла, что человек которого она якобы опознала как ОСОБА_18 был в кепке, в связи с чем отображенные в протоколах воспроизведения обстановки и обстоятельств события с участием потерпевшей ОСОБА_15 (т.2 л.д.70) утверждения о том, что «видимость участка в положении лежа, в котором на тот момент находилась ОСОБА_15 от головы до дверей по диагонали 199 см и от дверей лестнице в точке просмотра местонахождения, по ее пояснению, ОСОБА_18 297 см - довольно хорошо просматривается и с данной точки было реально хорошо рассмотреть и запомнить лицо поднимающего по лестнице человека», а также в протоколе воспроизведения обстановки и обстоятельств события с участием потерпевшего ОСОБА_16 утверждения о том, что «видимость участка от кровати, где находился в сидячем положении ОСОБА_16 до дверей по диагонали к точке просмотра ОСОБА_17 расстоянием 257 см довольно хорошо просматривается и сданной точки было реально хорошо рассмотреть и запомнить лицо проходящего человека» не соответствуют реальным событиям, обстоятельства которых необходимо было проверить и уточнить. Кроме того, проведение процессуальных действий с малолетним ОСОБА_16 в нарушение действующего законодательства опять же было проведено без участия педагога.
К тому же, проведенные воспроизведение обстановки и обстоятельств события не отображают полной картины всего происходящего, не имеют отдельные деталей, подробностей, которые могли бы подтверждать факты участия этих лиц в исследованных событиях.
Хотя, воспроизведение обстановки и обстоятельств события должно охватывать, по сути два самостоятельных следственных действия: проверку на месте показаний потерпевших с целью их уточнения и дополнения в присутствии понятых, а также экспериментальную проверку правдивости и точности показаний этих же лиц, других обстоятельств и предположений о возможности слышать, видеть при определенных условиях или выполнять определенные действия.
Суть проверки показаний на месте состоит в том, что в ходе ее данные потерпевшими показания проверяются, уточняются или воспроизводятся на месте путем указания этими лицами, где в какой последовательности развивались исследованные события, в сопоставлении этих показаний с реальной обстановкой.
Основной целью данного вида воспроизведения является: уточнение ранее установленных фактических данных; установление новых доказательств; определение и устранение разногласий в показаниях; выявление неправдивых показаний.
Доказательное значение имеет сам факт указания лицом, показания которого проверяются, мест, связанных из определенных событием, отдельных ее участников, элементов обстановки, а также объектов, которые там находятся. Особенную ценность в этом содержании имеют указания на отдельные детали, подробности, поскольку именно они могут убедительно подтвердить факт нахождения там лица или ее участие в исследованных событиях.
Условия проведения определяются содержанием доказательства, которое проверяется, то есть при проведении этого следственного действия должны быть созданы условия, аналогичные либо же максимально приближенные к тем, при которых реально произошло событие, обстоятельства которого или показания о которых следует проверить или уточнить.
Также, суд обращает внимание на тот факт, что при проведении вышеуказанных процессуальных действий в качестве понятыхтрижды принимали участие ОСОБА_38 и ОСОБА_39 . Более того ОСОБА_38 снова же принимает участие в качестве понятого и при воспроизведении обстановки и обстоятельств события и с участием ОСОБА_17 29.10.2009 года, что ставит под сомнение соблюдение органом досудебного следствия требований ст.127 УПК Украины (в редакции 1960 года) касаемо незаинтересованности данных лиц в уголовном деле. Кроме того, усматриваются различия касаемо проставленных подписей указанных понятых.
К тому же, суд не может принять как надлежащее доказательство и воспроизведение обстановки и обстоятельств события 29.10.2009 года с участием ОСОБА_17 (т.2 л.д.180), которое следователем было проведено без участия защитника обвиняемого ОСОБА_9 , невзирая на то, что вышеуказанный защитник обращался к следователю с ходатайством, содержащемся в материалах уголовного дела на л.д.121 т.2, о не проведении данного следственного действия без его участия.
К тому же, как усматривается из материалов уголовного дела ОСОБА_17 и ОСОБА_18 обвиняются в совершении корыстного преступления, однако в материалах уголовного дела отсутствуют достаточные данные, подтверждающие размер причиненного ущерба, отсутствуют какие-либо квитанции, подтверждающие наличие, справки о стоимости похищенного у потерпевших ОСОБА_13 , ОСОБА_14 имущества, которые бы подтверждали наличие ущерба на момент совершения инкриминируемого преступления, а именно:
- имущества ОСОБА_13 :
· колье золотое весом 43 грамма стоимостью 1300 долларов,
· колье золотое весом 35 грамм с камнями, стоимостью 5500 долларов США,
· колье золотое весом 50 грамм стоимостью 4000 долларов США,
· цепочка золотая с кулоном в виде льва весом 80 грамм стоимостью 2400 долларов США,
· цепочка золотая весом 120 грамм стоимостью 3600 долларов США,
· цепочка золотая с крестиком весом 20 грамм стоимостью 600 долларов,
· 3 цепочки золотые одинаковым весом по 12 грамм общей стоимостью 1080 долларов США,
· серьги золотые с брильянтами стоимостью 3000 долларов США,
· серьги с брильянтами стоимостью 2600 долларов США,
· сережки с брильянтами стоимостью 2100 долларов США,
· серьги золотые весом 5 грамм стоимостью 150 долларов,
· серьги золотые стоимость 300 долларов США,
· серьги золотые стоимостью 100 долларов США,
· 4 пары сережек одинаковых самоколки общей стоимостью 360 долларов США,
· серьги золотые в виде сеточки весом 5 грамм стоимостью 150 долларов США,
· серьги золотые весом 6 грамм в виде колец стоимостью 180 долларов США,
· серьги золотые весом 4 грамма стоимостью 120 долларов,
· серьги золотые весом 7 грамм стоимостью 210 долларов США,
· браслет золотой весом 24 грамма стоимостью 720 долларов США,
· браслет золотой весом 40 грамм стоимость 1200 долларов США,
· две пары часов «Чайка» из золота общей стоимостью 1080 долларов США,
· кольцо обручальное весом 5 грамм стоимостью 150 долларов США,
· кольцо обручальное весом 8 грамм стоимостью 240 долларов США,
· кольцо обручальное золотое с брильянтом стоимостью 1200 долларов США,
· кольцо с брильянтом стоимостью 6000 долларов США,
· 4 кольца с брильянтами идентичные общей стоимостью 3700 долларов США,
· 3 кольца идентичные общей стоимостью 2400 долларов США,
· кольцо золотое с синими камнями весом 7 грамм стоимостью 210 долларов США,
· кольцо золотое с белыми камнями весом 8 грамм стоимостью 240 долларов США,
· кольцо золотое весом 12 грамм стоимостью 360 долларов США,
· кулон золотой в виде дерева весом 20 грамм стоимостью 600 долларов,
· кулон в виде камня оброблен золотом стоимостью 100 долларов,
· золотой кулон в виде кольца фортуны стоимостью 700 долларов США,
· цепочка золотая с крестом стоимостью 700 долларов США,
· в мешочке находилось 60 грамм лома золота стоимостью 1800 долларов США,
· 7 монет с золота стоимостью 2100 долларов США,
· 18 штук брильянтов общей стоимостью 2160 долларов США,
· 30 штук брильянтов общей стоимостью 4500 долларов США,
· 6 больших камней общей стоимостью 1800 долларов,
· браслет золотой стоимостью 900 долларов США,
· кольцо с камнем черного цвета весом 12 грамм стоимостью 360 долларов США,
· кольцо в форме креста весом 5 грамм стоимостью 150 долларов США,
· кольцо золотое в виде цветка весом 6 грамм стоимостью 180 долларов,
· кольцо золотое весом 7 грамм стоимостью 210 долларов США,
· кольцо с брильянтами стоимостью 2550 долларов США,
· кольцо золотое весом 5 грамм стоимостью 150 долларов,
· серьги с камнями золотые стоимостью 210 долларов США,
· цепочка золотая весом 15 грамм стоимостью 450 долларов США,
· браслет золотой весом 8 грамм стоимостью 240 долларов США,
· кулон золотой в виде «Нифертити» стоимостью 270 долларов США,
· телефон «Верту» в корпусе золотого цвета стоимостью 2500 долларов США,
· фотоаппарат «Кэнон» в корпусе серебристого цвета стоимостью 500 долларов США, а всего на общую сумму 112380 долларов США,
- имуществом ОСОБА_14 : золотой цепочкой весом 15 грамм, стоимостью 3000 гривен.
В соответствии с п.25 постановления Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике по делам о преступлениях против собственности» №10 от 06.11.2009 года размер имущества, которым завладело виновное лицо в результате совершения соответствующего преступления, определяется лишь стоимостью этого имущества, которая выражается в денежной оценке. Стоимость похищенного имущества определяется по розничным (закупочными) ценами, которые существовали на момент совершения преступления, а размер возмещения причиненных преступлением убытков - по соответствующим ценам на время решения дела в суде. При отсутствии указанных цен на имущество его стоимость может быть определено путем проведения соответствующей экспертизы.
Более того, суд также акцентирует внимание на том, что в материалах уголовного дела (т.2 л.д.38-46) имеются 10 фотографий, на которых согласно протокола выемки от 20.10.2009 года, якобы имеются изображения золотых изделий, что были похищены в результате разбойного нападения 18.09.2009 года.
Однако, во-первых, изображение на фотографии изделие не может считаться надлежащим доказательством, что данные изделия являются золотыми и принадлежат именно Постриган; во-вторых, имеются существенные противоречия касаемо веса, стоимости и вообще наличия данных золотых изделий, так как:
· на фотографии, изображенной на л.д.39 т.2, указано «на фото изображена цепочка золотая весом 68 грамм стоимостью 2400 $ США», но с обвинительного заключения не усматривается что такая цепочка вообще была похищена (хотя указано, что изображены золотые изделия, именно которые были похищены в результате разбойного нападения 18.09.2009 года);
· на фотографии, изображенной на л.д.40 т.2, указано «на фото изображена цепочка золотая весом 15 грамм стоимостью 600 $ США», однако опять же в обвинительном заключении не указано о похищении именно такой цепочки;
· на фотографии, изображенной на л.д.41 т.2, указано «на фото изображены серьги с синими камнями стоимостью 150 $ США», однако в обвинительном заключении о похищении данного изделия снова не указано;
· на фотографии, изображенной на л.д.42 т.2, указано «на фото изображено колье золотое с темными камнями синего цвета по средине по бокам с белыми камнями стоимостью 1290 $ США», однако согласно предъявленного обвинения такое имущество похищено не было;
· на фотографии, изображенной на л.д.44 т.2, под №4 указано «на фото изображено кольцо с бриллиантами стоимостью 2400 $ США», но с материалов уголовного дела усматривается, что такое имущество снова же похищено не было;
· на фотографии, изображенной на л.д.45 т.2, указано «на фото изображена цепочка золотая стоимостью 1080 $ США», однако согласно предъявленного обвинения такое имущество опять же похищено не было;
· на фотографии, изображенной на л.д.46 т.2, указано «на фото изображены цепочка золотая весом 12 г стоимостью 360 $ США, цепочка золотая стоимостью 600 $ США», однако с материалов уголовного дела не усматривается, что данное имущество было похищено.
Кроме того суд также обращает внимание и на тот факт, что похищенное имущество ни у ОСОБА_17 , ни ОСОБА_18 не обнаружено, более того его местонахождение осталось вообще не установленным, оперативно-розыскные мероприятия по его установлению проведены не эффективно, так как в материалах уголовного дела (т.2 л.д.1-3, 28-30) усматривается только формально отписанные рапорта сотрудников Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области на отдельные поручения не имеющие ни даты его составления, ни надлежащего его подтверждения.
Кроме того, исследовав и оценив доказательства, представленные органом досудебного следствия, основываясь на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, суд также обращает внимание на установленные в ходе судебного разбирательства по делу нарушения по материалам уголовного дела.
19.09.2009 года вышеуказанным следователем по тем же поводам и основаниям уже вынесено постановление (т.1 л.д.2) о возбуждении уголовного дела в отношении ОСОБА_18 и ОСОБА_17 по признакам ст.186 ч.5 УК Украины.
Однако, согласно протоколам об ознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела (т.1 л.д.3, 6, 7) усматривается об ознакомлении ОСОБА_17 и ОСОБА_18 и вручении им копии только постановления от 18.09.2009 года о возбуждении уголовного дела по факту. Что же касается постановления от 19.09.2009 года о возбуждении уголовного дела в отношении ОСОБА_18 и ОСОБА_17 по признакам ст.186 ч.5 УК Украины, то с материалов уголовного дела не усматривается вручения подозреваемым уже на то время копии данного процессуального документа.
Что свидетельствует о нарушении ст.98-2 УПК Украины (в редакции 1960 года), согласно которой в случае возбуждения уголовного дела прокурор, следователь, орган дознания или судья обязаны вручить копию соответствующего постановления лицу, относительно которого возбуждено дело, и потерпевшему немедленно; при невозможности немедленного вручения копия постановления вручается не позднее трех суток с момента его вынесения.
В связи с чем, вышеизложенное свидетельствует о нарушении права ОСОБА_17 и ОСОБА_18 на защиту и возможности своевременного обжалования вышеуказанного постановления о возбуждении уголовного дела в отношении них в соответствии со ст.236-7 УПК Украины (в редакции 1960 года).
Кроме того, усматриваются нарушения и в протоколе об ознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела подозреваемого ОСОБА_18 (т.1 л.д.6), а именно в данном процессуальном документе указано, что протокол составлен следователем ОСОБА_36 , а подписан протокол следователем ОСОБА_19 .
В протоколе же об ознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела потерпевшей ОСОБА_15 (т.1 л.д.4), датированном 19.09.2009 года, указано, что следователь 18.09.2009 года в СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины ознакомил и вручил копию не существующего еще на то время постановления о возбуждении уголовного дела от 19.09.2009 года (копия же постановления о возбуждении уголовного дела от 18.09.2009 года потерпевшей ОСОБА_15 вручена так и не была).
Согласно же протоколу об ознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела потерпевшего ОСОБА_16 (т.1 л.д.5), усматривается, что последнему было вручено только постановление о возбуждении уголовного дела от 18.09.2009 года (возбужденного по факту), постановление же о возбуждении уголовного дела в отношении ОСОБА_17 и ОСОБА_18 потерпевшему вручено не было.
Более того, потерпевшему ОСОБА_13 , заявление которого послужило поводом к возбуждению уголовного дела, ни постановления о возбуждении уголовного дела от 18.09.2009 года, ни постановления от 19.09.2009 года вручено так и не было, что также свидетельствует о нарушении ст.98-2 УПК Украины (в редакции 1960 года).
Кроме того, в вышеуказанных протоколах об ознакомлении с постановлением о возбуждении уголовного дела подозреваемого, потерпевшего и вручения его копии (т.1 л.д.3, 4, 5, 6, 7) указано, что старший следователь СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области старшим лейтенант милиции ОСОБА_19 составил протоколы в соответствии со ст.97 УПК Украины, хотя вышеуказанной статьей предусмотрено обязанность принятия заявлений и сообщений о преступлениях и порядок их рассмотрения.
Нарушения уголовного-процессуального законодательства также усматриваются и при задержании ОСОБА_18 и ОСОБА_17 , а именно согласно ст.106 УПК Украины (в редакции 1960 года) о каждом случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, орган дознания обязан составить протокол с указанием оснований, мотивов, дня, часа, года, месяца, места задержания, пояснений задержанного, времени составления протокола о разъяснении подозреваемому в порядке, предусмотренном ч.2 ст.21 УПК Украины (в редакции 1960 года) права иметь свидание с защитником с момента задержания. Копия протокола с перечнем прав и обязанностей немедленно вручается задержанному и направляется прокурору.
Однако, как усматривается из протокола задержания лица, подозреваемого в совершении преступления ( ОСОБА_18 ) от 19.09.2009 года (т.1 л.д.56) основания задержания последнего не указаны, мотивы задержания не отображены. Кроме того, действия ОСОБА_18 по неизвестным суду причинам квалифицируются по ст.187 ч.3 УК Украины (нападение с целью завладения чужим имуществом, соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья лица, подвергшегося нападению, совершенный по предварительному сговору группой лиц, соединенный с проникновением в жилище), хотя уголовное дело на то время возбуждено по ст.186 ч.5 УК Украины (т.1 л.д.1,2) и допрашивается он в последующем в качестве подозреваемого (т.1 л.д.63-64) именно по этой статье. Подпись задержанного с тыльной стороны вышеуказанного процессуального документа отсутствует.
Как усматривается из протокола задержания лица, подозреваемого в совершении преступления ( ОСОБА_17 ) от 19.09.2009 года (т.1 л.д.67) ОСОБА_17 был задержан 19.09.2009 года (с 20.56 час. по 21.05 час), однако ст.следователем СО Суворвоского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области старшим лейтенантом милиции ОСОБА_19 в самом содержании вышеуказанного протокола при проведении данного следственного действия указано, что «протокол о разъяснении подозреваемому в порядке, предусмотренном ч.2 ст.21 УПК Украины, право иметь защитника и свидание с ним с момента задержания (до первого допроса) составлено: 18.09.2009 с 20.56 час по 21.05 час», а «копия протокола с перечнем письменных разъяснений ст.28,29,55,56,59,62 и 63 Конституции Украины, прав и обязанностей, задержанных или взятых под стражу направлена прокурору вообще 11.09.2009 года (т.1 л.д. 68).
Кроме того, в перечне статей Конституции Украины, прав и обязанностей задержанного в протоколе задержания ОСОБА_17 от 18.09.2009 года (т.1 л.д.69), а не 19.09.2009 года, когда он был задержан.
Аналогичное нарушение, а именно уведомление о задержании ОСОБА_17 18.09.2009 года, а не 19.09.2009 года также отображается и в сообщении прокурору на л.д.71 т.1, (кроме того с неверным отображением даты рождения ОСОБА_17 . 09.12.1987 года, а не 09.11.1987 года).
Более того, судом установлено, что копия протокола задержания ОСОБА_17 , которая была направлена следователем в Одесский следственный изолятор при его задержании, не соответствует оригиналу вышеуказанного протокола, который находится в материалах уголовного дела (т.1 л.д.67), поскольку имеют уже исправленные даты.
Кроме того, органами досудебного следствия нарушено право ОСОБА_17 на защиту, поскольку из материалов уголовного дела не усматривается о разъяснении подозреваемому его процессуальных прав, а также его праве на защиту, так как соответствующих протоколов непосредственно после его задержания, а именно 19.09.2009 года в материалах уголовного дела нет. Однако, по не известным суду причинам на л.д. 72, 73, 74 отображены протоколы датированные почему-то еще 19.09.2008 года.
Также, из материалов уголовного дела усматриваются допущенные следователем проводившим досудебное следствие нарушения при вынесении постановлений о признании лиц потерпевшими и гражданскими истцами (т.1 л.д.80, 85, 86, 91, 92, 99, 104), а именно при отображении обстоятельств совершенного преступления следователем указано «18.09.2009 года около 00 часов 00 минут неустановленные лица…», в то время когда 19.09.2009 года (т.1 л.д.2) вышеуказанное уголовное дело уже было возбуждено в отношении ОСОБА_17 и ОСОБА_18 .
Более того, при составлении протокола разъяснения прав законному представителю несовершеннолетнего потерпевшего ( ОСОБА_15 ) от 19.09.2009 года (т.1 л.д.97), а также вынесении постановления о признании законным представителем несовершеннолетнего потерпевшего от 19.09.2009 года (т.1 л.д.98) следователь проводивший досудебное следствие по данному уголовному делу в нарушение требований действующего законодательства руководствовался статьей 44 УПК Украины (в редакции 1960 года), которая отображает полномочия защитников, хотя согласно ст.52 ч.3 УПК Украины (в редакции 1960 года) представители пользуются процессуальными правами лиц, которые они представляют, т.е. потерпевшего. Более того, из вышеуказанного протокола усматривается, что полный перечень прав следователем законному представителю разъяснен так и не был.
Кроме того, о/у СУР Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области лейтенантом милиции ОСОБА_40 при отобрании объяснения в ОСОБА_41 не указана ссылка на статью и нормативный акт, которыми он соответственно руководствовался (т.1 л.д.33).
Также, о/у СУР Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области старшим лейтенантом милиции ОСОБА_42 при отобрании объяснений не верно отображены анкетные данные ОСОБА_43 , а именно не верно указано отчество последнего вместо « ОСОБА_44 » указано « ОСОБА_45 ».
Кроме того, в нарушение ст.85 ч.4 УПК Украины (в редакции 1960 года), согласно которого протокол подписывают: лицо проводившее следственное действие, понятые, если они присутствовали, и другие лица, присутствовавшие или принимавшие участие в проведении этого действия. Однако, в протоколе осмотра места происшествия от 18.09.2009 года (т.1 л.д.10-24) отсутствует подпись принимавшего участие эксперта Малышевой, в протоколе осмотра места происшествия от 19.09.2009 года (т.1 л.д.66) отсутствуют подписи «о/у ОСОБА_46 », а также «спец.крим.Никольского».
Кроме того, в нарушение действующего законодательства с постановлением о переквалификации состава преступления со ст.186 ч.5 УК Украины на ст.187 ч.4 УК Украины (т.1 л.д.131) ОСОБА_17 (без определения соответствующих квалифицирующих признаков) ознакомлен так и не был.
Также, согласно протокола личного досмотра доставленного в СО Суворовского РО (т.1 л.д.43) 19.09.2009 года при задержании ОСОБА_17 проведен личный досмотр его вещей, однако по истечении месяца, а именно 22.10.2009 года следователем только составлен протокол описи данного имущества.
В свою очередь суд также обращает внимание на допущенные следователем нарушения ст.224 УПК Украины (в редакции 1960 года), поскольку к обвинительному заключению (т.3 л.д.166-188) не приложены предусмотренные законодательством справка о вещественных доказательствах, о гражданском иске, о мерах, принятых для обеспечения гражданского иска и возможной конфискации имущества, а также справка о судебных издержках по делу за время досудебного следствия со ссылкой на соответствующие листы дела.
В нарушение ст.22 УПК Украины (в редакции 1960 года) органы досудебного следствия не приняли все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела, выявлению как уличающих так и оправдывающих обвиняемого обстоятельств, вследствие чего остались неисследованными такие обстоятельства, выяснение которых может иметь существенное значение для правильного разрешения дела.
В соответствии с положениями, которые содержатся в ст.62 Конституции Украины обвинение не может основываться на доказательствах, которые добыты незаконным путём, а также на предположениях. Все сомнения в доказанности вины лица толкуются в его пользу.
Согласно статье 28 Конституции Украины никто не может быть подвергнут пыткам, жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В ст.22 ч.3 УПК Украины (в редакции Кодекса 1960) указано - запрещается домогаться показаний обвиняемого и других лиц, участвующих в деле, путем насилия, угроз и иных незаконных мер.
Согласно п.23 постановления пленума Верховного Суда Украины от 29 июня 1990 года №2 «Об исполнении судами Украины законодательства и постановлений пленума Верховного суда Украины по вопросам судебного рассмотрения уголовных дел и постановления приговоров» недопустим обвинительный уклон при решении вопросов о виновности или невиновности подсудимого. Все сомнения относительно доказанности обвинения, если их невозможно устранить, должны толковаться в пользу подсудимого, если собранные по делу доказательства не подтверждают обвинения и все возможности сбора дополнительных доказательств исчерпан, суд обязан постановить оправдательный приговор.
Как указано в ч.2 ст.327 УПК Украины (в редакции 1960 года) обвинительный приговор не может основываться на предположениях и постановляется лишь при условии, когда в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.
Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гарантирует право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, установленным законом, при определении гражданских прав и обязанностей лица или при рассмотрении любого уголовного обвинения, которое предъявляется.
Ключевыми принципами статьи 6 является верховенство права и надлежащее осуществление правосудия. Эти принципы также являются основополагающими элементами права на справедливый суд.
Согласно ч.1 ст. 9 Конституции Украины действующие международные договоры, согласие на обязательность которых предоставлено Верховной Радой Украины, являются частью национального законодательства Украины.
По смыслу ст.17 Закона Украины «О выполнении решений и применении практики Европейского суда по правам человека» суд обязан применять при рассмотрении дел Конвенцию и практику Европейского суда по правам человека как источник права.
Особое место среди международных договоров, согласие на обязательность которых предоставлено Верховной Радой Украины, принадлежит Конвенции, ратифицированной Законом Украины от 17 июля 1997 года № 475/97-ВР «О ратификации Конвенции о защите прав и основных свобод 1950 года. С момента присоединения к Конвенции Украина взяла на себя ряд обязательств в области прав человека. Частью таких обязательств в соответствии со статьями 32, 46 Конвенции является признание Украины юрисдикции ЕСПЧ, которая распространяется на все вопросы толкования и применения Конвенции и протоколов к ней, а также выполнение окончательных решений ЕСПЧ по делам против Украины.
В ст. 3 Конвенции установлено, что никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со ст.3 Конвенции обращение признается нечеловеческим при достижении минимального уровня жестокости. Оценка этого минимального уровня относительна: она зависит от всех обстоятельств дела, таких как продолжительность такого обращения, его физические и психические последствия, а также в некоторых случаях пол, возраст и состояние здоровья потерпевшего (решение по делу «Валашинас против Литвы»). Суд считает поведение за «жестокое», поскольку, inter alia, оно было умышленным, применялось в течение нескольких часов подряд и приводило или к настоящим телесных повреждений, или к острым физических или душевных страданий. Обращение, по мнению Суда, было «унижающим достоинство», если оно имело целью вызвать у пострадавших чувство страха, муки и неполноценности, а затем унизить и пренебречь (решение по делу «Кудла против Польши»).
ЕСПЧ является связанным своим наднациональной природой и видит, что он должен быть очень осторожным с переборкой функций суда первой инстанции, если это неизбежно не вызвано ли обстоятельствами дела (правовая позиция по делу «Маккэрри против Великобритании»). Однако, если утверждение касается ст.3 Конвенции, ЕСПЧ должен применять особую тщательность, даже если определенное национальное производство и расследование уже состоялись (решение по делу «Рибич против Австрии», решение по делу «Авшар против Турции»). Следует учитывать, что при оценке доказательств ЕСПЧ руководствуется критерием доказательства «вне разумного сомнения» (решение по делу «Авшар против Турции»). Такое доказательство должно вытекать из совокупности признаков или неопровержимых презумций, достаточно веских, четких и согласованных между собой.
Одна из основных правовых позиций ЕСПЧ заключается в том, что когда лицо взято под стражу в полиции здоровой, но на момент освобождения из-под стражи это лицо имеет повреждения, у государства возникает обязанность обеспечить достоверное объяснение причин таких повреждений, а в случае несостоятельности сделать это возникает вопрос о возбуждении по ст.3 Конвенции (решение по делу «Томази против Франции").
Также в случаях, когда лицо выдвигает небезосновательную жалобу о том, что оно было подвергнуто ненадлежащему обращению со стороны субъектов властных полномочий в нарушение ст.3 Конвенции, это положение, если его толковать как общий долг государства в соответствии со ст.1 Конвенции, требует, чтобы было проведено эффективное официальное расследование, целью которого является выявление и наказание ответственных лиц. Если бы это было не так, общий правовой запрет пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, несмотря на свое фундаментальное значение, был бы неэффективным на практике, и в некоторых случаях представители государства могли бы фактически безнаказанно нарушать права тех, кто находится под их контролем (решение по делу «Ассенов и другие против Болгарии», решение по делу «Лабита против Италии»).
Расследование по небезосновательным утверждением о ненадлежащем обращении должно быть тщательным и эффективным. Это означает, что органы власти должны всегда пытаться установить события и не полагаться на поспешные или необоснованные выводы для окончания расследования или для обоснования своих решений (решение по делу «Ассенов и другие против Болгарии»). Они должны принимать все необходимые и доступные меры, чтобы получить доказательства относительно событий, в том числе, inter alia, показания очевидцев и результаты экспертиз (решение по делу «Танрикулу против Турции», решение по делу «Гюль против Турции»).
Нарушение ст.3 Конвенции по делу «Григорьев против Украины» в ее процессуальном аспекте было признано в связи с неэффективностью расследования по жалобам заявителя о жестоком обращении со стороны сотрудников милиции, которая была вызвана неоднократным закрытием дела органами прокуратуры и последующей отменой соответствующих постановлений судом за недостатки следствия и неучет предоставленных указаний, а также неучетом всех имеющихся в деле медицинских документов, и была констатирована в вышеуказанном решении.
Таким образом, к нарушению процессуальных требований ст. 3 Конвенции привело неэффективное расследование жалоб заявителя, которые были подтверждены доказательствами. Практика ЕСПЧ по применению ст. 3 Конвенции указывает на следующие обязательные условия соблюдения конвенционных обязательств в этой части:
1) императивная обязанность проведения расследования жалоб лиц в уголовном судопроизводстве о жестоком обращении;
2) обязанность по установлению всех фактических обстоятельств, при которых лицо было подвергнуто жестокому обращению, с вынесением конкретного решения по результатам рассмотрения соответствующих жалоб.
В решении Европейского суда по правам человека по делу от 12 июня 2008 года "Яременко против Украины" указано, что "если лицо заявляет небезосновательную жалобу о жестоком обращении со стороны правоохранительных органов, как следует из положения ст. 3 Конвенции и ст. 1 Конвенции общего долга государства «гарантировать каждому, кто находится под его юрисдикцией, права и свободы, определенные в разд.I настоящей Конвенции», должно быть проведено эффективное официальное расследование, в ходе которого можно обнаружить и обеспечить наказание виновных лиц. Минимальные стандарты, изложенные в практике Суда, предусматривают проведение независимого и беспристрастного расследования под контролем общественности, а от компетентных органов власти требуют тщательности и оперативности при его проведении.
Нарушение требований ст.3 Конвенции по делу «Коробов против Украины» в ее материальном аспекте установлено учитывая, что по делу было подтверждено получение заявителем телесных повреждений во время его содержания под стражей и что государством-ответчиком не было предоставлено объяснений относительно их происхождения. Учитывая характер повреждений, полученных заявителем, ЕСПЧ пришел к выводу, что поведение, которое получил заявитель, является пыткой.
Важное значение имеет соблюдение требований ст.3 Конвенции в положительном аспекте, устанавливающий обязанность обеспечивать эффективное расследование жестокого обращения в органах власти при временного лишения свободы. Нарушение требований ст.3 Конвенции по делу «Клишин против Украины» в ее материальном аспекте было установлено ввиду того, что по делу было подтверждено наличие у заявителя телесных повреждений после освобождения, которых не было до его задержания, и что государством-ответчиком не было предоставлено объяснений относительно их происхождения.
Относительно нарушения требований ст.3 Конвенции в связи с плохим, бесчеловечным и унижающим достоинство, обращением с лицами, которые содержатся в учреждениях предварительного заключения, и их пыткам со стороны представителей государства и отсутствием эффективного расследования по жалобам на такое поведение.
Однако, основными причинами принятия ЕСПЧ решений, в которых констатируется нарушение ст.3 Конвенции, являются: отсутствие правдоподобного и достоверного объяснения государственных органов относительно причин возникновения у заявителей или их близких родственников телесных повреждений во время их пребывания под стражей; отсутствие эффективного расследования жалоб заявителей или их близких родственников на плохое, жестокое и унижающее достоинство обращение и пытки со стороны представителей государства; необеспечение сбалансированности силы, примененной к заявителям работниками милиции во время преодоления их неповиновения в контексте обстоятельств происшествия.
Решением Европейского суда по правам человека по делу «Нечипорук и Йонкало против Украины» от 21 апреля 2011 года, которое получило статус окончательного 21 июля 2011 года, единогласно принято о нарушениях при проведении досудебного расследования по заявителю Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (далее - Конвенция), а именно: - статьи 3 Конвенции, которое заключается в том, что к заявителю применяли электрический ток, во время его пребывания в отделе милиции, особенно серьезной формой плохого обращения, которое может вызвать сильную боль и жестокие страдания, а следовательно должно считаться пыткой, даже если оно не приводит к любым длительных расстройств здоровья. Европейский суд по правам человека не нашел оснований для применения иного подхода в этом деле. К тому же Европейский суд по правам человека считает, что жестокое обращение, которому подвергся заявитель, имело целью о чем свидетельствуют все обстоятельства этого дела запугать его и унизить его достоинство, покорить его волю и заставить признаться в совершении преступления.
Учитывая жестокость плохого обращения с заявителем и сопутствующие обстоятельства, Европейский суд по правам человека признал, что заявитель был жертвой очень серьезных и жестоких страданий, которые могут быть охарактеризованы как пытки. Итак, в этом деле имело место нарушение статьи 3 Конвенции в контексте ее материального аспекта.
Суд подчеркнул, что когда лицо выдвигает небезосновательную жалобу на плохое обращение с ней, которое было таким, что нарушает статью 3 Конвенции, это положение, взятое в сочетании с общей обязанностью государства по статье 1 Конвенции «обеспечить каждому, находящемуся под (ее) юрисдикцией, права и свободы, определенные в Конвенции», по своему содержанию требует проведения эффективного официального расследования. Так, органы власти всегда должны добросовестно пытаться выяснить то, что случилось, и не полагаться на поспешные и необоснованные выводы для прекращения уголовного дела или использовать такие выводы как основание для своих решений.
Об использовании доказательств, полученных с нарушением права на молчание и права не свидетельствовать против себя, Европейский суд по правам человека отметил, что они составляют общепризнанные международные стандарты, которые лежат в основе понятия справедливого судебного разбирательства по статье 6 Конвенции. Установление таких стандартов объясняется inter alia необходимостью защиты личности, преследуется по уголовному закону, от ненадлежащего давления со стороны органов власти, чтобы благодаря этому избежать ошибок правосудия и способствовать реализации целей статьи 6 Право не свидетельствовать против себя предусматривает, что сторона обвинения в уголовному делу, пытаясь доказать свою версию относительно обвиняемого, не может использовать доказательства, полученные с помощью методов принуждения или притеснения вопреки воле обвиняемого.
Хотя, отметил Европейский суд по правам человека, решение вопроса о допустимости доказательств является в принципе прерогативой национальных судов, а роль Европейского суда по правам человека ограничивается оценкой общей справедливости производства, доказательства, полученные с помощью мероприятия, который признан противоречащим статье 3 Конвенции, требуют отдельного подхода. Согласно практике Европейского суда по правам человека допустимость в качестве доказательств показаний, полученных с помощью пыток, с целью установления соответствующих фактов в уголовном производстве приводит к его несправедливости в целом, независимо от доказательной силы таких показаний и от того, мало их использования решающее значение для осуждения подсудимого судом.
В рассматриваемом деле, Европейский суд по правам человека признал, что первичные признание заявителя были получены от него в результате плохого обращения, которое приравнивается к пыткам в значении статьи 3 Конвенции. Европейский суд по правам человека признал, что это свело на нет саму суть права заявителя не свидетельствовать против себя, независимо от того, какой вес имели указанные признание в доказательной базе для его осуждения и независимо от того, что в течение следствия он признался еще несколько раз. Итак, в связи с этим был нарушен пункт 1 статьи 6 Конвенции.
Европейский суд по правам человека указал, что обеспечение доступа к защитнику на ранних этапах является процессуальной гарантией права не свидетельствовать против себя и основной гарантией недопущения жестокого обращения, отмечая особую уязвимость обвиняемого на начальных этапах производства, когда он попадает в стрессовую ситуацию и одновременно сталкивается с все сложными положениями уголовного законодательства. Любое исключение из реализации этого права должен быть четко определен, а его действие должно быть строго ограничено во времени. Эти принципы особенно актуальны в случае серьезных обвинений, потому что именно в случае, когда лицу грозит суровое наказание, его право на справедливое судебное разбирательство должно обеспечиваться в демократическом обществе в максимально возможной степени.
Европейский суд по правам человека отметил, что заявитель несколько раз признавался в совершении преступлений во время первых допросов, когда не имел помощи защитника, и несомненно испытал ограничения в доступе к защитнику в том, что его признание, предоставленные работникам милиции, были использованы для его осуждения. Европейский суд по правам человека признал, что после привлечения защитника к участию в деле заявителя последний не имел беспрепятственного доступа к нему.
Европейский суд по правам человека пришел к выводу, что имело место нарушение пункта 3 (с) статьи 6 Конвенции.
Европейский суд по правам человека отметил, что пункт 2 статьи 5 Конвенции содержит первичную гарантию того, что любой задержанный должен знать, почему его лишают свободы. Согласно этому положению каждый задержанный должен быть сообщен простой, непрофессиональной, понятным ему языке об основных юридических и фактические основания его задержания, чтобы он имел возможность, если сочтет нужным, обратиться в суд с обжалованием законности задержания.
Выводы и аргументы Европейского суда по правам человека полностью совпадают с соответствующими положениями Уголовно-процессуального законодательства Украины.
Кроме того, суд также обращает внимание на тот факт, что старшим следователем СО Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области ОСОБА_19 , в производстве которого находилось данное уголовное дело, а также осуществлялось досудебное расследование, при составлении процессуальных документов допущено ряд технических ошибок, а именно:
- т.1 л.д.21-22 в имеющейся в материалах уголовного дела фототаблице, приобщенной к протоколу осмотра места происшествия от 18.09.2009 года, исправлены порядковые номера размещения фотоснимков;
- т.1 л.д.43 в протоколе личного досмотра доставленного в СО Суворовского РО имеются исправления с использованием корректирующего средства;
- т.1 л.д.62 в постановлении о принятии отказа подозреваемого ( ОСОБА_18 ) от защитника от 19.09.2009 года допущены исправления в инициалах подозреваемого;
- т.1 л.д.66 в протоколе осмотра места происшествия от 19.09.2009 года, т.1 л.д.75 в постановлении о принятии отказа подозреваемого ( ОСОБА_17 ) от защитника от 19.09.2009 года, т.1 л.д.76 в протоколе допроса подозреваемого ОСОБА_17 от 19.09.2009 года, т. 1 л.д.81 в протоколе допроса потерпевшей ОСОБА_14 от 19.09.2009 года, т.1 л.д.87 в протоколе допроса потерпевшего ОСОБА_13 от 19.09.2009 года, т.1 л.д.93 в протоколе допроса потерпевшего ОСОБА_16 от 19.09.2009 года допущены исправления в дате составления вышеуказанных процессуальных документов;
-т.1 л.д.105 в протоколе предъявления фотоснимков для опознания от 19.09.2009 года усматриваются исправления с использованием корректирующих средств;
- т.1 л.д.119 в протоколе обыска от 20.09.2009 года, т.1 л.д.123-124 в протоколе обыска от 20.09.2009 года, т.1 л.д.127 в протоколе обыска от 20.09.2009 года также имеются исправления в дате составления и тексте протокола с использованием корректирующего средства, чернила ручек, которыми заполнялся текст являются разными;
- т.1 л.д.140 в представлении об избрании меры пресечения способов уклонения от следствия и суда подозреваемому ( ОСОБА_17 ) в виде содержания под стражей не верно указано дату рождения подозреваемого, а именно 09.12.1987 года, вместо 09.11.1987 года;
- т.1 л.д.152 в протоколе разъяснения процессуальных прав обвиняемого от 24.09.2009 года, т.1 л.д.157 в протоколе допроса обвиняемого ОСОБА_18 от 24.09.2009 года, т.1 л.д.163 в протоколе допроса обвиняемого ОСОБА_17 от 24.09.2009 года, т.1 л.д.181 в постановлении о назначении трассологической экспертизы, т.1 л.д. 197 в постановлении о наложении ареста на автомобиль от 01.10.2009 года допущены исправления;
- т.2 л.д.5 в протоколе дополнительного допроса свидетеля ОСОБА_47 , т.2 л.д.35 в протоколе выемки от 20.10.2009 года, т.2 л.д.199 в протоколе разъяснения процессуальных прав обвиняемого от 04.11.2009 года, т.2 л.д.200 в протоколе разъяснения права иметь защитника от 04.11.2009 года допущены исправления в дате составления процессуальных документов;
- т.3 л.д.108-109 в постановлении о выделении материалов уголовного дела в отдельное производство и возбуждении уголовного дела от 05.12.2009 года неверно указан номер уголовного дела;
- т.3 л.д.150-151, 152-153 в протоколах о предъявлении обвиняемому и его защитнику материалов уголовного дела от 09.12.2009 года и от 14.12.2009 года, допущены исправления с использованием корректирующих средств;
- также в материалах вышеуказанного уголовного дела нарушена хронология расположения процессуальных документов.
По мнению суда, такие «методы» проведения досудебного следствия и оперативно-розыскных мероприятий по раскрытию преступлений являются недопустимыми, а действия сотрудников Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, суд считает не профессиональными, и такими, что дискредитируют работу органов МВД Украины.
Ненадлежащее выполнение требований УПК Украины со стороны сотрудников Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, а также нежелание проведения оперативно-розыскных мероприятий, дабы установить объективную истину по данному уголовному делу, лишает возможность суд дать объективную правовую оценку действиям подсудимых, что повлекло собой возвращение уголовного дела прокурору Суворовского района г.Одессы для проведения дополнительного досудебного следствия.
При таких обстоятельствах, с целью недопущения вышеуказанных нарушений впредь, устранения подобных недостатков и нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, и осуществления надлежащего контроля за законностью проведения досудебного следствия, Суворовский районный суд города Одессы считает необходимым довести до сведения руководства ГУ МВД Украины в Одесской области, Суворовского РО ОГУ ГУМВД в Одесской области и прокурору Суворовского района г.Одессы о данном негативном факте.
Принимая во внимание вышеизложенное, руководствуясь ст. 124 Конституции Украины от 28 июня 1996 года № 254к/96-ВР, ст.ст. 232, 273, 340 УПК Украины (в редакции 1960 года), ст.13 Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей» №2453-VI от 07 июля 2010 года, суд, -
Довести до сведения руководства ГУ МВД Украины в Одесской области, Суворовского РО ОГУ ГУМВД в Одесской области и прокурора Суворовского района г.Одессы о нарушении положений уголовно-процессуального законодательства сотрудниками Суворовского РО ОГУ ГУМВД Украины в Одесской области, установленных в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела - для соответствующего реагирования и недопущения подобных нарушений норм действующего законодательства.
Копию настоящего постановления направить прокурору Суворовского района г.Одессы, начальнику ГУ МВД Украины в Одесской области и начальнику Суворовского РО ОГУ ГУМВД в Одесской области.
О результатах и принятых мерах сообщить в Суворовский районный суд города Одессы в месячный срок со дня получения копии постановления суда.
Постановление может быть обжаловано в апелляционный суд Одесской области в течение пятнадцати суток с момента его провозглашения.
Судья Суворовского
районного суда г. Одессы: ОСОБА_1